Детство с переменной облачностью

ПРЕДИСЛОВИЕ

Фантазия – это, конечно, хорошо, но переживали ли вы когда-нибудь ситуации из разряда «нарочно не придумаешь»? Вот я – да, у меня к этому особый талант. О них и будет цикл «Лисичкины байки».

«Почему байки лисичкины?» – спросите вы. «Не знаю, – отвечу вам я, – как-то само получилось». И, кстати, не совру. Лисой и различными производными от этого слова меня начали называть ещё в школе. Так и прилипло ко мне прозвище «Лисичка», со временем став моим псевдонимом.

Когда в соцсетях я начала рассказывать забавные случаи из своей жизни, кто-то написал: «О, снова лисичкины байки! Обожаю!». К моим историям название прилипло гораздо стремительнее, чем ко мне моё прозвище. Позже появился мой блог, а в блоге – рубрика «Лисичкины байки».

За несколько лет рассказов накопилось не мало. Пришла пора их доработать и объединить. Мои байки относятся к разным временам, местам и событиям, поэтому в одну книгу запихивать всё я не стала.

Первая книга моего цикла, как вы могли догадаться по названию, о моём детстве вплоть до выпуска из школы.

Детство у меня было. Просто было, и на том спасибо. И нянек у меня был целый вагон, как у старшей и долгое время единственной внучки, дочки и племянницы. Однако, количество присматривающих за мной глаз никак не повлияло на влипание моей пятой точки в различные истории. Иногда моя семья эти истории сама же и генерировала.

Самые забавные случаи из своего детства я собрала для вас в этот небольшой сборник. Из всего цикла он будет самый короткий.

Достоверности на 100% не обещаю в силу собственной памяти и давности произошедшего. Некоторые детали опущены, изменены или нагло придуманы для усиления комизма или драматизма. Все имена ныне живущих участников событий, кроме моего, изменены.

ДЕВОЧКА С КОСИЧКАМИ

КУКЛА

Было мне тогда лет пять-шесть. Дедушка работал вахтами в Москве и купил там невидаль – куклу, очень похожую на девочку двух лет в натуральную величину.

Моей игрушке было далеко до современных максимально реалистичных кукол, но в середине 90хх годов за пределами столицы и такого не видели. В наших краях люди часто принимали пластиковую девочку за живую, поэтому неловких ситуаций было немало.

Но особенно запомнилось, как мы с матерью на прививку поехали.

Уже не помню, почему эту прививку не сделали мне в детском саду и почему нам за ней пришлось ехать через половину города, но точно помню, что это была прививка и что я слёзно умоляла маму взять куклу с собой.

До нужного места мы добрались без особых приключений. В самой поликлинике на нас косо смотрели, даже в процедурный кабинет пытались не пустить "с такой малышкой". Разрулили, конечно, но у родительницы моей то ли настроение игривое появилось, то ли сарказм попёр от усталости всем объяснять, что это кукла, но домой мы ехали уже весело.

Автобусы в то время ходили очень плохо, и даже днём не было шансов ехать сидя. Освобождения рук ради, мама отдала куклу мне, когда мы заходили в транспорт. Сидячих мест, конечно же, не оказалось. Я приткнулась к спинке сидения и прижала куклу к себе. Мать искала проездной в сумке, но автобус тронулся очень резко, замедлив поиски. Меня вообще тряхнуло, и я стукнулась куклой об сидение.

Пожилая женщина, рядом с которой мы стояли, фырчала и раздувала щёки. Искомое матерью никак не находилось, и сидящая дама не выдержала:

– Мамаша! – с придыханием начала она, – Мамаша, вы чего делаете?!

– Вы мне? – мать отложила поиски и уставилась на женщину.

– Да, вам! Вы что, с ума сошли?! Почему у вас ребёнок держит ребёнка?!

Я продолжила неловко биться куклой об сидение на каждой кочке. Торс куклы был пластиковый, и эта тряска действительно могла повредить и игрушке, и мне.

На секунду задумавшись, мама ответила:

– А и правда, что это я?!

Довольно сильным рывком кукла была изъята за волосы из моих ручонок и перемещена в мамину подмышку. Покрепче зажав куклу плечом, мать продолжила искать проездной.

Несчастная женщина чуть не померла прямо там от ужаса и возмущения, пока кто-то из пассажиров не опознал в "ребёнке" куклу и не спросил, где мы такую купили.

ОГУРЦЫ

Мой дядя – супруг моей дражайшей тёти – по национальности кубинец. Соответственно, в семье царила разница культур. Непривычные дядины трактовки некоторых чисто российских вещей сбивали с толку и стариков, не задумывавшихся о происхождении тех или иных слов, и меня, недавно научившуюся говорить.

Однажды непонимание чуть не дошло до драки.

Было это очень давно. Жили мы тогда все вместе в одной квартире: бабушка с дедом, тётя с мужем и мы с матерью. Все прелести жизни в нашей семейке сам дядя ещё не познал, но усиленно пытался.

К дяде приехал в гости друг, тоже кубинец. Сидели на кухне, общались, никого не трогали. В кухню вваливается бабушка и тащит с балкона отмоченные перед засолом огурцы. Смерив мужчин недовольным взглядом, старушка начала гнать их с кухни. «Идите вон, басурмане чёртовы, я огурцы солить пришла» – сказала она и с грохотом поставила таз на табуретку.

Дядин друг впал в недоумение. Солить огурцы, в его понимании, – это взять огурец и посыпать его солью. Но количество огурцов в тазу тонко намекало, что не всё так просто. Семья большая, конечно, но не настолько.

Дядин друг слёзно попросил бабушку посмотреть, как она это будет делать, и даже обещал помочь, если ему объяснят, как именно. Бабушка почему-то согласилась, продемонстрировала и прокомментировала весь процесс, начиная с замачивания огурцов.

Дядя и его друг с горящими глазами рассовывали листья хрена и зонтики укропа по банкам и завороженно слушали. Старушка тоже была довольна: ей и помогли, и выслушали её набившие оскомину лекции.

В следующий раз тот самый дядин друг посетил наше скромное жилище перед новым годом. Холодильник забит, но из серии "не трогай, это на новый год". Еле отбив у бабушки бутылку водки и банку солёных огурцов, в игру вступил мой дед. "Ребяты, вы вот уже в России лет семь живёте. А пить по-русски вы умеете?", – спросил дед и достал стопки и вилки.

Гость, глядя на знакомую банку, радостно изрёк: "О, теперь мы будем пробовать варёные огурцы?". Дед глазами похлопал и попытался убедить гостя, что огурцы не варёные, а самые что ни на есть солёные. В ответ глазами хлопал уже гость и начал рассказывать, как он сам лично участвовал в процессе варки этих самых огурцов. Дядя просто сидел и хлопал глазами, пытаясь не обидеть ни друга, который логически прав, ни тестя, которому виднее, как носителю языка. Обстановка стала накаляться, в руках мужчин заблестели вилки.

На недружелюбные звуки прибежала бабушка. Раздосадованный непониманием кубинец обратился к ней со словами: "Ну скажите же ему, что вы эти огурцы варили! Он не верит!". Бабушка, желающая тишины, не стала хлопать глазами, бабушка ответила ёмко: "Жри их, а не рассуждай".

Спор мигом закончился, но каждый остался при своём мнении. С тех пор в нашей семье появилось шутливое название солёных огурцов.

МИСТИЧЕСКАЯ

Однажды в чёрном-чёрном городе, на чёрной-чёрной улице, в чёрном-чёрном доме, в чёрной-чёрной комнате две маленькие девочки решили вызвать призрак Пушкина.

Девочки нарисовали подобие спиритической доски, взяли маленькое блюдце и стащили из серванта свечи и спички. Из старой-старой книжки они вырезали портрет Пушкина и растянули на полу ватман с буквами. На блюдце девочки нарисовали стрелку и уложили на ватман, пять свечей расставили в круг и зажгли. Внутри круга девочки бережно уложили портрет поэта.

Когда приготовления были закончены, обе маленькие девочки положили руки на блюдце и начали призыв духа. Сначала они читали заклинание спокойно, но очень быстро волна чего-то неведомого охватила девочек. Заклинание звучало уже нараспев, а дети, войдя во вкус, начали выть в унисон после каждой строчки заклинания.

Дверь распахнулась!

В комнату ворвался свет из коридора, а в лучах стоял мужской силуэт...

***

Владимир Михайлович услышал странный вой из соседней комнаты. Подойдя ближе, мужчина обнаружил, что свет в комнате не горит. Открыв дверь в детскую, бдительный дед увидел на полу зажжённые свечи и две пары перепуганных глаз.

Владимир Михайлович щёлкнул выключатель и сказал:

– Машка, етить твою налево! Ты где спички взяла, паразитка?!

СОРОКА

Мелкую меня частенько спихивали на тётю, старшую сестру моей матери. Детей у тёти не было, а мои первые два года жизни она жила в общежитии ВУЗа в другом городе. В общем, плотное общение между нами началось тогда, когда я уже ходила, говорила и была весьма удобно воспитана.

Удобство заключалось в том, что я стоически и абсолютно молча переносила походы в гости, по магазинам и даже дальнюю дорогу к родственникам в другой регион на поезде. Капризничала я исключительно дома, не позволяя себе неподобающего поведения на людях.

Тётушка моей особенностью нагло пользовалась и не ограничивала себя домашними посиделками или прогулками на детской площадке. В тот раз она потащила меня в универмаг.

В какой-то момент тётя, увидев что-то очень интересное, отпустила мою руку. Я этого даже не заметила, поскольку сама засмотрелась на большие мягкие игрушки, доселе невиданные.

Спустя пару мгновений моя воспитанность взяла верх. Я посмотрела по сторонам в поисках своего сопровождения. Увидев пальто знакомого зелёного оттенка и чёрные сапоги на каблуке, которые я видела раньше только на своей тёте, я пошла вперёд. Перед моим лицом оказалась наманикюренная рука. Цвет лака для ногтей был мне хорошо знаком, ведь такой стоял у нас дома. Я попыталась взяться за руку, но она спряталась в карман.

Знакомое пальто отдалилось от меня, знакомые сапоги зацокали. Недоумевая, я схватилась за подол и посеменила следом. Уже на улице сапоги остановились. На меня пристально смотрело абсолютно незнакомое лицо.

– Девочка, ты чья? – спросила меня незнакомая женщина в зелёном пальто.

– Не знаю, – серьёзно ответила я, хотя очень хотелось рыдать и кричать.

Из универмага к нам неслась моя тётя. На ней было коричневое пальто и коричневые сапоги без каблуков. По дороге домой я заметила, что ногти тёти не были накрашены.

БАРМАЛЕЙ

Дорога в деревню к сестре моей бабушки на общественном транспорте занимала много часов и предполагала кучу пересадок. Варианта было два.

Вариант первый позволял часам к двум дня уже гонять кур по двору. Для этого нужно было очень рано встать, каждый час менять средство передвижения и последние несколько километров всё равно идти пешком через поле.

Второй вариант был проще, но дольше. Пересадки было всего две, но деревенский воздух удавалось глотнуть только часов в пять вечера. Мама всегда предпочитала второй вариант.

Мне было года четыре, и я была худющая как щепка. Когда меня сморило в дневной сон после обеда, мать не стала меня будить. Ехали мы налегке, так что не составляло труда перенести меня на руках из автобуса в автобус. Ближе к деревне я проснулась, но, переступив порог, вырубилась прямо в сенях. Меня перенесли на кровать и занялись своими делами.

И не было бы этой истории, но бабушке пришла в голову шальная идея. В то время закрывали сельский детский сад в деревне и активно списывали барахло, которое там накопилось за годы работы. Всё, начиная с мыла и полотенец и заканчивая предметами мебели, активно раздавали сотрудникам детсада, школы и сельсовета. Бабушке достались несколько ночных ваз, набор детской посуды и пластиковые маски для утренников.

Моя спящая тушка не давала покоя старушке. Надев маску Бармалея, она нависла надо мной и начала будить. Грозно скандируя стишок из сказки искажённым из-за маски голосом, бабушка своей цели добилась.

Я приоткрыла сонные глаза и увидела перед собой страшного пирата-разбойника. Я не хотела ни быть пленницей, ни быть съеденной, но никак не могла навести фокус и осознать, где я нахожусь. Посчитав это единственным доступным способом спасения, я со всего маха ударила Бармалея кулаком, сползла с кровати и побежала искать более весомое оружие.

По дороге на кухню меня за шиворот схватила мама. Снимая треснувшую маску, ко мне подошла бабушка. Обе они нервно хихикали – не такой реакции от меня ждали.

Бабушка ещё какое-то время ходила с синяком под глазом. Маску Бармалея с огромной трещиной и вдавленным носом повесили в сенях на видном месте как напоминание, что со мной лучше не шутить.

ЖЁЛУДИ

Многим, я думаю, знакома тема, когда ребёнку в детский сад или школу нужны какие-нибудь природные материалы для поделок. Причём, чаще всего, нужны они срочно, вот прям завтра утром, но вспомнил об этом ребёнок лишь поздно вечером.

И моя мама, и моя тётя частенько задавали жару в этом вопросе. Не раз дедушке с бабушкой приходилось лазить с фонариком по паркам и палисадникам в поисках веточек, листиков и шишек.

Дедушка мой уже мог выйти на пенсию, но продолжал работать на заводе. Смены у него были наполовину ночные, поэтому он никогда не водил меня в садик, потому что был на работе, и никогда не забирал, потому что отсыпался. Мы с ним вообще довольно редко пересекались, хоть и жили в одной квартире.

В тот вечер вся женская половина семьи собралась у телевизора за просмотром очередной мыльной оперы. Дедушка сиротливо ютился на кухне с книгой.

Я попыталась подойти к маме, но она отмахнулась от меня. Бабушка на меня шикнула. Тётя шепнула: «потом». Они не оставили мне выбора, и я пошла на кухню.

– Деда! Мне нужны жёлуди!

– Прямо сейчас? – дед посмотрел на меня поверх очков и глянул на часы.

– Да, – застенчиво улыбаясь ответила я.

Он был явно недоволен, но отложил книгу, достал фонарик и начал одеваться. Радостно хрюкнув, я последовала его примеру.

Ближайший дуб был через дорогу от нашего дома. Дед с фонариком и я с малюсенькой корзинкой расположились у толстенного ствола и принялись искать жёлуди покрепче и покрасивей. Заполнив ёмкость до краёв, мы пошли обратно домой.

Пока нас не было, сериал закончился, а наше отсутствие обнаружилось. В дверях нас уже встречала женская половина семьи, частично одетая в уличное.

– Папа, где вы были?! – кричала моя мама.

– За желудями ходили, – дед продемонстрировал полную корзинку, – вас же не допросишься!

– Какие жёлуди? Зачем? – не унималась родительница.

– Как, какие?! В детский садик! Машка сказала, срочно надо!

– Папа! – мама всплеснула руками, – Какой садик? Завтра суббота!

Все присутствующие посмотрели на меня, уже успевшую раздеться и крадущуюся с корзинкой желудей в нашу с мамой комнату.

– Маша! – угрожающе раскатилось по моей спине, – Зачем тебе среди ночи жёлуди?!

– Для поделок, – едва выдавила я.

– Тебе в садике мало поделок? Ты и дома решила эту грязь разводить?

– Да, – крякнула я и хлопнула дверью.

Про жёлуди, конечно же, я благополучно забыла уже утром.

ЖАДНОСТЬ

В моём детстве мы жили большой семьёй и часто принимали гостей. Время было тяжёлое, общественные связи были очень важны, так что периодически в рядах наших гостей были личности не самые приятные.

В числе нелюбимых, но важных гостей была одна дама, большая любительница гонять чаи. К её визитам стол накрывался почти как на праздник: нарезки, закуски, конфеты, печенье и, конечно же, чай разливался в красивый сервиз. Даже сахар пересыпался из дешёвой простой сахарницы в красивую, из сервиза. Но вот солонкой сервиз укомплектован не был, да и в целом соль на стол в нашем доме никогда не выставлялась. А хранилась соль у нас тогда в простой советской сахарнице, зелёной в белый горошек, так уж повелось.

И не было бы этой байки, если б в очередной день визита той неприятной любительницы чая бабушка не забыла бы посолить салат. Соль за обедом поставили на стол и просто забыли убрать.

Несмотря на явное отличие этого предмета посуды от всего остального и явно нарушенной композиции, соль оставили на столе, когда накрывали к приходу гостьи.

Неприятная дама же очень быстро заметила на столе яркое зелёное пятно узнаваемой формы и сразу подтянула его к себе.

Я, сидя на другом конце стола, быстренько посластила свой чай, что, видимо, ускользнуло от взора нашей гостьи. Остальные члены семьи чай не сластили из-за обилия сладкого на столе. Дама же горделиво открыла сахарницу с солью и начала наваливать себе в чай ложку за ложкой. Слегка офигев от того, сколько ложек она сыпанула в свою маленькую чашку, никто даже не пискнул, что это соль. Я, бабушка, дедушка и тётя молча с открытыми от удивления ртами просто ждали, когда гостья осознает свою ошибку. Лишь когда кружка была поднесена ко рту, мы не сговариваясь схватили все тарелки со стола и отвернулись, чтоб не забрызгало еду. Наши спины это не спасло, но хоть еда осталась целая.

Самым забавным было то, что гостья не сказала ни слова, но как-то внезапно засобиралась домой. Говорили даже, что она вообще в гостях сладкий чай пить перестала. Что ж, урок усвоен, хотя произошедшее было чистейшей случайностью.

ШКОЛЬНЫЕ ГОДЫ ЧУДЕСНЫЕ

ДВОЕ ИЗ ЛАРЦА

У нас с моей матерью одно лицо на двоих. Точнее, у нас одно лицо на троих с матерью и бабушкой, но бабушка слегка выбивается из нашей компании формой носа. Различить нас не трудно, если мы говорим про встречи лицом к лицу, а вот идентификация по фото была проблематична и осуществлялась посредством изучения даты, написанной на обороте. Ситуаций, когда даже близкие родственники путали наши фотографии, как детские, так и взрослые, был вагон и маленькая тележка. Ну а люди подслеповатые умудрялись нас путать даже при личных встречах. Бывало, ко мне на улице подлетали бывшие ученики моей матери с приветами.

В школе, где училась моя мать, физкультуру вела очень крепкая и живучая бабулька. Ограничимся её инициалами – ФГ. Причём, бабулькой она была уже в годы обучения моей матери, но продолжала работать учителем физкультуры даже после окончания школы мной. Славилась эта учительница не только своим возрастом: память на лица была потрясающая и на зависть молодым, но вот памяти на имена не было вообще. Всех своих учениц ФГ называла матрёшками, чтоб не ошибаться и не путаться, но в лицо узнавала даже тех, кто сам уже близился к пенсионному возрасту. Я у ФГ не училась, но иногда бывала в той школе, почтительно здоровалась и не вызывала подозрений, ибо имела знакомое лицо.

На территории школы, где училась я и где работала моя мать, проходил отборочный матч по баскетболу на районные соревнования. Я не участвовала, но тусила по школе, несмотря на позднее для уроков время, по какой-то неоспоримо важной для старшеклассницы причине. Мои одежда и обувь находились не в гардеробе, а в кабинете матери, именно туда я и направлялась. И так уж вышло, что вход в спортзал в нашей школе был ровно посередине небольшого коридора, в начале которого была лестница, а в конце – нужная мне дверь.

И вот шурую я по коридору, а передо мной открываются двери спортзала. В коридор выходит ФГ. Я, конечно же, почтительно здороваюсь и иду себе дальше, но физкультурница немного подвисла, соображая, что её ученица делает в чужой школе без формы, и преграждает мне путь. Видимо, посчитав меня частью группы поддержки, ФГ отвисла и сказала: "Привет, матрёшка!".

Родительница моя, ясно слышавшая в пустом коридоре мои шаги и мой голос, заволновалась от того, что я всё никак не захожу в её кабинет, и вышла в коридор ровно в момент окончания обмена приветствиями. Дверь скрипнула, каблуки цокнули, ФГ повернула голову.

– Ой, здравствуйте, ФГ! – радостно выпалила моя матрона.

– П-п-ривет... матрёшка... – медленно и предынсультным голосом ответила ФГ.

Легко могу представить её чувства в тот момент: вашу маму и там и тут передают.

Понимая, что бабульку сейчас хватит удар, я шустро проскочила мимо неё и встала рядом с матерью, чтоб дать понять пожилой даме, что у неё не двоится в глазах.

С минуту ФГ просто моргала, глядя на нас, но всё-таки пришла в себя:

– Вас две?

– Две! – в голос ответили мы.

ФГ ничего не ответила, она просто ушла обратно в спортзал, ворча себе под нос. Приступа не случилось. А вот её вопрос мы слышали ещё много раз в разных вариациях. Но это уже совсем другая история

НЕ ВСЁ ПУШИСТОЕ МОЖНО ПОГЛАДИТЬ

Мать в то время считала, что я ещё маловата для самостоятельных передвижений по городу, а жили мы от школы не близко. Пока родительница заполняла журналы и проверяла тетради с атласами, я сидела в её кабинете за вторым учительским столом, делала домашку или читала. Этот стол был больше складом для тетрадей, учебников и настенных карт. Там же мы и перекусывали, т.к. обед в школе был довольно рано, голод накрывал задолго до возвращения домой.

Мы как раз садились пить чай с бутербродами, когда в кабинет ворвалась учительница музыки с приглашением к столу в честь чьего-то дня рождения. Меня звали тоже. Заперев кабинет, мать взяла меня за руку и повела наверх.

За столом мы провели несколько больше времени, чем хотелось бы. Глянув на часы, мать потащила меня обратно. Шустро одевшись, мы побежали на остановку.

Спустя пару недель, я после уроков убежала на внеклассные мероприятия. Мама одна не осталась и пригласила свою ученицу на дополнительные занятия перед олимпиадой по своему предмету.

В процессе подготовки, родительница попросила девочку достать из стола-склада нужную карту и начала готовить доску. Ученица сунула руки в стол, отпрыгнула и завизжала.

– Крыса! Там дохлая крыса!

– Не может этого быть! – ответила моя мама и бросилась к столу.

На полке действительно лежало что-то серое и пушистое. Поборов брезгливость, родительница подцепила указкой неизвестный объект и вытянула на свет пакет полный плесени.

В этот момент в кабинет вошла я, закончившая другие свои дела. На меня уставились две пары глаз: испуганная и злая.

– Машка! – рыкнула родительница, – Ты зачем бутерброды так глубоко в стол запихала?!

УСТАРЕВШЕЕ СЛОВО

Вечер не обещал быть томным. Мы с подружками сидели у одной из них дома, пили чай и разговаривали скучные разговоры. Времена были не совсем доинтернетные, но в нашем распоряжении тогда интернета не было, иначе не было бы этой истории. И кто бы мог подумать, что у чтения классики бывают побочные эффекты.

В разговоре я прокомментировала что-то словом "склизский". В моей семье это слово употребляется часто, поэтому меня крайне удивили выпученные на меня глаза.

– Чего ты сказала?! – уточнила одна из подружек.

– Склизский, – уверенно повторила я.

– Нет такого слова! – не менее уверенно ответила вторая подружка.

В попытках доказать мне, что такого слова не существует, они перерыли весь дом в поисках словаря. Искомое так и не нашлось. У меня дома словарь был только грамматический, и я не была уверена, что это слово там есть. У одной из подружек возникла идея воспользоваться-таки интернетом и сходить в библиотеку.

Мы оделись и попёрлись сквозь снег ко взрослой библиотеке. Там нас сразу развернули, потому что для доступа в интернет нужен был читательский билет, оплата и вообще: "Вы чего за 5 минут до закрытия пришли?". В детской библиотеке интернета не было.

И вот стоим мы как 3 пингвина зимним вечером посреди пустой улицы. Подружки факт существования слова всячески отвергают, я же не признаю, что слова "склизский" не существует.

– О! – одна из подружек многозначительно подняла варежку вверх, – Через дом отсюда живёт наша класснуха. Уж учительница русского и литературы с многолетним стажем точно знает, какие слова есть, а каких – нет!

И да, мы вечером в каникулы уверенно пошуровали домой к их учительнице. Сказать, что она удивилась, увидев нас, ничего не сказать. И дело было даже не в моём присутствии, мы с ней были знакомы.

Пока учительница хлопала глазами и размышляла, приглашать нас в квартиру или выгнать, её ученицы взяли быка за рога и в лоб спросили про существование слова "склизский".

– Конечно же, есть! – возмутилась женщина такому нелепому вопросу.

– Спасибо! – улыбнулась я и пошла вниз по лестнице.

Подружки, холодно попрощавшись с учительницей, поплелись за мной.

В тот день я как-то не задумалась даже, как мы выглядели со стороны. Боюсь представить, как мы ошарашили несчастную филологиню своим приходом с глупыми вопросами.

СЧАСТЛИВЫЙ НЕСЧАСТНЫЙ СЛУЧАЙ

Было это давно-давно, я тогда училась в третьем классе.

В зимние каникулы в нашем классе делали ремонт, и на новое полугодие мы вышли учиться в свеженькие стены. Немного напрягал запах не досохшей местами штукатурки и лёгкий флёр ацетона по всему этажу, но в целом учебному процессу это не мешало.

На уроке математики мы ничего нового не проходили, лишь вспоминали пройденный в декабре материал. Учительница, сидя за своим столом, напоминала нам пройденные правила.

Как это часто бывает после хорошего отдыха, несколько моих одноклассников за каникулы немного обнулились. И был Миша, который так хорошо отдохнул, что сбросился до заводских настроек.

На любые объяснения учительница видела в ответ синий экран в глазах Миши. После нескольких наводящих вопросов стало понятно, что ученик даже собственные записи в тетради не понимает, и нужно объяснять всё на примере.

Нехотя встав из-за стола, учительница подошла к доске. В этот же момент с потолка прямо на учительский стол упал кусок штукатурки. Вдребезги разбилась вазочка, хрустнула карандашница, а учительский стул отлетел к стене.

Кусок был цельный и такой плотный, что даже от удара не раскололся, поэтому никто из учеников не пострадал.

И не сразу до всех дошло, что хорошо погулявший на каникулах ученик натурально спас жизнь своей учительницы.

ЛЯ ТЫ КРЫСА

В школьные годы чудесные родители часто устраивали нам всякие чаепития и прочие коллективные мероприятия.

На одно из таких мероприятий заранее закупили сладости, среди которых были шоколадные батончики двух видов: с шоколадной начинкой и с помадно-сливочной начинкой. Батончиков было два увесистых пакета, ибо закупили их по тридцать две штуки каждого вида, по два разных батончика на одно юное лицо.

Другие сладости собирались купить ближе к делу, батончики же купили заранее, считая, что ничего им не сделается до истечения срока годности. Классная руководительница, имеющая в распоряжении свой кабинет с кучей шкафов и тумбочек, взяла ответственность за хранение сладостей на себя.

Тем временем, школу посетила санэпидемстанция и повелела кошатник, который развели работники школьной столовой, из учебного заведения убрать. С рыданиями и причитаниями завхоза котеек экстренно раздали в семьи учеников, учителей и прочего персонала. На всю школу осталась одна старенькая кошка.

Но свято место пусто не бывает, и на месте кошек тут же появились мыши. Несмотря на то, что кабинет нашей классручки находился высоко и далеко от столовой, одна особо наглая мышь появилась и там. Стены кабинета были заделаны вагонкой, в том числе ниши для батарей. Там и засела хвостатая маленькость, игнорируя любые ловушки, громко шурша и раскидывая свои какули.

Зная, что в кабинете живет мышь, классручка приняла меры предосторожности, когда прятала батончики в кабинете. Тумбочка, в которой лежали сладости, была чуть ли не герметична и запиралась на добротный замок.

Мышь в рабочие дни делала вид, что тумбочка с батончиками её не интересует. В выходные же кроха увидела цель, не обнаружив препятствий.

В понедельник, войдя в кабинет, наш класс обнаружил любопытную картину. Тумбочка стояла нараспашку, с мясом отгрызенный замок валялся на полу в куче мышиных какулек, а в тумбочке стояли с виду нетронутые пакеты с батончиками.

Первым учительница извлекла пакет с батончиками с шоколадной начинкой. Пакет был абсолютно цел, как и его содержимое. Ни одного следа от зубов или когтей не было.

Второй пакет был подозрительно лёгкий, хоть и тоже целый на вид. В пакете обнаружилась небольшая дырочка снизу, из которой тут же посыпалась мелко порванная бумага и шоколадная крошка.

Упаковка каждого батончика с помадно-сливочной начинкой была аккуратно прогрызена с торца. Так же торец каждого батончика был аккуратно прогрызен до самой начинки. Но почему же пакет стал таким легким? Батончикам, раз уж в пищу их больше употребить было нельзя, было произведено вскрытие.

Процедура показала, что подлая мышь прогрызла дырки во всех батончиках с помадно-сливочной начинкой, коих было тридцать два, но шоколад есть не стала. Через эти маленькие дырки мышь высосала начинку из всех батончиков! И, главное, только начинку одного вида!

В принципе, я мышь понимаю, помадно-сливочная начинка и правда была намного вкуснее. Я только не понимаю, как в неё влезла начинка из тридцати двух батончиков всего за полтора дня. Ну или это был целый отряд привередливых мышей.

ЛОГИЧНАЯ (нет)

Пользуясь статусом дочери учительницы, в средней школе свою верхнюю одежду я не сдавала в гардероб, а хранила у матери в кабинете. Там же лежали сменка и спортивная форма, иногда учебники, книги и тетради.

В суровый ноябрьский понедельник я с ключами поплелась вперёд родительницы. Ещё на подходе к кабинету меня смутил странный сквозняк при закрытых окнах в коридоре, которые я лично помогала заклеивать на зиму. Попытка открыть дверь закончилась неудачей – её вырвало у меня из рук порывом ветра со страшным грохотом. В школе ещё почти никого не было, так звук тут же эхом прокатился по всему корпусу.

Пока я хлопала глазами с ключом в руках, подбежала моя мать и ещё пара учителей. С большим трудом дверь открыли. Причиной сквозняка и живущей своей жизнью двери было два разбитых вдребезги окна в кабинете. На учительском столе лежал здоровенный булыжник. Оргстекло, удерживающее расписание звонков, уроков и мероприятий, было разбито в дребезги. По кабинету гулял такой ветрище, что тяжеленные шторы то всасывало на улицу, то трепало над партами.

Разумеется, с этой новостью мы тут же пошли к директрисе. Нам в кабинет оперативно направили мастера и уборщиц. По школе отменили первые уроки, устроив классные часы.

На удивление, виновники нашлись чрезвычайно быстро. Моя мать очень удивилась личности хулиганов – никаких уроков она у их класса не вела и конфликтов иметь просто не могла.

Тут должно быть небольшое отступление. Школа наша состояла из двух корпусов, перпендикулярно пристроенных друг к другу. Окна кабинетов в старом корпусе выходили на школьный двор, но окна кабинетов в новом корпусе смотрели на забор и гаражный массив. Кабинет моей матери находился в новом корпусе на втором этаже и был самым дальним.

Мальчики, разбившие окна, что-то не поделили с учительницей, чей кабинет был в старом корпусе, да ещё и на четвёртом этаже. Когда они пришли творить свою месть, первый камень ударился в стену между окнами второго этажа и тут же привлёк внимание охранников. Дети убежали, но идею свою не оставили. Приметив, что в гаражах никого нет, они обошли здание и побили те окна, которые смогли. Каким образом это должно было повлиять на учительницу, их обидевшую, мальчики не придумали.

Уже на следующий день кабинет моей матери был как новенький. Ну, почти. Мелкие осколки стекла ещё несколько лет блестели в щелях между половицами.

ЭКЗАМЕН

Учеба в школе давалась мне довольно легко, дома меня не терроризировали оценками, а к старшим классам у меня ещё и характер прорезался. Всё это вместе дало мне отношение к учёбе без фанатизма и здоровый пофигизм. Получила хорошую оценку – молодец, получила плохую оценку – повод подтянуть тему и попробовать исправить, не получилось исправить – не конец света, я смогу с этим жить. На всякие конкурсы, олимпиады и экзамены такая философия тоже распространялась. Не конец света, жизнь продолжается!

Когда я сдавала выпускные экзамены, в нашем регионе ЕГЭ был страшным ругательным словом, но не был обязательным. За отдельную плату в большинстве ВУЗов можно было попробовать себя в сдаче ЕГЭ, и его результаты принимались как в счёт выпускных, так и в счёт вступительных экзаменов. Удобно, подумала я, и сдала профильные предметы через новомодные тесты, на третий экзамен по выбору накатала реферат, чтоб не сдавать билетами, и остались только обязательные русский и математика. Короче говоря, скинула я с себя груз и необходимость сидеть весь май и июнь за учебниками.

Первые числа июня, сочинение в счёт экзамена по русскому языку написано без лишних нервов, до математики ещё полторы недели, и эти дни должны были стать для меня лёгкими и свободными.

Числа примерно пятого мы с несколькими одноклассниками отправились к одной из них на дачу в ближайшем пригороде. Поводом стал день рождения пригласившей нас девушки. Место сбора – дом другой одноклассницы, и дом этот сразу за забором школы. Вокзал в шаговой доступности от школы и, соответственно, от места сбора, добраться до дачи можно только на электричке, и расписание не самое удобное. В связи с вышеперечисленным, собрались мы очень заранее и в довольно расслабленном состоянии проверяли собранные на дачу вещи и продукты в ожидании нужного нам транспорта.

Двадцать минут до выхода. Мне на сотовый звонит моя мать. Мама – учитель в той же школе – крайне взбудораженным голосом сообщает мне, что вот прям сейчас проверяют наши сочинения, у меня всё плохо, и в аттестат мне пойдёт, в лучшем случае, тройка. Меня задела не столько тройка, сколько вопрос в голове: "Какого хрена?". Отродясь я не писала настолько плохих сочинений, чтоб твердую годовую четвёрку испоганить, а вот отношения с русичкой были, мягко говоря, натянутые, и возникали подозрения, не занизила ли мне баллы эта неприятная женщина. Она это могла, и не просто могла, а делала это неоднократно.

И помним, да, что до выхода двадцать минут, а до вокзала примерно семь-десять минут хода.

Я уже мысленно распрощалась с затеей ехать на дачу и отдыхать. Несусь в школу, бегом на четвёртый этаж. А как же иначе? Как что-то срочное, так непременно на верхнем этаже! Залетаю я в кабинет и вижу комиссию, перебирающую наши сочинения. На меня поднимается пара равнодушных глаз, и со словами "ага, пришла" мне выдаётся моё сочинение, бумага и ручка. Беру свои листочки на предмет поиска, что же там переписать, и почти не вижу красных пометок. В недоумении долистываю до конца и вижу оценку "4/4". Моё недоумение растёт в геометрической прогрессии, к нему примешивается возмущение, и мне понадобилось несколько глубоких вдохов, чтоб совладать с собой и спросить, какого хрена происходит.

– Ты же хотела пятёрку, но на пятёрку не написала. Хочешь отлично – садись и переписывай. И не забудь сказать спасибо, что тебе дают такую уникальную возможность.

И тут до меня дошло, что не так. Благо, желание пожрать шашлыка, привело меня в чувства, и разруливать сложившуюся ситуацию я решила по телефону в процессе поездки на дачу одноклассницы.

Забегая вперёд, скажу, что да, я успела выловить свою компашку на выходе из квартиры, и на электричку мы успели, праздник удался, отдых состоялся.

А произошло вот что.

Ещё во время экзамена одна из членов комиссии ходила между рядами больше от безделья, чем для контроля, но не могла не заметить, что у меня нет шпаргалок, в отличие от моих одноклассников. Темы сочинений на экзамен слили за сутки до самого экзамена, что не было чем-то необычным в те годы. Поскольку, с этой учительницей у нас были теплые и довольно дружеские отношения, она решила, что уместно шепнуть мне на ухо, какая я молодец, раз сама сочинение пишу. Довольно увлечённая, я не слишком удачно пошутила, мол, только за отсутствие шпаргалок мне теперь обязаны поставить пятёрку за это сочинение. Она хихикнула, я продолжила писать, на том и разошлись.

В день проверки сочинений, и в день запланированной мной поездки на дачу, та самая член комиссии увидела четвёрки на моём сочинении, вспомнила мою шутку, и сказала при всей комиссии, что не порядок это, и я пятёрку заслужила. Комиссия же устроила мозговой штурм, решила дать мне возможность переписать сочинение в исключительном порядке и поставила на уши мою мать.

Со стороны моей матери произошло следующее.

Звонит ей коллега, с которой у её дочери неприязненные отношения, и говорит лаконичную фразу: "Твоя Маша не дотянула со своим сочинением", – и кладёт трубку. Мозг мой родительницы сам дорисовывает страшные картины заваленного экзамена и сопутствующие проблемы. Остальные-то экзамены, считай, сданы! И вступительные сданы! А если русский завалила, то всё это накрывается медным тазом! И звонит родительница мне, в лучших традициях испорченного телефона, пересказывая не полученную информацию, а додуманные самой собой страшилки.

Самое приятное во всей этой истории было лицо моей "любимой" русички, когда я вернула ей своё сочинение с четвёркой и сказала, что меня устраивает оценка. Она же мне такое одолжение сделала! Ну, по её мнению. И это выражение лица стоило потраченных в тот день нервов.

ВНЕКЛАССНЫЕ ЧТЕНИЯ

КОТ БЕЗ ГОЛОВЫ

В ту пору мы ещё жили с бабушкой и дедушкой. У бабушки был красавец Томас необычной светло-рыжей масти. Без шуток, это был самый воспитанный и интеллигентный кот из всех, кого я встречала.

Томас почти не орал, не драл мебель, не носился по квартире и не скрёбся в закрытые двери. Если кота случайно запирали в одной из комнат, он стоически терпел до освобождения. Правда, иногда, в порыве жажды, усатый лазил по столам в поисках живительной влаги и находил её в банках, приготовленных для полива комнатных цветов. Благо, нас в квартире жило много, и на месте никто не сидел. Мы вообще плотно закрывали только кухню. Дверь в царство еды была наполовину стеклянная, без рисунков, матовости или плёнки, так что не было нужды её лишний раз открывать. Всё было прекрасно видно через стекло, в том числе, пора ли к столу.

В очередной сериальный вечер, впопыхах заваривая себе чай, кто-то из домашних запер Томаса на кухне. Кот не противился, и тихо принял удар судьбы, ожидая спасения.

Я слонялась по квартире, стараясь не шуметь и не мешать взрослым. Очень захотелось пить. Как девочка самостоятельная, я не стала никого отвлекать по таким глупостям.

У двери кухни меня ждал неприятный сюрприз, который заставил меня завизжать.

- Мама! У Томаса нет головы! – кричала я, заливаясь слезами.

Вся семья тут же вскочила с дивана и бросилась в сторону кухни. Через стекло на тёмной кухне отчётливо было видно светло-рыжего кота. Вот только головы у кота не было!

Дрожащей рукой мать щёлкнула выключатель. Кухню залил свет. Томас, довольно облизываясь, поднял голову из терракотового графина, стоящего перед огромной красной хлебницей.

ДЕНЕЖНЫЙ СУГРОБ

Во времена, когда я ещё была школотой с косичками, а мамка моя сидела в декрете с младшеньким, понадобилось изгнать из холодильника мышь-висельницу.

Надиктовав мне нехитрый список продуктов, маманя сунула мне в варежку сотню, дала пакет и отправила в метель. Шучу, просто снег шёл. Ну, и не могу не добавить, что эх, были времена, когда на сто рублей можно было купить гораздо больше, чем булку хлеба и пакет молока.

Пока я шла в ближайший магазин, блестящий снег так меня заворожил, что очень захотелось потрогать его на предмет, слепятся ли снежки. Я аккуратно сняла варежки, положила купюру в карман пуховика и загребла в руки снега.

Несмотря на красоту, снег совсем не хотел слепляться в комок. Я отряхнулась, надела варежки обратно и потопала дальше.

В магазине, когда пришёл час расплаты, денег не оказалось нигде. В кармане нет, в другом тоже, в варежках пусто, но полу тоже нет. Выронила! Прошу отложить продукты и бегу домой вся в слезах. Жили мы тогда скромненько, и даже сто рублей были ощутимой суммой.

По дороге я, конечно же, проверила те места, где снимала и надевала варежки: смотрела и на дорожке, и вдоль неё, расшвыривала снег. Купюру ведь могло унести и припорошить, но ветер был несильный, так что унести далеко её никак не могло.

Вся мокрая и красная от слёз я сбивчиво рассказала маме, что потеряла деньги. То ли усталость родительницы, то ли моя слишком бурная реакция уберегла меня от разноса. Мне была выдана другая сотка, с которой я на максимальной скорости унеслась в магазин, всё время зажимая купюру в руке.

Расплатившись и нагрузившись, домой я не спешила. Во-первых, я очень боялась скандала. Во-вторых, моя истерика поутихла, и я решила ещё раз с холодной головой осмотреть дорожку.

В том месте, где я видела деньги последний раз, не было ничего, кроме следов моего же поиска. Пришлось смириться, да и пакет был тяжёлый.

Уже почти около дома я со злости пнула сугроб, оставив в нём неглубокую выемку. В выемке солнце сразу подсветило что-то голубенькое. Я пригляделась и обнаружила там свёрнутые вместе два полтинника. Схватив находку, домой я уже летела.

Скандала не было. Мать ещё с неделю смеялась над ситуацией, мол я не потеряла деньги, а разменяла их. Эдакий обменный пункт "Сугроб" получился.

ЕГО КОТЕЙШЕСТВО

По пути из школы, в магазине на углу я приметила шикарного рыжего котяру. На мой вопрос, можно ли это биологическое чудо света погладить, продавщица ответила: "Мы не знаем, что это за кот, но гладь, он не кусается".

Кот и правда не кусался, и был охоч до ласки настолько, что радостно вытерпел приставания школьницы, которой не разрешали завести кота. Точнее, кот был, но у моей бабушки, с которой мы уже не жили. И вот насколько я соскучилась по своей рыжей морде, настолько же я затискала рыжую морду в магазине. Сама морда была только за, приумножив мой восторг.

Кота в том магазине мы видели регулярно и с той же регулярностью я этого кота одаривала своим вниманием. Мать даже заводила разговор со своим мужем, не взять ли нам кота, но "глава семьи" был непреклонен.

Спустя несколько месяцев, родительница решила у продавцов спросить, а можно ли кота вообще забрать.

Одна из продавщиц засмеялась:

– Вы уже не первые, кто спрашивает. Его даже пару раз уже забирали, но кот возвращался через день, максимум два. Ему у нас тут будто мёдом намазано!

Ну что ж, раз кот решил жить в магазине, то пусть живёт в магазине. Гладить кота можно в любых декорациях, хотя иметь такую шикарную скотину дома было бы приятнее.

Потом кот пропал. Даже продавцы не скрывали волнения за рыжую тушку и сами спрашивали покупателей, не видел ли кто кота. Месяц или даже полтора от рыжего не было ни слуху, ни духу.

А потом кот снова появился. Под пышным рыжим мехом красовался ошейник с медальоном. Надпись на медальоне гласила: "Я домашний!".

Естественно, возникли вопросы, куда кот пропадал, откуда взялся и кто ж его таки смог приручить и окольцевать. На немой вопрос в моих глазах продавщицы разразились смехом и рассказали.

Оказалось, что этого кота завела семья, чей балкон был прямо над крыльцом магазина. Кот нашёл на балконе дырку, через которую регулярно линял из квартиры на козырёк, а с козырька – в сам магазин. К вечеру наглая рыжая морда возвращалась домой тем же путём, и несколько месяцев хозяева не подозревали, что их кот тусуется в магазине. Первый раз кота потеряли, когда кто-то из покупателей забрал кота к себе домой. Кот не ночевал дома, но вернулся сам через сутки. Когда история повторилась в третий раз, кот пропал уже на двое суток, и хозяева забили тревогу. Тревогу забили, но в магазин зайти не догадались, а кот вернулся сам ещё до того, как были расклеены объявления о пропаже.

В четвёртый раз кота сцапали опытные которабовладельцы, и зверь пропал на месяц. И даже тогда хозяева кота не догадались зайти в магазин и спросить там. Даже объявления, которые были расклеены по району, все были довольно далеко от магазина, а по неконтрастному ч/б фото сложно было понять, что ищут того самого кота. Но сноровистая животина таки вырвалась от воришек, ибо склонность к бродяжничеству сильнее закрытых дверей. И кто бы сомневался, что кот вернётся не домой, а в свой любимый магазин!

И вот случилась картина маслом. В магазин заходит хозяин кота, уже отчаявшийся животину свою отыскать. На прилавке рядом с кассой сидит его кот со взглядом не менее удивлённым, чем у хозяина.

– Барсик?! Барсик, сволочь, ты чё, обалдел?! Я тебя по всему району ищу, а ты, скотина рыжая, прямо под полом у нас сидишь?! А ну пошли домой!

Барсик покорился судьбе, но ровно до следующего дня, когда он снова сбежал через балкон. Хозяин пару дней боролся со склонностью к бродяжничеству своего кота, но безуспешно. Даже найденная и заделанная дыра на балконе пала под натиском рыжего красавца.

Тогда хозяин заказал медальон и купил ошейник для кота. Уже зная привычки шерстяного бродяги, хозяин выдал инструкции персоналу магазина не кормить и, по возможности, никому не отдавать его животное.

Барсик был совершенно не против новых аксессуаров. Ещё пару лет он ежедневно на весь день сбегал через балкон в любимый магазин, а потом его толстая рыжая попа перестала пролезать в дырку на балконе.

Ну а я годами ходила и радостно гладила рыжего наглеца. Правда, к моменту разжирения его котейшества, я гладила его только взглядом, глядя на балкон над козырьком магазина.

ПРОДАЖНАЯ

Первый раз, когда мне личность мужеского полу предложил денег за моё время и внимание, мне хорошо запомнился, ведь было мне тогда лет девять или десять.

Это не история о дяденьках с усами в кустах, выдыхайте!

Когда я была совсем мелкая, в соседнем подъезде нашего дома жила довольно странная семья. Состав для семьи в начале 90хх был вполне типичный: бабушка, мама и сын одного со мной возраста. Странным было их поведение.

Матушка была волшебной на всю голову и высокомерием своим царапала небесную твердь. Сына же она растила в такой вседозволенности, что сама от него частенько огребала с первых его шагов. Общаться с ней, как и оставлять своих детей в одной песочнице с её сыном, никто не хотел.

Прошло несколько лет. До дамы, наконец, дошло, что в родном районе ей ловить нечего, и она свалила в Питер с сыном подмышкой. Мы даже выдохнули. Да, даже мелкие дети, на каждом из которых красовались шрамы от укусов того мальчика.

Жизнь в северной столице даме зашла, в начале сытых нулевых её благосостояние значительно выросло, а вот сыночка избалованный стал немного мешать личной жизни. И решила дамочка сослать свою корзиночку на всё лето к бабушке.

Высокомерие матери мальчик Коля впитал как губка. Жизнь в Питере, видимо, тоже наложила определенный отпечаток. Короче говоря, несмотря на пролетевшие годы и тот факт, что Колю никто не узнал в изменившееся лицо, ситуация особо не изменилась – никто не хотел дружить с ним. Все играли, веселились, а Коля, как неприкаянный дух, слонялся по району и злобно на нас позыркивал.

Где-то месяц лета прошёл в таком темпе. Нам с подружкой захотелось покататься на качелях. Ближайшие были у дома культуры, и мы пошли туда. С нами никто больше не пошёл, на самой площадке у ДК были только две мамочки с двухлетками.

И тут мимо плывет Коля. Мальчик видит нас, беззаботно качающихся на двойных качелях, не видит препятствий и прямой наводкой чешет в нашу сторону.

Начало было многообещающее. Сначала он предложил нас покачать, но силёнок не хватило, и Коля назвал нас жирными коровами. Потом мальчик начал рассказывать, как в северной столице круто, и как у нас тут всё плохо, а люди тут – вообще полный мрак. Ну, типичный такой неопатриархалный мужчина, хоть и десятилетний.

То, что нам на него было совершенно накакать, он тоже не сразу понял, но, когда понял, началось прям цирковое шоу.

Мимо проплыла компания девочек постарше: все в красивых платьицах, с бусиками, с накрашенными губами и цветами в распущенных волосах. Коля решил, что это его шанс!

С кошачьей прытью пацан влетел на качели между нами с подружкой, обеих обнял за плечи и начал довольно улыбаться в сторону проходящих девочек. Мы пытались скинуть его с качелей, но он прям мертвой хваткой вцепился. Девочки даже бровью не повели, не повернулись и шли мимо в том же темпе.

Когда они прошли, нам было объявлено, что среди них была колина бывшая, и Коля просто хотел, чтоб она страдала. Мы с подружкой заржали, но мальчик решил от легенды не отступать. Нам было предложено десять рублей сразу и мороженое каждый день, если мы притворимся его девушками и будем за ручку с ним по району ходить. И ещё добавил, что с поцелуями лезть не будет, это же понарошку.

Пока я пыталась из ступора выйти, подружка моя ответила за нас обеих. Мол, не сможем мы сожрать столько мороженого, сколько нам причитается за нахождение в его компании.

Самая большая шутка была в том, что Коля, минуту назад безуспешно пытавшийся нас купить, назвал нас продажными. Зато он с качелей слез и перестал фонить над ухом, да и следующие несколько лет старательно нас игнорировал, что было истинным наслаждением.

БАРСИК

Есть у моей бабушки сестра, в деревню к которой мы часто ездили и зимой, и летом. И был в той деревне пёс Барсик, метис восточно-европейской овчарки, – здоровенный и совершенно невоспитанный пёс.

Печаль была в том, что наш домик был самым близким от дома хозяина пса. Несмотря на то, что большую часть времени Барсик сидел на цепи, ходить в ту сторону приходилось в обход огородами или вжимаясь в противоположную сторону улицы.

А теперь представьте, что творилось, когда Барсика дважды в день спускали с цепи!

Специально этот телёнок в собачьей шкуре на людей не бросался, но на его пути лучше было не попадаться. Когда Барсик носился по улице, люди расступались в ужасе, кошки забивались на чердаки и самые верхушки деревьев, летели перья домашней птицы.

А ещё этот "милый" собакен до дрожи в коленках любил огурцы. Соседские огурцы были ему особенно милы, но он их не просто сжирал, а, как в анекдоте, надкусывал. Забор не спасал. Была бы теплица, он бы и её сломал.

В какой-то момент моя двоюродная бабушка, она же хозяйка деревенского дома, решила завести гусей. Она купила яйца, вывела троих гусят, растила их. Пока гусята были маленькие, они не раз наблюдали, как Барсик бродит по их огороду, жрёт огурцы и носится прямо по курам их хозяйки. То ли поэтому, то ли из врождённой воинственности, гусята выросли в трёх гусынь-мстительниц.

Из-за рождения моего брата, в деревне я стала появляться реже, поскольку нужна была дома. Гусей я помнила крохотными серыми комочками, а когда приехала в следующий раз, меня встретили уже три здоровенные гусыни с размахом крыльев под два метра у каждой.

Под вечер я, как самая молодая, понесла творог дальним родственникам в обмен на мёд. В калитку проскользнули все три гусыни и потопали в сторону соседнего дома. Я, испугавшись, что пёс порвёт наших гусей, пошла за ними, и увидела то, что вообще никак не ожидала.

Едва завидев угол соседского дома, я услышала дикий собачий визг. Ускорив шаг и обогнав гусей, я увидела Барсика с собственной цепью в зубах, мечущегося по двору. Пёс старательно свернул свою цепь, закинул к себе в будку под крыльцом и залез туда сам. Мы с яростно гогочущими гусями были уже в паре метров. Барсик ещё раз громко взвыл, будто ударенный кнутом, и начал заваливать вход в свою будку тряпьём, которое у него там лежало. Гусыни ускорили шаг и понеслись прямо к крыльцу, на что пёс ответил громким протяжным скулежом, и было слышно, как он забивается в угол своей будки, ударяясь всем телом и цепью о доски крыльца.

Концерт продолжался примерно минуту, после чего наши гуси резко замолчали, сложили крылья и гордо почапали домой.

Вечером того же дня я узнала, что огурцы наши больше никто не надкусывает, по курам нашим больше никто не бегает, а Барсик, спущенный с цепи, осмеливается выйти со двора только ночью и по деревне перемещается мелкими перебежками.

Что там произошло между гусями и Барсиком, я не знала, бабушка молчала, деревенские же многозначительно улыбались в ответ.

ПРОКЛЯТЬЕ

По квартире пулей пронеслась соседка, товарка моей бабушки, и плюхнулась с разбега на диван. Эта ни разу не милая пожилая женщина, казалось, никогда не затыкалась. Собственно, в этот раз она вошла, увлечённо с порога рассказывая очередную сплетню, продолжила по дороге до дивана и, уже сидя, всё ещё тараторила как заведённая.

И тут – бац! Резко сменившая бубнёжь гробовая тишина гулко отдалась в ушах. Я аж отвлеклась от заданной на выходные книжки и из комнаты выскочила. Мало ли, инсульт хлопнул старушку или похуже чего. Но нет, бабкина товарка абсолютно живая, лишь немного бледная, сидела на диване с раскрытым ртом и пялилась на подлокотник. Скрип двери в мою комнату заставил её поднять глаза. Когда наши взгляды встретились, соседка заорала так, будто её убивают.

– Ааааа! Вас всех прокляли! – кричала старушка и тыкала пальцем в подлокотник дивана.

В обивку была воткнута большая швейная игла со вдетой в неё толстой черной нитью, сложенной вдвое. По мнению соседки, иглу воткнули на смерть обитателям данной квартиры или, в крайнем случае, на тяжёлую болезнь.

Моя суеверная бабушка поддалась панике и кудахтала, мечась по комнате. Соседка взяла в оборот меня и начала пытать, кто приходил к нам домой в последнее время и кто мог желать нам смерти. Точнее, вопрос стоял, кого именно я пускала к нам домой и кого именно я могла так сильно разозлить. И вообще, не я ли самолично решила свою семью со свету сжить, в двенадцать-то лет.

Пока соседка на меня орала, а моя бабка хлопала крыльями у дальней стены, с кухни вернулся дедушка. Взяв с журнального столика очки, лампочку и носок, он флегматично уселся на диван, не обращая внимания на скандал. Натянув носок на лампочку и надев очки, дед достал иголку из подлокотника и занялся штопкой.

По ушам снова ударила оглушающая тишина. Бабушка облегчённо плевалась в углу комнаты. Я не выдержала и согнулась пополам от смеха. Челюсть соседки гулко захлопнулась. Как она свалила из нашей квартиры, никто даже не заметил.

КАК РОЖДАЮТСЯ ПРЕДРАССУДКИ

Рядом с нашим дачным поселком есть небольшой лесок – немного разросшаяся защитная лесополоса вдоль поля. Несмотря на скромные размеры, место было, да и сейчас тоже, богато на всякие грибы и ягоды. Всё, что в нашей полосе растёт по лесам, было там в достаточном количестве. Соответственно, дачники частенько совершали набеги на дары природы, не растущие в огородах.

Ещё в период первой земляники по посёлку пошёл слух, мол жуть какая-то в лесу поселилась. Будто тень неведомая ходит между деревьев и не откликается, иногда кто-то воет, и постоянно не отпускает чувство слежки.

К первым лисичкам всё больше дачников отказались от затеи ходить в лесок, всё больше ходило баек про какую-то неведомую хтонь, а своих детей дачники пугали не бабайкой, а тем, что из леса выйдет вот это вот и заберёт их.

К первым груздям из леса вышел мужичок, собрал всех, кого увидел, и начал со смехом рассказывать, что никакой в лесу не призрак. Пока дачники начали облегчённо вздыхать, мужичок продолжил речь словами: "Не бойтесь в лес ходить! Там просто медведь завёлся!".

Паника с новой силой прокатилась по посёлку. Люди, живущие близко к лесу, принялись укреплять заборы и загонять на ночь собак в дома. Каждый второй дачник клялся и божился, что либо видел медведя, либо слышал его рёв в ночной тишине.

Я тогда заканчивала среднюю школу и планировала связать свою жизнь с биологией. Ну какой, к чёрту, медведь в лесу, где самая крупная птица – синица, самый большой зверь – ёж, а сам лес можно пешком обойти вокруг часа за полтора? Но кто ж меня слушал!

Мне и самой жуть как интересно было, что же такое там воет, рычит и шарахается между деревьев! Собравшись компанией из 4 человек и вооружившись кольями, мы решились сходить на разведку. Отчаянная школота, да, но кто в том возрасте не мечтал о приключениях?

Было решено сначала разведать, где ж может быть логово зверя. Мы этот лес хорошо знали, и потенциальных лежбищ было всего 3. Самым подходящим был то ли маленький овраг, то ли заросший дренажный ров с поля. К нему мы и направились.

Первым, что бросилось в глаза, были листы картона, накиданные под деревом у самого оврага. Чуть дальше лежала куча тряпья. Когда один из мальчишек подцепил колом тряпки, сбоку послышался хруст веток. Когда мы обернулись, на нас побежала вонючая мохнатая туша, грозно рыча.

Мы, естественно, перепугались, завизжали и бросились бежать, но мальчишки в процессе остановились и окликнули нас.

В воздухе повис вопрос: "Что это было?". А был это стопроцентно не медведь. Рёв прекратился, поэтому мы решили попробовать вернуться и рассмотреть получше, что же это было такое.

Осторожно ступая, мы подошли достаточно близко, чтоб внимательно рассмотреть существо. И каким же было наше разочарование, когда мы увидели обыкновенного бомжа в старой коричневой шубе!

Бомж нас тоже заметил. Приговаривая гадости, которые он о нас думает мужик собрал своё шмотьё и явно планировал передислоцироваться.

Эх, а такая легенда была!

КЛАДБИЩЕНСКАЯ

Мы были уже подростками, поэтому запреты взрослых нас мало волновали. В тёплое время года наша развесёлая компания частенько тусовалась в лесу, которым заканчивался наш микрорайон. В том же лесу было кладбище. Если идти тропами, то была большая вероятность увязнуть в грязи, испачкаться и навлечь на себя родительский гнев. Если идти по дороге, то волей-неволей приходилось идти мимо кладбища.

Мы, конечно, травили друг другу страшные истории, но, по правде, не было в этом кладбище ничего страшного. Ходить по лесу мы предпочитали по дороге. Так было чище, да и никто в четырнадцать-пятнадцать лет не откажется от возможности лишний раз рассказать или послушать страшную историю.

В одну такую прогулку мальчишкам из нашей компании стало как-то скучно. Им показалось забавным размахивать огромной дубиной, найденной в лесу. Когда взмах палки пришёлся на пространство, критически близкое от меня, я отпрыгнула и взвизгнула. Моя реакция так развеселила шалопаев, что главный заводила, замахнувшись орудием, с боевым кличем бросился на меня и согнал с дороги в лес.

Мы как раз проходили мимо кладбища, и получилось, что побежала я как раз вдоль кладбищенского забора. Под моей ногой что-то хрустнуло. Я опустила глаза, заверещала пуще прежнего и бросилась бежать обратно.

– Труп! Там! Кровь! Кости! – сбивчиво пыталась я объяснить, что меня напугало.

– Маш, ты нормальная вообще? Это кладбище, вообще-то! Там везде трупы и кости!

– Свежий! Не в могиле! У забора! – я никак не могла отдышаться и продолжала крякать отдельные слова вместо объяснений.

Закатывая глаза, мальчишки-таки согласились посмотреть, что же такого страшного я увидела в лесу. Девчонки посеменили следом.

В кустах у кладбищенского забора лежала куча костей со скудными остатками мяса на них. При детальном рассмотрении оказалось, что это хребет и ноги коровы. Уже успокоившись, ничего страшного я в этих костях не увидела, хотя зрелище было довольно мерзкое.

Откуда коровьи кости взялись в кустах у самого кладбища, так и осталось для нас тайной, покрытой мраком. Но, лично я думаю, что кто-то ушлый из руководства местного общепита просто решил сэкономить на утилизации отходов.

Зато у нас с ребятами появилась вполне реальная страшная история про наше кладбище.

КАРТОФЕЛЬНЫЙ ВОРИШКА

Когда-то давно председатель нашего садового товарищества пообещал людям дополнительные участки. Землю показали, размежевали и быстро освоили. Поскольку документов на руках не было, ни о каких постройках и даже заборах речи не было. Радостные дачники вбили колышки по углам, повесили самодельные таблички с фамилиями и натянули бечёвку, чтоб не путаться. Позже оказалось, что председатель нагло соврал, и никаких участков никому положено не было, но целых три счастливых года дачники сажали картошку и морковку на дополнительных сотках.

В первый же год в конце июля люди начали замечать, что по их огородам кто-то ходил, причём довольно аккуратно. Так же была обнаружена незначительная пропажа урожая. У кого-то десяток морковок пропало, у кого-то лука немного выкопали, у кого-то осиротели на клубни два-три картофельных куста. В нашей широте без парников особо ничего не растёт, и на земле без документов никто дорогие и капризные овощи не высаживал. В рамках одного участка ущерб был незначительным.

Нам, детям, без обвинений и наказаний, была прочитана лекция о том, что дома нас всегда накормят, и брать что-то без спроса – дурной тон. Нескольким выпивохам тоже погрозили пальцем. В общем, дачники решили, что огороды обнесли на закуску.

Но история повторилась и на следующий, и на каждый другой день в течение недели. Во-первых, в рамках даже одного огорода, пропажа овощей становилась существенной. Во-вторых, общий ущерб по всем огородам всего за неделю уже исчислялся мешками. Воришки понемногу унесли овощей на внушительную сумму, и спускать такое с рук никто не собирался. Вот только привлекать правоохранительные органы было нельзя – документов на землю не было.

По товариществу были собраны все молодые девушки и парни старше шестнадцати. Старшеклассники и студенты были поделены на отряды. Каждый отряд дачники снабдили фонариками и собаками. По установленному графику старшие ребята вышли в патруль.

Мы же – детишки помладше – залезли на возвышенность, с которой огороды были как на ладони, и наблюдали за происходящим, пока нас не загнали спать.

В первую ночь патрулировали с включенными фонариками. Ребята видели отсветы и слышали чьи-то шаги в траве, но думали на своих же товарищей. Кусты периодически трещали, собаки лаяли в ночь, – ничего необычного. Но даже нам сверху было видно, что кто-то прокрадывается к полю. Сколько людей в патруле, мы прекрасно знали, но какое-то время отсветов от фонариков было на один больше, чем должно было быть. По итогу, утром не досчитались целой грядки картошки у семьи, чей участок был крайний у дороги, разделяющей «наши» огороды и колхозное поле кукурузы.

Патрульные валили друг на друга свою неудачу, пока не влезли мы. В темноте фонарики видно на очень большое расстояние, и воришка ловко сработал, когда все ребята отошли достаточно далеко. Позволить своим детям дежурить по ночам чаще дачники не могли, но попробовать патрулировать с выключенным светом согласились. Так же изменили построение парами, исключив отвлекающие разговоры в строю и уменьшив расстояние между патрульными.

Во вторую ночь мы так же уселись на возвышенности. В суматохе про нас вообще забыли, и мы сидели до поздней ночи, наблюдая за полем. Немного за полночь у дороги блеснул фонарик. Собака в ту ночь дежурила своеобразная. Это была бывшая служебная овчарка в преклонном возрасте, и лаять попусту она не стала. Патрульные тоже увидели фонарик, но не бросились на воришку сразу, а начали его потихоньку окружать.

В момент выдёргивания чужой морковки, преступник был застигнут с поличным. Собака уже готова была сцапать наглеца, но не выдержали нервы у одного из парней.

– Попался! – закричал патрульный.

Ошарашенный вор подсветил фонариком пространство в направлении звука. В луче света угрожающе клацнули зубы овчарки. На секунду ослепшая собака промахнулась, и этого времени хватило, чтобы вор с почти пустым мешком морковки рванул прочь.

Парень – ещё подросток – мог бы легко скрыться в колхозной кукурузе, но, зачем-то, побежал по дороге, да ещё и фонарик не выключил. Овчарка второго шанса не упустила. Быстро нагнав воришку, собака с выученной лёгкостью повалила его. Патрульные подоспели вовремя. Мы, маякнув ребятам с нашей возвышенности, побежали за взрослыми.

Конечно же, никто мальчишку самолично наказывать за воровство не стал. Под конвоем из крепких мужчин и нескольких собак воришку отвели домой, в ближайший посёлок.

На месте дачников ожидал сюрприз. Паренёк был из вполне благополучной семьи, и воровал явно не из нужды или голода. Более того, у мальчика был свой собственный мотоцикл, местонахождение которого крайне интересовало его родителей.

Допрос продолжался до самого утра. Под тяжёлым взглядом отца, воришка сознался во всех грехах и рассказал, зачем он всё это сотворил и как он смог такое провернуть.

Парню очень хотелось улучшить своего железного коня, но родители не дали ни разрешения, ни денег на запчасти с расходниками. Ушлая соседка, прознав про горести мальчонки, предложила рабочую схему заработка. Сама женщина торговала на рынке овощами и фруктами, так что план её созрел ещё в самом начале лета, когда вблизи колхозного поля она увидела размежёванные клочки перекопанной земли с зелёными проростками.

Поскольку, за два месяца так и не появились заборы, особых преград для хищения чужого урожая не было. На руку играло и то, что мальчик, где-то в глубине души, был честным и не наглым. К тому моменту, когда дачники забили тревогу, он успел помаленьку натаскать овощей на сумму, соизмеримую с месячной зарплатой рабочего.

Узнав расписание ночных электричек, воришка незаметно подъезжал на своём мотоцикле к огородам. Мелкими перебежками он сновал от участка к участку и перетаскивал добычу в люльку своего железного коня. После, так же скрывая звук мотора за стуком колёс поездов, парень уезжал обратно в посёлок. Соседка добычу продавала, прикарманивая себе почти всю прибыль. Мальчик понятия не имел, сколько всё это стоит, поэтому несказанно рад был и тем копейкам, что ему доставались.

Не знаю, наказали ли как-то соседку и что стало с тем воришкой, но лекции о доверии и воровстве нам читали до конца летних каникул при каждом удобном случае.