Без попкорна

«Пипец-2»: взросление неизбежно

Российские кинозрители увидели продолжение знаменитой супергеройской комедии «Пипец».

При словах «продолжение», «сиквел» и т. п. только у юных и наивных фанатов радостно загораются глазёнки. Большинство же ощутимо скучнеет. Сиквел в силу своей предопределённой вторичности не может быть лучше первоисточника, а в большинстве случаев ему проигрывает. Ведь даже если исходник изначально делался с расчётом на продолжение, всё равно он — цельное, законченное произведение. Годный сиквел — это, по сути, новая вещь с некоторыми знакомыми персонажами, а безблагодатное продолжение представляет собой, как говорили сто лет назад, «повторение задов».

В финале кино 2010 года разгильдяй-тинейджер Дэйв Лизевский, взявший себе боевое прозвище «Пипец» (Аарон Джонсон), и куда более толковая в суперменских делах няшная девочка Минди Макриди (для своих — «Убивашка», а изображает ее Хлоя Морец) разнесли преступный клан Фрэнка д’Амико (Марк Стронг). Фильм заканчивается тем, что Убивашка, снова став Минди Макриди, попадает под опеку Маркуса (Омари Хардвик), бывшего напарника покойного отца, и идет в ту же школу, в которую ходит и Дэйв. Но остался д’Амико-младший (Кристофер Минц-Пласс), который когда-то подражал Пипцу, а теперь мечтает отомстить ему за смерть отца…

Собственно, этим он и занимается в новом фильме.

Другие герои занимаются — точнее, пытаются заниматься — тем, для чего они, честно говоря, не приспособлены. Дэйв играет в супергероя, а Убивашка-Минди, из которой «Папаня» Дэймон Макриди (Николас Кейдж) растил машину человекоубийства, пытается стать обычной девочкой. Потому что бывший напарник Папани сержант Маркус запретил Минди супергеройствовать, а та, в свою очередь, обещала покойному отцу слушаться Маркуса. И пока она постигает науку девичества под руководством гламурных сучек, «Пипец» Дэйв прибивается к компании эталонных лохов разного возраста: сборище неуклюжих супергероев под мудрым началом Звёздно-Полосатого Полковника (Джим Керри) — единственного боеспособногочлена команды — творит добрые дела.

Но в одну прекрасную ночь они слегка прищемили яйца (в прямом смысле) китайским сутенёрам, которых крышевала банда д’Амико — злодейская семейка из первой серии… И тут, как говорится, понеслось! Команде Полковника противостоит не нормальная братва, а забавная костюмированная бригада суперзлодеев, собранная д’Амико-младшим, который взял новый творческий псевдоним — «Мазефакер» вместо «Кровавого Угара». Эпическая война двух банд костюмированных переростков, разбавленных немногочисленными реальными бойцами, происходит на фоне нешуточной внутренней борьбы, сопровождающей становление личностей главных героев. Дэйв Лизевски, Крис д’Амико, Минди Макриди и их соратники пытаются найти свое место в жизни и понять, где заканчивается адреналинистая игра и начинается жестокая реальность…

Не все успевают понять это вовремя.

Судя по отзывам в интернетах, «Пипец-2» впечатлил зрителей куда меньше, чем первый фильм. Да, он унаследовал от исходника его преимущества, например, комиксовую постановку кадров, которую зрители приняли на ура, или осторожное надругательство над неписанными табу: невинное дитя умело и с удовольствием превращает плохих парней в кровавый фарш. Плюс массовое помешательство на виртуальной славе («Чем могу помочь? — Собрать миллион просмотров на YouTube!»… «Не забыть твитнуть об этом!»). Плюс акцентирование всевозможных штампов, от киношных до интернетных. Плюс по-настоящему остроумные шуточки «ниже пояса»…

Однако все эти сильные стороны проекта уже были явлены в фильме 2010 года, а на новые революционные находки интеллектуального потенциала создателей не хватило.

Существенное отличие второго «Пипца» от первого — повышение градуса политкорректности: Убивашка произносит обличительный спич против гомофобии, а в команде суперлохов, возглавляемой Полковником, оказывается открытый гей субтильного сложения.

15−20 лет назад среди «хороших парней» обязательно должен был присутствовать афроамериканец. Сейчас требования политкорректности ужесточились, и команда борцов со злом обязана иметь в своем составепедераста.

Впрочем, сам Полковник — эталонно-мужественный герой в стиле пятидесятых годов. Ещё один великолепно колоритный персонаж, точнее, персона — это «Мазараша» («Россия-матушка») из команды суперзлодеев, бывшая агентша КГБ, которая с лёгкостью слона на скаку остановит и хобот ему оторвёт. Русскую машину убийства изображает культуристка Ольга Куркулина. Ни одного советского патриота не оставит равнодушным сцена, где Мазараша не без щегольства крошит американских полицаев под kalinka remix.

— …Убито восемь полицейских!..

— Ты хотел сказать — десять!

Впрочем, второй «Пипец», как и первый, избежал засилья социальщины, и это, между нами говоря, неплохо. Поднадоели все эти левацкие поделки про плохих богатых и хороших бедняков, про звериный оскал неоколониализма, про очаровательных ксеноморфов и противных расистов… Не любите фальшивую буржуазную мораль, чувствуете ответственность белой расы перед людьми из «третьего мира», мечтаете жить в гармонии с природой? Вам должно понравиться в Зимбабве! Ах, вы не хотите туда? Странно!

Основная идея фильма — это, несмотря на формат чернушной комедии, поиск ответов на серьёзнейший вопрос «Кто я и зачем?». Осознание того, что смешной карнавальный костюм еще не делает тебя супергероем, а желание бороться за справедливость, подогретое личными фрустрациями, но не подкреплённое умениями, приводит к самым плачевным результатам, когда игра выходит из-под контроля. С другой стороны, зачем Убивашке притворяться обычной девочкой Минди, если она совсем необычная? Зачем ей конкурировать с гламурными сучками по их гламурно-сучьим правилам, если она может их уделать по-своему? Если она — непобедимый демон справедливости?

Правда, непобедимому демону справедливости тоже всё чаще… хочется! И что делать, если при виде подкачанного юношеского пресса колотится сердечко и кровь приливает к низу живота?

Вероятно, запутанные отношения Пипца и Убивашки ждет логическое разрешение в третьем фильме.

Как святитель Алексий в Барад-Дур ездил

Совет российских муфтиев изволит гневаться, что 12 июня 2013 по первому каналу телевидения показали фильм «Орда». (Это история о том, как московский митрополит Алексий и всея Руси чудотворец, ездил лечить ханшу Тайдулу и чудесным образом вернул ей зрение). Уважаемый Руслан Курбанов в духе советских пропагандистов назвал кино «идеологическим оружием против единения российских народов».

«Общая канва фильма, — сокрушается уважаемый Курбанов, — шла в русле пропаганды явного духовного превосходства русских (читай: православных) над татарами (читай: мусульманами); …татар показывали исключительно варварами и дикарями».

Я этот, с позволения сказать, шедевр смотрел ещё осенью 2012, а потому помню, как оно там было. И я, честное слово, не вижу, на что обижается уважаемый Курбанов.

Скажу честно — иллюзий по поводу «Орды» у меня не было, потому что я хорошо знаю, что представляет собой среднестатистический «исторический» фильм made in Russia. Жадность отечественных кинодеятелей не имеет аналогов в мире, основная часть скромного бюджета уходит на организацию пиар-кампании, на взаимные чествования и награждения по принципу «петушка хвалит кукуха», ну, и на съёмки трейлера. Производство собственно фильма финансируется по остаточному принципу. Результат немного предсказуем…

Фильм прославился не столько художественными находками, сколько околополитическими скандалами. Ещё осенью 2012 года, вскоре после того, как «Орда» прошла по кинотеатрам, некие татарские патриоты нашли картину оскорбительной для своего народа. Да и нашенский, русский… то есть русскоязычный историк Вадим Рудаков остался недоволен. Он-то надеялся, что «наконец, в России появится фильм, аккуратно описывающий жизнь правителей Золотой Орды, к чьим заслугам относят создание местного управления, сети почтовых дорог, военной организации, проведение переписи населения». А вместо этого сняли нечто «в худших традициях старых советских фильмов о татаро-монголах и кочевниках».

Нет — разумеется, всем культурным людям известно, что разглагольствовать о каком-то там «татаро-монгольском иге» может только умственно ограниченный фашист. А тот, кто говорит, будто русские — европейский народ, тот вообще враг общества, без пяти минут Брейвик. Известно же (откуда? да просто известно, и всё!), что изначально Орда и Русь были единым целым. Наши цивилизованные евразийские братья привили русским дикарям истинную идею государственности, познакомили с азами науки и культуры, научили читать-писать и подтирать задницу. А ещё создали флот и провели телеграф. Только глупые русские потом взбунтовались и всё это похерили. Да-да, так и было. Читайте Фоменко-Носовского. Не беда, что их выкладки противоречат данным археологии и фольклористики, и не подтверждаются средневековыми документами.

Что же касается фильма, то мне непонятно, на что же так рассердились радетели Великой Орды.

Фильм основан не то чтобы на реальных событиях (кто на самом деле знает, что происходило семь веков назад?), но на сказании, достоверность которого никто не ставит под сомнение. В кино рассказывается о поездке митрополита Алексия (Максим Суханов) в Орду, где он исцелил ослепшую ханшу Тайдулу (Роза Хайруллина), мать великого хана Джанибека (Иннокентий Дакаяров). Сказание не сообщает подробностей этого предприятия, и поэтому гг. Арабов (автор сценария) и Прошкин (режиссёр) заставили святого старца пройти очистительные мытарства. Очевидно, в наказание за гордыню и кощунственную попытку уподобить себя Христу: после нескольких безуспешных попыток он решает смазать глаза больной «брением из плюновения», по евангельскому слову, но и эта мера не даёт результата. Испытав неудачу, позор и отчаяние, пройдя огонь, воду и дерьмо (в прямом смысле), Алексий уже готовится отойти в мир иной, как вдруг случается форменное чудо: ханша неожиданно прозревает. Сам великий хан смиренно преклоняется перед святым старцем. Русских монахов с почётом провожают домой, и митрополичий келейник Федька (Александр Яценко) получает от смеющихся татар лисью шубу, о которой мечтал ещё с отъезда из Москвы.

В Москве-то XIV столетия лисья шуба — дефицит. Город стоит посреди лесов, где в то время соболей и горностаев промышляли, а он о лисьей шубёнке мечтает… Эй, ну хорош ржать, в самом-то деле!

Конечно, второстепенные герои и перипетии их взаимоотношений выдуманы сценаристом чуть более, чем полностью. Но ведь мы говорим о художественном фильме, и попрекать его создателей вымыслом — всё равно что негодовать на рыб за то, что они дышат жабрами.

Однако у татарских патриотов нет никаких оснований быть обижаться на то, как Арабов и Прошкин изобразили их предполагаемых предков.

Да, ордынцы в «Орде» — настоящие варвары: грубые, порывистые и жестокие. Аппетитно жрут мясо и развлечения ради срубают головы пленникам. Но эти орки по-своему даже симпатичны. Их жестокость — не истерика очкастого хлюпика, который притащил в школу папашин «хеклер-кох» и замочил полкласса, а незамутнённая ярость сильных хищников, животная мощь, не ведающая берегов и пределов. Евразийцы, московские и казанские, по идее должны стонать от восхищения. А евразийки — от вожделения.

Если уж кто и вправе выказывать недовольство фильмом, так это русские. Потому что в фильме их пращуры изображены покорными и бессильными жертвами. Все они — от князя до последнего полоняника — в полной власти татар, осознают это и не очень-то тяготятся своим положением. Да и особой ненависти к ордынцам они не испытывают, зато ежеминутно готовы вцепиться в глотки друг другу. Раб-истопник Василий (Алексей Шевченков), которому жить осталось не больше месяца, как и прочим его товарищам по несчастью, шипит на святителя Алексия, загнанного в адскую подземную кочегарку: из-за тебя, дескать, «поганые» стали убивать рабов.

Для справки: события, о которых идёт речь в фильме, имели место в 1357 году. Через двадцать с небольшим лет (11 августа 1378 г.) покорные русские данники Орды раскатают воинство мурзы Бегича на речке Вожа. А два года спустя (8 сентября 1380 г.) произойдёт Куликовская битва, до сих пор вызывающая скрежет зубовный у евразийцев всех мастей. А были и менее знаменитые сражения, где «жалкие» русские били «непобедимых» ордынцев… Впрочем, мы отвлеклись. В фильме русские — точнее, подданные князя Московского — не могут и помыслить о соперничестве с Ордой. Москва в фильме — это даже не «большая деревня», а просто деревенька. Каким контрастом является Сарай-Бату, вырастающий прямо из воды, подобно скале! Да, это обитель зла, форменный Барад-Дур — но он, чёрт побери, велик, по-настоящему велик!

Конечно, у евразийцев есть повод для недовольства. Посмотрев «Орду», многие не в меру толерантные граждане по-новому взглянут на трудолюбивых мигрантов. Сегодня вы умиляетесь, глядя, как они подстригают кусты и подметают улицы, а завтра эти «бесправные и забитые» получат оружие и доходчиво объяснят менеджерам среднего звена, где их место в великой континентальной цивилизации. Айда, поган урус, кизяк таскай, баню топи, чтобы уважаемые люди отдыхали, кальян курили!.. Впрочем, не будем развивать эту тему, потому что Центр «Э» не дремлет, да и либеральные правозащитники не зря получают гранты. Sapienti sat.

Ноль политкорректности

«Околофутбола» — одна из немногих картин, посвящённых ультраправой субкультуре, созданная, во-первых, со знанием дела, а во-вторых — не то что с сочувствием, а с явным одобрением образа жизни персонажей.

Вообще-то российское кино славится своей неповоротливостью и неоригинальностью. Отечественные кинодеятели из года в год эксплуатируют одни и те же изъезженные, истоптанные темы: Обаятельные Бандиты, Плохие Бандиты и Хорошие Милиционеры; Духовно Богатые Бедняки и Страдающие от Бездуховности Богачи и т. п. Фантастику, ужастики и исторические «костюмные» блокбастеры отечественного производства смотреть по большей части грустно, потому что такого рода картины требуют солидного финансирования, а традиция делать кино «на коленке за три копейки» является нашей главной духовной скрепой… Отдельно стоят малобюджетные сериалы по книгам из школьной хрестоматии, а также беспардонно содранные у «буржуев» ситкомы. Исключения имеют место, но нечасто.

«Околофутбола» относится к числу таких удачных исключений. И уже поэтому заслуживает внимания.

Главные герои — простые русские футбольные хулиганы, основа «фирмы» Scull Head Crew: доцент-историк «Тичер» (Александр Ратников), модный диджей «Бритва» (Григорий Иванец), автослесарь «Ярый» (Иван Фоминов) и преуспевающий бизнесмен «Мажор» (Павел Ерлыков). Это не закомплексованные бедолаги из «Бойцовского клуба», а сильные, состоявшиеся, уверенные в себе мужчины, которых объединяет милое хобби: время от времени собирают «моб» и отправляются пробовать на крепость ребра и челюсти бойцов соперничающей «фирмы».

При этом победы и поражения футбольной команды, за которую они вроде как «гоняют», имеют даже не третьестепенное значение: товарищеские встречи по мордобою между «фирмами» — это, по сути, самоценный вид экстремального спорта…

— Ну что нам, в футбол играть?! — возмущается один олдовый фанат, услышав от роковой героини (Дарья Мингазетдинова) наивный вопрос — «А зачем вы вообще дерётесь?»

Фильм вышел не столько сюжетным, сколько атмосферным. Тех, кто превыше всего ценит в кино сложную интригу, ждёт легкое разочарование. Я пишу «легкое», потому что отсутствие закрученного сюжета с лихвой искупается превосходно переданным антуражем. Импровизированный спортзал под открытым небом; бойцы, деловито бинтующие кисти перед махачем; простые, но полезные тактические хитрости городского боя в метро или в лесопарке; столь же простые и ясные рыцарские правила fair play («они заявлений друг на друга не пишут!» — бесится полицейский следователь, которого играет Сергей Шнырёв) … А главное — дух старого-доброго ультранасилия, и ноль рефлексий. Этим «Околофутбола» отличается от знаменитых «скинофильмов», изготовленных режиссёрами антифашистской национальности. Их персонажи регулярно впадают в истерику и квасят друг другу морды не по делу. (и, конечно, позорно выгребают от благородных тожероссиян и антифашистов) Здесь же, когда между бойцами Scull Head Crew возникает разногласие — идти ли громить кафе, чтобы отомстить за избитого соратника — сторонники жёсткой линии ограничиваются тем, что говорят товарищу-«пацифисту»: «Ну… твой выбор!», после чего «фирма» почти в полном составе отправляется на акцию возмездия. Чужеродный общепит постигает судьба Персеполиса и Саркела…

Кадры эпического разгрома злополучного заведения перемежаются кадрами соития роковой красавицы и одного из главных героев.

А вот любовный треугольник, который по идее мог бы стать основой душераздирающей драмы, разрешается прямо-таки с обидной легкостью. Боец, от которого отвернулась его возлюбленная, просто машет на изменщицу рукой. Вообще надо признать, что женские образы в фильме вышли какие-то бледные и невыразительные. Впрочем, это неудивительно: «околофутбол» — не женская игра. Это, пусть и потешная, но война. И она может очень быстро превратиться в настоящую войну с наглыми чужаками или с полицейским государством, когда недавние соперники объединяются под лозунгом «Один за всех и все за одного!»

«Околофутбола» — абсолютно неполиткорректный фильм. Он переполнен неправильной, опасной символикой. Он отрицает толерантность к врагам, законопослушность, милость к падшим и прочие «духовные скрепы». Он пропагандирует силу, решительность, личную и коллективную ответственность, верность товарищам и тому подобные архаичные предрассудки. Добавим сюда ещё и патриархальные гендерные стереотипы (феминистки, в атаку!) — и остаётся только удивляться, что его выпустили на широкий экран.

«Околофутболу» сейчас угрожают две опасности. Первая — что ленту сочтут экстремистской и запретят. Вторая — и главная — что снимут продолжение.

По совокупному мнению зрителей, высоко оценивших картину, делать этого не следует.

3D-мушкетёры, или Ремейк марлезонского балета

Хотя «Три мушкетёра» Александр Дюма произросли на французской почве, они являются являются неотъемлемой частью русского и советского культурного кода. Что само по себе достойно удивения.

Положим, заграничные романы про знатных господ, со зловещими заговорами, подземными ходами, верёвочными лестницами, кровопролитными схватками и любовными интригами издавна были в почёте у русской публики. Отечественные сочинители, за редкими исключениями, не баловали читателя произведениями подобного рода.

Но сверхпопулярность «Трёх мушкетёров» в СССР и СССР-2.0 (a.k.a. «Российская Федерация») тем более поразительна, что роман — на сто процентов несоветский.

Вот, например, краткое содержание романа в ироническом пересказе Александр Невзорова:

«Главный герой крадёт деньги у квартирного хозяина, спит по очереди с двумя женщинами и попутно плетёт политические интриги против собственной страны. Его друг — хронический алкоголик, явный клиент ЛТП — занимается махинациями различного рода. Второй приятель — сутенёр, имеет любовницу, муж которой больной и парализованный старик, обирает его, между делом убивает, лжёт и хвастает на каждом шагу. Третий — религиозный лицемер, прохвост и бабник. Все четверо по ходу действия объединяются, чтобы убить женщину, которая была женой одного и любовницей другого…»

Да, моральный облик кумиров советскихподростков подкачал!

Если копнуть глубже, то становится ясно: в романе продвигаются откровенно реакционные ценности. Положительные герои там не защищают угнетённых, не защищают Родину и не служат техническому прогрессу. В романе торжествует дух рыцарской вольницы, унаследованный из глубокой древности: верность клану, служение Прекрасной Даме, пренебрежение мирскими «законами» и готовность проливать кровь во имя чести. Благословенным прогрессом тут и не пахнет. Однако мушкетёры — «наши», или, выражаясь языкомамериканской кинокультуры, «хорошие парни». А вот Ришелье, строящий какое-никакое, а всё же централизованное государство (что с советской точки зрения является шагом вперёд по сравнению с феодальным гуляй-полем), предстаёт в романе низким интриганом, одержимым маниакальным честолюбием. А его подручные — как на подбор, подлецы и злодеи.

В знаменитом фильме с д’Артаньяном-Боярским (1978 г.) это противопоставление выражено ещё более откровенно, чем в романе.

В 2002 году вышел «роман-эхо» Александра Бушкова «Д'Артаньян — гвардеец кардинала», а раньше, в «лихие девяностые», некто Олег Вовк осчастливилроссиян трёхтомником «Четыре мушкетёра, или мочалкой по черепу». Об этих книгах стоит сказать пару слов. Красноярский детективщик взглянул на события XVII века с точки зрения фашиста — «Всё во имя государства, ничего против государства». Под его пером юный гасконец становится верным и, что характерно, убеждённым соратником Ришелье — мудрого и дальновидно строителя государства, стремящегося железной рукой обуздать беспредел, подавить внутренние распри и поставить заслон внешним врагам… Ну, вы поняли, о каком политике тут на самом деле идёт речь!

Творчество Вовка можно определить как «быдлопародия». Хотя художественные достоинства этого произведения стремятся к нулю, оно достойно упоминания как лишнее подтверждение того, что мушкетёр вРоссии — больше, чем мушкетёр.

Фильм Сергея Жигунова, вышедший на широкий экран в ноябре, заставляет подумать о «кармическом кольце». Ведь сам Жигунов прославился и стал частым гостем снов юных пионерок после того, как сыграл Сашу Белова (не путать с Сашей Белым!) в «Гардемаринах» — советском патриотическом варианте мушкетёрской саги. Примечательно, что в этом фильме он скрещивает клинки с Боярским — заслуженным д’Артаньяном Советского Союза…

И вот спустя много лет он создал свою версию «Мушкетёров», тем самым бросая символическую перчатку Боярскому.

Наверное, если назвать «Три мушкетёра» — 2013 ремейком фильма 35-летней давности, господин Жигунов рассердится. И, может статься, даже вызовет рецензента на дуэль. Но, положа руку на сердце, нельзя не признать, что сценарий нового кино следует в фарватере фильма 1978 года. Тем интереснее сопоставить фильм, ставший классическим, и его рем… и новое прочтение романа.

Новый фильм получился куда более зрелищный, чем винтажный советский мюзикл. Хотя звания «блокбастер» он всё-таки не заслуживает. Впрочем, клеймо «12+» накладывает известные ограничения. Поэтому в сражениях, коими изобилует фильм, крови меньше, чем трюков. Те, кому по душе эпические кинодрамы, будут разочарованы.

Сюжет развивается стремительно: временами кажется, что слишком стремительно. Все «лишние» сюжетные линии отрезаны, персонажи, без которых можно обойтись — безжалостно устранены. Невнимательный зритель обречён недоумевать, откуда что взялось.

Декорации по-прежнему скудны; условность шекспировского театра и экономия на деталях, по-видимому, ещё долго будут отравлять сердца патриотовроссийского кино. Дворцовым церемониям ощутимо не хватает размаха, и даже эпизод с компьютерными бабочками, взлетающими с платья королевы Анны (Мария Миронова) вызовет у киноманов добродушную усмешку: ничего, ребята, научитесь, и будут у вас спецэффекты, как у взрослых… Манускрипты на чистом русском языке, мелькающие в кадре, в состоянии возбудить нездоровый смех в публике. Неужели во всей группе не нашлось ни одного каллиграфа, знающего по-французски?

Париж подозрительно малолюден и чист. Дамы и господа, вообразите городскую улочку в то время, когда Европа не знала другого транспорта, кроме коней, ослов и мулов! Вообразили? Теперь вы понимаете, чего не хватает в жигуновском Париже!

Когда дело доходит до осады Ля-Рошели, зрители почти физически чувствуют, как создателям хотелось развернуть роскошную батальную панораму. Но… не получилось.

Эротические сцены, опять-таки по причине низкого возрасного ценза, в высшей степени целомудренны. Однако создатели решили выжать из золотоносной темы «про это» всё возможное, поэтому д’Артаньян приезжает в Париж, ещё не познав радости любви. Этот деликатный момент выясняется во время дуэли юного гасконца с тремя мушкетёрами.

«Я не буду с ним драться, он девственник», — говорит Атос.

В воздухе отчётливо пахнет шебутной пубертатной комедией, где главный герой долго и безуспешно пытается избавиться от тягот невинности. Но, к счастью для всех, фильм не превращается в средневековую версию «Американского пирога» или «Муравьев в штанах». После блестящего завершения операции с подвесками Констанции Бонасье (Анна Старшенбаум) всё-таки дала молодому рыцарю.

Кстати, по части подбора актёров новый фильм выигрывает по сравнению с советским четырёхсерийником. Юный д’Артаньян (Риналь Мухаметов) действительно юн, тогда как в своё время великий и усатый Михаил Боярский, при всех его неоспоримых достоинствах, для этой роли был чересчур зрелым. Лучший женский образ — это, вне всякого сомнения, миледи (Екатерина Вилкова): неотразимая и смертельно опасная демоница. Но и этот демон с ангельской наружностью, оказывается, подвластен чувствам. Даже если эти чувства ведут его (точнее, её) на плаху…

Филипп Янковский очень ярко (пожалуй, даже чересчур) изоображает пустенького и бестолкового Людовика XIII. Его величество король мотается в кадре то ли вполпьяна, то ли под «веществами». Поистине великолепен Ришелье (Василий Лановой). Кардинал в исполнении советского мастодонта — не «главный гад» и не болезненно честолюбивый временщик, но идеальный политик, рыцарь Государства. Его поступки могут показаться бессердечными — но лишь поверхностному наблюдателю. Когда он решает «списать» миледи, когда он, вместо того, чтобы отправить четвёрку авантюристов в Бастилию, вручает им патент лейтенанта, куда остаётся только вписать имя — им движет что угодно, только не самодурство. Он действует как толковый генерал невидимого фронта, избавляясь от агента, исчерпавшего свой ресурс, но приближая ценных сотрудников, у которых есть потенциал. Так гроссмейстер обрекает на гибель ферзя и ведёт к ферзевому полю пешку, потому что это необходим для выигрыша.

«Политик вашего уровня не имеет право на чувства», — отечески выговаривает он Бэкингему (Константин Лавроненко), готовому развязать полномасштабную войну между Англией и Францией ради любви к королеве Анне.

Экранизация популярного авантюрного романа по определению не может не иметь успеха. Проблема в том, что открыть нечто принципиально новое, не замеченное другими, в тех же «Мушкетёрах» — весьма затруднительно. Тем более, что количество экранизаций исчисляется десятками. Кинематографисты пускаются во все тяжкие — остроумные французы отправляют на подвиги не самих мушкетёров, а их «оруженосцев», американцы усаживают героев и антигероев на боевые дирижабли, не способные взлететь в условиях номальной гравитации… До сих пор, кстати, никому не пришло в голову придумать героям Дюма противоестественные отношения (и слава Мельпомене, потому что за такое оскорбление национальной святыни французы могут и прибить, и будут правы!). Что же касается творения Сергея Жигунова, то оно заслуживает корректировки возрастного ценза. Нижнюю границу вполне можно опустить ещё на пару лет. А вот зрители, разменявшие третий десяток, найдут фильм слишком «детским». А те, что отчаянно рубились на самодельных деревянных шпагах после первого показа «Д'Артаньяна и трёх мушкетёров», твёрдо знают, что нет ничего лучше старого советского кино…

Что ж, в итоге мы имеем фильм, который можно посмотреть всей семьёй. Причём папам не придётся давить зевоту во время сеанса, а мамам — краснея, объяснять наследникам некоторые особенности взрослых отношений.

Очень серьёзное кино

С давних времён род людской живёт мечтой о внезапном, ошеломляющем успехе. В нужный момент протянуть руку да сцапать за хвост синюю птицу удачи, и одним махом приобрести всё, о чём другие не смеют и мечтать — богатство, славу, красоту неописанную, жену-королевичну (вариант для девиц — супруга-королевича) и полцарства в придачу. Со временем волшебство выветрилось из легенды, но мечты о сказочной удаче всегда будут будоражить умы.

И с одной стороны, фильм «Курьер из „Рая“» — это всё та же старая сказочка, рассказанная на новый лад. Артём, заглавный герой (его играет Евгений Ткачук), курьер из турфирмы «Рай» — обычный молодой разгильдяй, в котором тысячи зрителей должны узнавать себя. Юноша не обременён ни богатством, ни талантами, ни суперменскими задатками: он плывёт по течению, надеясь, что однажды ему повезёт.

И надо же было такому случиться, что именно над ним раскрылся рог изобилия!

Раз — выехав по «горящей» путёвке на южные моря, знакомится с кинозвездой Вероникой (Елизавета Боярская).

Два — получает от благодарного клиента турфирмы джип-«мерседес». Не в подарок, конечно, а всего лишь на тест-драйв. Но, когда ты сидишь за рулём крутой тачки, у тебя же не написано на лбу, что тебе её дали покататься!

Три — Веронике для подготовки очередного шоу потребовались кадры, которые Артём наснимал во время путешествия, и это стало завязкой романа.

Четыре — топ-менеджер госкорпорации «Росресурс», с которым Артём свёл знакомство в том же путешествии, сообщает, что у них открылась вакансия, и предлагает ему принять участие в освоении бюджета.

Пять… «мерин» угнали!

А это уже попахивает крушением всех жизненных надежд, потому что в качестве залога за машину наш Артём-удалец оставил не полцарства, а весь майорат — единый и неделимый дачный участок. Но тут на помощь терпящему бедствие герою, как полагается, приходит Сивка-Бурка в лице друга семьи — майора полиции Егора Глазунова (Гоша Куценко). Он «пробивает по своим каналам» местонахождение беглого «мерина». Пропажа обнаруживается в городке с уютным названием Суходольск. А в Суходольске живёт и служит в полиции Вадим Горохов (Дмитрий Дюжев): «учились вместе; парень — во!». Он выступит в роли Серого Волка.

…Кстати, город Суходольск действительно существует — правда, не в России, а в Луганской области Украины. «Убыль населения — одна из самых высоких на Украине», уведомляет русская Википедия. А код региона на номерных знаках киношно-суходольских авто соответствует Пермского края. Получается этакое синкретическое тридевятое царство.

…Однако уже на месте выясняются неприятные подробности. Оказывается, пропавшей машиной завладел местный авторитет (Олег Тактаров), с которым даже высокопоставленные силовики разговаривают на «вы» и шёпотом. Но для Артёма и его волшебных помощников непреодолимых препятствий не бывает. Без оружия, без волшебных «корочек», на голых понтах (плюс неформальные связи господ полицейских) они лихо переигрывают невенчанного князя суходольского, шантажируют злодеев несуществующим компроматом. Злые бармалеи, разумеется, колются, что твои орешки, и готовы отдать неправедно нажитое — только отпусти душу на покаяние…

Если вы, любезный читатель, зануда по складу характера, и если вы любите ловить авторов на преступлениях против правдоподобия, то «Курьер из „Рая“» гарантировано доставит вам ни с чем не сравнимое наслаждение. Количество роялей в кустах зашкаливает. Что ж, никто и не обещал показать «правду жизни»; кокетливое примечание, что, дескать, фильм основан на реальных событиях, не следует принимать всерьёз. Кино делалось как добрая сказка — вот и воспринимайте его соответственно. Сказка про то, что кинозвезда непременно полюбит небогатого и ничем не примечательного паренька за его необыкновенные душевные качества. Что этого прекрасного юношу, невзирая на его скромное образование, позовут на солидную должность в госкорпорацию. Что справедливость торжествует, что хорошие парни побеждают плохих — и при этом сами не превращаются в драконов, вопреки тоскливой китайской поговорке. Ну, а мелкие пакостники и серьёзные преступники испивают чашу позора.

Сказка ложь, да в ней намёк. Другое дело, что одну и ту же сказку можно рассказать по-разному.

Можно рассказать так, что солидные взрослые дядьки поверят в жар-птицу и царь-девицу, да отправятся на поиски меча-кладенца.

А можно так, что пятилетние карапузы заскучают уже при первых словах — в некотором царстве, в некотором государстве было у царя три сына… Ну откуда у царя три сына, когда всем известно, что у нашего царя две дочки, которых никто не видел? Лучше посмотреть «Смешариков» — там больше жизни…

Сказочники из «Дирекции кино», ранее осчастливившие страну сиквелом «Иронии судьбы», «Адмиралом» и спасибо-что-живым Высоцким, предприняли при создании «Курьера» нестандартный ход. Судя по всему, они поняли, чтороссийский зритель подустал от лощёного и неправдоподобногопутинского гламура, от духовных терзаний сытеньких манагеров и их расфуфыренных подруг на фоне стеклобетонных небоскрёбов. И в «Курьере из „Рая“» воскресает бесшабашная эстетика девяностых. Правда, для этого пришлось вытряхнуть героев из Moscow, которая never sleeps, и зашвырнуть их в депрессивное Замкадье.

Бытие Суходольска напоминает трагикомические частушки «Нынче времечко такое», лет двадцать назад печатавшихся в «СоветскойРоссии», или постперестроечные комедии про страшноватую новую реальность. Врачи «Скорой помощи» ездят на попутках («в прошлом году эпидемия гриппа была, так они все талоны на бензин израсходовали»). Бывший инженер с разваленного завода переквалифицировался в колоритного велорикшу («трубы катал — теперь людей катаю»). Лучшим противоугонным средством является снятый руль… Впрочем, фильм не превращается в гимн той самой «коренной»России, которую в среде хипстеров принято называть «хтонической». И даже хорошие парни по факту не готовы взвалить на свои плечи дело её обустройства — и без того проблем выше крыши. Разговор Артёма с главой «Росресурса» Ореховым (Игорь Скляр), когда юный герой просит спасти обречённый город, кончается ничем.

«Может, ты и прав… но не я всё решаю», — отвечает умудрённый директор.

«А кто?» — спрашивают зрители вслед за Артёмом.

Риторический вопрос. Все знают, кто в нашей стране всё решает. И он очень не любит, когда его пытаются теребить и поторапливать!

Однако социальный пафос в «Курьере из „Рая“» явно преобладает над собственно комической составляющей. Приходится отметить, что зрелищной новую комедию не назовёшь. Тут не помогает даже присутствие Дэнни Трехо, мелькающего в проходном эпизоде. Автомобильно-криминальная комедия подразумевает головокружительные трюки — вспомните хотя бы «Такси» Люка Бессонна! Но в нашем случае постановщики трюков явно не перетрудились. Пожалуй, самый яркий момент — эпизод, где злой ротвейлер кушает солёные огурцы.

Американская кинокомедия испокон веков стоит на банановой кожуре, а лицо французской комедии — усатая физиономия под дамской шляпкой и маячащие в отдалении супружеские рога. А вот отечественные кинодеятели испытывают органическое отвращение к разным низкопробным приёмчикам. Наши кино-комедианты поражены злокачественным глубокомыслием. Думая о Родине и о продвижении проплаченных брендов, они упускают из виду, что зритель пришёл в кинозал повеселиться. Простите, тупо поржать. А над душераздирающим социальным памфлетом ржать как-то не хочется. Увы, российская земля не спешит рождать новых Леонидов Гайдаев. Одна надежда — на новогороссиянина товарища Депардьевского.

Курвиметр, резиновые рога и 33 сулеи горилки

Художественный пиар — великая вещь. Изощрённая пропаганда, психологически выверенная реклама не сравнятся по силе воздействия с талантливым произведением.

Возьмём для примера роман «Унесённые ветром»: хотя нормы политкорректности обязывают сопереживать угнетённым афроамериканцам и их добродетельным освободителям, Маргарет Митчелл раз и навсегда расположила сердца миллионов к благородным южанам и их безнадёжной борьбе.

Не будет преувеличением заявить, что и Румыния в нынешнем виде обязана своим существованием мистеру Брему Стокеру — творцу литературной легенды о Дракуле. Не беда, что «немёртвый» кровопийца имеет весьма опосредованное отношение к историческому господарю Владу (а уж его экранные образы — тем более). Важно, что бренд «Дракула» привлекает внимание к Румынии во всём мире.

Примеров романтических легенд, ставших национальными брендами, можно привести множество. К их числу относится и гоголевский «Вий».

Новая экранизация этой повести вышла в прокат в конце января.

Долгое время лучшей, можно сказать — эталонной экранизацией «Вия» считался фильм Александра Птушко, Георгия Кропачёва и Константина Ершова, снятый в 1967 году. Во-первых, создатели бережно подошли к первоисточнику, передав сюжет почти без искажений. Кроме того, несмотря на невеликие технические возможности советского кино шестидесятых (и нелюбовь советских кинодеятелей к «дешёвым» спецэффектам), сказочная жуть была изображена на вполне приемлемом уровне.

О качестве картины говорит уже то, что лента имела успех в зарубежном прокате, в том числе в таких странах, как США и Франция, жители которых избалованы зрелищным кино.

Однако с того времени прошло больше полувека, и уже сам фильм Птушко, Ершова и Кропачёва стал классикой. Новое поколение заслуживало своей кинематографической интерпретации классического произведения.

Новое кинопрочтение знаменитого гоголевского ужаса мы ждали без малого восемь лет: работа над фильмом по повести «Вий» началась аж в 2005 году. Заманчивые слухи сопровождали фильм с самого начала съёмок, поэтому он прославился задолго до выхода на экран.

И вот, наконец, свершилось.

Я дам ценный совет тем, кто собрался смотреть «настоящий славянский ужастик»: если вы читали «Вия» — забудьте! Хотя создатели клянутся, будто писали сценарий по мифической «первой рукописи», хотя многие персонажи фильма носят те же имена, что и герои повести — к Гоголю это не имеет никакого отношения.

Смотрите как «костюмный» детективный триллер.

Сюжет вполне каноничный. Просвещенного горожанина судьба заносит в кошмарную глухомань. Странноватые жители этого забытого Богом уголка испытывают ужас перед загадочными явлениями, в потустороннее происхождение которых верят все. Точнее, почти все — кроме героя-путешественника и тех немногих, кто знает и маскирует страшными сказками некую зловещую тайну. Разумеется, герой-путешественник, призвав на помощь холодный анализ и храбрость, найдёт ключ к этой тайне, разгадка которой лежит не в мистической, а в преступной области.

По этому принципу построены и «Собака Баскервилей», и «Дикая охота короля Стаха», и бесчисленное множество криминальных триллеров. И «Вий 3D», несмотря на загробный антураж, не является исключением.

Главный герой, английский географ Джонатан Грин (Джейсон Флеминг), намерен «совершить переворот в картографии», объехав Ойкумену в карете собственной конструкции, оснащённой дорогостоящим механизмом для измерения пройденного расстояния. Судя по схеме, механизм мало уступает в сложности античному «антикитерскому компьютеру», хотя по сути это увеличенный курвиметр. Путешествие приводит его на тот самый хутор, где год назад разыгралась известная нам драма — панночка (Ольга Зайцева) помэрла, наказав читать над собой киевскому бурсаку Хоме Бруту (Алексей Петрухин), которого на третью ночь замучила нежить. И с тех самых пор хуторские козаки держат круговую оборону от неведомой силы, а в ту самую церковь, стоящую на скалистом утёсе над рекой, ни один крещёный человек не осмеливается соваться даже ясным днём — не то что ночью… Все эти подробности Грин постепенно узнаёт, вынужденно застряв на хуторе. Спасаясь туманной ночью от стаи волкодлаков, «пан учёный» разбил свою карету, а главное — привёл в негодность уникальный курвиметр. Пока местный изобретатель-самородок — кузнец Тарас (Виктор Бычков) разбирается в передовых западных технологиях, пан сотник (Юрий Цурило) мобилизует «пана учёного» сделать чертёж окрестностей. А для этой цели необходимо забраться на господствующую высоту.

Уважаемые геодезисты, не надо ржать! Я понимаю ваше состояние, но поймите и вы — надо же было как-то загнать Грина на ту самую проклятую церковь! Дело в том, что сотнику не даёт покоя загадочная смерть его дочери. А местный священник с очень поповским имечком отец Паисий (Андрей Смоляков) запрещает справлять панихиду по панночке, да ещё и стращает народ карами небесными за недостаточное благочестие. А тут ещё подмешалось рогато-мохнатое чудище, которое бродит по болоту и ревёт дурным голосом. Надо со всем этим разобраться, но опереться сотнику решительно не на кого. Его старые соратники Дорош (Игорь Жижикин) и Оверко (Александр Яковлев) полностью подпали под влияние отца Паисия, как и всё население хутора. А немногочисленные скептики — такие, как старый козак Явтух (Валерий Золотухин) или молодой Петрусь (Алексей Чадов) погоды не делают…

…Не помню, на каком моменте мой внутренний Станиславский вскричал «Не верю!». Политический, скажем так, расклад, утвердившийся на хуторе, представляется мне менее реалистичным, чем жуткие легенды в пересказе Николая Васильевича. Одержимый проповедник, захвативший власть в маленьком селении, народ, теряющий рассудок от суеверного страха — всё это очень красиво, но этого не могло быть в Украине XVII века. Другие взаимоотношения, другие нравы. Для казаков высшим авторитетом был бы батька-атаман, а не священник. Хотя все они, вне всякого сомнения, были ревностными христианами, веровали во Христа и Божью матерь, не отворачивались ни от святого причастия, ни от колбасы с галушками, ни от горилки, рубили поганую татарву и нечестивых ляхов, а долю от бранной добычи жертвовали святой церкви. А, наскучив воплями болотного чудища, не стали бы ждать у моря погоды, а отправились бы на охоту за пугалом — усердно помолившись и подвязав к гайтану мешочек с наговорными травками.

Да и вряд ли страшные чудеса, оказавшиеся на поверку фокусами, могли так уж напугать средневековых селян. Не потому, что они были скептиками-материалистами, а как раз потому, что они были религиозными. Они не просто верили — они знали, что есть Бог и его святые угодники (которых некоторые по старой памяти называли Богами), есть нечисть и нежить, а уж какая старая баба, то и ведьма — в этом никто не сомневался. Наш современник, когда ему кажется, что он видит привидение, испытывает шок — ведь его мир летит кувырком! Наши предки встречали забавы потусторонних сил гораздо спокойнее.

Другая эпоха, другой менталитет.

Кстати, отец Паисий выглядит чересчур современно. И не только потому, что он внешне похож на протоиерея Всеволода Чаплина. Его яростные проповеди против науки («Гоните от себя тех, кто несёт свет знаний!») — просто готовая — и низкокачественная — карикатура с атеистического сайта. А своими мечтами о новой религии с искусственными чудесами (как полагается главному гаду, он рассказывает о своих планах в предфинальной сцене) он напоминает современных жуликоватых «пророков», а не средневекового фанатика.

Следовало бы сделать отца Паисия попаданцем из XXI века — мол, ужаснувшись падению нравов, он решил крепить духовные скрепы заблаговременно. Это был бы оригинальный ход. А так антиклерикальный пафос фильма притянут за уши.

Вообще, детективная развязка с чудесно ожившим Хомой Брутом, у которого получилось что-то вроде любовного треугольника с участием панночки и отца Паисия — это здание, на песке построенное. Тут возникает слишком много вопросов «а почему?», на которые трудно — точнее, невозможно — дать логичный ответ. Из-за этого финал картины выглядит скомканным.

Впрочем, отличные спецэффекты вполне искупают неудачную попытку переписать Гоголя. Чудовища выглядят очень правдоподобно и более чем внушительно.

Особенно ожившие вареники.

Ну, разве что откровенно резиновые рога болотного страшилища явились диссонансом.

И, конечно, нельзя обойти вниманием славную украинскую горилку, без которой эта замечательная история, скорее всего, не состоялась бы вовсе. Горилка помогает Джонатану Грину наладить контакт с местным населением и преодолеть языковой барьер: поначалу он объясняется с пятого на десятое, но ближе к концу размовляет почти без акцента. Испив горилки, он, точно заправский шаман, открывает окно в потусторонний мир, общается с его страшными насельниками и даже удостаивается смертоносного взгляда самого Вия, однако не умирает, а получает откровение.

И вот вам идея нового бренда крепких напитков.

«Горилка „Вий“. Посмотри в глаза чудовищ!»

Трудно гнить богом

В далёком 1964 увидел свет роман Аркадия и Бориса Стругацких «Трудно быть богом». Это история об инопланетном мире, погрязшем в карикатурном Средневековье, и благородных паладинах Добра — сотрудниках земного Института экспериментальной истории. Они наблюдают этот кошмар изнутри и пытаются ненавязчиво вмешаться в исторический процесс, поддерживая немногочисленные прогрессивные элементы.

Говорят, изначально задумывался бодрый «мушкетёрский роман» с элементами научной фантастики и гуманистического прозелитизма. Однако в то время в хрущёвской оттепели наметились заморозки, и позитивный настрой, с которым АН и БН приступали к работе, сменился скепсисом, переходящий в глубокий исторический пессимизм. Роман изобилует карманными кукишами и эзоповыми манифестами. Впрочем, умная власть всегда позволяет своим подданным отвести душеньку над страницами дозволенной крамолы, поэтому роман, как мы знаем, был благополучно опубликован.

Вот только с экранизациями ему не везло, хотя вроде бы в этой истории имелось всё необходимое. Для успеха у зрителей — зрелищная «костюмная» драма, политический детектив и трагическая любовь. Для благосклонности критиков и искусствоведов в штатском — позитивный гуманизм и антифашистский пафос. Тем не менее, история кино знает только два воплощения ТББ. Первый фильм вышел на экраны в 1989 и заслуживает ёмкого эпитета «никакой». А в конце зимы 2014Россия увидела новую экранизацию.

Новый фильм стал лебединой песней Алексея Германа и дошёл до широких зрительских масс уже после смерти советского мэтра. Легенда гласит, что Герман задумал фильм вскоре после первой публикации книги — в 1968 году, но из-за «Пражской весны» и уже совершенно недвусмысленных «заморозков» во внутренней политике СССР работа над картиной была прервана на неопределённое время. Съёмки были возобновлены, по данным из разных источников, то ли в начале «нулевых», то ли в 1999 году.

И вот — те, кто ждал, дождались.

Насколько их ожидания оправдались — большой вопрос.

Творение Германа сопоставляют с «Андреем Рублёвым» Тарковского, но, на мой взгляд, картине больше соответствует по духу «Begotten» Эдмунда Элиаса Мериджа. Сюжет отсутствует как таковой. Декорации, честно говоря — тоже. В изобилии присутствует грязь, дерьмо и прочие малоприятные субстанции природного и антропогенного происхождения. Отовсюду гроздьями свисает дохлятина — мёртвые кролики (наверное, телепортировали прямиком с площади Пяти улиц), удавленные собаки и висельники. Посреди этой помойки копошатся человекоподобные существа — не то распухшие утопленники, не то престарелые прокажённые. Звуковой ряд — чавканье, хлюпанье и по временам раздающиеся откуда-то немузыкальные вопли. Периодически кто-то мелодично испускает кишечные газы. Время от времени персонажи ведут между собой странные диалоги, немногим более содержательные, чем прочие звуки. Изредка действующие лица вспоминают, для чего они тут собрались, и произносят фразы из романа, совершенно не согласующиеся с обстановкой.

Дамы и господа, не надо задавать смешные вопросы — как существует этот гниющий мир, почему его обитатели не вымерли от дизентерии. И кто, чёрт побери, построил дома, растит скот, шьёт одежду, делает доспехи эпохи позднего Возрождения для этого бомжатника. It»s Magic, как говорят молодые талантливые авторы, когда им указывают на очевидные несообразности. Итс консепшуал, скажем мы. Консепшуал, и не парьтесь.

Концепция такова, что вездесущая грязь поглощает всё и уравнивает всех. Благородный дон Румата (Леонид Ярмольник), главный гад дон Рэба (Александр Чутко), местный интеллигент, лекарь Будах (Евгений Герчаков) и бунтовщик Арата Горбатый (Валентин Голубенко) неотличимы друг от друга, да и от прочих персонажей. Их реплики бессодержательны, их движения напоминают шевеление червей в навозе. Действия нет. Зацепиться не за что — мысль соскальзывает, точно нога с загаженной ступеньки. Судя по отзывам в интернете, больше всего зрителей впечатлил ослиный член во весь экран, который излучает концептуальность в течение минуты. Куда менее выразительной оказалась сцена совокупления дона Руматы и его возлюбленной (Наталья Мотева), которая в кино выведена шлюхой и воровкой. Хотя сцена вскрытия пояса верности с помощью ломика достойна скромной похвалы. А вот кишки, выпадающие из зарезанного дона Рэбы, уже никого не шокируют: в предшествующие два часа и не такое видели.

Есть основания полагать, что кое-какие идеи создатели фильма невозбранно позаимствовали из фанфика «Психиатр», написанного Львом Прозоровым в мае 2011 года. Например, мысль о том, что несчастную любовницу дона Руматы грохнули молодчики Араты Горбатого, а не «серые штурмовики» и не сменившие их чёрные монахи. А также — вполне справедливое мнение, что на Земле дону Румате самое место в психушке.

Финал безбожно затянут, как, впрочем, и картина в целом. Хотя, учитывая «наличие отсутствия» сюжета, фильм с равным успехом мог длиться и тридцать минут, и три часа.

А вот интересно пофантазировать — как бы сделали кино по роману «Трудно быть богом» бездуховные америкосы?

Наверное, начало выглядело бы так: тьма расступается, открывая взору горящие здания. На фоне пламени и картинно рушащихся стен мечутся тёмные фигуры. Кто-то кого-то ловит, чтобы жестоко покарать. Голос за кадром вещает:

«В конце года Воды в древнем Арканаре воцарился ад. Вся серость королевства поднялась, чтобы истребить тех, в ком теплилась искра пытливого разума. Науськиваемые хитрым и безжалостным интриганом don Raeba, жалкие людишки, одержимые низменными пороками, подвергали жестоким гонениям учёных, поэтов, мыслителей…»

На экране: здоровенные блондины с дебильными харями избивают черноволосого и темноглазого хрупкого интеллектуала, а тот изувеченными руками прижимает к груди книги в тщетной попытке защитить эти бесценные сокровища. Слышится женский визг, камера отъезжает, чтобы показать полунагую красавицу в лапах одного из громил.

«Казалось, что спасения нет, и обезумевшая земля пожрёт своих лучших сынов и дочерей…»

И тут во лбу главаря погромщиков вырастает болт (арбалетная стрела). Его сообщники замирают в изумлении — и один за другим падают, сражённые героем с двумя мечами.

Мел Гибсон был бы хорош в роли don Rumata, да староват. Как думаете, Ди Каприо справится? Ну, тот пацан, которого в Челябинский камерный почётным актёром приняли… Я думаю — вполне. А его подругу будет изображать Рианна. А российский гражданин Депардьевский сыграет барона Pampa.

В фильме будут красивые панорамные обзоры, зрелищные схватки, несколько постельных сцен, политкорректно-темнокожие хорошие парни и очень эпический финал.

Будем надеяться, наши геополитические противники сделают что-нибудь этакое. Мы посмотрим. И разругаем вдребезги за бездуховность.

«14+»: мИлодрама, а не социальная бомба

В октябре 2015 на экраны российских кинотеатров вышла подростковая мелодрама «14+». Российской премьере фильма предшествовал лимитированный промо-скандал. Депутат Виталий Милонов (многие не могут слышать его фамилию без смеха, что неудивительно) призвал, не много не мало, посадить в тюрьму создателей фильма. Депутат усмотрел в этом кино растление детей. Его порыв поддержали наши доморощенные фундаменталисты: некий Карен Аванесян создал в интернете петицию с требованием запретить показ фильма. «Этот фильм, несёт в себе пропаганду, алкоголя, педофилии и растление несовершеннолетних детей! Которое спонсировало, Мин. Культуры!» — возмущается товарищ Аванесян (самобытная орфография и нетривиальная пунктуация взяты из оригинального документа без изменений).

Выступления мракобесов имели единственное следствие: рост общего интереса к фильму. «14+» почтили своим вниманием и трепетные поклонницы жанра, и те, кто в принципе не ходит в кино на мелодрамы — даже под обещание «а потом поедем к тебе на всю ночь». Так что «отец Пигидий» вправе потребовать плату за PR: у него неплохо получается. Тем более что фильм «14+» совсем не похож на художественный манифест адских педофилов, каким его изображали борцы за нравственность.

Конечно, если кто-то всерьёз ожидал увидеть трэш, угар и потрясение основ, то его остаётся только пожалеть: нельзя в наше время быть до такой степени наивными. Ясно же — фильм, который способен вызвать у населения неправильные мысли, не дойдёт до широкого экрана. Да и вряд ли такой фильм будет снят вРоссии на деньги Министерства культуры.

«14+» ни к чему опасному не призывает и не ломает духовные скрепы. Сюжет не блещет остротой и закрученной интригой. Главный герой (Глеб Калюжный) — самый обычный подросток с самым распространённым в России именем Лёха. Он живёт с мамой (Ольга Озоллапиня) в типовой многоэтажке где-то на периферии Москвы: ряд маркеров указывает на то, что действие происходит именно в столице. Отец жив, но мама давным-давно с ним развелась (кажется, такое частенько случается в православной Российской стране), и сейчас она то приводит случайных «дядь», то попивает с подружкой. Лёха с приятелями безмятежно идиотничают после уроков — да и на уроках тоже. Он влюбляется в Вику (Ульяна Васькович), девчонку из соседней школы. Положение осложняется тем, что между двумя их школами — ритуальная «война», и первая попытка Лёхи сблизиться с предметом своего воздыхания заканчивается фонарём под глазом от первого хулигана из команды чужаков. Кажется, что большая и чистая любовь пошла прахом, но тут внезапно выясняется, что Вика тоже к нему неравнодушна…

У «14+» есть определённые достоинства. Создатели фильма честно попытались показать «мир глазами подростка», и им это в какой-то мере удалось. Без умиления, сюсюканья и розовых соплей, но равным образом — без чернухи и нагнетательства. Получилось местами весьма достоверно. Юнцы изо всех сил самоутверждаются: алкоголь, драки, секс — всё это так или иначе призвано повысить статус. В то же время, мир взрослых, куда они так стремятся, остаётся для них враждебным и чуждым. Взрослые, с которыми они контактируют, в той или иной мере стигматизированы (а некоторые и вовсе — конченные уроды). Чего стоят одни учителя — истеричная математичка и пьянчуга-литератор!

Все эти инициатические драмы и любовные страдания происходят среди бесконечных и безликих панелек. Создатели фильма отказались от ставших традицией великодержавных панорамных обзоров исторического центра, бегающих по Москве-реке теплоходов и солнца, встающего над сталинскими высотками. А первый поцелуй Ромео и Джульетты XXI века происходит в трогательном соседстве с приёмником мусоропровода. Впрочем, не стоит искать здесь какой-то трагикомический пафос, символ и подтекст — достаточно вспомнить свои первые любовные похождения. Отнюдь не аркадские луга стали фоном для первых объятий и поцелуев у большинства читателей.

Тем не менее, не стоит пытаться лепить из «14+» социальный памфлет — наподобие того, каким стала в своё время «Маленькая Вера». В художественном смысле это была довольно слабая поделка: безбожно затянутая, одни только многозначительные панорамные обзоры Мариуполя способны довести современного избалованного зрителя до нервного срыва. Но в фильме Василия Пичула впервые поднимались темы, которые советское кино тщательно обходило. Это массовая криминализация молодёжи, хулиганство и валютные махинации, конфликт поколений — а точнее, война поколений. Плюс нарастающее ощущение бессмысленности бытия и предчувствие катастрофы. Плюс позиция «женщина сверху», которая для многих стала самым настоящим откровением. Да, для духовно девственного советского зрителя это и в самом деле была бомба. Но «14+» не суждено повторить успех «Маленькой Веры», даже если создатели и надеялись влепить пощёчину общественному вкусу. Мы всё-таки совсем недолго существуем под сенью духовных скреп, а ещё недавно жили в почти нормальной стране. Да, у нас уже сажают за тверк (пока что не на кол, а просто на сутки), а православные ваххабиты ломают «сатанинские» барельефы и истерят на «богохульных» выставках. Но всё же новодельный российский фундаментализм — гибрид совкового ханжества и православно-исламского мракобесия — ещё не успел накрыть совиными крылами даже одно поколение. Мы все отлично помним и Гай Германику, и «Дом-2», и группу «T.a.t.u.», представляющую Россию на Eurovision. Так что у современного российского телезрителя юные сиськи Ульяны Васькович шока не вызовут.

Кстати, в фильме есть по-настоящему драматичная, можно сказать — трагичная сцена. Это эпизод, где Лёхина мама разражается слезами, узрев кровиночку дремлющим в обнимку с девчонкой после любовных утех. Она смотрит на детские фотографии сына и понимает — мальчик вырос и «стал мужчиной». Но сексуальная инициация сына лишний раз напоминает ей, что сама-то она давно уже играет не в основном составе и не в первой лиге…

А в общем и целом, «14+» — это нормальная подростковая мелодрама. «Милодрама». Её мессиджи адресованы не «обществу», а вполне определённой целевой аудитории, переживающей половое созревание. Они просты и позитивны: если ты, чувак, не самый крутой мачо на районе, но и не размазня, даже страшные хулиганы будут тебя уважать за самоубийственную храбрость, а Она будет твоя. Если, конечно, Она тебя действительно любит, а у тебя есть хоть капля обаяния. Ну, а для женской части ЦА послание заключается в том, что на альфачах свет клином не сошёлся, простой и ничем вроде бы не выдающийся паренёк — далеко не худший вариант. Лет пять-семь назад подобное кино воспринимали бы именно в таком качестве. Просто милота, а вовсе не социальная бомба. Если вам нужна бомба — почитайте школьный учебник по химии, пока милоновы и мизулины не запретили эту богомерзкую науку.

Соси моё мачете!

Жанр фильма ужасов упорно отказывается подчиняться российским кинематографистам. Хотя, казалось бы, налицо все условия. Благодаря тому, что железный занавес рухнул и пока ещё не восстановлен до конца, имеется возможность изучать, впитывать и перерабатывать зарубежный опыт — от чернушных американских комедий до инопланетно-жуткой японской крипоты. Есть огромный пласт русской литературы в жанре мистики, готики, тёмной фантастики etc., практически непочатая кладовая сюжетов и идей. Есть компьютерные технологии, благодаря которым даже бережливые российские мувимейкеры в состоянии без особых затрат смастерить фильм категории B.

Есть, наконец, сотни тысяч потенциальных зрителей, которые восторженно примутроссийский хоррор, если он будет дотягивать хотя бы до уровня «неплохо» по западным канонам.

Однако большинство российских произведений этого жанра — либо минималистский артхаус без претензий на зрелищность, либо широкоэкранное воплощение поговорки «не будем о грустном». Это даже не смешно: по сей день птушковский «Вий» 1967 года выпуска остаётся единственным произведением, которое можно отнести к жанру ужасов и которое получило международное признание.

Возможно, всё дело в том, что для создания успешного хоррора нужен определённый уровень, говоря по-советски, «зажратости». Только жители богатой страны в состоянии вообразить и воплотить на экране контраст между повседневной жизнью с её комфортом и защищённостью — и запредельным кошмаром, который наступает, когда в отлаженном механизме что-то ломается. Людям, которые вынуждены справлять нужду в очко дощатого сортира, трудно описать ужас положения, когда из сливного отверстия ванны показывается человеческий палец. Кого напугает история маньяка-похитителя, если благополучный столичный житель, выпив пива в неподходящей компании, рискует проснуться рабом в курортном регионе?.. Русским надо хотя бы в двух поколениях пожить в условиях достатка и предсказуемости, чтобы научиться снимать ужастики международного класса.

Вот и слэшер «Дизлайк» режиссёра Павла Руминова не стал прорывом в российской индустрии ужаса. Хотя качественный прогресс трудно не заметить — в первую очередь прогресс самого режиссёра. В 2007 году он предъявил киноманам своё детище «Мёртвые дочери», которые на поверку оказались мертворождёнными. Новый фильм выигрывает перед ранними опытами самого Руминова и перед большинством произведений его собратьев по жанру уже потому, что авторы «Дизлайка» рискнули соединить классический молодёжный ужастик с модной темой видеоблогинга и виртуальной славы.

Восемь популярных видеоблогеров приглашены участвовать в рекламном реалити-шоу — они должны дегустировать новый энергетик, находясь в уединённом коттедже, без связи с внешним миром. Подобное предложение уже таит в себе что-то нездоровое; ехать на лесную дачу за сто километров, чтобы глотнуть коктейль из баночки — по градусу идиотизма это круче, чем, сообразно поговорке, за семь вёрст ходить киселя хлебать. Что должны были бы делать герои этого реалити-шоу во время, свободное от пития адской смеси? Рубить дрова и убивать ворон, по примеру последнего императора? Собирать грибы? Строить любовь?.. Поэтому авторы дали героям необходимый минимум времени на освоение нового пространства. Представители мужского гендера посудачили, кому из спутниц не грех «втащить по роже», а кого можно и трахнуть, а также устроили небольшой гей-скандал: на одном из парней обнаружились зашкварные стринги. Тем временем тёлочки обменялись подколками на тему сисек. (Кстати, если кому интересно, тема сисек не раскрыта: пару раз начинается что-то похожее на обнажёнку, но авторы вовремя спохватываются, что вокруг Россия-2016, так что ну его на хрен…) А вскоре после вселения в Загадочный Уединённый Дом законы жанра вступают в свои права, и таинственные организаторы реалити-шоу предлагают блогерам игру на выбывание.

С точки зрения композиции и гармонии, фильм заслуживает крепкую четвёрку. Никаких раздражающих длиннот, никаких многозначительных намёков на содержимое выеденного яйца, а все ружья, повешенные на стену в прологе, исправно стреляют в эпилоге. Впрочем, композиционная добротность работает против авторов: у них получился настолько каноничный молодёжный ужастик, что только совсем неопытный и невнимательный зритель не сможет предсказать основные повороты сюжета. Особенно «неожиданный» финал. Любителю кровищи решительно нечего делать на «Дизлайке». Сцены убиения блогеров сняты в знакомой ещё по «Мёртвым дочерям» манере — трясущейся в истерике камерой, в мельтешении пятен света и тьмы. Так что кровавые сцены не вызывают у зрителя ни ужаса, ни отвращения, ни вожделения (да ладно, не стесняйтесь, все свои!), а только тягостное недоумение — WTF?!.

Что касается действующих лиц и актёров, то здесь всё совсем печально. Единственный живой человек — это Tasha в исполнении в исполнении популярного видеоблогера Maria Way. Актрисе удалось вписаться в образ беззащитной жертвы, которая оказывается хладнокровной злодейкой, и добродетельной юной моралистки, готовой идти по трупам к лайкам, шерам и подписоте. На выходе получился мрачный, но ужасно привлекательный образ, чего нельзя сказать о её партнёршах. А блогеры мужского гендера вышли удручающе безликими — борзоватые и трусоватые истеричные мальчики.

Пожалуй, стоит похвалить авторов за то, что они не сделали. Они не стали перенасыщать фильм продакт-плейсментом, чем грешило отечественное кино эпохи дорогой нефти, и не злоупотребляли «молодёжным слэнгом» и «модным интернет-жаргоном», как их понимают старпёры. Зато фраза «Соси моё мачете!» имеет шансы ненадолго стать популярным мемом. Особенно, если его за малую денежку раскрутят популярные видеоблогеры.

Стоит также похвалить фильм за ядрёный заряд здоровой мизантропии. Ну, честное слово, невозможно без ехидного умиления смотреть на фанатов, рыдающих над фоточками убиенных кумиров, умерщвление которых они оплатили сами посредством краудфандинга! И вот теперь зарёванные няшные девочки и гоповатые типы в кожанках бормочут в камеры — «мы же не знали, не ведали, мы не думали, что это всерьёз!». Инфантилизм и стадное чувство — это можно было бы назвать проблемой поколения интернета… если бы не одно «но»: апельсинки не родятся от осинки. Двадцать лет назад мамы и папы этих легковерных интернет-хомячат вбухивали свои сбережения в финансовые пирамиды и голосовали (да и по сей день продолжают голосовать!) за ворьё, дураков и демагогов.

Кроме того, авторы ненавязчиво, но очень жёстко прошлись по мифу о «солнечных детях», как принято называть умственно неполноценных. «Особенные» — вовсе не гении доброты: они способны творить жуткие зверства, и в силу своей блаженной непосредственности даже не задумываются о том, что делают нечто нехорошее. Могут, например, снести топором голову ни в чём не повинному незнакомцу и потом слюняво признаваться в любви очаровательной видеоблогерше. Которая холодно презирает «уродца», но делает с ним селфи, потому что это стильно-модно-прогрессивно, а значит, принесёт ей много лайков, восторженных комментов и новых подписчиков. Параллель между Человеком Массовым и клиническим кретином напрашивается сама собой.

Впрочем, отдельные удачные находки не помогут «Дизлайку» стать культовым фильмом даже в русском культурном пространстве. Причина — непреодолимая вторичность отечественного кино в целом и хоррор-муви в частности. Хотя всё познаётся в сравнении — такая вторичность лучше милоновско-мизулинской самобытности.

Конструктор ужасов

Всем известно это развлечение — беседы с духами при помощи «волшебного» блюдечка. Предприимчивые американцы ещё в конце позапрошлого века придумали, как извлечь звонкую монету из салонного оккультизма, и двое бизнесменов — Элайджа Бонд и Чарльз Кеннард — запатентовали «доску духов» (spirit board), представляющую собой апгрейд пресловутого блюдечка со стрелочкой и картонки с алфавитом. Доску назвали «Уиджа» (Ouija), якобы по созвучию с древнеегипетским заклятием удачи, хотя на самом деле это механическое соединение двух слов «да», написанных по-французски и по-немецки. Доски-уиджи и по сей день выпускает фирма «Hasbro», производящая игрушки и настолки.

Вот только безобидное развлечение может невзначай превратить вашу жизнь в кошмар наяву, в чём убедились персонажи кинодилогии «Уиджи: доска дьявола» и «Уиджи: проклятие доски дьявола».

Первый фильм («Уиджи: доска дьявола»), вышедший в 2014 году, не снискал успеха. Кинокомпания «Platinum Dunes», создавшая такие хиты, как «Техасская резня бензопилой» и «Пятница, 13-е», в этот раз выдала вполне посредственный молодёжный ужастик. Безлико-симпатичные мальчики и девочки борются со старинным злом, которое сами невзначай и пробудили, забавляясь с «доской духов»; большая часть компании погибает, но двум самым симпатичным сестричкам удаётся спастись и загнать кровожадных беспокойников в небытие.

Собственно, первый фильм заслуживает упоминания только в связи с появлением приквела — «Уиджи: проклятие доски дьявола». Новая серия, которая выходит на экраны в ноябре 2016, отправляет зрителей в шестидесятые. Семейство Цандер — вдова и две дочки — обитает в том же «нехорошем доме», в котором происходили события первого фильма. Глава семьи Элис (Элизабет Ризер) зарабатывает тем, что изображает из себя медиума и устраивает легковерным соседям сеансы связи с ушедшими родными. Обе дочки — 15-летняя Паулина (Анналиса Бассо) и 9-летняя Дорис (Лулу Уилсон) помогают мамочке «давать людям утешение» с помощью нехитрых балаганных спецэффектов. Получается плохо — семье, которая недавно пережила смерть отца, грозит выселение. Но всё меняется после того, как Элис приобретает новый магический артефакт — ту самую доску уиджи. Малышка Дорис вступает в ментальный контакт, как ей казалось, с покойным отцом, которого она нежно любит и не может сказать, что он умер — он для неё «ушёл». Действительность страшнее — оказывается, её разумом овладел мстительный дух, и девочка превращается сначала в провидицу, которую побаиваются даже мать и сестра, а затем — в настоящее чудовище…

Многие сиквелы и приквелы оказываются бледнее тех фильмов и книг, на основе которых они были созданы, но с приключениями дьявольской доски получилось наоборот. Если серия 2014 года — проходной хоррор про старшеклассников номер такой-то, то «Проклятие доски дьявола» — самостоятельное полнокровное произведение. В плюс создателям фильма стоит записать воссоздание атмосферы эпохи с помощью нескольких маркеров. Очень сильное впечатление производит контраст мистического кошмара в старом доме — и телевизионных новостей о запусках ракет с мыса Канаверал, которые смотрят герои фильма. Глобальный Большой Мир, где торжествует объективная наука, сосуществует с малым, домовым, хтоническим мирком полумошеннического колдовства и мстительных мертвецов. Где-то люди летят на Луну, а здесь и сейчас множится потусторонее Зло, многоликое и неуничтожимое.

Однако в 2016 году трудно создать что-то радикально-новое, небывалое и немыслимое, что даст начало новой эры в индустрии хоррор. Поэтому создатели — случайно или вполне целенаправленно — конструируют фильм из старых, проверенных штампов. Взять, скажем, героического священника отца Тома (его играет Генри Томас, прославившийся в «Инопланетянине» и «Бандах Нью-Йорка»). Его отчаянная попытка скрестить духовный меч с силами зла, провести обряд экзорцизма над одержимой Дорис отсылает к «Изгоняющему дьявола». О приближении сущностей из иного мира свидетельствуют перепады напряжения — лампы начинают зловеще мерцать, подозрительно жужжать и гаснут, оставляя героев в темноте и лёгкой панике. Верный признак того, что человек одержим Тьмой — белые глаза, как у варёной рыбы, лицо цвета могильной земли, рот, распахнутый, точно на знаменитой картине Эдварда Мунка. Демонические девицы, проворно ковыляющие по стенам и потолку с вывороченными локтями, выглядят по-настоящему жутко. Точь-в-точь, как и их предшественницы в фильмах «Звонок», «Мама» (2013), «Багровый пик» и множестве других.

Любители ловить «бояны» могут смотреть «Проклятие доски дьявола» с блокнотом и ставить галочки. Беглый нацистский преступник? Есть! Безумный хирург, пытающий безвинных обывателей в подвале? Есть! Прелестные и ужасные дети? Есть, бинго! Что может быть прекраснее, чем невинное дитя, с очаровательной улыбкой и взглядом тысячелетнего демона изрекающее (точнее — «изрыгающее», пусть и милым голоском) ужасные вещи! Жемчужина фильма — сцена, где Дорис рассказывает приятелю старшей сестры, что чувствует человек, умирающий от удушения.

Но есть черта, отличающая фильм 2016 года от серии 2014 года. Первый фильм был целиком и полностью посвящён злоключениям незадачливых спиритов и их попытке противостоять могущественной нежити. В серии 2016 года появилось что-то похожее на человеческие чувства и отношения. Если отвлечься от мистического антуража, мы видим семью, получившую сокрушительный удар судьбы и делающую отчаянный попытки выжить. Элис старается спасти семейный бюджет с помощью сомнительных махинаций — и испытывает запретную страсть к благородному священнику, у Паулины случается первая любовь, Дорис выживает в атмосфере травли одноклассников. Очутившись на дне океана отчаяния, они готовы схватиться за соломинку — этой соломинкой становится спиритическая доска. Вот только спасение с помощью настоящего волшебства оказывается хуже разорения и смерти.

Никогда не играйте с досками уиджи на кладбище, а в конце ритуала не забудьте попрощаться.

До свидания.

«Прибытие»: учебник математической лингвистики с элементами экшна

Инопланетное вторжение — популярный сюжет с тех самых пор, когда люди узнали, что за хрустальным куполом небес находится не райский сад, а n+1 звёздных систем, среди которых наверняка имеются обитаемые. И, более того, населённые разумными существами, далеко обогнавшими нас в технологическом развитии.

Глубинное понимание того, что интервенция со звёзд маловероятна, но всё же не выходит за пределы возможного, сидит в подкорке у каждого. Как и то, что пришествие инопланетян на матушку-Землю не сулит человечеству ничего хорошего.

Истории о Нашествии Чужаков Со Звёзд позволяют, помимо всего прочего, дать выход природной ксенофобии (да ладно, чего стесняться, все свои!) и избежать обвинений в расизме. А то блюстители политкорректности усмотрели пропаганду белого превосходства даже в произведениях Дж. Р. Р. Толкиена (то, что хоббиты, эльфы, гномы и орки с гоблинами — это вообще не люди, не смущает борцов за толерантность…). Но космическим пришельцам можно придать настолько нечеловеческий облик, что давить их будет одно удовольствие. Одновременно, перед лицом тотально чуждого разума (не обязательно откровенно враждебного) человечество ощущает свою новую — общепланетарную идентичность.

Большинство фильмов об инопланетном нашествии представляют собой экшн разной степени жёсткости, но «Прибытие» Дени Вильнёва — произведение иного сорта. Конечно, в фильме присутствуют элементы «клюквы». Так, на землю опускаются двенадцать инопланетных кораблей, наводящие на мысль о двенадцати апостолах, а лингвистка доктор Бэнкс (Эми Адамс), подобно тем же апостолам, лихо шпарит на всех земных языках, от родного английского и португальского до фарси и китайского. Но это скорее исключение. «Прибытие» снято по мотивам научно-фантастической повести Теда Чана «История твоей жизни». По стилю эта повесть напоминает фантрассказы, которые во время оно печатались в советских научных журналах, таких, как «Наука и жизнь»: пересыщена специальной терминологией и философской проблематикой. Чан принял участие и в написании story для фильма, что говорит о многом. И повесть, и фильм — о трудной дороге к взаимопониманию. О том, как наладить общение с теми, с кем у тебя ничего общего: пришельцы-«гептаподы» внешне напоминают уэллсовских марсиан, хотя, в отличие от них, не питают никаких недобрых чувств в отношение землян.

Вообще, непонятно, чего хотят от нас эти грустные ктулхуманоиды, язык которых похож на шелест гальки, а письменность — на пятна, которые оставляет чашка кофе на столе. Миссия необъяснима. Даже после того, как лингвист Луиза Бэнкс и физик Йен Донелли (Джереми Реннер) расшифровали чашкокофейные логограммы гептаподов и даже научились генерировать на компьютере простейшие предложения на их языке, цель визита остаётся крайне туманной. Не добавляют ясности и странные видения, посещающие Луизу — не то картинки из прошлого, не то «воспоминания о будущем».

Любители острых ощущений выйдут из зала с чувством глубокой внутренней неудовлетворённости. Сценаристы честно пытались добавить в действо перца: так, на лагерь, где учёные под крылом военных и спецслужб пробиваются через понятийный барьер к инопланетному разуму, нападают террористы-фанатики. Сюда же относится галактическая война, которую едва не начали китайцы заодно с россиянами, пакистанцами и суданцами (что с них возьмёшь, дикари-с…). Что хотели террористы — грохнуть проклятых головоногих или просто завалить побольше проклятых федералов и яйцеголовых? Зачем представители недостаточно цивилизованной части человечества решили атаковать базы пришельцев, которые не проявляли никаких агрессивных намерений? Вопросы без ответов… Поэтому обе попытки поддать жару выглядят абсолютно чужеродными вставками.

В попытках установить контакт с головоногими гостями из космоса происходит сближение Луизы и Йена. Любовь сорокалетних гиков может быть не менее чувственной и зрелищной, чем гормональные страсти старшеклассников, но в фильме эту выигрышную тему практически оставили за кадром. Зрителям оставили учебник математической лингвистики с элементами экшна.

Хрюши против Гарри Поттера

В Интернете обсуждают российский анимационный фильм «Дети против волшебников», снятый по одноимённой книжке Никоса Зерваса (вымышленного греческого писателя). Книжка была написана ещё в середине «нулевых», а мультфильм вышел на экраны в конце лета текущего 2016 года.

«Обсуждают» — это ещё очень мягко сказано. Над мультиком, над его создателями, вдохновителями и продвигателями откровенно издеваются. Конечно, грешно смеяться над больными людьми, но это претенциозное убожество иного отношения и не заслуживает. Извините.

В начале мультфильма демонстрируется двуглавый орёл и сообщение, что он (мультфильм, а не орёл) создан при финансовой поддержке Министерства культуры. Затем перечисляются прочие благотворители православно-патриотической ориентации. Затем по экрану плывёт пространная цитата «современного философа и политолога» Олега Матвейчева — рассуждения на тему, что русским является «тот, кто любит Россию».

Эта прелестная формула, на самом деле, оскорбляет как русских, лишая их этнической субъектности, так и прочих граждан Российской Федерации, не относящихся к русской нации. Вот только вопрос: какое дело целевой аудитории мультфильма, то есть молодёжи среднего школьного возраста, до словесных увёрток наших «стеснительных нациков»? Людей в возрасте 12-14 лет подобные вопросы мало занимают. Однако авторы считают иначе и накачали несчастный мультик идеологией сверх всякой меры.

Вкратце сюжет таков: выполняя правительственное задание, двое кадетов-суворовцев внедряются в академию волшебства на Шетландских островах, где злобные наглосаксы готовят магическую агрессию против Руси Православной, и устраивают проклятым империалистам кердык по заветам Данилы Багрова. Миссию юных героев курирует Настоящий Боевой Офицер, а православные батюшки оказывают духовную поддержку. Батюшки почему-то греческие, а не из РПЦ МП: какой глубокий смысл в это вложен — непонятно.

Ну да ладно. В конце концов, в перипетиях «Сейлормун» и в приключениях «Черепашек-ниндзя» тоже не слишком много логики. Если уж у товарищей из фонда Сергия Радонежского зачесалось смастрячить идеологический мультик — можно было сделать это красиво. И дело не только в ужасной графике, хотя вырвиглазные цвета и грация манерных роботов, переживших инсульт, в эпоху триумфального шествия 3D-анимации воспринимается как издевательство — даже продукция «Мельницы» на таком фоне представляется шедевром, не говоря уж об анимации бездуховных америкосов. Мультик задумывался как идейное оружие против «западной агрессии». Однако идеология преподносится настолько тупо, что пропаганда Патриотизма и Православия превращается в контрпропаганду.

Обратимся к примеру американских блокбастеров или полнометражных мультфильмов. Нетрудно заметить, что моральным релятивизмом («всё не так однозначно») там даже не пахнет. Злодеи — это злодеи, без вариантов. Зло должно быть повержено, а добро — одержать победу, хотя бы духовную, коль скоро главным героям суждено пафосно погибнуть. Нельзя и назвать американское кино безыдейным. Самым юным зрителям оно ненавязчиво внушает полезные жизненные максимы (будь честным, учись, трудись, умей дружить и т. п.), более зрелой аудитории исподволь прививаются американские ценности — политкорректность и патриотизм… Однако при этом заокеанские кинодеятели не боятся показать «обаяние зла» — точнее, того, что они объявляют злом. Плохие парни могут быть и умны, и сильны, и талантливы, и по-настоящему обаятельны. Они могут убеждённо отстаивать «свою правду» — только их «правда» ни с какого боку не правда, вот оно что…

В «Детях против волшебников» решили не мудрить. Западные маги-академики, как один, уродливы. Надо заметить, что и «наши» в исполнении сурового православного мультипликатора тоже не блещут красой, так что степень уродства «врагов» запредельна. Они подвергают попавших им в руки российских подростков тонкой психологической обработке: «К следующему уроку вы должны написать сочинение “Почему я ненавижу свою родину”». И так далее в таком же духе: «Мы, проклятые наглосаксы, ненавидим Великую Русь Православную и тщимся её поработить, хайль Сатана!»

Одно из двух: или создатели мультика считают целевую аудиторию конченными дебилами, или… ну, вы поняли!

А вообще-то жаль ребят, которые смастерили эту агитку. И участников литературного проекта «Никос Зервас», и создателей мультфильма. Ведь зловещая магическая академия списана с «Хогвартса»: в книжке, вышедшей вскоре публикации после первых русских переводов «Гарри Поттера», эта связь подчёркивалась, в мультфильме её не стали педалировать, но не заметить её невозможно. Так что «Дети против волшебников» — это очередной «наш ответ Гарри Поттеру».

Зависть-матушка вперёд нас родилась.

Можно не быть фанатом творчества Дж. К. Роулинг (я, например, не фанат), но нельзя не признавать за ней звания самого успешного литератора современности. Даже если принять конспирологическую версию, что Роулинг с её драматической историей восхождения к литературной славе — всего лишь маска, это не умаляет успешности проекта «Гарри Поттер».

А вот отечественным мученикам искусства — вроде тех, что работают под ником «Никос Зервас» — бесполезно даже мечтать о подобной удаче. Тут не поможет ни хор нанятых блогеров, ни поддержка Казачьей партии, Минобороны и РПЦ МП, ни даже сам Президент. Неудивительно, что их слабые души пожирает огонь зависти. Неукротимой, чернейшей, первостатейной зависти. Ненависть, переходящая в обожание, и наоборот…

Что ж, им можно дать совет из книги «Дети против волшебников», который не вошёл в мультфильм:

— Ещё, господа кадеты, — подполковник Телегин нахмурился. — Спиртного не пить, чужого не брать, онанизмом не заниматься. Иначе сразу бью в рыло и насмерть. Вопросы есть?

Вот именно. Хватит уже, ребята, задрачивать Гарри Поттера.

«Рарушитель вечеринок»

Краткое содержание: студентики устраивают вечеринку в особняке и нечаянно вызывают злую сущность. Сущность была заперта в артефакте, который остался от покойного хозяина дома — одержимого убийцы. Освобождённый демон, как водится, принимается жестоко истребл*ть юношество.

Увы, ценителей молодёжных ужастиков ждёт лютое разочарование.

Экран густо заполняют аппетитные девичьи тела разной степени полуобнажённости, двое главных героев мужского пола тоже фигурируют с голым торсом... вот только авторы забыли, что фансервис в таких фильмах — не главное. Требуется ещё что-то, напоминающее сюжет. Но создатели фильма поставили себе цель изобразить, как незнакомые и малоинтересные им молодые люди готовили вечеринку, а потом танцевали, пили, курили далеко не «мальборо» и нюхали отнюдь не розы, а также домогались особей противоположного пола. На это ушло больше часа экранного времени (фильм длится полтора).

Персонажи настолько невыразительны, что их приключения не вызывают ни зависти, ни сочувствия, ни злорадства, ни ужаса, ни смеха, ни желания присоединиться.

Злой демон — смех и горе. Он напоминает оживший клубок пыли из-под дивана, в своих злодейских эскападах не балует зрителей изобретательностью, а убивает тупо и однотипно. Его жертв, одну за другой, находят лежащими без дыхания с багровыми компрессами на глазах, призванными изобразить окровавленные пустые глазницы. Ещё живые персонажи встречают такие находки удивительно хладнокровно. Ни ужаса от соприкосновения с потусторонним злом, ни лихорадочного поиска путей к спасению, ни отчаянной борьбы с порождением ночного кошмара. Видно, выпито и снюхано было так много, что трэшовые смерти друзей воспринимаются философски. Умер Максим — ну и ладно.

Воистину, раньше трава была зеленее, сокурсницы — моложе, и герои ужастиков восьмидесятых были смелее и живее, а монстры — реалистичнее.

Фантастическая ксенофилия

Для патриотов российского киноэкрана 2017 год начинается просто сказочно. В новогодние каникулы народ мог отдохнуть от салатиков за просмотром исторического блокбастера «Викинг». А в конце января Фёдор Бондарчук представил фантастическую драму «Притяжение» — об инопланетном вторжении в Чертаново.

Хотелось бы надеяться, что российское кино в целом меняется к лучшему. Что наши кинематографисты соблаговолили, наконец, предложить населению что-то человеческое, а не очередной «Заградотряд попаданцев» (великое кино о великой войне), ещё одну «Гламурную курву» (российский средний класс красиво бесится с жиру), продолжение сиськопердельной комедии «Полный хохотач» (вся маршрутка лежала!) и новый сезон сериала «Какую страну просрали!» (совковая ностальгия нон-стоп).

Да, хотелось бы надеяться. Но, если ты живёшь в России, то разумнее не расслабляться, а всегда быть готовым к худшему.

Говорят, «Викинга» хотели запустить в прокат под рабочим названием «Грязь, говно и духовность», но в последний момент решили, что выносить подробный спойлер на афишу вряд ли целесообразно. Что же касается «Притяжения», то оно преподносилось как наш ответ буржуйским «Марс атакует», «Чужие на районе» и прочим годзиллам. Однако на выходе получилось нечто весьма самобытное.

Вкратце история такова. В воздушное пространство России вторгается неопознанный летающий объект. На перехват вторженца поднимаются истребители с Липецкого аэродрома и с палубы «Адмирала Кузнецова» в Балтийском море. Нарушителя сбивают — мера явно чрезмерная, достаточно было бы «Кузе» поставить фирменную дымовую завесу, чтобы чужак дезориентировался и закатился куда подальше, за пояс астероидов. Но что сделано, то сделано — подбитый звездолёт кувыркается к земной поверхности и совершает жёсткую посадку в Чертанове. При падении невольно устраивает ремейк 11.09.2001 — крушит несколько многоэтажек, включая ту, где главная героиня Юля (Ирина Старшенбаум) почти занялась любовью со своим милым другом Артёмом (Александр Петров).

Эти ребята ещё не знают, какую роль им придётся сыграть в Первом Контакте.

Место падения оцепляют вояки под командованием полковника Лебедева — коменданта Москвы и Юлиного папы (Олег Меньшиков). Однако Артём с Юлей и друзьями без особого труда пробирается сквозь кордоны в зону отчуждения. На развалинах они встречают пилота звездолёта, который вышел прогуляться, пытаются его убить (неудачно), пришелец падает с большой высоты и теряет скафандр. Самозваные разведчики уносят с собой трофейный скафандр, а через некоторое время Юля возвращается одна, тайком от всех, чтобы отыскать потерпевшего крушение звездолётчика (его роль исполняет Риналь Мухаметов).

Разумеется, находит, вытаскивает, откачивает (в этой части фильма количество роялей в кустах зашкаливает, ну, да российскому зрителю не привыкать) и влюбляется. Хотя ещё недавно сама же звала парней на борьбу против пришельцев («только лайкать, репостить и ретвитить умеете, а больше ни на что не способны!») и жёстко осадила учителя (Евгений Коряковский), который после катастрофической посадки звездолёта призывал не ожесточаться против незваных гостей с неба.

Между тем её бойфренд Артём со товарищи ведёт в соцсетях агитацию за окончательное решение инопланетянского вопроса. Да-да, несмотря на объявленное военное положение, социальные сети благополучно действуют, а власти равнодушно смотрят на то, что кучка молодых отморозков нагнетает страсти. То, что Юля завела роман с чужаком, не добавляет Артёму толерантности. Вчетвером они пытаются прикончить чёртова пришельца, но вместо этого случайно убивают своего — парнишку по прозвищу Рус (Никита Кукушкин).

И тут начинается трэш, угар и содомия. Дружки убитого немедленно объявляют его жертвой озверевших гуманоидов. По соцсетям разносится клич «Они начали убивать людей!». Артём произносит перед наэлектризованной толпой речь об убиенном братюне, и, кажется, сам уже верит, что тот погиб от рук чужака. Толпа с рёвом «Это наша земля!» сметает полицейский кордон и рвётся громить звездолёт…

Здесь уже никакой фантастики — здесь чистой воды политическая пропаганда. Пропаганда толерантности по настоятельной рекомендации Департамента по противодействию экстремизму. Впрочем, тут уместнее говорить о противодействии народу, требующему правосудия. Вспомните недавние события: Кондопога, Манежка, Пугачёв, Бирюлёво; убийства Ани Бешновой, Юрия Волкова, Егора Свиридова… множество случаев, когда массовое народное возмущение вынуждало российских полицаев, не обращая внимания на грозное бурчание «уважаемых людей», находить и брать под арест злодеев. Благо те не очень-то и скрывались, уверенные, что диаспора их в обиду не даст… А в антифозном памфлете Бондарчука всё перевёрнуто с ног на голову: «тупорылые ксенофобы сдуру сами пришибли своего, а теперь сваливают вину на несчастных пришельцев! да они просто бесятся, что девочки уходят от них к красивым подтянутым чужакам!..»

Нет, это не домыслы автора статьи. Михаил Врубель, один из продюсеров фильма, честно и открыто заявил на пресс-конференции, что «триггером» явились упомянутые выше массовые беспорядки, спровоцированные резонансными преступлениями. Просто, если снять остросоциальную драму на тему «национализм это плохо, уважайте начальство, любите мигрантов», то она не вызовет должного интереса у масс. (Или, напротив, вызовет совершенно не тот интерес, на который рассчитывали). А если преподнести агитацию в виде фантастической сказки, то нужные положения лягут в размягчённый мозг зрителя легко и непринуждённо.

Очень забавно наблюдать, как российские «консерваторы» проливают слёзы над Европушкой, традиционные ценности позабывшей и от злых басурман умученной — и тут же, не сделав паузу, наставляют российское население в самой отъявленной «ксенофилии» и «толерастии». «Мы разные — мы равные, не позволяйте ненависти завладеть вашим рассудком, надо стремиться понять друг друга, у нас у всех одна кровь!» Пресловутое «кровное единство» продемонстрировано в фильме буквально: чтобы спасти травмированного гуманоида, Юля устраивает ему переливание своей крови. Благо анатомическое строение жителей Земли и пришельцев идентично, и даже группы крови у них совпадают…

Ради того, чтобы аудитория прониклась любовью к незваным гостям и усвоила лево-либеральные догмы «земля для всех» и «мы сами перед ними виноваты», создатели фильма не пощадили даже священную корову современной России — силовиков.

Вспомните: все проблемы начались с того, что российский истребитель за здорово живёшь долбанул звездолёт, который не демонстрировал никаких агрессивных намерений. После чего неуправляемый кусок инопланетного металла сверзился на Чертаново (и где же были наши славные ПВО, денно и нощно стерегущие столицу от подобных сюрпризов с неба? а если бы он упал не на пролетарский район, а на Дом правительства или, страшно сказать, на Кремль?). Потом «вежливые люди» в гламурной зелёной форме из военторга окружили место падения НЛО таким надёжным кордоном, что через него не шастал только ленивый. Потом выяснилось, что мало-мальски сообразительная школьница может проникнуть на территорию режимной больницы, притащить туда подраненого гуманоида и провести ему курс интенсивной терапии, не ставя в известность больничное начальство. Потом гуманоид, которому потребовалось забрать гравицапу (а то без неё звездолёт не полетит), беспрепятственно заходит в суперсекретный институт, забирает свой девайс из лаборатории и спокойно уходит. А в финале чекисты, заодно с полицией и Росгвардией, проспали погром, который только чудом не перерос в галактическую войну. Наверное, опять ловили видеоблогеров в неправильных футболках…

Непрофессионализм российских силовиков в фильме просто зашкаливает.

Посмотрев «Притяжение», задумываешься, что российская государственная машина не столь уж крепка и могущественна, как некоторым представляется. Может, именно этот мессидж нам и хотели передать, а ксенофилия, антифашизм, вот это всё — так, для отвода глаз?

«Смерть Сталина»

Фильм неплох. Подбор актёров, построение кадра, игра, диалоги, story — не менее чем на крепкую четвёрку по пятибалльной шкале. Никакого пинг-понга бессмысленными репликами и бесконечно затянутых сцен, где кто-то несколько минут идёт по коридору или кушает суп. Kljulwa наличествует, но только там, где нужна для создания комического эффекта.

Этот фильм с момента появления вызвал бешеную ненависть российского начальства, а также «деятелей культуры» и грантоедящих «патриотов».

Что же так разгневало всех этих почтенных господ?

А то, что фильм о Трагическом Уходе Великого и Ужасного — комедия.

Если бы кинематографическая Антанта (фильм — британо-франко-бельгийский) ударилась в надрывное обличение со слезами на глазах, российское скрепоносное начальство для порядку поворчало бы, но не более того. Если бы на экране МГБисты с чеканными лицами били сапогами в пах и пристреливали в затылок интеллигентов в разбитых пенсне — всё было бы ОК. Если бы в фильме «волкодавы Берии» выжигали огнемётами латышские деревни и повстанческие схроны в Карпатах, иной патриот и разорился бы на билет в кинотеатр: «позырить, как наши бендер валят».

Чо, ссыте, пидорасы западные? Бойтесь нас! Мы — Мордор, сукаблянах! Можем повторить!

Ваточка очень хочет казаться страшным Мордором. А тут вместо твердокаменных вождей Империи Зла показали сборище ограниченных субъектов, хитроватых и трусоватых. Они делят власть над коматозным телом Хозяина, на штанах которого ещё не просохла моча, и корчатся в пароксизме раболепия, когда перед самой кончиной Хозяин ненадолго приходит в сознание. Вершители судеб Страны Советов, точь-в-точь как и их последние подданные, пронизаны отупляющим страхом, убивающим волю, разум и достоинство. Сын доносит на отца, муж громогласно отрекается от жены, палачи и доносчики в мгновение ока превращаются в трясущихся жертв чужого произвола…

Между тем, несколько персонажей на общем фоне выглядят вполне прилично: пианистка Марина Юдина, из которой авторы сделали невольную убийцу «вождя и учителя», или дочь Сталина Светлана. Она неглупа, да и похрабрее всей сталинской камарильи: после убийства Берии она спрашивает — ему вы тоже, как и мне, обещали неприкосновенность? А к маршалу Георгию Жукову создатели фильма относятся с откровенной симпатией. Но на их фоне прочие советские бонзы производят совсем жалкое впечатление.

Не трагедия, а фарс. Не Мордор, а очумелые от страха людишки, которых можно было бы пожалеть, не будь у них столько крови на руках.

«Я худею»: история одной френдзоны

Так получилось, что прежде, чем смотреть собственно фильм о худеющей современнице, я прочёл восторженный отзыв патриотической обозревательки из газеты «Завтра», которая увидела в этом кине гимн «настоящей, коренной России».

В результате очередной раз убедился, что прекраснодушие русской интеллигенции не имеет границ. Она уже полтора столетия, как Васисуалий Лоханкин, взыскует сермяжную правду, и либо получает ремнём по тощему афедрону, либо без порток спасается из горящего дома. Первое впечатление от кина — пустенькая молодёжная комедия на один разок. Кстати, для нашего времени довольно смелая. Ни одного «остроумного» антизападного выпада, ни одного правильного патриота в камуфляже или успешного бизнес-чиновника в деловом костюме. Ни одной сцены в церкви (или надо писать «в Церкви»? ). Даже в эпизоде свадьбы приятелей главной героини сцена венчания отсутствует (а может они и вовсе не венчались? Кошмар!). Зато есть сцена party, участники которого дуют шмаль, а потом спонсируют полицейского, чтобы он не устроил им афтепати в отделе.

Это что же получается… Наша молодёжь употребляет наркотики, наши полицейские берут взятки… Это точно российский фильм, а не бӕндеровский пасквиль?

Ладно, в задницу политоту, тем более что в кине, на самом деле, есть один интересный мессидж.

Благодаря тизерам и трейлерам большинство примерно представляет сюжет, так что извиняться за вынужденные спойлеры не буду.

Главная героиня по имени Аня получает от судьбы тапком по носу: её возлюбленный, видя, что она поправилась в талии, предлагает «расстаться» — он весь такой спортсмен-красавец, и ему западло тусоваться с жирухой. Аня, проревевшись, пытается как-то исправить положение. Идёт в фитнес-клуб, где получает дополнительный стресс от созерцания качков и фитоняшек; садится на диету, но в результате в конце рабочей смены сжирает половину торта… Наконец, в клубе анонимных обжор знакомится с толстым юношей по имени Коля. Точнее, Коля знакомится с ней. Он следит за Аней, невозмутимо перенося оскорбления, и в итоге уговаривает худеть вместе.

А дальше начинается самое забавное.

Аня с Колей бегают по парку, исповедуются друг другу в желании схомячить вкусняшку (это якобы помогает перетерпеть позыв), и вообще проводят вместе едва ли не больше времени, чем прежде Аня проводила со спортсменом-красавцем Женей. При этом их отношения чисты и безгрешны. Аня постоянно напоминает Коле, что мечтает похудеть и вернуть своего прекрасного принца.

А Коля… а Коля тихо и безмолвно вожделеет Аню.

В общем, перед нами классическая френдзона, плюс любовный треугольник с альфачом и омежкой по углам.

Коля, несмотря на свою показную невозмутимость, имеет очень низкую самооценку. Это предопределяет его стратегию поиска пары. Он приходит в клуб анонимных обжор, где троллит бодипозитивных дамочек, наивно пытаясь самоутвердиться за счёт ещё более уязвимых. Определив Аню как девушку с раненой самооценкой, он пытается реализовать с ней омежий сценарий: «вот сейчас я покажу ей, какой я милый, полезный и заботливый, она поймёт, что я лучше, чем альфа-козёл, который её бросил, и даст мне».

Результат немного предсказуем. Коля действительно очень милый, полезный и заботливый. Он нянчится с Аней, бегает с ней кроссы, везёт её за тридевять земель к её отцу, и помогает ей наладить с ним отношения, отдаёт ей свою одежду, когда Аня в чём мать родила спасается из горящей бани… А благодарная Аня, как только весы и зеркало показали, что она на правильном пути, бежит к своему альфа-спортсмену. Хотя знает, что у него уже другая тёлка. И, когда он безыскусно разыгрывает перед ней супермена с разбитым сердцем, радостно отдаётся ему. А Коле остаётся только в бессильной ярости смотреть в окно, как его великая любовь трахается со своим альфачом.

Кончается всё хорошо. Аня, когда гормональное напряжение её попустило, посылает альфача Женю в пеший эротический маршрут, здраво рассудив, что, коль скоро он ценит в ней только товарный вид, то он не самый надёжный спутник жизни. В финале она встречает безутешного Колю на городском спортивном празднике, поёт дифирамб его умению несмотря ни на что любить себя, и они рядышком бегут кросс…

Любовно и прельстиво, и все возрадовались.

Но если вы думаете, что за кадром Аня всё-таки дала своему пухлому воздыхателю, то вам самое время оседлать единорога и уехать в Never-never-land. В нашей реальности девушки редко снисходят до милых, полезных и заботливых омежек. Даже не идеальные с точки зрения стандартов красоты. Даже те, чья самооценка ранена. Доброму омежке достанется поцелуй в носик, после чего вожделеемая им принцесса, утерев слёзы, побежит за мудаком, который довёл её до нервного срыва, аборта и попытки суицида. Или найдёт себе нового козла.

Почему многие девушки выбирают козлов и мудаков, которые манипулируют и откровенно помыкают ими, от которых они получают синяки, исковерканную психику, подорванную самооценку и нежелательную беременность, а добрых и заботливых ребят игнорят и френдзонят? Это золотая тема женских журналов и мужских пабликов. Собственно, никакой загадки здесь нет. Секрет привлекательности козлов и мудаков — самоуверенность, помноженная на нулевую рефлексию. Эти качества обеспечивают козлам и мудакам регулярный доступ к женскому телу, даже при отсутствии таких данных, как волевой подбородок, мужественная щетина, приятный баритон, стальные мышцы, нокаутирующий удар, собственная IT-компания, белый лимузин с негром-шофёром, бунгало на тропическом острове, навыки тантрического секса и прочая, и прочая, и прочая. Потому что многие девушки ищут в мужчине именно Вожака (особенно после того, как прочитали об этом в глянцевых журналах) и отдают предпочтение тем, кто демонстрирует лидерские качества. А назойливое забивание эфира, самоутверждение засчёт слабейших и игривые прихваты за задницу позволяют успешно имитировать альфа-самца.

Соответственно, добрый, заботливый и обходительный юноша, который не являет признаков вожака стаи бабуинов, готового оттрахать всё, что движется — просто не воспринимается как мужчина, как потенциальный половой партнёр. Цена его знакам внимания — та же, что бабушкиным оладушкам. Любовь к тому, кто кинет сотку на телефон и подует на разбитую коленку, не имеет ничего общего с сексуальным влечением.

Парень, если ты всю жизнь кочуешь по френдзонам, если ты регулярно выбрасываешь презервативы по причине истечения срока их годности, а твоя правая рука сделала от тебя три аборта, то единственный выход для тебя — поскорее стать бессердечным самоуверенным ублюдком. Шутка. На самом деле — не надейся купить, заслужить или выпросить благосклонность. В девяти случаях из десяти результатом будет бессмысленная потеря времени, финансов и самоуважения. В фильме «Я худею» так и получилось. Альфа-бабуин Женя притащил Ане букетик полевых цветов и обаятельную виноватую улыбку. Через пару минут он уже был в ней. А самоотверженный Коля оказался в положении толстой подружки.

«Проигранное место»: невкусно — и точка

В рассуждении чего бы покушать, точнее, посмотреть, я вбил в поиск youtube «фильм ужасов про подростков», и судьба-злодейка подкинула мне «Проигранное место».

Что проигранное место занимаю я, поскольку проигрываю время, стало безжалостно ясно по прошествии двадцати-тридцати минут, однако я решил досмотреть кинцо до конца.

Кратко суть. Компания старшеклассников в провинциальном российском городке травит у костра страшные байки, и один рассказывает городскую легенду о «проигранном месте» в местном кинотеатре. Кто на него сядет — тому ПЦ, без вариантов. Никто не верит, на следующий день сбегают с физкультуры в кино и, конечно, двое из компании попадают на проклятый стул — с предсказуемым результатом. В финале выясняется, что всех посидевших на злоебучем кресле валил местный мент, малость тронувшийся умом с детства, когда его мать у него на глазах попала под машину. По законам жанра он произносит перед потенциальными жертвами речь, но в последний момент прекрасная юная рапиристка пронзает его своим клинком и спасает друзей.

А теперь начнём считать.

Создатели фильма не имеют понятия о…

Да, блядь, ни о чём. Ну, разве что о том, как вкусно и полезно осваивать бюджетные средства — кинцо снято при поддержке российского Минкульта.

Создатели фильма не имеют понятия о российской школе.

Понимаете, это полупустое здание совершенно не похоже на типовое российское ГБОУ. И компания слащавых мальчиков и деффачек мандельной внешности (составляющих, как следует из фильма, весь ученический коллектив этого заведения) не вписывается в образ обычных российских школьников. Впрочем, это простительно: наши киноделы не умеют показывать современную российскую школу. Пока что недосягаемым шедевром правдоподобия остаётся поделка Гей-Гармоники Гай-Германики. Тринадцати-, мать вашу, летней давности.

Да что там школа! Создатели фильма не имеют понятия о реалиях жизни в России. И о том, как на самом деле работает полиция, и о том, как, собственно, живёт российское население. Юные герои и героини фильма обитают в уютных загородных домиках — ну точь-в-точь мидл-классовые американские тинейджеры из «Кошмара на улице Вязов». Милые мои, я понимаю, что вам из ваших «дворянских гнёзд» и из окон лимузинов хуёво видно, но три четверти населения РФ живёт в панельных домах. Даже «средний класс». Даже илитка, которой по статусу полагается жить в загородных имениях, инстинктивно стремится в многоквартирные бараки. Да, с «фатерами» в два уровня, с тремя КПП при входе, с бассейнами и офисными центрами — но в бараках. Был бы я царь — ходил бы в золотых лаптях да бархатных онучах.

Понимаю, что создатели вдохновлялись американскими хоррорами. Америка — родина киноужасов. Но надо же стараться адаптировать американский первоисточник к родным осинам, если снимаете «про наших»!

А у вас получился какой-то Кастл-Рок, штат Мэн.

Вот так, от нереальной реальности мы невзначай перешли к художественным особенностям кинца. Здесь тоже всё грустно. Можно смеяться над заезженностью некоторых сюжетных ходов (что и делали создатели «Очень страшного кино» или «Убойных каникул»), но, чёрт побери, есть законы композиции и гармонии, которые невозможно нарушить, как и закон всемирного тяготения. Поколения создателей хоррор-муви не одну зомби-собаку съели на том, как ненавязчиво нагнетать напряжение, как заставить поменять штаны даже искушённого фаната жанра, где подсунуть аудитории сюжетную обманку, а где позволить зрителям порадоваться своей проницательности. Ничего подобного в «Проигранном месте» нет. Затянуто, недостоверно, неубедительно.

Хотя местами смешно. Например, когда авторы вспомниают, что делают кино для молодёжи и о молодёжи, и заставляют персонажей делать минет, заниматься онанизмом и крутить спиннер.

Нет, не одновременно.

На фоне таких шедевров даже «Мёртвые дочери» и «Путевой обходчик» представляются достойными картинами…

«1993»: мягко говоря, это провал

«1993», фильм по одноимённому роману Сергея Шаргунова, вышел к тридцатилетнему юбилею резни на московских улицах, которую по российской трусливо-косноязычной традиции принято называть «октябрьскими событиями».

Речь идёт о выступлении «красно-коричневой» оппозиции в поддержку Верховного совета в сентябре-октябре 1993 и его подавление милицией, войсками и парамилитарными формированиями, верными президенту Борису Ельцину.

Этот эпизод, при всей его эпохальной важности, российские киноделы три десятилетия обходили на цыпочках. В изобилии снимали провальные картины про певцов ртом, футболистов ногами, убогие сиськопердельные комедии, ремейки советской «классики», несчётное множество силовицких самохвальных сериалов. Но одна из важнейших точек бифуркации новейшей истории оставалась без внимания.

Оно понятно: многие участники «событий» живы и при погонах. И, увидев на экране своё воплощение в малосимпатичном виде, могут расстроиться.

Но вот перед нами — первое воплощение кровавой осени в художественном кино.

Виктор, главный герой — бывший засекреченный инженер, а ныне член бригады ремонтников, чинящих канализацию (а? какой символизм: ещё недавно трудился на Космос, а теперь загнан в срамное и смрадное подземелье!). От происходящего в стране в тихом аху… изумлении, не до конца понимает, кто прав и кто виноват, но для себя решает — «я за народ, за справедливость». Тем временем его красавица дочка тусует с молодым бандитом, а пока ещё красавица жена мечтает о «бизнесе» (неважно каком), и пытается войти в мир капитала половым путём (наставляет супругу рога с нефтетрейдером), а потом открывает в посёлке филиал похоронной конторы (опять символизм: страна в развалинах, процветает лишь Смерть и все, кто кормится от неё). В кульминационных сценах герой лежит под пулемётными очередями в Останкино, а его жена оказывается на митинге демократов у Моссовета…

Простой человек в жерновах истории — и трагедия семьи, разделённой баррикадами: ситуация совершенно реалистичная, миллионы раз повторявшаяся у разных наций.

С такими козырями мог бы получиться пусть не шедевр, но нестыдный фильм об одной из кровавых и путаных страниц новейшей истории.

Мог бы, да.

Тем не менее, общее впечатление от фильма…

Ну, как бы помягче сказать…

Провал.

Начнём с того, что главный герой какой-то невразумительный. О его славном космическом прошлом известно лишь то, что он поставил свой отпечаток пальца на луноход. Как-то маловато для гениального технаря, не так ли? В новой реальности он не нашёл себе ничего лучше оранжевого жилета и разводного ключа — но не попытался работать по специальности в странах, уже прошедших период первоначального накопления капитала. Между тем в девяностые, когда бывшие коммунисты, комсомольцы и чекисты весело пилили госсобственность, многие математики, естественники, врачи и инженеры из бывшего Союза нашли себе применение на Западе. А некоторые «релоцировались» ещё до эпохи гласности, здраво рассудив, что основание натурального логарифма одинаково по обе стороны Атлантики, но на Западе образованному человеку поуютнее, чем в пролетарском раю.

При условии, конечно, если его образование выше кроссвордной эрудиции, как у нашего героя.

Семья бывшего покорителя Луны — сам Виктор, его жена Лена и дочь Таня — живёт в ближнем Подмосковье, в благоустроенном посёлке, в двухэтажном коттедже. Правда, выясняется, что усадьбу получили в промен на московскую квартиру. Что предпочтительнее — отнорок в асбоцементном человейнике или собственный дом — вопрос дискуссионный. Сосед, ресторатор Янс — меметичный старый еврей, ставший «новым русским» — приятный тип, совершенно свободный от классово-сословной спеси, равно как и его супруга и дочки. Ему не зазорно пригласить на семейное торжество «инженеришку» с женой. Да и его балованные дочки не дерут нос перед «простушкой» Таней, общаются с ней по-приятельски.

Тем временем шестнадцатилетняя Таня очарована молодым бандитом Егором. Сердобольные зрители ждут трагичного совращения несчастной интеллигентной девочки бессердечным «быком» — что-то вроде лайт-версии «Ворошиловского стрелка». Ничуть не бывало: томимая гормонами юница лихо отбивает привлекательного парня у подруги и дарит ему самое дорогое, что есть у девушки. Да и Егор отнюдь не напоминает туповатого «быка» или сцукоопасного отморозка-психопата: не гопотень с пограничным IQ, не сволочной мажорчик, но и не потомственный почётный лузер. Просто — нормальный парень…

Не знаю, случайно так получилось или нет, баг это или фича, но пресловутый «ужас девяностых», от которого заходятся лаем пропагандоны стабильности, не дышит с экрана. Нет ощущения разрухи, бардака, всеобщего озверения и безнадёги. Закрадываются совсем уж крамольные мысли: да ладно, хватит народ пугать, нормальное было время (на самом деле — так).

Между тем, в фильме есть потешный анахронизм. Бригада ремонтников становится случайными свидетелями того, как менты разгоняют демонстрацию оппозиционной молодёжи, и спасают — прячут в своём фургоне — двух юных протестунов, парня и девчонку. Эти двое отчаянно косплеят Сида и Нэнси, но в целом выглядят как попаданцы из XXI века. Таких панков — чистеньких, сытеньких, с отбеленными зубами, в «неформальном» кожаном прикиде стоимостью под штуку баксов — в Москве 1993 года не было. Вообще левацко-протестная молодёжная субкультура, стильная и вестернизированная (именно так, несмотря на подчёркнутое антизападничество) в те годы не существовала. Она появилась значительно позже. А «Сид и Нэнси» как будто прибыли прямиком с марша «Антикапитализм-2005», или с навальновских митингов середины десятых.

Анахроничные левачата приводят Виктора в осаждённый Белый дом. Вернее, просят его провести их по подземным коммуникациям. Виктор соглашается и потом тусуется всю ночь среди баррикадников, потом уходит, а 3 октября, узнав, что в городе началось веселье, мчится в Останкино. Его жена тем временем отправляется по призыву Гайдара спасать демократию и реформы…

Собственно, ради этого и стоило бы смотреть скучноватую семейную ретро-жвачку, но… но тут и начинаются стеснительные умолчания. Глазки в сторону и сбивчивые заикания. Историческая часть фильма производит особенно жалкое впечатление.

Ладно. Мы все люди. Понимаю, что режиссёру Александру Велединскому было не проще, чем герою неприличного тюремного мема про два стула. С одной стороны, восхвалять победу воинства «алкаша ЕБНа», радоваться триумфу прозападного либерального капитализма — в наше время неудобно. «Народ не поймёт» (да-да, мы все знаем этот народ по имени-отчеству).

Но и воздавать почести защитникам Белого дома, слишком надрывно грустить по погибшим, слишком яростно обличать карателей — это тоже «не приветствуется». Почему? Да потому, что это был МЯТЕЖ ПРОТИВ НАЧАЛЬСТВА. А мятеж — всегда зло, начальство же — всегда право.

Поэтому эпизод на ночных баррикадах, на фоне чёрного Белого дома (вскоре после начала противостояния Лужков его демократично отключил от энергоснабжения), в кольце «спиралей Бруно» и звереющей от страха и неопределённости милиции, могли бы выглядеть величественно и жутко. В фильме это напоминает посиделки каких-то бомжей. Только красный флаг и имперка указывает на то, что здесь, вообще-то, собрались красно-коричневые фашистские мятежники — a.k.a. борцы против сионо-фашистской оккупации Советского Союза, готовые биться с еринскими псами (намеренно употребляю жаргон тех дней).

Ещё более яркой и страшной сценой стала бы атака протестующих на телецентр «Останкино» и расстрел спецназовцами плохо вооружённых (а по большей части — вообще не вооружённых) мятежников. Но этот эпизод показан скудно и осторожненько. Немного нестрашной стрельбы, несколько аккуратных трупчиков, никакой паники, никакой истерики, никакого жёсткача. Зато добавили фирменной расейской «всё-не-так-однозначности».

Штурм Белого дома 4 октября, гуро и мясорубка, в том числе «фильтрация» пленных, напоминающая африканские войны, в фильм не вошли. Хотя множество очевидцев — например, Илья Константинов, ветеран российской политики, бывший депутат Верховного совета, сопредседатель Фронта Национального Спасения — рассказывали о массовых избиениях, пытках и выборочных расстрелах.

Не устаю восхищаться благоразумием тварьческой интеллигенции.

Словом, вместо попытки художественного осмысления проклятых вопросов истории (почему? Что двигало людьми, вышедшими на защиту парламента? Что толкнуло их в самоубийственную атаку 3 октября?) — на выходе очередное трусливое юление и виляние. Тварьческие деятели, прикормленные и припугнутые, на отчаянные выходки не способны.

Сергей Шаргунов, Александр Велединский, благодарю за впустую потраченное время.

«Айта»: неприятная действительность

По наводке «Роскомнадзора» (кроме шуток — лучший продюсер в Российской Федерации!) посмотрел «Айту» — якутский криминально-психологический триллер.

В удалённом от цивилизации посёлке в Якутии (в распутицу он превращается в натуральный остров: связь с «большой землёй» — только по реке) кончат жизнь самоубийством с собой девушка-подросток по имени Айта. При ней обнаруживают предсмертную записку

АФОНЯ, Я ТЕБЯ НЕНАВИЖУ!

Кто такой Афоня, что он натворил и как довёл несчастную девицу до самогубства — неизвестно. Однако подозрение немедленно падает на сотрудника местного отдела полиции по имени Афоня, русского, который несколько лет назад приехал из Воронежской области; недавно он отвозил Айту домой, после того, как её задержали с выпивающими подростками.

Этого достаточно, чтобы и полицейские, и все жители посёлка уверовали в его виновность.

Чтобы уберечь Афоню от расправы, начальник полиции — якут по имени Николай — решает посадить Афоню в КПЗ (Закон о полиции? УПК? Не слышал!). Страсти накаляются: медэкспертиза тела Айты показывает, что она была беременна. Мужчины рассуждают, что пора разобраться с «приезжими, которые портят наших девок», женщины устраивают обструкцию Сардаане — девушке Афони. От разговоров местные переходят к делу. Убитый горем отец Айты и его товарищи берут в осаду и обстреливают полицейский участок, заблаговременно перерубив кабель связи и угнав все лодки, на которых полицейские хотят вывезти «злодея». Полицейские отстреливаются, мстители подогнали трактор и готовы идти на штурм в Marvin Heemeyer style, но тут спасение приходит, откуда не ждали. Полицейский следователь Саргылаана вместе с матерью Айты открыли её телефон (который незадолго до её смерти сдали в ремонт) и выяснили, что русский полицейский Афоня не виноват. Виновата гормональная буря и первая любовь до гроба. А гроб стал реальностью, когда случился разлад с молодым человеком, который живёт в соседнем посёлке и которого, по несчастливому совпадению, зовут Афоня.

Всё объяснилось, все успокоились, все помирились, родители Айты признали ошибки в воспитании и даже извинились перед русским Афоней, которого недавно хотели линчевать, а местное полицейское начальство решило не сообщать о беспорядках (ну, постреляли маленько, но ведь без серьёзных последствий).

Хэппи-энд.

Притом с правильной моралью. Тут и проблема подростковых самоубийств (привет с*ним к*там), и прямое указание на то, что в любой ситуации надо разбираться по закону, а облыжные обвинения, массовая истерия и правосудие толпы с вилами — путь в кровавый тупик.

Тем не менее, «Роскомнадзор» потребовал удалить фильм из онлайн-кинотеатров:

«В картине демонстрируется неравенство лиц по национальному признаку: положительные стороны героев одной национальности противопоставлены подчеркнуто негативным чертам героев другой национальности».

«Профессиональные русские», страдальцы-рыдальцы (которые одной рукой кидают стеснительную ироничную зигу, а другой — поглаживают кошелёк с зарплатой от администрации президента) завели привычное нытьё на тему «русских людей обижают». Дескать, «Айта» — лживая русофобская поделка, и куда смотрит милиция...

Вот от этого места поподробнее.

Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы заметить: немногочисленные русские в фильме (помимо Афони, там мелькает в эпизоде ещё какой-то ГИБДДшник нетитульной нации) — персонажи неприятные: туповатые балагуры и разгильдяи. Афоня, хотя и неповинен в смерти Айты, аморальный тип (бросил прежнюю семью, на новом месте закрутил с девушкой на пятнадцать лет моложе). Да и храбрости невеликой: узнав, что местные жаждут с ним «поговорить», буквально растекается лужицей. Хочется спросить: если ты не при делах, так что же ты приседаешь от страха?..

А все якуты, напротив, по-своему симпатичные.

Симпатичны полицейские — профессиональные, подтянутые, верные долгу: даже понимающие святую правду возмущённого народа, они не отдают на растерзание чужака, но защищают его, рискуя жизнями. Потому что дело надлежит расследовать ПО ЗАКОНУ, и виновный также должен быть наказан ПО ЗАКОНУ.

(Правда, сотрудника полиции, находящегося при исполнении обязанностей, свои же коллеги посадили в КПЗ — ну ладно, для его же блага, а то бы его разорвали на двух берёзах...)

Симпатичен Айаал, осиротевший отец. Не обнимается с бутылкой, а готов мстить за жизнь и честь дочери. И, когда началось восстание (да, назовём вещи своими именами — восстание, мятеж), он несколько раз говорит товарищам: идите домой, это моё дело. Ему так же благородно отвечают — теперь это наше дело.

Симпатична и Сардаана, молодая гёрлфренд полицейского Афони, которая не отрекается от своего мужчины, даже когда против неё встаёт весь посёлок.

Случается якутам делать что-то не совсем хорошее. Например, толстенький мальчишка-очкарик, который, когда история Айты загуляла по посёлку, рассказал следователю, будто сам видел, как «русский полицейский» целовался в машине с Айтой. Но, когда выясняется, что ничего подобного не было, про враньё пухляша деликатно забывают. Хотя из-за него чуть не началась гражданская война. Никто не рвётся линчевать якутского подростка по имени Афоня, который обрюхатил, а потом и бросил Айту, из-за которого она полезла в петлю.

Что бы ни говорил Степан Бурнашёв, в фильме симпатичные якуты противопоставлены малоприятным русским.

Притом они лишены даже злодейского обаяния. Представим, что кинематографический Афоня был бы настоящим маньяком-живорезом, который держит в страхе весь посёлок, убивает в тайге охотников и насилует школьниц (главное не перепутать: охотников убивать, школьниц насиловать!). Этакий Белый Ужас с крестом, водкой и винчестером, обвешанный черноволосыми скальпами. Вы думаете, «профессиональные русские» принялись бы обиженно голосить? Поворчали бы для приличия, но в своём кругу не скрывали бы злорадного удовлетворения: «боятся — значит, уважают».

Увы. Соплеменники Бурнашёва нас, русских, и не уважают, и не очень-то боятся.

Не все, конечно. Но популярность «Айты» — а кассовые сборы этой не слишком зрелищной картины в шесть раз превзошли бюджет — заставляет задуматься.

Равно как и заступничество якутских руководителей: опальное кино поддержал сам глава республики Айсен Николаев.

Но в этой ситуации глупее глупого — пытаться запретить фильм.

Когда у вас грипп и столбик термометра перевалил отметку 38, надо принимать противовирусные, а не тупо «сбивать температуру». Если у вас хронический запор, надо пить больше простой негазированной воды и есть больше растительной пищи, а не спать в обнимку с клизмой. И так далее...

Надо лечить болезнь, а не купировать симптомы.

Появление и популярность подобных фильмов — примета общественного нездоровья. Следствие, а не причина.

Неприязнь между разными народами Российской Федерации — действительность. Её невозможно запретить, как индоевропейскую солярную символику. И невозможно делать вид, будто её нет.

И, конечно, не зловредные фильмы причина её возникновения. И даже не происки ЦРУ, «Моссад» и ЦИПСО.

Корни взаимной неприязни — в глубине веков.

Россия (и наследующая ей Российская Федерация, которая, на мой взгляд, с исторической Россией имеет меньше общего, чем кому-то хотелось) — многонациональная империя. Большинство народов вошли в её состав не по своей воле. Школьные учебники истории твердят о «мирном вхождении» и «добровольном присоединении», но это сказки для особенных детишек. Даже многие великорусские княжения и волости, присоединённые к Великому княжеству Владимирскому, были покорены военной силой. Столь же «мирно и добровольно» присоединялись к растущему государству иноплеменные народы и земли. Где-то всё прошло относительно бескровно, если местные правители искали у «великого белого царя» защиты от более опасных врагов (либо были, во имя высших политических интересов короны, подкуплены). Но где-то десятилетиями шла война, то вспыхивая, то затухая. Некоторые народы и земли стали «трофеями» короны — они были отвоёваны у прежних завоевателей, другие просто в один прекрасный момент оказались в составе империи, как это произошло с первобытными народами тайги.

В дальнейшем некоторые присоединённые народы исчезли (частично вымерли, частично ассимилировались), но другие сохранили этническую субъектность — и старые распри, и подспудную неприязнь к имперскому центру и русским, его олицетворяющим (последнее несправедливо, но это отдельный разговор).

Фильм «Айта» приоткрыл столичной медиатусовке эту неприятную действительность.

«Слово пацана»

О сериале «Слово пацана» не высказался только ленивый.

Отмечусь и я.

По части художественной ценности и кинематографического мастерства — сериал как сериал. Не шедевр, но посмотреть можно.

По поводу достоверности сеттинга. Насчёт региональной специфики умолчу, бо в Казани не бывал даже проездом, но обстановка позднего совка, быт и нравы, показана вполне достоверно.

А всем, кто пускает слюни по поводу святых пацанских понятий, уличного братства и прочего гоп-патриотизма, я от души желаю встретиться в реале с типами, напоминающими персонажей сериала.

Возможно, мозги встанут на место.

А могут и вытечь на асфальт.

Поэтому диванным пацанам и пацанескам я для начала предлагаю внимательно пересмотреть кино. И тогда вы, может быть, заметите, что там нет ни грамма романтизации криминала (в отличие от вышедшей на экраны двадцать лет назад «Бригады»).

Шпана показана... ну, не совсем симпатично.

Отбирают копейки у запуганных детей (да, кисочки мои, ДЕТЕЙ) — храбрецы!

Гуртом «отжимают» у столичного студента кроссовки и куртку — да просто Роб-Рои!

Сорвал меховую шапку со своей училки английского — настоящий Робин Гуд! (Будет знать, сука, как гнобить пацанов америкосским паст пёрфектом!)

Толпой забивают малолетку, вся вина которого в том, что он «с ненашева раёна» — славное деяние, достойное гомеровских героев!

Довели до самоубийства девочку, которая после группового изнасилования пытается жить нормальной жизнью — туда и дорога шлюхе, пацаны с чистыми ходят!..

И так далее.

Если у кого-то возникнет желание подражать таким сверхчеловекам — как говорится, мсье знает толк в извращениях.

«Курьеры»

Посмотрел мини-сериал «Курьеры». Главный герой Гоша (далее ГГГоша) — мальчик двадцати с лишним лет, воспитанный в однополой семье из мамы и бабушки. В один прекрасный день он рухнул с дуба, поел травки борзянки и решил, что он уже сильный и независимый мужчина, а не мамина рыбка в аквариуме. Мама тоже упёрлась рогами: если ты такой такой взрослый — изволь жить на полном самообеспечении. Взрослый мир сперва показался ГГГоше не таким уютным и простым, как виделось из-под маминой юбки, но ему посчастливилось найти работу велокурьера. А в курьерской компании наш ГГГоша обрёл надёжных друзей, настоящую любовь и вообще стал крутым мужуком. И даже отыскал блудного папаню, 20+ лет назад свалившего в закат.

Все острые углы современности благоразумно приглажены, показаны смешными и нестрашными. На выходе — добрая, и светлая жвачка для мозгов.

Кстати, я и не отказываю мозговой жвачке в праве на существование. Вовсе не обязательно каждый раз тыкать народ в харю экзистенциальными проблемами. Во-первых, мы в России, где все всё понимают (но помалкивают), во-вторых, хотите пострадать — читайте Достоевского.

Не стану мудрствовать про успешный/неуспешный кастинг, режиссуру, кадр и освещение, скажу о том, что мне НЕ ПОНРАВИЛОСЬ.

Не понравилось мне слишком уж откровенное издевательство над здравым смыслом.

Нет, никто не ждёт от комедии «правды жизни». Но, господа, меру надо знать.

Вот один из героев второго плана — узбек Алик. Он свободно говорит по-английски и по-французски (помимо русского и родного узбекского). Кроме того, он компьютерный гений, вернее, чудотворец («тыжкомпьюторщик»): может взломать что угодно и быстренько набросать программу-маршрутизатор. И даже демонстрирует задатки коррекционного педагога... Вопрос: какого чихуахуа сей разносторонне одарённый юноша занимается такой тяжёлой и неблагодарной работой, как доставка, когда мог бы зарабатывать больше и с большим комфортом, по ходу дела прокачивая свои скиллы?

Дальше. ГГГоша и его подруга Марина — «плохая и дикая» девочка, о которой мечталось ГГГоше одинокими ночами — отправляются на поиски ГГГошиного ghost father. Поиски приводят их в мединститут, где учился ГГГоша, а четверть века назад — его мама. Учились они, по законам комедии, у одного и того же профессора. И, разумеется, профессор вспоминает фамилию давнего маминого МЧ, который, разумеется же, оказывается ГГГошиным производителем.

Ещё раз. Профессор помнит, с кем четверть века назад еблась дружила одна из его студенток. Верим!

Ну, и ещё один нереалистичный момент. У плохой и дикой девочки Марины оказывается тёмный бэкграунд, и за ней в Москву приезжает из Калуги её криминальный бывший, у которого она увела бабки. Он собирается вернуть украденное и наказать бешеную тёлку. Братки, похожие на персонажей фильма «Бумер», похищают Марину, держат на заброшенном заводе, потом возят по Москве, в итоге всё кончается хорошо... НО!

Как вы думаете, сколько спиздила позаимствовала Марина у своего бандита?

Вы не поверите.

Полляма.

500’000 (пятьсот тысяч) рублей.

Ради этой более чем скромной суммы Маринин бывший попёрся в Москву, светиться под миллионом московских камер, устроил сложную операцию по похищению, и в итоге угорел, как тупой малолетка.

Понимаю, бандитское реноме дороже, но ведь есть тысяча и один вариант объяснить охуевшей бляди оступившейся девушке, что она была неправа. Так, что она и заветные «полляма» принесёт, и в полицию не побежит.

Но кинозлодеи не ищут лёгких путей...

Господа сценаристы, не считайте, пожалуйста, аудиторию за дебилов.

«Мастер и Маргарита»: Сталинодар должен быть разрушен

Присоединяюсь к флешмобу «Я тоже посмотрел 'Мастера и Маргариту»».

Первое впечатление — сколько можно? Опять «я так увидел», опять «режиссёрская трактовка»… Почему нельзя просто экранизировать роман? Ведь книга Булгакова — готовый сценарий мистического блокбастера.

Но потом я, как поэт Бездомный в клинике доктора Стравинского, взглянул на дело с другой стороны. Конечно, можно отснять фильм строго по тексту. Бортко в нулевые так и сделал. Помните? И как впечатление? Вот то-то же…

Можно заставить актёров повторить каждую фразу книжных героев, каждый шаг, каждый взмах бровями. Но если у режиссёра нет духа, который поднимал на крыльях создателя книги и нёс его над сотворённой вселенной — вместо воплощения прекрасной и страшной легенды будет стыдная возня. Что-то вроде попытки пожилого госслужащего невысокого ранга склонить молодую талантливую пиарщицу к интиму: курва притворяется, что не понимает намёков, потому что сканирует нулевой карьерный потенциал «папика», а тот не отваживается на альфасамцовый рывок, опасаясь конфуза…

У Локшина сквозь асфальт и бетон Москвы тридцатых пробивается тёмное пламя преисподней.

Булгаковские герои в новом фильме убедительны и достоверны. Великолепный Воланд — бодрый и свежий иностранный господин, и его бесовская свита, скрывающая свою мощь под шутовскими личинами. Прекрасны Мастер и Маргарита — не советские, но русские интеллигенты. Убедительно выглядит и разбитной парняга «пролетарский поэт» Иван Бездомный, и скользкий Берлиоз… Но главный герой фильма… сам роман «Мастер и Маргарита». В нём воплощается мечта Мастера расквитаться с гонителями — от злобного стукача Латунского и трусливого подлеца Берлиоза до родимой Софьи Власьевны. (В реальности — а в фильме сплетаются две линии: реальная и воображаемая, обыденная и мистическая — Мастер, пережив «культурную отмену», донос, арест, а потом и заключение в психбольницу, умирает в ней, дописав роман…)

Булгаков явил в романе реальную, но чуть-чуть колдовскую, морочную Москву. Локшин идёт дальше: в сценах, изображающих не обыденную реальность, но её преломление в романе, мы видим столицу, перепаханную до неузнаваемости кагановичами и иофанами. Там не только проложили трамвайный маршрут возле Патриарших, но и загромоздили город исполинскими коммунистическими истуканами, и даже вкорячили зиккурат с Лениным на месте взорванного храма Христа-спасителя.

Это уже не Москва. Это «Сталинодар» из фантазий большевицких фанатиков.

В этом «Сталинодаре» и развлекаются бесы из свиты Воланда. Они обрывают унылый «красный мюзикл» и обрушивают на «граждан зрителей» жуткий и захватывающий бурлеск, череду страшных чудес, каскад крови, чёрного юмора, агрессии и демонической сексуальности. Безмолвно горюющая по Мастеру Маргарита обращается мстящей ведьмой, а потом — земным воплощением Тёмной Богини на весеннем балу. А когда чекисты приходят «брать» обитателей «нехорошей квартиры», уже предвкушая, как будут куражиться над безвольными жертвами… в общем, знаменитый глоток бензина в исполнении кота Бегемота превзошёл самые смелые ожидания. В финале Воланд со свитой и воссоединившиеся Мастер и Маргарита взирают с Воробьёвых гор на полыхающий Барад-Дур — «Сталинодар».

Если у вас есть садистские наклонности, и вы любите смотреть, как корёжит уродцев — после того, как просмотрите фильм, почитайте отзывы «консервативно-патриотической» публики. Они корчатся так, будто Бегемот оттяпал голову не Жоржу Бенгальскому, а им. Всех превзошел, кажется, чушпан Егор Холмогоров, который углядел в фильме «оправдание терроризма» и даже указал соответствующую статеечку УК РФ.

Что вызвало беснование «консерваторов» — непонятно: то ли низвержение коммунистических истуканов в «Сталинодаре», то ли обнажённая Юлия Снигирь в образе Маргариты-Гекаты (харам?), то ли они узрели себя в образах Латунского, Берлиоза и барона Майгеля.

Ну, тогда надо сажать и самого гражданина Булгакова. Потому что месть Маргариты критику Латунскому (довольно лайтовая), и жертвоприношение барона Майгеля, и разнузданное славление Тьмы — всё это присутствует и в романе!

Но что же вы так перепугались? Это же просто фэнтези!

Алиса! Космион!

Поддался общему поветрию и посмотрел «Сто лет тому вперёд».

Хотя фильм заявлен как новая экранизация романа Кира Булычёва и ремейк «Гостьи из будущего», сюжет далёк и от первоисточника, и от «классики советского кино». Но история мальчика из настоящего, девочки из будущего, злых космопиратов и чудесного приборчика от этого только выиграла. Роман-первоисточник я не читал, а старое-доброе-советское кино... ну, не будем о грустном. По сравнению с застойным мини-сериалом новый фильм видится динамичнее, жёстче и умнее. Космические пираты — и трикстер Весельчак У, и постхуман Глот — напоминают всё-таки злодеев, могучих и опасных, а не смешных советских пельмешков, как клоунская чета Невинный-Кононов. Фантастические боёвки реально заставляют напрягаться — хотя и знаешь о неуязвимости протагониста и о том, что вообще всё кончится хорошо. Ну и, конечно, Алиса в исполнении Дарьи Верещагиной шикарна.

Отметим и нестыдные спецэффекты: к концу первой четверти XXI столетия российские киноделы овладели компьютерной графикой на приличном уровне.

Кастинг, конечно, не радует. Когда двадцатилетние лбы изображают школоту — это испанский стыд. Режиссёра можно понять: он не хотел сесть в ту же лужу, что и предшественники с «Гостьей...», и хвататься за голову, глядя, как малолетки деревенеют перед камерой. Но можно было поступить умнее и перенести действие из школы в университет — и тогда с полным на то основанием добавить немного эротики.

Да, и ещё. Странно, что до сих пор не слыхать возмущённого кудахтанья «консерваторов».

Потому что в новом кино зловещая «повесточка» цветёт и пахнет.

Судите сами. Немногословные, холодно-храбрые сильные женщины врукопашную месят врагов Млечного пути и тринадцати галактик. А вот мужская часть ансамбля «хороших» смотрится куда как менее внушительно: чувствительные, болтливые, в бою прячутся, как крысы на рожон не лезут, предпочитают действовать хитростью. Даже в альфаче Витьке просвечивает будущий скуфидон-подкаблучник, боящийся сказать жене слово поперёк.

С семейными ценностями тоже не задалось. Коля Герасимов живёт без папы, который давным-давно свалил из семьи («сначала приходил раз в месяц, потом звонил раз в месяц...»). Ещё хуже обстоят дела в семействе Селезнёвых. У благостной картинки (папа — гениальный учёный, мама — героическая защитница мироздания, затерявшаяся в ткани континуума, дочка — умная и смелая бой-девчонка) имеется тёмная изнанка. Селезнёв-папа и Селезнёва мама явно... не любят друг друга. Это заметно по тому, как в финале Алиса буквально пихает предков в объятия. Зато симпатию между Весельчаком У и Кирой Селезнёвой не заметит только ленивый.

Товарищ режиссёр, у вас скрепы погнулись!

Итог: фильм неплохо, но вряд ли встанет в один ряд со «Star Wars», «Терминатором» или «Аватаром», несмотря на отсылки к классике.