Один старый, забытый сон

Глава 1

- 1 -

Мелкий осенний дождь освежал лицо водяной пыльцой. Последнее время стояла на удивление теплая погода, бабье лето в самом разгаре. Но утром небо затянуло облаками, погрузив город в серый дождевой туман. Несмотря на осень и сырость у меня было приподнятое и возбужденное настроение. Мне предстояла работа, интересная и очень специфическая. Я проводник на тропе разума. Как точнее сказать я не знаю, не уместится определение моей деятельности в пару слов. Хотя в трудовой книжке у меня записано, что я психолог и даже имеется соответствующее образование. Но все это ушло далеко в прошлое, после того, как я начал погружаться в не совсем традиционные методики. Тогда-то меня и заметила Компания, в которой я теперь работаю. Оказалось, что мои новые методы не такие уж и нетрадиционные, и в них я не первопроходец. С тех пор я и стал проводником.

Заказчики - люди далеко небедные, стоимость услуг проводника оценивается в шестизначных цифрах. В процессе выполнения задания я могу открыть чужие секреты, которые никому нельзя знать. В этом случае Компания дает заказчику гарантию, что проводник будет надежно спрятан, а тому в свою очередь даруется новая жизнь, чужое имя и если понадобится жизнь в другой стране. Хотя, по правде говоря, есть у меня сомнения, что мои работодатели добросовестно выполняют условия договора с бывшими сотрудниками.

Но я расскажу обо всем по порядку и немного позже, а пока я замер перед огромной, стеклянной высоткой черного цвета. Офис моего заказчика. По-хорошему мне бы знать заранее, кто этот человек на самом деле, какие секреты скрываются у него за душой. Все равно ведь узнаю их часть. Но нет, никто заранее не предоставит досье и поэтому нужно быть готовым ко всему.

У меня было несколько часов с момента, как я узнал имя заказчика. За это время я постарался поискать в сети информацию об этой таинственной фигуре. Как оказалось вокруг моего клиента лишь гора слухов и никаких фактов. Он богат. Основное направление его бизнеса - инвестирование. Вопрос только в том, во что он вкладывает свои деньги и на чём смог так высоко подняться. Если верить слухам, а обычно я в них не верю, этот человек вкладывает свои кровные в инвестирование военных компаний на ближнем востоке, а так же в разработки новых современных вооружений. Я ни черта не смыслю в экономике и оружии, поэтому не знаю, как войны и смерть улучшают финансовое состояние, но сам факт, что мне придется встретиться с подсознанием одного из величайших убийц современности, меня, мягко говоря, смущал. Хотя может, я преувеличиваю. У всех свои способы заработка, каждый выживает, так как может. Может у меня слишком предвзятое мнение к моему заказчику. С таким настроем не дело идти по тропам его разума. Позитивней надо, веселей!

И с такими мыслями я шагнул внутрь огромного офисного монстра из стекла и стали.

Меня встретили в холле и сопроводили до самого кабинета. Он сидел за большим письменным столом, перебирая кипу бумаг с озабоченным и серьезным видом. Когда он заметил меня, то тут же мягко улыбнулся, отодвинул в сторону свою работу и поздоровался со мной. Рукопожатие было крепким, лицо и весь его вид внушали доверие и даже какой-то позитив.

- Александр, - представился он. В ответ я назвал свое имя.

Я расположился в кресле рядом с его столом, он же встал, обошел вокруг и сел во второе кресло, прямо напротив меня. Несмотря на его положение в обществе и финансовое состояние это был достаточно молодой человек, лет сорока. Однако седина пробивалась в его темных, аккуратно подстриженных волосах. В глазах я прочел хорошо скрываемую усталость, но в тоже время в них была твердость и сила. Этот человек явно не собирался сгибаться от превратностей судьбы. В целом он производил впечатление сильного и хорошего человека, что никак не вязалось с тем образом, что я себе надумал. Может это к лучшему и у него в душе цветут ромашки и поют соловьи свои весенние песни.

- Знаете, я выбрал вас не случайно. Вы очень рисковый человек и пойдете на все, даже ради простого любопытства, - начал он. Ну, вот мы и приплыли. Птички и цветочки.

- Видите ли, дело в том, что в моем подсознании, кроется очень много противоречий, которые нам и предстоит преодолеть. А они весьма опасны. Когда то я сам без проводника отправлялся в путешествие вглубь себя. Но в какой-то момент все прекратилось. Теперь я не могу зайти так далеко, как прежде. От чего у меня возникли некоторые сложности. У вас есть то, чего нет у остальных проводников. Вы обладаете любопытством и при этом не бросаетесь в самую гущу событий попусту. То есть вы готовы рискнуть, но при этом способны всё трезво взвесить. Эта черта есть не у каждого.

- Можно уточнить? Вы самостоятельно отправлялись в глубины подсознания?

- Да. В некотором роде я такой же исследователь, как и вы. Поверьте, у меня были свои причины и не для развлечения.

Вот здесь я немного прервусь и поясню. Большинство моих заказчиков, как раз и хотят встречи с собой ради удовольствия. Кому то кажется очень веселым занятие «сношаться» со своим подсознанием и это не всегда просто грубая метафора. Это такая мерзость, я вам скажу. Но бывает и хуже, когда понимаешь, насколько извращено подсознание заказчика, хотя в жизни он занимает высокие должности и обладает властью. Обычно я разгадываю таких людей еще до того, как забираюсь им в голову, но Александр – это темная лошадка. Пока я еще не определился для себя к чему быть готовым.

- Что от меня требуется? – спросил он.

- Для начала вам нужно прилечь. Это надолго.

- Но вы будете не против если я останусь в этом кресле, к тому же оно весьма удобное. – он откинулся назад.

- Хорошо, пусть будет так, - сказал я, - теперь внимательно следите за моей рукой.

Как ловкий фокусник я извлек круглый предмет, напоминающий монету. Это что-то вроде моего талисмана, который подарил мне один близкий человек. На нем был выгравирован сокол в полете. Я использовал свой талисман в работе, чтобы ввести заказчика в состояние транса. Монета начала быстро танцевать на моих костяшках пальцев, то вдруг скрываясь в ладони, то снова появляясь перед глазами завороженного Александра. Его взгляд увлекся ловкими движениями моих пальцев. Я гордился этим трюком, ведь, сколько времени потребовалось, чтобы отточить каждое движение и сделать его совершенным.

Через несколько мгновений, его веки потяжелели и он провалился в глубокий сон. Осталось дело за малым – отправиться за ним следом, пока он далеко не ушел.

Я устроился поудобнее в своем кресле, закрыл глаза и волей приказал себе уснуть. Несколько секунд и я уже погружаюсь глубоко в сон. Кому то требуется больше времени, использование специальных препаратов или другие ухищрения, чтобы мгновенно уснуть, но у меня есть особенный талант – я умею засыпать силой.

- 2 -

Раньше, перед тем, как уснуть я много думал об ушедшем дне, о делах в нем и о дне завтрашнем. Постепенно усталость брала свое и разум начинал рисовать причудливые картины перед глазами, немыслимые события и образы. Это интересный момент, когда, еще не потеряв осознание, проваливаешься в сон, при этом утратив контроль над разумом. Однажды я научился ловить этот миг и удерживать осознание до конца. Таким образом, я проходил через врата, в мир сновидений, помня, что сплю. Гораздо позже я узнал о другой своей способности – проникать в мир сновидений других людей.

Проникнуть в чужой сон это еще не значит, что можно узнать все тайны и секреты этого человека. Попробуйте вспомнить во сне, что вы спите. Если вам это удастся, то вы сразу почувствуете противодействие, ведь сон это территория подсознания. Если у вас нет опыта в этом деле, вскоре вы потерпите крах и забудете, что все вокруг лишь мир сна. Так как это – ваша голова, подсознание обходится с вами мягко, но если внутри окажется чужое сознание, например мое, вот тогда начнется настоящая битва. Без союзника в лице хозяина сновидения я потерплю сокрушительное поражение, не без последствия для собственного рассудка, а иногда и жизни.

Цель проводника проникнуть в сновидение заказчика, «разбудить» его разум и уже вместе с ним следовать на встречу с подсознанием.

Я вошел в сон Александра точно так же, как в реальности – через дверь, только в этот раз без сопровождения. Он сидел за столом, погруженный в работу, так же как в первый миг, когда я только его увидел.

- Тебе, что-то нужно? – спросил он, не отрываясь от дел, выдуманных во сне, - Я сегодня очень занят.

- Мне нужно «разбудить» тебя, - ответил я, переходя на «ты». Это вышло непроизвольно, как только я пересек границу его сна.

- Прости, что? – он посмотрел на меня, пытаясь вспомнить. Тут же я ощутил, как все вокруг меняется, обретая большую четкость и реалистичность. Он «пробуждался» и намного быстрее, чем любой из моих клиентов. Значит, он и правда не первый раз отправляется в этот путь.

Его взгляд обрел ясность, он назвал мое имя, а затем спросил, каким будет следующий шаг.

Я рассказал ему про основное правило: идти только по знакомым тропам. Мир сновидений может быть причудлив и иррационален, но в нем всегда есть, что-то родное и знакомое, ведь все вокруг является проекцией реальности. Однако случайно или из любопытства можно свернуть не туда и оказаться там, откуда нет возврата.

В самом конце кабинета на дальней стене висела картина Николая Рериха, выполненная в цветах заката и огня. Мы оба оказались прямо перед ней. На картине был изображен Заратустра на вершине горы с чашей в руках, из которой лилось пламя истины и знания. Я задумался, а закат ли это или может рассвет чего-то нового. Так к чему же ведет знание истины к концу или к началу?

Я и мой спутник, не сговариваясь, шагнули вперед. Будь это реальность, то я тут же почувствовал бы сильный удар лбом о стену, но внутри сна я провалился вперед и вниз, и оказался в свободном падении. В ушах завыл ветер, по лицу хлестали его неоднородные потоки, струились, как вода меж пальцев рук. Я упал на склон высокой горы, а рядом со мной Александр. Мы оба приземлились так мягко, словно спрыгнули на пол со стула.

Осмотревшись вокруг, я понял, что мы оказались на горе, к подножию которой подступал густой и темный лес, а за ним вдаль расстилался синий океан. Этот мир был укутан сумерками, но так и не ясно предрассветными или напротив вечерними.

- Так что нас ждет? Ночь или день? – спросил я.

- Я думаю, этого мы не узнаем, - ответил он и улыбнулся, - идем.

С вершины спускалась крутая тропа усыпанная мелким, светло-коричневым гравием. Достаточно быстро мы спустились по ней вниз. Верхушки деревьев скрыли вид на океан и оранжевое небо, а мы все больше погружались в темноту зарослей. Как живая она обволакивала нас и манила к себе. Это было очень странное чувство, когда пугающая тьма, от которой хотелось с криком бежать без оглядки, притягивала к себе, как магнит. Хотя я помнил это чувство любопытства, что всегда вымещало страх в моих путешествиях по собственному миру снов.

Я с трудом различал спутанные корни у себя под ногами, чтобы не запнуться о них. Александр шел уверенно, словно он каждый день ходил этим путем. Мне не нравилось, как он начинал меняться. Я думал его уверенность от того, что он и правда часто видит осознанные сны, но теперь я начал сомневаться. Его поведение можно было назвать агрессивной самоуверенностью. Он не проходил через темный лес, он был его частью, хищником, убийцей.

Мои мысли о нем нарушил рык зверя скрывавшегося в глубинах тьмы. Через мой страх засквозила ирония. Интересно можно ли по силе крика этого животного определить его размеры. Я представил себе, как сейчас передо мной из кустов выскочит маленький пикинес и заулыбался. У меня два способа борьбы с кошмарами: любознательность и ирония.

Но передо мной мир чужого сна. Это место принадлежит разуму человека, что создает орудия смерти. Наконец вырывая с корнем деревья, толщина ствола которых была больше метра, из лесной чащи выскочило огромное существо. Его рост был не меньше двадцати метров, из огромной пасти, с тысячью острых зубов, исходило зловоние. Лапы были толще стволов деревьев, разлетавшихся на щепки от его ударов. Глаза сверкали отблеском оранжевого неба. Оно было в ярости и явно хотело убить любого кто окажется на пути. Так что же с нами станет, если эта тварь разорвет нас? В обычном сне мы, не успев напрудить в штаны, проснулись бы в холодном поту, но это начало пути в глубины подсознания, через первые врата мы уже прошли, когда шагнули сквозь стену. Теперь мы боремся за свой рассудок, для этого здесь я – проводник и телохранитель и у меня есть план.

- Бегом отсюда! – закричал я, - Уносим ноги! Он нас не догонит. Это твой сон, ты здесь хозяин.

- Вот именно, - прошипел он с хищной улыбкой, - это мой мир!

Александр, ловко прыгнул вперед, зацепился пальцами за бугристую кожу существа и с ловкостью обезьяны начал карабкаться, как будто хочет оседлать этого страшного зверя. Честно говоря, я был поражен. Почувствовал себя ненужным и не понимал, что я вообще здесь делаю, но то, что я увидел дальше, поразило меня еще сильнее.

Он голыми руками сначала вырвал зверю глаза, а затем спрыгнул вниз перед самым носом существа. Зацепился руками за нижнюю челюсть, что была размером больше него самого, уперся ступнями в горло и резко дернул на себя. Это была нечеловеческая сила и ловкость. Даже во сне это казалось нереальным, но он порвал пасть этого существа залив себя густой алой жидкостью. Зверь сначала задергался, рухнул на бок и через некоторое время затих, истекая кровью.

Мы ушли от умирающего чудовища по лесу и вскоре оказались на берегу моря. Дул холодный ветер, пронизывая до костей. Волны пенясь, разбивались о скалистый берег и отступали назад. Наконец я смог рассмотреть своего спутника. Он и правда, сильно изменился. Щеки впали, скулы выступили, глаза стали холодными и дикими. Благо он смотрел вдаль за горизонт, мне кажется, взгляни он на меня сейчас, я бы умер на месте от страха. Хотя вероятнее всего он просто бы напал и разорвал меня на части. Его силу я только, что видел. Хотя лицо стало более худым и с резкими острыми чертами, плечи напротив шире, кулак больше.

Каменная хватка сомкнулась на моем горле, сдавливая его как тисками до тех пор, пока глаза не налились кровью, лицо раскраснелось, а шейные позвонки начали хрустеть и ломаться. Я сильно сжал веки, открыл их и выдохнул, отогнав очень реалистичное видение и ощущение того, как мой клиент убивает меня в своем сне.

Случалось, когда заказчик нападал на проводника, но сам я ни разу не сталкивался с таким. Всегда приходилось выступать в роли защитника, а не жертвы. И что мне делать сейчас? Очень захотелось просто сбежать из этого ужаса. Как только чудовище появилось из леса, я подумал, что клиент просто видит плохой сон. Это нормально и ожидаемо, особенно когда подсознание готовится к обороне. Сейчас я понимаю, что это был не кошмар, а обычный сон для этого человека. Так с кем же я имею дело? И что ждет меня у цели в глубине его подсознания?

Холод пробирался все глубже, а воздух становился вязким и непроницаемым. Каждое мое движение давалось с трудом, даже дышать было непросто. Похоже, сон подходил к концу и мы оба на грани пробуждения. Первая фаза окончена. Человек после этого просыпается, прежде чем перейти к следующей, даже не замечая этого и не понимая. Перевернется на другой бок и продолжит видеть сны. Но мой гипноз и сила осознания не позволят нам потерять связь с этим сновидением. Мы просто перейдем ко второму сну. И я очень надеюсь, что в следующем мире прежний облик моего клиента вернется к нему. Хочу, чтобы восстановились внешность и разум, потому что я чувствую, как от него веет холодом и тьмой. Передо мной не человек, а дикий зверь.

Я приготовился к переходу и не ожидал, что он посмотрит на меня. К этому взгляду действительно нужно быть готовым. Он смотрел как будто сквозь меня. Я ничто для него и раздавить меня, как таракана будет большим удовольствием.

Ветер завыл, призывая бурю, огромная волна поднялась стеной прямо над нами, а затем накрыла, растворив в себе.

- 3 -

Мы шли среди дымящихся руин большого города. Все вокруг было разрушено, словно здесь прошла большая бомбардировка, причем не так давно. Горы, состоящие из смеси стали и камня, бывшие, когда то домами, продолжали гореть. Под ботинками, на растрескавшемся асфальте, хрустело разбитое стекло, как то я наступил, на что-то мягкое в куче рваной одежды. Это был мертвый человек. Я постарался не всматриваться в него, а сосредоточился на мире сновидения, что окружал меня.

Было очень темно, как ночью, но я различал предметы вокруг на очень большом расстоянии. Сейчас явно был день, просто небо затянуло черными тучами так сильно, что лучи солнца не могли коснуться земли. Столбы дыма от пожарищ тянулись в темные небеса, сливаясь с ними воедино, где то там наверху.

Я перевел свой взгляд на Александра. Он снова изменился. Внешне стал, как прежде, всё тоже среднее телосложение, лицо, но вот глаза были пугающими. Он по-прежнему шел молча, уверенно ведя меня по дорогам своего сна.

На мое лицо упала крупная капля начинающегося дождя. Интуитивно я коснулся лица, стирая влагу, а затем посмотрел на свою руку. На ладони остались темные следы. Я присмотрелся к ним и вторая черная капля упала мне на ладонь, за ней ещё одна. Дождь был черным не от сажи, я чувствовал это всем своим нутром. Как будто сама душа моего клиента стала дождем и лилась прямо с небес.

Все больший ужас охватывал меня. Я уже начинал прикидывать, что будет мне от руководства, если я сейчас решу прервать этот сон. Боюсь, что ничего хорошего, но оставаться здесь тоже становится все опаснее. Беда в том, что тот, кого я должен защищать представляет для меня угрозу. Это все не по правилам, в учебниках такого нет.

Мысли быстро вылетели из головы, когда разум заставил меня действовать. Я услышал впереди шум, словно нечто тяжелое пробиралось сквозь завалы. Уже забыв, что мой клиент сам очень опасен и в прошлом сне голыми руками порвал чудовище-великана, я начал готовиться защищать его.

Две тяжелые железобетонные плиты с торчащими кусками арматуры с грохотом рухнули на землю. Из облака пыли и сажи навстречу нам вышло существо почти в человеческий рост, на четырех лапах с мордой отдаленно похожей на бульдога. Я видел напряжение каждой мышцы существа и не только потому, что мускулатура была развита, но еще и по причине отсутствия кожного покрова. Так же я чувствовал, как существо злится, словно сторожевой пес на цепи. Оно изучало нас, пока не нападая и прикидывая шансы.

Что делать в такой ситуации проводнику. В первом сне я решил, что правильнее будет бежать. Тогда я чувствовал это именно так. Внутри сна лучше полагаться на интуицию, чем на разум. В этот раз я уверен, что нужно обороняться, потому, как от этой твари убегать нельзя. Оно жаждет нашего страха. Может быть, потому и не атакует, желая прежде, напугать нас. Пока я рассматривал, какой кусок арматуры мне сейчас прихватить, Александр выступил вперед к зверю. Но вот опять он лезет на рожон, зачем я ему вообще здесь нужен?

Мои вопросы ушли в сторону, когда я как завороженный наблюдал за Александром и зверем. Они подошли друг к другу практически на расстояние вытянутой руки и остановились, столкнувшись взглядами.

Черный дождь продолжал лить на землю, покрывая своим смолянистым цветом и серые развалины, и лицо Александра, и красное тело зверя. Сам я чувствовал, как моя рубашка липла к животу. Черная вода пропитала собой всю ткань, казалось, она стремится проникнуть в мою кожу, забраться в самые глубины сердца, чтобы сжать его ледяным холодом и раздавить.

Несколько секунд длилось молчание, а затем зверь закачал головой и попятился назад. Нет, он не боялся Александра, как я было подумал. Происходило нечто иное. Он почуял в нем своего.

Зверь ушел в свое убежище за бетонными плитами и скрылся в темноте. Следом за исчезновением зверя закончился и дождь, как будто они оба были одной неразлучной стихией.

Александр вернулся ко мне и я не удержался, чтобы снова посмотреть в его глаза. Внешне они вроде бы не изменились, но желание меня раздавить, я в нем не ощутил. Скорее появилось даже некое подобие дружелюбия. Я совсем удивился, когда он, наконец, заговорил со мной.

- Тебе неприятно здесь находиться, не так ли?

Я молчал, хотя ответ и так был ясен нам обоим. Тогда он продолжил.

- Этот мир создал я, в каком-то смысле он существует и в реальности. Побочный эффект моих трудов.

Мы двинулись дальше. Я разглядывал черные проемы домов, гадая, что может укрываться в их темноте. Мне необходимо было внимательнее рассматривать очертания окружающего мира, чтобы продолжать удерживать осознанность в этом сне. Все-таки не нужно забывать, что я сплю и вижу сон, причем не свой, а чужой. Думаю, скоро на меня ополчится подсознание Александра. До сих пор не было такой агрессии потому, что мой клиент сам проявлял активность по отношению к образам сна.

Как бы то ни было, но свою работу я пока выполнял. Меня многое поразило в поведении клиента, однако он уверенно шел вперед, значит мы на правильном пути.

Быть хорошим специалистом это не только знать теорию, но так же и быть практиком в своем деле. Внутри сна чувства приобретают особую форму. Они могут быть куда более обманчивыми, чем в реальности. Однако если уметь их правильно истолковывать, они становятся указателями к определенным действиям. Прежде чем задать свой опасный вопрос я взвесил его и прочувствовал. Клиент хотел, чтобы я спросил его об этом, в этом я уверен. Когда я узнаю ответ, моя будущая судьба после пробуждения окажется под вопросом, но у меня нет выбора. Я особенно ярко чувствовал, что он хочет поговорить со мной на эту тему. Спрошу я его или нет, он все равно скажет, но если я сам задам ему вопрос, то возможно он откроется мне. Тогда стоит забыть о его враждебности.

- Когда ты убил в первый раз? - задал я, наконец, свой вопрос.

- Кажется, мне было двадцать три или четыре, - ничуть не смутившись, ответил мой клиент, - Забил парня до смерти куском кирпича. Но прежде я хочу рассказать немного о другом. Когда я учился в школе, у меня была кошка. Такая обычная рыжая кошка. И не раз она приносила котят. Я всегда пристраивал их куда-нибудь. Знаешь есть такие приюты, ты платишь им деньги и оставляешь животное. Я отдавал свои сбережения, что откладывал с карманных денег и пристраивал котят. Моя совесть была чиста. Наконец школа осталась позади, я поступил в институт, съехал от родителей и зажил своей жизнью. Считал последние копейки, надеясь только на себя, чтобы быть независимым. Да и времени не было совсем. Я шел вперед к своей цели. Кротчайшая дорога это прямая, но чтобы идти по ней нужно чем-то жертвовать. Многим. Друзьями, верностью, любовью и еще самим собой, своим детством и чистыми помыслами. Все начинается с малого. Мой первый шаг во взрослую жизнь, мою инициацию, помогла как раз пройти моя кошка. Она была уже старой, но все равно окатилась в последний раз, принеся трех котят. Один из них даже оказался мертвым. Отец сказал, чтобы я сам решал вопрос с живыми. Я пожаловался ему, что у меня нет на это ни времени, ни денег. Тогда отец предложил мне утопить котят. Сначала я был зол на него за эти слова, а затем понял, что не вижу другого выхода. Обычно их топят сразу после рождения, но тут прошло два дня. Кошка потом долго сходила с ума, ища их всюду. А я помню, как они шевелились у меня в руках, захлебываясь водой. Я держал их минут пять, а затем отпустил. Они всплыли неподвижные с открытыми ртами, а затем вдруг раздался тонкий мяукающий писк, словно один из котят еще был жив. Скорей всего какой-то рефлекс умирающего мозга сработал, но я сильно испугался, дернулся, а затем снова схватил котят и погрузил их в воду. Когда я вошел в дом, отец спросил, что я там делал. Я злобно ответил ему: «Как что?». А отец удивленно воскликнул: «Руками? Их обычно бросят в воду и идут делами заниматься». У меня уже не было сил не удивляться, ни возражать, что так они дольше будут мучиться, цепляясь за жизнь. Меня просто всего колотило и хотелось спрятаться и уснуть.

Но вернусь к твоему вопросу. Всё произошло случайно и спонтанно на почве ревности. У меня была девушка, очень красивая и многие заглядывались на неё. Но один парень был особенно активен и в наглую подкатывал к ней. Однажды у меня с ним завязалась потасовка, инициатором которой был я. Он отметелил меня хорошенько, так что лицо превратилось в кровавую кашу. Затем я выбрал удачный момент и ударил его куском кирпича по голове. Он не умер от удара, но я, почувствовав власть над ним и продолжил бить. Таким она и увидела меня. Весь в крови и кусках мозгов своей жертвы, с расколотым от ударов о череп куском кирпича в руках и с заплывшим лицом. Она пропустила начало нашей ссоры. Кто являлся зачинщиком на самом деле, она не знала. Я, конечно же, сказал, что защищался. На удивление она поверила.

- Что было потом? Твоя девушка не рассказала всё кому следует?

- Нет. Она никому об этом не сказала. Более того, она спасла меня. Я был сам не свой. Не окажись она рядом я, наверное, в шоке так и брел бы с кирпичом по улице, пока кто-нибудь не увез меня в «обезьянник» или даже скорее в дурку. Она быстро сообразила, схватила меня за руку, утащила переулками. Я не помню тех событий, она потом сама всё рассказала. Мы залезли, в какой-то огород, где я умылся в небольшой вагонетке с водой, а после так же огородами и лесом мы сбежали, добравшись до её дома, где я и отсиживался двое суток.

- Смелая тебе попалась девушка.

- Да, она была такой, - сказал он и замолчал.

Я почувствовал, что подобрался к чему-то личному. Неужели он убил её, решив, что она опасна. Или напротив эта девушка была слишком дорога, а может и то, и другое. Я думаю такое возможно. Даже если он любил её, но свое будущее ценил больше. Так или иначе, это старая рана может принести много беды внутри сна. Лучше пусть он будет спокоен и уравновешен. Я слушал его и видел, как он вновь менялся, становясь обычным собой уже не только внешне, но и внутри, и во взгляде.

- Когда я пришел в себя через пару дней, то очень испугался, - вдруг снова продолжил он, - И не того, что совершил. Я вспомнил, как топил котят и понял, что жалею их больше, чем убитого мною парня.

Где то в темноте промелькнула тень зверя, что, похоже, так и шел с нами всю дорогу. Сверкнули его глаза, когда он пересекся взглядом с Александром, а затем вновь продолжил сопровождать нас до границы этого сна.

- 4 -

Следующий сон пришел на смену предыдущему практически незаметно, но я почувствовал переход. Вот мы шли среди разрухи и хаоса, сопровождаемые взглядом демонического монстра, как свернув за угол, оказалась во вполне уютном городском районе.

Огни фонарей освещали безлюдную улицу, в небе горели яркие звезды, а теплый летний ветерок трепал волосы. Похоже, был конец августа, когда в природе наступает бархатный сезон. Жара уже спала, но холод еще не пришел, насекомые не так назойливы и можно свободно прогуливаться, наслаждаясь вечером большого города.

Александр так же хорошо знал и этот сон, он уверенно шел в сторону ночного клуба. Мы миновали охранника, он даже не посмотрел на нас. Внутри было шумно и очень людно. Мы пробирались через танцпол к свободным столикам в углу. Можно было обойти толпу стороной, но есть в этом, что-то особенное, когда ты весь такой деловой идешь мимо людей двигающихся в ритм музыки. Забавно это все конечно, если задуматься, но во сне можно и повыделываться.

Играла, какая-то популярная танцевальная мелодия 80х. Ди-джей зажигал толпу так, что они впадали в эйфорию, но все это было, как то не по мне. Чуждая музыка, которую я никогда не любил. Похоже, мои вкусы расходятся с предпочтениями клиента, но в этом не больше толка и смысла, чем улыбаться девушкам внутри сна.

Мы быстро нашли свободный столик и заказали выпивку. Александр вел себя, так как будто он и правда пришел посидеть с другом, выпить и поговорить по душам. Словно это не сон вовсе. Хотя мы ведь продолжаем идти. Что есть путь разума во сне? Это не как в реальности шагать по дорожке напевая веселую песню. Путь во сне это перемещение не в пространстве, а движение во времени, но даже это не совсем точно. Если просто сидеть и ничего не предпринимать, то никуда мы не попадем. Нужно взаимодействовать со сном. Я пока понаблюдаю за тем, что же задумал мой клиент, а там посмотрим.

Задумал он, судя по всему, послушать живую музыку, так как его взгляд был устремлен на готовящихся, на сцене музыкантов. Похоже, сейчас они сменят ди-джея на посту и сами продолжат развлекать толпу. Если судить по внешнему виду, это была, какая-то местная рок группа. Длинные волосы, одежда с преобладанием черных цветов, электрогитары далеко не попсового вида.

Танцевальная музыка замолчала, оставив в ушах только фоновый шум и гомон людей, расходящихся по столикам. Александр отвел свой взгляд от сцены и заговорил со мной.

- Я знаю, о чем ты думаешь, - он посмотрел мне в глаза и отпил из своего бокала, что поставила перед нами симпатичная официантка, - Ты думаешь, что теперь Компания может отправить тебя на пенсию, так как ты узнал обо мне лишнее. Либо я сам позабочусь о том, чтобы ты никому ничего не смог рассказать.

- Есть такое дело, - подтвердил я его мысль, так же смакуя содержимое своего бокала.

- Нам еще с тобой предстоит много пройти, а я тебе уже открыл свои секреты. Если у меня есть мысли избавиться от тебя, то зачем я выложил все карты на стол?

- А может, ты хочешь меня обмануть, чтобы я прослужил проводником до конца.

- Логично. Но есть еще кое-что. За мои тайны уже пришлось поплатиться невинному человеку. Можешь считать, что я нагоняю на себя правильности, но понятия о морали у меня имеются. Пусть мои суждения, поймут не все, но убийство проводника не входит в мои планы.

- А что стало с той девушкой? – задал я наконец вопрос, ответ на который очень хотел знать .

- Её убили.

- Вот так новости. Хорошо у тебя, получается, подбодрить меня перед продолжением пути?

- Решать тебе, как он продолжится, но ты ошибаешься на мой счет. Когда я поднимался вверх по карьерной лестнице, меня заметили и помогли стать еще выше. Я приносил этим людям хорошую прибыль. Вскоре обрел власть и врагов, которые начали копаться в моем прошлом, а мои покровители не желали, чтобы у меня были слабые места в биографии. Раньше моих конкурентов они отыскали ту девушку и избавились от неё, как от свидетеля. Я не должен был узнать об этом, тем более уже много лет не поддерживал с ней связь. Её смерть выглядела, как несчастный случай. Они ошибались во многом. Мое влияние уже было достаточно велико и я знал больше, чем они могли представить. К сожалению, их план открылся мне слишком поздно, но я отомстил сполна. Это можно сказать было моим боевым крещением, второй кровью на моих руках, хоть и не я спустил курок. Эта девушка была мне уже давно безразлична, но она пострадала из-за меня и я должен был поквитаться. Но стоит признать, дело здесь не только в мести. Расплата за неё стала лишь поводом, а причиной послужило то, что я устал быть марионеткой в руках зажравшихся хозяев. Я был лучше их уже в то время. Так зачем мне тогда подчиняться худшим. Я еще был слишком молод и они не ожидали, что я окажусь настолько дерзок и захочу избавиться от их влияния.

- Значит, это была не месть за любовь, а лишь очередной шаг по карьерной лестнице? – Что-то я совсем обнаглел в разговоре со своим клиентом, но он со мной честен, зачем врать мне. Если я буду подхалимом это возможно и спасет мою шкуру, но почему то мне кажется, он больше ценит искренность, чем лесть.

- Месть за любовь? Смеешься? Нет. Я не вспоминал о ней многие годы. Хотя в моей жизни уже гораздо позже была любовь… - он замолчал, погрузившись в мысли, а может вспоминая, что то из прошлого, а затем спросил, - Ты знаешь, что такое сойти с ума? Как выглядят самые безумные поступки?

- Нет. Я всегда стараюсь контролировать себя, по мере сил.

- Значит, ты никогда не влюблялся по-настоящему.

- И это мне говорит человек от сдержанности и осмысленности поступков, которого зависит его карьера, финансы, корпорация. Мне кажется, ты немного приукрашиваешь свой рассказ. Разве нет?

- В чем-то ты прав. Но только в том, что мой разум вернулся ко мне спустя некоторое время. Я уже жил с этой женщиной пару лет и был полностью в её руках, доверялся ей. Согласен, что с точки зрения успешного человека мое поведение было бегом по острию ножа, но я ей верю до сих пор, хоть и прогнал из своей жизни навсегда.

- Так она жива?

- Конечно, жива. Более того счастлива в браке и растит двоих детей.

- Вот теперь появился огонек надежды, что меня не пристрелят, как только я проснусь, - ухмыльнулся я, все, равно не веря в свои шансы.

- Не пристрелят.

- Задушат.

Он посмотрел на меня, как на ребенка, которому пытается объяснить очевидную истину, а затем мы оба рассмеялись.

Зазвучала гитарная музыка и мы прервали свой разговор. Похоже, Александр, ждал от этой группы нечто особенное. Он повернулся ко мне и посоветовал вслушиваться в звучание как можно лучше, что это должно меня поразить. На самом деле я люблю рок, конечно не целиком, но он, на мой взгляд, более честен, чем всеми любимая попса. Что можно ожидать от этих молодых ребят на сцене внутри сна человека увлеченного бизнесом? Совсем не то, что я сейчас слышу и это очень неожиданно. Потому что такого рока я не слышал нигде. Еще до начала первых строчек песни, музыкальное вступление унесло меня в невиданные дали прекрасного, но сурового мира. Я как будто пронесся над дикой землей, ощущая свободу на кончиках своих пальцев.

То, с каким мастерством музыкант на сцене перебирал пальцами струны, отыгрывая вступление, приводило меня в восторг. Иногда качественное звучание и музыка, которая просто западает в душу это две разные вещи. Даже обычная проходная песня в три аккорда может засесть, где-то глубоко, что ты будешь любить её всю жизнь и вдохновляться ей. Другое же серьезное музыкальное произведение, высоко оцененное критиками, не заденет ни одной струны в твоей душе, и через мгновение ты уже забудешь о нём.

Что я слышу сейчас несравнимо ни с чем. Голос, каким запел вокалист нельзя назвать совершенным, но как он ложился на музыку и звучал вместе с ней, дополняя друг друга. Слова песни рассказывали о чужом прекрасном мире, что я представил, услышав ещё музыкальное вступление.

Когда закончилась эта рок баллада, Александр вновь повернулся с довольной улыбкой и поинтересовался, моим мнением. Я растерялся, что ответить, не мог подобрать слов. Лишь выдавил из себя, что не слышал ничего подобного никогда.

- И вряд ли услышишь, - все так же довольно улыбаясь, сказал он, - Это группа Кобальт, её лидер особенный человек. Когда то он был обычным музыкантом, несомненно талантливым, но все равно не выделявшимся из общей толпы. В это время я проводил исследования, касающиеся звукового оружия. Проект назывался «Живой звук». Этот человек случайным образом оказался в водовороте событий и стал частью этого проекта, узнал больше чем все мои ученые, вместе взятые и то, что я хотел сделать оружием, он превратил в совершенную музыку.

- А как он узнал? Простой музыкант оказался круче самых гениальных умов мира? Я уверен у тебя есть возможности нанимать лучших людей.

- Если честно у меня нет ответа. Мне известны лишь домыслы. Что дело здесь совсем не в науке. Что знание он получил, пройдя через сны.

- В смысле через свое подсознание?

- Да в том, то и дело, что говорят, есть место за пределами подсознания.

- Сон это сон. Внетелесный опыт всего лишь сказки.

- Возможно, так и есть, спорить со специалистом не стану, - сказал Александр, подняв руки перед собой, как будто решил сдаться.

Я даже заметить не успел, как у нас за столиком появился третий человек. Это был тот самый лидер группы Кобальт, о котором рассказывал мой клиент.

- Саша, - представился мне музыкант, протягивая руку.

- Очень приятно, - сказал я, почувствовав крепкое рукопожатие, а затем представился в ответ и подметил, - так вы тески.

- Вроде того, - сказал мой клиент, - тески и в каком-то смысле враги, что ли. По крайней мере, я для этого товарища точно не друг.

- Ну что вы Александр, просто у нас случилось небольшое недопонимание.

- И в чем же оно? – поинтересовался я.

- В том, что я хочу узнать секреты «живого звука», - ответил Александр, - а вот этот мой тёска неуловим. Как сквозь землю провалился со всеми разгаданными секретами. Вот только приходит в мои сны поиздеваться.

- Совсем нет. Я здесь для другой цели. Рассказать, что не все так плохо, - музыкант продолжил, уже обращаясь ко мне, - Александр думает, так же как и все о нем, что вкладывает свои деньги в войну, разрушение смерть. Конечно, так и есть. Однако человечество совершает свои главные открытия на фоне военных разработок. У всего есть обратная сторона.

Я смотрел на музыканта, слушал и удивлялся его естественности и открытости. Даже не мог вставить, что то или возразить, только слушал до самого окончание беседы. Потом он поднялся, попрощался с нами и растворился среди толпы.

Спустя некоторое время, после разговора с музыкантом, мы вышли из клуба и отправились по улице дальше, все так же наслаждаясь летним вечером. Мне нравилось это место. Не сравнить с двумя предыдущими мирами.

- Вот это я понимаю приятное сновидение, - высказал я свои впечатления.

- Это хорошее место. Во многом.

- Да. У тебя тут даже специалист по душевным проблемам имеется.

- «Я часть той силы, что вечно хочет зла, но вечно совершает благо» - процитировал он слова Мефистофеля и рассмеялся. – Неужели ты думаешь, что я в это верю и как то успокаиваю свою совесть, если она у меня есть? Как и душа.

Я пожал плечами и ничего не сказал. У меня было свое мнение на этот счет, которое озвучивать совсем не хотелось. Музыкант оправдывал действия моего клиента. Мне кажется, что он пытается заглушить его совесть. Александр очень противоречив. Может быть потому, что еще молод и его работа не успела вытравить в нём человечность, заполнив его цинизмом.

И все же этот Кобальт очень необычен. Дело не только в музыке. То как горели его глаза во время разговора, манера речи, как он располагал к себе собеседников, все это очень подкупало.

- Добро, зло - это все сказки. Жизнь разделяется на то, что правильно и не правильно именно для тебя, - продолжил Александр, - Я продавал свои разработки людям, которых ты назовешь террористами, но они ничем не хуже меня в желании отомстить. Я видел, как гибли дети от ударов беспилотника, управляемого нашими военными. Они истребляли верхушку опасной группировки. Только были еще и «сопутствующие потери», как это называют в США. Военные получают приказы от людей, за которых вы отдаете свои голоса на выборах. Так чем вы лучше меня или того отца, что держал на своих руках тело сына? Вы стали бы мстить на его месте? Я бы стал. И вот он приходит в метро с поясом шахида, жмет кнопку и отправляется к праотцам, забрав с собой жизнь близкого вам человека. И теперь желание мести вспыхивает уже в ваших сердцах. Ненависть, как вирус по цепи заражает общество. Все желают, чтобы военные отправили свои беспилотники на очередной заход, на новые жертвы. Так, где в этом круге истина для всех? Где добро? Или может быть, где зло? Военный подчиняется приказу, политика желающего защитить вас. Да-да, защитить, хоть и делает он это из личных мотивов, держась за свое кресло. Отец, убитый горем за своего сына, разве он зло? Или может все-таки зло это вы желающие смерти тем, кто послал отца отомстить за свое дитя? Или может быть зло это все же я строящий беспилотники. И снова круг замыкается. Так может тогда нужно просто определиться, что будет правильно именно для тебя.

- И ты сделал свой выбор?

- Всегда думал, что да. Но сейчас у меня есть сомнения.

- Почему?

- Скоро ты узнаешь. Именно поэтому ты здесь.

Мы остановились перед высоким зданием без окон уходящим куда-то ввысь. Посреди сплошной кирпичной стены была лишь одна дверь, но на ней не было ручек. Обычный проем и гладкое полотно. Рядом с дверью в кирпичной стене пряталась потертая красная кнопка. Александр нажал её и дверь плавно ушла в стену, открыв перед нами проход в кабину лифта.

- 5 -

Зная, что мы вошли в дом, подпирающий собой небеса, я думал, что лифт унесет нас вверх очень быстро. Вопреки моим ожиданиям, мы плавно и медленно спустились вниз в следующие сновидение.

- Твоё подсознание в подвале? – спросил я.

- Скорее дверь в него, - ответил он.

Мы прибыли на наш подземный этаж и как только я переступил порог лифта, то сразу почувствовал сырость и холод. Под ботинками хрустело и я решил, что это косточки мертвых крыс. Где то далеко по коридору капала вода и пахло сырой штукатуркой. Ветер гудел, как вой дикого зверя.

Пройдя несколько шагов от лифта, мы остановились перед ржавой стальной дверью с покрытой коррозией ручкой.

- Мы у цели. Сейчас решится, нужен мне проводник или нет.

- А те сны, что мы прошли прежде? Разве я не был в них необходим?

- Я же говорил, что всегда сам добирался до глубин подсознания. Проходя через те три мира, ты хоть чуть-чуть напрягся? Думаешь, я плачу только за это?

- Ну как тебе сказать, пару раз я чуть не напрудил в штаны, а так нормально, – честно сознался я, ничуть не покривив душой.

- Вот именно. А теперь хочу тебе рассказать про один свой сон. Обычный, не осознанный. Мне приснился мой дед. Я всегда очень уважал этого человека, даже спустя годы он остался в моей памяти, как некая легенда и пример для подражания. И вот я вижу его во сне. Он выходит из двери, что как раз и ведет в то место, куда мы сейчас с тобой идем. Его взгляд наполнен разочарованием, когда он смотрит на меня, а затем он закрывает за собой дверь. С тех пор я больше не могу пройти через неё, но мне это очень нужно. В последний раз побывать там.

У каждого свои тараканы в голове. Я даже не стану уточнять, почему и как. Вроде бы Александр и смирился с тем, что делает, но совесть его гложет. Поэтому к нему приходит музыкант, для смягчения совести и образ его деда, чтобы напротив, разжечь в душе огонь самокопания. Вот только я всё ещё не совсем понимаю своей роли. Мне ничего не остается, чтобы продолжить следовать за этим человеком и узнать свое предназначение.

Александр взялся за ручку и с громким скрежетом открыл стальную дверь. За ней оказалось очень уютное помещение, небольшая кухня в частном доме, возможно в какой-то деревне. На кухне была печь, выкрашенная белой известью, раковина с прибитым к стене умывальником и обеденный стол. За ним, не обращая на нас внимания, сидел старик и ел пельмени, макая их в прозрачную жидкость, вероятно уксус. За спиной деда находилась массивная деревянная дверь, ведущая на улицу. По крайне мере мне именно так показалось.

Мой клиент стоял и смотрел на своего деда задумчивым и расстроенным взглядом. Затем, уже зная, но все равно надеясь, он прошел мимо него к деревянной двери и толкнул от себя. Она не поддалась. Он ударил плечом, но результат был тем же. Александр покачал головой и произнес, обращаясь к своему деду, который все так же невозмутимо употреблял один пельмень за другим: «Что я тебе сделал? Почему ты так разочарован во мне? Неужели твоя жизнь прошла более праведно, чем моя?». Старик оторвался от своего занятия и повернулся к внуку. Он посмотрел на него так, что я понял, откуда у моего клиента способность заставлять человека испытывать ужас одним только взглядом. Он ничего не сказал. Лишь смотрел, не моргая несколько секунд, а затем вновь вернулся к своей трапезе.

Мы прошли обратно в холодный подвал из теплой и уютной кухни.

- Что теперь? – спросил я, уже ожидая, что именно с этого момента клиент будет ждать от меня действий, только каких я не знаю.

- Теперь мы сойдем с тропы разума и отправимся обходным путем.

У меня даже челюсть отвисла от негодования и удивления. Я собрался и принялся изо всех сил возражать и пытаться переубедить своего чокнувшегося клиента. Это полнейшее безумие и самоубийство идти теми тропами, что неизвестны. Вероятность невозврата намного выше, чем возможность прогуляться по этим дорогам и вернуться назад.

- Я говорил, что неспроста выбрал тебя, - переубеждал меня Александр, - Изучив твое досье, я натолкнулся на сведения о попытке однажды исследовать скрытые уголки своего подсознания.

- Да. И я чуть не остался там навсегда. Зная об этом больше других, я не хочу туда лезть. Это лабиринт, в котором можно остаться навсегда. Если прежде твое подсознание хотело просто задержать нас, то лабиринт сновидений убьет твой разум и мой, за компанию.

- Лабиринт сновидений. Да я много слышал об этом. В отчетах сказано, что твое путешествие было не только опасным, но и любопытным. Ты нашел что-то особенное о своей жизни, о себе.

- Это уже личное.

- Знаю. Как и мое подсознание, куда мы направляемся. Так как мы поступим? Можем вернуться обратно и расторгнуть контракт. Тогда тебе придется отчитываться перед руководством за убытки. То, что клиент сбрендил и решил идти таким путем не в счет. У тебя были и похуже.

- Да были, но самоубийцу я встречаю впервые. Многие искали себя, но не такой ценой.

- Я жду ответа. Идем вперед или поворачиваем назад?

Я задумался. Что меня ждет, если я вернусь. Потеряю работу это точно. Никаких компенсаций и это еще лучший вариант. Могут ведь и в порошок стереть, присудят какой-нибудь огромный штраф и за решетку отправят, но все-таки это жизнь. С другой стороны, гребаное, трижды проклятое любопытство манит меня в этот лабиринт снова. Я ведь, правда, нашел там для себя важные вещи. Так что же найдет за его пределами мой клиент? Стоит игра свеч или нет. Я смог пройти этот путь один раз может получиться и второй.

- Разве у меня есть выбор, – сказал я и направился вперед по коридору подвала в начало лабиринта.

Первое время мы просто двигались вперед по узкому коридору с каменными стенами, в которых не было ни поворотов, ни дверей. Я шел первым, стараясь прислушиваться к звукам, подмечал любые мелочи, казавшиеся опасными, касался рукой холодной каменной кладки, вдыхал запах этого места и чувствовал его. Лабиринт готовился впустить нас. Так же как и я, он присматривался к нам, заглядывая в глубины души.

И вот коридор закончился, мы оказались перед точно такой же ржавой дверью, что вела на кухню к деду Александра. Над ней покачиваясь и мерцая, висела тусклая лампочка. Я повернул голову к своему клиенту и сказал: «Ну что идем?»

За дверью оказался еще один коридор, но не подвальный. Серые стены, вероятно окрашенные водоэмульсионной краской, белый полоток и галтель вдоль всей стены, на полу паркет. Если подвал был наполнен множеством разных звуков, то здесь полнейшая тишина, лишь наши шаги. И вновь ни дверей, ни поворотов. Идем дальше, я все так же сильно напрягаю органы чувств. Что-то выбивается из общей картины. Какой-то звук. Я останавливаюсь и даю знак рукой замереть на месте. Но ничего, никаких посторонних звуков. Снова продолжаем путь и опять я слышу глухой стук помимо наших шагов это точно. Я не ошибаюсь. Еще одна остановка и стук прекращается вместе с нами. Похоже, Александр понял меня, он кивнул и мы пошли дальше, изо всех сил прислушиваясь и ища источник шума. И нашли его. Нечто карабкалось следом за нами внутри стены. Как только мы поняли это, шум усилился, как будто существо начало очень быстро перебирать лапками. Я стукнул ладонью по стене, она оказалась из гипсокартона. За ней послышалось шипение. Я ударил еще раз сильнее и в ответ получил удар с той стороны так, что выперло гипсокартон и трещины поползли во все стороны.

Любой сон это просто видение, когда снится кошмар, его можно прогнать. У меня с детства привычка во сне идти навстречу тому, чего я боюсь. Не важно, помнил я что сплю или нет, я открыто выходил, в комнату дома с приведениями и призывал их поговорить со мной. Может это показаться смешным, но срабатывало, плохой сон уходил.

В лабиринте другие правила. Перестать бояться мало, здесь по-настоящему опасно. Если заблудишься или нечто утащит тебя в самые темные уголки этого места, то не проснешься больше никогда. Найдут в реальности твое тело с закрытыми глазами, бьющимся сердцем и мертвым разумом. Однако все равно идти против страха лучше, чем бежать. То существо из разрушенного войной мира очень напоминало обитателя этого лабиринта. Я чувствовал, что оно питается страхом, потому и хотел противостоять монстру, но Александр в тот раз меня опередил. Сейчас будет иначе.

«Пошла вон тварь!» - вскричал я и изо всех сил ударил по стене, вмяв её обратно. На месте удара появилась дыра. С той стороны раздался визг и топот. Оно убегало.

Тогда я ударил по стене еще раз, но уже ногой. И бил о тех пор пока не появилась дыра, через которую можно пролезть. Раскрошил два слоя гипсокартона и смял оцинкованный каркас. Толщина стены была около 10 сантиметров, значит, та шипящая тварь была не больше. Попадется - прихлопну ботинком на раз, но уже не важно, что это было. Мы идем туда. За стеной, кстати, была кромешная тьма. Пройдя через стену, мы окажемся в неизвестности. Это еще один вызов страху, но не только. Готов биться об заклад, если мы пойдем дальше по коридору, то так и будет идти бесконечно, сопровождаемые шумами за стеной. Лезть в эту дыру намного страшнее и опаснее, однако это и есть верный путь. Чем страшнее место, тем ближе к цели. Лабиринт будет защищать себя и главное его оружие – это страх.

Александр полностью доверился мне. Не боясь ничего, он беспрекословно следовал за мной. Это важно. Сейчас лучше не спорить, а просто молчать.

Мы оказались в комнате, очертания которой с трудом проглядывались в свете проникающим через отверстие. Дышать было непросто, воздух оказался затхлым и пахнущим плесенью, словно целую вечность это место было замуровано. За спиной в коридоре погас свет и теперь мы оказались в полной темноте. Паршивое чувство, когда глаза широко открыты, но ты ничего не видишь. Да и место нехорошее.

- Нужно найти дверь, ищи руками по стене, - посоветовал я Александру

- Хорошо, - отозвался его голос из темноты.

Я шел вдоль стены, постоянно натыкаясь на мебель и попадая руками в вязкую паутину. Прошелся вдоль одной стены, второй, третьей, через которую мы попали сюда. Пробитое мною отверстие исчезло. Более того гипсокартон сменился холодным бетоном. Не останавливаясь и не размышляя над этим изменением, я двинулся дальше к последней стене, но и там не нашлось выхода.

Так. Надо подумать, куда двигаться дальше. Пока я размышлял, то почувствовал, как моей ноги, что-то коснулось. Мягкое, как кошка, которая ласкается о ногу хозяина.

- Ты это чувствуешь? – спросил Александр. Надо отдать ему должное, голос его был тверд. Никакого страха. Это очень хорошо. Начни мы бояться, то тут же станем уязвимее и слабее. Между тем назойливое создание продолжает тереться о ноги. Я размахнулся и пнул перед собой воздух, ничего не задев. Послышался трещащий звук, издаваемый вероятно этим животным, затем быстрое шуршание в мою сторону и резкая боль в икроножной мышце. Оно меня укусило. Я интуитивно подскочил на стол, что нащупал рукой возле себя. Вот скотина, ей все-таки удалось меня вспугнуть, хоть и на уровне инстинкта. Но ничего. Сейчас разберемся.

- Ты в порядке? – спросил у меня Александр.

- В полном. Я знаю, где выход. В каком месте в этой комнате страшнее всего?

- На полу.

- Именно.

Я спрыгнул вниз и зарычал, как лев. Ну, или постарался издать рычащие звуки, получилось не очень, но страх и омерзение, что попытались прорасти в моем сердце, исчезли. Резкий выдох вместе с выкриком очень хорошо прогоняют чувство боязливости и внушают храбрость. Не только во сне, кстати говоря.

Я прижался грудью к полу и пополз в середину комнаты, ощупывая пространство вокруг. Нечто, укусившее меня, было рядом. Оно дышало мне прямо в лицо, но я не обращал на него внимания, я искал. Александр нашел первым. Он подозвал меня и я направился на звук его голоса. В полу был люк, как я и предполагал. Открыв его, я неприятно удивился. Похоже, лабиринт неплохо меня изучил. В люке под нами была темная, ледяная вода. Я чувствовал её рукой и совсем не испытывал желания искупаться.

- Сейчас поступим так, - начал я инструктировать своего клиента, - ныряем и плывем на самое дно. Точно вниз, чтобы не потеряться, но готовым нужно быть ко всему.

Я полез в воду первым, просто встав над люком, глубоко вдохнул и сделал шаг вперед, нырнув солдатиком. Тело обдало холодом, но все-таки не настолько сильным, как я готов был почувствовать. Я развернулся головой вниз и поплыл на дно, активно загребая руками. Иногда, перед тем как проснуться наши движения становятся все тяжелее. Мы словно залипаем в воздухе. Дыхание сковано и каждый вдох дается с трудом. Затем мы просыпаемся. Чаще всего это бывает когда, снится не самое приятное сновидение и за нами кто-то гонится, а мы не можем убежать. Со мной сейчас происходило нечто подобное. Вот только за мной никто не гнался. Просто тело переставало мне подчиняться, а запас кислорода в легких иссякал, но проснуться я не смогу. Страшно представить этот ад агонии, когда вода заливается в легкие и ты не можешь проснуться, а затем сходишь с ума.

Где то впереди на глубине забрезжил синий свет. Шанс на спасение или ловушка. Сейчас все равно, нужно активнее грести. Хочется открыть рот и вдохнуть полной грудью, скоро я не смогу сдерживать этот порыв и хлебну воды. Как же далеко и глубоко. Я почти не могу дышать.

Свет все ярче, я уже вижу свои руки и наконец, глоток воздуха. Плыл вниз, а вынырнул вверх. Все перевернулось с ног на голову. Это сон и я не удивляюсь. Многие иррациональные вещи внутри сна принимаются как данное, словно так и есть и всегда было. Я оказался в заросшем тиной бассейне, возле темного и старого здания. Хотя вероятно мрачности предает ночное время суток.

Схватившись руками за бортик, облицованный скользкой плиткой, покрытой зеленым мхом, я выбрался из воды. Было жутко холодно. Сложно сказать, сколько градусов, но точно минусовая температура. И неспроста. Деревья вокруг торчали голыми ветвями, а листья уже бесформенной массой увязли в грязи. Некоторые лужи начали покрываться корочкой льда. Я в рубашке и тонких джинсах, да к тому же насквозь мокрый. Зубы застучали и меня колотило от холода, как в припадке. Но это все мелочи по сравнение с тем, что мой спутник пропал. Я ждал, что он выплывет следом за мной, но этого не случилось. Он утонул, не рассчитав кислорода? Почему то я в этом сомневаюсь. Это место не желает нас сразу уничтожить, скорее запугать, вытянуть силу, а уже потом и убить. К тому же я внутри лабиринта сна моего клиента. Исчезни он, я пропаду следом. Такое уже бывало. В учебниках есть описания случаев неудачи проводника, но некому рассказать, что именно происходило в тех сновидениях. Проводник с клиентом просто сошли с тропы или, как и я с Александром, полезли в лабиринт.

Просто после таких неудачных опытов оставалось два живых трупа. Растения, а не люди, которых потом просто отправляли до скончания их жизни в лечебницу. Но такого не случалось уже очень давно. Все хорошо знали как вести себя в пределах сновидения. Такой случай, как наш это можно сказать из ряда вон.

Так как сейчас поступить? Ждать здесь, выбивая зубами чечетку, смысла нет. Иду в тот дом. Здание в пять этажей, сложенное из железобетонных панелей, серое от дождя и выглядевшее так, словно ремонта в нем никогда не проводилось. Я открыл входную дверь и вновь передо мной оказался длинный коридор, только в этот раз с множеством дверей. Какие-то были закрыты, другие настежь распахнуты. Люди здесь были. Я слышал чье-то бормотание, плач, шаркающие шаги. Не успел я переступить порог, как меня чуть не сбил с ног смуглый человек с черной бородой, выскочивший наружу. Это был араб в длинном сером балахоне и белым платком, стянутым черным жгутом вокруг головы. Я видел, как он рыдал все, удаляясь от меня, пока не скрылся в тумане. Я сразу вспомнил того человека о котором рассказывал Александр, что потерял сына при бомбардировке. Неспроста он здесь.

Я двинулся вглубь дома, поочередно заглядывая в двери. За первой оказался морг. Грязное помещение, вкруговую облицованное метлахской плиткой, лишь потолок побелен известью. Всюду трупы людей, самых разных. Здесь лежали и военные, и люди чья одежда была очень похожа на того араба, но лиц разглядеть почти невозможно. Они были покрытыми черной копотью вперемешку с кровью, сама одежда порвана осколками от взрывов. На некоторых были видны дырки от пуль в центре темных пятен от крови. И невыносимый, сладковатый запах тлена царствовал в помещении.

Закрыв дверь в эти владения смерти, я отправился дальше. За следующей дверью оказались дети, это их плачь я слышал пока шел. Они увидели меня и начали спрашивать, когда папа и мама придут за ними. Дети кричали наперебой, что-то спрашивали, умоляли, но я не мог разобрать их слов, я просто пятился назад. Их маленькие ручки хватали меня за рукава, кто обнимал, утыкаясь своим маленьким носиком в мои джинсы и уже меня самого называл папой, кто просил их увезти из этого места, спасти их.

Я понимал, что это за дети. Сироты погибших на войне, как солдат, так и мирных жителей, которых я только, что видел в морге. Этот ад был предназначен не для меня. Хоть я и понимал – это всего лишь образы сна и не знал вины за убийство их родителей, мне все равно было так паршиво на душе, как никогда. Даже вновь нырнуть в черную ледяную бездну еще десять раз куда проще, чем заглянуть в глаза одного из этих детей.

Вырвавшись из их цепких ручонок, я побежал по коридору дальше, пропуская одну дверь за другой. Из каждой были слышны стоны и плачь, не только детей, но и женщин и рыдания взрослых мужчин, крики и стоны боли, будто кого-то пытали. Я уже не заглядывал, просто бежал, а затем, что-то почувствовав, я остановился перед закрытой дверью. Взялся за ручку и повернул, готовясь увидеть очередной ужас последствия войны. Но встретился взглядом со своим клиентом. Он сидел на полу ванной комнаты, прижимая к своей груди тело ребенка. Я даже знаю, чей это сын. Кстати ванна здесь неспроста. Прямо классический сюжет для самоубийцы. Рядом на столике лежала опасная бритва, а из ванны шел пар от горячей воды. Александр уже был готов к решающему шагу. В глазах мутная пелена, щеки мокрые от слез, лицо искаженное болью. Он не знает, что все это сон. Сидит на полу и качает ребенка, как будто тот просто спит.

Я сел на корточки прямо перед ним.

- Александр, проснись! Это только сон, - попытался я пробудить его сознание. Он поднял на меня глаза и ничего не произошло. Он смотрел сквозь меня, словно я попросту не имею никакого значения перед его болью и страданиями.

Тогда я ударил его по лицу. Одной пощечины не хватило. Я повторил, ударив по левой щеке, а затем по правой. Опять почти ничего, лишь тусклый проблеск, какой-то мысли в его глазах, когда он скользнул взглядом по моему лицу.

Ничего не придумав лучше, я стукнул ему кулаком в нос. Хороший получился удар, кровь тут же хлынула из ноздрей и потекла по губам и подбородку, скатываясь на рваную одежду трупа. Он проследил взглядом, как ткань впитывает его кровь и тогда поднял глаза на меня. Ну, вот совсем другой взгляд. Озлобленный и ясный. Теперь либо он меня на куски порвет, либо вспомнит.

Вспомнил. Пелена пропала с его глаз, затем потухла и ярость. Он узнал меня и понял, что всё нереально. Поднялся с пола и бросил, то, что держал в руках. Груда одежды свалилась на плитку и там не оказалось никакого трупа. Просто грязный сверток ткани.

Александр подошел вплотную, посмотрел в глаза и произнес: «Спасибо!» Но меня это все не очень порадовало. Он вспомнил, что это сон и у нас есть цель, вот только искра безумия осталась в нем.

Он вышел из ванной комнаты, так быстро, что я не успел даже среагировать и последовать за ним. Когда наконец я выскочил в коридор, то не нашел своего спутника. Я выругался и снова принялся искать его, заглядывая по дверям. Долго мои поиски не продлились. Александр непонятно где нашел алюминиевую канистру с бензином и теперь плескал его во все комнаты, на каждую дверь, заливая горючим и живых, и мертвых. Я слышал проклятия, адресованные ему вслед, но ни один образ сна не сопротивлялся. Я понимал, чем все закончится, может быть так и следовало поступить, чтобы избавиться от страха, пусть это и казалось жестоким. Но действия Александра были настолько быстрыми и непредсказуемыми, что я попросту не успевал соображать. Вот он выплескивает последние капли бензина, а вот в его руках уже горящая спичка и через секунду всё полыхает в огне. Вот крики заживо горящих людей звенят в моих ушах, вот уже моя одежда полыхает огнем.

Я почувствовал резкую и сильную боль от ожогов, но я бегу и волочу за собой своего чокнутого клиента. Да, он победил свой страх, сделал это так, что лабиринт сейчас сам содрогается от ужаса. Теперь надо спасаться из этого огненного ада. Моя рубашка загорелась, но я успел её потушить, хотя теперь у меня в носу стоит запах опаленной кожи и непрекращающаяся боль. Огонь распространяется неестественно быстро. Он буквально преграждает нам путь везде, куда бы мы ни сунулись, ища выход. Лабиринт борется изо всех сил, пытаясь, наш ход использовать против нас. Не получится, мы сильнее и мы у выхода. Спасение я нашел на втором этаже. Возле окна стоял стул, который я схватил и разбил им стекло и раму, открыв проем в который мы выбрались наружу, спрыгнув вниз.

Где то позади нас догорал костер зловещего дома, что пытался склонить моего спутника к самоубийству. Сейчас он шёл молча, глядя вперед на светлеющий горизонт в преддверии восходящего солнца. Мы шли по влажной от росы траве вдоль шумной реки. Когда она успела появиться перед нами, я даже не понял. Сон так и преподносит объекты в свой мир. Образы людей или животных так же внезапно и необъяснимо могут оказаться рядом. И это нормально, ты не удивляешься им, можешь поздороваться к примеру с человеком, чьи кроличьи уши тянутся до самых копыт и он задорно помахивает в приветствии седьмой лапой, а затем пойти дальше своей дорогой. Мне нравится это ощущение. Иногда и в жизни хочется так же просто относиться ко многим вещам.

Мы поднялись по вытоптанной тропинке чуть выше от реки и оказались на асфальтированном шоссе. Дорога укрылась в тумане, лишь на расстоянии нескольких шагов можно было различить предметы. Один раз я увидел кролика, что перебегал дорогу, за ним лису, где то над головой послышался шелест сильных крыльев птицы, взлетающей вверх. Потом мы увидели его. Того самого араба. Он показался из тумана сначала серым силуэтом, а затем я увидел его глаза, переполненные ненавистью. Он смотрел на Александра и что-то злобно бормотал сквозь зубы. Это было само воплощение лабиринта. Мы у его выхода. Осталось пару шагов. Затем я увидел, что на арабе надет тот самый пояс шахида, о котором упоминал Александр. Он держит палец на кнопке. Вот оно, что, значит последний рубеж в виде смертника.

- Я убью тебя, - прошипел араб.

- Не убьешь, - холодно сказал мой спутник и выхватил из кармана ту самую бритву, что лежала на полке в доме. Он шагнул, вплотную прижавшись к груди смертника, чьи глаза расширились от удивления и боли, когда острое лезвие вошло в его плоть. Я стоял в паре шагов и видел их обоих. Воплощение лабиринта, ошарашенное и удивленное и спокойный, но решительный Александр.

А затем бомба взорвалась.

- 6 -

- Я скучала. Сильно-сильно. А ты скучал, пап?

- Конечно, скучал, доченька. Я думал о тебе постоянно.

- Я так рада, что ты пришел!

- И я рад, как никогда.

- А этот дядя, он твой друг? Почему он спит? Он устал?

- Он очень устал. Это хороший дядя, он помог мне снова встретиться с тобой.

Приятное чувство разлилось по моему телу. Я словно лежал на мягкой постели, но подо мной были не простыни и перина, а мягкая душистая трава. Открыв глаза, я увидел поляну, залитую оранжевым солнечным светом. Нет, я не проснулся. Я все еще внутри сновидения, я научился это ощущать и понимать. Однако чувство было, словно только что закончился кошмарный сон и наступил новый прекрасный день.

Последнее, что я помню это оглушительный хлопок и яркий свет от взрыва, а затем темнота. Я должен был умереть, точнее не я сам, а мое сознание. Лабиринт убил нас обоих своим взрывом, меня и клиента. Или должен был убить… Я уже не знаю. Никого нельзя назвать экспертом лабиринта, даже меня, хоть один раз я и побывал в нем. Точнее уже два. Место, в котором я оказался, явно было за пределами того ужаса, что остался позади. Мы добрались до цели! Вот только я не ожидал увидеть, что вижу сейчас. Величайший убийца в мире, каким я его считал, качал на качелях маленькую девочку лет шести или семи. Она смеялась, что-то говорила ему и показывала пальчиком на меня. Сам же Александр очень изменился, сейчас я видел совсем иного человека. Не того серьезного молодого бизнесмена, каким он был в начале, не дикого зверя, что терзал огромное чудовище в первом сне и не мой спутник лабиринта, готовый ко всему и на все. Это был счастливый отец не менее счастливого ребенка.

Он подошел ко мне и протянул руку, помогая подняться на ноги.

- Что произошло? – спросил я у него.

- Мы справились. Прошли через лабиринт и добрались до цели. Спасибо тебе.

- Да я то чего. Вот ты рвался вперед, как ни один из моих клиентов, - сказал я, рассмеявшись, - Но как мы выжили после взрыва?

- Лабиринт сам задохнулся от своего страха. Этот взрыв убил не нас, а его.

Вот значит как. Это место уничтожило само себя, не навредив нам, защищенных отсутствием страха перед ним.

- А кто эта девочка? Я думал, у тебя не было детей.

- Не было. Но была женщина, что пробудила во мне желание к другой жизни?

- Та, что счастлива в браке?

- Она самая. Когда я понял, насколько сильно меняюсь под её влиянием, то решил прервать отношения. Но кое, что во мне зародилось с тех пор. Идея о жизни, которой не было и о дочери, которой никогда не будет.

Он замолчал и посмотрел в сторону девочки играющей со своей плюшевой игрушкой. Она заметила, что мы смотрим на неё и помахала нам рукой. Получается он приходил в это место сквозь свои сны, чтобы чувствовать рядом родного, любимого и очень близкого человека, пусть даже вымышленного. И ведь сумасшедшим его не назовешь. Свою дочь он видит не в реальности, а во сне.

Затем, что-то внутри него, очередное противоречие, решило, что он недостоин и этой малой радости жизни. Тогда возле двери, ведущий в этот сад и появился не пускающий дальше образ его деда. Это действительно прекрасное место и чудесная фантазия, ради которой стоит бороться. Я думаю если поглубже покопаться в его голове, можно найти способ приходить сюда не только через лабиринт, минуя запертую дверь. Но, кажется, он сказал мне совсем другое.

- Помню, ты говорил, что хотел побывать здесь в последний раз. Почему? Я считаю всегда есть способ перехитрить свое подсознание. Я тебе помогу и ты вновь встретишься со свой дочкой.

- Спасибо тебе за все, но я не собираюсь возвращаться.

- По-моему это самое лучшее место из всех, что я видел в мозгу своих клиентов, - начал я свою восхищенную тираду, но увидел усмешку на лице Александра.

- Ты не понял. Я не собираюсь возвращаться в реальность. Обратно ты пойдешь один.

Я замолчал, забыв при этом закрыть рот. Как же так. Для чего я вел его сюда? Зачем был этот путь? Только ради того, чтобы он ненадолго насладился своей мечтой и сгинул в неизвестности.

- Я не понимаю. Зачем тебе это? – недоумевал я.

- Потому что я верю, это не конец пути.

- С чего ты взял?

- Я узнал это от Саши из группы «Кобальт».

- От того музыканта? И ты веришь рассказам обычного образа сна?

- Неужели ты не заметил, что это был не образ, а такой же гость моих сновидений, как и ты?

Я осекся. Такая мысль мне не приходила в голову. Музыкант и правда был очень необычен. Не знаю, как точнее описать. Он не был такой блеклый, как остальные создания сна. Даже его черты лица, улыбка, манера говорить, все было слишком реалистичным. А как он рассказывал! Я же правда верил ему, такое со мной не могло произойти будь моим собеседником обычный образ. Но как это возможно, неужели есть настолько сильные сновидцы, как тот музыкант. Если это, правда, тогда его словам есть и другое объяснение.

- Даже если так, зачем твоему врагу желать тебе добра?

- По правде говоря, он уже давно мне не враг. Ты слышал его музыку?

- Да я слышал и его музыку и то какой он мастер убеждения. Сирены тоже заманивали моряков на скалы.

- Я не могу тебе ничем это доказать, но я верю, что есть мир за пределами моего сновидения. Лабиринт – это одно из доказательств. Другое доказательство в том, что никто из моих лучших людей не может отыскать, где скрывается музыкант. Я думаю, он ушел за пределы снов.

- А что, если там ничего нет?

- А что, если Бога нет и дальше пустота? Наша жизнь лишь песчинка перед вечностью. Годом раньше, годом позже, но с пустотой все равно придется столкнуться. Я же надеюсь, что меня ждет не пустота и тьма. Верю в это. Если я ошибаюсь, ну что ж, я это заслужил. И не жалею о своем пути.

К нам подошла дочь Александра, взяла его за руку и посмотрев сначала на меня, а потом на своего отца сказала:

- Пап, нам пора

- Знаю, милая. Сейчас я попрощаюсь с дядей.

Она улыбнулась мне детской, самой искренней улыбкой, какую я не видел уже очень давно. Наверное, слишком много я общаюсь со взрослыми, лицемерными людьми. Уже и забыл, как люди умеют по-настоящему улыбаться от того, что они счастливы.

- Спасибо вам за то, что привели моего папу. Я знаю, ему было очень тяжело и много плохих людей его обижали, но теперь я не дам папу в обиду.

Она нахмурилась и поджала губки. Наверное, это должно было выглядеть очень грозно, но получалось смешно. Я не удержался и улыбнулся ей. Внутри меня было слишком много противоречивых чувств на её счет. Поначалу она меня удивила, затем я воспринимал её просто как очередной образ сна, а теперь же я вижу перед собой настоящую живую девочку, хоть её никогда и не существовало. Неужели её создало подсознание Александра или в этом замешана сила, о которой мы пока не знаем.

Он крепко пожал мне руку, его дочь помахала на прощание ладошкой и они отправились, не оглядываясь, по лесной тропинке среди деревьев, цветов и трав. Они шли, держась за руки, о чем-то шептались, как два заговорщика и смеялись. Я смотрел, как они уходили все дальше в закатных сумерках, а может все же предрассветных. По-моему завершалась ночь и впереди не конец, а начало чего-то нового. Неужели я так и не узнаю эту истину.

Молния разрезала сумерки, но не исчезла, как это обычно бывает с природным электроразрядом. Реальность сна просто треснула, а в этой трещине растворились Александр со своей дочерью. Я лишь на миг увидел их силуэты в последний раз, прежде чем они исчезли навсегда в дыре мироздания. Эта трещина была дверью. В этом я убедился, когда подошел к ней, ведомый любопытством. Я заглянул по ту сторону. Не знаю, как назвать пространство, что находилось там. Это не было миром, скорее некой пустой внутри стены разделяющей реальности. Как перегородки из гипсокартона, что я пробил ногой внутри лабиринта. Заглянув в трещину, я увидел слой другой реальности, точнее многих реальностей. И все они были в расщелинах-проходах. Наверняка шагни я в одну из них, то попаду в другой мир. Так что же выходит, мой клиент отправился туда.

Когда он уходил, я думал, он ищет покой, но эти миры совсем не такие. Стоя здесь перед проходом, я наблюдал за ними, словно с высокой горы, видя судьбы реальностей в целом и в деталях. Это были плохие места. Почти в каждом из миров я видел разрушенные города, стертое с лица земли человечество. Лишь горстки людей выживали среди хаоса дикого мира. Хочется назвать эти места мирами страданий, но я не могу. Потому, что ясно вижу, как по одной из таких реальностей идут два странника. Маленькая девочка и суровый мужчина. Они действительно скитаются, пытаясь выжить в мире, что поглотил страх в образе триморов. Именно так называли они тварей, что заполонили их мир, а затем исчезли. Это тот самый пес, сопровождавший нас во сне Александра. Но что поразило меня в этих двоих. Это парадокс, но они были счастливы. Словно апокалипсис их мира перевернул все с ног на голову для человечества, а для них все расставил по местам. В прошлом клерк без цели в жизни, в новой суровой реальности обрел смысл быть защитником, а девочка нашла отца, которого у неё никогда не было.

Тогда я подумал об Александре и его дочери. Наш мир с его ценностями и моралью был совсем не тем, что он хотел получить от жизни. Мир, где нет четкого разделения на добро и зло, где есть постоянный замкнутый круг поиска оправдания своих действий. Он отправился туда, где не нужно оглядываться на мнение общества, где царят совсем другие законы. Но будет ли в этом мире место для его маленькой дочки? Может быть, там, где остаюсь я и есть резон задаваться этим вопросом, но не там, куда он отправился. И доказательством тому, те два странника, за которыми, я сейчас наблюдаю.

Я так и смотрел на них, пока трещина затягивалась, мир сна наполнялся белой пустотой, а сновидение подходило к концу.

ЭПИЛОГ

Я проснулся, а мой клиент нет. Он не просто не вернулся из сна, он умер по-настоящему. Его сердце остановилось, но жизнь покинула тело еще раньше. Такого не должно было произойти, останься он в мире снов.

Я ожидал, что личная охрана бизнесмена запрет меня где-нибудь и начнет допрашивать, но этого не случилось. Приехали представители Компании и забрали меня. Оказывается, произошел прецедент, которого еще не было в истории, мой клиент внес в договор условия о том, что никто не несет ответственности за его смерть во время сеанса. Он целенаправленно шел за неизведанные пределы своих снов и знал исход. При этом не желал, чтобы кто-то пострадал из-за него. Даже слишком благородно для такого, человека, как он. Хотя Александр был весьма необычен. Может быть, он заслужил муки ада, а может и искупления. Ему удалось меня убедить, что нет истины в последней инстанции, нет добра или зла, есть только правда, которая у каждого своя.

Получив оплату за выполненную работу, я отправился в длительный отпуск. У меня были сомнения на тот счет, что Компания не будет предъявлять ко мне претензии. Но они напротив очень заинтересовались моим происшествием и тем подробным отчетом, что я для них предоставил. Перед отъездом я попросил копию одного из своих старых отчетов, даже не касающихся работы в Компании.

Лишь оказавшись в отеле на берегу океана я, расположившись на балконе, открыл серую папку с бумагами. Не начав читать, я поднял глаза к небу, посмотрел вдаль за горизонт. Я пытался прочувствовать, то, что видел во сне Александра, ту прекрасную поляну, её гармонию и покой, а затем суровый контраст других миров. Этого нет в нашей реальности. Все здесь кажется с одной стороны слишком серым и обыденным, а с другой запутанным и сложным хитросплетением человеческих взаимоотношений. Нет в этом мире, какой-то важной для меня части, а может этого чего-то нет во мне. Словно кусок души, вырванный очень давно и рана на этом месте не затягивается. Лишь остается пустота.

Я вернулся к строкам, что написал несколько лет назад, когда так же, как и мой последний клиент, пройдя через лабиринт сновидений, я нашел мир за пределами снов, но не поверил в его существование.

И тогда я вспомнил об одной прекрасной вещи. Когда-то давно мне приснился один старый, забытый сон, о жизни, которой никогда не было и которую я всегда желал…

Новосибирск. 2015г.