Изабель Морли

Как манипулируют людьми: правда о «ред-флагах», «газлайтинге», мнимых нарциссах и реальных проблемах

Глава 2. Цель и ограничения диагностики

Изабель Морли

Как манипулируют людьми. Правда о «ред-флагах», «газлайтинге», мнимых нарциссах и реальных проблемах

Информация от издательства

Оригинальное название:

They’re Not Gaslighting You: Ditch the Therapy Speak and Stop Hunting for Red Flags in Every Relationship

На русском языке публикуется впервые

Морли, Изабель

Как манипулируют людьми: правда о «ред-флагах», «газлайтинге», мнимых нарциссах и реальных проблемах / Изабель Морли; пер. с англ. В. Коваленко. — Москва: МИФ, 2026. — (Психология здравого смысла).

ISBN 978-5-00281-020-8

Никакая часть данной книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме без письменного разрешения владельцев авторских прав.

This edition published by arrangement with PESI Publishing c/o Susan Schulman Literary Agency

Посвящается

Лукасу — прости за незакрученные крышки, я люблю тебя;

всем, кто запутался, — даже самые лучшие отношения даются нелегко, а у вас все отлично получается;

и всем пострадавшим — вы заслуживаете правильного применения терминов, и я надеюсь, что вы исцелитесь

Введение

Еще в 2021 году, обнаружив, что многие мои клиенты и друзья ошибочно причисляют своих бывших партнеров к социопатам, я написала в блоге статью под названием «Ваш бывший — социопат?». Наряду с ответом (скорее всего, нет) я показала: те, кто заявляет подобное, упускают важные подробности (например, о глубине страданий партнера после разрыва) и ставят подобный «диагноз», чтобы утешиться после расставания. На сегодняшний день это второй по популярности пост в моем блоге. (Забавный факт: его опередил разбор нездоровых отношений между Шивон и Томом из сериала «Наследники» — этой паре можно посвятить отдельную книгу.)

Похоже, многие задаются вопросом о возможной социопатии своих бывших партнеров.

Поэтому я продолжила писать статьи для блога, чтобы читатели более вдумчиво анализировали свои взаимоотношения с другими людьми. Затем, когда появилось понятие «язык психотерапии как оружие», журналисты начали интересоваться моим профессиональным мнением о проблеме неправильного употребления психологических терминов. Стало очень модно рассматривать конкретные ситуации, в которых знаменитости использовали профессиональные термины и диагнозы в своих интересах. Масштабы этой проблемы действительно поразили меня. Я осознала, насколько часто психологические понятия использовались за пределами врачебного кабинета и теперь просочились в нашу повседневную жизнь и разговоры. На фоне развития социальных сетей и расширения доступа к информации о психическом здоровье и психотерапии каждый обыватель стал «экспертом». Внезапно нас окружили ред-флаги, триггеры и люди с биполярным расстройством. Наши свекрови оказались «в пограничном состоянии». У наших отцов обнаружилось обсессивно-компульсивное расстройство. Друзья нарушают наши личные границы. Супруги применяют газлайтинг во время ссор и душат любовью после них. Наши бывшие — нарциссы, или социопаты, или и то и другое сразу!

Мы с друзьями-психотерапевтами перестали советоваться о проблемах пациентов, перейдя к обсуждению того, как они злоупотребляют (или неправильно пользуются)профессиональными терминамив описании этих проблем. Какое там целостное понимание факторов — это осталось в прошлом! Мы тратили время, пытаясь разубедить пациентов в их заочных «диагнозах», чтобы перейти к реальной психотерапевтической работе. Казалось, наши клиенты настолько увлеклись анализом окружающих, что уже не стремились понять себя.

Я забеспокоилась, когда увидела, как пары используют профессиональные термины в качестве оружия на сеансах семейной терапии. Да, на индивидуальных встречах пациенты всегда пытаются навесить ярлыки на окружающих, но прежде я никогда не видела, чтобы супруги прямо у меня на глазах ставили друг другу диагнозы, и уж точно не с такой яростью и убежденностью в своей правоте. Внезапно я оказалась в положении, когда мне приходилось выступать против выводов клиентов (что не всегда хорошо воспринимается) и тратить много времени, обучая их истинному пониманию употребленных слов. Мне также приходилось сглаживать ситуацию, помогая обоим партнерам оправиться от некорректных и нередко резких высказываний, которыми они осыпали друг друга.

Затем япо-настоящемузабеспокоилась, когда увидела, что даже психотерапевты злоупотребляют понятиями, ставя диагнозы незнакомым людям на основе рассказов своих клиентов. Они бросались такими выражениями и словами, какдушить любовью, пограничное состояние, ред-флаг, нарциссизм, и призывали пациентов быть более бдительными в отношениях. Я слышала много историй о том, как психотерапевт сообщал супружеской паре на сеансе терапии, что один из них «газлайтит» другого, хотя такое заявление было необязательно, неэтично и просто неправильно. Чтобы сохранить за собой статус эксперта, избежать любого пренебрежения и решительно защищать своих клиентов, психотерапевты стали прибегать к таким же крайним мерам и выражениям.

Это продолжение давней тенденции. Конечно, перед психотерапевтом или друзьями все мы порой размышляли вслух, не был ли бывший партнер социопатом и не перешла ли вторая половинка определенные границы, но на этом использование профессиональных терминов заканчивалось. Они оставались в кабинете психотерапевта или упоминались в разговорах за обеденным столом, но не использовались в качестве оружия в реальных отношениях. Я не думаю, что нам стоит игнорировать диагнозы, но искренне считаю, что пора перестать употреблять профессиональные термины в личном общении.

Когда мы используем подобные понятия, чтобы опорочить близких или снять с себя вину, это скорее создает проблемы, чем решает их. Такие слова сигнализируют, что в отношениях происходит что-то глубоко неправильное, а значит, нужно внести в них кардинальные изменения, или получить профессиональную помощь, или расстаться. Термины показывают, где возникла серьезная проблема,чтобы мы могли решить, что с ней делать. Они существуют не для того, чтобы выплеснуть или подтвердить наше разочарование, и уж тем более не для того, чтобы заставить кого-то измениться. Если вы использовали их так, то уже поняли, что это не работает.

С тех пор как многие стали злоупотреблять профессиональными терминами, я поняла: несколько постов в блоге не покажут людям, насколько бесполезно полагаться на психологические понятия при решении проблем в отношениях. Так родилась эта книга, которая преследует две основные цели. Прежде всего показать, что разбираться в ментальном здоровье и взаимоотношениях полезно, а

На самом деле мы способны изменить только себя.

Иногда для этого приходится говорить прямо, указывать на проступки и просить других задуматься о себе и что-то исправить. Но это не единственное, что мы можем или должны делать. Всегда следует начинать с самоанализа и поиска того, что нужно изменить всобственныхмыслях и поведении, а затем уже переходить к улучшению отношений с близкими. Использование языка психотерапии в качестве оружия лишает нас возможности расти и развиваться.

Вторая цель этой книги — защитить истинное значение профессиональных терминов. Насколько я заметила, слова, которые используются в качестве оружия, чаще всего относятся к жестоким людям или насильственным ситуациям. Слишком частое или неправильное применение этих терминов напоминает историю о мальчике, который кричал: «Волки, волки!» — в итоге реальные проблемы не воспринимаются всерьез. Одной женщине из ста, состоящей в браке с истинным нарциссом, способным испортить жизнь, невыносимо слышать, как девяносто девять других жалуются на то, что их муж нарцисс, лишь потому, что тот разбрасывает одежду по полу[1]. Еще более настораживает, что супруг-абьюзер с энтузиазмом использует профессиональные понятия для усиления контроля над второй половинкой. Врачебная терминология стала новым средством искажения реальности в угоду желаниям. Я видела, как абьюзеры обвиняли своих супругов в газлайтинге,тем самым подвергая их газлайтингу. Это уже новый уровень психологического насилия, шокирующая и очень серьезная тенденция, о которой мы все должны знать. Нам нужно защитить профессиональные термины, чтобы, во-первых, они означали то, для чего предназначены, во-вторых, чтобы люди, нуждающиеся в помощи, могли ее получить, а в-третьих, чтобы абьюзеры не играли словами в собственных интересах.

Как читать эту книгу

Если вы уже просмотрели оглавление, то наверняка приметили пару глав, в которые вам не терпится углубиться. Самое приятное в этой книге то, что материал в ней изложен очень гибко. Хотя вы можете просто перейти к любой интересной вам главе, я рекомендую прочесть первые три по порядку. Это поможет извлечь максимальную пользу из последующих глав, посвященных конкретным диагнозам или терминам. Глава 1 объясняет понятие «язык психотерапии как оружие», как этот язык получил столь широкое распространение и какие проблемы он создает для людей и их взаимоотношений. В главе 2 рассматривается официальное справочное руководство, которое врачи используют для диагностики клинических расстройств, и рассказывается о его предназначении и ограничениях. Далее в главе 3 описываются некоторые ключевые аспекты абьюзивных отношений, помогающие определить, применяет ли человек психологическое насилие или просто плохо себя ведет.

Прочитав первые три главы, выбирайте следующую по своему вкусу! Необязательно двигаться дальше в строгом порядке, поскольку каждая глава построена по одной и той же схеме.

• Она начинается с эпизода, демонстрирующего точный сценарий, когда применим данный термин.

• Далее вы познакомитесь с врачебным определением, чтобы понять, чтона самом делеозначает указанный термин. (Стоит отметить, что некоторые понятия, напримерред-флаг, не имеют официального врачебного определения. В этих случаях я просто расскажу об их предполагаемом значении.) Я познакомлю вас с критериями диагностики (если они применимы) и выделю важные особенности, которые помогают нам отличить реальное врачебное определение данного термина от распространенных заблуждений.

• Затем я приведу пример того, как часто (и неправильно) используется этот термин. (Подобные ситуации порой покажутся вам более знакомыми.) Так мы лучше поймем, какое значение люди ошибочно приписывают данному слову, когда им злоупотребляют больше всего и каковы негативные последствия такого его использования. Я покажу, почему небрежное употребление профессионального термина не помогает улучшить отношения или разрешить конфликты, а, по сути, наносит вред.

• Наконец, я дам вам несколько практических советов, как защититься, есливаснесправедливо обвиняют, используя этот термин или диагноз. Я также предложу рекомендации, что делать, если вы подозреваете, что кто-то из ваших знакомыхдействительносоответствует критериям данного понятия.

Как я уже отметила выше, вы можете пропустить любую главу в промежутке с 4-й по 12-ю. Глава 13 — дополнительная, где я кратко рассматриваю еще три термина, которые часто неправильно трактуют и используют. Далее я рекомендую прочитать последние две главы, чтобы вы закрепили понимание этой социальной тенденции и почувствовали в себе силы либо работать над построением здоровых отношений, либо расстаться с тем, кто причиняет страдания. Книги из раздела «Библиография» помогут глубже разобраться в любом из приведенных терминов или больше узнать о том, как построить здоровые отношения.

В процессе чтения вы, возможно, подумаете о ком-то из близких, кому эта книга или отдельные главы могли бы принести пользу. В моем идеальном мире эту книгу читали бы все. Если бы у каждого были одинаковые знания о границе между нормальным и патологическим поведением, пожалуй, мы испытывали бы больше сострадания друг к другу. Однако я вынуждена признать, что мы живем не в моем идеальном мире, поэтому, наверное, лучшее, что вы можете сделать, — дать своим близким прочесть определенные главы или абзацы этой книги. Порой гораздо легче услышать что-то новое или неприятное от малознакомого человека, и я надеюсь стать таким человеком, обучая вас и других, чтобы вы отказались от небрежного использования профессиональных терминов и научились решать проблемы более эффективно.

Надеюсь, вы посчитаете эту книгу полезным пособием, к которому будете возвращаться, если захочется освежить в памяти знания или потребуются конкретные рекомендации, как использовать язык психотерапии в трудной ситуации, когда вас несправедливо обвиняют. Если, прочитав эту книгу, вы поймете, чтодействительносостоите в нездоровых отношениях, надеюсь, вам захочется обратиться за помощью и либо изменить ситуацию, либо расстаться с данным человеком.

Но больше всего я надеюсь, что чтение этой книги поможет вам осознать, насколько удивительно несовершенны люди. Из-за растущей одержимости оптимизировать себя и свою жизнь порой кажется, что достичь совершенства стало легче, но это по-прежнему невозможно. Вместо того чтобы стремиться к идеальным отношениям, давайте признаем, что у каждого есть эмоциональные травмы, бесполезные стратегии преодоления, непродуктивные защитные механизмы, а также приступы эгоизма или изменчивого настроения, но это не делает нас патологически больными. Несмотря на все недостатки, люди — удивительные создания, которые строят прочные, значимые связи друг с другом. Наши взаимоотношения, хотя порой и несовершенны, могут принести нам огромное

Глава 1. Как язык психотерапии покинул врачебный кабинет и превратился в оружие

Позвольте начать с признания: у меня были все перечисленные в данной книге психические расстройства. Тяжелая депрессия, обсессивно-компульсивное расстройство, генерализированное тревожное расстройство, посттравматическое стрессовое расстройство, синдром дефицита внимания / гиперактивности… Черт, я даже несколько недель страдала нарциссическим расстройством личности (тяжелые времена, особенно для моего тогдашнего парня). Куда ни ткни, попадешь в мой диагноз.

Ясное дело, все эти заболевания я с волнением и неточностями диагностировала самостоятельно, когда училась в аспирантуре и получала докторскую степень по клинической психологии. К счастью (или, возможно, к несчастью), я не стала исключением из правил: мои однокашники тоже оказались ходячими психологическими катастрофами. Каждый раз, когда профессор рассказывал нам о новом расстройстве, вся группа содрогалась от осознания, что оно в точности подходит каждому из нас.

Мы ставили ужасающие диагнозы не только себе, но и — с большой охотой — всем, кого знали. По мере обучения обнаружилось, что все поступки и чувства, которые мы привыкли считать неприятными, но «нормальными», на самом деле — симптомы хронического психического и эмоционального расстройства. Это не обошло стороной никого из моих знакомых: как только я узнавала о новом нарушении, на ум сразу же приходил подходящий кандидат. У двоюродного брата пограничное расстройство, у родителя явно избегающий тип личности, у друга проблемы с концентрацией внимания, а бывший парень — психопат. Как хорошо наконец-то получить объяснение поведению всех тех, кто меня когда-то обидел или вывел из себя!

Я рассказываю вам об этом, потому что меньше всего на свете хочу, чтобы книга вызвала у вас чувство вины. Поверьте,я понимаю. Я искала в себе признаки многих расстройств и гадала, есть ли у моих парней, родных или друзей психологические проблемы, но это не значит, что я глубоко неуравновешенный человек. Это значит, что я, как и вы, все время пыталась понять себя и окружающих и найти убедительное объяснение, почему жизнь порой кажется такой тяжелой.

Мы все хотим понять, что происходит внутри нас и в наших взаимоотношениях. Врачебная терминология предлагает объяснения, которые выглядят объективными и надежными в ситуациях, когда человек сбит с толку, обижен и не знает, куда обратиться и кому доверять. Она может даже подсказать план действий по устранению проблемы и предотвращению повторения подобных травмирующих ситуаций. Навешивание ярлыков или постановка диагноза чему-то (или кому-то) может показаться способом избавления от страданий в будущем. Но мы не осознаём, что столь же часто это работает против нас. Давайте поговорим почему.

Язык психотерапии как оружие

Тем, кто взрослел в эпоху активного распространения информации о психическом здоровье, в некотором смысле повезло, но также в это время появилось бесполезное стремление навешивать ярлыки, ставить диагнозы и искать патологии, в чем я, как юная девушка и прилежная студентка, часто принимала участие.

Приятно иметь объяснение своих переживаний, а также сценарии (ожидаемые модели поведения в определенных ситуациях) и алгоритмы (полезные рекомендации), которые помогают правильно реагировать на эти переживания. Люди создают подобные упрощенные правила, чтобы все обрело смысл в нашем хаотичном и бессмысленном мире. А еще эти правила вроде как помогают избежать боли: выявляя и классифицируя плохие поступки или черты характера человека, мы сможем избегать таких людей в будущем. Однако в попытке понять свои переживания и обосновать свои решения мы начали использовать язык психотерапии для навешивания ярлыков или обвинения других. Именно это называется«язык психотерапии как оружие».

Явление, когда люди небрежно и даже легкомысленно используют врачебные термины для описания себя или других, не ново. Мы давно привыкли называть человека психом, если он ведет себя нелогично или злобно. И честно говоря, я не вижу большой проблемы в том, чтобы время от времени использовать эти слова в разговоре, чтобы донести свою точку зрения. На самом деле мы не утверждаем, что этот человек — психопат. Мы просто осуждаем его поведение как ненормальное или неприемлемое. В такие моменты мы злоупотребляем языком психотерапии, но не обязательно используем его как оружие. Хотя поставленные нами диагнозы явно неточны, они и не должны быть точными — они служат лишь для выражения мысли.

Мода использовать язык психотерапии в качестве оружия знаменует собой нечто совершенно иное. В наши дни врачебные термины используются искренне и с чувством собственной правоты, чтобы возложить всю вину в отношениях на одного человека, в то же время оправдывая другого в любых проступках. Слова, которые изначально предназначались только для кабинета психотерапевта, чтобы пациент мог лучше понять мир и научиться ориентироваться в нем, превратились в рычаги для изменения окружающих. Из-за более глубокого знания проблем психического здоровья и того, что представляет собой жестокое обращение, мы стали отождествлять с отклонениями обычные эмоциональные проблемы или трудности в отношениях.

Часто мы используем психологическую терминологию в качестве защитной меры, чтобы избежать абьюзивных партнеров и тратить меньше времени или эмоциональной энергии на родных или друзей, которые того не заслуживают. Но использование подобных слов также снимает с человека ответственность за собственные действия в отношениях. Гораздо проще сказать: «На этот поступок меня толкнуло обсессивно-компульсивное расстройство» или «У нас ничего не вышло, потому что она нарцисс», вместо того чтобы проделать тяжелую работу и осознать свою роль в конфликте, а затем решить стоящие за этим проблемы.

Как семейный психотерапевт я особенно обеспокоена тем, насколько сложнее поддерживать здоровые романтические привязанности, если активно, но неточно использовать врачебную терминологию. Ничто так не портит сеанс психотерапии, как клиент, который обвиняет супруга в каком-то отклонении и обращается ко мне за подтверждением диагноза, пока вторая половина (хотя и слышит эти обвинения уже не в первый раз) с тревогой ждет моего вердикта: «Я действительно социопат, или душитель любовью, или кто-то еще?» Язык психотерапии как оружие превращает нашу терапевтическую встречу в лекцию по психологии для начинающих вместо того, чем она должна быть, — исследованием обиды, которая изначально привела к обвинению.

Однако больше всего меня беспокоит то, что абьюзеры переняли эту тенденцию. Вечные жертвы в собственном представлении, они всегда ловко обвиняли своих партнеров во всех бедах. Теперь на помощь им пришел и язык психотерапии. Партнер вышел на прогулку с другом противоположного пола? Это нарушение границ и токсичное поведение. Друг не согласен с искаженным взглядом на событие или чрезмерной реакцией? Значит, он лишенный эмпатии нарцисс и активный

Язык психотерапии используют как оружие самые разные группы населения и на самых разных этапах жизни, именно поэтому эту проблему так важно решать. Подобное поведение вошло практически в привычку как среди подростков, так и среди взрослых, эту практику с энтузиазмом подхватили и абьюзеры. Из такой привычки нельзя в итоге «вырасти». От нее нужно осознанно отказаться, но это трудно сделать, пока нам не объяснят, почему такое поведение не приносит пользы и как можно поступить иначе. Именно для этого написана моя книга.

Язык психотерапии как оружие превращает нормальное поведение в патологию

Одно дело — слишком поверхностно навешивать ярлыки на других людей, мы часто так поступаем, когда в непринужденных беседах с друзьями анализируем свои отношения. В конце концов, специализированный термин порой помогает быстро понять человека, не вдаваясь в подробности и примеры. Совсем другая история — называть патологией чье-то вполне нормальное поведение (даже если оно неэффективно или причиняет вред) и перекладывать всю вину на этого человека. А еще не стоит забывать про ликование, с которым абьюзеры научились использовать язык психотерапии как оружие, чтобы самим превратиться в жертв, и это очень тревожно.

Давайте рассмотрим такое поведение на примере романтических отношений. В подавляющем большинстве пар для создания проблемы, как и для ее решения, требуются два человека. Конечно, один может вести себя хуже, чем другой, но то, как другой отреагирует, также влияет на результат. Превращая язык психотерапии в оружие, один из участников отношений пытается возложить всю вину на вторую половинку. По сути, он говорит: «Конечно, я тоже состою в этих отношениях, но думаю, что проблема из-затебя, а не из-за меня, поэтому мне не нужно участвовать в ее решении».

Я прошла профессиональную подготовку в области эмоционально фокусированной семейной терапии (ЭФСТ), основанной на теории привязанности. Не буду углубляться в данную тему (это совсем другая книга!), но ЭФСТ помогает парам выявить «негативный цикл» и справиться с ним, чтобы они могли избавиться от неэффективных моделей взаимодействия в случае обиды. Эта терапия исследует, как возникают болезненные чувства (например, отвержение, смущение, ощущение неполноценности), когда партнер недоволен нами, и как мы разрабатываем стратегии их преодоления. Поскольку эти тяжелые, болезненные чувства часто проистекают из психологических травм раннего детства, с которыми довольно трудно мириться, наши стратегии преодоления, как правило, включают защитные механизмы, такие как преуменьшение, отрицание или поиск оправданий. Например, если человек чувствует вину из-за того, что подвел партнера, он может сразу же преуменьшить его чувства и сказать, что ему не следует так бурно реагировать на столь незначительную проблему. (Для тех, кому интересно, этонегазлайтинг.) В результате партнер ощущает себя неуслышанным и незначимым, поэтому расстраивается еще больше, что заставляет отмахиваться от его реакции как от излишне драматичной, и так далее по кругу.

Негативный цикл стоит выявить: когда люди застревают в нем, они поступают плохо — иногда настолько, что другой человек может обоснованно навесить на них ярлык или поставить диагноз. Однако диагноз, поставленный человеку, когда тот находится в процессе конфликта с любимым (ведет себя грубо, пытаясь оградиться от сильных эмоциональных страданий), — это несправедливая оценка. Если бы вы увидели меня в разгар ожесточенной ссоры с моим мужем Лукасом, я уверена, вы могли бы подобрать пару ярлыков, но эти диагнозы оказались бы неточными, потому что они отражали бы лишь один крошечный момент моей жизни без учета всего контекста наших отношений. Поставив тот или иной диагноз, вы проигнорируете тот факт, что Лукас, хотя и замечательный человек, также не идеален в спорах и был одной из причин нарастания конфликта.

Негативный цикл в действии

Рассмотрим это на более конкретном примере. Допустим, супруг говорит, что вы задели его чувства, опоздав на его корпоративную вечеринку. Вам сразу становится стыдно, но, чтобы избежать этой болезненной эмоции, вы занимаете оборонительную позицию и объясняете, почему опоздали: перед уходом вы убирались на кухне, «ведь тебе так нравится приходить в чистый дом». Это помогает вам приободриться и испытывать меньше вины, но одновременно создает у вашего супруга впечатление, что вы не слушали его, не заботитесь о его чувствах и теперь обвиняетеегов сложившейся ситуации.

Он бросается в атаку, приводя более весомые аргументы в свою пользу и ссылаясь на прошлые случаи ваших опозданий. Черт возьми, он даже расширяет проблему, утверждая, что вы не умеете правильно распоряжаться временем, а потому, похоже, никогда не сможете навести порядок на кухне эффективно и быстро!

После таких высказываний васпо-настоящемугрызет стыд, вызывая чувство неполноценности. Вы думаете, что супруг считает вас ленивой, непунктуальной и никчемной. Но вам эти упреки кажутся несправедливыми, ведь он разозлился из-за такой мелочи (серьезно, из-за какого-то опозданияна десять минут?!), да и задержались вы только потому, что убирали на кухне, желая порадоватьего, поэтому вы обороняетесь еще активнее. И, помимо защиты, говорите супругу, что его манера что-то обсуждать — это настоящая проблема, поскольку он набросился с критикой и испортил отличный вечер. Если бы он после завтрака не оставил грязную посуду в раковине, вам не пришлось бы тратить лишнее время на уборку.

Видите, как нарастает конфликт?

Если бы в этот момент я остановила вас и поговорила с вами и вашим супругом по отдельности, уверена, вы назвали бы поведение друг друга ненормальным. Вы могли бы заявить, что супруг токсичен и находится в пограничном состоянии, потому что эмоционально нестабилен и не умеет прощать. Вы могли бы сказать, что его обида несоразмерна с проблемой, а словесные нападки граничат с оскорблениями.

Но ваш супруг мог бы ответить, что вы нарцисс и подвергаете его газлайтингу, отказываясь уважать его чувства, не проявляя сочувствия к его переживаниям из-за вашего опоздания и перекладывая вину нанего(как и подобает нарциссу!).

Конечно, вы оба будете неправы, но теперь видно, как человек приходит к таким выводам.

Да, используя язык психотерапии как оружие, мы пытаемся понять людей и ситуации, но в этом также прячется стратегия ухода от ответственности. Она перекладывает вину исключительно на другого человека и позволяет нам не замечать собственную роль в конфликте. В результате нормальное поведение кажется нездоровым, поскольку данная стратегия не учитывает, что люди поступают плохо, когда расстроены. Мы постоянно пытаемся найти грань между «обычным плохим» и «клинически плохим» поведением, особенно в романтических отношениях, а язык психотерапии как оружие только усложняет задачу, вместо того чтобы помогать.

Как мы признали себя экспертами благодаря интернету и социальным сетям

Традиционно врачи используют профессиональные термины для определения патологии поведения, другими словами, для проведения границы между нормальными и ненормальными поступками. (Подробнее мы поговорим об этом во второй главе.) Цель в том, чтобы выявить эмоции и поступки, которые приводят к нарушениям в поведении человека, и разработать соответствующий план лечения, чтобы помочь этому пациенту. Эти термины никогда не предназначались для того, чтобы оскорблять, обвинять или оправдывать чье-либо поведение. Они созданы для того, чтобы профессионалы могли определить проблемы своих клиентов и предложить им необходимую помощь.

Психотерапевты проходят обширную подготовку, чтобы правильно использовать профессиональные термины и ставить диагноз со всей осмотрительностью. Они регулярно посещают консультационные группы или супервизора, чтобы точно оценивать и лечить пациентов. Диагностика — очень мощный инструмент, который может существенно повлиять на чью-то жизнь, поэтому она требует объективного взгляда квалифицированного специалиста. Даже профессионалам с многолетним опытом работы не следует ставить диагноз себе или близким людям, не говоря уже о тех «специалистах», чьи психотерапевтические «знания» основаны на алгоритмах социальных сетей.

Ранее профессиональная терминология была доступна только врачам, но психотерапия становилась все более популярной, а дискуссии о психическом здоровье — все более активными, и постепенно эти термины стали общепринятыми. Интернет положил начало, предоставив всем желающим доступ к статьям о различных психологических проблемах и к рассказам пациентов о своих расстройствах. Затем на сцену вышли социальные сети, и информация стала еще более доступна. Стоит отметить, что интернет и соцсети также помогли снизить общественное неприятие людей с психологическими проблемами, что действительно хорошо. Приняв свои проблемы с психическим здоровьем и избавившись от стыда, который так часто их сопровождает, многие смогли признаться в болезнях и получить лечение. В наши дни людям с депрессией необязательно страдать молча, это медицинская проблема, о которой они могут рассказать и обратиться за помощью. Нельзя отрицать, что это значительная перемена.

Непредвиденная трудность заключается в том, что теперь дилетанты регулярно ищут патологии у себя и других. В социальных сетях вы запросто найдете короткие посты или видео о конкретных симптомах, которые характерны практически для всех. Вам трудно сосредоточиться? У вас синдром дефицита внимания/гиперактивности (СДВГ), такой же, как и у блогера, на которого вы подписаны! Вы смотрите ролик, где он рассказывает, что легко отвлекается и перескакивает с одного дела на другое, никогда ничего не доводя до конца, — и находите у себя те же признаки. Затем вы смотрите другое видео о том, как этому блогеру трудно приступить к сложной задаче, например к уборке, итожеощущаете отклик. Внезапно вы самостоятельно диагностируете у себя СДВГ и начинаете искать другие видео о симптомах. Алгоритм социальных сетей понимает ваши интересы и показывает еще больше видео о СДВГ, что формирует предвзятое мнение, ведь вы видите только те ролики, которые подтверждают ваши подозрения, а не опровергают их. (Честно говоря, последних наверняка найдется очень мало.)

А вот еще один интересный результат более свободного доступа к знаниям: наша осведомленность о «наилучших» и «самых здоровых» способах организации жизни породила высокие ожидания. Мы требуем от своих партнеров информацию о состоянии их психического здоровья, о методах их самопомощи, об их ред-флагах, личных границах, стиле привязанности, о типе личности по версии Майерс — Бриггс, об истории лечения, о проблемах с переносом чувств, о языке любви и так далее. Чтобы поддерживать такой уровень осведомленности, нужно прочитать все книги по психологии и саморазвитию и знать все правильные формулировки. И да поможет вам Господь, если вы не знаете всего этого, ведь в таком случае вы не заинтересованы в личностном росте!

В своем стремлении быть как можно более ответственными и здоровыми мы начали чрезмерно патологизировать нормальные чувства и действия, упуская из виду все сложности и тонкости человеческого существования. Пытаясь классифицировать себя или окружающих, мы не замечаем того факта, что человеческое поведение и эмоции разнообразны. Люди могут поступать плохо, не будучи абьюзерами. Могут вести себя неразумно, не страдая при этом психическим расстройством. Неустанные попытки навесить ярлык на себя (и других) мешают нам осознать и принять, насколько людибеспорядочныв эмоциональном и поведенческом плане — и, хотя эта хаотичность иногда бесполезна, в ней нет ничего патологического.

Десять лет назад, только начиная врачебную практику, я и представить себе не могла, сколько людей придут ко мне на прием с готовым диагнозом, составленным по информации из социальных сетей. Тогда это были лишь приложения для обмена фотографиями и краткими сообщениями, а «ТикТок» еще даже не изобрели. В том мире, не знавшем коротких видео, информация о психических расстройствах поступала в основном от медицинских работников. Теперь блогеры способны убедить подписчиков в том, что у них есть расстройство или что их родители проявляют клинически проблемную черту характера, которую необходимо лечить. Любой может считаться экспертом, если выступает на широкую публику. Однако, несмотря на злоупотребление, профессиональные термины по-прежнему обладают той же силой, и в этом заключается проблема.

Соблазн навешивать ярлыки и разделять на категории легко понять. В жизни человека много сложных моментов, и, если есть вероятность, что это медицинская проблема, которую можно вылечить, а не неизбежная часть человеческого бытия, кто быотказалсяот такой возможности? Но, как я уже объясняла, использование языка психотерапии в качестве оружия мешает вам распознать свои точки роста, обижает и отчуждает собеседника, а также создает культуру перевода стрелок и поиска патологий.

Психотерапевты тоже часть проблемы

Так как все больше и больше людей обращаются за терапией с уже готовыми предвзятыми выводами о себе и близких, это привело к интересному и непредвиденному результату: пациенты ждут от психотерапевтов подтверждения своих диагнозов, вместо того чтобы позволить квалифицированному

Психотерапия больше не место для пытливых совместных исследований. Скорее, люди хотят, чтобы врач подписался под их выводами, сделанными заранее. Психотерапевт как эксперт должен лишь подтвердить любительский «диагноз», а не прийти к нему в результате собственных умозаключений. Это ставит врачей в трудное положение: стоит ли им оспорить необоснованные утверждения, рискуя потерять клиента, который разозлится и откажется от сеансов, или лучше согласиться с самодиагностикой пациента, пусть даже неточной? Риск существует в любом случае. Некоторые психотерапевты выбирают второй путь, а затем постепенно и ненавязчиво побуждают пациентов рассмотреть другие объяснения их проблем или пройти психологическое тестирование, чтобы подтвердить (или опровергнуть) диагноз.

Когда клиенты приходят на терапию с готовым диагнозом для своих близких, это ставит специалиста в особенно трудное положение. Если врач не согласен с диагнозом, риск прекращения сеансов возрастает еще больше: пациенту кажется, что терапевт обесценивает (даже «газлайтит») его, принимая сторону другого человека. В глубине души желая, чтобы специалист обвинил партнера во всех проблемах в отношениях, клиент может подумать, что обвиняют именно его.

Дело в том, что для психотерапевта поставить заочный диагноз незнакомому человеку — значит проявить безответственность. (Это также нарушает кодекс врачебной этики.) Тем не менее частое использование языка психотерапии в качестве оружия породило тревожную тенденцию: специалисты все чаще позволяют себе навешивать ярлыки или ставить диагнозы друзьям, партнерам и членам семьи своих пациентов — людям, которых они никогда не обследовали и не лечили.

Работая с супружескими парами, я слышала от многих клиентов, что в индивидуальной терапии специалист помогал поставить диагноз для их партнера. Например, мне довелось консультировать супругов, которые застряли в совершенно бесполезных стереотипах поведения, из-за чего оба чувствовали себя оскорбленными, одинокими и злыми. После многих лет споров и борьбы за звание «того, кто прав» они, по общему признанию, не умели справляться с конфликтами. Общаясь со мной наедине, жена рассказала, что в ходе индивидуальных сеансов они с психотерапевтом диагностировали у ее мужа нарциссизм. Вот почему, как объяснила она, он так защищался всякий раз, когда она обращалась с просьбой или жалобой. Именно психотерапевт жены, лишь выслушав ее мнение, поставил мужу диагноз. Но я обратила внимание на манеру женщины высказывать те самые «жалобы», которые часто сводились к унижению («Ты такой безответственный, потому что мама нянчилась с тобой всю жизнь!»), а также упоминаниям о десятке других вещей, которые муж делал «неправильно». И мне было очевидно, почему супруг занял позицию обороны. Однако личный психотерапевт жены слышал совсем другую версию событий («Я попросила его заказать еще бумажных полотенец, а он сказал, что следить за этим не входит в его обязанности!») и пришел к неверному выводу.

К сожалению, этот психотерапевт не является редким исключением. Я часто слышу подобные истории и могу понять, как все происходило. Вы не поверите, сколько раз в начале карьеры я, заканчивая сеанс с одним из супругов, уходила с консультации с мыслью: «Боже правый, да ее (или его) партнер — настоящий монстр! Как они до сих пор не расстались?!» А потом консультировала того самого партнера и слышала совершенно иную, но не менее разумную точку зрения, из-за чего мне становилось стыдно за предыдущие мысленные упреки. Теперь, после многих лет практики, я знаю многое.

Я знаю: люди приводят весомые доказательства того, что супруги причиняли им боль, но у их партнеров обычно есть собственные раны и столь же обоснованные точки зрения.

Я знаю: из одного взаимодействия можно сделать множество выводов, и то, через какую призму мы смотрим на наших супругов, порой сильно влияет на то, к какому выводу мы придем.

Я знаю: психотерапевт с большей вероятностью укрепит отрицательное отношение клиента к супругу, когда этот клиент пребывает в состоянииперевеса негативных эмоций, по определению эксперта в области семейной терапии Джона Готтмана. Когда человек находится в таком настроении, все, что говорит или делает его партнер, лишь укрепляет негативное отношение, и это отражается в высказываниях клиента.

Хотя теперьяэто знаю, другие психотерапевты могут легко впасть в заблуждение, полагая, что супруг клиента неуравновешен и нуждается в серьезной помощи. Но, возможно, пациенту требуется рассмотреть возможные смягчающие факторы, влияющие на поведение супруга, поискать опровержения уже сделанных выводов, развить в себе эмпатию и умение принимать чужую точку зрения. Пациенту может понадобиться психотерапевт, который переключит внимание с того, чтосупругделает неправильно, на то, что самклиентможет контролировать, чтобы произошли позитивные перемены. Например, жена клиента очень злится, когда на кровать в беспорядке вываливают постиранное белье, но холодная и пренебрежительная реакция самого мужчины явно не улучшает ситуацию.

Специалисты, которые не работают с парами, не имеют возможности увидеть обе стороны истории. Они могут быть настолько сосредоточены на установлении взаимопонимания и оценке своих клиентов, что забывают о важном: необходимо помочь пациенту взглянуть на ситуацию более сбалансированно и снисходительно. Хочу мягко напомнить всем коллегам-психотерапевтам, читающим эту книгу: нужно всегда оставлять место сомнениям, пока не будет доказано обратное (с помощью действительно веских аргументов). Нам следует не предполагать худшее о близких людях наших клиентов, а вместо этого допустить, что у тех может быть столь же обоснованная точка зрения. Важно вовремя заметить абьюз, но нельзя утверждать сразу, что он есть. Тут меня поддержат цифры: по статистике, супруги большинства людей не являются абьюзерами, социопатами или нарциссами, они просто сложные люди, которые иногда поступают плохо. И хотя я не сильна в математике, тот факт, что социопаты составляют от силы шесть процентов населения, подсказывает мне, что к этой цифре нельзя причислить всех бывших партнеров.

Важная часть работы психотерапевта — проведение наблюдений или предоставление объяснений о близких людях их клиентов. Возможно, пациент не осознаёт, что одержимость его матери чистотой свидетельствует о свойственной ей клинической фобии микробов. Всю жизнь он считал себя грязным, нерадивым ребенком, из-за которого дом был практически непригодным для жизни. В этом случае очень полезно помочь клиенту увидеть: его гневные стычки с матерью в детстве, когда она отчитывала его за следы зубной пасты на раковине, были свидетельством ее проблем с психическим здоровьем, а не признаком того, что он «плохой ребенок». Однако менее полезно (и, опять же, неэтично) уверенно заявлять, что у его матери обсессивно-компульсивное расстройство, и тратить время на ее анализ и обвинение.

Это подтверждает основной принцип психотерапии: врачи стремятся помочь клиентам понять, как другие люди повлияли на них, чтобы пациенты разобрались в себе и взяли ответственность за изменение собственной жизни. Суть не в том, чтобы обвинять

Боюсь, рост популярности языка психотерапии как оружия уводит нас от этой модели, заставляя искать виноватых, вместо того чтобы принять ответственность за свою роль в конфликте. Обвиняя во всех бедах другого человека, будь то член семьи, коллега, друг или возлюбленный, мы игнорируем возможность улучшить наши отношения.

Почему профессиональные термины требуют осторожности

Когда диагнозы и термины, обсуждаемые в этой книге, действительно возникают в отношениях, это указывает на значительный разлад между людьми. Но злоупотребление этими терминами сводит к минимуму их значение и болезненный опыт реальных жертв. Вот почему главная цель моей книги — разъяснить истинное значение данных слов, чтобы вы могли точно оценивать опасные ситуации и предпринимать необходимые шаги для собственной защиты. Нам всем следует помнить, что термины существуют не просто так, а для объяснения действительно ненормальных поступков, которые приносят страдания и вызывают разлад в отношениях.

Да, некоторые людидействительнострадают от отношений с абьюзивными супругами, нарциссическими друзьями или родителями, имеющими реальные личностные расстройства, то есть с людьми эмоционально неустойчивыми, чрезмерно требовательными и в целом трудными в общении. Такое поведение соответствует критериям для постановки диагноза, и таким людям действительно нужно задуматься о себе и измениться, потому что они причиняют боль окружающим. Если вы знакомы с тем, кто состоял в близких отношениях с настоящим нарциссом, или сами через такое прошли, то знаете: ущерб от этого гораздо серьезнее, чем думают люди. Это не раздражающий спор с родителями о том, приедете ли вы домой на каникулы, и не их склонность отдавать предпочтение вашему брату или сестре. Это всепроникающее эмоциональное насилие, которое выводит вас из душевного равновесия, лишает самоуважения и уверенности в себе и контролирует вашу жизнь.

Однако подавляющее большинство супругов и друзей не являются социопатами, нарциссами или абьюзерами. У них просто естьнедостатки. Они ненадежные, требовательные, деспотичные, впечатлительные и так далее, но сами по себе эти черты не являются патологическими. Эти люди просто делают все возможное, чтобы наладить свои отношения.

Дополнительное предостережение

Порой возникает соблазн диагностировать супругов, но еще больший соблазн — поставить диагноз своим бывшим. Иногда это и правда очень полезно и уместно — более четко взглянуть на бывшего партнера через призму диагностики. Если вы были замужем за нарциссом, вы знаете, насколько дезориентируют и разрушают такие отношения, и возможность дать определение его поведению (а также читать книги и находить поддержку у других) может стать важной частью вашего исцеления. Хороший психотерапевт поможет определить, проявляет ли бывший партнер признаки болезни, которые могли бы объяснить грубые или оскорбительные моменты ваших отношений. Однако большинство бывших не соответствуют критериям клинического заболевания. В этом случае, утверждая, что бывший супруг страдал биполярным или пограничным расстройством личности, вы почувствуете себя лучше и подтвердите, что разрыв произошел не по вашей вине. Но это может оказаться неправдой, а значит, помешает провести важный самоанализ того, как ваши отношения испортились.

К лучшему это или к худшему, но в наши дни все, похоже, знакомы с профессиональными психотерапевтическими понятиями и либо сами ставят диагноз, либо несправедливо получают его от кого-то из близких (иногда и то и другое). Знакомясь с некоторыми терминами в последующих главах, вы можете осознать, что в тот или иной момент использовали их неправильно. Если это произойдет, я призываю вас проявить любопытство и самоанализ, но не ругать себя. Мы все стали жертвами этой моды, и ничего страшного, если и вы в прошлом использовали язык психотерапии как оружие. Вы не одиноки. Я рядом, чтобы помочь. К счастью, прочитав эту книгу, вы разберетесь, когда и как применять мощные и деликатные термины. В ситуациях, когда они неприменимы, вы сможете использовать полезные инструменты для разрешения конфликтов и решения текущих проблем, не позволяя грубому использованию профессиональных определений разрушить потенциально прекрасные отношения.

Люди удивительно несовершенны, поэтому эмоциональная боль неизбежна даже в самых лучших отношениях. Самоанализ и саморазвитие — это все, что мы можем сделать. Совершенствование — непрерывный процесс на протяжении всей нашей жизни. Поэтому будьте добрее к себе, когда я стану знакомить вас с этими терминами, часто неправильно понятыми и используемыми не по назначению. Это поможет вам лучше изучить себя и близких.

Клинический диагноз — полезный способ не только описать человеческий опыт, но и провести границу (пусть и несколько условную) между нормальным и ненормальным. Умея выявить аномалию, мы можем использовать знания для ее устранения и уменьшения страданий пациента. До того, как психические заболевания были изучены, людям с неадекватными мыслями, чувствами и поведением почти не оказывали сочувствия или поддержки — их просто называли сумасшедшими и скрывали от общества. Давайте рассмотрим краткую историю возникновения классификации психических расстройств, которая позволит нам точнее и строже подходить к использованию соответствующих терминов.

В прежние времена (примерно в XIX веке) размышления о том, как «болезни» разума могут повлиять на поступки человека, были подобны блужданиям вслепую в темной комнате. Врачи, которые только начинали распознавать психические расстройства, выдвигали довольно нелепые гипотезы и планы лечения. И пускай их идеи не всегда были реализованы должным образом, эти исследователи-новаторы сосредоточились на оказании помощи людям, страдающим от проблем с психическим здоровьем.

Большинство из нас сегодня знают как минимум имя Зигмунда Фрейда. Этот австрийский невролог стал первопроходцем в исследовании психического здоровья, чем заслужил звание отца психоанализа. Фрейд заложил основы современных представлений, согласно которым психическое здоровье не только признаётся, но и ценится обществом. Тем не менее и он порой выдвигалбезумныеидеи. Например, предположил, что женщины настолько уязвлены своим статусом «слабого пола», что в результате демонстрируют различные психологические симптомы. Не имея большой конкуренции в своей области, теории Фрейда оказали значительное влияние на общество. Слава богу, со временем все больше ученых исследовали психическое здоровье человека и находили научно обоснованные объяснения психологических проблем. В противном случае мы бы по-прежнему списывали послеродовые расстройства на «зависть к пенису» и прибегали бы к сомнительным методам того времени, чтобы облегчить страдания. (Фрейд увлекался одним таким средством, и какое-то время горячо рекомендовал. Чего только не бывало в медицине!)

Величайшим прорывом Зигмунда Фрейда стало убеждение, что неадекватные мысли, чувства и поведение имеют рациональное объяснение. Вслед за ним врачи и ученые потратили десятилетия на выявление, классификацию и определение психических расстройств и в результате

Следует признать, что провести наблюдения и опросить пациентов о симптомах, а затем на их основе составить диагнозы — непростая задача. Да и критерии, перечисленные в DSM, были недостаточно ясно изложены, чтобы всегда приводить к одному и тому же выводу: два разных врача могли поставить два разных диагноза при обследовании одного и того же пациента. В последующих изданиях руководства предпринимались попытки исправить эту ситуацию, однако это непрерывный процесс. В настоящее время мы работаем с DSM-5-TR (пятое издание, текстовая редакция — если вам интересно, что это значит), выпущенным в 2022 году. Оно остается непреложным стандартом для психиатров при оценке и лечении пациентов.

Возможно, вы спросите, кто теперь составляет DSM? Ответ — рабочая группа, комитет экспертов различного профиля (клиницистов, психиатров и исследователей), созданный Американской психиатрической ассоциацией. В работе также участвуют консультанты и организации, и рабочая группа принимает отзывы общественности, но в основном именно эти ключевые члены отвечают за анализ современных исследований и соответствующую корректировку диагнозов. Я бы ни за какие деньги не согласилась стать частью этой рабочей группы — работа, похоже, кошмарная. (Впрочем, мне бы и не заплатили, там трудятся на добровольных началах.)

DSM несовершенно — как и мы

DSM выполняет невероятно важную для специалистов роль — дает объяснения болезненным или сложным психологическим переживаниям, что помогает наметить дальнейший план лечения, однако этот справочник далек от совершенства. И хотя рабочая группа старается, чтобы перечисленные в DSM расстройства соответствовали самым последним и научно обоснованным выводам, руководство всегда можно улучшить: как только выходит пересмотренное издание, и врачи, и пациенты начинают с нетерпением ждать нового, в котором объясняются их уникальные случаи.

Даже в самом руководстве признаётся, что его не следует считать единственной основой для планирования лечения. Тем не менее врачи используют его, во-первых, потому, что оно предлагает общий язык для понимания жалоб пациентов (это особенно полезно при консультациях с коллегами). Во-вторых, страховые компании требуют постановки диагноза, что, пожалуй, более важно. Если бы не эти моменты, возможно, мы бы не так сильно полагались на DSM. Поэтому, хотя оно необходимо и очень полезно, давайте также признаем некоторые его недостатки.

Как уже упоминалось, DSM не обладает высокой степенью взаимной согласованности — по сути, два врача, работая с одним и тем же пациентом, могут поставить два разных диагноза и, следовательно, предложить разные рекомендации по лечению. Это явная проблема. В то же время подобные ситуации в какой-то степени неизбежны, учитывая совпадение симптомов у многих расстройств.

DSM также не обладает достаточной достоверностью, а это означает, что диагнозы, к которым мы можем прийти, не всегда точны. Хотя у нас есть научно обоснованные способы определения расстройств, они основаны на стандартных отклонениях (колоколообразная кривая, которую вы можете помнить по школьным урокам построения диаграмм и графиков), из-за чего оказываются гораздо менее точными, чем, скажем, способ определения диабета, где есть конкретные показатели нормы. Мы точно знаем: если по результатам двух отдельных проб уровень сахара в крови натощак составляет 7 ммоль/л или выше, значит, у пациента диабет. Но насколько сильный и стойкий страх быть покинутым приводит к пограничному расстройству личности? Психические расстройства могут различаться по степени тяжести, и внимательное и тонкое понимание этого очень важно для постановки диагноза.

Однако DSM основано на медицинской модели, в которой симптомы или даже переживания классифицируются по отдельным категориям. Критики утверждают, что человеческое поведение и эмоции не вписываются в четко очерченные группы — нет естественных однозначных границ между психологическими расстройствами, которые, как правило, существуют в широком спектре. Классификация психологической проблемы с помощью единого термина полезна для определения направления лечения и получения страховой выплаты, но не позволяет нам определить, что вызвало проблему, какое лечение поможет и каков прогноз выздоровления.

Например, чтобы диагностировать тяжелое депрессивное расстройство, нужно выявить пять и более из девяти возможных признаков, среди которых бессонница, быстрая утомляемость и потеря аппетита. Эти критерии существуют в широком спектре и различаются по степени тяжести. Человек, который соответствует минимуму критериев и имеет легкие симптомы (звездочка на графике), будет выглядеть невероятно функциональным по сравнению с тем, кто соответствует всем девяти критериям и имеет серьезные симптомы (квадратик), но у обоих тяжелая депрессия. Видите, почему эти категории не являются универсальными и исчерпывающими определениями?

Не хотелось бы подливать масла в огонь, но странно, как два человека с одним и тем же расстройством могут иметь совершенно разные проявления этого заболевания. Поскольку в DSM-5-TR указаны девять признаков для определения тяжелого депрессивного расстройства, у двух людей может быть диагностировано одно и то же расстройство при практически не совпадающих симптомах. Один может целыми днями валяться в постели, не находить радости в жизни, терять вес из-за отсутствия аппетита и ненавидеть себя, в то время как другой чувствует себя взвинченным и раздражительным, испытывает трудности с концентрацией внимания, страдает от бессонницы и набирает вес из-за переедания. У обоих наблюдается подавленное настроение, но в целом их симптомы заметно отличаются друг от друга. Это важно запомнить: симптомы одного расстройства могут проявляться в весьма широком спектре. Человек с нарциссическим расстройством личности, который соответствует всем критериям и проявляет серьезные симптомы, будет вести себя совсем не так, как тот, кто соответствует минимуму критериев и имеет легкие проявления.

Наконец, и это самое важное для целей данной книги, DSM уже давно патологизирует нормальное поведение. Например, в действующем издании руководства упоминается диагноз «длительное расстройство горя» для людей, испытывающих заметные симптомы горя через год после потери. Для постановки такого диагноза пациенту необходимо проявлять только три из восьми признаков, среди которых, в частности, тоска по умершему, ощущение потери части себя, душевная боль или оцепенение, чувство одиночества. Но разве странно, что люди испытывают подобное, потеряв близкого? Такой диагноз позволяет скорбящим получить страховую выплату на лечение, но не означает, что у человека есть проблема или патология.

Это еще раз показывает, насколько важно четко понимать: цель DSM — помочь врачам изучить пациентов и составить план лечения. Даже если пациенты испытывают облегчение, относя себя к определенной категории или подбирая подходящий диагноз, этот ярлык не предназначен для объяснения всего, через что они проходят. Хотя диагнозы используются для понимания и

Как DSM привело к использованию языка психотерапии в качестве оружия

Не будем показывать пальцем, но я отчасти виню DSM в нынешнем использовании языка психотерапии в качестве оружия. Руководство, предназначенное для специалистов, которым необходимо выявлять и лечить психические расстройства, также стало опорой для диванных экспертов, выискивающих патологии в поведении окружающих. Вот почему многие психотерапевты, даже используя DSM, не согласны с его отношением к психическому здоровью. Они считают, что такой сугубо медицинский подход побуждает людей считать себя более нездоровыми, чем они есть на самом деле, а медицинских работников — предоставлять лечение, в котором порой нет необходимости. Мы и так с трудом проводим грань между сложными, но нормальными эмоциями и неадекватными эмоциональными переживаниями, которые требуют лечения, а структура DSM позволяет легко перепутать эти два понятия.

Так произошло и со мной. Во время учебы в аспирантуре у меня появилось сильное беспокойство. Чувство тревоги, ускоряющее сердцебиение, мешающее спать по ночам, наполненное размышлениями о том, чего нельзя изменить. Его спровоцировали недавний разрыв с моим тогдашним бойфрендом Ноем, сложности учебы в аспирантуре и некоторые трудности в отношениях с семьей. В то время я посещала прекрасного психотерапевта, которая поддерживала меня и побуждала развиваться, — мой первый (из многих) замечательный психотерапевтический опыт. Во время одного из первых сеансов я сказала, что, похоже, нуждаюсь в лекарствах. Психотерапевт выслушала, кивнула и ответила, что попробовать можно, но моя тревога возникла не просто так, и, учитывая все стрессовые факторы, я вполне смогу справиться с ней сама.

Она была абсолютно права. Добилась бы я облегчения, принимая лекарства? Возможно. Но мою тревогу вызвали сложные обстоятельства в жизни. Это не было хроническим расстройством, подлежащим медикаментозному лечению. Я прошла всего несколько сеансов, однако по ходу чтения DSM обнаружила у себя признаки расстройства, которое можно лечить с помощью успокаивающих препаратов, поэтому решилась обратиться за консультацией к врачу. К счастью, мой психотерапевт не стала искать патологии там, где их не было. Она с пониманием и деликатностью помогла мне осознать, что я испытываю пусть сложные, но нормальные чувства.

Я вспомнила этот случай не для того, чтобы побудить людей всегда бороться с проблемами самостоятельно и избегать лекарств. Я считаю, что порой лекарства абсолютно необходимы и очень полезны для большинства пациентов. Но после постановки диагноза многие слишком сильно верят в силу медикаментов. Они находят у себя новые признаки и симптомы, соответствующие определенному расстройству, хотя на самом деле их переживания не являются отклонением от нормы или даже проблемой. Типичный пример, который я вижу, — люди думают, что у них СДВГ, потому что они затягивают работу и заканчивают проекты прямо перед дедлайнами, хотя теоретически могли бы сделать все раньше. Само по себе это не является СДВГ. На самом деле это даже не проблема, если только не вызывает серьезных трудностей, — например, из-за этого вы не можете нормально работать, ваши отношения разваливаются или вы не способны соблюдать правила гигиены и регулярный режим питания и сна.

Ваши вредные привычки не всегда являются симптомами расстройства, даже если они описаны в книге. То же самое можно сказать и о неприятных эмоциях.

У каждого из нас обязательно есть знакомый (или, возможно, мы сами такие), который обращается к «Доктору Гуглу» каждый раз, когда у него появляется таинственная сыпь или необъяснимая боль в животе. В поисках объяснений своим загадочным симптомам эти люди лезут в кроличью нору интернета, диагностируя у себя редкие заболевания и хронические состояния, которые встречаются один раз на миллион, только для того, чтобы обнаружить, что их проблему с легкостью решает безрецептурный крем или несколько дней отдыха.

Человеческое тело и разум уязвимы для всевозможных мимолетных болей, физических и психологических. Если сосредоточиться на проблеме, можно найти различные доказательства того, что мы больны. У настоящих врачей даже есть название для этого —«синдром третьего курса».(Кстати, это состояние действительно широко распространено среди студентов-медиков.)

Интересно, что, когда речь заходит о психологических проблемах, мы склонны обращать внимание на других, а не на самих себя. Ваш парень не мог нормально спать несколько ночей подряд и теперь ведет себя крайне раздражительно? Да, это депрессия, ведь ее признаки — нарушение сна и раздражительность. Или это биполярное расстройство: возможно, бессонница и перепады настроения — ранние признаки гипомании или мании. Или у него СДВГ, вот почему он продолжает засиживаться допоздна, хотя знает, что пора спать. Или тревожность… Определенно тревожность! Парню не спалось, потому что его беспокойный разум не мог отключиться, и он был очень взвинчен. Но подождите, это ведь гипомания, не так ли?

Видите, как легко превратить в патологию самые обычные переживания? Однако одна ночь плохого сна еще не означает расстройства, точно так же как один случай бесчувственного поведения не позволяет квалифицировать человека как социопата. Вот почему нужно собрать много данных и получить анализ независимого специалиста, прежде чем делать какие-либо диагностические заявления.

Несколько слов о расстройствах личности

В DSM-5-TR насчитывается почти триста расстройств: тревожные, депрессивные, отклонения в развитии, нарушения сна и бодрствования и, конечно же, расстройства личности. Последняя категория (как и DSM в целом) несколько противоречива и часто неправильно понимается, поэтому давайте вкратце разберемся, что она означает.

Мы определяем у пациента расстройство личности, когда его чувства или поведение противоречат социальным нормам и вызывают проблемы с функционированием (ухудшается его способность работать, поддерживать отношения или заботиться о себе). Людям с расстройствами личности трудно правильно оценивать и понимать себя и других. Им сложно адаптироваться к окружению и новым требованиям, и они полагаются на нездоровые стратегии преодоления, когда ментальная негибкость доставляет им неприятности. Люди с подобными расстройствами не знают, как правильно распознать свои сильные чувства и управлять ими. Они демонстрируют неадаптивные модели поведения, особенно в отношениях с другими людьми, как правило, отношениях эмоционально напряженных, нестабильных, конфликтных и даже абьюзивных. В результате им трудно поддерживать здоровые, устойчивые связи с близкими. Контакт с малознакомыми людьми им удается лучше.

В этой книге вы прочтете о трех расстройствах: нарциссическом, антисоциальным (которое часто называют социопатией) и пограничном. Вам будет интересно узнать, что все эти конкретные расстройства сгруппированы в один кластер расстройств личности (драматический, эмоциональный и непредсказуемый). Существует также кластертревожности и страха(сюда включают зависимые, избегающие и обсессивно-компульсивные расстройства личности) и кластер, связанный сподозрительностью и эксцентричностью(параноидальные, шизоидные и шизотипические расстройства личности).

Вот в чем сложность: как и все прочие, расстройства личности представлены

Соблазн (и опасность) использовать информацию о расстройствах личности для понимания окружающих заключается в том, что так мы маркируемихкак главную проблему в наших межличностных конфликтах и заявляем, что они не знают, как правильно строить отношения. Опять же, это вернодля некоторых людей. Настоящие нарциссы действительно не умеют поддерживать здоровые отношения и сами создают проблемы в общении. Люди с пограничным расстройством личности действительно не знают, как избавиться от страха отвержения, который вызывает эмоциональную нестабильность в их жизни. Социопатам действительно не хватает эмпатии или приверженности неявно принятым правилам общества, чтобы поддерживать здоровые отношения с окружающими. Но большинство людей, даже если с виду соответствуют некоторым критериям, просто не подходят под этот диагноз.

Отложите DSM и медленно отойдите

DSM никогда не задумывалось как книга по самопомощи. Пора отказаться от стремления внедрять профессиональные термины в повседневную жизнь. Мы вновь начинаем полагаться на диагностику как на обязательную предпосылку к пониманию и изменениям. Мы подчеркиваем важность «присвоения имен» вещам — это необходимая часть роста. Но дело в том, что нам не нужно навешивать ярлыки на кого-то, чтобы понять его или улучшить наши отношения. Мы лучше разберемся в человеке, исследуя причины его поступков сквозь призму его личности, вместо того чтобы искать доказательства его психологических проблем. Короче говоря, мы можем снизить приоритетность ярлыка и больше сосредоточиться на личности. Так уж получилось, что именно этому в основном и обучают психотерапевтов.

Глава 3. Разница между абьюзом и плохим поведением

Отношения радуют и приносят удовлетворение. Они также могут быть сложными и мучительными. Они придают смысл жизни и объединяют нас, но в то же время могут стать источником самой сильной боли и одиночества. Особенно часто так происходит в романтических отношениях, и, возможно, именно поэтому я предпочитаю работать именно с ними. Они представляют собой головоломки, которые после решения приносят людям огромное счастье и смысл жизни. Но эти головоломки порой сложно решить, потому что даже в самых лучших отношениях бывают очень трудные времена, периоды сильной разобщенности и длительной обиды, вплоть до ощущения неизбежности развода. Тот факт, что все это нормально, мешает провести границу между типичными проблемами в отношениях и ненормальными ситуациями, которые квалифицируются как абьюз.

Я сочувствую людям, пытающимся выяснить, есть ли в их отношениях абьюз. В юности я, конечно, думала, что попадала в абьюзивные ситуации. Позже, поразмыслив, я поняла, что они были сложными и полными боли, но не связанными сабьюзом. Молодые и неопытные, мы просто пытались прислушиваться к себе и в то же время хорошо относиться друг к другу. Но абсолютно необходимо отличать абьюзивные отношения от в целом здоровых, в которых люди иногда поступают плохо.

Абьюз может разрушить веру человека в себя, его самооценку, самоуважение и даже рассудок. Абьюзер способен нанести невообразимый ущерб самоощущению другого человека и его способности доверять другим. Подобное происходило на моих глазах, и я видела последствия абьюзивных отношений, когда жертва начинает восстанавливать себя и свою жизнь. Это одна из самых болезненных работ, которую я проводила с пациентами, потому что абьюз практически разрушает их изнутри. Он лишает их индивидуальности и ощущения реальности, отдаляет от близких и запускает реакцию «бей или беги», вызывая сильную тревогу по любому поводу. Так что не трудно понять, почему мне печально слышать, когда кто-то небрежно и необоснованно использует слово«абьюз»или любые связанные с ним термины, такие как«газлайтинг»и«удушение любовью». Это уменьшает значение проблемы и весь ее ужас. По всем перечисленным причинам абьюзивные отношения должны оставаться отдельной категорией.

Также важно понимать, что один плохой поступок нельзя назвать абьюзом. Абьюз — это серия подобных плохих поступков, повторяющихся на протяжении отношений, наряду с другими жестокими действиями (подробнее об этом позже). Но из-за повышенной бдительности в выявлении абьюза мы используем это определение при первых признаках плохого поведения. И знаете, меня это не удивляет. Вероятность попасть в ловушку абьюзивных отношений ужасает. Мы все знаем, какими болезненными и разрушительными они бывают, и никто не хочет пострадать от абьюзивного партнера. Однако, пытаясь уберечься от абьюза, мы иногда видим его там, где ничего подобного не происходит.

Интересно, что лишь в редких случаях мои клиенты правильно диагностировали у своего партнера склонность к насилию, и обычно это происходило только после расставания. Чаще всего именно я говорю пациенту, что его вторая половинка проявляет абьюзивное поведение. Все дело в том, что людям, состоящим в таких отношениях, трудно трезво оценивать ситуацию. Именно так работает абьюз: это коварный, сводящий с ума, вызывающий неуверенность в себе процесс, постепенно лишающий человека ощущения реальности и способности доверять себе. Абьюзеры убеждают своих партнеров, что проблемав них. Вот почему эти партнеры редко приходят ко мне с осознанием того, насколько плохи их отношения, и, что еще хуже, обычно считают себя во всем виноватыми.

Более пристальный взгляд на то, что такое абьюз, а что им не является, поможет нам понять, как правильно использовать относящиеся к нему термины.

Определение абьюзивных отношений[2]

В отношениях абьюзеры пытаются получить власть и контроль.

Абьюзивные партнеры неуверенны и ранимы, и им нужно обладать властью и контролем, чтобы не сомневаться в себе и в отношениях. Любое видимое пренебрежение или обида вызывают у них бурную реакцию, и вместо того, чтобы пытаться реагировать иначе (что было бы правильно), они стараются удержать своего партнера от нежелательных поступков. Все тактики абьюза, о которых я расскажу, — это разные способы одержать верх в отношениях, позволяющие абьюзеру контролировать ход событий и управлять жизнью партнера.

Абьюз часто развивается медленно, но иногда возникает, казалось бы, из ниоткуда. Это одна из сложностей в понимании и определении абьюза — в разных отношениях он может проявляться по-разному. У многих партнеров случаются небольшие моменты абьюза, которые со временем усугубляются, пока в один прекрасный

Ключевой компонент абьюзивных отношений — изоляция.

Абьюзеры постепенно отрезают своих партнеров от общества, лишая источников поддержки, чтобы избежать противостояния. Так жертв отделяют от семьи и друзей, которые могли бы вразумить их, опровергая мнение абьюзера, что партнер сам во всем виноват. Абьюзивные партнеры могут добиться этого многими способами, например, заявляя, что друзья или семья супруга плохо на него влияют и не желают ему счастья. Фактор изоляции важен, ведь так жертву гораздо легче контролировать и у нее гораздо меньше шансов рассказать о происходящем и обратиться за помощью. Это также объясняет, почему абьюз пугает нас: он скрыт за дверями, спрятан от оценивающих взглядов, которые могли бы вывести его на чистую воду.

Здоровое поведение в отношениях может сделать людей уязвимыми для абьюза.

Большинству из нас известен здоровый подход к разрешению конфликтов в отношениях — проявлять сочувствие и учитывать точку зрения партнера, извиняться за свои ошибки и стремиться измениться. Однако эти навыки могут сделать людей легкой добычей в абьюзивных отношениях. Абьюзеры хитростью заставляют своих партнеров принять искаженную точку зрения, взять всю вину на себя и признать, что именно им необходимо измениться. Традиционная основа отношений — доверие и доброжелательность — опасна в случае абьюза. Те самые качества, которые делают человека отличным партнером, могут привести его под контроль абьюзера.

Из хороших отношений легко выйти, а из абьюзивных — очень трудно.

Кажется нелогичным, но это правда. В хороших отношениях вы свободно обсуждаете проблемы и расстаетесь, если что-то вас не устраивает. Когда самооценка не подорвана, вы чувствуете базовую уверенность в том, что выживете без этого партнера и найдете кого-то нового. Хорошие отношения могут быть разорваны даже по обоюдному согласию или по-дружески, чего никогда не бывает в отношениях абьюзивных. Там люди боятся выражать недовольство, не говоря уже о расставании, опасаясь за свою эмоциональную или физическую безопасность. К тому же основы их жизни постепенно разрушаются, так что у них нет социальной поддержки, денежных средств или чувства собственного достоинства, чтобы уйти. Они думают, что больше никто и никогда их не полюбит. Мы воображаем, что с легкостью уйдем, как только почувствуем абьюз, но на самом деле гораздо проще разорвать здоровые отношения.

Цикл абьюза

В конце 1970-х годов американский психолог Ленор Уокер выявила довольно устойчивый цикл в отношениях, где применяют физическое насилие. Этот цикл состоит из четырех фаз: нарастание напряженности, взрыв, примирение и спокойствие. Цикл начинается, когда напряжение нарастает и абьюзивный партнер становится все более резким и раздражительным. Жертва словно бы совершает ошибку за ошибкой и всеми силами старается угодить, надеясь избежать взрыва. Но он неизбежен — в итоге жертва все равно чем-то выведет из себя абьюзера. Тогда мучитель переходит к насильственным действиям, пытаясь контролировать жертву. После такого взрыва агрессор может испытывать стыд или страх, что жертва уйдет, и поэтому начинает извиняться и пытается примириться. Абьюзер всячески заглаживает свою вину, становится добрым, щедрым и корит себя за несдержанность. Он убеждает жертву, что сожалеет обо всем и больше не будет так поступать. После этого наступает гармония, и отношения кажутся позитивными и стабильными. Это единственный приятный период, но он длится недолго: напряжение неизбежно начинает нарастать снова, и цикл повторяется.

Эмоциональное насилие может проявляться несколько иначе, чем физическое, с менее выраженными фазами, но его не менее важно выявить, поскольку оно почти всегда предшествует физическому насилию и порой оказывает разрушительное психологическое воздействие на жертву. На самом деле, многие пострадавшие сообщают, что эмоциональное насилие повлияло на них более пагубно, чем физическое. Эмоциональный абьюз включает в себя тонкие тактики манипулирования, такие как газлайтинг и удушение любовью, заставляющие жертву усомниться в собственном здравомыслии и в итоге поверить абьюзеру.

Как показано на следующем рисунке, существует много видов насилия, включая физическое, эмоциональное, финансовое и сексуальное. Некоторые поступки безусловно абьюзивны, но чаще для точного определения ситуации требуется более внимательно изучить отношения в паре. Об абьюзе можно говорить бесконечно, и, если вам не терпится глубже погрузиться в эту тему, ознакомьтесь с разделом «Источники» в конце этой книги.

Когда мы используем язык психотерапии как оружие, называя чье-то поведение абьюзивным, обычно это происходит в контексте эмоционального насилия (как мы ошибочно полагаем). В конце концов, физическое насилие видно сразу, и все мы знаем, что это недопустимо, независимо от обстоятельств или оправдания. Но если партнер пытается убедить нас, что мы слишком остро реагируем и нам просто показалось? Это гораздо труднее выявить. И, все больше узнавая об эмоциональном насилии, мы становимся более бдительными в попытках заметить такие моменты. Никому не хочется проснуться через какое-то время и осознать, что партнер эмоционально подавлял нас, манипулировал и контролировал.

Абьюз бывает явным или скрытым, а еще во время ссор люди неосознанно прибегают к некоторым действиям, подпадающим под это понятие. Вот почему трудно правильно применять такие термины, как «газлайтинг».

Прежде чем мы продолжим, я хочу сказать вам кое-что важное. Вам не нужно точно знать, что вы общаетесь с абьюзером, или конкретно определять степень абьюза, чтобы положить этим отношениям конец. Если вы страдаете и больше не хотите иметь дело с партнером, это достаточно веская причина, чтобы уйти. Я приведу доводы в пользу того, что даже хорошие отношения полны испытаний и требуют напряженной работы, но вы всегда вольны выбирать, желаете ли взять на себя такой труд. Абьюзер ли ваш партнер или нет, не имеет значения. Если хочется расстаться, следует так и поступить.

ФИЗИЧЕСКОЕ НАСИЛИЕ

•Удары предметами.

•Удары кулаками или пощечины.

•Связывание.

•Удержание против воли в помещении.

•Удушение.

•Неосторожное вождение с пассажиром в машине.

•Высмеивание и передразнивание.

•Необоснованная ревность и подозрительность.

•Унижение, особенно на публике.

•Обидные прозвища и оскорбления.

•Запугивание или угрозы.

•Газлайтинг.

ФИНАНСОВОЕ НАСИЛИЕ

•Ограничение расходов.

•Контроль за кредитными картами.

•Отказ в доступе к банковским счетам.

•Увеличение общего долга.

•Отказ в финансовой поддержке.

СЕКСУАЛЬНОЕ НАСИЛИЕ

•Принуждение к сексу.

•Нежелательные прикосновения.

•Секс под угрозой расправы.

•Секс с партнером, который не в состоянии контролировать свои действия или без сознания.

Как распознать?

Так как же нам отличить абьюзеров от тех, кто поступает плохо, но может исправиться? В этом нам помогут два признака: абьюзеры не берут на себя ответственность и они не меняются.

1. Абьюзеры не берут на себя ответственность

Абьюзеры обычно считают, что во всем виноват их партнер. Они обвиняют супруга в том, что он заставляет его испытывать ужасные чувства (например, ревность, гнев, неуверенность в себе) и вынуждает идти на крайние меры (изолировать вторую половину от общества, швыряться в гневе вещами). Абьюзер искренне верит: если бы партнер просто делал то, что он хочет, и перестал бы его расстраивать, отношения складывались бы прекрасно. И именно такой образ мыслей постепенно проникает в мозг супруга. Жертва начинает думать:«Все ссоры происходят из-за меня, я постоянно делаю что-то неправильно. Если я смогу стать лучше, эти проблемы исчезнут». Человек старается действовать осторожно, контролировать себя и уступать во всем в надежде, что сделает абьюзера счастливым.

Вот почему пострадавшие от абьюза редко осознают, что с ними происходит в данный момент. Они теряют связь с реальностью, перенимают искаженную точку зрения абьюзера и приходят к убеждению, что сами во всем виноваты. Абьюзеры умеют заставить своего партнера почувствовать вину за проблемы в отношениях — эта тактика ведется в несколько шагов: отрицай, нападай, меняй местами жертву и обидчика. Абьюзер отрицает свои проступки, критикует высказывания и характер партнера и превращает себя в жертву, изображая супруга истинным преступником. С помощью этой стратегии абьюзеры также превращают язык психотерапии в оружие. Они утверждают, что партнер нарушил их личные границы, когда задержался с друзьями дольше, чем ожидалось. Они обвиняют вторую половину в газлайтинге просто потому, что та с ними не согласна. Абьюзер неправильно использует профессиональные термины, чтобы контролировать поведение жертвы и ее восприятие реальности. (Это главная причина, по которой язык психотерапии в качестве оружия доставляет столько проблем.)

Абьюзер никогда не принимает ответственность за свои действия, если только не душит жертву любовью, но даже в таком случае его признания недолговечны и неискренни. Абьюзеры во всем себя оправдывают, утверждая, что партнеры «заставили их это сделать». Но запомните простую вещь:проступки одного человека не оправдывают плохое поведение другого.Меня не волнует,действительноли лгала жертва, обзывала ли она абьюзера, изменяла ли ему — да что угодно. Это не дает абьюзеру права делать в отместку все, что вздумается. Никому не позволено мстить в ответ на обиду, но именно так считают абьюзеры. Они реагируют на якобы неприемлемое поведение партнера (которое обычно является совершенно нормальным) тем, что ведут себя еще хуже, все время повторяя, что их довели до злости и жестоких поступков.

2. Абьюзеры не меняются

Абьюзеры находят оправдания своим эмоциям и действиям, обвиняя во всем партнера. Как вы можете себе представить, из-за этого с ними очень трудно работать в психотерапии. Я довольно быстро распознаю таких клиентов, потому что они отказываются брать на себя какую-либо ответственность или размышлять о своей роли в проблеме. Да, большинство людей ищут себе оправдание, но они также способны признать, что их эмоции и поступки могли повлиять на другого человека. Абьюзеры убеждены, что им не за что извиняться, и мои мягкие уговоры взглянуть на ситуацию по-другому не срабатывают.

Некоторые абьюзеры осторожно признают вину в чем-то незначительном или делают вид, что проявляют сочувствие, но говорят неискренне, и это легко заметить. Вы почувствуете манипуляцию. Но абьюзеры говорят только правильные вещи и делают вид, что участвуют в терапии, чтобы припомнить это при первом же случае, когда их упрекнут в нежелании меняться. («Что?! Я же ходил на семейную терапию, разве нет? Тебе ничем не угодить!») Иногда посещение сеансов психотерапии и пустые разговоры — это просто еще одна возможность держать партнера под контролем.

Несколько раз я видела, как у абьюзеров наступали краткие моменты просветления, когда они, казалось, признавали, насколько разрушают свои отношения. Но эти моменты длились недолго. Минуту спустя, или через час, или через неделю они возвращались к позиции жертвы и оправдывали свои действия, обвиняя во всем партнеров. Понимание не закрепляется, потому что у абьюзеров нет способности, желания или эмоциональной терпимости для признания неприемлемости своих действий. Иногда они обещают начать индивидуальную психотерапию и измениться, но никогда этого не делают. Опять же, это всего лишь пустые слова, чтобы удержать партнера от ухода.

Хорошие люди иногда поступают плохо

Выявить абьюз становится еще сложнее, если учесть, что даже хорошие люди могут вести себя очень плохо. Это реальность, которой я постоянно учу людей, особенно тех, кто необоснованно привязался к клиническому ярлыку. Хорошие партнеры, обладающие чуткостью и совестью, иногда могут вести себя очень плохо. Порой они даже совершают действия, подпадающие под определение абьюза, но это не значит, что такие люди — абьюзеры до мозга костей. Их отличие в том, что они не пытаются получить власть и контроль, могут испытывать искренние угрызения совести, хотят работать над собой, а затемдействительноменяются.

Абьюзеры не могут (и не хотят) этого делать. Им не хватает проницательности и осознанности, любые их угрызения совести поверхностны и недолговечны, и, заявляя лишь на словах о желании измениться, они редко предпринимают какие-либо шаги для этого. Абьюзеры могут согласиться на психотерапию, чтобы успокоить своего партнера, но не будут участвовать в сеансах осмысленно или продуктивно. И наоборот, людям, поступающим плохо, но не абьюзерам, отлично помогает психотерапия. Они могут не до конца осознавать свои ошибки, но, узнав об этом от специалиста, испытывают сожаление и стараются улучшить ситуацию.

Как только партнеры такого типа почувствуют, что во время терапии

Обычно уравновешенные люди плохо себя ведут во время ссор, когда подавлены, паникуют и находятся в отчаянии. Я видела, как люди, например, отмахиваются от супругов или лгут им, не из желания получить власть и контроль в отношениях, а в попытке защититься и завершить конфликт. Важно понимать это различие при оценке поведения человека, потому что те, кто действует от отчаяния, стремясь установить контакт, а не контролировать, способны к прозрению и внутренним переменам. Но если использовать язык психотерапии как оружие, это остановит диалог и скорее заставит партнера защищаться от несправедливых обвинений, чем обдумывать и улучшать свое поведение. Человек явно не рискнет показать свою уязвимость и признать вину, если считает, что это укрепит диагностические подозрения его партнера.

Например, в возрасте примерно двадцати пяти лет я недолго встречалась с очень ревнивым парнем. Как и всем девушкам, мне хотелось дать любимому человеку особое прозвище, в честь этой священной традиции моей юности назовем его Пеппер. Пока мы просто флиртовали, Пеппер не вызывал подозрений, но стоило нам объявить себя парой, как он начал безумно ревновать. Он злился, если видел, что я разговариваю с другим парнем, и отправлял мне встревоженные, а иногда и обвиняющие сообщения. Это меня очень расстраивало. Тем не менее с ним я чувствовала себя в полной безопасности — в других ситуациях абьюза не было. Я понимала, что Пеппер глубоко неуверен в себе и на самом деле не пытается контролировать меня, а просто панически боится, что я уйду от него, потому что сомневается в моей любви. Но вместо того, чтобы высказать это вслух напрямую, он злился всякий раз, когда думал, что нашим отношениям что-то угрожает. Позже мы это обсудили, и он понял, что его ревность была защитой от неуверенности. Пеппер очень хотел исправиться, но я не стала проводить с ним эту работу. Если бы он нравился мне больше, я могла бы остаться и помочь ему. Но я порвала с Пеппером, потому что не испытывала к нему достаточно сильных чувств. Он вел себя плохо, но не был абьюзером.

Почему в целом уравновешенные люди порой поступают так плохо? Ответ довольно прост: конфликт или чувство неуверенности в любимом человеке, к которому вы чувствуете сильную и важную эмоциональную привязанность, невероятно выбивают почву из-под ног. Ссоры могут привести к нестабильности отношений в целом и, следовательно, вызвать болезненные чувства: отчаяние, безысходность или панику. Когда самые важные отношения становятся ненадежными,мычувствуем себя неуверенно.

Как вы, наверное, знаете, подобные чувства трудно переносить и с ними трудно справляться. Они сильны и разрушительны, и мы стараемся избавиться от них любыми способами. Иногда доходит и до неприемлемых действий — например, мы пытаемся криком донести свою точку зрения, отрицаем или преуменьшаем значение жалоб партнера, чтобы показать, что это не такая уж большая проблема, или игнорируем, замолкая в надежде, что вторая половина прекратит обсуждение проблемы и мы сможем вернуться к нормальной жизни. Большинство из нас делает это не для того, чтобы одержать верх, получить власть и контроль. Мы лишь хотим прекратить ссоры и восстановить гармонию.

Ясное дело, такая тактика не работает. Нездоровое поведение обычно усугубляет разногласия, а не разрешает их. Но когда мы в панике, включается и начинает действовать первобытная часть мозга, заставляя нас полагаться на бесполезные стратегии, которые мы переняли у родителей или эффективно использовали в другие моменты жизни. И мы используем эти стратегии, потому что не знаем других путей. Если нас не слышат, почему бы не сказать об этом громче и не подчеркнуть серьезность проблемы? Если мы боимся, что партнер обидится и уйдет, почему бы не назвать его реакцию слишком острой, чтобы он успокоился и остался с нами? Если гнев второй половины кажется невыносимо сильным и пугающим, почему бы не завершить разговор в надежде, что все забудется? Использование подобных стратегий не нелогично и не безумно, оно просто бесполезно.

Когда-то я предпринимала все это с Ноем, моей школьной любовью, на протяжении восьми лет. Когда он обижал меня, я резко отгораживалась, отказываясь разговаривать с ним какое-то время. Этот мелодраматизм был как минимум наполовину осознанным. По телевизору я видела: когда парень расстраивает тебя, нужно отдалиться от него (это все вина Мариссы из сериала «Одинокие сердца»). Но при этом меня переполняли чувства, и я не знала, как эффективно решить проблему с Ноем. Играя в молчанку, я не пыталась обрести власть и контроль, здесь отчасти сработало подражание героям сериалов, отчасти — самозащита. Я не была абьюзером — всего лишь запутавшимся новичком в отношениях, какими обычно бывают подростки и молодые люди. Я изо всех сил старалась справиться с чувствами, следуя плохим примерам из телевизора и совершая на этом пути множество других грубых ошибок. Игнорирование было незрелым и бесполезным способом справиться с ситуацией, но не абьюзом. (В свою защиту добавлю, что Ной вообще порвал со мной на выпускном вечере, так что приберегите немного сочувствия для восемнадцатилетней меня, которая изо всех сил старалась справиться с настоящей драмой.)

Когда любимый человек совершает поступок, подпадающий под определение абьюза, например хлопает дверьми или отказывается говорить во время ссоры, это может происходить потому, что он запаниковал и пытается наладить контакт. Такие люди обычно после ссоры ощущают сожаление и вину за свое поведение. Они также склонны испытывать чувство безысходности и отчаянно хотят, чтобы разногласия разрешились. А вот абьюзеры после ссоры либо задушат любовью, либо обвинят во всем вас и не примут никакой ответственности за свои действия. Короче говоря, нужно оценить всю картину отношений, прежде чем решить, что это абьюз.

Отношения — это непросто

Учитывая всеобщую настороженность, как бы нас не использовали или не вовлекли в

Во-первых, повышенная бдительность заставляет нас воспринимать обычные действия как абьюз. Опасаясь чужого контроля, человек назовет напористого начальника диктатором, пытающимся лишить его самостоятельности. Беспокоясь, что нас не послушают, мы заподозрим в газлайтинге друга, который с нами не согласен. Панически боясь раствориться в отношениях, мы воспримем как попытку изоляции просьбу супруга остаться дома, чтобы провести больше времени вдвоем. Страх и зацикленность могут стать самоисполняющимся пророчеством, в котором мы обнаруживаем то, что ищем.

Во-вторых, настоящий абьюз трудно распознать, потому что абьюзеры умеют постепенно менять восприятие реальности жертвы, которая чувствует себя виноватой, растерянной и одинокой. Когда мы упрекаем абьюзера в ревности, он переворачивает ситуацию и спрашивает, почему мы так стремимся поддерживать отношения с коллегой. Когда выражаем желание провести выходные с семьей, абьюзер напоминает, что родители грубо разговаривали с ним во время последнего визита, и обижается, что мы снова заставляем оказаться в той же ситуации. Каждый раз, когда мы хотим обозначить какую-то проблему, она превращается внашупроблему. И даже если мы в состоянии точно определить абьюз, указать на это абьюзеру обычно не получается. Обидчик просто разозлится и каким-то образом обратит все на нас, и в итоге нам придется извиняться за то, что мы причинили боль и испортили ему жизнь.

Искать партнера, который всегда, даже в самые трудные моменты, будет поступать правильно, значит обрекать себя на разочарование. Как я уже упоминала ранее, очень хорошие люди могут вести себя очень плохо, но такое поведение обычно не повторяется, не становится планомерным и не является частью стремления к власти и контролю. Выискивая ошибки и тут же называя их абьюзом, вы не удержите другого человека от плохого поведения. Вы просто будете спорить о неточном использовании термина вместо того, чтобы обратиться к более важной проблеме наших задетых чувств.

Не понимая разницы между абьюзивным и нормальным проблемным поведением, мы рискуем либо смириться с абьюзом (думая, что это просто сложный период в общении), либо, наоборот, разрушить отличные отношения из-за нежелания смириться с чужими недостатками или ошибками. В любом случае мы страдаем. Но что, если мы воспользуемся новообретенными знаниями и вместо того, чтобы громогласно заявлять каждый раз о своей обиде или непонимании, станем следить за наихудшими сценариями развития событий, сохраняя при этом сострадание к несовершенным близким людям? Это даст нам наилучшую возможность не только избежать неприятных ситуаций, таких как брак с социопатом, но и работать над улучшением отношений, которые стоит сохранить.

Глава 4. Это газлайтинг или просто другое мнение?

На сеансах психотерапии я трачу больше времени, чем хотелось бы, на то, чтобы дать точное определение газлайтинга. Выражать несогласие, считать, что любимый человек объективно неправ, спорить о том, чтона самом делепроизошло иреальнобыло сказано, пытаться найти свой путь к единственной «истине» — так поступает большинство людей. Эти действия не полезны и не эффективны, но они также не являются газлайтингом. Итак, давайте внесем ясность в этот популярный термин, которым часто злоупотребляют.

Николь — газлайтер

Николь и Эрик познакомились на вечеринке у общего друга и примерно через год отношений стали жить вместе. Эрика сразу привлекла харизматичная и страстная натура девушки, и Николь почувствовала к нему такое же притяжение. Но теперь, спустя год, отношения стали напряженными. Эрик встречается с друзьями чаще, чем хотелось бы Николь, из-за чего она чувствует себя покинутой, особенно когда ее не берут с собой. Они часто ссорятся из-за этого.

Однажды вечером Эрик участвовал в финале клубного турнира по баскетболу и не пригласил Николь на игру. Все еще могло закончиться хорошо, если бы после матча он не пошел в местный бар со своей командой. Когда Николь узнала, что он тусуется с друзьями в баре всего в нескольких минутах ходьбы от дома, она пришла в ярость.

Эрик понятия не имел, что Николь расстроится из-за этого. В конце концов, это же нормально — пойти куда-нибудь с друзьями после заключительной игры, не так ли? Они живут вместе, черт возьми, он видит ее каждый вечер, даже если не так долго, как ей хочется. Вернувшись из бара, Эрик зашел в гостиную, думая, что Николь уже спит, но она сидела на диване, кипя от злости.

— Ой, ты меня ждешь! Я думал, ты уже спишь. Все в порядке? — неуверенно спросил Эрик, видя, что Николь вот-вот взорвется.

— И ты еще спрашиваешь?! Сам знаешь, что не в порядке. Я видела, где ты был всю ночь, — ответила она. По настоянию Николь через несколько недель после начала знакомства они разрешили друг другу доступ к определению местоположения, и Эрик очень сожалел об этом — из-за этого возникало множество конфликтов. Николь говорила, что чувствует себя спокойнее, зная, где ее парень, но, похоже, больше старалась отследить его там, где ему «не следует быть».

— Да, я ужинал с друзьями после игры. Извини, мне следовало написать тебе, но я подумал, что ты и так знаешь, где я, — пояснил Эрик.

— Честно говоря, я сейчас в полном замешательстве. Ты не позвал меня на игру, а потом намеренно не пригласил пойти в бар с друзьями, хотязнал, что наш дом всего в нескольких кварталах. Что с тобой происходит? Эта баскетбольная команда — какой-то особый маленький секрет, частью которого я не могу быть? Почему ты ведешь себя так, будто это какой-то пустяк? Не преуменьшай проблему.

Гнев Николь только рос по мере осознания, что Эрик не понимает, насколько все плохо.

— Послушай, мне жаль, что ты чувствуешь себя обделенной, но я, честно говоря, не думал, что ты захочешь прийти, — расстроился Эрик. — Ты не приходила на другие игры, когда я тебя приглашал, поэтому с чего вдруг разозлилась из-за этой?

— Ну все, теперь яточноразозлилась, — огрызнулась Николь. — Ты буквально никогда раньше не приглашал меня на игры. Ты упоминал о них с явным нежеланием, чтобы я приходила, поэтому я оставалась дома. Ты вел себя подозрительно скрытно в том, что касалось баскетбола. Это действительно странно. Я серьезно шокирована тем, что ты думаешь, будто приглашал меня. Это не так, Эрик.

Теперь Эрик впал в замешательство: онточноприглашал ее раньше. Как минимум четыре раза. Он ведь даже написал ей сообщение о сегодняшней игре, верно? Но она, похоже, действительно

— Клянусь, я действительно приглашал тебя, Ник, и не один раз. Кажется, я писал тебе об игре. Дай-ка я найду сообщение, чтобы показать… — начал Эрик, но Николь быстро перебила его.

— Не надо, Эрик. Не пытайся найти доказательства своей правоты. С тобой всегда так: тебе нужно превзойти меня. Не могу поверить, ты ведешь себя так, будто правда на твоей стороне. Неужели я была бы так расстроена, если бы ты приглашал меня посмотреть на игру, а потом потусоваться с друзьями? Это бессмысленно, Эрик! С чего бы мне было расстраиваться сейчас, если бы ты меня позвал? Я расстроена, потому что ты оставляешь меня в стороне, словно вычеркиваешь из своей жизни, и мне это надоело. И, честно говоря, меня пугает, что ты мог намеренно меня проигнорировать, а потом разозлиться за то, что я расстроилась. Это же газлайтинг! Ты просто пытаешься защититься, но перестань лгать и просто признайся, что ты виноват.

Голос Николь звучал все выше с каждым предложением. Ее возмущали попытки Эрика избежать ответственности. Ей вспомнилось, что он приглашал ее посмотреть на игру, но она отбросила эту мысль: он явно говорил без должного энтузиазма. К тому же Эрику пора понять, что он не может все время куда-то ходить и что-то делать без нее. Сейчас самое подходящее время донести это до него, чтобы он изменился.

Эрик же засомневался.Приглашалли он ее? Он мог поклясться, что хотел пригласить и даже говорил об этом, но, возможно, что-то напутал. В конце концов, с чего бы ей так расстраиваться сейчас, если ее приглашали раньше?

— Я не понимаю тебя, Эрик, — раздраженно выдохнула Николь. — Ты признался мне в любви, и мы начали жить вместе, а теперь ты занимаешься газлайтингом и делаешь такие безумно подлые вещи, а потом ведешь себя так, будто в них нет ничего ужасного! Не знаю, то ли у тебя плохая память, то ли ты действительно уверен, что приглашал меня, но это не так. Так что, пожалуйста, не притворяйся, что ты был отличным парнем, ладно?

Она ощутила, что одерживает верх в разговоре, и решила укрепить позицию, чтобы Эрик больше никогда не сделал ничего подобного.

Эрик растерялся и оробел. Пожалуй, Николь права. Раньше он не думал, что у него плохая память, но она все время указывала на моменты, когда он что-то забывал или неправильно запоминал, так что теперь он действительно не уверен в своих воспоминаниях.

— Ты права, прости меня. Я вовсе не хотел тебя игнорировать. Я должен был пригласить тебя, — ответил Эрик.

— И тебе следовало искренне попросить меня прийти, а не потому, что я какая-то обуза в твоей жизни. Или ты должен был сразу же вернуться домой, вместо того чтобы бросать меня ради своих друзей. Ты мог многое сделать по-другому, — добавила Николь.

Она не желала принимать его извинения, не говоря уже о том, чтобы протянуть оливковую ветвь мира, признав, что у него не было злого умысла, а она, пожалуй, слишком резко накинулась. Гнев Николь рассеялся, когда она поняла, что Эрик осознал ошибку и признал вину.

Но Эрик не виноват. Ондействительноприглашал Николь на несколько игр — точнее, на четыре. Каждый раз она насмехалась над идеей сидеть в «отвратительном спортзале с плохим освещением», поэтому в последнее время Эрик перестал это делать. У него сохранилось текстовое сообщение: «Привет, детка, я знаю, у тебя был тяжелый день, но, если придешь в спортзал в 19:30, буду рад тебя увидеть». Позже Эрик показал его Николь, все еще убежденной в своей правоте, но она опровергла это свидетельство, сказав, что он знал, что она устала за день и не придет, так что это не было «настоящим» приглашением. Николь продолжила газлайтить Эрика, переворачивая все с ног на голову, приводя все новые аргументы в свою пользу: Эрик на самом деле не хотел, чтобы она приходила, и всегда выбирал худшие дни для приглашений, зная, что она откажется. Эрик был в растерянности. Он думал, что приглашал ее, но теперь поверил эмоциональной версии событий, изложенной Николь.

Определение газлайтинга

Газлайтинг — это тактика абьюза, при которой человека заставляют усомниться в своем опыте и чувстве реальности, подрывая его уверенность в себе и вынуждая принять другую версию событий. В процессе газлайтинга абьюзер убеждает жертву в том, что ее воспоминания неверны, ее восприятию реальности нельзя доверять и она не способна отличить факты от вымысла, даже если у жертвы есть доказательства или она четко помнит, что произошло. Чтобы реализовать эту тактику, абьюзер часто выражает замешательство, озабоченность или недоверие по поводу того, что у другого человека сложилось такое неверное представление о реальности. Благодаря этому абьюзер кажется менее злобным (ведь он «обеспокоен», а не злится), что подталкивает другого человека подвергать свои переживания сомнению.

Мне доводилось работать с жертвами газлайтинга. Я даже видела, как это происходило на сеансе, у меня на глазах. Это пугающе трудно заметить, а все потому, что абьюзеры невероятно искусно выдают свое мнение за правду, а восприятие партнера — за ложь. Вам может показаться, что это трудно провернуть, но в третьей главе мы обсуждали, как здоровые навыки взаимоотношений — эмпатия, доверие и понимание — делают людей уязвимыми для абьюза. Например, люди, умеющие принять чужую точку зрения, очень удобны для абьюзера, подающего свою версию событий. Люди запрограммированы на общение, и абьюзеры пользуются этим, чтобы контролировать и манипулировать.

Определяющим фактором в газлайтинге является то, что он предполагает откровенный обман. Обычно газлайтерпонимает, что его история не соответствует действительности, но хочет, чтобы другие люди ему поверили. Газлайтеры часто полностью осознают, что манипулируют людьми, и некоторым из них нравится это «искусство», а также чувство превосходства и контроля, которое оно дает.

В других случаях газлайтеры даже не осознают, что делают. Они просто настолько глубоко убеждены в своей неизменной правоте, что инстинктивно оспаривают мнение других людей. Их непоколебимая уверенность вызывает у собеседника колебания и сомнения. Как только манипулятора начинают воспринимать «здравомыслящим» человеком, который все помнит правильно, он может выдать любую историю за правду, чтобы добиться желаемого результата. Он может оправдывать свое плохое поведение, заставлять других винить себя в конфликтах и так далее. Столкнувшись с доказательствами своей неправоты (случай с Николь), газлайтер все равно находит оправдания обману, если это даст ему власть и контроль в отношениях.

Наконец, газлайтинг обычно не является одноразовой процедурой. Люди, использующие эту тактику для обретения власти и контроля, поступают так регулярно. Они ненавязчиво, но настойчиво внушают

Эволюция термина

Пожалуй, лучшее описание газлайтинга связано с происхождением термина: ему положил начало фильм 1944 года под названием «Газовый свет» (Gaslight). По сюжету мужчина по имени Грегори проводит ночи в поисках спрятанных драгоценностей своей жены, зажигая газовые лампы на чердаке, чтобы лучше видеть. При этом другие лампы в доме мигают. Его жена Пола замечает свет, но Грегори убеждает, что ей это кажется. Пола собственными глазами видит, как мерцают огни, но муж продолжает настаивать, что это выдумки. Его манипуляции усиливаются на протяжении всего фильма, пока в конце концов Грегори не убеждает Полу, что ее состояние сильно ухудшилось и ей нельзя покидать дом. Пола не может доверять себе, своему восприятию реальности или воспоминаниям о событиях. Именно это и происходит с жертвами газлайтинга — они считают себя «ненадежными рассказчиками» из-за манипуляций абьюзера и теперь полагаются на его утверждения о произошедшем.

Примерно двадцать пять лет спустя название фильма использовалось как глагол в статье, написанной двумя британскими врачами и опубликованной в научном журнале The Lancet. В статье приводились примеры газлайтинга и показывалось, как эта тактика безосновательно доводит жертв до психиатрических лечебниц. Психологическое сообщество также обратилось к этому феномену, исследуя и газлайтеров, и их жертв.

Хотя само понятие обсуждалось в профессиональной литературе, термин«газлайтинг»не входил в обиход еще около тридцати лет. Но начиная с середины 2010-х годов появилось множество статей, книг, блогов, постов в социальных сетях и видеороликов о газлайтинге — люди пытались дать определение такого поведения и помочь другим избежать его. Этот термин используется все шире, поскольку создатели контента (как эксперты, так и непрофессионалы) стремятся выявить ранние признаки или более низкие уровни газлайтинга, чтобы люди могли справиться с ним до того, как он разрушит их веру в себя. Это вполне объяснимо: никто не хочет стать жертвой газлайтинга, и, как говорится, кто предупрежден — тот вооружен. Проблема в том, что эти «низкоуровневые» случаи газлайтинга также могут оказаться примерами нормального поведения, и для точного выявления проблемы нужно изучить полную картину отношений, что требует больше времени и больше данных.

Мэг не газлайтер

Мэг со своей второй половинкой вместе уже почти четыре года. Хотя в целом они счастливы вместе, последние несколько месяцев дались им нелегко. Пришла пора переехать в квартиру побольше, и это решение вызвало много конфликтов, которые, похоже, отразятся на дальнейшей жизни пары. Даже незначительный выбор, например где поужинать, мог привести к ссорам и обидам. Проблема в том, что партнер Мэг хочет переехать подальше от города и обзавестись домом, где они с Мэг подумали бы о создании семьи, пока их собаки гуляют во дворе. Но Мэг нравится жить в городе и выгуливать собак по оживленным улицам. Мэг тоже хочет завести семью, но не в ближайшие пять лет. В конце концов, они еще молоды, зачем так рано переезжать в пригород?

Они постоянно присылают друг другу объявления о продаже разных домов, пытаясь найти золотую середину между городом и пригородом. В процессе партнер Мэг стал слегка пассивно-агрессивным, отправляя язвительные комментарии вместе с каждым объявлением. Так Мэг получила фотографии городской квартиры меньшего размера, чем их нынешняя, с подписью: «Посмотри, что здесь можно купить на наши деньги, ха-ха». По тому, что после «ха-ха» стояла точка, Мэг сразу распознала в сообщении злость.

В пятницу вечером Мэг вернулась домой после очередной напряженной переписки в течение дня, готовая обсудить проблему. В одном из сообщений было предложение сходить завтра на осмотр красивого дома в викторианском стиле, но Мэг отказалась. Когда Мэг вошла в дом, партнер сидел с маленькой собачкой на диване и читал книгу, а большой пес спал на полу у ног. Далее последовало приветствие без особого энтузиазма.

— Послушай, давай поговорим о сегодняшнем сообщении, — начала Мэг, надеясь, что разговор не зайдет слишком далеко. — Да, переезд — это большой стресс, и мы хотим разного, но, кажется, никак не можем найти общий язык. Я вижу, что мой отказ стал причиной недовольства. Обсудим это?

— Да, ты права, мы действительно не можем найти общий язык, — последовал ответ. — Я знаю, что мы хотим разного, но, похоже, ты даже не рассматриваешь возможность переезда за город. А вотярассматриваю варианты проживания в городе. А еще мы планировали посмотреть тот дом, и внезапно ты передумала, и мне это не нравится.

— Я и не подозревала такой интерес к этому дому. Но я и не обещала пойти. Я говорила, что нам нужно сходить посмотреть дома, но неэтотконкретно, — пояснила Мэг.

— Нет, речь шла про этот. Я помню, мы стояли прямо здесь, в этой комнате, и говорили о том, чтобы пойти туда. И выбрали время в эту субботу, в десять утра, и ты согласилась! Как не расстраиваться, ты будто выбила почву у меня из-под ног.

— Что?! Я не соглашалась посмотреть этот дом! Я согласилась найти дома, которые понравятся нам обоим, и побывать в них. Иногда ты просто слышишь то, что хочешь, а потом злишься на меня, когда понимаешь, что на самом деле я сказала другое, — ответила Мэг.

— Хватит меня газлайтить! Не рассказывай, что произошло. Яточнопомню, что ты сказала! Ты согласилась, а потом передумала, вот причина моего огорчения. Я имею право расстраиваться, не обесценивай мои чувства!

Мэг удивилась и занервничала. Она не думала, что кого-то газлайтит, а потому искренне ответила:

— Я не собиралась тебя газлайтить. Просто я помню тот разговор по-другому. Я не помню, чтобы обещала пойти, поэтому не понимаю, в чем проблема.

— Нет, тыгазлайтишьменя — пытаешься убедить, будто того, что я отчетливо помню, на самом деле не было. Но у тебя ничего не выйдет, потому что правда на моей стороне, — ответ был холодным.

Партнер встал и вышел. Мэг осталась стоять посреди комнаты в раскаянии и огорчении.

Как видно из разговора, пара расходится во мнениях по поводу обсуждения осмотра дома. Оба помнят разговор по-разному и считают, что вторая половина ошибается. Хотя Мэг отстаивала свою точку зрения, она не газлайтила. Не было никаких попыток заставить вторую половинку усомниться в здравомыслии или получить контроль. Смысл был не в том, чтобы усомниться в собственном

Газлайтинг как оружие

Как и с каждым модным психологическим термином, понятие газлайтинга стало размываться по мере расширения сферы его применения. Например, один блогер заявил, что родители газлайтили его, не разрешая пригласить друзей в семейный загородный дом на выходные. В результате двадцать пять тысяч его подписчиков теперь считают, что простое различие в воспоминаниях и есть «газлайтинг». Так много деталей важны при оценке поступка, но в социальных сетях этот нюанс обычно теряется. Без учета нюансов и контекста такой термин, как «газлайтинг», расширяется и включает в себя все виды повседневных конфликтов в отношениях. Это не только делает истинные обвинения в газлайтинге менее серьезными, чем они есть на самом деле, но и раздувает серьезность обычных конфликтов до такой степени, что даже мягкое оспаривание чьего-либо мнения воспринимается как абьюз.

Я считаю газлайтинг одним из самых сложных диагнозов, с которыми мне приходится сталкиваться в работе, по трем причинам.

1. Обвинения в газлайтинге встречаются невероятно часто.Я слышу их минимум раз в неделю, но подтверждались они буквально раз пять за всю мою карьеру. Парень не согласился с тем, во сколько вы собирались поужинать? Газлайтинг. Супруг утверждает, что вы не просили его купить молоко по дороге домой, а вы клянетесь, что просили? Газлайтинг. Друг говорит, что вы слишком остро реагируете на мелочи и мешаете ему быть собой, а вы считаете свою реакцию нормальной? Газлайтинг. Видите, как просто? Обширность этого термина позволяет легко применять его ко многим сложным межличностным взаимодействиям, и поэтому люди часто используют его.

2. Люди цепляются за газлайтинг.Главная причина, по которой тревожит злоупотребление этим термином, — людей очень трудно убедить отказаться от него. Пациенты более охотно выслушивают профессиональное мнение о таком диагнозе, как нарциссическое расстройство личности, но менее заинтересованы в оценке того, действительно ли произошел газлайтинг. В конце концов, кто решает, что означает газлайтинг? Этот термин появился из фильма и был взят на вооружение психологами для описания тактики абьюза, а со временем эволюционировал, поскольку многие люди, как эксперты, так и непрофессионалы, высказывали свои идеи о его значении. Короче говоря, порой людям кажется, что они знают о термине не меньше, чем их дружелюбный сосед-психолог. Поэтому мне очень трудно их отговорить.

3. Оспаривание диагноза может быть воспринято как газлайтинг.Мне как специалисту, пожалуй, страшнее всего отговаривать пациентов от их убеждения в газлайтинге, потому что одновременно нужно следить за тем, чтобы мои попытки не воспринимались как очередной случай газлайтинга. Если я не соглашусь с тем, что тесть газлайтит моего клиента, тот может подумать, что я тоже пытаюсь исказить его восприятие реальности. Многие психотерапевты нервничают по этому поводу: меньше всего мы хотим, чтобы пациент решил, будто мы на стороне абьюзера. А поскольку клиенты и так чувствительны к тому, что их не слышат или не оценивают по достоинству, в процессе терапии они вдвойне настороженно относятся к подобным заявлениям.

Я также заметила, что неправильное употребление данного термина и превращение его в оружие обычно происходит по одному из двух сценариев.

1. Мы считаем несогласие газлайтингом

Многие думают, что несогласие равно газлайтингу, а это в корне неверно. У людей могут быть разные представления об одном и том же событии, потому что у них сохраняются совершенно разные воспоминания о нем. Даже в самых здоровых отношениях пары постоянно расходятся во мнениях о том, что такое истина, и у обеих сторон есть на то вполне веские причины. Так происходит потому, что разная информация кажется актуальной для разных людей в зависимости от их истории жизни, чувствительности и ценностей, и, следовательно, их переживания и воспоминания не всегда совпадают.

Поэтому, когда пары спорят о том, кто прав, они, как правило, не пытаются убедить своего партнера во лжи, чтобы получить власть и контроль в отношениях или избежать последствий своих неподобающих действий. Здесь нет злого умысла, только желание докопаться до истины в последней инстанции. Как я уже говорила, это бесполезная (почему, обсудим чуть позже), но естественная человеческая склонность.

Нет никакого способа убедить людей в том, что есть только одно правильное, «правдивое» воспоминание. И это прекрасно. Партнерам необязательно помнить все одинаково или договариваться об «истине» относительно всего на свете, если, конечно, это не является неотъемлемой частью их отношений. (Я настоятельно рекомендую этого не делать, иначе вы будете ссориться до скончания веков.)

Если оба человека в паредействительнорешили, что разные (но одинаково достоверные) воспоминания о событии не могут существовать одновременно, придется убедить другого в том, что он ошибается. Часто тот, которого назвали неправым, утверждает, что другой его газлайтит. Но этонегазлайтинг. Хотя попытки убедить кого-то в неправоте нередко бесполезны, весьма вероятно, что в них нет желания заставить другого человека усомниться в восприятии реальности или подорвать его веру в себя. Это просто попытка заставить его признать ошибку, поскольку обе стороны негласно решили, что только один из них может быть прав.

Если вы думаете, что я не попадала в эту ловушку в своем браке, то жестоко ошибаетесь. Мы с Лукасом, особенно раньше, часто спорили о том, кто прав. «Я этого не говорила!» — «Говорила!» — «Ты закатил глаза!» — «Клянусь, я не закатывал глаза. Ты слишком обидчивая!» Это самая бесячая, бесконечная и бесполезная ловушка. Как мы выяснили на своем опыте, стоит вам сделать поиск «Окончательной Истины» частью своих отношений, и каждый разговор превращается в шанс заработать очко, а значит, вы еще больше спорите о том, кто прав, а кто виноват. Самый прекрасный день освобождения наступил, когда мы с Лукасом признали, что оба правы и в то же время оба ошибаемся, что у нас разный опыт и различные точки зрения, и на самом деле не имеет значения, кто знает правду. Важно то, что мы научились ценить мнение друг друга, даже если с ним не согласны. Порой я все еще думаю, что Лукас на сто процентов ошибается в

2. Мы считаем ложь газлайтингом

Как и в случае с несогласием, многие из нас ошибочно полагают, что ложь равна газлайтингу. Все знают, что обманывать плохо, но все же ложь — это не всегда газлайтинг. Иногда люди лгут, потому что стыдятся, защищаются, напуганы или не желают что-то признавать, но не для того, чтобы манипулировать и контролировать другого человека. Они лгут, потому что хотят избавиться от проблем в отношениях и страданий.

Знаете, кто солгал, столкнувшись с неприятной правдой о своем поведении? Я. Чувство вины за ошибку, причинившую боль близкому, порождает страх, что другой человек рассердится на меня, и временами я импульсивно (и часто неосознанно) лгу. Я даже не переживаю, что меня бросят (будь то супруг или друг). Я просто отчаянно пытаюсь избежать конфликта, потому что я, как сама говорю, подлиза в завязке. Всякий раз, поймав себя на лжи, я тут же признаю свой проступокиего отрицание. Но за ту долю секунды, что проходит между моим восклицанием «Я этого не говорила!» и признанием «Вообще-то ты прав, я действительно это сказала» собеседник может посчитать меня газлайтером. Однако в такие моменты я не пытаюсь обвинить его в бредовых фантазиях или навязать свою точку зрения. Скорее, я испытываю безмерное сожаление и действую в отчаянии. Мы все согласны с тем, что лгать нехорошо, но «обманывать» не означает «газлайтить».

Люди постоянно расходятся во мнениях, и это нормально. Будь то два разных воспоминания о разговоре или два разных взгляда на произошедшее событие, вам не нужно выяснять, кто «прав». По сути, я призываю вас не делать таких вещей, поскольку они приводят к неразрешимым разногласиям. Лучше примите факт, что у людей разные взгляды на происходящее и на общие воспоминания и что иногда близкий человек может не согласиться с вами. Пусть он даже настаивает на своей правоте — это раздражает и не приносит пользы, но само по себе не является абьюзом. Кроме того, иногда люди лгут. Они делают это потому, что смущены, виноваты или запаниковали, а не потому, что хотят заставить вас усомниться в ощущении реальности. Только если кто-то постоянно продвигает свою версию событий, вселяя неуверенность в вашей собственной версии, это можно назвать газлайтингом.

Что делать, если вас обвиняют в газлайтинге?

Вполне возможно, что вас обвинят в газлайтинге, если вы не согласитесь с кем-то во время спора. Просто отвергнув обвинение и отмахнувшись от собеседника, вы можете усилить его страхи и еще больше убедить в правильности подозрений, а это прямо противоположно вашей цели. Вместо самозащиты поступите иначе.

Уважайте мнение собеседника

Лучший способ опровергнуть обвинения в газлайтинге — активновоздерживатьсяот газлайтинга другого человека. Для этого уважайте мнение собеседника. (Подробнее об этом рассказано ниже.) Подтвердите, что он не сумасшедший. Скажите, что понимаете его точку зрения, даже если сами считаете по-другому. Заверьте, что его точка зрения имеет для вас смысл и, что еще важнее, весомое значение.

Можно сказать: «Поверь, я действительно понимаю тебя. Я считаю иначе, но ты тоже по-своему прав. Я не настаиваю на своей правоте, прости, если у тебя сложилось такое впечатление».

Что такое уважение чужого мнения?

Уважение чужого мнения — еще одно понятие, которым часто злоупотребляют. Люди требуют уважения, но на самом деле просят согласия. А если собеседник не согласен, его называют токсичным.

Однако вот в чем дело: уважать чье-то мнение — не то же самое, что соглашаться с ним.

Люди зацикливаются на мысли, что уважение чужого мнения равносильно согласию с чужой точкой зрения и подтверждению чужой «правоты». Однако вы можете бесконечно уважать чьи-то чувства и переживания, не соглашаясь с ними.

Допустим, вы считаете, что собеседник совершенно неоправданно и несправедливо расстроен. Отлично. Вы можете мысленно не соглашаться, но все равно уважать его чувства: «Послушай, ты не сумасшедший. Я понимаю, почему ты так думаешь. Для меня это имеет смысл. Я бы, наверное, на твоем месте тоже так думал и переживал. Мне небезразличны твои чувства».

Вы не обязаны говорить: «Ты прав насчет этого. Я ошибаюсь. Твоя точка зрения правильная, моя — нет. Прости меня за такое поведение».

Положите на этой странице закладку и почаще перечитывайте этот отрывок, потому что уважение чужого мнения — важнейший навык взаимоотношений, который вам необходимо понимать и использовать.

Поймите чувства собеседника

Объясните своему собеседнику, что понимаете, почему из-за ваших аргументов он чувствует себя ущемленным. Опять же, вам не нужно соглашаться с обвинениями в газлайтинге или неуважении, просто признайте его чувства. Скажите, что понимаете, как больно слышать от близкого человека, что ваши воспоминания или переживания ошибочны. Скажите, что вам жаль, что у него сложилось такое впечатление о вас.

Например, попробуйте такие слова: «Наверняка тебе было ужасно неприятно, что я оспорил твое мнение, словно не считаю его правильным или не уважаю».

Попробуйте снова

Когда собеседник почувствует, что его услышали и ценят, попробуйте объясниться еще раз. Напомните, что вы не пытаетесь отрицать его переживания, но хотите донести свою точку зрения, признавая, что у него есть личное, другое, но в равной степени обоснованное мнение. (Предупреждение: не предпринимайте этот шаг, пока не

Объясните, что такое газлайтинг

Я не хочу делать из вас наставника во всех ваших отношениях, но порой полезно разъяснить термин«газлайтинг», чтобы собеседник понимал всю тяжесть обвинений и в будущем не злоупотреблял этим словом (или не использовал его против вас). Объясните, что газлайтинг — это тактика абьюза, направленная на то, чтобы заставить жертву усомниться в реальности происходящего и положиться на рассказ абьюзера, стремящегося обрести власть и контроль. Объясните, что это более сложное и подлое поведение, чем простое несогласие с чужим мнением и спор о том, кто прав. Попросите собеседника не использовать этот термин, если он на самом деле не имеет его в виду.

Если не сработало, сделайте паузу

Если вы проделали все это, а собеседник не отказался от обвинений, возможно, стоит прервать разговор. Это тоже нужно делать осторожно, чтобы у него не сложилось впечатление, будто вы игнорируете его (еще одна тактика абьюза).

Например, можно сказать: «Я очень хочу разобраться в этом вместе с тобой, но вижу, что разговор зашел в тупик, и переживаю, что сейчас мы ни к чему не придем. Я не хочу, чтобы у тебя сложилось впечатление, будто я отрицаю твое мнение, и не знаю, как убедить тебя в том, что уважаю его, даже если смотрю на вещи по-другому. Давай немного остынем и попробуем поговорить еще раз?»

Когда ничего не помогает

Порой ни один способ не помогает человеку почувствовать себя услышанным и понятым в разговоре. На это может быть много причин. Например, у партнера в прошлом случались серьезные психологические травмы, из-за которых ему трудно доверять людям.

Также бывают ситуации, когда вам не удается достучаться до собеседника, потому что ему еще нужно многому научиться и морально вырасти, чтобы успешно решать проблемы в отношениях. (В эту категорию могут попасть даже родители.) С теми, кто не умеет справляться с трудными моментами, придерживается убеждения в собственной правоте и не желает принимать извинения или идти на примирение, трудно улаживать конфликты.

А еще порой люди не желают уступать первыми, иэтопереходит в абьюз. Если собеседник требует, чтобы для прекращения ссорывыотказались от собственной точки зрения и признали свою полную неправоту, — это проблема, особенно если такое происходит неоднократно.

В таком случае у вас есть несколько вариантов. Вы можете оставить все как есть или прекратить общение. Допустим, собеседник не собирается вступать в зрелые разговоры или пересматривать свое отношение к газлайтингу, и вы можете принять это и поддерживать с ним отношения, а можете дистанцироваться и разорвать их. Я бы рекомендовала повторить предыдущие шаги несколько раз, прежде чем уходить, — в конце концов, людям может потребоваться некоторое время, чтобы измениться. Но в итоге выбор за вами.

Что делать, если вас подвергают газлайтингу?

На данном этапе вы наверняка уже хорошо понимаете, что такое газлайтинг. Скорее всего, вы осознали: во многих случаях, когда вам казалось, что вас подвергают газлайтингу, на самом деле происходили обычные разногласия. Но, возможно, вы поняли, что близкий человек действительно газлайтит вас, и теперь нужно решить, что делать. Вот несколько общих рекомендаций.

Поговорите с психотерапевтом

Поговорите о ваших отношениях с профессионалом. Вам нужен специалист, который поможет понять, есть ли вероятность улучшения ситуации или же собеседник на самом деле ведет себя абьюзивно. Если вы подозреваете своего партнера в газлайтинге, предложите обратиться к семейному психотерапевту — возможно, квалифицированный специалист поможет ему более четко осознать свое поведение. Если он сопротивляется и отказывается признавать свои проступки, пожалуй, вам стоит уйти. Находиться в долгосрочном партнерстве с газлайтером вредно для психологического здоровья и в итоге может привести к сумасшествию.

Примечание:если вашей безопасности кто-то угрожает, вам не следует рисковать, выполняя изложенные ниже дополнительные рекомендации. Возможно, вы имеете дело с человеком, который продолжит использовать газлайтинг (и другие методы абьюза), чтобы выйти победителем из каждой ссоры. Если это так, всерьез подумайте о том, стоит ли сохранять с ним отношения.

Если вы имеете дело с уравновешенным человеком, уважайте его чувства

Если ваш близкий — в целом уравновешенный человек, который неправильно ведет беседу, с этим можно справиться. Подтвердите его мнение и скажите, что понимаете, почему он так говорит. Это поможет ему успокоиться и стать более восприимчивыми к вашим словам, пусть даже они ему не понравятся. Затем сообщите, что вы готовы принять его версию событий и уважаете его переживания,но хотите, чтобы и он сделал то же самое для вас.Предложите собеседнику отказаться от стремления быть абсолютно «правым» и позволить вам обоим иметь обоснованную точку зрения.

Такая тактика может оказаться полезнее после небольшого перерыва. В пылу ссоры трудно сохранять самообладание и брать на себя ответственность. Возможно, собеседник услышит ваши опасения по поводу газлайтинга через несколько часов или дней после конфликта. Успокоившись, он более охотно подумает о своем поведении в споре. Если же собеседник отказывается от этого, тогда вы уже знаете, что делать.

Проведите границу

Абьюзер или очень убежденный в своей правоте человек, скорее всего, не изменит позицию. Если он продолжает газлайтить, пора заканчивать разговор. Абьюзер не остановится, пока не заставит вас признать свою неправоту, но вы можете провести границу, завершив общение. Скажите, что не будете обсуждать эту тему, пока он не воспримет с уважением вашу точку зрения. Не продолжайте выяснять, кто прав, а кто виноват. Это не принесет пользы.

Рассмотрите вариант расставания

Если вас постоянно газлайтят, такие отношения, пожалуй, не стоит сохранять. Особенно если к вам применяют другие тактики абьюза или общая атмосфера

Глава 5. Это обсессивно-компульсивное расстройство или просто особенность характера?

Начиная с требования к друзьям разуваться у порога и заканчивая тщательным планированием семейного отдыха, люди все чаще заявляют, что их предпочтения являются признаком обсессивно-компульсивного расстройства, или ОКР. Этот термин, один из немногих превращенных в оружие и применяемых в обоих направлениях, дает нам возможность требовать, чтобы люди соглашались с нашими желаниями, или, наоборот, игнорировать просьбы других, считая их навязчивыми и ненужными. Легко представить желания и пристрастия как симптомы ОКР, но, как вы увидите, такое представление упускает из виду некоторые важные составляющие этого расстройства.

У Майи обсессивно-компульсивное расстройство

Майя терпеть не может выходить на улицу, потому что микробы повсюду. Она их не видит, но чувствует, как они прячутся на каждой поверхности и витают в воздухе. Иногда ей приходится выходить на улицу, как, например, сейчас. Нужно быстро купить кое-что в магазине на ужин — Майя обещала приготовить рулетики-энчиладас, любимое блюдо ее дочери Лиз, — а потом она сможет вернуться туда, где чувствует себя в безопасности. Как только Майя заходит в магазин, она понимает, что сейчас произойдет что-то плохое. Место само по себе не грязное, но что-то здесьне так. Лиз ощущает напряжение матери и касается ее руки.

— Все в порядке, мам. Возьмем тортильи, лук и пойдем домой, — мягко произносит Лиз.

Майя озабоченно кивает и делает глубокий вдох. Она пытается справиться с этим, как обычно.«Все в порядке, как и сказала Лиз. Люди постоянно ходят в магазины. Микробы повсюду, но они не опасны. Можно вымыть руки дома и продезинфицировать все покупки, и все снова будет в порядке, как всегда. Ты справишься».

Шагая по магазину, Майя быстро вытаскивает дезинфицирующую салфетку, прежде чем Лиз подхватывает грязную корзину.

— Не поднимай ее, пока я не вытру! — рявкает Майя на дочь.

Лиз отшатывается, и ее щеки вспыхивают румянцем. Она знает, что мама в стрессе и грубить не хотела, но выслушивать упреки всегда неприятно.

Лиз ждет, пока мать все вытрет, затем берет корзинку из ее рук, надеясь, что, если сама ее понесет, мама успокоится. Но, увидев корзинку у Лиз в руках, Майя начинает волноваться еще больше. Хотя она только что обработала ручки, ей неприятно думать о микробах, которые могли остаться.

Когда они идут по первому проходу, Лиз замечает свою любимую закуску и хватает ее. Майя не успела вытереть упаковку. Теперь она буквально видит, как микробы ползут по рукам ее дочери.

— Быстро в туалет мыть руки! — напряженно произносит Майя. Сердце Лиз начинает биться быстрее, и она кивает. Она знает, что сейчас произойдет. — И оставь корзину вон там, возле прохода. Я не хочу, чтобы ты приближалась к ней.

Майя с облегчением видит, что у раковины в туалете полно мыла и бумажных полотенец. Лиз, зная, что нужно ее маме, подходит к раковине и долго и старательно моет руки. Затем наступает очередь Майи. Она моется так же тщательно, как хирург перед операционной: берет много мыла, минимум по сорок секунд протирает каждый палец сверху и снизу, забираясь под ноготь, а затем смывает все. Она вытирает руки и замирает. Кажется, что-то не так. Она чувствует микробы на ладонях. Должно быть, пропустила какое-то место.

Поэтому Майя проделывает все снова, на этот раз выдерживая больше минуты, уделяя особое внимание ладоням. Но даже когда ее руки высохли, Майя не перестает думать о микроскопических убийцах. Теперь она чувствует их на запястьях.

— Ты очень хорошо вымылась. Теперь микробов нет. Давай просто возьмем покупки и поедем домой к папе, — мягко говорит Лиз, не желая еще больше расстраивать маму, но стремясь поскорее выйти из туалета.

— Не мешай! — рявкает Майя на дочь. — Господи, теперь мне придется начинать все сначала.

Майя поворачивается обратно к раковине и моет руки с запястьями. На этот раз она даже не успевает вытереться, вновь поддавшись тревожным мыслям о микробах, ползающих по ее коже. Теперь она моет руки почти до локтей. Выполняя ритуал, Майя понимает, что у нее проблемы. Она знает, что ее навязчивые мысли отнимают много времени и расстраивают, но ничего не может с собой поделать. Дома она может часами заниматься этим, пока не успокоится, но в магазине — нет, особенно когда с ней Лиз. Майе хочется плакать: хотя она вымыла руки так высоко, что рукава рубашки намокли, все еще что-то не так. Она не чувствует себя чистой. Ее мозг неустанно думает о микробах на теле, и ничто не помогает избавиться от этой мысли, кроме мытья, снова и снова, пока тревога не прекратится.

Лиз в слезах тихо стоит в углу. Она пыталась помочь, когда понесла корзинку и уговаривала маму уйти, но только все испортила. Она чувствует себя худшей дочерью в мире. Зачем только она попросила сегодня энчиладас? От ее просьбы начались все беды.

Определение обсессивно-компульсивного расстройства

В предыдущих изданиях руководства по психическим расстройствам ОКР относилось к расстройствам тревожным, но теперь находится в отдельной категории «обсессивно-компульсивных и связанных с ними расстройств». Такое изменение стало результатом нового исследования, показавшего, что ОКР и некоторые подобные расстройства, такие как патологическое накопительство и невротическое расчесывание кожи, имеют общие черты. Опять же, это и признак развития и совершенствования DSM, и повод не полагаться на него как на евангелие.

В этой главе мы будем говорить только об ОКР, которое характеризуется неконтролируемыми и навязчивыми мыслями (обсессиями), а также поведением, направленным на разрешение или удовлетворение этих мыслей (компульсиями). Чуть позже мы поговорим о распространенных проявлениях ОКР, но сначала давайте рассмотрим основные симптомы, необходимые для постановки соответствующего диагноза:

1. Обсессии:повторяющиеся навязчивые мысли, побуждения, тревоги или образы, которые постоянно приходят на ум. Человек, страдающий навязчивыми идеями, пытается контролировать или нейтрализовать их, прибегая к различным формам компульсивного поведения (см. далее).

2. Компульсии:повторяющиеся действия, которые человек вынужден совершать в ответ на навязчивые мысли. Действия могут быть как физическими (например, мытье рук или проверка замков), так и мысленными (например, подсчет или беззвучное повторение определенных слов). Компульсивные действия не всегда реально влияют на результат, которого человек боится и пытается избежать (например, последовательное

3. Потеря времени или значительные страдания: обсессии и компульсии отнимают у человека чрезмерное количество времени и мешают ему функционировать в повседневной жизни. Например, он не может работать или проводить время с друзьями, потому что весь поглощен навязчивыми мыслями или действиями.

Вы, наверное, встречали в средствах массовой информации описание распространенных примеров ОКР: люди постоянно моют руки, проверяют замки на дверях, щелкают выключателями или выстраивают предметы идеально ровными рядами. Это не так уж далеко от истины. ОКР действительно проявляется в нескольких предсказуемых формах, включая страх заражения, потребность в симметрии и порядке, в проверке и в том, чтобы все было «как надо». К менее известным компульсивным состояниям относятся счет, мысленное повторение действий (например, беззвучное произнесение слов или фраз), прикосновение к определенным предметам в определенном порядке или определенное количество раз и наличие непозволительных мыслей. Последняя категория может вас удивить (если только ваши знакомые не страдают ОКР). Многие люди с этим расстройством борются с очень пугающими навязчивыми мыслями насильственного, сексуального или богохульного характера, например о том, что могут нечаянно причинить боль себе или другим. По понятным причинам им кажется опасным для жизни предложение отказаться от компульсивных действий, облегчающих или нейтрализующих эти навязчивые мысли.

Люди с ОКР могут по-разному относиться к своей проблеме. Некоторые полностью осознают, что их обсессивно-компульсивные убеждения чрезмерны и не соответствуют действительности, а другие считают, что их навязчивые идеи разумны, а необходимые действия спасут от воплощения ужаснейших кошмаров.

ОКР бывает трудно определить, поскольку все мы в той или иной степени нуждаемся в порядке, чистоте или уверенности. Разве не всем нам нравится, когда в доме все аккуратно расставлено по местам? А кто из нас перед уходом из дома не проверял по пять раз, выключена ли плита или щипцы для завивки волос? Кроме того, каждого из нас время от времени посещают навязчивые мысли, например: «А что, если я прямо сейчас выверну руль и разобью машину?» или «Что будет, если я спрыгну с железнодорожной платформы на рельсы?» Мы не хотим этого делать, но в ситуациях, когда мозг подсознательно ощущает риск, начинаем внезапно и остро оценивать, контролируем ли свое тело и можем ли непреднамеренно причинить вред себе или другим.

Как я уже отмечала выше, важно помнить, что при истинном ОКР навязчивые идеи и действия причиняют беспокойство, отнимают много времени и наносят ущерб здоровью. Это не случайная мысль о том, чтобы резко съехать с дороги, и не ежемесячное побуждение дважды или трижды проверить, внесли ли вы арендную плату. Это постоянные, вызывающие тревогу, всепоглощающие симптомы, которые человек не может контролировать, даже когда хочет все прекратить. Здесь проходит черта, которая отделяет нормальные человеческие переживания от психологического расстройства.

Представьте, что я запретила вам мыть руки перед сном. Возможно, вас это немного раздражает: никому не нравится, когда ему указывают, что делать. (Этот психологический феномен называетсяреактивным сопротивлениеми относится к желанию вернуть себе свободу, когда ее ограничивают или отнимают, с этим наверняка хорошо знакомы родители подростков.) Но даже в таком случае вы, скорее всего, смирились бы и спокойно заснули. Однако для человека с ОКР, одержимого идеей заражения, это стало бы катастрофой. Его бы настолько поглотили мысли о микробах и желание вымыть руки, что он не смог бы заснуть.

У меня есть собственный странный пример навязчивой идеи, которая на самом деле не имеет отношения к ОКР. Сколько себя помню, я любила в уме группировать буквы по четыре. Мой мозг берет фразу и разбивает ее на группы из четырех букв. Для него есть что-то необъяснимо приятное в том, что фразы и предложения делятся на четыре. (А я из тех, кто ненавидит математику, поэтому такое пристрастие действительно необъяснимо.) Например, если кто-то спросит: «Как прошли твои выходные?» — мой мозг очень быстро, почти незаметно для меня поделит:«Какп-рошл-итво-ивых-одны-е». В этом случае мозг был бы недоволен — ему не нравится, когда не все группы состоят из четырех букв, — поэтому он быстро перефразировал бы вопрос в «Как отдохнула?» и поделил на«Како-тдох-нула». В каждой группе по четыре буквы. Это любимый сценарий моего мозга.

Почему это происходит? Понятия не имею. Когда это началось? Опять же, не знаю. Как часто я это делаю? Гораздо чаще, чем даже осознаю, в течение всего дня. Иногда я задумываюсь об этом и предполагаю, что это способ мозга поддерживать во мне интерес к тому, что я делаю. Но меня это не беспокоит. Это просто странная когнитивная привычка, которая не причиняет мне беспокойства, не отнимает времени и никоим образом не ухудшает работоспособность. Более того, эта привычка не является компульсивной, потому что я не чувствую, чтообязанаэто делать. И она не связана с какой-либо навязчивой мыслью, от которой я пытаюсь избавиться. Это просто очень странное, бесполезное, но в то же время приносящее необъяснимое удовлетворение действие, которое совершает мой мозг.

Однако это определенно похоже на ОКР, правда? Тем, кто не знаком с критериями DSM, я, конечно, могла бы убедительно заявить о своем расстройстве: «У меня такое ОКР, что мне приходится систематизировать и перефразировать предложения, пока буквы не будут сгруппированы по четыре. Я постоянно этим занимаюсь и не могу остановиться». Но если бы я повторила эти слова специалисту по психическому здоровью, он заверил бы меня, что такая привычка — не расстройство: она не связана с какой-либо навязчивой идеей, не отнимает много времени и не терзает меня, и хотя мой мозг действительно не может остановиться, это не мешает мне жить. А вот человек с ОКР не в состоянии просто все прекратить, даже когда хочет.

Как вы знаете из предыдущих глав, все эти расстройства являются крайностями нормального человеческого поведения, и именно поэтому так легко увидеть себя в каждом из них. Но человек с ОКР не просто поглощен какими-то мыслями. Его мучают мысли болезненные, навязчивые, вызывающие тревогу; он может их контролировать, только выполняя повторяющиеся, отнимающие много времени и вызывающие огорчение действия. Это два совершенно разных переживания, и их смешение может сказаться на сочувствии к людям, страдающим данным расстройством.

У Хуана нет обсессивно-компульсивного расстройства

Хуан расстроен. И даже более чем. Он попросил свою жену Джесс выстроить обувь в ряд у двери, а она уже неизвестно сколько времени — может, годы? — никак этого не сделает. Хуан сказал жене: разумнее всего ставить ее офисные туфли на верхнюю полку для обуви (черт возьми, он даже объяснил, почему это имеет смысл), а мокрую или грязную обувь

Его раздражает, что грязная вода попадает на ее чистые и сухие туфли, и он, честно говоря, недоумевает. Во-первых, как Джесс не понимает, что это бессмысленно? Неужели она не замечает, что ее мокрые кроссовки пачкают другие туфли? Неужели ее не раздражает, что обувь пришлось смять, чтобы уместить на средней полке? И во-вторых, если ей действительно все равно (чего Хуан никак не может понять), почему она хотя бы не уяснит, насколько это важно длянего? Джесс будто специально уклоняется от правил, которые они столько раз обсуждали. Она пытается разозлить его? Хуана раздражает беспорядок, и Джесс это знает! Он постоянно твердит ей об этом, но она, похоже, не понимает.

Хуан отчетливо помнит разговор, состоявшийся около четырех лет назад, когда эта проблема еще не выводила его из себя так, как сейчас. Тогда он сказал Джесс: «Я знаю, что зацикливаюсь, но это мое ОКР. Мне действительно нужно, чтобы обувь на полке оставалась чистой и опрятной». Такой же фразой Хуан объяснил, почему хочет, чтобы Джесс перед входом в дом вытирала обувь маленьким приспособлением для чистки, которое он купил в интернете. Не так уж трудно понять, что он хочет оставить грязь снаружи, где ей и место. Ради всего святого, у них в гостиной белый ковер! Если на нем появятся пятна, вряд ли Джесс первой кинется за пароочистителем. Она никогда им раньше не пользовалась и даже не знает, где он хранится. В последний раз, когда прибор использовали, Хуан опаздывал на встречу и был вынужден оставить грязь в прихожей. Он все вымыл позже вечером, когда вернулся домой, но был бы рад, если бы ему не пришлось сразу хвататься за уборку.

Хуан раздраженно вздыхает и подходит к полкам для обуви. Пусть Джесс легко выносит это безобразие, но он-то уж точно не сможет. С большим раздражением он переставляет обувь туда, где ей и положено быть. Затем берет полотенце и вытирает капли воды на нижних полках.

Наконец-то все так, как должно быть, но Хуан по-прежнему раздражен. Он терпеть не может, когда игнорируют совершенно разумную систему. Обувь могла быть сухой и чистой, если бы Джесс все правильно расставила. Хуан делает глубокий вдох и пытается успокоиться. Они столько раз говорили об этом, и он знает, что одно лишь упоминание приведет к ссоре, но чувствует, что мысли будут мучить его весь остаток вечера.

Хуан любит порядок в обуви — это очевидно. У него есть разумная система, и он неоднократно просил Джесс ее соблюдать. К чести Джесс, в девяноста девяти процентах случаев она ставит обувь на полку так, как муж хочет, но иногда спешит, устает или забывает, а Хуан никогда не упускает этот один процент. Это сводит Джесс с ума, потому что она действительно старается расставлять обувь «правильно», хотя лично ей на это наплевать, но Хуан отчитывает ее каждый раз, когда она забудет. Он утверждает, что все это — результат его ОКР. Однако его мысли по этому поводу, а также случаи, когда он смог уйти и оставить грязь, не испытывая при этом значительных страданий, показывают, что предпочтения Хуана не имеют ничего общего с избавлением от навязчивых мыслей. Его желание расставить обувь определенным образом не является компульсивным, ему просто очень нравятся чистота и порядок. Утверждая, что страдает ОКР, Хуан превращает случайное несоблюдение требований Джесс в проблему его психического здоровья, хотя на самом деле это проблема разных характеров и предпочтений. Беспорядок на полках для обуви может вызвать у Хуана стресс, но это не мешает ему нормально функционировать.

Превращение обсессивно-компульсивного расстройства в оружие

У каждого человека есть необычные или специфические запросы, которые другим людям кажутся ненужными. Этопредпочтения, а не компульсии. Например, всегда найдется тот, кто чаще остальных моет посуду, любит «правильно» загружать посудомоечную машину или ходит по дому, выключая свет и закрывая кухонные шкафы. Есть и другие особые предпочтения, например ритуалы прощания (поцеловать и чмокнуть в нос каждый раз на удачу!) или подготовка к отпуску (с подробным расписанием маршрута до минуты). Наши близкие могут переживать по поводу того, как что-то делается, и испытывать стресс, когда делаетсяне так, но это не ОКР.

Мой муж Лукас терпеть не может, когда банки закрываются неплотно. Знаете, когда крышка закрыта наполовину и все еще болтается или случайно затянута и перекосилась? А меня это совершенно не волнует. В нашем доме я единственная виновница появления плохо закрытых банок. Я почти не завинчиваю крышки на маринованных огурцах, арахисовом масле, лекарствах, бутылках с водой или контейнерах для хранения продуктов. Я даже не осознаю, что делаю, потому что меня такая проблема не задевает.

Лукаса же это просто сводит с ума (и я знаю, что некоторые из вас сейчас мысленно кричат в знак солидарности с ним). Он тысячу раз просил меня быть внимательнее, и я стараюсь. Правда. Но только потому, что забочусь о Лукасе. Я просто не запрограммирована на то, чтобы правильно завинчивать крышки. Мое единственное постоянное достижение заключается в том, что теперь я плотно закрываю баночки с лекарствами — Лукас объяснил, что, если ибупрофен упадет, наш тойпудель Клиффорд может съесть его и умереть. Это заставило меня быть более осмотрительной, а когда у нас появились дети, я удвоила осторожность. (Прежде чем вы возьмете Лукаса за образец, имейте в виду, что он из тех, кто оставляет ящики открытыми по всему дому.)

Лукас мог бы заявить, что потребность в правильном закручивании крышек — это «его ОКР», и представить мои промахи как неуважение к его психическому здоровью. Или я могла бы возмутиться, что его настойчивость в данном вопросе объясняется наличием ОКР, и отказаться подчиняться, потому что считаю требования неразумными и чрезмерными. Мы оба эффективно использовали бы психическое расстройство как оружие, чтобы добиться своего, и оба были бы неправы.

Как я упоминала в начале этой главы, все остальные термины в данной книге используются как одностороннее оружие. Например, никто безосновательно не называет себя социопатом, чтобы оправдать свое поведение. По моим наблюдениям, ОКР — единственный психологический диагноз, которым злоупотребляют в обоих направлениях. Люди утверждают, что в их предпочтениях виновато ОКР, когда хотят, чтобы близкие им подчинялись, или обвиняют окружающих в наличии ОКР, когда не желают подчиняться сами. В отличие от самого состояния, люди склонны использовать термин ОКР очень гибко и многогранно. Возможно, это связано с

Но вне зависимости от направления применения есть несколько важных причин не злоупотреблять этим медицинским термином.

1. Это преуменьшает значение реального ОКР

Шутки о том, что у кого-то есть ОКР, преуменьшают переживания тех, ктодействительнострадает этим расстройством. Это также может привести к недопониманию, осуждению и обиде, когда люди ошибочно полагают, что человек с ОКР просто «позволяет» своим особенностям или страхам диктовать окружающим, что им делать. Но ОКР — не привередливость или повышенная осторожность. Это невероятно выматывающее, вызывающее стресс и тягостное расстройство, которое мешает людям работать, поддерживать отношения или даже выходить из дома.

2. Это контроль

Люди, ошибочно утверждающие, что у них ОКР, прикрывают этим свою придирчивость, властность или стремление к контролю, что позволяет им навязывать окружающим те или иные действия. Когда кто-то хочет, чтобы «из-за его ОКР» дело было сделано определенным образом, этому человеку трудно возразить и отказать, даже если требования кажутся чрезмерными. Мы живем во времена нормализации и поддержки тех, кто борется с расстройствами, и кажется неправильным оспаривать чей-то диагноз, пусть даже самопровозглашенный.

По иронии судьбы лучшим методом лечения ОКР (наряду с медикаментозным) является предотвращение реакций/ритуалов — страдающий человек должен научиться мириться со своими навязчивыми мыслями, не поддаваясь компульсиям, которые обычно облегчают эти обсессии. Поступая так, человек учится новым способам справляться с навязчивыми идеями и избавляется от обсессии. Поэтому уступка требованиям на самом деле не способствует его выздоровлению.

Настоящее ОКР редко используется как предлог для контроля над другими людьми. На самом деле как раз наоборот: люди с ОКР часто испытывают сильное беспокойство или смущение, когда вынуждены просить окружающих войти в их положение. Многие предпочитают удалиться от мира, чтобы не навязывать другим свои неконтролируемые порывы. Они пытаются скрыть свои симптомы, вместо того чтобы с готовностью заявить о них. И помните: если человек с ОКР просит, чтобы близкие подчинялись его навязчивым идеям или приспосабливались к ним, он делает это не ради развлечения. Ему очень тяжело, и просьба о снисхождении — единственный известный ему способ облегчить страдания.

3. Это пренебрежение

Обвинить в наличии ОКР в ответ на просьбу, которая вам не нравится, — отличный способ отмахнуться от собеседника. Я не рекомендую так поступать с партнером. Таким образом вы отталкиваете человека, намекая на то, что он невротик, слишком остро реагирует, эмоционально зависим или склонен к чрезмерному контролю. Это, мягко говоря, не пойдет на пользу вашим отношениям.

Что делать, если вас обвиняют в ОКР?

Если у вас есть свои строгие предпочтения или постоянная тревога, которых не понимают окружающие, вас могут обвинить в наличии ОКР. В некоторых случаях это больно слышать. Прежде чем впадать в гнев или защищаться, вот что следует предпринять.

Сделайте глубокий вдох

Неприятно, когда другие ставят вам диагноз, даже если это неправда. Но, видимо, ваши запросы или предпочтения обеспокоили или расстроили кого-то до такой степени, что он нашел признаки ОКР. Даже если ваш собеседник ошибается, на его слова стоит обратить внимание. Независимо от ситуации, вы ведь всегда хотите реагировать обдуманно, а не импульсивно. Если вы дадите себе время отдышаться, настроиться и вернуться к спокойному эмоциональному состоянию, это поможет вам обдуманно реагировать на обвинения.

Проведите самоанализ

Если собеседник использует термин ОКР в качестве оружия против вас, возможно, у него действительно есть серьезные опасения по поводу вашего психического здоровья. Уделите минуту (или несколько) размышлению о своих эмоциях и поведении. Боретесь ли вы с обсессиями или компульсиями, описанными в этой главе? Или просто контролируете и командуете окружающими? Насколько вы способны отказаться от своих требований или предпочтений? Причинит ли это вам серьезные страдания? Например, появятся ли физические симптомы беспокойства (учащенное сердцебиение или повышенное потоотделение) или тревожные навязчивые мысли («Что, если муж попадет в аварию из-за того, что я не щелкнула выключателем семь раз»)? И кстати, раз уж мы проводим самоанализ, бывали ли в вашей семье случаи тревожности или ОКР в прошлом? Если да, то это явный признак того, что у вас может быть данное расстройство, поскольку ОКР имеет генетическую составляющую.

Если вы считаете, что страдаете ОКР, обратитесь за медицинской помощью

Если вы подозреваете у себя ОКР, самое время обратиться за помощью к квалифицированному специалисту. Нельзя ставить себе диагноз самостоятельно, поэтому, даже если вы соответствуете всем критериям и абсолютно уверены, что у вас ОКР, все равно важно обратиться к профессионалу. Также полезно начать психотерапию (и, при необходимости, медикаментозное лечение).

Если вы считаете, что не страдаете ОКР, объясните это собеседнику

Возможно, вы решите, что обвинения против вас не выдерживают никакой критики. Конечно, у вас есть строгие предпочтения в отношении определенных вещей, но не из-за ОКР. Может, вы перфекционист и спорите с теми, кто не соответствует вашим высоким стандартам, или испытываете тревогу, а организованное пространство вас успокаивает. Существует множество возможных объяснений такого поведения, помимо медицинского ярлыка.

Если это про вас, то пришло время поговорить с человеком, предположившим, что у вас ОКР. У этого разговора две цели. Во-первых, объяснить, что вы почувствовали, когда вам поставили неточный диагноз. Обиду? Осуждение? Пренебрежение? Дайте собеседнику понять, как действует неправильное употребление термина. Во-вторых, поймите сами, как ваши действия влияют на окружающих — им явно что-то кажется проблематичным или ненормальным, чтобы выдвинуть гипотезу об ОКР.

Следует признать, что вторая часть дается сложнее — вы снова можете почувствовать, что вас осуждают. Будет проще, если вы сначала убедите себя, что не сделали ничего объективно плохого,

Продолжайте говорить (возможно, с профессионалом)

Это не разовый разговор. Нужно постоянно обсуждать ваши ожидания и то, как вы справляетесь с разногласиями. Если вы хотите, чтобы что-то было сделано определенным образом, а другой человек категорически с этим не согласен, что делать? Как не критиковать друг друга все время? Какие предпочтения могут быть гибкими, а какие не подлежат обсуждению? В зависимости от ответов вы, возможно, захотите заручиться поддержкой психотерапевта, который поможет вам эффективно обсудить все это с близким человеком, а также определить повторяющийся эмоциональный и поведенческий цикл, рождающий обвинения.

Что делать, если вы подозреваете у кого-то ОКР?

Допустим, у вашего партнера действительно есть строгие предпочтения или причуды, и вы хотите убедиться, нет ли у него ОКР. Хотя порой это расстройство трудно поддается лечению, в целом справиться с ним гораздо легче, чем, скажем, с нарциссизмом. Кроме того, люди с ОКР, скорее всего, с большей охотой обратятся за помощью и согласятся на лечение, потому что испытывают стресс из-за этого расстройства. Поэтому вот что нужно делать, если вы подозреваете у близкого человека ОКР.

Занимайтесь самообразованием

Мое краткое объяснение едва ли отражает все, что нужно знать об этом расстройстве. Я настоятельно рекомендую прочитать больше об ОКР, включая его многочисленные виды и проявления, чтобы лучше понять это расстройство. Загляните в раздел «Источники» в конце этой книги. По мере чтения будьте готовы к тому, что ваши подозрения подтвердятся или исчезнут.

Если это, скорее всего, не ОКР, устраните проблему

Когда подозрения сняты, самое время переключить внимание. Если вы искренне полагали, что у близкого человека клиническое расстройство, то здесь явно кроется проблема. Возможно, его предпочтения превратились в жесткие требования, из-за которых вы чувствуете контроль или давление, и об этом нужно поговорить. Объясните, что вы можете действовать не так, как ваш партнер, и почему у каждого должна быть свобода действий. Скажите, что вы готовы уступать в вопросах, которые действительно важны для собеседника (при условии, что вас это устраивает), но также нуждаетесь в независимости и свободе выбора.

Если вы убеждены, что это ОКР, действуйте осторожно

Если у вас есть опасения, их стоит обсудить. Однако очень важно, как вы делитесь своими опасениями. Будьте добры, мягки и не углубляйтесь в диагнозы. Спросите близкого человека о переживаниях — например, от каких мыслей он не может избавиться или что чувствует, когда застревает в повторяющемся навязчивом состоянии. Постарайтесь понять и показать, что собеседник вам небезразличен.

Не обвиняйте

Жить с человеком, страдающим ОКР, бывает очень трудно, особенно если это тяжелый случай. Но важно помнить, что люди с ОКР живут в сильном стрессе, и если бы они могли волшебным образом избавиться от обсессий и компульсий, то обязательно бы это сделали. Не вините их за навязчивые действия. Не раздражайтесь из-за того, что они продолжают прокручивать одни и те же навязчивые мысли. По крайней мере, сейчас эти вещи вышли из-под их контроля.

Помогите обратиться за помощью

Как я упоминала ранее, рекомендуемое лечение ОКР — предотвращение реакций/ритуалов, часто в сочетании с приемом медикаментов. Предложите человеку обратиться к специалисту, если он еще этого не сделал. Если он сопротивляется, мягко объясните, как его поведение влияет на вас обоих. Не заставляйте его чувствовать себя ходячей проблемой — лучше сделайте ОКР задачей, над решением которой вы оба работаете.

Оказывайте поддержку в процессе

Порой бывает очень страшно отказаться от компульсий, помогающих сдерживать обсессии, и из-за этого ваш близкий может нервничать или избегать начала терапии. Предложите всяческую поддержку (если, конечно, у вас есть возможность и желание). Помогите найти лечащего врача или запишите симптомы, чтобы человек знал, как рассказать о них на приеме. Предложите отвезти в клинику. Сделайте все возможное, чтобы уменьшить препятствия для профессиональной помощи.

Дистанцироваться или даже уйти — нормально

Надеюсь, вы уже знаете об этом, но я все равно скажу: если человек отказывается от помощи, вполне нормально взять паузу или вообще прекратить отношения. Хотя может показаться подлостью бросать кого-то в беде, но вам нужно сначала позаботиться о себе. Если такие отношения вредят вашему психическому здоровью, возможно, лучше расстаться.

Глава 6. Это ред-флаг или просто недостатки?

Ред-флаг — эвфемизм для обозначения поведения, предшествующего ранним признакам абьюза. Другими словами, это индикатор, что с таким человеком лучше не строить отношения. Подобные признаки мы часто упускаем из виду или предпочитаем игнорировать, когда только влюбляемся, но видим более отчетливо задним числом, после того как узнали партнера ближе. Поскольку этот термин охватывает широкий спектр форм поведения, его бывает трудно определить или опровергнуть. В данной главе мы рассмотрим распространенные случаи использования указанного термина и научимся соблюдать осторожность при его применении.

Поведение Кристи — ред-флаг

Соня сквозь слезы рассказывает мужу, что произошло на работе: начальница по имени Кристи отчитала ее во время общего собрания сотрудников. У коллег буквально отвисла челюсть, когда Кристи сказала: «Соня, похоже, снова не в состоянии выполнить свое единственное задание. Может кто-нибудь вмешаться и спасти нас?» Соня не могла в это поверить. Начальница попросила ее подготовить презентацию для встречи с клиентом всего за день, и она это сделала. На самом деле, это была отличная презентация. Но на одном из слайдов Кристи заметила опечатку и внезапно разозлилась.

Собеседование, когда оно наконец состоялось, продлилось всего пятнадцать минут. Кристи задала не так уж много вопросов и, казалось, была слегка раздражена тем, что Соня интересуется должностными обязанностями и атмосферой в коллективе: «Вы, похоже, очень заинтересованы этой позицией. Но на ней же свет клином не сошелся. Это просто обычная работа с обычными людьми». Соня перестала задавать вопросы, решив, что ее воспринимают как навязчивую или неуверенную в себе женщину. Когда Кристи небрежно предложила ей приступить к обязанностям, Соня, которая нервничала по поводу возвращения на работу после декретного отпуска, с радостью согласилась.

С тех пор все шло под откос. Кристи настояла, чтобы Соня сразу же приступила к работе («или вообще не приходите, сотрудник нужен нам срочно»), но еще целый месяц не присылала трудовой договор. Соня работала, не получая зарплату и не имея никаких социальных гарантий. Всякий раз, когда она поднимала вопрос, Кристи отметала ее опасения: «Успокойся, Соня. Отдел кадров собирает твой пакет документов. Но у них и без тебя много дел».

Кристи всегда просила о чем-то в последнюю минуту, а потом злилась на Соню, когда та не успевала выполнить поручение. Кристи отправляла электронные письма поздно вечером и ожидала, что Соня ответит. На второй неделе Соня пришла на работу в понедельник и обнаружила, что входная дверь заперта, — никто не предупредил ее, что в офисе сегодня всем разрешили взять выходной. Когда она попросила Кристи составить список дополнительных выходных, начальница лишь отмахнулась от нее: «Мы отдыхаем в обычные праздники, как и в любой компании».

Муж Сони беспокоится из-за того, как резко упали ее самооценка и душевное здоровье с момента выхода на работу. Выслушав жалобы, он берет жену за руки и говорит: «Милая, тебе нужно уволиться. Эта работа не стоит твоего счастья. Кристи показала очень много ред-флагов, начиная с самого первого дня, когда опоздала на собеседование. Ты продолжаешь оправдывать ее, но она просто нехороший человек, и тебе не следует с ней работать».

Соня шмыгает носом, но расправляет плечи. Ее муж прав. Кристи вела себя непрофессионально и невнимательно с самого первого дня. Она никогда не извиняется, язвит и грубит, ставит людей в неловкое положение, она требовательна и просто неприятна. По какой-то причине, взглянув на такое поведение как на ред-флаги (указывающие в одном направлении), Соня снова чувствует себя в здравом уме. Она не ужасный сотрудник, это Кристи — ужасный начальник.

Определение ред-флага

Ред-флаг — это действие или модель поведения, сигнализирующие, что кто-то ведет себя токсично или неправильно в отношениях. Ред-флаги предупреждают, что человек может причинить вам некий эмоциональный вред: он ненадежный, не заслуживает доверия, даже абьюзивный, лучше держаться от него подальше. Это определение не является профессиональным термином, и, несмотря на тщательный поиск, я не смогла точно выяснить, когда мы начали использовать его конкретно для описания романтических связей. Каким бы ни было его происхождение, этим словом описывают тревожные признаки во всех видах отношений. Как обширный термин «ред-флаг» нельзя определить конкретно, но мы рассмотрим примеры, которые помогут нам лучше понять его суть.

Вот некоторые распространенные признаки:

• партнер избегает разговоров о статусе отношений или говорит: «Нам не нужны ярлыки»;

• давит на вас в разговорах или применяет газлайтинг;

• советует вам не встречаться и не дружить с определенными людьми;

• переписывается или флиртует с другими людьми, особенно показательно, если это держится в секрете;

• кричит, хлопает дверьми или отгораживается холодным молчанием.

А вот всего лишь несколько примеров поведения, которое должно вас насторожить:

• неспособность или нежелание связывать себя обязательствами;

• отказ учитывать вашу точку зрения;

• контролирующее или манипулятивное поведение;

• наличие многочисленных тайных любовных связей или откровенная неверность;

• эмоциональная неустойчивость или замкнутость.

Ред-флаги показывают, что у человека действительно есть признаки расстройства личности, такого как нарциссизм или социопатия, или же он использует тактику абьюза, например, газлайтинг или удушение любовью. Когда ред-флаги связаны с абьюзивным поведением (манипулятивным, контролирующим, так или иначе небезопасным), на это следует обратить пристальное внимание. Сложность здесь в том, что абьюзеры редко проявляют себя в начале отношений. Они умеют весьма искусно скрывать свое истинное лицо, и только после повторяющихся неприятных ситуаций, предупреждений от окружающих и самостоятельных долгих размышлений мы можем их вычислить. Именно в этот момент полезно получить консультацию от психотерапевта, доверенного члена семьи, партнера или друга, кто готов высказать свои опасения по поводу ваших отношений.

Чтобы точно распознать ред-флаги, нужна полная картина поведения человека. Одного предупреждающего знака недостаточно, чтобы сделать вывод. Ред-флаги вызывают наибольшую тревогу, когда их несколько — и все указывают на один и тот же вывод. Например, если ваш спутник грубит официанту, который принес неправильный заказ, это может быть ред-флаг. Но, возможно, он только что вернулся из напряженной рабочей поездки, а накануне не выспался, и позже ему станет стыдно за свое поведение. Совсем другое дело, если он хамит всем за рулем, обругал уже четырех официантов в вашем присутствии и начал повышать на вас голос во время ссор. В этом случае ред-флаги накапливаются и указывают, что у вашего партнера есть проблемы с гневом, которые не принесут ничего хорошего в отношениях.

Эволюция термина

В XVIII веке красные флаги использовались на войне, чтобы сигнализировать о приближающейся опасности или о намерении сражаться. С тех пор ими обозначают наводнение, пожар или другие надвигающиеся угрозы. Естественно, мы адаптировали этот термин для обозначения опасных ситуаций в отношениях.

Закрепление этого термина также привело к популяризации понятия о бежевых и грин-флагах в отношениях. Я не буду подробно обсуждать их здесь, поскольку они не являются оружием, однако стоит пояснить, что грин-флаги указывают на хорошего партнера для построения отношений: он уравновешен, дарит ощущение безопасности и умеет любить. Человек проявляет грин-флаги, если готов вести трудные разговоры без криков и истерик (хорошие навыки регулирования эмоций), советуется с вами, чтобы не сделать то, что может вас расстроить (уважает ваши границы), и извиняется, когда причинил вам боль (берет на себя ответственность).

Бежевые флаги распознать сложнее — это не яркий признак, который

Поведение Амита не ред-флаг

В двадцать один год Амит, наконец, созрел для свиданий. Единственного сына в семье иммигрантов, его учили, что высшее образование следует ставить на первое место, а романтические отношения — на второе. Он усердно занимался в школе, получал хорошие оценки и награды, поступил в престижный колледж, но совсем не ходил на свидания. Теперь же, уехав от родных на учебу в другой штат, Амит захотел завязать отношения.

Познакомившись на лекциях с Фиби, Амит нервно пригласил ее на свидание. Он не совсем знаком с «правилами ухаживания», но предложил девушке поужинать, как это всегда делают люди по телевизору. Она согласилась. Амит собирался зайти за Фиби в ее общежитие, но сосед по комнате остановил его. «Нельзя так рано приходить, Амит. Она подумает, что ты навязчивый. На свиданиях важно поддерживать впечатление, что ты не очень-то в ней заинтересован. Немного опоздай», — посоветовал он. Поэтому Амит подождал, а затем пришел в общежитие на пятнадцать минут позже назначенного времени.

Фиби выглядела слегка напряженной, и Амит занервничал. Уж не передумала ли она? Но девушка сказала: «Я думала, ты не придешь». Амит ответил, как и посоветовал его сосед по комнате: «О да, у меня было много других дел». Они пошли в столовую, взяли еду и в целом хорошо, хотя и нервно, провели время вместе.

Амит проводил девушку домой, сказал, что ему понравилось с ней общаться, и Фиби ответила тем же. «Сходим еще раз?» — спросил он, и она согласилась: «Обязательно». Амит вернулся домой на седьмом небе от счастья, предвкушая встречу с ней на следующей неделе на занятиях. Но на лекциях Фиби прошла мимо него и села подальше. Амит промолчал, решив, что девушка его не заметила или чем-то расстроена и не хочет ни с кем говорить. Он попытался догнать ее на выходе, но Фиби быстро ускользнула.

То же самое произошло и на следующий день. У Амита не было номера телефона Фиби, поэтому он решил заглянуть к ней в общежитие и узнать, все ли в порядке. Он постучал в ее дверь и сделал несколько глубоких вдохов, чтобы успокоиться. Когда Фиби открыла, ее лицо исказилось от гнева.

— Что ты здесь делаешь, Амит? — коротко бросила она.

— Привет, как дела? Я пытался догнать тебя вчера после занятий. Хотел узнать, как ты, — ответил Амит.

— Все в порядке.

— Ладно, хорошо, я рад это слышать. Мне показалось, ты чем-то расстроена и избегаешь меня, — продолжил Амит, не понимая, что происходит.

— Да, наверное, я просто относилась к тебе так же, как ты — ко мне. Тебе же со мной неинтересно, странно, что ты сейчас пришел.

— Что значит «неинтересно»? — растерялся Амит. — Мне было очень весело с тобой на прошлой неделе.

— Ты — сплошной ред-флаг. Опоздал на свидание, не поцеловал меня на прощание и не взял номер телефона, не добавил в друзья в соцсетях. Ведешь себя так, будто все это в порядке вещей, а потом неожиданно появляешься у моей двери. Это очень странно, — ответила Фиби.

Амит не подозревал, чего от него ждали. У него до самого поступления в колледж не было даже аккаунта в социальных сетях: родители считали, что это отвлекает от учебы.

— Мне так жаль, что я все сделал неправильно, Фиби. У меня нет опыта ни в чем подобном, и я не понимал, что обидел тебя. Я не умею правильно ухаживать, — с тревогой признался Амит.

— Да, я знаю, ты ни с кем не встречался, но твои слова — еще один ред-флаг, и на этот раз я не буду его игнорировать. Если ты понимаешь, что не умеешь ходить на свидания, почему бы тебе не приложить больше усилий, вместо того чтобы игнорировать меня? Что-то не сходится. Спасибо за свидание и все такое, но я не думаю, что мы подходим друг другу, — решительно произнесла Фиби и захлопнула дверь.

Амит был ошеломлен и очень опечален. Он понятия не имел, что создал у Фиби впечатление, будто ему все равно или он не прилагает усилий. Амит печально пошел домой, ругая себя за то, что не добавил Фиби в друзья в соцсетях. Он знал, что ему придется учиться выстраивать отношения, но не представлял, что его так просто запишут в ред-флаги.

Фиби тоже грустила. Ей очень понравился Амит. Он не походил на других парней, которые были заинтересованы только в том, чтобы переспать, и избегали эмоциональных разговоров. Амит внимательно слушал ее на свидании, и Фиби чувствовала, что между ними возникла особая связь. Но когда она пожаловалась подругам, что он не поцеловал ее на прощание и не подписался на нее в соцсетях, те сразу же заявили, что это ред-флаги. Возможно, он просто хотел с кем-то переспать, настаивали они, или Фиби ему совсем не понравилась. Ведь он не прилагал никаких усилий. Подруги Фиби уговаривали ее обратить внимание на все предупреждения и бросить его. Она так и сделала, но почему-то не ощущала, что это правильный выбор.

Ред-флаг как оружие

Термин «ред-флаг» служит для обозначения нездорового, токсичного или потенциально абьюзивного поведения. Но поскольку он охватывает настолько обширный спектр, его удобно использовать каждый раз, когда мы сталкиваемся с тем, что нам не нравится в другом человеке. Супруг всегда оставляет мокрое полотенце на полу после душа? Ред-флаг — он безответственный и ждет, что вы будете убирать за ним. Подруга никогда не предупреждает, что опаздывает? Ред-флаг — она эгоистична, невнимательна и не ценит ваше время. Слишком легко использовать этот термин как оружие в надежде, что он пристыдит другого человека и заставит измениться.

Однако есть четыре основные проблемы, связанные с его использованием.

1. Часто мы обнаруживаем ред-флаги только задним числом

Вот что самое печальное: ред-флаги посылают нам ранние предупреждающие сигналы, на которые мы хотели бы обратить внимание, но часто упускаем их из виду. При наличии

Стоит отметить, что истинные абьюзеры умеют убеждать, что их плохое поведение совершенно нормально и даже является признаком любви. Например, они могут настаивать, что защищают вас от плохого друга, советуя не переписываться с этим человеком. Если вы пропустили подобные ред-флаги по своей душевной доброте и доверию или потому, что они были хорошо скрыты, не корите себя и старайтесь не проявлять чрезмерную подозрительность в дальнейшем. Нельзя точно определить характер человека по одной ситуации или поступку. Не прибегайте к поспешным выводам, а поищитемоделиповедения, которые помогут составить более точное представление о партнере.

2. Мы всегда находим ред-флаги, когда их ищем

Вторая проблема заключается в том, что чрезмерная бдительность приводит к открытиям. Из первой главы вы помните, что это называетсясклонностью к подтверждению своей точки зрения: вы делаете вывод, а затем ищете всевозможные доказательства, подтверждающие его, и игнорируете опровергающие доводы. Например, если вы постоянно высматриваете признаки, что супруг вам изменяет, даже нормальные или безобидные поступки покажутся подозрительными. Простая путаница во времени послужит сигналом, что партнер встречался с кем-то другим и именнопоэтомуопоздал. Выключенный телефон (да, такое иногда случается) будет истолкован как попытка скрыть местоположение, чтобы вы не увидели, что ваша половинка находится в гостиничном номере с кем-то еще. Что ж, если таких случаев довольно много, их стоит посчитать ред-флагами и обсудить, но только не забывая, что это могут оказаться просто незначительные ошибки, не предполагающие ничего, кроме забывчивости.

3. Обозначив ред-флаг, мы избегаем уязвимости

Навешивая такой ярлык, мы квалифицируем действие как плохое или вредное, не объясняя, почему обиделись или что предполагаем. Подобно всем превращенным в оружие психологическим терминам, это способ сказать, что мы хотим изменить чье-то поведение, избегая его влияния на нас.

Если вы хотите улучшить отношения, гораздо эффективнее рассказать партнеру, почему его поведение вас расстроило, и выяснить, как справиться с глубинными страхами или чувствами, которые оно вызвало. Что-то вроде: «Когда ты читаешь мои сообщения, но оставляешь их без ответа на несколько часов, я чувствую себя забытой и немного растерянной. Можешь что-то писать или хотя бы поставить реакцию, чтобы я так не думала?» или «Мне кажется, вы не так сильно гордитесь мной, потому что постоянно расхваливаете замечательные успехи моего брата. Я понимаю, что, скорее всего, это не так, но просто хотел вам сказать». Если вы сделаете это, а человек по-прежнему будет плохо поступать, — огрызаться, пренебрежительно относиться к вам, проявлять жестокость или даже газлайтинг, — у вас появится реальное представление о нем, и вы сможете более взвешенно решить, что делать дальше.

4. Мы забываем, что у всех людей есть проблемы

На самом деле увсехесть ред-флаги. Люди по своей природе несовершенны и склонны к проступкам. Мы совершаем ошибки и ведем себя плохо, даже если понимаем, что так делать не надо. Смысл не в том, чтобы найти человека без проблем, а скорее в том, чтобы встретить того, с чьими проблемами мы готовы работать. Ред-флаги, указывающие на абьюз, необходимо принимать во внимание, но к человеческим недостаткам или допущенным ошибкам стоит проявить снисхождение.

Если бы Лукас при нашем знакомстве искал ред-флаги, он бы их нашел достаточно. Я училась в аспирантуре, все еще пытаясь понять, как проявлять чувства в романтических отношениях и как стать самостоятельной взрослой. Например, я не хотела обсуждать финансы, потому что это вызывало у меня тревогу. Я была на мели из-за студенческих займов, поэтому идея поговорить о пенсионном накопительном счете не стояла на первом месте в моем списке финансовых дел. Но Лукас, который проработал несколько лет и уже успел обзавестись сберегательным счетом и внушительной суммой накоплений, захотел обсудить наше финансовое положение и планы. Он мог бы счесть огромным ред-флагом мое нежелание вступать в такую дискуссию.«Она не желает обсуждать свое финансовое положение? Возможно, у нее есть долги по кредитной карте, или она скрывает от меня свои сбережения, или вообще не хочет совместного будущего и не считает необходимым поднимать финансовые вопросы».Да, мое уклонение от этой темы раздражало Лукаса, но он понял: дело в стрессе и неготовности планировать финансовое будущее, а не в каком-то предупреждающем знаке, будто я равнодушный или неподходящий партнер.

Этот пример показывает, как трудно заметить настоящий ред-флаг в тот момент, когда он появляется. Если бы ядействительнопрятала деньги или не желала вкладывать их в совместное будущее, то вела бы себя точно так же, и Лукас, возможно, великодушно отказался бы от подозрений, а потом узнал, что я жестокая и коварная женщина, все это время игравшая с ним. Но не забывайте, что я не проявляла других признаков жестокости или коварства, другими словами, не показывала множества ред-флагов. Лукас смирился с этим моим недостатком, даже если он не соответствовал его желаниям.

Поверьте, прямо сейчас, когда сижу в ресторанчике и пишу эту главу, я слышу, как мужчина неподалеку рассказывает своей девушке о ред-флагах его бывшей. Первый пример? Она не упоминала о нем на своей странице. (Я не пытаюсь подслушивать, но он говорит очень громко.) Судя по тому, что я услышала, его бывшая выглядит совершенно нормальным человеком, который вполне открыто заявил, что не хочет зацикливаться на отношениях. Но теперь он решил, что нашел другие ред-флаги, указывающие на ее патологические проблемы с обязательствами, в отличие, скажем, от явных признаков отсутствия у нее обязательств по отношениюк нему. Глядя со стороны, нельзя назвать ред-флагом то, что она ничего не пишет о нем в соцсетях. Это просто явный показатель, что она не так заинтересована в отношениях, как он. Он выискивает у нее психологические проблемы, чтобы не чувствовать себя отвергнутым.

Люди не идеальны. Мы в себе-то не можем разобраться, а в отношениях — тем более. Все мы совершаем ошибки, иногда неоднократно на протяжении всей жизни. Вместо того чтобы

Что делать, если вас обвиняют в ред-флагах?

Даже не знаю, что вы такого натворили, но вы явно расстроили кого-то настолько, что ваше поведение назвали ред-флагом. Прежде всего, сделайте глубокий вдох, оцените свои чувства по этому поводу и постарайтесь успокоиться. Вы же не хотите отреагировать так, чтобы вас снова обвинили? Вместо того чтобы злиться и набрасываться с ответной критикой, попробуйте выполнить следующие действия.

Проясните вопрос

Прежде чем углубляться в проблему, убедитесь, что вы правильно поняли претензии собеседника. Чем вы его расстроили, ипочемуон считает такое поведение ред-флагом? Например, если вам не понравилось, что супруг ушел после работы с коллегой, которая, по вашему мнению, оказывает ему знаки внимания, расценивает ли он это как признак контроля? Если сестра злится из-за того, что вы не поинтересовались, как прошла ее презентация, беспокоится ли она, что вам неинтересна ее жизнь? Задавайте уточняющие вопросы, пока не добьетесь полного понимания.

Уважайте чувства собеседника

Обязательно выразите уважение к чувствам другого человека. Объясните, что видите, как ваши действия обеспокоили или расстроили его, и что понимаете его желание избежать повторения подобного. Хотя использование термина «ред-флаг» указывает на проблему с позиции обвинения, постарайтесь увидеть в этом попытку сообщить вам о причиненной обиде.

Если вы поняли собеседника, поработайте над исходной проблемой

Если любимый человек — оправданно или нет — находит у вас ред-флаги, это признак, что вы чем-то встревожили его. Как только проясните проблему и поймете суть, постарайтесь решить ее выгодным для обеих сторон образом. Возможно, у вашего супруга был неудачный опыт общения с ревнивыми и контролирующими возлюбленными. Возможно, высамипроявляли ревность, и вам нужно разобраться в себе. В любом случае постарайтесь осознать проблему и работайте над ней. Например, чаще обсуждайте данный вопрос, читайте книги по самопомощи, посетите индивидуального или семейного психотерапевта.

Если собеседник использует термин неправильно, отстаивайте свою независимость

Возможно, партнер применяет термин «ред-флаг» для контроля над вами, ведь абьюзеры умеют использовать психологические понятия как оружие, чтобы добиться своего. В таком случае не стоит ему потакать, заявляя, что будете работать над проблемой. Лучше начните разговор о том, как уважать независимость друг друга и принимать решения, не забывая про потребности второй половины. Возможно, это стоит обсудить в рамках семейной терапии. Не позволяйте модному словечку заставить вас отказаться от своей независимости или потребностей в отношениях.

Если ситуация повторяется, обдумайте варианты ухода

Если вас постоянно обвиняют в ред-флагах, возможно, это другому человеку нужно поработать над собой. Если он действительно считает вас ходячим ред-флагом, ему следует подумать о расставании, а не постоянно указывать на ваше якобы абьюзивное поведение. Хотя все мы так или иначе обижаем или раздражаем близких, постоянные напоминания о ред-флагах не сулят ничего хорошего в отношениях.

Что делать, если вы заметили ред-флаги?

Из этой книги вы узнаете о нарциссах, социопатах и различных формах абьюза, например газлайтинге и удушении любовью. Возможно, это приведет вас к пониманию, что близкий человек проявляет ред-флаги. В таком случае вот что нужно сделать.

Проясните вопрос

Тот же первый шаг, что и в предыдущем разделе, но на этот раз вы проясняете проблему с собой. Реальные ред-флаги, особенно те, что указывают на абьюз, бывает трудно распознать, особенно когда абьюзер уверяет, что вы сошли с ума или слишком остро реагируете. Также легко накручивать себя, из-за чего чужая оплошность кажется более злонамеренной, чем на самом деле. В любом случае возьмите паузу и взгляните на проблему более взвешенно. Подумайте, что именно сделал человек и почему это причинило вам боль. Не были ли нарушены границы дозволенного, не случалось ли многократных повторений плохого поступка? Поговорите с психотерапевтом или другом, чтобы они помогли вам трезво оценить ситуацию.

Если это неоспоримый ред-флаг, если человек перешел одну из универсальных непреодолимых границ (список смотрите в главе 11), вам нужно быть начеку. Возможно, не стоит поддерживать отношения с таким человеком. Но если его ошибка не столь катастрофична, переходите к следующему шагу.

Объясните, почему вы расстроены

Теперь, когдавыпонимаете, почему расстроены, расскажите об этом собеседнику. (Примечание: не нужно упоминать термин «ред-флаг», который редко поощряет открытый диалог.) Объясните, почему вам обидно: «Когда ты отказался встретить меня в аэропорту, я почувствовала себя неуверенно и забеспокоилась, что наша дружба не так важна для тебя, как для меня». Укажите, были ли другие поводы для обид, и выразите желание изменить ситуацию.

Продолжайте общение, если партнер готов идти навстречу

Если человек понимает ваши чувства и хочет работать над проблемой вместе с вами, тогда отлично! Это признак эмоционально здорового партнера, желающего, чтобы отношения наладились. Возможно, он поступал определенным образом из-за собственных страхов или неуверенности в себе, и может потребоваться время, чтобы разобраться в этих проблемах. В процессе могут появляться новые ред-флаги, но, если и когда это произойдет, ваша задача — спокойно сообщить о своих чувствах и опасениях. Если речь идет о вашем супруге, попробуйте семейную терапию, чтобы ускорить развитие отношений. Будьте общительны и сострадательны и помните, что у вас тоже есть ред-флаги.

Продолжайте попытки, если собеседник защищается

Осознавая, что причинили кому-то боль, многие из нас начинают защищаться. Человеку ненавистна сама мысль, что он может обидеть близкого, и, поскольку это вышло нечаянно, он начинает объяснять, почему не поступал плохо и почему партнеру не следует расстраиваться.

Если собеседник не слушает или откровенно злится, действуйте осторожно

Если вы делитесь опасениями, а собеседник отмахивается, преуменьшает значение, высмеивает или газлайтит вас, дает резкий или абьюзивный ответ, то, пожалуй, не стоит продолжать с ним отношения. Если вы просите партнера изменить что-то в поведении, а он отказывается или обвиняет вас во всех проблемах, пришло время рассмотреть другие варианты. Очень трудно работать над отношениями, когда другой человек отказывается взаимодействовать, и совершенно невозможно сотрудничать с абьюзером. В зависимости от того, насколько он важен для вас и насколько вы заинтересованы в сохранении связи с ним, вы можете установить новые границы и увеличить дистанцию с этим человеком или вовсе прекратить отношения.

Глава 7. Это нарциссизм или просто задеты чувства?

Все мы любим ненавидеть нарциссов. Они жестоки, раздражающе обидчивы, невыносимы в работе и, похоже, вездесущи. Нарциссов довольно много, но далеко не так, как может показаться. Мы обожаем обрушиваться с обвинениями в нарциссизме,особеннона своих бывших, но прежде, чем считать нарциссом любого, кто нас обидел, давайте узнаем, что это на самом деле означает.

Кэл — нарцисс

Обри не могла поверить в свою удачу, когда встретила Кэла. Прежде всего, он был сногсшибателен. Темно-каштановые волосы, неизменная улыбка, ярко-голубые глаза и непринужденный смех — настоящая находка! Кэл купался в женском внимании, тем более удивительно было, что такой парень обратил свой сияющий взор на Обри и выбрал ее из множества прочих. Он самозабвенно флиртовал и к концу вечера записал себя в ее телефоне как «Кэл (будущий муженек)», чему Обри втайне обрадовалась. Она искала серьезных отношений, и тут этот Адонис свалился ей прямо в руки!

Кэл рассыпался в комплиментах — Обри никогда в жизни не чувствовала себя такой особенной и обожаемой. Он постоянно говорил ей что-нибудь приятное: «Господи, как мне удалось найти и удержать такого ангела? Ты такая красивая, детка». Но сразу после этого отпускал какую-нибудь шутку: «Но знай, что мне придется бросить тебя, если попадешь в аварию и изувечишь себе лицо. Шучу, шучу! Просто води машину осторожно, чтобы такого не случилось». В то время это казалось Обри милой глупостью. Она не придавала особого значения, что Кэла, похоже, действительно очень заботит ее внешность, и он не выбрал бы ее, если бы не ее привлекательность.

Кэлу нравилось быть щеголем. Он настаивал на том, чтобы их свидания проходили в лучших ресторанах. Однажды вечером у него «не нашлось времени» переодеться после работы, и он заставил Обри целый час ждать в магазине, пока подбирал себе идеальную рубашку. Кэл и свою спутницу уговорил купить новую одежду — по его мнению, ее наряд «не очень подходил» и был «скажем так, бросовый». Как он сам сказал: «Без обид, детка, но ты можешь выглядеть намного лучше. Нельзя скрывать такое тело!»

Кэл внимательно относился к облику Обри, но еще больше был озабочен собственным внешним видом. Он мог потратить больше часа, собираясь на прогулку, и расстраивался, если Обри не осыпала его комплиментами. Кэл продолжал флиртовать с другими женщинами даже в присутствии подруги и, казалось, не мог удержаться от того, чтобы не вызывать восхищения окружающих. Обри не ревновала и не возражала против невинного флирта, но это Кэла разозлило — она «не защищает свою территорию». Обри растерялась: как бы она ни старалась сделать его счастливым, Кэл продолжал обижаться и злиться.

Поначалу подруги Обри пришли в восторг от Кэла. Да и как могло быть иначе? Он же великолепен, обаятелен и кокетлив. Но их отношение быстро изменилось. Довольно практичных подруг Обри не волновали ни статус, ни репутация, а Кэл только об этом и говорил: о своих богатых знакомых, о планах гениального стартапа и о том, в чем он намного умнее всех остальных. Кэл свысока смотрел на людей, которых не считал равными себе, и подруги Обри быстро попали в эту категорию. Он заявил девушке, что она больше не будет с ними встречаться и ей нужно расширить круг друзей. А эти отношения якобы мешают ей раскрыть свой потенциал. Всякий раз, проводя время с подругами, Обри скрывала это от Кэла, потому что не хотела его злить. В конце концов она стала видеться с ними все реже и реже, просто чтобы избежать риска очередной ссоры.

Обри замечала у Кэла и другие привычки. Он почти всегда обижался на кого-то, в том числе и на нее, был уверен, что мир несправедлив и все хотят его обмануть. Минимум раз в неделю он впадал в праведный гнев: то считал себя жертвой чужих попыток помешать его успеху, то — настолько потрясающим, что никто не может с ним сравниться. Обри также узнала, что Кэл склонен к судебным тяжбам и любит угрожать разбирательством каждому, кто перешел ему дорогу. В прошлом он судился с хозяевами съемных квартир, начальниками и соседями. При этом Кэл постоянно менял адвокатов, утверждая, что они недостаточно хорошо справляются с работой, а он заслуживает лучшего. Кэл шутил, что ему самому следовало стать юристом, ведь у него всегда есть идеи и стратегии получше, чем у любого из тех, кого он нанимал. Обри предпочла не упоминать, что его адвокаты не выглядят расстроенными из-за отставки.

Примерно через полгода отношений Кэл попросил Обри оплатить аренду его квартиры. Ей эта идея не понравилась, но он сыграл роль жертвы и пристыдил девушку, напомнив, что ее зарплата в три раза превышает его доход, иу нее, в отличие от прочих, есть такая роскошь, как сберегательный счет. Однажды вечером, расслабившись, Кэл признался, что завидует более высокой зарплате Обри и считает, что на самом делеэто онзаслуживает большего, потому что лучше справляется со своей работой. Он любил всем завидовать. Сердце Обри замирало всякий раз, когда рядом оказывался красивый мужчина, привлекавший всеобщее внимание, потому что настроение Кэла омрачалось.

Обри оставалась с Кэлом дольше, чем следовало, потому что после

Однажды, когда Обри проводила время с одной из подруг, не одобряемых Кэлом, та мягко заметила, что в поведении Кэла есть что-то нехорошее. Она предложила Обри подумать, не нарцисс ли он, учитывая его отношение к ней и, похоже, ко всем предыдущим пассиям. Обри в тот момент еще не оправилась от последней ссоры и испытывала искушение простить Кэла, который присылал нежные послания с обещаниями все улучшить. После встречи с подругой она вернулась домой и почитала о нарциссическом расстройстве личности. Внезапно все встало на свои места, и Обри поняла, что не сможет вернуться к Кэлу.

Определение нарциссического расстройства личности

Нарциссы пользуются дурной славой, и это вполне объяснимо. Они ранят своих близких, но поначалу их очень трудно распознать. Мы все живем в страхе попасть в лапы нарцисса, который перевернет нашу жизнь с ног на голову. Но каковы реальные признаки этого расстройства личности?

Называя человека нарциссом в клиническом смысле, мы на самом деле имеем в виду, что у него нарциссическое расстройство личности (НРЛ). В DSM оно входит в десятку расстройств личности и относится к подгруппеистерических и импульсивных. Также к этой категории относятся асоциальные и пограничные расстройства, но их мы рассмотрим в последующих главах. Как и другие расстройства личности, НРЛ очевидно проявляется в молодом возрасте, когда человек настойчиво стремится к самовозвеличиванию, требует восхищения от окружающих, проявляет недостаток сочувствия и легко обижается, если люди не заискивают перед ним. Чтобы заслуженно считаться нарциссом, человек должен соответствовать пяти или более пунктам из следующих девяти конкретных критериев.

1. Идея о своем величии.Завышенное чувство собственной важности. Такой человек рассказывает о каждом достижении (и даже привирает о нем), нуждается в обильных похвалах и хочет, чтобы его считали лучше других из-за самопровозглашенных (но, возможно, ненастоящих) талантов и достижений.

2. Фантазии о собственном великолепии.Одержимость желанием добиться успеха, казаться привлекательным для окружающих, получить значительную власть и богатство и вообще быть лучше всех.

3. Вера в собственную уникальность.Человек считает себя особенным и превосходящим других. Он стремится проводить время только с такими же «особенными» людьми, имеющими высокий статус, и не желает тратить силы на тех, кто ниже.

4. Потребность в восхищении.Человек поглощен потребностью в постоянном потоке внимания, признания и восхищения. Он стремится получить то, что, по его мнению, является заслуженной похвалой и почтением.

5. Чувство привилегированности.Человек считает, что сам по себе заслуживает определенных привилегий или подарков и люди должны автоматически выполнять его просьбы или пожелания. Сильно обижается или злится, когда этого не происходит.

6. Эксплуатация других.Охотно и безжалостно использует окружающих, стремясь достичь своих целей.

7. Отсутствие эмпатии.С трудом распознает чувства других людей и редко сочувствует им, особенно когда обидел кого-то. (Примечание: у нарцисса бывает небольшая способность к сопереживанию, но его чувства к самому себе обычно затмевают ее.)

8. Сильная зависть.Постоянно завидует тому, чем владеют другие люди или чего они достигли. Также считает, что окружающие завидуют его достижениям и величию.

9. Высокомерие.Имеет преувеличенное чувство собственной важности, смотрит на других свысока и считает, что заслуживает особого отношения.

Важно еще раз подчеркнуть, что для постановки диагноза требуется, чтобы симптомы проявлялись во многих ситуациях, постоянно и стабильно,а такжевызывали значительные трудности на работе, в социальной и семейной жизни и в прочих важных областях. Другими словами, НРЛ не может длиться только в течение одного года или только в рамках одних отношений, оно не зависит от времени, отношений и обстановки.

Однако это не означает, что человек с НРЛ не может выглядеть уравновешенным в определенных случаях или на ранних этапах отношений. На самом деле, его самовозвеличивание поначалу может показаться проявлением уверенности и честолюбия, а многие люди находят это привлекательным. Нарцисс способен выдавать свои фантазии об успехе за осуществимые планы и в результате выглядит способным и преуспевающим. Ненадолго он может показаться самым уверенным в себе, целеустремленным и привлекательным. По иронии судьбы его черты характера противоположны, но порой требуется некоторое время, чтобы разобраться в его вымыслах и получить факты, особенно учитывая, что нарциссы предпочитают вести себя по-разному в зависимости от человека и ситуации. Например, они добры и общительны с обладателем высокого статуса, но с презрением и неуважением отнесутся к кому-то с более низким социальным положением.

Это важный момент, который следует подчеркнуть, потому что именно так люди застревают в отношениях с нарциссами. Люди с НРЛ стремятся к отношениям с теми, кого считают равными себе, с кем-то привлекательным, или богатым, или полезным в чем-то. Нарциссы поддерживают эти связи до тех пор, пока другой человек неизбежно не разочарует или не упадет в их глазах, а затем обращаются с ним невероятно плохо. Это шокирующее изменение — обычная закономерность: нарциссы идеализируют новых людей, возводя их на пьедестал, а затем обесценивают, сбрасывают с пьедестала и отказываются от них. Потрясенную жертву сбивает с толку столь резкое изменение отношения.

Нарциссы ранимы. По ним не скажешь, но это так. Они невероятно чувствительны к тому, что ими пренебрегают, не замечают, морочат голову или не придают им приоритетного значения. Часто в прошлом у них были серьезные психологические травмы, из-за которых они проецируют этот образ самоуважения как форму самозащиты. Вот почему им нужно повышать свою самооценку, излучая величие, добиваясь восхищения и похвалы от других и убеждая себя, что все им завидуют. Например, эмоционально устойчивый человек спокойно воспримет новость, что его не повысили в должности, потому что у него стабильное чувство собственного достоинства. У нарциссов нет этого внутреннего стержня, поэтому любое пренебрежение, реальное или мнимое, задевает их до глубины души, и они отвечают гневом и негодованием.

Нарциссы оставляют за собой след разрушений. Родители с НРЛ могут нанести непоправимый ущерб своим детям, которых считают продолжением себя. Они требуют от детей беспрекословного послушания и достижения всех поставленных целей, чтобы почувствовать их успех как собственный. Самовлюбленные начальники — настоящий профессиональный кошмар. Они

А еще есть возлюбленные-нарциссы, партнеры которых чувствуют себя маленькими, незначительными и неуверенными в собственной правоте. Когда нарциссы внезапно перестают обожать свою «половинку» и начинают ее обесценивать, разрывая отношения, это приводит другого человека в замешательство. Исцеление после отношений с нарциссом — длительный и болезненный процесс. К счастью, существует множество ресурсов, которые помогают людям определить нарцисса, расстаться с ним и восстановиться после этого романа. Если вы убеждены, что ваш партнер — нарцисс, рекомендую вам ознакомиться с некоторыми статьями и книгами, перечисленными в разделе «Источники», в них вы найдете дополнительные разъяснения и поддержку.

Марк не нарцисс

Нейтан в ярости. Он только что закончил очередной неприятный разговор со своим отцом Марком. Марк снова спросил, когда Нейтан приедет погостить. Каждые несколько месяцев происходит одно и то же, и Нейтану это уже порядком надоело. У него потрясающая работа, и он горит желанием продвинуться по служебной лестнице, но не сможет этого сделать, если будет постоянно отпрашиваться для поездок.

— Не могу, папа. Я же тебе говорил. Мне нелегко все время летать домой, и я не хочу сейчас брать отпуск, — раздраженно сказал Нейтан.

— Но ты не был дома целый год. Не надо сваливать все на отпуск. Ты недавно ездил с друзьями на неделю в Тахо. Похоже, ты готов брать отпуск ради кого угодно, но только не ради родителей, — ответил Марк.

— Это мои друзьяпо работе! Это корпоративное общение. Мы каждый божий день говорили о делах. И не надо контролировать, как я провожу свое свободное время. Моя жизнь не вращается вокруг тебя! — выкрикнул Нейтан.

— Неужели это так странно — хотеть увидеть своего ребенка? Черт возьми, давай мы прилетимк тебе, если это проблема! Ты всегда говорил, что предпочитаешь приезжать к нам, потому что можешь повидаться со школьными друзьями. Нам все равно где, Нейтан, мы просто хотим тебя увидеть! Я не так воспитывал тебя! — прокричал в ответ Марк.

— Ты ужасный нарцисс! Моя жизнь — этомояжизнь! Я не обязан приезжать к вам или приглашать вас к себе. То, что ты мой родитель, не дает тебе права распоряжаться моей жизнью! — С этими словами Нейтан повесил трубку.

До окончания колледжа Нейтан никогда так не ссорился с отцом, но теперь не может понять, почему родители продолжают требовать от него чего-то. Нейтан ощущает конкуренцию с «друзьями по работе» и отказывается от того, что ему обычно нравилось, например от поездок к родителям и путешествий со школьными друзьями, потому что не хочет ничего упускать в карьере. Продвижение по службе требует хороших связей. Неужели отец не понимает, что Нейтан не мог упустить такую возможность пообщаться? Он гадает, когда отец успел стать настолько эгоцентричным и властным.

Несколько недель назад друг Нейтана заметил, что его отец очень настойчив и, возможно, пытается жить его жизнью, как это часто делают нарциссические родители. Нейтан был рад найти объяснение тому, почему общение с отцом кажется таким трудным.

Тем временем Марк грустно положил трубку. Он скучает по сыну. Нейтан — замечательный парень, который всегда сохранял независимость, но после окончания колледжа (на другом конце страны) и получения новой работы в сфере финансов (там же) он совсем перестал навещать отца и мать. Марк понимает, что Нейтан вырос и теперь не будет проводить все выходные с родителями, но он не ожидал такого холодного отношения. Нейтан по-настоящему втянулся в этот конкурентный финансовый мир, и Марк видит в сыне перемены, которые вызывают у него беспокойство.

Превращение нарциссизма в оружие

Термин «нарцисс» по частоте употребления не уступает слову «газлайтинг». Мы слишком активно используем это понятие для обозначения тех, кто причиняет нам боль. Оно становится палочкой-выручалочкой, когда мы чувствуем себя отвергнутыми или забытыми, когда ощущаем осуждение близкого человека. Но, учитывая, что не более пяти процентов населения соответствует критериям НРЛ, маловероятно, что каждый наш бывший, каждый напористый тесть, или требовательный начальник, или раздражающий родитель — нарцисс.

Я хочу подчеркнуть: это серьезный диагноз, к которому не следует относиться легкомысленно. НРЛ приносит много бед. Жертвы ходят вокруг нарцисса на цыпочках, чувствуя неуверенность и растерянность. Но первой жертвой расстройства становится сам нарцисс: вероятно, в детстве он перенес какую-то серьезную эмоциональную травму и теперь не может найти способ пережить разочарование, наладить здоровые отношения или заложить основу для самоуважения. Даже «успешные» нарциссы с хорошей работой и крепкими семьями не очень счастливы, даже если кажутся такими.

В наши дни эгоистичность и бесчувственность стали синонимами нарциссизма. Люди обычно злоупотребляют этим термином, когда близкие причиняют им боль или совершают эгоистичные, безрассудные или подлые поступки. Но в форме оружия слово «нарциссизм» не отражает полной клинической картины. Скорее, это простейший способ сказать: «Ты делаешь то, что лучше для тебя, и не переживаешь, что причиняешь мне боль». Но даже если тот или иной человек предположительно использует окружающих в своих целях, не ощущая к ним эмпатии, все равно не хватает еще трех признаков НРЛ.

Вот четыре ошибки, которые люди совершают, когда походя называют кого-то нарциссом.

1. У нас недостаточно данных

Распространенная ошибка заключается в том, что люди смотрят на один поступок (или даже несколько) и делают поспешный диагностический вывод, не узнав всю историю жизни человека и его взаимоотношения. Они сосредотачиваются насвоемличном опыте общения с этим человеком и не учитывают, как он ведет себя в других связях и ситуациях. Помните, что НРЛ проявляется в молодом возрасте, причемпостоянно и повсеместно. Если у человека есть НРЛ, это будет заметно не только в необдуманных действиях по отношению к вам. Повторю еще раз: нарцисс — всегда и везде нарцисс.

Кроме того, человек порой кажется нарциссом из-за трудностей или изменений в отношениях. Братья и сестры на разных этапах своего развития могут выглядеть эгоцентричными. Когда дети отделяются от родителей, возникают конфликты. Когда пары переживают трудные жизненные перемены, партнеры могут стать менее чуткими или более сосредоточенными на себе. У каждого из нас естьсклонностьк нарциссизму, которая может усиливаться в определенные моменты жизни, но если человек не проявляет признаков НРЛ вовсехблизких отношениях, то на самом деле у него нет расстройства.

2. Мы не различаем недостаток сочувствия и отсутствие эмпатии

Во время ссор люди, как правило, скрывают свои раненые чувства, и в таком случае легко посчитать кого-то эгоистичным и безразличным. Конфликты расстраивают, и мы все выработали способы самозащиты, будь то переход на крик, чтобы нас услышали, или эмоциональная отстраненность, чтобы предотвратить приступ паники. Но в глубине души мы все равно чувствуем себя ужасно, испытываем страх, неуверенность, ощущаем собственную неполноценность, незначимость и одиночество. Никто не любит ссориться с близкими,тем более— причинять им боль, особенно неосознанно. Мы защищаемся не из-за нарциссической веры в собственное превосходство, а потому, что боимся непонимания и осуждения близких и поэтому стремимся донести свою точку зрения и доказать невиновность. (Это не приносит пользы, но ведь люди не идеальны.)

В качестве примера позвольте рассказать, какой самовлюбленной я могу казаться, когда ссорюсь с Лукасом. В расстроенных чувствах я веду себя язвительно и пассивно-агрессивно. Выгляжу спокойной и собранной, холодной и расчетливой, но внутри я развалина.Очень переживаю.На самом деле, я в панике. Пытаюсь следить за ходом разговора, потому что становлюсь подавленной и потерянной, каждую секунду мне хочется разрыдаться, но я стараюсьсдерживатьслезы и борюсь с паникой, и из-за этой сдержанности выгляжу отстраненной. Глядя на наши ссоры, вы бы и представить себе не смогли, сколько боли и сожаления я испытываю, потому что увидели бы лишь хладнокровную защиту. Важно помнить, что многие из нас сильно — и даже очень — переживают, что обидели близких, и защитные реакции, проявляемые во время ссор, не отражают полной эмоциональной картины. Теперь, когда мы с мужем ругаемся, я обычно могу пропустить отчуждение и сразу перейти к истинным чувствам, и Лукас видит мою уязвимость, а не самозащиту. (Какое удовольствие для него!)

А вот нарциссы на самом деле безразличны. Они не чувствуют вины, причиняя боль другим, считают свое поведение оправданным и затем раздражаются на собеседника за то, что он расстроен. У нарциссов действительно есть уязвимые чувства, скрывающиеся за их суровой защитой, но эти чувства направлены на них самих, например заниженная самооценка и ненависть к себе. У них нет полноценной эмпатии, чтобы испытывать печаль или боль из-за обиды, причиненной близкому.

3. Мы путаем раздутое эго с чувством собственного величия

Обладатель высокого самомнения не обязательно соответствует критериям НРЛ. Многие люди, чья уверенность граничит с высокомерием (или полностью переходит в него), не являются нарциссами. Возможно, их показная любовь к себе служит маской для чувства неполноценности, но также есть вероятность, что они обладают неимоверной степенью здоровой уверенности в себе и непоколебимой верой в способность осуществить мечты. (По правде говоря, большинство из нас стремятся быть именно таким человеком — тем, кто ставит жизненные цели и не допускает ни капли сомнений в своих способностях.) Но будь то раздутое эго, тщеславие, зацикленность на себе или просто необычайно устойчивая здоровая самоуверенность, эти черты не делают человека нарциссом. В случае НРЛ человек нуждается во внешнем одобрении и восхищении и в том, чтобы его считали выше других. В этом разница между большим эго и чувством собственного величия. Представление о своей грандиозности, свойственное нарциссам, выходит за рамки уверенности в себе — это почти бредовое чувство важности, когда кто-то преувеличивает свои достижения и ожидает, что другие увидят его превосходство.

4. Мы не различаем нарциссов и просто придурков

Некоторые люди — отстой. Они незрелые, подлые, эгоистичные и бессовестные. Они не уважают близких, лгут, изменяют и не переживают, что причиняют боль другим. Но они могут обладать всеми перечисленными качествами ипри этомне быть нарциссами. У людей много возможностей вести себя ужасно, не подпадая под критерии расстройства личности, а все потому, что они (как вы уже догадались!) несовершенны. Некоторые считают оправданным дурное поведение, а другие просто не знают, как поступить лучше. Наше моральное развитие происходит беспорядочно и нелинейно. Выясняя, как строить здоровые отношения, люди впутываются во множество нездоровых, и часто по собственной вине. Мы учимся на своих ошибках, и иногда наша ошибка заключается в регулярных необдуманных и эгоцентричных поступках. Ваш бывший может быть придурком, которому стоит поразмышлять и поработать над собой, но это не значит, что у него НРЛ.

В некоторых отношениях и я вела себя как дура. По сей день глубоко сожалею о том, что в студенческие времена разорвала дружбу с некогда лучшей подругой. Мы были неразлучны, а потом она уехала на семестр за границу, и каким-то образом все изменилось. Я даже не могу вспомнить, почему наши отношения стали другими. Она постоянно на что-то жаловалась, это меня расстраивало, и я плохо реагировала. Моим соседям по комнате она тоже не нравилась. Мы вели себя «круто», не так, как она. В квартире сталооченьнеуютно. К концу учебы в колледже мы перестали общаться, и сейчас я отчаянно жалею, что не сохранила дружбу с той замечательной девушкой. В этой ситуации я выглядела нарциссом. Я не проявляла эмпатии, потому что меня слишком волновали собственные чувства и оправдания. В результате я отказалась от многолетней дружбы, которая могла бы продлиться всю жизнь, и теперь сожалею об этом. Я много думала об этом и сделала выводы, и теперь держусь за дружбу так, как никогда раньше. Да, я плохо повела себя в тех отношениях, но это не указывает на НРЛ. Это просто означает, что я была дурой.

Термин «нарциссизм» настолько часто используют как оружие, что некоторые мои пациенты со страхом подозревали у себя этот диагноз после обвинений супруга, ребенка или родителей. Одни плакали, сомневаясь в своей способности нормально взаимодействовать с окружающими. Другие приходили со списком признаков НРЛ, готовые рассмотреть каждый и проверить, соответствуют ли они пяти пунктам из девяти.На самом деле любой, кто искренне боится оказаться нарциссом, скорее всего, таковым не является.Подобный уровень открытости и готовности к саморефлексии нетипичен для нарцисса. Кроме того, нарциссы, как правило, не верят в то, что обидели кого-то, и не переживают по такому поводу, а мои пациенты были глубоко обеспокоены возможностью неосознанно причинить боль другим.

Беспокойство моих клиентов подогревается постоянным ростом количества диванных экспертов по нарциссизму. Расширенный доступ к информации об этом расстройстве привел к повальному увлечению им. Сколько написано книг и снято сериалов о нарциссах? Сколько существует статей и видеороликов? Какими бы страшными и разрушительными

Это одна из моих самых серьезных тревог, поскольку я видела, как отношения непоправимо портились и даже разрывались из-за использования термина «нарциссизм» в качестве оружия. Трудно прийти в себя, когда супруг говорит вам (и вашему семейному психотерапевту): «Послушай, я понял, почему все так плохо, — потому, что ты нарцисс. Хорошо, что мы сейчас проходим курс семейной терапии, и я могу указать на все твои нарциссические наклонности, чтобы их изменить». Как вы можете себе представить, другой человек обычно чувствует себя шокированным, рассерженным, опустошенным или ощущает комбинацию всех трех чувств. Причем ситуация не становится лучше, когда я ставлю под сомнение диванный диагноз, оценив этого предполагаемого нарцисса и заметив у него искреннее сочувствие и желание наладить отношения.

То же самое происходит между детьми и родителями: обвинение ставит обвиняемого в безвыходное положение. Человеку остается либо согласиться с ярлыком нарцисса, а затем до конца отношений всячески пытаться доказать, что он не так уж плох, либо признать, что близкие относятся к нему настолько негативно, что обвинили в серьезном расстройстве личности и сделали козлом отпущения.

Как и в случае с газлайтингом, я редко вижу, чтобы люди правильно диагностировали нарциссизм. Откровенно говоря, я никогда не видела, чтобы клиент на сеансе семейной терапии назвал супруга нарциссом и оказался прав. В действительности человек, злоупотребляющий этим ярлыком, обычно более нарциссичен и нуждается в большей терапевтической работе, чем его партнер. (Не забывайте, что абьюзеры умело используют психотерапевтические термины в своих интересах.) Чаще всего именно я высказываю пациенту опасения, что его партнер, родитель или друг могут обладать нарциссическими чертами, из-за чего отношения кажутся такими неустойчивыми, а решение конфликтов — таким односторонним. Человеку, имеющему дело с подлинным нарциссом, трудно точно определить это расстройство, потому что люди с НРЛ отлично умеют убеждать окружающих, что проблема в них самих. Это коварный процесс, и жертва редко осознаёт происходящее, пока другие не укажут ей на это или пока нарцисс резко не обесценит ее и не уйдет.

Возможно, вы действительно состоите в отношениях с человеком, страдающим НРЛ, но вместо того, чтобы сразу называть его нарциссом, полезно использовать другие характеристики и более конкретно выражать опасения. Лучше назвать какой-то поступок эгоистичным или человека — бессовестным, чем упоминать нарциссизм. В конце концов, помня о девяти признаках, мы знаем, что у НРЛ есть много проблемных характеристик: тот, кто назойливо ищет одобрения или восхищения, сильно отличается от того, кто беззастенчиво эксплуатирует других. Концентрируясь на более четком и целенаправленном анализе вместо использования модных словечек, мы сможем точнее сориентироваться в сложных моментах отношений или определить, что эту связь пора разорвать.

Что делать, если вас обвиняют в нарциссизме?

Если вы решили прочитать эту книгу, товряд лиявляетесь нарциссом. Люди с НРЛ, как правило, не заботятся о правильном использовании психотерапевтических терминов, не говоря уже об улучшении своих отношений. Вот почему вы можете сильно удивиться, если кто-то назовет вас нарциссом. Не паникуйте, выход есть.

Попросите объяснить

Как вы знаете, слово «нарцисс» имеет одновременно и содержательный, и туманный смысл. Соберите больше информации. Какие ваши слова или поступки заставили собеседника подумать, что вы соответствуете критериям серьезного клинического расстройства? Какое-то единичное действие или же тревожная закономерность? И пожалуй, самое важное — считает ли собеседник, что вы не испытываете к нему сочувствия? Спокойно задавайте уточняющие вопросы, чтобы точно понять, что послужило причиной такого заявления.

Уважайте чувства собеседника

Даже если вы обижены или возмущены, обязательно отметьте обиду и страх собеседника. Тот, кто использует это слово как оружие, вероятно, боится, что любимый человек будет и дальше причинять ему боль, а потому хочет привлечь к проблеме внимание. Миссия выполнена — партнер завладел вашим вниманием. Скажите ему, например: «Я понимаю, почему ты почувствовал обиду и одиночество, услышав, что я не смогу обсудить наши планы на отпуск. Я знаю, что это много значит для тебя, и понимаю, что со стороны кажется, будто я игнорирую тебя или считаю, что сейчас это неважно».

Этот шаг очень важен, ведь, как вы помните, нарциссам не хватает эмпатии. Уважая чувства собеседника, вы показываете неравнодушие, понимание его точки зрения и эмоций. Чтобы опровергнуть неточный обвинительный диагноз, лучше всего продемонстрировать, насколько этот диагноз не соответствует вашему поведению.

Поделитесь своими переживаниями

Теперь, когда вы убедились, что собеседник чувствует вашу поддержку и неравнодушие, у вас есть шанс рассказать о внутренних переживаниях. Постарайтесь быть честным и открытым. Не просто перескажите своимысли— объясните, что вычувствоваливо время общения. Обязательно поделитесь эмоциями, чтобы собеседник проникся к вам сочувствием. Продолжая пример с отпуском, можно сказать: «Когда ты упомянул о планах на отпуск, это меня встревожило. Я не хочу обижать ни твоих, ни моих родителей, но нам неизбежно придется это сделать, поскольку мы разделяем их на две стороны. Неприятно представлять, как кто-то из наших родителей грустит, и мне хотелось немного остыть и привести мысли в порядок, прежде чем приступать к этому разговору».

Извинитесь, если необходимо

Возможно, вы действительно напортачили — не как нарцисс, но достаточно, чтобы собеседник почувствовал обиду и одиночество. Если вам есть за что извиниться, сейчас самое время. Может, за легкомысленность? Или, как в примере с отпуском, можно попросить извинения за то, что сразу не поделились чувствами, и объяснить, почему попросили отложить разговор. Нетрудно признать, что вы недостаточно рассказали об истинных чувствах и в итоге ввели собеседника в заблуждение.

Попросите не использовать профессиональные термины

Вполне нормально и полезно попросить не использовать термин «нарцисс». Скажите, что вы относитесь к

Если вас продолжают называть нарциссом, обратитесь за дополнительной поддержкой

Если, несмотря на предпринятые шаги, собеседник не проявляет сочувствия и по-прежнему убежден, что вы нарцисс, самое время обратиться за профессиональной помощью. Например, для начала порекомендуйте ему прочитать книгу о нарциссизме, чтобы составить точное представление о расстройстве, но, если он уже принял решение и видит в ваших поступках сплошную патологию, книга может только укрепить его в этом убеждении. Лучше найдите психотерапевта. Вам нужна квалифицированная третья сторона, которая могла бы вмешаться и провести оценку. Сам факт, что вы готовы выслушать мнение стороннего наблюдателя, — хороший показатель, что у вас нет НРЛ, но кто-то должен разъяснить это вашему оппоненту.

Помните, что всегда можете взять паузу или уйти

Если собеседник цепляется за свой «диагноз» и использует его как оружие при каждой ссоре, вы можете прекратить общение на время или разорвать отношения. Если этот человек действительно считает вас нарциссом, вам все равно будет трудно поддерживать здоровые отношения. Возможно, он не готов работать над проблемой вместе с вами и предпочитает навешивать ярлыки, чтобы переложить на вас всю ответственность.

Что делать, если вы считаете кого-то нарциссом?

Если вы прочитали эту главу и подумали: «Выглядит слишком знакомо», то есть вероятность, что кто-то близкий обладает некоторыми нарциссическими чертами или даже соответствует критериям НРЛ. Возможно, окружающие предупреждали, что ваш партнер — нарцисс. Если так, вот что вам следует сделать.

Занимайтесь самообразованием

К счастью, существует масса отличных источников информации о нарциссизме и о том, как он проявляется во всех видах отношений. Начните с чтения статей, написанных профессионалами. В социальных сетях подпишитесь на страницы дипломированных психотерапевтов (а не блогеров). Купите несколько книг и изучите вопрос глубже. Нарциссов бывает на удивление трудно распознать, но чем больше вы знаете, тем легче это сделать. В то же время следите за своим отношением к информации. Не читайте книги намеренно в поисках доказательств, что кто-то является нарциссом, иначе из-за необъективности восприятия вы, скорее всего, найдете эти «доказательства», пусть даже ошибочные.

Обдумайте факты

Если кто-то продолжает вести себя, будто нарцисс, обратите на это внимание. Постарайтесь составить более полное представление о том, как он поступает не только с вами, но и с другими людьми. Нарциссичен ли он только во время ссор? Например, вам только во время стычек кажется, что партнеру наплевать на ваши чувства, или ему всегда не хватает сочувствия? Стремится ли он сразу после конфликта убедиться, что вы считаете его замечательным, или ему нуженпостоянныйпоток вашего восхищения? Пытается ли он использовать вас, контролируя ваши решения, чтобы выглядеть привлекательно? Здесь важен контекст. Смысл этого упражнения не в том, чтобы составить список и бросить оппоненту в лицо, а скорее в том, чтобы составить точное представление об этом человеке и заново научиться доверять своим наблюдениям и инстинктам, поскольку отношения с нарциссом могут заставить вас сомневаться в себе.

Привлеките профессиональную помощь

Само собой, полезно обратиться к психотерапевту, который поддержит вас в ходе такого анализа и размышлений. Если у вас возникли отношения с человеком, страдающим НРЛ, полагаю, вам довольно тяжело. Возможно, вы ощутили на себе абьюз и даже засомневались в собственном здравомыслии. Квалифицированный специалист поможет оценить происходящее и убедиться, что у вас есть правильное представление об этих взаимоотношениях. Но не забывайте: индивидуальный психотерапевт не знает всей истории целиком — у него есть только ваша версия событий. Он не может (и не должен) ставить официальный диагноз мужу или жене, родителям или друзьям, однако способен отследить модели поведения и дать рекомендации.

Прислушивайтесь к себе

У вас может возникнуть ощущение, что с человеком что-то не так. Допустим, вас шокируют или смущают его реакции и поступки или не нравится, как он рассуждает о себе и окружающих. Прислушайтесь к этому ощущению. Не полагайтесьтолькона чувства — в любом случае почитайте книги, соберите данные и поговорите с психотерапевтом, но не игнорируйте свои инстинкты.

Не называйте собеседника нарциссом

Как бы ни хотелось сказать: «Знаешь, я думаю, ты нарцисс. Давай-ка поработаем над твоим исправлением», это не сработает. Либо ваш партнер не нарцисс, и тогда он обидится и будет защищаться, либо он нарцисс и взорвется от гнева. Ни то ни другое не принесет вам хороших результатов. Редко, вряд ли вообще когда-нибудь, настоящий нарцисс признает факт, что у него НРЛ. Вместо этого он впадет в приступ праведного гнева и начнет все перевирать, пока не убедит, что этовынарцисс.

Ставьте перед собой посильную задачу

Нарциссизм, как и все другие расстройства, имеет различные проявления. У некоторых людей это расстройство протекает в более легкой форме — например, они обладают большей способностью к сопереживанию, самоанализу и изменениям. Их не сравнить с теми, у кого нет НРЛ, но, возможно, они способны и в какой-то степени хотят работать над собой. Исходя из этого, решите, сможете ли вы остаться с этим человеком и помочь ему.

Если это ваш супруг, найдите семейного психотерапевта, желательно с обширными знаниями и опытом работы с людьми, страдающими НРЛ. Узнайте, согласится ли ваш партнер пройти индивидуальную терапию и даст ли разрешение на то, чтобы его психолог и ваш семейный терапевт обсудили результаты. Гарантии нет, но это наилучший шанс измениться.

Если

У многих людей есть нарциссичные родственники, возлюбленные или начальники, с которыми не хочется или невозможно разорвать отношения без серьезных последствий. Если вы оказались в такой ситуации, самое время защитить себя и определить свои перспективы. Контролируйте, насколько вы открываетесь перед этим человеком. Не поддавайтесь его попыткам вас идеализировать, чтобы падение с пьедестала не причинило много боли. Не пытайтесь вести разумный разговор о своих оскорбленных чувствах или саморазвитии — это ни к чему не приведет. Примите тот факт, что отношения с этим человеком могут быть ущербными и непродуктивными.

Уходите осторожно

Допустим, вы осознали, что нарциссические черты и склонности слишком укоренились в партнере и причиняют вам много вреда. Или, возможно, у него легкая форма нарциссического расстройства, но у вас нет возможности или желания помогать ему (это вполне объяснимо). Если решите разорвать отношения, делайте это обдуманно и целенаправленно. Человека с НРЛ легко ранить, и расставание порой вызывает у него ярость. Он не поймет, как вы посмели бросить его, такого замечательного, непогрешимого и желанного. Ваш уход заденет их низкую самооценку, и защитный механизм подстегнет проявления величия, превосходства и гнева. Такой человек способен принять ответные меры, чтобы вернуть себе ощущение власти. Я не пугаю, я просто хочу, чтобы вы предвидели негативную реакцию и подготовили план. Для этого настоятельно рекомендую вам прочитать больше об этом расстройстве, ознакомившись с перечнем литературы в конце книги, и поработать с психотерапевтом.

Когда все закончится, сосредоточьтесь на исцелении

Длительные отношения с нарциссом могут нанести эмоциональный вред. Вероятно, пострадали ваша самооценка и персональная идентичность. Сосредоточьтесь на исцелении и восстановлении. Используйте термин «нарциссизм», чтобы показать другим, через что вы прошли, но не зацикливайтесь на нем. Это способ понять, кем был ваш партнер и как он повлиял на вас, — необходимый способ, чтобы вы могли исцелиться и жить дальше.

Глава 8. Это удушение любовью или просто желание понравиться?

Удушение любовью, как и газлайтинг, — абьюзивная тактика, направленная на получение контроля над другим человеком. Но выявить ее еще труднее, потому что это нездоровая крайность нормального поведения во время ухаживаний и после ссор — ситуаций, когда люди прилагают дополнительные усилия, чтобы наладить отношения или помириться после конфликта. К тому же, в отличие от газлайтинга, удушение любовью приятно, по крайней мере вначале. Но, как будет показано в этой главе, оно сильно отличается от обычных проявлений любви и шагов к примирению.

Хьюго душит любовью

Джианна не могла нарадоваться, что встретила Хьюго. Прежде всего, он француз, а значит, обладатель невероятно сексуального акцента. Он был харизматичным и веселым, но в то же время серьезным и настойчивым. Кроме того, он показывал необычайные успехи для людей их возраста. Сразу после окончания колледжа, в свои двадцать с небольшим, он основал стартап, а затем сумел продать компанию за довольно приличную сумму. Это позволило ему разбогатеть быстрее, чем Джианне и ее друзьям, которые все еще карабкались по своим карьерным лестницам.

Джианна была счастлива и вполне уверена в себе, насколько это возможно в возрасте двадцати четырех лет. Ей нравилась ее работа, отличная компания друзей, и она замечательно проводила минимум два отпуска в год. Что не могло Джианну порадовать, так это личная жизнь. Сверстники разочаровывали ее. Они бросали ее без объяснений, предпочитали секс без обязательств, изменяли, лгали и тому подобное. Джианна видела, что никто из них не прилагает особых усилий для свиданий, не говоря уже об отношениях, это огорчало и даже мучило ее.

Затем на музыкальном фестивале она познакомилась с Хьюго. Он бесстыдно флиртовал с ней, охотно предлагая угостить напитком или тако. Взял Джианну за руку, когда они переходили от одной сцены к другой, и, казалось, был рад, что все вокруг видят его интерес к ней. Такое поведение не изменилось и после фестиваля, ухаживания только усилились. Через два дня после знакомства Хьюго прислал Джианне три дюжины красных роз: он запомнил ее адрес в такси, когда они ехали домой в тот первый вечер. К розам была приложена записка с просьбой на выходных поужинать с ним в модном ресторане в центре города. Хьюго мог бы просто написать сообщение и пригласить на свидание, но он выбрал такой романтический жест, и это привело Джианну в трепет.

Хьюго настоял, что оплатит ужин. И платил за все в течение следующих двух месяцев. На третьей неделе Хьюго сказал, что Джианна — его вторая половинка и что он не может представить свою жизнь без нее. Он отпросился с работы, чтобы забрать ее из офиса и угостить вкусными блюдами. Он всегда был рядом и на связи. Джианне никогда не приходилось беспокоиться о том, когда Хьюго снова напишет или когда они увидятся. Он писал по нескольку раз в день, и у них всегда было назначено свидание.

Несмотря на замечательные подарки и дорогие угощения, больше всего Джианну привлекли словесные излияния любви. Хьюго так уверенно повторял слова«вторая половинка», что она чувствовала себя любимой и желанной. Ночью, в постели, он без конца рассказывал, как увидел танцующую Джианну на том фестивале и понял, что жил только наполовину, но теперь его сердце стало целым, и она для него единственная, они созданы друг для друга, и ничто не сможет их разлучить. «Пусть хоть весь мир, родные и друзья пытаются остановить нас, — сказал Хьюго, — но нашу вечную любовь ничем не разрушить». Джианна была очарована. Как и большинство людей, она всегда хотела услышать от кого-нибудь эти слова. Она чувствовала себя окутанной вниманием, особенной и желанной.

Когда через четыре недели Хьюго признался в любви, Джианна поверила ему и ответила тем же. Когда он предложил переехать в его просторную квартиру, она согласилась, и Хьюго настаивал, чтобы это произошло как можно скорее. Теперь, когда он встретил единственную любовь в своей жизни, он не хотел ждать ни одной лишней минуты. Но несколько дней спустя Джианна призналась Хьюго, что мама попросила ее не торопиться с переездом. Он притянул девушку к себе и обнял. «Люди не поймут наших отношений, — заявил он. — О такой любви снимают фильмы. Люди будут осуждать нас и пытаться помешать нашему счастью, но мы им этого не

Пять недель спустя Джианна закончила распаковывать последнюю коробку с вещами. Они с Хьюго жили в невообразимом блаженстве. Он дарил ей все, что она хотела. Однажды вечером Джианна пришла домой и предупредила Хьюго, что в субботу пойдет с подругами на девичник. Хьюго помолчал, а потом сказал:

— Я думал, мы будем тусоваться вдвоем в эту субботу.

— Да, но нам так трудно собраться всем вместе с нашими сумасшедшими графиками! Ничего, если мы пропустим эту субботу? — спросила Джианна.

— Конечно, я все понимаю. Мы наконец-то живем вместе, так что теперь тебе не обязательно проводить со мной время, — ответил Хьюго. — Наверное, мне следовало купить ту сумку от Шанель для девушки, которая действительно хочет пойти со мной на ужин.

Сердце Джианны ушло в пятки.

— Хьюго…

— Шучу, шучу. Mon Dieu, Джианна, я просто шучу. Можешь бросить меня в субботу, все в порядке.

Но ничего хорошего из этого не вышло. Пассивно-агрессивная реакция Хьюго стала предвестником других подобных «шуток». Когда наступила суббота, он весь день игнорировал Джианну, выходил из комнаты, когда она заходила, и односложно отвечал на ее вопросы. Джианна весь день переживала, мучилась чувством вины и боялась, что Хьюго ее бросит. Когда она вернулась с ужина, его пассивная агрессия переросла в откровенный гнев. Он обвинил ее в свидании с другим парнем, ведь она ответила не на все его сообщения (которых быломного). Джианна рассыпалась в извинениях и пообещала в следующий раз сообщать Хьюго о своем местонахождении и связываться с ним каждые пятнадцать минут, а также в качестве примирения не гулять с подругами в течение нескольких недель. Она любила его и хотела восстановить доверие, разрушенное ее самовольным уходом.

После извинений и уступок Хьюго смягчился. В отношения вернулись тепло и подарки. В шутку он подарил Джианне еще одну дорогую сумку от Шанель с GPS-трекером на ручке, объяснив это желанием не потерять ее в «плохом мегаполисе». Джианна посмеялась над этой глупостью, но не сняла трекер и всегда пользовалась сумкой, просто чтобы показать Хьюго, что ей можно доверять.

Как-то раз школьная подруга пригласила Джианну на скромную свадьбу, но попросила прийти без спутника. Приглашение на двоих получили только супружеские пары, поскольку организаторы старались сократить расходы. Джианна боялась сообщить новость Хьюго — он мог обидеться. Как же прийти на свадьбу без второй половинки? В итоге она не стала ему ничего объяснять и просто отклонила приглашение. Хьюго нашел ее ответ: «Извините, я не смогу прийти» — и похвалил, что она сделала это для него. Он даже был так тронут, что предложил ей вместо пропущенного праздника сходить в ювелирный и выбрать себе обручальное кольцо. Джианна обрадовалась, но испытала и иное чувство. Тревогу? Ощущение давления? Она сама не понимала и, конечно же, ничего не сказала Хьюго об этом.

Определение удушения любовью

Удушение любовью — это чрезмерное проявление привязанности, поток подарков и комплиментов, признаний в любви и предложений жить вместе, уверений в общих ценностях и целях. Хотя подобное внимание может показаться очаровательным, на самом деле таким способом абьюзеры подталкивают жертву к поспешным решениям и позиционируют себя как чрезмерно важную часть жизни другого человека. Отличительная черта — постоянное общение: абьюзер всегда остается на связи и не отпускает объект своего внимания.

Хотя подарки часто считаются необходимым компонентом удушения любовью, абьюзивные партнеры могут заманить жертву, не тратя много денег: чрезмерная привязанность и лесть оказывают такое же влияние. Например, абьюзер расточает комплименты и говорит все, что, по его мнению, хочет услышать другой человек, заявляет, что у них одинаковые цели или ценности (иногда при этом откровенно врет). Абьюзер предстает перед жертвой человеком великодушным и бескорыстным, он готов удовлетворять все ее потребности, никогда не отказывает в привязанности, поддержке и восхищении. Прочие люди на его фоне проигрывают, так какой смысл проводить с ними время? Но, как мы увидим, это приводит к изоляции жертвы. Становясь самым важным человеком в жизни человека, абьюзер отодвигает все остальные отношения на второй план.

Удушение любовью встречается на любом этапе отношений, но чаще всего — в самом начале. Абьюзивный партнер пытается придать отношениям серьезный характер, не оставляя жертве возможности усомниться в них или прекратить зарождающееся общение. Он умело преподносит себя как идеального партнера или друга, внешне эмоционально открытого и разделяющего мечты и интересы жертвы. Абьюзер говорит то, что вы хотите услышать, попутно рассыпаясь в комплиментах. Мечтаете иметь дом в соседнем городе? И знаете что? Он уже присмотрел там несколько вариантов. Это правда? Конечно, нет, но он понимает, что вы будете рады найти кого-то с такой же целью и почувствуете, что это «судьба». Удушение любовью легко распознать, если посмотреть на отношения в более широком контексте и понять, использует ли человек другие абьюзивные тактики для получения власти и контроля. Однако в начале романа еще нет дополнительных данных, и выявить абьюзера непросто.

Удушение любовью также типичное последствие ссор. Как вы помните из третьей главы, абьюзивные отношения представляют собой цикл, в котором напряжение нарастает до тех пор, пока не произойдет взрыв, за ним следует период примирения и, наконец, затишье. Именно в период примирения абьюзеры вновь балуют жертву, окутывают ее чрезмерным вниманием, осыпают комплиментами и дорогими подарками, пытаясь показать раскаяние и избежать расставания. Они также возвращаются к выражению «вторая половинка», используя это как оправдание своего поведения. «Как я мог не ревновать, когда кто-то пытается флиртовать с моей второй половинкой? Это естественно — защищать что-то настолько удивительное и особенное» или «Мы переживаем трудные времена, но нам суждено быть вместе. Так предначертано звездами».

Удушение любовью — эффективный способ вновь внушить жертве мысль «мы против всего мира» и заставить ее снова почувствовать себя любимой и защищенной, пусть даже ненадолго, — ведь это ощущение никогда не длится вечно. Удушение любовью — это временное проявление сильной привязанности, цель которого — укрепить веру жертвы в то, что абьюзер — добрый, щедрый, любящий человек (вторая половина, не меньше!). Оно происходит наэтапе идеализацииотношений, но прекращается, когда абьюзер начинает злиться. Как только жертва чем-то его расстраивает, например выбирает других людей или обязательства, абьюзер чувствует себя оскорбленным, и его чрезмерная любовь быстро сменяется гневом. Тогда наступаетэтап обесценивания, когда абьюзер становится злым, либо демонстративно проявляя гнев, либо холодно отказываясь от общения. Он принижает жертву за ее выбор и обвиняет в равнодушии к их отношениям.

Далее есть

Как мы увидели на примере Джианны и Хьюго, за удушение любовью приходится расплачиваться эмоционально: отказываться от других отношений и уступать желаниям абьюзера. Хьюго использовал удушение любовью, чтобы подчинить и удержать Джианну рядом, а затем восстановить отношения после ссоры. Постепенно она перестала встречаться с другими людьми, так как это сильно расстраивало Хьюго — небольшая цена за счастье быть со своей второй половинкой, верно? Однако Хьюго продолжал использовать деньги и лесть, чтобы удержать ее рядом, пока однажды не решил, что Джианна слишком часто причиняла ему боль, и резко порвал с ней отношения. Он дал ей неделю на то, чтобы съехать, не помог с расходами и перестал с ней разговаривать — разве что отправил среди ночи ужасное сообщение о том, что стал намного счастливее с ее уходом. Удушение любовью фактически разрушило жизнь Джианны на какое-то время, пока она не поняла, что с ней произошло, и не начала исцеляться.

Эволюция термина

Термином«удушение любовью»первоначально описывали тактику вербовки, которую использует Церковь объединения — международное религиозное движение, основанное корейцем Мун Сон Мёном в конце 1950-х годов, которое многие называют культом. Позже это понятие стало использоваться в психологическом сообществе для аналогичной стратегии, которую абьюзеры применяют для удержания жертвы. Неудивительно, что термин, связанный с культами, по своему значению пересекается с характеристикой абьюзивных отношений — у этих двух явлений много общего. И в том, и в другом все происходит по похожей схеме: жертва сначала чувствует себя особенной и окутанной вниманием, после чего ее втягивают в группу и подвергают идеологической обработке, а затем, наконец, обесценивают и приказывают проявлять послушание, лояльность и отказываться от общения с близкими. В такой ситуации остается мало места для свободы мысли или самовыражения, и жертве ловко внушают, что окружающие пытаются заставить ее уйти, потому что не понимают или завидуют высшей любви.

Самое замечательное в этом термине, что он очень прост для понимания: поток привязанности, лести и преданности настолько мощный, что подавляет критическое мышление и перечеркивает всю вашу реальность. Он переполняет ваши чувства, и вы видите только человека, который боготворит вас. Он сметает все преграды, чтобы абьюзер мог войти и обосноваться в вашей жизни. Интересно, что этот термин не эволюционировал и не использовался неправильно так же часто, как другие, например газлайтинг. Его просто неправильно понимают. Люди неверно толкуют обычные проявления любви или попытки восстановить отношения после ссоры. Опять же, чтобы выявить удушение любовью, нужно понять намерения человека и изучить его поступки в полном контексте отношений.

Оскар не душит любовью

Оскар считал минуты до сегодняшнего ужина. Кажется, пришел конец его холостяцкой жизни, и случилось это всего три дня назад. Они разговорились, стоя в очереди в кофейне, — и вдвоем сетовали на то, что заказы мудреных напитков замедляют процесс: неужели никто больше не заказывает просто горячий кофе?! Они посмеялись над совместной досадой и, поскольку никто из них не торопился по делам, сели за столик со стаканчиками кофе, чтобы поболтать.

Оскар решился и попросил номер телефона. Такое случалось редко, обычно приходилось уговаривать себя пойти на второе свидание. Но сейчас он мечтал о множестве свиданий. После встречи в кафе Оскар не смог удержаться и написал СМС всего несколько часов спустя. Он понимал, что нужно выждать, чтобы не выглядеть навязчивым, но зачем играть в эти игры, если ты нашел того, кто тебе действительно нравится? Ответ пришел почти сразу, — значит, чувства взаимны, подумал Оскар.

Для ужина они выбрали итальянский ресторанчик на полпути между их квартирами. Это знакомое место. Оскар отправился на встречу с небольшим подарком в руках. Услышав про забавное хобби — коллекционирование старинных ваз из цветного стекла, Оскар вспомнил про замечательный антикварный магазинчик рядом с офисом, поэтому зашел туда и купил маленькую красную вазу. Оскар не хотел быть слишком настойчивым, но стремился показать, что он внимательный слушатель и запоминает увлечения. Оскар испытал мгновенное облегчение, когда зашел в ресторан и увидел, что одно место за столиком уже занято. Они чувствовали, что между ними установилась настоящая связь, и им не терпелось узнать друг друга получше.

Когда четыре месяца спустя случилась первая крупная ссора, оба испугались, что могут расстаться. Оскар остался в комнате, когда хлопнула дверь. В голове крутились слова: мне нужно время подумать. Оскар заволновался: это значило нечто большее, чем молчание. Оскар предполагал худшее. День прошел без общения. Оскар отправил сообщение и несколько раз пытался дозвониться, но не получил ответа. Он понимал, нужно время, чтобы успокоиться, но хотел знать, есть ли будущее у их отношений. Он считал, что любящие должны вместе справляться с трудностями. На следующий день после работы Оскар снова зашел в антикварный магазин. В этот раз он накупил разноцветных ваз на сотню долларов и открытку, где написал: «Я люблю твой выбор кофе, и я люблю тебя. Знаю, мы ужасно поссорились, и мне жаль, что я так остро отреагировал, но я хочу разобраться в этом вместе с тобой. Не хочу надоедать, но я скучаю по тебе и готов поговорить. С любовью, Оскар».

Но время для разговора еще не настало. Вазы и открытка лежали в уголке на кухне. Со стороны выглядело, что паникующий Оскар перегибает палку. Люди не всегда расстаются из-за ссор. Многим просто хочется все взвесить и собраться с мыслями. Сообщения и звонки Оскара, а теперь и его подарок выглядели слишком назойливыми. В конце концов, Оскар знал, что его любовь всегда медленно остывает после ссор. На следующий день на ее крыльце снова оказался нелепый плюшевый мишка и еще одна открытка от Оскара. Оскару полетело сообщение: «Перестань душить меня любовью. Ты же знаешь, мне нужно время, чтобы прийти в себя. Не пытайся торопить меня и контролировать мои чувства».

Оскар был раздавлен. Его попытки наладить отношения не только не увенчались успехом, но и, возможно, еще больше оттолкнули любимого человека. Осознание этого факта усилило панику Оскара. Он пытался напомнить о своей любви и о том, что за их чувства стоит бороться, но его посчитали абьюзером. Может, не стоило звонить по два раза? Не слишком ли дорогие вазы он купил? Молчание длилось уже

Как удушение любовью превращают в оружие

Я уже упоминала, что удушение любовью — это абьюзивная крайность совершенно нормального, даже хорошего поведения в отношениях. Сложность в различении здоровых и абьюзивных поступков в том, что у них сходные шаблоны. Абьюзивные отношения, как мы знаем, проходят через цикл напряженности, конфликта, урегулирования разногласий и мира. Здоровые отношения имеют очень похожий цикл:гармония, разрыв, восстановление. Как и в абьюзивных, в здоровых отношениях случаются периоды напряженности, разрывы (или ссоры) бывают довольно сильными, а восстановление — нестабильным.

Из-за этих параллелей люди ошибочно воспринимают нормальное поведение в отношениях как удушение любовью и используют этот термин как оружие. Обычно так происходит по двум причинам.

1. Мы ошибочно воспринимаем ухаживание как удушение любовью

Бурное проявление чувств в начале романа совершенно нормально. Так мы показываем человеку, что он нам нравится, мы стремимся узнать его лучше и хотим поддерживать с ним отношения. Без выражения влечения и интереса отношения не сдвинуться с мертвой точки. В начале знакомства мы должны быть более выразительными в чувствах и щедро тратить свое время, и это часто достигается с помощью интенсивного общения, подарков, нежных слов и совместных выходов куда-нибудь.

Обратите внимание: я сказала «бурноепроявление чувств», а не «чрезмерное». Это расплывчатое и сложное различие, ведь каждый человек воспринимает эту грань по-своему. В результате действительно трудно понять, насколько интенсивно вы проявляете симпатию и интерес к человеку, поэтому есть риск перегнуть палку в его глазах. Например, новый возлюбленный какой-нибудь голливудской актрисы может подарить ей машину уже в самом начале знакомства, но, если бы кто-то сделал это для вас или для меня, мы, вероятно, были бы шокированы и слегка обеспокоены. Это, конечно, крайний пример, но он передает суть. Кто-то не откажется от дорогого ожерелья на третьем свидании, а кто-то воспринимает подарки иначе и чувствует себя не так комфортно.

Восприятие романтических жестов также зависит от того, кто их совершает. Если вам действительно нравится потенциальный ухажер, вы будете в восторге от его ежедневных сообщений. Но если вам не слишком приятен тот, кто пытается завоевать ваше расположение, регулярные утренние пожелания «Хорошего дня!» будут раздражать или даже покажутся навязчивыми. То же самое касается и друзей. Некоторым людям нравится активное общение с новыми знакомыми, а других это отталкивает. Поведение одного человека вызывает восхищение, а другого — отвращение. Наше отношение к подаркам, привязанности и общению субъективно, поэтому легко перепутать невинные проявления чувств и удушение любовью.

2. Мы путаем попытки помириться с удушением любовью

Ссоры требуют примирения, в терапии мы называем это репарацией, иливосстановлением отношений. Здоровый процесс включает в себя прилив сил и внимания к партнеру, совсем как в начале знакомства. Восстановить отношения можно с помощью ласковых слов и обещаний, подарков или проявления заботы, а также проводя вместе время. Также полезно признать свою роль или вину в споре и принести извинения. В таком случае партнер видит, что мы поняли свои ошибки и хотим все исправить. Когда конфликт отдаляет людей друг от друга и вызывает неуверенность в отношениях, примирение вновь их сближает и залечивает душевные раны, принося счастье и прилив сил.

Например, после крупной ссоры один ее участник может послать другому любимые сладости или попробовать дозвониться. Он пытается восстановить близость, проявляя заботу. В романтической паре один из партнеров может чаще отправлять сообщения, как в начале отношений: «Доброе утро, не могу дождаться встречи с тобой» и «Спокойной ночи, детка, приятных снов!» Он делает это не для того, чтобы контролировать вторую половинку или манипулировать ею, а, скорее, чтобы показать заботу и неравнодушие. Но если вторая половинка, получающая эти любовные послания, все еще злится, ей может показаться, что партнер не уважает ее чувства и подталкивает к примирению, забрасывая приятными сообщениями, то есть душит любовью.

Стремясь восстановить отношения, мы выражаем привязанность и раскаяние, понимая, что партнер может не пойти навстречу и волшебного завершения ссоры не будет. В идеальном варианте все прощают друг друга одновременно, но иногда один человек все еще обижен или рассержен и пока не хочет мириться. Психологически здоровый человек предложит исправить ситуацию, но не рассердится, если партнер не готов. А вот абьюзер начнет обвинять собеседника в продолжении ссоры и даже в попытке одержать верх или наказать, «отказавшись уступить».

Кстати, я люблю налаживать отношения после ссоры. Я готова приступить уже через долю секунды после окончания спора… черт возьми, я могла бы сделать это и во время конфликта! Воссоединение с Лукасом успокаивает мою встревоженную душу, но я также понимаю, как это полезно для наших отношений. После того как мы уладим спор и снизим напряженность, я предаюсь повышенным проявлениям любви и привязанности. Можете не сомневаться, я обязательно отправлю мужу сообщение с извинениями за свое участие в конфликте и объясню, что вообще не люблю ссориться, но с ним мне это делать неприятнее всего, и я хочу строить с ним дальнейшую жизнь, даже если нам порой трудно друг с другом. Я также попытаюсь показать, что думаю о муже, например, отправлю нашу совместную милую фотографию или приготовлю его любимый ужин. Это не удушение любовью, ведь я не стремлюськонтролироватьмужа. Я не пытаюсь заставить его полностью забыть о ссоре или убедить не обращать внимания на мое плохое поведение. Я стараюсь взять на себя ответственность и извиниться, а затем восстановить отношения. Иногда он все еще переживает из-за ссоры и не готов мириться. Это трудно принять, когда я уже готова воссоединиться и восстановить наши близкие отношения, но я даю ему время и позволяю успокоиться. Если бы я разозлилась на мужа за то, что он не оценил моих шагов к примирению, и настаивала, чтобы он «уступил», это была бы совсем другая история.

Должна отметить, что Лукас тоже стремится наладить отношения. Он

Однако я должна отметить, что восстановление отношений не всегда протекает равномерно. Редко бывает так, что обе стороны стремятся к примирению одинаково и в сходные сроки. Почти всегда кто-то один хочет оставить конфликт позади как можно скорее, и поэтому первым делает шаг к примирению. Необходимость всегда мириться первым порой утомляет и даже угнетает, так что полезно, когда это делают оба партнера, пусть даже неравное количество раз.

Я наблюдала, как многие люди путают примирение с удушением любовью, например когда партнер дарит им подарки, особенно после ссоры. Обычно для этого есть два условия. Первое: человек во всем винит партнера, а себя оправдывает. Второе: он еще не остыл после ссоры и думает, что партнер пытается купить его прощение. Эти два условия и приводят к предположениям об удушении любовью. Человек рассматривает собеседника как единственного виновника, возможно даже абьюзера, что в первую очередь и привело к ссоре. Уже имея предвзятое мнение, он смотрит на партнера сквозь призму негатива и воспринимает его слова или знаки внимания как попытки вернуть расположение — другими словами, как манипуляцию или абьюз.

Установление новых отношений или примирение после конфликта — хорошие вещи. Они создают и укрепляют наши привязанности. Но перегружать другого человека знаками любви, подарками и общением в попытке затмить другие сферы его жизни и подчинить себе — не самое лучшее поведение, и мы должны хорошо понимать разницу.

Что делать, если вас обвиняют в удушении любовью?

Когда вы пытаетесь продемонстрировать привязанность или наладить отношения после ссоры, ваши шаги могут быть неправильно истолкованы как удушение любовью. Помните, что «чрезмерность» — вещь субъективная, и то, что приемлемо для вас, другому может показаться крайностью. Но, справедливости ради, также не забывайте, что люди бывают излишне настороженными и видят удушение любовью там, где его нет. Следующие шаги помогут вам понять, что происходит и как с этим быть.

Проведите самоанализ

Сначала задайте себе сложный вопрос: «Не переборщилли я?» Вы отправляли много сообщений или слегка перегнули палку с комплиментами? Вы были так взволнованы знакомством с симпатичным человеком, что начали ему во всем угождать и говорить то, что он хотел услышать? Испытывали чувство неуверенности и беспокойства, пытаясь ускорить примирение и восстановить близость? Вы дали собеседнику достаточно времени, чтобы все обдумать и успокоиться после ссоры? Если вторая половинка не готова к воссоединению, вы оставили ее в покое, даже если отчаянно хотели снова быть рядом? Если вы были слишком настойчивы или торопились наладить отношения, признайтесь в этом: «Я понимаю, о чем ты говоришь. Мне так плохо без тебя, и я слишком тороплюсь, пытаясь снова сблизить нас. В следующий раз я буду помнить об этом и постараюсь действовать постепенно».

Уважайте чужую точку зрения

Предположим, вы провели самоанализ и поняли, что с вашей стороны не было никаких крайностей, просто вторая половина слишком остро отреагировала. Это нормально, вам не обязательно соглашаться с чужой оценкой вашего поведения. Вместо того чтобы сразу отбиваться от обвинений, покажите, что уважаете чужое мнение. Опять же, это лучшая защита от упреков в использовании абьюзивной тактики. Готовность с уважением выслушать собеседника показывает, что нам небезразлично его мнение и мы не пытаемся контролировать или манипулировать.

Новому знакомому можно сказать: «Я очень рад познакомиться с тобой поближе, но вижу, что действовал слишком напористо». Что касается старых отношений, попробуйте признаться: «Теперь мне понятно, что для тебя это было слишком и тебе требуется больше времени, чтобы успокоиться и подумать о примирении. Я понимаю, что тебе не подходит мой способ налаживать отношения, нам стоит обсудить, какие способы для тебя лучше».

Объясните свои намерения

Как только убедитесь, что собеседник вас услышал, попробуйте объяснить, что хотели лишь показать привязанность или наладить отношения. На этапах ухаживания расскажите, что очень заинтересованы в этом человеке и хотите, чтобы он это знал. На этапе примирения расскажите, как больно вам находиться в ссоре и чувствовать себя одиноким, признайтесь, что вы готовы восстановить отношения.

Пригласите к диалогу

Узнайте у собеседника, как лучше выразить симпатию к нему или восстановить отношения после конфликта, ведь ваша стратегия явно не сработала, если уж вас обвинили в удушении любовью. Спросите у нового знакомого, какой уровень общения или знаков внимания ему нравится. Возможно, вы любите ежедневную переписку, а он считает это навязчивым в начале отношений. С давним партнером спокойно и искренне обсудите, как сделать, чтобы после ссоры вы оба ощущали внимание, уверенность и любовь.

Если не сработало, сделайте перерыв в общении

Бессмысленно продолжать разговор, если собеседник не желает вас слушать или не отказывается от своих обвинений. Раз ваш партнер искренне считает, что вы душите любовью, а все попытки разобраться в проблеме ни к чему не приводят, тогда предложите сделать перерыв в общении. Дайте себе больше времени обдумать опасения собеседника и сформулировать свою точку зрения, прежде чем возобновлять разговор.

Если ничего не помогает

Как вы уже знаете, сложность оспаривания подобных обвинений заключается в том, что ваши попытки могут быть истолкованы как еще одно доказательство абьюза. Даже если вы предпримете описанные выше шаги, собеседник все равно может заявить, что, показывая уважение, сочувствие и готовность к диалогу, вы только притворяетесь ради решения проблемы, вместо того чтобы признать свои промахи. В таком случае вам мало что удастся сделать, кроме как остаться при своем мнении и предложить собеседнику почитать про удушение любовью. Вы же

Что делать, если вас, кажется, душат любовью?

Допустим, вы считаете, что кто-то действительно душит вас любовью в начале отношений или после неудачных ссор. Возможно, вы замечали, что проявления привязанности этого человека обычно бывают интенсивными, но непродолжительными. Следующие шаги объясняют, как определить и ограничить последствия реального удушения любовью, но, возможно, вам стоит подумать о разрыве с этим человеком, потому что удушение любовью — обычно признак нездоровых отношений.

Посмотрите, сможет ли человек измениться

Начнем с главного: возможно, вас не душат любовью. Может, этот человек просто безумно рад знакомству с вами, и его комплименты, подарки и активное общение служат признаком искренней заинтересованности в продолжении отношений. Но если вам это кажется чрезмерным и доставляет дискомфорт, поговорите с ним. Дайте понять, что вы тоже рады знакомству, но ощущаете слишком много внимания и хотите сбавить темп. Проявляйте доброту, но твердость, когда отказываетесь от подарков или просите снизить активность общения.

Если ваши слова огорчат или смутят нового друга или романтического партнера, это нормально. Если он воспринял ваши слова как отказ, пусть все обдумает и успокоится. Если ваша просьба приводит его в ярость или он критикует вас за желание взять паузу, это не нормально. Оказавшись в подобной ситуации, прочтите дальнейшие рекомендации.

Не поддавайтесь лести

Относитесь осторожно к чрезмерному восхвалению в начале любых отношений. Хотя комплименты — это прекрасно, не воспринимайте их как искреннее и неизменное мнение собеседника о вас. Абьюзер вознесет вас на пьедестал на стадии идеализации, когда и происходит удушение любовью, а затем свергнет оттуда на этапе обесценивания. Не верьте, что вы — самый особенный, самый совершенный человек на свете, или «родственная душа» и «вторая половинка». Я уверена, что вы замечательный человек, но у вас также есть недостатки. Помните: тот, кто идеализирует сейчас, скорее всего, обесценит вас позже. Хорошо, когда человек увлечен, ноне одержимвами. Хорошо, когда вас любят и ценят, но не возводят на пьедестал.

Отказывайтесь от подарков

Подарки могут стать средством манипуляции только тогда, когда их принимают. Если вы не приняли подарки, преподнесенные во время удушения любовью, человек не сможет использовать их против вас, когда переключится в режим обесценивания. Обращайте внимание не только на то, сколько подарков получаете, но и на каком этапе отношений их преподносят. Они должны соответствовать уровню знакомства и не использоваться как часть манипулятивного извинения после ссоры. Однако также будьте осторожны, не принимая подарок, — ваш отказ может разозлить абьюзера. Если это случится, делайте выводы и хорошенько подумайте, подходят ли вам подобные отношения.

Проверьте ценности собеседника

Любому легко заявить, что он разделяет ваши ценности и мечты, но изучите его немного глубже, особенно когда только начинаете знакомиться. Задайте вопросы о его целях и ценностях в жизни и послушайте, что человек ответит. Не старайтесь сразу рассказывать о себе, иначе собеседник может повторить за вами. Абьюзеры прекрасно умеют использовать информацию, но у них ничего не получится, если вы не снабдите их этими сведениями.

Поговорите с психотерапевтом

Не помешает обсудить ситуацию с профессионалом. Если вам действительно повстречался абьюзер, не следует поддерживать такие отношения или пытаться над ними работать. Попытки бороться с удушением любовью не сработают с людьми такого типа, лишь заставят их сменить тактику, например применить газлайтинг и объявить ваши обвинения вымышленными. Лучшая стратегия — правильно определить удушение любовью на ранней стадии отношений и уйти до того, как вас затянет слишком глубоко.

Оцените ваши отношения в целом, отдалитесь или уходите

Если вас душат любовью, то, скорее всего, есть и другие формы абьюза. Я призываю вас внимательно присмотреться к вашим отношениям. Использует ли партнер другие нездоровые тактики, чтобы сохранять близость и контроль? Он вас изолирует? Газлайтит? Приходит в ярость из-за пустяков? Вы боитесь испортить ему настроение? Как и любая другая абьюзивная тактика, удушение любовью обычно указывает на нездоровые отношения или как минимум предвещает их ухудшение. Вам следует сойти с этого пути как можно скорее.

Глава 9. Это социопатия или просто симпатия не взаимна?

Слово «социопат» полюбилось многим, особенно как характеристика бывших партнеров, которые с виду легко перенесли расставание и быстро пошли дальше. Ведь только социопат мог так скоро забыть о нас, верно? (Как вы поняли, я шучу.) Давайте определим, что на самом деле означает этот термин, и выясним, когда и почему им так часто злоупотребляют.

Сид — социопат

Сид и Келли вместе уже три года и один год женаты. Они познакомились в клубе любителей бега, куда Келли вступила после окончания колледжа, а Сид — после переезда в новый город, стремясь завести друзей. С той секунды, как их взгляды встретились, Келли почувствовала, что ее обожают. Сид одарил ее широкой искренней улыбкой и тут же подошел, чтобы поговорить. Келли ощущала себя особенной из-за того, что Сид сразу обратил на нее внимание, особенно учитывая, насколько он красив, — люди всегда говорили это при встрече с ним. Он пошутил, что пробежал пятнадцать марафонов, но не уверен, что сможет угнаться за Келли на трехмильном забеге, — очевидно, в какой она хорошей форме. Келли смеялась и поддразнивала его в ответ, призывая обогнать ее.

Сид был невероятно обаятелен в кругу ее родных и друзей. Он сразу же произвел на них впечатление. На четвертом месяце их знакомства мама Келли стала уговаривать ее выйти замуж за Сида. И Келли не возражала: Сид казался ей совершенно идеальным. Он, как и она, хотел участвовать в марафонах по всему миру, и оказалось, что у них похожие музыкальные предпочтения. Сид планировал купить пентхаус в центре города, чтобы проводить там рабочую неделю, и загородный дом для отдыха в выходные. Положа руку на сердце, Келли хотела бы просто иметь хороший дом в пригороде, и ей не нравилась идея переезжать с места на место, но Сид настаивал, что

Конечно, у них были свои проблемы. Иногда Сид лгал, причем, как ни странно, по пустякам. Например, он посмотрел платный фильм по ее телевизору, а затем клялся, что никогда такой просмотр не заказывал. Сид ночевал у нее, пока она была на работе, и Келли, честно говоря, было все равно, что он заказал платный фильм, — она просто хотела узнать его впечатления, ведь сама это кино еще не видела. Но Сид настойчиво все отрицал и посоветовал ей сменить пароль на случай, если его взломали, и даже обратиться в стриминговый сервис за возвратом средств. Келли ловила его на лжи своим друзьям или случайным людям, например официантам и таксистам. Когда она отмечала это, Сид делал вид, что понятия не имеет, о чем идет речь, или отшучивался. В конце концов Келли просто смирилась с тем, что он привирает.

Когда Сид сделал Келли предложение, она согласилась, но в глубине души чувствовала, что совершает ошибку. Ее смущала его ложь, к тому же Келли нутром чуяла: что-то не так. Но у всех пар бывают проблемы, и во многом Сид по-прежнему оставался парнем ее мечты. Когда началась подготовка к свадьбе, Сид заявил, что хочет устроить грандиозное событие. Он решил пригласить всех знакомых, якобы шикарная свадьба поможет ему продвинуться в карьере. Келли сказала, что ее родители не смогут оплатить такое роскошное мероприятие, и Сид пришел в ярость от того, какие они эгоисты и как пытаются помешать ее счастью. Мужчина настаивал, что в таком случае платить придется Келли, ведь он-то откладывал деньги на первый взнос, чтобы купить дом мечты. Келли сняла деньги со своего накопительного счета и оплатила экстравагантную свадьбу.

Прошло два года, и Келли с ужасом узнала, что Сид задолжал более ста пятидесяти тысяч долларов и не работает уже восемь месяцев. За последние три года его выгнали с трех мест работы из-за несоответствия занимаемой должности, но он не признавался в этом Келли. Он всегда настаивал на том, чтобы иметь отдельные банковские счета, поэтому Келли понятия не имела о его истинном финансовом положении. Сид взял кредит, чтобы скрыть свою безработицу. Он даже не начинал откладывать деньги на первый взнос. Келли потратила все свои накопления и оплачивала их совместные расходы, а теперь на ней повис еще и этот кредит.

Ситуация стала только хуже, когда Келли начала выяснять правду. Она нашла аккаунты на сайтах знакомств, сообщения от женщин, просивших Сида прийтиеще раз, и три кредитные карты с исчерпанными лимитами. Обнаружились портретные снимки, за которые Сид заплатил целое состояние, — похоже, он планировал стать актером. Келли нашла в закладках объявления о продаже вилл по миллиону долларов в Калифорнии и имена агентов по кастингу. Келли даже изучила беговой опыт Сида и выяснила, что он никогда в жизни не участвовал в марафонах.

Почему она верила ему? Она позволила ему убедить себя в том, что он богат, амбициозен и заботлив. Келли считала, что этоона— плохая и недостаточно поддерживает его, не вкладывается в его безумные, фантастические идеи. Келли вспомнила случай, когда Сид не разговаривал с ней целую неделю — она не захотела вложить двадцать пять тысяч долларов в его будущий стартап. Он вел себя так, словно ее не существовало, пока она не рассыпалась в извинениях, не согласилась, что это блестящая идея, и не дала ему десять тысяч долларов. В процессе развода Сид пытался подать на нее в суд, требуя алиментов. Затем он игнорировал неоднократные попытки ее адвоката продолжить процесс и не выходил на связь неделями и месяцами. Келли узнала, что Сид женился в другом штате до того, как их развод был оформлен окончательно. Она понимала, что так поступать незаконно, и недоумевала, как Сиду это удалось, но, осознав теперь, на что он способен, предположила, что бывший муж использовал поддельные документы.

Жизнь Келли была разрушена. Ее банковские счета опустели, были разорваны связи со многими близкими людьми. Но когда она восстановила с ними отношения, друзья признались, что Сид им не нравился. Поначалу он был милым и обаятельным, но казался фальшивым. Его рассказы не выглядели искренними, а очевидные эмоции не соответствовали тому, что он говорил о своих чувствах. Когда лучшая подруга сказала, что считает Сида социопатом, Келли задумалась над ее правотой.

Определение социопатии

Давайте начнем с основ: термина «социопат» нет в DSM. Я обсуждаю его в данной книге, потому что мы привыкли использовать само слово, но это не клинический диагноз. Называя кого-то социопатом, мы имеем в виду, что этот человек соответствует критериям антисоциального расстройства личности (АСР). Обратите внимание: люди склонны использовать термины «социопат» и «психопат» как взаимозаменяемые, однако эти два расстройства имеют различия и не являются синонимами. Неправильное использование термина «психопат», безусловно, вызывает ряд проблем, но я сосредоточусь на социопатии, потому что на данный момент это самое популярное слово.

АСР относится к подкатегорииистерических и импульсивныхрасстройств личности в DSM. Чтобы получить такой диагноз, человек с пятнадцатилетнего возраста должен проявлять как минимум три из семи признаков.

1. Поведение, нарушающее закон. Неоднократное нарушение закона, совершение преступлений, пренебрежение социальными нормами и правилами.

2. Лживость.Человек не испытывает проблем с ложью, мошенничеством или любого рода давлением в качестве средства достижения желаемой цели.

3. Импульсивность.Действует опрометчиво и необдуманно, не задумываясь о последствиях для себя или других.

4. Агрессивность.Как правило, человек раздражителен и быстро переходит к агрессии, часто вступает в драки или словесные перепалки.

5. Безрассудство.Не заботится о безопасности, как своей, так и других людей.

6. Безответственность.Безответственный и небрежный, не выполняет обещания или обязательства, например должностные обязанности.

7. Отсутствие угрызений совести.Человек не чувствует вины, когда причиняет вред другим, и находит себе оправдания.

Чтобы получить диагноз АСР, человек должен проявлять эти признаки в детстве или ранней юности, например совершая поджоги, нарушая комендантский час, мучая животных и уничтожая имущество. Другими словами, признаки АСР можно заметить на ранних этапах жизни человека. (Хотя, как и в случае с другими расстройствами личности, нельзя официально поставить диагноз, пока пациенту не исполнится восемнадцать лет.) Короче говоря, человек не становится внезапно социопатом в двадцать пять лет или только в отношениях с кем-то конкретно. Отметим также, что пациенту нельзя диагностировать АСР, если у него есть другое расстройство, объясняющее его поведение, например биполярное, при котором в маниакальные эпизоды могут проявляться импульсивность, неспособность соответствовать нормам, раздражительность и так далее.

Исходя из вышеприведенных критериев, определение «антисоциальный» действительно попадает в самую точку. Это отличное обобщение

Услышав упоминание о классическом злодее в реальных криминальных историях, мы часто представляем себе человека с АСР — хитрого, коварного и расчетливого. Такой человек не желает трудиться ради общественного блага или уважать права и личные границы других людей. Он стремится лишь получить желаемое, независимо от того, как это повлияет на окружающих. Люди с АСР планируют свои действия на десять шагов вперед и готовы на все, чтобы достичь цели. Они будут лгать, воровать, изменять, убивать и так далее.

Но социопаты не всегда становятся жестокими преступниками. На самом деле,большинствоиз них таковыми не являются. Как вы помните, все расстройства представляют собой широкий спектр. Поэтому, хотя подавляющее большинство убийц и серийных маньяков страдают АСР, не все люди с этим расстройством — убийцы или серийные маньяки. Более того, недавние исследования показали, что должности топ-менеджеров часто занимают люди с социопатическими наклонностями. Тут есть закономерность: те, кто добился высоких результатов, необязательно нарушают законы (хотя многие, безусловно, это делают), но они безжалостно преследуют собственные цели, поднимаясь на вершину и зарабатывая деньги для своих акционеров. Их не сдерживает чувство вины или сопереживания, когда дело доходит до вероятности причинить кому-то вред. Они готовы соблюдать правила общества, если это выгодно, и в большинстве случаев выглядят как законопослушные граждане, радеющие за благополучие других людей или окружающей среды, что служит на благо их репутации. Но видимость заботы — это не настоящая забота, и они откажутся от нее в ту же минуту, как только перестанут извлекать пользу.

Я некоторое время работала с пациентом, у которого наблюдались признаки АСР. Он беззастенчиво лгал и не отказался от своих выдумок, даже когда его вывели на чистую воду. Он часто позволял себе неподобающие вещи, транжирил деньги жены, несколько раз изменял ей и пропадал где-то до утра, не сообщая, где и с кем проводит время и когда вернется домой. Он пытался с улыбкой отмахиваться от каждого проступка, а когда это не сработало, быстро разозлился и включил газлайтинг, назвав себя жертвой, а супругу обвинив в мнительности, ревности и жажде контроля. Он не считался ни с законом, ни с общественными правилами, ни с нормальными требованиями здоровых отношений, и не было никакого способа заставить его измениться.

Как ни странно, несмотря на нашу фиксацию на социопатах, нам с трудом верится, когда мы действительно встречаем их. За исключением самых вопиющих примеров серийных убийц, нам сложно признать, что люди могут сознательно грубо нарушать социальные нормы, и кажется, что сопереживание и раскаяние — неотъемлемая часть человеческих чувств. Вот почему они легко получают второй и третий (и далее до бесконечности) шансы, даже когда постоянно демонстрируют равнодушие к нашей боли. Нам просто слишком сложно поверить, что имна самом делевсе равно. Поэтому, общаясь с человеком, страдающим АСР, вы можете не заметить ни сразу, ни даже некоторое время спустя. И если вам выкрикнут в лицо: «Я постоянно изменяю тебе, и мне плевать, что тебе от этого больно! Я ворую на каждом месте работы!» — вы, вероятно, все равно подумаете: «Этот человек только что признался в проступках — хороший знак!»Но это чрезмерное великодушие. Человек с АСР понимает, что поступает неправильно, — ему просто все равно.

Я знаю весьма продолжительные личные истории, демонстрирующие изобилие вариантов, как люди игнорируют социопатическое поведение. Хотите верьте, хотите нет, но мой муж Лукас — профессиональный игрок в покер (а социопаты тяготеют к миру азартных игр). После окончания колледжа он зарабатывал на жизнь, играя на деньги в казино. Все, кому мы об этом рассказываем, думают, что это самая крутая вещь на свете, но, судя по тому, что я видела, обстановка ничем не напоминает фильмы про Джеймса Бонда (гораздо меньше смокингов, гораздо больше мятых толстовок).

Как бы то ни было, он играет в покер с самыми разными людьми, и у некоторых из них, скажем так, отсутствуют моральные устои. Лукас знает множество игроков, которые рассказывают о своих преступлениях без малейших угрызений совести. Если они и не нарушают закон снова (если— ключевое слово), то лишь потому, что им очень не хочется в тюрьму, а не от осознания моральной неправильности этих действий.

Они часами сидят за столом, играют в покер и узнают многое друг о друге — от манеры игры до манеры общения с остальными игроками. И все равно Лукас знает множество случаев, как людиупорноне желают видеть других такими, какие они есть. Распространенный пример: у игрока наступает полоса неудач, и он теряет кучу денег, не разом, а много дней или недель подряд. Когда у него заканчиваются фишки, он просит взаймы у других игроков, чтобы получить шанс отыграться. Так вот, у некоторых подобных людей есть криминальное прошлое, подтверждающее, что их социопатические симптомы появились еще до прихода в казино. Они совершали преступления, причиняли вред другим, воровали, нарушали условия условно-досрочного освобождения и при этом не испытывают угрызений совести и не понимают, что плохого сделали. Несмотря на все это, другие игроки все равно одалживают им деньги! Они знают, что человек многократно нарушал общественные нормы и уже брал взаймы и не возвращал долг. Однако он говорит: «Не волнуйтесь, я сейчас отыграюсь и завтра все верну»,и они верят ему.

Здесь происходят две вещи. Во-первых, люди чувствуют себя неловко, когда приходится кому-то отказывать. Во-вторых, они считают, что собеседник не может так нагло врать им прямо в лицо. Но знаете что? Некоторым личностям наплевать на социальные нормы, они просто стремятся получить желаемое, независимо от того, как это повлияет на других.

Общаясь с человеком, страдающим АСР, вы наверняка чувствуете себя плохо. Он действует без угрызений совести, не способен к сочувствию или глубокой эмоциональной привязанности и, вероятно, ведет или вскоре будет вести себя абьюзивно. С таким человеком невозможно построить здоровые отношения, потому что ему не хватает способностей и мотивации для установления эмоциональной связи или надежного общения. Он может притворяться, успокаивая вас фальшивой привязанностью или извинениями, но вы почувствуете подвох. Это чувство возникает из-за полного отсутствия искренности в его действиях. Помните: согласно критериям DSM, люди с антисоциальным расстройством личности не обладают эмпатией и не знают, как устанавливать близость. Чтобы получить личную выгоду, они подделывают свои чувства, обманывают или пользуются окружающими для создания связей с другими людьми.

Тео все еще не оправился от расставания. Это было настоящее потрясение. Абсолютная паника и в то же время полное оцепенение. Он сидит на полу в кухне и смотрит на пустые полки, где раньше стояла посуда. Больше половины тарелок уже нет, ведь именно Кэмми покупала их. Вернувшись сегодня домой, Тео прошелся по их квартире («Наверное, теперь этомояквартира», — подумал он) и посмотрел на разгром. Он знал, что Кэмми съезжает, но не предполагал, какое опустошение это будет означать.

Кэмми изменила ему, а потом ушла. Тео никак не может смириться с этой мыслью. Всего неделю назад он поймал ее на лжи, и она призналась, что спала с коллегой по имени Марк. «Знаешь, это больше чем секс, Тео. Он мне действительно нравится, и я хочу быть с ним», — сказала Кэмми. Она говорила о своем предательстве так спокойно и собранно. Тео был в шоке и не знал, что делать. Он ответил: «Хорошо. В смысле, что я могу сделать, кроме как согласиться?» Кэмми кивнула и начала собирать вещи.

Тем же вечером она вошла в спальню и предложила поговорить. Хотела объясниться. Тео пробормотал что-то в знак согласия, но едва слушал, пока Кэмми рассказывала, какой одинокой чувствовала себя в их отношениях и как пыталась все исправить. Она сказала, что не собиралась спать с Марком, но решила, что Тео это не волнует. Тео подумал: «Она что, винитменяв своей измене?!» Увидев его непонимающий взгляд, Кэмми в конце концов оставила попытки все объяснить.

Что действительно не укладывается у Тео в голове, так это факт, что измена длилась так долго. Это была не интрижка на одну ночь, или на пару ночей, или во время командировки. Кэмми спала с Марком восемь месяцев. Она лгала Тео восемь месяцев! Он прокручивает в голове каждый разговор с ней, пытаясь понять, что было ложью, а что — правдой.

А еще Тео задается кучей вопросов. Как она могла заниматься сексом с другим мужчиной, а потом возвращаться домой? Ей было стыдно? Нет? Ведь если она стыдилась, то почему продолжала это делать? Неужели Тео ей совсем безразличен? Есть ли у нее вообще какие-то чувства? Что за человек изменяетвосемь месяцев, а потом уходит, когда обман раскрыт? Кто способен крутить роман с двумя людьми одновременно? Неужели она мошенница? Нет, все еще хуже… Она социопат. Только социопат может совершить что-то настолько неправильное и не пролить ни слезинки, когда приходится объясняться с партнером.

Тем временем Кэмми, рыдая, переезжает в пустую квартиру на другом конце города. Это убогое жилище — единственное, что она смогла найти за короткое время, но ей пришлось уехать. Видеть опустошение на лице Тео было невыносимо, и она ушла, чтобы он оправился от обиды. Кэмми надеялась, что сможет все объяснить и помочь ему понять ее поступки, но он был таким замкнутым, таким недоступным, что она перестала пытаться.

Кэмми ненавидит себя. Она не может поверить, как дурно поступила с Тео. Возможно, она никогда себе этого не простит. Но, несмотря на глубокий стыд, Кэмми понимает, почему изменила ему. Тео перестал заботиться о ней и вкладывать деньги в их жизнь. Он все время смотрел телевизор или играл в приставку, вместо того чтобы проводить время с ней, хотя Кэмми постоянно предлагала сходить поужинать или хотя бы посмотреть вместе сериал. Она часто говорила ему, что чувствует себя одинокой и несчастной, но всякий раз в ответ на ее искренние признания Тео лишь замыкался в себе. Каждую просьбу уделить ей время или проявить внимание мужчина воспринимал как критику. Кэмми попросила его пойти на семейную терапию, но он ответил, что это для женатых людей, которые вот-вот разведутся. Кэмми действительно пыталась что-то изменить. Ей казалось, что она изо дня в день умоляет его обратить внимание на нее и их отношения, пока однажды она не сдалась, — точно так же, как, по ее мнению, сдался Тео. И в тот день, когда Кэмми сдалась, она увидела Марка в новом свете.

Марк был внимателен к ней. Он не забывал спросить, как прошел ее визит к стоматологу, потому что знал, что она ужасно боится врачей. Утром он приносил ей кофе и не проигнорировал ее желание покататься на каяке. Чем больше Марк заботился о Кэмми и уделял внимания, тем больше становилось заметно, как мало усилий прилагал Тео. Может, он воспринимал ее как должное, а может, она просто перестала ему нравиться. Кэмми, честно говоря, не знала.

Тот момент, когда она впервые поцеловала Марка, должен был положить конец их отношениям с Тео. Так почему же она тянула так долго? Вот чего Кэмми не может понять. Возможно, в глубине души она беспокоилась, что Марк, такой внимательный и веселый, не заинтересован в серьезных отношениях с ней. Она рассматривала это как интрижку, способ наконец-то удовлетворить некоторые свои потребности в ожидании, что Тео изменится. Ей стыдно, что она позволяла этому продолжаться так долго. Кэмми хотела признаться Тео, но была очень, очень зла на него. Злилась из-за того, что он не прислушался к ее мольбам, перестал обращать внимание на их рассыпающиеся отношения, да еще и обиделся из-за ее неверности, хотя сама Кэмми чувствовала себя обиженной и заброшенной долгими месяцами.

Рыдая в квартире, где обои отклеиваются по углам, Кэмми ловит себя на мысли, что мечтает обнять Тео и услышать от него: «Ты облажалась, но это поправимо. Я наконец-то понял, что ты пыталась мне сказать. Тебе нужно, чтобы я проявил активность ради тебя и ради нас, и я это сделаю. Мы справимся вместе».

Превращение социопатии в оружие

Социопат— забавное слово, которое мы употребляем, когда злимся на кого-то. Во-первых, оно очень приятно слетает с языка. Сказать, что у кого-то антисоциальное расстройство личности, — все равно что изречь истину, не опасаясь ответного удара. Слово«социопат»заключает так много смысла в нескольких слогах. Оно сообщает, что объект обсуждения ужасен (хуже всех на Земле!), что он обидел кого-то и не испытал угрызений совести, а потому все должны его ненавидеть. Это слово такое всеобъемлющее в обозначении патологии — так приятно, таклегковидеть в обидчике менее развитого человека.

Однако, как вы поймете далее, диванные эксперты в области социопатии не учитывают несколько важных факторов.

1. Мы ошибочно принимаем непатологическое плохое поведение за социопатию

Мы называем социопатом того, кто поступает жестоко, кажется равнодушным к чужой боли или не

Люди — сложные существа. Несмотря на удивительные когнитивные способности и врожденное желание быть хорошим (во всяком случае, у большинства), мы часто причиняем вред окружающим. Люди разрушают свои отношения как намеренно, так и неосознанно, но это не делает их социопатами. На самом деле, любой человек, у которого есть близкие и важные для него отношения, в конечном счете причинит боль другому, а также пострадает сам, потому что близкие отношения неизбежно сопряжены с определенной долей страдания, будь то разочарование, грусть, гнев или огорчение. Даже максимально стараясь этого избежать, мы причиняем боль друг другу. Но нельзя приравнивать обычные оплошности и обиду к социопатии.

2. Мы хотим видеть социопатов в своих бывших

Людиобожаютназывать своих бывших социопатами, равно как и нарциссами. Даже не знаю, какой из вариантов хуже. Для меня назвать кого-то социопатом — крайность. Тем самым вы сообщаете, что у этого человека недостаточно развита (или вообще отсутствует) способность быть законопослушным, вежливым и нравственным членом общества. Кроме того, вы объявляете его главной проблемой в ваших отношениях. Если только ему не были свойственны экстремальные формы поведения, которые квалифицируются как АСР, такой диагноз окажется несправедливым, неточным и не принесет вам пользы. Опять же, вы упускаете возможность поразмыслить о своей роли в возникновении проблемы, проанализировать, когда следовало бы поступить иначе, и определить, как не допустить подобной ошибки в следующих отношениях. Повесив на своего бывшего ярлык социопата и успокоившись на этом, вы ограничиваете себя.

В разговорной речи термин «социопат» заменяет собой слово «бесчувственный». Возьмем для примера песню Оливии Родриго Good 4 u: когда она называет своего бывшего «чертовым социопатом» только потому, что он нашел новую девушку через несколько недель после разрыва, мы понимаем: молодой человек не так расстроен расставанием, как героиня песни. Но, возможно, причина не в равнодушии — ему просто не нравились эти отношения. Или он сделал для себя выводы и уже готов к новым, более здоровым отношениям с другой. В конце концов, это и есть наша цель — извлекать уроки из каждых отношений и стараться быть лучше в следующих. Называя бывшего социопатом, вы можете приободриться («Это все он виноват, а не я! И мне лучше без него!»), но это неправда, и вы должны признать эторади себя.

3. Мы игнорируем реальные признаки

Похоже, мы вечно забываем понаблюдать, проявляет ли так называемый социопат какие-то проблемные черты характера,помимотого, что обижает нас. Нарушает ли этот человек законы? Эксплуатирует окружающих? Испытывает ли он сочувствие или сожаление? Ввязывается в драки? Наблюдалось ли у него такое проблемное поведение в детстве или юности? Не забывайте, что люди с антисоциальным расстройством личности проявляют характерные признаки не только в отдельных отношениях или ситуациях, но и повсеместно и постоянно.

Позвольте заметить: я никогда не видела, чтобы кто-то корректно использовал термин «социопат» относительно своих партнеров. Наоборот, людям, состоящим в отношениях с настоящим социопатом, трудно распознать это из-за тех самых характерных черт: он лжет, манипулирует, использует, навязывает свою точку зрения, притворяется жертвой, когда это выгодно, и искажает реальность. Партнерам такого человека сложно отличить хорошее от плохого, они не уверены в себе, подвергают сомнению свою правоту и винят себя за все проблемы в отношениях. Как и в случае с нарциссом, им обычно нужен взгляд со стороны, который разглядит абьюзивного и проблемного партнера.

Означает ли это, что никто не может точно определить социопата? Нет, конечно. Многие люди безошибочно вычисляют в своем окружении социопата или, лучше сказать, человека с признаками АСР. Сделав выводы, они вряд ли говорят ему правду в лицо и не пытаются изменить его, потому что знают: это не сработает. У людей с АСР очень мало возможностей меняться и еще меньше желания заниматься этим. Максимум, что может сделать психотерапевт, — помочь такому человеку научиться сопереживанию и вызвать желание соблюдать правила общества, но здесь потребуются усилия со стороны пациента. Это пожизненное заболевание, которое нельзя «вылечить», можно только взять под контроль. Поэтому повторюсь: даже если вам нравится называть кого-то социопатом, чтобы поднять себе настроение, не забывайте, что у этого слова очень серьезное значение. Если вы искренне считаете, что имеете дело с человеком, страдающим АСР, то вам следует подумать о разрыве таких отношений.

Что делать, если вас назвали социопатом?

Вполне вероятно, что кто-то, например ваш бывший, пусть и не назвал вас социопатом в лицо, но стал говорить об этом вашим общим друзьям или довольно прозрачно намекнул в социальных сетях. Возможно даже, кто-то открыто обвинил вас. Если это так, мы рассмотрим, что вам следует делать. Вы заметите, что рекомендации очень похожи с ситуацией несправедливого обвинения в нарциссизме. Поскольку АСР и НРЛ относятся к одной категории расстройств личности, логично, что ваша реакция также будет совпадать.

Попросите объяснить

Я предполагаю, что, называя вас социопатом, человек хочет сказать, что вы относитесь к нему равнодушно и ведете себя эгоистично, но нужно выяснить, что послужило причиной такого обвинения. Постарайтесь изобразить любопытство, а не возмущение, когда попросите объяснений. (Хотя ваше возмущение вполне объяснимо, оно не поможет понять, что произошло.) Попросите собеседника более подробно сформулировать, какие ваши слова или поступки привели его к выводу о социопатии.

Уважайте чужие чувства

Я знаю, это трудно сделать, когда вас обвиняют в нарушении общественной этики и законов, но собеседник явно задет, и ему не помешала бы поддержка. Как

Как и в случае с нарциссическим расстройством личности, людям с АСР не хватает эмпатии. А уважая чужие чувства, вы демонстрируете способность искренне сопереживать.

Поделитесь своим мнением

Собеседник наверняка считает вас эгоистичным и бессердечным человеком. Скорее всего, это неправда. Как только вы увидите, что собеседник слегка успокоился, поделитесь своей версией случившегося. Объясните, что вы чувствовали и как это повлияло на ваши действия в тот момент. Покажите, что понимаете, как обидели собеседника, и выразите сожаление. Важно донести, что вы живой человек с чувствами и эмпатией, а не социопат, готовый идти по головам.

Извинитесь, если необходимо

Мне приходится это писать, и вот почему: если кто-то дошел до использования слова «социопат» в ваш адрес, есть вероятность, что вы допустили ошибку, возможно, даже большую. Также нельзя исключать, что собеседник использует данный термин как оружие, чтобы контролировать вас, и это уже проблема похуже. Но если предположить, что вас назвали социопатом, чтобы привлечь ваше внимание и показать обиду, задумайтесь над извинениями. Если понимаете, что допустили промах, скажите об этом. Признать свои ошибки никогда не поздно, только не берите на себя всю вину за конфликт.

Возражайте против применения термина

Если общение проходит успешно, то сейчас самое время обсудить проблему использования слова «социопат»: оно описывает не ваши поступки, а то,кто вы естьв глобальном смысле. Объясните, почему применять к вам этот термин жестоко и несправедливо, и выразите беспокойство, что собеседник сразу ставит вам диагнозы серьезных расстройств личности, стоит лишь допустить ошибку. Попросите не искать патологии, как бы этому человеку ни было обидно в данный момент, и продолжайте делиться своими чувствами, а не ставить диванные диагнозы.

Если собеседник не отказывается от этого термина, обратитесь за помощью и задумайтесь над продолжением отношений

Мне трудно представить, что ваш собеседник настаивает на своем после того, как вы предприняли вышеупомянутые шаги, но, допустим, он решил, что вам действительно не хватает эмпатии и морали. Если другой человек видит вас в таком резко негативном свете, подумайте, хотите ли вы поддерживать эти отношения. Не забывайте, что абьюзеры ставят диагнозы и используют психотерапевтические термины как оружие для получения власти и контроля, и в этом случае вам нужно быть осторожным. Не стоит поддерживать отношения с тем, кто использует диагнозы, чтобы пристыдить вас, внушить сомнения и контролировать. К тому же странно, что собеседник так убежден, что вы социопат, но не отдаляется от вас и не прекращает отношения полностью. Уже одно это должно вызвать у вас вопрос: действительно ли вы хотите поддерживать отношения с ним?

Что делать, если вы считаете кого-то социопатом?

Некоторые из вас, возможно, подозревают среди своих знакомых социопата. Когда вы узнали признаки расстройства, некоторые кусочки головоломки должны сложиться. Допустим, вы увидели кого-то в новом свете, вспомнив про скрытное противоправное поведение, нестабильные отношения, отсутствие угрызений совести и эгоистичные, тщеславные цели этого человека. Если вы считаете, что имеете дело с социопатом, вот что нужно делать. Повторюсь: поскольку АСР и НРЛ обладают общими качествами, вы заметите, что рекомендации практически идентичны.

Занимайтесь самообразованием

Как и в случае с нарциссизмом, лучший первый шаг — узнать все об антисоциальном расстройстве личности. Хотя при наличии конкретных признаков, казалось бы, легко выявить человека с АСР, это бывает непросто, особенно если он соответствует только минимальным трем критериям и умеет скрывать отсутствие эмпатии. Прочтите статьи и книги о том, каково это — быть в отношениях с человеком, страдающим АСР, и сравните свои ощущения с тем, что узнали.

Соберите доказательства

Чтобы выявить человека с АСР, вам нужно увидеть закономерность в отсутствии у него эмпатии и безжалостной эксплуатации окружающих. Обратите внимание на возможные признаки: замечайте, когда человек лжет, пользуется своим преимуществом, вводит в заблуждение и не испытывает угрызений совести. И не зацикливайтесь исключительно на ваших отношениях, посмотрите, как он взаимодействует с другими людьми.

Доверяйте интуиции

Если ощущаете подозрения, прислушайтесь к ним. Если чьи-то действия кажутся вам неправильными, обратите внимание на это ощущение и поразмышляйте над ним. Если человек выглядит неискренним и вызывает у вас беспокойство, задумайтесь. Однажды я общалась с социопатом и должна отметить: вы чувствуете, как поддаетесь его влиянию, но в голове раздаются тревожные сигналы, потому что вами манипулируют. Если вы ощущаете эмоциональный дискомфорт рядом с этим человеком, доверяйте себе. Не забывайте заниматься самообразованием и получать поддержку от других людей, но не игнорируйте внутренний инстинкт.

Обратитесь за профессиональной помощью

Если вы состоите в отношениях с человеком, страдающим АСР, вам нужна поддержка. Даже после самостоятельного обучения и сбора доказательств вам будет трудно доверять себе, и здесь поможет квалифицированная третья сторона. Кроме того, люди с АСР склонны причинять боль окружающим, и вам пригодится помощь специалиста, который поможет восстановить самооценку, обозначить границы или уйти. Как и в случае с НРЛ, психотерапевту нельзя ставить диагноз только на основе ваших слов, но он может уточнить факты и дать советы по ситуации.

Не называйте собеседника социопатом

Если вы с некоторой долей уверенности определили у человека АСР, возможно, вам захочется крикнуть ему об этом в лицо. «Я знаю, что ты социопат!» Такой порыв понятен, но бесполезен. Социопату все равно, и это не изменит его поведения или чувств по отношению к вам. Кроме того, он может разозлиться.

Подумайте, когда и как уйти

В отличие от нарциссизма, который в легких формах поддается терапии, не рекомендуется оставаться с человеком, страдающим АСР. Люди с этим расстройством не способны построить здоровые отношения — им не хватает эмоциональных навыков и мотивации для этого. Узнавая признаки антисоциального расстройства, вы видите человека, крайне сосредоточенного на себе, не склонного к исправлению, опасного манипулятора. Составьте план безопасного выхода из отношений при поддержке семьи, друзей, партнера или психотерапевта.

Когда все закончится, сосредоточьтесь на исцелении

Как только все осталось позади, пора позаботиться о себе. Продолжайте узнавать о том, как влияют на людей отношения с социопатом. Восстановите самооценку и доверие к себе. Уделите внимание другим сферам жизни, которые наверняка отошли на второй план, пока вы были сосредоточены на попытках понять и исправить свои отношения. На будущее развивайте в себе умение устанавливать более строгие границы и прислушиваться к интуиции.

Глава 10. Это биполярное расстройство или просто переменчивое настроение?

Биполярное расстройство было, пожалуй, одним из первых диагнозов, использованных в качестве оружия, если несамым первым. Люди знали о нем уже давно, задолго до того, как стало известно о расстройствах личности. Его также часто не выявляют и неправильно диагностируют, что делает термин непонятным как профессионалам, так и простым людям. Прочитав о признаках данного расстройства и его разновидностях, вы поймете почему.

У Фионы биполярное расстройство

Фиона может перечислить отдельные периоды своей жизни, когда у нее случалась депрессия. Так было всегда, сколько она себя помнит. Ей просто становится все равно. Она ненавидит свою жизнь во всех смыслах. Ей хочется весь день валяться в постели и притворяться, что окружающего мира не существует. Она не желает ни с кем разговаривать и очень раздражается, когда люди пытаются протянуть руку помощи. Фиона не может не огрызаться в ответ на проявления сочувствия. Затем ей становится стыдно из-за срыва, и это усиливает ее отвращение к себе.

Фиона благодарна судьбе за то, что она не всегда в депрессии. Как только ей становится лучше, она старательно восстанавливает отношения с людьми. Это стало особенно важно с тех пор, как она начала встречаться с Эйденом. Он действительно замечательный парень, и Фиона до сих пор не верит своему счастью: Эйден такой добродушный и уравновешенный, а она чувствует себя ураганом. Она энергичная, целеустремленная и, скажем так, напористая. А Эйден спокойно относится практически ко всему, включая напористость Фионы. По крайней мере, так было до недавнего времени.

Фиона уволилась с «выматывающей душу корпоративной работы» и уже вторую неделю занята «ничегонеделанием». Однако последние несколько дней выдалисьсовсемне веселыми. После стольких лет работы Фиона была рада заняться хобби и отдохнуть, но все пошло не так, как она рассчитывала. Оказывается, для нее имел значение распорядок дня, который обеспечивала работа. В первую неделю Фиона старалась продуктивно справляться с домашними делами. Но, похоже, она не умела эффективно использовать свободное время, и постепенно все попытки придерживаться привычного распорядка сошли на нет. Вместо этого она не спала до четырех часов утра и писала роман. Затем ложилась на несколько часов и вставала около восьми, когда просыпался Эйден. Фиона стала «капризной», как мягко выражается Эйден, но точнее будет назвать ее раздражительной и злой. Все, что делал Эйден, бесило Фиону, и она не могла дождаться, когда он уйдет на работу и оставит ее одну.

Но однажды вечером Эйден, вернувшись домой, застал Фиону, полную восторга. Она далеко продвинулась в работе над романом, и ей не терпелось рассказать Эйдену все до мельчайших подробностей. Этому занятию она всегда хотела посвятить свою жизнь и, честно говоря, искренне верила, что ее роман станет бестселлером по версии «Нью-Йорк таймс». В нем есть все, что нужно для огромного успеха. Он прославит ее! Определит ее дальнейшую судьбу! А Эйден живет своей скучной жизнью и не подозревает, что она вот-вот добьется такой победы. Как только он вошел в дверь, Фиона начала болтать без умолку.

— Эйден! Привет, как дела и все такое? Прости, но мне не терпится рассказать тебе о романе. Сегодня на меня снизошло озарение, что главная героиня — этоя, но она — это я в будущем, когда разберусь с проблемами и все исправлю. Итак, я пишу автобиографию, но не прямо сейчас, а лет через пять, так что это будущая автобиография. Так она называется? В любом случае моя героиня не замечает никаких знаков, пока кто-то прямо не говорит ей отложить телефон и время от времени оглядываться по сторонам, понимаешь? Это все равно что гулять по городу и натыкаться на прохожих, потому что на самом деле витаешь в своих мыслях, не замечаешь жизни вокруг, как моя героиня!

— Эй, ты не могла бы немного притормозить? — Эйден попытался вникнуть в разговор, одновременно снимая пальто. — Мне трудно уследить за твоей мыслью. Книжная версия тебя — это ты в будущем, я понял. Но…

— Нет, нет, нет! — перебила Фиона. — Ладно, я неправильно объяснила. Моя героиня — это не я в будущем, это я в будущемв книге. Но это не настоящая я, а просто героиня книги. Каклитературный псевдоним, но в виде персонажа романа. Ясно? И именно поэтому мне было так легко писать! — тараторила Фиона, возбужденно жестикулируя.

— Я вообще ничего не понимаю, — признался Эйден. — Может, будет проще, если я прочитаю отрывок из книги. Покажешь мне хотя бы одну главу?

Состояние Фионы его обеспокоило. В ее словах не было ни капли смысла.

— Да как ты не понимаешь? Ты что, не слушал? Я же сказала:героиня — это я в книге в будущем. Книжнаяя, а ненастоящая! — Она прищурилась. — И знаешь что? Тебя нет в книге. Это значит, что мы расстанемся! И скорее всего, потому, что ты сомневаешься в моих способностях стать писателем, как и во всем, что я делаю! И мне надоело, что ты подвергаешь сомнению мои достижения, как и все остальные! Ты просто еще один человек, который советует мне притормозить, когда я так близка к успеху! Ты просто еще один скептик, препятствие на пути, через которое перепрыгивают бегуны и оно опрокидывается. Вот почему я сменила пароль от своего ноутбука нашифр из

— Да о чем тыговоришь?! — спросил Эйден, наполовину рассердившись, наполовину умоляя. — Я спросил, можно ли мне прочитать главу, потому что в твоих словах сейчас нет никакого смысла! Теперь ты утверждаешь, что эта книга станет бестселлером? А я — препятствие в забеге? Я даже не понимаю, в чем дело! Почему ты так себя ведешь?

— Ой, все, забудь! — всплеснула руками Фиона. — Мне нужно закончить готовить ужин, так что проехали.

Эйден пошел за ней на кухню и увидел повсюду нарезанные овощи: миску с морковью на тостере, разделочную доску с помидорами на краю раковины и подносы с перцем и луком на столе. На кухне царил беспорядок.

— Что происходит? Зачем ты нарезала так много овощей? — удивленно уточнил Эйден.

— Яготовлю! Делаю так, как советовал шеф-повар: в один день все нарезается, а в другие дни готовится. Но я поняла, что это глупо: можно все нарезатьиприготовить в тот же день, и у нас будет множество блюд сразу, и я начну с лазаньи и пасты, а затем приготовлю энчиладас или тако, а остальное использую для жарки во фритюре, хотя знаю, что ты не любишь жареное, номненравится… Подожди, хватит болтать! — внезапно вскрикнула Фиона. — Принеси мне мой ноутбук! Сейчас же! У меня появилась идея, но если я ее не запишу, то забуду!

Оттолкнув Эйдена в сторону, Фиона бросилась к ноутбуку, распахнула его и застучала по клавишам, отчаянно торопясь записать идею.

Эйден тихонько подошел сзади и заглянул через ее плечо в открытый на экране документ Word. Пока Фиона набирала текст, он прочел уже написанное, и у него внутри все перевернулось. Предложения напоминали бессвязный бред. Фиона повторяла одно и то же снова и снова, но разными способами, и за ее мыслью было невозможно уследить. Этот роман в точности напоминал то, что она говорила минуту назад.

Эйден осторожно вышел в другую комнату и позвонил родителям. Он понятия не имел, что делать, но знал, что Фионе нужна помощь.

Определение биполярного расстройства

В предыдущих изданиях DSM биполярное расстройство относилось к расстройствам настроения и классифицировалось в том же разделе, что и все депрессивные расстройства. Однако в новейшем DSM выделено более одной формы биполярного расстройства, и этим формам присвоена отдельная категория. Разновидностью, о которой мы склонны думать (и использовать в качестве оружия), обычно является биполярное расстройство I типа, но есть также биполярное расстройство II типа и циклотимия. Ознакомившись с различными признаками этих трех расстройств, вы поймете, почему их так трудно точно диагностировать и так легко использовать в качестве оружия.

1. Биполярное расстройство I типа.Для такого диагноза у человека должен произойти хотя бы один маниакальный эпизод. Все верно, депрессивный эпизод необязателен. Хотя для людей с подобным расстройством характерно испытывать как депрессию, так и манию, это не всегда так. Следовательно, очень важным становится определение эпизода мании.

Мания:период аномально повышенной энергии или приподнятого настроения, длящийся не менее одной недели (или любой продолжительности, если человеку требуется госпитализация). Такие подъемы энергии или настроения могут проявляться в виде эйфории, раздражительности, возбуждения или гнева. В этом периоде человек также должен продемонстрировать минимум три симптома из перечня: повышенная энергия или активность, завышенная самооценка, снижение потребности во сне, повышенная целенаправленная активность, быстрая речь, скачущие мысли, рассеянность и рискованное поведение. Иногда мания сопровождается психотическими симптомами, такими как бред (ложные устойчивые убеждения, не основанные на реальности) и галлюцинации (пациент видит или слышит то, чего на самом деле нет).

2. Биполярное расстройство II типа.Для постановки этого диагноза человек должен пережить хотя бы один эпизод тяжелой депрессии и минимум один эпизодгипомании, но не полной мании. Этот вид заметно отличается от биполярного расстройства I типа, где эпизод депрессии необязателен и человек испытывает манию вместо гипомании.

Гипомания:признаки сходны с критериями для определения мании, но они менее тяжелые и не вызывают значительных нарушений. Кроме того, у пациента отсутствуют психотические признаки. Приподнятое настроение должно длиться не менее четырех дней (в отличие от недели при эпизоде мании).

Тяжелая депрессия:у пациента в течение как минимум двух недель проявляются минимум пять симптомов из перечня. Подавленное настроение, потеря интереса или удовольствия, изменение аппетита или веса, нарушения сна, беспокойство или вялость, усталость, чувство никчемности или вины, трудности с концентрацией внимания, мысли о смерти или самоубийстве.

3. Циклотимическое расстройство.Наименее выраженное и опасное в данной категории. Его диагностируют у пациентов с многочисленными периодами гипомании, а также нетяжелой депрессии, происходившими в течение как минимум двух лет. Кроме того, симптомы должны присутствовать хотя бы в половине случаев, а периоды их отсутствия не длятся более двух месяцев подряд. Само собой разумеется, что для диагностики этого расстройства требуется очень тщательно отслеживать настроение.

Как видите, все эти разновидности биполярного расстройства по-разному проявляются в эпизодах обострения. Я слышала, как один человек назвал эти расстройства проблемой распределения энергии: у людей слишком много энергии (мания или гипомания), слишком мало энергии (депрессия) или происходит колебание между двумя состояниями.

Эпизоды мании более интенсивны и экстремальны, чем люди думают. Это невероятно тяжелое состояние, при котором людям не хватает здравого смысла и способности принимать решения, они чувствуют, что их словно заставляют говорить и действовать, и совершают очень рискованные поступки. Когда у людей с манией также проявляются психотические симптомы, могут возникать крайние формы бреда, например, они думают, что могут летать. Впрочем, такой компонент присутствует не всегда. В эпизоде мании человек не похож на себя: он раздражительный, издерганный, непонятливый и нелогичный. Вы можетепочувствоватьего повышенный уровень энергии. Биполярное расстройство I типа часто диагностируется, когда человек попадает в больницу во время эпизода мании.

Определить гипоманию гораздо сложнее. Она характеризуется таким же повышенным настроением и всеми сопутствующими симптомами, но менее выражена. В состоянии гипомании человек говорит быстро и чрезмерно сосредоточен на какой-либо идее или теме, но коллеги или друзья могут этого не заметить. Человек по-прежнему способен ходить на работу и функционировать относительно нормально, даже если испытывает серьезные нарушения сна, уровня возбуждения, настроения и когнитивных способностей. Кто-то из очень

Некоторые считают, что гипомания — это здорово, и действительно, повышенная энергия, сосредоточенность и уверенность, которые она приносит, бывают очень продуктивными и позитивными. К сожалению, гипомания порой сопровождается крайней раздражительностью. Также нет гарантии, что возросшая энергия будет эффективно направлена в нужное русло. Оказавшись в состоянии гипомании, некоторые люди в итоге вкладывают силы в ненужный проект или распределяют внимание между таким количеством дел, что ничего не успевают.

Кроме того, в состоянии мании или гипомании у людей снижается желание спать. Однако вне зависимости от обострения людям все равно требуется хотя бынемногосна. В маниакальном эпизоде человек просто никак не может заснуть, постоянно просыпается и спит меньше, чем необходимо. Однако его организм по-прежнему нуждается в нормальном количестве сна, поэтому людям с диагностированным биполярным расстройством необходимо тщательно соблюдать режим отдыха.

Также, конечно, существует депрессивный компонент биполярного расстройства II типа и циклотимии (и часто биполярного расстройства I типа). Во время эпизода тяжелой депрессии человек чувствует грусть, апатию, безнадежность, раздражительность, а иногда и склонность к самоубийству. Ему сложно выполнять повседневные обязанности, например чистить зубы или принимать душ. Поскольку эти приступы плохого настроения и симптомы легко пропустить или списать на что-то другое, диагностика биполярного расстройства II типа и циклотимии может занять очень много времени. Многие люди признаются, что им годами ставили неправильный диагноз, прежде чем они наконец получили нужный план лечения. Биполярное расстройство II типа иногда ошибочно принимают за тяжелое депрессивное расстройство, пограничное расстройство личности, СДВГ, шизофрению и даже посттравматическое стрессовое расстройство. Ситуацию осложняет и то, что многие из этих расстройств часто возникают одновременно и имеют похожие симптомы. Например, человек с биполярным расстройством II типа и СДВГ может задаться вопросом: его привычка перескакивать с задачи на задачу — следствие невнимательности или гипомании? И чаще всего он не получит четкого ответа.

Диагностировать биполярное расстройство I типа гораздо проще, поскольку манию трудно не заметить. Как вы помните, для постановки такого диагноза требуется всего один маниакальный эпизод. Нет необходимости собирать анамнез и выявлять эпизод депрессии. Примечательно, что у человека может больше никогда не повториться эпизод мании, но технически у него все еще присутствует биполярное расстройство I типа. Это также означает, что в будущем у человека могут быть эпизоды гипомании, а не мании, но его диагноз все равно сохранится. Хотя в данном случае было бы разумнее диагностировать биполярное расстройство II типа, поскольку гипомания проявляется гораздо более ярко в смене настроения. Но этот пример показывает, что определение расстройств требует некоторой субъективности в профессиональной оценке.

Мы не будем углубляться в вопрос, но стоит отметить, что в рамках упомянутых диагнозов существуют и другие типы. Например,быстрое цикличное биполярное расстройство,когда человек испытывает четыре или более эпизодов обострения (мания, гипомания или депрессия) в течение года. Некоторые люди только в течение определенного периода испытывают быструю цикличность, а у других постоянно наблюдаются более частые перепады настроения. Существует такжебиполярное расстройство со смешанными признаками,когда человек испытывает смешанный эпизод депрессии и мании или гипомании одновременно или почти одновременно.

Не хочу нагружать вас подробностями, но существует такжебиполярное расстройство с сезонным характером, при котором смена времен года влияет на настроение. На самом деле это довольно распространенное явление. (Кстати, знаете ли вы, что весна — ужасное время для психического здоровья? Весной у людей чаще возникают приступы мании или попытки самоубийства, чем в любое другое время года. Еще одно напоминание о том, что мы животные, на которых влияет окружающий мир, в том числе количество полученного солнечного света.)

Вы заметите, что ежеминутные изменения настроения не являются частью диагноза биполярного расстройства. У людей, страдающих биполярным расстройством, бываютприступысмены настроения, которые длятся несколько дней или недель и заметно отличаются от их обычного состояния. Однако наличие смешанных признаков облегчает использование этого термина в качестве оружия. Когда человек испытывает и депрессию, и приподнятое настроение, это может показаться невероятно запутанным и тревожным. Примените его экстремальное состояние к тому, как он ведет себя в отношениях, и нетрудно понять, почему мы подозреваем у партнера биполярное расстройство, когда он бросает нас, например, сразу после романтического отпуска.

Биполярное расстройство может сильно осложнить отношения. Это особенно актуально при постановке предварительного диагноза, когда человек испытывает перепады настроения, не понимая, что происходит и как с этим справиться. Нередко люди, переживающие смену настроения, грубят окружающим, хотя на самом деле не хотят этого. Например, родитель с биполярным расстройством приходит в ярость из-за какой-то мелочи, на которую всего неделю назад даже не обратил бы внимания. Партнер может переполниться эйфорией и захотеть тайно сбежать с возлюбленным или же стать раздражительным и заявить, что всегда был несчастлив в этих отношениях и решил расстаться.

Когда обострение проходит, люди могут чувствовать себя и действовать совсем по-другому. Высока также вероятность сопутствующей патологии, связанной с дезадаптивными способами поведения, поскольку люди с биполярным расстройством часто пытаются «выровнять» настроение с помощью рискованных стратегий, а это также влияет на отношения. Многие дети пациентов, страдающих биполярным расстройством, рассказывают об эмоциональной непредсказуемости в доме, нездоровых способах саморегуляции и ощущении, что их родители могут быть совершенно разными в зависимости от настроения.

Однако существуют отличные планы лечения, позволяющие справиться с симптомами. Стандартное лечение — прием медикаментов (стабилизаторов настроения) и психотерапия. Отслеживание настроения, выявление триггеров, мониторинг сна и соблюдение режима отдыха, определение ранних признаков обострения, управление стрессом и укрепление навыков совладания — все это тоже часть работы над проблемой. Также полезно вовлекать в процесс близких людей — они помогут заметить изменение настроения, напомнят о необходимости принять лекарства и так далее. Чтобы ознакомиться с замечательной книгой о биполярном расстройстве, загляните в раздел «Источники».

У Стаса нет биполярного расстройства

Стас любит свою жену Эмми. Он также любит их сына Кэма. Но он не любит свою жизнь. Да, со стороны она выглядит идеально, и люди считают его самым счастливым человеком на свете, но Стас несчастлив. На самом деле он не хотел заводить детей, но жена настаивала, и в результате они стали родителями.

Несмотря на то что Стас очень любит своего сына, он не хотел быть отцом. Стас терпеть не может рано просыпаться и завтракать в шуме и беспорядке с Кэмом, и он буквально ненавидит поездки в школу, на игровые площадки и другие мероприятия. Он скучает по неторопливым ужинам в ресторане, когда не приходилось бежать домой, чтобы отпустить няню. Он

Несмотря на это, Стас — отличный отец и муж. Он делает все, что от него требуется, и даже старается: он не привык жаловаться. Но с каждым днем Стас становится все несчастнее, и Эмми это видит. Она замечает, что ему все труднее вставать по утрам и он допоздна засиживается перед телевизором. И хотя физически муж рядом, когда это необходимо, Эмми видит, что он отдалился эмоционально. И вот однажды она поднимает этот вопрос.

— В последнее время ты выглядишь несчастным. Все в порядке? Что-то случилось на работе? — спрашивает Эмми.

— Я от всего устал, — без энтузиазма отвечает Стас.

— Я тоже! Очень устала. Давай постараемся сегодня пораньше лечь спать, — предлагает Эмми, желая угодить мужу.

Больше они эту тему не обсуждают. Стас хотел бы, чтобы Эмми спросила его, почему он устал. Он чувствует себя одиноким в своих страданиях и считает, что Эмми просто отмахнулась от него, предложив пораньше лечь спать. Стас целую неделю мучился этим чувством — он одинок, его не слышат, он несчастен, — а затем зашел на кухню, когда Эмми готовила ужин.

— Эмми, мне так жаль, что это станет для тебя сюрпризом, но мне не нравится такая жизнь. Кажется, я хочу уйти, — говорит Стас.

— Что?! — потрясенно спрашивает Эмми.

— Я был несчастлив долгое время, думаю, ты это знаешь. Я просто больше не могу так жить. Мне нужно что-то кардинально изменить.

— Стас, я спрашивала на прошлой неделе, все ли у тебя в порядке, и ты сказал, что просто устал. Откуда, черт возьми, взялось это? — удивилась и рассердилась Эмми.

— Я же говорю, что уже давно так себя чувствую. Да, это несправедливо по отношению к тебе, прости, но я чувствую себя загнанным в угол. Мне кажется, если ничего не предпринять, то я медленно задохнусь. У меня такое чувство, будто я иду ко дну.

— И ты сразу же бросаешь меня? Как насчет того, чтобы сначала поговорить со мной об этом? Или попробовать семейную терапию? Иличто-нибудь! Это на тебя не похоже. У тебя была депрессия. Я уверена, что у тебя депрессия, и вдруг ты говоришь, что хочешь уйти? Буквально две недели назад ты уверял, что не представляешь жизни без Кэма, а теперь говоришь, что был несчастливдолгие годы? Это безумие, Стас! — восклицает Эмми.

— Да, Кэм — лучшая часть моей жизни! Но я все равно несчастен. Я чувствую себя чудовищем, когда говорю это, но на самом деле я не хотел детей, ты же знаешь. Яоченьлюблю Кэма, но мне не нравится, как изменилась моя жизнь с тех пор, как он появился. Я не знаю, чем еще это исправить, кроме как уйти, — сквозь слезы говорит Стас.

— У тебя моральный срыв. Ты явно в депрессии и не понимаешь, что говоришь. У тебя наверняка биполярное расстройство, потому что ты не в своем уме. Это безумие. Мы только что забронировали номер в твоем любимом отеле. Ты так радовался поездке!Ты самзаписал Кэма на футбол, чтобы ходить с ним каждую субботу! Как ты мог перейти от семейных планов к желаниюброситьсемью?! — кричит Эмми.

Разговор продолжается в том же духе. Стас пытается объяснить, что он делал все возможное ради семьи, стремился стать счастливым, но ничего не получалось. Эмми продолжает напоминать, каким искренним и увлеченным он выглядел, каким счастливым казался, и настаивает, что его желание уйти — результат морального срыва.

Стас понимает точку зрения жены. Он упорно трудился, чтобы казаться отличным отцом и мужем своей семье и всему миру. Держал внутренние страдания в секрете, надеясь, что сможет изменить свои чувства. Стас действительно не может ответить на вопрос Эмми: «Почему именно сейчас?» Он достиг предела, о существовании которого и не подозревал. Это несправедливо по отношению к ней — в конце концов, он мог бы больше рассказывать ей о своих чувствах, — но Стасу этот разговор показал, насколько далекими они стали и как сильно он нуждается в переменах.

Стас съезжает, и Эмми звонит его матери с новостью, что он бросил семью. Эмми настаивает, что у Стаса биполярное расстройство. Он то планирует отпуск, то «задыхается» и вынужден уйти. Она читала о людях, у которых случаются внезапные приступы мании и они начинают нести чушь и принимают импульсивные решения. Стас поймет, что натворил, как только придет в себя, и вернется.

Превращение биполярного расстройства в оружие

Термин«биполярное расстройство»уже довольно давно используется как оскорбление или обвинение. Его почти всегда используют, говоря о сильных эмоциях или перепадах настроения, и почти всегда используют неправильно. Это очень напоминает то, как люди манипулируют термином «пограничное расстройство личности» (о котором вы узнаете из главы 12), поскольку человек, проявляющий сильные негативные эмоции, считается нездоровым. Но здесь кроется проблема: такой подход усиливает отрицательное отношение к тем, кто действительно страдает биполярным расстройством, и лишает возможности открытого разговора.

Вот четыре основные ошибки, которые мы обычно совершаем, злоупотребляя термином«биполярное расстройство».

1. Мы считаем сильные или внезапные эмоции нездоровыми

Все мы иногда испытываем сильные чувства, и, хотя окружающим нелегко их вынести, это не клиническая проблема. Некоторые люди проявляют эмоции открыто, демонстративно, так, чтобы об этом знал весь мир, а другие скрывают. Сильные чувства сами по себе не являются патологией. Вспомните, как ведут себя дети! Дети очень переживают из-за каждой мелочи, и их чувства меняются каждую секунду, но мы не ставим им диагноз «биполярное расстройство». Вместо этого мы учим их справляться с эмоциями и управлять своим телом.

Если вы скажете любимому человеку, что его сильные чувства сигнализируют о биполярном расстройстве, это почти гарантированно заставит его эмоционально закрыться и убедит, что его переживания никому не интересны. Это все равно что сказать «успокойся» тому, кто плачет. Когда-нибудь такие слова помогали кому-то успокоиться? Нет, не помогали, потому что даже если кто-то слишком остро реагирует и его чувства несоразмерны ситуации, то просьба успокоиться лишь покажет ему, что его чувства не берегут, и вынудит доказывать свою правоту, что

Сильные чувства смягчаются одобрением, пониманием и проявлением интереса, а подпитываются обвинениями, осуждениями и навешиванием ярлыков. Заявив о биполярном расстройстве расстроенному человеку, вы лишаете его возможности вести открытый, честный разговор о том, что происходит, и заставляете ощутить осуждение и даже стыд за проявление чувств. Это не поможет установить контакт и совместно справиться с его эмоциями.

2. Мы считаем перемены настроения нездоровыми

Точно так же как все люди иногда испытывают сильные чувства, у всех бывает переменчивое настроение. Об этом мы, психотерапевты, часто говорим на сеансах: какое бы настроение ни было у вас прямо сейчас, оно рано или поздно изменится. Мы не знаем, когда это произойдет, но это, несомненно, случится. Иногда перемены в настроении бывают довольно резкими — вы ложитесь спать счастливым, а просыпаетесь подавленным. Это может быть связано с ситуацией, например с получением гневного электронного письма от босса с утра пораньше, но иногда это необъяснимая перемена, причину которой вы не можете понять.

Любимый человек может быть то очень нежным по отношению к вам, то невероятно раздражительным, но это не значит, что у него биполярное расстройство. Возможно, он плохо спал ночью и вообще раздражителен, а вы подвернулись под горячую руку. Возможно, ему надоело быть единственным, кто записывает ваших детей на прием к врачу, и по какой-то причине накопившееся разочарование в этот день выплеснулось наружу. Отец может большую часть времени проявлять любовь к ребенку, но повести себя необычно холодно, потому что не одобряет решения сына прыгнуть с парашютом (но не хочет об этом говорить, поэтому сын понятия не имеет о причинах грубости отца). Обычно люди не просто так расстраиваются из-за близких, и, даже если повод кажется вам надуманным, его стоит изучить.

Быстрая или частая смена настроения не означает биполярное расстройство. Как вы помните, для постановки такого диагноза требуется наличие эпизода мании или гипомании. Это совсем не похоже на тех, чьи чувства к человеку или отношениям изменчивы. И знаете почему? Потому что наши чувства к таким вещамменяются! Бывали моменты, когда я сомневалась, смогу ли всегда быть замужем за Лукасом. В такие периоды мы находились в глубоком конфликте и, казалось, не могли найти выход. И поверьте, два дня спустя, когда для нас миновали темные времена (как я их называю), я мысленно говорила себе, что на Земле нет другого человека, с которым я хотела бы провести свою жизнь, кроме Лукаса. Это действительно два совершенно противоположных взгляда на моего супруга. Тем не менее у меня нет биполярного расстройства. Я просто человек, чьи чувства меняются в зависимости от внешних обстоятельств, и порой эти перемены могут казаться внезапными или драматичными.

Смену настроения отождествляют с биполярным расстройством из-за неправильного понимания состояний повышенного настроения. Мы ошибочно полагаем, что повышенная энергичность или даже проблемы с концентрацией внимания — это гипомания. У меня тоже бывают периоды «безумия», как мы с Лукасом в шутку их называем, когда я вступаю в зону бешеной продуктивности и убираю дом с неожиданной энергией. Такой короткий прилив сил длится недолго, и это определенно не мое обычное рабочее состояние, но и не приступ гипомании. У меня нет никаких других симптомов, кроме прилива энергии, и активность не длится четыре дня (или семь, если речь идет о мании), необходимых для постановки клинического диагноза. Во время таких приступов я становлюсь немного более раздражительной, особенно если Лукас пытается меня сдерживать. В такие моменты у него была бы прекрасная возможность обвинить меня в биполярном расстройстве. В конце концов, всего двадцать четыре часа назад я заявляла, что беспорядок в доме с маленькими детьми вполне приемлем, а теперь угрожаю выбросить все игрушки, которые смогу найти (особенно громкие). Но такой диванный диагноз был бы неточным, а я бы почувствовала себя объектом критики и расстроилась. Это также не помогло бы Лукасу выразить то, что он чувствует на самом деле, — растерянность из-за перемены моего мнения и некоторый стресс из-за моего безумного состояния.

3. Мы считаем, что конфликт не имеет смысла

По моему опыту, наиболее распространенная ситуация, в которой биполярное расстройство используется в качестве оружия, — это ссора или расставание. Человек утверждает, что у его партнера биполярное расстройство и поэтому он внезапно взорвался или прекратил отношения. Человек не может с этим смириться, ведь вторая половина была с ним вполне счастлива, но внезапно расстроилась из-за чего-то или ушла по причинам, которые ему кажутся незначительными. Если вы не понимаете, почему друг не разговаривает с вами из-за такой мелочи, как нежелание поздравлять его с днем рождения в социальных сетях, или почему родители так волнуются из-за того, что нужно привести дом в порядок ко Дню благодарения, или почему бывший бросил вас, когда вы думали, что все замечательно, легче всего упомянуть биполярное расстройство и найти в нем причину.

Я понимаю, правда. Если вы думаете, что я не ставила диагноз бывшему, когда расставание оказывалось на этапе «Мне плевать, что все кончено!», то вы ошибаетесь. (Прости, Ной, но за те восемь лет, что мы встречались, у тебя было много диагнозов.) В умеренных количествах это на самом деле помогает исцелиться, позволяя приглушить любовь, чтобы потеря не была такой болезненной. Когда мы находим объяснение поступкам партнера, уменьшающее его достоинства в наших глазах, становится проще убедить себя, что нам лучше без него. Я не против, если люди какое-то время используют этот механизм преодоления трудностей. Но в конце концов придется отказаться от воображаемого диагноза, чтобы более трезво оценить расставание и провести работу над ошибками в следующих отношениях (это относится и к дружбе). Застревая на стадии «это все биполярное расстройство», мы упускаем важную возможность для самоанализа и морального роста.

4. Мы просто не понимаем другого человека

Биполярное расстройство— отличный универсальный термин, когда мы понятия не имеем, почему кто-то чувствует или ведет себя определенным образом. Кто-то беспричинно разозлился? Биполярное расстройство. Волнуется из-за какой-то глупости? Биполярное расстройство. Внезапно становится раздражительным и выбрасывает детские игрушки? Биполярное расстройство. Закатывает истерику из-за того, что будущий супруг не согласен пригласить на свадьбу всех знакомых по книжному клубу? Полное биполярное расстройство. Этот термин используется, чтобы выразить недоумение по поводу чьей-то бурной

Но в таком случае мы упускаем огромную возможность понять близких. А ведь тут стоило бы проявить интерес. Почему человек такой раздражительный? Что-то случилось на работе, или мы его как-то расстроили? Или это просто необъяснимая смена настроения, которую даже он сам не может понять? Можем мы дать ему свободу чувствовать то, что он сейчас чувствует (неважно, есть причина для его эмоций или нет), и принять это?

Также стоит отметить, что нам не всегда нужно знать, почему у кого-то меняется настроение. Одно и то же настроение не может длиться вечно ни у кого, и в отношениях важно позволять партнеру свободно испытывать эмоции. Не все наши переживания нуждаются в анализе и понимании. Иногда достаточно сказать: «Да, что-то мой близкий человек сегодня злой. Не стану мешать, но, если он захочет поговорить, я буду рядом».

Биполярные расстройства связаны со значительными изменениями в настроении и сопутствующими симптомами. Это гораздо больше, чем просто перемена мнения или чувств, которую мы не понимаем. Используя биполярное расстройство в качестве оружия, мы обесцениваем эмоции наших близких и игнорируем их потребности. Более того, если у близкого человека действительно есть недиагностированное биполярное расстройство, использование этого термина в качестве оружия во время ссоры снизит вероятность того, что он прислушается к нашим опасениям и обратится за помощью.

Что делать, если вас обвиняют в биполярном расстройстве?

Допустим, близкий человек заподозрил у вас биполярное расстройство, потому что ваши эмоции или поступки показались ему бессмысленными. Конечно, то, как он это преподнес, имеет большое значение. Тональность все меняет, и, поскольку я не знаю, обращались ли к вам с осуждением или с искренним беспокойством, я дам вам общий план действий для наилучшего выхода из ситуации.

Сделайте вдох

Вам нужно сохранять спокойствие, чтобы отреагировать на слова собеседника продуманно, а не импульсивно. Сделайте несколько глубоких вдохов или при необходимости отойдите на какое-то время. Если вы разозлитесь, это только укрепит собеседника в мысли, что вы не контролируете настроение и страдаете биполярным расстройством.

Проверьте себя

Быстро оцените свое настроение. Вы в подавленном состоянии? Необычайно радостны и энергичны? Изменилось ли ваше настроение внезапно, без видимых причин? Чувствуете ли вы, что немного теряете контроль над речью или действиями? Замечаете, что окружающие не понимают, что вы говорите? Другие люди говорили вам об этом раньше? Страдал ли кто-то из родственников биполярным расстройством? Задайте себе эти вопросы, чтобы понять, почему кого-то смущает или беспокоит ваше настроение и есть ли у вас другие признаки расстройства. Если вы поняли опасения собеседника, самое время обратиться к специалисту по психическому здоровью.

Попросите разъяснить

Самоанализом можно заниматься весь день, но вам также нужно понять, почему собеседник употребил этот термин. Попросите объяснить, что именно в вашем настроении или поведении указывает на биполярное расстройство. Возможно, вы ссоритесь, и собеседник не понимает ваши чувства? Или у него действительно есть опасения по поводу стабильности вашего настроения? По сути, вы пытаетесь понять, использовал ли собеседник этот термин в качестве оружия, или на его слова стоит обратить внимание.

Объясните, если необходимо

Если человек просто сбит с толку изменением вашего настроения или текущим эмоциональным состоянием, попытайтесь объясниться. Расскажите, почему отреагировали или поступили именно так. Это поможет собеседнику понять ваши мотивы.

Возражайте против манипуляции термином

Если выяснится, что собеседник использовал термин как оружие, стоит поговорить о том, что вы почувствовали и почему не считаете это продуктивным способом решения проблем. Объясните, почему из-за навешивания ярлыков трудно вести искреннюю и конструктивную беседу, и предложите не использовать психотерапевтические термины в качестве оружия.

Если собеседник искренне обеспокоен, составьте план

Если человек по-прежнему искренне обеспокоен тем, что у вас биполярное расстройство, выслушайте его. Возможно, он заметил характерные изменения в вашем настроении. Допустим, это родитель или друг, который с годами заметил тенденцию к ухудшению симптомов и наконец заговорил об этом. Если вы допускаете такой вариант, стоит пройти профессиональный осмотр у квалифицированного психотерапевта. Либо вы действительно соответствуете критериям биполярного расстройства и можете начать лечение, либо нет, но в любом случае ситуация прояснится.

Если собеседник манипулирует термином, рассмотрите варианты

Порой абьюзеры настойчиво используют психотерапевтические термины в качестве оружия. Даже если это не ваш случай, не стоит не к месту упоминать термин. Если кто-то упорно обвиняет вас в биполярном расстройстве, несмотря на просьбы этого не делать, нужно подумать о дальнейших шагах. Возможно, лучше провести другой, более серьезный разговор на эту тему, установить новые границы или полностью прекратить общение.

Что делать, если вы подозреваете у кого-то биполярное расстройство?

Если вы ознакомились с клиническими критериями биполярного расстройства и подозреваете такой диагноз у кого-то из знакомых, вот что нужно сделать.

Спокойно и доброжелательно расскажите об этом

Не высказывайте свои опасения во время ссоры. Обсудите их в мирное время, когда в отношениях все спокойно. Чтобы собеседник вас услышал, выберите спокойную обстановку и осторожно укажите на симптомы, которые заметили. Мягко поясните, в каких случаях поведение этого человека показалось вам странным.

Признайте, что не знаете точно

Будет полезно сразу признать, что на самом деле вы не знаете, есть ли у собеседника биполярное расстройство. Вы не специалист, а даже если и так, вам нельзя ставить диагноз знакомым. Обозначив, что это всего лишь ваши наблюдения, а не уверенный вывод, вы отказываетесь от осуждающей позиции в разговоре. Поддержите собеседника, донесите до него свою тревогу и желание, чтобы он задумался над вашими словами.

Попросите собеседника провести самоанализ

Вам не нужно, чтобы партнер опроверг или принял диагноз в этом разговоре. Вы просите его лишь проанализировать свое настроение и, например, задуматься о профессиональной помощи. Возможно, он впервые слышит об этом и, если у него действительно биполярное расстройство, боится даже подумать о такой вероятности.

Будьте реалистом

Маловероятно, что человек примет вашу точку зрения и немедленно обратится за обследованием или терапией. Еще меньше шансов, если он находится в периоде мании или гипомании, когда способность к самооценке нарушена. К тому же, если его приподнятое настроение сопровождается эйфорией, он чувствует себя прекрасно, поэтому не поймет, в чем проблема. Возможно, вам придется много раз повторить разговор, прежде чем собеседник согласится обратиться за помощью.

Подготовьтесь к двум возможным результатам обследования

Человек, о котором вы беспокоитесь, может оказаться на удивление восприимчивым к вашим опасениям и обратиться за медицинской помощью. Произойдет одно из двух. Первый вариант — в ходе обследования установят, что у него нет биполярного расстройства. В таком случае вам придется по-новому взглянуть на те изменения в поведении и настроении, которые привели вас к такому выводу. Второй вариант — у человека диагностируют биполярное расстройство. Тогда ваша задача будет заключаться в поддержке и помощи в получении терапии, лекарств и прочего, что только может понадобиться.

Помните, что всегда можете уйти

Мы все чувствуем вину, разрывая отношения из-за того, что у другого человека проблемы с психическим здоровьем, но, в конце концов, человек должен поступать так, как лучше для него. Некоторые люди могут справиться с переменами настроения и сопутствующими симптомами биполярного расстройства, а другие — нет. Если вы состоите в отношениях с тем, кто отказывается получать помощь, или его перепады настроения слишком тяжелы для вас даже с учетом лечения, вы вполне можете уйти.

Глава 11. Это нарушение личных границ или просто ваши чувства не поняли?

Личные границы — важные основы общения и уважения, но они не являются чем-то незыблемым, как можно подумать. Как вы узнаете, некоторые границы универсальны и непреодолимы, но большинство варьируются от человека к человеку и, как следствие, требуют обозначения, а иногда и обсуждения. Заявление о нарушении личных границ — быстрый и простой способ контролировать чье-то поведение, и именно поэтому важно пояснить, что означает эта фраза и как правильно соблюдать границы в отношениях.

Холли нарушает личные границы

Моррис и Холли вместе чуть меньше года. Их самая большая проблема — отношения с семьей Морриса. Или, точнее, проблемыХоллив отношениях с семьей Морриса. Моррис всегда считал, что у него довольно прочные отношения с родителями. Они поддерживают его эмоционально и при необходимости помогают деньгами, а это, по мнению Холли, признак, что родители пытаются контролировать сына. Конечно, они иногда делают небольшие замечания по поводу того, куда ему следовало бы поступить (а именно на юридический факультет — для них этовсегдаюридический факультет), но принимают его выбор. Холли говорит, что защищает Морриса, и именно поэтому сердится каждый раз, когда упоминается юридический факультет. Она даже называет его родителей абьюзерами, но, когда Моррис расстраивается от этих слов, Холли бормочет: «Ладно, ладно, просто подумай об этом».

Моррис полюбил Холли за ее пламенный дух. Она уверенная в себе и смелая, и ей все равно, что о ней думают другие. Но оборотная сторона ее характера в том, что Холли подавляет людей. У нее твердые убеждения и непоколебимые моральные устои. Некоторые могут даже назвать ее самоуверенной до крайности. Моррис слышал, как о ней говорили такое, и не удивился. Но он несколько раз говорил с Холли о ее отношении к его отцу. Он понимает недовольство Холли, но очень хочет, чтобы у них наладилось общение. К тому же этоегоотец, а значит,еголичное дело.

Моррис недвусмысленно сообщил Холли, что ему неприятно, когда она выступает от его имени. Он объяснил, что ценит ее заботу, но хочет, чтобы Холли поддерживала его, не вмешиваясь в их отношения с отцом. Моррис также сказал, что для него это вопрос самостоятельности. Ему нужно самостоятельно справляться с регулярными замечаниями родителей по поводу учебы на юридическом факультете. Бывшей девушке Морриса нравилось вмешиваться в его отношения с другими людьми, практически контролировать их, и он еще не забыл, как это неприятно.

Холли ответила, что понимает доводы Морриса, и пообещала отступить, хотя и призналась, что для нее это будет нелегко. Моррис поверил, но, зная, что Холли может дать волю эмоциям, беспокоился, что ситуация повторится. К сожалению, в один из выходных, когда они гостили у родителей Морриса в Вермонте, его правота подтвердилась. Как обычно, отец Морриса не слишком тонко намекнул, что в этом году поступающих на юридический факультет стало меньше и туда стало легче попасть. Моррис мысленно закатил глаза и собирался уже ответить, но Холли его опередила. Повысив голос, она обрушилась на отца Морриса.

— Боже мой, да хватит уже! Нам надоело каждый раз слушать про юридический факультет. Он не хочет поступать туда, ясно? Только нарцисс будет заставлять других делать то, что хочется ему. Простите, но я не могу больше терпеть это!

Моррис был обижен и взбешен. Он не мог поверить, что Холли сделала то, чего он недвусмысленно просил ее не делать, и, что еще хуже, снова вступилась за него. Теперь отец наверняка считает его таким же злым, как Холли, но это не так. Конечно, его раздражают постоянные напоминания о будущем, которого хотели бы для него родители, но он не злится из-за этого. Его отец выглядел таким расстроенным, словно вот-вот расплачется.

— Я и не подозревал, что это так тебя огорчает, — пробормотал он и вышел из комнаты.

Моррис недоверчиво повернулся к Холли.

— Как ты могла так поступить? Я же просил тебя не вмешиваться! Я говорил, что он неизбежно напомнит о юридическом факультете, но хотел разобраться с этимпо-своему, поскольку онмойотец. Почему ты набросилась на него, ведь я попросил тебя не мешаться?

— Тебе всегда проще уступить, я знаю, номнене нравится, когда кому-то садятся на шею, — ответила Холли без угрызений совести. — До него наконец-то дошло, как это раздражает, и теперь он

Моррис решил порвать с Холли. Возможно, если бы она извинилась за то, что переступила черту, а затем попыталась наладить отношения с его отцом, Моррис бы ее простил, но Холли разозлилась еще больше и держалась холодно с обоими его родителями до конца дня. Они уехали в тот же вечер, а не остались на ночь, как планировали изначально. Моррис несколько раз просил Холли соблюдать его личные границы, но ей либо все равно, либо у нее просто не получается оставаться в стороне, и на этом его терпение лопнуло.

Определение личных границ и их нарушения

Подобно тому как суверенные страны разделены границами между собой, существуют социальные границы, отличающие приемлемое поведение от нарушения личного пространства. Они определяют грань между безопасным, абсолютно нормальным поведением и поступками, ущемляющими наши личные права.

Нарушение границ происходит, когда кто-то пересекает эту черту, действуя так, словно отнимает у нас личный контроль. Есть некоторые границы, которые, по нашему общему мнению, важны и должны быть непреодолимыми, — я называю ихуниверсальными. Нарушение универсальных границ, особенно если оно совершается неоднократно, без угрызений совести и без оглядки на то, как это влияет на другого человека, равносильно абьюзу. Более того, подобно различным видам абьюза, описанным в третьей главе, существуют и соответствующие типы универсальных границ. Основными являются эмоциональные, физические, сексуальные и финансовые границы (и многое другое, но мы не сможем охватить все). Как вы понимаете, эти границы в какой-то степени пересекаются. Например, нарушение физических границ человека, скорее всего, приведет и к нарушению эмоциональных. Нет необходимости уточнять, какую именно границу пересек нарушитель, достаточно знать, что существуют разные категории и одно существенное нарушение границы может привести к множеству других.

В универсальных границах нет места для свободы действий или нюансов. Если одна из этих границ нарушается, особенно неоднократно и без сожалений, это расценивается как абьюз. Вот почему эти слова имеют такой вес: сказать кому-то, что он «перешел границы», может фактически означать обвинение в насилии.

Помимо универсальных, непреодолимых границ, существуют также границыличные. Они не применимы ко всем людям, специфичны для каждого человека и определяются его собственными предпочтениями и потребностями. Как таковые они гибки, изменчивы со временем и полны нюансов. Их нарушение может вызывать дискомфорт, но не обязательно является абьюзом.

Поскольку личные границы гораздо менее жесткие и устойчивые, они могут варьироваться в зависимости от отношений или ситуации. Например, вы можете четко разделять личную жизнь и работу, но считаете, что с близкими друзьями или партнерами эта граница менее важна. Или не возражаете, чтобы супруг целовал вас в шею дома, но не хотели бы, чтобы он делал это на школьном мероприятии ваших детей. Эти границы также могут меняться с течением времени в конкретных отношениях, по мере того как люди становятся ближе, сталкиваются с новыми трудностями или обидами, взрослеют или отдаляются друг от друга. Это связано с тем, что желание чувствовать себя в безопасности во всех типах отношений не статично. Когда меняется человек или отношения, границы также имеют тенденцию смещаться. Наконец, личные границы можно обсуждать, согласовывать и иногда корректировать. Допустим, вы ограничили общение с матерью одним звонком в месяц, потому что у вас с ней сложные отношения, но, если она сильно заболеет и попросит звонить ей чаще, возможно, вы уступите ее просьбе.

Важно понимать, что нужно прямо обозначать свои личные границы, иначе окружающие обнаружат их только после того, как нарушат. Возможно, вам трудно говорить об этом напрямую, но люди не умеют читать мысли. Не сообщая о своих личных границах, вы сами подталкиваете других к тому, чтобы их обнаружить после непреднамеренного пересечения.

Важно также отметить, что границы — не то же самое, что предпочтения. Все мы чего-то хотели бы, но предпочтения не равны границам автоматически. Граница — это линия, проведенная для обеспечения безопасности и независимости, а предпочтение — то, что может принести радость, но не является неотъемлемой частью вашего чувства безопасности в отношениях или независимости. Например, некоторые считают совершенно нормальным реже разговаривать с партнером, когда он в отъезде, чтобы насладиться тишиной или временем, проведенным наедине с собой. Но другой человек может разозлиться и встревожиться, если не получит вестей от второй половины, и предпочел бы чаще общаться. Здесь нет правых и неправых, у всех просто разные предпочтения.

Как вы прочтете чуть позже в этой главе, понимание, нарушил ли кто-то универсальные или личные границы, будет определять вашу реакцию.

Лили не нарушает личные границы

Ада и Лили — лучшие подруги в большой компании друзей, сложившейся во время учебы в колледже и сохранившейся после его окончания. В их компании царят веселье и поддержка, а также довольно часто вспыхивают любовные романы. Последний фактор придает их общению еще больше веселья (и очень помогает при планировании отпуска: когда все разбиты по парам, требуется меньше комнат!), но также может осложнить ситуацию, когда пара расстается. Так и получилось, когда неделю назад Аду бросил партнер.

В их отношениях с самого начала царил хаос. Столкновение двух сильных характеров привело к крупным ссорам, а относительно недолгий роман переполнился обидами. Ада особенно пострадала: она считает, что бросить ее — жестокость, тем более по телефону, а не лично. Хотя Ада понимает, что бывший не может просто так исчезнуть из ее жизни, учитывая, что у них много общих друзей, ей было бы намного легче, если бы он прямо сейчас переехал на другой конец света.

Однако вместо того, чтобы исчезнуть или переехать, бывший устроил вечеринку по случаю дня рождения и позвал всех друзей, включая Аду. Ада восприняла это в штыки, хотя все вокруг утверждали, что это признак доброты и внимания. Ада предложила Лили вместе пообедать, чтобы обсудить ситуацию с вечеринкой.

— Я просто не понимаю, в чем здесь проявление доброты? Ты бросаешь кого-то, а потом приглашаешь на свой день рождения? Ну уж нет, спасибо! Мне кажется, это попытка переманить на свою сторону всю компанию друзей, что действительно несправедливо, ведь разрыв произошел не по моей вине, — пожаловалась Ада.

— Я понимаю тебя, детка, правда понимаю. По-моему, это просто недоразумение. Вечеринка по случаю дня рождения уже была запланирована, и вряд ли кто-то хотел, чтобы ты чувствовала себя обиженной или отверженной из-за того, что тебя единственную не пригласили, понимаешь? — предположила Лили.

— Наверное. Не знаю. Ладно… проехали. — Ада сделала глубокий вдох. — В любом случае какие у тебя планы на вечер? Давай сожжем

После шутки повисло неловкое молчание.

— Ну… вообще-то я собиралась пойти на день рождения, — осторожно ответила Лили. — Я согласилась еще до того, как вы расстались. Думаю, тебе тоже стоит прийти, хотя бы ненадолго. Возможно, это поможет тебе забыть все обиды.

— Ты смеешься? — возмутилась Ада.

— Нет. Все идут, и тебе тоже стоит! — ответила Лили.

— Ух ты. Не могу поверить, что ты идешь на вечеринку после того, как со мной так обошлись. Меня унижали, лишали уверенности в себе, а потомбросили, а ты собираешься пить за здоровье этого негодяя?! — рассердилась Ада.

— Детка, да, он поступил нехорошо, но я думаю, что у вас просто были очень сложные отношения. Ты знаешь, что я люблю тебя и всегда поддержу, но я не хочу разрываться между вами. Мы все дружим, и мне хотелось бы, чтобы вы помирились, — неуверенно произнесла Лили.

— Честно говоря, я думаю, что с твоей стороны очень некрасиво идти туда. Тем самым ты выбираешь другую сторону… ты же понимаешь? Это просто нарушение границ! Никогда бы не подумала, что подруга может так себя вести. Я больше не смогу доверять тебе, раз тебя не волнуют мои границы в таких важных вопросах, — ответила Ада.

Лили растерялась. Она знала, что разрыв причинил Аде боль, но не хотела усугублять раскол в группе друзей, принимая чью-либо сторону. Она полагала, что Ада наверняка тоже отчасти виновата в расставании, просто не хотела прямо сейчас поднимать эту тему. Услышав, что Ада считает посещение вечеринки нарушением границ, Лили очень встревожилась. Теперь она не сможет пойти на день рождения, ведь Ада воспримет это как предательство их дружбы. Но ведь это несправедливо? Ада не имеет права решать, с кем дружить Лили. Да, пусть Ада расстроилась из-за того, что с ее бывшим общаются, но ей также стоит понять, что их расставание не означает конец всей компании друзей и что несправедливо просить подругу принять ее сторону.

Превращение нарушения личных границ в оружие

Как вы уже поняли, обвинять в нарушении границ (когда этого не произошло) не стоит. В лучшем случае это вызывает у собеседника чувство дискомфорта или огорчения. В худшем — помогает абьюзеру контролировать жертву. Как мы обсуждали в третьей главе, истинные абьюзеры используют эту тактику, резко ограничивая жертву (например, «Ты нарушаешь мои личные границы, разговаривая с людьми противоположного пола») и создавая впечатление, что человек ведет себя неразумно или неуважительно, если не соблюдает установленные правила. Один из признаков данной манипуляции — то, как яростно абьюзеры отстаивают свои «границы». Психически здоровый человек старается учесть потребности обеих сторон и готов обсуждать детали, но абьюзер никогда не допустит мысли об изменении личных границ и не принимает во внимание вред или существенное ограничение интересов другого человека. Он будет обвинять собеседника и манипулировать им, чтобы удержать под контролем.

Как видите, когда абьюзеры используют нарушение границ в качестве оружия, они делают это с целью получения власти и контроля. Но когда человек с благими намерениями ошибочно утверждает, что его границы нарушены, он, как правило, совершает одну из четырех ошибок.

1. Мы думаем, что наши границы очевидны для окружающих

У всех нас разные ожидания и страхи. Чаще, чем нам хотелось бы, мы осознаём личные границы лишьпослетого, как кто-то их нарушил. Например, представьте, что у вас недавно начался роман. Вы договорились с партнером, что не хотите проявлять ревность или собственнические чувства друг к другу. Но затем, отправившись куда-то вместе, заметили, что партнер не стесняется невинно флиртовать с другими, и это вас обеспокоило — и даже очень. Вам кажется, остался лишь шаг до откровенной измены. Можно заявить о нарушении границ и обвинить партнера в измене, но будет ли это справедливо? В конце концов, он все еще изучает границы ваших отношений. Откуда он узнает, что вам неприятно, если не сказать ему прямо: «Послушай, мне не нравится, что ты с кем-то флиртуешь»? Вы сами случайно ощутили нарушение границ и поняли, что это вас расстроило.

Дело в том, что нарушение границ — неизбежная часть процесса развития отношений. Когда близкий человек неосознанно нарушает ваши границы, бесполезно обвинять его. Партнер будет изучать пределы дозволенного на протяжении всех ваших отношений, так же как и вы по отношению к нему.

Многие личные границы — это линии на песке, а не на бетоне. Они сдвигаются или даже исчезают в зависимости от самооценки человека, его жизненного опыта, уровня зрелости и надежности отношений. В подростковом возрасте я придерживалась твердого убеждения «никакой дружбы с бывшими». Меня бесило, когда мой парень Ной (бросивший меня на выпускном вечере, если вы помните) поддерживал связь с Алией, которая с ним флиртовала и явно оказывала знаки внимания. Даже спустя год я ужасно не хотела, чтобы они разговаривали или тусовались вместе. Однако сегодня не только мой муж Лукас все еще дружит со своей бывшей девушкой, но ияс ней тоже дружу. Она просто прелесть, и я не могу представить, что стану обвинять Лукаса в нарушении личных границ из-за общения с ней. С таким же успехом могу признаться, что в прошлом я была более требовательна к дружбе. У меня были неоправданно завышенные ожидания, и я считала себя смертельно оскорбленной, когда друзья им не соответствовали. Если кто-то из подруг хорошо общался с тем, с кем я не ладила, это становилось для меня личной обидой. Произойди такое сейчас, я бы не обеспокоилась, потому что теперь я более уверена в себе и, следовательно, в своих отношениях.

С другой стороны, возможно, вы из тех, кто раньше был гораздо более доверчивым и открытым в отношениях, но столкнулся с изменой партнера или предательством друга. Например, во время веселой вечеринки вы позволили близкому коллеге записать видео, как вы вдвоем поете в караоке, но, узнав, что он показал ролик вашему начальнику, решили больше не сближаться ни с кем в офисе. В результате ваши границы могут стать намного более узкими, хотя бы на какое-то время, и то, что раньше вас не беспокоило, теперь воспринимается как предательство или жестокость.

С течением жизни наши границы меняются. Как видите, это отчасти мешает людям предугадывать или оценивать нарушение границ. Если вы ожидаете и требуете, чтобы близкие соблюдали ваши личные границы в определенных вопросах, но не сообщаете им, где проходят

2. Мы путаем универсальные и личные границы

Мы знаем, что во всех отношениях существуют важные границы, нарушение которых равносильно абьюзу. Повторюсь, это универсальные границы, которых придерживается наше общество для защиты безопасности и независимости людей. Однако многие путают эти границы с личными и считают нарушителем, например, коллегу, который звонит в нерабочее время («Ты манипулируешь мной, заставляя работать в свободное время»), друга, самовольно взявшего телефон, чтобы заказать еду («Ты распоряжаешься моей собственностью»), или партнера, эротично прижавшегося сзади в неподходящий момент («Ты принуждаешь меня к сексу»). На самом деле это нарушения личных границ,характерные только для них. Приведенные выше примерыне являютсяуниверсальными границами. Например, я не возражаю, если кто-то позвонит мне вечером (я просто не буду отвечать), друзья могут пользоваться моим телефоном, когда захотят (если, конечно, я разблокирую для них свой телефон), и, если Лукас прижмет меня к себе в неподходящий момент, я просто попрошу меня не трогать.

И опять же, люди все время неосознанно нарушают личные границы друг друга. Это просто неизбежно. Если вам кажется, что кто-то нарушает границы, заказывая еду по вашему телефону, это действительно так, но важно сообщить об этом прежде, чем обвинять человека. Помните, что личные границы становятся известны только после того, как о них сообщают или их нарушат, поэтому обсудите то, что важно для вас. Иначе, обрушившись на человека с обвинениями, вы создадите ненужный и бесполезный конфликт.

3. Мы ошибочно принимаем предпочтения за границы

Границы защищают наши потребности в безопасности. Предпочтения способствуют ощущению счастья, удовольствия или спокойствия. Когда кто-то нарушает границы, это ставит под угрозу наше физическое или психическое здоровье. Когда кто-то пренебрегает нашими предпочтениями, мы можем испытывать раздражение, но это не представляет угрозы для нашего благополучия. Например, я бы предпочла, чтобы Лукас закрывал все дверцы шкафчиков на кухне, но, кроме ушиба локтя, я не рискую получить серьезный физический или эмоциональный ущерб, если он этого не сделает. И наоборот, я испытываю эмоциональную потребность в том, чтобы он уважал мою частную жизнь. Если я когда-нибудь обнаружу, что он копается в моем телефоне без моего согласия, это подорвет доверие в наших отношениях. Я буду рада, если две мои самые близкие подруги пригласят меня на запланированную вечеринку, но для меня не проблема, если они не зовут меня каждый раз. Мне хотелось бы, чтобы мама только хвалила мои татуировки, но, критикуя их, она не нарушает мои личные границы. В общем, вы поняли.

Когда мы чувствуем, что близкие нас не слышат и не уважают, наши предпочтения, как правило, превращаются в границы. Это наш способ попросить других уважать и ценить наши желания, но также и хороший повод для обид и разочарований. Если слишком многие предпочтения выражать в виде границ, вы покажетесь жестким человеком, склонным к чрезмерному контролю в отношениях. Люди не должны постоянно выполнять ваши просьбы, так же как и вы не обязаны соответствовать их требованиям.

4. Мы возлагаем на окружающих ответственность за соблюдение наших границ

Границы устанавливаются и поддерживаются их обладателем. (Это особенно верно, когда речь идет о личных границах.) В идеальном мире близкие люди соблюдали бы наши границы так же строго, как и мы, но в реальности это не всегда так. Если вы просите родителей не повышать на вас голос, а затем они все же кричат во время следующей ссоры,вампридется отстаивать свои границы. Возможно, потребуется напомнить, что стоит вести диалог потише, или покинуть комнату (и беседу) до тех пор, пока все не успокоятся. Нереалистично и бесполезно говорить родителям, чтоонидолжны выйти из комнаты, потому что шумели. Это ваша граница, и вам ее соблюдать.

Если близкий человек продолжает нарушать границы дозволенного снова и снова, несмотря на неоднократные просьбы об уважении, нужно решить, как вы будете защищаться. Всегда есть возможность разорвать отношения. Отстранение от ситуации — лучший способ защиты границ. Конечно, обычно мы не хотим расставаться, но, если разговоры и объяснения не помогают, тогда лучшего варианта не остается. Важно не забывать об этой возможности, потому что она напоминает о свободе выбора. Пусть вам не захочется делать этот выбор, но он у васесть.

В этом и заключается главный вывод о границах: люди могут нарушать их нечаянно или намеренно, один или несколько раз, но в любом случае вы сами должны общаться и отстаивать их. В то же время не все границы одинаковы с точки зрения важности. Некоторые буквально защищают вас от вреда, а другие больше похожи на предпочтения. Не стоит относиться ко всем границам одинаково. Вам решать, насколько строго их соблюдать, когда и с кем.

Что делать, если вас обвиняют в нарушении границ?

Если вы состоите в близких отношениях, велика вероятность, что в какой-то момент вы нарушите границы другого человека. Особенно если этот человек не сказал вам, что важно для него. Но вас также могут несправедливо обвинить в нарушении границы, о которой вы даже не знали, или предпочтения, маскирующегося под границу, и вам нужно понимать, что делать.

Поинтересуйтесь

Вы не сможете разобраться в ситуации, пока не узнаете, что человек думает и чувствует по поводу случившегося. Прежде чем начнете защищаться или нападать на собеседника, поинтересуйтесь. Спросите, каковы были его границы и что он чувствовал, когда вы их нарушили.

Если вы нарушили границу, восстановите ее

Если вы нечаянно нарушили чьи-то границы, придется это исправить. Признайте чувства собеседника и выразите уважение. Объясните, что понимаете, как обидели его, и осознаёте необходимость учитывать эти границы в будущем. Если вы полностью поддерживаете соблюдение данной границы, обязательно скажите об этом. Но если считаете, что вам будет трудно всегда помнить о ней, тогда предупредите об этом партнера. Проверьте, является ли эта граница гибкой и можно ли обсудить нюансы.

Если нарушения границ не было, поговорите об

Это более сложный сценарий. Возможно, собеседник называет границей то, что на самом деле является предпочтением, или вы чувствуете, что к вам придираются по мелочам. Вы по-прежнему можете выразить уважение его чувствам (как мы говорили в четвертой главе, это почти всегда полезно), но в данной ситуации также необходим более подробный разговор о том, как вы вдвоем проговариваете и исправляете ошибки. Вы имеете право высказать опасения, что слово«граница»мешает полезному разговору о соблюдении потребностей, и определить, как исправить ситуацию, когда эти потребности не удовлетворяются.

Если это не сработает, возьмите паузу в разговоре

Если собеседник слишком расстроен, чтобы говорить спокойно, целесообразно сделать паузу в разговоре. Скажите, что хотите продуктивно обсудить проблему и для этого вам обоим лучше остыть. Предложите подумать над вопросом на досуге. Подчеркните, что хотите лучше понять потребности собеседника в отношениях, но также стремитесь убедиться, что сможете справиться с подобными ситуациями в дальнейшем.

Обратитесь за помощью

Некоторые границы трудно обсуждать даже в здоровых отношениях. Если вы оказались в такой ситуации, попробуйте пройти терапию. Возможно, вам обоим пригодится профессиональная поддержка, и вы поймете, как уважать потребности друг друга без ощущения потери контроля, необходимости идти на крайние жертвы и чувства обиды. Это может быть семейная, парная или индивидуальная терапия. Неважно, в каких отношениях вы состоите — я работала с братьями и сестрами, желавшими наладить более крепкие отношения, и даже слышала о друзьях, которые обращались к психотерапевту за помощью в решении подобных проблем.

Если ничего не помогает

Есть шанс, что собеседник намерен использовать этот термин как оружие, и никакие ваши действия или слова здесь не помогут. Если человек упорно настаивает на нарушении границ и ничто не исправит ситуацию, кроме вашего полного признания вины и клятвы никогда больше так не поступать, вам нужно оценить все варианты. Вы можете дать ему желаемое, но, возможно, возьмете на себя ненужную вину и согласитесь с ограничениями, которые считаете неразумными. Можно попытаться продолжить разговор и преодолеть возникшее недоразумение, пусть даже с некоторой помощью извне. Если проблема повторяется, подумайте о том, чтобы снизить степень близости в отношениях или вообще разорвать их. Никому не нравится расставаться, но помните, что выход из нездоровых отношений — это крайняя граница, которую вы можете установить.

Что делать, если ваши границы нарушили?

Допустим, кто-то сознательно нарушил одну из ваших границ, и уже не в первый раз. Убедившись, что это действительно граница, а не предпочтение, приступайте к решению проблемы. Помните, что человек может иногда нарушить границы, но это не означает автоматически, что он негодяй или абьюзер, с которым нужно прекратить отношения. Вот что вам следует сделать в следующий раз, когда это произойдет.

Укажите границу

Прежде всего, собеседник должен знать, какую границу нарушил. Нельзя ожидать, что он сам догадается, если только это не одна из тех универсальных границ, которые мы рассматривали ранее в этой главе. (А если он нарушил одну изтехграниц, задумайтесь, не абьюзивные ли это отношения, которым пора положить конец.) Нужно убедиться, что человек осознаёт вашу границу, прежде чем заявлять, что он ее нарушил. Проявите доброту и твердость и опишите подробно. Не говорите просто: «Ты нарушил мои границы». Этой информации недостаточно, и разговор не сложится. Лучше признайтесь: «Послушай, я уверен, ты этого не осознавал, но мне не нравится, когда люди пользуются моим телефоном без спроса, даже если просто хотят сделать снимок. У меня украли телефон два месяца назад, и теперь я нервничаю из-за этого. Мне было бы легче, если бы ты попросил разрешения его взять».

Отстаивайте границы

Если вы уже четко обозначили свои границы, а человек продолжает их нарушать, вам необходимо обеспечить их соблюдение. Нельзя ожидать, что другие будут уважать ваши границы, вы должны отстаивать их сами. Способ защиты зависит от того, какая именно граница нарушена, но, если, например, у вас есть предел тому, насколько грубыми могут быть споры, объясните, что ссора стала слишком ожесточенной для вас (собеседник нецензурно ругается, насмехается над вами и так далее), и пора прекратить разговор, пока вы оба не успокоитесь.

Продолжайте защищаться

Нет никакой гарантии, что человек сразу же к вам прислушается. Иногда люди просто забывают о границах, или, как в приведенном выше примере, очень возбужденный человек порой продолжает попытки вовлечь вас в разговор, хотя вы и попросили прекратить. В таком случае продолжайте защищать свои границы. Например, повторите, почему вам нужен перерыв в разговоре, пока вы оба не успокоитесь. Или уйдите из комнаты. Делайте все необходимое для защиты своих границ.

Обсудите позже

Установить границы в пылу конфликта, в момент их нарушения, конечно, важно, но с большим успехом вы донесете свои мысли до собеседника, если обсудите все после ссоры. Подождите, пока эмоции улягутся, а затем предложите поговорить. Объясните, почему эти границы для вас важны, и даже можете согласиться, что соблюдать их непросто, если у собеседника иное мнение по этому вопросу.

Например, скажите: «Когда ты начинаешь нецензурно выражаться и повышать голос, мне становится не по себе. Мои родители были тихими людьми, поэтому я не привык к крикам! Я перестаю тебя слышать и больше не могу вести продуктивную беседу. Я знаю, что в твоей семье привыкли шумно ссориться, и для тебя это нормально, но меня это пугает. Если мы снова начнем ссориться, мне понадобится перерыв в разговоре, пока мы оба немного не успокоимся».

Поговорите с психотерапевтом

Возможно, вам потребуется оценить, насколько серьезны нарушения границ, если они продолжатся. Собеседник не заботится о ваших чувствах? Готов ли он обсудить,

Для романтических отношений попробуйте семейную терапию

Я семейный психотерапевт, поэтому, само собой, рекомендую вам обратиться к семейной терапии. Я работала со многими парами, которые сталкивались с нарушением границ, особенно во время ссор. Здесь действительно может помочь профессионал, который установит основные правила взаимодействия и объяснит, почему соблюдение границ имеет решающее значение для здоровых отношений. Даже если вы уже говорили своему партнеру то же самое, психотерапевт окажет совсем другое воздействие. Когда я устанавливаю четкие, основанные на фактических данных правила взаимодействия для пар, с которыми работаю, они иначе воспринимают эту информацию, даже если уже обсуждали все самостоятельно. Большинство людей нарушают границы не со злым умыслом. Они либо эмоционально взвинчены и, следовательно, теряют контроль, либо вообще не осознают, что их поведение нарушает чьи-то границы.

Если ничего не изменится, подумайте о паузе в отношениях или расставании

К сожалению, стоит задуматься о разрыве отношений с человеком, который отказывается признавать ваши границы. Если после разговоров о том, почему эти границы важны для вас, он не видит их и не уважает, вы мало что можете сделать. Вы не в силах заставить человека измениться и способны только реагировать на его действия. Подумайте о том, чтобы взять паузу. Например, если ваши границы нарушает член семьи или друг, слегка отдалитесь от него. Есть шанс, что вы сможете наладить прекрасные, хотя и менее близкие отношения с этим человеком, оставив ему меньше возможностей причинить вам боль.

Глава 12. Это пограничное расстройство личности или просто сильные переживания?

Наряду с ростом обвинений в нарциссизме термин«пограничное расстройство»стал использоваться слишком часто. Этот диагноз диванные эксперты полюбили ставить всем, кто проявляет сильные эмоции в общении. Но при таком подходе мы упускаем из виду многие аспекты этого расстройства, касающиеся не только сильных переживаний.

У Джоэла пограничное расстройство личности

Ханна смертельно устала от постоянных проблем со своим парнем Джоэлом. Раньше ей нравилось, какой он живой и страстный, какой общительный и глубокий, но теперь она просто измучена этим. Его чувствительность к окружающему миру, которая когда-то вызывала у Ханны восхищение, потому что открывала ей глаза на вещи, которых она раньше не замечала, теперь сосредоточена исключительно на ней и их романе. Ханна знала, что в прошлом у Джоэла не складывались отношения, но думала, что он осознал свои ошибки и теперь будет вести себя по-другому.

На этот раз Джоэл расстроен коротким сообщением, которое прислала Ханна в ответ на его длинное послание. Он пытался объяснить, насколько обижен их последней перепалкой, и привел подробные примеры, чтобы Ханна не поняла его превратно. Но его пространные объяснения привели ее в отчаяние. Она ответила на его сообщение (которое впоследствии назвала «целым романом», рассказывая о ссоре друзьям): «Я тебя услышала, но нам нужно поговорить о том, насколько тщательно мы анализируем каждое наше взаимодействие. Я сейчас на работе и не могу вникать в это, так что давай обсудим все вечером».

Джоэл тут же разозлился на ее слова. Какие пренебрежительные, какие холодные! Она не оценила, с какой тщательностью он старался донести до нее очень четкое и спокойное послание. Он пытался выразить свои чувства и улучшить их отношения, а она просто отмахнулась. Затем его гнев перерос в панику. Говоря «обсудим все вечером», не хотела ли она сказать «расстанемся»? Ханна все больше отдаляется от него. Возможно, у нее пропало желание продолжать отношения.

Джоэла охватило беспокойство. Он не мог выбросить из головы мысль о расставании. Подумывал написать Ханне еще раз, но решил, что это разозлит ее еще больше. Хотел позвонить ей, но она не берет трубку на работе. Эта мысль вызвала у него желание дозваниваться до тех пор, пока Ханна не ответит. Но Джоэл знал, что все это расстроит ее, поэтому постарался успокоить себя проверенным способом: он пошел в ванную, борясь с желанием причинить себе боль. Ему пришла в голову мысль, что, возможно, следует просто покончить со всем этим, но все еще оставалась надежда, что он убедит Ханну остаться.

Вернувшись вечером домой, Ханна увидела отчаявшегося Джоэла, ожидающего ее. Пытаясь сдержать панику, он подошел к ней и начал объяснять свое сообщение — почему отправил его, почему оно было таким длинным и что он больше так не сделает. Затем он быстро перешел к предложению, что им нужно больше общаться, чтобы они не понимали друг друга неправильно, а потому стоит ежедневно обсуждать свои чувства по поводу отношений и высказывать пожелания.

Ханну ошеломила настойчивость Джоэла. Ему явно не терпелось помириться, но его предложение ежедневно обсуждать свои переживания показалось ей крайностью. У них нет на это времени (а у нее — сил).

— Я хотела поговорить о сообщении, потому что эта проблема повторяется, и я на самом деле беспокоюсь, что с обсуждениями получится то же самое. Такое ощущение, что у тебя накопилось много вопросов ко мне и ты хочешь глубоко погрузиться в каждый наш разговор. А я просто хочу получать больше удовольствия и меньше оценивать наше совместное времяпрепровождение. Я чувствую себя очень уставшей из-за того, как часто мы анализируем наши отношения. Для меня это очень тяжело, — призналась Ханна.

Джоэл снова почувствовал себя отвергнутым. Ханна не только не прилагает таких же усилий, как он, но и критикует его за это!

— Что ж, ясно. Чтобы поддерживать отношения, нужно общаться, и я просто хотел как лучше. Если ты не ценишь мои усилия, то, пожалуй, я найду того, кто оценит. Потому что это работа, Ханна. Ты знаешь об этом? Чтобы постоянно поднимать проблемы и пытаться их решить, нужна эмоциональная работа! Но, похоже, ты еще недостаточно взрослая для такого труда! — Джоэл говорил все громче и все обиженнее, а на глаза навернулись слезы.

— Джоэл, я не отказываюсь от работы над отношениями. Но ты понимаешь, о чем я говорю? Мы обсуждаем свои отношения чаще, чем все, кого я знаю! Нам приходится разбирать каждое сказанное слово, и это похоже, не знаю, на эмоциональные американские горки!

— Ясно, значит, я просто слишком настойчив! Я ничего не могу поделать с тем,

Ханне стало грустно, но она не удивилась. Их разговоры часто заканчивались на том, что Джоэл говорил о самоубийстве. Нельзя сказать, что она не волновалась, но Ханна устала от постоянного сопереживания. Даже разговоры о том, чтобы вести менее напряженные беседы, вызывали у нее напряжение.

— Если ты чувствуешь себя таким несчастным в наших отношениях, то, думаю, нам не стоит быть вместе. Я не хочу тебя огорчать, Джоэл. Но и такого натиска не выдержу, — ответила Ханна.

На этих словах Джоэл резко переменился в лице. На самом деле он не хотел расставаться, поэтому начал обещать, что у них будет больше веселья и меньше напряжения. Он умолял Ханну не бросать его, признавая, что вел себя навязчиво, но лишь потому, что очень сильно к ней привязан. Остаток вечера и весь следующий день Джоэл демонстрировал раскаяние. Он стал более заботливым и менее требовательным. Но неделю спустя они снова поссорились, и в итоге Джоэл выбежал из квартиры и помчался в местный бар. По пути домой он упал и сломал палец, из-за этого Ханна встревожилась и переключилась в режим заботы. Так продолжается и дальше: Ханна все больше устает от их отношений, а Джоэл все больше впадает в панику из-за того, что его бросят, поскольку чувствует усталость Ханны.

Определение пограничного расстройства личности

Термин отражает первоначальное понимание этого расстройства: им обозначали человека, находящегося на грани между неврозом и психозом. Если мы обратимся к признакам пограничного расстройства личности (ПРЛ), то увидим нарушение регуляции эмоций, сумбурные взаимоотношения, нестабильную самооценку и выраженную импульсивность. Как и при других расстройствах личности, эти симптомы проявляются в юном возрасте. Чтобы получить такой диагноз, человек должен соответствовать пяти из следующих девяти критериев:

1. Отчаянные попытки избежать одиночества, реального или воображаемого.Человек готов пойти на крайние меры, чтобы помешать кому-либо уйти, например умоляет, угрожает, постоянно звонит, физически препятствует или преследует.

2. Бурные, напряженные и хаотичные отношения.Человек склонен метаться между идеализацией и обесцениванием партнера. Из-за этого отношения переживают бурные взлеты и падения, когда он то желает сильной близости, то отвергает вторую половину.

3. Нестабильная самооценка.Это может проявляться во внезапном изменении целей, ценностей, карьерных планов и других важных аспектов личности и часто заметно в колебаниях самооценки.

4. Импульсивные вредные поступки.Человек совершает действия, угрожающие его здоровью или благополучию, например, тратит непозволительно много денег, вредит здоровью, неосторожно водит машину, не отказывается от обжорства или незащищенного секса.

5. Склонность к саморазрушающему поведению.Человек регулярно физически вредит себе, а также высказывает угрозы в адрес собственной жизни.

6. Резкие перепады настроения.Они длятся от нескольких часов до нескольких дней. Могут включать сильную эпизодическую дисфорию, раздражительность или тревогу — обычно в ответ на межличностные конфликты (например, ссору с любимым человеком, ощущение одиночества).

7. Постоянное чувство опустошенности.Человек пытается заполнить эту пустоту рискованным поведением, едой или отношениями, но, похоже, ничто не приносит длительного удовлетворения.

8. Проблемы с гневом.Человеку трудно контролировать гнев или выражать его здоровым образом. Он неуравновешен, склонен к вспышкам ярости, быстро выходит из себя или вступает в драки.

9. Паранойя или диссоциация.Человек с подозрением относится к мотивам других людей (паранойя) или ощущает разобщение с самим собой (диссоциация). Эти симптомы обычно возникают в периоды крайнего стресса, например, в ответ на реальное или воображаемое отвержение, когда попытки справиться с переживаниями не увенчались успехом.

Во второй главе мы обсуждали, что для постановки диагноза расстройства личности требуется, чтобы модели поведения затрагивали все сферы жизни человека и повторялись в различных ситуациях и условиях, а симптомы влияли на работоспособность, личную и социальную жизнь. Мы также не ставим диагноз расстройства личности лицам моложе восемнадцати лет. Как сказал мой преподаватель в аспирантуре, если бы мы начали диагностировать у подростков расстройства личности, они обнаружились бы у всех. Это напряженный период с обостренными эмоциями и неумением строить отношения, вот почему мы откладываем постановку диагноза до тех пор, пока человек фактически не станет взрослым, оставив позади бурные времена.

Стоит отметить, что, хотя в настоящее время ПРЛ классифицируется как расстройство личности, все чаще обсуждается вопрос о том, следует ли перенести этот диагноз в раздел травматических расстройств. Большинство людей с ПРЛ упоминают о психологических травмах в прошлом, и многие симптомы можно рассматривать как понятную реакцию на травму. Если человек подвергался абьюзу, отвержению или чувствовал себя в опасности, то, конечно, у него возникнут сильные эмоции в ответ на перспективу расставания. Если человек не чувствовал любви или признания в важных для него отношениях, то, конечно, он будет испытывать трудности с самооценкой и ощущать опустошение. Симптомы становятся понятными, если смотреть на них через призму травмы. Как мы помним из второй главы, DSM постоянно совершенствуется, и, возможно, однажды мы увидим, как пограничное расстройство личности перейдет в категорию травматических расстройств. Если это случится, представьте, насколько иначе мы могли бы смотреть на этот диагноз, насколько реже использовали бы его как оружие или позорное клеймо. Это показывает вам мощь DSM и созданных нами категорий.

Возможно, главное, что нужно понять о людях с ПРЛ, — они боятся быть покинутыми. Мысль о том, что их отвергнет близкий человек, вызывает настоящую панику. Многих из них в детстве игнорировали или бросали, и, испытав внутреннюю боль, которую причинили им родители, они отчаянно хотят избежать подобной боли в своих последующих отношениях. Однако такой страх быть брошенным приводит к целому ряду проблем, возникает сверхбдительность к возможным признакам расставания, что заставляет человека неправильно интерпретировать чужие слова или действия и очень сильно реагировать даже на нейтральные поступки других людей. К сожалению, страх быть брошенным заставляет человека вести себя определенным образом, который отталкивает окружающих, что приводит именно к тому, чего так пытались избежать.

Если бы мне пришлось подобрать одно слово для описания людей с ПРЛ, то это было бы«неуравновешенные». Их личность нестабильна, поскольку им трудно определить, кто они и чего хотят. Их отношения нестабильны, поскольку они колеблются от сильного желания близости к внезапному обесцениванию других, когда срабатывает их страх быть покинутым. И их поведение нестабильно, поскольку они используют неподходящие способы справиться с сильными переживаниями, что в конечном счете причиняет еще больший вред. Человек с ПРЛ не чувствует уверенности

Если бы мне пришлось подобрать другое слово для описания пограничного состояния, я бы выбрала«напряжение», потому что именно так ощущает это расстройство и сам пациент, и его окружение. Чувства напряжены, и поведение напряженное. Даже мелкие проблемы представляются вопросом жизни и смерти, а вскользь брошенные комментарии могут превратиться в многочасовые разговоры, поскольку человек с ПРЛ склонен вникать во все, выискивая признаки, что его хотят бросить. Люди постоянно находятся в напряжении, качаясь на этих эмоциональных качелях. Пациенты с ПРЛ все время требуют поддержки, чтобы избавиться от страха отвержения, но ее всегда недостаточно, чтобы этот страх исчез. Из-за этого окружающие чувствуют себя измотанными и предпочитают держаться на расстоянии, что вызывает еще больший страх отвержения и приводит к еще более настойчивым требованиям близости и понимания. Такой бег по кругу бесконечен и эмоционально истощает всех участников.

Люди с ПРЛ также склонны испытывать более сильные чувства, чем остальные, поэтому они часто прибегают к экстремальным способам самоуспокоения, таким как членовредительство и безрассудные поступки. Хотя такое поведение создает больше проблем и может быть опасным для жизни, для людей с ПРЛ это надежный способ отвлечься от переполняющих их чувств. Близкие часто боятся вывести их из себя, поскольку знают, что это может привести к импульсивному и опасному поведению. Они считают, что должны действовать осторожно, чтобы не спровоцировать человека с ПРЛ, но, к сожалению, это само по себе может стать провокацией. Человек с пограничным расстройством личности может заметить, что окружающие проявляют осторожность или избегают его, и начнет бояться, что слишком многого требует или что с ним трудно находиться рядом, а в итоге его бросят.

Как упоминалось ранее, люди с пограничным расстройством обычно имеют психологическую травму в прошлом. Детская травма может существенно повлиять на способность человека познавать себя, развивать доверительные и стабильные отношения и эффективно справляться с чувствами. Болезненные переживания обычно мешают ему поверить в то, что люди последовательны и надежны и что отношения могут восстановиться после конфликта. Травматический опыт также объясняет страх отвержения, который во многом определяет межличностное поведение. Человек живет в страхе быть покинутым, поэтому постоянно находится в напряжении, пытаясь удержать людей как можно ближе, но затем отталкивает их, так что это он уходит, а не его бросают.

Несмотря на то что люди с ПРЛ часто сами создают себе проблемы, они по-настоящему страдают. В отличие от социопатов, которые не испытывают сочувствия, когда причиняют боль другим, люди с ПРЛ отчаянно нуждаются в эмоционально близких и значимых отношениях и глубоко переживают конфликты. Хотя поддерживать отношения с человеком, страдающим этим расстройством, невероятно трудно из-за его эмоциональной неустойчивости и напряженности, в то же время легко сопереживать ему, если отступить на шаг назад и задуматься о его страданиях. Такие люди взрывоопасны и склонны к манипуляциям, когда чувствуют отвержение, потому что не знают другого способа справиться с ситуацией или с переполняющими их чувствами. К сожалению, само их поведение отталкивает окружающих, увеличивая шансы на расставание. Это жестокая ирония судьбы, и мы можем сопереживать их мучениям, даже если не одобряем поступки.

Важно отметить, что многие люди неустанно борются с чувствами и поведением, связанными с их расстройством. Люди с ПРЛ могут (и, как правило, действительно хотят) пройти терапию, которая поможет им легче и успешнее ориентироваться в отношениях и жизни. Они не хотят чувствовать себя опустошенными и неуравновешенными. Они хотят справиться с отчаянным желанием сохранить близость, которое, к сожалению, только отталкивает других людей. Они усердно осваивают новые навыки преодоления трудностей и стрессоустойчивости.

Но даже с учетом сказанного приходится признать, что люди с ПРЛ бывают абьюзерами. Их отчаянные попытки сохранить отношения могут привести к вспышкам гнева, а когда партнер хочет побыть наедине с собой или пытается уйти, человек с ПРЛ может стать еще более неуравновешенным. Например, начнет говорить гадости — принижать, очернять или обвинять — или даже прибегнет к физическому насилию. Его бдительность и напряженность вызывают у окружающих ощущение пристального наблюдения и страх любым неосторожным словом спровоцировать шквал обвинений и эмоционально напряженные разговоры. Как можно представить из этого описания, с людьми такого типа трудно поддерживать близкие отношения.

У Лейлы нет пограничного расстройства личности

Ангус и Лейла снова поссорились. Ангус очень устал оттого, что Лейла постоянно недовольна им. Сначала она была классной девчонкой — уверенной в себе, расслабленной, без тревог о будущем, — и ему это нравилось, но теперь она стала такой требовательной и критичной. Ангус с удовольствием бы вернулся в те времена, когда Лейла была более независимой и веселой. Тогда ему хотелось ее завоевывать. Но, завоевав ее теперь, он увидел в ней другую сторону. Лейла требовательна и эмоционально неустойчива. Она душит его. Почему она не дает ему жить спокойно? Ее навязчивое желание знать, где он и с кем, сводит его с ума.

Лейла снова в слезах. Отношения с Ангусом так быстро испортились, и она не может понять почему. Их роман начинался так замечательно, все было легко и весело, но затем словно кто-то щелкнул выключателем, и теперь Ангус просто… злой. Лейла расплакалась оттого, что он пропустил ужин с ее друзьями, а когда она высказала претензии, разозлился на нее. Лейла была смущена и расстроена. Ведь Ангус даже не предупредил, что не придет, он просто не появился! Она выглядела как идиотка, постоянно проверяя свой телефон и поглядывая на дверь ресторана в ожидании. Она волновалась, что с ним случилось что-то плохое. Но нет, он просто решил, что ему не хочется идти, и, по-видимому, предупреждать ее ему тоже не захотелось.

— Ну и что, я не могу пропустить встречу с твоими друзьями, если я устал? Мы постоянно видимся с ними, Лейла! Что за контроль? Не тебе решать, куда и с кем мне ходить! — сердито произнес Ангус.

— Я не об этом! Ты действительно не понимаешь, почему я обиделась? Ты даже не предупредил. Я волновалась, что с тобой что-то случилось! Я прекрасно понимаю, если ты слишком устал и не хотел приходить, но ты не ответил ни на одно из моих сообщений или звонков. Ты не можешь просто изменить свои планы и не сказать мне! — возразила Лейла.

— Вообще-то, Лейла,могу. Я не обязан отчитываться ни перед тобой, ни перед кем-либо еще. Этомояжизнь. Если я устал последесятичасовогорабочего дня и мне не хочется тусоваться с твоими надоедливыми друзьями, то я и не стану этого делать. Мне все равно, сколько ты

— Что?! Я не пытаюсь манипулировать тобой! Я просто хочу, чтобы ты предупреждал, если меняешь планы. Это не безумная просьба! — разрыдалась Лейла.Неужелиона сумасшедшая? Она не пыталась его контролировать, но за ужином с друзьями она была так испугана и чувствовала себя по-дурацки.

— Хватит плакать! Ты всегда так делаешь. Расстраиваешься по пустякам, а потом плачешь, чтобы заставить меня ощутить вину и извиниться. Но знаешь что? В этот раз такого не будет. У тебя что, пограничное расстройство? Ты слишком остро реагируешь на все, что происходит, и на этот раз я тебя утешать не стану, — отрезал Ангус.

Он вышел, а Лейла зарыдала еще сильнее. Она ощущала, что эмоции вышли из-под контроля. Возможно, Ангус прав. Она постоянно расстраивается, и, когда они говорят о причине, она в итоге чувствует себя идиоткой.Неужелиона его контролирует? У нее пограничное расстройство? Неужели она так боится ухода Ангуса, что слишком остро реагирует на мелкие провинности?

Позже Лейла рассыпалась в извинениях. Она написала длинное сообщение, а когда Ангус не ответил в течение дня, попросила разрешения приехать, чтобы извиниться лично. Ангус ответил, что даже ее извинения — это уже слишком. Он принял ее слезливое раскаяние, но еще несколько дней держался на расстоянии, заставляя Лейлу снова добиваться его расположения.

У Лейлы нет ПРЛ. Она нормально реагирует на неприятные ситуации. А вот у Ангуса расстройство личности. (Можете угадать какое?) По иронии судьбы именно он манипулирует ею, превращая ее чувства в проблемы и ставя диагноз, чтобы Лейла поверила, будто ее реакции несоразмерны ситуации. Он также использует такие термины, как«контроль»и«манипуляция», чтобы переложить вину на Лейлу, хотя именно он вел себя плохо и делал это много раз в прошлом. История, которую создает Ангус (о том, что Лейла поступает абьюзивно в их отношениях), постепенно подорвет ее веру в себя.

Превращение пограничного расстройства личности в оружие

В подавляющем большинстве случаев этот термин направлен против женщин. Мы склонны приписывать эмоциональную неустойчивость именно женщинам, как бы несправедливо и недостоверно это ни звучало. Я редко видела, чтобы клиентки приписывали своему супругу ПРЛ, скорее они назовут его нарциссом или социопатом. Но стоит отметить, что истинная распространенность ПРЛ примерно одинакова для обоих полов, хотя среди женщин этот диагноз ставится непропорционально чаще, что показывает, насколько активно данный термин используется в качестве гендерного оскорбления или для осуждения.

Поскольку это расстройство характеризуется напряженными чувствами и поведением, легко выбрать один пример подобного поведения и сделать соответствующий вывод. Но ПРЛ — нечто большее, чем просто отдельный случай бесконтрольного эмоционального взрыва.

Есть три основных пути злоупотребления термином и неправильного его толкования.

1. Мы не рассматриваем картину отношений в целом

Мы забываем, что люди с ПРЛ испытывают трудности во всех близких отношениях. Редко бывает так, что человек с пограничным расстройством устраивает эмоциональные «американские горки» супругу, но не остальным членам семьи или самым близким друзьям. Любые близкие отношения вызывают страх быть покинутым и приводят к сильному эмоциональному потрясению. И я не могу в достаточной мере описать степень интенсивности: люди с ПРЛ испытывают эмоции намного острее других. Эмоции переполняют и поглощают их. Вот почему они идут на крайние меры самоуспокоения или совершают опасные импульсивные действия.

Упоминая пограничное расстройство личности, мы обычно пропускаем необходимый этап оценки отношений человека с окружающими и просто прикидываем, насколько преувеличены его чувства к нам, делая из этого вывод. Мы забываем проанализировать его отношения с членами семьи, супругами и хорошими друзьями.

2. Мы предполагаем, что умышленный вред своему здоровью однозначно подтверждает диагноз

Люди злоупотребляют термином «пограничное расстройство личности» в отношении тех, кто причиняет себе вред. Большинство страдающих ПРЛ причиняют себе вред, но не все, кто причиняет себе вред, страдают ПРЛ. Членовредительство как стратегия преодоления, к сожалению, распространенное явление, и люди со всевозможными расстройствами используют этот метод, чтобы заглушить эмоции или, наоборот, почувствовать что-то еще, кроме морального оцепенения. Многие насмешливо утверждают, что, причиняя себе вред, человек лишь манипулирует, особенно тот, у кого диагностировано ПРЛ. И хотя членовредительство действительно может сулить вторичную выгоду (вынудить партнера проявить заботу или не уходить), обычно это не является главной целью человека, ранящего себя. Членовредительство или угрозы самоубийства — способ как облегчить свои страдания, так и донести их до окружающих. Называть это исключительно манипуляцией неверно.

3. Мы считаем пограничным расстройством сильные или неоправданные с виду переживания

Когда кто-то бурно реагирует на то, что мы воспринимаем как незначительную обиду (или вообще не считаем обидой), нам кажется, что его чрезмерная реакция патологична. Бурные эмоции выглядят преувеличением и манипуляцией, ощущаются как способ контроля над нами и отношениями в целом. Но люди могут переживать по причинам, которые мы изначально не видим и не понимаем, и это необязательно означает расстройство личности.

Например, человек с тревожным стилем привязанности, почувствовавший угрозу отношениям, покажется своему романтическому партнеру навязчивым или эмоционально напряженным, но у него нет других симптомов ПРЛ. Хотя он может вступать в напряженные разговоры и не прекращать их до тех пор, пока проблема не будет решена, такой человек необязательно совершает безрассудные поступки или причиняет себе вред, его личное «я» нельзя назвать нестабильным. Ему не свойственно чувство опустошенности, неконтролируемый гнев или кратковременная паранойя. Его страх перед разрывом отношений реальный и болезненный, но не такой сильный и панический, как страх отвержения при ПРЛ. Эта разница в симптомах имеет большое значение, потому что порой любой человек кажется эмоционально неуравновешенным, навязчивым и озлобленным.

Нравится вам это или нет, но у всех нас есть чувства, и иногда они бывают сильными. Это не значит, что все страдают ПРЛ. Хотя, конечно, есть соблазн выявить пограничное расстройство у любого, кто проявляет бурные чувства или реакции, но делать так не совсем точно и не полезно. И при этом упускается из виду важная истина о том, что ПРЛ — довольно сложный диагноз, имеющий множество аспектов. Подобное обвинение — также удобный способ не признавать, что мы могли обидеть человека. Если мы не понимаем, какой плохой поступок совершили, или считаем реакцию другого человека преувеличенной, то, безусловно, может возникнуть соблазн «обнаружить» у него патологию.

Вот еще один веский довод, почему не стоит безответственно использовать данный термин: помимо нередко неверной постановки диагноза это также провоцирует негативное отношение к людям с ПРЛ. Такие люди, как правило, много страдали в детстве и продолжают страдать во взрослом возрасте. Они испытывают сильную эмоциональную боль и больше всего на свете хотят стабилизировать самоощущение и отношения с окружающими. Они причиняют себе вред не только ради привлечения внимания, но и от отчаяния. Это не безрассудство и не импульсивность ради забавы, они ведут себя так потому, что не знают, как еще успокоиться. Осуждение людей с этим диагнозом только усиливает их стыд и ненависть к себе, не дает им проявить сострадание к своим переживаниям или обратиться за помощью.

Мы не обязаны оправдывать неподобающее или вредное поведение людей с ПРЛ, но и осуждать их за это тоже не нужно. Их неправильные способы взаимодействия с окружающими часто являются следствием серьезной психологической травмы, к которой нам всем стоит испытывать больше сострадания. И, в отличие от нарциссов или социопатов, люди с ПРЛ, как правило, мотивированы на улучшение отношений с окружающими и более восприимчивы (и отзывчивы на терапию). Это не означает, что все люди с ПРЛ готовы заниматься такой работой над собой, и это также не означает, что мы обязаны поддерживать с ними близкие отношения, но мы можем относиться к ним более мягко, устанавливая свои границы.

Наконец, как видно на примере Лейлы и Ангуса, использование ПРЛ в качестве оружия, к сожалению, является эффективным способом контроля над другим человеком. Изображая кого-то чрезмерно и неоправданно эмоциональным, можно заставить его сомневаться в своей правоте. Абьюзеры знают, как использовать определенные слова, чтобы переложить вину на своих партнеров, даже если тем казалось, что у них есть законная причина для переживаний. Следует осторожно использовать термин«пограничное расстройство», чтобы не превратить его в обвинение, позволяющее нам обесценивать и контролировать других.

Что делать, если вас обвиняют в пограничном расстройстве?

Если в ваших отношениях возникли трудности и вы испытываете бурные эмоции, вас могут обвинить в пограничном расстройстве личности. Возможно, собеседник сказал это в гневе, а может быть, с искренним беспокойством и заботой. В любом случае вот что нужно делать, если это случилось с вами.

Сделайте глубокий вдох

Всегда неприятно, когда тебя обвиняют в психическом расстройстве, особенно когда это говорят во время ссоры или в гневе. Прежде чем что-либо обсуждать, постарайтесь успокоиться.

Попросите объяснить

Теперь попросите человека объяснить, почему он употребил эти слова по отношению к вам. Он огорчен вашей реакцией и хочет, чтобы вы успокоились? Чувствует, что вы постоянно то отталкиваете, то притягиваете? У него были опасения до этой ссоры, что у вас ПРЛ, или он просто выбрал это слово, чтобы выразить, насколько расстроен? Как и в случае с биполярным расстройством, попытайтесь понять, использовал ли собеседник этот термин в качестве оружия или у него есть законные опасения, в которых необходимо разобраться.

Рассмотрите чужую точку зрения

Вам не потребуется много времени, чтобы разобраться в обвинениях. Задайте себе несколько вопросов. Кто-нибудь еще заявлял, что вы страдаете ПРЛ? У вас в прошлом были психологические травмы, из-за которых вам трудно сближаться с людьми? Ваши отношения казались вам неустойчивыми, напряженными или недолговечными? Страдаете ли вы от низкой самооценки, непреодолимых эмоций, рискованного поведения, самоповреждения или мыслей о самоубийстве, а может, от внутренней пустоты, которую ничем не можете заполнить? Утвердительный ответ на эти вопросы означает, что вам стоит пройти обследование.

Если собеседник прав, обратитесь за помощью

Если после размышлений вы обнаружите в своих взаимоотношениях закономерность, соответствующую ПРЛ, обратитесь за профессиональной помощью. Пройдите обследование. Если у вас обнаружат расстройство, вы можете воспользоваться хорошими методами лечения. Не будьте строги к себе и не погружайтесь в пучину стыда. Вы не виноваты, что у вас развилось это расстройство, и теперь, узнав о нем, можете заняться его лечением, чтобы ваши отношения стали более стабильными и приносили удовлетворение.

Объясните свои чувства

Если вы понимаете, о чем говорит собеседник, но считаете, что его обвинение некорректно, попробуйте объяснить, почему не соответствуете критериям ПРЛ, и, если пожелаете, расскажите о своих чувствах. Объясните, почему вы так резко отреагировали и какие болезненные страхи вызвали подобную реакцию. Помогите собеседнику понять, почему вы поступили определенным образом, чтобы он увидел, что это не патология. Должна отметить, что это следует делать только в хороших отношениях. Если у вас есть опасения, что ваш партнер — абьюзер, пропустите этот шаг.

Возражайте против манипуляции термином

Вы можете прийти к выводу, что собеседник использовал термин как оружие и хотел свалить всю вину на вас. В таком случае возражайте. Объясните, что, если у человека есть реальные опасения по поводу вашего психического здоровья, ему следует подойти к этому разговору с большей осторожностью и обдуманностью, а если он использует диагноз, чтобы судить и обвинять вас, это следует прекратить. Объясните, что профессиональные термины, используемые в качестве оружия, препятствуют диалогу и взаимопониманию, и попросите избегать этого в будущем.

Если не помогает, рассмотрите варианты отступления

Если вы выполнили все эти рекомендации, а собеседник продолжает манипулировать термином во время конфликта, вам следует рассмотреть другие варианты. Вы можете игнорировать его, продолжать бороться с навешиванием ярлыков, попросить собеседника пройти индивидуальную терапию, чтобы поработать над собой, или обратиться за семейной терапией, чтобы исправить ситуацию (если это ваш супруг), увеличить дистанцию в отношениях или прекратить всякое общение.

Что делать, если вы подозреваете пограничное расстройство?

Возможно, вы прочитали эту главу и поняли, что кто-то из близких подходит под описание. В таком случае вот мои рекомендации.

Хорошо все обдумайте

Даже если все признакив точностиподходят кому-то из ваших знакомых, воздержитесь от постановки диагноза. Для начала проявите искреннее любопытство. Кроме того, спросите себя, что изменится, если у этого человека действительно обнаружат ПРЛ. Почувствуете ли вы облегчение, что можете свалить проблемы в отношениях на другого? Или будете рады, что нашли путь для решения повторяющихся проблем, с которыми вы оба сталкиваетесь?

Займитесь самообразованием

Одной этой главы недостаточно, чтобы что-то решить. Прочитайте статьи и книги о ПРЛ и о том, как это расстройство может проявляться в различных отношениях. Если вы последовали первому совету, то будете готовы поверить в то, что у человека нет ПРЛ, в той же степени, в какой убеждены в наличии расстройства.

Изучите прошлые отношения

Не забывайте, что у людей с расстройствами личности симптомы проявляются не только в отдельных отношениях или ситуациях. Поразмышляйте над тем, что вы знаете о прошлом этого человека. Часто ли у него бывали неустойчивые и недолговечные отношения? Не кажется ли вам, что он постоянно боится остаться покинутым и этот страх толкает его на безрассудные поступки? Причиняет ли он себе вред, действует ли импульсивно, сильно раздражается или злится, или ему не хватает уверенности в себе? Вел ли этот человек себя так с бывшими романтическими партнерами, членами семьи и близкими друзьями? Вы не придете к окончательному выводу, но важно смотреть на картину в целом, а не только на трудные моменты ваших отношений.

Поговорите с профессионалом

Всегда полезно получить профессиональную оценку. Поговорите с психотерапевтом о своих подозрениях. Объясните, почему хотите проверить, соответствует ли человек критериям ПРЛ (например, чтобы побудить его обратиться к терапевту или лучше понять, как справляться с эмоциональными взлетами и падениями в ваших отношениях). Помните, что психотерапевт не сможет поставить заочный диагноз, но он вправе предоставить клиническую информацию, которая поможет вам определиться с тем, что делать дальше.

Решите, что хотите делать

Вам нужно понять, как относиться к тому, что у близкого человека обнаружили ПРЛ. Некоторых успокаивает понимание, что именно причиняет страдания их близкому человеку, и возможность получить план лечения. Для других диагноз становится поводом разорвать отношения. Если это важный человек в вашей жизни, например родитель, и вы не хотите прерывать общение, само осознание ситуации поможет вам легче переносить трудные моменты. Если это кто-то менее близкий, например друг, возможно, вам захочется осторожно отдалиться, чтобы вас не захлестывала сила его чувств и потребностей. Подумайте, насколько важен этот человек в вашей жизни, хотите ли вы поддерживать с ним отношения, и если да, то какие границы нужно установить.

Если хотите сохранить отношения, обсудите это

Именно здесь выможетедонести до собеседника свои опасения. Будьте осторожны и сострадательны в общении. Даже если вы действуете из лучших побуждений, людям бывает тяжело услышать что-то подобное. Объясните, что постановка диагноза может помочь в решении некоторых повторяющихся проблем, с которыми вы столкнулись. Обеспечьте комфорт и поддержку, но также ясно дайте понять, что собеседник должен обдумать ваши слова и предпринять некоторые шаги для работы над собой, даже если он (или психотерапевт) считает, что диагноз здесь не подходит.

Я подчеркнула слово «можете» в начале, потому что вам необязательно это делать. Возможно, имеет смысл поговорить с партнером или близким другом, но не с родителями или другими членами семьи. Бывают моменты, когда поделиться подозрениями и попросить кого-то обратиться за помощью — хорошая идея, а порой это приводит только к усилению конфликта. Решите, какая ситуация подходит именно вам.

Если хотите уйти, уходите

Независимо от того, подтвердится ли ваш вывод о расстройстве или нет, возможно, сильные эмоции этого человека или его саморазрушительное поведение — для вас непосильная ноша. Даже без официального диагноза это достаточно веская причина для разрыва отношений. Если хотите уйти, то уходите. Делайте это с состраданием, но придерживайтесь своего решения. Партнер может мучиться из-за вашего решения уйти, но это не повод оставаться. Насколько вы можете и хотите, постарайтесь оказать поддержку. Но все же никто из нас не должен поддерживать нежелательные отношения.

Глава 13. Токсичность, триггеры и травматическая привязанность

Существует так много терминов, которые можно использовать в качестве оружия, что я не смогла бы уместить их все в этой книге, по крайней мере в полном объеме. Но все же важно упомянуть еще некоторые, пусть даже объединив их в одну главу.

Это токсичность или просто человек вам не подходит?

Ох уж эта токсичность! По иронии судьбы это слово, возможно, самое токсичное из всех. Термин приобрел популярное значение «плохой и даже хуже», включающее в себя множество смыслов. «Токсичный» означает абьюзивный, но также и неизлеченный. Токсичным называют психопата, но также и того, кто не научился управлять своими чувствами. Токсичный — это любой ред-флаг, плохой поступок, нарцисс, неосведомленный подросток, родственник с пограничным расстройством, не соблюдающий границы друг и не умеющий общаться человек.

Видите проблему? Термин имеет слишком расплывчатое значение, чтобы мы могли использовать его с какой-либо пользой. Он служит для обобщения практически всего плохого в отношениях, без уточнения,насколькоэто плохо и является ли проблема ситуативной и временной или же постоянной и вездесущей. Это слово легко использовать, когда вам больно или вы отчаянно нуждаетесь в объяснении, но оно никак не поможет понять, что происходит на самом деле и — что более важно — что с этим делать.

То, что вы считаете своего партнера абьюзером, потому что заметили, что он постоянно пытается контролировать вас, скажет мне о многом. Но если вы утверждаете, что общаетесь с токсичным человеком, это не говорит мне ни о чем. Токсичным можно назвать и поведение, и самого человека, и, опять же, это слишком расплывчатый термин. Совершал ли этот человек токсичные поступки (например, дважды

Также существует понятие «токсичные отношения», которое, опять же, означает слишком много, но говорит слишком мало. Это абьюзивные отношения? Тогда и называйте их абьюзивными, потому что этот термин имеет очень четкое значение, и я сразу пойму, как вам помочь. В ваших отношениях периодически возникают конфликты и недопонимания? Тогда скажите именно так, и я пойму, как помочь, если вы оказались в подобной ситуации. Это отношения с эмоционально незрелым человеком, у которого нет желания или способности к самоанализу и принятию ответственности за свою роль в проблеме? Тогда называйте это своими словами, и я буду знать, о чем мы говорим. «Токсичный» означает что угодно. Если это единственное прилагательное, которое вы используете, я не пойму, что происходит, кроме того, что вы несчастны.

Самая большая проблема, которую я вижу в упоминании токсичности, заключается в том, что люди используют это слово как повод для разрыва отношений, не давая собеседнику возможности понять или решить вопрос. Если вы не хотите оставаться с этим человеком, тогда отлично — проблема решена. Но слишком часто люди говорят: «Ты — токсичный!» — и убегают, вместо того чтобы взяться за более тяжелый труд поговорить с партнером о проблеме. Использование этого универсального термина также освобождает людей от необходимости размышлять о своей роли, если таковая имеется, в развитии нездоровых отношений.

И последнее: как и в случае с ред-флагами, все мы время от времени проявляем токсичное поведение. Я не знаю никого, кто не совершил бы ни одного токсичного поступка. Иногда мы переживаем трудные периоды, когда наши навыки общения и совладания снижаются и мы ведем себя более агрессивно, чем обычно, но это не делает нас токсичными людьми. Многие романтические отношения проходят через «токсичные эпизоды» (стоит ли называть их «токсичными эпизодами»?), когда люди не понимают друг друга, обостряют конфликты и в целом плохо себя ведут. Нам нужно нормализовать определенный уровень временной или ситуативной токсичности, а также уточнить, что мы подразумеваем под словом «токсичный». Только так мы сможем определить, нуждаются ли отношения в помощи или в разрыве.

Это триггеры или вам просто сказали что-то неприятное?

Термин«триггер»вышел далеко за рамки своего клинического определения. На самом деле, я более двадцати раз использовала его в этой книге в современном разговорном значении. Это слово произошло от английского названия курка пистолета, который выпускает пулю, причиняющую боль или повреждение. Точно так же эмоциональный триггер — это действие, слово или определенный тон, которые запускают реакцию, причиняющую боль или вред нам самим, а иногда и другим людям.

В клинической практике термин «триггер» относится к сигналу, который вызывает реакцию на психологическую травму. Но позвольте мне отступить от темы, потому чтопсихологическая травмасама по себе является серьезным и часто неправильно понимаемым термином. Его первоначальное значение относилось к тому, что мы сейчас называем травмой «с большой буквы Т»: событиям, опасным для жизни, таким как участие в войне или выживание в автокатастрофе. В наши дни мы также говорим о травме «с маленькой т»: событиях, которые вызывают значительный стресс, но на самом деле не опасны для жизни, например травля в школе или эмоционально непоследовательный родитель. Травма означает неблагоприятное переживание, котороетриггерит(опять это слово!) реакцию «бей или беги», истощает силы для преодоления трудностей и может иметь длительные эмоциональные и физиологические последствия.

Первоначально слово«триггер»означало то, что приводит к такой реакции на травму, как паника, гнев, потеря ощущения реальности и т. д. Солдатам, вернувшимся с войны, громкие звуки, например фейерверки, часто кажутся выстрелами или взрывами. Их грохот запускает физиологическую и психологическую реакцию. В таком контексте триггеры вызывают значительные переживания.

Но в наши дни слово«триггер»стало общим для обозначения всего, что провоцирует любую негативную реакцию, от дискомфорта до полной паники. В данном случае термин относится не к реакции на психологическую травму, а, скорее, к любому неблагоприятному переживанию. Проблема в том, что, используя этот термин в качестве оружия, люди ожидают, что к их реакции отнесутся так, словно это ответ на психологическую травму. Мы хотим, чтобы другие немедленно устранили предполагаемый триггер и никогда больше так не поступали.

Дело в том, что близкие люди неизбежно триггерят нас (на этот раз я использую термин «триггер» в его новой, менее клинической форме). Это одна из многих сложностей в отношениях. Когда родитель или партнер недоволен нами, иногда это «триггерит», но мы не можем потребовать, чтобы они не выражали недовольства нами. (Поверьте, я пыталась, но Лукас настаивает на том, чтобы испытывать весь спектр человеческих эмоций, — это его очень токсичная черта.) Здесь важнее научиться справляться с отрицательными чувствами других людей. В целом было бы неплохо перестать испытывать негативные эмоции, но это нереалистичная цель, по крайней мере в здоровых отношениях.

Тем не менее вполне нормально просить людей быть внимательнее к определенным формам поведения или воздерживаться от них, если они вас особенно расстраивают. Например, в вашем детстве родители часто кричали, и, как только в разговоре с партнером повышается уровень громкости, вы слишком теряетесь и ничего не слышите. Совершенно нормально объяснить, почему это вас расстраивает и что партнеру стоит говорить спокойно, даже когда он злится. Пускай ему не всегда удастся выполнить вашу просьбу, это тоже нормально. Если при громких криках срабатывает триггер для вашей тревоги, это не абьюз, ред-флаг или любой другой ярлык, который вы могли бы использовать.

Поскольку слово«триггер»имело другое значение до того, как стало использоваться в клинической практике, я готова принять его новое применение, если мы поймем, что, называя что-либо триггером, не должны требовать, чтобы кто-то останавливался и никогда больше этого не делал. Полезно определить свои триггеры, чтобы поработать над ними, как в одиночестве, так и в отношениях, но наши близкие неизбежно вызывают негативные чувства, и мы должны справляться с этим. Избегая отношений со всеми, кто вызывает у вас отрицательные эмоции, вы обречете себя на очень одинокое существование.

Это травматическая привязанность или вы просто вместе пережили трудные времена?

Я упомянула здесь этот термин, хотя он и не используется в качестве оружия, но его быстро стали

Возможно, вы больше знакомы с понятием «стокгольмский синдром» — термином для описания типа травматической привязанности, возникающей в ситуациях непродолжительного захвата заложников, когда жертва начинает испытывать сочувствие к похитителям. История возникновения этого термина весьма увлекательна. В 1970-х годах грабители вторглись в шведский банк, но попытка ограбления пошла не по плану, и в итоге они шесть дней держали четырех сотрудников в заложниках в хранилище. За это время жертвы установили тесные эмоциональные связи с похитителями. После освобождения они защищали людей, которые держали их в заложниках, и беспокоились об их благополучии. Некоторые жертвы поддерживали связь со своими похитителями после освобождения, а одна даже помогла оплатить услуги адвоката.

Травматическая привязанность поддерживает отношения жертвы с абьюзером. Она заставляет людей испытывать сочувствие к мучителям или чувство долга перед ними, побуждая их защищать обидчиков, даже если те используют их и вредят. Мы видим это в ситуациях с заложниками, например при стокгольмском синдроме, но также и в абьюзивных отношениях, когда абьюзеры убеждают партнеров, что тем повезло быть с ними. Они считают себя хорошими людьми, которые мирятся со всеми недостатками другого человека. Абьюзер искажает реальность до тех пор, пока партнер не начнет думать, что это настоящая удача — состоять в отношениях с таким терпеливым и понимающим человеком, который любит его, несмотря на многочисленные оплошности и недостатки характера. Такое сочетание сочувствия, благодарности и зависимости определяет травматическую привязанность.

Меня расстраивает, когда люди говорят, что их «связывает травма» с кем-то просто потому, что они вместе пережили трудные времена. Нам нужны правильные слова, чтобы объяснить противоречивые и разрушительные отношения, которые могут возникнуть между абьюзером и жертвой. Мы делаем запутанное и вредоносное явление еще более запутанным, убирая с него ярлык. Трактовка слов и фраздействительноменяется с течением времени, но, поскольку понятие травматической привязанности важно для осознания того, почему люди застревают в абьюзивных отношениях, необходимо придерживаться истинного значения.

Если вы пережили с кем-то трудные времена и в результате почувствовали близость, то, скорее всего, испытываете более сильнуюсоциальную связьс ним. Установление именно такой связи является целью ритуалов посвящения, которые проводятся в различных братствах. Необходимость полагаться на окружающих, когда вы преодолеваете какие-то трудности, рождает ощущение близости к ним. Однако это всего лишь построение обычных отношений, а не травматическая привязанность. Возьмем другой распространенный пример — солдаты, побывавшие вместе на войне. Они связаны не травмой, а социальными узами, хотя и необычайно глубокими. А если захваченный в плен солдат защищает своих врагов? Вот этот человек имеет травматическую привязанность.

Я признаю, что, возможно, проигрываю в этой битве. Ошибочное использование термина сейчас настолько распространено, что я не уверена, можно ли это исправить. Все говорят, что испытывают травматическую привязанность к друзьям после того, как вместе пережили трудности, или к коллегам из-за того, что вместе работали в токсичном коллективе. И поверьте, я понимаю. Я понимаю, что язык развивается. Но мы все должны признать, что, переводя термин «травматическая привязанность» в понятие «социальная связь», мы отнимаем смысл у слова, которое используется для объяснения тревожной динамики в ситуациях абьюза. Поэтому имеет смысл разработать совершенно новый термин. Стокгольмская ситуативная привязанность? Сговор с похитителями? Я продолжу работать над этим.

Глава 14. Быть в отношениях сложно, поэтому вот несколько советов

Что ж, теперь вы знаете все о манипуляции психологическими терминами. Но вопрос остается открытым: что делать, если у вас есть обоснованные опасения насчет нездоровых проявлений в ваших отношениях?

По отдельным вопросам, обсуждаемым в данной книге, в конце каждой главы я предоставила краткое руководство, где объясняется, как решать эти проблемы с собеседником. В разделе «Источники» в конце книги вы найдете еще больше информации, полезной при решении конкретных проблем взаимоотношений.

Но здесь, в этой заключительной главе, я хочу более широко рассказать о способах преодоления трудностей в отношениях, в том числе о том, что делать, если вы находитесь в абьюзивных отношениях, как не поддаваться влиянию социальных сетей и что такое «работа над отношениями».

Прежде всего сделайте глубокий вдох и признайте, что отношения — это непросто. Я семейный психотерапевт, который помогает людям налаживать общение каждый божий день, и даже я огорчаюсь и тревожусь из-за проблем в своих отношениях. Ни у кого не бывает счастливых отношений без трудных периодов и напряженной работы. Иногда ссориться с близкими и любимыми — это нормально. Когда происходит конфликт, не отчаивайтесь. Используйте ситуацию, чтобы развивать отношения и морально расти, как индивидуально, так и вместе. И если даже эти конкретные отношения не сложатся, вы все равно вырастете как личность, а это очень ценно.

Выясните, находитесь ли вы в абьюзивных отношениях

Вы уже все узнали из третьей главы, но я хочу еще раз подчеркнуть, как трудно бывает определить, абьюзер перед вами или просто невоспитанный человек. Между этими двумя понятиями — тонкая грань. Чаще всего человек не может эффективно и точно провести оценку самостоятельно, потому что абьюзер заставляет его сомневаться в собственном здравомыслии и считать себя источником проблем. В случае каких-либо подозрений я рекомендую вам обратиться за помощью.Поговоритес заслуживающими доверия друзьями и родственниками или найдите психотерапевта. Если близкие шокированы и по-настоящему беспокоятся о вас, это верный признак, что вы застряли в нездоровых отношениях.

Если вы не решаетесь рассказывать о плохих сторонах ваших отношений, потому что боитесь предать или разозлить второго их участника, я бы посоветовала вам подумать и об этом. Вполне нормально довериться близким, если у вас проблемы в отношениях и вам нужна дополнительная помощь. Я не ругаю Лукаса постоянно в присутствии своих друзей (если только он не оставляет повсюду десять тысяч стаканов с водой, что является патологией, и я буду настаивать на этом), но также и не стесняюсь поговорить с друзьями, когда у нас трудные времена. Я спрашиваю их мнение и о его, и о своем поведении, и они советуют, как справиться с конфликтом. Мои друзья дают удивительные, взвешенные рекомендации: так получилось, что они еще и психотерапевты. В общем,

Я не могу не подчеркнуть важность поиска хорошего психотерапевта (конечно же, за пределами группы друзей). Само собой, я предвзято отношусь к этому вопросу, потому что я психотерапевт и считаю, что психотерапия — это потрясающе. Но если отбросить предвзятость, то вам действительно нужна объективная третья сторона, у которой нет никаких эмоциональных стремлений, кроме желания помочь. Психотерапевту нельзя заочно ставить диагноз другому человеку, но он может понаблюдать за характерными чертами поведения и негативным воздействием, которое этот человек оказывает на вас.

И, в конце концов, терапия даст вам возможность решить, чтовысобираетесь делать. Не тратьте пятьдесят минут на обсуждение со своим психологом, как и почему ваши родители должны измениться. Ваших родителей нет рядом, чтобы услышать все это, и они не собираются меняться только потому, что вы и ваш терапевт согласились с тем, что они должны это сделать. Лучше потратьте время на изучение того, что вы сами хотите сделать, чтобы улучшить свои отношения и жизнь. Возможно, для этого нужно поощрять и ваших родителей к взрослению, но все начинается с вас. Ведь они не начнут поступать иначе, если вы не почувствуете в себе достаточно сил, чтобы попросить их об этом.

Если вы осознали, что состоите в абьюзивных отношениях, уходите. По-настоящему абьюзивные ситуации невозможно изменить, особенно если кому-то не хватает эмпатии, мотивации к росту или необходимых для этого навыков саморегуляции. Желание исправить абьюзера не стоит вашей безопасности, как физической, так и эмоциональной, к тому же это, скорее всего, не получится. Если ваш партнер стремится к власти и контролю, используя описанные в этой книге тактики, или соответствует критериям одного из рассмотренных нами расстройств, пора уходить. Я призываю вас обратиться за поддержкой к друзьям, супругам, родным, психотерапевтам и некоммерческим организациям по борьбе с насилием в семье. Цените свое здоровье и счастье выше отношений. На свете есть много нормальных людей, с которыми вы могли бы быть, и этот человек просто не из их числа.

Конечно, уйти — это не просто сказать: «Ну все, пока!» Расставание — самый опасный момент в абьюзивных отношениях, потому что абьюзер разозлится и начнет мстить. Вам нужен хороший план, особенно если в отношениях присутствовало физическое насилие. Не хочу вас пугать, но прошу обратиться за поддержкой и все продумать. В разделе «Источники» вы найдете гораздо больше информации по этому вопросу, и, опять же, горячая линия по борьбе с насилием в семье окажет помощь и поддержит.

Если вы не в силах выпутаться из абьюзивных отношений (например, это отношения с родителями), вы, безусловно, находитесь в трудном положении. Однако у вас есть выход — вы можете установить строгие границы. Не проводите с этим человеком слишком много времени, не оставайтесь у него на ночь, не откровенничайте и не поддавайтесь на провокации или споры. Вы можете защитить себя, стараясь поддерживать очень ограниченные отношения, или же прекратить общение. Некоторые люди считают, что не могут поддерживать с родными никаких отношений. Одни прекращают общение на время, а другие — навсегда. В разделе «Источники» есть несколько книг, которые помогут вам сориентироваться в этой ситуации и принять решение, что делать.

Если отношения не абьюзивные, работайте над ними

Если отношения сложные, но не абьюзивные, самое время над ними поработать. Вам поможет хороший коктейль —конкретика, откровенность и участие.

Во-первых, будьте конкретны в своих жалобах, вместо того чтобы использовать такие слова, как«токсичный»или«ред-флаг». Объясните, какие действия или закономерности вас тревожат, но не превращайте это в глобальную атаку на характер собеседника. (Это никогда не заканчивается хорошо.)

Затем откровенно и на личном примере объясните, как описанные проблемы влияют на вас. Используйте «я-утверждения», когда рассказываете, почему поступки собеседника причиняют вам боль. Скажите «мне было одиноко и грустно» вместо «ты такой невнимательный, всегда забываешь позвонить» — так вы делитесь эмоциями, а не обвиняете. Раненым чувствам легко сопереживать, а против обвинений хочется найти оправдание.

Наконец, призовите собеседника решить проблему. Никогда не помешает для начала напомнить человеку, что вы его любите (если, конечно, любите), прежде чем изложить намеченный план. Можно сказать что-то вроде: «По-моему, у нас отличные отношения, а если мы сможем решить эту повторяющуюся проблему, все станет еще лучше».

Это хороший переход ко второй части моих рекомендаций — психотерапии. Если у вас относительно здоровые романтические отношения и вы хотите решить некоторые проблемы,попробуйте семейную терапию. Большинству из нас нужна помощь, чтобы выявить и устранить проблемы в отношениях, и хороший семейный психотерапевт может здесь помочь.

На что следует обратить внимание в работе с семейным психотерапевтом?

Прежде всего, найдите лицензированного специалиста, который имеет степень в области психологии. Это послужит подтверждением, что он соответствует профессиональным требованиям и придерживается этических норм.

Во-вторых, поищите того, кто имеет специальную подготовку в области семейной терапии. Я не могу не подчеркнуть этот момент, поскольку многие психотерапевты указывают на своих сайтах «семейная терапия», но у них нет никакого опыта работы с парами. Потенциальный кандидат должен по вашей просьбе рассказать, какие тренинги прошел, какие сертификаты имеет и как подходит к работе с парами (т. е. какой клинической направленности он придерживается).

При поиске врача подумайте о типе терапии, которую он предлагает:

•Метод Готтмана.Специалист проведет длительную оценку, даст задания и предоставит много основанной на исследованиях информации для разработки наилучших методов взаимодействия.

•Эмоционально фокусированная терапия. Специалист выявит ваши травмы привязанности и потребности, а также поможет установить контакт и понять друг друга действенным эмпирическим путем.

• Специалист пореляционной терапии(RLT) будет добр, но прямолинеен, поскольку поможет увидеть, как детство влияет на ваши текущие стратегии преодоления проблем в отношениях, уравновесить баланс сил в вашей паре и включить каждого участника в работу.

Существуют и другие варианты, и стоит заранее провести небольшое исследование и определить, что лучше всего подходит для вашей ситуации. Самое главное — найти психотерапевта, который хорошо разбирается в своих методах лечения.

Наконец, выберите специалиста, который вам нравится. Исследования снова и снова показывают: лучшая предпосылка успешной терапии — хорошее соответствие и крепкий союз, когда клиент и терапевт нравятся друг другу и успешно работают вместе. Найдите того, кому доверяете, с кем вам легко взаимодействовать и откровенно беседовать.

Не зацикливайтесь на этапе сбора информации

Будьте внимательны к тому, какую информацию получаете и во что верите, особенно если черпаете сведения в интернете и особенно когда речь

Просмотр тысячи роликов не поможет ни вам, ни вашим отношениям — в конечном счете вы только убедите себя в том, что может быть правдой, а может и не быть. Получение информации — лишь первый шаг к переменам, и слишком многие из нас застревают на этом этапе, не переходя к следующему. Помните, информация помогает вам решить, что делать. Нет смысла осознавать, что у кого-то ОКР, если вы не собираетесь предпринимать никаких действий.

Если вы все еще в процессе сбора информации, перейдите на авторитетные ресурсы. В социальных сетях посещайте страницы лицензированных специалистов в области психического здоровья. Просматривайте хорошо зарекомендовавшие себя сайты, которые дают ссылки на источники и предоставляют научно обоснованную информацию. Не считайте блогеров единственным кладезем знаний. Какими бы убедительными они ни казались, это не эксперты.

Помогите другому получить помощь

Помните, что постановка диагноза ведет к лучшему пониманию проблемы и разработке полезного плана лечения (или стратегии выхода, если ситуация опасная). Это не повод для оскорблений. Если выдействительносчитаете, что у вашего близкого клиническое расстройство и он нуждается в помощи, проявите доброту в разговоре. Помните: как бы сильно этот человек ни обидел вас, он наверняка испытывает трудности. Вам нужно, чтобы он услышал и учел ваши опасения, для этого будьтеспокойны и осторожны, но настойчивы. Ультиматумы бесполезны («Немедленно обратись за помощью, или нашей дружбе конец!»), но вполне нормально сказать человеку, что эта проблема может окончательно разрушить ваши отношения. Подчеркнуть серьезность проблемы допустимо, угрожать — нет.

А теперь неприятная новость: процесс получения помощи также может быть сложным. Поиск хорошего психотерапевта, отвечающего конкретным потребностям пациента, порой отнимает много времени и вызывает разочарование. Если человек согласен, помогите ему найти лечащего врача и пройти несколько первичных консультаций. Поддерживайте его в общении с очень сложной системой здравоохранения. Приободрите, проявите сочувствие и помогайте по мере необходимости.

Кроме того, имейте в виду, что даже при участии отличного специалиста ситуация не улучшится сразу. Я знаю, это тяжело слышать, ведь вы наверняка уже довольно долго ждали перемен. Однако лечение любого из расстройств, описанных в этой книге, не бывает молниеносным. Требуется много времени, чтобы найти подходящего психотерапевта, добиться прогресса в терапии и подобрать правильный тип лекарств и дозировку, если требуется медикаментозное лечение. Напоминайте себе о вечных терапевтических истинах:ситуация может ухудшиться, прежде чем станет лучше, и прогресс не является прямолинейным.

Однако я хочу еще раз подчеркнуть: вам необязательно поддерживать какие-либо отношения или сохранять прежнюю степень близости с человеком. Даже если он обратился за помощью, вам необязательно быть рядом или оказывать постоянную поддержку. Если вы измучены и несчастливы и не хотите ждать перемен, вполне нормально взять паузу или уйти. То, что вы точно определили проблему и помогли человеку начать лечение, не означает, что вам нужно оставаться с ним.

Сосредоточьтесь на своей части работы

А теперь я сообщу вам еще более неприятную новость: возможно, проблема действительно в вашем партнере (кто знает, может, он вообще хуже всех), но, если он не абьюзер,вы тоже являетесь частью проблемы. Я знаю, такую точку зрения трудно принять, ведь кажется, что вы всеми силами пытаетесь исправить или спасти отношения. Я вас не знаю, но верю, что вы делаете все возможное. Однако дело в том, что всегда легче найти изъяны в чужих, а не в собственных поступках. Но лишь в ситуациях абьюза отношения портятся из-за одного человека. Так что, возможно, и вы совершали какие-то неправильные действия, которые вызвали или усугубили проблемы в ваших отношениях. И этовполне нормально. Осознавать свои ошибки и стремиться к самосовершенствованию — это более чем нормально, это потрясающе! А вот когда вы отказываетесь признавать свои недостатки или работать над ними, вы в конечном счете создаете еще больше проблем.

Надеюсь, эта неприятная новость придаст вам сил, потому что тогда вы сможете добиться позитивных изменений, даже если другой человек не готов сделать то же самое.Выможете снизить накал конфликтов, установить более здоровые границы в отношениях и более эффективно общаться, даже если другой человек продолжает все неправильно понимать. Перемены порождают перемены. Вы часть системы взаимоотношений, а изменение одной части системы неизбежно приведет к изменению всего остального. Я не говорю, что это будет весело или легко, но это произойдет. Изменение может заключаться и в том, что вы поработаете над саморазвитием, а другой человек откажется делать это, и в таком случае вам придется принять решение: остаться и надеяться, что он в конце концов изменится, или уйти. В любом случае вы вырастете как личность и станете лучше в будущих отношениях, а это и есть настоящая победа.

Не забывайте, что люди постоянно развиваются

Чтобы отношения наладились, вам и вашим близким необходимо провести самоанализ, взять на себя ответственность и измениться. Этот процесс не произойдет за секунду, это постоянный цикл, повторяющийся неоднократно на протяжении ваших отношений. Вам обоим нужно взглянуть на себя со стороны, признать, что вы сделали не так или могли бы сделать иначе, и работать над улучшением. Никто никогда не перестает учиться и развиваться, ни по отдельности, ни тем более вместе с кем-то. Но именно это может быть самым замечательным в отношениях — бесконечная возможность становиться лучше.

А когда у вас что-то не получится (поверьте мне, это случится), будьте добры к себе. Как я не устаю повторять, люди удивительно несовершенны. Даже если мы знаем, что делать, иногда мы просто этого не делаем или не можем сделать. Допустим,

Даже то, что я в буквальном смысле слова эксперт в области романтических отношений, не избавляет меня от необходимости продолжать заниматься самоанализом и совершенствоваться. Мне постоянно кажется, что я изучила все и достигла такого подъема, какого только могла, как вдруг — о чудо! — я понимаю, что это еще не предел. По мере того, как развивается мой брак, развиваюсь и я. Развитие — процесс длиною в жизнь, и этому следует радоваться! Как скучно пребывать в застое! Как обидно никогда не открывать в себе новых сильных сторон и навыков! Не расстраивайтесь из-за этого факта, примите его. Отношения бросят вам такой вызов, который вы пока даже не можете себе представить. Когда подобное произойдет, примите этот вызов. Внимательно изучите себя и проделайте работу. Выстраивайте отношения с другими людьми, которые готовы делать то же самое.

Здесь возникает еще один важный вопрос: как выбрать, с кем строить отношения? В нашем мире несовершенных людей как узнать, с кем вам будет хорошо? Мой ответ: выбирайте того, кто хочет продолжать работать с вами. Не существует сказочного идеального партнера, который никогда не обидит, не будет раздражать, выводить из себя или подавлять вас. Близкие отношения неизбежно приводят к сильным и пугающим переживаниям, поэтому выбирайте того, кто готов пережить с вами тяжелые времена. Помните: если человек поступает плохо в отчаянной попытке наладить контакт, а не ради контроля, тогда он сможет взглянуть на себя со стороны, распознать ошибку и измениться. Выберите того, кто готов к самоанализу и развитию, даже если это трудно. Того, кто будет рядом даже во время ваших самых страшных ссор и в конце концов скажет: «Послушай, это ужасно, и я не хочу продолжать в том же духе, но я люблю тебя и хочу разобраться в этом вместе с тобой».

Если вы что-то и почерпнете из моей книги, то я надеюсь вот что: быть человеком тяжело, и мы все прилагаем максимум усилий, идя по жизни. У каждого есть раны, шрамы и вредные привычки. Мы полагаемся на неэффективные, но привычные механизмы выживания. Мы отталкиваем других, когда нам больно или страшно. Нам не всегда удается быть хорошими родителями, хорошими родственниками, хорошими друзьями. И в довершение всего, иногда мы этого даже не осознаём. Современная одержимость оптимизацией зашла слишком далеко — мы стремимся к такому уровню совершенства, который просто не можем воплотить в жизнь, уж точно не на постоянной основе. У всех разные взгляды на вещи и способы самозащиты. У каждого есть ред-флаги, сильные переживания и необъяснимые перепады настроения. Иногда все ведут себя неподобающим образом. Но даже в таком случае остается вероятность, чтоэто не газлайтинг.

Глава 15. Пора сложить оружие

С каждым днем я все чаще замечаю у своих клиентов последствия использования языка психотерапии как оружия. Они приходят на сеанс и просят проверить, действительно ли они нарциссы, заявляют, что партнер газлайтит их в каждом разговоре, или настаивают, что родители страдают пограничным расстройством личности. Я консультирую отдельных людей и семейные пары уже более десяти лет, и с каждым годом опора на профессиональные термины растет. Приходившие ко мне супружеские пары сетовали на то, что не заметили ред-флаги еще на первых свиданиях, что супруг триггерит их и проявляет склонность к абьюзу, игнорируя их чувства, или что партнер просто токсичен.

В какой-то степени, думаю, это нормально. Испытывая замешательство или страх, мы пытаемся упорядочить и объяснить мир, а благодаря более глубокому знакомству с принципами психического здоровья люди теперь вооружены весьма специфическими терминами, показывающими, что происходит в отношениях.

Но, как я повторяю на протяжении всей книги, эти слова нужно приберечь для по-настоящему ненормального поведения. Неправильное использование терминов приводит к размыванию их смысла, что причиняет вред и тем, кого несправедливо обвинили, и людям с реальными расстройствами.

•Использование профессиональных терминов в качестве оружия не позволяет пострадавшим получить необходимую помощь.Несмотря на то что смысл этих слов становится все более размытым, их посыл остается таким же сильным, как и прежде. Это создает мир, в котором у каждого есть психологические проблемы и где широко распространены клинически значимые трудности и абьюзивное поведение. Однако такие случаи встречаются реже, чем кажется, и когда они все-таки происходят, то могут быть невероятно разрушительными.Естьзлостные нарциссы, которые по-настоящему вредят своим жертвам, и нам нужен термин«нарцисс», чтобы обозначить именно такого человека, а не того, кто несколько раз поступил эгоистично. Люди, пострадавшие в отношениях с клиническими нарциссами, понимают разницу. Те, кого по-настоящему газлайтили или душили любовью, кто испытал моральное опустошение после отношений с социопатом или пытался жить с человеком, страдающим тяжелым ОКР или ПРЛ, понимают разницу. Эти люди заслуживают признания: то, что они пережили, не похоже наобычные трудностив отношениях.

•Использование языка психотерапии в качестве оружия выгодно настоящим абьюзерам.Когда чье-то поведение действительно требует постановки клинического диагноза, размытый ярлык не имеет такого веса. В конце концов, если все вокруг — нарциссы, то это уже норма, верно? Это дает настоящим нарциссам прекрасную возможность посмеяться над предположением, что их поведение приносит проблемы. Что еще хуже, это дает возможность абьюзерам всех типов обращать обвинения против своих жертв. В конце концов, кто назовет газлайтингом расхождение во мнениях, как не тот, кто нуждается в постоянном и недвусмысленном согласии, чтобы чувствовать себя в безопасности? Учитывая отсутствие у абьюзеров совести и их склонность к манипулированию, никто лучше них не умеет использовать полезную терминологию в качестве оружия.

•Использование языка психотерапии в качестве оружия усиливает осуждение.Некоторые из описанных мной клинических диагнозов — невероятно сложные расстройства, с которыми люди с трудом справляются. Симптомы мешают жить им самим и их близким, и если бы они могли, то с радостью взяли бы волшебную палочку и избавились от расстройств. Используя эти диагнозы в качестве оскорблений, мы еще больше клеймим позором людей, которые от них страдают.

Легко поддаться современной моде и начать ненавидеть социопатов и нарциссов. В конце концов, эти люди могут нанести невероятный ущерб и не заботятся о разрушениях, которые оставляют после себя. Но люди с другими расстройствами,

Отношения достаточно сложны и без манипуляции терминами

Люди — это животные, как благословленные, так и проклятые широким спектром эмоций и способностью думать (порой чрезмерно) обо всем в своей жизни. Конечно, иногда мы совершаем ошибки. Даже зная, как поступить, мы не всегда поступаем правильно. Если задеты прошлые обиды и глубочайшие душевные раны, если эмоции или стресс пробудили инстинкт «бей или беги», мы не станем вести себя максимально разумно. Люди — эмоциональные, иррациональные, несовершенные существа, которые иногда такстрадают, что потомпоступаютплохо. Мы должны быть снисходительны друг к другу и в то же время стараться стать лучше. Постоянно выискивая психологические проблемы у близких, мы упустим шанс создать что-то потрясающее.

Да, признание несовершенства делает нас очень уязвимыми друг перед другом. Как я уже говорила, использование профессиональных терминов в качестве оружия — это способ защитить себя от уязвимости. Сказав: «Я был в смятении, когда ты не слушал меня на вечеринке, — мне казалось, все видят, как ты меня игнорируешь», — человек показывает свою эмоциональную рану — между прочим, тому, кто ее нанес! Мы чувствуем себя намного сильнее и увереннее, говоря: «Ты такой нарцисс! Никогда не обращаешь на меня внимания, потому что сосредоточен только на себе».

Но хотя так кажется безопаснее, второй вариант не призывает собеседника к сопереживанию или пониманию, к диалогу или развитию. Выбирая уязвимость, мы приглашаем близких тоже отказаться от защиты и присоединиться к нам, чтобывместезалечить рану.

Давайте проявлять интерес и принимать чужие недостатки

Позвольте рассказать о своем самом большом страхе: я боюсь, что люди, прочитав эту книгу, начнут манипулировать выражением«язык психотерапии как оружие». Это было бы слишком иронично. Когда любимый человек ставит вам диагноз или обвиняет в абьюзивном поведении, я не хочу, чтобы вы отвечали: «Эй, это использование профессиональных терминов в качестве оружия, как тебе не стыдно так поступать!» — а затем перечисляли множество причин, по которым манипулировать словами нехорошо. Конечно, я могу согласиться с вашими выводами и аргументами, но превращение в оружие чьего-либо оружия станет просто продолжением цикла.

У меня был отчасти забавный, отчасти пугающий опыт, когда вне сеанса пары использовали мои собственные слова в качестве оружия. Многие супруги приходили и рассказывали, что во время конфликта партнер сердито бросал им в лицо мои слова. Что-то вроде: «Ты защищаешься, а доктор Морли говорила этого не делать!» Если произнести ту же фразу мягким тоном и с добрыми намерениями, это может помочь. Но обычно кто-то обвиняет собеседника в этой ошибке, чтобы одержать верх в споре, что явно не столь полезно или продуктивно. Кроме того, другой человек может использовать в качестве оружия что-тоещеиз сказанного мной во время сеанса (например, просьбу не заострять внимание на обвинениях во время конфликта), что приведет к бесконечным спорам о том, кто наиболее вопиющим образом не подчиняется моим рекомендациям.

Я очень хочу разорвать этот порочный круг. Я хочу, чтобы люди перестали пытаться превзойти друг друга в диагностике и анализе отношений. Я хочу, чтобы люди осознавали закономерности и модели поведения и изучали их с интересом, не определяя с ходу расстройство и не обвиняя кого-то в абьюзе. Я хочу, чтобы мы все позволяли окружающим оставаться несовершенными и относились к их дурному поведению с состраданием — не как к попыткам контролировать нас, а как к неловким стараниям удовлетворить свои потребности. Я хочу, чтобы в такие моменты мы помнили: люди, совершающие ошибки в отчаянном стремлении наладить с нами контакт, могут прозреть и измениться. В моем идеальном мире мы бы отбросили ярлыки и сосредоточились на улучшении отношений либо на выходе из них — в зависимости от обстоятельств.

Давайте будем относиться с пониманием и к самим себе за стремление использовать профессиональные термины. Человеку свойственно разбираться в обстоятельствах, разделяя все на категории и навешивая ярлыки. Вот почему мы все любим хороших производителей этикеток: когда на упаковке для муки написано «мука», это намногоприятнее. Мир хаотичен, а люди тем более. Мы не всегда можем учесть нюансы и проявить любопытство. Иногда нам просто нужен ярлык, чтобы объяснить подвиды людей или поведение. Нет ничего плохого в том, что наш мозг нуждается в этом. Важно лишь с осторожностью использовать такие термины, когда пытаешься понять своих близких. Эти люди достаточно значимы, чтобы заслуживать нашего внимания и любопытства. На них не следует второпях навешивать ярлыки, лучше дать им возможность быть хорошими и плохими без немедленной постановки диагноза.

Признаю, это спорная идея, но я не уверена, что профессиональные термины должны часто выходить за пределы психотерапевтического кабинета. Мне никогда не приходилось прямо говорить Лукасу: «Это моя граница, и ты должен ее уважать». Я просто придерживаюсь определенной границы в отношениях с ним. Эти слова полезны для описания и понимания, для сообщения о наших решениях и действиях, но их необязательно постоянно использовать, и они определенно нуждаются в большем контексте, когдаиспользуются. Одного слова недостаточно, чтобы передать свои или чужие переживания. Нам нужно разобраться с привычками и признать оскорбленные чувства, а не произносить модное словечко в надежде, что оно приведет к переменам.

Мы все несовершенны. Да, все. Даже вы. Даже я. (Особенноя, с чем, уверена, вы согласитесь после моих многочисленных откровений.) И все остальные, живущие на этой планете, тоже. Вместо того чтобы искать проблемы в недостатках, давайте примем их в себе и в других. Давайте позволим близким быть эмоциональными, а иногда и иррациональными, совершать повторяющиеся ошибки в процессе морального роста и развития, поступать плохо в отношениях, но признавать это и пробовать исправить. Давайте примем неизбежную истину о том, что люди непостоянны, а затем посмотрим, как в ответ улучшится качество наших отношений.

И, Лукас, если ты читаешь это, прости за незакрученные крышки. Мне еще более стыдно от осознания, что я продолжу оставлять их незакрученными. Никто не говорил, что брак дается легко, но, как и во всех серьезных отношениях, это стоит тяжелой работы.

Благодарности

Я должна начать с благодарности моему мужу Лукасу. Искренне верю, что в свои двадцать с небольшим я приняла много замечательных решений, но ты, любовь моя, несомненно, лучшее из них. Я так рада, что мы наконец

Затем я хочу поблагодарить своих детей, Мэйпл и Уайлди. Я стараюсь как-то улучшить этот мир, потому что вам предстоит жить в нем. Надеюсь, что вы вырастете и построите такие же крепкие отношения, наполненные любовью и стремлением к развитию, какие сложились у меня с вашим отцом. И спасибо, что вы почти всегда спите до половины седьмого утра и даете мне время для написания книг.

Я благодарна своим родным, поддерживавшим меня с самого начала. Роберт и Энн Экклз и Шарлотта Хэмилл, я знаю, что часто заставляла вас обсуждать эту книгу, и ценю вашу поддержку (и терпение!). Шарли, пожалуйста, не считай, сколько сообщений я отправила с просьбами поделиться идеями и мнениями. Это был твой сестринский долг. Спасибо, что высказывалась о прочитанном. Роберт и Энн — «родительская единица», как мы, ваши дети, любим называть вас, — спасибо, что вселили в меня веру в то, что я могу сделать абсолютно все, если захочу (но также и в то, что я необязананичего делать). Мама, спасибо, что прочитала черновик! Ты первый официальный читатель данной книги, и это много значит для меня. Папа, я чувствую, что во многом обязана тебе своим карьерным успехом. Ты всегда верил в меня и поддерживал.

Благодарю за все своих замечательных родственников — Сильвию Бальдеррама и Джона Морли. Вы поддерживали меня во всем: в периоды появления младенцев, обустройства кухни, смены работы. Спасибо, что присматриваете за моими детьми, когда они болеют или отправляются на каникулы, за то, что заботитесь о Клиффе, и — самое главное — за то, что создали Лукаса. Я выиграла джекпот в лотерее «свекр и свекровь» и знаю это.

Спасибо Бейли Ханек, моей лучшей подруге. У этой книги две матери, и ты одна из них. Она не появилась бы на свет без твоего вклада. У нас были свои трудности, но ты моя подруга навсегда. Что бы ни случилось, мы вместе найдем выход из сложившейся ситуации. Только мы с тобой знаем, что за этим заявлением стоит многое. Я люблю тебя, я благодарна за тебя и буду беречь тебя, несмотря ни на что.

Кэтрин Чейз, не могу выразить всей благодарности за твою любовь и поддержку. Я ценю и полагаюсь на твой неустанный энтузиазм. Эта книга родилась благодаря нам с Бейли, а ты, моя подруга, стала нашей акушеркой. Ты дала мне незыблемую поддержку, и я никогда этого не забуду.

Ребекка Юди, твое участие в процессе сделало его еще более увлекательным. Спасибо за бесконечные часы обсуждения вопросов построения глав, уточнения идей, сочувствия и празднования важных этапов. Мне понравилось писать книгу одновременно с тобой, давай всегда будем делать так, ладно?

Спасибо замечательной команде PESI: Кайле Черч, Челси Томпсон, Дженессе Джексон, Карсин Морс, Дженни Миллер, группе дизайнеров и всем остальным, кто приложил руку к этому проекту. Я бесконечно благодарна, что вы согласились взять эту книгу и работали со мной, чтобы опубликовать ее как можно скорее. Спасибо за ваши неустанные усилия сделать ее такой, какая она получилась.

Спасибо моей альма-матер, колледжу имени Уильяма Джеймса, за то, что дали мне прекрасное образование и клиническую подготовку, а также за то, что поддерживаете мою работу по сей день. Ник Ковино и Джулия Клемент, спасибо, что предоставили мне неограниченный доступ к библиотеке. Я ваш очень признательный выпускник!

Не могу не выразить любовь к своему той-пуделю Клиффорду. Клифф, ты был со мной с самого начала, даже раньше Лукаса! Ты сидел у меня на коленях, пока я писала диссертацию, а десять лет спустя — на своем коврике в моем кабинете, пока я писала эту книгу. Ты моя маленькая абрикосинка, и я люблю тебя!

Клуб бранных слов (вы знаете, кто вы такие), спасибо за все, что вы сделали для этой книги. Спасибо, что терпели мою безумную одержимость этой темой, и не только терпели, но и усиливали мою страсть к ней. Лора Морли, ты создала замечательное сообщество друзей, и я благодарна за возможность познакомиться с ними. Я также в целом благодарна, что ты есть в моей жизни.

Вы, конечно, все социопаты. Но я вас очень люблю.

Об авторе

Изабель Морли — дипломированный клинический психолог и сертифицированный специалист по эмоционально-фокусированной терапии пар. Пишет статьи для журнала Psychology Today в своем блоге Love Them or Leave Them, где анализирует романтические отношения экранных персонажей. Также является соведущей Rom-Com Rescue — подкаста, где преподают уроки жизни и любви на основе романтических комедий. Журналисты часто обращаются к доктору Морли за экспертным мнением по таким темам, как взаимоотношения, семейная терапия и реалити-шоу, и ее имя упоминается в таких изданиях, как The New Yorker, The Boston Globe, Business Insider, Vox и Verywell Mind. Занимаясь благотворительностью, доктор Морли является членом совета директоров Unscripted Cast Advocacy Network — некоммерческой организации, помогающей актерам реалити-шоу получить доступ к психиатрической терапии и юридической поддержке, а также выступающей за изменения в телеиндустрии.

Получила степень бакалавра гуманитарных наук в Университете Тафтса. Изучая мир и правосудие, сосредоточилась на разрешении межличностных конфликтов и написала дипломную работу, посвященную эволюционному обоснованию и современному бытованию прощения и мести в отношениях после серьезных проступков. В 2015 году получила докторскую степень в области психологии в колледже имени Уильяма Джеймса. В ее докторском исследовании изучались взгляды молодых людей на культуру знакомств и ее влияние на их способность строить крепкие романтические отношения. Доктор Морли специализируется на семейной терапии с начала своей карьеры, работая с семейными парами, получая дополнительное образование и проходя тренинги по многим формам семейной терапии, включая метод Готтмана, ЭФТ и реляционную терапию. Провела два групповых практикума и была руководителем национальной группы по охране психического здоровья, прежде чем в 2021 году начать частную практику для семейных пар. Живет и работает в Бостоне.

Adult Children of Emotionally Immature Parents: How to Heal from Distant, Rejecting, or Self-Involved Parentsby Lindsay C. Gibson.

Divorcing and Healing from a Narcissist: Emotional and Narcissistic Abuse Recovery. Co-parenting After an Emotionally Destructive Marriage and Splitting up with a Toxic Exby Theresa J. Covert.

Fight Right: How Successful Couples Turn Conflict into Connectionby Julie Schwartz Gottman and John Gottman.

Gaslighting: The Narcissist’s Favorite Tool of Manipulationby Theresa J. Covert.

Is It Supposed To Be This Hard? Telling the Difference Between Emotional Abuse and the Hard Work of Relationshipby Mary Pat Haffey.

It’s Not You: Identifying and Healing from Narcissistic Peopleby Ramani Durvasula.

Love Bombing: The Fine Line Between Devotion and Deceptionby Sara Sylvestri.

Loving Someone with Bipolar Disorder: Understanding and Helping Your Partnerby Julie A. Fast and John D. Preston.

Loving Someone with OCD: Help For You and Your Familyby Karen J. Landsman, Kathleen M. Rupertus, and Cherry Pedrick.

The New Rules of Marriage: What You Need to Know to Make Love Workby Terrence Real.

Psychopath Free: Recovering from Emotionally Abusive Relationships with Narcissists, Sociopaths, and Other Toxic Peopleby Jackson MacKenzie.

Recovery from Narcissistic Abuse, Gaslighting, Codependency and Complex PTSDby Linda Hill.

Red Flags, Green Flags: Modern Psychology for Everyday Dramaby Ali Fenwick.

Secure Love: Create a Relationship That Lasts a Lifetimeby Julie Mennano.

The Seven Principles for Making Marriage Work: A Practical Guide from the Country’s Foremost Expert(Rev. ed.) by John M. Gottman and Nan Silver.

Should I Stay or Should I Go? Surviving a Relationship with a Narcissistby Ramani Durvasula.

Stop Walking on Eggshells: Taking Your Life Back When Someone You Care About Has Borderline Personality Disorderby Paul T. Mason and Randi Kreger.

Us: Getting Past You and Me to Build a More Loving Relationshipby Terrence Real.

When Loving Him Is Hurting You: Hope and Help for Women Dealing with Narcissism and Emotional Abuseby David Hawkins.

When Someone You Love Is Bipolar: Help and Support for You and Your Partnerby Cynthia G. Last.

Библиография

Abdulghani, H. M., Marwa, K., Alghamdi, N. A., Almasoud, R. N., Faraj, A. T., Alshuraimi, A. F., Mohamed, K. M., Alnafisah, O. S., Ahmad, T., Ahmed, M. Z., & Khalil, M. S. (2023). Prevalence of the medical student syndrome among health professions students and its effects on their academic performance. Medicine, 102(43), Article e35594. https://doi.org/10.1097/MD.0000000000035594.

Abramson, K. (2024).On gaslighting.Princeton University Press.

American Psychiatric Association. (1952).Diagnostic and statistical manual of mental disorders.

American Psychiatric Association. (1968).Diagnostic and statistical manual of mental disorders(2nd ed.).

American Psychiatric Association. (1974).Diagnostic and statistical manual of mental disorders(2nd ed., seventh printing).

American Psychiatric Association. (1980).Diagnostic and statistical manual of mental disorders(3rd ed.).

American Psychiatric Association. (1987).Diagnostic and statistical manual of mental disorders(3rd ed., text rev.).

American Psychiatric Association. (1994).Diagnostic and statistical manual of mental disorders(4th ed.).

American Psychiatric Association. (2000).Diagnostic and statistical manual of mental disorders(4th ed., text rev.).

American Psychiatric Association. (2013).Diagnostic and statistical manual of mental disorders(5th ed.).

American Psychiatric Association. (2022).Diagnostic and statistical manual of mental disorders(5th ed., text rev.).

Bielecki, J. E., & Gupta, V. (2022).Cyclothymic disorder. InStatPearls. Retrieved October 2, 2024, from https://www.ncbi.nlm.nih.gov/books/NBK557877.

Bolton, D. (2013). Overdiagnosis problems in the DSM — IV and the new DSM-5: Can they be resolved by the distress-impairment criterion?The Canadian Journal of Psychiatry / La Revue Canadienne de Psychiatrie, 58(11), 612–617. https://doi.org/10.1177/07067437130580110.

Bozzatello, P., Rocca, P., Baldassarri, L., Bosia, M., & Bellino, S. (2021). The role of trauma in early onset borderline personality disorder: A biopsychosocial perspective.Frontiers in Psychiatry, 12, Article 721361. https://doi.org/10.3389/fpsyt.2021.721361.

Casassa, K., Knight, L., & Mengo, C. (2022). Trauma bonding perspectives from service providers and survivors of sex trafficking: A scoping review.Trauma, Violence, & Abuse, 23(3), 969–984. https://doi.org/10.1177/1524838020985542.

Cho, C.-H., & Lee, H.-J. (2018). Why do mania and suicide occur most often in the spring?Psychiatry Investigation, 15(3), 232–234. https://doi.org/10.30773/pi.2017.12.20.

Deo, M. S., & Lymburner, J. A. (2011). Personality traits and psychological health concerns: The search for psychology student syndrome.Teaching of Psychology, 38(3), 155–157. https://doi.org/10.1177/009862831141178.

Dutton, D. G., & Painter, S. (1993). Emotional attachments in abusive relationships: A test of traumatic bonding theory.Violence and Victims, 8(2), 105–120. https://doi.org/10.1891/0886-6708.8.2.105.

Engel, B. (2002).The emotionally abusive relationship: How to stop being abused and how to stop abusing. Wiley.

Fávero, M., Cruz, N., Moreira, D., Del Campo, A., & Sousa-Gomes, V. (2024). Violence in intimate relationships: Symptomatology and motivation for change.Psychological Trauma: Theory, Research, Practice, and Policy, 16(3), 462–469. https://doi.org/10.1037/tra0001471.

Fishbein, R. (2023, September 8).Everyone is setting boundaries. Do they know what it means?Washington Post. https://www.washingtonpost.com/wellness/2023/09/08/setting-boundaries-therapy-words/.

Frances, A. (2012, December 5).DSM-5 is a guide, not a bible: Simply ignore its 10 worst changes. Psychiatric Times. https://www.psychiatrictimes.com/view/dsm-5-guide-not-biblesimply-ignore-its-10-worst-changes.

Frances, A. (2013).Saving normal: An insider’s revolt against out-of-control psychiatric diagnosis, DSM-5, Big Pharma, and the medicalization of ordinary life.William Morrow.

Freud, S. (1923). The infantile genital organization (An interpolation into the theory of sexuality). In J. Strachey (Ed.),The standard edition of the complete psychological works of Sigmund Freud: The ego and the id and other works(Vol. 19, pp. 139–146). The Hogarth Press.

Freud, S. (1925). Some psychical consequences of the anatomical distinction between the sexes. In J. Strachey (Ed.),The standard edition of the complete psychological works of Sigmund Freud: The ego and the id and other works(Vol. 19, pp. 241–258). The Hogarth Press.

Freud, S. (1975).Cocaine papers. Plume.

Greenberg, L. S., & Johnson, S. M. (1988).Emotionally focused therapy for couples. Guilford Press.

Gottman, J. M., & Gottman, J. S. (2008). Gottman method couple therapy. In A. S. Gurman (Ed.),Clinical handbook of couple therapy(4th ed., pp. 138–164). Guilford Press.

Gottman, J. M., & Silver, N. (2015).The seven principles for making marriage work: A practical guide from the country’s foremost relationship expert(Rev. ed.). Harmony.

Hardy, M. S., &

Hassan, S. (1988).Combatting cult mind control: The #1 best-selling guide to protection, rescue, and recovery from destructive cults. Park Street Press.

Hill, D., & Scott, H. (2019). Climbing the corporate ladder: Desired leadership skills and successful psychopaths.Journal of Financial Crime, 26(3), 881–896. https://doi.org/10.1108/JFC-11-2018-0117.

Holdwick, D. J., Jr., Hilsenroth, M. J., Castlebury, F. D., & Blais, M. A. (1998). Identifying the unique and common characteristics among the DSM — IV antisocial, borderline, and narcissistic personality disorders.Comprehensive Psychiatry, 39(5), 277–286. https://doi.org/10.1016/S0010-440X(98)90036–0.

Hudek-Knezevic, J., Kardum, I., & Banov, K. (2023). The effects of the dark triad personality traits on health protective behaviours: Dyadic approach on self-reports and partner-reports.Psychology & Health, 38(8), 987–1005. https://doi.org/10.1080/08870446.2021.1998497.

Jee, H. J., Cho, C. H., Lee, Y. J., Choi, N., An, H., & Lee, H. J. (2017). Solar radiation increases suicide rate after adjusting for other climate factors in South Korea.Acta Psychiatrica Scandinavica, 135(3), 219–227. https://doi.org/10.1111/acps.12676.

Johnson, S., & Brubacher, L. (2016). Clarifying the negative cycle in emotionally focused couple therapy (EFT). In G. R. Weeks, S. T. Fife, & C. M. Peterson (Eds.),Techniques for the couple therapist: Essential interventions from the experts(pp. 92–96). Routledge.

Kardum, I., Hudek-Knezevic, J., Mehić, N., & Banov Trošelj, K. (2024). The dark triad traits and relationship satisfaction: Dyadic response surface analysis.Journal of Personality, 92(4), 931–947. https://doi.org/10.1111/jopy.12857.

Klein, W., Li, S., & Wood, S. (2023). A qualitative analysis of gaslighting in romantic relationships.Personal Relationships, 30(4), 1316–1340. https://doi.org/10.1111/pere.12510.

Lee, H. J., Kim, L., Joe, S. H., & Suh, K. Y. (2002). Effects of season and climate on the first manic episode of bipolar affective disorder in Korea.Psychiatry Research, 113(1–2), 151–159. https://doi.org/10.1016/S0165-1781(02)00237-8.

Logan, M. H. (2018). Stockholm syndrome: Held hostage by the one you love.Violence and Gender, 5(2), 67–69. https://doi.org/10.1089/vio.2017.0076.

Loring, M. T. (1998).Emotional abuse: The trauma and the treatment. Jossey-Bass.

Möller, H.-J. (2014). The consequences of DSM-5 for psychiatric diagnosis and

psychopharmacotherapy.International Journal of Psychiatry in Clinical Practice, 18(2), 78–85. https://doi.org/10.3109/13651501.2014.890228.

Ociskova, M., Prasko, J., Hodny, F., Holubova, M., Vanek, J., Minarikova, K., Nesnidal, V., Sollar, T., Slepecky, M., & Kantor, K. (2023). Black & white relations: Intimate relationships of patients with borderline personality disorder.Neuro Endocrinology Letters, 44(5), 321–331.

O’Leary, K. D. (2015). Psychological abuse: A variable deserving critical attention in domestic violence. In R. D. Maiuro (Ed.),Perspectives on verbal and psychological abuse(pp. 23–42). Springer Publishing Company.

Pagura, J., Stein, M. B., Bolton, J. M., Cox, B. J., Grant, B., & Sareen, J. (2010). Comorbidity of borderline personality disorder and posttraumatic stress disorder in the US population.Journal of Psychiatric Research, 44(16), 1190–1198. https://doi.org/10.1016/j.jpsychires.2010.04.016.

Powers, A., Petri, J. M., Sleep, C., Mekawi, Y., Lathan, E. C., Shebuski, K., Bradley, B., & Fani, N. (2022). Distinguishing PTSD, complex PTSD, and borderline personality disorder using exploratory structural equation modeling in a trauma-exposed urban sample.Journal of Anxiety Disorders, 88, Article 102558. https://doi.org/10.1016/j.janxdis.2022.102558.

Scheiderer, E. M., Wood, P. K., & Trull, T. J. (2015). The comorbidity of borderline personality disorder and posttraumatic stress disorder: Revisiting the prevalence and associations in a general population sample.Borderline Personality Disorder and Emotion Dysregulation, 2(1), Article 11. https://doi.org/10.1186/s40479-015-0032-y.

Schusdek, A. (1965). Freud on cocaine.The Psychoanalytic Quarterly, 34(3), 406–412. https://doi.org/10.1080/21674086.1965.11926355.

Shen, H., Zhang, L., Xu, C., Zhu, J., Chen, M., & Fang, Y. (2018). Analysis of misdiagnosis of bipolar disorder in an outpatient setting.Shanghai Archives of Psychiatry, 30(2), 93–101. https://doi.org/10.11919/j.issn.1002–0829.217080.

Strutzenberg, C. C., Wiersma-Mosley, J. D., Jozkowski, K. N., & Becnel, J. N. (2017). Lovebombing: A narcissistic approach to relationship formation.Discovery, The Student Journal of Dale Bumpers College of Agricultural, Food and Life Sciences, 18(1), 81–89. https://scholarworks.uark.edu/discoverymag/vol18/iss1/14.

Talitman, E. (1996).Predictors of outcome in emotionally focused marital therapy[Doctoral dissertation, University of Ottawa]. University of Ottawa Digital Archive. https://ruor.uottawa.ca/server/api/core/bitstreams/a84469b8-2701-4249-945d-c03eb99b140f/content.

Tan, K., Ingram, S. H., Lau, L. A. S. L., & South, S. C. (2022). Borderline personality traits and romantic relationship dissolution.Journal of Personality Disorders, 36(2), 183–200. https://doi.org/10.1521/pedi_2021_35_533.

Walker, L. (1979).The battered woman. Harper & Row.

Weiss, B., Lavner, J. A., & Miller, J. D. (2018). Self- and partner-reported psychopathic traits’ relations with couples’ communication, marital satisfaction trajectories, and divorce in a longitudinal sample.Personality Disorders: Theory, Research, and Treatment, 9(3), 239–249. https://doi.org/10.1037/per0000233.

Young, G. (2016).Unifying causality and psychology. Springer.

Zeigler, H. V., Hicks, P., & Brosch, N. (2024). Narcissism and romantic relationship functioning: The mediating role of the desire for power.Personal Relationships, 31(3), 734–757. https://doi.org/10.1111/pere.12551.

МИФ Психология

Все книги по психологии на одной странице: mif.to/psychology

Узнавай первым о новых книгах, скидках и подарках из нашей рассылки mif.to/psysubscribe

#mifbooks

Над книгой работали

Руководитель редакционной группыСветлана Мотылькова

Ответственный редакторНаталья Довнар

Литературный редакторНадежда Соболева

Арт-директорАнтон Героев

КорректорыМария Топеха, Екатерина Шинкаренко

ООО «МИФ»

mann-ivanov-ferber.ru

Электронная версия книги — ООО «Вебкнига», 2026

Примечания

Это ненастоящая статистика.Здесь и далее прим. авт.

Если вы считаете, что состоите в абьюзивных отношениях, пожалуйста, обратитесь в группу поддержки или к индивидуальному психотерапевту.Прим. автора.

Спасибо за чтение

Вернуться к книге