Моя нелюбимая

Глава 1

Моя нелюбимая

«… будь милосерден к этим слугам моим. Пусть эта женщина будет любящей, дружелюбной, верной и послушной женой своему мужу. Господи, благослови их обоих!» – торжественно произнес священник и посмотрел на пару.

Тут же все гости поднялись со своих мест.

Девушка подхватила новоиспеченного супруга под руку, вместе с ним развернулась к залу и направилась к выходу.

– Беатрис непременно будет счастлива! – прижав руки к груди и обращаясь к мужу, не могла скрыть своей радости миссис Джудит Фейн. – Уолтер очень любит нашу малышку и благодаря его приличному состоянию она ни в чем не будет нуждаться. Даже не верится, что почти все мои дочери повыходили замуж! – при этих словах она бросила мимолётный взгляд на стоявшую рядом девушку.

На лице Джудит проскользнула тень печали. Ее старшая Эмили в свои двадцать пять лет так и не смогла получить предложения ни от одного достойного джентльмена. Судьба старшей дочери беспокоила ее. Надежды на то, что она когда-нибудь выйдет замуж почти не осталось. В их обществе Эмили уже считалась старой девой и совсем скоро ее шансы на замужество сойдут к нулю. К ней, конечно, могли еще посвататься какие-нибудь вдовцы или джентльмены в годах, но зная упрямый характер дочери, вряд ли она согласится на такой брак. Нет, Эмили не была своенравной или непослушной, но романы, которыми она зачитывалась, убеждали ее ждать настоящей любви. Но разве в двадцать пять лет можно заинтересовать привлекательного молодого человека с безупречной репутацией, хорошими манерами и приличным состоянием? О какой любви здесь может идти речь?

Нет, ее Эмили тоже была вполне достойной девушкой и могла составить прекрасную партию хорошему человеку, но Джудит предпочитала реально смотреть на вещи. Вокруг было множество юных девиц с прехорошенькой внешностью и с гораздо более выгодным приданным. Выдав четырех дочерей замуж, всё что они с мистером Фейном могли предложить старшей дочери в качестве такового – это сто фунтов в год. Слишком мало. И хотя Эмили обладала очень даже миловидной внешностью, проклятые года и мизерное состояние решали всё.

Несколько лет назад Джудит уже преисполнялась уверенностью, что Эмили сможет выйти замуж. С появлением в их краях мистера Коулмана ее надежда, казалось, обрела видимые черты. Она видела, с каким удовольствием он общался с ее дочерью. И когда она намекнула Эмили, что мистер Коулман выделяет ее среди остальных девушек, та громко рассмеялась, а потом заявила, что на самом деле он терпеть ее не может и при каждом удобном случае старается ее задеть, а то, что матушка приняла за его интерес, было лишь видимостью.

Сначала Джудит пыталась убедить дочь, что та ошибается, но когда проходило время, а он так и не делал Эмили предложение, стало очевидно, молодой человек не имел намерения жениться на ней. Более того, через два года было объявлено о его помолвке с мисс Роли. Больше Джудит не питала пустых надежд в отношении него. И даже когда через год его помолвка была расторгнута, для семейства Фейн это уже не имело никакого значения.

Тяжело вздохнув, взмахом головы она отогнала грустные мысли и улыбнулась. Сегодня она выдала замуж самую младшую дочь. Сколько же было переживаний относительно мистера Уолтера и серьезности его намерений! И вот, наконец, Беатрис составила ему выгодную партию. Теперь можно и выдохнуть. А Эмили? Эмили скрасит их с мужем старость.

*

– А когда же состоится твоя свадьба? – услышала Эмили за спиной тихий мужской голос. – Мне не терпится увидеть тебя в свадебном платье.

Хотя вокруг теснилось множество гостей, она прекрасно знала, к кому были обращены эти слова.

Обидел ли ее такой возмутительный вопрос? Нет! Только не тогда, когда он звучал из уст Натана Коулмана!

Слегка повернув голову и смотря через плечо, Эмили равнодушно бросила:

– А ты женись на мне и увидишь.

– Ты делаешь мне предложение?

– По-моему, Церковь самое подходящее для этого место, не находишь?

Последовала недолгая пауза.

– Тогда мы идём не в ту сторону. Нам срочно нужно повернуть обратно, пока преподобный мистер Бриджэз все ещё стоит у алтаря.

– Разве ты забыл? На мне непременно должно быть надето свадебное платье? Иначе вся эта затея не имеет смысла.

– Так, твоя сестра уже вышла замуж и вполне может одолжить тебе свой наряд. Ей он уже ни к чему.

В это время они вышли из Церкви.

– Боюсь, это послужит дурным знаком. Жених не должен видеть платье невесты до дня их бракосочетания.

– Не думал, что ты веришь в такую чепуху.

Эмили пожала плечами.

– Раз уж я иду на риск и беру в мужья такого повесу как ты, то с этим уж точно не стоит шутить, – и отвесив поклон, поспешила к родителям, которые уже усаживались в коляску.

Как бы Эмили не старалась показать, что она была рада за сестру и что ее не волнует собственное положение, но сегодня испытывала настоящую тоску по своим несбывшимся надеждам. Тяжело было сознавать, что для нее так и не нашлось того самого единственного мужчины, которого бы она полюбила, и который бы полюбил ее. Ещё в Церкви она поймала на себе жалостливый взгляд матери. Пожалуй, из всего случившегося за этот день, именно этот взгляд задел ее больше всего. Было очевидно, никто уже не верил, что она выйдет замуж. Чего уж лукавить, она и сама не верила. И как ни странно, только дурацкий разговор с Натаном поднял ей настроение. Раз кто-то ещё способен шутить с ней на эту тему, значит не так уж и жалко она выглядела.

Эмили поймала себя на мысли, что даже готова сказать ему спасибо. Но только в душе и ни за что вслух. За все время их знакомства, только сейчас он не вызывал в ней антипатии.

С первой минуты, как они увидели друг друга, между ними будто кошка пробежала. Когда по приезду в их места Натан устроил прием в своем поместье и их семейство представили ему, на всех ее сестер он смотрел заинтересованным и даже кокетливым взглядом, и только когда очередь дошла до нее, его лицо изменилось. Эмили удивилась, насколько точно могла прочитать его мысли. Он смотрел на нее с пренебрежением и неприязнью. Она явно не понравилась ему. Она кожей почувствовала возникшее между ними напряжение. И ей бы не было до этого никакого дела, если бы он не

За пять лет их знакомства всё это превратилось в своеобразную игру. И хотя оба задевали друг в друге самые уязвимые места, но каждому нравилось находить удачный ответ на очередной выпад в свою сторону. И теперь они не могли устоять, чтобы при очередной встрече не отпустить колкость в адрес своего оппонента.

Пока коляска ехала к дому, Эмили решила после праздника осмелиться надеть чепец старой девы. Зачем стараться выглядеть как девушка на выданье, если выйти замуж ей так и не суждено.

Глава 2

В самом большом зале дома семьи Фейн собралась вся округа. Уолтер с Беатрис не переставали получать поздравления, наравне с сожалениями, что местное общество лишится такой замечательной пары. Мистер Голд с молодой женой через два дня собирался отправиться в родовое поместье. Его мать и сестра, прибывшие на свадьбу, возвращались вместе с ним.

Эмили успела хорошо познакомиться с обеими дамами, и если мать была чрезвычайно молчалива и строга, то ее дочь отличалась бурным нравом и желанием завоевать сердце каждого джентльмена, который был ей представлен.

Вчера, на утренней прогулке, их компания в лице Эмили, Уолтера, Беатрис и Габриэлы, повстречалась с Натаном. Тот сидел на коне, и как только поравнялся с ними, окинул оценивающим взглядом новую девицу. Эмили уже не раз видела подобный взгляд, когда ему приходилась по вкусу какая-нибудь особа. Вот и при виде милого лица Габриэлы, он быстро спешился и поспешил быть представленным ей. Девушка смотрела на него не менее кокетливо, чем он сам смотрел на нее.

После знакомства Натан изъявил желание присоединиться к их компании и прогуляться вместе со всеми до Церкви и обратно. Из всех присутствующих только Эмили не нравилась эта идея, но вслух высказывать свое недовольство она не собиралась. Какое ей до этого дело? Но в итоге, Эмили же и осталась без пары. Беатрис с Уолтером шли впереди, за ними вышагивали Габриэла с Натаном, а она завершала процессию в полном одиночестве.

Следуя позади всех, она слышала разговор Натана и его спутницы, где тот не переставал сыпать остротами, а девушка не переставала призывно смеяться. После каждой, как казалось молодому человеку, удачной шутки, Эмили закатывала глаза. Натан казался ей полным идиотом. И как вообще в такого можно влюбиться? Но судя по реакции Габриэлы, та явно не разделяла ее мнения и была в восторге от нового знакомого.

Спустя полчаса, Натан все таки вспомнил, что Эмили совершенно одна шла позади них и повернувшись к ней, сделал удивлённое лицо.

– О! Мисс Фейн, вы настолько неприметны, что я и не заметил вас!

– Ничего страшного, мистер Коулман, думаю, здесь всё дело в очках. Вам давно пора уже привыкать носить их с собой. Тогда вы перестанете так часто попадать впросак, – парировала она.

Он ломано засмеялся.

– Не желаете ли присоединиться к нам? Я могу предложить вам свою руку, – и согнул ее в локте, тем самым приглашая подхватить ее. В это время другую руку держала Габриэла.

– Спасибо за заботу, но в данном случае я предпочту сохранить одиночество.

– Тем более, что вам к нему не привыкать, – язвительно заметил он.

– Как и вам к обществу прекрасных дам.

Тут же Габриэла кинула на него недовольный взгляд. Натану пришлось снова засмеяться.

– Мисс Голд, не обращайте внимания, мы с мисс Фейн давние знакомые и любим подтрунивать друг над другом. Прошу вас не воспринимать ее слова всерьез.

Девушка обернулась и вопросительно посмотрела на Эмили.

– Мистер Коулман абсолютно прав, – подтвердила она. – Мы с ним настолько давние знакомые и испытываем друг к другу настолько теплые чувства, что не можем удержаться, чтобы не повеселить друг друга. Судя по тому, что он и с вами много шутит, хочу вас заверить, что это может послужить знаком чего-то большего, чем простое знакомство.

Натан не выдержал и обернувшись, одарил ее злобным взглядом. В ответ Эмили мило улыбнулась и слегка склонила голову. Уголок его рта презрительно изогнулся.

В отличии же от своего спутника, Габриэла расцвела и теперь уже с надеждой в глазах смотрела на молодого человека. Заметив ее интерес, Натан постарался придать лицу серьезный вид и быстро сменил тему. Шуток в разговоре так же поубавилось.

Довольная собой, теперь Эмили с гораздо большим удовольствием совершала эту скучную прогулку. При этом она была уверена, Натан непременно захочет расквитаться с ней. Он ничего ей не прощал, впрочем, как и она ему. И когда в Церкви он сделал попытку задеть ее чувства, внутренне она была к этому готова и смогла достойно ответить. Но вот когда на балу он подвёл к ней пожилого господина, которого она видела первый раз и который выглядел очень уж неприятно, Натан с энтузиазмом произнес:

– Мисс Фейн, хочу представить вам этого милого господина, мистера Тода Пикока, вдовца с семью детьми, – мужчина тут же почтительно склонил голову. – После того, как я сказал ему, что вы не из тех, кто смотрит на внешность, а так же души не чаете в детях и мечтаете воспитывать не менее семерых прекрасных отпрысков, то он изъявил желание быть представленным вам. Но помимо прочего, мисс Фейн, надеюсь, вы не рассердитесь на меня и за то, что я взял на себя смелость рассказать ему ещё об одном вашем любимом занятии.

– И о каком занятии вы говорите, мистер Коулман? – еле сдерживая себя, сквозь зубы процедила Эмили.

– Танцы! – воскликнул Натан. – Я рассказал, что вы обожаете танцы! И не пропускаете ни один из них.

– Мисс Фейн, разрешите доставить вам удовольствие и пригласить вас на следующий танец, – подхватил разговор мистер Пикок и ещё раз склонил голову.

Сейчас Эмили заметила лысину на его голове, которую он тщательно пытался скрыть зачесанными на макушку волосами. Ей совсем не хотелось идти с ним танцевать. По тому, как этот господин смотрел на нее, было очевидно, что после сказок Натана, он имел на нее виды. За пару секунд он уже пару раз успел опустить взгляд на ее грудь и сально улыбнуться.

Эмили понимала, что было невежливо отказывать ему. Для этого у нее не было веской причины, да и почти все танцы были свободны. К тому же, если она откажет ему, Натан придумает для нее новую ловушку. Все таки было лучше согласиться и до конца вечера

– Хо-ро-шо, мис-тер Пикок, – выдавливая из себя каждый слог, с трудом произнесла Эмили. – Я принимаю ваше приглашение.

Тот ещё раз бросил вожделенный взгляд на ее грудь, отчего ее всю передёрнуло, и встал рядом, ожидая конца этого танца и начала следующего.

– Раз все так счастливо разрешилось, – не мог скрыть свое торжество Натан, – то покину вас. Желаю вам приятного вечера. Надеюсь, ваше знакомство перерастет в крепкую дружбу, а там и исполнит желание каждого.

Он театрально поклонился и с довольным видом ушел.

Смотря ему вслед, Эмили хотелось придушить этого дурака. Она ещё припомнит ему это сводничество. Она обязательно отомстит ему. И это желание возросло в тысячу раз, когда мистер Пикок принялся танцевать с ней.

Его взгляд, прикосновение рук, дыхание, всё что он делал, вызывало внутри нее омерзение. Никогда ещё Эмили не чувствовала себя так в обществе малознакомого человека. Его интерес к ней, совместно с противным взглядом, делало его присутствие невыносимым. Она видела, как он уже раздел ее и наверно даже положил в постель. А ещё, во время танца он успел намекнуть ей, что давно живёт один и его детям нужна мать. Последней же каплей ее терпения был возмутительный поступок этого человека. Когда они сошлись в танце, он, как бы невзначай взмахнул рукой и коснулся ее груди. Эмили чуть не вывернуло. Живот скрутит спазм. Несмотря на внешнее спокойствие, всё внутри неё бурлило и кипело!

Натан! Вот кто во всем виноват! Эмили могла поклясться, что тот наплел про нее столько, что теперь мистер Пикок позволяет себе распускать руки!

Но что было ещё противнее, так это то, что в ее жизни не было ни одного непристойного прикосновения и даже поцелуя. Эмили ни разу не обнималась и не целовалась, а тут, противный господин уже коснулся ее груди! Ох, Натану придется горько пожалеть о своем поступке!

Наконец, прозвучали последние звуки мелодии. Мистер Пикок протянул ей руку, чтобы сопроводить к тому месту, где был ей представлен, но Эмили поспешно поклонилась ему и со словами извинения, чуть ли не бегом ринулась из зала. Ей срочно нужно смыть со своих рук его запах. Жалко, что точно так же нельзя смыть и его взгляд.

Несколько раз тщательно намылив руки и окунув в чашу с водой, Эмили подносила их к носу и старательно принюхивалась. К пятому разу она осталась довольна результатом.

Выйдя в коридор, поняла, что возвращаться в зал ей не хотелось. Лучше немного подышать свежим воздухом и окончательно избавиться от воспоминания о прошедшем танце. Эмили не хотела даже встречаться взглядом с этим отвратным вдовцом. Ей, вообще, больше не хотелось возвращаться к гостям. Сидеть у стены с мамашами было то ещё развлечение. Привлекательные молодые люди редко приглашали ее на танец. Зачем им проводить время с увядающей мисс Фейн, если вокруг полно юных красоток? А получить еще одно приглашение от мистера Пикока или подобного ему, было выше ее сил.

Эмили запрещала себе жалеть себя, но с каждым новым балом все сильнее чувствовала свое одиночество. Ещё с юности она мечтала о большой, пылкой и страстной любви. Ей хотелось очутиться в объятиях любимого человека, услышать признание в любви, узнать, что же такое настоящий поцелуй. Но проходили года, а ничего из этого она так и не узнала. И уже не узнает. Земные радости оказались ей недоступны. Конечно, она могла выйти замуж за такого как мистер Пикок. Но этот шаг был бы подобен смерти. Эмили хотела как быть любимой, так и самой любить. Только в ее года такие желания были несбыточными мечтами и больше походили на сказку.

Погруженная в свои невесёлые мысли, Эмили дошла до дверей, ведущих на террасу и уже собралась выйти на нее, как услышала приглушённые голоса. Один был мужской, а другой женский.

– Ну же, ни кто об этом не узнает, – твердил мужской голос.

– Я даже не знаю, – упирался женский.

– Ты же сама сказала, что вчера тебе понравилось. Сегодня будет ещё лучше.

– А если нас кто-нибудь увидит?

– Здесь никого нет. А если мы и дальше будем тянуть, то сюда обязательно придут. Ну?

– Хорошо, – сдался женский голос.

Хотя голоса так и не озвучили, чем же собирались заниматься, но Эмили и без этого поняла, что будут они целоваться. Кто именно из гостей это был, она не смогла понять, слишком приглушённо молодые люди разговаривали. Чтобы не мешать парочке наслаждаться уединением, она уже сделала шаг назад, как услышала:

– Натан, тогда давай поскорее, – добавил женский голос.

Натан!

– В таком деле нельзя спешить, – соблазнительно прошептал он и тут же послышались неприличные звуки.

Поняв, кто стоит на террасе, лицо Эмили просветлело. Ну всё! Ее звездный час настал! Теперь она отомстит ему за мистера Пикока!

Эмили решительно шагнула на улицу, и как только оказалась возле молодых людей, с возмущением воскликнула:

– О Боже! Натан! Как ты мог?!

Девушка, находившаяся в его объятиях, громко вскрикнула и быстро отстранившись от молодого человека, в страхе уставилась на нежданную гостью. Продолжая играть свою роль, Эмили смотрела на него с негодованием, изо всех сил стараясь выглядеть возмущенно.

– Ещё не прошло и двух часов, как ты сделал мне предложение! И что я сейчас вижу?! Ты уже изменяешь мне с другой! Ах! – она приложила руку ко лбу, будто собиралась упасть в обморок. – Ты обманул меня! Всё! Наша помолвка разорвана! Я отказываюсь становиться твоей женой! – и резко поддавшись вперед, залепила ему пощечину.

Натан выглядел таким ошарашенным, что не вымолвил ни слова. Он напрочь потерял дар речи. Он смотрел на нее как на диковинную вещицу и не мог поверить в происходящее.

Эмили же решила, что пока он не пришел в себя, ей нужно как можно скорее скрыться с его глаз. Она закрыла рот рукой и издав что-то на подобии плача, бросилась в дом, при этом давясь от смеха. Она ликовала! Ее месть удалась! Он надолго запомнит, что значит шутить с мисс Фейн, любительницей танцев и детей!

Преодолев большую часть пути от террасы до зала, Эмили уже расслабилась и перешла на спокойный шаг, как внезапно ее схватили за руку и дёрнули назад. Она не успела опомниться, как уткнулась в чью-то грудь.

– Ну ты мне за это ответишь! – услышала разгневанный голос Натана.

В ту же секунду он рванул ее в сторону и открыв первую попавшуюся дверь, втянул внутрь. «О нет!» – только и успело пронестись у нее в голове.

Глава 3

Крепко держа Эмили за руку, Натан окинул комнату быстрым взглядом и тут же направился к небольшой кушетке. Стоило ему оказаться возле нее, он опустился и резко опрокинул девушку к себе на колени. Эмили не смогла устоять и животом упала на его ноги.

– Ты что собираешься делать?! – не могла она поверить в происходящее.

Эмили предприняла попытку встать, но положив одну руку ей на спину, а другую на ноги, Натан крепко держал ее. Эмили принялась брыкаться ногами и хвататься за ткань его брюк.

– Немедленно отпусти меня! – уже вопила она.

– Непременно, – злорадно произнес он, и в ту же секунду послышался громкий шлепок по ее мягкому месту.

Глаза Эмили в ужасе расширились, когда до нее дошло, через что ей придется пройти.

Свисая головой вниз, она вцепилась в его ногу и через штанину вонзила в икру свои ногти. Но плотная ткань брюк свела на нет ее попытку доставить ему боль.

Снова последовал удар по ягодицам.

– Натан! Ты не смеешь!

– Ещё как смею, – и в подтверждении своих слов третий раз опустил ладонь. А потом это повторилось ещё раз, и ещё, и ещё…

Звуки шлепков разлетались по комнате, заставляя Эмили сжимать зубы от злости. И чем дальше это продолжалось, тем сильнее она стыдилась положения, в котором оказалась. Это же положение заставляло ее чувствовать себя крайне беспомощно. Натан делал с ней что хотел, а она, как безвольная кукла, свисала с его колен.

Раз за разом его пятерня ударяла по ее мягкому месту, а ей не оставалось ничего другого, как только сносить это. Нет, она не молчала. Эмили умоляла его, ругала, запугивала, но он не останавливался. Он не прекращал мучить ее.

Зад уже горел от постоянного соприкосновения с его рукой. Да она вся горела, только огнем позора и стыда!

Сегодня Натан совершил преступление! Его поведение просто недопустимо! Если раньше вся их неприязнь сводилась лишь к словесным перепалкам, то сейчас это перешло все границы!

Но самое страшное, что Эмили никому и никогда не расскажет о том, что здесь произошло. Иначе, если об этом узнает хоть один человек, она тут же станет предметом для насмешек всей округи. А отец? Он непременно вступится за ее честь и вызовет наглеца на дуэль. Но слабое зрение и тучная фигура вряд ли позволят ему быть настолько точным и быстрым, что он сможет опередить соперника и выстрелить первым. Не хватало ещё, чтобы отец из-за нее лишился жизни.

Натан поставил ее в заведомо безвыходное положение. Мысль, что она никоим образом не могла призвать его к ответу, приводила в отчаяние. Все это сойдёт ему с рук. Он не ответит за ее позор. В душе волной нарастало негодование, смешанное с чувством горечи. Ей хотелось, чтобы он узнал, что же это такое – быть беспомощным. У нее ведь не было ни мужа, ни брата, ни возлюбленного, никого, кто бы мог постоять за ее честь и быть Натану достойным соперником. Нет, она никому не желала смерти, но ей отчаянно хотелось, чтобы в ее жизни был человек, способный защитить ее.

– Кажется, на сегодня достаточно, – довольно произнес он и ухватив ее за талию, поставил на ноги. – Надеюсь, ты усвоила урок.

Эмили почувствовала, как закружилась голова. Но не смотря на это, она была настолько разгневана, что со всей злости влепила ему пощечину. Нет! Одной ей было мало. Другой рукой она снова прижгла его щеку.

Натан не старался увернуться, не пытался поймать ее руки. Получив две пощёчины, он спокойно поднялся на ноги. Так значит он понимал, что заслуживал это! Эта мысль привела Эмили в бешенство. Он шлёпал ее и при этом знал, что поступает как отъявленный негодяй.

– Никогда! Никогда больше не подходи ко мне! – закричала она. – Не смей заговаривать со мной! Если когда-нибудь увидишь меня, пройди мимо! Я не желаю ни слышать, ни видеть тебя!

– По-моему, ты слишком драматизируешь, – смотря равнодушно, как ни в чем не бывало бросил он. – Ты первая нарушила границу и перешла от слов к делу. Так что я лишь вернул тебе долг. Можно сказать я нашел другие щёчки.

Эмили вылупила на него глаза.

– Тебе кажется это смешным?!

– А разве нет?

– Как ты можешь быть таким… таким.… – она так и не нашла подходящего для него слова. – С первого дня нашего знакомства ты вел себя недостойно. Ты позволял себе отпускать обидные шуточки в мой адрес. Спрашивать о том, о чем воспитанные люди молчат. Ты не проявлял ни такта, ни уважения, ни благородства. Но сейчас, ты превзошел даже себя!

– Не кажется ли тебе, что ты достаточно поздно решила воспылать праведным гневом и предъявить мне претензии? Если тебя так задевало мое поведение, что ж ты раньше не воспротивилась моему обществу? Ваша семья не раз приглашала меня на обеды, пикники и приемы.

– Ты думаешь они знают, как ты обращаешься со мной? Только ради их спокойствия я молчала.

– Пусть так. Но ведь ты и сама посещала мой дом. Вряд ли они могли заставить тебя прийти туда против воли. Так что не надо сейчас высказывать мне свое недовольство. Оно слишком запоздало.

– Вот и отлично! Больше я не намерена ни высказывать его, ни жаловаться на тебя. С этой минуты ты для меня не существуешь. Обещаю тебе, что больше никогда не обращусь к тебе и не заговорю с тобой.

Натан усмехнулся.

– Не стоит бросаться громкими обещаниями, если потом не сможешь их выполнить.

– Это мы ещё посмотрим, – твердо заявила Эмили и прошла к двери.

– Посмотрим, – с упрямым видом повторил он. – С таким характером как у тебя, ты никогда не выйдешь замуж.

– А с таким как у тебя, ты ни одну женщину не сделаешь счастливой.

– Старая дева.

– Болван.

Эмили взялась за ручку двери, открыла ее, а потом повернулась к нему и с невозмутимым видом произнесла.

– И заметь, это будет последнее слово, которое ты услышишь из моих уст, – и с гордым видом вышла за дверь.

– Зато тебе ещё много предстоит услышать из моих! – донеслось из комнаты. Но ответа уже не последовало.

Эмили решительно шла в зал, готовая пожертвовать всем, лишь бы исполнить свое обещание.

Глава 4

– О, моя дорогая сестрица! – опередив служанку, первой вбежала в гостиную Агнес. – Я только что узнала ужасную новость! – воскликнула она и плюхнулась в кресло, а потом принялась обмахиваться веером.

Джудит не столько испугано, сколько с интересом уставилась на нее. Для

Джудит ворчала, что дочь упускает возможность познакомиться с новыми людьми. За целый месяц со дня свадьбы младшей дочери в гостях у соседей побывало как минимум пять неженатых джентльмена. Но именно в те дома Эмили и отказалась идти. И сколько бы Джудит не уговаривала ее, не пыталась узнать причину такого категоричного отказа, дочь молчала. Ей даже пришлось прибегнуть к помощи мужа, который обычно не вмешивался в женские дела, но и после разговора с ним Эмили осталась непреклонна. На вопрос Джудит, что же она ответила отцу, Ларри лишь развел руками:

– Странно, наша Эмили никогда не была упряма, но сейчас ее невозможно уговорить пойти даже к Майерсам. Может она не хочет зря надеется?

– Того и гляди она наденет чепец старой девы! – всплеснула руками Джудит. – Несколько дней назад я застала ее у зеркала, когда она мерила его! Я тут же отобрала эту страшную вещицу и приказала отдать бедным. Нет, я определенно ее не понимаю! Она упускает такую хорошую возможность показаться на глаза молодым людям! Кто знает, может среди них как раз и найдется тот самый, кто влюбится в нее?

– Дорогая, не стоит давить на Эмили. Что если она так и не встретит достойного джентльмена, способного оценить ее ум и красоту? Пусть поступает как ей хочется. Этим мы убережем ее от пустых переживаний. Возможно, она уже ни на что не надеется, и так ей живётся намного спокойнее. А если мы будем заставлять ее идти против ее же воли, то можем сделать только хуже.

– Но она ведь ещё вполне может нравиться молодым людям!

– Конечно! Но пусть эта встреча произойдет сама собой, без нашего на то участия. В любом случае, Эмили не останется одна. У Берты скоро родится ребенок и она сможет стать прекрасной тетей для племянника или племянницы, а там и за остальными нашими дочерьми дело не станет. Эмили может найти утешение в детях своих сестер.

Джудит, конечно, предпочла бы все таки выдать ее замуж, но если это не произойдет, то Ларри был прав, она могла помогать в воспитании будущих отпрысков.

И вот, сейчас, сидя напротив Агнес, она жаждала услышать ужасную новость. Может хоть это известие отвлечет ее от грустных мыслей и немного развлечет.

– Так что случилось? – спросила она, пока Агнес продолжала обмахиваться.

– О Боже! – встрепенулась та и немного наклонившись вперёд, со скорбным видом сообщила. – Сегодня ночью скончался преподобный Бриджэз! Он умер на своей постели! Утром Дори пришла убраться у него и нашла его там. Бедняжка, до сих пор плачет и никак не может прийти в себя. Доктор осмотрел покойного и сказал, что у него остановилось сердце, а ведь ему было каких-то пятьдесят два года! Какой кошмар!

Джудит осела, когда в самом деле услышала ужасное известие.

– Бедный мистер Бриджэз, – выразила она свое сожаление по поводу его кончины. – Кто бы мог подумать, что он так скоропостижно скончается. Насколько мне известно, у него не было близких родственников.

– Ты абсолютно права, сестра, он был совсем один. Бедный мистер Бриджэз, – повторила Агнес. – Приход возьмёт на себя все затраты по его похоронам.

– Конечно, конечно. Но ведь теперь на его место будет назначен другой священник. Успеет ли он приехать до похорон или к нам пришлют кого-то из соседней деревни?

– Не могу знать, дорогая, но боюсь, что никто не сможет заменить такого замечательного человека. Приход больше не будет прежним. Мистер Бриджэз ведь венчал всех твоих дочерей. Он был душой нашего общества.

– Ты права, Агнес. Нам придется смириться с этой потерей.

На следующий день всё общество провожало преподобного мистера Бриджэза в последний путь. Временно его место занял соседский священник, который провел прощальную церемонию и прочитал проповедь над его могилой. Так же он сообщил, что в их приход уже назначен другой священнослужитель и что вскоре он должен прибыть в свою обитель. Поэтому, как только душа мистера Бриджэза упокоилась, все с нетерпением стали ожидать нового члена общества.

*

Почти месяц Эмили не видела Натана. Она сделала всё, чтобы их пути не пересеклись, и только похороны заставили ее пойти туда, где был он. К счастью, если так можно сказать, сидя в Церкви и слушая погребальную речь, а потом идя за катафалком и стоя над могилой преподобного Бриджэза, Натан так и не смог добраться до нее. Стоило ему хоть шаг сделать в ее сторону, как Эмили делала два, только от него. Она не столько боялась заговорить с ним, сколько до сих пор испытывала стыд от устроенной им порки. И воспоминания ожили с новой силой, когда она увидела его. Вполне возможно и он, смотря на нее, так же вспоминал этот позорный момент из ее жизни. Не хватало ещё, чтобы Натан вслух напомнил ей об этом. Поэтому Эмили всячески старалась не встречаться с ним и не оказываться рядом.

После похорон все отправились на поминальный ужин. За столом Эмили оказалась сидящей между отцом и пожилым мистером Фоксом. Эта компания вполне устроила ее. Натана она упустила из виду, но сейчас ее не особо беспокоило, где он находится. Но не успела она приступить к трапезе, как к ним подошёл слуга и склонившись над мистером Фоксом, что-то прошептал ему. Тот поднялся из-за стола и вышел. Эмили не почувствовала никакого подвоха, пока на освободившееся место не уселся Натан.

– Мисс Фейн, – вычурно вежливо произнес он и учтиво склонил голову в знак приветствия.

Эмили растеряно уставилась на него. Его неожиданное появление привело ее в замешательство. Она некоторое время просто смотрела на него и старалась понять, как так получилось, что теперь он стал ее соседом. Но когда до нее дошло, что он бесцеремонно занял чужое место, то прожгла его сердитым взглядом и даже собралась сообщить, что скоро сюда вернётся мистер Фокс и попросит его освободить это место, и что если Натан хочет избежать неловкой ситуации, то ему следует как можно скорее убраться, иначе он станет посмешищем, как тут же опомнилась! Она ведь обещала, что больше никогда не заговорит с ним. Да и должно ли ее волновать,

– Вы что-то хотели мне сказать? – невинно смотрел он.

Эмили ответила ему равнодушным взглядом и вернулась к своей тарелке. Она нарезала утиную грудку на мелкие кусочки и нанизав их на вилку вместе с зелёным горошком, отправила в рот и принялась тщательно жевать. Она не смотрела на Натана, но боковым зрением видела всё, что он делал. Он последовал ее примеру и тоже принялся есть.

– Мисс Фейн, как вам нынешняя погода? Не кажется ли вам, что для майского дня сегодня слишком холодно?

Эмили молчала.

– А что скажете на счёт церемонии? Как думаете, мистер Бриджэз остался бы доволен, если б только мог оттуда – и посмотрел наверх – подать нам знак?

Эмили продолжала усердно жевать.

– Уже через несколько дней к нам приедет новый священник. Мисс Фейн, это вполне может быть ваша судьба. Что если он окажется не женат, да ещё и молод? Кто знает, может именно небеса распорядились таким образом, чтобы вы могли найти себе мужа и наконец выйти замуж. Я даже готов поспорить с вами, что все будет именно так, как я говорю. Вы же не против стать женой священника?

Эмили знала, что он специально говорит ей всякие глупости, чтобы потеряв над собой контроль, она ответила ему, но она стойко продолжала хранить молчание.

– Скажите, какие мужчины в вашем вкусе? Блондины, шатены, рыжие или быть может с лысиной на макушке? Если последние, то хочу вас обрадовать! Вы никак не выходите из головы мистера Пикока. Вы покорили его с первого взгляда. На днях я встретил его и он интересовался, все ли у вас хорошо. Если и он пришелся вам по душе, только намекните мне и я незамедлительно устрою вашу с ним встречу. Что скажете? Мне стоит написать ему?

Вот теперь Эмили жевала утку с остервенением. Из мягких и плавных её движения стали отрывистыми и нервными. Нет, она не поддастся на эту провокацию и продолжит молчать.

– Что? Не слышу? Так значит вы не возражаете? Отлично! Сегодня же по возвращению в поместье я отправлю ему записку, что вы готовы принять его у себя дома.

Со злости Эмили опустила нож и вилку на стол так быстро, что те с сильным звоном ударились о тарелку, привлекая к ней всеобщее внимание. Она уже хотела извиниться, как вдруг услышала слова Натана:

– Леди и джентльмены, наша милая мисс Фейн хочет сказать несколько слов о покойном мистере Бриджэзе. Оказывается, он был ей очень дорог и она не может не отдать дань его прекрасной натуре.

Глаза Эмили в ужасе расширились. Она беспомощным взглядом окинула сидящих за столом. Сначала с удивлением, а потом и ожиданием, все уставились на нее. Как же у нее чесались руки придушить этого Натана Коулмана! Уж тогда бы она сказала длинную и проникновенную речь на его могиле.

Понимая, что другого выхода у нее нет, она поднялась со своего места и жутко смущаясь, произнесла:

– Преподобный мистер Бриджэз был добрым, внимательным и сочувствующим человеком. Любой из нас доверял ему свои беды и он всегда находил нужные слова, чтобы поддержать и утешить нас в трудную минуту. Его советы помогали справляться с самыми казалось бы безвыходными ситуациями. И хотя у него не было семьи, мы всегда будем помнить о нем, как будто он был нашим самым близким родственником. В сердце каждого из нас он оставил неизгладимый след. И сейчас мы можем отдать ему дань уважения, подняв бокалы в его честь.

Эмили взяла бокал с красным вином, приподняла его и слегка пригубила. Все последовали ее примеру. Усаживаясь обратно на стул, ее вдруг покачнуло и она, сделав вид, что теряет равновесие, выплеснула содержимое бокала на грудь Натана. Тут же белоснежная рубашка под фраком окрасилась в багряный цвет. Молодой человек быстро схватил салфетку и принялся промакивать ею разрастающееся пятно.

Сделав вид, что сожалеет о случившемся, Эмили виновато посмотрела на него. При этом она не старалась скрыть торжествующей улыбки. Поймав ее взгляд, Натан прищурил глаза и с видом ничего не забывающего человека, тихо произнес:

– Один – один, мисс Фейн.

В ответ она лишь хмыкнула и вернулась к своей утке.

Вечером, сидя в уютной гостиной, Джудит спрашивала дочь, с чего это она решила произнести речь в память о мистере Бриджэзе. Она, конечно, не имела ничего против добрых слов о нем, но не тогда, когда они были сказаны при всех. Незамужней мисс не следует таким нескромным образом привлекать к себе внимание. Кто-нибудь мог посчитать ее выскочкой, или того хуже, безрассудной леди. Произносить подобные речи могли только мужчины. Ее спасало лишь то, что за ужином не было никого, кто бы плохо знал их семью и посчитал бы верхом неприличия такой поступок.

Молча выслушав наставление матери, Эмили заверила ее, что этого больше не повторится, и поцеловав ее в щеку, отправилась спать.

Лёжа в постели, Эмили осознала, что дала Натану опрометчивое обещание, заявив, что никогда не будет с ним разговаривать. Таким образом она связала себе руки, а точнее – язык, и соответственно развязала ему. Не зная как, но она должна переломить ситуацию в свою сторону. Сегодняшний случай показал ей, что полностью избежать его общества у нее не получится, тем более, когда он сам искал его. Будет лучше, если она постарается поговорить с ним. Правда Эмили пока не представляла, что бы такое ему сказать, чтобы он отстал от нее, но игра в молчанку была хуже любого разговора. Не хватало ещё, чтобы он и вправду написал мистеру Пикоку и пригласил того посетить их семейство. А то, что Натан мог так сделать, она нисколько не сомневалась.

Глава 5

Эмили сидела в гостиной и читала роман. Неподалёку от нее, расположившись в глубоком кресле, сидел мистер Фейн и просматривал газету. Тишина и покой умиротворяюще действовали на отца с дочерью.

Перелистнув очередную страницу, Эмили мельком посмотрела в окно и тут же ее взгляд приковала матушка, несущаяся на всех парусах в дом. Спокойствию пришел конец, заключила она и развернувшись лицом к входу, принялась ждать ее появления.

Миссис Фейн не вошла, она как ураган влетела в гостиную и чуть ли не смела всё на своем пути.

– Я видела его! – возбуждённо воскликнула она и подбежала к мужу.

Джудит схватила его руку и потрясла ею. Газета издала характерный шелест.

– Я видела его! – снова повторила она.

Она вся вытянулась как струна, приподняла подбородок и с важным видом сообщила:

– Его! Мистера Джона Гриффина! – и подняла вверх указательный палец.

Так как это имя никому ничего не сказало, все уставились на нее.

– Прости меня за неосведомлённость, дорогая, но кто сей господин?

Джудит нравилось сохранять интригу. Она прошла к софе и села на нее.

– Джон Гриффин, мой дорогой мистер Фейн, это новый пастор. Вчера днём он въехал в дом покойного мистера Бриджэза. А сегодня я встретила его на улице в нашей деревне. Но самое главное, – здесь она посмотрела на дочь, – он молод, хорош собой и… не женат!

То, с каким лицом она это произнесла, заставило Эмили искать помощи у отца. Он поймал ее умоляющий взгляд и ободряюще кивнул.

– Я так понимаю, что мистер Гриффин понравился тебе?

– Ещё как! Он мне даже чем-то напомнил тебя в молодости. Мы, конечно, пока не представлены ему, но завтра на службе будем иметь удовольствие познакомиться с ним, – Джудит снова бросила многозначительный взгляд на дочь. – Кстати, Эмили, что ты собираешься завтра надеть на воскресную службу?

Началось!

Утро следующего дня выдалось невероятно нервным и напряжённым. Джудит постоянно бегала из своих покоев в покои дочери и старалась одновременно собираться самой и при этом контролировать каждую деталь гардероба Эмили. Она несколько раз заставляла служанку переделать дочери прическу. Когда это случилось в третий раз, Эмили воспротивилась.

– Какая разница как уложены волосы, если я все равно буду в капоре?! Мэри, спасибо тебе, но мне всё нравится.

Служанка облегчённо выдохнула.

Сборы, наконец, были закончены. Натягивая на руки перчатки, Эмили вышла в холл. Мать с отцом уже ждали ее.

– Почему ты надела эту шляпу? – недовольно смотрела Джудит. – Ты уже год как ее носишь.

– Но мистер Гриффин-то об этом не знает, – усмехнулась Эмили. – Все, что бы я сегодня не надела, для него будет в новинку.

Довод дочери успокоил Джудит. Она расправила ленты на ее шляпке и поспешила направиться к коляске.

Эмили сидела напротив матери и в отличии от той, ничего не ждала от встречи с преподобным. Сколько в ее жизни было знакомств с молодыми людьми и ни на одного из них она не произвела должного эффекта. Никто не захотел выразить ей свою симпатию. И даже если кто-то и проявлял незначительный интерес, то ограничивался он одним лишь танцем.

Эмили давно решила, что не привлекает джентльменов настолько сильно, чтобы вызывать у них желание связать с ней свою жизнь. Она не могла сказать точно, в чем заключалась эта причина – в ее внешности, характере или манерах, но так ни разу и не услышала предложения выйти замуж. Может Натан был прав и она обладала настолько ужасным характером, что сразу же отпугивала возможных претендентов на свою руку. В сочетании с простой внешностью ее шансы выйти замуж оказались равны нулю.

Эмили с удовольствием бы не думала на эту тему и перестала анализировать, что же с ней было не так, если б только матушка оставила попытки свести ее с каждым холостым джентльменом, появляющимся на горизонте. Хотела того Эмили или нет, но каждый раз в ее душе просыпалась надежда, что может быть это и вправду был ее суженный. Может мать окажется права, и она, наконец, обретёт семейное счастье в любящих и заботливых руках мужа. Но с каждой новой попыткой ей было все труднее переживать свои неудачи. Лишь последний год Эмили смогла смириться с положением старой девы и больше ни от кого ничего не ждала. Вот и сейчас ее не особо интересовал мистер Гриффин, ну, может быть только в качестве пастора. Если он был таким, каким описала его матушка, то вряд ли он обратит на нее внимание. В их приходе было полно мисс намного моложе и привлекательнее ее. Да к тому же он вполне мог не иметь намерения жениться.

Осталось лишь дождаться знакомства с ним и соблюсти все формальности. После этого Джудит убедится, что ее дочь не заинтересовала молодого человека, и она, Эмили, сможет продолжать вести спокойную жизнь, конечно, пока в их обществе не появится очередной претендент ей в мужья.

Во дворе Церкви толпилась куча людей. Казалось, сегодня никто не остался дома, а пришел на службу, чтобы познакомиться с новым преподобным. Из-за множество голов Эмили не видела мистера Гриффина. Она только знала, что он стоит у входа и скорее всего его представляют каждой вновь подошедшей семье.

– Мистер Фейн, надеюсь вы не станете заходить в Церковь сразу же, как только мы познакомимся с мистером Гриффином? – выражала свое беспокойство Джудит. – Вы обязательно должны пригласить его на обед.

– Непременно, моя дорогая, – не стал спорить с женой Ларри.

Эмили шла позади родителей и жаждала поскорее очутиться внутри здания. Вся эта суета раздражала ее. Приближаясь ко входу Церкви, она, наконец, смогла разглядеть нового преподобного. А матушка не лукавила, когда говорила, что он чем-то напоминал ей отца.

Мистер Гриффин оказался светловолос, голубоглаз, невысок ростом и слегка полноват. Но как ни странно, полнота совсем не портила его внешность. В его позе и манерах читались спокойствие и уверенность в себе, а взгляд выражал доброту и интерес к новым знакомым.

Вместе с отцом и матерью Эмили подошла к нему, и мистер Майерз, стоявший рядом, представил их семейство преподобному.

Все обменялись положенными в таком случае словами приветствия. Мистер Гриффин вел себя учтиво и доброжелательно. С радушной улыбкой на лице он выслушал слова мистера Фейна о погоде и дорогах и затем поделился своим мнением.

Незаметно для остальных, Джудит толкала мужа в ребро, чтобы он не забыл о ее просьбе и пригласил молодого человека на обед, но Ларри и словом не обмолвился об этом.

Эмили была благодарна отцу, что он не стал сразу же показывать мистеру Гриффину их заинтересованность в нем. Нет ничего унизительнее, чем сделать очевидным причину их знакомства.

Заняв свое привычное место в Церкви, Эмили смогла расслабиться. Совсем скоро станет понятно, что она не заинтересовала молодого человека и мать успокоится.

Тем временем Джудит уже выговаривала супругу недовольство относительно его забывчивости, на которое он поспешно сослался.

– А я оказался прав, – услышала Эмили позади себя голос Натана. – Теперь я нисколько не сомневаюсь, что Господь распорядился жизнью мистера Бриджэза таким образом, чтобы ты встретила Джона Гриффина. Скажи, он уже понравился тебе?

Эмили продолжала сидеть к Натану спиной и даже не удосужилась повернуть к нему голову. Она просто игнорировала его.

Преподобный мистер Гриффин поднялся за кафедру и немного рассказав о себе, принялся читать проповедь. Он говорил живо, увлеченно, с азартом. Его слова находили отклик в сердцах прихожан. Побуждая слушателей оставаться добропорядочными и честными гражданами общества, он даже раскраснелся.

Эмили нравилась его убежденность. Его эмоциональная речь говорила о твердости духа и живой натуре. Сейчас он выглядел как настоящий пастырь своих овечек. Она с удовольствием слушала его речь.

– Э-ми-ли, – снова послышалось сзади. – Ты совершишь большой грех, если упустишь возможность женить на себе мистера Гриффина. Я так и вижу как лёжа в постели он будет читать тебе страстные проповеди.

Эмили закрыла глаза и сделала глубокий вдох. Ей хотелось, чтобы разверзлись небеса и Бог немедленно покарал Натана за непристойные намеки в Церкви.

– А сейчас давайте исполним Псалмы и воздадим Господу славу в песне! – закончил свою речь мистер Гриффин.

Все повставали с мест и открыв песенник на сто шестнадцатом Псалме, приготовились петь.

Сегодня Эмили как никогда раньше торопилась отправиться домой. Но родители совсем не спешили садиться в коляску. Они прохаживались по двору Церкви и вели разговоры. Она догадывалась, что всему виной была ее мать. Та явно ждала, когда мистер Гриффин появится на улице, чтобы пригласить его в гости.

Эмили встала чуть поодаль от основной массы людей и ждала, когда родители соизволят пройти к коляске. Она сознательно выбрала одиночество, чтобы не пересечься с Натаном, который шастал от одной компании молодых мисс к другой. Часто там, где он стоял, слышался смех. Эмили видела с каким интересом многие девушки смотрели на него. После неудачной помолвки он вновь стал завидным женихом и уже как два года не снимал с себя этот титул. Многие мамаши мечтали выдать замуж за него своих дочерей. Его доход в пять тысяч годовых делал его самым желанным зятем во всей округе. Эмили же мечтала, чтобы он женился и отстал от нее. Вряд ли сменив статус он станет вести себя как прежде. Брак наложит на него ответственность и ему уже не будет никакого дела до мисс Фейн.

Как только из дверей Церкви вышел мистер Гриффин, все тут же оживились. Эмили уже нетерпеливо переминалась с ноги на ногу, наблюдая, как мать тянула отца в сторону молодого человека. Но не только она, но и другие семьи торопились завладеть вниманием преподобного. Эмили закатила глаза, понимая, что всё это затянется слишком надолго.

И тут, несмотря на множество желающих переговорить с мистером Гриффином, он вместе Натаном отделился от общей массы и направился в ее сторону. Эмили растеряно смотрела, как молодые люди приближались к ней. Она даже обернулась назад, в надежде увидеть позади себя ещё кого-нибудь, к кому могла направляться эта двоица. Но нет, там никого не было. Чем ближе они подходили, тем больше она нервничала. И если от мистера Гриффина она не ожидала никакого подвоха, то вот от Натана он будет непременно.

– Мисс Фейн, – услышала она свое имя из уст последнего. – Как вы и просили, я привел к вам мистера Джона Гриффина. Он готов выслушать вас.

Эмили готова была провалиться сквозь землю. Ее глаза превратились в два горящих факела. Если бы сейчас она не находилась во дворе дома Бога, то совершенно определенно прокляла бы Натана вслух!

Глава 6

– Мисс Фейн, у вас есть ко мне какое-то дело? – смотрел мистер Гриффин заинтересовано.

Замешательство Эмили длилось не дольше трех секунд. Из этой неловкой ситуации она нашла лишь один выход, пусть и был он не самым лучшим.

– Мистер Гриффин, боюсь, мистер Коулман ввел вас в заблуждение и перепутал меня с моей матерью. Это у нее было к вам дело. А если быть точнее, то у моих родителей. Позвольте я позову их.

Эмили знала, что матушка пристально наблюдает за ней, поэтому ей было достаточно отыскать глазами, где она стоит и взмахом руки подозвать к себе.

Как она и предполагала, увидев знак дочери, Джудит сразу всё поняла. Потянув мужа за собой, она помчалась в ее сторону.

Эмили бросила мимолётный взгляд на Натана. Он с нескрываемым любопытством смотрел на приближающуюся чету Фейн. Наверняка он не ожидал, что она позовет родителей.

– Моя милая, ты нас звала? – немного запыхавшись, спросила Джудит.

– Да, это так. Кажется, вы с отцом хотели что-то сказать мистеру Гриффину.

Миссис Фейн кинула на мужа многозначительный взгляд. Ларри же посмотрел на дочь, чтобы убедиться, что он правильно ее понял и, что он должен сказать ему именно то, о чем подумал. Еле заметным кивком она подтвердила его догадку.

– Мистер Гриффин, мы бы хотели пригласить вас завтра к нам на обед. Если вы располагаете временем и ещё не были приглашены в другой дом, то к двум часам по полудню мы были бы рады видеть вас у себя.

– Мистер Фейн, сочту за честь принять ваше приглашение и посетить ваш дом.

– И вы, мистер Коулман, приходите к нам на обед, – вставила свое слово Джудит.

Она рассудила, что было бы невежливо не позвать его, когда он стоял рядом и был свидетелем их разговора. К тому же два молодых человека всегда лучше, чем один. Вот только Эмили не обрадовалась словам матери. Теперь обед станет для нее очередным испытанием. Можно сказать она будет сидеть на пороховой бочке.

– С большим удовольствием, мистер и миссис Фейн, приеду к вам. Давно я не получал такого заманчивого предложения, – произнес Натан с таким довольным видом, что Эмили захотелось оттоптать ему ногу, чтобы перестал ерничать.

– Тогда, господа, завтра будем ждать вас, – заключил Ларри.

Молодые люди склонили головы.

Направляясь домой, Эмили ругала себя. Ну почему она не смогла придумать ничего лучшего, чем позвать родителей? Сейчас ей в голову пришла куча вариантов, как она могла выкрутиться из сложной ситуации. Но всё это уже не имело никакого значения. Дело сделано! Теперь ей предстоит отобедать в обществе мистера Коулмана и мистера Гриффина. В какую ещё неловкую ситуацию Натан поставит ее?

Эмили жалела, что не могла читать его мысли, чтобы заранее подготовиться к козням. Ее успокаивало лишь то, что они будут сидеть за столом вместе с ее родителями. При людях Натан вел себя вполне прилично. Никто даже не догадывался, какие между ним и Эмили существовали отношения. Вряд ли в обществе ее родителей он позволит себе лишнее. Ей всего лишь нужно пережить обычный обед, а потом она на несколько

Глава 7

К простому обеду в честь мистера Гриффина и мистера Коулмана Джудит готовилась с такой тщательностью, словно собиралась принять у себя королевских особ. Стол был заставлен всевозможными блюдами. Когда мистер Фейн зашёл в столовую и окинул всё это изобилие удивлённым взглядом, то спросил у жены, а сколько человек они на самом деле пригласили? Он отметил, что еды здесь хватило бы на добрую дюжину голодных мужчин, которые тяжело работали и целый день ничего не ели.

Миссис Фейн ответила, что он говорит глупости. Мистер Гриффин должен увидеть, что является здесь желанным гостем и что его приезду несказанно рады. К тому же, такое количество блюд не позволит ему быстро выйти из-за стола и покинуть их дом.

В который раз Ларри удивлялся находчивости жены. Единственное замечание которое он сделал, касалось того, чтобы своим устремлением удержать мистера Гриффина у них дома, Джудит не ввела бы преподобного в грех чревоугодия. Она тут же заверила мужа, что Джон Гриффин настолько благоразумный молодой человек, что ни в коем случае не позволит себе лишнего. Откуда она это знала? Да просто знала и всё тут!

Спорить с Джудит Ларри не стал. Он прошел в гостиную и в ожидании гостей уселся в кресло с газетой в руках.

Всё время, если не считать завтрак, Эмили пришлось провести в своей комнате. И это было отнюдь не ее желание. Она бы с удовольствием после утреннего приема пищи прогулялась по тропинке, ведущей на холм, с которого открывался замечательный вид на море. Она бы взялась за вышивание или сыграла на пианино несколько любимых романсов. Но матушка настояла, чтобы она тщательно готовилась к обеду. Только на прическу у служанки ушел целый час. По мнению Джудит все завитки необходимо было закрутить одной длины, при этом ни одна лишняя прядка не должна выбиваться из прически. С платьем дело обстояло ещё хуже. Эмили так затянули в корсет, что она с трудом дышала. Бледность, которая в этом сезоне была в моде, теперь появилась сама собой. Взглянув на свое отражение в зеркале, она решила, что теперь похожа на серую мышь. Пожалуй, случится настоящее чудо, если такой измождённый вид привлечет к ней мистера Гриффина. Но тогда уже она будет сомневаться в его вкусе.

Перед самым обедом Джудит пришла в комнату дочери и придирчиво осмотрела ее.

– Платье отлично на тебе смотрится. А какая тонкая талия! Эмили, только не нужно так нервничать, на тебе лица нет!

Замечание матери вызвало волну негодования. Но вместо того, чтобы высказать его вслух, она пообещала, что через пол часа сможет выглядеть намного лучше.

Когда Джудит покинула комнату, Эмили распорядилась, чтобы ослабили корсет. Путь талия теперь и не была такой тонкой, зато лицо приобрело естественный цвет.

Пока служанка застегивала на платье пуговицы, Эмили услышала, как внизу раздался звонок. Значит гости уже прибыли. Она занервничала. Нет, не мистер Гриффин был тому причиной. О нём Эмили почти не думала. Появление Натана нервировало ее. Наверняка, он уже что-то задумал. И это что-то очень пугало ее.

В ее дверь постучали, и тут же голос служанки сообщил, что миссис Фейн передала, чтобы дочь как можно скорее спускалась вниз. Эмили бросила взгляд на окно. Ей захотелось сигануть в него и сбежать ото всех. Пусть бы обедали без нее, а Натан развлекал сам себя.

Тяжело вздохнув, словно собираясь идти на плаху, Эмили оправила платье и вышла за дверь. Она спустилась вниз и вошла в гостиную. Там мистер и миссис Фейн принимали гостей. При ее появлении молодые люди встали и поклонились ей. Она слегка присела. Они обменялись словами приветствия, и после соблюдения всех формальностей гости были приглашены пройти в столовую.

Мистер Фейн сел во главе стола. На другом его конце устроилась миссис Фейн. По правую руку от хозяина дома расположились молодые люди, а Эмили оказалась сидящей прямо напротив Натана.

Слуга принес горячий суп и принялся разливать его каждому в тарелку. Эмили сидела уткнувшись в блюдо с большим куском ветчины и почти не поднимала глаз.

Вначале обеда разговор имел привычное для таких случаев течение. Мужчины обсудили дороги, погоду, цены. Джудит рассказала мистеру Гриффину об особенностях их общества, дала краткую характеристику соседям, рассказала про дочерей, которые больше не жили с ней. А потом… потом Эмили начала терять аппетит.

– Мистер Гриффин, вы любите музыку? – спросила у преподобного миссис Фейн.

– Конечно! Музыка – это дар нашего любящего Отца нам, людям.

– Слышали бы вы, как искусно моя дорогая Эмили играет на фортепиано. Ее пальчики почти не касаются клавиш, а мелодия так и льется из под них.

Эмили вдруг показалось, что ей на голову одели стоявшую перед ней тарелку с супом. Но не успела она справиться со смущением, как услышала слова Натана.

– Да, да, я могу подтвердить, что миссис Фейн нисколько не лукавит. Мисс Фейн играет настолько виртуозно, что слушая ее, просто невозможно остаться равнодушным к такой красоте!

Эмили тут же пригвоздила его взглядом.

– Вы абсолютно правы! – радостно подхватила Джудит. – Но игра на пианино не единственное ее достоинство. Эмили прекрасно поёт, танцует, вышивает. Если желаете, мистер Гриффин, то после обеда она с удовольствием исполнит для вас несколько песен.

Как же Эмили хотелось провалиться сквозь землю! Желание матушки свести ее с молодым человеком выглядело настолько откровенно, что только дурак мог этого не понять. А мистер Гриффин не выглядел дураком.

– С нетерпением буду ждать возможности послушать игру и пение мисс Фейн, – склонил молодой человек голову перед Джудит, а потом посмотрел на Эмили.

Она натянуто улыбнулась и снова уставилась в тарелку.

– Миссис Фейн, позвольте мне дополнить ваш рассказ. Мне кажется будет несправедливо по отношению к мисс Фейн, если мы не упомянем об остальных ее достоинствах, – заливался соловьём Натан.

Эмили слышала издевку в его голосе.

– Мистер Коулман, я, как мать, не всегда могу быть объективной к своим детям, поэтому, всё в ваших руках. Взгляд со стороны вызывает намного больше доверия.

– Благодарю вас, миссис Фейн. Мистер Гриффин, наша милая мисс Эмили очень добра к нуждающимся. Я не раз видел ее с корзиной в руках. Она заботится о бедных и приносит им продукты. Ее щедрость не знает границ! Однажды она купила колыбель для новорожденного, так как у ее матери не было для этого денег. Она старается помочь каждому, кто оказывается в беде. Как мне кажется, это

Рука Эмили так и потянулась к ножу, что лежал неподалёку. Ещё немного и из примерной христианки она превратится в кровожадного убийцу.

Мистер Гриффин задержал на ней взгляд. Она спохватилась и постаралась придать лицу более миролюбивое выражение.

– Щедрость, доброта и самопожертвование – качества, достойные похвалы, – заключил гость. – От каждого своего служителя Господь ожидает их проявления. Особенно, если они исходят из сердца и побуждаемы любовью.

– Мне кажется, что ключевым здесь является слово любовь, – продолжал Натан. – А ее у мисс Фейн с избытком. Она готова дарить ее каждому, кто в ней нуждается.

– Мистер Гриффин, – не удержалась Эмили, – боюсь, мистер Коулман преувеличивает мои достоинства. Он обладает тем редким качеством думать о людях гораздо лучше, чем они есть на самом деле.

– Вот видите, – не унимался Натан, – теперь вы ещё воочию можете наблюдать и скромность мисс Фейн.

Всё! Терпению Эмили пришел конец! Под столом она отвела ногу назад, а потом со всей силы вонзила носок туфли в его голень. Натан резко дернулся и замычал.

– Что с вами?! Вам плохо?! – испугалась Джудит.

– Нет, нет, всё в порядке. Просто ногу свело. Сейчас это пройдет.

Он наклонился немного вперёд и потирая ушибленное место, не сводил с Эмили мстительных глаз.

– Мистер Гриффин, как вам наши края? – взял на себя инициативу мистер Фейн. – Насколько мне известно, вы прибыли к нам из центральной части Йоркшира. У нас же здесь климат более влажный и с моря часто дует порывистый ветер. Готовы всё время держать края шляпы, чтобы ее ненароком не унесло?

– Мистер Фейн, я отношу себя к тому роду людей, которые рады любому уголку природы. Жить у моря моя давняя мечта…

Наконец, разговор повернул в безопасное для Эмили русло. До конца обеда ей больше не пришлось краснеть, а Натан если и вступал в разговор, то говорил по делу и без тайного смысла.

Как Джудит и обещала, после приема пищи дочь исполнила три романса. После этого молодые люди распрощались с хозяевами, а те в свою очередь выдохнули. Но до самого вечера Ларри с Эмили слушали восторженные отзывы матери о воспитанном, умном, начитанном и владеющим прекрасными манерами мистере Гриффине. При этом она не переставала хвалить Натана Коулмана, который так хорошо отзывался о ее дочери.

В который раз Эмили пришлось молчать, чтобы не наговорить гадостей о последнем. И только лёжа в постели и думая о прошедшем обеде, она не удержалась и воскликнула:

– Какой же он всё таки болван!

Глава 8

– Эмили! – разнесся голос Джудит по небольшому саду семьи Фейн. – Эмили, где ты?!

– Я здесь! – отозвалась она, и срезав последнюю розу, направилась в ту сторону, откуда доносился голос матери. – Что-то случилось?

Джудит выглядела возбуждённо и постоянно поправляла на себе палантин.

– Только что пришло приглашение в дом мистера Майерза. Он написал, что сегодня устраивает небольшой вечер в честь нового преподобного. Тебе нужно немедленно привести себя в порядок. Посмотри на свои руки! – в ужасе воскликнула она. – Они похожи на руки садовника! Не хватало ещё предстать перед мистером Гриффином с такими ногтями. Он может подумать, что мы настолько бедны, что сами ухаживаем за своим садом.

Эмили осмотрела свои руки.

– Зато вы с гордостью сможете сообщить ему, что помимо скромности, щедрости и доброты, я обладаю ещё таким качеством как трудолюбие.

Джудит уже было открыла рот, чтобы возразить дочери, но, как ни странно, ее слова понравились ей. Она сразу же загорелась этой идеей, как вдруг задумалась, а потом вообще махнула рукой.

– Ну уж нет! Пусть лучше мистер Гриффин как-нибудь по другому узнает об этом твоём качестве. Всё таки не стоит ходить перед ним с грязными ногтями. Кстати, рассказать ему о тебе вполне может мистер Коулман. Надеюсь он будет присутствовать на этом вечере.

Эмили скривила лицо.

– Так, отдай это мне, – забрала Джудит у нее корзину с цветами, – и скорее иди отмываться. У нас есть всего лишь пару часов, чтобы привести тебя в должный вид. Только бы Майерзы не позвали к себе Брамсов и Дэвисов! Не хватало ещё лицезреть их дочек. Те так и будут льнуть к нашему мистеру Гриффину, а он, как истинный джентльмен, не откажет ни одной из них в танце! Вот уж настоящие охотницы за мужьями! И зачем люди заводят столько детей?

Эмили чуть не рассмеялась. Уж кто бы говорил!

Отряхнув платье от земли, она направилась в дом.

Семья Фейн прибыла в поместье Майерзов к самому ужину. Хозяин радушно принял их и проводил вместе с остальными гостями в столовую. Там был накрыт длинный стол.

К несчастью Джудит, и счастью Эмили, здесь не было Натана, но были дочери Брамсов и дочери Дэвисов. На две семьи их оказалось семь штук.

За столом мистер Гриффин оказался сидящим между старшей мисс Брамс и средней мисс Дэвис. И если первая была блондинкой, то вторая брюнеткой. А напротив него расположилась рыжеволосая дочь Майерзов. Эмили подумала, что преподобный сидел в таком цветнике, что мог выбрать себе жену на любой вкус.

Пока шел ужин, от тётушки Агнес Эмили узнала очередное неприятное известие. Оказывается, сегодня утром Натан Коулман отправился в Лондон, и, судя по всему, собирался пробыть там не менее двух недель. У него появились какие-то неотложные дела, которые не терпели отлагательств, и он сообщил управляющему, что вернётся в поместье лишь когда все их закончит. Эмили хоть и старалась выразить сожаление по поводу его неожиданного отъезда, но на ее лице расцвела улыбка и не сходила с него всё то время, пока сидела за столом.

После ужина все отправились в бальный зал. Эмили уже приготовилась занять место с пожилыми дамами и развлекаться в их обществе до самого конца вечера, как вдруг перед ней возник мистер Гриффин и пригласил ее на первый танец.

Эмили немало удивилась его приглашению, но всё же с большим удовольствием приняла его. Сегодня ей явно сопутствовал успех!

Мистер Гриффин оказался отличным партнером. Несмотря на слегка полноватую фигуру, он уверенно вел в танце, не наступал на ноги и вовремя совершал необходимые повороты. А ещё, он успевал спрашивать ее о вечере, настроении и ужине.

– Мисс Фейн, не откажете ли вы исполнить со мной ещё один танец? – спросил он, когда отвёл ее в сторону. – Если четвертый танец у вас не занят, то могли бы вы оставить его за мной?

– Конечно, мистер Гриффин. Я

Эмили исполнила бы с ним и второй, и третий, и все последующие танцы, всё равно они были свободны, но даже так радовалась, что ей не придется весь вечер просидеть на стуле.

Когда и этот танец был исполнен, мистер Гриффин выразил Эмили свое сожаление, что не мог и дальше составить ей компанию, так как было бы неучтиво с его стороны на вечере, где джентльменов было значительно меньше чем дам, проигнорировать остальных девушек. Эмили заверила его, что он был абсолютно прав и что он мог не беспокоиться, она найдет для себя подходящее развлечение.

Возвращаться в круг мамаш она не захотела, поэтому присоединилась к играющим в карты.

Когда вечер подошел к концу, вместе с отцом и матерью Эмили попрощалась с Майерзами и направилась к выходу.

– Мисс Фейн, – неожиданно подступил к ней преподобный. – Прошу простить меня, но не могли бы вы завтра в три часа по полудню прогуляться со мной?

– Конечно, мистер Гриффин.

Эмили настолько была поражена его просьбе, что ответ вырвался сам собой, и только спустя секунду она осознала, что произошло.

– Тогда завтра я зайду за вами, – склонил он голову и отошёл от нее.

Она так сильно смутилась, что покраснела как помидор. Неужели она понравилась мистеру Гриффину?

Ответ на этот вопрос Эмили получила сразу же как только села в коляску.

– Дорогая моя, поздравляю тебя! Мистер Гриффин очарован тобой. Сегодня я наблюдала за ним и видела, как пока ты играла в карты, он постоянно бросал взгляд в твою сторону. Он два раза приглашал тебя на танец. И как видишь, он желает продолжить ваше знакомство. Бьюсь об заклад, не успеет закончится лето, как ты получишь от него предложение руки и сердца!

Джудит говорила с такой убежденностью, что даже мистер Фейн поверил ей.

– Эмили, мистер Гриффин достойный молодой человек. Сегодня я ещё раз убедился в этом, – решил Ларри вставить свое отцовское слово. – И я буду счастлив, если ты выберешь его себе в мужья.

– Конечно выберет! – уверенно заявила Джудит. – Такими женихами умные леди не разбрасываются, а наша Эмили очень благоразумная девушка. Она не откажется составить свое счастье с Джоном Гриффином.

Слушая родителей, Эмили думала лишь о том, что своим разговором они понапрасну сотрясали воздух. Ни кто пока не сделал ей предложение. Да, преподобный проявил к ней внимание, но как быстро это внимание появилось, так же быстро могло сойти на нет. Она вообще предпочла бы не думать о возможном замужестве, пока мистер Гриффин не озвучил ей свое намерение. А до этого момента всё это были лишь пустые мечты.

На следующий день молодой человек пришел в дом Фейнов ровно в три часа. После этой прогулки состоялась ещё одна, а потом ещё, и ещё. Иногда он обедал или ужинал в их семействе, а иногда Эмили встречалась с ним у соседей, которые устраивали приемы.

За две недели не было ни одного дня, когда бы они не виделись. В пятницу вечером, перед тем как покинуть дом Фейнов, Джон попросил Эмили завтра, после обеда, прогуляться с ним. Молодой человек так сильно нервничал, что не оставалось сомнений относительно того, для чего ему нужна была эта встреча. Как же понимание этого взволновало Эмили!

Мистер Гриффин нравился ей. В его обществе она чувствовала себя легко и свободно. Она не стеснялась делиться с ним своими мыслями, а он всегда внимательно слушал ее. Он обладал хорошим чувством юмора, но в тоже время, если было необходимо, становился серьезным. Джон хорошо разбирался в музыке, танцах, делах прихода и даже политике. Но самое главное, он никогда не позволял себе неподобающего поведения. Он не только не проявлял вольностей, но даже ни разу ни чем не задел ее чувств. При этом он обладал твердым характером и умел отстаивать свои принципы. Всё это говорило в его пользу. И Эмили была полностью очарована им.

Джон Гриффин казался ей примером настоящего мужчины. Быть женой такого человека – это мечта любой девушки. И Эмили уже всё для себя решила. Если завтра он предложит ей выйти за него замуж, она не раздумывая согласится сделать это. Она станет миссис Гриффин, женой священника.

Эмили уже настолько размечталась, что в уме нарисовала картину, как Джон сделает ей предложение. В тот момент, когда она даст ему свое согласие, он сделает к ней шаг, обнимет ее и поцелует. Джон непременно поцелует её! Наконец-то она узнает, каково это, когда мужчина касается твоих губ. Скорее всего поцелуй будет лёгким и невинным, но даже такой он понравится ей.

На следующий день Эмили с нетерпением ждала Джона. Она несколько раз переодевалась, меняла прическу, никак не могла выбрать перчатки. Очередной раз смотря на свое отражение в зеркале, поймала себя на мысли, что по характеру она сейчас очень походила мать. Она стала такой же суетливой и придирчивой.

Всё! Хватит! Хватит смотреть на себя! Если она нравилась Джону, то ему должен нравиться любой ее наряд, какой бы она не надела. Вряд ли он станет так уж внимательно присматриваться к цвету ее лент или длине перчаток. Поэтому, громко выдув из приоткрытого рта воздух, Эмили взяла себя в руки и успокоилась.

Джон, как всегда, не заставил себя ждать. Он поприветствовал мистера и миссис Фейн, и предложив Эмили руку, повёл ее в сторону моря. До самого берега они болтали на отвлеченные темы. Он поделился с ней, что осмотрел приход и пришел к выводу, что тот требовал небольшого ремонта, но, к сожалению, необходимых средств для него пока не было. Потом он рассказал, что миссис Крафт, в очередной раз убираясь у него, снова куда-то убрала Священное Писание, и прежде чем сесть за подготовку проповеди, ему пришлось целый час искать его. Он шутил, что уже подумывает над тем, уж не злые ли силы подослали ее. Эмили рассмеялась и поспешила заверить его, что миссис Крафт сама ангел, только слегка рассеяна.

По узкой тропинке они спустились на каменистый берег моря. Сегодня оно было на удивление спокойно. Весеннее солнце вплетало в него серебряные нити, которые так и сверкали в его лучах. Приятное волнение охватило Эмили, когда она смотрела на воду. Джон стоял рядом и вместе с ней любовался прекрасным видом. Оба были заворожены величием и красотой моря.

– Мисс Фейн, – обернулся к ней Джон. Ее сердце тут же затрепетало в груди. Она посмотрела на него. – Я не просто так пригласил вас совершить эту прогулку.

Эмили растерянно смотрела на Джона. Ее растерянность была вызвана вовсе не его предложением, а его сутью. То, что он ценил ее качества, было хорошо, но только во всем этом не было главного. Джон так и не сказал, что любит ее. Или это подразумевалось само собой? Ну конечно! Разве захотел бы он связывать с ней свою жизнь, если бы не любил ее? Тем более что недостатка в выборе невест у него не было.

Отбросив все сомнения, Эмили улыбнулась.

– Да, мистер Гриффин… Джон, я согласна стать вашей женой.

Она уже поддалась вперёд, готовая очутиться в его объятиях, но вместо того, чтобы обнять ее и поцеловать, он взял ее руку и накрыв другой рукой, крепко сжал.

– Эмили, вы сделали меня самым счастливым мужчиной на свете! Я очень рад обрести в вашем лице спутницу, которая скрасит мою жизнь!

Эмили снова постаралась скрыть свое разочарование. Вновь ее ожидания не оправдались. Она не получила поцелуй. Но разве это должно служить поводом так сильно расстраиваться? Рано или поздно это всё таки произойдет и он сделает это. Впереди их ждёт свадьба, а там и супружеская постель. Просто подобные знаки внимания откладывались для более уместного случая. Она не должна забывать, что Джон был священником. Он должен вести себя благопристойно и не давать повода для сплетен.

– Я тоже счастлива стать вашей женой! – заверила она его.

– Теперь мне нужно переговорить с вашим батюшкой. К тому же я должен написать о решении жениться в епископат. Когда оттуда придет ответ, мы сможем назначить дату свадьбы. Это может занять некоторое время. Эмили, вы не расстроитесь, если придется немного подождать?

А какой у нее был выбор?

– Нет, Джон, не расстроюсь. Это позволит нам ещё лучше узнать друг друга.

– Вы для меня настоящее благословение! – воскликнул он и предложил ей руку, чтобы сопроводить к дому.

Мистер Фейн с радостью согласился отдать за мистера Гриффина свою дочь. Когда молодой человек покидал их дом, то спросил у Эмили разрешения на завтрашней службе объявить об их помолвке. Она нисколько не возражала против этого.

Глава 9

Вместе с родителями Эмили ехала в открытой коляске на воскресную службу и не могла понять, что же сейчас чувствует. Наконец-то она больше не старая дева. Теперь у нее есть любимый человек, жених. Ее будущее определено, но почему-то она не испытывала того восторга, на который рассчитывала.

Со вчерашнего дня она пыталась понять, что же ее смущало. Джон ей очень нравился. Она определенно была в него влюблена. В его глазах Эмили тоже видела интерес и симпатию к себе. Значит их чувства были взаимны. Тогда что беспокоило ее? Неужели всё дело в каком-то там поцелуе? Двадцать пять лет она спокойно жила без него, так почему ее должно огорчать, что этот момент откладывался ещё на несколько дней или месяцев? Совсем скоро она сполна воспользуется благами семейной жизни.

Эмили прекрасно понимала, чего на самом деле опасалась. Она боялась, что этот брак мог стать ошибкой, что он не оправдает ее ожиданий. Но с другой стороны, разве жить одной лучше? Пройдет ещё несколько лет и она станет обузой для родителей. А если они покинут этот мир, то ей придется искать приют у родственников и существовать там на положении приживалки. Она будет воспитывать не своих детей, а детей своих сестер. Всю жизнь она будет находиться в зависимом состоянии. Нет, такая перспектива совсем не прельщала ее. Ей, вообще, было грех жаловаться. Джон достойный, красивый, умный, добрый молодой человек. Не каждой девушке ее возраста так везло. Подумаешь, не поцеловал ее. Какая же она эгоистка! Всё, прочь все сомнения! Теперь она почти замужняя леди и ее положение очень даже заманчивое.

Эмили не удержалась и передернула плечами, словно стряхивая с себя все плохие мысли. Совсем скоро она увидит Джона. Как же ей нравилось смотреть на него, когда он читал проповеди. Натан был в чем-то прав, когда бесстыдно намекал на страстную натуру преподобного. И ведь действительно, в такие моменты Джон преображался, его взгляд горел, щеки пылали, а он сам превращался в очень энергичного человека. Всё это доказывало, что внутри него таился огонь, и если проповеди настолько сильно захватывали его, то тем более он был способен увлечься земными радостями.

Во дворе Церкви было полно народу. Джон, как всегда, стоял у входа и приветствовал прихожан. Пока Эмили шла к нему навстречу, то вовсю любовалась им. Да, он определенно нравился ей! Она вспомнила, что сегодня он должен будет объявит об их помолвке и тут же ее охватило приятное волнение. Больше никто не будет с жалостью смотреть на нее. Наоборот! Некоторые ей будут даже завидовать…

– Скажи, твоя матушка уже успела расписать преподобному все твои достоинства? – услышала она чуть позади мужской голос.

Эмили вздрогнула. Ей показалось, что ее только что вырвали из чудесного сна и вернули на грешную землю. Она обернулась и растерянно уставилась на вернувшегося из Лондона Натана. На его лице играла наглая ухмылка.

– Или миссис Фейн приглашала в гости и других джентльменов, которые во всю нахваливали тебя?

Эмили прищурила глаза. Она уже собиралась поставить на место этого надутого индюка, с гордостью сообщив ему, что мистер Гриффин и без посторонней помощи оценил ее качества, и даже сделал ей предложение, как вдруг всмотревшись в его нахальное лицо, передумала нарушать данное ему обещание. А зачем она будет что-то говорить, если он и сам всё скоро узнает? Уже к концу службы она станет официальной невестой Джона и будет избавлена от внимания мистера Коулмана. Он больше не посмеет отпускать обидные замечания в ее адрес. Он будет держаться от нее на почтительном расстоянии. Ему придется придержать в уме все колкости!

И тут до

У входа она обменялась коротким приветствием с Джоном. Ей нравилось сохранять интригу и ничем не показывать, что теперь с мистером Гриффином ее связывают более близкие отношения. Эмили заняла свое место внутри Церкви и с нетерпением принялась ждать даже не начала проповеди, а ее конец.

– Господь милосерден к своим овечкам и ждёт от нас послушания. Если мы соблюдаем его заповеди, то он непременно благословит нас! – с возбуждением закончил Джон свою речь.

Он сделал паузу, взялся за кафедру и с волнением посмотрел на Эмили. Она незаметно кивнула ему и улыбнулась. Он кивнул в ответ и решительно вскинув голову, провозгласил:

– Дорогие прихожане, сегодня я хотел поделиться с вами своей радостью! Господь создал Адама и Еву, и соединил их узами брака. Семья – это устройство Бога, и благодаря божьему провидению мне посчастливилось встретить в ваших краях чудесную девушку и свою будущую жену. Хочу объявить вам, что мы с мисс Эмили Фейн помолвлены. Она согласилась стать моей женой!

Зал тут же наполнился гулом. Со всех сторон послышались восклицания. Эмили ловила на себе удивлённые и восторженные взгляды. Некоторые уже успели поздравить ее и ее родителей с прекрасной новостью. В зале царило всеобщее оживление. Но только один человек не поддался ему. Сначала он остолбенел, потом побледнел, а в конце стал мрачнее тучи.

Натан гнал коня во весь опор. В его голове сидела всего одна мысль: «Эмили выходит замуж». Добравшись до дома, он сел за стол и приступил к обеду. Аппетита не было, но он всё равно ел и всячески убеждал себя, что это не могло быть связано с только что услышанной новостью. Но отправляя еду в рот, про себя повторял: «Эмили выходит замуж».

Закончив, как ему показалось, с безвкусным обедом, решил отвлечь себя стрельбой из лука. Слуги установили мишень и он с остервенением раз за разом выпускал стрелу за стрелой. И очередной такой выстрел сопровождался внутренним восклицанием: «Эмили выходит замуж!».

Потом он сел за написание письма. Обмакивая перо в чернильницу, в голове звучала одна и та же мысль: «Эмили выходит замуж».

Вечером он остался дома и развлекал себя совсем неинтересным для него занятием – чтением книги. Но в каждой строчке он видел лишь: «Эмили выходит замуж». Бросив книгу на стол, отправился в свою комнату. Никогда ещё он так рано не ложился спать.

Пока камердинер помогал ему сменить одежду и подготовиться ко сну, смотрел на свое отражение в зеркале. «Эмили выходит замуж». Черт!

Он лег в постель, но одеяло и подушка всё время мешали ему. Он нервно поправлял их, но они по-прежнему доставляли ему неудобства. Он резко переворачивался с одного бока на другой, потом ложился на живот, а затем чуть ли не подскакивая, оказывался лежащим на спине. Эмили выходит замуж.

Эмили!

Эмили Фейн!

Натан прекрасно помнил как первый раз увидел ее. Она ничем не выделялась среди своих сестер. Пожалуй, может немного уступала им во внешности, но и так была вполне мила. Но она сразу же не понравилось ему. Мисс Фейн смотрела на него слишком независимо и гордо, будто он был мелкой букашкой. Но чем таким она обладала, чтобы вот так смотреть на него? Ему тут же захотелось поддеть ее. И он сделал это в тот же вечер. Потом он решил извиниться за свое поведение, но когда позже попытался поговорить с ней, она смерила его брезгливым взглядом и отчитала как мальчишку. Всё это произвело на него обратный эффект. Теперь не проходило ни одной встречи, на которой бы он не старался уколоть ее.

Сначала она обижалась на него, высказывала ему недовольство, взывала к его благородству. Но он только раззадоривался. А потом всё это переросло в настоящую словесную дуэль. И он должен был отметить, что мисс Фейн оказалась достойным ему соперником. Но при этом он никогда не рассматривал ее как объект своих желаний. Да он даже ни разу не приглашал ее на танец. Проходили года, он влюблялся, заводил интрижки, чуть было не женился, а она по-прежнему оставалась незамужней леди. Никто не сватался к ней. Все вокруг, в том числе и он сам, решили, что до конца жизни она так и останется одна. И вот, сейчас, Эмили выходила замуж!

Натан уже лег на матрац и положил подушку себе на голову. Он заткнул ею уши и старался заглушить навязчивую мысль. Но образ Эмили упорно стоял перед мысленным взором. Он видел ее в Церкви, в свадебном платье у алтаря. Рядом находился Джон Гриффин. Вот, они дают друг другу клятву верности, обмениваются кольцами, а потом новоиспеченный супруг отводит ее в свою спальню и кладёт на постель. Постель!

Как ужаленный, Натан подскочил на кровати и со всей злости вонзил кулак в подушку. Та не выдержала и выпустила в воздух множество мелких перьев. Находясь в этом облаке, он в гневе воскликнул:

– МОЯ Эмили выходит замуж!

Глава 10

Проспав всю ночь в комнате для гостей, на утро Натан решил, что вчера слишком погорячился. С чего вдруг его так задела помолвка Эмили? Разве он сам хотел жениться на ней? Нет конечно! Мисс Фейн была не в его вкусе. Для роли будущей жены он мог выбрать любую другую девушку, и по-моложе, и по-красивее ее. К тому же, с таким характером как у нее, он просто повесится. Одно дело иногда встречаться и обмениваться колкостями, и совсем другое жить с той, что будет выкидывать различные фортеля. Он до сих пор помнил, как на террасе она разыграла спектакль и в присутствии другой залепила ему пощечину. Вот кто такое мог сделать, если только не сумасшедшая? Мало того, при этом она еще считала себя во всем правой! Ну уж нет, такая жена ему не нужна.

Единственное о чем он жалел, так это что лишится их словесных перепалок. За столько лет он настолько привык к ним, что теперь, казалось, у него отнимали значительную часть удовольствия. Но ничего, он как-нибудь это переживет. Вполне возможно, что и ему уже пора присмотреться к юным прелестницам и среди них выбрать себе

Сидя за завтраком, он перебирал приглашения. Смотря на одно из них, довольно улыбнулся. Сама судьба толкала его в объятия этой красотки. Брамсы устраивали у себя прием и желали видеть на нем его, мистера Коулмана. Сегодня он покажет девушке свою заинтересованность в ней и, вполне возможно, даже получит от нее поцелуй.

Весь день пребывая в приподнятом настроении, Натан представлял, как будет обнимать мисс Брамс за тонкую талию, как склонится к ее уху и прошепчет ей комплименты. Вспыхнув от его слов, она поднимет на него смущенные глаза. В это время ее губы будут соблазнительно приоткрыты, и он тут же воспользуется этим. Он прижмется к ним и завладеет ее пленительным ртом.

Разве может мисс Фейн сравнится с Джулией Брамс? Каким же идиотом он вчера был, думая, что Эмили нужна ему! Вот уж точно – болван!

Натан прибыл в гости с небольшим опозданием. Слишком долго он выбирал фрак и подбирал галстук к нему. Сегодня он уложил волосы в самую модную прическу. Мисс Брамс должна быть им полностью очарована и тогда с лёгкостью подарит ему поцелуй.

Он прошел в большой зал, где собрались все гости. Он намеревался сразу же отыскать Джулию, чтобы пригласить ее на танец, но вместо этого, его взгляд остановился на мисс Фейн, которая сидела на кушетке вместе с Джоном и чему-то смеялась. И почему сегодня она выглядела так хорошо?! Он буквально не мог отвести от нее глаз. От него не ускользнуло, как при смехе ее грудь упиралась в вырез платья и придавала ей крайне соблазнительный вид. Черт!

Он поспешно отвел глаза и вновь постарался отыскать Джулию. Натан осматривал гостей, но совершенно не различал их лиц. Не удержавшись, он снова бросил взгляд на Эмили. Она слегка наклонилась к жениху и что-то ему шептала. Их лица были совсем рядом. Ему вдруг отчаянно захотелось вот так же близко сидеть с ней. Черт! Черт! Черт!

Наконец, среди присутствующих он разглядел мисс Брамс. Она находилась в окружении своих сестер. Он тут же направился к ней. Натянув на лицо обольстительную улыбку, Натан старался выглядеть уверенно и независимо. Он пригласил ее на первый танец и она, без раздумий, согласилась пойти с ним. Чтобы отвлечь себя от мыслей об Эмили, которая, как он уже успел заметить, поправила на женихе галстук, Натан принялся развлекать дам различными байками. После каждой истории и вызванным ею смехом, он не мог удержаться, чтобы не посмотреть в ту сторону, где сидела мисс Фейн.

Мистер Брамс объявил о начале танцев и вскоре пары начали выстраиваться в центре зала. Натан отвел свою спутницу к дамам и встал напротив нее. Джулия во всю улыбалась ему. Он смотрел в ее красивое лицо, но ничего в его душе не всколыхнулось. Чтобы хоть немного вызвать в себе интерес к спутнице, он опустил взгляд на ее грудь и вгляделся в вырез платья. Насколько бы ее округлые формы не смотрелись соблазнительно, но он совершенно ничего не испытывал. Натану уже начало казаться, что это он становится священником и его больше не интересуют земные радости, но стоило ему вспомнить Эмили, и то, как выглядела ее грудь, его тут же охватил жар, и горел он отнюдь не в сердце, а намного ниже. Черт!

Танец с мисс Брамс почти не запомнился ему. Но он всё равно был намерен ухаживать за ней. Правда, о поцелуе речь больше не шла. Не хотелось ему сегодня целовать ее. Да и никого не хотелось, кроме… Черт! Черт! Черт! Если так и дальше дело пойдет, то скоро ему придется идти исповедоваться за чрезмерное упоминание злых сил.

Натан отвел девушку к сестрам и отошёл в сторону. Он решил пока никого не приглашать на следующий танец, так как убедил себя, что хотел лишь немного понаблюдать за танцующими. Но на самом деле наблюдал он только за одной парой. И почему раньше он не замечал соблазнительные изгибы мисс Фейн? А то, как ее щеки покрылись румянцем и делали из нее настоящую красотку? А ее пухлые губы? Чё… О Боже!

Всё сильнее в нем разгоралось желание оказаться на месте Джона. И тут ему в голову пришла гениальная идея! Он ведь вполне может на несколько минут заменить преподобного!

Как только закончила играть музыка, а Джон отвел Эмили в сторону, Натан поспешил к ним.

– Добрый вечер, мистер Гриффин и мисс Фейн! – учтиво поклонился он. – Если вы не возражаете, – посмотрел он на Джона, – могу я пригласить мисс Фейн на следующий танец?

Натан намеренно обратился к молодому человеку, чтобы не дать Эмили возможность сразу же отказать ему.

Джон взглянул на невесту.

– Лично я не имею ничего против. Эмили, если желаешь, можешь принять предложение мистера Коулмана.

Тут же в ожидании ее ответа на нее уставились две пары глаз. Натан заметил, в какое замешательство она пришла. Эмили явно думала над тем, какую ей выдумать причину, чтобы не идти танцевать с ним.

– Мисс Фейн, прошу вас, – протянул он руку, тем самым лишая ее возможности отказать ему.

Теперь ей не осталось ничего другого, как только подхватить её и вместе с ним отправиться в центр зала.

Натан и предположить не мог, что близость Эмили подействует на него с такой силой. Стоило ей оказаться рядом, как в венах тут же вскипела кровь. Ее рука жгла так, словно была факелом, а на нем не было ни рубашки, ни фрака. В голове вдруг нарисовалась картина, как он касается ее губ, раскрывает их языком, проникает вглубь, ласкает ее, а она обхватывает его шею и вся пылает от будоражащих прикосновений…

Черт! Черт! Черт! Черт!

Глава 11

Натан с трудом отпустил руку Эмили и оставив ее рядом с другими дамами, встал напротив. Он смотрел в ее голубые глаза и не мог отвезти взгляд. Голубые! Надо же, никогда раньше он не обращал внимания на их цвет. А они сияли словно ясное небо. И влекли его, и привораживали, и возбуждали.

Он нервно сглотнул и постарался сосредоточиться на танце. Зазвучала музыка и пары начали двигаться. Несколько раз Натан приближался к Эмили, брал ее руки, делал вместе с ней обороты, касался своим плечом ее плеча, но за всё

Натан сразу заметил, какой настороженной она выглядела. Эмили явно ждала от него подвох. Но когда прошло больше половины танца, а он ей так ничего и не сказал, она начала подозрительно всматриваться в него. Ему даже показалось, что ещё немного и она сама спросит, что с ним случилось. Но к его сожалению, с ее уст не сорвалось ни единого слова.

Натан отвел ее к Джону и вежливо поклонившись, удалился. Разочарование, досада, злость – всё это разом охватило его. Первый танец с мисс Фейн, а он выглядел как растерянный мальчишка! Хорошо хоть в шагах не путался. Решил занять место преподобного, а в итоге превратился в пустое место. И ведь никогда раньше такого не было, чтобы он не знал, что сказать. Из любой ситуации он находил выход, но сейчас, танцуя с Эмили, словно лишился дара речи. Поддевать ее ему не хотелось, а говорить комплименты было нелепо. Что такое она сделала с ним, что он сам на себя не был похож?

*

Эмили пораженно смотрела в спину Натана и не могла поверить в происходящее. Мало того, что с момента их знакомства он первый раз пригласил ее на танец, так ещё во время его исполнения был нем как рыба! Только отчего-то пучил на нее глаза. Он выглядел так, словно только что увидел ее. Эмили даже захотелось посмотреть на свое отражение в зеркале, чтобы убедиться, что в ее лице ничего не изменилось или, не дай бог, оно не было испачкано. И ни одного слова! Ни одной шутки! Ни одной колкости! Наверняка, всё это были приятные последствия ее помолвки. Она нисколько не ошиблась, когда решила, что теперь Натан Коулман будет вынужден вести себя прилично.

Наконец! Наконец она могла спокойно выдохнуть! Эмили не могла поверить, что теперь ее жизнь войдёт в спокойное русло и при встрече с Натаном ей больше не нужно будет придумывать, как в очередной раз достойно ответить ему.

Она посмотрела на Джона и широко улыбнулась ему. Как хорошо, что теперь она не одна.

– Мистер Коулман чем-то развеселил тебя? – смотрел тот с любопытством.

Эмили покачала головой.

– Нет, просто я рада, что вернулась к тебе. Может немного прогуляемся? Здесь слишком душно и мне бы хотелось подышать свежим воздухом.

Он предложил ей руку и повёл ее на улицу.

Эмили было стыдно себе признаться, но она намеренно хотела остаться с Джоном наедине. За три дня, что длилась их помолвка, они ещё ни разу не оставались одни. А значит, она не могла получить долгожданный поцелуй. И поэтому сейчас всей душой желала восполнить этот пробел в их отношениях.

Эмили помнила, как однажды на терассе застала Натана целующимся с девушкой. И как ни странно, ей это показалось очень романтичным. Во всем этом присутствовал дух авантюризма и опасности. И теперь она могла вот так же, стоя под звездным небом, в темноте, где из окон на землю отбрасывался причудливый свет, стоять с Джоном. Одной рукой он обнимет ее за талию, а другой возьмёт за подбородок и прильнет к ее губам. Хотя Эмили не имела практических знаний в этой области, но некоторыми теоретическими всё же обладала.

Как-то нечаянно она подглядела за кухаркой и ее женихом, когда они целовались. Ей не следовало наблюдать за ними, но любопытство перевесило все правила приличия и она отчётливо видела, как их губы соединились. Она надеялась, что сегодня Джон воспользуется удобным случаем и тоже поцелует ее.

Когда они вышли на улицу, к счастью Эмили, там никого не оказалось. Всё вокруг выглядело именно так, как она себе представляла. Звёздное небо, свет из окон, ночная тишина и… романтика.

Вдохнув полной грудью прохладный воздух, она пришла в волнение. Всё внутри нее затрепетало от предвкушения чего-то очень приятного.

– Джон, – нарушила Эмили тишину, – как же сегодня чудесно на улице!

– Ты словно прочитала мои мысли! – вторил он. – Господь подарил нам не только свет солнца, чтобы мы могли хорошо видеть и различать все предметы, но и свет луны и звёзд, чтобы вызывать в нас благоговейный трепет. Его небесные творения поистине прекрасны и восхитительны!

– Я много раз замечала, как смотря в ночное небо, меня охватывало какое-то особое чувство. Но раньше я не понимала, что за чувство это было, но с твоим появлением всё встало на свои места, – Эмили сделала паузу. Она решалась намекнуть жениху на свое желание. – Джон, как же мне нравится стоять здесь с тобой и чувствовать твою руку. Мне кажется, что этот вечер создан только для нас!

– Моя дорогая Эмили, я очень рад, что ты согласилась стать моей женой. Совсем скоро мы скрепим наш союз клятвами и не только вечер, но и утро, и день, и ночь будут принадлежать нам с тобой.

Джон говорил это с такой страстью, что Эмили ждала, что поддавшись порыву он сам, без лишних намеков решит поцеловать ее. Но он продолжал стоять лицом к саду и даже не собирался поворачиваться к ней. Всё таки ей самой придется переходить к более решительным действиям.

– Насколько мне известно, каждое время суток таит в себе особую прелесть. Джон, – она потянула его за руку таким образом, чтобы он повернулся к ней, – сегодня сам вечер шепчет нам… – ее рука приподнялась и уже почти коснулась его шеи, как вдруг, со стороны входа послышался громкий шум.

Эмили тут же отпрянула от жениха и резко обернулась. И тут ее глаза встретился со злым взглядом Натана. Он смотрел так, словно прожигал в ней дыру.

Ну конечно, раз теперь он не мог в открытую говорить ей гадости, то решил преследовать ее другим способом!

– Прошу простить меня, – сквозь зубы процедил молодой человек. – Я не хотел мешать вам. Но иногда мне просто необходим свежий воздух.

Вместо того, чтобы удалиться, он поравнялся с ними и встав рядом с Эмили, уставился в сад. Она слышала, как возбуждённо он дышал. Может ему и в самом деле плохо?

– Ничего страшного, мистер Коулман. Вы совсем

Эмили с Натаном натянули на лицо вымученные улыбки. Оба пребывали в самом плохом расположение духа и сейчас не были склонны к веселью.

Эмили злилась, что сорвался поцелуй, да ещё и по вине этого болвана, а Натан злился, что как раз этот самый поцелуй не достанется ему. При одной мысли, что она уже целовалась с преподобным, ему хотелось набить тому морду.

Постояв так ещё немного, Эмили сказала Джону, что замёрзла и желает вернуться в дом. Он исполнил ее просьбу и сопроводил в зал. Натан остался стоять на крыльце.

Так до конца вечера его больше никто не видел.

Глава 12

Эмили сидела в своей комнате и держа в руках книгу, прислушивалась к звукам ливня на улице. Этот звук придавал таинственность ее уединению. Сейчас она наслаждалась возможностью побыть одной. Отец с матерью уехали к Майерзам, и судя по погоде, вернутся ещё не скоро. Можно сказать им повезло, что уехали они до того, как разразилась непогода. Но если дождь затянется надолго, то и их пребывание в гостях продлится до неопределенного часа.

Эмили сначала тоже собиралась ехать в гости, но днём пришла записка от Джона, где он сообщал о своем неожиданном отъезде в соседнюю деревню. Там заболел местный священник и на время Джону придется его заменить. Он писал, что скорее всего вернётся на следующий день, так как на сегодня намечались крестины, а на завтра свадьба. И если за эти сутки никто не решит отдать Богу душу, то его поездка пройдет вполне удачно и в положительном ключе.

Дочитав записку до конца, Эмили засмеялась. Ей очень нравился юмор Джона. Он всегда умел поднять ей настроение и от души повеселить. Правда, за прошедшие две недели только юмором она и спасалась.

Все её встречи с женихом были похожи один на другой. Они либо проводили время в домах соседях, либо он обедал или ужинал в их семействе. Они всё время были вместе, но при этом Джон не стремился остаться с ней наедине, а Эмили больше не предпринимала попытку сблизиться с ним не только душой, но и телом. До нее вдруг дошло, что он слишком серьезно относился к подобным проявлениям чувств. Она поняла это на воскресной проповеди, когда он говорил о нравственной чистоте.

– Молодой человек и его избранница во время ухаживаний должны хранить себя чистыми от безнравственных прикосновений! – провозгласил он. – И какими бы сильными не были желания близости, всё это Господь разрешил делать тем, кто уже заключил союз на земле и на небесах.

После его слов, для Эмили всё стало понятно. Поцелуи и объятия во время ухаживаний Джон считал неприемлемыми. Была ли она разочарована? Нет. Огорчена? Да.

Ей нравилась твердость его убеждений, но при этом она была бы не против немного с ним согрешить. Но теперь стало очевидно, что только после свадьбы он сделает то, чего она хотела уже сейчас.

Смирение. Терпение. Самообладание. Эмили всё больше находила для себя качеств, которые ей просто необходимо проявлять до заветного дня. А ведь они ещё даже не назначили дату свадьбы! Джон ждал ответа из епископата, и хотя это письмо было скорее формальностью, но он слишком серьезно к этому подходил.

Эмили всё чаще ловила себя на мысли, что период ухаживаний не был таким уж интересным и волнительным, как она представляла это раньше. Она ощущала себя так, словно сидела на вокзале и ждала поезд. Куда-то отойти по делам она не могла, так как вот-вот прибудет состав, но и занять место в вагоне и наслаждаться дорогой было ещё слишком рано. Вот и приходилось ждать, пребывая в предвкушении чего-то неизведанного и желанного. Она даже заскучала по словесным перепалкам с Натаном.

Вообще, его поведение очень удивляло ее. Они встречались у соседей и он непременно приглашал ее на один танец. В первые разы, когда она шла с ним в центр зала и исполняла положенные повороты и па, нервозность не оставляла ее. Но когда он так ни разу и не заговорил с ней, Эмили перестала волноваться и даже стала получать удовольствие от танца. Несмотря на все недостатки Натана, партнёром он был великолепным!

Эмили не могла сказать, что мечтала бы вновь оказаться предметом его насмешек, но должна была признать, что постоянное противостояние с ним придавало ее жизни какую-то остроту. Она удивлялась своим мыслям, но каждый раз потом приходила к выводу, что должна благодарить небеса и Джона за спокойную и размеренную жизнь. Возвращаться на тропу войны было неблагоразумно и очень глупо.

И вот, сейчас, сидя за книгой, она думала о Джоне. Она беспокоилась, не попал ли он под дождь? Не промок ли до нитки? А одежда? Теплый ли на нём плащ? Он ведь поехал верхом на коне и наверняка нигде не остановился, чтобы переждать непогоду. Он скорее пожертвует здоровьем, чем бросит на произвол судьбы алчущих и страждущих. Эмили улыбнулась. Ну может там и нет алчущих и страждущих, но всё равно он постарается поскорее прибыть в соседский приход.

Эмили снова вернулась к книге и постаралась сосредоточиться на романе, как вдруг в дверь постучали и в комнату вошла немолодая служанка.

– Мисс Эмили, простите что отвлекаю вас, но я решила, что вам лучше об этом знать.

Она оторвалась от книги и непонимающе уставилась на женщину.

– О чем знать?

– Ещё пол часа назад я заметила, как какой-то господин стоит у вас под окнами. Я не могла разглядеть его лица, но по одежде сразу поняла, что это был джентльмен. Я решила немного подождать и понаблюдать за ним, чтобы понять, что он будет делать. Но он просто стоял и смотрел на окна вашей спальни. Я уже хотела отправить к нему слугу, чтобы выяснить, что ему нужно, как вдруг отчётливо увидела его лицо. Там стоит мистер Натан Коулман.

– Кто?! – поразилась Эмили.

Она поспешно встала и подошла к окну. Отодвинув занавеску, тут же в увидела мужскую фигуру. Из-за сумерек и дождя было почти невозможно разглядеть черты его лица, оно лишь белым пятном выделялось на фоне темной одежды, но даже так Эмили признала в нем мистера Коулмана.

И тут небо и всё вокруг озарила вспышка молнии. Ее глаза встретились с глазами Натана. Он смотрел

Эмили повернулась к служанке и растерянно посмотрела на нее.

– Вы примете мистера Коулмана? – поинтересовалась женщина.

– Да, я приму его. Иди вниз и проводи его в гостиную. Я скоро спущусь.

Служанка присела и вышла из комнаты.

Эмили посмотрела на свое отражение в зеркале и заколола выпавший из прически локон. Она не могла понять, что Натану понадобилось от нее в такой час? И, вообще, зачем он столько времени стоял под ее окнами? Или это его очередная проказа? Но ведь этим он вредил только себе? А может у него появилось какое-то неотложное дело и он никак не мог решится обратиться к ней?

Эмили перебирала в уме разные варианты, но все они казались ей неправдоподобными. Самое лучшее, что в такой ситуации она могла сделать, так это просто пойти в гостиную и самой всё выяснить.

Она ещё раз оглядела себя в зеркале и убедившись, что выглядит как положено, покинула комнату.

Глава 13

Эмили вошла в гостиную. Натан уже находился там и стоял лицом к разожжённому камину. Он вытянул руки и пытался согреть их. С его волос и одежды капала вода. Как только он понял, что был не один, быстро повернулся и уставился на нее.

Эмили окинула его жалкий вид любопытным взглядом, а потом прошла к дивану.

– Даже не знаю, стоит ли предлагать вам присесть, – смотрела она озадаченно.

– Не стоит. Мне намного удобнее стоять у камина.

Эмили села, разместила руки на коленях и подняла на гостя глаза. Она решила, что ей больше не стоит вести себя с ним фамильярно. Она почти замужняя дама и теперь любой джентльмен должен обращаться к ней подобающим образом.

– Мистер Коулман, меня очень удивило ваше появление. Я так полагаю, что непогода застала вас в дороге, и именно наш дом оказался в числе первых, который повстречался на вашем пути. В этом заключается причина, по которой вы оказались здесь?

Вместо ответа, Натан прошел к круглому столику, без разрешения взял бутылку бренди, плеснул из нее напиток в пустой бокал, а потом вернул бутылку на место.

Эмили неотрывно следила за ним. Его молчание напрягало ее.

– К сожалению, моих родителей сейчас нет дома, – решила она продолжить разговор, чтобы несговорчивость гостя не давила на нее. – Они отправились на званный вечер к мистеру Майерзу. Вместе со всей семьёй к нему приехал старший сын. Мистер Коулман, вы уже видели его первенца? Тому пока нет и пол года, но говорят, ребенок унаследовал черты своего отца и очень на него похож, – она сделала паузу, ожидая от молодого человека хоть какой-то реакции, но Натан молчал. Эмили вздохнула. Судя по всему, ей придется самой продолжать разговор. – А ещё, сегодня днём мистер Гриффин уехал в соседский приход. Там заболел священник и ему пришлось…

– Эмили, перестань! – бесцеремонно перебил ее Натан, отхлебнул бренди и принялся вертеть бокал в руках, смотря на то, как в нем плескается напиток. – Я только что от Майерзов и твои родители уже успели мне обо всем доложить.

Эмили нахмурилась. Теперь она совершенно ничего не понимала.

– Тогда что вам здесь нужно?

Он взглянул на нее.

– Что мне нужно?

Он смотрел настолько пристально, что Эмили жутко смутилась и уже с трудом выдерживала его взгляд. И хотя он больше ничего не делал, она кожей чувствовала исходящую от него опасность. Сердце ускорило ритм и тревожно забилось в груди.

Натан ещё раз поднес к губам бокал, одним глотком осушил его, а затем со стуком поставил на стол.

– Я пришел, чтобы просить твоей руки. Я люблю тебя и хочу, чтобы ты разделила со мной всю мою жизнь. Я предлагаю тебе руку и сердце. Ты выйдешь за меня?

Признание Натана настолько сильно поразило Эмили, что она вылупила на него глаза и открыла рот. Не моргая, целую минуту она смотрела на него и не могла произнести ни слова. Казалось, смысл его просьбы никак не доходил до нее.

Натан терпеливо ждал, когда первый шок пройдет и Эмили даст ему ответ. Спустя время, которое ему показалось вечностью, ее взгляд, наконец, ожил. Но вместо слов, она вдруг разразилась громким смехом. Запрокинув голову назад, она смеялась в полный голос. Этот смех звоном отдавался в его ушах и неприятно бил по самолюбию.

– А я всё думала, почему это ты стал таким смирным, – продолжала смеяться Эмили. – Так значит ты решил избрать новый способ, чтобы испытывать мое терпение. Но я всё поняла. Я разгадала твой план. Этот номер у тебя не… – но Натан не дал ей договорить. В два шага он преодолел расстояние между ними и подскочив к ней, схватил за плечи и поднял на ноги.

– Ты как раз ничего не поняла. Сейчас я совершенно честен с тобой, – смотрел он в ей прямо глаза. – Я не просто люблю тебя, я схожу по тебе с ума! Ты нужна мне и я хочу видеть тебя в качестве своей жены. Я не могу жить без тебя, и если ты согласишься выйти за меня, я тут же покажу тебе всю силу своей любви!

Слушая его признание, улыбка на ее лице исчезла. Напор и близость Натана напугали ее. Сейчас Эмили не сомневалась в серьезности его намерений. Его горящий взор говорил ей, что он не обманывал ее и действительно делал предложение. Но разве могла она согласиться?

Она постаралась освободиться от его рук.

– Ты сошел с ума! У тебя определенно жар! Я не могу выйти за тебя. Я выхожу замуж за Джона! Он мой жених и будущий муж.

Несмотря на ее сопротивление, Натан не отпускал ее.

– Но пока-то не муж.

– Но будет им! Я обещала ему и не намерена нарушать данное слово!

– А тебе не кажется, что ты кое о чем забыла упомянуть?

Эмили насторожилась.

– И о чем это?

Он ещё ближе наклонился к ней и почти у самых губ прошептал:

– Ты так и не сказала, что любишь его. Разве не об этом ты должна была сразу заявить мне?

– Я люблю его! – тут же выпалила она.

Натан усмехнулся и покачал головой.

– Поздно. Я не верю тебе. Ты не любишь его.

– Тебя это не касается! – Эмили снова предприняла попытку освободиться от него. – Я выйду замуж только за Джона

Но вместо того, чтобы внять ее словам, Натан ещё крепче ухватил ее и прижал к себе.

– Ты слишком дорога мне, чтобы я так легко отпустил тебя, – прошептал он и окинул ее лицо жадным взглядом. Его глаза опустились вниз и остановились на ее губах. – Непростительно много времени у меня ушло, чтобы осознать свои чувства к тебе, и теперь я должен исправить это упущение. Эмили, я очень сильно хочу тебя поцеловать. Твой рот источает нектар и я не могу удержаться, чтобы не испить его.

Действуя как настоящий змей-искуситель, Натан принялся приближать к ее губам. Эмили с трудом верила в происходящее. Она чувствовала на своем лице его возбужденное дыхание, отчего всё внутри неё задрожало. Ещё чуть-чуть и она получит поцелуй от Натана. От Натана! Этого повесы и беспринципного человека! Он специально пришел, чтобы лишить ее душевного покоя!

В голове набатом била мысль, что она ни в коем случае не должна позволять ему прикасаться к себе. Только не ему! Да и как потом она посмотрит в глаза Джону?

Эмили отклонила голову назад.

– Натан, перестань! Ты не должен этого делать! Я не хочу!

Он остановился и снова всмотрелся в ее лицо.

– Моя любимая Эмили, я не могу перестать. Только не сейчас… – и тут же с жаром накинулся на ее губы.

Ощутив его горячий рот, Эмили запищала и в панике принялась шарить рукой по столику, что находился чуть позади. В секунду она нащупала колокольчик и изо всех сил принялась трясти его. Громкий звон оглушил молодых людей.

Издав разочарованный стон, Натан резко отстранился, выпустил ее из объятий и отступил назад. В любой момент могла появиться прислуга, а портить репутацию Эмили он не собирался.

– Если ты думаешь, что избавилась от меня, то хочу тебя заверить – это не так. Я не отступлюсь и сделаю всё, чтобы ты стала моей женой. И этот поцелуй мы ещё продолжим.

Натан склонил голову, а затем быстрым шагом направился к выходу. В тот момент, когда он подходил к дверям, служанка, стоя с другой стороны, распахнула их. Ловко обойдя женщину, он скрылся в холле. Эмили же пораженно смотрела ему вслед и слушала, как с каждой секундой всё дальше удалялись его шаги.

Всё ещё пребывая в недоумении от происходящего, она неосознанно подняла руку и пальцами коснулась своих губ. Она не могла поверить, что не Джон, а Натан первым дотронулся до них! И хотя она почти ничего не успела ощутить, но понимание этого неприятно поражало ее. Или не так уж и не приятно?

Глава 14

Ещё долго лёжа в кровати Эмили не могла уснуть. Она прокручивала в голове слова Натана. Он сказал что любит ее. Натан любит ее, старую деву Эмили Фейн, которую столько донимал своими шуточками! Разве это не смешно? А может он просто белены объелся? Или перепил бренди? Или его молния по голове шарахнула, когда он ехал под дождем?

Никогда ещё поведение Натана так не поражало Эмили. Пожалуй из всего, что она слышала из его уст, сегодняшние слова по-настоящему лишили ее покоя. Теперь даже порка не казалась ей такой возмутительной. Но самое печальное, что он ей сказал то, что она хотела услышать от Джона. И поцелуй, который должна была получить от жениха, получила от постороннего человека! Ну почему?! Почему в ее жизни всё так запутано?!

Раньше вся её мечта о замужестве сводилась к простым вещам: она встречала симпатичного молодого человека; они влюблялись в друг друга; он признавался ей в любви и делал предложение; они позволяли себе поцелуи и объятия до свадьбы, а потом священник венчал их. И всё! Разве это такое уж несбыточное желание? Но именно с ней должна была случиться такая оказия!

Джон был бы идеальным женихом, если б только не был так религиозен. Возможно, для кого-то эта его черта служила большим плюсом, но для Эмили она оказалась минусом. Зато грешный Натан исполнял ее желания на раз, два, три. Объятия? Пожалуйста! Поцелуй? Сколько хочешь! А ведь он даже не был ее возлюбленным!

Вспоминая события прошедшего вечера, Эмили уже сомневалась в искренности его предложения. Всё это была очередная игра. Направляясь к ней домой, наверняка он был уверен, что она откажет ему. Интересно, а что бы он сделал, если б она согласилась? Как бы выкрутился из этой неловкой ситуации?

Сейчас Эмили даже жалела, что не провела над ним этот эксперимент. Ей нужно было согласиться и сказать, что всегда мечтала стать его женой. Что все эти годы была в него по уши влюблена. Вот бы она потом посмеялась над ним, смотря на то, как он старается взять свои слова обратно.

Нет, не мог он быть в нее влюблен, и уж тем более хотеть сделать своей женой. А поцеловать ее он решил только для того, чтобы смутить, а потом посмеяться. Натан не тот человек, который умел по-настоящему и искренне любить. Слишком легкомысленно он относился к подобным вещам. Она сама слышала, как он на террасе соблазнял девушку, чтобы поцеловать ее, а до этого он целовал ещё дюжину таких же. Такому человеку нельзя было верить, и уж тем более доверять.

Эмили даже стало стыдно, что в душе ратовала на Джона и его принципы. Он, в отличии от того же Натана, был верным и преданным, и в его чувствах она нисколько не сомневалась. Нельзя быть такой глупой. Всё таки ей уже двадцать пять лет и в таком возрасте пора жить не наивными мечтами, а холодным разумом.

«Джон. Джон. Мой милый Джон».

Как песенку повторяла Эмили про себя его имя. Она всячески старалась вытеснить из своих мыслей воспоминания о поцелуе. Теперь при любом соблазне она должна произносить имя жениха. Пусть оно будет служить ей хорошим напоминанием, что она принадлежит этому мужчине. А Натан больше не приблизится к ней!

*

Возвращение Джона в деревню ознаменовалось для Эмили ещё одной хорошей новостью. Пришло письмо из епископата, где одобрялось его желание жениться.

– Теперь нам нужно выбрать дату, – поднял он на нее глаза, когда закончил читать письмо вслух. – Сколько времени у вас займёт приготовление к свадьбе?

Эмили не стала ему рассказывать, что у матери уже всё готово, и даже необходимые мерки и фасон свадебного платья у

– Я думаю двух месяцев будет достаточно, – ответила Эмили.

– Тогда я напишу преподобному Мейси, чтобы он обвенчал нас.

Она согласно кивнула.

– Кстати, ты простишь меня, если сегодня я не смогу сопроводить тебя к Дэвисам? Стоило уехать на один день, как в приходе появились неотложные дела.

– Конечно. Родители составят мне компанию.

– Только обещай, что потом в подробностях расскажешь мне, как прошла театральная постановка сестер Дэвис. В подобных провинциальных представлениях всегда присутствует некоторое очарование.

– Обещаю смотреть во все глаза!

Вскоре Джон покинул дом Фейнов, а Эмили отправилась в свою комнату готовиться к вечеру.

В доме Дэвисов царило настоящее столпотворение. Среди гостей были не только местные семьи, но и дамы и господа из столицы и других областей страны. Мистер Дэвис не жалел ни средств, ни сил, чтобы пригласить на вечер как можно больше людей. Его дочери вошли в тот самый возраст, когда им нужно было найти себе мужей. А подобные мероприятия как нельзя лучше этому способствовали. Отец семейства искренне считал детей талантливыми и с удовольствием поддерживал их интерес к театру.

Раз в год они готовили по-настоящему грандиозное зрелище. В большом зале устанавливали сцену, которую до начала представления закрывали занавесом. Напротив сцены в ряд расставлялись стулья, а гости, как в театре, получали программки с кратким описанием пьесы и кто из сестер какую исполнял роль. В представлении были задействованы и другие люди, но чаще всего это была прислуга, и играли они второстепенных персонажей.

Прибывшие гости обменивались с хозяином дома и его женой приветствиями, а потом проходили в зал и усаживались на отведенные им места.

Эмили пришлось извиниться перед мистером и миссис Дэвис за отсутствие Джона. Те, в свою очередь, выразили сожаление, что он пропускал самое большое событие года, но потом всё же пришли к заключению, что дела Господни важнее мирской суеты и с улыбкой на лице пожелали мисс Фейн получить удовольствие от представления.

Эмили поблагодарила их за понимание и прошла в зал. Родители уже заняли места и с интересом рассматривали тех гостей, которые были им незнакомы. Протиснувшись между тесно расставленными стульями, Эмили села рядом с матерью и взяв в руки программку, принялась ее изучать. Место, предназначенное Джона, пустовало.

– А из тебя получилась бы отличная леди Макбет, – откуда-то сверху донесся до Эмили мужской голос, и в ту же секунду рядом с ней на свободный стул плюхнулся Натан. – Может в следующий раз ты порадуешь своего мужа этой ролью? Обещаю, что ни разу не отведу от тебя глаз.

Вместо того, чтобы рассердиться, Эмили внимательно всмотрелась в его лицо и выглядела так, словно старалась для себя что-то понять.

– Скажи, в последнее время с тобой не случались припадки? Ты не терял сознание, или тебя не подводила память?

Натан опешил от таких вопросов.

– Что-то подсказывает мне, – продолжила Эмили, – что с твоим здоровьем не всё в порядке и тебе следует обратиться к доктору. По-моему, у тебя либо горячка, либо ты помешался рассудком. Я даже слышала, что некоторые люди страдают раздвоением личности и ведут себя очень странно. Наверно мне не стоит раздражать тебя и нужно во всем тебе подыгрывать.

Натан не удержался и достаточно громко рассмеялся. Его поведение тут же привлекло внимание соседей.

– В таком случае, сегодня я побуду преподобным Джоном Гриффином, – он сомкнул перед собой ладони и с умным видом произнес. – Скажи, дочь моя, сколько раз за этот день ты молилась?

Эмили посмотрела на него как на дурака и покачала головой.

– Ты невыносим, – а потом прикрыла программкой рот и беззвучно засмеялась.

Слуги принялись гасить свечи и лампы в зале. Лишь у самой сцены они оставили их гореть. Наступила тишина. Все замерли в ожидании представления. В самом углу расположились музыканты и получив от хозяина сигнал, начали играть.

Двое мужчин раздвинули занавес и перед зрителями открылось подобие стен замка. Вскоре, в крестьянском платье и с корзинкой в руках, на сцене появилась младшая мисс Дэвис.

Эмили приготовилась следить за ходом пьесы, как вдруг, ладонь Натана опустилась на ее руку и крепко сжала ее. Тут же глаза Эмили стали такими большими и выразительными, что могли бы освещать не только сцену, но и всё вокруг.

– Натан! – не разжимая зубы, процедила она.

– Я Джон, – точно так же не размыкая губ, ответил он, а потом потянул на себя ее руку и разместил ее между их ног, тем самым пряча от любопытных глаз.

Она постаралась вырвать кисть, но Натан продолжал крепко удерживать ее. Эмили не могла резко выдернуть руку, так как это сразу бы привлекло к ней внимание. Всё, что ей оставалось делать, так это на словах выражать своё недовольство, и то делала она это еле слышным шёпотом.

– Я ненавижу тебя, – прошипела она.

– Скоро ты меня будешь любить.

– Ещё чего.

– Вот увидишь.

Натан в наглую расправил ее ладонь и просунул между ее пальцами свои, тем самым заключив их руки в замок. И хотя оба они были в перчатках, Эмили чувствовала насколько горячей была его рука. И почему-то это тепло заставляло ее сердце учащенно биться.

«Джон, Джон, милый Джон» – много раз повторяла она про себя, изо всех сил стараясь отвлечься от того огня, что разгорался в руке и воспламенял ее тело и душу.

Глава 15

Полтора часа! Целых полтора часа Эмили сидела как на иголках. Рука Натана была той самой змеёй, которая искушала и мучила ее. Против воли в голову лезли всякие нехорошие мысли. Все смотрели на игру сестер Дэвис, а она смотрела свой собственный спектакль, в котором главным героем был Натан. Но нет, он не был положительным персонажем, он был настоящим злодеем, совратителем невинных дев. И ей предстояло противостоять его коварным уловкам, держа свои желания под надёжным замком.

С видом непреклонного человека Эмили решила, что их соединённые руки будут последним, чего он от нее добьется. Она приложит все усилия, чтобы больше не оказаться с ним рядом.

Наконец, прозвучала последняя реплика старшей Дэвис. Наступила тишина, а потом раздались громкие аплодисменты. Вместе с овациями и ее рука получила

После многочисленных поклонов, сестры Дэвис скрылись за занавесом, а все зрители повставали с мест. Эмили желала как можно скорее выйти из тесных рядов и оказаться подальше от Натана, но казалось, никто не спешил расходиться. К тому же еще миссис Фейн принялась шептать на ухо мужу, к кому из столичных гостей они должны быть в первую очередь предоставлены.

Вдруг, Эмили ощутила, как чья-то рука опустилась на ее талию.

– Эмили, ты же исполнишь со мной первый танец? – услышала она ненавистный голос Натана.

Неслыханная дерзость!

– Ни за что! – и со всей силы ткнула его локтем под ребро.

Он издал какой-то крякающий звук и тут же его рука слетела с талии.

– По-моему, ты напрашиваешься на наказание, – через несколько секунд снова заговорил он. – Я вот только не могу выбрать, устроить тебе новую порку или страстно поцеловать.

Эмили не удержалась и повернувшись к нему, одарила его сердитым взглядом.

– Если ещё хоть раз ты напомнишь мне о… ну ты сам знаешь о чем, я собственноручно застрелю тебя.

Натан усмехнулся.

– Так значит ты хочешь чтобы я поцеловал тебя? Замечательный выбор! Лично я тоже предпочел бы оказаться с тобой в более уединенной обстановке. Это принесет нам гораздо больше удовольствия.

Руки Эмили так и потянулись к нему, чтобы придушить этого негодяя.

– Ты выдаешь желаемое за действительное. Ты никогда не поцелуешь меня. Слышишь, никогда.

– Ох, Эмили, на твоём месте я бы не зарекался. Когда-то ты обещала больше не разговаривать со мной, и что я сейчас вижу, а вернее слышу? Ты ведёшь со мной сладкие речи. Я больше чем уверен, что совсем скоро ты подаришь мне поцелуй.

Не видя смысла продолжать этот разговор, Эмили недовольно фыркнула и отвернулась от него. В это время родители, наконец, решили выйти в проход и освободили ей путь. Правда Джудит тут же взяла дочь под руку, и как несколько минут назад шептала мужу, теперь шептала ей, кому они должны быть представлены. У матери были по истине наполеоновские планы, и Эмили пришлось не один круг пройти по залу, пока та их полностью не осуществила.

Кроме себя и отца, Эмили жалела мистера Дэвиса, которому пришлось как мальчику на побегушках у миссис Фейн, ловить того гостя, с кем Джудит желала познакомиться, и с важным видом представлять их друг другу. Каждое такое знакомство оборачивалось продолжительной беседой, и к тому времени, когда в зале не осталось никого, кто бы не знал семью Фейн, танцы давно начались, а Эмили уже хотелось оказаться дома.

– Дорогая, но ведь ещё слишком рано! – воскликнула Джудит, когда услышала просьбу дочери. – Мы только-только обрели новых знакомых. К тому же я собиралась пригласить их завтра к нам на пикник. Нет, о возвращении домой не может быть и речи! Ты ведёшь себя так, словно стала монахиней. Конечно, ты станешь женой священника, но тебе не стоит всё время проводить дома. И пока мистер Гриффин занят делами прихода, ты обязана налаживать связи. Нет, мы определенно не станем покидать дом мистера Дэвиса! У нас всего одна коляска. И если ты устала, то просто посиди на стуле. Никто не требует от тебя танцевать весь вечер.

– Я могу взять коляску, а потом прислать ее обратно, – настаивала Эмили.

– А вдруг мне или мистеру Фейну станет дурно, и нам срочно понадобится вернуться? Ты же знаешь, что у отца плохое здоровье. Не могу же я потом бегать и просить хозяев или гостей одолжить нам свою коляску?

Эмили знала, что мать слишком драматизирует. Ее упрямство и желание свести знакомство с важными господами мешали ей пойти на маленькую уступку.

– Миссис Фейн, простите, что вмешиваюсь в ваш разговор, – вдруг из-за спины Эмили появился Натан и встал напротив миссис Фейн, – только что я совершенно случайно стал свидетелем вашего спора, – Эмили сразу же нахмурилась, всем своим видом показывая, что не верит ни единому его слову. – Но я хотел бы предложить вам свою помощь. Если вы доверяете мне и не боитесь отправить со мной свою дочь, я мог бы отвезти мисс Фейн домой. Я как раз возвращаюсь в поместье и мне не составит труда по пути заехать и к вам.

– Ну что вы, мистер Коулман, я полностью доверяю вам. И раз Эмили так хочет вернуться домой, то я буду только признательна вам за оказанную моей дочери услугу.

– Тогда через десять минут жду мисс Фейн в своем экипаже.

Кивком головы мистер Коулман отдал обеим дамам честь и направился к выходу.

Чуть не плача, Эмили растеряно смотрела на мать. Теперь ничто не способно остановить Натана от исполнения своих угроз. Они вдвоем будут сидеть в его экипаже, и если он вздумает поцеловать ее, никто не сможет помешать ему это сделать.

Безнадежным взглядом, как заблудившийся в пустыне путник, она осмотрела гостей. Только чудо могло спасти ее, или…

Ну конечно! Тут же лицо Эмили просветлело, а глаза засияли. Она выглядела так, словно только что нашла оазис! Ничего у Натана не выйдет! Она будет мудрее и хитрее его. Сегодня в очередной раз он убедится, что мисс Фейн ему не по зубам. Она выиграет этот раунд! А он будет повержен!

С улыбкой победителя Эмили натянула перчатки повыше и решительно направилась в противоположный конец зала. Готовьтесь, мистер Коулман, совсем скоро ваша же доброта обернется против вас!

Глава 16

Когда Эмили вышла на крыльцо, там уже стоял экипаж Натана, а он сам переминался с ноги на ногу и держал дверцу коляски открытой. При ее появлении его губы растянулись в улыбке, а взгляд обещал неприличные удовольствия.

Прежде чем спуститься к нему, Эмили на пол пути остановилась, а потом чуть отошла в сторону, пропуская вперёд пожилую вдовушку Нэш. Та семенила ногами и подслеповатыми глазами всматривалась в шикарный транспорт.

– Мистер Коулман, благодарю вас за предложение отвезти меня домой, – проскрипела она старческим голосом, когда оказалась возле Натана. – Мой покойный муж очень любил все эти шумные мероприятия, но лично меня они всегда утомляли. К сожалению, после его смерти мне приходится полагаться на доброту соседей и ездить вместе с ними на балы и приемы, а потом ждать, когда они решат вернуться домой. Как вы знаете, у меня почти нет средств

– Буду рад оказать вам эту небольшую услугу, – склонил Натан голову, а сам пристально посмотрел на Эмили. Она тут же вздернула подбородок и расплылась в самодовольной улыбке, всем своим видом показывая, что ничего у него не выйдет.

– Миссис Нэш, прошу вас, – подал он старушке руку и помог ей забраться в экипаж. – Мисс Фейн, – теперь уже мстительным голосом произнес он и точно так же помог ей подняться по маленьким ступенькам.

Эмили села вместе с вдовушкой и принялась ждать Натана. Через несколько секунд он появился и устроился напротив дам.

Миссис Нэш улыбнулась ему почти беззубой улыбкой и снова поблагодарила за заботу, при этом отметив, насколько у него большая и удобная коляска.

Эмили не смогла удержаться чтобы с иронией не заметить:

– Миссис Нэш, полностью с вами согласна. Мне даже жаль, что мой дом находится намного ближе вашего и мне предстоит покинуть прекрасный экипаж мистера Коулмана значительно раньше чем вам. Ехать в нем настоящее наслаждение, – и при этих словах бросила на Натана насмешливый взгляд.

Он лишь слегка прищурился, но так ничего ей и не ответил. Он, вообще, всю дорогу молчал и говорил лишь тогда, когда миссис Нэш о чем-то его спрашивала. Эмили знала, что не прогадала, выбрав старушку себе в спутницы. Та всегда любила предаваться воспоминаниям и безостановочно рассказывать о своей жизни. Эмили уже предвкушала, как покинет экипаж Натана, оставив его наедине с вдовушкой. Вот и пусть целует ее.

Наконец, коляска остановилась. Эмили уже подалась вперёд и почти поднялась с места, как вдруг Натан обратился к ней:

– Мисс Фейн, а куда это вы собрались?

– Ну как же? Разве мы уже не приехали?

– Приехали, но не вы. Миссис Нэш, прошу вас, – он открыл дверцу и вышел из экипажа.

Эмили сразу осела. С тревожно колотящимся в груди сердцем она ждала, когда старушка покинет карету, а Натан вернётся обратно. Как же так получилось, что он переиграл ее и теперь они останутся совершенно одни? Неужели он попытается поцеловать ее?

От этой мысли ладони тут же вспотели, а щеки вспыхнули и запылали ярко красным цветом. Но самое неприятное, что подобное обстоятельство не возмущало ее и не оскорбляло, а вызывало любопытство и приятное волнение. Она бы даже сказала, что предвкушала этот момент. Нет! Нет! Нет! Это неправильно! Порочно! Бесстыдно! И она уж точно не станет желать близости Натана!

Он, тем временем, снова взобрался в экипаж и сел на свое место. Эмили с опаской смотрела на него, готовая при нападении дать отпор. Но Натан не спешил приближаться к ней. Он откинулся назад, развел колени в стороны, скрестил на груди руки и заняв расслабленную позу, смотрел на нее. Весь его вид говорил о том, что он считал себя хозяином положения, а его взгляд выражал спокойствие и уверенность. Но Эмили знала, что всё это было лишь игрой. Вряд ли он просидит вот так до самого ее дома. Слишком откровенно до этого он выражал ей свой интерес. Да и зачем ему тогда было спроваживать миссис Нэш и оставаться с ней наедине?

– Ты не посмеешь приблизиться ко мне, – сразу же заявила она, не дожидаясь его действий.

Бровь Натана удивленно приподнялась, а уголок рта изогнулся.

– О чем это ты?

– Сам знаешь о чем.

– Так значит ты думаешь о нашем поцелуе?

– Я?! – возмутилась Эмили. – Разве не ты сегодня грозился поцеловать меня?

– Заметь, сейчас я не произнес ни слова и никоим образом не обмолвился об этом. Ты первой заговорила, чтобы я что-то там не смел. Значит ты думаешь обо мне. Думаешь о том, что между нами может случится.

– Всё, забудь!

Эмили отвернулась и уставилась в окно.

– Ну уж нет. Теперь, когда ты сама напомнила мне о поцелуе, я не смогу просто так выкинуть его из головы, пока мы не…

Она тут же бросила на него возмущенный взгляд.

– Моя любимая Эмили, – протянул Натан ей руку, – иди ко мне. Мы ведь с тобой созданы друг для друга. Мы словно половинки одного целого. И сейчас у нас есть возможность узнать друг друга намного ближе, можно сказать, узнать с новой стороны.

Эмили села прямо и внимательно посмотрела на него.

– Натан, давай начистоту. Все эти твои речи… они ведь только для одной цели. Очевидно же что ты не любишь меня и не собираешься жениться на мне. Тебе лишь нужно получить от меня поцелуй. Я не очень понимаю, почему ты так этого хочешь, но если дело только в этом, хорошо, я позволю тебе поцеловать меня, но ты должен пообещать, что перестанешь преследовать меня и никогда больше не заговоришь о своих чувствах.

– Так значит ты не веришь мне? – напрягся он, а в его голосе сквозило раздражение. – И что тебя заставляет сомневаться в моих словах?

Эмили всплеснула руками.

– Что?! Натан, да ты бегал за каждой хорошенькой мисс, которая только оказывалась в поле твоего зрения! Скольким из них ты признавался в любви? Скольким обещал жениться? Скольких целовал? А скольких потом так же быстро забывал?

– Лишь на Ванессе Роли я по глупости когда-то обещал жениться. Но как ты знаешь, наша помолвка была разорвана. Больше ни одна женщина не слышала от меня признаний в любви или предложения выйти замуж. Эмили, я абсолютно искренен с тобой. Я люблю тебя и хочу, чтобы ты стала моей женой. Именно с тобой я мечтаю прожить всю жизнь. Ты единственная нужна мне. И если ты считаешь, что кроме поцелуя мне от тебя ничего не нужно, то сейчас я готов отказаться от него.

Изо всех сил Эмили старалась не поддаться на его обаяние и не поверить его словам, но они проникали в самое сердце и заставляли ее испытывать волнение. Чтобы противостоять себе и Натану, она серьезно произнесла:

– Если, как ты говоришь, ты любишь меня, тогда что тебе мешало сделать мне предложение намного раньше? Почему ты ждал, когда я получу его от другого мужчины и только потом решил действовать? Что это, если не желание разрушить мою жизнь? Ведь именно в этом состоит твоя цель?

– А ты бы согласилась стать моей женой, если бы я раньше предложил тебе это?

Эмили опешила. Она растерянно захлопала ресницами.

– Какой сейчас в этом смысл? Я выхожу замуж за Джона. Через два месяца мы поженимся

– Но пока-то ты не миссис Гриффин, а мисс Фейн. И раз у меня есть только эти два чёртова месяца, я постараюсь доказать тебе свою любовь.

– Ты совсем не слышишь меня!

– Я прекрасно тебя слышу. Два месяца.

В это время экипаж остановился.

– С тобой бесполезно разговаривать! – с упреком бросила она и поспешно покинула коляску.

– Доброй ночи, моя любимая Эмили.

Но она ничего не ответила. Быстрым шагом Эмили направилась к дому и как только переступила порог, сорвала с головы шляпку и бросила на пол. Она не могла сдержать свое негодование. Натан окончательно решил лишить ее покоя! Он хотел скандала! Он хотел опозорить ее! Ну нет, она не позволит ему это сделать. Она любит Джона и выйдет замуж только за него!

Глава 17

Перед самым сном в комнату Эмили пришла Джудит и с радостью сообщила, что завтра состоится пикник и на него придут половина гостей Дэвисов. Она с гордостью отметила, что и остальная бы половина приняла их приглашение, если бы не возвращалась обратно в столицу по важным делам. Эмили искренне порадовалась за мать и заверила ее, что поможет ей всё хорошенько подготовить к приему стольких гостей.

К двенадцати часам по полудню на огромной поляне позади дома семьи Фейн уже стояли шатры, были расстелены покрывала и расставлены корзины с едой. Слуги бегали в дом, принося оттуда недостающую посуду.

Как Эмили и обещала, с раннего утра уже была на ногах и указывала где лучше поставить шатер, кинуть покрывало или поставить стулья для тех гостей, которым было трудно сидеть на траве. Она пробовала блюда и если где-то не хватало соли или специй, говорила, чтобы их добавили.

Джон пришел к ним самым первым. Эмили ещё была в комнате и приводила свой внешний вид в порядок, когда ей сообщили, что мистер Гриффин ждёт ее внизу. Его приход очень порадовал ее. После слов Натана, что он собирался доказывать ей свою любовь, она решила держаться от него как можно дальше и всегда быть с Джоном. Именно Джон был ее самой лучшей защитой. При нем-то Натан уж точно не позволит себе лишнего. Эмили даже решила, что больше не выйдет в свет без жениха. Всё равно она скоро станет замужней дамой, а в подобном положении жена никогда не ходила на приемы без сопровождения мужа.

К тому времени, когда Эмили была готова спуститься к Джону, к дому стали подъезжать коляски и экипажи. Подхватив молодого человека под руку, вместе с ним вышла встречать прибывших гостей. Она буквально не отпускала его от себя и стоило им разойтись больше чем на метр, тут же спешно сокращала это расстояние до минимума. Особенно сильно она прилипла к нему, когда приехал Натан.

Весь пикник Джон вел себя просто идеально. Внутренне, Эмили была ему благодарна, что он ни разу не оставил ее одну, не пытался избавиться от ее навязчивого присутствия и даже не отлучался в уборную. После совместного обеда некоторые гости увлеклись играми в жмурки или пантомимы, а некоторые предпочли совершить прогулку до леса, на краю которого располагалось небольшое озеро.

Прежде чем выбрать развлечение для себя, Эмили проследила за Натаном. Раньше он любил находиться там, где было много молоденьких девушек. Но сегодня держался компании почтенных мужчин. Он не играл, не совершал прогулку, а сидел на стуле вместе с мистером Дэвисом, мистером Майерзом и ее отцом, и о чем-то с ними говорил. Эмили поймала себя на мысли, а что бы он делал, если бы ее здесь не было? Вел ли себя так же сдержано, не расточая во все стороны улыбки и комплименты, стараясь очаровать каждую даму. Делал ли он только вид, что ему интересна эта компания? Играл ли он, зная что она видит его?

Эмили смотрела на него и пыталась найти ответы на свои вопросы. Она думала, думала, думала… и тут ее словно окатило холодной водой. А зачем ей вообще это знать?! Что это изменит?! Разве он станет привлекательнее в ее глазах? Неважно по какой причине Натан вел себя тем или иным образом, это совершенно не должно ее волновать. Пусть хоть на голове ходит, к ней его поведение не имеет никакого отношения.

Она отвернулась и предложила Джону присоединиться к тем, кто играл в пантомимы. Всё таки сегодня ей хотелось по-настоящему развлечься. После пантомимы они запускали воздушного змея, играли в крокет, пунэ(бадминтон). К концу пикника Эмили и думать забыла о Натане. Иногда она видела его, но он выбирал те развлечения, в которых она не участвовала. А потом он вообще попрощался с мистером и миссис Фейн и оседлав коня, уехал. После его отъезда Эмили окончательно расслабилась. Опасность миновала и она могла чувствовать себя в полной безопасности.

Вскоре и другие гости стали покидать гостеприимных хозяев. Когда они почти все разъехались, Джон предложил Эмили прогуляться до озера. Ему нужно было поговорить с ней.

Вышагивая по тропинке ведущей к озеру и лесу, Эмили слушала возбуждённый рассказ Джона, что одна его затея удалась и теперь он мог поведать о ней невесте. Он очень мечтал устроить в приходе небольшую библиотеку. Никаких лёгких романов или фривольных стихов, только серьезные труды и богословские рассуждения. Вчера он получил письмо, где Епископатом одобрялась его идея и уже со дня на день придут ящики с книгами. А сегодня утром он успел заказать шкафы.

– Джон, это же замечательно! – искренне порадовалась за него Эмили. – Если хочешь, когда получишь ящики, я помогу тебе распаковать книги и расставить на полки.

– Эмили, я даже не смел просить тебя об этом. У тебя ведь и так прибавилось забот с подготовкой к свадьбе, но если ты хочешь мне помочь, я буду этому только рад!

– Мы с тобой почти женаты, а жена всегда и во всем должна поддерживать мужа и помогать в его начинаниях.

– Я знал, что в твоём лице нашел настоящее сокровище!

Они дошли до озера и прошлись вдоль его берега. Перед ними открылся лес с вековыми дубами. Джон огляделся.

– Это прекрасное место, – заметил он.

– И достаточно укромное, – добавила Эмили. – Видишь вон то дерево? – он кивнул. – Я всегда любила прятаться за ним. Я садилась вон за тем торчащим корнем и оттуда могла видеть озеро и луг, а вот меня никто не видел.

– Надеюсь, от меня ты не станешь прятаться.

Эмили рассмеялась.

– Теперь

– Мистер Гриффин! Преподобный Джон Гриффин! – донесся до молодых людей мужской голос.

Оба всмотрелись вдаль и заметили бегущего к ним слугу, который размахивал над головой чем-то белым. Запыхавшись, мужчина остановился возле них и протянул Джону записку. Тот сразу же прочитал ее.

– Эмили, ты простишь меня, если я покину тебя?

– Надеюсь ничего не случилось?

– Нет, нет, ничего страшного не произошло. Просто кое-кому понадобилась моя помощь как священника.

– Тогда конечно иди.

– Я могу проводить тебя обратно, а потом отправлюсь…

– Джон, можешь не беспокоиться за меня. Я посижу в своем укромном месте. Мне хочется немного побыть в тишине и отдохнуть, а ты поторопись на помощь страждущим.

Джон взял ее руку и поцеловал.

– Спасибо тебе! – посмотрел он с благодарностью, а затем отправился к дому.

Взглядом Эмили проводила его, а затем направилась к любимому дереву. Давно она не проводила времени в одиночестве, наблюдая за гладью воды и слушая звуки леса. После такого активного дня ей хотелось окунуться в приятное умиротворение.

Она обогнула торчащий из земли корень, расстелила у основания дерева палантин, села на него, облокотилась спиной о ствол и положив руки на землю, подставила лицо солнцу. Почти сразу Эмили закрыла глаза и погрузилась в тишину леса. Как же было здорово сидеть вот так, одной, и наслаждаться покоем! Ей нравилось представлять, что в целом свете больше никого не существует, а она сама стала частью окружавшей ее природы. Она словно вросла в это дерево, стала его ростком, побегом, вет…

Вдруг, чья-то ладонь опустилась на ее кисть. Сердце так и подпрыгнуло в груди. Резко вздрогнув, она отдернула руку и распахнула глаза.

О нет! Нет! Нет!

Справа от нее, присев на корточки, находился Натан. Эмили настолько сильно расстроилась из-за его появления, что чуть не заплакала.

– Натан, нет, ну что тебе здесь нужно? Мне так было хорошо одной.

Он развернулся и сев рядом с ней, точно также прислонился к дереву.

– Тогда можешь сделать вид, что меня здесь нет. Я готов помолчать.

– Ты ведь уехал?

– Мне пришлось вернуться. По дороге я обнаружил, что забыл перчатки. Пока их искали, мистер Фейн решил показать мне свое новое ружье. В то время как он расписывал его достоинства и целился в невидимую мишень, прибежал твой Джон и сказал, что оставил тебя у озера. Как ты понимаешь, я просто не мог проигнорировать его сообщение и должен был убедиться, что с тобой все в порядке.

Эмили недовольно скривила лицо.

– Со мной было всё в порядке, пока не появился ты. Натан, пожалуйста, уйди по-хорошему. Давай не будем портить этот чудесный день.

– Портить? – усмехнулся он. – Ну что ты, я как раз хочу сделать его ещё более приятным.

– И каким это образом?

И тут произошло такое, отчего Эмили потеряла дар речи.

Натан резко приподнялся и развернувшись к ней лицом, перекинул через ее ноги колено и тут же оказался сидящим на ней. Он что, оседлал ее как кобылу?!

Эмили настолько сильно поразилась его дерзкому поступку, что смотрела на него глазами, полными недоумения. Она всё ещё не могла поверить, что он это сделал!

Наконец, она пришла в себя и принялась брыкаться ногами и отпихивать его руками. Она пыталась приподнять его и вытащить из под него ноги. Но всё что у нее выходило, так это качать Натана на своих коленях. Вот теперь она точно похожа на необъезженную кобылу!

– Немедленно слезь с меня! – не выдержала Эмили и одарила его гневным взглядом.

– Ни за что, – с каким-то особым наслаждением произнес он, а его губы растянулись в довольной улыбке.

– Тогда я сейчас закричу!

– Здесь никого нет.

– Да что тебе от меня нужно?!

Его улыбка стала ещё более довольной.

– Поцелуй.

– Опять?! – закатила Эмили глаза. – Ты же сам сказал, что не станешь меня целовать.

– Я тут подумал, что если ты всё равно не веришь мне, то зачем я буду отказываться от возможности прикоснуться к твоим губам. Может почувствовав мое желание ты поймёшь что я на самом деле испытываю к тебе?

– Не пойму! И не поверю! – упрямо заявила она.

– Вот это мы сейчас и проверим, – и принялся склоняться к ее губам.

Глава 18

Эмили предприняла последнюю попытку не дать ему поцеловать себя и уперевшись руками в его грудь, отвернула лицо. Но Натан обхватил его ладонями и снова повернул к себе. Он делал это не грубо, обращаясь с ней как драгоценным сосудом. Наконец, его губы коснулись ее губ.

Эмили и хотела бы возмутиться и посчитать такое обращение оскорбительным, но проклятое любопытство, с примешенным к нему ощущением чего-то неизведанного, заставляло ее затаиться и даже ожидать, что же будет дальше.

Губы Натана оказались мягкими и горячими. Он обхватил ими ее нижнюю губу и нежно сжал, а потом тоже самое проделал и с верхней губой. Он слегка касался их, поочередно играя ими, проводя по ним кончиком языка и слегка посасывая. Все эти прикосновения заставляли Эмили испытывать дрожь. Внутри неё зарождался огонь, который с каждым новым прикосновение разгорался только сильнее. Она впитывала в себя новые ощущения и бесстыдно наслаждалась им.

Натан продолжал ласкать ее губы, но теперь его прикосновения стали более дерзкими. Он уже во всю погружал их в свой горячий рот и прикусывал. А потом он сделал то, отчего у Эмили перехватило дыхание. Его язык распахнул ее губы и проник внутрь. Кроме бархатистости его языка она ощутила восторг и трепет, а тело охватила волна острого наслаждения.

Тем временем Натан полностью завладел ее ртом и принялся исследовать его. Эмили не знала как, но он будто подчинял ее своей воле и заставлял желать большего. Она уже во всю отдалась во власть его жадных и горячих губ, растворившись в сладостном упоении. Поцелуй Натана вызывал в ней неведомые, странные и удивительно приятные ощущения, и противиться им она совсем не хотела. Неосознанно, она даже подставляла ему рот, чтобы тому было удобнее погружаться в него, захватывая в плен не только ее язык, но и доставляя ей невероятное наслаждение.

Эмили даже расстроилась, когда Натан отстранился от нее и возбуждённо дыша, прислонился лбом к ее лбу.

– Всё таки Джон полный дурак, – неожиданно произнес он.

И хотя она всё ещё была под впечатлением от их поцелуя, но это не помешало ей возмутиться.

– И как тебе не стыдно оскорблять человека, невесту которого ты целуешь!

Натан отклонился назад

– Он дурак, потому что ни разу не поцеловал тебя. Но лично я этому только рад! Эмили, – в голосе послышалась приятная хрипотца, – выходи за меня. Я схожу по тебе с ума! Ни один поцелуй не дарил мне такое наслаждение. И даже если ты пока не любишь меня, то я больше чем уверен, что в скором будущем это обязательно произойдет. Твои губы были настолько отзывчивы, что не могли так искусно обманывать меня. Тебе ведь понравился наш поцелуй. Но это лишь начало. В браке, в лице друг друга, мы найдем для себя не только спутника для долгой и счастливой жизни, но и желанного для пастели партнера. Ты же знаешь как в наше время сложно обрести и то и другое.

Слова Натана сеяли в ее душе сомнения. Эмили не нравилось, что ей льстили его слова. Он говорил ей то, что она хотела слышать. Но разве он был способен глубоко и самозабвенно любить? Как скоро его интерес угаснет, стоит ей поддаться на его обольстительные речи? К тому же он так и не ответил, почему именно сейчас вдруг обнаружил к ней влечение? Что это, если не простое чувство соперничества? Даже в такую минуту он насмехался над Джоном.

– Натан, слезь с меня, – будто не слыша его слов, холодно сказала она.

– Эмили… – он снова протянул к ее лицу руки и хотел уже поцеловать, как она твердым жестом остановила его.

– Хватит! Я и так заслужила Божьей кары за то, что позволила тебе сделать! Джон самый лучший мужчина на свете. С ним я буду счастлива. А тебе нужно поискать себе другую невесту. Натан, я не выйду за тебя!

– Почему-то раньше я не замечал в тебе такого упрямства. Твои слова противоречат твоим же желаниям. Только что ты получала удовольствие от нашей близости, а сейчас уверяешь меня, что хочешь выйти за Джона. И что ты будешь с ним делать, каждую ночь читать Священное Писание? Эмили, вы уже столько времени помолвлены, а он даже ни разу не поцеловал тебя. Он совершенно не понимает какая страстная натура в тебе таится.

– Зато ты много понимаешь! – смотрела она с упреком. – Ты любыми путями пытаешься добиться моего расположения, при этом совершенно не слыша моих возражений! Ты словно ведешь одному тебе известную игру и стараешься всеми силами одержать победу. Раньше я ещё терпела твои выходки, но теперь это перешло все границы! Я не твоя игрушка и не собираюсь ею быть! В отличии от тебя, Джон уважает меня и ни разу не обидел. Он самый достойный из всех молодых людей которых я когда-либо встречала! И я по-настоящему горда, что мне в мужья достанется такой высоконравственный человек!

С трудом сдерживая раздражение, Натан прищурил глаза.

– Хорошо, пусть твой Джон святее всех святых, а я самый грешный из грешников, но сможет ли он дать тебе то, чего ты так хочешь? Готова ли ты разделить жизнь с человеком, который не чувствует твоих желаний? Он страстен только когда читает проповедь, а в остальном же холоден как рыба.

– А тебе откуда знать про мои желания?! – не смогла Эмили сдержать свое негодование. – Ты, который столько лет доставал меня, не считался с моими чувствами, хотел побольнее задеть и не переживал, насколько сильно твои слова причинят мне боли! Ты не стеснялся напоминать мне о моем положении и называть старой девой! Тогда ты думал о моих желаниях?! Хотел избавить меня от одиночества?! Нет! Ты вовсю развлекался с глупыми девушками и думал лишь о том, как получить от них удовольствие. А на меня тебе было плевать. Так что не нужно мне говорить, что ты знаешь чего я хочу. Ты ничего обо мне не знаешь!

Вдруг, Натан резко встал и возвышаясь над ней, с горечью бросил:

– Да, раньше я вел себя как непроходимый тупица, и этого уже не изменить, но я люблю тебя и мне не стыдно в этом признаться. И я больше чем уверен, что мы созданы друг для друга.

Кивком головы он отдал ей честь и развернувшись, зашагал в сторону дома.

Эмили нахмурилась и опустив глаза, уставилась на свои руки. Она довольно долго перебирала пальцами ткань юбки и не могла понять, почему и у нее было такое предчувствие, что не Джон, а Натан был ее судьбой.

Себе под нос она снова запела не просто любимую, а спасительную для себя песенку:

«Джон, Джон, милый Джон…»

Глава 19

Следующие несколько дней Эмили провела в хлопотах. Миссис Фейн таскала ее к портнихе, где та успела раскроить для нее платье и теперь нужно было в точности подогнать его по фигуре. Потом они ездили в город за новыми перчатками, обувью, посудой, украшениями. Эмили беспокоилась, что мать слишком уж много средств тратит на ее свадьбу. Джон не хотел пышного торжества и считал, что священнослужителя должна отличать скоромность. Но помимо все этой суеты, она беспокоилась о том самом поцелуе. «Вавилонская блудница!» – ругала она себя. Как ей теперь искупить свой грех перед женихом? Но особенно сильно она винила себя за то, что ей понравилось целоваться с Натаном.

Вначале Эмили старалась избавиться от этого воспоминания, но потерпев поражение в борьбе с собой решила пойти другим путем. Если она не могла забыть поцелуй, то должна была получить другой. И уже от Джона! Она пока не представляла каким образом сможет это осуществить, но точно не успокоится, пока не смоет со своих губ этот грех.

Пока она с матушкой была занята приготовлениями к торжеству, в записках Джон сообщал ей, что пристрой к Церкви приобрел подходящий вид для библиотеки. Преподобный мистер Бриджэз использовал его для разведения кур, но благодаря усилиям нового викария, теперь там царили чистота и порядок. Шкафы тоже были готовы и плотник даже успел установить их. Осталось дождаться самих книг.

Сегодня Джон обещал зайти за ней и прогуляться до прихода, где и покажет ей плоды своего труда. Но Эмили ждала его совсем не для того, чтобы поскорее увидеть будущую библиотеку. Она задумала добиться от него поцелуя. До свадьбы осталось полтора месяца, так что вряд ли такое проявление нежности способно сделать из них развратников.

Джон пришел точно к назначенному часу. Он согласился выпить с семьёй Фейн чай и пока все откусывали печенье и запивали его горячим напитком, он с возбуждением рассказывал каких усилий ему стоило привести бывший курятник

Наконец, когда с чаепитием было покончено, взяв с мистера и миссис Фейн обещание посетить библиотеку как только она будет готова, Джон предложил невесте руку и вместе с ней направился к приходу.

Эмили уговорила его пойти не коротким путем, который проходил через луг, а прогуляться по лесу. Она сказала, что за последние дни почти не бывала на свежем воздухе и хотела вдоволь подышать им, да и вся это свадебная суета порядком вымотала ее. Но на самом деле она знала, что встретить в лесу других прогуливающихся была очень маленькая вероятность, так как многим не нравилась извилистая и узкая дорога, к тому же, деревья послужат для них хорошей защитой от любопытных глаз.

Хотя Джону не терпелось показать ей пристройку и как он там все чудесно устроил, всё же согласился совершить более долгую прогулку. Теперь Эмили думала над тем, как так сделать, чтобы он поцеловал ее. Ждать, что на него снизойдёт озарение и он сам предложит ей это, было глупо. Поэтому нужно было действовать самой. Вот только как?

Сначала весь их разговор вращался вокруг дел прихода, но потом до Джона дошло, что он слишком увлекся и проявил неучтивость, даже не поинтересовавшись у избранницы как проходят приготовления к свадьбе. Эмили тут же оживилась. Эта тема намного лучше подходила для осуществления ее плана.

– Моя матушка не знает устали, – смеялась она. – Выдав замуж четырех дочерей, в вопросе подготовки праздничного торжества у нее теперь огромный опыт. Она бы даже могла давать советы всем невестам и их родителям в вопросах где что купить, какие фасоны платьев нынче в моде и какие блюда стоит подавать гостям.

– Надеюсь вы не несёте больших расходов в связи с подготовкой к свадьбе? Как ты знаешь, жалование священнослужителя очень скромное и мне бы не хотелось обременять вас значительными тратами.

– Боюсь, мою матушку невозможно переубедить. Если она что-нибудь решила, то обязательно это сделает.

Вдруг, Эмили прикусила губу, так как поймала себя на мысли, что и сама сейчас была очень на нее похожа.

– Ты не будешь возражать, если перед алтарем я буду стоять в своем выходном костюме? – интересовался Джон. – Его сшили в прошлом году и я одевал его не больше пяти раз.

– Конечно не буду! В отличии от меня, здесь у тебя полная свобода.

– Кстати, если желаешь, можешь осмотреть мой скромный дом и решить, какой мебели тебе не хватает или какую из них возможно стоит заменить. Я почти ничего не менял со дня приезда. Там всё осталось так же как и при покойном Бриджэзе.

– Я обязательно посмотрю что нам с тобой будет необходимо приобрести.

Эмили всё сильнее нервничала. Они уже проделали большую часть пути и вот-вот должны были выйти из леса, а она ни на шаг не приблизилась к своей цели. Она не могла ждать, пока они окажутся в Церкви, так как там Джон уж точно откажется целовать ее. Ей нужно действовать незамедлительно!

– Ой! – вскрикнула она и схватилась за ногу.

– Что с тобой? – заволновался Джон.

– Кажется я подвернула лодыжку, – нагло соврала она и сделала вид, что не может наступить на нее. – Мне нужно где-нибудь присесть.

Джон осмотрелся.

– Вон там есть поваленное дерево. Давай я помогу тебе дойти до него.

Он ухватил ее за талию и поддерживая за локоть, довел до бревна. Эмили опустилась на него.

– Ты позволишь осмотреть твою ногу?

Она с готовностью кивнула и тут же приподняла ее. Джон аккуратно снял туфель и подвигал ее ступней. Эмили поморщилась, будто до сих пор испытывает боль. Но при этом старалась не переиграть, чтобы потом сказать, что может снова самостоятельно продолжить путь.

– Ничего серьезного нет, возможно небольшое растяжение. Может стоит сходить за помощью? Коляска здесь не пройдет, но я бы мог одолжить коня и приехать за тобой.

– Посиди со мной. Уверена, боль скоро пройдет и я сама смогу дойти до твоей будущей библиотеки. Мне ведь так не терпится увидеть ее!

Джон послушно опустился рядом. Эмили решалась продолжить дальнейший путь по его соблазнению. С трудом преодолевая волнение, она коснулась его руки. Он поднял на нее удивлённые глаза.

– Джон, у меня есть к тебе одна просьба, но я очень боюсь озвучить ее.

– Милая моя Эмили, между нами не должно быть никаких секретов. Как будущие муж и жена мы должны обо всем говорить друг другу, ведь на этом и строится доверие между супругами.

– Но я боюсь, что услышав мою просьбу ты будешь плохо обо мне думать.

Джон немного насторожился.

– Но если тебя что-то так сильно беспокоит, всё же будет лучше озвучить свою просьбу. Так мы сможем вместе обсудить волнующий тебя вопрос.

Эмили решалась несколько секунд.

– Поцелуй меня, – быстро выдохнула она, и тут же увидела в какое замешательство он пришел. Джон явно не ожидал услышать от нее подобную просьбу.

От стыда ее щеки покрыла краска, а лицо начало нестерпимо гореть. Не в силах вынести этот позор, Эмили закрылась руками.

– Боже, Джон, прости меня! Теперь ты будешь думать, что я настоящая развратница и недостойна тебя! Мне так стыдно!

Эмили была готова провалиться сквозь землю, как вдруг почувствовала его ладони, которые опустились на ее руки и отняли их от ее лица. Смотря на нее, Джон улыбался.

– Это ты прости меня. Твое желание вполне нормально и в нем нет ничего плохого. Мы все состоим из плоти и крови и нам свойственно желать близости. Наверно это тебе не повезло со мной. Я наивно полагал, что ты совсем не думаешь о проявлении подобных чувств. Но если ты хочешь, чтобы я поцеловал тебя, я с удовольствием сделаю это.

Эмили немного приободрилась. Протянув руку, Джон нежно коснулся ее лица, а потом и сам начал приближаться к ее губам. Он прижался к ним и не пытаясь проникнуть в ее рот, лишь немного сдавил их. Эмили закрыла глаза и пыталась понять, что же его прикосновение вызывает в ней. Противно ей не было, но и того удовольствия, что получила от поцелуя с Натаном тоже не испытывала. Может всё дело в том, что Джон целовал ее слишком невинно? Но требовать углубить поцелуй она уж точно не будет. Хватит с нее и этого позора.

И тут, словно гром среди ясного неба совсем рядом послышалось громкое ржание лошади.

Джон резко отстранился и

Стоило Эмили поднять глаза, как тут же встретилась с горящим взором Натана. Он смотрел на нее так, будто хотел пригвоздить ее на месте. Ей даже показалось, что теперь у нее на самом деле заболела нога.

– О, мистер Коулман! – воскликнул Джон.

– Простите, я не хотел мешать вам, – с трудом сдерживая свою ревность, процедил он сквозь зубы.

– Вы очень кстати оказались здесь, – неожиданно произнес Джон и поднялся на ноги. Эмили бросила на жениха панический взгляд. Она очень надеялась, что он не собирался просить того… – Не могли бы вы отвести мисс Фейн домой? Она подвернула ногу и не может идти.

О нет!!

– Господа, не стоит беспокоиться за меня! – вскочила она следом за Джоном. – У меня уже ничего не болит! Я вполне могу идти сама!

– Ну что ты! – продолжал настаивать он. – Тебе лучше поберечь ногу и пока не наступать на нее. Мистер Коулман, вас не затруднит выполнить мою просьбу?

– С превеликим удовольствием исполню ее, – одарил он Эмили мстительным взглядом.

Джон снова подхватил ее и повел к коню. Подчиняясь судьбе в лице жениха, она дошла до Натана и оба молодых человека помогли ей взобраться на лошадь. Они усадили ее так, что она оказалась прижатой плечом к груди мистера Коулмана. Двумя руками он взялся за поводья, заключая ее в своеобразную ловушку, и со словами, что Джон может ни о чем не беспокоиться, пятками стукнул по бокам лошади. Та послушно двинулась в путь.

Сидя так близко к Натану, Эмили боялась пошевелиться. Хуже ситуации нельзя было придумать! Она вновь оказалась в непосредственной близости от него. Как?! Зачем?! Почему это всё происходило с ней?!

– Ну что, хорош поцелуй преподобного? – услышала злой голос Натана. – Теперь тебе есть с чем сравнить?

– Он во сто раз лучше тебя! – самоуверенно заявила она и даже осмелилась посмотреть на него, чтобы он видел, что она нисколько не врёт.

– Тогда мне нужно немедленно это исправить, – угрожающе тихо произнес он и сомкнул руки на ее талии.

Глава 20

Эмили схватилась за них и постаралась освободиться от его горячих ладоней.

– Перестань! Мы здесь можем быть не одни! Если нас кто-нибудь увидит, моя репутация будет навсегда испорчена!

– Так тебя только это беспокоит? – насмешливо произнес он. – Тогда нет ничего проще! Мы можем уехать туда, где нас никто не найдёт и там уж я смогу показать тебе, как нам может быть хорошо.

– А тебе самому не противно?

– Что именно?

– Я ведь только что целовалась с Джоном. Своими губами он касался моих губ. Неужели тебе хочется после него прикасаться ко мне? Или у тебя совсем нет гордости?

Эмили надеялась побольнее задеть его, чтобы он откинул всякую мысль целовать ее, но к ее удивлению, Натан нисколько не вышел из себя, а лишь пожал плечами.

– Что ж поделать, у каждого человека есть свои недостатки. А твой – это Джон. Поэтому, пока ты не отвергнешь его и не согласишься выйти за меня, мне придется с этим как-то мириться.

– Но я не отвергну его.

– Я это уже слышал.

– И что тогда заставляет тебя продолжать упорствовать?

– Ты.

– А может – ты? Вернее, твое желание быть во всем первым? Как же, старая знакомая мисс Фейн не пала жертвой твоих чар и ты решил любыми путями добиться ее. Вот только ты никак не предполагал, что она не поддастся на твое обаяние и до сих не уступит тебе. И вместо того, чтобы отступить, ты решил добиться своего во что бы то ни стало.

– По-моему, ты слишком всё усложняешь. Я просто люблю тебя и все мои поступки продиктованы одним лишь этим чувством.

– Хватит! Я больше не хочу это слушать! – разозлилась Эмили и отвернулась от него.

Ей не нравилось, что он так просто и искренне говорил о любви. Ещё чуть-чуть и она поверит ему.

Наступила тишина. Эмили смотрела вперёд и изо всех сил старалась не думать над признанием Натана. Не хватало ещё, чтобы она начала сомневаться в себе и отвергла Джона. В отличии от Натана, тот хоть и не проявлял такой пылкости в их отношениях, но был верным и надёжным. А разве не это служит гарантией стабильного и счастливого брака? Да и как долго Натан будет желать ее? Рано или поздно огонь страсти потухнет, а что останется потом? Раздражение, недовольство, ненависть. Через несколько лет она распрощается с остатками молодости и перестанет привлекать его как женщина. Не станет ли он тогда изводить ее ещё сильнее? Ведь ему так нравилось заниматься этим последние пяти лет. Жить с Натаном, значит жить на вулкане, который в любой момент взорвется и превратит ее жизнь в настоящий ад.

Утвердившись в своем желании выйти замуж только за Джона, Эмили решила не обращать внимания на слова и поведение Натана. Поцеловать ее он больше не пытался, а значит она добилась своего и охладила его пыл. Осталось только благополучно добраться до дома и окончательно избавиться от его присутствия.

Когда они выехали из леса и оказались на большой поляне, Эмили окончательно успокоилась и даже расслабилась, так как решила, что вряд ли Натан станет приставать к ней в таком месте, где они были у всех как на ладони. И поэтому, когда вдруг ощутила лёгкое прикосновение его губ к шее, не сразу сообразила что произошло. Может ей это только показалось? Но через несколько секунд Натан снова поцеловал её всё в то же место, а потом ещё и ещё. Эмили пришла в ужас, что кто-нибудь мог их сейчас увидеть.

Она резко дернулась вперёд и не сдерживая своего негодования, воскликнула:

– Натан, у тебя совсем нет совести! Ты хочешь окончательно опозорить меня?!

– Прости, не смог удержаться.

– Не смог удержаться?! Если это повторится, я на ходу спрыгну с лошади.

– Тогда ты вынудишь меня обнять тебя ещё крепче.

– А ты вынудишь меня дать тебе пощечину.

Натан усмехнулся.

– Я всегда знал, что ты ко мне неравнодушна.

Эмили недовольна цокнула, но отвечать не стала.

Так, до самого дома они больше не заговорили друг с другом. Наконец, лошадь подъехала к крыльцу. Натан первым спрыгнул на землю. Эмили ждала, когда и ей он поможет обрести опору под ногами. Она уже напророчь забыла, почему вообще оказалась вместе с ним на этом коне. Ей хотелось поскорее очутиться на земле

Натан протянул к ней руки. Эмили уже приготовилась опереться на его плечи и опуститься на землю, как совершенно неожиданно одной рукой он ухватил ее за талию, а второй под коленками, а затем стянул с коня и продолжая удерживать на руках, понес в дом.

– Ты что ещё такое выдумал?! Немедленно отпусти меня!

– Разве ты забыла, Джон сам сказал, что сегодня тебе не стоит наступать на больную ногу. Так что я лишь выполняю его указание.

Эмили чуть не чертыхнулась вслух. Вот к чему приводит наглая ложь. И ведь винить ей было некого, сама виновата!

Не успел Натан внести ее в дом, как выбежала испуганная миссис Фейн и быстро осматривая дочь, запричитала:

– Господи, Эмили, что случилось?! Что с тобой?! Ты ранена?! Что у тебя болит?! А где Джон?

Эмили поспешила успокоить мать.

– Не волнуйся, со мной всё в порядке. И с Джоном тоже.

– Мисс Фейн подвернула ногу, – объяснил за нее Натан и вошел в холл. Он остановился посреди него, не понимая, куда ему теперь идти. – Миссис Фейн, куда мне ее отнести?

Джудит сразу же спохватилась.

– Ох, простите меня! Мистер Коулман, несите ее вот сюда, – и указала рукой на вход в малую гостиную.

Там Натан опустил Эмили на небольшой диванчик. Сгорая со стыда за свою ложь и весь этот спектакль, она стыдливо опустила глаза.

– Я люблю тебя, – шепнул он ей на ухо, и уже громче добавил. – Желаю мисс Фейн скорейшего выздоровления! А сейчас мне пора идти. К сожалению, дела не ждут.

Тут же Джудит рассыпалась перед ним в словах благодарности. Приняв их, Натан кивком головы попрощался с обеими дамами и покинул гостеприимное семейство.

Как только он скрылся за дверью, не в силах продолжать притворяться, Эмили вскочила на ноги и подошла к окну, дабы убедиться, что Натан уехал.

– Дорогая моя, а как же твоя нога?! – удивленно воскликнула Джудит.

Эмили повернулась к матери.

– Она больше не болит. Не волнуйся за меня, я вполне здорова – и подойдя к ней, чмокнула ее в щеку. – И не стоит беспокоить отца по пустякам. Пусть он ничего не знает. Просто Джон слишком переволновался за меня, а его примеру последовал и мистер Коулман. Но сейчас у меня ничего не болит, так что для беспокойств нет никаких причин.

Джудит погладила дочь по голове и с облегчением выдохнула.

– Тебе стоит поберечь себя. Мистеру Гриффину должна достаться здоровая жена.

– Конечно! Впредь, я буду очень осторожна, – заверила ее Эмили и ещё раз поцеловав, отправилась в свою комнату с твердым намерением никогда больше не прибегать к подобным уловкам. Они плохо для нее заканчивались. Да и не престало будущей жене священника врать. Расплата ждала ее незамедлительно.

Глава 21

Эмили сидела в своей комнате и подшивала свадебные перчатки, которые оказались немного шире, чем ее руки. Раздался стук в дверь и на пороге показалась служанка.

– Мисс Эмили, к вам пришли посетители и ждут вас в гостиной.

– Посетители? – удивилась она.

– Да. Это мистер Гриффин и мистер Коулман.

«А последний что тут забыл?» – насторожилась она.

– Скажи, что я иду, – велела она женщине, а сама осталась сидеть.

Джона она ждала, так как была уверена, что он захочет узнать о ее самочувствии, но вот зачем пришел Натан? Всё это выглядело очень подозрительно. Как бы он не вздумал заигрывать с ней при ее женихе или ещё хуже, не рассказал Джону правду, что они целовались. А что если он решил таким путем расстроить ее свадьбу? Неужели он хотел скомпрометировать ее?!

Эмили прижала руку к груди и постаралась успокоиться. Может ей лечь в постель и притвориться смертельно больной? Тогда у Натана уж точно язык не повернется сказать о ней что-нибудь плохое. Она бросила взгляд на постель и тут же покачала головой. Нет, ложью она сделает только хуже. Чего доброго Натан под личиной заботы опять выкинет что-нибудь этакое, отчего окажется с ней в одной постели, заявив всем, что обладает чудесным даром исцеления. Лучше уж спуститься в гостиную и встретиться с врагом лицом к лицу.

Решительно поднявшись со стула, Эмили положила перчатки на столик и вышла из комнаты.

В гостиной помимо молодых людей находился мистер Фейн. Присутствие отца придало ей уверенности. Она поприветствовала гостей и села на диван. Джон присел рядом с ней, а Натан остался стоять у окна.

– Дорогая моя Эмили, – взял жених ее руку и расположил между своими ладонями, – как ты себя чувствуешь? Как твоя нога?

Она одарила его ласковым взглядом и милой улыбкой.

– Можешь не беспокоиться, у меня совершенно ничего не болит и от вчерашнего происшествия не осталось и следа.

Джон похлопал ее руку.

– Я очень рад это слышать! Благодаря своевременному появлению мистера Коулмана, тебе не пришлось перегружать ногу и она быстро пришла в норму. Как же вовремя Господь послал нам его на помощь.

Эмили еле сдержалась, чтобы не возразить на последнее замечание. Она не сомневалась, на самом деле это были проделки Дьявола, который послал Натана искушать ее.

– Мистер Коулман всегда отличался удивительной способностью оказываться в нужном месте в нужное время, – с трудом скрывая сарказм, произнесла Эмили.

Натан склонил голову, всем своим видом показывая, что принимает похвалу в свой адрес.

– Ты абсолютно права! Вот и сейчас по дороге к тебе я рассказал ему о библиотеке. Книг должно прийти несколько сотен экземпляров и каждую нужно будет просмотреть и определить, достойное ли у нее содержание, чтобы занять место в приходской библиотеке, а так же решить, в какую именно категорию ее следует отнести. Так вот, выслушав мои беспокойства и что в помощниках у меня значишься только ты, он тут же великодушно предложил мне свою помощь.

Эмили кинула на Натана недовольный взгляд. Если так и дальше дело пойдет, то скоро он будет лежать третьим в их супружеской постели.

– Такая готовность помочь ближнему просто поражает, – язвительно произнесла она.

Натан снова склонил голову.

– Более того, когда придут книги и мне понадобится ваша помощь, он пообещал привезти тебя. Для полного восстановления тебе пока не следует совершать длительные прогулки.

Теперь Эмили смотрела на Натана с возмущением. Подлец! Вел игру за спиной ничего не подозревающего Джона, а тот всё принимал за чистую монету.

– А теперь о самом главном, – отпустил молодой человек ее руку и полез во внутренний карман пиджака, – утром я получил это письмо.

Он протянул ей сложенный вдвое лист бумаги.

– Так это же уже послезавтра!

Джон пришел в волнение и дрожащими руками забрал у нее письмо.

– Всё выходит намного быстрее, чем я предполагал вначале. Через два дня ящики с книгами уже будут доставлены в приход. Дорогая моя, мне очень неудобно, что своими делами я отвлекаю тебя от подготовки к свадьбе. Но если ты не сможешь помочь мне и откажешься прийти, я тебя пойму.

Эмили смотрела в его лицо и видела насколько ему это было важно.

– Я обязательно приду. Теперь у нас нет твоих и моих дел. Все они только общие.

Джон снова взял ее руку и крепко сжал.

– Я знал, что не ошибся в своем выборе!

И тут Эмили краем глаза заметила движение у окна. Натан дернулся, а его лицо перекосило от злости. Так ему и надо! Хотел быть третьим в их компании и наблюдать нежности между влюбленными, тогда пусть сполна наслаждается этим зрелищем!

Мистер Фейн решил вставить свое слово:

– Эх, был бы я по-моложе и с более утонченной фигурой, с большим бы удовольствием поучаствовал в таком хорошем деле. Но боюсь, с моими габаритами я стану для вас дополнительным препятствием, – весело произнес он и рассмеялся.

Джон тут же заверил его, что двоих помощников ему будет вполне достаточно, а когда библиотека примет должный вид для принятия посетителей, мистер Фейн станет почетным гостем и первым переступит ее порог.

Ещё немного обсудив дела, молодые люди распрощались с мистером Фейном и его дочерью и покинули дом. Кроме коротких слов прощания, Натан больше не произнес ни слова. Зачем он приходил так и осталось для Эмили загадкой. Но разгадывать ее она уж точно не будет.

Глава 22

– Мисс, приехал мистер Коулман и ждёт вас, – сообщила служанка о том, о чем Эмили и так уже знала.

Она видела в окно как его коляска, предназначенная для двоих человек, въехала во двор. Завязав ленты на шляпке и обречённо вздохнув, Эмили вышла из дома. Ещё вчера Натан прислал записку, где предупреждал, что пребудет за ней в десять утра и отвезет в Приход. Поэтому, смирившись с судьбой, она подошла к молодому человеку, приняла его руку, взобралась на коляску и села рядом. Он дернул за поводья и лошадь послушно двинулась с места.

Эмили ждала, что сейчас Натан опять начнет вести неприличные разговоры или твердить ей о любви, но большую часть пути он молчал. Она несколько раз незаметно смотрела на него, пытаясь понять, в чем причина такой удивительной тишины, но он выглядел сосредоточенно и смотрел лишь на дорогу. Его поведение казалось ей необычным.

Сначала она не собиралась начинать беседу и решила и дальше поддерживать установившееся между ними молчание, но любопытство по поводу его недавнего визита в их дом взяло над ней верх, и стараясь сохранять равнодушный вид, как бы между прочим заметила:

– Твое появление третьего дня очень удивило моего отца. Он отметил, что обычно разговорчивый и внимательный мистер Коулман в этот раз был непривычно молчалив и задумчив. Отец спрашивал меня, не знаю ли я зачем ты приходил и в чем может заключаться причина такого странного для тебя поведения. Я же так и не нашлась что ему ответить.

Натан искоса посмотрел на спутницу.

– Вот ты и выдала себя. Так ты всё таки думаешь обо мне?

– Я?! – Эмили возмущённо показала на себя рукой и сделала вид, что в корне не согласна с его утверждением, а потом вздернула подбородок. – Хочу заметить, что сейчас я говорила не о себе, а об отце.

– Можешь сколь угодно выкручиваться и врать, но ты имела ввиду именно себя. Значит ты хочешь знать, зачем я к вам приходил? Я расскажу тебе, но только если ты признаешься, что я прав и уже от своего имени попросишь меня сделать это.

– У тебя слишком раздутое самомнение. Мне совершенно нет дела ни до тебя, ни до твоих поступков. Если бы ты не вел себя как назойливая муха, то я вообще бы не помнила о твоём существовании.

– По-моему, врать входит у тебя в привычку.

– Есть с кого брать пример, – огрызнулась Эмили.

– И когда это я врал?

– Да каждый раз когда говоришь о несуществующей любви.

– О несуществующей?! – возмутился Натан. – Может если я сейчас во весь голос закричу что люблю тебя, ты наконец поверишь мне?! Хочешь я это сделаю?!

Он даже привстал, словно и вправду собирался возвестить всей округе о своих чувствах. Эмили ужасно перепугалась и схватив его за руку, постаралась удержать на месте.

– Перестань паясничать! – сердито крикнула она.

Тут же Натан резко натянул поводья и заставил лошадь остановиться. Он повернулся к Эмили и пристально посмотрел на нее.

– Мне кажется, мы с тобой всё время ходим по кругу и говорим об одном и том же. Ещё раз спрашиваю, что я должен сделать, чтобы ты отбросила все сомнения и поверила мне?

– Как же меня раздражает эта твоя самоуверенность! Почему ты думаешь, что даже если я поверю тебе, то сразу же соглашусь выйти за тебя?

– Потому что вижу, как ты реагируешь на мою близость.

– Один поцелуй совсем ничего не значит!

– Но он показывает, сколько удовольствия мы можем доставить друг другу. Пойми, для супругов эта часть жизни немаловажна.

– Но помимо постели существует ещё родство душ, общие цели, взаимное уважение, доверие. А мы даже спокойно разговаривать не можем!

– Но это зависит только от нас. Если ты перестанешь относиться ко мне как противнику, а примешь как союзника, мы быстро найдем общий язык.

Эмили раздражало, что на все ее возражения он находил ответ.

– Хорошо, ты всё время твердишь, что я могу верить тебе, но твоя репутация говорит громче слов.

– Если ты имеешь ввиду мои похождения, с ними покончено. Я был глуп, о чем теперь горько сожалею. Но сейчас с уверенностью могу заявить – мне нужна только ты.

Эмили сделала паузу, решаясь привести последний аргумент. Никогда Натан не говорил о случившемся и никто в их окружении до сих пор не знал, что же там произошло.

– А как же твоя помолвка с Ванессой Роли? О вашей свадьбе было объявлено не только в нашей глуши, но и в Лондоне. Ты не отходил от нее и казалось, ничто не было способно разорвать ваш союз. Но потом ты отказался от нее и объявил, что

Эмили заметила, как при упоминании о Ванессе Натан весь напрягся, а его пальцы настолько сильно сжали поводья, что почти побелели. В его голосе послышались ледяные ноты:

– То, что произошло между мной и мисс Роли не имеет ничего общего с тем, как я отношусь к тебе.

– Но ты бросил ее, и теперь не известно, захочет ли ещё кто-нибудь взять ее в жены. Возможно, до конца своих дней ей так и придется провести жизнь в полном одиночестве.

Эмили ждала, что сейчас он начнет либо оправдывать себя, либо во всем винить девушку, но вместо этого Натан сел прямо, натянул поводья и с силой дёрнув за них, коротко бросил:

– Не думаю, что тебе стоит беспокоиться о мисс Роли. Она прекрасно умеет это делать сама.

Коляска снова затряслась по дороге. Эмили почувствовала себя крайне неловко. Она уже пожалела, что упомянула об этой помолвке. Все таки было несправедливо не зная всех фактов обвинять одну из сторон. Но в то же время молчание Натана не помогало развеять ее сомнения. Что если ему просто нечего было ей возразить?

Наконец, они подъехали к зданию Церкви.

Глава 23

Джон появился во дворе, когда коляска остановилась возле крыльца Прихода. Он поспешил к гостям и помогая Эмили спуститься на землю, выразил радость по поводу их приезда.

– Я уже с раннего утра на ногах! – сообщил он, суетясь возле невесты и с нетерпением наблюдая за Натаном, который спрыгнул с коляски и не спеша направился к ним. – Там двадцать больших ящиков! Двадцать! Боюсь даже представить, сколько в них книг?! Это же работа на целую неделю!

Джон не заметил, но Эмили бросила тревожный взгляд на привезшего ее спутника. Ей не хотелось всю неделю провести в его обществе, да ещё и в такой близости. Не хватало ещё столько времени находиться между двумя мужчинами, один из которых был ее женихом, а второй усиленно метил на это самое место. Оставалась надежда, что энтузиазм последнего продлится не дольше одного дня и уже завтра он сошлется на неотложные дела и покинет их общество.

Все вместе они обошли здание Церкви и приблизились к пристройке, у входа в которую стояло с десяток ящиков.

– Пока погода благоприятствует, – пояснял Джон, – я решил оставить на улице половину, иначе в библиотеке будет совсем не развернуться. Надеюсь на милость Господа и что по Его воле дождь не прольётся до момента, пока все книги не окажутся под надёжным укрытием.

– Тогда нам нужно поторопиться, чтобы лишний раз не искушать Высшие силы, – произнесла Эмили, на самом деле думая о себе и Натане.

Внутри бывшего курятника ничего не напоминало о его прошлом предназначении. Здесь не только царила идеальная чистота, но и вдоль всех стен располагались открытые стеллажи. Пока еще они пустовали. Несколько шкафов стояли посредине помещения. Лишь находящиеся на полу большие ящики нарушали порядок. Несколько из них уже были вскрыты и внутри лежало множество книг.

– Вот, не удержался, посмотрел, что же нам прислали, – Джон подошёл к открытому ящику и взял одну из книг. – «Песни невинности и опыта». Ну, как вам это нравится?! Вот ещё. «Школа злословия». Пьеса. Это же ужас какой-то! Разве можно такие книги ставить в приходскую библиотеку?!

Эмили благоразумно промолчала относительно первой книги, так как ее название показалось ей очень даже любопытным, а вот на счет второй всё же решила высказать свое мнение.

– В «Школе злословия» нет ничего плохого. Это комедия, в которой высмеиваются царящие нынче нравы. Но я думаю ты прав, для приходской библиотеки она вряд ли подойдёт.

– Ну конечно! – воскликнул Джон. – Книги должны обучать, взывать к возвышенным чувствам, развивать в нас всё самое хорошее, а не высмеивать низменные инстинкты! – он брезгливо бросил пьесу обратно. – Очень надеюсь, что здесь не всё подобное этому.

Эмили подошла к другому ящику и вытащила оттуда первую попавшуюся книгу.

– О! Это должно тебя успокоить, – она протянула ему небольшой томик.

– «Векфильдский священник», – прочитал он и тут же его лицо просветлело.

В это время Натан прошел к тому самому ящику, где только что стоял Джон и взял книгу, которая так заинтересовала Эмили.

– А это я возьму себе, – еле слышно сказал он, и пока высоконравственный викарий его не видел, засунул ее во внутренний карман пиджака.

Эмили проследила за движением молодого человека и от досады закусила губу, так как сама надеялась в тайне от жениха припрятать ее для себя. Она одарила Натана сердитым взглядом, на что тот криво улыбнулся, решив, что именно его интерес к подобному произведению вызвал у нее недовольство.

Вскоре, все занялись работой. Первым этапом было освободить один из ящиков, чтобы потом складывать в него неподходящие книги.

Вначале работа шла молча, так как каждый внимательно изучал содержание того или иного произведения и решал, в какую именно стопку его отнести. Эмили не могла про себя ни отметить насколько ответственно Натан подошёл к этому заданию. В сущности, она первый раз видела его за каким бы то ни было занятием и выполнял он его достаточно серьезно. Эмили вдруг поняла, что совсем не знала эту сторону мистера Коулмана. Все эти годы она видела лишь ту, которая ей не нравилась. Никогда раньше Натан не представал перед ней в ином свете. Всё время их знакомства он казался ей легкомысленным и глупым. Болван! Вот кем он был для нее. Но сейчас, незаметно наблюдая за ним, она была удивлена. И хотя вызвался он помогать Джону лишь для того, чтобы продолжать испытывать ее терпение, при этом выглядел как человек, который умел увлечься своей работой.

Против воли Эмили нравилось смотреть на него и ловить каждое его движение. Натан даже стал казаться ей каким-то красивым. Привлекательным. Желанным…

Всё настойчивее в голову приходило воспоминание их поцелуя. Она будто снова ощущала его дерзкие, но такие мягкие губы. И ей нестерпимо захотелось вновь почувствовать как он коснется ее рта, как будет ласкать его, как проникнет…

О Боже! Она совсем сошла с ума! Словно избавляясь от наваждения, Эмили резко встряхнула головой и громко закрыла книгу. Все тут же уставились на нее.

– Это просто возмутительно! – воскликнула она,

Но чем дольше она сидела в обществе Натана, тем сильнее внутри неё росло неизвестное до этой поры возбуждение. Его присутствие волновало ее и вызывало внутреннее напряжение. Даже движения рук из плавных стали отрывистыми и резкими. Она ругала себя. Ругала, что не жених, а совершенно чужой человек вызывал в ней такие чувства.

Чтобы хоть как-то отвлечься от неприличных мыслей и не подпитывать их видимым образом Натана, Эмили поднялась со стула.

– Наверное я займусь раставлением книг. А то места на полу и так почти не осталось.

Джон вскочил следом за ней и принялся подавать ей книги, при этом указывая, куда их лучше всего поставить. Натан остался сидеть на месте.

– Мистер Гриффин, – раздался у самого входа голос миссис Крафт. – Простите, что отвлекаю вас, но мистер Майерз уже как пол часа дожидается вас в Приходе. Я наводила в вашем коттедже порядок, когда он пришел, надеясь отыскать вас дома. Я попросила его ещё немного подождать, а сама направилась сюда. Вы встретитесь с ним или мне следует его отослать?

Джон выглядел слегка расстроенным, но памятуя о священном долге, всё же отдал Эмили книгу и повернулся к миссис Крафт.

– Господь никогда не отказывает в помощи своим детям. А кто я такой, чтобы бросать на произвол судьбы Его овечек. Скажите мистеру Майерзу, что я иду, – а затем обратился к Натану. – Мистер Коулман, вам придется ненадолго заменить меня. Помогите мисс Фейн расставить книги.

Эмили заметила, как при словах «заменить меня» уголок рта Натана лукаво приподнялся. Не составляло труда понять, что он при этом думал.

– Можете ни о чем не беспокоиться. Я окажу мисс Фейн любую помощь, в какой бы она не нуждалась.

Джон ещё раз окинул ящики хозяйским взглядом и вышел из библиотеки.

Чтобы больше не видеть Натана, Эмили отвернулась к полкам и принялась ждать, когда он подаст ей следующую книгу. Она не смотрела на него, но по доносившимся звукам понимала, что он сейчас делал. Она слышала его шаги. И чем ближе он подходил, тем громче стучало ее сердце. Казалось, оно делало удар в такт его шагам. Вот, Натан уже стоял позади нее. Она кожей чувствовала его присутствие. Ее с неимоверной силой влекло к нему и она ничего не могла с этим поделать. Лишь находясь к нему спиной, она всё ещё сохраняла остатки разума.

«Джон, Джон, милый Джон».

И тут она увидела, как руки Натана приподнялись и по обеим сторонам от нее уперлись в полки. Тут же в груди перестало хватать воздуха. Ещё чуть-чуть и она окажется в полной его власти.

– Эмили… – сорвалось с его губ.

– Не надо, – поспешно выдохнула она, не в силах больше справиться с нахлынувшими чувствами. – Прошу, не надо…

Но вместо того, чтобы послушать ее и отступить, он ещё плотнее прижался к ней, а его лоб опустился на ее плечо.

Эмили внутренне простонала. Его руки переместились на ее талию и проскользнув вперёд, крепко обняли и прижали к мужскому телу. В тот же миг она услышала его тяжелое дыхание, ощутила тепло тела, почувствовала волнующую дрожь.

– Я не могу без тебя, – прошептал он.

Больше не в силах сопротивляться этому притяжению, Эмили сама повернулась к нему и сделала то, что совсем не должна была делать. Она посмотрела на него, а потом закрыла глаза и приоткрыла рот, приглашая его воспользоваться охватившим ее желанием. И Натан молниеносно отреагировал на это приглашение.

Глава 24

Соединившись в долгом, страстном и чувственном поцелуе, Эмили с готовностью принимала и отзывалась на каждую его ласку. Без сопротивления она позволила его языку проникнуть в ее рот и тут же по ее телу прошла приятная волна удовольствия. Она полностью отдалась во власть его губ, которые несмотря на напор, были мягкими и нежными.

Не думая ни о чем, Эмили обхватила его шею руками, ещё крепче прильнула к нему, а затем подчиняясь внутреннему зову сама принялась целовать его. Подражая его движениям, она воспламеняла не только его, но и себя. Руки Натана буквально впились в ее талию, а из груди послышался стон удовольствия. Эмили не понимала, что происходит с ее телом. Оно хоть и становилось безвольным, но в тоже время было напряжено до предела. Внизу живота появилось приятное томление. Оно заставляло ее желать дальнейших прикосновений Натана, чтобы он сжимал не только ее талию, но и трогал в самых чувственных местах. Даже через ткань платья ее грудь отвердела и приятно покалывала. Все эти ощущения были настолько острыми, что Эмили почти не могла контролировать себя.

Словно читая ее мысли, Натан оторвался от ее губ и принялся целовать лицо, шею, открытую часть груди, при этом его руки опустились до ягодиц и крепко сжали их. Теперь и Эмили тихо застонала. Она запустила пальцы в его волосы и вцепившись в них, лишь на миг открыла глаза. Тут же ее взгляд упал на распахнутую дверь и виднеющуюся часть Церкви. В одну секунду возбуждение прошло, а на смену ему пришло ощущение грязи и позора. То, чем они с Натаном занимались, да ещё и в таком месте, называлось святотатство. Они вели себя как настоящие развратники. Мало того, что она изменяла жениху, так ещё и делала это чуть ли не в доме Бога.

Эмили стало так противно, что она упёрлась руками в грудь Натана и с силой отпихнула его от себя. Он явно не ожидал от нее такой разительное перемены и смотрел скорее удивлённо, чем расстроенно.

– Натан, уйди от меня! – с отвращением выплюнула она, а в ее глазах читалась брезгливость.

Всё это не осталось им незамеченным. Он нахмурился и внимательно всмотрелся в ее лицо. Весь ее вид говорил о том, что она презирала его. Этот взгляд он хорошо помнил ещё с первого дня их знакомства. Но ведь она сама только что хотела его и почти отдалась ему. Она с готовностью целовала его, прижималась к нему, обнимала, а теперь смотрела так, будто он окунул ее в лужу грязи. Эмили говорила одно, а делала совершенно другое! Или она специально так себя вела, чтобы мучить его? Может ей хотелось поиздеваться над ним? Поиграть его чувствами?

– Ты же понимаешь, как запоздало звучит твоя просьба, – не скрывая своей злости, прожег он ее буравящим взглядом.

– Лучше поздно… – отвернув от него

Он не стал удерживать ее и даже отступил назад.

– Может всё таки объяснишь, что сейчас между нами такое было? – пытался он докопаться до истины.

– Ничего, – по-прежнему не поднимая на него глаз, Эмили поспешила отойти от него на безопасное расстояние.

– Как это «ничего»? Ты вела себя как… влюбленная кошка. Ты хотела меня. Хотела моих прикосновений, хотела моих поцелуев. Ещё чуть-чуть и ты бы стала моей!

– Перестань! Я не буду это с тобой обсуждать!

– Тогда с кем? Может расскажешь о своем поведении Джону? Он как раз в Церкви и с удовольствием выслушает твою проникновенную исповедь. Вот только захочет ли он после этого взять тебя в жены?

– Это не твое дело! – рассердилась она. – Джон – мой жених, а ты мне никт…

Но он не дал ей договорить. Натан подскочил к ней и схватил ее за плечи.

– А я твой любовник!

Услышав последнее слово, огонь стыда обжёг Эмили. Ее глаза стали огромными как блюдце. Как она могла опуститься так низко?

– Я больше не хочу тебя видеть! – завопила она, при этом стараясь освободиться от его мертвой хватки. – Ты Дьявол во плоти! Ты пользуешься моей неопытностью!

– О! – воскликнул Натан, по-прежнему не выпуская ее из рук. – Как удобно переложить всю вину на меня. Ты впрямь как Ева. Та тоже утверждала, что это не она, это змей виноват. Но именно ты целовала меня. Твои руки обвивали мою шею. Ты стонала, находясь в моих объятиях.

– Ладно! Пусть так! Ты у нас во всём прав! Ты ни в чем не виноват и во много раз лучше меня. Все лучше меня! А я падшая женщина. Я позволила себе получать удовольствие на стороне и больше недостойна называться леди. Теперь ты доволен?! Твое самолюбие удовлетворено?!

Натан закатил глаза.

– О боже, Эмили! Да посмотри ты правде в глаза! Я не считаю тебя падшей женщиной. Я лишь хочу, чтобы ты признала очевидное – ты неравнодушна ко мне, впрочем, как и я к тебе. Нас влечет друг к другу и ничто не способно это остановить.

– Я могу это остановить! – твердо заявила она. – Плоть слаба, а дух бодр!

– О-о! – простонал Натан. – Судя по всему фанатизм заразен. И что ты будешь делать со своим духом, когда твоя плоть тянется ко мне? Может стоит направить их в одну сторону?

– Именно так я и собираюсь поступить! Скоро Джон будет владеть и тем, и этим.

Тут же на лице Натана появился оскал.

– Я сделаю всё, чтобы ты не досталась ему.

В глазах Эмили отразился испуг. Что он собирался сделать?

– Ты не посмеешь рассказать Джону о моей слабости!

– Я не настолько низко пал, чтобы порочить твое имя. Но запомни, ты будешь только моей, – и впившись в ее губы властным поцелуем, наконец, отпустил.

Эмили решила, что больше не вынесет его общества и поэтому бросилась к двери. Но прежде чем покинуть библиотеку, резко остановилась и кинула через плечо:

– Ты никогда не получишь меня! – и не дожидаясь ответа, почти бегом направилась к Церкви.

– Это мы ещё посмотрим, – провожая ее хищническим взглядом тихо процедил Натан.

Глава 25

Эмили неслась с такой скоростью, что чуть не налетела на вышедших из Церкви Джона и мистера Майерза.

– Прошу прощения, – смутилась она под взглядами недоумевающих от ее такого неожиданного появления мужчин.

– Мисс Фейн, с вами всё в порядке? – смотрел на неё с беспокойством мистер Майерз.

В глазах Джона читался тот же самый вопрос. Эмили лишь бегло взглянула на жениха. Как же ей было стыдно перед ним за свое поведение!

– Всё хорошо. Просто вспомнила об одном важном деле. Пока миссис Крафт находится в доме мистера Гриффина и наводит там уборку, я решила осмотреть коттедж.

Поняв, что будущие молодожены готовятся к совместной жизни, тут же на лице мистера Майерза появилась добродушная улыбка.

– Я думаю, женская рука всегда пригодится в доме, в котором до этого жил лишь одинокий мужчина.

– Я сейчас провожу мистера Майерза до коляски и сопровожу тебя до моего скромного жилища, – торопливо произнес Джон.

Эмили замотала головой.

– Это совсем не обязательно. Я прекрасно доберусь сама, а тебя ещё ждут дела в библиотеке. Мне не хочется отвлекать тебя по пустякам от такого важного занятия. Да и осмотр дома может затянуться.

С огромной благодарностью в глазах Джон посмотрел на невесту.

– Действительно, в библиотеке слишком много работы. Нужно успеть хотя бы перебрать те книги, что уже находятся внутри, а затем занести оставшиеся ящики.

– Ну конечно! Мистер Майерз, рада была вас видеть! – попрощалась Эмили с мужчиной и вскоре покинула их компанию.

В доме Джона всё ещё находилась миссис Крафт и щеткой начищала полы. Немного переговорив с ней, Эмили отправилась на второй этаж и принялась заходить в комнаты и осматривать обстановку. Занимаясь этим делом, она надеялась хоть ненадолго забыть о своем опрометчивом поведении. До сих пор внутри сидело противное чувство стыда и отвращения к самой себе. Натан был прав. Она вела себя слишком бесстыдно и позволяла ему не просто целовать себя в губы, но и в шею, и грудь. Ей нравилось ощущать его руки на своём мягком месте. Всё в ней горело под его натиском. Более того, ей хотелось гораздо большего! Разве благочестивая девушка должна всё это испытывать, и уж тем более желать?!

Нет, она не была благочестивой. Она была развратной и порочной. Джон не заслуживал такой жены как она. Но и выйти замуж за Натана означало до конца своих дней лишиться душевного покоя. Она всё время будет сомневаться в нем и его чувствах к ней. Его так неожиданно проснувшаяся страсть казалась ей недолговечной. Он просто получал новые эмоции. Яркие впечатления. Ему нравилось чувствовать себя охотником и загонять ее в ловушку. Но в браке эти чувства испарятся так же быстро, как и возникли, и что тогда? Не привлечет ли его другая неприступная крепость? Доступная, и всегда в его распоряжении жена, превратится в помеху. А Эмили хотела быть любимой, или по крайней мере, не сомневаться в верности и преданности мужа. Жизнь с Джоном пусть и не будет наполнена страстями, но сулила покой и уют. Они будут друг для друга хорошими друзьями. Возможно, в постели Джон окажется очень даже пылким любовником. Его эмоциональные речи за кафедрой служили тому доказательством. И если она хотела выйти за него замуж, ей больше не нужно

Закончив осматривать коттедж, Эмили решила не возвращаться в библиотеку. Она попросила миссис Крафт передать Джону, чтобы он ее сегодня больше не ждал, а сама отправилась домой. Теперь помимо подготовки к свадьбе ей предстояло заказать новую мебель. Та, что уже имелась, была старой и не очень подходящей для семейной жизни, особенно, что касалось кровати. Она была не просто узкой, но и ужасно скрипучей. На таком ложе вся округа будет знать, сколько раз в неделю священник и его жена занимались любовью.

С каждым новым днём дел и забот становилось всё больше и больше, и Эмили уже почти забыла думать о Натане. Нет, она думала о нем, но только когда решала куда и с кем ей стоит пойти. Она никогда не оставалась одна, особенно, если поблизости был он. Но и таких случаев за весь месяц было не больше трёх. Первые две недели она полностью посвятила обустройству своего будущего жилища. Кое-что из мебели она приобрела в магазине, а что-то заказала у мебельщика. Так же Эмили скупила несколько видов тканей и в свободное время шила скатерти, шторы и постельное белье.

За эти дни Джон отсортировал все книги и успел открыть библиотеку. В записках к ней он сообщал о ходе работ и, что очень поразило Эмили, Натан, в отличии от нее, выполнил свое обещание и провел там всё время, пока не был разобран последний ящик. Она не могла сказать, что именно заставило его так поступить, – данное Джону слово или возможность хоть там встретиться с ней, но до самой свадьбы Эмили была решительно настроена избегать с ним встречи.

А потом из Лондона, в сопровождении своих мужей, в отчий дом приехали две ее сестры, Дебби и Глория. Ожидалось, что чуть ближе к памятному дню приедет и самая младшая из них, Беатрис, чья свадьба была еще совсем недавно. Лишь вторая по старшинству, Берта, по причине скорых родов решила никуда не выезжать.

И тут, с появлением сестер, дом Фейнов наполнился шумом и весельем. Молодые леди постоянно выбирались на прогулки, ходили по магазинам и не пропускали ни одного приглашения в гости. Мистер Фейн чуть ли не каждый день ходил со своими зятьями на охоту. А перед сном, Берта или Дебби по секрету делились с Эмили, какими оказались их мужья, да и вообще, супружеская жизнь. Обе были чрезвычайно довольны своим положением.

Слушая сестер, Эмили ловила себя на мысли, что не испытывала такого восторга от предстоящей жизни с Джоном. Хотела она того или нет, но будущее с ним казалось ей хоть и спокойным, но довольно скучным. Зато при одной мысли о Натане, всё внутри неё начинало кипеть и бурлить. Но она старательно запирала эти мысли на засов. Нет! Она не передумает! Выйти замуж за Натана означало совершить самую большую ошибку в своей жизни! Значит навсегда лишиться покоя! Значит каждый день бояться его потерять!

Эмили находила для себя всё больше причин, почему стоило выходить за Джона и не стоило выходить за Натана, но чем скорее приближалась свадьба, тем сильнее чувствовала себя загнанной в угол. Она не понимала, почему на душе было так неспокойно? Что именно ее мучило? Не совершала ли она как раз ту самую роковую ошибку, о которой потом будет жалеть всю жизнь?

Глава 26

– Беатрис! Девочка моя! Наконец-то и ты приехала! –выбежала Джудит встречать свою младшую дочь.

За ней торопились Дебби и Глория, которые дольше остальных не видели сестру, а за ними уже спокойным шагом шли Эмили, мистер Фейн и его зятья.

Обнимаясь и громко радуясь встрече, дамы устроили во дворе настоящий переполох. Эмили же радушно поприветствовала Уолтера, мужа Беатрис, а затем и его сестру Габриэлу.

– Вот, уговорила меня взять ее с собой, – извиняющимся тоном пояснял Уолтер, – а я как всегда не смог отказать единственной сестре. Надеюсь, присутствие незапланированного гостя, а вернее, гостьи, не слишком обременит вас. Но если для Габриэлы в доме не найдется места, то мы можем поселиться в гостинице.

– Ну что вы, места хватит всем, – заверила его Эмили. – Комната Берты пустует, поэтому, мисс Голд вполне может занять ее покои. Вам не о чем беспокоиться и уж точно не нужно жить в неуютной гостинице.

– Мисс Фейн, огромное вам спасибо! Вы меня успокоили. Даже не представляю, как вам удавалось справлять с четырьмя младшими сестрами. Из меня и одна-то вьёт веревки.

Эмили засмеялась и сказала, что иногда притворялась глухой и делала вид, что не слышала их просьбы. И только потом решала, какую из них выполнить, а какую оставить без внимания. Уолтер задумался, а потом с грустью добавил, что у Габриэлы слишком высокий голос, чтобы его не слышать.

Сидя за общим столом, Джудит, Дебби и Глория старались поделиться с Беатрис всеми своими новостями. Та же, в свою очередь, хотела поскорее познакомиться с мистером Гриффином и поэтому подробно расспрашивала о нем.

– А что если нам устроить небольшой вечер? – вдруг предложила она. – Мы могли бы пригласить мистера Гриффина и ещё нескольких наших соседей. Я так по всем соскучилась!

– Дорогая моя, – смотрела на нее ласково Джудит, – насколько это будет разумно делать сейчас, когда вот-вот состоится свадьба Эмили?

– Нисколько не сомневаюсь, что у вас уже всё готово к празднику. Мы лишь пригласим несколько человек и немного потанцуем. Я ведь не сказала вам, но мы с Уолтером уедем сразу же после свадьбы. Его дела в суде требуют, чтобы он вернулся как можно скорее. А мне так хочется увидеться со всеми своими подругами!

– Тогда не стоит с этим затягивать, – решил за жену мистер Фейн. – Мы можем послезавтра устроить прием. Надеюсь вам хватит одного дня, чтобы пригласить к нам всех, кого вы желаете?

От радости Беатрис почти подпрыгнула на стуле.

– Конечно хватит!

Все тут же оживились, и кроме Беатрис, Глория с Дебби принялись наперебой предлагать, кого бы и они хотели видеть на этом вечере.

– А мистер Коулман будет приглашен? – услышала Эмили звонкий голос Габриэлы.

Она посмотрела на девушку и внутри у нее неприятно кольнуло. Не трудно было догадаться, что та была заинтересована в Натане и ждала с ним встречи. Эмили совсем не понравилось, что он был кому-то небезразличен. Ей тут же захотелось заявить, что он не будет приглашен

– Мистер Коулман будет для нас отличной компанией! Мы обязательно пошлем ему записку.

Эмили еле сдержалась, чтобы не возразить вслух. При этом она не могла понять, что именно ей не нравилось, новая встреча с ним или что Габриэла может его увлечь. Ведь однажды он уже выказывал той интерес. Но с другой стороны, разве последний вариант не будет для нее предпочтительней? Если Натан заинтересуется девушкой, то это избавит ее, Эмили, от его внимания. И тогда он перестанет твердить ей о любви. Ну конечно! Это был бы самый лучший выход из сложившейся ситуации! Тогда и она вздохнет спокойно. Она сможет видеться с ним и не переживать, что он начнет приставать к ней. Это подарит ей свободу. Она снова начнет бывать где хочет и с кем хочет.

Эмили старалась радоваться своим мыслям и убеждать себя, что желает именно этого, но внутри неё как сорняки росли только грусть и тоска. Нет, не могла она влюбиться в Натана. Это бы означало, что она была полной дурой! Просто ей нужно перестать думать о нем и переключиться на Джона. Вот самый достойнейший из достойнейших молодых людей! Вот кто должен волновать ее сердце! Вот с кем ей будет надёжно!

Как бы мысленно Эмили не оттягивала скорый прием в их доме, но время неумолимо двигалось вперёд. С уст Габриэлы почти не сходило имя Натана Коулмана. Ни от кого в огромном семействе не осталось в секрете, насколько сильно девушка ждала с ним встречи. По очереди сестры обсуждали с Эмили, как помочь ей заинтересовать молодого человека. Они даже пересмотрели свои платья и устроили примерку, чтобы выбрать то, которое лучше всего подчеркнет достоинства мисс Голд. Потом наступила очередь за выбором прически и драгоценностей.

Вместе со всеми Эмили пришлось участвовать в этой затее, так как все постоянно спрашивали ее мнение. На правах самой старшей сестры, ее слово было окончательным. Борясь с собой, она всё же останавливала выбор на том, что лучше всего подходило девушке, и вскоре из прелестного юного создания та превратилась в настоящую роковую красотку.

На фоне ее милого личика, юности и свежести, Эмили яснее ясного ощутила, как сильно проигрывала ей в красоте и привлекательности. Молодость оказалась сильнейшим оружием против опытности. Только слепой или безумный мог влюбиться в старушку мисс Фейн, когда на горизонте был такой цветок. А Натан не был ни тем, ни другим. Когда-то она собственными глазами видела, как он не пропускал ни одной привлекательной мисс, а потом срывал поцелуй с их губ! Наверняка, он и сейчас восхитится красотой Габриэлы. По-другому просто не могло быть! Натан не сможет устоять против чар мисс Голд и тут же захочет воспользоваться ее благосклонностью.

Думая о нем и Габриэле, Эмили еще сильнее уверилась, что поступала правильно, отвергнув его предложение. Не мог он всерьез полюбить ее и никого больше не замечать. Не таким он был человеком. При этом ей отчего-то отчаянно хотелось стать чуточку моложе и привлекательнее, и выглядеть ничуть не хуже Габриэлы.

*

Сидя в своей комнате, через открытое окно Эмили слышала, как к крыльцу подъезжали коляски, а дом наполнялся гулом множества голосов. Служанка успела сообщить ей, что мистер Гриффин ждёт ее внизу. Сказав, что скоро спустится, она, тем не менее, не шелохнулась и осталась сидеть перед зеркалом. Как же ей не хотелось никуда идти! Она бы с большим удовольствием забралась на кровать и, как в детстве, когда хотела избежать неприятного разговора или наказания, спрятаться под одеялом. Все эти разговоры о Натане и Габриэле повергали ее в уныние. Она уже чувствовала себя так, будто ее отвергли и бросили. Сколько раз она убежала себя, что будет лучше, если Натан влюбится в девушку и тогда всё встанет на свои места. Она сама выйдет замуж за Джона, а мистер Коулман, вполне возможно, захочет взять в жены мисс Голд. Ну или не захочет, но весело проведёт с ней время. Ведь так всё и должно быть. Так. И ни как иначе…

Ещё раз с грустью посмотрев на свое отражение, Эмили поднялась и вышла из комнаты. Она запретила себе думать ни о ком и ни о чем, кроме Джона и их предстоящей свадьбы. Но стоило ей оказаться в большом зале, как почти сразу взгляд остановился на Габриэле и стоявшем рядом с ней Натане. Ну вот, что и требовалось доказать! Всё выходило именно так, как она думала. Натан не смог оставить без внимания красивую девушку. Больше тут нечему удивляться. Все его слова о любви были лишь злым розыгрышем. Шуткой. Обманом.

Эмили горько усмехнулась и посмотрела на Джона, а потом подхватила его под руку и попросила отвести ее в столовую.

Вскоре, все гости по приглашению хозяина вечера тоже прошли туда. Эмили целенаправленно не смотрела в ту сторону, где сидел Натан. То, что рядом с ним расположилась Габриэла, не было для нее сюрпризом. Желая свести молодых людей вместе, ее сестры позаботились об этом. Но даже не видя эту парочку, Эмили чувствовала себя напряжённо. А что если именно сейчас, под столом, Натан держал руку Габриэлы в своей ладони, как когда-то держал ее руку на представлении у Дэвисов? Тут же все внутри неприятно сжалось, а дыхание стало тяжелым. Почему?! Почему она не могла думать ни о ком другом?! Чтобы успокоиться, Эмили закрыла глаза и запела свою песенку:

«Джон, Джон, милый Джон».

После ужина было объявлено о танцах и все желающие выстроились в два ряда. Кто была партнёршей Натана? Габриэла. Кто смеялся громче всех? Габриэла. Кто вызывал всеобщее восхищение? Габриэла. Кому после танца Натан принес лимонад? Габриэле!

Эмили не нравилось, что они всё время были вместе и она упорно старалась не обращать на них внимания. И наконец, ей удалось потерять их из виду. В одном из ящиков Джон нашел очень редкую книгу и сегодня захватил ее с собой, чтобы показать невесте, каким теперь ценным изданием обладала его библиотека.

Эмили отвлеклась всего на несколько минут, но когда подняла глаза и посмотрела в зал, не увидела среди гостей ни Натана, ни Габриэлу. Ей вдруг нестерпимо захотелось проверить, где они были и чем занимались. Она как желала найти подтверждение своей правоты относительно натуры Натана, так и боялась увидеть, что всё это окажется правдой.

Эмили сказала Джону, что ей нужно ненадолго отлучиться, а сама, вместо того чтобы отправиться в туалетную комнату, вышла в

Она успела пройти всего пару шагов, как увидела стоявших чуть поодаль молодых людей. И они целовались! Она чуть не вскрикнула, но тут же закрыла рот рукой и попятилась назад. Только бы они не заметили ее. Стараясь двигаться бесшумно, но в тоже время быстро, Эмили поторопилась и наступила на шлейф платья. Каблуки запутались о ткань юбки и она, взмахнув руками, потеряла равновесие и с грохотом приземлилась на пятую точку.

Услышав шум, молодые люди резко отпрянули друг от друга. Эмили подняла глаза и… встретилась с предательскими глазами Натана.

Глава 27

– Проклятье! – тихо выругался Натан.

Ему хватило одного взгляда на Эмили, чтобы понять – она больше никогда не поверит его словам.

Весь этот месяц он пытался найти способ встретиться с ней. Он как дурак целую неделю просидел в библиотеке Джона и ждал, что она появится там. Но она так и не пришла! Потом он посещал те мероприятия, где знал, что будет семейство Фейн. Да, он видел ее, но не мог приблизиться к ней ни на шаг. Всё время она была окружена многочисленными родственниками. Ни разу Эмили не осталась одна!

Он как проклятый отсчитывал дни и всё сильнее ненавидел закаты и рассветы. Он начинал ненавидеть членов ее семьи, которые как гарпии окружали ее; ненавидеть Джона, который имел право быть рядом с ней; ненавидеть себя, что так долго был слепцом и не понимал своих чувств к ней. Только ее он не мог ненавидеть. Ее он страстно желал. Сколько раз за эти дни он как заклинание повторял ее имя! А воспоминание их последней встречи и то, какой отзывчивой она была в его объятиях, заставляло его испытывать жар и до боли сжимать челюсть.

С каждым прожитым днём его отчаяние росло. До свадьбы оставалось каких-то две недели, а он по-прежнему был для нее чужим. Эмили не верила в его любовь. И лишь когда накануне утром он получил записку с приглашением на прием в дом ее семейства, его дух воспрял, а сердце исполнилось надеждой, что ещё не всё потеряно. Уж на вечере он постарается сделать всё возможное и невозможное, чтобы остаться с ней наедине!

Натан чуть ли не первым прибыл в дом Фейнов и в ожидании появления Эмили, встал в таком месте, где мог свободно видеть вход в бальный зал. Он почти никого не замечал и не сводил глаз с дверей, как вдруг рядом с собой услышал женский голос.

– Мистер Коулман, рада приветствовать вас! – смотрела на него Беатрис.

– Миссис Голд, – склонил он голову.

– Надеюсь вы помните мисс Габриэлу Голд? – обратила она внимание на свою спутницу.

Натан равнодушно посмотрел на девушку.

– Мисс Голд, рад снова видеть вас, – безэмоционально произнес он и бросил взгляд на дверь, боясь пропустить Эмили.

– Мистер Коулман, прошу вас разрешить наш маленький спор, – продолжила отвлекать его от важного занятия Беатрис.

Еле сдерживая свое нежелание принимать участие в каком-то там споре, он всё же улыбнулся и почти не разжимая губ, выдавил из себя.

– Сочту за честь помочь вам.

– Понимаете, мисс Голд утверждает, что за эти несколько месяцев совсем не изменилась. Я же говорю, что это не так. А для вас, как для человека, который не видел ее некоторое время, сразу будет очевидно, кто из нас прав. Я больше чем уверена, что Габриэла очень выросла и повзрослела.

Натану пришлось ещё раз осмотреть мисс Голд. Действительно, с последней их встречи она заметно похорошела. Ее юное личико теперь приобрело черты более зрелой женщины, а фигура имела соблазнительные формы. Но всё это не особо взволновало его. Примерно так же он осматривал лошадь, когда решал, стоит ли ее покупать.

– Тогда не знаю, огорчу ли я мисс Голд или обрадую, но в этом споре она окажется в меньшинстве.

Девушка тут же расцвела, а на ее щеках появились симпатичные ямочки, которые делали ее лицо ещё привлекательнее. Беатрис же лукаво посмотрела на Натана, а потом перевела взгляд на Габриэлу, давая той понять, что они стоят на верном пути.

– Мистер Коулман, я всегда знала, что могу положиться на ваше экспертное мнение. В этом году Габриэла первый раз поедет в Лондон и выйдет в свет, и сейчас очень переживает, как ее примет столичное общество. Вы ведь множество раз бывали на светских раутах и должно быть знаете особенности таких приёмов. Могли бы вы рассказать мисс Голд что-нибудь интересное, чтобы успокоить ее, а то у меня в этом совершенно нет никакого опыта.

Натан еле сдержался, чтобы не закатить глаза и не издать обреченный стон. Как же не вовремя к нему пристали эти Голд!

– Что именно мисс Голд желает услышать?

Габриэла сразу же оживилась и сделав к нему шаг, спросила, каких ошибок ей следует избегать. Чтобы поскорее от нее избавиться, он быстро перечислил, что не стоит на приемах глазеть по сторонам и принимать ухаживание джентльменов слишком серьезно. Натан даже не особо старался подбирать слова, лишь бы отвязаться от девушки. Но она тут же задала ему новый вопрос, а потом ещё, и ещё, и ещё. Вот уже и Беатрис покинула их, а та всё никак не могла удовлетворить свое любопытство.

Отвечая на ее вопросы, Натан постоянно смотрел по сторонам, именно так, как до этого сам советовал не делать. Наконец, он увидел Эмили. Всё внутри него перевернулось. Какой же она была красивой! Он чуть было не рванул к ней, но вовремя спохватился. К тому же, как всегда, она была не одна. Рядом с ней был ее святой Джон. Натан постарался поскорее закончить дурацкий разговор с Габриэлой и оказаться рядом со своим объектом обожания.

Но его вновь постигла неудача. Ему пришлось наблюдать, как Эмили взяла жениха под руку и вместе с ним вышла из зала. Тут же его лицо перекосило от злости и досады. Вскоре мистер и Фейн пригласил гостей в столовую. Натану пришлось предложить руку Габриэле и вместе с ней пройти к столу. Усадили их тоже вместе. Почти всё время пока длился ужин, Натан не сводил с Эмили глаз и про себя умолял ее посмотреть на него. Никакая еда сейчас не была способна утолить его голод. Лишь ее взгляд мог возродить его к жизни и дать сил для борьбы. Но она ни разу не посмотрела в его сторону.

К концу ужина внутри

После ужина начались танцы. Так как Габриэла продолжила преследовать его и почти сама напросилась стать его партнёршей, ему пришлось пригласить ее на контрданс. Натан думал, как так поделикатнее ей намекнуть, что если она и в столице начнет вести себя столь навязчиво, то этим заработает себе дурную репутацию, как вдруг из внимательного слушателя она превратилась в говорливую особу. А если ему и удавалось вставить какую-нибудь реплику, то она начинала звонко смеяться. Теперь он был уверен, с таким вызывающим поведением ей вообще не стоит показываться в Лондоне.

Натан не мог дождаться окончания танца. Но когда тот закончился, Габриэла попросила его принести ей лимонад, а потом вдруг приложила ладони к щекам и со страдальческим видом произнесла:

– Мистер Коулман, пожалуйста, давайте выйдем на улицу. Мне срочно нужно подышать свежим воздухом, иначе я упаду в обморок, – и не дожидаясь ответа, подхватила его под руку и потянула к выходу.

Натан уже тихо ненавидел мисс Голд. Он тут же решил, что это будет последняя ее просьба, которую он выполнит. Они вышли в коридор и прошли его половину, как неожиданно девушка вскрикнула.

– Что с вами? – больше не скрывая своего раздражения, зло процедил Натан.

– Мне что-то попало в глаз.

Она начала усиленно моргать.

– Ой-ой-ой! Как же сильно колется!

Не церемонясь с ней, он грубо развернул ее к себе, обхватил руками ее лицо и повернул его к свету.

– В каком глазу колется?!

– В правом, – и тут же закрыла его.

Большим пальцем Натан постарался отодвинуть нижнее веко.

– Совершенно ничего не видно! Вы хоть немного можете открыть глаз?

Габриэла лишь слегка приоткрыла его. Натан изо всех сил старался разглядеть соринку. Он уже и верхнее веко приподнял.

– Странно, как будто ничего нет.

– Подождите, – она немного отклонила голову назад и несколько раз моргнула, а потом вдруг обвила его шею руками и прильнула к губам.

Натан сразу почувствовал насколько неопытными были ее движения, а губы лишь прижимались к его губам. При этом он поражался ее решительности. Вот только что теперь делать ему? Но ответ пришел сам собой, когда до его ушей донесся грохот. В ту же секунду Габриэла отскочила от него и они оба уставились на причину шума.

– Проклятье!

Глава 28

Натан понимал, насколько глупо будут звучать его оправдания, но всё же бросился к Эмили и нагнулся, чтобы ухватить ее за руку и помочь встать. Но стоило ему коснуться ее, как она оттолкнула его и без посторонней помощи поднялась на ноги.

– Мисс Фейн, мне нужно вам всё объяснить. Прошу вас уделить мне немного внимания.

– Не стоит, – презрительно бросила она. – Вы свободный человек и вольны поступать как вам вздумается. А вам, мисс Голд, – Эмили строго посмотрела на притихшую Габриэлу, – нужно научиться не только не позорить имя вашего брата вызывающим поведением, но и уважать дом, в котором вы живёте.

Эмили оправила платье и с гордым видом покинула молодых людей. От злости Натан сжал кулаки и издал что-то наподобие рыка. Ну нет, она всё равно выслушает его! Может не сейчас, может завтра или послезавтра, но это обязательно произойдет.

Натан обернулся и окинул Габриэлу сердитым взглядом. Она ещё сильнее съёжилась и втянула голову в плечи. С трудом сдерживаясь, чтобы не задать ей хорошую трепку, он резко скомандовал:

– А ну марш отсюда!

Она тут же схватила юбку, приподняла ее и бросилась бежать обратно в зал, затормозив лишь перед самым входом, чтобы перейти на спокойный шаг. Вскоре Габриэла скрылась за дверью. Тяжело вздохнув, Натан следом за ней вернулся к остальным гостям. Теперь ему предстояло проявить всю свою находчивость, чтобы добраться до Эмили.

Он, как настоящий охотник, принялся выслеживать свою добычу и ждать удобного момента, чтобы поймать ее в свои сети. Но Эмили, словно чуя опасность, всё время находилась в окружении Джона или своих сестер. Натан даже предпринял попытку пригласить ее на танец и сделал это громогласно, чтобы многие слышали его предложение и она не смогла отказать. Но она отказала! Без смущения или неловкости, сохраняя невозмутимый вид, Эмили точно так же громко ответила, что на этот вечер единственным ее партнёром будет Джон Гриффин. Натану пришлось молча проглотить эту оплеуху.

На следующий день, без приглашения, он приехал в дом Фейнов и сообщил, что ему нужно переговорить с мисс Эмили Фейн. Но вновь получил отказ. Через прислугу она передала, что если у него есть к ней дело, то он может изложить его ее отцу или мистеру Гриффину, а те, в свою очередь, перескажут его ей и вместе с ними она обсудит и примет решение по его вопросу. Ничего на это не ответив, он покинул дом.

Всю неделю Натан каждый день караулил Эмили возле её дома. Если бы несколько месяцев назад ему кто-нибудь сказал, что он будет как мальчишка прятаться в саду за деревьями, чтобы выследить мисс Фейн, то рассмеялся бы в полный голос и послал такого чудака куда подальше. Но сейчас ничего лучшего в голову ему не пришло. Он надеялся, что Эмили захочет одна прогуляться по собственному саду. Но и здесь его ждала неудача. Если она и выходила на улицу, то всегда находилась в обществе сестер, да и прогулок таких было немного.

Потом он пытался добраться до нее через Джона. Но она была полностью занята приготовлениями к празднику и не навещала жениха, а тот, понимая в какой она находится суете, не отвлекал ее по пустякам.

В душе Натана росло отчаяние, граничащее с безумием. Когда же до свадьбы осталось всего четыре дня, а он не то, что не убедил Эмили в своих чувствах, но даже не смог защитить себя, в голове созрел рискованный план. Если у него получится осуществить его, то она либо согласится стать его женой, либо возненавидит до конца своей жизни. Но спокойно смотреть, как любовь всей его жизни готовится стать женой другого, он не мог.

С наступлением сумерек Натан переоделся в охотничий костюм, опустошил стакан бренди и оседлав лошадь, отправился на встречу своей судьбе.

*

Эмили стояла возле открытого окна и дышала прохладным воздухом. Она даже не думала, что подготовка к свадьбе отнимет у нее столько сил. Пройдя через четыре замужества

К сожалению, раньше времени заглянуть в столь интимную область ей помог вовсе не жених, а один из самых порочных людей в ее окружении. Эмили ругала себя, что когда-то не просто позволила Натану прикасаться к себе, но и сама целовала его. Она сгорала со стыда за то, что обнимала его и желала его поцелуев. А для него она просто была очередной наивной дурочкой, такой же как Габриэла и все остальные. Ему было всё равно кого целовать, лишь бы одержать очередную победу. Застав его вместе с мисс Голд, Эмили одинаково сильно рассердилась на обоих молодых людей, но позже рассудила, что девушка была ни в чем не виновата. Несколько дней бедная Габриэла старалась не попадаться ей на глаза, а если это и происходило, то сразу же сбегала. Позже, Эмили сама подошла к ней и сказала, что больше не злится на нее и пообещала никому не рассказывать о случившемся. Чуть ли не со слезами на глазах Габриэла благодарила мисс Фейн и заверяла, что это был ее первый и последний раз.

После случая на вечере все сомнения Эмили относительно Натана развеялись. Он остался таким же каким и был. Он не стоил ее переживаний, и уж тем более ее любви. Поэтому, когда он пригласил ее на танец, а на следующий день заявился с визитом, она без сожаления отказала ему. К счастью, больше она его не видела. Возможно и он понял, что бессмысленно искать с ней встречи. Быть может у него на примете уже появился новый объект для соблазнения и сейчас он старался пополнить свою копилку побед очередным сорванным поцелуем.

Насладившись прохладой вечера, Эмили отошла от окна, сняла лёгкий халат и оставшись в одной ночной сорочке забралась под одеяло. Она провела по одеялу рукой и представила, как совсем скоро будет лежать в другой кровати. При мысли, что рядом с ней будет Джон, на щеках заиграл румянец. Через каких-то четыре дня она узнает мужскую ласку и познает все прелести семейной жизни.

Улыбнувшись самой себе, Эмили потянулась к тумбочке, чтобы задуть стоявшую на ней свечку, как вдруг в проёме окна появилась мужская фигура. Та молниеносно перелезла через окно и спрыгнув на пол, оказалась в комнате.

Страх настолько сильно сковал Эмили, что сдавил горло, и она хоть и пыталась закричать, но не могла произнести ни звука.

И тут мужчина сделал к ней шаг, а его лицо осветил тусклый свет свечи. Глаза Эмили превратились в два больших блюдца.

– Натан?! – поражено прошептала она.

– Прости, что без приглашения, но по-другому к тебе не добраться, – как ни чем не бывало произнес он.

Наконец, Эмили пришла в себя. Она схватила одеяло и натянув его по самый подбородок, ещё сильнее вжалась в спинку кровати.

– Немедленно убирайся из моей комнаты! А иначе я… я… закричу!

Натан лишь усмехнулся и вместо того, чтобы держаться от нее на расстоянии, подошёл к кровати и бесцеремонно уселся на постель.

– Кричи. Интересно будет посмотреть, как ты объяснишь своим родственникам мое появление. Тогда тебе уж точно придется стать моей женой. Хотя… – на его лице расцвела самодовольная улыбка. Он немного поддался вперед, а его голос перешёл на шепот, – ты и так ею станешь.

– Что ты хочешь этим сказать? – уже натянув одеяло по самые глаза, со страхом смотрела она.

– Только то, что я не уйду, пока ты не выслушает меня и пока я не получу твоего согласия.

– Тогда нам придется умереть в этой комнате. Ты никогда не получишь его!

– Ну это ты сейчас так говоришь, – самоуверенно заявил он и подперев голову рукой, без всякого стеснения улёгся поперек кровати. – А для начала я должен рассказать тебе, что же произошло на том проклятом вечере.

– Как-будто это кому-то интересно, – недовольно пробурчала Эмили и подогнула под себя колени.

Глава 29

– А мне кажется, что тебе это очень даже интересно.

– С чего это?! – не поняла Эмили.

– Ну как же! Увидев меня с мисс Голд ты даже не смогла устоять на ногах и тут же рухнула на пол. Что это, если не признак ревности? Твое тело подвело… – Натан хмыкнул, – …выдало тебя.

– Ничего подобного! Я просто не хотела вам мешать и слишком поторопилась!

– Тогда зачем ты выходила в коридор? Ты следила за мной?

Эмили тут же вспыхнула как спичка. Он читал ее как открытую книгу!

– У тебя слишком бурная фантазия. И ты не центр Вселенной!

– Но ты разозлилась. Тебе было неприятно видеть меня с другой.

– Мне было неприятно, что в доме моих родителей люди занимаются всяким развратом.

– Или может ты сама хотела оказаться на месте Габриэлы? Но не переживай, никто не займет твое место в моем сердце. Оно всецело принадлежит только тебе. Эмили, для меня не существует других женщин. Ты единственная кого я желаю. И единственная, о чьих поцелуях я мечтаю.

– А то и видно, – с сомнением смотрела она.

Натан приподнялся.

– К сожалению, у меня нет ничего, кроме моих слов, но я не целовал мисс Голд.

– И не твои руки держали ее лицо, – продолжила за него Эмили. – И не ты стоял к ней близко-близко. И не ты оказался с ней наедине.

– Я не собираюсь отрицать очевидное, но всё что ты перечислила имело совершенно иной смысл. Мисс Голд стало дурно и она попросила меня вывести ее на улицу. По пути ей что-то попало в глаз и я попытался

– Габриэла слишком наивна и неопытна, чтобы придумать такой изощрённый план соблазнения, – уверенно заявила Эмили.

– А по-моему, она оказалась достаточно прожжённой, чтобы решиться поцеловать мужчину. Ну или кто-нибудь другой надоумил ее на это. Но факт остаётся фактом – я не собирался ее целовать и не целовал. Ты можешь обвинять меня в чем угодно, но сейчас я не лгу тебе.

Натан замолчал, ожидая ее возражений, но Эмили молчала. Она опустила глаза, по-прежнему удерживая одеяло у подбородка.

– Ты веришь мне? – смотрел он пытливо.

Она медленно подняла на него глаза.

– Это не имеет никакого значения.

– Тогда что имеет?

– Ничего не имеет. Наши с тобой пути никогда не сойдутся. Через несколько дней я стану женой Джона, а ты найдешь себе какую-нибудь другую девушку, которую полюбишь и сделаешь миссис Коулман.

– Наши пути сошлись пять лет назад, – Натан резко подтянулся на обеих руках и почти вплотную приблизился к Эмили, – и теперь не могут разойтись. Наоборот, сейчас они сплетутся ещё теснее.

Он навис над ней, а она, прижав к себе одеяло, снизу вверх растеряно смотрела на него.

– Ты не посмеешь, – тихо сказала она.

– У меня нет другого выхода, – так же тихо ответил он. – Я лишь покажу тебе, что ты обманываешь себя. Из страха довериться мне, ты не хочешь замечать очевидного.

Натан взял край одеяла, которым Эмили прикрывалась и потянул его вниз, а его губы стремительно приблизились к ее губам. Он почти коснулся их, как вдруг резко остановился, обдавая ее лицо лёгким дыханием. Несколько секунд он ничего не делал, лишь немного водя головой и очерчивая невидимый круг возле ее губ. Он не спускал с нее глаз и следил за каждым изменением в ее лице. Его движения действовали на Эмили сильнее любых прикосновений. Она чувствовала как внутри неё разгорался огонь. Она пыталась сопротивляться ему, но все её тело охватывала непонятная дрожь. Наконец, Натан прикоснулся к ее губам, но сделал это почти невесомо. Он принялся водить по ним вверх-вниз, влево-вправо. Он не прижимался, не старался проникнуть в ее рот, не переходил к более чувственным поцелуям. Всё что он делал, так это слегка касался ее рта.

Эмили уже с трудом сдерживала возбуждённое дыхание. Чтобы скрыть свои чувства, она закрыла глаза, но это оказалось самой большой ошибкой. Теперь всё в ней сосредоточилось на этих прикосновениях. Она нестерпимо желала продолжения. Ее губы распахнулись, а из груди вырвался стон. Но к ее удивлению, Натан не воспользовался этим приглашением. Вскоре его рот скользнул к ее шее, а потом и мочке уха. Он продолжал свою игру, вызывая в ней желание близости.

Эмили откинула голову и затрепетала под его ласками. Она почувствовала, как мужская рука легла на ее талию. Натан просунул руку у нее за спиной и прижал к себе её тело. Но и после такого она нисколько не сопротивлялась, позволив ему делать с собой всё, что он хотел. А когда его рот вернулся к ее рту и наконец завладел им, то приняла это как самое естественное в данной ситуации и без смущения принялась наслаждаться долгим поцелуем.

Натан сам отстранился от нее и чуть отклонился назад.

– Тебе еще нужны какие-нибудь доказательства что ты влюблена в меня? – неожиданно спросил он. – Только по-настоящему влюблённая женщина будет с такой готовностью отзываться на ласку мужчины. И сейчас ты полностью доверяла мне. Доверяла моим губам и рукам. Я бы с лёгкостью мог воспользоваться твоей уступчивостью и лишить тебя невинности. Но я не собираюсь этого делать. Я люблю тебя и хочу, чтобы ты стала моей по закону, стала моей в нашу первую брачную ночь. Я пришел сюда, чтобы показать тебе, что…

– Что я шлюха! – оборвала его Эмили. Она смотрела на него глазами полными горечи. – Ты только что сначала низвёл меня до уровня доступной женщины, заставив возжелать тебя, а теперь ещё и упиваешься своей победой, выставляя себя благородным рыцарем, заботящимся о моей чести. Твоё самолюбование не знает границ! Ты пришел сюда чтобы потешить свое самолюбие! Тебе есть чем гордиться!

Натан взял ее за плечи и стиснул. Он с трудом сдерживался, чтобы не перейти на крик.

– Почему любой мой поступок ты воспринимаешь со знаком «минус»?! Почему ко всему, что я делаю или говорю относишься настолько превратно?!

– Потому что только негодяй способен так поступать! Ты хочешь доказать мне, что спасаешь меня от самой большой ошибки в моей жизни, при этом заставляя меня опуститься на дно порока. Но единственная ошибка, которую я могу совершить, это поверить тебе. И только что я ещё раз убедилась, что поступаю правильно, выходя замуж за Джона! А вы, Натан Коулман, не заслуживаете называться джентльменом! Вы подлец!

В ту же секунду лицо Натана перекосило от злости.

– Раз я такой подлец и ничто не способно изменить твоего мнения, тогда мне нужно и вести себя соответственно.

Он притянул ее к себе и впился в ее рот жёстким поцелуем. Эмили принялась вырываться из его рук.

– Вот такой я в твоих глазах?! – на миг оторвавшись от нее, в гневе процедил он, а потом опять постарался добраться до ее губ. – Теперь я оправдываю твои ожидания?!

– Прекрати! – в панике закричала она. – Я ненавижу тебя! Если ты тронешь меня, я покончу с собой!

Услышав ее слова, Натан тут же пришел в себя и разжал руки. О Боже, что он делает?!

Стоило Эмили обрести свободу, как всхлипывая, она принялась бить его по щекам.

– Негодяй! Убирайся из моей комнаты и и моей жизни! Мерзавец! Подонок!

Натан стойко выдержал и ее гневную тираду и сыпавшиеся на него пощёчины. Всё это было ничто, по сравнению с тем осознанием, что он только что окончательно всё испортил. Он лишился последней возможности изменить их с Эмили будущее. Даже если бы завтра он принял сан и стал таким же святым как Джон, она больше никогда не захочет его видеть.

В коридоре послышались шаги и встревоженные возгласы. Эмили испуганно отпрянула от Натана и забилась в самый угол кровати. Дверь дёрнули.

– Эмили, с тобой все в порядке?! – донесся с другой стороны голос мистера Фейна. – Ты там одна?! Если ты сейчас же не отзовёшься, мне придется выломать эту дверь!

Эмили беззвучно открывала рот и с ужасом в глазах смотрела на Натана.

– Не волнуйся, никто не узнает, что я был здесь, – быстро проговорил он, а затем

Он слетел с кровати, в два шага преодолел комнату и выбрался наружу.

– Эмили! – взвизгнула Джудит. – Девочка моя! Что с тобой?!

– Со мной всё хорошо! – наконец отозвалась она и вскочила на ноги, чтобы открыть дверь.

В коридоре стояли ее родители, сестры и их мужья. Все они смотрели на нее с неподдельной тревогой.

– Почему вы здесь? – притворилась она, будто не понимает причины их беспокойства.

Слово взял отец.

– Мы все слышали как ты кричала. Ты кого-то гнала и обзывала.

Жутко покраснев, Эмили потупила взор.

– Мне просто приснился дурной сон. Наверно я по-настоящему кричала. Простите, что всех вас напугала.

– С тобой точно всё в порядке? – продолжала беспокоиться Джудит.

Сделав над собой усилие, Эмили придала лицу беззаботный вид.

– Если не считать плохой сон, то со мной полный порядок!

Все облегчённо выдохнули и отправились по своим спальням. Закрыв дверь, Эмили вернулась к кровати, села на нее и несколько минут просто пялилась на свои руки, которые лежали на коленях, а потом вдруг опомнившись, подбежала к окну и быстро закрыла его.

Нет, она не обманула родителей. Ей на самом деле приснился сон. Сон наяву. Натан был ее кошмарным сновидением. Он имел над ней власть и заставлял ее тело предавать ее же разум. Четыре дня. Каких-то четыре дня и она обретёт свободу. Свободу от его чар. От его губ. От его рук. От горячего тела. И от своего влечения к запретному плоду.

Глава 30

Вернувшись домой, Натан прошел в кабинет, полулёжа устроился на небольшом диванчике и опустошая один за одним бокал бренди, прокручивал в голове встречу с Эмили. Он пытался понять, а был ли у него вообще шанс завоевать ее расположение или быть может все это время он стучал в закрытую дверь?

Ни разу Эмили не выражала ему симпатию. Все эти поцелуй ни в счёт. Они лишь говорили о ее пылкой натуре. Своим же поведением она всячески демонстрировала ему насколько сильно презирала его. Чего только стоило выражение ее лица в библиотеке, когда она оттолкнула его и постаралась поскорее сбежать. А сегодня заявила, что он подлец и негодяй. Вот кем она считала его! Конечно, он был сам виноват. Но от этого не становилось легче.

Эмили даже не хотела прислушаться к его словам. Без суда и следствия она вынесла ему обвинительный приговор. В ее глазах он был заведомо виновен во всех грехах. На его фоне Джон всегда будет более предпочтительнее. Так не лучше ли оставить Эмили в покое? Натан горько усмехнулся. Можно подумать от него когда-нибудь что-то зависело. Она изначально решила выйти замуж за другого и не намерена была отступать. Единственный, кому здесь нужно было отступить, так это он сам. Он должен смириться, что его Эмили станет не его. Другой мужчина будет любить ее. Джон сделает её счастливой. А для него она будет навсегда потеряна.

Представив, как он будет видеть их вместе встречающих прихожан у входа в Церковь, танцующих на приемах или прогуливающимися по улице, Натану захотелось кинуть в стену находящийся в руке бокал. Он с силой сжал его и стиснул зубы. Но это будет только видимая часть их семейной жизни. Ведь есть ещё ночи и супружеская постель. Натан знал какой отзывчивой и страстной Эмили будет с мужем. Не с ним! С другим! Джон станет ее первым мужчиной. Он откроет ей все тонкости любовных утех. Он сделает ее женщиной. А что останется ему? Смотреть на их счастье? Страдать? Казнить себя, что был идиотом? Желать ее больше жизни и понимать, что никогда не сможет прикоснуться к ней? Не лучше ли было уехать?

При этой мысли Натан подскочил как ошпаренный и нервно заходил по кабинету. Уехать… Завтра же… Как можно дальше… За границу… В Испанию или Италию… Да куда угодно, только подальше!

Мысли в голове завертелись с бешеной скоростью. Чем дольше он думал об отъезде, тем сильнее уверялся в правильности такого решения. Одно дело в уме представлять ее свадьбу и семейную жизни и совсем другое быть свидетелем этому. Всё! Решено! Завтра же он уедет. Наверняка, узнав об этом, Эмили обрадуется и вздохнет с облегчением. Хоть чем-то он порадует ее. Пусть это будет его свадебный подарок.

Подойдя к столику с напитками, последний раз налил себе бренди. Взяв бокал, приподнял его и с иронией произнес:

– Желаю вам счастья, не моя Эмили Фейн. Больше я вас не потревожу, – и одним глотком опустошил его.

На следующий день Натан приказал побыстрее собрать его вещи и уже через два часа выехал в сторону столицы. Он планировал пробыть там не дольше двух дней. Этого времени ему хватит устроить все дела и без сожаления покинуть страну. Теперь у него осталась одна единственная цель – забыть Эмили. Когда-нибудь он обязательно вырвет ее из своего сердца.

Глава 31

– Совсем скоро, моя дорогая сестрица, вы с мистером Фейном останетесь в этом доме совершенно одни, – сидя в гостиной за чашечкой чая, заметила Агнес.

– Да уж, – грустно вздохнула Джудит. – Сначала мы прилагаем все силы, чтобы выдать дочерей замуж, а потом грустим, что обрекаем себя на одиночество.

– Хорошо что Эмили будет жить совсем рядом и в любой момент сможет навещать вас. А потом у нее появятся детки и ваш дом снова наполнится шумом и детским смехом.

– Это было бы чудесно! – воскликнула Джудит.

Дверь в гостиную отворилась и в комнату вошла Эмили. Она поприветствовала тётушку и уселась рядом с ней.

– О, моя дорогая племянница, а мы тут только что о тебе разговаривали, – заботливо накрыла ее руку своей ладонью Агнес. – Мы с твоей матушкой обсуждаем, как же хорошо, что вы с мистером Гриффином будете жить по соседству. Так ты сможешь всегда навещать своих родителей. И хочу тебе признаться, мы с Джудит, – голос перешёл на шепот, – уже ждём маленьких Гриффинов.

Эмили тут же покраснела.

– Сестра! – призвала ее к порядку хозяйка дома. – Об этом ещё рано говорить. Пусть сначала поженятся. Приготовление к этой свадьбе отняло у всех нас много сил. С каждым новым празднеством гости только прибавляются. Теперь нужно не забывать о новых родственниках, а их, как ты понимаешь, стало больше.

– Конечно, конечно, – устыдилась своей откровенности Агнес. – Тогда, возможно, моя не очень приятная новость станет не такой уж и не приятной. Скажите, вы приглашали на свадьбу мистера Коулмана?

Услышав имя Натана,

– Как наш сосед, мистер Коулман так же получил приглашение. А почему ты спрашиваешь?

– По дороге к вам, я встретила мистера Майерза. Он-то и сообщил мне, что мистер Коулман ещё утром покинул свой дом, и судя по всему, в ближайшие несколько лет не собирается туда возвращаться. Его экономка сказала, что все это время он хочет провести за границей. Так что на одного гостя у вас точно будет меньше.

Сама от себя не ожидая, Эмили дернулась и резко встала.

Обе дамы удивлённо уставились на нее.

– Что с тобой? – забеспокоилась Джудит, смотря в взволнованное лицо дочери.

– Я только что вспомнила об одном важном деле. Прошу простить меня.

Эмили сорвалась с места и забыв попрощаться с тётушкой, вылетела из гостиной. Добежав до своей комнаты, ворвалась в нее, быстро закрыла дверь, прислонилась к ней спиной и приложив руку к груди, громко задышала.

Натан уехал. Стучало у нее в голове. Уехал. Больше она не увидит его. Теперь он не будет испытывать ее терпение, не отпустит язвительных замечаний, не поставит ее в неловкое положение. Это же замечательно! Разве не об этом она мечтала? Но вместо радости из глаз закапали слезы. Прикусив нижнюю губу, Эмили изо всех сил старалась не расплакаться. Натан не стоил ее слез! Не стоил! Но они продолжали литься по щекам.

Ей вдруг показалось, что с его отъездом она лишилась части своей жизни. Может не самой лучшей, но интересной. Именно благодаря его «вниманию» все эти года она не провела в скучной серости. И хотя она была одинокой, но перепалки с ним заставляли ее переключаться с грустных мыслей на мысли, как бы так ему ответить, чтобы получше уколоть. А когда это выходило сделать с особой изобретательностью и тем самым заставить его замолчать, то невероятно сильно гордилась собой и радовалась как дитя. И как бы сильно Натан не раздражал ее, сейчас она чувствовала себя брошенной им.

«Как? Как она могла плакать о нем?!» – поражалась себе Эмили. Она принялась отчаянно смахивать слезы. Ей должно быть стыдно, что она горевала о его отъезде. Во-первых, у нее был жених и через три дня они поженятся. Кроме Джона, ее вообще больше никто не должен был волновать. А во-вторых, она сама приняла решение отвергнуть Натана. И до сих пор пребывала в уверенности, что поступила правильно. Он был несерьёзным, заносчивым, самолюбивым повесой. Ему нравилось пользоваться женским вниманием. Он не отличался верностью и преданностью. Ему ничего не стоило забраться в комнату к чужой невесте, не боясь при этом опорочить ее имя, а потом просто уехать из их деревни, даже не убедившись, что никто не узнал о его неприличной выходке и она не имеет последствий. Вот и с мисс Роли он поступил подло. Без объяснения причин он разорвал с ней помолвку и принялся жить так, будто ее и не было в его жизни. После этого он направо и налево раздавал знаки внимания девушкам, даря им надежду и показывая, что его сердце свободно. Он бессовестно пользовался их наивностью, добиваясь их благосклонности. И вот о таком человеке она сейчас лила слезы! Ей должно быть стыдно за подобную слабость!

Словно придя в себя, Эмили резко встряхнула головой и сделала глубокий вдох. Да она должна благодарить небеса, что он уехал и в ближайшие несколько лет не собирался возвращаться! Ей уже пора перевернуть эту страницу и забыть, что такой человек был в ее жизни. Теперь у нее начинается новая жизнь, не менее, а может даже более интересная и насыщенная. Она будет женой Джона и благодаря ему обретёт настоящее счастье.

Эмили подошла к окну и распахнув его, подставила заплаканное лицо лучам солнца. С этой минуты она больше никогда не будет думать о Натане Коулмане. Теперь их пути совершенно точно разошлись и вряд ли когда сойдутся.

*

– Дорогая моя доченька, как же ты чудесно выглядишь! – со слезами на глазах смотрела Джудит на Эмили в свадебном наряде.

Тут же Глория, Дебби и Беатрис принялись крутиться возле сестры, поправляя оборки и ленты на ее платье и шляпке.

Ларри, с букетом невесты, стоял чуть в стороне и тоже почти не сдерживал слез. Только сейчас он понял, как все эти года на самом деле переживал за самую старшую дочь. Он знал какой умной, красивой, хорошей и доброй она была, и он искренне не понимал, почему остальные молодые люди не замечали, какое сокровище находится в их окружении. И это не Эмили повезло встретить Джона, это Джону повезло встретить Эмили. В ее лице тот найдет для себя верную спутницу, мудрую женщину и любящую жену. Этот брак окажется благословением для них обоих.

– Мистер Фейн, букет! – вывел его из задумчивости голос жены.

Он тут же спохватился и подойдя к Эмили, передал ей букет, а потом взял ее лицо в свои ладони и поцеловал в лоб.

– Будь счастлива, – произнес он дрогнувшим голосом и посмотрел на нее с нежностью.

Эмили накрыла его руку своей ладонью и ещё теснее прижалась к ней.

– Так! Если мы немедленно не займем место в колясках, то совершенно точно опоздаем! – чрезмерно волнуясь и суетясь, воскликнула Джудит.

От ее слов все пришли в волнение, и поправляя свои наряды и фраки, поспешили выйти на улицу. Несколько колясок уже ждали многочисленное семейство Фейн. Эмили села вместе с родителями, а остальные разместились ещё в трёх экипажах и вскоре, небольшой вереницей, отправились в Церковь.

Пока лошади ехали хорошо знакомым для всех путем, Эмили почти не различала ни пейзажа, ни дороги. Она даже не представляла, что будет так нервничать. Сестры оказались правы, когда рассказывали ей о страхах. Теперь она хорошо их понимала, так как боялась что-то сделать не так или не дай бог оступиться и упасть. Сегодня ей даже приснился сон, где она шла по проходу в Церкви, а на полу были многочисленные ямы, которые ей с трудом удавалось преодолевать. Но самое странное в этом сне были не ямы, а что у алтаря стоял Натан и вовсю веселился, наблюдая за ее мучениями.

Проснувшись, Эмили с облегчением выдохнула. Она не верила снам, но вот стоявший у алтаря Натан очень удивил ее. Приснится же такое! Она даже усмехнулась. А что? Реши она выйти за него замуж, именно такой жизненный путь ее бы и ждал. Словно найдя для себя ещё одно доказательство правильности ранее принятого решения и отбросив о нем все

Сейчас же, сидя в экипаже, ее волнение нарастало пропорционально тому, насколько близко они подъезжали к Церкви. Ещё вчера приехал преподобный мистер Мейси и Джон привел его в их дом, чтобы познакомить того со своей избранницей. Они пробыли не дольше пятнадцати минут и со словами, что не намерены отвлекать семейство от приготовления к свадьбе, быстро ушли. Эмили почти не запомнила ни преподобного, ни то, о чем он говорил. Она смотрела на Джона и никак не могла поверить, что завтра они станут мужем и женой. Она столько лет ждала этого момента и вот, теперь ей казалось, что всё происходило слишком быстро. Но она ни о чем не жалела!

Возле Прихода толпилась куча людей. С появлением вереницы колясок все тут же поспешили занять места в Церкви. Как только лошади остановились, возле Эмили и ее родителей оказалась тетушка Агнес. Она быстро сообщила, что всё это время Джон с преподобным Мейси ждут ее внутри. И им уже сообщили, что невеста приехала.

Ещё несколько минут среди прибывших царила суета. Все дамы старались внести свой последний штрих во внешность Эмили, а потом с чувством выполненного долга, под руку с мужьями, отправлялись внутрь. Последними ушли Джудит с Агнес, оставив ее с отцом у дверей Церкви.

Мистер Фейн приподнял руку, чтобы Эмили подхватила ее. Встав рядом, они принялись ожидать, когда двери распахнуться и заиграет музыка.

Проходившие секунды казались Эмили минутами. Она слышала, как стучало ее сердце, а дыхание становилось прерывистым и судорожным. Мысленно, она представила, как идёт к алтарю, где ее ждет Джон. Джон. Человек, с которым ей предстоит прожить всю жизнь. Неожиданно, на месте Джона ей вдруг представился Натан, будто именно он ждал ее там. Сердце тут же замерло.

Нет, нет, нет! В такую минуту она не должна думать о нем! Эмили быстро отогнала эту мысль и снова представила жениха.

Наконец, зазвучала музыка и вскоре открылись двери. Перед тем как двинуться, Мистер Фейн ободряюще сжал руку дочери и только затем сделал шаг. Этот жест приободрил Эмили и развеял все её страхи. Она уверенно последовала за ним.

Все происходило именно так, как она себе это представляла. Неспешно двигаясь вдоль рядов, Эмили видела Джона, который смотрел на нее с неподдельным восхищением. Он выглядел счастливым и немного взволнованным. Его взгляд ещё раз убедил ее, что их свадьба не могла быть ошибкой. Она нравилась ему и он явно ждал, когда же она станет его женой.

Отец подвёл ее к жениху и отпустив руку, быстро занял место рядом с женой. Эмили с Джоном повернулись к преподобному и замерли в ожидании начала речи.

Преподобный Мейси оглядел жениха с невестой, быстрым взглядом окинул гостей, улыбнулся и чуть повыше приподняв находящуюся у него в руках Библию, начал торжественно говорить.

Он сказал, что все они собрались, чтобы сочетать законным браком этого мужчину и эту женщину. Он рассказал, как Бог относится к такому союзу и что в браке ожидается от супругов. Затем он спросил, есть ли какая-нибудь причина, почему эта пара не может сочетаться. Если кто-то знает о такой причине, пусть говорит сейчас. Наступила пауза. Все молчали. Подождав ещё немного, преподобный продолжил:

– Джон Гриффин, берешь ли ты в жены Эмили Фейн, и обещаешь заботиться о ней и в горе, и в радости, пока смерть не разлучит вас?

– Да, – разнёсся голос Джона по Церкви.

Мейси одобрительно кивнул, а затем посмотрел на невесту.

– Эмили Фейн, берешь ли ты в мужья Джона Гриффина, и обещаешь слушаться его как своего мужа и заботиться о нем и в горе, и в радости, пока смерть не разлучить вас?

– Да, – уверенно ответила она.

Глава 32

– НЕЕТ! – как гром среди ясного неба раздался оглушительный мужской возглас, смешанный с грохотом распахнутых настежь дверей.

За этим шумом никто даже не расслышал ответ невесты. Все присутствующие сразу же повернули головы и с удивлением уставились на мчащегося к алтарю Натана Коулмана. Он сам на себя не был похож. Весь в пыли, взъерошенный, с небрежно сидящим на нем костюмом. Таким его никогда ещё не видели. При этом никто не понимал, почему он вел себя так странно.

Ни на кого не обращая внимания, Натан быстрым шагом преодолел расстояние от дверей до брачующихся, и со словами: «Джон, извини», буквально спиной загородил того от невесты. На глазах у всех Натан взял Эмили за плечи и смотря на нее, без стеснения произнес:

– Эмили, опомнись! Ты не можешь выйти замуж за Джона! Ты не любишь его! Ты любишь меня! Пожалуйста, опомнись! Мы с тобой созданы друг для друга!

– Натан, ты что такое говоришь?! – пришла она в ужас от его слов.

– Я люблю тебя! Люблю! – выкрикнул он ещё громче. – И хочу, чтобы ты стала моей женой! Ты обманываешь себя, отрицая свои чувства ко мне. Ты не сможешь быть счастлива без любви. Ты погибнешь без страсти! Вот, сейчас, при всех я говорю, что люблю тебя и прошу твоей руки. Теперь ты веришь мне?!

Эмили смотрела в его лицо и не знала, что ему на это ответить. Он только что при всех опорочил ее доброе имя. Как она теперь посмотрит в глаза Джону?! А родителям? Да каждому в этой деревне?! Натан вел себя так, словно между ними была тайная связь. А ведь она на самом деле была! Эмили сама целовала его! Сама! Только теперь об этом узнали все! Теперь все будут думать, что их с мистером Коулманом связывают любовные отношения. Даже если сейчас она откажет ему и заявит, чтобы он немедленно убирался отсюда, как после всего этого она сможет сделать вид, будто ничего не произошло? О продолжении церемонии больше не могло быть и речи! В одну секунду Натан разрушил ее жизнь. Больше ей никогда не обрести семейное счастье. Ни один здравомыслящий джентльмен, да даже вдовец или старик не захочет связать с ней свою жизнь. Ни с такой девицей, у которой напрочь отсутствовала репутация. Теперь она обречена на одиночество! Понимая, что с ней сотворил Натан, ей тут же перестало хватать воздуха.

Эмили зажмурилась и постаралась прийти в себя.

– Эмили… – тихо позвал он.

Она распахнула глаза и обреченно посмотрев на него, еле слышно произнесла:

– Ты все таки добился своего. Теперь я навсегда опозорена, – и резко сбросив с себя его руки, закрыла лицо руками и бросилась бежать прочь

Первые секунды все находились в полном недоумении. В воздухе буквально витало напряжение, смешанное с немым замешательством. Натан смотрел вслед убегающей Эмили и соображал, что же он натворил и как ему теперь это исправить.

– Я, конечно, мечтала увидеть Эмили в роли невесты, но что б сразу два жениха у алтаря – это уже перебор! – возмутилась Джудит.

– А я как чувствовала, что дурных известий нам не избежать, – вторила ей Агнес.

Наконец, все начали приходить в себя. Среди гостей послышались возмущенные возгласы. Джон стоял как вкопанный, безмолвно смотря на выход. Натан бросил на него мимолётный взгляд и тут же рванул с места. Он должен был немедленно догнать Эмили и… и… украсть ее! Насильно увезти в Грета Грин! Сделать своей женой! Теперь у него и у нее не было другого выхода!

Но стоило ему сделать несколько шагов, как в проходе возник мистер Фейн, преграждая ему дальнейший путь. В голове у Натана успела проскользнуть мысль, что для своей фигуры тот достаточно ловко поднялся с лавки и встал перед ним.

– Мистер Фейн, простите меня, но я должен догнать вашу дочь! Мне необходимо поговорить с ней!

– Я думаю, вы ей уже всё сказали, – сурово смотрел тот. – Оставьте ее в покое! С нее хватит и того, что вы только что натворили.

– Нет, я должен… я не могу без нее! – Натан попытался обойти его, как вдруг на помощь мужчине пришли его зятья. Они стеной выстроились перед возмутителем спокойствия.

– Проклятье! – выругался Натан и отступил назад.

Он бросился за алтарь, так как там располагался ещё один выход. Теперь ему уже никто не помешал оказаться на улице. Оббежав здание Церкви, он вылетел во двор и быстро огляделся, но Эмили нигде не было видно. Он мигом оказался возле своего коня, оседлал его, со всей силы пришпорил и пустил в галоп, надеясь как можно скорее настичь беглянку.

Натан гнал коня как сумасшедший. Он почти доехал до дома семьи Фейн, но так и не встретил Эмили. Затем поскакал обратно. Несколько раз менял дороги, проехал через лес, но ее и след простыл. Спустя два часа безуспешных поисков он вновь отправился к ее дому. Не успел он подъехать к крыльцу, как из главных дверей навстречу ему вышли рассерженный мистер Фейн, а за ним не менее возмущенная миссис Фейн.

Натан слетел с коня и смело подошёл к ним.

– Мистер и миссис Фейн, прошу вас, разрешите мне поговорить с вашей дочерью! Я люблю ее и хочу на ней жениться!

– Молодой человек, ваши желания – это только ваши желания! – осадил его хозяин дома. – Как я понимаю, Эмили знала о ваших намереньях и, судя по всему, отказала вам. Вы не имели никакого права вот так заявляться в Церковь и срывать церемонию. Моя дочь не желает вас видеть. Уезжайте отсюда, пока я не вызвал вас на дуэль.

– Эмили! – закричал Натан, смотря в открытые окна. – Прошу, выслушай меня!

– Мистер Коулман! – не выдержала миссис Фейн. – Немедленно оставьте нас в покое! Вы больше никогда не будете приняты в нашем доме! Вы опозорили мою девочку и должны поплатиться за это! Вы не увидите ее!

– Аа! – Натан схватился за голову и мучительно застонал. – Да, я во всем виноват! Но я не могу без Эмили!

Оба родителя немного опешили, наблюдая за его реакцией. Они растерянно переглянулись, и затем мистер Фейн уже ровным голос добавил:

– Мистер Коулман, мой вам хороший совет, езжайте домой. Сейчас вы ничего не сможете сделать. Эмили не выйдет к вам.

Услышав в голосе мужчины примирительные нотки, Натан тут же оживился.

– Мистер Фейн, простите меня. Я не должен был врываться в Церковь, но поверьте мне, я не видел другого выхода. Я не знал, как ещё доказать Эмили свою любовь.

– Когда-нибудь и у вас будут дети, мистер Коулман, и вы поймёте, что самое важное в жизни – это благополучие собственной семьи. Сегодня своим неосмотрительных поступком вы причинили вред всей моей семье. Тень неодобрения и сплетен ляжет на каждого из нас. Но мы достойно выдержим это. Так будьте достойны и вы принять наш отказ видеть вас.

Понимая, что сегодня не сможет добиться большего, Натан кивнул головой, взобрался на коня и последний раз взглянув на окна, отправился домой.

Но на следующий день он вновь был на пороге дома семьи Фейн. Ему отказали в приеме. Он пытался увидеться с Эмили и на следующий день, и на следующий. Но каждый раз получал отказ. Спустя неделю к нему вышел отец семейства.

– Мистер Коулман, ваши попытки поговорить с моей дочерью бессмысленны.

– Мистер Фейн, вы же понимаете, что Эмили должна согласиться стать моей женой. Этим мы остановим все пересуды в деревне. Мы с ней уедем жить в Лондон. У меня там есть хороший дом. В столице никому и дела нет до несостоявшейся свадьбы мисс Фейн. Она будет моей законной женой и никто не посмеет в чем-либо обвинить ее или заподозрить в непристойном поведении. Я могу обещать вам, что сделаю всё возможное, чтобы она была счастлива.

Мистер Фейн достаточно долго молчал, немного щурясь то ли из-за плохого зрения, то ли размышляя над его предложением. Натан замер, надеясь услышать положительный для себя ответ.

– Боюсь, вам не удастся жениться на моей дочери, – спокойно ответил тот.

– Почему?! Насколько мне известно, мистер Гриффин больше не претендует на ее руку.

– Дело не в мистере Гриффине. Эмили здесь больше нет. Она уехала.

– Уехала? Куда?! Куда она уехала?!

Мистер Фейн покачал головой и пожал плечами.

– Я не могу вам этого сказать. Я обещал ей, что никому не расскажу, где она сейчас находится.

– Тогда напишите адрес на бумаге, этим вы сдержите слово.

– Нет. Я не могу так поступить.

– Хорошо. Тогда я немедленно отправляюсь на ее поиски! Я не отступлюсь от своего!

– Я вам, конечно, не могу ничего запретить. Здесь у меня связаны руки. Но как бы мне не хотелось это признавать, в ваших словах всё же есть разумные доводы. Обещайте, что если найдете Эмили, то никогда больше не обидите ее.

– Обещаю.

Натан быстро отдал ему честь и спешно покинул дом. Через час он уже ехал в Лондон, решив, что именно туда она отправилась. Все знали, что не было ничего проще, чем затеряться в столице, да и две ее сестры, Глория с Дебби, обосновались там.

Глава 33

Эмили бежала без оглядки. Она решила не возвращаться домой,

Ей до сих пор не верилось, что она так и не вышла замуж, не обрела семью, не сменила статус старой девы на статус замужней дамы. Своим вмешательством Натан сделал всё это невозможным. Не имея никакого права, он влез в ее жизнь и решил за нее ее судьбу. Он устроил ей публичную порку. Теперь любой мог выразить ей свое презрение и обвинить в распутстве. Все будут знать, что за спиной жениха она пользовалась вниманием мистера Коулмана. Но что было ещё хуже, она не могла обвинить Натана в клевете. Он говорил чистую правду, и то что было тайным, он просто сделал явным. И если кто-нибудь в будущем решит осудить ее и не захочет с ней общаться, она не станет никого за это винить. Они имели полное право так с ней обращаться. А она заслужила подобное к себе отношение. Заслужила!

Но помимо знакомых и соседей, которых Эмили могла избегать, еще существовала ее семья. Вот им-то она будет обязана все объяснить и их осуждения она боялась больше всего. Что она скажет отцу с матерью? А сестрам? А их мужьям?! Захотят ли те остаться в их доме или будут считать, что раз в нем живёт развратная особа, им нужно как можно скорее увезти отсюда своих жен? От чувства безысходности, она обхватила руками валун и уткнувшись в него, заплакала во весь голос.

Когда слезы прошли, Эмили уставилась вдаль. Спокойное синее море помогало ей немного прийти в себя. Она взглянула на белую ткань своего платья, и ей вдруг стало казаться, что сейчас она выглядела смешно, словно надела то, что никогда не должна была надевать. Она зачерпнула в ладонь мокрый песок и размазала его на коленях. А потом сделала тоже самое, но уже на груди. Войдя в азарт, Эмили, как маленький ребенок, принялась вытирать о себя грязные руки. Изнутри вырывались громкие всхлипывания, похожие на истерический смех. Теперь она выглядела соответственно своей репутации. Вот такой она должна была идти в Церковь.

Сколько бы Эмили не оттягивала момент возвращения домой, но понимая, что родные будут беспокоиться и искать ее, всё же решила больше не томить их в неизвестности, и выйдя из своего укромного места, отправилась в сторону коттеджа. Она шла по пляжу, пока не добрела до тропинки, ведущей на берег, а там и к ее дому.

К счастью, по дороге ей не встретился ни один человек. Она вошла в холл и собралась уже незаметно подняться к себе, чтобы, наконец, избавиться от испачканного песком платья, как вдруг, из гостиной выбежала Джудит, а за ней Глория, Дебби и Беатрис.

– О Боже, Эмили, где ты была?! Что с тобой случилось?! Как ты себя чувствуешь?! О чем твердил этот подлец Натан?! – наперебой спрашивала ее женская половина семейства.

Вскоре, из дверей кабинета вышел и мистер Фейн. Он подошёл к дочерям и жене, и отстранив их от Эмили, просто обнял ее. Слезы вновь потекли по ее щекам.

– Эмили… – смотря на эту картину и чуть сама не плача, Джудит старалась выразить ей свое сожаление.

– Пусть она идёт наверх и немного отдохнёт, – решил за всех мистер Фейн, когда отстранился от дочери. – Хочешь остаться одной или желаешь с кем-нибудь побыть? – участливо спросил он.

Эмили окинула всех настороженным взглядом. Но ни в чьих глазах не увидела осуждения. Наоборот, все смотрели с сочувствием. Поддержка семьи сейчас была для нее лучше всякого лекарства.

– Мне бы не хотелось оставаться одной, – тихо произнесла она.

– Тогда мы все идём к тебе! – воскликнула Беатрис, и вместе с сестрами подхватила ее под руки и чуть ли не силком утащила по лестнице.

На самом верху Эмили вдруг остановилась и обернувшись к родителям, попросила:

– Я не знаю, что дальше будет делать мистер Коулман, но если он приедет, скажите ему, что я не желаю его видеть.

Ее тут же заверили, что она может ни о чем не беспокоиться.

Когда же дочери скрылись в коридоре, Джудит обернулась и вопросительно посмотрела на мужа. До возвращения Эмили они не обсуждали сложившуюся ситуацию, так как все их мысли были только о ее благополучии. Но теперь, когда выяснилось, что с Эмили всё в порядке, им стоило серьезно поговорить и решить, что же делать дальше. Без слов поняв мысли жены, Ларри указал ей рукой на кабинет и зайдя туда вместе с ней, предусмотрительно закрыл за собой дверь. Он не хотел, чтобы слуги слышали их разговор.

Не прибегая к помощи горничной, сестры помогли Эмили снять грязное платье, выкинули его в корзину, облачили ее в повседневный наряд, а потом, устроившись на кровати, принялись слушать ее исповедь. Столько месяцев переживая всё в себе, Эмили и подумать не могла, насколько сильно ей хотелось выговориться. Рассказывая о признании Натана и его поцелуях, она умолчала лишь об одном, что целоваться с ним ей было приятно. В этом она с трудом признавалась даже себе, не то, что готова была ещё кому-нибудь поведать о своих самых сокровенных чувствах. Она искренне считала, что ее физическое влечение к нему не имеет ничего общего с любовью. Виной всему были ее плотские желания, которыми Натан умело пользовался. Но он никоим образом не был героем ее романа. Скорее, он был злодеем и коварным искусителем из этого самого романа.

В своем рассказе Эмили только-только дошла до сцены с Габриэлой, как через открытое окно послышался голос Натана и ее родителей. Девушки притихли и внимательно вслушались в разговор на улице. А потом Натан выкрикнул имя Эмили и умолял выслушать его.

– Я должна уехать! – тут же выпалила она. – Как можно дальше! Он не оставит меня в покое!

Решение о том, куда ей следует отправиться пришло сразу же. Со дня на день должна была родить Берта, и помощь старшей сестры ей придется как нельзя кстати. К тому же, в письмах Берта не раз в просила хоть одну из сестёр навестить ее. А сейчас для этого было самое подходящее время!

На следующий день, рано утром, от дома семьи Фейн отъехало сразу два экипажа. В одном из них вместе с мужем и его сестрой находилась

Как же хорошо, думала Эмили, что у нее было столько сестер! Они не только были ее поддержкой, но и одна из них удачно так собиралась родить. Может хоть появление малыша и забота о нем отвлечет ее от всех тяжелых мыслей.

Глава 34

– Только не говори, что ты решила уехать из-за Натана, – расстроенно смотрела Берта на сестру, которая держала на руках четырехмесячного ребенка.

– Ну что ты! Этот противный мистер Коулман здесь совсем не при чем, – ответила Эмили, сюсюкая и играя с малышом. Она припала к крохотному животику губами и издавая характерный звук, пощекотала его. Тут же по комнате разнёсся детский смех.

– Тогда почему ты решила так внезапно уехать? – допытывалась Берта.

Эмили посмотрела на сестру.

– Разве это внезапно? Я живу у тебя больше четырех месяцев и когда-нибудь должна покинуть твой дом.

– Но почему именно сейчас?

– Ты же знаешь, что Глория в положении, а ее беременность протекает тяжело. В последнем письме она слёзно умоляла меня приехать к ней. В отличии от нее, ты чувствуешь себя хорошо, да и мой маленький племянник сыт и здоров. А твой муж отлично заботится о вас двоих. Так что мне здесь больше нечего делать.

Берта выглядела немного обиженной.

– А я всё таки думаю, что причина в письме Беатрис, которое ты мне не показала. Да, да, я знаю о нем. Потому что вчера тоже получила от нее письмо, где она мне любезно сообщила, что писала тебе днём ранее. Она рассказала, что Натан был у нее дома и спрашивал о тебе. Она, конечно, не выдала тебя, но скоро он и сам узнает, что тебя нет у нее в гостях и следовательно, направится сюда, так как только здесь ещё не был. Вот поэтому ты и решила так скоро уехать.

Эмили встала со стула, отнесла ребенка к кроватке, уложила в нее и накрыв одеяльцем, поцеловала в щеку. Потом подошла к сестре и присев рядом с ней, накрыла ее руку своей ладонью.

– Даже если бы не было вероятности, что Натан появится в этих краях, я бы всё равно завтра уехала. Глории очень нужна моя помощь. Ты же сама слышала, как сильно ее мучат тошнота и головные боли. Но если желаешь, чуть позже я снова приеду к тебе. Разве могу я так надолго покинуть своего любимого племянника? – Эмили кинула умилительный взгляд в сторону. – Но сейчас мне действительно нужно уехать и помочь нашей сестре.

Берта обреченно вздохнула.

– Тогда обещай, что сразу после Лондона вернёшься ко мне.

– Обязательно! Но только если не появятся более важные и срочные дела, которые потребуют моего присутствия в другом месте.

– Надеюсь Беатрис с Дебби не решат, что и у них ты должна будешь пожить несколько месяцев, – недовольно проворчала Берта.

Эмили засмеялась.

– Ты ещё забыла о наших родителях. Их я тоже должна буду увидеть.

– Но ты же пока не собираешься вернуться в деревню?

Теперь наступила очередь Эмили тяжело вздохнуть.

– Я даже думать боюсь, что мне когда-нибудь придется посмотреть в глаза всем нашим соседям, а особенно Джону. Из нас троих – меня, Натана и его – он единственный не заслужил такого позора. Он не заслужил быть брошенным прямо у алтаря. Не заслужил получить невесту подобную мне. Я очень виновата перед ним!

– Но ты же помнишь письмо нашей матушки, где она писала, что он сам пришел к ним и сказал, что не держит на тебя зла. Он посчитал, что раз вы не поженились, то возможно на то была Божья воля.

– Джон самый благородный, честный, добрый и великодушный человек на земле! Он достоин более лучшей девушки чем я!

– Не говори так. Ты ни в чем не виновата. Это всё Натан!

Эмили замотала головой, а потом стыдливо опустила глаза и посмотрела на свои руки.

– Нет. Я виновата. Было бы несправедливо во всем винить одного Натана. В отличии от меня, он не был чьим-то женихом. Я должна была держать его на расстоянии, а я… целовалась с ним… и… мне это очень нравилось.

Первый раз Эмили осмелилась озвучить правду вслух. Берта немного наклонилась вперед и заглянула в ее лицо.

– Тогда может тебе всё таки стоит задержаться ещё на несколько дней, пока он не приедет в наши края?

Эмили подняла на нее удивленный взгляд.

– Зачем это?

Берта смущённо улыбнулась.

– Ну раз тебе нравилось с ним целоваться, то может и жизнь с ним покажется тебе не менее приятной.

В комнате повисло молчание. Эмили хлопала ресницами, смотрела на сестру и не знала что ответить. Слова, которые были такими простыми и понятными, казалось всё перевернули в ее душе и ещё больше запутали. Она ни разу не допускала мысли, что на самом деле могла выйти замуж за Натана. Вернее она думала об этом, но всегда в негативном ключе, считая, что этим неизменно обречёт себя на страдания и постоянную неуверенность в будущем. Но чтобы представить, что их совместная жизнь могла протекать в любви, согласии и радости – это было чем-то невероятным. И притягательным…

– Нет! – встряхнула Эмили головой. – Ты же сама его знаешь. Помнишь каким он был.

– Ты думаешь мой Джордж до встречи со мной никому не выражал симпатию? Ох, если бы ты знала, какие слухи о нем доходили до моих ушей.

– Но дело не только в том, как он вел себя с другими, но и в том, как он вел себя со мной! Берта, я никому об этом не рассказывала, но с того дня, как наша семья была ему представлена, он постоянно изводил меня глупыми шуточками и неприятными замечаниями. Он не боялся намекать мне на мое положение, подстраивал разные каверзы и ставил в неловкие ситуации. И так продолжалось на протяжении пяти лет! Пяти! О какой любви здесь может идти речь?

– Так он уже тогда влюбился в тебя! – вдруг воскликнула Берта и от своего открытия чуть ли не подпрыгнула на месте.

– Ты совсем с ума сошла! – не удержалась Эмили и повертела у виска пальцем.

– Ведь мы тогда все были представлены ему, но только к тебе он почему-то проявил подобный интерес. Тебе не кажется это странным? Я даже помню, как наша матушка решила, что он питает к тебе нежные чувства.

– Ну а как ты объяснишь, что в итоге он сделал предложение не мне, а мисс Роли?

Берта приложила руку к подбородку и задумалась.

– Не знаю. Может она околдовала его?

– Не говори ерунды!

– Но ведь они так и не поженились. Я вот что думаю. Натан с первого взгляда влюбился в тебя, но не сразу это понял. А когда ты собралась замуж, тут то до него и дошло!

Произнося последние слова, лицо Берты засияло как солнце. Ей явно нравилось сделанное ей же самой открытие. Зато Эмили раздражало, что сестра выглядела так уверенно, будто единственная в целом свете знала всю правду.

– Всё это лишь твои догадки.

– Но они подтверждаются фактами. И отрицать их ты не можешь! Ну так как, ты останешься? Может вместе дождемся приезда мистера Коулмана?

– Я уже говорила тебе, что уезжаю не из-за него. Да мне, вообще, нет до него никакого дела! – Эмили всплеснула руками и поднялась со своего места. – Ладно, я пойду. Нужно проследить, чтобы все мои вещи были как следует уложены.

Она подошла к детской кроватке и склонившись к малышу, ещё раз поцеловала его.

– Ты же не сердишься на меня? – смотрела виновато Берта.

Эмили улыбнулась.

– Нет, конечно. Ты тоже не обижайся. Даже не знаю, что на меня нашло.

– Завтра утром экипаж будет ждать тебя внизу. Мы с Джорджем проводим тебя.

Эмили кивнула и покинула комнату.

Вернувшись в свои покои, она обнаружила там служанку, которая укладывала ее вещи в сумки и чемоданы. Чтобы не мешать девушке, Эмили села за стол и уставилась в окно.

За все четыре месяца, что она провела в доме Берты, она ни разу не думала о себе и Натане. Уход за сестрой, рождение малыша, каждодневные заботы, всё это отнимало у нее много времени и сил. И Эмили была рада такой нагрузке. Но недавнее письмо Беатрис всколыхнуло в ней прежние воспоминания. А сейчас, после разговора с Бертой, эти воспоминания стали просто навязчивыми.

Глава 35

«А что если Берта все таки права?», – не уставала Эмили задаваться всего одним вопросом. Натан не смирился с ее отказом, не смирился с ее свадьбой, а теперь не смирился и с ее отъездом. Он продолжал разыскивать ее. А ещё он при всех сказал как относится к ней и что хочет сделать женой. Тут только слепой и глухой не признает очевидного. Но вот хотела ли она прожить с ним всю жизнь? Да, Джона она не любила. Понять это ей не составило труда, так как никаких глубоких чувств он в ней так и не вызвал. Но вот Джону она доверяла, а Натану нет. Не придется ли ей всю жизнь следить куда и с кем он пошел? Не придется ли на балах и приемах постоянно держать его в поле зрения и, если вдруг нигде не увидит его, не станет ли разыскивать, боясь, что он скрылся в каком-нибудь укромном месте с юной красоткой? Будет ли жизнь с ним наполнена спокойствием и уютом? Что стоит за его словами любви: верность и преданность или только желание добиться своего?

Размышляя о возможных рисках Эмили вдруг поймала себя на мысли, что забыла о самом главном. Сейчас она напомнила себе банкира, который решал, что и куда вложить, чтобы извлечь для себя наибольшую выгоду. Да, это был разумный подход, но разве только об этом должна думать девушка, когда размышляет на предложением молодого человека? А как же любовь? Страсть? Желание? Ха, последнего у нее было с избытком, а вот первого? Как она на самом деле относилась к Натану? Могла ли сказать, что любила его? Пока она была невестой Джона, то запрещала себе думать о Натане в таком ключе, но ведь сейчас ничто не мешало ей взглянуть правде в глаза и всё для себя понять.

Эмили горько усмехнулась. Ей уже исполнилось двадцать шесть лет, а она не могла ответить себе на такой простой вопрос. Слишком много противоречий сейчас испытывала. Как же проще всё выглядит в семнадцать лет! Любовь накрывает тебя с головой и ты без раздумий бросаешься в нее. Ты любишь и желаешь быть любим, и нет никаких препятствий. А в ее возрасте слишком уж о многом начинаешь думать. Вот и сейчас не могла понять, любила она Натана или нет? Но разве сам этот вопрос не служил доказательством того, что не любила его? Или все таки любила? О Господи, как же ей понять себя?!

– Оо! – протянула Эмили, и положив руки на стол, уткнулась в них лбом.

– Мисс, вам плохо? – всполошилась служанка.

Вспомнив, что находится не одна, Эмили поспешила сесть прямо.

– Нет, нет, всё в порядке.

Девушка ещё ненадолго задержала на ней взгляд, а потом вернулась к работе. В отражении зеркала Эмили проследила за служанкой и когда та отвернулась, взглянула на себя. Разглядывая свое уже не юное лицо, вдруг очень тихо произнесла:

– Глупая, глупая мисс Фейн!

*

Проведённый месяц в столице вымотал Эмили больше, чем четыре месяца жизни в уединенном доме Берты. Недомогания Глории, как оказалось, не мешали ей вести бурную светскую жизнь. Мало того что Дебби почти каждый день навещала их, но и они сами частенько выезжали на званные вечера. Пару раз они были в театре и на больших балах. Морозная зима сделала невозможным прогулки и развлечения на улице, поэтому столичное общество во всю занимало себя увеселениями дома.

Часто Эмили отказывалась идти на тот или иной вечер, и не потому что не хотела развлечься. Всему виной стали ее сестры, которые озаботились ее личной жизнью и решили во что бы то ни стало найти ей жениха. Их попытки представить ее как можно большему числу одиноких джентльменов выводили Эмили из себя. Она не раз говорила им, что этим они ставят ее в неловкое положение и Глория с Дебби тут же просили у нее прощения и обещали больше так не делать, но стоило им пойти на очередной прием, как следовали новые знакомства. Эмили и обижалась на сестер, и понимала, что они просто переживают за нее и хотят ей помочь. Но чтобы лишний раз не сорится, предпочла отказываться от большинства приглашений.

Глория много раз пыталась убедить Эмили не отказываться от вечеров, ведь в Лондоне полно холостых мужчин и среди них ей может повстречаться тот самый, который влюбится в

Интуиция подсказывала ей, что Натан больше не ищет ее, а значит, она осталась совершенно одна. Зачем только она вообще думала о нем и ждала с ним встречи?! Теперь, если они даже случайно где-нибудь столкнутся, она ни чем не покажет, что ждала его. Она будет гордой и независимой!

*

Прикрывая от морозного воздуха лицо перчаткой, Эмили спешила поскорее добраться до уютного кафе. В поисках подарка для родителей она забрела так далеко, что сейчас, возвращаясь в дом Глории, от холода не чувствовала ни рук, ни ног. Эмили отчётливо помнила, что проходила мимо небольшой кофейни и теперь намеревалась заглянуть в нее, чтобы согреться.

Наконец, среди множества вывесок ей встретилась самая долгожданная. Быстро добежав до двери, она открыла ее и юркнула внутрь. Жар помещения сразу же окутал ее щеки. Теперь она могла глубоко вдохнуть и вобрать в себя теплый воздух.

Остановившись у порога, Эмили сняла перчатки и рассматривая обстановку в зале, решала, за какой столик ей следует сесть.

– Мисс Фейн, – вдруг раздалось у нее над головой.

Услышав до боли знакомый голос, Эмили вздрогнула. В ту же секунду сердце сделало невероятный кульбит, подпрыгнув сначала к горлу, а потом упав до самых пят. Она совершенно точно определила, что позади нее стоит Натан. Натан!

Медленно повернув голову, Эмили подняла на него осторожный взгляд. Их глаза встретились.

Натан стоял в верхней одежде, в цилиндре и с тростью в руках. На его губах играла легкая улыбка.

– Мистер Коулман, – слегка присев, неуверенно произнесла она.

По его виду Эмили пыталась понять, он собирался уходить или, как и она, только что пришел.

Натан молчал, при этом откровенно разглядывая ее. Эмили смутилась под его изучающим взглядом. Она не понимала, чего от него ожидать. Чего от себя ожидать?! Как ей следует себя с ним вести? Самым простым ей виделось просто сбежать.

– Простите меня, я наверно пойду, – испытывая неловкость, взялась она озябшими пальцами за ручку двери.

Вдруг, Натан положил горячую ладонь на ее руку и не дав ей возможности открыть дверь, примирительно произнес:

– Останьтесь, мисс Фейн. Вам нужно согреться и выпить горячего чаю. Я же должен идти. Меня ждут срочные дела.

Он убрал руку, коснулся ею цилиндра и когда Эмили отошла чуть в сторону, открыл дверь и вышел на улицу, оставив ее пребывать в полном недоумении.

И от этого Натана она бегала столько месяцев?!

Глава 36

Эмили прошла к круглому столику и кинув на него перчатки, села на стул. Она посмотрела на выход и вздохнула. Ей бы следовало вздохнуть от чувства облегчения, ведь при встрече с ней Натан вел себя безупречно, но вздыхала она от досады и грусти. Ее подозрения подтвердились. Он больше не преследовал ее и теперь ей не нужно было его опасаться. Но было ли это то, чего она хотела на самом деле? Или ее гораздо больше устроило бы его признание в любви и что он не может без нее жить?

Раньше она опасалась этих слов, а сейчас хотела вновь их услышать. Конечно, возможно сейчас в кафе было не самое лучшее место для подобных нежностей, но даже маленького намека, что его чувства остались прежними, было бы достаточно. Лишь легкое прикосновение, чтобы не дать ей уйти, соединило их на короткий миг. Но Эмили до сих пор чувствовала тепло его ладони на своей руке. А ведь когда-то Натан обнимал и целовал ее! Он разжёг в ней тот огонь, который она всю жизнь в себе носила. И что теперь? Ей снова нужно прятать его.

Своим вмешательством Натан не позволил ей выйти замуж за другого, но и сам больше не желал быть с ней. Он поставил ее в зависимое от него положение, так как никаких других кандидатур на ее руку не было. Ей оставалось только ждать, не проявит ли он к ней вновь внимание и не снизойдёт ли до ещё одного предложения руки и сердца. А если так и не снизойдёт? Тогда у нее почти не было шанса обрести семью. По сути, всё то время, что она была помолвлена с Джоном, Натан держал ее в своих руках и только от него зависело, выйдет она замуж или нет. И он решил ее судьбу. Он не позволил ей стать женой другого. Теперь ей оставалось ждать, что же он сделает дальше. Но несмотря на все его поступки, сейчас Эмили согласилась бы стать его женой. И не потому что боялась одиночества. А потому что желала его и хотела быть им любимой. Она не могла отрицать очевидного – ее с невероятной силой тянуло к нему. Тянуло как женщину тянет к мужчине. Он занимал все её мысли. Не проходило и дня, чтобы она не думала о нем. Что это, если не любовь? И хотя Эмили не хотела его любить, но все таки любила, и должна была это честно признать. Но Натан не узнает о ее чувствах, пока не скажет ей о том же самом.

Выпив горячего чаю с печеньем, Эмили купила для сестер несколько пирожных и отправилась к Глории. Как она и предполагала, кроме хозяйки дома там сидела Дебби. Оказалось, они с нетерпением ждали возвращения старшей сестры. Стоило ей войти в гостиную с перевязанной лентой ароматно пахнущей коробочкой, они тут же подскочили к ней и в один голос затараторили.

– Как же нам повезло! Это большая честь! Когда ещё мы были бы приглашены в герцогскую ложу?!

– Ты не можешь отказаться поехать с нами! От таких приглашений никто не отказывается!

– Там же будет весь свет! И поговаривают, что королевская семья тоже хочет посмотреть

– Ты просто обязана пойти с нами!

– Да в чем собственно дело?! – не выдержала Эмили этого гомона. – Объясните, наконец, куда я должна вместе с вами пойти?

Сестры переглянулись и одновременно воскликнули:

– В театр!

– Завтра вечером состоится громкая премьера. Эта постановка уже наделала много шума во Франции и Испании! На нее соберётся все высшее общество. Но это ещё не всё! Нам несказанно повезло! Герцог Торнтон со своей женой пригласил нашу семью в свое ложе. Представляешь, мы будем сидеть на балконе среди герцогов и графов! Эмили, это же большая честь! Уверена, что после такого у тебя не будет отбоя от поклонников. Все увидят, что наша семья имеет большие связи.

К последнему замечанию Глории Эмили отнеслась крайне скептически. Связи не сделают ее богаче и моложе. Да и не хотела она никого кроме…

– Ты же завтра поедешь в Королевский театр? От таких предложений никто не отказывается! – смотрела Дебби строго, словно сейчас выполняла роль их матери.

Эмили рассмеялась.

– Конечно поеду! Даже больше скажу, с превеликим удовольствием посмотрю постановку, которая наделала столько шума! – передразнила она сестер.

Те сразу же выдохнули, а потом принялись обсуждать свои наряды.

*

Прежде чем подъехать к крыльцу огромного театра, Глории, ее мужу и Эмили пришлось прождать в экипаже не менее получаса. Только когда их карета остановилась напротив входа, они смогли выйти на улицу. Желающих попасть на спектакль было так много, что вокруг царило настоящее столпотворение.

Покинув экипаж, Эмили последовала за сестрой и ее мужем. Им ещё предстояло найти Дебби и ее супруга, а потом всем вместе пройти в герцогскую ложу. Поиски сестры не заняли у них много времени, так как та вместе с мужем стояла возле лестницы, ведущей на второй этаж, где как раз и располагались самые почетные места. Поделившись друг с другом впечатлениями от количества гостей и тем, как некоторые из них были одеты, все с важным видом поднялись наверх.

Пожилые герцог и герцогиня Торнтон уже сидели в своей ложе. Муж Глории представил тем своих родственников, а затем усадил всех на отделанные красным бархатом стулья.

В один миг Глория с Дебби превратились в величавых особ. Расправив плечи и гордо подняв подбородок, они сверху вниз смотрели на зал. Эмили же не чувствовала в себе такой важности, которую сейчас демонстрировали ее сестры. Ее больше забавляла возможность сидеть так высоко.

Она с любопытством рассматривала гостей, которые занимали места внизу и в своих ложах. Все уже знали, что королевская семья не посетит данное мероприятие, но от этого ажиотаж нисколько не уменьшился. Присутствие других важных членов общества делал спектакль одним из самых громких событий этой зимы.

Среди множества зрителей Эмили пыталась разглядеть знакомые лица. На ложи она особо не обращала внимания, так как там вряд ли найдется кто-то, кого она могла знать. В зале же собрались люди, с которыми она вполне могла где-нибудь встречаться и быть им представлена. Большинство мест уже были заняты и многие спокойно рассматривали программки или перешептывались со своими соседями.

Эмили тоже решила уделить внимание программке и принялась изучать ее. Она просмотрела имена всех, кто сегодня будет играть на сцене. Внимательно прочитав первую страницу она перевела взгляд на вторую. Лишь на миг ее глаза посмотрели поверх брошюры, как вдруг перед взором отчётливо запечатлелось лицо Натана. Эмили уже успела опустить взгляд вниз, но тут же сообразив, что только что видела его, вновь подняла на него глаза.

Да, это был он! Так же как и она, Натан сидел в ложе, но только та располагалась ближе к середине, а ложа, в которой сидела Эмили, находилась сбоку.

Прикрываясь программкой, Эмили принялась внимательно следить за ним. Наверняка он еще не видел ее. И теперь ей было любопытно понаблюдать за ним. Так же ей стало интересно, как он себя поведет, когда узнает, что она тоже здесь.

Вначале Натан о чем-то переговаривался с сидящим от него справа почтенным господином. Его взгляд бесцельно блуждал по сцене и залу. Он вертел в руках программку, то складывая ее в трубочку, то снова расправляя. Эмили ни могла не любоваться им. Сейчас он ей нравился как никогда раньше. При этом она чувствовала, как сильно проигрывала ему в привлекательности. В отличии от нее, он притягивал к себе взгляды окружающих дам, а вот она никому не была интересна.

Ещё какое-то время Натан без интереса рассматривал людей в зале, как вдруг резко напрягся и даже поддался вперед. Его взгляд застыл в одной точке, а руки вцепились в балкон. Эмили проследила за тем, куда был направлен его взгляд. Она старалась понять, чье присутствие так взволновало его. И тут среди множества зрителей разглядела одну прелестную головку.

Ванесса Роли!

Эмили испытала невероятное по своей силе разочарование. Ну почему?! Почему именно сейчас Натан должен был встретить свою бывшую невесту?! А что если он всё ещё влюблен в нее и снова захочет взять ее в жены? А если их чувства не угасли и вспыхнут с новой силой? То, как он смотрел на девушку о многом сказало Эмили и заставило ее внутренне простонать. Она приложила руку к груди и постаралась успокоиться. Что за злой рок преследовал ее?!

Забыв о конспирации, Эмили во все глаза пялилась на Натана, пытаясь прочитать по его лицу, что же он сейчас испытывал. Словно почувствовав ее взгляд, он резко повернул голову и уставился прямо на нее.

От неожиданности Эмили негромко вскрикнула, отпрянула назад и вжалась в спинку стула. Натан явно видел, как она следила за ним. О Боже! Хуже ситуации нельзя было придумать! Он наблюдал за бывшей невестой, а она наблюдала за ним! Какой позор! Теперь Эмили чувствовала себя так, словно сама находилась на сцене, а в зале был один единственный зритель, который замечал всю фальшь ее игры. И сколько бы она не притворялась, он видел ее насквозь!

Глава 37

Эмили возблагодарила небеса, когда слуги принялись гасить свечи в зале. Теперь Натан не мог видеть ее, впрочем, как и она его. Слава Богу у нее была передышка до антракта. Но ждала она перерыв с замиранием сердца, ведь не могла предугадать, как вздумает повести себя Натан. В глубине души ей хотелось вновь почувствовать его напор, чтобы он искал с ней встречи, добивался ее и признался ей в любви. Но ждать от него подобного поведения в театре было неразумно. Хотя порой он отличался дерзким

Актер выдал последнюю реплику и замер. Наступила тишина. В это же время занавес начал медленно опускаться на сцену. Вскоре слуги вновь зажги свечи. Раздались аплодисменты и постепенно зал наполнился шумом голосов.

Тут же, пусть и не в открытую, Эмили бросила мимолётный взгляд на ложу Натана. Но его там не было. Неужели он уже ждёт ее в холле?! От этой мысли всё внутри затрепетало. К щекам прилип румянец и никак не хотел отлипнуть, громче всяких слов выдавая ее волнение.

Кроме четы Торнтон все остальные решили покинуть ложу и прогуляться. Глории с Дебби не терпелось показаться на глаза людям и пройтись среди них с важным видом, будто бы они уже удостоились чести получить титул герцогинь. Сестры были уверены, что каждый в зале видел их сидящими на самых почетных местах.

С бешено колотящимся сердцем Эмили шла позади своих сестер и их мужей. Спускаясь по лестнице, среди многочисленных гостей она пыталась разглядеть лишь одно лицо. Как же сильно ей хотелось, чтобы Натан ждал ее внизу. Но сколько бы она не старалась увидеть знакомые черты, нигде их не находила. Противное чувство разочарования поселилось в душе. Вот, она уже оказалась в холле и неспешно зашагала по залу.

Эмили с трудом сдерживала себя, чтобы не начать вертеть головой. Лишь ее глаза делали невероятные вращательные движения, смотря то в одну, то в другую сторону. Она так увлеклась тайным поиском Натана, что не заметила, как возле нее оказалась мисс Роли.

– О, мисс Фейн! – воскликнула та, неожиданно возникнув на ее пути. – Вот уж не думала, что увижу вас здесь! Но как же приятно встретиться со старыми знакомыми! Так значит вы в Лондоне?

Эмили немного растерялась, когда увидела ее перед собой.

– Мисс Роли, рада приветствовать вас! Да, я уже месяц живу в столице в доме моей сестры Глории.

– Кажется я тоже видела ее среди гостей.

– Совершенно верно. Кроме нее и ее мужа, на спектакле присутствует и другая моя сестра – Дебби.

– Ещё немного и вся наша деревня переедет жить в Лондон, – немного пренебрежительно заметила Ванесса.

Эмили не очень понравился ее тон, но она благоразумно промолчала, натянув на лицо лёгкую улыбку.

– Мисс Фейн, вы не будете возражать, если мы с вами немного прогуляемся? У меня, как и у вас, нет спутника.

– С большим удовольствием, – выдавила из себя Эмили.

Отказываться было неучтиво. Да и не сделала ей мисс Роли ничего плохого. Подумаешь, та когда-то была невестой Натана. Но ведь это было так давно.

Ванесса подхватила Эмили под руку и вместе с ней направилась в противоположную сторону от лестницы.

– А ведь ваши сестры и мы не единственные, кто из наших общих знакомых присутствует на этом спектакле, – первой заговорила мисс Роли. – Перед началом представления я видела мистера Коулмана. Хочу вам признаться, но в отличии от встречи с вами, я совсем не рада его появлению. А вы, мисс Фейн?

Вот теперь Эмили по-настоящему растерялась.

– Я не совсем понимаю, что вы имеете ввиду.

– Ох, простите, если я лезу не в свои дела. Просто я подумала, что вам тоже будет неприятно видеть его. Он ведь отлично умеет разрушать чужие жизни. Я знаю, что он ворвался на вашу свадьбу и опорочив ваше доброе имя, вынудил вас сбежать. Поверьте, я лишь хотела поддержать вас, ведь со мной он поступил подобным образом, только не сорвав мою свадьбу, а отменив ее. Теперь я одна. Отверженная невеста оказалась никому не нужна. А мистер Коулман продолжает жить как ни в чем не бывало и совсем не испытывает на себе последствия своих поступков. Ему нравится пользоваться нашей беспомощностью, обрекая нас на одиночество. Мисс Фейн, вы же понимаете меня?

Ванесса немного притормозила и повернулась к Эмили, ища в ее лице союзника. Слова бедной девушки болью отозвались в ее сердце и ей было очень жалко ее. Но Эмили понимала, что ничего не могла ей на это ответить, так как полюбила Натана таким, какой он есть – с его характером и привычками, нравом и недостатками. И даже если сейчас начнет утверждать, что презирает его, все её слова будут наглой ложью. Возможно она ещё сильно пожалеет о своих чувствах к нему, и, как и Ванесса, будет из-за него страдать, но сейчас не хотела никого обманывать.

– Мисс Роли, я очень сочувствую вам и вашему положению. Но мне кажется, лучше всего перестать жить прошлым и с надеждой…

– О Господи! – смотря куда-то позади нее, воскликнула Ванесса и больно вцепилась ей руку. – Кажется он идёт прямо сюда!

Эмили сразу поняла, кого та имела ввиду. Но зачем Натан решил заговорить с ней, когда она находилась в обществе мисс Роли? Разве это не будет жестоко по отношению к девушке? Если он сейчас попросит уделить ему минуту внимания, ей придется ответить отказом.

Собравшись с духом, Эмили обернулась. Как раз в этот момент Натан оказался возле нее и Ванессы.

– Мисс Фейн, мисс Роли, – поприветствовал он дам.

Они обе присели. Эмили не знала, как себя с ним вести. С одной стороны ей не хотелось оттолкнуть его, но с другой, принять его предложение тоже было некрасиво.

– Простите, что вмешиваюсь в ваш разговор. Мисс Фейн, – обратился он к Эмили. Она тут же приготовилась сказать, что не сможет уделить ему внимание, как вдруг услышала совсем не то, что ожидала услышать, – могу я ненадолго похитить у вас мисс Роли? Мне необходимо поговорить с ней.

Что?!!

Эмили так и застыла с открытым ртом. Она непонимающе уставилась в его бесстыжие глаза. Так значит ему была нужна мисс Роли?! А как же она?! Или из двух особ он выбрал более молодую и красивую?

– Да, да, конечно! – спохватилась Эмили. Она старалась не выдать свое смятение. – Можете спокойно поговорить. Я не буду вам мешать.

С невозмутимым видом она ещё раз поклонилась им и размеренным шагом направилась обратно к лестнице.

Как же ей сейчас хотелось куда-нибудь убежать, а ещё лучше остаться одной! Не зная того, Натан безжалостно растоптал ее чувства. Никогда ещё она не ощущала себя такой ненужной и покинутой. И хотя в холле было жарко, ее тело сковал

Эмили вернулась в ложу. До возвращения остальных она могла немного побыть наедине с собой. Торнотоны спросили у нее, как она себя чувствует, и получив ответ, что с ней всё хорошо, вернулись к своей беседе.

Меньше всего Эмили хотела жалеть себя. Ванесса оказалась права, слишком легко Натан относился к судьбам других людей. И зачем она только ждала с ним встречи?! Да, она любила этого подлеца, но об этом он теперь никогда не узнает! Никогда! Наоборот, он узнает, что значит играть с мисс Фейн. Ну что ж, сейчас он по-настоящему разозлил ее. Пусть не думает, что она уйдет в сторону и позволит ему наслаждаться жизнью! Она приложит все усилия, чтобы он ещё долго помнил ее и каждый раз содрогался при мысли о ней!

Вскоре зрители начали возвращаться на свои места. Теперь без какого-либо смущения Эмили смотрела в его ложу. Ей больше нечего было бояться.

Наконец, перед самым началом второго акта появился Натан. Он уселся на стул и взглянул на нее. Эмили тут же прожгла его мстительным взглядом. Пусть готовится, теперь она начнёт преследовать его и он отнюдь не будет рад ее вниманию.

Глава 38

Натан поймал взгляд Эмили и без труда прочитал в нем презрение. Ну конечно, как ещё она могла смотреть на него?! В ее глазах он не заслужил даже снисходительного взгляда, ведь она считала его негодяем, и как переубедить ее в обратном, он не представлял. Мало того, что несколько месяцев поисков прошли впустую, так теперь, когда они наконец встретились, причем совершенно случайно, она по-прежнему была от него далека. Слишком далека.

Ох, как же он обрадовался, когда увидел ее в кафе! Она вбежала внутрь и встала к нему спиной, а он ловил каждое ее движение и не спускал с нее глаз. Когда же не выдержав обозначил свое присутствие и она обернулась к нему, он с большим трудом сдержал себя, чтобы не бросится к ней и не заключить ее в объятия. Он бы так и сделал, и наличие других посетителей его бы не остановило, если б только на улице не стоял мороз, а она не выглядела такой замёрзшей.

При виде него Эмили все таки предприняла попытку сбежать. Позволить ей замёрзнуть он точно не мог, поэтому решил держать себя в руках и поскорее избавить ее от своего присутствия. Скольких же сил ему для этого потребовалось! Он буквально заставил себя покинуть кафе. Но утешением ему служили ее взгляд, прикосновение к ее руке и то, что теперь он знал, где она была. А ведь возвращаясь по делам в Лондон, он совсем не ожидал встретить ее здесь. Он был уверен, что Эмили живёт у Берты, так как только там не был и уже в скором времени намеревался туда отправиться. Но всё получилось как нельзя лучше! А он зазря проклинал свалившееся на него от дальнего родственника наследство!

Но найти Эмили оказалось не самым трудным. Каким-то образом ему теперь предстояло увидеться с ней. Он мог просто прийти в дом Глории и попросить о встрече, но вот итог такой просьбы он не мог предугадать. Вернее их было всего два: либо Эмили примет его, либо откажется к нему выходить. И во второе он верил гораздо больше, чем в первое.

И вот, сейчас, ещё один счастливый случай свёл их в театре. Всего какие-то сутки прошли с момента их встречи в кафе, а она снова рядом. Можно сказать всё само шло ему в руки, если б только не появление Ванессы.

Он не видел ее с того самого дня, как между ними состоялся неприятный разговор, на котором сообщил ей, что знает о ее неприглядном поведении и в связи с этим разрывает помолвку. Потом, когда он вернулся в деревню, к нему еще приходила ее мать и слезно умоляла его никому не озвучивать причину его такого решения и окончательно не губить репутацию ее дочери, которая сейчас стоит за дверью и ждёт его милости. Миссис Роли уверяла его, что ничего не знала о поведении Ванессы, а иначе быстро бы пресекла ее общение с другими джентльменами. Но невозможность жить вместе с дочерью в Лондоне не позволили ей вовремя наставить ее на истинный путь. Женщина чуть ли не бросалась Натану в ноги, прося его о снисхождении к их семье и умоляя пообещать ей, что он не станет рассказывать о том, что натворила Ванесса.

Натан не стал играть на чувствах миссис Роли, требуя справедливого наказания для ее дочери, так как к тому времени та уже сама себя наказала, в одночасье лишившись не только всех своих ухажёров, но и жениха. Кто бы мог подумать, что незадолго до их свадьбы переехав в столицу и живя у своей дальней родственницы, Ванесса так уверует в свою неотразимость и привлекательность, что решит: раз мистер Коулман пал к ее ногам, то она вполне может попробовать подыскать себе более выгодную партию – графа, маркиза или герцога – при этом до поры до времени оставаясь невестой Натана. Она тайно начала принимать ухаживания сразу трёх мужчин! Трёх! Ее расчет был прост: если никто из новых ухажёров не предложит ей руку и сердце, то ничего не потеряв, она просто выйдет замуж за мистера Коулмана. Но она просчиталась. В Лондоне новости распространяются настолько молниеносно, что быстро дошли до его ушей. Оказалось, в обществе говорили о некой мисс Роли, которая ищет себе мужа и пользуется благосклонностью нескольких мужчин. Подобные новости не были чем-то необычным для столицы, но только не в том случае, если девушка уже была помолвлена. А Натан всё удивлялся, почему она отказывалась выходить с ним в свет и твердила, что не хочет его ни с кем делить, даже с другими господами? Почти все их встречи происходили либо в саду, либо у ее двоюродной тётушки. Но когда правда всплыла наружу, он без промедления отправился к ней и разорвал помолвку. Но как позже обещал ее матери, никому и никогда не озвучивал причину их разрыва. Дал он это обещание с одним условием: Ванесса должна держать язык за зубами. И если когда-нибудь он услышит, как она начнет оправдывать себя и обвинять его в своем положении, он будет иметь право раскрыть истинную причину их размолвки.

К тому времени без его участия репутация Ванессы уже пострадала, но по-другой причине. Трое ухажёров столкнулись друг с

Натан готов был треснуть себя по лбу. Сейчас же, когда перед началом представления увидел Ванессу в зале, нехорошее предчувствие забралось под кожу и весь первый акт неприятно кололо его во все места. Он сидел как на иголках. И кто бы мог подумать, интуиция его не подвела! В антракте он увидел мисс Роли и мисс Фейн прогуливающихся вместе под руку!

Конечно, причины их разговора он не знал, но все же решил опередить события и напомнить Ванессе о ее обещании. Не хватало ещё, чтобы Эмили слушала чужую ложь. В ее глазах он и так был подлецом, не стоило усугублять это положение наглым враньём. И снова вместо того, чтобы добиваться расположения любимой девушки, он был вынужден вести беседу с Ванессой. Решение на корню пресечь ее попытки опорочить его, казалось ему более правильным, чем потом убеждать Эмили, что он был ни в чем не виноват. Ванесса принялась уверять его, что и словом не обмолвилась с мисс Фейн о прошлом, но то, каким потом взглядом Эмили одарила его, быстро дало ему понять, что кто-то всё таки распустил свой длинный язычок.

То что и так было плохо, стало ещё хуже. Натан не представлял, как ему теперь завоевать Эмили. Быть слишком напористым он не видел смысла, так как в свое время это не принесло плодов. Твердить ей всё время о любви тоже было бессмысленно, ведь она не верила ему. Его репутация в ее глазах была хуже некуда, а сегодня пала ещё ниже. Осталось только держать между ними небольшую дистанцию, при этом постоянно напоминая о себе и попадаясь ей на глаза. Он не должен отпускать ее слишком далеко, но и быть навязчивым тоже не стоило. Такая уравновешенная середина. Лишь бы у него не появился ещё один соперник. В его глазах Эмили была настолько красивой и притягательной, что Натан был уверен: скоро это заметят остальные и у нее не будет отбоя от поклонников. Уже сейчас ему казалось, что все смотрят на нее, а она, как настоящая богиня, восседает на самой вершине, оставаясь для простых смертных недосягаема. А особенно, для него!

Глава 39

На следующий день семья Глории получила приглашение от Торнтонов на званный вечер. Те писали, что будут рады видеть их в своем доме вместе с мисс Фейн.

Глория показала письмо Эмили и с надеждой в глазах спросила:

– Ты же не откажешься пойти вместе с нами?

– А почему я должна отказаться?

– Ведь среди приглашенных может быть и Натан.

В глазах Эмили загорелся зловещий огонек.

– Ну что ты, это обстоятельство ничуть не помешает мне насладиться приемом у Торнтонов. Я не собираюсь из-за Натана сидеть дома и страдать от одиночества.

– Я просто не узнаю тебя! – воскликнула Глория. – До того как стало известно о его приезде в Лондон ты предпочитала никуда не выходить!

– Вообще-то причина моего затворничества была вовсе не в Натане.

– Тогда в ком?

Эмили многозначительно посмотрела на сестру.

– Просто кто-то пытался свести меня со всяким холостым джентльменом.

Глория покраснела.

– Ой, прости меня.

– Если обещаешь, но в этот раз по-настоящему, что не станешь навязывать мне всех джентльменов подряд, я с большим удовольствием пойду не только на этот прием, но и на все остальные.

– Обещаю! – поспешила дать согласие Глория, и даже в подтверждение своего намерения подняла руку, словно находилась в суде.

– Вот и хорошо! – улыбнулась Эмили.

Опустив руку, Глория с интересом посмотрела на нее.

– А что насчёт Натана? Разве его возможное присутствие тебя не беспокоит?

Эмили пожала плечами, пытаясь не выдать, что его присутствие очень даже беспокоит ее, но только не в том смысле, в каком думала Глория.

– Мы ведь уже виделись в театре и, судя по его поведению, он больше не собирается преследовать меня. Я бы сказала, что теперь его гораздо сильнее интересуют другие дамы.

– Какие это дамы?

Но не успела Эмили ответить, как в комнату ворвалась счастливая Дебби.

– А я уже всё знаю! – с порога крикнула она, а потом вприпрыжку добежала до сестер, плюхнулась между ними на софу и принялась обмахиваться веером. – Твоя служанка, – повернулась она к Глории, – уже обо всем мне доложила. А я переживала, что вы могли не получить приглашения в дом Торнтонов! Ну, так в чем мы пойдем? Мне совершенно нечего надеть!

Собираясь на прием, Эмили постоянно думала о возможной встречи с Натаном. Она всё ещё была твердо намерена испортить ему существование, но при этом волновалась, что на вечере он мог сопровождать Ванессу или какую-нибудь другую даму. Тогда весь ее план пойдет прахом. Да и не только в плане было дело. Она боялась увидеть его с другой, что он к кому-то ещё проявляет интерес. Это бы означало, что она потерпела полное фиаско и ей больше не на что было надеется. Хотя… разве она на что-то надеялась? Эмили тяжело вздохнула. Да, она надеялась. Но это чувство не должно ей помешать наказать Натана. Он не заслужил ее снисхождения. Прищурив глаза, Эмили решительно сжала кулаки. Ну что ж, мистер Коулман, готовьтесь наяву встретиться со своим кошмаром! А потом про себя пожелала, чтобы он присутствовал на приёме.

Званый вечер у Торнтонов больше походил не на скромный прием в узком кругу друзей, а на настоящий бал. Гостей было так много, что приходилось между ними лавировать. Держа мужа под руку, Глория первой вошла в бальный зал. За ней следовала Эмили, а завершали процессию Дебби с супругом. Эмили вовсю разглядывала гостей, без стеснения вглядываясь в лица молодых мужчин, кто хоть даже отдаленно напоминал ей Натана. Она надеялась, что ей всё таки повезет и он тоже окажется здесь.

Пройдя почти весь зал, она, наконец, заметила его! Он стоял у колонны с ещё тремя джентльменами. Если бы не окружающие люди, Эмили совершенно точно от переполняющей ее сердце радости, или точнее злорадства, запрыгала б на месте и захлопала в ладоши. Ведь Натан не только присутствовал на вечере, но и рядом с ним не было дамы. Теперь она могла спокойно начать портить ему жизнь. И хотя времени на

Эмили поравнялась с Глорией и ее мужем и, подхватив того под руку, быстро произнесла:

– Кажется, я нашла для нас подходящую компанию. Пойдёмте вон туда, – и потянула всех за собой.

Немного опешив от столь стремительной смены направления, они всё же подчинились ее напору и послушно последовали за ней.

– Добрый вечер, господа! – без какого-либо смущения произнесла Эмили, оказавшись в компании мужчин и встав рядом с Натаном. – Надо же, мистер Коулман, вы тоже здесь! Уже второй вечер подряд в таком большом городе мы с вами так неожиданно встречаемся. Как думаете, может это что-то значит?

Натан поражено смотрел на Эмили и казалось, потерял дар речи. Его глаза округлились настолько, что походили на два мячика для гольфа. Так и не дождавшись от него ответа, Эмили продолжила:

– Мистер Коулман, не будете ли вы так добры представить нас своим собеседникам?

Он тут же спохватился и как и положено в таком случае, познакомил всех со всеми.

– Так как в нашей компании появились столь милые дамы, – взял слово самый старший из мужчин, – то я думаю нам лучше сменить нашу скучную тему про ценные бумаги на более интересный разговор. Миссис Оливер, мисс Фейн, о чем бы вы желали поговорить?

Глория молчала как рыба, не понимая, зачем сестра выбрала эту компанию и как ей стоит себя с ними вести. Эмили же почувствовала невероятный прилив сил.

– Господа, я больше чем уверена, что дороги и погоду вы уже и без нас обсудили, – мужчины заулыбались и слегка закивали головами. – Шляпки! Давайте поговорим о столь привычном и неотъемлемом предмете гардероба. Ведь среди нас есть знаток всех последних новинок в этой области. А как вы знаете, за модой на шляпки почти невозможно угнаться. Мистер Коулман, что скажете о гостях, многим удалось соответствовать веяниям причудливой моды?

Все удивлённо уставились на него. Если бы Натан мог, он бы тоже удивлённо уставился на себя. Но так как это было невозможно, его взгляд был направлен на Эмили. Ее поведение было очень странным, если не сказать больше, сумасбродным! Что за чушь она несла?! Он в жизни не разбирался ни в шляпах, ни в моде. В этом вопросе он куда больше полагался на вкус своего портного. Всё что от Натана в таком случае требовалось, так это выбрать цвет будущего костюма, в остальном же он предпочитал держаться в стороне от процесса создания одежды. Но теперь ему придется выкручиваться из этой странной ситуации.

– Боюсь, я не тот человек, на мнение которого в этом вопросе вам стоит полагаться.

– Не нужно скромничать, мистер Коулман, ваше мнение очень ценно для нас, ведь так, господа?

Никто не посмел возразить мисс Фейн.

Натан вдумчиво смотрел на Эмили и ловил себя на мысли, что несмотря на ее попытку насолить ему, на самом деле больше не хотел отвечать ей с прежней колкостью. Желание парировать ее вызовам напрочь исчезло. Лучше он подыграет ей и выставит себя глупцом, чем примется изощряться в остроумии.

– Тогда могу с уверенностью заявить, что каждый в этом зале одет так, как того требует не только мода, но и случай. Вот если говорить про вас, мисс Фейн, вы сегодня чудесно выглядите. Ваш наряд вам очень идёт и прекрасно подчеркивает красоту ваших глаз!

Услышав его слова, Эмили опешила, а потом резко опустила глаза, чувствуя, как по щекам разливается алый румянец. Прикусив нижнюю губу, она пыталась восстановить душевное равновесие. Комплимент Натана сразил ее сильнее, чем если бы он ответил ей в том же духе. Нет, она не должна таять от одного его слова!

Эмили вскинула голову и с вызовом посмотрела на Натана. Но в его взгляде читалось лишь восхищение. Проклятье! Она тут же отвела глаза в сторону.

– Мисс Фейн, могу я пригласить вас на первый танец? – продолжал он говорить мягко.

Если Натан думал, что она испугается и откажет ему, то он глубоко заблуждался. Она не будет бояться оказаться с ним в непосредственной близости.

– С большим удовольствием приму ваше приглашение, – одарила она его своей самой милой улыбкой.

Вот теперь молодой человек выглядел по-настоящему удивленным. Его брови взмыли вверх, а рот застыл в приоткрытом положении. Но когда он пришел в себя, то удивление в его глазах сменилось пожирающим ее взглядом. Теперь он выглядел так, будто она согласилась не потанцевать с ним, а позволить ему сделать что-то не совсем пристойное. Заметив это, Эмили про себя отметила, что зря он так смотрит на нее, так как еще долго будет помнить их совместный танец.

Через несколько минут было объявлено, что пары могут выстраиваться в середине зала. Как и остальные танцующие Эмили с Натаном прошли в центр и заняли свои места, а затем уставились друг на друга. Во взгляде каждого читалась целая гамма чувств: от настороженности и подозрения, до предвкушения и интереса. Оба старались понять настроение своего партнёра и сделать соответствующие выводы.

Зазвучала мелодия. Сначала дамы, а потом и их кавалеры приступили к положенным движениям. Несколько шагов и пары сошлись. Они взяли друг друга за руки и сделали один полный оборот.

– Эмили… – быстро произнес Натан, решив воспользоваться их сближением и начать пусть и короткий, но такой долгожданный разговор. Но не успел он продолжить, как в тот же миг ощутил ногу партнёрши на свое ноге. Она наступила на него?!

– Простите, я такая неловкая, – пыталась Эмили изобразить раскаяние.

Настало время разойтись и сделать несколько движений порознь. Но вот, они вновь оказались рядом.

– Эмили, я хотел… – снова начал Натан, но тут же почувствовал, как носок ее ботинка опустился на его ботинок, а потом это произошло ещё раз, но уже с другой ногой. Нет, она наступала не больно, но это не только раздражало, но и сбивало с мыслей.

Эмили виновато улыбнулась и проплыла мимо него. Когда они сошлись в третий раз, он не успел произнести ни слова, как вновь ощутил ее обувь поверх своей обуви. И так продолжалось до самого конца! Натан старался не обращать внимания на эти детские выходки. Он только не мог понять: чего она хотела этим добиться? Или таким образом мстила ему за испорченную жизнь?

Наконец, звуки мелодии стихли. Партнёры подхватил своих дам под руки и повели их к остальным гостям. Пока Натан вел Эмили, то быстро соображал, что бы такое ему придумать,

– Мисс Фейн, – обратился он к ней, когда довел ее до Глории. – Спасибо вам за танец! – а затем кивком головы отдал честь и удалился.

Эмили смотрела ему вслед и не испытывала никакой радости от своих проделок. Ей было трудно злиться на него, когда он был таким милым и обходительным. От вредного Натана почти не осталось и следа, словно перед ней находился другой человек! И как ей теперь ему вредить?

Глава 40

После танцев гостей позвали в столовую. Каждый мог поужинать и подкрепить силы. Чтобы всем хватило места, было накрыто несколько столов. Эмили вместе с сестрами уселись за третий стол. Осознавая свое положение, они решили не выпячивать себя тем, чтобы всеми путями оказаться возле хозяев вечера, и поэтому выбрали более скромное место.

Пока все рассаживались, Эмили пыталась увидеть, где же был Натан. По левую сторону от нее никто не сидел и ей очень хотелось, чтобы именно он занял это место. Но к ее разочарованию на стул опустилась пожилая дама. Повернув голову, она, наконец, отыскала его. Ну конечно, где ещё он мог сидеть, если не в обществе молодых леди! Предатель! Вот зря она пожалела его и засомневалась в правильности своего поведения. Никакого снисхождения он не заслуживал!

После ужина все были приглашены в большую гостиную, где могли разместиться на уютных диванах и креслах. Тут же можно было выпить чаю и послушать пение и игру на пианино кого-нибудь из гостей.

Держа в руке блюдце с чашкой, Эмили продолжала следить за Натаном. И хотя сейчас он был не так далеко и в компании джентльменов, но всё же продолжал держаться от нее на расстоянии. Ну уж нет, она не позволит ему о себе забыть, расслабиться и просто наслаждаться вечером! Он будет долго помнить этот прием!

Эмили дождалась, когда очередная любительница показать свои таланты в виртуозной игре и пении закончит исполнять романс. Герцог Торнтон спросил, кто ещё желает развлечь публику своими умениями. Наплевав на неловкость, Эмили во весь голос произнесла:

– Господа, простите мне мою нескромность, но среди нас находится настоящий брильянт в умении петь! Мистер Коулман, может порадуете нас исполнением песни своим чудесным баритоном?

Хотя Натан сидел к ней полу боком, но она видела, как он замер, как замолчал, как его спина напряглась, а потом он медленно повернул голову и пригвоздил ее взглядом.

– Мистер Коулман, что мы о вас узнаём?! – радостно воскликнула леди Торнтон. – А ведь мы ещё ни разу не слышали, как вы поете! Если бы вы только знали, как на наших вечерах не хватает мужского исполнения. Прошу, порадуйте нас. Всем нам будет очень интересно послушать вас и насладиться красотой вашего голоса.

Продолжая смотреть на Эмили, Натан несколько секунд просто сидел.

Эмили же наблюдала за ним с особым чувством мстительного наслаждения. Вот пусть теперь выкручивается как хочет. Тем более, что никогда раньше он не был замечен в исполнении хоть одной песни.

Вот, Натан поднялся с дивана, но вместо того, чтобы пройти к пианино, направился в сторону Эмили. Чем ближе он подходил, тем шире становились ее глаза. Что он задумал?! Оказавшись возле нее, он театрально взмахнул рукой, протянул ее ладонь и с улыбкой на губах произнес:

– Тогда, мисс Фейн, вы должны мне помочь. Мы с вами просто обязаны спеть дуэтом. Только с вашим голосом мой голос обретает настоящую силу. К тому же, вы сможете подыграть нам на рояле. Прошу вас.

Эмили смотрела то на его лицо, то на руку и никак не решалась принять приглашение.

– Ну же, – поднес он ладонь ещё ближе. – Пойдёмте.

Так как она была сама виновата, а Натан не оставил ей выбора, ей пришлось вложить свою руку в его, а затем встать.

На глазах всех гостей Натан отвёл ее к инструменту и усадил за него. Он наклонился и очень тихо спросил:

– Так что же, мисс Фейн, мы с вами будем петь? Какая песня в моем исполнении вам нравится больше всего?

Уловив издевку в его голосе, Эмили ответила ему испепеляющим взглядом, а потом взяла тетрадь с нотами и принялась листать ее.

– Кажется, я нашла то что нужно. «Зелёные рукава».

Натан быстро понял, в чем состояла хитрость ее выбора. Песня исполнялась от лица мужчины и Эмили явно рассчитывала отмолчаться.

– Я буду исполнять ее только в том случае, если и ты будешь петь со мной. Иначе я оставлю тебя здесь одну и просто уйду.

– Хо-ро-шо, – с трудом выдавив из себя всего одно слово, нехотя согласилась она, а затем поставила перед собой тетрадь и занесла пальцы над клавишами.

Вскоре из под них полилась мелодия. Проиграло вступление. Вместе с началом куплета зазвучали и два голоса:

«Увы, любимая, гонишь ты

Меня, учтивость позабыв.

Ведь я тебе любовь дарил

И счастлив лишь с тобою был».

Услышав, как хорошо поет Натан, Эмили была очень удивлена. Но ещё больше ее поразило, насколько гармонично и красиво звучали их голоса. Она сидела словно заворожённая, а по спине бежали мурашки. Петь с Натаном оказалось невероятно волнующе.

Наступила очередь припева:

«Ты радость моя была

Прелестна и светла

С сердцем из золота

Единственная Гринсливз

Мне сердце, клятвам вопреки,

Разбила. Как же был я слеп?

Теперь остался я один

И весь мир для меня превратился в склеп».

Далее последовал второй куплет:

«Любую прихоть был готов

Твою я удовлетворить.

На кон я ставил жизнь и кров,

Чтоб благосклонность заслужить».

А потом Натан отошёл от Эмили и продолжая петь, встал у рояля так, чтобы видеть ее лицо. Он смотрел на нее с такой любовью, что она быстро поняла: сейчас он не просто извлекал звуки, а пел про нее и про себя. Словами песни он рассказывал их историю. Всё, что звучало из его уст, находило немедленный отклик в ее сердце и заставляло ее сильно нервничать. Ладони тут же вспотели, а всё тело

«Сколь хочешь можешь презирать

Ты этим лишь раздуешь пыл

Мне на презрение плевать

Твой образ навек меня пленил».

С каждым новым куплетом в душе Эмили нарастало невероятное по своей силе напряжение. Она уже с трудом произносила слова. Взгляд Натана, то как он пел, слова самой песни оставляли в ее душе неизгладимый след. Он любил ее! Любил!

«Готов достать звезду с небес

Закон твои желания

Играть и петь готов тебе

И все ж ты не любишь меня»

Эмили больше не могла произнести ни слова. Рискуя быть покинутой прямо по средине песни, она замолчала. Лишь ее пальчики порхали над клавишами. Она сама не понимала, как ей вообще ещё удавалось играть. Но когда она замолчала, Натан не перестал петь. Его голос звучал громко и проникновенно.

«Я Бога об одном прошу,

Мне больше не о чем молить,

Чтоб перед тем как я умру

Любовь захотела ты повторить».

Он не сводил с нее глаз. Эмили уже казалось, что он смотрел не на ее лицо, а в ее душу. Натан изнутри опалял ее огнем страсти! Но что было ещё волнительнее, он снова при всех выражал ей свои чувства. И это было слишком очевидно! Но и Эмили не могла сдерживать себя, смотря на него с немой мольбой и любовью. Между ними всё сильнее росло напряжение, словно они оказались связаны одной нитью, и с каждым мгновением эта нить становилась всё короче и короче, неизбежно соединяя их.

«Ах, Гринсливз, милая, прощай!

Молю, чтоб Бог тебя хранил!

По-прежнему люблю тебя,

Приди же и вновь меня люби!»

Натан допел последнюю строчку. В зале повисла мертвая тишина. Все застыли, ощущая, как между молодыми людьми происходит настоящая магия. Эмили пораженно смотрела на Натана, а он молчал. Она с трудом выдерживала его взгляд, так как без труда читала в нем всё, что он сейчас испытывал. А испытывал он не только возвышенные чувства, но и злость. Вдруг, ей резко перестало хватать воздуха. Ещё чуть-чуть и она потеряет сознание.

Чтобы не упасть в обморок на глазах у всех, Эмили вскочила и бросилась к выходу. Она выбежала за дверь и, приложив руку к груди, несколько раз глубоко вздохнула. В висках стучало с такой силой, что ей пришлось сдавить их и зажмуриться. И тут до ее ушей донесся звук шагов. Кто-то стремительно направлялся к ней. И этого кого-то она могла узнать даже не смотря на него. Но Эмили все равно открыла глаза и в тоже мгновение оказалась в плену мужских рук.

Натан схватил ее и потащил к самой ближайшей двери. Он резко распахнул ее и втянул Эмили внутрь. Когда-то он уже проделывал это с ней, только тогда она оказалась лежащей на его коленях мягким местом к верху. И почему ей казалось, что сейчас его намерения были такими же недобрыми, как и в прошлый раз.

Натан резко закрыл дверь, а потом прижал к ней Эмили. Его руки продолжали удерживать ее за плечи, а его лицо оказалось в непосредственной близости от ее лица. Она слышала, как возбуждённо он дышал.

– Ну нет, моя милая Эмили, теперь ты от меня не убежишь! Я больше не позволю тебе обманывать ни себя, ни меня!

Эмили видела, как в его глазах бурлила смесь из злости, гнева и обожания.

– Натан… – сорвалось с ее губ. Она так много хотела ему сказать, но от переполнявших ее чувств все слова застряли в горле.

– Ох, Эмили, если бы ты только знала, как одинаково сильно я хочу отшлепать тебя и поцеловать!

– Тогда я выбираю поцелуй, – выдохнула она, а ее ладони легли на лацканы его фрака. – Натан, прошу, поцелуй меня.

Тут же ее руки обвили его шею и, закрыв глаза, она обмякла в его руках. Долго уговаривать его ей не пришлось. Одной рукой ухватив ее за затылок, а другой за талию, Натан прижал ее к себе и накрыл ее расслабленные губы своим горячим ртом. Целуя ее, он одновременно и наказывал ее, и мстил ей, и показывал, как сильно желал ее и ждал этого момента. Эмили с готовностью отвечала ему и принимала всё, что он делал с ней. Ей хотелось показать, что она изменилась к нему. Больше она не собиралась отвергать его.

Натан оторвался от ее губ и немного отстранившись, заглянул в ее глаза.

– Так ты любишь меня?

– Люблю, – честно призналась она.

– И станешь моей женой?

– Если только ты всё ещё этого хочешь.

Натан громко простонал и прислонился лбом к ее лбу.

– Я очень сильно этого хочу.

– Тогда я с большим удовольствием приму твое предложение.

Натан отклонился назад, усмехнулся, покачал головой и с большим чувством произнес:

– Моя непослушная, упрямая, непреклонная мисс Фейн, – а потом с безудержной страстью ворвался в ее рот жадным поцелуем.

______________________

Для справки:

Песня «Зеленые рукава» – это английская народная песня, известная с 16 века. Она была довольно популярна и даже дважды упоминалась в произведениях Шекспира. У нее есть несколько вариантов текста.

Глава 41

Возвращаясь домой, Эмили сидела не в обществе Глории и ее мужа, а в окружении уже двух сестер. Их вторым половинкам пришлось ехать в другой коляске. Глории с Дебби не терпелось узнать всё как можно скорее и из первых уст. Произошедшее на вечере стало настоящим событием! Конечно, следуя правилам приличия гости предпочли не обсуждать слишком громко и в открытую поступок мистера Коулмана и мисс Фейн, но находясь в небольших компаниях всё же перекидывались парой реплик о молодых людях. Ни у кого не осталось сомнений, что со дня на день будет объявлено о помолвке Натана Коулмана и Эмили Фейн.

И сейчас, как и все остальные, восседая напротив сестры, Глория с Дебби сгорали от нетерпения. Они смотрели на Эмили и в глазах обоих стоял один единственный вопрос: так она все таки выходит замуж за Натана?

Эмили не стала долго томить их в ожидании, и в подробностях рассказала о том, что произошло после ее бегства, а потом опустила глаза и неуверенно спросила:

– Вы же не осуждаете меня за мой выбор?

Глория с Дебби переглянулись.

– Конечно нет! Натан вполне достойный молодой человек. Если не считать того, что он натворил на твоей свадьбе, в нашем окружении он самая лучшая кандидатура на твою руку и сердце.

– И пять

– Вот Ванесса дура! – злорадно засмеялась Глория и махнула рукой. – Ей бы следовало покрепче держаться за него, а она принялась искать себе кого-нибудь побогаче. А в итоге осталась с носом!

Услышав слова сестры, Эмили сразу же напряглась.

– О чем это ты говоришь?!

– А ты разве ничего не знаешь?

Эмили покачала головой.

– Ну как же?! Хотя, чему я удивляюсь, наша деревня настолько глухая, что кроме местных новостей туда больше ничего не доходит. Весь Лондон знает, как Ванесса пользовалась благосклонностью сразу трех джентльменов. Они ухаживали за ней с далеко идущими намерениями, а она всячески поддерживала в них эту надежду. При чем ни один из них не знал о ещё двух соперниках. Потом случился неловкий казус и все они оказались на одном балу, где и выяснилось, что мисс Роли обманывала ухажёров. Но как ты помнишь, Ванесса уезжала из нашей деревни в Лондон только один раз и по одной причине. Она должна была… – Глория дала возможность старшей сестре самой сделать выводы и продолжить за нее.

– … выйти замуж за Натана, – поражено выдохнула Эмили.

– Вот именно! После возвращения в деревню Натан поспешил объявить об отмене помолвки. Но тогда он никому не рассказал о причине такого решения. Но если сопоставить все факты, то вывод напрашивается сам собой. Судя по всему, живя в Лондоне, Ванесса молчала, что собирается замуж. Можно сказать ей ещё повезло, что Натан не стал в открытую обличать ее в измене. Лишь те, кто знал об их помолвке и о случившемся в Лондоне могли всё понять.

– Но почему раньше ты и словом не обмолвилась об этом?! – смотря на сестру сердито, возмутилась Эмили.

Глория насупилась.

– Во-первых, я сама недавно узнала о скандале с Ванессой. Одна баронесса, когда поняла откуда я приехала, поведала мне эту историю, так как прекрасно помнила из каких мест была мисс Роли. А во-вторых, я не знала, что для тебя это так уж важно. Ты же сама нам говорила, что больше ничего не хочешь о нем слышать, и даже сбежала от него!

Эмили стало неловко за свою несдержанность.

– Прости, я не хотела тебя обидеть. Просто… я ведь думала о нем всё самое плохое и не хотела ему верить. Мне казалось, что он поступил коварно с Ванессой, отменив их свадьбу, и поэтому боялась, что меня может ожидать та же участь.

– А сейчас ты ему веришь? – не скрывая своего любопытства, поинтересовалась Дебби.

Прежде чем ответить, Эмили немного помедлила:

– Я лишь знаю, что очень его люблю и готова принять таким, какой он есть. Но с моей стороны было бы лукавством утверждать, что рассказ Глории не взволновал меня. И пусть это уже ничего не значит, но мне было приятно услышать, что Натан ни в чем не виноват, и, более того, повел себя благородно по отношению к Ванессе, не озвучив причину их разрыва, тем самым не желая ещё больше усугублять ее положение, хотя она это и заслужила. Когда я прямо его спросила о Ванессе, он ведь мог легко мне всё рассказать, но даже в том случае не захотел порочить ее имя. А ведь это помогло бы ему развеять все мои сомнения и… – вдруг, Эмили замолчала. Она приложила ладони к вспыхнувшим щекам, закрыла глаза и тяжело задышала. До нее только сейчас дошло, что Натан не был таким плохим, каким она его всё это время считала.

– Что с тобой?! Тебе плохо?! – испугались сестры, наблюдая за ее реакцией.

Эмили открыла глаза и с горечью произнесла:

– Как же мне стыдно! Я винила его во всех грехах! А ведь он был честен со мной! И этот поцелуй с Габриэлой… сейчас я больше чем уверена, что и тогда он говорил мне правду, а я снова не поверила ему.

Теперь настала очередь Глории с Дебби ойкнуть и залиться краской стыда.

– Эмили, прости нас! Это мы во всем виноваты! – воскликнула Глория и нервно заломила руки. – Мы же не знали, что ты любишь Натана. Пока ты была занята всей этой подготовкой к свадьбе, мы научили Габриэлу, как ей следует себя с ним вести. Это мы подговорили ее сослаться на духоту в зале и, чтобы она попросила его отвести ее на улицу, а уже там она должна была притвориться, что ей что-то попало в глаз. Как джентльмен, Натан обязан был предложить ей свою помощь и, когда бы она приняла ее, то сама бы поцеловала его. Мы все решили, что благодаря этому поцелую он не устоит перед ее красотой и заинтересуется ею. Но ведь мы тогда ничего о вас не знали! Эмили, пожалуйста, прости нас!

Вместо того, чтобы пожурить сестер, она довольно долго смотрела на них, а потом вдруг разразилась громком смехом. От удивления у Дебби с Глорией вытянулись лица. Они не понимали, как им реагировать на столь неожиданное веселье сестры.

– Бедный, бедный Натан! – сквозь смех проговорила Эмили. – Если бы он только знал, какие интриги плелись за его спиной. Сначала Ванесса, потом вы и Габриэла. Пожалуй, он заслуживает большего сочувствия, чем все мы вместе взятые.

Глава 42

Держа в руке аккуратный букет белых хризантем, в роскошном платье невесты Эмили вошла в Церковь под руку с отцом. Она сразу увидела Натана. Он стоял у алтаря и ждал ее. Когда она появилась в дверях, он повернулся к входу и не отрывая от нее глаз, с восхищением смотрел на нее. Эмили не могла сдержать улыбки. Удивительно, но сейчас она совершенно ничего не боялась: ни оступиться, ни клятвы, навечно соединяющей их, ни первой брачной ночи. Слишком сильно она любила Натана и хотела прожить с ним всю жизнь.

Медленно ступая вдоль прохода, она не видела ни лиц всех четырех сестер и их мужей, ни герцога и герцогиню Торнтон, ни Габриэлу, ни матушку и никого из гостей, лишь глаза Натана приковали ее внимание.

Кто бы мог подумать, что прошел всего месяц с момента их примирения на том самом званном вечере. Уже на следующий день Натан развел бурную деятельность и всё взял в свои руки. В сопровождении Глории он отвез Эмили к лучшей портнихе Лондона и потребовал сшить для его невесты самое дорогое и красивое платье. Эмили попыталась возразить, что не собиралась тратить на подвенечный наряд большую сумму денег, на что он ответил, что она не должна думать о

Глория полностью разделяла мнение Натана и помогая Эмили выбирать ткань, ленты и пуговицы, напрочь забыла о скромности. Если мистер Коулман хотел для невесты дорогой и роскошный наряд, твердила она, то та просто обязана удовлетворить его желание. Эмили ещё немного попыталась с ней поспорить, но вскоре и сама вошла в азарт по выбору подходящей ткани.

В тот же день, но уже вечером на небольшом приеме в доме Натана было объявлено о его помолвке с мисс Фейн. Эмили поспешила написать письмо родителям, где сообщила им, что все таки согласилась стать женой Натана. Она просила отца с матерью как можно скорее приехать в Лондон, так как тот собирался устроить свадьбу уже в начале следующего месяца. Так же письма были отправлены Беатрис и Берте.

Месяц до торжественного события для всех пролетел как один день. Слишком много дел нужно было успеть сделать. Но несмотря на всю занятость, Натан не упускал случая приехать в дом Глории, пусть даже и на пять минут, чтобы повидать Эмили. Но все их встречи проходили в обществе ее многочисленного семейства. Лишь пару раз им на удавалось остаться наедине. Не теряя ни секунды, пока кто-нибудь не спустился в гостиную, Натан подступал к Эмили, обнимал ее и страстно целовал. Но эти короткие мгновения не утоляли его желание, а наоборот, разжигали с такой силой, что заставляли испытывать любовные муки.

Находясь в Церкви, ни Эмили, ни Натану не верилось, что это всё таки случилось. Но когда отец подвёл ее к алтарю, поцеловал в лоб и удалился, когда они встали лицом к священнику и тот произнес проникновенную речь, когда оба сказали «Да» и их объявили мужем и женой, поняли, что теперь ничто не помешает им быть вместе.

Натан поцеловал Эмили в губы и быстро прошептал:

– Моя.

От одного этого слова Эмили заволновалась больше, чем от всей церемонии. Ведь эти три буквы заключали в себе так много! Натан любил ее, желал ее как женщину, хотел прожить с ней всю жизнь, мечтал иметь от нее детей, а она… она теперь принадлежала только ему!

После всех поздравлений и пожеланий долгого счастья молодожены вместе с остальными гостями отправились в дом Глории. Было решено, что именно там состоится праздничный ужин, и уже оттуда новоиспечённые мистер и миссис Коулман поедут в дом на Харли-стрит.

Эмили с Натаном сгорали от нетерпения закончить этот праздник и отправиться к себе домой. Конечно, они ничем не выдавали своего желания остаться наедине, но по тому, как нервно под скатертью дергалась нога жениха, а пальцы невесты барабанили по столу, можно было понять, что они только и ждали того, как бы сесть в коляску и уехать в свое гнёздышко.

Наконец, спустя три часа их желание сбылось. Они спешно распрощались с гостями и забрались в экипаж. Как только слуга закрыл за ними дверцу, а лошадь потянула за собой карету, больше не сдерживая себя Натан накинулся на Эмили. Его руки, подобно змеям, обвили ее стан, притянули к мужскому телу и чуть ли полностью не опрокинули на сидение. Эмили охнула, когда так неожиданно оказалась подмята под мужа.

– Натан!

– Не бойся – поспешил он успокоить ее, – я лишь собираюсь немного откусить от сладкого пирога, который ещё только ждет нас в постели. Просто расслабься и получай удовольствие.

Эмили засмеялась.

– Но я совсем не боюсь. И нисколько не против твоих планов. Даже наоборот, – ее руки обвили его шею, а пальцы забрались в непослушные волосы, – я всецело разделяю их.

Эмили сама потянулась к нему, подставляя для поцелуя приоткрытый рот. Тут же Натан накинулся на ее губы и принялся терзать их чувственными поцелуями, глубоко погружая в глубину ее рта язык и изводя ее дразнящими движениями. Его руки опустились ниже талии и проскользнув между ее бедрами и сидением ухватили за ягодицы. Натан сжал их, а потом приподнял и прижал к своим бёдрам. Эмили сразу почувствовала твердость его желания, но это совсем не испугало ее. Она и сама всё сильнее распалялась огнем вожделения.

Насладившись жаром губ, Натан принялся осыпать поцелуями ее лицо и шею. Он опустился ниже и коснулся горячим ртом нежной кожи груди. Хотя почти вся она была скрыта под тканью платья, он накрыл ее ладонью и принялся целовать открытую часть полушарий. Эмили негромко застонала и невольно изогнулась, подставляя ему свое тело для дальнейших ласк.

– Что же, моя дорогая жена, ты делаешь со мной? – с трудом вымолвил Натан и вернулся к ее губам. – Ещё чуть-чуть и я не смогу остановиться.

– Не останавливайся, – выдохнула она. – Если ты этого хочешь, я не против.

Но к ее удивлению Натан вдруг резко отстранился и даже встряхнул головой.

– Нет, Эмили, я не хочу, чтобы наш первый раз произошел здесь, в спешке и на ходу. Ты заслуживаешь самого лучшего! Это все моя несдержанность. Я так долго не мог прикоснуться к тебе, что сейчас не удержался и позволил себе лишнего. Но совсем скоро, если это чертова карета не поспешит, мы окажемся в нашей супружеской постели и уже там продолжим начатое.

Эмили приподнялась и села, поправляя вырез платья и прическу, и стараясь вернуть себе приличный вид. Слова Натана нисколько не обидели ее. Она всё поняла, и его отношение к ней до глубины души тронуло ее. Она коснулась его щеки и нежно провела по ней.

– Я знала, что не ошиблась в своем выборе. Только с тобой я могу быть по-настоящему счастлива.

Натан накрыл ее кисть рукою, потом поднес к губам и поцеловал в центр ладошки.

– Моя Эмили, – с чувством произнес он и ещё раз чмокнул в то же самое место, а затем, как бы между прочим, заметил. – А ты не хотела мне верить. Я же сразу сказал, что мы созданы друг для друга.

Эмили вылупила на него глаза.

– Это что, упрек?

Натан хитро улыбнулся, откинулся на спинку сидения, притянул ее к себе и нежно поцеловал в щеку.

– Нет, дорогая, это констатация факта. Но я очень рад, что в итоге ты всё поняла и приняла правильное решение.

Эмили немного раздражал его самоуверенный тон. Она уже совсем забыла, что вышла замуж за Натана. Натана!

– А вот я тоже несказанно рада, что ты все таки прозрел и осознал, какое сокровище находилось рядом с

Эмили почувствовала как Натан напрягся. Но уже через мгновение его пальцы коснулись ее подбородка. Он приподнял его так, чтобы ее лицо оказалось в непосредственной близости от его лица, а его губы почти касались ее губ.

– Вот в чем я совершенно точно уверен, дорогая моя Эмили, что скучно нам с тобой никогда не будет, – и издав смешок, поцеловал ее.

Эмили хмыкнула, но при этом с большой готовностью ответила на поцелуй. А потом с такой же готовностью, оказавшись с ним в постели, отзывалась на все его прикосновения к самым чувственным местам, когда лежала под ним полностью обнаженной, кусая губы и издавая стоны от удовольствия. Боли, о которой по секрету предупредили ее все сестры и даже мать, почти не было. Натан довел ее до такого состояния, что она испытала неведомое до той поры наслаждение. Эйфорию. Блаженство. И в ту минуту она все таки должна была признать: Натан оказался прав – они созданы друг для друга!

*

Спустя три месяца было принято решение вернуться в деревню. Стоило уже предстать перед соседями в качестве четы Коулман. Эмили нервничала, когда ехала в родные края. Она боялась, что их не примет местное общество. Но после первого приема у родителей все её опасения развеялись. Никто не отказался принять приглашение в дом семьи Фейн и с радостью приветствовали мистера и миссис Коулман, не забывая пожелать им счастья. Но помимо соседей Эмили думала о Джоне. Ведь она была перед ним очень виновата и должна была попытаться загладить свою вину.

На третий день пребывания в деревне Эмили отправилась в Приход. Натан предложил отвезти ее на коляске, но она отказалась, сказав, что ей нужно подготовиться ко встречи с Джоном, а для этого необходимо пройтись одной и немного подумать. Натан не стал возражать и понимающе кивнул головой.

Взяв со стола обернутый бумагой и обвязанный белой лентой подарок, Эмили отправилась по тропинке прямиком к Церкви. Она надеялась, что Джон был там и, что увидев ее, не откажется выслушать сбежавшую невесту.

Весь путь от дома и до Прихода ее щеки пылали от стыда. Как же ей было неловко от того, что она натворила. Эмили много раз повторяла про себя, что скажет ему, когда они встретятся. Она ступила во двор Церкви и направилась к дверям, которые были открыты. Перед тем как войти внутрь, остановилась, сделала глубокий вдох, переложила подарок из одной руки в другую и решительно подняла голову. Всё! Обратного пути больше нет! Она должна исправить то, что сама натворила!

Эмили вошла в здание и сразу же огляделась. Внутри царила не только прохлада, но и тишина. Она позвала Джона, но никто так и не отозвался. Судя по всему, его здесь не было. И тут она вспомнила про библиотеку. Быстро покинув Церковь, обогнула здание и направилась к хорошо знакомому строению. Двери библиотеки тоже оказались открыты. Она подошла к входу и заглянула внутрь. Ну конечно, Джон был именно там! Эмили уже сделала к нему шаг, как боковым зрением справа от себя заметила какое-то движение. Повернув голову, увидела старшую из сестер Дэвис. Та стояла у стеллажа и смотрела то на бумагу в руках, то на книги.

Эмили растеряно остановилась, не ожидая тут встретить кого-то ещё.

– Мисс Фейн, ох, простите, миссис Коулман, – услышала голос Джона.

Она повернулась к нему и в знак приветствия присела.

– Мистер Гриффин, простите, что отвлекаю вас… – Эмили снова взглянула на стоявшую в стороне девушку, которая к тому времени уже тоже смотрела на нее. – Мисс Дэвис, рада видеть вас! – произнесла она, желая соблюсти правила приличия.

Та ответила ей тем же.

– Мистер Гриффин, могу я поговорить с вами? – нервно теребя подарок, с неуверенными нотками в голосе спросила Эмили.

Джон смотрел на нее вполне доброжелательно, и услышав ее просьбу, показал рукой на выход.

– Пойдёмте, мисс Фейн.

Она вышла на улицу и отойдя подальше от библиотеки, остановилась возле большого дуба. Эмили слышала, как Джон следовал за ней. Она собиралась с силами, чтобы приступить к самому тяжёлому для нее разговору. Наконец, она обернулась и взглянула на молодого человека.

– Мистер Гриффин, Джон, я хотела попросить у тебя прощение за свой поступок. Я очень, очень виновата перед тобой. Мне так стыдно, что из-за меня тебе пришлось оказаться в неловкой ситуации. Я даже представить себе не могу, что ты чувствовал в тот момент. Но я не знала, что всё так получится. Нет, не подумай, я нисколько не оправдываю себя и полностью сознаю свою вину. Но, если можешь, пожалуйста, прости меня.

Эмили замолчала, напряжённо всматриваясь в его лицо. Джон не выглядел обиженным или оскорбленным. Его взгляд выражал теплоту и смирение.

– Миссис Коулман, я ни в чем вас не виню. И хочу заверить, что давно простил вас и совсем не держу зла. Судя по тому, что теперь вы носите имя Натана Коулмана, между вами были искренние чувства, а кто я такой, чтобы разделять влюбленных? От всего сердца хочу пожелать вам долгой и счастливой жизни! Не казните себя за прошлое, ведь у вас всё ещё впереди! А со мной и так всё хорошо.

Эмили не смогла сдержать слез и по ее щекам скатились две огромные слезинки.

– Мистер Гриффин, я очень благодарна вам за ваши слова, хотя и знаю, что не заслуживаю вашего снисхождения. Но мне было так важно услышать, что вы меня простили! Вот, – она протянула ему свёрток, – пожалуйста, примите от меня этот подарок в качестве моей вам признательности.

Джон взял подарок, развязал ленточку и разорвал бумагу. В его руке оказалась массивная книга.

– О Боже, это же Библия Короля Якова! – воскликнул он. – Но откуда она у вас?! Это же очень редкое издание!

– Я уверена, что ваша библиотека заслуживает такого экземпляра, – заверила его Эмили. – И поверьте, это самая малость, что бы я могла для вас сделать.

Джон открыл книгу, перевернул несколько страниц и с восхищением рассмотрел то, как она была исполнена внутри.

– Это великолепно! – восхитился он, а потом посмотрел на Эмили. – Миссис Коулман, могу я попросить вас вернуться со мной в библиотеку?

Не раздумывая ни секунды Эмили тут же согласилась. Они снова вошли в небольшое помещение. Джон подошёл к мисс Дэвис и что-то шепнув ей на ухо, взял ее за локоть.

– Миссис Коулман, вы будете первой, кто узнает эту новость. Мы с мисс Дэвис обручились. В следующее воскресенье на службе я всем объявлю об

Эмили не могла сдержать счастливой улыбки. В чувствах он сомкнула перед собой руки и прижала их к груди.

– Мистер Гриффин, мисс Дэвис, примите мои самые искренние поздравления! Вы будете замечательной парой!

Молодые люди заулыбались, а на щеках мисс Дэвис появился яркий румянец. Ещё раз выразив им свою радость, с лёгким сердцем Эмили покинула библиотеку.

Наконец, тяжёлый груз упал с ее души и теперь она могла вздохнуть полной грудью. Широко улыбаясь и размахивая руками, Эмили ступила на двор Церкви, как тут же ее взгляд остановился на одиноком всаднике.

Она без труда признала в нем своего мужа. Натан был как никогда серьезен и не сводил с нее глаз, пока она не оказалась возле него.

– Что ты тут делаешь? – подняв голову и смотря на него снизу-вверх, поинтересовалась Эмили.

– Приехал заменить Джона и побыть немного преподобным. Если ты всё ещё мучаешься от чувства вины, я готов внимательно тебя выслушать и оказать моральную поддержку.

Эмили не смогла удержаться и рассмеялась в полный голос.

– Тогда я избавляю тебя от этой трудной миссии. Можешь продолжать быть собой.

Натан спрыгнул с коня и уставился в счастливое лицо жены.

– Я так полагаю, Джон всё таки успокоил тебя и ты больше ни о чем не переживаешь.

– Джон – очень хороший человек, и Господь преподнёс ему гораздо более ценный подарок, чем это сделала я.

Натан вопросительно приподнял брови. В глазах Эмили появились озорные огоньки.

– Он собирается жениться на старшей мисс Дэвис, – шепотом проговорила она, – но пока это секрет, – и приложила палец к губам.

– Я всё понял, – заговорщицки подмигнул ей Натан, а потом сделал шаг и ухватив ее за талию, усадил на коня. – Я же говорил, что всё образуется.

– Ох уж это твое: «я же говорил»! – усмехнулась Эмили.

Натан взобрался на животное и сел позади любимой. В одну руку он взял поводья, а другую разместил у нее на талии и прижав к себе, слегка ударил пятками по лошади.

Пока они ехали, Эмили в подробностях рассказала ему о встрече с Джоном. Сначала Натан внимательно слушал ее, а потом его губы коснулись мочки ее уха. Он погрузил ее в горячий рот и пососал. Эмили дернула плечом и наклонила голову, чтобы прервать ласку. Но это не остановило Натана. Он переключился на изгиб шеи и принялся впиваться в кожу чувственными поцелуями.

– Перестань, – уже извивалась в его руках Эмили.

– Ты же сама сказала, что я могу продолжать быть собой.

– Но нас могут увидеть! А то, что ты делаешь, это неприлично!

– Да? Тогда я просто обязан показать тебе одно укромное место, которое ты когда-то не пожелала увидеть. Тем более, что оно находится гораздо ближе чем наш дом и скрыто от людских глаз. Скажи, ты уже хочешь меня? – поинтересовался он хриплым голосом.

– Ты неисправим!

– Но тебе же это нравится, – и снова припал к ее коже, заставляя Эмили возбужденно задышать и наклонить голову так, чтобы он мог беспрепятственно целовать ее ключицу.

– Бесспорно… – выдохнула она, и тут же издала приглушённый стон, когда его рука накрыла ее грудь.