Записки не сумасшедшего изобретателя

Пролог

Записки не сумасшедшего изобретателя

Холод. Ночь. Бездна.

Говорят, боязнь высоты исчезает где-то после седьмого этажа. Почему? Не знаю. Как не знаю, почему стою на самом краю крыши и смотрю вниз.

Я уже не управляю собой. Вздыхаю, улыбаюсь и что-то бормочу — так тихо, что сам не могу разобрать слов. Потом отступаю, ещё раз глубоко вдыхаю, разбегаюсь и прыгаю.

Холодный ветер бьёт в лицо. Я падаю всё быстрее, но мне не страшно.

Половина высоты позади.

Тьма.

Робокафе

Надеюсь, гильотину изобрели специально для создателя будильника — в подарок от благодарных поклонников.

Я вскочил с кровати, пошатнулся и тут же рухнул обратно. Ещё через минуту нечеловеческим усилием заставил себя сесть. Перед глазами плавали туман и разноцветные огоньки. Что-то мешало окончательно проснуться…

Ах да. Будильник.

Я нащупал телефон и выключил сигнал. Теперь можно было спокойно прийти в себя и наконец позавтракать.

На кухне меня уже ждали кофе с мороженым и типичный американский завтрак — яичница с беконом. Кофемашина и автоматическая печь сработали безупречно. Казалось бы, простая задача — и собрать для неё небольшого робота совсем нетрудно. Зато какой заряд энергии на весь день!

Итак: новый день, новые горизонты. Каждый день жизни — ещё один шанс перевернуть мир с ног на голову, потрясти его на пару лет вперёд и сделать людей хоть чуточку счастливее.

Правда, у этого желания было одно «но». Очень большое «НО».

Чтобы помогать миру, нужны деньги. А чтобы заработать деньги, сначала приходится поработать на этот мир.

— Мне большую колу, большую картошку фри и чизбургер, пожалуйста, — сказал молодой парень и опёрся рукой на высокий прилавок.

— Вам здесь или с собой? — донеслось из-за кассы.

Парень убрал руку с прилавка и выпрямился.

— Здесь, — подтвердил он.

Кассир исчез за перегородкой и через минуту вернулся с подносом.

— Ваш заказ. Приятного аппетита.

Парень подхватил поднос и направился к одному из одинаковых жёлто-белых столиков.

— Здравствуйте. Что будете заказывать?

— Мне большую колу, большую картошку фри и чизбургер, пожалуйста…

Каждый день. Каждый день я слышу эту фразу на работе! Теперь, возвращаясь домой, так и хочется подойти к холодильнику и заказать большую колу, большую картошку и чизбургер.

Да, я работаю в кафе быстрого питания. Да, мы продаём американские бутерброды, холестериновую картошку и колу, которой удобно отмывать синтетическую смазку с деталей. Нет, я не кассир и не уборщик. Но и не администратор, и не владелец.

Я — само заведение. Точнее, его отец.

Быстрое обслуживание, горячая еда и чистые полы — мои заслуги. Владелица кафе, моя старая подруга, взяла меня на работу в трудный период, поставила на ноги, обеспечила крышей, пищей и возможностью заниматься любимым делом. Официально я менеджер по инновациям. На деле — создатель полуавтоматического кафе, где еда начинает готовиться в момент заказа, каждый час из укрытий выезжают роботы-уборщики, а четыре сотрудника обслуживают в десять раз больше посетителей, чем обычное заведение.

— Артём, завтра у Ромки и Надьки свадьба, поэтому на кассе придётся поработать тебе.

Голос моей старой подруги Анастасии Николаевны был добрым. Но отказаться выйти в единственный выходной я всё равно не мог.

— Хочу заметить, босс, на прошлой неделе я тоже стоял на кассе.

— Не беспокойся, Тём. Сделаем тебе выходной в среду. Ты ведь хотел сходить на фестиваль электронной музыки? Фестиваль популярный, билеты достать ну совершенно невозможно…

На мой стол упали две яркие бумажки.

Настя улыбнулась.

— Тем более в среду у меня тоже выходной. Я совсем не против развлечься со старым другом, как когда-то.

Отношения у нас всегда были простые, дружеские. Даже когда Настя намекала на служебный роман, я знал: она просто шутит. Наверное. Мужа и детей у неё, во всяком случае, не было.

— Не могу вспомнить, когда мы в последний раз ходили куда-нибудь вдвоём.

— Отлично, Артём! Я знала, что ты согласишься!

Она улыбнулась и быстро ушла, так и не ответив на вопрос. Кто говорит, что женщины — слабый пол? Эти люди просто не знают женщин по-настоящему.

Все собранные мной устройства работали. Давление моющей жидкости в роботах-уборщиках было в норме. Картошка прожарилась, кола не поменяла цвет, гамбургеры всё ещё напоминали гамбургеры. Начальница меня увидела, за своим столом я посидел, посетители довольно чавкали, набивая животы и обсуждая политику.

Всё это могло означать только одно: рабочий день закончился.

Перед тем как ехать домой, мне оставалось уладить небольшое дело. Я прошёл сотню метров от «Робокафе» и свернул в первую подворотню. Узкий проход между высокими домами упирался в глухую стену. Добравшись до неё, я повернул налево, к коричневой двери под вывеской «Бар „Старый Киборг“».

Киборгов здесь не водилось. Во время очередной модернизации кафе нам понадобилось куда-то деть накопившийся робохлам, и самым дешёвым решением оказалось свалить железо в подворотне. Слух о бесплатных деталях привлёк радиолюбителей и роботостроителей. Самый предприимчивый из них выкупил дешёвую квартиру на первом этаже и открыл тематический бар. Среди его посетителей быстро появились люди, способные достать редкие компоненты. К одному из них я и направлялся.

Внутри оказалось просторно. Медные трубы, поршни и прибитые к стенам компьютерные платы изображали стимпанк. Я сел у стойки, изучил короткое меню и заказал первый попавшийся коктейль.

Молодой бармен в строгом костюме ехидно улыбнулся и принялся колдовать над гранёным стаканом. Через пару минут передо мной стояла двухслойная жидкость: тёмно-коричневая внизу и прозрачная сверху. Я потянулся к стакану, но бармен остановил меня и бросил внутрь горящую спичку. Напиток вспыхнул, забурлил и несколько секунд горел с шипением.

Бармен щёлкнул пальцами:

— Ваш «Кофе Напалм» готов!

В стакане я без труда распознал дешёвый кофе «три в одном», но представление определённо стоило заказа.

— Интересный выбор. Надо будет тоже попробовать.

Рядом устроился неприметный мужчина в типичной летней одежде и с тщательно прилизанными волосами.

— Вам как обычно? — спросил бармен.

— Да, спасибо, — ответил мужчина и повернулся ко мне. — Сколько лет сюда хожу и постоянно заказываю одно и то же. Пора что-нибудь менять в жизни. Начну с малого — выберу другой напиток. Но с завтрашнего дня.

Я улыбнулся и молча кивнул.

— Ладно, приступим к делу. То, что вы просили, лежит в машине. Я припарковался рядом с «Робокафе»,

Мы молча допили содержимое своих стаканов и вышли на улицу.

— Хочу вас предупредить: мой поставщик поднял историю ваших заказов на протяжении трех последних месяцев и очень заинтересовался результатами вашей работы. По его словам, вы либо собираете машину для путешествия к центру земли, либо затеваете что-то очень полезное и одновременно очень опасное. Если вы захотите продать свою разработку, то знайте — у вас уже есть весьма влиятельные и богатые покупатели.

— Не уверен, что вашему начальнику понравится результат, — улыбнулся я. — Это небольшой эксперимент, больше похожий на мечту восьмилетнего ребёнка, чем на полезное изобретение. Я никак не могу смириться с тем, что детская мечта невыполнима. Вот исполню её — и душа успокоится.

Мы дошли до небольшого грузовичка.

— Смотрите. Один пневмонасос, трубка высокого давления, четыре средних и четыре малых пневматических двигателя. Всё работает, я проверял перед погрузкой. Гарантия год, неисправные детали меняем сразу: ремонту они не подлежат. Помочь с погрузкой?

— Не сомневаюсь в качестве. Сейчас пригоню машину, она за углом.

Прямо за робо-кафе я сделал персональный подземный гараж для всех сотрудников. И машины в безопасности, и искать место для парковки не надо. Я приложил электронный ключ в специальное место и небольшой бокс с моей машиной медленно вылез из земли.

Машина у меня новая, небольшая и отлично подходящая для работы. Конечно, без модификаций не обошлось: двигатель не требовал прогрева, колёса нельзя было просто так снять, а бортовой компьютер исполнял почти любую прихоть.

Я повернул ключ. Экран на приборной панели приветствовал меня весёлой рожицей и выдал массу приятной, но бесполезной информации. Стоило положить руки на руль, как двигатель завёлся: компьютер считал отпечатки пальцев и признал хозяина. Если бы проверка не прошла, через пять минут система безопасности окатила бы водителя слезоточивым газом.

Просто и эффективно.

Я остановился рядом с грузовичком, открыл заднюю дверь своей машины, и достал насос из грузовичка.

— Давайте помогу — предложил продавец, тут же подхватил два пневматических двигателя и перенёс их на заднее сиденье моей машины.

Когда все мои заказы лежали у меня в машине, а продавец получил свои деньги, мы пожали друг другу руки, и с улыбками распрощались. Я вырулил на дорогу и не спеша поехал в сторону дома, наслаждаясь приятной музыкой и комфортом, и обдумывая свои планы. Не успел проехать и четверть пути, как застрял в пробке.

Погоня

Типичная пробка в типичном большом городе. Типичный светофор показывает типичный красный, а типичные попрошайки просачиваются между машинами и стучат в окна.

— Дяденька, подайте на хлебушек, — раздался грубый мужской голос.

Вплотную к машине стоял высокий мужчина в военной форме с пёстрыми нашивками. В руке он держал чёрный пистолет и смотрел на меня с ухмылкой.

— Гражданин Лысенко, заглушите двигатель и медленно выйдите из машины, держа руки за головой.

Я не спеша потянулся к замку зажигания и нажал спрятанную под ним кнопку.

Машину подбросило в воздух. Меня вжало в сиденье.

Ещё месяц назад я собирался демонтировать «прыгунок» и пустить детали на другие нужды. Согласитесь, большая железяка, способная катапультировать автомобиль на пару десятков метров вверх, спокойствия не прибавляет.

Подъём закончился. Мы с машиной начали стремительно падать.

В последний раз я испытывал «прыгунок» на личном полигоне и приземлялся на специальный батут. Теперь же мне предстояло превратиться в лепёшку из высокотехнологичного металла и мяса, размазанную по асфальту.

Кажется, это конец…

Раздался пронзительный писк, меня сильно тряхнуло, удар, головокружительный кувырок, и тишина.

Очнулся я в машине посреди большого парка — прямо на каменной дорожке. На приборной панели мигали две надписи:

1. Тормозной парашют активирован.

2. Трюковой режим активирован.

Тормозной парашют прятался за задним бампером и не раз пригодился мне на любительских дрэг-гонках. Трюковой режим представлял собой набор выдвижных деталей, способных менять форму кузова.

Заботясь о безопасности, я научил компьютер вытаскивать машину — и, желательно, меня вместе с ней — из опасных ситуаций. Рассчитав траекторию, он выпустил парашют, замедлил падение и изменил кузов так, чтобы автомобиль пережил кувырок через капот.

Кажется, моё изобретение впервые спасло создателя. Заодно подтвердилось старое правило: даже самый нелепый механизм однажды может оказаться полезным. И столь же опасным.

Вдалеке завыла сирена. Единственным местом, где я мог рассчитывать на помощь, оставалась собственная квартира. Разумеется, военные первым делом устроят засаду именно там. Но дома хотя бы стояли мои охранные системы, а значит, сохранялся небольшой шанс.

Я вдавил педаль газа. Компьютер пискнул и перевёл двигатель в турборежим. Под вой покрышек машина рванула к выезду из парка.

На дороге за мной увязались полицейские автомобили. Трасса была свободна, мощности под капотом хватало, и оторваться не составляло труда. Но у военных нашёлся запасной план: с боковых улиц выскочили две незнакомые спортивные машины с мигалками.

Теперь одной мощностью было не отделаться. Оставался шанс затеряться в узких улочках спального района.

Я качнул руль влево, затем вправо. Компьютер пискнул, включая режим повышенной манёвренности. Машина нырнула в узкий проезд, но преследователи не отстали.

Дома проносились по сторонам размытыми пятнами. Поворот. Ещё один. Дорога стала извилистой и пошла вдоль высокого обрыва. Компьютер анализировал мои движения, менял высоту подвески, давление в шинах и скорость вращения каждого колеса. Преследователи постепенно отставали, но продолжали держаться за мной.

На очередном повороте моя машина прошла по самому краю и удержалась. Обе спортивные машины повторить манёвр не смогли и весело отправились вниз по склону.

— Не расслабляться! До дома ещё надо добраться, — напомнил я себе.

Компьютер уже проложил оптимальный маршрут. Через две минуты я въехал в поднявшийся из-под земли гараж, который тут же спрятал нас обратно.

Я выгрузил свои покупки на специальную платформу и встал рядом с ней, нажал на кнопку, и специальный лифт тихонько жужжа повез меня в мою квартиру.

В квартире стоял резкий запах, от которого резало глаза и горло. Я распахнул окно и заглянул в коридор. У входа мирно храпела куча людей в чёрных комбинезонах и касках. Охранная система выпустила небольшую порцию сонного газа. Им ещё повезло: могла выбрать перцовый.

Металлическую входную дверь намертво заблокировал автоматический замок. Я перенёс детали в маленькую комнату.

«Чёрная комната» — моя гордость, слабость и глупость. Здесь, в собственном «чёрном ящике», я запирал изобретения, которые не прижились в обычной жизни. Одни ждали своего часа, другие были обречены лежать вечно.

В шкафу висел единственный обитатель комнаты:

Пока двигатели не работали, ткань висела мешком. Я затянул ремни на ногах, поясе, груди и руках. Двигаться, преодолевая сопротивление механизмов, было тяжело, но возможно.

В последнее время я старался снабжать изобретения системой распознавания жестов. В «Робокафе» она следила, на что смотрит посетитель в меню, и заранее запускала приготовление заказа. Машина наблюдала за моим поведением и меняла настройки в зависимости от желаний и настроения. Домашний компьютер подбирал музыку и запахи, готовил, стирал и убирал.

Экзоскелет тоже умел распознавать жесты. Я перебрал пальцами в воздухе. За спиной засвистел насос, экран на левой руке ожил и заполнился диагностическими сообщениями. Через полминуты костюм заговорил:

— Перед использованием боевого экзоскелета рекомендуется пройти процедуру настройки. Начать процедуру настройки сейчас?

Я кивнул.

— В режиме настройки вам будет предложено выполнить несколько физических упражнений. Вы уверены?

Я снова кивнул.

— Процедура настройки начата. Пожалуйста, присядьте.

Я начал опускаться, но костюм резко согнул ноги и приложил меня пятой точкой об пол.

— Корректировка силы нижних конечностей проведена. Пожалуйста, встаньте и поднимите руки.

Ругаясь, я поднялся. На этот раз костюм не попытался запустить мои руки в космос — наоборот, пришлось приложить усилие, чтобы вытянуть их над головой.

— Корректировка силы верхних конечностей проведена. Пожалуйста, подпрыгните.

Какой же я дурак. Настраивать костюм надо на полигоне, под присмотром врачей и спасателей, а не в одиночку, в кладовке с низким потолком.

Я осторожно подпрыгнул.

Как ни странно, двигаться оказалось легко. Тяжести костюма я почти не чувствовал, и меня даже не размазало по потолку.

— Корректировка особенностей движения проведена. Боевой экзоскелет готов к использованию.

Конечно, я знал все этапы настройки и почти наизусть помнил фразы системы.

Улыбаясь, я вышел из кладовки и направился на кухню.

Хлопок.

Входная дверь отлетела в сторону. Ругающиеся солдаты принялись вытаскивать спящих товарищей на лестничную площадку. Один заметил меня, крикнул что-то остальным — и в коридор ввалилось ещё несколько человек с автоматами.

Пронзительно запищала охранная система. Первому солдату в лицо ударила мощная струя перечного газа. Бойцы кашляли, тёрли глаза и, громко матерясь, царапали стены в поисках опоры. Тот, кому досталось больше всех, рухнул на пол. Он рыдал и катался в луже собственной слюны и мочи, совершенно потеряв контроль над телом.

Несколько минут назад я считал такую защиту простой и эффективной. Теперь она выглядела совсем иначе.

Вскоре по телам товарищей пробежали двое солдат в противогазах и навели на меня автоматы. Я отступил на кухню. Они бросились следом.

Первый появился из-за угла. Я схватил табурет и метнул в него — обычным движением, не успев учесть силу экзоскелета.

Табурет полетел не как предмет мебели, а как снаряд. Ножки пробили тело солдата. Его отбросило назад; по пути он сбил товарища, и оба впечатались в стену.

Плохо. Совсем плохо.

Я хотел остановить нападавших, а не убить их. Но экзоскелету было всё равно, что именно я держал в руке и чего пытался добиться.

Я подошёл ближе. Молодой солдат со сползшим противогазом сидел на теле товарища и истекал кровью. Голова второго была неестественно запрокинута — похоже, он умер сразу.

Увидев меня, раненый расширил глаза. Его губы задрожали в попытке что-то сказать, но звука не получилось. Он уронил голову на плечо и медленно закрыл глаза.

Только сейчас до меня по-настоящему дошло: мало создать машину, способную во много раз увеличить силу. Нужно ещё каждую секунду помнить, что теперь даже табурет в твоей руке может стать оружием.

Что-то ударилось о стену за моей спиной. Я шарахнулся на кухню и успел спрятаться за холодильником.

Взрыв.

Холодильник с грохотом рухнул на меня.

Нет. Мой костюм против гранаты — как собака против атомной бомбы. Требовался путь к отступлению. Срочно.

В коридоре затопали. Я отошёл к стене, выставил руку и разбежался к окну.

Треск. Звон стекла. Полёт.

Из окна шестого этажа я влетел в окно пятого этажа соседнего дома. Снова треск и стекло — а затем мягкое приземление на груду игрушек.

Уютная комната с разрисованными стенами. Детская. Жаль портить такую обстановку, но сейчас важнее было сохранить собственную шкуру.

Я дошел до входной двери, и ударил кулаком точно по замку. От удара дешёвый китайский замок рассыпался в труху, и дверь легко открылась. Я вышел на лестничную площадку, и нажал на кнопку вызова лифта. Весьма неожиданный шаг? Я поднялся на этаж выше, дождался звука открывающихся дверей, раздвинул створки защитной двери, и спрыгнул в шахту на кабину лифта.

— Вы вообще понимаете, какую опасность представляет Артём Лысенко? Вас лично сводить в его квартиру и показать тела наших товарищей? Да, это один человек, но он в костюме! Что? Какой ещё Железный человек? Повторяю: нам нужен тактический вертолёт. Что значит «нельзя в центре города»? У нас нет выбора!

Голоса солдат эхом разносились по лифтовой шахте. Я упёрся руками и ногами в направляющие рельсы и неуклюже пополз вверх.

Обычный человек так не смог бы: слишком много силы требовалось даже для одного движения. Теоретически долгие годы в спортзале могли дать похожую мускулатуру. Практически её вес не позволил бы подняться даже на этаж.

На последнем этаже было пусто, солдаты засели этажами ниже, поэтому единственный путь для меня — на крышу. Я аккуратно забрался по перекладинам, несколько раз согнул дешёвый китайский замок, пока он не сломался, и выпрыгнул на крышу. Я стоял глядя на закат и ловил последние тёплые лучи солнца.

Только сейчас я осознал всю сложность положения. У меня больше не было дома и работы. Теперь я — международный террорист, которого любой уважающий себя патриот обязан выследить и уничтожить. Ради моей поимки власти пойдут на всё: на мне была самая опасная и технологичная одежда в мире.

Хуже того, военные наверняка уже взялись за знакомых. Настя, скорее всего, сидела в камере и проклинала меня. Её попытаются обвинить в содействии террористу. Роман и Надежда завтра не поженятся. А я навсегда останусь высокотехнологичным бродягой.

Что-то со звоном ударило в грудь, высекло искры и отбросило меня за вентиляционную шахту. Несколько секунд я не мог вдохнуть. Когда дыхание вернулось, я посмотрел на бронепластину: в глубокой вмятине застрял смятый медный сердечник.

Снайпер сидел на крыше противоположного

— Попал, — признал я. — И чем ты теперь мне поможешь? Чего молчишь, скелет?

Я сидел и пытался придумать хоть какой-то план. Мне ужасно хотелось есть, пить и спать, а голова отказывалась думать. Через минуту воздух пронзил рокот пропеллера.

Огромный чёрный вертолёт перелетел через соседний дом и завис прямо надо мной.

— Артём Лысенко. Этот вертолёт оснащён шестью разрывными ракетами с автоматическим наведением и двумя крупнокалиберными пулемётами. У вас ещё есть шанс остаться в живых. Для этого просто…

Я медленно присел и резко выпрямился. Насос свистнул, воздух ударил в пневморессоры, и я полетел прямо к вертолёту.

Металлические накладки на кулаках превратили лобовое стекло в крошку. Следующий удар пришёлся пилоту в голову. Он обмяк и навалился на рычаг. Машина накренилась, а винт зацепил стоявших на крыше военных.

Я оттолкнул пилота на соседнее сиденье и выровнял вертолёт. На крыше остались кровь, неподвижные тела и люди, которым уже вряд ли можно было помочь.

Смотреть на это я не мог. Развернув машину, я полетел к «Робокафе».

Подлетев к нужному кварталу, я выпрыгнул на крышу ближайшего здания. Рессоры погасили удар; я перекувырнулся и поднялся на ноги. Оставшийся без управления вертолёт быстро удалялся.

Несколько секунд я смотрел ему вслед, а потом спустился по обломку пожарной лестницы в знакомую подворотню.

Гранд Электрик

В «Старом Киборге» было пусто. Только интеллигентный бармен стоял за стойкой и поглядывал в маленький телевизор.

— Самый крепкий коктейль, пожалуйста. Если есть чистый медицинский спирт — давайте спирт.

Бармен с опаской глянул на меня.

— Интересно ты сегодня выглядишь! Небось с какой-то вечеринки сбежал? Иль заправиться решил? Моторчик у Карлсона был на варенье, а не на чистом спирте!

— Тогда мне восемь пирогов, одну свечку и чистого спирта! — усмехнулся я. — Но можно без пирогов.

— Чистый спирт и одна свечка! Заказ принят! — продекламировал бармен и принялся что-то смешивать.

— Много же ты дел натворил… Вытащить тебя будет непросто, но если ты постараешься, то уже через несколько месяцев будешь снова жить своей обычной жизнью.

Знакомый продавец деталей — на этот раз в чёрном костюме — сел рядом.

— У нас с поставщиком есть предложение, от которого вы не сможете отказаться. Можно сказать, вы его уже приняли. Для вас это настоящий аттракцион невиданной щедрости. Подробности лучше обсудить в более укромном месте — например, в машине по дороге к поставщику.

Терять мне было нечего. Любое предложение казалось шансом на спасение.

Я кивнул, попросил перелить коктейль в бумажный стаканчик с крышкой и спрятал его в помятый контейнер на груди. У самого выхода бармен догнал меня и взял за плечо.

— Вы ещё не забрали весь ваш заказ.

Бармен вручил мне небольшую праздничную свечку, какую обычно втыкают в торт, чтобы детки задули её, загадав желание, спичку, и кусочек вырезанной полоски из спичечного коробка.

— Приятного аппетита. Приходите ещё, — ехидно сказал бармен и довольный вернулся к стойке.

Продавец рассмеялся, но ничего не сказал, и мы молча дошли до черного внедорожника, припаркованного у обочины.

На улице уже стемнело. Мы ехали по ночному городу по широкой трассе, освещаемой яркими уличными фонарями.

— Мой поставщик — человек влиятельный и в этом городе, и за его пределами. Наша фирма снабжает армию большей частью оборудования, поэтому мы постоянно прослушиваем военные частоты. Вертолёт, который вы угнали, был оснащён нашей системой GPS. Так я и догадался, что вы направляетесь в любимый бар.

Я молчал, мне нечего было сказать.

— Как вы понимаете, ваш костюм — отличное изобретение, которое можно использовать в различных целях. У моего поставщика есть некоторые интересные поручения для вас. Вы выполняете их, мы стараемся вытащить вас из сложившейся ситуации. Это будет весьма непросто, но за ваши труды мы готовы пойти на риск.

— Какого плана будут поручения?

— К сожалению, в такие дела я стараюсь не лезть. На месте поставщик сам всё расскажет. Мы обеспечим вас временным жильём, питанием и деньгами, которыми вы вправе распоряжаться самостоятельно. Но поручения лёгкими не будут — даже с вашим костюмом. Зато и заплатим мы хорошо. Считайте это полноценной работой.

— Значит, отказаться я не могу?

— Почему же? В случае отказа я высажу вас у ближайшей военной части. Там вы сможете спокойно обсудить свои проблемы с товарищами военными.

— Понятно. Я принимаю предложение.

Продавец улыбнулся.

— Рад, что вы согласились с нами работать. Добро пожаловать в «Гранд Электрик».

Мы въехали в ворота какой-то промышленной территории.

— Главный офис находится вон в том здании. — Продавец указал на высотку напротив фабрики. — Тридцать четвёртый этаж, кабинет 163. Жду вас завтра утром в полной боевой готовности. Будьте готовы продемонстрировать возможности своей одёжки. А теперь покажу апартаменты.

Мы прошли в большой ангар. Внутри стояло двухэтажное жилое здание. Из всех окон светил яркий свет, внутри кто-то перемещался. Мы забрались на второй этаж и прошли до самой последней двери.

— Номер люкс. Мягкая широкая кровать, полноценный санузел, современный компьютер и огромная плазменная панель!

Продавец говорил насмешливо, но, когда он открыл дверь, мои глаза широко раскрылись.

Большая комната, с водяной двухместной кроватью посередине. Напротив — огромный телевизор, под ним на столе стоял красивый системный блок.

— Располагайтесь! Будьте нашим гостем! — произнес продавец и закрыл дверь, с другой стороны.

Мне очень хотелось спать и есть. На экране экзоскелета мигал индикатор низкой зарядки батарей. Я достал из нагрудного кейса сетевой шнур, снял костюм, и подключил его на зарядку. Слева от кровати стоял небольшой холодильник. Я быстро перекусил найденным печеньем, сходил в душ, и улегся в кровать.

Ночь прошла незаметно. Утром все воспоминания прошлого дня казались дурным сном, однако на правой руке костюма виднелись пятна крови пилота.

В холодильнике нашлись остатки вчерашнего печенья, банка растворимого кофе, пакетик жирных сливок и сахар. Дёшево и сердито. Похоже, в ближайшее время насладиться хорошим кофе и горячим завтраком не получится. Позавтракав, я сбегал в душ, надел костюм и попытался отмыть пятна крови влажным полотенцем.

— Чёрт, как же обычно засохшую кровь отмывают?

В этот же момент меня озарило. Вчерашний недопитый коктейль «Карлсона» с высоким содержанием спирта должен помочь.

Я достал из контейнера герметичный стаканчик с коктейлем, открыл, понюхал. Запах был ужасен, а ведь вчера я хотел выпить

— Это не пить надо, а детали от засохшей смазки протирать — усмехнулся я.

Кусок туалетной бумаги я окунул в жидкость, и протер защитную поверхность руки до блеска.

— И даже чище, чем после колы!

В холле офисного здания было просторно. Огромная люстра, как в театре, свисала с потолка. Недалеко от входа было несколько лифтов. На входе я прошел через металлодетектор, и конечно же был задержан охранником.

— Здравствуйте, куда вы направляетесь? — заволновался охранник.

— Меня ждут на 34-й этаже, в офисе номер 163.

Ещё несколько секунд охранник переваривал информацию, потом весело, с облегчением произнес:

— Артём Лысенко? Проходите, вас уже ждут.

Я подошел к двери лифта и нажал на кнопку. Ждать долго не пришлось, лифт стоял этажом выше. Интересно, кто ездит на второй этаж на лифте?

Тридцать четвёртый этаж был выполнен в стиле open space: огромное открытое пространство, разделённое на офисные ячейки с номерами. Слева от лифтов тянулась стена с пронумерованными дверями. Я отыскал кабинет 163, постучался и, не дожидаясь ответа, вошёл.

— Как спалось? — начал издалека продавец.

— Без задних лап — по привычке ответил я.

Каждое утро Настя задаёт этот вопрос мне, и каждое утро я отвечаю «Без задних лап».

Продавец улыбнулся:

— Значит, номер пришёлся вам по вкусу. Давайте приступим к делу. Вы готовы прямо сейчас отправиться к моему поставщику?

— Готов.

— Тогда пройдемте за мной.

Мы доехали на лифте до пятидесятого этажа. У входа нас остановил очередной охранник. Проверив пропуск у продавца, он заулыбался и пригласил нас войти.

— Присаживайтесь Артём, нам есть, что обсудить.

Немолодой мужчина английской внешности в строгом костюме сидел, облокотившись на спинку кожаного кресла за огромным столом.

— Дмитрий — обратился мужчина к продавцу — даю вам отгул на две недели. Мне сообщили, что ваша жена в роддоме, вам неплохо бы поспешить…

— Спасибо большое, босс! Вы самый добродушный человек на свете!

— Беги, беги — протянул Поставщик.

— Ещё раз спасибо! — крикнул Продавец из лифта.

— Итак, Артём, для начала познакомимся. Феликс Рихтер к вашим услугам. Многие подчинённые предпочитают звать меня Поставщиком. Секретарь уверяет, что они боятся меня и моей власти, хотя я, право слово, не кусаюсь. Мне принадлежит «Гранд Электрик» и ещё несколько компаний — крупных и не очень. Мы поставляем электронные компоненты военным, государственным структурам и коммерческим организациям.

— Артём Лысенко. Хотя, думаю, вы и так знаете, кто я.

Феликс улыбнулся.

— В этом городе я знаю всё. А если чего-то не знаю, то лишь до поры. Артём Лысенко: конструктор-изобретатель, высшее образование, учились на программиста, холост… Я считал, что знаю о вас всё. Вчерашний инцидент заставил задуматься о качестве моих информаторов. Но сейчас это неважно.

Поставщик встал с кресла, подошел к кофе машине, стоящей за соседним столом, и нажал на красную кнопку.

— Кофе? — спросил Феликс, и вопросительно поднял бровь.

— Не откажусь.

— Вам какой? Чёрный, со сливками, с сахаром, или может быть капучино?

— Чёрный со сливками и сахаром.

Машина зажужжала. Через пару мгновений чашка отличного кофе стояла передо мной. Феликс отпил из своей чашки и продолжил.

— Сейчас тяжёлые времена. Повсюду шаблонные люди с шаблонными взглядами. Найти человека, который мыслит самостоятельно, перебирает необычные решения и способен что-то создать, чрезвычайно трудно. Вы именно такой человек, и я считаю своим долгом помочь вам.

Феликс отпил кофе.

— Положение у вас действительно сложное. Федеральный розыск — не булочка с маслом. Потребуются связи, время и деньги. Я готов всё это предоставить. Взамен временно приму вас на работу. Вам пригодится умение мыслить нестандартно, изобретать и применять результаты на практике. Мы обеспечим зарплату, специальный бюджет, телефон, автомобиль и даже табельное оружие. Вряд ли оно вам понадобится. А в качестве премии постараемся уладить вашу проблему. Вы согласны?

— Поскольку сейчас я свободен, найду минутку в своём графике, — неумело пошутил я.

Феликс улыбнулся.

— Вот и отлично! Я знал, что вы согласитесь на наши условия. К делам приступим с завтрашнего дня, а пока рекомендую вам посетить наш ресторан на третьем этаже. Вам уже подготовили столик с вашими любимыми блюдами. Кстати, работать вы будете с напарником. Познакомиться с ним вы сможете в ресторане, я попрошу его подойти к вашему столику. А теперь прошу меня простить…

Поставщик, а теперь и мой босс встал из-за стола, и ушел в соседнюю комнату, закрыв за собой дверь. Ко мне подошел охранник.

— У господина Рихтера сейчас назначена встреча, завтра, когда он будет готов вас принять, мы позвоним вам в ваш номер.

— Спасибо большое.

Я встал из-за стола и вошел в лифт.

— Господин Лысенко! Добро пожаловать в наш элитный ресторан «Аристократ», вас уже ждут за столиком.

В зале было пусто. Только одинокая девушка сидела за небольшим столиком у окна держа в руках толстое меню.

— Разрешите составить вам компанию — начал я издалека.

Девушка подняла взгляд, улыбнулась, перевела глаза на свободный стул и продолжила изучать меню.

Отодвинув стул я попытался сесть, но, увы, мне этого не удалось. В костюме заклинило коленный двигатель и я, с громким писком из груди, промахнулся мимо стула, и грузно рухнул на пол.

— Опять они подсунули вам товар от конкурента?

Не дождавшись ответа девушка достала из сумочки пузырёк с машинным маслом и протянула мне.

— Спасибо — неловко ответил я, капнул пару капель на двигатель и уселся на стул вернув пузырек девушке.

— Здесь подают отличные блины с сёмгой! Желаете попробовать?

Не успел я ответить, как к нам подбежал официант, что-то чиркнул в блокноте и убежал, выдернув меню из рук моей соседки.

— Меня зовут Мария, — тоненьким голосом произнесла девушка. — Коротко — Маша. Я буду вашим напарником. Рада познакомиться.

Я остолбенел не в силах выдавить из себя ни звука.

— Здравствуйте, Мария, — произнесла она, подражая моему голосу. — Меня зовут Артём Лысенко, рад с вами познакомиться.

Закончив фразу, Мария улыбнулась и тихонько захихикала.

— Между прочим вы не назвали свою фамилию — спокойно сказал я.

— А вам по рангу не положено, голубчик. Возможно позже я посчитаю вас достойным человеком, чтобы сказать, как меня зовут на самом деле. О, а вот и наш заказ!

Неся круглый поднос высоко над

— Как всегда шеф-повар превзошел себя! — радостно заявила Маша.

К этому времени официант уже скрылся. Передо мной стояла огромная тарелка с двумя большими блинами, сложенными треугольниками, и парой ломтиков лимона. Девушка уже вовсю уплетала угощение, обильно поливая блины лимонным соком.

Я отрезал кусочек блина и быстро засунул в рот. Блин как блин. Ничего особенного.

— Это не дело. Надо срочно заменить плохие запчасти на наши фирменные — Мария уже с меньшим аппетитом поедала блинчики, и старалась завести разговор — сейчас же скажу Феликсу чтобы прислал новые пневмодвигатели.

Мария встала из-за стола.

— Жду вас сегодня в 6 часов на минус первом этаже. Я понимаю, что у вас были тяжелые 24 часа, поэтому предоставляю этот день вам в полное распоряжение. За счет не беспокойтесь, для нас обслуживание в этом ресторане полностью бесплатное. До свидания.

Изящно развернувшись Маша быстро прошла к лифту, аппетитно виляя попкой. Двери лифта распахнулись, будто ждали только её, и быстро закрылись за ней.

Я сидел еще около получаса наслаждаясь едой, и только сейчас заметил, что никаких напитков нам не принесли.

Как по команде подбежал официант.

— Что-то ещё желаете?

— Какой освежающий напиток вы посоветуете?

— Заранее хочу предупредить, что господин Феликс запретил продавать спиртное вам, пока вы на задании. Я рекомендую попробовать вам безалкогольный Мохито! Наш шеф-повар готовит его из свежайших продуктов, с любовью!

— А почему бы и нет? Давайте Мохито, и передайте шеф-повару мою отдельную благодарность за потрясающий завтрак.

Официант засиял, раскланялся и убежал на кухню.

Через несколько минут я уже наслаждался восхитительным освежающим напитком с хрустально чистым льдом.

Выйдя из ресторана, я направился прямиком на первый этаж. Недалеко от охранника стоял терминал с электронной картой здания и сенсорным экраном.

Внутри небоскреба компании умещалось 6 ресторанов, различной тематики, 2 боулинг клуба, 1 стриптиз-бар, настоящие футбольное поле и каток, и множество разных магазинчиков, развлекательных центров и прочего. Информация об этажах с отрицательным номером отсутствовала. Я решил сходить в самый большой супермаркет, купить еды себе в комнатку, и просто посмотреть, что из себя представляет «супермаркет с пятью измерениями».

Развернувшись на месте, я бодро зашагал к лифту, но не успел дойти до двери, как ударился твёрдую грудь огромного человека в черном костюме.

— Здравствуйте, — забасил он. — Я менеджер по безопасности компании. Вам придётся пройти со мной: небольшая лекция и проверка.

Я уставился на него снизу-вверх. Чтобы смотреть ему в глаза мне пришлось высоко поднять голову, насколько я только мог. Закончив разглядывать его огромную голову я отошел немного назад и тихо спросил:

— А это может немного подождать?

Амбал кинул грозный взгляд на меня и твёрдо сказал:

— Нет.

В туже секунду он подхватил меня, легким движением закинул в лифт, нажал невидимую кнопку на панели, и выбежал из кабины, чуть не застряв в дверях.

— Интересное тут у вас отношение к работничкам! — буркнул я в пустоту.

Лифт остановился. На табло красовалась цифра 50 с огромным минусом. Да сколько же тут этажей?

Двери кабины с жутким гудением распахнулись и я вышел в маленькую комнатку с одной дверью, большой люминесцентной лампой и с металлическими стенами. Неужели тюрьма?

— Здравствуй Артёмка! — донеслось с потолка комнаты — Я конечно был против этой идеи Феликса, но он мой босс, ему видней. Итак! Представляю тебе — голос закашлялся — Представляю тебе «Курс молодого бойца»!

Дверь комнаты со скрипом распахнулась и яркий свет ослепил меня. Борясь с болью в глазах я вышел в огромный зал, имитирующий, видимо, какой-то учебный полигон.

Громкоговоритель над моим ухом противно заскрипел и оттуда донесся хриплый и очень злобный голос.

— А! Это ты, кусок дерьма? Сейчас посмотрим, что ты умеешь! А ну быстро взял свои ноги в руки и бегом вперед! Раз-два, раз-два, пошел!

Громкий хлопок сзади заставил меня с ужасом бежать вперед, прямо на веревочную лестницу.

— Вцепился в веревки и тащишь свою задницу наверх, мешок с костями! — рявкнуло где-то недалеко.

Я ухватился за веревки в попытках повиснуть на лестнице, но быстро оказался на земле. Верёвка была скользкая и очень тонкая.

— А какого чёрта? — спросил сам себя, и лёгким движением запрыгнул наверх.

Подо мной находилась огромная и очень грязная лужа, над ней свисала веревка с палкой. Не обойти, не перепрыгнуть.

— Хватайся за палку, и прыгай! — подгонял меня голос из динамика.

Удобно ухватившись за палку спрыгнул прямо вниз. Веревка натянувшись затрещала, но выдержала вес, и спустя пару секунд я уже стоял на другом берегу лужи.

— Быстро! На землю!

Что-то с глухим стуком ударилось о лежащий у моих ног камень и прорыло борозду в земле.

— Снайпер!

Упав на четвереньки, я пополз к огромному булыжнику, и спрятался за ним.

— Хватит сидеть в укрытии, солдат! — проговорил камень человеческим голосом — быстро упал в окоп, и обезвредь того снайпера в бункере, пока он не снёс тебе твою тупую башку!

Как мне это надоело!

Поддев булыжник снизу пальцами стал медленно поднимать его, как большой груз.

— Внимание! — металлическим голосом сказал коробочка у меня на груди — Слишком большой вес! Возможен отказ компрессора и разрыв трубок!

Я поднимал камень, и старался не обращать внимания на предупреждения компьютера. Развернувшись вокруг своей оси бросил камень прямо на «бункер», собранный из мешков с песком. Что-то громко щёлкнуло и бункер загорелся.

— Сами виноваты.

Весёлый и бодрый я зашагал к бункеру, переступая через ямы окопа.

Под камнем и мешками с песком оказалась только куча металлолома, напоминающая автоматическую снайперскую винтовку. За бункером была стена, с одной металлической дверью. Дверь была не заперта, а жаль, с пребольшим бы удовольствием сорвал её с петель.

— Мир, брат!

За столом с большим количеством мониторов сидел улыбающийся человек, и курил сигарету, которую, он возможно сам и изготовил.

— Все кличут меня Адмиралом, и ты можешь, догоняешь о чём я? — затянувшись, человек продолжил — могу с уверенностью сказать: такого прохождения полосы препятствий я ещё не видел! Ууух это было круто, догоняешь? Я такой «хватит сидеть в укрытии», а ты такой злой вжик этот камень, и потом как бух! Чуть дверь не вынесло!

Дополнительную выразительность словам Адмирала придавало крутящееся кресло, на котором в особо эмоциональные моменты, Адмирал описывал ровный круг

— Обязательно было ползать в грязи, рисковать получить пулю в ногу или вообще загнуться на этом поле боя лишь ради собеседования? Хороший у вас приём новичков.

— Не кипятись, чувак! Это идея Феликса, я тебя заранее предупредил, я был против всей это фигни. Не держи зла на старину Адмирала!

— Я могу быть свободен?

— О чём речь, брат? Вот лифт!

Адмирал нажал красную кнопку на столе, и двери лифта открылись. Я молча зашел в лифт, доехал до первого этажа, прошел мимо ухмыляющихся охранников, и медленно побрел к ангару со своей комнатой. Упав на кровать без сил, я заснул.

Первое задание

Половина шестого. Стою в ванной смывая кровь с лица.

— Надо обязательно сделать себе пометку: не засыпать в экзоскелете — бранил я себя в зеркало — видите ли комара прихлопнуть решил, спросонья. Комар то улететь успел, а вот мой нос — нет. Человечество уже горы может сносить одним легким нажатием на кнопку, а с издавна страдает от проблем с комарами, и до сих пор нет эффективного средства борьбы с ними.

Взглянув на часы, я ойкнул и выпрыгнул из своей комнаты в ангар. Я опаздываю.

— Шесть часов, минус первый этаж, Мария — задыхаясь на бегу повторял я — надеюсь больше не будет никаких полигонов и тренировочных полей. Как ни крути, а булыжник поднимал не только мой костюм, но и я своей спиной.

Спустя пять минут я сидел на мягком кожаном диване и пил великолепный кофе. Справа устроилась Мария с похожим напитком. Феликс напротив нас ограничился чаем с лимоном.

— Итак, Артём, — наконец заговорил он. — Адмирал уже сообщил мне об успешном прохождении курса молодого бойца. Я понимаю, что ты не одобряешь моего решения отправить тебя на полигон. Но и ты пойми нас: нельзя посылать человека на задание, не проверив его на прочность.

Я хотел выразить своё возмущение, но немного успокоился, и просто кивнул.

Феликс улыбнулся:

— Ещё у нас для тебя есть небольшой подарок. За него благодари только свою напарницу, это полностью её инициатива.

Мария смущенно отвернулась, а Феликс махнул рукой в воздухе. Дверь в комнату открылась и двоё мужчин грузно поставили большой металлический сундук.

— Чёрный ящик! — Я вскочил. — Как вы его достали?

На этот раз Феликс смущенно отвел глаза.

— Мы самая технологичная компания в стране, поэтому для военных выступаем «независимыми экспертами». Они сами привезли ящик на исследование. Правда, открыть его мы так и не смогли: ни замков, ни сварочного шва.

— Понимаете, Феликс… В этом ящике лежат мои неудачные и недоделанные изобретения. Помимо безобидных вещей вроде циркулярной пилы для пиццы или дрели для сыра, там есть устройства, способные заинтересовать не только полицию, но и международную разведку.

— Понимаю, — прервал он. — Там есть внутренний замок, который заблокировался, когда военные попытались вломиться в твою квартиру?

— Да, похоже на то, а может какой-то хлам заклинил крышку — пошутил я.

Я нагнулся к ящику и произнес:

— Сим-сим, откройся!

В ящике что-то зажужжало, и через секунду я поднял крышку.

— Отлично! Всё на месте! Ух, сколько я бы отдал за эту штуковину пару дней назад!

Я вертел в руках небольшое устройство, напоминающее монтажный пистолет в жёлтом пластике с квадратными краями. Нажал на кнопку, на ручке устройства загорелся красный огонек, и через пару секунд уже мигал зеленый.

— Отлично! Батарея ещё работает!

— Это электрошокер? — Мария стояла за моей спиной и глядела через плечо.

— Лучше! Это пушка Гаусса!

— Пушка Гаусса? — недоуменно спросила моя напарница.

— Долго объяснять, буду краток: берем гвоздь — я достал и ящика гвоздь с обрезанной шляпкой — запихиваем сюда — вставил гвоздь сверху пушки в специальное отверстие — слышишь, пикнуло? Значит заряжено! Зелёный огонёк перестал мигать! Теперь можно стрелять, нужна цель.

— Я знаю где её достать! — радостно запрыгала Мария — За мной! — и выбежала в дверь.

— Бегите, я вас догоню — сказал Феликс, и я выбежал в дверь за Марией.

— Правда я молодец?

Мы втроем стояли на стрельбище держа в руках шумоизоляционные наушники.

— Нам это не нужно — бросил наушники на стол — стреляет практически без шума. Сейчас покажу вон на той цели.

Я выбрал самую ближнюю цель в форме человека, прицелился и выстрелил.

— Точно в голову! — удивился Феликс — Действительно бесшумно. Мы перекатили разработку пушек Гаусса много лет назад, когда оказалось, что мы не сможем найти достаточно емкого источника энергии для неё.

— Атомная батарейка.

— Простите, что? — глаза Феликса расширились — Как?

— Элементы Пельтье, и тритий. Всё безопасно.

— Действительно не зря вы прятали этот ящик. Вижу вы уже хорошо подготовлены к нашему заданию. Давайте пройдем в мой кабинет, я вам там всё объясню.

Мы дошли до лифта и поехали прямиком на 50-й этаж. Феликс приказал охране никого не впускать и завел нас в свою секретную комнату в кабинете. Комната была оформлена в японском стиле, повсюду висели картины с сакурой и какой-то горой.

— Скажу прямо: дело серьёзное и опасное.

— Опасное? — я был полон недоумения — неужели я похож на солдата-наемника, готового идти и в огонь, и в воду?

— Артём, вы не забыли, что выбора у вас нет? — Феликс говорил спокойно. — Если мы отдадим вас военным, они быстро превратят вас в пушечное мясо. Моё задание больше похоже на шпионскую игру: тихо войти, забрать кейс с документами и привезти его сюда. Всё, что можно было расчистить, уже расчищено. Практически ночная прогулка. Возможно, вам даже понравится.

— Ничего себе ночная прогулочка! Просто выкрасть секретные документики!

— Документы украли у нас. Возвращая их, вы фактически спасаете мир.

Феликс нажал кнопку, и на белой стене появился план здания.

— В кейсе находятся инструкции и коды управления нашей системой навигации ракет. Представьте: все боевые и гражданские ракеты можно направить в любую выбранную точку. Какой международный скандал! И что тогда будет с нами?

Было заметно, что Феликс начинал паниковать. Он метался из стороны в сторону, хватаясь за голову, и пытался вырвать клок волос.

— Надо принять успокаивающего. Итак: мы отправляем вас на миссию распустив слух о заказчике этих самых документов из Америки. Вы входите туда как наемники

Феликс достал из-под стола два металлических чемодана, открыл и развернул к нам.

— Ничего особенного, несколько инъекторов с разными типами химикатов, револьвер, бронежилет, и капсула шпиона.

— Стоп! А капсула с ядом нам зачем? — возмутился я.

— Да не зачем, вы просто её получаете и берете с собой. Мы ведь должны сыграть хороший и правильный спектакль. Между прочим, тут всё Американское.

— И когда мы начнём? — поинтересовался я.

— Прямо сейчас.

Я с Марией стоял в подворотне, недалеко от нашей цели и изучал план здания. Моя напарница была одета в чёрный обтягивающий комбинезон, кевларовый бронежилет, на поясе висел револьвер, а на лбу выключенный прибор ночного видения.

Мне тоже пришлось натянуть бронежилет, причем поверх костюма, что было очень неудобно. От прибора ночного виденья я отказался в пользу своего изобретения из черного ящика — очки «кошка». И удобно и эффективнее. Револьвер тоже пришлось взять, но я повесил его на левый бок, чтобы не мешался. Справа у меня висела пушка Гаусса, заряженная гвоздями до краев, с дополнительным блоком скорострельности. Своей технике я доверяю больше.

— Лично я не только запомнил этот план, но ещё и сфотографировал на очки — похвастался я.

Моя небольшая усмешка разбилась об молчание Марии и я замолчал, ожидая времени для начала миссии.

— Ну всё — твердым голосом сказала моя напарница — приступаем к выполнению точно по плану. Встречаемся где и договаривались.

Я кивнул и стал пробираться к входной двери. Мария скрылась за углом.

Феликс не соврал, путь был действительно расчищен. Дверь, которая по задумке должна быть надежно заперта открылась легко, и дальнейший путь я шел строго по плану, только один раз уткнувшись в тупик, который не заметил на схеме здания. Последняя дверь, и вот я уже стою перед столом, на котором лежит черный кейс. Странно. Как-то всё слишком легко. Я огляделся по сторонам, но ничего подозрительного не заметил. Делать нечего — надо просто взять кейс.

Я очнулся, захлёбываясь холодной вонючей водой. Я сидел на металлическом стуле, надёжно стянутый пластиковыми хомутами. Дёшево и сердито. Бронежилет остался на мне, а оружие и очки лежали на соседнем столе.

Я попытался вырваться. Безрезультатно.

Что с экзоскелетом?

— О! Очнулся! А я-то думал, придётся за нашатырём в аптеку топать. Ну давай, рассказывай, что забыл в нашем прекрасном офисе?

— Ай донт андерстенд! Ай джаст э волкинг эраунд зис бьютифл билдинг!

Я старался говорить с максимально удивленными глазами.

— Не кипиши тут. После того как тебя шандарахнули шокером ты тут такого наговорил в бреду. Уши в трубочку свернулись! Так что, «май инглиш вери бэд», отвечай на вопросы или я сделаю так, что ты сам будешь говорить всё.

Вот оно что! Шокер! Об этом я не думал. Наверняка разряд в несколько тысяч вольт спалил все возможные управляющие схемы, над которыми я так долго работал!

— Ээ, дядя, отпустите, я бухой был, на улице холодно, погреться хотел. Еще и обкурился.

— Ну отогрелся ведь? Отогрелся и помылся! Так что давай, рассказывай свою длинную историю, мне интересно послуша…

Не успел человек закончить фразу как обмяк и упал. На месте упавшего тела появилась Мария и укоризненно посмотрела на меня.

— Где кейс, неумеха?

— И тебе привет! Может сначала освободишь меня? А то боюсь, что без меня уйдешь.

Дверь распахнулась, и в комнату ввалились два амбала с пистолетами. Мария прыгнула в сторону; из бетона на месте, где она только что стояла, брызнула стружка. Один противник обмяк, а второй с рёвом схватил мою напарницу и начал душить.

На руке что-то завибрировало. Я перебрал пальцами в воздухе и появилась вибрация за спиной. Работает!

— Халк ломать!

Хомуты разлетелись, стул подо мной превратился в щепки. Одна из ножек с силой вошла амбалу в глазницу и пригвоздила его к бетонной стене. Хватка разжалась; Мария упала на пол, пытаясь отдышаться.

— А этого мне совсем не жалко.

Внезапно тело амбала начало дёргаться в конвульсиях. Мария взвизгнула и начала колотить по остаткам лица настенного человека.

— Да успокойся ты, это агония, не колоти труп.

Моё хладнокровие в этот момент вызвано исключительно шоком и тем, что я воспринимаю всё это как какой-то сон.

— Иванова.

— Что? — удивился я.

— Мария Иванова. Фамилия моя. Я говорила, что назову её, когда станешь достоин.

Я с уважением кивнул.

— Теперь надо найти кейс и сваливать. Кажется, мы в комнате 106. За мной!

Через час мы уже сидели в приёмной Феликса и ждали его возвращения.

Феликс выбежал из лифта и сел напротив нас поправляя бордовый галстук.

— Молодцы, справились с заданием, хотя я уверен, что оно было очень простым. Пришел, взял, ушел.

Мы молча переглянулись с Марией. Феликс смутился:

— Видимо что-то пошло не так?

Босс вздохнул, повернулся на стуле, и нажал на красную кнопку на кофе машине.

— В общем, Феликс — грустно начала говорить Мария — всё оказалось совсем не просто. Когда я потеряла след Артёма пришлось искать его в других комнатах. Мало-ли, думала я, положился на свои очки и забрел не туда. Однако из-за одной двери услышала голоса, и… В общем их было трое, один, видимо главный, двое охранников. Кейс был приманкой, и они в курсе, что мы не Американцы. У них были шокеры. Двоих смогла вырубить, один схватил, Артём спас меня… Ножкой от табуретки.

Феликс усмехнулся и снова погрустнел.

— Плохо. Либо это невероятное совпадение, либо у нас завелась крыса. Возможно, конкуренты пытаются добраться до наших секретов. Кейс проверили на жучки?

— Да, всё чисто — бросила Мария.

— Хорошо. Вольно солдаты. Отдыхайте, скоро предстоит много работы.

Доехав до первого этажа между мной и Марией повисла неловкая пауза.

— А где ты живешь? — начал я издалека.

— В своём доме. Артём, давай уже разойдемся спать, с ног валюсь.

Я попрощался с Марией, стараясь не выглядеть разочарованным, и поплёлся в свой комфортабельный кубрик. На столе меня ждали «стандартный ужин сотрудника „Гранд Электрик“» и капсульная кофемашина.

Поужинав и выпив какао с коричневым кроликом на упаковке, я рухнул на кровать и тут же уснул.

Снова не сняв экзоскелет.

Взрыв

Я проснулся от грохота в дверь. Это был уже не стук — настоящая молотьба. Свет не включался: электричество отключили снаружи.

Дверь затрещала и начала прогибаться. Похоже, с другой стороны работал пневматический упор. Я скатился под кровать и замер.

В комнату ворвались люди с автоматами — в шлемах, тяжёлых бронежилетах и без опознавательных знаков. Один указал на ванную. Двое проверили её и показали: чисто. Остальные принялись распахивать шкафы. Один уже наклонялся, чтобы заглянуть под кровать.

Время действовать.

Я уже собирался прижать кроватью всех солдат к стене, размолов их позвоночники в муку, когда из коридора крикнули:

— Нашли! Он в соседнем номере!

Бойцы немедленно выбежали. Я остался под кроватью, выжидая подходящий момент, и каким-то образом снова уснул.

В следующий раз я проснулся от запаха гари. Комнату заполнял чёрный едкий дым; дальше вытянутой руки ничего не было видно. Я отбросил кровать и попытался сориентироваться.

— Где этот чёртов выход?

Дым становился горячее. Паника подступала вместе с кашлем. Я прижался к стене, пошёл вдоль неё и наконец нащупал дверной проём.

Весь ангар горел. В соседней комнате бушевало пламя. За спиной что-то треснуло, и потолок моего номера обрушился, открыв огню новый путь.

Сейчас точно пора было действовать.

В дыму ярко-зелёный знак «ВЫХОД» оказался виден превосходно. Я добрался до двери, выбежал наружу и жадно вдохнул свежий воздух.

Увиденное снова перехватило дыхание.

Высотку «Гранд Электрик» пожирал огонь. Вертолёты кружили вокруг здания и сбрасывали воду или специальную смесь. Небоскрёб и ангар окружила полиция.

— Эй, там человек!

На секунду все полицейские замерли, оглядывая меня с ног до головы, а потом двое человек бросились ко мне вызывая по рации бригаду медиков.

— Как вы себя чувствуете? — задал вопрос один из полицейских.

— Да в общем нормально, надышался дыма немного, спасибо зеленому знаку за спасение моей жизни.

Удивление на лицах полицейских сменилось сочувствием. Они подхватили меня под руки и повели к только что подъехавшей машине скорой помощи. Убедив врачей, что со мной всё в порядке, я поспешил уйти, оставив полиции вымышленные имя, фамилию и адрес.

— И куда мне идти теперь? — спросил я пустоту.

Я не знал, жива ли Мария. Не знал даже, где она живёт. Не знал, что случилось с Феликсом и давно ли начался пожар.

Я свернул во вход в какой-то бар на двери которого красовался значок Wi-Fi. Бар был небольшой, и я уселся прямо за барную стойку, попросил налить мартини, и уткнулся в экран своего смартфона.

«В десять утра по местному времени в офисе „Гранд Электрик“ произошёл взрыв. Огонь быстро охватил значительную часть здания. Через несколько минут второй взрыв прогремел в соседнем ангаре, также принадлежащем компании. По предварительным данным, в этот момент людей в ангаре не было. Сотрудники внутренней безопасности эвакуировали нижние этажи небоскрёба. По словам очевидцев, первый взрыв произошёл на пятидесятом этаже. Глава компании Феликс Рихтер числится пропавшим без вести…»

Я залпом допил мартини и попросил чего-нибудь покрепче. Жидкость обожгла горло и взорвалась в желудке, но я продолжил пить.

Всё закончилось, не успев начаться.

— Время в пути займёт сорок семь минут.

Электронный голос приложения звучал чётко и громко, но понять его я уже не мог.

— Весёлый вечер? — спросил смуглый таксист в очках.

Разговаривать не хотелось. Я выдавил тихое «угу» и откинул голову на спинку сиденья.

— Ехать будем дольше. Ночь уже, а пробка всё стоит. Вёз предыдущий заказ — полтора часа провели на одной улице. Я девушке предложил выйти: пешком пять минут. А она ни в какую: «Я города не знаю, заблужусь!»

— Говорят, в центре взрыв был! В том большом небоскрёбе! Я-то знал, что там шпионы сидят и секретное оружие разрабатывают. В интернете читал! Они придумали устройство для контроля мозга. Хотят превратить нас в зомби, чтобы через два года мы ходили в магазины и покупали ненужное. Говорят, испытания уже начались — теперь каждый покупает пакеты! Я и сам заметил. Но на меня пока не действует. Соседка посоветовала настой шалфея с крапивой. Ей помогло, когда её сосед сверху облучал.

Пока я молчал, водитель ещё минут десять рассказывал о целебных поясах из собачьей шерсти, устройстве для экономии топлива — «вон оно, в прикуривателе» — и способе сократить расход горячей воды с помощью мощного магнита и заговоров.

Наконец водитель успокоился, посмотрел на меня, вздохнул и включил радио.

— Добрый вечер, дорогие радиослушатели. С вами радио «Такси», и прямо сейчас у нас песни по заявкам.

— Татьяна из села Красное поздравляет внука Фёдора с началом супружеской жизни и просит поставить песню Олега Газманова «Мои мысли, мои скакуны». Полагаю, Татьяна имела в виду «Эскадрон». Слушаем.

В салоне потрёпанного автомобиля запел сипловатый голос. Как только мы вырвались из пробки, водитель под весёлый мотив прибавил газу. За окнами мелькали светлячки квартир, вывески сетевых магазинов и чебуречных. Навигатор периодически напоминал об ограничении скорости; таксист кривился, но всё-таки сбрасывал газ.

— Супруги Мария и Артём поздравляют с днём рождения и сообщают, что очень ждут вечерней встречи в необычном ресторане со своим другом Феликсом. Мария и Артём просят поставить песню Валерия Меладзе «Сто шагов назад».

Что-то в этом заказе песни мне показалось странным. Мой пьяный мозг ещё несколько минут переваривал информацию.

— Парень, просыпайся. Приехали.

Водитель тормошил меня за локоть так сильно, что я едва не ударился головой о спинку переднего сиденья.

— Просыпайся, мы уже приехали. Тебе же нужен был этот хостел? Вот он напротив.

Я попытался сфокусировать взгляд на вывеске. В темноте ярко-голубым светились «ХО» и «ТЕЛ». Между ними на мгновение вспыхнула недостающая буква «С» и снова погасла.

— Парень, это дом четырнадцать, как в адресе. Других подъездов здесь нет, так что я решил, что тебе нужен именно этот хостел.

— Спасибо, — буркнул я и начал открывать дверь.

— Эй, куда? А заплатить? Заказ за наличные!

Я вернулся в машину и несколько секунд пытался достать кошелёк из кармана костюма.

— Извините. Сколько с меня?

— Пятьсот один рубль. Да ладно, давай пятьсот. С тобой было приятно поболтать, а хорошему собеседнику и скидку сделать можно!

В кошельке лежали две пятисотрублёвые купюры. Я достал одну и отдал водителю.

— Спасибо.

— Вам спасибо, приятного вечера и до свидания. Не забудьте поставить пять звёзд.

— Конечно.

Я выскочил из машины и, не рассчитав силу, хлопнул дверью чуть

В холле хостела тускло горела лампочка, но её хватало, чтобы осветить пространство пять на пять метров. На стене висел прейскурант. Койка на ночь стоила четыреста пятьдесят рублей. Похоже, мне хватало. Я подошёл к стойке и стал ждать.

«Аренда чистого полотенца — 50 рублей. Уважаемые гости! Арендованное полотенце необходимо вернуть в тот же или на следующий день. В случае невозврата — штраф 1000 рублей», — гласила бумажка, приклеенная скотчем прямо к стойке.

Через несколько минут за стойкой так никто и не появился. Я сел на старый диван в углу, сложил руки на груди и прислонился к стене.

— Я пришла, а тут этот вот! — сказала темнота.

Я резко открыл глаза и сел. В лицо бил яркий свет из окна; глаза заболели, и мне пришлось снова зажмуриться.

— Он точно алкаш или наркоман! Валера, сделай что-нибудь! Как же они меня достали!

Валера заглядывал мне в глаза, пытаясь что-то в них разглядеть.

— Да не кипишуй ты тут, Люда! Небось ты опять спала у себя в коморке, а ваш клиент просто прикорнул чутка. Со всеми бывает.

— Простите, пожалуйста. Я не заметил, как уснул. Хотел снять койку на ночь, но, видимо, вырубился.

— Да вы шо! Хотите сказать, что я спала на работе? Сил моих на вас нет! А ну вон отсюдова, пока я не передумала! Умные все такие!

Люда сердито удалилась за дверь позади стойки.

— Не бойся. Людка тут десять лет работает. На пенсию уже вышла, а вообще она баба добрая.

Валера мечтательно улыбнулся:

— Приходи вечером, она уже и сердиться не будет.

Валера похлопал меня по плечу, и помог встать.

— Если умыться надо или ещё чего, тут за углом баня. Душ там всяко лучше будет, да и дешевле. Сходи.

Я поблагодарил Валеру и поспешил уйти из этого места.

Комикон

На улице было прохладно, хоть и светило яркое солнце. Я взглянул на экран костюма на левой руке и с ужасом увидел уровень заряда.

— Почти сел — сказал я сам себе вслух — надо зарядить.

«КОМИКОН» — огромные пластиковые буквы стояли перед стеклянным зданием. Вокруг гуляли люди в причудливых костюмах. Двое подростков с ангельскими крыльями и пластиковыми мечами подбежали к надписи и с хохотом поставили картонную букву «Г» перед первой буквой.

— Сфотай, сфотай! — подростки фотографировали друг друга на смартфоны, постоянно меняя глупые позы и посмеивались с каждой фотографии.

— Эй, что это такое?

Ко мне приближались двое полицейских, и сердце ушло в пятки. Как я мог появиться в костюме посреди толпы, когда моё лицо находится в федеральном розыске? Я приготовился сопротивляться, хотя заряда могло не хватить даже на побег.

— А ну прекратили! — позади полицейских шла женщина в деловом костюме с бейджем — что за безобразие? Посмотрите на них! Пошли вон отсюда.

Кричащее трио с дубинками прошло мимо меня в сторону большой надписи. Подростки рванули врассыпную, но один из полицейских смог поймать белого ангела с мечом за крыло, отчего ангел пал на землю и громко заревел.

— Отпусти меня! — маленькое, красное как помидор существо с крыльями громко кричало на полицейских, извивалось, и пыталось выскользнуть из цепких рук полиции.

Я облегченно вздохнул и поспешил мимо надписи в ближайшее кафе, вывеску которого приметил ещё на подходе.

— Добрый день. Вы один?

Официант выглядел очень уставшим, и было заметно, что все слова ему давались очень тяжело.

— Да, а можно стол с розеткой?

Официант немного скривился.

— Сегодня очень много гостей, розетки есть только у столиков на четверых. Я могу посадить вас за такой столик, если вы будете согласны, что я подсажу к вам ещё одного или двух гостей.

— Без проблем.

Официант отвёл меня к двойному столику, и вручил меню.

— Розетка слева, под столом. Будете что-нибудь заказывать сразу. Может напитки?

— Спасибо, я сначала посмотрю.

Официант молча отошёл и облокотился на барную стойку в конце зала.

Я достал из нагрудного кейса кабель, подключил его в розетку и стал изучать меню.

— Привет, робот! — раздался женский голос.

Рядом с моим столиком стоял высокий парень в оранжевом костюме и очках. Парень сел напротив, и положил большую монтировку с окрашенной красным серединой. Рядом с ним села девушка в коричневой косухе и улыбнулась.

— Что, робот, батарейка села?

Девушка дотронулась до кабеля, торчащего из моей груди и быстро отдернула руку.

— Чё, настоящий что-ли? Прикольно!

Парень в очках кивнул, соглашаясь со словами девушки.

— С самого утра тут — соврал я — вот, подсветка и эффекты сели.

К нам подошёл официант.

— Мне латте и шоколадный чизкейк, а вот этому доктору — девушка кивнула в сторону своего соседа — каппучино и пару шариков ванильного мороженого.

Я тоже заказал латте. На большее мне денег не хватало.

— Ну как тебе фестиваль? По моему в прошлом году было лучше! — девушка посмотрела на парня в очках, и он кивнул.

— Да, в этот раз скучновато, — ответил я. — Ни огромных солдат, кричащих «За Императора!», ни голубых призраков, убегающих от человека в костюме жёлтого круга.

К нам подошёл официант с подносом, поставил мне чизкейк и латте, девушке мороженое и латте, а парню в очках капучино. Я на автомате зацепил ложечкой кусочек чизкейка и отправил его в рот.

— Эй, если хотел чизкейк, заказал бы себе — обиделась девушка.

Я отодвинул чизкейк и начал извинятся:

— Прости, я задумался и это случилось на автомате. Да и так вышло, что я забыл все свои банковские карты в другом костюме, а в этом лежало несчастных 500 рублей с прошлого года.

Девушка несколько секунд молча смотрела на меня, а потом рассмеялась:

— Да ладно, я пошутила! Мне не жалко. Давай так: сегодня мы угощаем тебя, а в следующий раз ты нас.

Девушка отобрала у соседа чашку с мороженым, которую тот уже успел придвинуть к себе, зачерпнула ложку и тщательно её облизала.

— А я пока у Гоши возьму.

Григорий скривил недовольное лицо, но ничего не сказал.

— Кстати, меня зовут Саша, а это Гоша.

Григорий протянул мне руку и я крепко пожал её.

— Артём — представился я — очень приятно.

Чизкейк остался у меня, и я

— Доброго времени суток, уважаемый!

У нашего столика появился человек в голубом камуфляже и недобро посмотрел на меня. Позади стояли ещё двое в такой же форме.

— Вам придется пройти с нами.

Я не хотел так скоро прерывать зарядку костюма, так что я решил чуть потянуть время.

— Зачем? — спросил я, и сделал недовольное и удивленное лицо — я что-то натворил?

— Пройдемте с нами для установления личности. Не заставляйте нас нести вас на себе.

— Хорошо, сейчас — я отключил кабель из розетки, и, не спеша, начал складывать его а нагрудный кейс.

— Стоп! Артём ничего плохого не сделал! Он все время сегодня был с нами, зачем он нужен вам?!

— Заткнись! — бросил один из людей в форме и повернулся ко мне. — Последнее предупреждение. Вставай!

Но Саша встала быстрее меня:

— Это я заткнись? Это ты заткнись! — Гоша старался усадить девушку на место, но её злость была сильнее.

Один людей в форме схватил Сашу за волосы, бросил её на пол, придавив ногой.

Дальше всё произошло мгновенно.

Лицо Гоши исказила ярость. Он схватил монтировку и одним прыжком оказался возле человека, державшего Сашу. Закруглённый конец ударил того в шею и отбросил на два метра.

Двое остальных выхватили дубинки. Удар первого встретила монтировка; через секунду её другой конец обрушился ему на голову. Последний нападавший успел повалить Гошу, но за его спиной появилась Саша и прижала к телу электроды шокера. Человек взвизгнул и рухнул прямо на Гошу.

Я наконец вышел из ступора, и помог Саше стащить человека с Гоши.

— Бежим! — крикнула Саша, и стремительно выбежала из кафе, следом за ней Гоша.

— Но мы же не заплатили! — крикнул я, но, поняв, что в текущей ситуации это глупо, поспешил за своими новыми друзьями.

Выбежав из кафе, я заметил мелькнувшую за угол фигуру Гоши, и побежал в ту сторону. Завернув за угол я не обнаружил никого. В длинной и ровной стене здания виднелась только одна дверь. Я, решив, что это верный путь, подбежал к ней и потянул на себя. Дверь легко открылась, внутри была полная темнота. Чуть подождав, я шагнул внутрь, закрыв за собой дверь.

Я шёл на ощупь, вдоль правой стены, которая периодически поворачивала налево, отчего я иногда бился в нее лбом. В какой-то момент я нащупал ручку двери, и, распахнув её и щурясь от света, вбежал внутрь.

Как оказалось, я не вбежал, а выбежал. И, не внутрь, а наружу.

Я вышел у той же двери, в которую вошёл полминуты назад: в темноте просто обогнул помещение по периметру. Но теперь снаружи меня ждали около десятка людей в форме, и подкрепление продолжало прибывать. Они окружили меня полукольцом и медленно приближались.

Я прижался к стене и посмотрел наверх. Здание было невысоким — пожалуй, лучший путь.

Перебрав пальцами, я присел и прыгнул. В верхней точке ухватился за край стены и забрался на крышу. Внизу закричали, но я уже бежал к противоположной стороне выставочного центра.

Под ногой оказалась стеклянная панель. Она треснула и отправила меня в свободное падение.

Я сгруппировался и приземлился на ноги и одну руку — должно быть, очень эффектно. Под стеклянной крышей оказалась сцена «Комикона». Зал взорвался аплодисментами. Почувствовав себя супергероем, я принял несколько героических поз перед камерами.

Внезапно в зал вбежало несколько человек в форме:

— Вот он!

Люди в форме с трудом пробивались сквозь толпу. Я театрально зевнул, помахал зрителям и под аплодисменты скрылся за кулисами.

За дверью меня встретил Гоша, уже замахнувшийся монтировкой. Я перехватил её и резко дёрнул на себя. Гоша улетел в рекламный стенд какой-то игры.

— Сволочь! — закричала Саша. В её руке появился знакомый мне шокер.

Не придумав ничего лучше, я кинулся в сторону Саши, подхватил её на плечо, и побежал прочь.

Я бежал по коридорам, вышибая деревянные двери. Саша визжала и колотила кулаками по бронепластине на моей спине.

За очередной дверью оказалось помещение, полное труб. Справа виднелась металлическая дверь с амбарным замком и надписью «Подвал». Я сорвал замок, вошёл, поставил Сашу на пол и подпер дверь длинной трубой, ударами ноги загнав её конец в бетон.

— Сволочь! Мы тебе доверяли, а ты оказался одним из них!

Девушка сидела на полу, прислонившись к стенке и закрыв лицо руками. Она громко плакала, но уже не пыталась напасть на меня.

— Я — один из них? Вы подсели ко мне, и сразу появились эти люди. А потом сами напали, хотя я от них убегал!

От злости я ударил кулаком в стену. От бетона с глухим звуком отлетели осколки.

Саша замолчала, медленно подошла и коснулась края вмятины.

— Это как?

Она попятилась, пока не упёрлась в противоположную стену.

Я не смог придумать ничего лучше, как сказать:

— Я железный человек!

Девушка несколько секунд удивлённо смотрела на меня, и внезапно захохотала.

Я с глупой улыбкой ждал, когда она успокоится. Но весёлый смех постепенно стал истерическим, а затем перешёл в рыдания.

— Какая же я идиотка! Я решила, что это ты натравил их на нас. Дура!

На секунду девушка улыбнулась, а потом в её глазах внезапно появился страх. Она резко встала.

— Гоша! Надо его спасать!

— Как?!

Девушка быстро подошла ко мне, и зло глянула на меня:

— Без разницы! Мы должны!

Саша подошла к трубе, подпирающей дверь, и попыталась её сдвинуть.

— Там их целая армия! Как мы с ней разберёмся?!

Девушка меня не слушала. Она пыталась отодвинуть трубу в сторону.

Я отодвинул Сашу и дёрнул трубу. Ничего. Дёрнул сильнее.

Справа громко хлопнуло. Меня отбросило к противоположной стене и приложило затылком. Через пару минут я пришёл в себя и посмотрел на правое плечо.

— Черт! Трубка порвалась!

Из груди раздался громкий писк и костюм отключился.

— Все, приехали — заключил я.

Я встал с большим усилием и облокотился на стену.

— Теперь я точно ничем не помогу…

Но Саши уже не было. Дверь стояла открытой, труба лежала рядом.

— Открыл все-таки!

Я взял трубу как дубинку и пошёл к выходу. Зелёные стрелки привели к двери с надписью

Снаружи спиной ко мне стоял человек в форме. На левую руку он надел штурмовой шлем, а правой протирал запотевшее забрало. Меня он не заметил.

Я ударил его трубой по голове. Человек без звука свалился на землю.

Совесть не позволяла бросить Сашу и Гошу. Я несколько минут спорил с собой, доказывая, что без костюма ничем не помогу.

Со злости я пнул землю рядом с лежащим человеком — и меня осенило. Я с трудом затащил его внутрь и усадил за углом, прислонив к стене.

Форма сидела плохо: куртка висела мешком, штаны оказались короткими. Зато берцы пришлись впору и закрыли щиколотки. Камуфляж скрывал очертания экзоскелета. Я надел шлем и побрёл по коридорам, то и дело встречая выбитые мной двери.

— Что ты здесь делаешь, рядовой?

Немолодой человек в форме недобро смотрел мне в забрало, видимо, пытаясь разглядеть мое лицо.

— Виноват! Заблудился — оттараторил я.

— Отставить заблудился! — сделал мне замечание человек — Первая дверь прямо по коридору! Ещё раз увижу, уволю нахрен! Пошел!

Я молча пустился лёгким бегом до двери, открыл её, и вошёл внутрь.

В большом зале с разбитой стеклянной крышей лицом вниз лежали двое. Гоша был покрыт ссадинами, возле головы темнела небольшая лужа крови. Рядом лежала невредимая Саша. Руки обоих стягивали пластиковые хомуты. Трое охранников стояли вокруг и вертели в руках знакомый предмет.

— Ха, смотри, тут ещё и фонарик есть! — сказал один.

— Лёха, дай прикурить попробую! — Второй потянулся за устройством.

— Отставить прикурить, не положено!

Третий, видимо, был главным.

Я размышлял, что делать дальше, когда на груди командира заговорила рация:

— Семенов, сейчас пришлю тебе человека, будем переправлять этих буянов на допрос.

Человек нажал на кнопку рации и ответил:

— Так точно, ждём.

Я ещё несколько секунд постоял около входа в зал и подошёл к трём людям в форме, которые наконец заметили меня.

— Этих двоих? — спросил я, стараясь играть убедительно. — А тёлку зачем так скрутили? Любите хорошо зафиксированных женщин?

Двое рассмеялись. Лёха повернулся, показывая две свежие царапины.

— Это ещё чё, она Семёнова вообще шокером долбануть успела, благо командир у нас крепкий.

— Прекратить разговоры! — Семёнов повернулся ко мне. — Осторожнее, особенно с молчуном. Двоих за секунду вырубил из-за этой тёлки.

Гошу и Сашу подняли. Схватив обоих за шиворот, я вывел их из зала. В пустом коридоре решился заговорить:

— Псс, это я! Сейчас вытащим вас отсюда.

— Артём! — Саша выглядела одновременно и счастливой и удивленной — Клёвый план ты придумал! Только пойдем скорее отсюда.

Я перерезал хомуты найденным на поясе ножом, и мы направились к выходу.

— Я вернулась туда, откуда ты меня утащил, и нашла Гошу. Рядом лежала целая гора людей в форме. Мы уже собирались уходить, но появились новые — в таких же шлемах, как у тебя. Их было слишком много, но я успела схватить шокер и…

За одной из дверей обнаружились четверо охранников. Они явно не ожидали нас увидеть.

Двое справа внезапно замерли и упали. За ними появилась Саша с шокером. Не успел я удивиться, как двое слева уже лежали без сознания, а Гоша улыбался, поставив ногу на грудь одного из них.

— Быстрее — сказала девушка — у нас на парковке стоит машина, пора уже свалить отсюда!

Мы добрались до стоянки. Саша и Гоша перебегали от куста к кусту, а я спокойно шёл в форме и шлеме. Охранники у других выходов не обращали на меня внимания. Маскировка работала.

Как только мы добрались до рядов машин, Гоша достал брелок и нажал кнопку. Серый внедорожник мигнул поворотниками. На его заднем стекле висел жёлтый значок человека в коляске. Гоша сел за руль, Саша — рядом с ним, а я улёгся на заднее сиденье.

Вырулив со стоянки, мы уже собирались поехать в сторону трассы, прилегающей к комплексу, как нам дорогу преградил человек в форме. Гоша резко нажал на тормоз, и я свалился с заднего сиденья на пол.

— Добрый день, — обратился к Гоше человек. — Перед выездом необходимо проверить автомобиль. Откройте, пожалуйста, багажник и оставайтесь внутри.

Гоша молча потянулся за рычажком под рулём, и я услышал щелчок замка позади себя. Человек в форме подозвал ещё двоих людей, и они все вместе подняли дверцу багажника.

— Чисто, — сообщил человек по рации. В ответ донеслось невнятное мычание. — На заднем сиденье тоже чисто.

Человек хлопнул дверью багажника, и обошел машину по кругу, подойдя обратно к окну Гоши.

— Спасибо вам, можете продолжать движение.

Гоша закрыл окно. Мы тронулись, но тот же человек снова преградил путь и постучал в стекло.

— Извиняюсь. Командир потребовал нас также проверить заднее сиденье вашего транспортного средства. Это всего на несколько секунд.

С этими словами человек в форме открыл левую заднюю дверь автомобиля, около моей головы, и уставился на меня.

— Здра-а-асте, — выдавил я с улыбкой, схватил дверь и резко захлопнул.

— Гони! — взвизгнула Саша.

Не тормозя мы снесли шлагбаум, мешавший выезду на дорогу, и с боковым скольжением въехали в быстрый поток автомобилей. Я, в это время пытавшийся сесть обратно на сиденье, снова свалился на пол.

— Они едут за нами — кричала Саша.

Я наконец забрался на сиденье и оглянулся. За нами, лавируя в потоке, неслись несколько чёрных легковушек и внедорожник. Через секунду он ударил в задний бампер, и я снова свалился на пол.

— Вот суки! Давай, милый, покажи, на что способен.

Саша поцеловала Гошу в щёку. Он улыбнулся и сильнее вдавил педаль. Двигатель взревел.

Несмотря на огромную скорость, которую мы набрали, внедорожник, преследовавший нас не отставал. Мы лавировали в потоке машин, пытаясь сбросить хвост, но черный внедорожник постоянно нагонял нас, и мы чудом избегали ударов в задний бампер.

Когда внедорожник снова пошёл на таран, Гоша резко дёрнул руль влево. Меня впечатало лицом в боковое стекло — зато я отлично увидел, как преследователь пролетел мимо и врезался в легковушку.

Та потеряла управление, метнулась туда, где мгновение назад были мы, перевернулась и закувыркалась. Через боковые окна выбросило два человеческих тела. Следующие машины врезались в груду металла; те, кто пытался уйти от столкновения, били соседей. Одна машина перевернулась на крышу, проскользила по асфальту и вспыхнула.

— Офигеть!

Саша смотрела в боковое зеркало. Её лицо исказила гримаса

— Ты прав, надо ехать. Вези нас домой.

Гоша вдавил педаль газа, и мы, обгоняя почти все машины, поехали в неизвестную сторону.

Новые друзья

Ребята жили в обычной девятиэтажке. Мы заняли последнее свободное место во дворе. Гоша тут же выскочил из машины и принялся возиться спереди. Пока я, весь помятый, выбирался с заднего сиденья, он уже пробежал мимо: в одной руке номерной знак, в другой — отвёртка.

— Правильно, нас будут искать, — одобрила Саша. — Наших лиц у них, может, и нет… Хотя твоё, Артём, похоже, знают все. Расскажешь, что ты натворил?

— Не хотелось бы обсуждать это на улице. И я не хочу подвергать вас опасности, поэтому лучше пойду.

— Ты пойдёшь с нами пить чай. И точка.

Тон Саши ясно давал понять, что спорить бесполезно. Я последовал за ними в подъезд. Гоша приложил электронный ключ к замку, и дверь с противным писком открылась. Я прошёл вперёд и вызвал лифт.

— Ты куда собрался ехать? Нам невысоко.

Проигнорировав открывшийся лифт, мы поднялись пешком на второй этаж. Гоша отпер квартиру и вошёл.

Я зашёл следом за Сашей и принялся снимать надоевшую мне форму прямо в коридоре.

— Мяу!

Из комнаты медленно вышла чёрная кошка, явно стремившаяся принять форму шара.

— Здравствуйте — ответил я кошке — хорошо сегодня выглядите.

Кошка внимательно посмотрела на меня и ответила:

— Мяу. Мяу?

— А меня Артём — я присел на корточки и протянул руку в сторону кошки.

Кошка подошла ко мне, и ткнулась мордой в руку. Я несколько раз её погладил, после чего встал.

— Мяу — сказала кошка, и, развернувшись, смешной походкой ушла обратно в комнату.

— Проходи, вот чай, вот печеньки, сахар надо?

Меня усадили за стол. Из чашки свисала нитка с жёлтым ярлычком, а рядом стоял большой салатник с печеньем, конфетами и почему-то зажигалкой.

— Нет, спасибо. Если можно, ещё холодной воды в чай?

Девушка ушла на кухню и через пару секунд протянула бутылку воды без газа. Я долил воды в кружку до краёв и вернул бутылку.

Саша села напротив, развернула конфету и откусила кусок.

— Ну, теперь рассказывай.

Мне очень не хотелось рассказывать кому-либо то, что произошло со мной, однако я решил, что мои новые друзья заслуживают знать правду.

— В детстве мне попался комикс «Iron Man» — на английском. Каждый вечер я разглядывал картинки, не понимая ничего, кроме «бум» и «вжух». Комикс так меня впечатлил, что я решил построить такой же костюм, летать по миру и спасать людей.

Я отпил чай.

— Потом мечта забылась, но интерес к технике остался. Я занялся электроникой, программированием, конструкторами. Однажды разобрал домашний телевизор, чтобы понять, как он устроен. Собрать обратно не смог. Дедушка поддерживал мои увлечения и даже выделил комнату под лабораторию. А когда по комиксу сняли фильм, я понял: должен сделать собственный костюм хотя бы ради внутреннего ребёнка.

Я вытянул левую руку, показывая пневматический двигатель.

— Создание костюма заняло у меня год. Все работает за счёт этих цилиндрических пневматических двигателей. В спине костюма, под защитной крышкой находится компрессор, и целая куча электронных клапанов. Когда я хочу выпрямить руку, датчики отправляют информацию на встроенный компьютер, и он открывает клапан, подавая на двигатель сжатый воздух, добавляя дополнительное усилие. Система работает не очень точно, поэтому я выключаю костюм когда ем, или занимаюсь мелкой работой, а включаю его вот так.

Я перебрал пальцами. За спиной загудел насос — и из повреждённой трубки с рёвом вырвался воздух. Салатник взлетел, осыпая комнату крошками и конфетами, ударился о стену и чудом не разбился.

— А-а-а! Вот чёрт! Какой же я идиот! — ругал я себя, пытаясь отключить костюм.

Жужжание за спиной резко прекратилось, и из груди донеслись противный писк, а следом электронный голос:

— Обнаружена утечка в пневматической системе. Для дальнейшей эксплуатации костюма необходим ремонт.

Я стоял посреди некогда чистой комнаты, раздавив шоколадную конфету, которая прилипла к полу. На занавесках, вцепившись в них всеми когтями, висела кошка, с выпученными зелеными глазами.

— Э-э-э… Простите.

Я сгорал от стыда и смотрел в пол, но там о провале напоминали раздавленная конфета и рассыпавшееся печенье.

Саша сидела замерев с открытым ртом, и надкушенной конфетой в руке. Я перевел взгляд с девушки на Гошу, и обнаружил, что он сидит в таком же ступоре, и смотрит на Сашу. Неожиданно, девушка, положила вторую половину конфеты в рот, и сделала глоток чая, после чего поставила кружку на стол и пожала плечами:

— Ну, бывает.

Я опять посмотрел на Гошу. Тот тоже молча пожал плечами, и продолжил потребление чая.

— Вы — безумная парочка — произнес я случайно вслух.

Девушка рассмеялась:

— Ты ещё не представляешь, насколько! Милый, принеси веник и совок.

Гоша вопросительно посмотрел на девушку.

— Как где? Как обычно, в шкафу в коридоре, где всегда и стоит!

Парень подскочил с места, и быстро вернулся к нам, держа в руке дешёвый соломенный веник и пластиковый совок голубого цвета.

— А не мог бы ты заодно убрать тут?

Я попытался забрать у Гоши веник, но тот покачал головой и принялся за уборку, сперва вытащив конфету у меня из-под ноги.

— Мы с Гошей познакомились два года назад на музыкальном фестивале. Я была бедной студенткой, но достала билет — потратила последние деньги! Стою в очереди, предвкушаю безумные ритмы, и тут кто-то пробегает мимо и вырывает билет. Я растерялась, а парень позади меня бросился за вором.

— Гоша? Героически догнал и вернул билет?

— Ха, если бы! Двое придурков решили так со мной познакомиться. Один вырывает билет, второй догоняет его, возвращает мне добычу — и я таю от благодарности. Но навстречу им шёл Гоша. Он просто выставил руку. Первый врезался в неё головой и упал, а билет каким-то образом уже оказался у Гоши. Второй остался приводить товарища в чувство. Гоша подошёл и протянул билет мне.

Закончив уборку, Гоша с удовольствием выслушал историю и одобрительно кивнул.

— Потом мы начали устраивать шалости на каждом мероприятии. В прошлом году пронесли в оперный театр машину для мыльных пузырей. Операция должна была буквально стать мыльной! На специальной жидкости мы сэкономили и намешали ядерную смесь из средства для посуды и яичного порошка. Вместо пузырей

Саша сделала глоток чая и взяла ещё одну конфету.

— Однажды мы пошли на экскурсию по киностудии. Ничего заранее не планировали — хорошие идеи приходят на месте. Нам показали павильоны, костюмерную и склад реквизита. Там стоял баллон с гелием. Потом повели в студии озвучки — маленькие комнаты со стеклом и микрофонами. Догадываешься?

Я начал догадываться.

— Мы отстали от группы, вернулись за баллоном и просунули шланг под дверь одной из студий. Только никто из нас не знал, что часть помещений сдавали в аренду. Серьёзные дядьки внутри читали новости в прямом эфире радио «Такси». Гелий поступал медленно. Когда мы уже ехали домой на жёлтой машине, слушать ведущих было невозможно. Водитель чуть не съехал с дороги, когда голос дозвонившейся Лидии Петровны оказался гораздо ниже голоса ведущего Сергея.

Саша продолжала рассказывать, как их выгоняли с мероприятий и вносили в чёрные списки, а на следующий год они возвращались под вымышленными именами.

— А в этот раз мы пообещали себе, что будем вести себя максимально спокойно, и постараемся не создавать хаос. Как ты уже понимаешь, у нас почти получилось.

— Простите меня — вытянул я тонким голосом.

— Артём, а ты ведь так и не рассказал, почему эти люди гнались за тобой.

— Похоже, слишком многие хотят заполучить такой костюм. Меня начали преследовать, когда я получил последние компоненты. С тех пор я почти всё время бегу, вокруг гибнут люди и взрываются здания…

Саша отставила кружку на стол и перебила меня.

— Стоп! Ты хочешь сказать, что вчерашний взрыв в “Гранд электрик” устроил ты?!

Я резко подскочил со стула.

— Ничего я не устраивал! “Гранд электрик” предложили мне поработать на них в качестве какого-то спец-агента, взамен обещали решить все мои проблемы с властями. А теперь, похоже, я потерял вообще всякие шансы на спасение, буду вечно прятаться по подвалам, если меня раньше не прикончат!

Я обессиленно упал обратно на стул, подперев голову кулаком.

— Впрочем, есть кое-что, что я ещё могу сделать. Мне нужно попасть в “Робокафе”!

Саша вопросительно приподняла одну бровь, встала со стула, и подошла к окну. Отодвинув штору, она спросила:

— Вот это?

Я подошёл к Саше. Окно выходило на очень знакомую улицу. Я отчётливо видел задний двор кафе и до боли знакомую вывеску.

— Мир тесен — сказал я и бросился в сторону выхода.

— Ты куда так спешишь?

Гоша вбежал в коридор и мигом выпрыгнул в ботинки, махнув рукой в сторону двери, так, чтобы это увидела девушка.

Возвращение в Робокафе

Втроём мы стояли у чёрного входа в «Робокафе», пока я пытался выудить кошелёк из кармана. Наконец мне удалось достать карту-ключ.

— Понятия не имею, что ждёт внутри.

Гоша прихватил из дома деревянную биту. Саша держала фонарь-электрошокер.

— Ну, поехали.

Я потянул дверь на себя и отскочил, пропуская Гошу вперёд. За ним вошла Саша, а через пару секунд — я.

В кафе царили тишина и темнота. Я щёлкнул выключателем — никакой реакции.

— Электричество отключено. Сейчас проверю.

По памяти я сделал несколько шагов и повернул налево.

— Если правильно помню, щит должен быть где-то здесь.

Я ощупывал гладкую стену в поисках дверцы.

— Погоди, включу фонарь, — сказала Саша.

Щёлкнуло, и яркий свет ударил мне в глаза. Я вскрикнул.

— Ты чего орёшь?

Глаза привыкли к свету. Саша направила луч на пустую стену передо мной.

— И где он?

Мы посмотрели на противоположную стену. Щит висел прямо напротив и, как мне казалось, зло посмеивался.

— Э-э-э… Перепутал.

Я открыл дверцу. Один из автоматов был выключен. Стоило поднять рычажок, как в глубине зала громко хлопнуло. Свет моргнул и погас; теперь отключились уже два автомата.

— Похоже, в зале короткое замыкание.

Я снова включил основной автомат. Свет загорелся.

— Вот. Теперь всё видно.

Саша нажала кнопку на фонаре, который оказался ещё и шокером.

— Умно. Что ещё умеет?

— Людей убивать! Смотри, как бы я тебя не шандарахнула за плохое поведение!

Она ткнула устройством в мою сторону и улыбнулась.

— Ладно, идём дальше.

Внутри было пусто. Повсюду валялись упаковочная бумага, пластиковые подносы и другой мусор. У кассы в нос ударил неприятный запах.

— Фу. Здесь не было электричества с тех пор, как я ушёл. В холодильнике всё протухло. И как это потом отмывать?

— Что мы вообще здесь делаем? — спросила Саша.

— Вчера в такси я услышал по радио зашифрованное сообщение от Феликса. Диктор сказал: «Супруги Мария и Артём поздравляют с днём рождения и очень ждут вечерней встречи в необычном ресторане со своим другом Феликсом».

— И ты решил, что эта забегаловка — необычный ресторан? У меня язык не поворачивается назвать её кафе. Тут же сплошные канцерогены!

— Между прочим, ещё три дня назад я здесь работал. И построил почти всё сам! Неприятно слышать такое о настоящем произведении искусства…

Гоша постучал меня по плечу и указал на странный зелёный мешок среди столов. Мы обошли прилавок. С каждым шагом запах усиливался.

За столом лежал человек в зелёной военной форме. Лицо застыло в гримасе, бледную кожу покрывали синие пятна. На полу расплылось мокрое вонючее пятно. Рядом валялся робот-уборщик, из которого тянулись к розетке обугленные провода.

— Вот и короткое замыкание.

Саша склонилась над телом.

— Сенейский Ю. М., — медленно прочитала она. — Артём, ты уверен, что встреча должна пройти здесь? Может, перепутал? В сообщении было что-нибудь ещё?

Я задумался. Последние слова точно говорили о встрече в необычном заведении. Какое ещё место они могли иметь в виду?

Разве что…

— Кажется, понял! Идём!

Саша вздрогнула. На этот раз я шёл первым. Мы выбежали наружу, и я устремился к двум соседним домам.

— Сто шагов! Сто метров — это сто шагов!

Я плясал у прохода между домами, заваленного мусорными мешками.

Гоша и Саша переглянулись.

— С тобой всё хорошо?

— За мной!

Я нырнул в проход.

Через десять метров Саша остановилась:

— Артём, куда мы идём? Здесь ничего нет, только мусор. А может, ещё и крысы… Фу!

— Идём, идём!

— Никуда я не пойду. По-моему, ты опять всё неправильно понял. Какие-то шаги…

Гоша подтолкнул её вперёд.

— Ты чего?

Он положил руки ей на плечи и посмотрел в глаза.

— Я? Почему?

Гоша приподнял брови и кивнул в мою сторону.

— Наверное, ты прав, — неуверенно сказала Саша. — Прости, Артём. Я просто хотела убедиться, что мы не попадём в ловушку.

Гоша приобнял её со спины. Они посмотрели друг на друга и поцеловались.

— Ладно, ребята, идёмте. Тут недалеко.

Я дошёл до конца прохода, повернул налево и исчез за стеной.

— Ничего себе! — услышал я позади. — Вот это действительно неожиданно!

Я повернулся к улыбающимся друзьям, театрально развёл руки и объявил:

— Добро пожаловать в бар «Старый Киборг»! Вам понравится!

Старый Киборг

За стойкой знакомый бармен натирал поверхность тряпкой. Я сел на высокий стул, Саша и Гоша устроились слева.

— Добрый вечер. — Бармен посмотрел на парочку. — Сегодня с друзьями? Что желаете?

Я повернулся к Саше:

— Советую кофе «Напалм». Очень бодрит!

Я улыбнулся и подмигнул бармену.

— Сожалею, но кофе «Напалм» пришлось убрать из меню после инцидента с париком…

За спиной раздался знакомый голос:

— И это ты называешь инцидентом с париком, дубина? Объясни: если делаешь огнеопасные коктейли, какого хрена огнетушитель просрочен на три года? Стоило один раз захотеть чего-нибудь нового — и вот результат!

Бармен продолжал натирать стойку, делая вид, что ничего не слышит.

— Могу предложить оставить отзыв в книге жалоб и предложений.

— Да я эту книгу тебе сейчас засуну по самые шейкеры в твою барменскую ж…

Голос оборвался. Послышались глубокий вдох и медленный выдох.

— Так. Спокойнее.

Человек сел справа от меня.

— Добрый вечер.

Его макушку украшала алая лысина, над правым глазом отсутствовала часть брови. Лицо казалось знакомым.

— Если не узнаёте, представьте, что у меня есть волосы.

Я задумался.

— Дмитрий, это вы?

Он повернулся к бармену:

— Вот скажи, как мне теперь вести дела? Видишь, даже клиенты не узнают!

— Могу предложить сертификат на модельную стрижку в качестве компенсации.

Дмитрий довольно улыбнулся:

— Вот это другое дело! Мог бы сразу предложить.

Слева раздался хохот. Саша и Гоша едва удерживались на стульях, вцепившись в стойку.

— А чего это они?

Через секунду глаза Дмитрия расширились.

— Ах ты падла!

Он схватил бармена за воротник, перегнулся через стойку и попытался вытащить наружу. Бармен давился от смеха.

— Что здесь происходит, господа? — раздался за моей спиной ещё один голос.

Дмитрий отпустил бармена. Я обернулся.

Посреди зала стоял Феликс с тростью в руке и удивлённо поднятой бровью.

— Если вы закончили, предлагаю обсудить более важные вопросы.

Он развернулся и вошёл в дверь с надписью «Служебное помещение».

— Полагаю, пора переместиться в более подходящее место. — Дмитрий встал и отряхнулся, затем погрозил бармену пальцем: — А с тобой я ещё поговорю.

Он снова посмотрел на меня.

— Думаю, Феликс не будет против, если ваши друзья присоединятся.

За дверью обнаружился просторный зал-кабинет, совершенно не подходивший к стилю бара. В центре стояла бронзовая статуя девушки с воздетыми к небу руками. Её окружал длинный стол с расставленными через каждые полметра креслами на колёсах. На стене висел проекционный экран с логотипом «Гранд Электрик».

Феликс сидел напротив экрана и печатал на ноутбуке. В дальнем конце зала Маша нажимала кнопки и дёргала рычажки кофемашины.

— Не похоже на караоке, — заметила Саша, разглядывая обстановку.

Феликс отвлёкся:

— Присаживайтесь, где удобно. Если хотите кофе или чаю, обратитесь к Марии. Скоро начнём.

Саша и Гоша заняли ближайшие кресла и продолжили с удивлением осматриваться. Я подошёл к Маше.

— Рад тебя видеть, — тихо сказал я.

Крыса

Феликс дождался, пока мы рассядемся, закрыл ноутбук и обвёл присутствующих взглядом.

— Прежде чем начать, я должен кое-что уточнить. Всё, что будет сказано в этой комнате с этого момента, является строго конфиденциальной информацией. Никаких разговоров с друзьями, родственниками и случайными собутыльниками. Всем понятно?

Гоша молча кивнул.

— Он всё понял, — пояснила Саша.

— Я догадался, — ответил Феликс. — Артём?

— Да, конечно.

— Мария?

— Я работаю на вас пять лет.

— Это не ответ.

Маша вздохнула:

— Да, мне понятно.

— Прекрасно. Некоторое время мы искали в компании крысу. Кто-то передавал конкурентам сведения о наших разработках, внутренних системах и сотрудниках. Несколько дней назад нам показалось, что мы наконец вышли на нужного человека. За одним из сотрудников установили наблюдение. Когда он понял, что за ним следят, и попытался скрыться, началось преследование.

— И тогда он взорвал здание? — спросил я.

— Мы пока не знаем, что именно произошло. В момент взрыва мы с Марией находились в лифте и поднимались на пятидесятый этаж. Можно сказать, нам чудом повезло.

— Очень повезло, — съязвила Маша. — Особенно когда лифт остановился, свет погас и Феликс двадцать минут объяснял мне, что паника мешает рационально оценивать ситуацию.

— И ведь помогло!

— Я двадцать минут думала, как задушить вас в темноте. Это действительно отвлекало.

Феликс сделал вид, что не услышал.

— Сам подозреваемый исчез. Но нам удалось выяснить, куда он направлялся. Сегодня вечером он должен был передать секретные данные компании в одном весьма популярном ресторане.

Саша медленно повернулась ко мне:

— Секретные данные? Ресторан? Шпион внутри огромной корпорации? Артём, я что, попала в дешёвое кино про Джеймса Бонда?

— Нет, — сказал я. — В кино обычно сначала объясняют размер гонорара.

— Размер гонорара будет зависеть от результата, — произнёс Феликс. — Думаю, на этом этапе мы уже готовы обсуждать наше сотрудничество на несколько более выгодных для вас условиях. Ваша задача — оказаться в ресторане раньше получателя и выкрасть наши данные обратно. Они не должны попасть в руки конкурентов или, что ещё хуже, государства.

— А вот теперь точно Джеймс Бонд, — заключила Саша. — Только дешёвый. У нормального хотя бы костюм был.

Я посмотрел на свой костюм.

— Зато у меня есть экзоскелет.

— Который нельзя надевать в ресторан.

— Поэтому кино и дешёвое.

Мы с Марией сидели за столом у стены. Тёплый свет и лёгкая музыка разливались по залу. В воздухе приятно пахло едой. Я не мог отвести

— Нет, ну ты посмотри! Тут тоже есть мои любимые блинчики! Интересно, они такие же вкусные, как у нас?

Я пожал плечами и только перевёл взгляд на меню, как к столу подошёл официант.

— Здравствуйте, меня зовут Михаил. Что я могу предложить вам сегодня?

— О, Михаил! Предложите мне, пожалуйста, эти великолепные блины.

Мария ткнула пальцем в меню, и официант послушно записал заказ в блокнот.

— А мне… — Я задумался. — Пасту карбонара.

Официант на мгновение застыл, слегка поморщился, но всё-таки записал.

Я собрал меню и передал ему.

— Спасибо, — сказал он и тут же исчез.

— Артём! Какая, к чёрту, паста карбонара?! Ты что, в придорожной забегаловке?

Голос Саши раздавался прямо у меня в ухе. Микроскопический наушник мне вставили ещё в баре, не объяснив, правда, как потом его оттуда доставать.

— Это ресторан русской кухни! Ты бы ещё суши заказал! — не унималась Саша. — Ну как же так… Что? Ну я же права! Нет, Гоша, если ты такое сделаешь на нашем свидании, я больше с тобой никуда не пойду.

— Господа, не отвлекайте наших агентов, пожалуйста, — прозвучал голос Феликса. — Мария, как там обстановка? Мне сообщили, что к ресторану подъехал автомобиль весьма недешёвого вида.

— Вижу потенциальный объект.

Мимо нашего стола прошёл грузный человек в костюме и сел на место, обозначенное как точка встречи нашего подозреваемого с заказчиком.

Из-за стола прямо за Марией поднялся мужчина с кейсом. Проходя мимо грузного, он положил руку ему на плечо, кивнул и скрылся за дверью мужского туалета. Человек в костюме посмотрел на часы, сделал глоток воды и тоже направился туда.

— Видимо, мой выход, — сообщил я друзьям. — Пожелайте удачи.

Мария положила ладонь на мою руку и улыбнулась:

— Удачи.

Окрылённый, я поплыл в сторону туалета.

Внутри, казалось, никого не было. Я тихо прошёл к кабинкам, нашёл закрытую изнутри, спрятался в соседней и прислушался.

— Я же говорю, оно того не стоит. Я больше не хочу делать эту работу! — кричал шёпотом один из мужчин. — Это опасно не только для будущего трудоустройства. Это опасно для жизни!

— Успокойся, — ответил второй голос. — Я уже сказал: взрыв устроили не мы. У нас нет ни технических возможностей для такого, ни желания этим заниматься. Мы устраняем конкурентов на технологическом поле, а не оружием и взрывами.

— А кто тогда это сделал?! Кому ещё под силу пронести взрывчатку через всю охрану в чёртов офис Феликса? Не сам же он это сделал!

— Я сказал: успокойся. Выполни последнюю работу — и можешь идти на все четыре стороны. Всё, разговор окончен.

Дверь отворилась. Через щель я увидел мужчину, который принёс кейс. Теперь он уходил без него.

— Вашу мать! — выругался оставшийся в кабинке человек. — Меня точно прикончат! Живым я оттуда не выйду. Уж это точно!

Из кабинки показалась нога грузного мужчины. Я приоткрыл дверь. Он направился к раковине, а я начал осторожно подбираться к ручке оставленного кейса.

Мужчина взглянул в зеркало, и наши глаза встретились.

Это он! Охранник из башни Феликса!

— Ах ты сука! — взревел он и выхватил кейс раньше, чем я успел до него дотянуться.

Охранник развернулся и ударил меня кейсом в грудь, припечатав к стене туалета.

Пока я пытался прийти в себя, он поднял кейс над головой и обрушил на меня. Я инстинктивно выставил руку. Удар оказался таким сильным, что мне удалось лишь отвести кейс в сторону.

Боже, этот охранник был чертовски силён!

Он схватил кейс обеими руками, прижал меня к стене и начал душить одной из граней.

— Чёртов Феликс, — шипел он. — Почему он просто не может оставить меня в покое? Я всего лишь хочу на сраную пенсию!

Я пытался вырваться, но руки и ноги скользили по кафельной плитке. Сколько бы искусственной силы в них ни было, без точки опоры она ничем не могла помочь. В глазах начало темнеть. В какой-то момент я перестал сопротивляться и просто стал ждать чуда.

— Почему ты вообще на него работаешь? — продолжал охранник. — Я думал, ты достаточно умён, чтобы самому создать компанию — больше и лучше этой. Может, ты просто не знаешь, кто он на самом деле…

Охранник внезапно обмяк. Позади него стояла Мария с окровавленным ножом для стейка в руке.

— Артём! Сваливаем! — крикнула она и схватила кейс.

Я сдвинул с себя тяжёлое тело охранника и вместе с Марией выскочил из туалета. На выходе мы врезались в официанта, принимавшего заказ. В воздух взлетели спагетти и приземлились прямо ему на голову, превратившись в весёлый жёлто-белый парик. Следом на него посыпались кусочки красной рыбы. Блин упал официанту под ноги. Тот поскользнулся и рухнул навзничь, а в момент удара головой об пол ему на глаза плавно легли две дольки лимона.

Мы выбежали из ресторана и оказались прямо перед мужчиной, который принёс кейс. Он стоял, облокотившись на чёрный автомобиль, курил и наблюдал за хаосом в зале.

— Что ж, господа, — обратился он к нам и отбросил сигарету. — Тащите чемодан своему хозяину, послушные миньоны. Если повезёт, мы ещё встретимся. Но уже при других обстоятельствах.

Он открыл заднюю дверь, сел в машину, и та стремительно уехала.

Из ресторана доносились крики. Люди требовали вызвать скорую и полицию и показывали на нас через окна.

— Обними меня, — сказал я Марии. — Быстрее. И держись крепче.

Как только она ухватилась за меня, я разбежался и прыгнул на пожарную лестницу ближайшего дома. Оттуда забрался на крышу, и по крышам мы отправились возвращать кейс законному владельцу.

Плазмаслон

До «Старого Киборга» мы добрались по крышам. Точнее, добрался я. Мария всю дорогу висела у меня на спине, прижимая к груди кейс и время от времени сообщая, что очередной мой прыжок обязательно станет последним.

Последним он не стал, но после приземления на крышу соседнего с баром здания мои колени решили, что с них достаточно.

— Дальше пешком, — сказал я.

— Наконец-то разумное решение.

Мы спустились по пожарной лестнице и вошли в бар через служебную дверь. В скрытом зале нас уже ждали. Саша вскочила из кресла, Гоша

— Получилось?

— Как видишь, — ответила Мария и поставила добычу на стол.

Феликс закрыл ноутбук.

— Превосходно. В таком случае я хотел бы немедленно проверить содержимое.

Я положил ладонь на ручку кейса раньше, чем он успел его забрать.

— Я сам отнесу.

Феликс посмотрел сначала на мою руку, потом на меня.

— Разумеется.

Он встал и указал тростью на небольшую дверь рядом с экраном.

— Прошу.

Мария едва заметно нахмурилась.

— Я пойду с вами.

— Не надо, — сказал я. — Мы быстро.

Мне очень хотелось верить, что это правда.

За дверью оказался небольшой кабинет без окон. Стол, два кресла, сейф и несколько пустых полок. Никаких бронзовых статуй, проекторов и кофемашин. Даже странно, что Феликс соглашался вести здесь дела.

Он закрыл дверь и сел за стол.

— Можете положить кейс сюда.

Я выполнил просьбу, но садиться не стал.

Феликс набрал код на замке. Крышка открылась. Внутри лежало несколько накопителей, упакованных в прозрачные пакеты.

— Судя по всему, всё на месте, — произнёс он. — Вы прекрасно справились.

— Не совсем.

Феликс поднял глаза.

— Что произошло?

— Человек, который забрал кейс, оказался вашим охранником. Тем самым здоровяком из башни.

Пальцы Феликса замерли над одним из накопителей.

— Вы уверены?

— Он чуть не задушил меня кейсом. Лица я обычно запоминаю хуже, но такие знакомства помогают.

— Любопытно.

— Мне было не очень.

Феликс вынул накопитель, осмотрел упаковку и вернул его на место.

— Значит, подозрения подтвердились. После взрыва этот человек исчез. Мы считали, что он погиб или воспользовался хаосом, чтобы скрыться.

— Воспользовался. А ещё очень хотел на пенсию.

— Боюсь, теперь ему придётся отложить свои планы.

— Не уверен. Мария воткнула ему в спину нож для стейка.

Феликс впервые перестал смотреть на кейс.

— Он жив?

— Когда мы уходили, не проверяли. В ресторане вызывали скорую. И полицию. В основном из-за нас.

— Я распоряжусь выяснить.

Он закрыл кейс.

— Это всё?

— Нет.

Я сел напротив.

— Пока он меня душил, всё время говорил о вас.

— В такой ситуации люди редко говорят приятные вещи.

— Он спросил, почему я на вас работаю. Сказал, что я не знаю, кто вы на самом деле.

Феликс слегка улыбнулся.

— Предатель пытался настроить вас против человека, у которого украл секретные данные. Не самая изобретательная тактика.

— Он не очень походил на человека, который что-то планирует. Скорее на человека, который в панике пытается не дать мне дышать.

— Паника не мешает лгать.

— А ещё он был уверен, что вы не оставите его в покое.

— Потому что он украл у меня разработки, способные изменить расстановку сил на рынке. Артём, это бизнес. Здесь нельзя просто забрать чужую собственность, уехать и рассчитывать, что бывший работодатель пожелает вам удачи.

— С вами вообще часто происходит что-то такое, после чего люди не могут просто уехать.

Улыбка исчезла.

— Не понимаю, о чём вы.

— Сначала меня пытаются задержать военные. Потом штурмуют квартиру. Потом вы предлагаете работу, и на первом же задании нас уже ждут. Потом кто-то нападает на вашу компанию, половина здания взлетает на воздух, а теперь бывший охранник пытается сломать мне шею кейсом. Вам не кажется, что для нескольких дней событий многовато?

— И вокруг меня почему-то всё чаще умирают люди. Вокруг вас, если подумать, тоже. Это уже не просто невезение.

— Каждая из этих ситуаций имеет объяснение.

— Конечно. Вот я и хочу их услышать.

Феликс откинулся на спинку кресла.

— Военные сочли неизвестного изобретателя с оружием угрозой. Неприятно, но вполне предсказуемо. Информация о первом задании утекла из-за предателя, которого вы сегодня встретили. Нападение на компанию — попытка конкурентов уничтожить наши исследования. А ваша драка в ресторане стала прямым следствием того, что вы пытались вернуть украденные данные.

— Всё очень удобно складывается.

— Реальность редко заботится о том, насколько удобно она выглядит.

— Только до знакомства с вами в меня почему-то не стреляли каждый день.

— До знакомства со мной вы не представляли, сколько людей интересуются вашими разработками.

— А теперь представляю. Они почему-то всегда оказываются рядом с вами.

Феликс постучал пальцами по крышке кейса.

— «Гранд Электрик» работает с технологиями, за которые компании готовы платить миллиарды. Конкуренты не дремлют. Они подкупают сотрудников, крадут данные, срывают испытания. Иногда переходят границы дозволенного.

— А вы?

— Что — я?

— Вы границы не переходите?

Он некоторое время молчал.

— Я защищаю компанию и работающих в ней людей.

— Это не ответ.

Феликс усмехнулся:

— Быстро учитесь.

— Хороший учитель.

— В крупном бизнесе невозможно выжить, соблюдая правила, которые противник давно отбросил. Иногда приходится действовать на опережение. Иногда — принимать неприятные решения. По существу, бизнес мало отличается от войны. А на войне, как известно, все средства хороши.

— Звучит успокаивающе.

— Это не должно вас успокаивать. Это должно помочь понять масштаб происходящего.

Феликс подался вперёд.

— Возьмём хотя бы ваш костюм. Если довести технологию до серийного производства, военные сделают «Гранд Электрик» монопольным поставщиком. Контракты такого уровня меняют не только судьбу компании, но и положение страны. Ради них конкуренты пойдут на что угодно. А уж о технологии «Плазмаслона» большинству исследовательских центров остаётся только мечтать.

Несколько секунд я смотрел на него, пытаясь понять, действительно ли услышал это.

— Что вы сейчас сказали?

— Я сказал, что ваши технологии представляют огромную ценность.

— Нет. После этого. Про «Плазмаслон».

Феликс едва заметно задержал взгляд на кейсе.

— Полагаю, название устройства мне запомнилось.

— Откуда?

— Артём…

— Я никогда вам его не показывал.

В кабинете стало очень тихо.

— Вы открывали мой ящик, — сказал я. — После того как вернули его мне.

— Содержимое представляло потенциальную угрозу безопасности компании. Мы должны были провести осмотр.

— Мы?

— Несколько сотрудников исследовательского отдела.

— Пока я был на задании?

— Это имело значение?

Я рассмеялся. Получилось нервно.

— Вообще-то да. Особенно теперь.

— Ни одно устройство не было повреждено.

— Дело не в повреждениях. Вы хотя бы понимаете, что нашли?

— Портативный генератор высокотемпературной плазмы.

— Примерно. И слово «примерно» здесь самое важное.

Феликс приподнял бровь.

— Объясните.

— Идею делала ИИшка. Я задал параметры, она рассчитала схему,

— Но она работает.

— Иногда.

— А в остальных случаях?

— Теряет стабильность.

— Что это означает?

— В лучшем случае сгорает управляющая электроника. В худшем высвобождается вся накопленная энергия.

Феликс перестал постукивать по кейсу.

— Происходит взрыв?

— Именно. Поэтому устройство лежало в ящике, а не стояло у меня на полке. Я не прячу туда удачные и безопасные изобретения.

Феликс молчал.

— Такая штука вполне могла взорваться, как ваш офис, — добавил я.

— Устройство никто не активировал.

— Я не говорил, что его активировали.

Наши взгляды встретились.

До этого Феликс отвечал сразу. На военных, предателей, конкурентов и войну у него находилось объяснение ещё до того, как я заканчивал вопрос.

Теперь он подбирал слова.

— Устройство исследовали, — наконец сказал Феликс. — Но не запускали.

— А оно само решило взорваться от недостатка внимания?

— Я не утверждаю, что именно оно стало причиной взрыва.

— Но вы сразу поняли, о каком устройстве я говорю.

Феликс промолчал.

Я посмотрел на кейс.

— Хорошо. Допустим, мой ящик вы открыли ради безопасности компании. Тогда давайте будем честны до конца.

— Что вы хотите знать?

— Всё.

— Боюсь, это слишком обширное требование.

— Тогда начнём с кейса. Вы знаете, что лежит в моём ящике. Я хочу знать, из-за чего сегодня чуть не погиб.

Феликс положил ладонь на крышку.

— Это закрытая информация.

— А мой ящик, значит, был открытой?

— Артём…

— Меня пытались задушить этой закрытой информацией. Марию, возможно, придётся объяснять полиции, почему в спине вашего бывшего охранника торчит нож из ресторана. По-моему, мы заслужили хотя бы краткое содержание.

— Вы получили задание и согласились его выполнить.

— Я согласился украсть кейс. Про необходимость убивать людей в техническом задании ничего не было.

— Насколько я понимаю, охранник напал первым.

— Это сильно облегчит ему восстановление после ножевого ранения.

Феликс медленно выдохнул.

— Содержимое кейса действительно стоит очень дорого.

— Оно стоит человеческой жизни?

— Некоторые сведения стоят гораздо дороже.

— Удобный ответ.

— Реалистичный.

— Нет. Реалистичный ответ — это название файла и его размер. А «дороже человеческой жизни» обычно говорят люди, которые собираются пожертвовать чужой.

Феликс несколько секунд смотрел на меня, затем снова открыл кейс и достал один из накопителей.

— Хорошо.

Он вставил накопитель в разъём ноутбука.

— Я покажу вам часть материалов. Только ту, которая касается сегодняшнего задания.

— Уже прогресс.

На экране появился список папок: военные контракты, схемы систем безопасности, отчёты об испытаниях, сведения о сотрудниках. Я наклонился ближе.

— Здесь есть личные данные людей.

— Имена, адреса, семьи, маршруты передвижения. Если информация попадёт к конкурентам, сегодняшний инцидент в ресторане покажется незначительным.

— Тогда зачем всё это вообще хранить в одном кейсе?

— Потому что тот, кто его подготовил, собирался продать компанию целиком. Не здание и не оборудование. Возможность добраться до каждого человека, который на неё работает.

Я пробежал глазами по названиям файлов.

На мгновение мне показалось, что одно из них знакомо.

Я прокрутил список обратно.

«Лысенко_Артём_Сергеевич».

— Это ещё что?

Феликс не ответил.

Я открыл свойства файла. Досье было создано за несколько месяцев до нашей встречи.

До разговора в «Старом Киборге».

До предложения работать на «Гранд Электрик».

И до того, как военные впервые попытались меня задержать.

— Вы давно за мной следили? — спросил я.

— Мы собираем сведения обо всех перспективных разработчиках.

— Маршруты передвижения тоже?

— Это стандартная аналитическая работа.

— Конечно. Обычный бизнес.

Я посмотрел на дату ещё раз.

— Только почему-то после вашей аналитической работы ко мне приехали не специалисты по найму, а люди с автоматами.

— Одно с другим не связано.

— Вы очень часто это говорите.

— Потому что вы пытаетесь объединить события, между которыми нет связи.

Я закрыл окно с досье.

— Может быть. Но пока единственный человек, который присутствует во всех этих историях, — это вы.

Феликс посмотрел на меня поверх ноутбука.

— Не единственный.

— И кто же ещё?

Он перевёл взгляд на дверь, за которой ждала Мария.

— Вы.

Из-за двери донёсся грохот. Что-то стеклянное разбилось, следом раздался возмущённый крик Дмитрия.

— Ах ты падла! Я тебя предупреждал!

Дверь распахнулась. В кабинет заглянула Мария.

— Простите, что мешаю вашему допросу, но у нас небольшая проблема.

— Что произошло? — спросил Феликс.

— Дмитрий снова сцепился с барменом.

Снаружи раздался ещё один удар.

— Судя по звуку, теперь они дерутся мебелью, — добавила она.

Феликс закрыл ноутбук и устало потёр переносицу.

— Полагаю, наш разговор придётся продолжить позже.

Я посмотрел на кейс, потом на погасший экран.

— Обязательно.

Мы вышли из кабинета.

Как только мы вошли в зал, я увидел Дмитрия. Он разбежался по барной стойке и запрыгнул бармену на спину.

— Дать пирожка?! Я тебе, сука, сейчас покажу пирожок! — орал Дмитрий и лупил его ладонями по голове.

— Господа, уймитесь! Что вы как дети малые? — взвыл Феликс.

— Расчёску, что ли, дома забыл? Чего такой буйный-то? — хохотал бармен, пытаясь сбросить Дмитрия.

— А-а-а-а! — ревел тот и лупил ещё сильнее.

В процессе борьбы со стойки за спиной бармена полетели бутылки. Воздух мгновенно наполнился запахом алкоголя.

— А ну стоять! Остановитесь, вам говорят! Сейчас обоим врежу! — Мария пыталась докричаться до Дмитрия и бармена, но они её не слушали.

Бармен вырвался из-за стойки и принялся бегать по залу, надеясь освободиться от захвата. Пробегая под люстрой, Дмитрий зацепил её головой. Раскалённая галогеновая лампа вылетела из плафона и упала за барную стойку — прямо туда, где разлился алкоголь.

Вспыхнул огонь.

— Горим! — закричала Саша. — Пожар!

Бармен увидел, как пламя расползается по стойке, ловким движением сбросил с себя Дмитрия и заорал:

— Тащите огнетушитель!

Феликс метнулся к выходу, но на стене обнаружился только пустой держатель.

— Тут нихрена нет! Где этот сраный огнетушитель?!

Феликс заметался по залу. Саша бегала кругами и кричала: «Горим! Пожар!» Мария помчалась в туалет искать ведро или любую другую ёмкость. Дмитрий валялся на полу, потирая обожжённую и ушибленную лысину, а я пытался справиться с двигателем на ноге, который

Бармен подбежал к стойке и выхватил шланг для газировки, но тут же выругался и выпустил его: нагретый металл обжёг ладонь.

Пламя добралось до потолка и коснулось распылителей системы пожаротушения. Раздался хлопок. На зал и всех находившихся в нём людей хлынула ржавая вода.

Через несколько минут огонь погас. Участники паники расселись кто на мокрые стулья, кто прямо на грязный пол и пытались прийти в себя.

Мария протянула мне пузырёк с машинным маслом и велела впредь носить его с собой. Феликс тяжело дышал. Его дорогой костюм промок и теперь напоминал кучу грязных тряпок. Бармен печально перебирал разбитые бутылки в надежде найти хоть одну уцелевшую. Дмитрий тихо сидел в углу и старался не привлекать внимания.

— Ура! — воскликнул бармен и вытащил из груды стекла почти полную бутылку водки.

Он открыл уцелевший ящик, достал стаканы, мысленно пересчитал присутствующих и грустно посмотрел бутылку на просвет. Затем вздохнул и разлил содержимое по шести стаканам.

— За счёт заведения!

Бармен залпом выпил то небольшое количество, которое досталось ему самому.

Саша вдруг рассмеялась. Её хохот оказался настолько заразительным, что следом не выдержала Мария. Вскоре мы все уже смеялись как ненормальные и никак не могли остановиться. Минут через десять приступ закончился.

— А я однажды горящее масло на плите водой залила, — начала Саша.

— От мамы потом сильно прилетело? — спросила Мария.

— Не-е-ет, это всего пару лет назад было. Я пранк-видео снимала.

В зале снова повисла тишина.

— А у меня однажды литиевый аккумулятор загорелся. Прямо в руках, — начал я. — У меня была машина на пульте управления, и мне не разрешали запускать её дома. Тогда я просто вытащил аккумулятор и начал с ним играть: подкидывал, дёргал за провода. А потом он внезапно вспыхнул — да так, что обжёг мне причинное место!

Все рассмеялись.

— А у меня однажды парик загорелся, — начал Дмитрий.

Все посмотрели на него так, что он сразу осёкся.

— Впрочем, это не такая интересная история.

Мы ещё полчаса делились историями, пока в зал не вошёл Гоша. Он удивлённо осмотрел помещение, затем уставился на людей, сидевших среди копоти и ржавой воды.

— Топ пять пранков, вышедших из-под контроля, — пояснила Саша.

Гоша удовлетворённо кивнул и поспешил вернуться в секретную комнату.

Когда мы кое-как отмылись и высохли, ко мне подошла Саша и незаметно сунула что-то в карман.

— Посмотри это, когда окажешься в безопасном месте, где никого нет. Гоша говорит, там полно интересного для тебя.

Я сунул руку в карман и нащупал предмет, очень похожий на флешку.

— Спасибо.

— Господа! — начал Феликс. — Отличные новости. Часть жилого ангара уцелела. Служба безопасности разрешила нам туда вернуться. Предлагаю прямо сейчас распределиться по лучшим из оставшихся жилых помещений и наконец отдохнуть.

Безопасный режим

До уцелевшего жилого ангара мы добрались уже под утро.

Служба безопасности действительно разрешила вернуться, но слово «уцелевший» понимала довольно широко. В коридорах пахло гарью и мокрым бетоном. Половина ламп не работала, несколько дверей заклинило, а из стены рядом с моей новой комнатой торчал кусок арматуры.

Зато внутри были кровать, душ и компьютер.

На тот момент большего мне от жизни не требовалось.

Я снял экзоскелет, поставил его возле стены и минут двадцать простоял под горячей водой. Ржавая жижа из системы пожаротушения смывалась неохотно. После третьей попытки я наконец перестал пахнуть смесью дешёвого алкоголя, гари и машинного масла.

Когда я выбрался из душа, в коридоре уже было тихо. Где-то далеко хлопнула дверь, затем всё стихло.

Я лёг на кровать и закрыл глаза.

Через несколько секунд вспомнил о флешке.

Она лежала в кармане снятых брюк. Маленький чёрный прямоугольник без надписей и опознавательных знаков. Я положил его на ладонь и некоторое время разглядывал.

«Посмотри это, когда будешь в безопасном месте, где никого нет».

Комната внутри здания «Гранд Электрик» подходила под это описание только наполовину.

Спать расхотелось.

Я подошёл к компьютеру и нажал кнопку включения. Пока загружалась система, опустился на колени и выдернул из системного блока сетевой кабель. Значок подключения на экране исчез.

Этого было недостаточно.

Я перезагрузил компьютер, вошёл в безопасный режим, отключил автозапуск внешних устройств и открыл диспетчер оборудования. Беспроводного адаптера в системном блоке не оказалось. Хоть на чём-то здесь решили сэкономить с пользой.

Безопасный режим, конечно, не превращал компьютер в сейф. Он всего лишь запускал меньше программ, способных сделать что-нибудь за моей спиной. Но другого компьютера под рукой не было, а любопытство уже победило здравый смысл.

Я вставил флешку.

Ничего не произошло.

Потом в проводнике появился новый диск.

На нём лежали три папки и один текстовый файл:

README.txt

Я открыл его первым.

«Артём.

Содержимое кейса может угрожать всем нам.

Мы с Сашей решили отвлечь остальных. Она предложила стравить Дмитрия с барменом, чтобы я смог просмотреть накопители. Феликс оставил кейс открытым прямо на столе.

Я рассчитывал, что они будут ругаться не больше пяти минут. Судя по звукам, расчёт оказался неточным.

На дисках действительно нашлось кое-что интересное. Я скопировал файлы, которые относятся к тебе, Марии и Анастасии.

Не подключай компьютер к сети.

Не показывай флешку Феликсу.

Сначала прочитай всё сам.

Гоша».

Я перечитал сообщение дважды.

Это были первые слова Гоши, которые я когда-либо видел. Правда, он всё равно умудрился не произнести их вслух.

Ещё меня беспокоило начало сообщения.

Они с Сашей специально стравили Дмитрия и бармена.

Я вспомнил горящую стойку, пустой держатель огнетушителя, ржавый водопад с потолка и заклинивший двигатель на ноге.

«Расчёт оказался неточным».

Кратко и исчерпывающе.

Рядом с README находились папки:

LYSENKO

IVANOVA

ANASTASIA

Я начал со своей.

Внутри лежала копия знакомого досье, которое Феликс показывал в кабинете. Фотографии, история заказов у Дмитрия, сведения об образовании, местах работы и передвижениях. Даже список деталей, из которых я собирал экзоскелет.

Ниже обнаружились документы, которых на экране Феликса не было.

Первый назывался «Наблюдение за объектом Лысенко А. С.».

Дата — за семь месяцев до нашей встречи.

«Продолжить скрытое наблюдение. Не препятствовать разработке силового каркаса до подтверждения работоспособности прототипа. Исключить контакт объекта с представителями конкурирующих организаций».

Источник: «Гранд Электрик. Служба внутренней безопасности».

Подписи не было.

Второй документ появился через четыре месяца.

«После подтверждения работоспособности прототипа подготовить объект к изъятию. Приоритет — захват живым с сохранением оборудования и технической документации».

Я почувствовал, как внутри становится холодно.

Я открыл следующий файл.

«В случае невозможности безопасного захвата разрешается устранение объекта. После нейтрализации обеспечить изъятие прототипа, вычислительной техники и всех носителей информации».

Источник тот же: «Гранд Электрик».

Ниже стояла электронная подпись:

«Евгений Адмиралов».

Я несколько секунд смотрел на фамилию.

Адмиралов.

Адмирал.

Тот самый укурок из комнаты за полигоном. Человек, который кружился на кресле среди мониторов, называл меня братом и уверял, что был против всего происходящего.

Теперь под последним приказом на моё изъятие и возможное устранение стояло его имя.

Подписи Феликса по-прежнему не было. Возможно, Адмиралов сам отдал приказ. Возможно, только оформил чужое решение. Но в любом случае он знал, откуда оно пришло.

Зато дата стояла за три дня до того, как военные впервые попытались задержать меня в пробке.

Я откинулся на спинку кресла.

Феликс сказал, что военные самостоятельно сочли меня угрозой.

В документах компании слово «устранение» появилось раньше, чем военный с пистолетом приказал мне выйти из машины.

Это ещё не доказывало, что приказ отдал сам Феликс. В компании могли действовать люди, о которых он не знал. Служба безопасности могла работать на военных. Файлы вообще могли быть подделкой.

Я нашёл три объяснения за несколько секунд.

Похоже, я слишком долго слушал Феликса.

Но теперь у меня появилась нитка, за которую можно было потянуть.

Евгений Адмиралов.

Я вернулся к списку и открыл папку IVANOVA.

В ней оказалось меньше документов, но легче от этого не стало.

Первый файл содержал обычное досье Марии: подготовка, результаты испытаний, отчёты с заданий и оценка лояльности. Следующий назывался «Назначение сопровождающего сотрудника».

«Назначить Иванову М. А. для установления доверительного контакта с объектом Лысенко. Истинные цели наблюдения и обстоятельства первичного обнаружения объекта сотруднику не раскрывать».

Я перечитал последнюю строку.

Мария не просто не рассказывала мне всей правды.

Часть правды не рассказывали ей самой.

Дальше находился дополнительный приказ.

«При возникновении у сотрудника Ивановой подозрений относительно происхождения операции немедленно отстранить её от объекта. В случае утраты лояльности допускается совместная нейтрализация сотрудника и объекта».

Совместная нейтрализация.

Я представил Марию в красном платье. Её ладонь на моей руке. Окровавленный нож для стейка.

Если верить документу, для кого-то в «Гранд Электрик» мы оба были расходным материалом.

В папке не говорилось, что именно Мария не должна была узнать. Вместо этого встречались ссылки на удалённое приложение и проект с обозначением, которого я раньше не видел.

«Инициатива ГЭ-17».

Самого файла на флешке не было.

Я хотел сразу разбудить Марию и показать ей документы. Уже встал из-за стола, но остановился.

Гоша написал: сначала прочитай всё сам.

Оставалась ещё одна папка.

ANASTASIA.

Я открыл её.

На экране появилась фотография Насти. Обычная фотография из документов: собранные волосы, серьёзное лицо, белый фон.

Под ней было написано:

«Анастасия Николаевна. Оперативный сотрудник. Назначена для долговременного наблюдения за объектом Лысенко А. С.».

Я несколько секунд просто смотрел на экран.

Потом закрыл фотографию и открыл снова.

Имя не изменилось.

Настя была агентом «Гранд Электрик».

В задании подробно описывалось, что она должна была делать: находиться рядом, следить за моими разработками, не допускать контакта с конкурентами и сообщать обо всех работоспособных прототипах.

Отдельным пунктом шло:

«Обеспечить объекту стабильные бытовые условия, занятость и доступ к оборудованию. При возможности сформировать устойчивую эмоциональную и романтическую привязанность».

Я медленно отодвинулся от монитора.

Жильё.

Работа.

Мастерская в «Робокафе».

Приглашение на фестиваль.

Я всегда считал, что Настя помогла мне, когда больше никто не захотел. Теперь оказалось, что помощь была частью задания.

В папке лежали её отчёты.

Первые были короткими и официальными.

«Объекту предоставлена работа. Доступ к мастерской обеспечен. Подозрительных контактов не выявлено».

«Объект продолжает разработку силового каркаса. Скрывает назначение части заказанных компонентов. Прямой доступ к документации получить не удалось».

Потом отчёты стали длиннее.

«Объект снова работал всю ночь. Попытка объяснить ему, что человеческий организм нуждается во сне, не дала результата. Прошу не проводить изъятие в ближайшее время: прототип не завершён, а сам объект представляет опасность главным образом для собственной мебели».

Я невольно улыбнулся.

Следующий отчёт был посвящён отдельной задаче.

«Попытка сформировать романтическую привязанность результата не принесла. Объект согласился на совместный ужин, после чего два часа рассказывал о способах охлаждения сервоприводов и ушёл домой собирать контроллер».

Ещё через месяц Настя написала:

«Задача по переходу к близким отношениям снова не выполнена по причине непомерной эмоциональной тупости объекта и полного отсутствия у мужчин способности понимать намёки».

Внизу стояло примечание руководителя:

«Оценочные формулировки в служебных отчётах недопустимы».

Ответ Насти находился прямо под ним:

«Это не оценочная формулировка. Это результат продолжительного наблюдения».

Я закрыл лицо руками.

Даже выясняя, что моя лучшая подруга была приставленным агентом, я умудрился почувствовать себя идиотом.

Последние отчёты отличались от первых ещё сильнее.

Настя перестала подробно описывать мои устройства. Несколько раз утверждала, что я забросил работу, хотя по датам я точно помнил: в те недели я часами рассказывал ей, какой крутой проект делаю. Что однажды один человек в таком костюме сможет взять и разом сдвинуть все стулья в кафе.

Сам экзоскелет тогда ещё не двигался — до пневмомоторов было далеко. Но Настя прекрасно знала, что работу я не бросил.

В одном документе она прямо возражала против захвата:

«Применение силы нецелесообразно. Объект не проявляет агрессии и готов сотрудничать при нормальном человеческом обращении. Попытка изъятия создаст угрозу для сотрудников, объекта и всех случайных людей поблизости».

Под отчётом стояла резолюция:

«Рекомендация отклонена».

Следующее сообщение Настя отправила за день до погони.

«Повторно требую отменить силовую операцию. Оценка угрозы завышена. Лысенко не террорист. Если вы придёте к нему с оружием, он запаникует и сделает что-нибудь исключительно глупое и очень разрушительное».

Я вспомнил пробку, человека с пистолетом, погоню и вертолёт.

Настя знала меня слишком хорошо.

Я пролистал документ до конца.

Ответа на её сообщение не было.

Не было и отчётов после начала операции.

Я посмотрел на часы. До рассвета оставалось меньше часа.

На экране одновременно лежали доказательства того, что Настя годами мне лгала, и того, что в самый важный момент она попыталась меня спасти.

Я всё ещё не знал, где она находится.

Не знал, можно ли доверять Марии.

Не знал, подписывал ли Феликс остальные приказы или хотя бы знал о них.

Зато знал, у кого можно об этом спросить.

И понимал главное.

Опасности вокруг меня действительно появлялись

Я закрыл все файлы, извлёк флешку и снова положил её на ладонь.

Спать больше не хотелось.

Я проверил уровень заряда экзоскелета. Индикатор показывал сто процентов.

Я надел костюм, вышел из ангара и запрыгнул на крышу. Оттуда устремился к главному зданию «Гранд Электрик».

Я должен был найти ответы.

Адмирал

Главное здание «Гранд Электрик» выглядело так, будто пережило войну и пока не решило, собирается ли переживать ремонт.

Несколько верхних этажей почернели от дыма. Часть окон отсутствовала, вокруг входа тянулась оградительная лента, а на фасаде висела табличка с надписью «Аварийные работы». При этом стеклянные двери продолжали светиться, терминал возле них работал и даже показывал прогноз погоды.

Я остановился на другой стороне пустой парковки.

До этого момента всё было просто. Надеть костюм. Добраться до здания. Найти Адмиралова. Задать вопросы.

Теперь требовалось сделать первый шаг к главному входу, и план внезапно перестал казаться таким убедительным.

Я не знал, работает ли охрана. Не знал, доложит ли терминал Феликсу о моём появлении. И совершенно не представлял, что буду делать, если Адмиралов встретит меня не разговором, а ещё одним приказом об устранении.

Я всё-таки шагнул вперёд.

Из-за угла здания вышла Мария.

На ней была тёмная куртка, левую руку она держала в кармане, а правой сжимала пластиковый пропуск. Увидев меня, остановилась.

— Только не говори, что вышла прогуляться, — сказал я.

— В пять утра? Возле полуразрушенного офиса?

— Поэтому и прошу не говорить. Всё равно не поверю.

Мария подошла ближе и посмотрела на экзоскелет.

— У меня накопились вопросы. Я долго думала, хочу ли знать ответы. Потом решила, что не хочу, и уже собиралась уйти.

— Разумное решение.

— Но тут увидела тебя. В костюме. Возле главного входа. С таким лицом, будто ты собрался либо получить ответы, либо снести оставшуюся половину здания.

— Я постараюсь начать с первого.

— Вот я и подумала: если ты тоже пришёл за ответами, значит, я всё-таки хочу их услышать.

Она приложила пропуск к терминалу.

Индикатор загорелся зелёным. Двери разъехались.

— Даже немного обидно, — сказала Мария. — Я была готова к драматическому увольнению, а мой пропуск всё ещё работает.

— Может, вас ещё не успели уволить.

— Или рассчитывают, что я сама приду.

— Это менее успокаивающий вариант.

В холле никого не оказалось. За стойкой охраны лежало разбитое стекло, на полу тянулись кабели, а один из турникетов застыл в открытом положении. Лифт в дальнем конце зала светился так, будто вокруг ничего не произошло.

Мы вошли в кабину.

— Куда? — спросила Мария.

— Минус пятидесятый.

Она посмотрела на меня.

— Зачем?

— Там работает человек, который может знать, кто приказал меня захватить.

— Откуда у тебя эта информация?

— Долго объяснять.

— У нас пятьдесят этажей вниз.

— Когда вернёмся.

— Ты всё увереннее говоришь о возвращении.

Мария приложила пропуск к панели и нажала скрытую кнопку. Двери закрылись. Лифт дёрнулся и поехал вниз.

Несколько секунд мы молча наблюдали, как на табло меняются отрицательные числа.

— Если нас после этого уволят, я буду скучать по блинчикам, — сказала Мария.

— В ресторане?

— В обоих. Но по бесплатным сильнее.

— Хорошо, что ты правильно расставляешь приоритеты.

— Кто-то должен. Ты сейчас едешь на пятидесятый подземный этаж выяснять отношения с человеком, приказавшим тебя устранить.

— Возможно, приказавшим.

— Тогда всё нормально.

Лифт остановился.

На табло горело «−50».

Двери с тяжёлым гудением разошлись. За ними находилась знакомая металлическая комната с одной дверью и большой люминесцентной лампой.

— Здесь проходил мой курс молодого бойца, — объяснил я.

— Ты упоминал. Кажется, после слов «грязная лужа» и перед словами «я бросил в них камень».

Мы вышли из лифта. Двери тут же закрылись.

Я нажал кнопку вызова.

Она не загорелась.

Из динамика под потолком раздался треск.

— Обнаружены участники испытания, — сообщил металлический голос. — Количество: два. Запуск усложнённого курса молодого бойца.

— Нет, — сказал я.

Дверь впереди медленно открылась.

— Уровень подготовки участников: высокий, — продолжил голос. — Ограничения безопасности сняты.

— Особенно нет.

Я попытался раздвинуть двери лифта руками. Они не поддались.

Мария заглянула на полигон.

— Где Адмиралов?

— За полосой препятствий.

— Другого пути нет?

— В прошлый раз не было.

— А как ты прошёл?

— В основном неправильно.

Полигон изменился. Верёвочную лестницу заменили высокой сеткой. Над грязной лужей больше не висела удобная перекладина. Между окопами натянули несколько рядов колючей проволоки. За ними виднелись бетонные заграждения, металлические ежи и тот самый огромный камень, которым я в прошлый раз раздавил бункер.

Теперь камней было два.

— Похоже, твоё прохождение их вдохновило, — сказала Мария.

Сзади с лязгом начала закрываться дверь.

Мы выбежали на полигон.

Сетка оказалась слишком высокой, чтобы перепрыгнуть её одним движением. Я подсадил Марию. Она быстро добралась до верхнего края, перекинула ногу и спрыгнула с другой стороны.

Я схватился за металлические ячейки и полез следом. На середине подъёма сетка задрожала. По ней прошёл электрический разряд.

Мышцы свело, пальцы разжались, и я рухнул на землю.

— Артём!

— Всё нормально, — прохрипел я. — Теперь знаю, зачем здесь резиновое покрытие.

Я разогнался и перепрыгнул сетку, едва не приземлившись на Марию.

— Сразу так нельзя было?

— Тогда я бы не узнал про электричество.

Грязную лужу пришлось обходить по узкой трубе. Мария прошла первой, раскинув руки. Я сделал два шага, труба прогнулась под весом костюма и лопнула.

Остаток пути по луже я прошёл пешком.

— Второй раз, — сказал я, выбираясь на берег. — Второй раз они заставляют меня лезть в эту грязь.

— Может, она историческая.

За лужей начиналась колючая проволока. Перепрыгнуть её мешали натянутые сверху стальные тросы. Пришлось лечь на землю и ползти.

Проволока цеплялась за пластины экзоскелета. Один шип прорвал рукав. Мария двигалась рядом, осторожно отводя витки стволом пистолета.

— Настоящий курс молодого бойца, — пробормотал я. — Всё как обещали. Грязь, колючая проволока и желание убить организатора.

— Последнее обычно появляется после курса.

— У меня было заранее.

Мы выбрались к окопам. В этот момент над дальним бункером открылся металлический щит.

Из темноты показался ствол автоматической винтовки.

Следом открылся второй бункер.

— Автоматические огневые комплексы с искусственным интеллектом активированы, — сообщил голос полигона.

— На землю! — крикнула Мария.

Полигон взорвался

Пули ударили в землю перед нами. Я схватил Марию за плечо и потянул в окоп. Несколько зарядов звякнули о бронепластины. Один пробил защитный кожух на правой руке.

Раздалось шипение.

На дисплее вспыхнуло предупреждение:

«ПАДЕНИЕ ДАВЛЕНИЯ. ПОВРЕЖДЁН ШЛАНГ ПРАВОЙ РУКИ».

Рука сразу стала тяжёлой. Пневмодвигатели ещё пытались двигаться, но воздух с противным свистом уходил наружу.

— Они стреляют настоящими патронами! — крикнул я.

— Спасибо, я заметила!

Мария высунулась из окопа и дважды выстрелила. Первая пуля ударила в край амбразуры. Вторая попала в оптический блок винтовки.

Один ствол дёрнулся и замолчал.

ИИ второй винтовки тут же повернул ствол к Марии.

Я успел увидеть вспышку.

Марию отбросило назад. Она схватилась за левую руку. Между пальцами выступила кровь.

— Маша!

— Навылет, — процедила она. — Кость вроде цела.

Винтовка снова открыла огонь. Пули выбивали землю из края окопа.

Я посмотрел на огромный камень рядом с нами.

В прошлый раз я бросил такой в бункер.

Теперь бросать было неудобно. Между нами и дверью в комнату Адмирала оставалось метров тридцать открытого пространства, а правая рука костюма почти не работала.

Я подсунул левую ладонь под камень.

— Артём, не надо, — сказала Мария.

— Есть предложения лучше?

— Есть. Не поднимать то, что тяжелее автомобиля, одной рукой.

Я включил максимальное давление.

Насос взвыл. Камень медленно оторвался от земли.

На экране замигали предупреждения:

«ПЕРЕГРУЗКА КОМПРЕССОРА».

«ДАВЛЕНИЕ ВЫШЕ ДОПУСТИМОГО».

«ВОЗМОЖЕН РАЗРЫВ ПНЕВМАТИЧЕСКОЙ СИСТЕМЫ».

— Прячься за мной! — крикнул я.

Прижав камень к левому плечу, я выбрался из окопа. Мария шла следом, держась за раненую руку.

Пули застучали по камню. От поверхности отлетали осколки. Каждый удар отдавался в костюме, но мы продолжали двигаться.

Двадцать метров.

Пятнадцать.

Десять.

Левая нога задрожала.

«КРИТИЧЕСКАЯ ПЕРЕГРУЗКА».

— Ещё немного! — сказала Мария.

Раздался металлический хруст.

Пневматическая рессора на левой ноге лопнула. Колено сложилось, и я рухнул вместе с камнем. Экран залило красным.

«АВАРИЙНОЕ ОТКЛЮЧЕНИЕ».

Двигатели замерли.

Костюм мгновенно превратился в груду металла, надетую на меня.

Камень упал перед нами. Винтовка продолжала стрелять, откалывая от него куски.

До двери оставалось несколько метров.

— Вставай! — Мария схватила меня за исправную руку.

— Он отключился!

— Тогда тащи его сам!

Я упёрся ногой в землю и поднялся. Без двигателей каждый шаг требовал усилий, будто к рукам и ногам привязали по мешку цемента.

Мария толкнула дверь. Та открылась.

Мы вместе перевалились через порог. Последняя очередь ударила в стену за спиной. Дверь захлопнулась, и грохот сразу стал глухим.

Несколько секунд мы лежали на полу и тяжело дышали.

— Ненавижу собеседования, — сказал я.

Мария села, прижимая ладонь к ране.

— Где он?

Я поднял голову.

Комната почти не изменилась. Те же мониторы, тот же стол, то же крутящееся кресло посередине.

Адмиралов сидел в нём спиной к нам.

— Евгений! — позвал я.

Он не ответил.

Я с трудом выбрался из отключённого костюма и подошёл к креслу.

На краю стола дымилась недокуренная сигарета.

Я развернул кресло.

Адмиралов смотрел в потолок широко открытыми глазами. В центре лба темнело пулевое отверстие. Затылок и спинка кресла были залиты кровью.

Мария подошла следом.

— Он мёртв, — тихо сказала она.

Я посмотрел на дымящуюся сигарету.

— И совсем недавно.

Мария посмотрела на мониторы.

— Возможно, он успел оставить что-нибудь полезное.

Я вернулся к столу и коснулся мыши. Главный монитор не отреагировал. Нажал кнопку включения — ничего.

— Питание есть, — сказала Мария, кивнув на горящие индикаторы под столом.

— Тогда, наверное, завис.

Я зажал кнопку и перезагрузил компьютер.

Система загружалась мучительно долго. На экране появилось сообщение о неправильном завершении работы, затем открылось окно программы для записи видео.

«Обнаружена автоматически сохранённая запись. Восстановить файл?»

Мы с Марией переглянулись.

— Восстановить, — сказала она.

Я нажал кнопку.

На экране появилось изображение с веб-камеры. Адмиралов сидел перед компьютером живой, улыбался и раскачивался в кресле.

— Здорово, бойцы! С вами снова старина Адмирал. Сегодня у нас обзор обновлённого курса молодого бойца!

Он оттолкнулся ногой от стола и сделал полный оборот на кресле.

— После прошлого испытания руководство намекнуло, что курс оказался слишком простым. Лично я так не считаю. Если человек берёт булыжник размером с автомобиль и бросает его в бункер, проблема явно не в сложности курса. Но начальству виднее, догоняете?

Адмиралов покрутил мышью. На одном из мониторов за его спиной появилась схема полигона.

— Поэтому встречайте: электрическая сетка, усиленная колючая проволока и две автоматические винтовки с искусственным интеллектом! Красавицы сами находят цель, рассчитывают упреждение и умеют работать перекрёстным огнём. Очень умные. В отличие от людей, которые согласовали боевые патроны для собеседования.

Он наклонился к камере и понизил голос:

— Я был против. Запомните эту часть, если запись потом будут показывать в суде.

Адмиралов снова откинулся на спинку кресла.

— В общем, теперь просто кинуть камень и уйти не получится. Хотя если наш железный друг снова сюда заглянет, я бы посмотрел. Чисто в исследовательских целях.

Где-то за пределами кадра раздался мелодичный сигнал.

Адмиралов перестал улыбаться и посмотрел в сторону двери.

— Лифт приехал, — сказал он. — Странно. Начальство обычно не навещает меня в такое время.

Он потянулся к мыши. Изображение дёрнулось, окно с его лицом исчезло, но запись продолжилась. Камера теперь снимала пустое кресло и часть комнаты.

Открылась дверь.

В кадр вошёл Феликс.

Без трости. В тёмном пальто и перчатках.

— О, босс! — Адмиралов остался где-то рядом с камерой. — Не ожидал. Решили лично проверить обновление? Там теперь такая красота! Сетка под током, проволока, умные винтовки…

— Я видел отчёт, Евгений.

— Тогда зачем спускались? Если по поводу расходов, я могу объяснить. Боеприпасы сейчас вообще стоят как крыло от самолёта.

— Дело не в расходах.

Феликс подошёл ближе. Его лицо стало хорошо видно.

— Вы оставили электронную подпись под последним приказом по Лысенко.

На записи повисла тишина.

— Ну оставил, — наконец ответил Адмиралов. — У нас половина документов без подписи гуляет. Сам говорил, что надо порядок навести.

— Теперь эта подпись — единственная ниточка, ведущая от операции ко мне.

Кресло медленно повернулось. Адмиралов больше не улыбался.

— Погоди, босс. Я ведь всё делал как договаривались. Никому ничего не рассказывал. Даже когда этот псих швырнул камень в мой бункер.

— Я знаю. Вы хорошо работали.

— Тогда в чём проблема? Я удалю

Феликс достал из-под пальто пистолет.

— К сожалению, Евгений, я не могу рисковать.

Адмиралов поднялся. Кресло отъехало к столу.

— Босс, брось. Мы столько лет вместе. Я же свой человек.

— Именно поэтому я пришёл лично.

— Я ничего не скажу!

— Я вам верю.

— Тогда убери пушку!

Феликс не пошевелился.

Адмиралов посмотрел на оружие, затем снова на него.

— Значит, всё-таки убьёшь.

— Простите.

— Погоди. Хотя бы скажи: какой у тебя вообще план? Допустим, уберёшь меня. Дальше что? Компания разваливается, военные роют землю, Лысенко уже начинает задавать вопросы. Ты куда собрался бежать?

Феликс немного опустил пистолет.

— Мне не придётся бежать.

— Это как?

— В государственных архивах хранится информация, за которую несколько иностранных правительств предоставят мне и защиту, и новое имя. Когда эти сведения окажутся у нужных людей, местные власти уже ничего не смогут сделать.

— И ты собираешься сам полезть в правительственный архив?

— Разумеется, нет.

Феликс улыбнулся.

— Это сделает Лысенко.

— Артём? Он тебя после такого первый сдаст.

— Только если будет знать, что именно крадёт. Для него это станет очередным заданием по возвращению похищенных данных. Его костюм позволит пройти охрану, забрать носитель и выбраться оттуда, куда обычного человека даже не пропустят.

— А потом?

— Потом он станет единственным преступником, которого увидят камеры и свидетели. Я же окажусь пострадавшим работодателем, который пытался его остановить.

Адмиралов медленно покачал головой.

— Хитро. Только он не настолько тупой.

— Поэтому действовать нужно быстро.

Феликс снова поднял пистолет.

— Босс…

Раздался выстрел.

Голову Адмиралова отбросило назад. Кресло завертелось и остановилось спинкой к камере.

Феликс некоторое время стоял неподвижно. Затем спрятал пистолет и подошёл к столу.

На записи осталось кресло, медленно покачивавшееся из стороны в сторону. У края стола дымилась сигарета.

— Идиот, — тихо произнёс Феликс.

Его рука потянулась к компьютеру. Изображение дёрнулось и погасло.

«Запись повреждена. Конец восстановленного фрагмента».

В комнате снова стало тихо.

Я не мог отвести взгляд от экрана.

— Теперь у нас есть ответы, — сказала Мария.

— Не все.

Я посмотрел на мёртвого Адмиралова.

— Но достаточно, чтобы понять: следующая цель Феликса — я.

Стабильное состояние

Несколько секунд мы молча смотрели на застывший экран.

Первой пришла в себя Мария.

— Нам нужно уходить.

Она попыталась открыть дверь на полигон, но сразу отдёрнула руку. Снаружи по-прежнему работала винтовка. Очередь ударила в камень, которым мы прикрывались, и осыпала дверь мелкой крошкой.

— Через полигон не выйдем, — сказал я.

— Тогда лифт.

— Он заблокирован.

— Разблокируем.

Мария произнесла это так уверенно, будто рядом не лежал человек, которого застрелили именно за попытку помочь нам разобраться.

Кровь продолжала стекать по её руке и капать на пол.

— Сначала перевязка.

— Сначала выход.

— Если ты истечёшь кровью, выходить будет некому.

— А если сюда вернётся Феликс, перевязка нам уже не понадобится.

Я посмотрел на дымящуюся сигарету Адмиралова.

— Он ушёл несколько минут назад. У нас есть время.

На стене висела металлическая аптечка. Внутри нашлись бинты, обезболивающее и жгут с истёкшим сроком годности. Мария посмотрела на дату, пожала плечами и затянула его выше раны.

— Пуля прошла навылет, — сказала она. — Ничего жизненно важного не задела.

— Ты теперь ещё и врач?

— Нет. Поэтому диагноз особенно оптимистичный.

Пока Мария перевязывала руку, я осмотрел экзоскелет. Шланг правой руки был пробит. Пневморессора на левой ноге лопнула пополам, а аварийная система заблокировала все двигатели.

На полке под столом нашлись инструменты и бухта тонкой пластиковой трубки. Для нормального ремонта она не подходила, зато могла временно заменить повреждённый участок.

Я обрезал шланг, вставил трубку и перетянул соединение двумя хомутами. Затем отключил сломанную рессору от общей магистрали и зафиксировал колено металлической планкой.

Компьютер костюма включился.

«ОБНАРУЖЕНЫ КРИТИЧЕСКИЕ ПОВРЕЖДЕНИЯ».

— Я тоже рад тебя видеть.

«ДВИЖЕНИЕ НЕ РЕКОМЕНДУЕТСЯ».

— А придётся.

«ГАРАНТИЯ АННУЛИРОВАНА».

— Очень смешно.

Мария посмотрела на меня:

— Ты сам добавил эту фразу?

— Возможно.

Она помогла мне забраться в костюм. Правая рука двигалась рывками. Левую ногу приходилось держать почти прямой, но нагрудные пластины оставались целы.

Мы подошли к дверям лифта. Мария сняла крышку с панели и замкнула два контакта отвёрткой.

Ничего не произошло.

— Ещё идеи? — спросил я.

— Несколько. Все требуют взрывчатки.

— Она у нас как раз может появиться.

Я вспомнил чёрный ящик, оставленный в жилом ангаре.

И устройство, о котором Феликс знал слишком много.

— Что? — спросила Мария.

— «Плазмаслон».

— Тот самый портативный генератор плазмы?

— Он лежал в моей комнате. Если Феликс понял, что запись сохранилась, он попытается уничтожить весь этаж. А после первого взрыва он знает, чем это можно сделать.

— Ты говорил, устройство никто не активировал.

— Это сказал Феликс.

Над дверями лифта загорелся индикатор.

Кабина двигалась вниз.

Мы отступили к столу. Мария достала пистолет, но раненая рука дрожала. Я встал перед ней.

— Если это охрана, попробуем поговорить, — сказал я.

— А если Феликс?

— Тогда особенно попробуем.

Лифт остановился.

Двери открылись.

В кабине стоял Феликс. В правой руке он держал пистолет, а в левой — устройство из чёрного ящика.

«Плазмаслон» представлял собой короткий металлический цилиндр, окружённый тремя подвижными кольцами. Между ними тянулись толстые провода, а на боку мигал маленький экран.

— Отойдите от оружия, Мария, — сказал Феликс.

Она не пошевелилась.

— Вы уже убили одного сотрудника, — ответила она. — Не слишком ли поздно беспокоиться о корпоративной дисциплине?

Феликс посмотрел на монитор с остановившейся записью.

— Значит, вы всё видели.

— Достаточно, — сказал я.

— Тогда вы понимаете, почему я здесь.

— Чтобы уничтожить запись?

— Запись, оборудование, остатки исследовательского центра, а заодно двух людей, которые оказались не в том месте.

— Очень деловой подход.

— Не усложняйте, Артём. Я всё ещё предлагаю вам выбор.

Феликс вышел из лифта. Пистолет оставался направлен на нас.

— Какой?

— Продолжить сотрудничество. В мире достаточно стран, готовых заплатить за наши знания. Вы получите лабораторию, неограниченное финансирование и возможность создавать всё, что захотите. Мария возглавит службу безопасности. Никто из вас больше не будет выполнять чужие приказы.

— Кроме ваших, — сказала Мария.

— Мы можем

— Адмиралов тоже был вашим партнёром? — спросил я.

Феликс на мгновение отвёл взгляд.

— Евгений совершил ошибку.

— Поставил подпись?

— Оставил след, который невозможно было контролировать.

— А Настя? Она тоже совершила ошибку, когда пыталась отменить мой захват?

Феликс снова посмотрел на меня.

— Откуда вы знаете об Анастасии?

— Значит, документы настоящие.

— Я этого не говорил.

— Вы очень часто это говорите.

Феликс медленно выдохнул.

— Последний раз, Артём. Идите со мной. Всё произошедшее останется здесь. Через несколько лет вы будете вспоминать сегодняшний разговор из собственного исследовательского центра и удивляться, почему вообще сомневались.

— А люди, которые умерли вокруг нас?

— Получат компенсации их семьи.

— Мёртвым станет намного легче.

— Это война. На войне неизбежны потери.

— Нет, Феликс. Это ваш бизнес.

Мария подняла пистолет выше.

— Похоже, мы отказываемся.

— Я надеялся, что вы окажетесь разумнее.

Феликс поставил «Плазмаслон» на стол Адмиралова. Кольца устройства пришли в движение.

— Не трогайте его, — сказал я.

— Уже поздно.

Он нажал кнопку на боковой панели.

Экран засветился красным. Кольца начали вращаться в разные стороны, постепенно набирая скорость.

— Вы знаете, что произошло с первым устройством? — спросил Феликс.

— С каким первым?

— Мои специалисты скопировали ваш генератор. Схему, материалы, управляющую программу — всё до последнего винта. Мы считали, что получили точную копию.

— Вы её включили.

— На минимальной мощности. Этого оказалось достаточно.

Я посмотрел на вращающиеся кольца.

— Взорвалась копия.

— Она уничтожила исследовательский сектор, затем огонь добрался до остальных этажей. Нам повезло, что лифтовая шахта приняла часть ударной волны.

— А теперь вы решили повторить опыт с оригиналом.

— Здание всё равно придётся снести. Вместе с ним исчезнут запись и оставшиеся документы.

— Вместе с нами.

— Вы сделали выбор.

Феликс начал отступать к лифту.

Я следил за показаниями устройства. Красные цифры на экране росли. Кольца вращались всё быстрее.

Но звука перегрузки не было.

Копия перед взрывом должна была визжать, сбрасывать давление и хаотично менять направление полей. По крайней мере, так показывала моя модель.

Оригинал работал ровно.

Красный свет сменился оранжевым.

Потом белым.

Все три кольца синхронизировались.

— Оно стабилизировалось, — сказал я.

Феликс остановился у лифта.

— Что?

— Копия потеряла калибровочное состояние. Вы скопировали конструкцию, но не историю настройки. Поэтому она взорвалась.

— Сейчас произойдёт то же самое.

— Нет.

В центре колец появилась тонкая светящаяся линия.

Я узнал этот звук. Тихий ровный гул, от которого начинали дрожать зубы.

— Сейчас оно сработает как должно.

Феликс посмотрел на устройство.

На несколько секунд пистолет отклонился в сторону.

Я бросился к нему.

Первый выстрел попал в правую руку. Меня развернуло, но костюм продолжил движение.

Второй удар пришёлся в левое бедро.

Нога подломилась. Я упал на колено и всё равно потянулся к Феликсу.

Он выстрелил ещё дважды.

Обе пули ударили в нагрудную пластину. Первая застряла в металле. Вторая с визгом отлетела в сторону.

Феликс дёрнулся.

На его брюках быстро расползалось тёмное пятно. Рикошет попал в верхнюю часть бедра.

Он попытался сделать шаг, но рухнул возле лифта. Пистолет выскользнул из руки.

Я опустился на пол. Из отверстия в ноге толчками шла кровь. Правая рука почти не слушалась.

— Артём! — Мария подбежала ко мне.

Она отбросила пистолет Феликса, опустилась рядом и попыталась осмотреть рану.

— Артерия, — сказала она. — Не двигайся.

— Отличный совет.

Мария зубами расстегнула куртку, сорвала её с себя и ножом разрезала рукав. Сложила ткань полосой, обмотала мою ногу выше раны и затянула изо всех сил.

Боль стала такой, что на мгновение потемнело в глазах.

— Терпи.

— А есть другой вариант?

— Нет.

Оставшейся тканью она прижала рану на руке.

За её спиной «Плазмаслон» залило белым светом.

Светящаяся линия в центре устройства расширилась. Воздух задрожал и разошёлся в стороны, образуя вертикальный овал.

Внутри него появился зал «Робокафе».

Перевёрнутые стулья. Погасшее меню. Знакомая стойка.

— Это портал? — спросила Мария.

— Да.

— Ты создал портал и положил его в ящик?

— Он был нестабильным.

— Это не ответ.

— Поэтому и положил.

Со стороны лифта раздался стон.

Феликс лежал на спине и обеими руками зажимал рану. Лицо стало белым.

— Помогите, — прохрипел он.

Мария даже не повернулась.

— Маша…

— Нет.

— Он истекает кровью.

— Он только что пытался нас убить. И собирался похоронить под зданием всех, кто мог ему помешать.

Феликс попытался подтянуться к нам, но смог сдвинуться лишь на несколько сантиметров.

— Я заплачу… Сколько захотите…

— Даже сейчас, — сказала Мария. — Для него всё ещё существует только цена.

Она помогла мне сесть.

— Оставим его. Скоро портал закроется.

Я посмотрел на Феликса.

Перед глазами снова возник Адмиралов в кресле. Солдаты на крыше. Охранник в туалете. Люди, которых раз за разом превращали в препятствия, расходы и допустимые потери.

— Спаси его, — сказал я.

Мария замерла.

— Артём…

— Люди — не бизнес, Маша. Мы не будем решать, кто достоин жить. Не так, как он.

Она несколько секунд смотрела на меня, затем выругалась и подползла к Феликсу.

— Если вы после этого снова попытаетесь нас убить, я лично сниму жгут.

Феликс попытался улыбнуться, но вместо этого застонал.

Мария вытащила ремень из его брюк, обернула вокруг бедра и затянула. Кровотечение замедлилось.

Портал начал мерцать.

— Уходим, — сказал я.

Мы с трудом поднялись. Мария закинула здоровую руку Феликса себе на плечо. Я подхватил его с другой стороны. Повреждённая рука костюма дёрнулась, но выдержала, а я едва не упал.

— Ты не сможешь, — сказала она.

— Другого изобретателя портала у нас нет.

Шаг за шагом мы потащили Феликса к светящемуся овалу. Его ноги волочились по полу. Каждый мой шаг отдавался болью от бедра до позвоночника.

За нашей спиной полигон продолжал грохотать. Где-то наверху завыла аварийная сирена.

Мы вошли в портал.

На мгновение всё вокруг стало белым.

Потом я рухнул на холодный пол «Робокафе».

Феликс упал рядом и больше не двигался. Мария сразу проверила пульс.

— Жив. Без сознания.

Портал за нашими спинами сжался в тонкую линию и исчез. Вместе с ним пропал гул «Плазмаслона».

В кафе горело только аварийное освещение. Вокруг стояли перевёрнутые стулья, на полу темнели следы старой крови, а за окнами начинался

Мария достала телефон. Пальцы плохо слушались, но она всё-таки набрала номер.

— Нужны скорая и полиция, — сказала она. — «Робокафе», центральный вход. Трое раненых. Один без сознания. Огнестрельные ранения.

Она выслушала ответ и посмотрела на меня.

— Уже едут. Артём, не закрывай глаза.

— Я только немного отдохну.

— Нет. Смотри на меня.

Я попытался улыбнуться.

— Надеюсь, блины здесь ещё подают.

Мария что-то ответила, но я уже не разобрал слов.

Пол приблизился к лицу.

Свет погас.

Изобретатель

Сознание возвращалось медленно и неохотно.

Сначала появился запах. Что-то среднее между спиртом, пластиком и слишком чистым постельным бельём.

Потом звук. Рядом равномерно пищал прибор, подтверждая, что я всё ещё жив и даже делаю это с приемлемой частотой.

Я открыл глаза.

Надо мной был белый потолок. Ни дыр, ни проводов, ни автоматических винтовок. Уже неплохо.

Я попытался пошевелиться. Левая нога отозвалась болью, правая рука была забинтована почти до плеча, а всё остальное ощущалось так, будто меня несколько раз протащили через портал без портала.

— Не двигайся.

Мария сидела возле кровати. Левая рука у неё была на перевязи, под глазами залегли тёмные круги, а волосы впервые за всё время выглядели так, будто ими никто не командовал.

— Привет, — сказал я.

Она резко поднялась, наклонилась и поцеловала меня.

Я не успел ни удивиться, ни ответить. Только прибор рядом запищал чаще и тем самым сообщил о случившемся всему отделению.

Мария отстранилась и посмотрела на монитор.

— Работает.

— Что именно?

— Сердце.

— А это была проверка?

— В том числе.

Она снова села и взяла меня за здоровую руку.

— Сколько я спал?

— Почти двое суток.

— А почему всё так болит?

— Потому что в тебя стреляли.

— Я надеялся, врачи найдут другое объяснение.

Мария улыбнулась. Совсем немного, но я заметил.

— Кровотечение мы остановили вовремя. Пуля прошла через ногу, не задев кость. Вторая застряла глубоко в руке. Тебя оперировали, потом делали переливание крови.

— Я всегда говорил, что во мне недостаточно чужих решений.

— Теперь есть примерно пол-литра.

— А Феликс?

Мария сразу перестала улыбаться.

— Ему повезло больше. Рикошет не задел артерию. Операцию он перенёс хорошо и уже пришёл в сознание.

— И где он?

— В другой больнице. Я воспользовалась старыми связями. Его палату охраняют вооружённые люди, которые не работают на «Гранд Электрик».

— У тебя есть старые связи с людьми, которые выставляют вооружённую охрану у больничных палат?

— Были разные командировки.

— Однажды ты всё-таки расскажешь, кем работала до службы безопасности?

— Нет.

Дверь открылась. В палату вошла женщина в белом халате с подносом.

— Пациенту нужен покой и обед, — сообщила она. — Посещения лучше закончить.

— Я только проснулся.

— Поэтому начнём с обеда.

Она поставила передо мной миску с прозрачной жидкостью.

Я посмотрел на жидкость.

Потом на женщину.

— А обед где?

— Это бульон.

— В нём даже ничего не плавает.

— Вам пока ничего другого не прописали.

— Я потерял кровь, а не способность жевать.

— Вот врач и решил не рисковать оставшимся.

Женщина поправила край одеяла, посмотрела на Марию и вышла.

Я попытался взять ложку правой рукой. Повязка не позволила даже нормально согнуть пальцы.

Мария забрала ложку.

— Сам справлюсь.

— Вижу.

Она зачерпнула бульон и поднесла ложку ко мне.

— Я не настолько беспомощный.

— Тогда можешь остаться голодным самостоятельно.

Я открыл рот.

Бульон оказался тёплой водой, которой в последний момент рассказали о существовании курицы.

После третьей ложки дверь снова открылась.

В палату вошёл мужчина в дорогом костюме. Я узнал его не сразу. Без кейса, ресторана и охранника он выглядел почти обычным человеком.

Мария узнала быстрее.

Она поставила ложку на поднос и поднялась.

— Андрей Буров.

— Рад, что мне не придётся представляться дважды, — сказал мужчина.

— А я всё-таки предпочёл бы один раз, — сказал я.

Он подошёл ближе и протянул руку, но, посмотрев на мои бинты, передумал.

— Андрей Викторович Буров. Председатель совета директоров «Гранд Электрик».

Я вспомнил кейс, из-за которого мы устроили шпионскую операцию в ресторане, пережили драку, стрельбу и несколько крайне неприятных разговоров.

— Значит, это ваши секреты мы украли?

— Формально вы их вернули владельцу.

— Удобная формулировка.

— В нашей компании это ценится.

Буров придвинул стул и сел напротив нас.

— Феликс не оправдал оказанного ему доверия. Он превысил полномочия, скрыл от совета директоров ряд операций, присвоил технологии компании и поставил под угрозу её существование.

— А ещё убил человека, — сказала Мария.

— Этот вопрос теперь находится в ведении следствия.

— Вы его уволили? — спросил я.

— Решение уже принято.

— Представляю, как он расстроится, когда узнает.

— Думаю, потеря должности окажется не самой серьёзной из его проблем.

Буров посмотрел на Марию.

— Компании нужен новый руководитель. Человек, который знает внутреннюю структуру, способен принимать решения под давлением и доказал свою лояльность.

— Я нарушила прямой приказ, проникла на закрытый уровень и вынесла документы компании, — сказала Мария.

— Именно. Но в итоге вы сохранили документы, ключевую технологию и двух чрезвычайно ценных сотрудников. Совет считает результат убедительным.

— Каких двух? — спросил я.

Буров перевёл взгляд на меня.

— Вы и Мария.

— А. Я подумал, вы считаете Феликса.

— Нет.

— Тогда всё сходится.

— Мария, совет директоров предлагает вам возглавить «Гранд Электрик».

Она молчала несколько секунд.

— Мне дадут возможность изменить работу компании?

— Дальнейшее руководство будет в ваших руках. Разумеется, в пределах решений совета и законодательства.

— В таком порядке?

Буров слегка улыбнулся.

— Это тоже будет зависеть от ситуации.

Мария посмотрела на меня.

— Я подумаю.

— Хорошо. Но недолго. Компании необходимо восстановление.

— Разве там осталось что восстанавливать? — спросил я.

— Главное здание серьёзно повреждено, но конструкции выдержали. Кроме того, страховые выплаты оказались значительными. Исследовательский центр и офисы будут построены заново.

— Страховая знает, почему здание взорвалось в первый раз?

— Теперь знает.

— И всё равно заплатит?

— У нас хорошие юристы.

— Начинаю понимать, почему вам нужны изобретатели.

— Именно об этом я и хотел поговорить. Мы предлагаем вам возглавить техническое направление компании.

— Нет.

Буров нахмурился.

— Вы даже не выслушали условия.

— Я согласен работать.

— Обычно такая позиция называется техническим директором.

— Вот поэтому и нет. Никаких директоров, руководителей инноваций и особенно СТО.

— CTO, — поправил Буров.

— Тем более. В трудовой книжке должно быть написано: «изобретатель».

— Такой должности нет в штатном расписании.

— Значит, первое моё изобретение для компании — новая строка в штатном расписании.

Буров посмотрел на Марию.

— Он всегда такой?

— Нет, — ответила она. — Иногда он в экзоскелете.

Буров вздохнул.

— Хорошо. Изобретатель.

— И чёрный ящик остаётся моим.

— Это можно обсудить после вашего выздоровления.

— Нет. Сейчас.

Он снова посмотрел на Марию.

— Похоже, вы ещё не приняли предложение, но переговоры уже начались.

— Привыкайте, — сказала она.

Через две недели врачи разрешили мне покинуть больницу.

Ещё через неделю мы сидели в восстановленном зале «Робокафе».

Следы стрельбы убрали. Стулья вернули на место. Один из роботов-уборщиков ездил вокруг нашего стола и настойчиво пытался засосать шнурок Гоши.

Гоша молча отодвинул ногу.

Робот подумал и поехал за ней.

Саша рассказывала, как собирается написать жалобу производителю, то есть мне, а Мария изучала бумаги совета директоров и делала вид, что не слушает.

Перед каждым из нас стояла тарелка блинов с сёмгой.

После больничного бульона они выглядели вершиной человеческой цивилизации.

Я уже собирался отрезать первый кусок, когда рядом остановилась девушка.

Я поднял голову.

— Настя?

Она изменилась. Волосы стали короче, лицо — уставшим. Под свободным пальто уже нельзя было не заметить округлившийся живот.

Настя посмотрела на Марию, потом на Сашу и Гошу.

— Привет, Артём.

— Привет.

Несколько секунд мы просто смотрели друг на друга.

— Я слышала, что ты выжил, — сказала она.

— Я тоже.

Саша перестала говорить. Это окончательно убедило меня, что момент серьёзный.

— Мне нужно попросить у тебя прощения, — продолжила Настя. — Я работала на «Гранд Электрик». Меня поставили рядом с тобой, чтобы следить за проектами. Фестиваль, билеты, попытки узнать о костюме — всё было частью задания.

— Я читал отчёты.

Она опустила глаза.

— Тогда ты знаешь не всё. Последний отчёт я отправила уже после приказа о захвате. Написала, что операция больше не нужна. Что у меня всё получилось и объект состоит со мной в устойчивой романтической связи.

Я замер с вилкой в руке.

Саша медленно повернулась ко мне.

Мария подняла взгляд от документов.

Гоша поправил очки.

— Но никакой романтической связи не было, — быстро добавила Настя. — Я солгала, чтобы Феликс от тебя отстал. Потом поняла, что он всё равно начнёт операцию, и сбежала.

Она положила руку на живот.

— К любимому человеку. Мы скрывались вместе. Я должна была защитить себя и семью.

Я посмотрел на её живот.

Потом на неё.

— Подожди, — сказала Саша. — Ребёнок его?

— Только если это случилось, пока я был без сознания.

Настя впервые улыбнулась, а Мария медленно повернулась к Саше.

— Нет, Артём. Не твой.

— Я знал.

— Я просто уточнила, — сказала Саша. — У вас тут столько секретных операций, что уже ничему нельзя удивляться.

Я положил вилку.

— Почему ты не рассказала мне раньше?

— Сначала я выполняла приказ. Потом боялась, что ты меня возненавидишь. А когда решила всё объяснить, за мной уже следили. Если бы я пришла к тебе, Феликс понял бы, что я его предала.

— Ты и правда его предала.

— Да.

— А до этого предала меня.

— Да.

Она не оправдывалась. Просто стояла перед столом и ждала.

Я вспомнил её отчёты. Всё, что было ложью. И всё, о чём она солгала Феликсу уже ради меня.

— Я не знаю, смогу ли сразу забыть, — сказал я.

— Я не прошу забывать.

— Но простить могу.

Настя закрыла глаза и медленно выдохнула.

— Спасибо.

— Садись. Блины остынут.

Она посмотрела на свободный стул.

— Ты уверен?

— Нет. Но за последние недели это ни разу меня не остановило.

Настя села рядом.

Я указал на остальных.

— Это Мария. Теперь она, вероятно, будет руководить «Гранд Электрик» и запрещать мне взрывать здание второй раз.

— Третий, — поправила Мария.

— Копия была не моя.

— Здание — наше.

— Это Саша. Она говорит за себя, за Гошу и иногда за всех людей в радиусе десяти метров.

— Неправда, — сказала Саша. — Иногда радиус больше.

— А это Гоша.

Гоша молча протянул Насте руку.

— Он не разговаривает? — спросила она.

— Разговаривает, — ответила Саша. — Просто не словами.

Гоша кивнул и показал на робота, который снова подбирался к его шнурку.

— Сейчас он говорит, что твоим уборщикам нужен новый алгоритм распознавания обуви, — перевела Саша.

— Уже записал.

Я придвинул Насте тарелку и передал вилку.

За окнами «Робокафе» начинался обычный вечер. Люди шли с работы, машины стояли в пробке, робот продолжал охотиться на Гошу, а в моей голове уже складывалась схема, которая должна была это исправить.

Наверное, нормальный человек после всего случившегося решил бы немного отдохнуть.

Но я никогда и не утверждал, что я нормальный.