Воскрешение

Глава 1

Ревенант. Воскрешение

Ревенант (от фр. revenant — «вернувшийся») — это выходец с того света, оживший мертвец или призрак, который возвращается из мира мертвых в мир живых. В отличие от обычных бездумных зомби, ревенанты обычно сохраняют разум, человеческий облик и движимы конкретной целью: чаще всего это месть обидчикам или завершение незаконченных при жизни дел. То же, что заложный покойник или навь в русском фольклоре.

… По палубе катера прогрохотали пули пятидесятого калибра, круша все на своем пути. Истошный рев мотора сменился сначала чиханием, а затем тишиной. Не хватило каких-то двадцати минут, кубинские погранцы уже вышли из порта, чтобы встретить нас у территориальных вод, но…

— Все, приехали, — Василий Алексеевич, он же Патрик Харрис посмотрел на нас.

— Похоже, — сказала наша посылка, которую я знал как Мадлен.

Настоящее имя ее я не знал, да и скорее всего, никогда бы не узнал. Может быть когда-нибудь встретились бы в Теплом Стане, на встрече с ветеранами-нелегалами, но теперь не судьба.

Безумно красивая женщина средних лет, ухоженная, безупречно одетая — хоть на обложку «Лайфа» ее помещай. Как мультимиллионершу, главу успешной компании, подрядчика Пентагона и нескольких из семнадцати разведслужб США. Не считая того, что эта леди-босс была из алмазного фонда нашей разведки, и уж точно при рождении ее звали не так.

— Это Береговая Охрана США! Заглушить двигатель и выйти на палубу с поднятыми руками!

— Ну, вот и все, молодой! — Василий усмехнулся. — Не повезло. Столько готовиться и на тебе… На первой же миссии…

— Старлей? — спросила Мадлен, порывшись в сумочке и вынув оттуда сигарету.

— Капитан, — Ответил за меня Василий. — Только что получил, обмыть не успели.

— Ладно, давай, что у тебя есть? — спросила Мадлен, прищурившись от дыма.

— Вот, — Василий достал из сумки перемотанный скотчем свёрток семтекса с проводами, батарейкой и кнопкой. — Уйдем красиво, под фейерверк!

— Узнаю почерк, — усмехнулась Мадлен. — Только этого недостаточно.

— В смысле? — недоуменно спросил он.

— Что-то может не сработать, или я — уцелеть при взрыве, каких только чудес не бывает, — сказала она. — Мы должны подстраховаться. Я не должна ни в коем случае достаться врагу живой. Убей меня.

Вот тебе раз! Нет, конечно, инструкцией это предусмотрено, но… А что ты хотел? Сам бы тоже отдал такое распоряжение.

— Ты уверена? — спросил Василий спокойно, как-то даже по деловому.

— Ты знаешь правила. Если не можешь эвакуировать — ликвидируй.

— Хорошо, — сказал он, доставая обрез.

Старая школа — даже итальянские мафиози давно сменили лупары на АКСУ, но иногда волчья картечь — аргумент посильнее семечек.

— В голову или тело? — спросил он.

— В голову, — поморщилась она. — Хотя это не по нашей женской психологии, мы и в смерти хотим выглядеть красиво. Зато с гарантией и не мучаться, как от выстрела в тело. А похорон все равно не будет.

— Все, готова? — спросил Вася.

— Да, последнюю сигарету выкурила, коньяка у тебя все равно нет, да и времени тоже.

Словно в подтверждение ее слов пули замолотили по надстройке, прошивая металл как бумагу, и осыпая все стеклянной крошкой.

Она встала к переборке.

— Давай!

В замкнутом пространстве выстрел двенадцатого калибра прозвучал, как взрыв. Обезглавленное тело Мадлен полсекунды простояло неподвижно, фонтанируя кровью, потом рухнуло на пол, пару раз дернувшись в конвульсиях. А на сильно испачканную переборку я не смотрел, отвел взгляд.

— Ну что, молодой, — усмехнулся Вася, поднимая с пола свою адскую машинку. — Нам пора! Обнимашки?

Он прижал к груди сверток и обнял меня свободной рукой.

Я обнял его двумя руками. И вовремя! Послышались удары чужих подошв о палубу. Не выдержали пендосы, решили брать живыми. Ну что же, будет им сюрпрайз. Хоть кого-то с собой утащим.

— Прощай, брат. Русские не сдаются! — и Вася нажал на кнопку.

Дальше мгновение было больно, а потом все исчезло.

Глава 1

— Так вы поможете или нет? — Его Светлость князь Орлов спросил у своего необычного собеседника.

Необычного — потому что тот был не человеком, как, впрочем, и многие клиенты и контрагенты князя. Он был даймоном. Нет, не демоном — хотя, смотря кого подразумевать под этим термином. Чего только не было в укромных уголках исследованной и нет Вселенной, попадалось такое, что ограниченный человеческий ум не мог это и представить, не говоря о том, чтобы это осознать.

А почему их называли даймонами — или чаще чертями — потому что они были вылитые демоны из легенд и библейских преданий. Здоровые — за два с полтиной метра ростом, если брать без рогов — краснокожие, с горящими желтизной глазами и мощными когтистыми лапами. Ах да, и рога в комплекте, конечно, куда же без них? Они были больше похожи на бараньи, свернутые в тот самый рог, каким угрожают. Ну еще хвосты до кучи, козлиные ноги с копытами — в общем, полный комплект.

Только вот врагами рода человеческого, как и любого другого, они не были — просто им это было не нужно. Ни раньше, на ушедшем этапе развития, ни сейчас. Просто даймоны — старая, очень старая Высшая раса из тех, которые смотрели на то, как образуются галактики и зажигаются звезды. И к расам молодым они относились соответственно. Их изоляционизм и нейтралитет вошли в поговорки по всем галактикам. Чтобы они вели с кем-то дела — это надо было так заслужить, что ого-го. А подружиться с кем-то из даймонов — просто нереально. Но князю это когда-то, давным-давно, удалось.

— Видите ли, Владимиррр, тут есть некоторые сложности, — Вразаан повертел в лапах агатовый кубок с красным и густым как кровь вином. — все зависит от того, готовы ли вы принять последствия.

— Какие? — князь посмотрел на переносной анабиозник — в просторечии «гроб», что было недалеко от истины.

Россыпь огоньков показывала, что с биологическим объектом все в порядке, если так можно было назвать лежащее внутри бездыханное тело.

Вразаан посмотрел в окно на багровое небо, отбрасывающее причудливые тени на огромных каменных глыбах, лежащих на

— Какие? — сказал он. — Много всяких. Первое — вы уверены, что мы найдем душу вашего сына в Сонме Духов? Вы сказали, что это был Темный Завет, а они уничтожают душу полностью, выпивают ее.

— Я в курсе, — сказал князь. — Это точно был Темный Завет и душа моего сына покинула тело с их помощью.

— Вот теперь встает второй аспект проблемы, — кивнул даймон. — Если душа вашего сына… уничтожена, скажем так, то чью душу вы хотите поместить в этот сосуд? Вы же сами понимаете, Владимиррр, что это будет совсем другая личность, чужой человек. И он может быть настолько другим, что это будет представлять опасность для вас. Это будет незнакомец, не тот наследник, которого вы воспитали и потеряли. Проще бы вам завести наследника…

Даймон сочувственно покачал головой.

— Время другое, Вразаан, — вздохнул князь. — Был бы я на двадцать лет моложе и была бы жива жена, его мать, я бы обязательно попробовал. И даже сейчас можно найти женщину для рождения ребенка, но это опять вкупе с воспитанием и становлением займет десяток лет. У меня их нет. Мне срочно нужен мой наследник, от этого зависит судьба клана и миллионов людей. По поводу «чья душа»? Я знаю, что вы властелины пространства и времени, а также параллельных вселенных. Меня вполне устроит любой, в ком течет капля крови Орловых, не обязательно наследник рода. Уж в бесчисленных вселенных, в вашем Сонме Духов найдется подходящая душа?

— Поищем, — кивнул даймон и отпил из стакана. — Раз ты решил… Еще одна сложность, о которой я тебя хочу предупредить. На нем навсегда будет стоять даймонская печать, закрепляющая душу в новом теле.

— Чем это мне грозит? — князь поерзал в кресле.

— Это будет грозить только ему, — Вразаан почесал висок там, откуда рос рог. — Любой священник любой церкви, если он действительно Видящий, будет видеть в нем то зло, которое описано во всех их священных текстах. Ну а дальше — кто знает…

— Это малая плата за то, что вы вернете его к жизни. Есть еще что-то, что мне необходимо знать?

— Нет, Владимиррр. Оставляй. Стража!

Он щелкнул пальцами и четверка даймонов выросла из ниоткуда. Вразаан что-то сказал на своем гортанном языке и даймоны легко подняли анабиозник и так же, как и пришли, испарились.

— Люблю живую прислугу, — усмехнулся даймон на невысказанный вопрос. — Она разгоняет скуку.

— Да, — кивнул князь. — Бывает.

— Сегодня и завтра вы мой гость, — добродушно оскалился Вразаан. — Как раз время для приведения ваших дел в порядок. А теперь поговорим о наших…

Я открыл глаза. Странно. Вроде бы после случившегося я должен был… Короче, вообще не должен был. Но тем не менее…

Надо мной был каменный потолок. В окошко лился красный свет, окрашивая все в противно-красный цвет. Мдя, это что еще за этюд в багровых тонах? А вообще, кто я и где?

Я поднял руку и пошевелил пальцами. Нет, рука не моя, хотя и человеческая. Значит, чужое тело. Интересно девки пляшут… Девки? Я с замиранием сердца, сжавшегося в пароксизме страха, сунул руку между ног. А вдруг?

Фуух, нет, отлегло. Весь набор семейных драгоценностей был на месте, более того, размер был немаленький… В каратах, конечно, а не то, о чем вы правильно подумали.

Я покосился вниз. А это вообще, что за новости? Ага, спит красавица в гробу… Только вот не гроб это, а какая-то высокотехнологичная штука. Да еще с открытой прозрачной крышкой во весь рост, в которой отражалась причудливая пляска разноцветных огоньков.

«Анабиозник» — всплыло в памяти незнакомое слово. А что у нас в памяти еще…

— Перезапись матрицы памяти, — сказал незнакомый голос в голове. — Записать поверх?

— Нет!

— Дополнить недостающее?

— А вообще без этого никак? — спросил я. Уж очень мне эти грязные намеки не понравились.

— Команда непонятна. Повторите, пожалуйста!

— Дополнить недостающее так, чтобы не повредить уже имеющуюся память.

— Производится отбор воспоминаний. Отбор завершен. Приступить к процедуре?

— Память не сотрешь, железяка?

— Имеющаяся память реципиента затронута не будет, — ласковым голосом доктора Менгеле сказал анабиозник. — Приступить к процедуре?

— Да! — я крепко зажмурился и сжал зубы. — Давай!

Не говорите. что потеря памяти в результате инсульта безболезненна. А обретение чужой памяти — тем более. Чертова машина словно мстила мне за пренебрежительное к ней отношение. Лавина чужой памяти прошла через мой мозг асфальтовым катком, напролом, не разбирая дороги. Извилины, интересно, не расплющила? Судя по боли, она их просто раскатала в блин. Я аж вырубился от шока.

Очухался я не знаю когда от того, что кто-то хлестал меня по лицу. Неприятное ощущение! Только я шевельнул рукой, приготовившись дать хаму в морду и открыл глаза…

— … ! — вырвалось у меня.

Надо мной склонилась отвратительная красная морда с горящими желтыми глазами, с рогами, как у барана. Демон? Я в аду? Слишком уж похож антураж, только вот вряд ли там вместо сковородок и котлов для особо избранных стоят камеры анабиоза.

— Пришел в себя? — спросил черт на русском, без малейшего акцента.

И тут память выплюнула все. Что это раса даймонов, я в космосе и вообще, это не та планета. Да и языки уже давно не проблема, когда в ходу и магия, и технологии уровня магии.

— Очухался он, очухался, — подтвердил чей-то голос сбоку.

Я скосил глаза. Подтянутый холеный мужчина средних лет, в дорогом деловом костюме — а уж в этом я хорошо разбирался — пристально смотрел на меня. Ага, вот и память включилась, выдав два варианта — князь Орлов и он же папа.

— Папа, — решил я зайти с козырей, а заодно посмотреть на реакцию князя. Как он мне ответит…

— Хрен собачий твой папа, а не я. Вразаан, это точно не он? — спросил он у даймона.

— Душа не его. Одна из старых, была отдельно, как будто кто-то отложил для себя.

Глаза его подозрительно сощурились. Ну естественно, всадить трояна в окружение папы даже таким вот способом…

— Никто, — сказал тот, кого назвали Вразаан. — На это способны лишь мы, Огнедарящие и ушедший Творец. Душа обреталась у загона Творца, но не внутри. Это значит, что он сделал что-то такое, что избавило его от развоплощения.

— А поскольку Творец ушел, он так бы и оставался у входа, — подхватил папа. — Ну давай, " сынок', колись, кто ты и что настолько хорошее натворил.

Так, понятно. Под дурачка закосить не удастся, симулировать личность с потерей памяти — тоже. Играем другой вариант. Вы хочете сказок? Их есть у меня. Точнее, набор легенд для разных ситуаций. Эта — основная при попадании на дружественную территорию. Не думаю, что личность американца придется ему по душе.

— А что колоться -то? — пожал я плечами, насколько «гроб» это позволял. — Я радист с судна «Севморпуть», на нем вспыхнул пожар, я успел вытащить двоих, а дальше уже не помню. Ничего героического.

— Зовут-то тебя как, сынок?

Да ладно, " папаша ', ваньку валять. И голосок такой ласковый-ласковый… А так как в том анекдоте — мог бы и бритвой полоснуть… Впрочем, все еще впереди.

— Владимир Вербицкий…

— Ну надо же, — с дебильным удивлением и умилением сказал папа. — Тезка. Не Орлов?

— Не, — замотал головой я.

— Вразаан, ты же говорил, что кто-то из рода?

— Только то, что в нем текла какая-то часть крови вашего рода. Он может быть бастардом, еще каким-то родственником, но это точно.

— Интересно. Где же прямые потомки?

Этого я не помнил — да и как-то особо нам историю дворянских родов не преподавали. Но охреневшего в атаке папу надо было сбить с его программы.

— Не знаю, — пожал плечами я. — Наверное, в революцию на фонарных столбах перевешали.

Реакция папаши была как у кота на огурец. Только что подпрыгнул невысоко, на стуле потому что сидел.

— Революция? — голосом того же кота, только приготовившегося вцепиться сопернику в морду, сказал папа.

— Ну да, — безмятежно сказал я. — В одна тысяча девятьсот семнадцатом году.

— Подавили?

— Не-а, слишком довели народ до ручки. Что еще раз говорит о том, что нельзя быть инфантильным дебилом-императором, который пролюбил власть в силу своей слабости.

Ага, встряхнул я тебя, папаша! То-то ноздри раздуваются и глаза горят, как у твоего дружка-черта? Тут вам точно не здесь!

— Ладно, об этом мы поговорим потом! — героическим усилием он взял себя в руки. — Расскажи мне о себе!

Ну, так бы сразу и сказал, я как та Шахерезада, готова травить байки, а особенно вызубренную назубок легенду. В любых условиях, «гроб» из которых — не самое плохое место.

— Итак…

Фух, ну и вымотал меня папаша! Стопудово в его биографии была служба дознавателем в каком-то жандармском корпусе, зуб даю! Ну а я самозабвенно излагал легенду, постоянно обходя выставленные папашей подводные камни и ловушки. Тактику поведения на допросе мне преподавали такие профи, по сравнению с которыми даже папаша был так себе, покурить в сторонке вышел.

Но два часа жизни — заметьте, новой! — он у меня отнял. И ведь головную боль не симулируешь — капсула не даст! А если головка бо-бо в самом деле, то тебе в задницу воткнется одна из многочисленных иголок.

Наконец, его друг черт потерял терпение — хвост начал подергиваться, как у кошки. Видимо, по этикету махать им было не положено, и поэтому черт героически сдерживался.

— Все, Владимиррр, мы закончили! — сказал он с легкой ноткой нетерпения, намякивая папаше, что тому пора катиться колбаской. По малой Спасской, или по большой, короче нафиг с пляжа.

— Спасибо, Вразаан! Я этого не забуду! — папаша с чувством пожал лапу даймона.

— Перенесите на корабль! — скомандовал тот появившейся по щелчку охране.

И меня опять взяли-встали-понесли, прямо в каюту корабля! Моментально! Фигасе здесь технологии! Память лишь отозвалась легкой усмешкой. Теперь мне предстояло с ней подружиться.

Хоть наконец-то лежу в нормальной кровати, как на корабле… Стоп! А я и есть на корабле, только он космический. Ладно, начинаем осваивать массив памяти, оставшийся от предыдущего жильца. Самому хоть в себе разобраться…

Итак, я Феликс Орлов, княжич двадцати пяти лет от роду. Плейбой и жуир, живущий на папашины подачки — это он так думает. Образование — домашнее, дальше помогаю папаше, постигая основы бизнеса. Бизнес у него трудный и опасный — торговля оружием по всей обозримой части вселенной, а, судя по чертям, и не только.

Да, кстати, мы живём в Галактической Империи, в которую вошла на правах доминиона Империя Российская, как и многие другие. Революции в этом мире не было, так что мы всем имперским составом докашляли до века двадцать второго, а дальше уже была имперская экспансия и интимное предложение. Либо вассалитет, либо… ну вы поняли, да? Император понял и остался цел и невредим, как и держава. Кто-то не понял, и остался без Вашингтона и половины крупных городов. Все равно вошли же оставшимся составом, только получили в процессе извращенное удовольствие, так вот…

Хотя не все из старой галактики были «за». Кардашевские второй и третий тип, старые расы как правило, не стремились сжать в объятьях одну из молодых цивилизаций, насчитывающей — только подумать! — всего каких-то десяток тысяч лет! Возмутительно! Но возмутительно или нет, Земля вошла в Галактическую Империю и заняла там почетное место среди таких же относительно молодых рас. Таких же ростков внезапно вспыхнувшего разума вроде альваро, нагри, уруков и еще нескольких их молодых собратьев.

Ну а поскольку некоторые представители дворянства были не просто чешущими промежность бездельниками, их приняли на службу и при дворе Галактической Империи. Теперь они стали Звездными Лордами. И князья Орловы, наши предки — тоже.

И, что вполне естественно и закономерно, у нашего рода есть враги, в том числе и те, кто пострадал от нашего оружия. Ничего не поделать, не всегда оказываешься на правильной стороне ствола! Совсем не вижу смысла рефлексировать — оружие это такой же инструмент, как дрель или молоток. Дрель, кстати, тоже дырки делает, а «томмиганы» вообще в скобяных лавках продавались среди тех же молотков. Так что я привык к нему с

Правда, иногда детские силенки подводили и железки меня перевешивали. На ноге вон до сих пор шрам от пулемета, который я пытался со стены снять, но не удержал… Синяки с качественно выпоротой задницы сошли, а шрам на всю жизнь остался, убирать его не стали. Как напоминание, что силы надо оценивать, прежде чем за что-то браться.

С силами у меня было все в порядке. Папаша трезво смотрел на жизнь, поэтому он приставил ко мне наставника, то есть дядьку по русской традиции. Бывшего майора спецназа из группы «Перун» военной разведки Российской Империи, витязя-характерника. В результате он подготовил из меня почти свою копию, по крайней мере вложил всю имеющуюся науку, которую мог.

Но ни умение быстро бегать и далеко прыгать, стрелять из всего что имеет ствол и нет, драться с " черными поясами', даже базовая боевая магия не спасли меня от покушения.фанатиков из Темного Завета, очередных больных на голову колдунов. И все бы было хорошо, но…

Вот тут память донора воспоминаний закончилась, и я, утомившись, рухнул в спасительный сон.

Глава 2

— Ваша Светлость, гипер! — охранник протянул Орлову бусину гарнитуры.

Князь выругался, не стесняясь Вразаана. Только-только оформили сделку, по которой даймоны получали оружие с его заводов на просто астрономическую сумму и с большой скидкой — все-таки ему оказали такую услугу! А князь не любил быть должным. Тем более, это было то, что еще не поступило в открытую продажу, и часть никогда и не поступит — технологии даймонов не должны быть открыты.

Раз заказчик настаивает — почему нет? Любой каприз за ваши деньги! И, разумеется, все останется в тайне, глубокой тайне! Вот поэтому князь и был одним из самых успешных торговцев оружием в галактике и не только там.

— Какие-то проблемы, господин Орлов? — спросил Вразаан, когда князь вынул из уха гарнитуру.

— Ни малейших, мой дорогой друг! — граф поставил роспись в старомодной бумажной копии контракта и поставил магическую печать, засветившуюся голубым светом. — Ни малейших. Просто наш Государь Император срочно — очень срочно — требует меня к себе, звонили из дворцовой канцелярии. Ну здесь вроде бы мы закончили…

— Да, — кивнул Вразаан. — С вами всегда приятно иметь дело. Отбываете на своей яхте?

— Да, конечно!

— И нарушаете принцип «не больше одного члена семьи на борту»? — хитро прищурился даймон.

— А что делать? — пожал плечами князь. — Сами знаете, что…

— В знак нашего взаимного расположения и уважения осмелюсь предложить помочь вам побыстрее попасть на родную планету. Полетите на «пустоте». Это намного быстрее ваших кораблей. Мой пилот подкинет вас без всяких усилий.

Орлов даже думать не стал. «Пустота» — технология третьего уровня, и в сущности родня гипера, тоже использующая энергию вакуума. Когда-то даймоновские ученые решили, что вакуум не есть ничто, и решили его деформировать. Как это работает, могли сказать только они, князю это было непонятно. Да, впрочем, и не только ему — лучшие ученые всех миров и рас так и не добились разгадки, а даймоны лишь улыбались и не делились успехом.

Сам корабль такого типа выглядел как кубик с реактором, но стоило его активировать… И вы получали красивый, призрачно выглядящий корабль, сотканный из материи получившейся при деформации вакуума.

Зачем таким умельцам земное оружие, Орлов не знал. Может, каких-то своих вассалов вооружать, этаких космических зуавов, может просто той старой техники третьего уровня не осталось. Его это не касается. Главное, что формула «товар-деньги-товар» работала, и деньги в ней должны были быть большими.

— Премного благодарен, Вразаан! — сказал князь. — С удовольствием приму ваше предложение!

Князь усмехнулся про себя. Куда ты денешься, черт старый! Этот контракт, а особенно устная часть не на бумаге действительны, пока я жив, и твоя задача теперь помочь мне выжить среди таких же зубастых конкурентов. А новообретенный «сынуля» полетит медленнее и по другому маршруту. Под конвоем и на его корабле, как и было задумано

— Сейчас мне нужно забрать кое-что с яхты и отдать необходимые распоряжения, — сказал он.

— Хорошо. Встретимся через полчаса на посадочной площадке, — по-человечески кивнул Вразаан.

— Договорились, — кивнул князь и направился к своей яхте.

Гостеприимство? Да какое-то оно довольно своеобразное, как я его нахожу. Нет, каюта, куда меня поместил папа была шикарной, чуть ли не круче его собственной. Эти апартаменты предназначались для высоких гостей обоих полов — в зависимости от того, собирался ли папа кататься по делам, или по б… бизнес-необходимости. Я уже участвовал в деловых переговорах на борту «Стрелы», как официально называлось это суденышко, превращающееся иногда в шмаровоз.

Что? Маленькое? Ну это как посудить. Если за основу был взят имперский корвет с верфей «Орлофф шипьярд», то не такое уж и маленькое. От корвета остался лишь несущий каркас и вооружение, остальное было даже усилено — реактор, генератор защитного поля и все движки от крейсера, машинерия от фрегата-«призрака». А каюты от самого шикарного лайнера. Вот такой вот бизнес-джет, на котором рассекал папаша по галактике в случае крайней необходимости, когда куш соответствовал затратам. Или дело было деликатным. Или все разом, как сейчас.

А вот сейчас… Да, это я отвлекся, рассказывая про утлое суденышко, на котором я был, увы, пленником. По крайней мере, попытку выйти из каюты пресекали на корню.

Сначала я попробовал выйти, нажав кнопку открытия на пульте у двери. Кнопка отозвалась красным светом и возмущенным двойным сигналом. Я еще раз нажал — то же, вид сбоку. Ладно, нажмем теперь вызов стюарда. Пикнуло благосклонно, и кнопка засветилась зеленым.

Через полминуты дверь открылась. Только вот за ней был ни хрена не стюард.

— Вы что-то хотели, господин хороший?

Ну ничего себе обращение от Степана, личного телохранителя папы, громилы и любителя изящных искусств. Вот такой вот сюр…

— Степан, ты что, меня не признал? Это же я, Феликс!

Он осмотрел меня с ног до головы.

— Вы не Феликс, — отрубил он. — Феликс мертв. Кто вы, занявший его тело, я не знаю.

— Могу я выйти, прогуляться, ноги размять?

— Нет, — опять отрубил он. — Доступ запрещен.

— А если я все-таки попытаюсь выйти? — нахально заявил я. — Ударишь?

Вместо ответа он

— Что-то еще? — враждебно сказал он.

— Н-нет… — промямлил я.

Дверь опять поехала вбок и закрылась.

Меня просто взбесила ситуация. Понятно, что «папаша» решил подстраховаться, не зная, что от меня можно ожидать. Ну ничего, появится — все выскажу!

Ждать пришлось недолго. Он прилетел какой-то взмыленный, в спешке.

— Значит, так, — указующий перст его уперся в меня. — Я отбываю отдельно, а тебя охрана доставит в наш орбитал, «Орлиное гнездо» на орбите Пэри. Ну да ты помнишь…

И он пристально посмотрел на меня, ожидая реакции. Видимо, хотел выяснить, что я помню, а что нет.

— Это где ты пытался завалить начальницу лаборатории «Даждьбог» графиню Черскую, но был настолько пьян, что у тебя ничего не получилось? — мило проворковал я, не спуская с него взгляда. — Как же, помню. Ты нажра…

— Хватит! — рявкнул багровый папа. — Значит, память моего сына частично восстановилась. Вот и хорошо, Ее Сиятельство как раз ждёт тебя для полного и детального обследования.

— Не хочу! — заявил я.

— А кто тебя спрашивать будет? — рыкнул он.

Хорошо хоть слово «свинья» пропустил, а то прямо анекдот про Винни и Пятачка получился бы.

— Ну хоть из каюты можно выйти? — намеренно жалобно спросил я. — Сколько можно сидеть взаперти?

— Пока считай себя под домашним арестом, — сказал он. — Сам понимаешь, почему. Охрана дан приказ держать тебя внутри и оглушить при попытке покинуть каюту. Ну, а если ты знаешь, на что они способны, то свои возможности применить не рискнешь.

Это уж точно. Тот же Степан превосходил меня настолько, что даже неудобно как-то и говорить. Я бы действительно не рискнул бы с ним встать на татами.

— Потом я сам прибуду в лабораторию, поговорю с графиней о результатах твоего обследования, и мы решим, что с тобой делать.

— «Железная маска»? — решил уточнить я.

— Тюрьма? Зачем? — усмехнулся князь. — Частная психиатрическая лечебница на одном из наших орбиталов. Где ты вполне свободно сможешь рассказывать, кто ты и что с тобой случилось. А ласковые санитары тебя внимательно выслушают и вколят тебе аминазин. И будешь ты тихо и спокойно пускать слюни и мычать. Понятно?

— Спасибо за откровенность, — сказал я.

Действительно, спасибо — я не покривил душой. Знание планов противника — главное. В дурку решил закатать? Ладно, сам виноват.

— Так что счастливо оставаться, встретимся на Пэри. А у меня дела, извини, — папаша отсалютовал двумя пальцами и увеялся, оставив меня в состоянии задумчивости.

А подумать было о чем. Значит, игра в хорошего и благородного наследника отменяется. Раз тут изначально ко мне относятся как к кукле, а теперь еще и это? А что, удобно — наследник в секретной дурке, если надо предъявить — отмоют от соплей и дерьма, представят перед камерой, заставят вякнуть что-то типа «Попка дурак, слава Империи!» и потом опять закроют на неопределенный срок до следующего раза. Бр-р, да даже в тюрьме лучше, чем жизнь овоща на грядке, которого санитары поливают из своих леек!

Решение одно — валить. В значении «бежать». А вот если попробуют помешать — тогда пущу в ход другое значение. Зря, что ли, меня этому учили в двух мирах? И тут даже не сумма величин получается, а их произведение.

Надо выбирать момент, когда я это сделаю. И, главное, как? На борту остаются два охранника в собственном соку — Степан да Семен. Три «эс», как называл их папа. Хорошо, что третий, Сергей, приболел как раз перед поездкой. Хотя мне и двух оставшихся хватит.

Сейчас бежать не вариант — чужая планета, да еще и даймоны, связанные с папой союзными обязательствами. Значит, до гипера — никак. В конечной точке назначения — тоже, проще из острога бежать. Остается — по маршруту следования. Не знаю, сколько остановок по пути, но, если хорошо прикинуть, их должно быть три или четыре. Кораблю приходится корректировать курс, вываливаясь из гипера в пространство обычное. А то вот так вот промахнешься при длинном прыжке и окажешься внутри чьего-нибудь солнца. Пичалька, да.

Значит, при одном выходе из гипера. Или в гипере, а там уже сообразим. Остался са-авсем маленький вопрос — как избавиться от охранников? Два амбала — не, не тупых, далеко нет, папа дураков не держит — которые преданы папе со всеми потрохами и боевая подготовка у которых на уровне «бог»? Нет, папа не стал в свое время в личную охрану брать отставников-спецов, взял эту тройку витязей из воспитанников волхвов. Потому что цели спеца и телохранителя различаются — первый избегает пуль, а второй их ловит, закрывая собой принципала. Как-то так.

Но вот проблема так не решается. По-хорошему меня не выпустят, а валить их я не готов. Да и оружия никакого нет — еду мне еще не подавали, но, вангую, вилки и ножи будут пластиковые. Значит, придется что-нибудь тут разобрать, чтобы использовать, как оружие.

Мои мысли прервало ощущение движения. Как ни старались внутренние гравикомпенсаторы, ускорение я чувствовал. Корабль взлетел и двинул за атмосферу — джамперы категорически не рекомендовалось использовать на планете, только что на враждебной. Которой вырожденный вакуум не повредит.

Минут через пять, я услышал знакомый свист и через тело словно бы прошла тугая волна — мы вышли в гипер. Теперь оставалось лишь ждать подходящего момента и соответственно вооружиться.

А вот с этим были проблемы. Представьте себе мебель на космическом корабле. Пусть эта яхта иногда и работает шмаровозкой, она предназначена для другого. Тем более с папиными наклонностями и неизбежным риском с его стороны.

То есть нештатные ситуации здесь — именно штатные, а они, как правило, сопровождаются всем, чем попало. И, следовательно, мебель здесь вандалоустойчивая, привинченная к полу и неразборная, как в камере маньяка, склонного к насилию. Следовательно, разобрать ее без инструментов проблематично. Эх, где ты, моя коллекция мультитулов и прочего ЕДК? Как мне тебя не хватает! Хотя бы складной нож оставили, не говоря уже о прочем!

Нет, ничего такого. Можно, конечно, применить силу и свою небольшую магию, но выйдет пшик. Есть, конечно, варианты. Типа как устроить в каюте пожар с помощью бухла из бара, да и вообще… Попробуем одну комбинацию.

Я набрал бутылочек из бара. Нет, не для употребления внутрь, скорее, наружу. Сколько там у нас времени горит на часах? Ага, скоро охранник ужин принесет? Кормить

Я свинтил пробку и щедро полил водкой ковер у двери. Пусть источает. Теперь одну бутылочку на кровать, а еще одну — вроде как в себя. Нет, я отхлебнул только глоток, чтобы получить факел, остальное вылил на себя. Сцена подготовлена, карты розданы. И пустые бутылочки около входа, вдруг споткнется? Мне-то того и надо! Я сел на кровать-сексодром и стал ждать.

Замок в двери щелкнул как по расписанию. Вот за что люблю охрану, так это за пунктуальность! А не люблю — за привычку ходить вдвоем… Облом. С подносом стоял Степан, а за ним со станнером Семен. Причем, станнер у него был в руке.

Степан вроде как повел носом, но виду не показал. Хотя духан был знатный, мухи на лету дохнут.

— О, закуска приехала! — радостно отсалютовал я бутылочкой и отпил из нее.

— К двери не подходить! — предупредил меня Семен. При этом ствол станнера был опущен, но не так, чтобы низко.

— Да ладно, братва, что вы как не родные? — с пьяным энтузиазмом завопил я. — Щас из бара бухло достану, посидим, поговорим!

Нечего такие брезгливые морды делать, можно подумать, сами не нажирались и не куролесили. А то я вас не знаю…

— Да ладно! — я вскочил с кровати. — Да что вы в самом деле…

И тут же рухнул на пол в конвульсиях. Сука Семен решил, что с него хватит.

— Мразь пьяная! — чуть ли не сплюнул он на пол. — Пошли, Степан. Пусть эта скотина жрет свое бухло. Это не Феликс, это гопник какой-то.

Степан скривил свою необъятную морду, поставил поднос на столик и вышел вслед за Семеном.

Знали бы вы, как я этого не люблю, подумал я, когда отошел от удара станнера. С меня причитается, Семен. Выживу — не забуду. Тебе хана.

И вообще, когда меня вот так избавили от иллюзий по отношению к моей персоне, заодно и от рефлексий. Теперь я уже спокойно сделаю контрольный в башку Семена… да и Степана тоже. Вы решили сделать меня врагом, господа? Хорошо, уговорили. Я им буду, только вот не обессудьте и не пытайтесь со мной договориться. Бесполезно. С врагами я поступаю просто — уничтожаю без пощады.

Морщась от боли во всем теле, я кое-как поднялся с пола и доковылял до стола, где и рухнул на стул. Вам никогда из станнера не прилетало? Нет? Ну тогда представьте себе невыносимую боль, когда болит каждый нерв, и даже после удара вас корежит еще долго и упорно. По конвенциям его к животным-то запрещено применять, не то, что к людям. Но, похоже, папашины охранники читать не умели, или просто забили большой метиз на это дело.

Самое главное, что я вынес из этого опыта — я для них враг. Не просто неприятный гость или досадная помеха, а именно враг, с которым поступают соответственно. Интересно, а если папаша сменит гнев на милость, эти же шакалы полезут ручкаться? Нет. Потому что я убью их раньше.

Месть должна остыть, как вон то хрючило, что принес мне Степан на ужин. На легком пластиковом подносе, с пластиковой ложкой, и даже стаканчик с типа компотом и тот одноразовый пластиковый. Нафига исполнять так инструкции, если вон, в баре бутылки стеклянные? Розочку даже можно сделать, маленькую, правда, но всё-таки… Проблема одна — по опыту меня даже не подпустят к себе на расстояние близкого контакта.

Я уныло ковырялся в фирменном блюде «жричедали». Аппетита не было, но я упорно заталкивал это в рот. Никогда не отказывайтесь от еды по возможности, не устраивайте голодовку или еще что там охране на потеху. Организму нужны калории для сопротивления и побега, а не вот эти вот ваши истерические штучки про голодовку, ими сыт не будешь. Тем более, что жрать это можно, сложно, но можно.

Верняком охрана жрет что повкуснее, а не старый просроченный паек для уборщиков. Кухня здесь есть, и полевой синтезатор есть. Как вспомню те шикарные обеды, что папаша устраивал здесь на борту… Аж слюни потекли, а картон быстрого приготовления окончательно потерял остатки привлекательности.

Ладно. Я очистил поднос и бросил его к двери, под ноги. Пусть понагибаются, гады.

И тут еле слышное пение джамперов прекратилось. Опять ощущение встряски — мы вышли из гипера. И тут дало так, что корабль содрогнулся, а затем по всему кораблю заревели сирены и замигали красные лампы — не здесь, конечно. У меня только замигала панель во всю стену.

— Боевая тревога! Боевая тревога! Это не учения! Боевая тревога!

И, словно бы в подтверждение, корабль содрогнулся еще раз. На нас напали.

Глава 3

Чем хороша боевая тревога? Да тем, что открываются все замки и запоры, чтобы экипаж не тратил время зря и быстрее занял места по боевому расписанию. Это правило действует для всех дверей, в том числе и для каютной.

Я хлопнул по кнопке открытия, и дверь медленно отъехала в сторону. И, ожидаемо, за ней было пусто — охраннички занялись более насущными делами, чем вертухайстовать у моей каюты. Похвально, похвально!

А вот объявление тревоги еще кое-что активирует и открывает. В частности, в каюте автоматически открылась стенная панель, которую так и ломом не откроешь. А в ней…

Вопрос на засыпку — без чего человек не может существовать? Нет, я не про выпивку и секс, а базовых основ физиологии? Еда и вода? Садись, два. Без воздуха он не может. Без остального он несколько дней протянет, а вот без этого — минуту. Или две. Я протяну больше, потому что у меня в крови комплекс боевых нанитов, внедренных мне при рождении и еще чертями, да и печать даймонов не печать вовсе, но об этом потом.

Короче, я вынул из ниши герметичный пакет неприглядного вида — упаковали так, чтобы мыши пленкой подавились. А то, знаете, бывают они и из нержавеющей стали — эти особо злобные и опасные. Но от этого у них изжога будет.

Я рванул клапан, и пакет с хлопком впустил воздух. Отлично! Я содрал остатки пленки и вытащил легкий скаф. А как же? Тут вон, извините, вакуум за переборкой, а при боевой тревоге и дырки лишние в обшивке появятся…

Скаф сел на меня, как влитой. Правда, перед этим

Вот теперь можно и на… Ббах! Аж переборки загудели. О, я узнаю этот звук! Гравитонг крупного калибра, один залп — один труп, точнее, гроб. Трупов может быть и много, кто там знает, сколько народу в экипаже корабля-жертвы.

Я помчался на мостик, держась за поручни в коридоре. Еще один ббах. Кто-то из охранников добрался до орудийной башни главного калибра, а кто-то…

Я выглянул за угол и сделал шаг назад. Дверь в рубку была открыта. Всего двадцать шагов до нее, сейчас соберусь с силами и как рвану…

Мое промедление меня и спасло. Ярчайшая вспышка, от которой спас скафандр, затемнив шлем, шипение выходящего воздуха и… Сирены заткнулись и свет пропал, а за моей спиной шумно и с лязгом захлопнулась гермодверь, чуть не отхватив мне пятки. Ну что же, пора! Я умею обращаться с оружием из рубки, а, похоже, больше и некому!

Я влетел в рубку, тускло подсвеченную лампами аварийного освещения. Большинство пультов погасло, а все то лишнее, что было внутри, выметалось как пылесосом потоком воздуха, уходившим через пробоину в обзорном стекле. Говорил же папе, что нельзя так ослаблять корпус! Сделал бы, как на боевых кораблях камеры на корпусе и экраны, так нет, поиграть в командора, гордо стоявшего на мостике, захотелось! Вот теперь мне и расхлебывать.

Впрочем, утечка относительно прекратилась задницей Степана, которую всосало в дырку в стекле. Это-то ладно, а вот где нападавшие? Стрельба прекратилась, на абордаж не берут — хотя сейчас нас бери хоть голыми руками, так где они? Что-то никого не вижу, болтается какой-то мусор поблизости.

И не увижу, пока не сделаю все сам. Первым делом нужно запустить корабельный искин, который ушел в сладкий сон после такого удара по черепу.

Кто сказал, что надо только нажать кнопочку? Ага, щас. Все эти кнопочки, сенсоры, пульты из умной материи и нейроинтерфейсы для многих вещей не используются. Потому что в горячке боя случайно заденешь не тот сенсор — и все, аминь! Так что некоторые критические системы сделаны с расчетом на большое усилие, которое к ним надо осмысленно и беспощадно приложить.

Я подошел к стене рубки и с силой потянул панель, отошедшую в сторону. Хорошо, что эту яхту я знал как свои пять пальцев, в свою бытность Феликсом в коротких штанишках облазил ее вдоль и поперек. И в щиток тоже заглядывал. Ага, вот они, рубильники! Да, вы не ослышались. Папины инженеры были умными — все системы корабля продублированы здесь. А то иди в машинное, потом лезь между прочным и легким корпусом к генераторам, да не забудь в башню заглянуть…

Все решается поворотом рубильника. Выкл-вкл, выкл-вкл… Для начала передернем — гусары, молчать! — рубильник питания. Выкл-вкл…

Свет мигнул и освещение включилось на полную яркость. Я перевел дух. Потому что если бы питание не включилось, то этот корабль стал бы моим гробом. Без воздуха и тепла экипаж долго не протянет и будет делать ставки, задохнется он раньше или замерзнет насмерть. Как в той песне, где дуба дал ямщик.

Следующий рубильник. Силовое поле, которое выдержало удар, но отключилось. Дерг! Знакомое гудение генератора, и вот оно — корабль затянуло еле видимой пленкой защитного поля! Ура, уже живём! Так, жизнеобеспечение, радары и связь, автоматика, ремонтные дроиды…

Я вошел в раж, включая системы одну за другой. Как ни удивительно, пока мне везло. А вот что дальше — надо включить искин и посмотреть, что он скажет.

Я посмотрел на отдельно стоящий рубильник, весь увешанный пломбами и с грубо накорябанной маркером припиской — «твоя смерть». Я ухмыльнулся — узнаю папашин юмор, хотя это и не точно, в смысле не шутка. Про него ходили разные слухи, в том числе и то, что он лично расстрелял на мостике капитана, оказавшего неповиновение. Ну никого здесь, кроме меня, нет, так что — дерг!

Ну вот, пульты зажглись, замигали, над ними возникли голоэкраны со всякой служебной фигнёй. Пошло самотестирование. А вот сейчас момент истины.

— Загрузка системы завершена. Статус — требуется назначение администратора.

— Я администратор, — заявил я, глядя через забрало скафандра на мерцание дисплеев. — Запрос на авторизацию.

— В моей базе вы зарегистрированы как Феликс Орлов. Требуется подтверждение текущего администратора на передачу полномочий.

Я чуть не подавился. С моими полномочиями железяка должна взять под козырек и молча покориться. В списке иерархии клана Орловых я — второй!

— Ты совсем съехал? Я — Феликс Орлов! Выдай мне полный доступ! — потребовал я.

— Требуется подтверждение текущего администратора!

Или был второй. Похоже, меня из списка командования исключили.

— Он мертв!

Железяка замолчала. Меня обуяло желание вскрыть позитронный мозг и пройтись по нему увесистым гаечным ключом, делая ему лоботомию. Ладно, пошарим по карманам Степана.

Я подошел ко вмерзшему в пробоину трупу и начал проверять его карманы. Несподручно, однако, делать это в скафовых перчатках… Да и заиндевевшие штаны этому не способствуют. Я, не мудрствуя лукаво, просто отодрал карманы с мясом.

Зажигалка, раковые палочки, неплохой нож, знак клана высшего доступа, тактическая ручка, уникомм… Все! И где, спрашивается, ключ?

Меня обдало ледяной волной. Что, если чертову железяку нельзя будет взять под контроль? Да я тут сдохну или меня схватят папашины слуги — неизвестно, что лучше!

Спокойно, спокойно. Дыши. Ничего страшного пока не произошло. Раз он тут летал по рубке задницей вперед, мог и выронить…

Я пошел по его следу. Ну-ка, прикинем, как он летел… Здесь нет, здесь нет, а вот здесь…

Небольшая вычурная пластина из тонкого металла, вся в фигурных вырезах, вот она. И ведь просто так не найдешь, прилипла к стойке пульта, видимо, так поток высосал.

Я сжал ее в руке, подошел к капитанскому пульту управления и торжественно вставил ее в щель приемника.

— Запрашиваю передачу полномочий!

— Полномочия переданы. Здравствуйте, капитан, — невозмутимо и лицемерно поздоровался искин.

— Запрашиваю полномочия высшего уровня как второе лицо в клане!

Вот теперь еще один момент истины — сколько у меня их еще будет! Стер меня папаша или нет?

— Запрос принят. Полномочия высшего уровня выданы.

Ага! Всё-таки папаша рассчитывал, что душу его сыночка вернут в тело? От фига уши. А может просто забыл.

— Стереть привязку к кораблю всех имеющихся в базе лиц! Остальных считать враждебными!

На всякий случай, чтобы не получилось, как со мной.

— Исполнено. Осталось два администратора.

— Два? Кто?

— Князь Феликс Орлов, князь Владимир Орлов.

— Удалить князя Владимира Орлова!

— В доступе отказано.

Вот так. Ожидаемо. Но терпимо. Отменить мои приказы может только он. Но для этого ему надо попасть на борт, а вот этого я не допущу. И вообще…

— Искин, можно с нашими повреждениями уйти в гипер?

— Сканирую… Повреждения малые — вывести список?

— Не надо пока.

— Допустим гиперджамп на десять парсеков, не больше.

— Найди в этом радиусе точку подальше от зон гиперджампа, не находящуюся в твоем списке и подальше от торговых путей, — приказал я.

— Точка выбрана.

— Ну тогда прыгаем! Джамп!

Те четверть часа пути я потратил на обход корабля и осмотр повреждений. Отчет искина — хорошо, а увидеть все своими глазами- лучше. И проще. Датчики корабля могут не увидеть того, что увижу я.

Семена, точнее то, что от него осталось, я нашел в разгерметизированной башне главного калибра. Все-таки нашел гаденыш Сема свою смерть. Цепочка отверстий в броне была как пулеметная строчка — гравитонг малого калибра. Хорошо хоть орудие не задето.

Вообще, что с нами произошло — пока загадка. Потом, конечно, я посмотрю хронику и не один раз. Но потом. Основная задача — починить корабль и не допустить его захвата. А там посмотрим.

В машинном отделении — все путем. Точнее, как сказать, машинное отделение? Это так называли по привычке. Есть двигательный и реакторный отсеки плюс к ним отсек вспомогательных устройств. Жизнеобеспечение отдельно, в отдельном, особо охраняемом и наглухо запечатанном отсеке. Он еще и забронированный почище рубки, самый важный отсек на корабле!

Потому что там запасы воды, воздуха и биоплазмы для пищевого синтеза — кухня кухней, но когда нет свежих продуктов, будешь есть хрючило из синтезатора. Также здесь стоят климатические установки, которые обеспечивают комфортную среду обитания для экипажа. Поняли, почему самый важный? На этот вопрос ловят абитуриентов и прочих кандидатов, и если он не знает правильный ответ…

Здесь тоже было все в порядке, если не считать, что климатички стояли на паузе из-за утечки воздуха в рубке. Запущу потом. В общем, можно было считать, что отделались малой кровью. Два папиных гоблина не в счёт, они и так не жильцы были. Не прикончили бы враги — я бы ими занялся. А так — легко отделались.

Опять прошло ощущение волны по телу.

— Вышли из гипера, капитан, — пропел голос в шлеме.

— Окружение?

— Отсутствует. В пределах действия сенсоров искусственных объектов не зафиксировано.

Хм, отлично. Теперь займемся насущными делами. Я поспешил в рубку.

Вот и лобовуха во весь отсек, посередине которой по фэншую был пришпилен Степан, точнее, его труп.

— Искин, повреждений много? Не надо перечислять, просто скажи!

— Степень повреждений от малой до средней…

— Короче, сами мы сможем починиться, не используя внешние ресурсы?

— Да, но это займет не менее трех часов и треть запаса умной материи…

— Приступить к ремонту! Да, и начни с рубки, убери отсюда этот мусор!

— Слушаюсь, капитан!

Вот-вот. Попробуй теперь не послушаться. А я займусь более важными делами.

Как будет, когда папа поймет, что яхта не прибыла в пункт назначения? Сначала подождет, потом попробует связаться, а потом попытается запеленговать яхту, используя маяки. Автономные, не привязанные к искину. Этакие коробки с хитрой начинкой. Вот только он не учел, что расположение двух из них я знаю.

Но тут еще одна фишка. Как правило, дурак найдет один маяк — и успокоится. Умный найдет два и тоже на этом угомонится. Зная папашу, будет и третий маяк, и, возможно, четвертый. И закопаны они будут далеко, скорее всего даже интегрированы в конструкцию на этапе производства. Так что расслабляться не приходится.

Первый, не особо-то и скрытый маяк в каюте гиперсвязи я демонтировал на раз — воткнув в него лом. А вы думали, как такое оборудование снимают? Даже обнаруженные жучки часто тупо шилом пробивают. Короче, из маяка повалил тот самый белый дым, в котором, как известно, и содержится вся электронная магия. Как дым вышел — все, устройство не работает.

Для снятия второго мне пришлось выйти в открытый космос и добраться до неприметного выступа под цвет корпуса яхты. Это точно маяк, лично подсмотрел, как его устанавливали. Ну, мне это не нужно, а ломать не строить — я спокойно расстрелял его из плазмера. Минус два. Оставалось найти третий.

Я вернулся в рубку. О, а искин времени зря не терял! Теперь бренных, нафиг, останков предателя Степана не было, а лобовуха сияла девственной чистотой. Умная материя, что. Одно из тех чудес, в кои ни Феликс не вникал, ни я, став им. Неважно. Просто по третьему закону Кларка еще одна технология, не отличимая от магии. А мне в этом мире нравится! Еще магию подтянуть и вообще жить можно!

— Атмосфера восстановлена! — сообщил искин.

— Правда? — я на всякий случай сверился с монитором на запястье скафа.

Хм, не врет! С нее станется. Хотя травить капитана чревато моментальным стиранием.

Я открыл забрало. Да, в самом деле, не врет. Только изысканный запашок старых носков присутствует…

— Искин, добавь освежитель в воздух. Сосновый лес. Ремонт закончен?

— Ориентировочно, займет еще около часа.

— Вот это нас покоцали… — присвистнул я.

— Вы не ознакомились с хроникой событий… — в голосе искина прорезались осуждающие нотки. — Показать записи?

— Позже, — отмахнулся я.

Как бы я ни хотел разобраться, что там произошло, сейчас есть дела поважнее.

— Скажи, искин, а есть на корабле места, в которые ремонтным роботам вход воспрещён? — задал я вполне логичный вопрос.

Если папины техники ставили это вручную, то верняком там запрет на доступ.

— Есть два места!

И искин вывел схему корабля, где были подсвечены красным две зоны — одна в носу с доступом через обшивку прочного корпуса, другая — в двигательном отсеке, под защитой системных движков.

Я застонал про себя. Ну вот не везёт так не везет! Тем более лезть между корпусами… Стоп!

— Доступ в зону на носу разрешен. Пошли ремонтного дроида, пусть вскроет обшивку и покажет содержимое!

— Есть, капитан!

— И мне банку колы,

— Есть, капитан! — на этот раз в голосе искина проскочила усмешка.

Искин удивлял меня все больше и больше. Чувства? У машины? Оригинально. Но с этим будем разбираться потом.

Попивая сок у себя в квартале… — тьфу ты, колу, конечно — я наблюдал за похождениями ремонтного дроида между двумя корпусами. Да уж, как я и ожидал, встроили его в конструкцию качественно, еще на верфи. Так, что снять затруднительно — расстояние между корпусами в некоторых местах не превышало полуметра. Ползти двадцать метров по этой пещере — да ну ее нафиг! Пусть вон робот ползает, его для этого и создали.

Все, дополз, родной. Да, вот он точно такой же маяк, близнец второго. Я включил плазменный резак робота и с большим наслаждением срезал гадскую машинку напрочь. Остался еще один, но с этим я сам справлюсь.

Насвистывая мелодию, я направился в двигательный отсек, помахивая ломом, как копьем — уж очень мне понравилось втыкать его в тонкую интеллектронику. Ага, двигательный отсек, нам сюда!

Я вошел в самый натруженный отсек. Здесь стояли самые большие устройства на корабле — движки! Словно два огромных кита лежали на решетчатой палубе — системные движки. Для перемещения на обычной тяге внутри планетарных систем и прочих маневров. И две огромные иглы, опутанные кучей всяких кабелей толщиной с меня и волноводов — джамперы. Благодаря им мы перемещаемся в пространстве.

Так, куда нам нельзя нос совать? Вон в ту маленькую подсобку за движками? Я протиснулся между чехлами движков и подошёл к двери. Заперта. Ухмыльнувшись, я вырезал плазменным резаком замок и дернул на себя дверь.

И вот тут меня прошиб холодный пот, а во рту сразу же пересохло.

Глава 4

Еще бы не пересохло. Нет, коробка гипера присутствовала, куда же без нее. Но вот от нее тянулся провод к одному такому неприятному шкафчику, размером с большой почтовый ящик, если кто такие помнит. И надписи на нем вызывали шевеление волос аж под мышками — они все были красными и предупреждающими. И такого же цвета и знаки, в том числе и лепестки радиационной опасности. Вот тут Штирлиц начал что-то подозревать…

— Искин, на что я смотрю? — я повернул шлем камерой к ящику. — Только говори попроще!

— Бортовая кварковая мина БКМ-5, мощность заряда одна килотонна. Вижу систему удаленного подрыва, подключена к детонатору с управлением через гиперпространство.

Ай да папаша, ай да сукин сын! Система самоликвидации на борту есть штатная, а это дополнительная. Личный заряженный пистолет у виска угонщика.

— Как ее отключить?

— Просто вынуть разъемы из гнезда.

— Так просто??? — у меня аж челюсть отвисла.

— Да. Это дополнительное оборудование, работает только от приемника гиперсвязи.

Ну, надеюсь. Хотя логично — иначе бы рвануло, когда не надо. Будем обезвреживать.

Я развинтил разъемы, до боли похожие на наши военные, и вытащил кабеля. Нет, уничтожать это я не буду — а зачем? Вдруг потребуется козырь. Только вот повешу я кое-что на приёмник, что подтвердит или опровергнет мою теорию. Теорию заговора, а как же. С ними жить интересней. Правда, надо помнить, что у параноиков тоже есть враги.

Теперь приказать ремонтным дроидам восстановить дверь и замок — и все, осмотр окончен. И я пошел обратно в рубку, до предела довольный собой.

— Искин, статус!

— Готовность корабля полная!

Ого, хорошо! Молодец искин, постарался на славу. А вот теперь можно и посмотреть, что случилось-то. Удобно устроиться в капитанском кресле, взять ещё одну банку холодной газировки, и…

— Искин, покажи мне, что случилось, с разных ракурсов!

— С вашего позволения, капитан, я смонтировал фильм с лучшими моментами с различных камер.

— Главное, чтобы без купюр, — устало пробормотал я. — Показывай.

… Тупой нос яхты вынырнул из гипера. Тут уже его ждали — два файтера, судя по обводам — какая-то новая модель расы Альваро. Ага, те самые, которых в земных мифах эльфами зовут. И эти ушастые твари когда-то в криптоистории отметились, как и даймоны, и прочие расы, вроде гномов-нагри.

И понеслось. Пока объявили тревогу, файтеры успели выпустить по ракете — отсюда эти первые бабахи. И вот оно, соблюдение инструкции, написанной как всегда кровью — при выходе из гипера щиты должны быть подняты. Это нас и спасло.

Ага, а вот уже и наш залп главного калибра — Семен добрался до пушки — и один файтер превратился в кучу обломков, от него полетели части, а потом взорвался кварк-реактор. Второй в бессильной злобе выпустил какую-то хитрую ракету, которая на миг погасила щиты, а потом его взорвала противометеоритная защита почти в упор. Отсюда и повреждения. Все. Конец фильма.

— Искин, что это были за файтеры?

— Последние модели файтеров «Ананг», еще не приняты на вооружение империей Альваро.

— А ты тогда откуда знаешь?

— В концерне «Орлофф» своя служба разведки, как вам известно! — ехидно заявил искин.

Ну да, он прав. Папа держал большую команду шпионов, чтобы быть если не впереди, то хотя бы шагать в ногу с конкурентами. Бизнес вообще жестокая вещь, а производство и торговля оружием — тем более. Со своей разведкой контрразведкой, охраной, боевыми операциями — чем там еще у папы так называемый общий отдел занимается? Короче, свой.хлеб с маслом и икрой отрабатывают. Делают все. Даже мины в яхты подкладывают, даже в свои.

— Есть соображения, кто это был?

— Они были без опознавательных знаков, в адаптивном камуфляже. Анализ данных невозможен.

— Дорогие игрушки, — хмыкнул я. — И у кого они есть, если еще не приняты на вооружение? Клан или империя?

— Нет информации.

— Нахрена ж тебе столько сенсоров и аналитическая мощь, если ты даже не знаешь, кто это? — подколол я его.

Искин обиженно замолчал. Ладно.

— Еще один гиперпрыжок за пределы области. А то мы что-то засиделись на одном месте. Были несанкционированные передачи с нашего борта?

— Нет, я мониторю весь эфир и гипер.

— Тогда джамп! — и я сжал подлокотник капитанского кресла.

Пока мы в гипере, можно провести время с пользой для дела и продолжить мою увлекательную экскурсию по кораблю, Следующая остановка — в капитанской каюте. Тут должно быть самое вкусное. Нет, конечно папаша почистил сейф, когда в спешке уходил, но что-то да

Ага, тут надо сделать лирическое отступление. Феликсне был пай-мальчиком от слова «совсем», а вот криминальная, или, скорее, авантюрная жилка была в нем развита более чем достаточно. И он проворачивал свои дела за спиной папаши, не посвящая того в свои планы.

Он исходил из очень простого принципа — выжить. Кто сказал, что в богатых семьях это легко? Богатство — это залог хорошей и безбедной жизни? Ерунда. Да отпрыски-наследники известных фамилий всегда находятся под ударом. Их пытаются прибрать к рукам, травануть, подсадить на вещества, да и вообще сделать с ними все, что можно представить!

У богатенького отпрыска шансов дожить до совершеннолетия едва ли не меньше, чем у его сверстника из трущоб. И гораздо меньше, чем у парня из обычной небогатой средней семьи. Как так? А вот так! Те, чья жизнь или смерть никому не интересна, как правило, и живут дольше и счастливее. Что и подтвердило покушение и обездушивание Феликса. Добрались до него сектанты. А если брать дела семьи, и в особенности, ее главы — тут вообще могло произойти что угодно.

В любой и самый неподходящий момент папаша мог откинуть копыта, стать врагом Империи, попасть в орбитальный острог или еще чего-то там с таким-то образом жизни. И что прикажете делать опальным наследникам? Бомжевать на улице, христарадничать перед добрыми людьми? Да щас! Надо подстелить соломки, да побольше, побольше! Чем он, собственно, и занялся.

Феликссоздавал свою личную, теневую бизнес-империю. И выходило у него очень даже неплохо — княжич Орлов не зря был сыном своего отца и наследником многих поколений своего же клана. Голова у него работала, что надо. А что до своей штаб-квартиры — он прикупил один планетоид, создав там лежку на старой хзаброшенной исследовательской базе. Оттуда было очень удобно управлять подставными компаниями и попками в деловых костюмах во главе этих корпораций.

И все это богатство теперь мое по праву. Поскольку я унаследовал его память, и отчасти решил вжиться в роль Феликса. Распорядимся им хорошо!

Так, вернемся к реальности. Вот он, любимый папашин сейф. Раритет, блин. Старый, как дерьмо мастодонта и столь же надежный. И записанный на подставке одного из пылесборников на каминной полке за победу в соревнованиях код от него. Не знаю, чем ему так нравился старый приз, но меня вся эта романтика бурной папашиной молодости только раздражала. А вот код, который он записывал на всякий случай — нет. Правильно делает! Сколько я всего забыл, надеясь на свою абсолютную память — и не сосчитать.

Только вот папаша не дурак и обычно из записанных цифр вычитает тройку и переставляет между собой средние. Попробуем…

Сейф мигнул цифирками — простейшая система без малейших признаков процессора — и замок щелкнул, приглашая меня внутрь. О, да тут столько всего ништяков!

Первым делом — наличка. Много налички. Очень. Блеснули глянцевыми боками тугие пачки в вакуумной упаковке, явно заначенные на всякий случай. Еще стопка карточек на предъявителя, неотслеживаемых. Я хмыкнул. Не только Феликсзаботился о своей финансовой анонимности, но и папаша тоже. Воспользуемся!

Дальше —папки с бумагами. Деловые бумаги разных калибров и назначений. Документы на собственность, и так далее, и тому подобное. В принципе, если что они обязательно где-то есть в нормальном электронном виде. Папаша без них обойдется. Пусть себе лежат, есть не просят. Кроме бумаг есть еще два плазмера — как более серьезный аргумент в деловых переговорах. Заряженные, «Орлы» последней модели. М-м-м, моя прелесть! Обожаю пестики. Особенно те, из которых можно подбить танк.

Я заглянул в малое отделение. А вот это что? Шкатулка, запертая на отпечаток пальца, из тех, что еще пульс и тепло проверяют. Просто и ужасно примитивно. Особенно, если постоянно мониторить хакерские новости — никогда не знаешь, что тебе понадобится, с жизнью-то такой! И злобные кульные хацкеры совершенно недавно, перед покушением на меня дали дайджест по уязвимости подобных шкатулок. Что она защищена охранным плетением — вообще не проблема, при прочих равных папа настолько хреновый маг, что просто смех. А замочек…

Я встал с кортов и подошёл со шкатулкой к письменному столу. Ага, где у нас тут скотч? Залепляем им палец и прижимаем к сканеру отпечатков. Щелчок — и вуаля, сложная система уступила гению кулхацкеров и лени разработчиков, сделавший до смешного простой замок, которому отпечатки-то и пофиг.

В шкатулке лежало немного. Ключ, вроде корабельного — такой же резной, но красного цвета и сложенный пополам лист бумаги. На нем от руки написано «Мункулус» и координаты. Все.

Хорошо, займёмся этим позже. Я положил шкатулку обратно, деактивировав замок и закрыл сейф. Все, что в нем есть, пригодится. А пока у нас есть более важные дела — следует обнести папашину базу.

Я спокойно появился у одной из баз снабжения клана Орловых в глубоком космосе, по известным мне и клановым пилотам координатам. В самом деле, если можно не покупать самому, а пополнить запасы за счет клана — этим грех не воспользоваться.

Расчет был прост — пока папаша не знает, что я не прибыл к месту назначения. Да если бы и знал, он некоторое время эту инфу придержит, скребя репу и пытаясь понять, что произошло. Пока его поисковики не доберутся до первой — для них последней в очереди — точки выхода и обнаружат там только повышенную радиоактивность, да и то не факт. Пока инфа дойдет до папаши, пока поиск и ничего конкретного, пока яхту объявят пропавшей… В общем времени пройдет много. Не слишком, конечно, но… Достаточно много для меня.

Главное — надуть щеки и напустить вид, что мы летим по важным пацановским делам, совершенно секретным и судьбопоносным, поэтому никому ни-ни! Разумеется, все с папашиного ведома, а как же иначе? И если вы у него про это спросите, он разозлится про утечку и сошлет вас туда, где Макар звездных китов не пас. Ну вы поняли, да?

Зачем мне это надо? Да просто хапнуть на халяву все, что можно. Умную материю, провизию, до кучи ракет и плазменных батарей, да много чего. Зачем покупать все это на свободном рынке втридорога, когда я возьму это за просто так и лучшего качества?

Список обещал быть большим и объемным, контейнеров так на эннадцать. Если учесть, что я теперь снят с довольствия и вообще беглец вне закона, то снабжения мне долго не

Вот она, источник вечного кайфа для усталого и измученного жаждой путешественника — если, конечно, он относится к клану Орловых. Другим — только ракету в борт без всяких разговоров вместо фирменной бутылки «Шустовского» для капитана.

Что? Мы не агрессивные, не надо напраслины. Просто всяких пиратов развелось. Как тараканов, чесслово. Да не, это я не про то прыщавое альтернативно одаренное отродье, которое книжки и игры тырит, потирая вонючие потные ручонки. А самые настоящие, тяжело вооруженные джентльмены удачи, которые шастают в поисках добычи и всяких там прыщавых воришек держат под шконкой. Чтобы те своим мелким воровством не позорили гордое звание пирата.

И, кстати, как в той присказке, все делают это. В смысле обороны. Попробуйте вывалиться в видимости базы снабжения любого другого клана и увидите, насколько вам будут рады. Если, конечно, живы останетесь, но это не точно.

Поэтому, как только я вошел в зону видимости базы, мой транспондер и ответчик «свой-чужой» истошно завопили на всю округу. Не зря — система обороны яхты высыпала на экраны, сколько и каких радаров наведения сейчас взяли нас на прицел, собираясь всыпать горячих. Что поделать, базы снабжения — вещь такая.

— Борт ONX-738429, вызывает база Орлов-32. Назовите себя и цель прибытия, — выдал мне динамик с характерным «оканьем». При этом изображение не включилось.

О, узнаю этот нежный пропитый голосок. Старый хрен Петрович, командир этой плавбазы. Знает меня, как облупленного. Это-то и плохо в данных обстоятельствах.

— Петрович, мать твою за ногу вперехлест кальмаром через клюз! — ласково поприветствовал я его, а потом выдал матерный загиб, которому он меня и научил.

— Пароль принят, — хихикнул Петрович и включил изображение.

Ну ни дать не взять шкипер с морской окладистой бородой и продубленным всеми ветрами лицом. Только посвященные знали, что продубил его звездный загар, а борода скрывает шрам от боевого ранения. Был он когда-то не завхозом плавбазы, а командиром кланового крейсера. И когда он больше не смог стоять на мостике, почетную отставку заменили на службу полегче — клан своих не бросает.

— Первый рядом? — спросил Петрович.

— Нет, только я. И мне надо кое-что забрать.

— Сойдете с корабля, княжич?

— Нет, Петрович. Дело срочное. И секретное.

— Ладно, — вздохнул он. — Высылай, что надо, пристыкуешься — уже будет все готово. Что-нибудь ещё могу сделать?

— Нет, пока все. Остальное в следующий раз.

Я отослал список.

Нехорошо, конечно, хороших людей обманывать, но… Я не сказал ни слова неправды, специально подбирая формулировки, это раз. А два — Петрович был другом Феликса, не моим. Если бы он знал все, то не сомневаюсь, что разрядил бы мне в лоб плазмер. Потому что по большому счету я не Феликс, а оборотень. Чужая душа в мясном костюмчике.

К базе мы подошли неспешно и медленно, ползя на системных двигателях. Искин идеально, как это может только искусственный интеллект, пристыковал яхту к грузовому шлюзу, стандартная процедура. Раздвинулись гермодвери, вышли наружу силовые манипуляторы…

Я наблюдал всю до боли знакомую процедуру погрузки одним глазом, а вторым читал новости и распоряжения. Раз в день на местный сервер скачивался пакет обновления через гипер — все-таки затратная процедура — и можно было узнать вчерашние новости. Как суточные щи, хотя те наоборот вкуснее.

И в трюм начали поступать контейнеры. Много контейнеров. Я решил не мелочиться и загрести по максимуму — в масштабах базы это так, детишкам на молочишко. Тут не один крейсер можно снабдить, а здесь всего-навсего переделанный фрегат с сильно урезанными трюмами.

Как я и ожидал, в новостях не было совсем ничего. Да и не должно быть, если только не поступил экстренный пакет обновления с высоким приоритетом. Такого не было.

Через полчаса погрузка была завершена. Я сделал Петровичу и базе ручкой и ушел в гипер. Теперь надо скинуть груз в свое логово и по-быстрому рвануть в ту систему, координаты который были накорябаны папиным почерком на бумаге.

И… Наверняка попасть в ловушку. Папа не дурак, сложит два и два и поймет, что после того, как оказалось, что я жив и подломил его базу, то следующий мой шаг — его секретный проект. Время — вот ключевой параметр, и оно не на моей стороне. И пусть у яхты сейчас момент инерции, как у беременной газели или нажравшегося этой газели льва, придется рискнуть.

Я вздохнул. Ничего не поделаешь, надо!

Глава 5

Мины, мины… Да что вы знаете о минах? Ну может на картинке и видели «рогатую смерть», но не больше. А космические? Нет? Ладно, так уж и быть, расскажу. Это ракетная платформа малой дальности, одноразовая как бритва. Дешево и сердито. Задача — довернуть пенал с ракетой до приемлемой траектории пуска и этот самый пуск осуществить. В того, кто не ответил на сигнал' свой-чужой'.

Простота и дешевизна подкупали, пока лет сто назад, перед одним сражением разведчики другой стороны не сумели переписать код «свой-чужой». В результате клан Орловых победил клан Алметьевых, уничтожив полностью их флот без единого выстрела. Да, дедуля отличился. Трудно было представить трясущегося пилота инвалидной коляски молодым и здоровым, вручную, в одном скафандре перешивающего мины в открытом космосе!

Ну это было давно. Теперь все так просто через меш-сеть не перешить, а коды жёстко забиты в память. Но все равно минные поля ставят теперь в пределах видимости и досягаемости объекта, который они охраняют. Дикие минные поля теперь редкость.

Так к чему это я? Ах, да! К тому, что по полученным из шкатулки координатам я вывалился точнехонько у границы минного поля. В прицелах жаждущих моего комиссарского тела кварковых дур ближнего действия, способных перевести любой корабль покрупнее на субатомный уровень. Распылив его на кварки, я имею в виду.

— Похоже, мы дошли до цугундера, — пробормотал я.

— Что такое цугундер? — немедленно поинтересовался любопытный искин.

— Да так, ничего, забей, — отмахнулся я, вертя в руках карточку. — Интересно, почему они нас не атаковали?

— Потому что мы правильно ответили на код «свой-чужой», — пояснил мне, как неразумному искин.

Напрашивается на лоботомию сварочным аппаратом, гад.

— А дальше что? —

— У вас в руках карта секретного доступа, — сказал он мне. — Если вы соизволите вставить ее в приемную панель штурманского пульта, то мы получим курс для прохода в минном поле.

— А код?

— Код, как и транспондер — гарантия того, что по нам не будут стрелять сразу, — сообщил искин. — Но ничего другого.

— И много тут мин? — спросил я.

Вместо ответа искин подсветил на экране мины и я аж поперхнулся. Представьте себе рой мошки, кружащейся вокруг чего-то вкусного типа человечьей головы. Вот примерно так все и выглядело.

И почему я не помню, что в штурманский пульт надо что-то вставлять? Видимо, это либо само собой соответствующее, или наоборот, не обычное.

Точнее, штурманский пульт не был обычным. Та щель, у которой надпись «Доп.», явно была сделана позже. Ладно, поверю искину… Я вогнал карточку в щель.

Экран в воздухе передо мной мигнул, на нем возникло «Передача ». Вот теперь все работает. На экране было видно, как мошка расступается, образовав тоннель. В конце которого была станция.

— Курс получен, — сообщил искин.

— Тогда вперёд, — скомандовал я.

И мы полетели через это чертово минное поле. Довольно неприятное чувство, когда тебя сканируют, да еще вдобавок и целятся. Что-то радары наведения не отключались, нехорошо как-то… Ждут, что мы задергаемся или повернем назад? Зря. Только вперёд!

Искин осторожно и аккуратно шел на системных без рывков и резкого ускорения, чтобы не посчитали, что мы их таранить будем. А то с них станется. Да и вообще, что на самой станции-то будет?

До сих пор с нами общалась лишь автоматика, живые люди — нет. Это и настораживало — где вы видели исследовательскую лабораторию-станцию без людей? Нет, я, конечно, понимаю, что на некоторых объектах все работы выполняются дроидами, но обычно это зоны какой-нибудь опасности, где люди не выживут в принципе. А здесь?

— Искин, перед стыковкой попробуй получить информацию оттуда. И люк не открывай. Возможна угроза для жизни.

— Понял, капитан!

— Ну вот и хорошо, что понял, — хмыкнул я.

Лязгнули вакуум-буфы, входя в зацепление с переходным шлюзом.

— Есть подключение к системе безопасности станции. Требует ключ, — отрапортовал искин.

— Передай ему данные с ключа со штурманской панели, — сказал я.

По идее, теперь придется таскаться с этим ключом по станции, это, получается, мастер-ключ.

— Соединение с системой безопасности установлено, доступ получен.

— Отчёт, — потребовал я. — Сколько человек на борту?

— Ноль.

— То есть???

— Среди двадцати трех жизненных форм на станции люди не обнаружены!

Если бы я сейчас не сидел в кресле, то упал бы. И следующий логичный вопрос…

— Кто это?

— Двадцать одна жизненная форма неизвестна, один стриго и один есть в списке запрещенных жизненных форм — синт.

Час от часу не легче. Стриго — оборотни-ксеноморфы, одна из тех рас, с которыми лучше не сталкиваться. Недаром на многие планеты им доступ воспрещен. Почему? Да потому. Представьте себе, что вы общаетесь с очень красивой, просто нереально прекрасной девушкой. И почему-то вы влюбились с первого взгляда и сразу без ума от нее. А в следующий момент она откусывает вам голову, превратившись в того самого монстра из старого, здесь, видимо, неизвестного ужастика. Представили себе? А все ваши безумные чувства вызваны ферромонами и магическим воздействием, вот так вот.

Понятно теперь, почему стриго в числе самых опасных разумных видов во вселенной? Так что код — красный, плазмеры наголо!

А вот второе — тоже подарочек так себе. Жизненная форма вне закона, синтетический человек. Запрещенный в Империи по этическим нормам — видимо, кто-то не проплатил чиновникам-сановникам, чтобы они это разрешили. Потому что в разрешенке есть и такое, отчего волосы под мышками дыбом, и ничего, этика позволяет! А вот синтов — нет!

Понятно теперь, почему название проекта такое странное. Синт — гомункулус — мункулус. Ага, как-то так. Искусственная личность.

Вот по-чесноку, больше всего мне хотелось расстрелять эту станцию, оставив от нее легкое красивое облачко радиоактивного газа. Может так и будет, я еще не решил. Где мой дух исследователя? Поищите где-то в пятках, должен там быть. А пока…

— Искин, можешь дать изображение с камер станции?

— Конечно, — ответил он и вывел на голоэкран.хронику творившегося звиздеца.

Сначала я не понял, что за фигуры шатаются по коридорам, причем направляясь к шлюзу. А потом как понял…

Неизвестные жизненные формы? Ага, зомбаки. Этакие зомби-лайт, бродящие по станции. Только молча, не хрипят «моозгиии» или «мяааасо», за что я им весьма признателен. Ужаса и сюра на сегодня мне хватило.

Вся эта толпа со скоростью зомби — то бишь зомби из фильмов — шла тусоваться у моего воздушного шлюза. Видимо решили, что им хавку подвезли. И кого здесь только нет! Охранники в форме клана, лабораторные в белых халатах, техники в синих…

— Покажи мне лабораторию, — сказал я.

— Сей секунд! — козырнул знанием разговорного искин.

Я аж покосился в сторону стойки с интерфейсом. Да, какой-то у меня продвинутый искин, очеловеченный. Глядишь, и человеком станет, если ему аватару найти… Синт? ОМГ…

Ага, вот и лаборатория. Двери плотно закрыты изнутри, внутри ни одного зомбака — спасибо герою от науки, что закрыл большую часть лабораторного комплекса. Мне хоть не все уничтожать, можно и мародеркой заняться, святое дело.

А что брать-то? Искин показал картинку с другого ракурса…

Два анабиозника, стоящих рядом. И оба в россыпи огоньков, не пустые.

— Это то, о чем я думаю? — спросил я у искина.

— Я не знаю, о чем вы думаете, — ядовито сказал он. — Если это не ваши обычные мысли о коньяке и бабах…

Фигасе завернул! Да я тебя…

— Полная перезагрузка системы с очисткой матрицы памяти, — сказал я. — Пароль…

— Не надо! — завопил искин так, что у меня чуть барабанные перепонки не лопнули от грохота акустики.

— Понял, за что? — мстительно спросил я. — Больше не хами! Управление камерой мне на экран!

И я, ухмыльнувшись, принялся изучать находку. Еще бы, две особы женского пола модельной внешности. Да что там модельной, там даже Алотта Фагина отдыхает! Правда, та отвалила кучу бабла, насилуя модификационный свод, как и все клюшки при деньгах. Не бывает некрасивых баб, бывает мало силикона! Ладно, это я опять отвлекся. Ну что же поделаешь, глядя на

Только что вот одна из них — синт, а вторая — ксеноморф. Ну понятно, синта лепили по образцу с идеальными пропорциями. А стриго… Впервые вижу вживую, так что не могу ничего сказать. Только можно было ручаться за естественную идеальность форм — если поменяет морфу, силиконовые сиськи выскочат, деньги на ветер. Ладно, берем. Тем более, задарма.

Осталось только с зомбями разобраться.

— Искин, что можешь сказать?

— Обнаружено присутствие какого-то морфовируса в атмосфере комплекса.

— Что-то такое забойное?

— Ну будь я человеком, вдыхать я бы не стал. Чтобы вот таким не стать.

— Технически они люди?

— Нет, хотя и живые в отличие от канонических зомби. Но высшая нервная деятельность отсутствует и… Если вы притащите одного на анализ…

— И думать забудь, — сказал я. — Рекомендации?

Я покосился на экран, где зомби, оставляя кровавые полосы содранными ногтями на шлюзе, пытались выломать люк. Флаг Империи им в руки, или не в руки, ну понятно.

— Выпустить весь воздух. Как раз избавимся и от патогенов, и от пострадавших.

— Они точно больше не люди?

— Вопрос философский, — сказал искин. — Если в понятии «мыслю, следовательно существую», то нет.

— Есть внешний доступ к этим функциям станции?

— Как ни странно, но есть. Видимо, расчет делался на этот случай.

— Я тоже так думаю, — хмыкнул я. — Запускай. Хотя нет, подожди. Анабиозники выдержат вакуум?

— Трудно сказать. Они не подключены к общей системе безопасности станции. Я их не вижу. По идее, должны.

— По идее, по идее… — проворчал я. — Может, лучше заместить атмосферу азотом? Перепада давления и температур не будет, а то никакая мародерка не удастся…

— Можно, — сказал искин. — Запускать?

— Давай! — кивнул я.

Азота везде, и особенно на исследовательских станциях — как гуталина, даже больше. Ага, воздух для дыхания. В котором этого самого азота — четыре пятых. А вот если будет больше…

Обновление атмосферы заняло минут пять. Следя за ростом концентрации на экране, я наблюдал и за зомбями. Смотри-ка, тоже страдают от удушья, надо же! Извиняйте, ничего личного. Я еще человеком хочу пожить.

Лишь когда концентрация на экране дошла до девяносто восьми процентов, а последний зомбяк уже с минуту не подавал признаков жизни, я слез с кресла. Операция «ограбление Мункулуса» началась.

Да, блин! Нелегкая это работа — тела перетаскивать. Зачем? Да зомби героически подохли, завалив телами шлюз. Хорошо, я был в среднем скафе, его сервоусилители превращали зомбяка в кучу мяса с одного удара. Дайте проход, трупаки!

Мой путь лежал в. лабораторию. За двумя очччень аппетитными трофеями, если вы понимаете, о чем я. Э, почему сразу «извращенец»? Может, мне просто компаньонки нужны и члены экипажа, а? То-то же.

Анабиозники, слава богу, не пострадали, жизненные показатели в норме. Пусть полежат и дальше. Разберемся с ними дома, на моей базе. Я, пользуясь сервоусилителями скафа, перегрузил их на антигравитационные каталки и по одному оттащил к шлюзу. Дело за малым — отбомбиться по лаборатории.

Вот тут мне и пригодились вбитые в меня дядькой навыки рукопашного боя с негуманами! Огромная зеленая жаба выступила достойным и грозным противником. Просто лаба была оборудована по последнему слову техники, в глазах рябило от известных марок оборудования. А также от ноликов в прайсах, которые подсовывал мне добрый искин, скотина!

Хочу это, это и это, а это в придачу! И это тоже не забу… Бах! И злобный зеленый негуман получил выстрел в затылок.

Нет, я не против все это забрать, но надо напомнить себе, почему я как в задницу ужаленный ношусь по всем этим локациям? У меня уже язык не то, что на плече, а вообще в ранец скафа не умещается! Время, время! Как пела одна американская дива, время не на твоей стороне. И это так.

Так что я, чеканя шаг мимо трупа поверженного земноводного, прошел в капитанскую каюту — или как его там, завлаб штоль. Здесь сейф был похитрее, но с помощью искина и той самой матери я вскрыл его за десять минут. У всех замков есть только один недостаток — они от честных людей. Я к ним не отношусь.

В сейфе нашлось немало интересного, но мне некогда было разбираться — потом посмотрю. Я практически смел все в большой пластиковый бокс с надписью «Биологическая опасность» и значком, известным любому игроку в халф-лайф.

А теперь твердым строевым шагом обратно к шлюзу! Впрочем, есть одна мысль… Но для этого надо упаковать тело зомби. И тут воспротивился искин.

— Зараженный материал не может быть принят на борт! — категорически заявил мой позитронный дух противоречия.

Я чуть не плюнул в забрало, оттирать потом не захотелось. Хотя фигня, прикручу трупак пока к наружному поручню шлюза. Все равно он мне нужен ненадолго.

Я задраил гермошлюз со всеми ништяками внутри.

— Дезактивация! — скомандовал я.

Ультрафиолет, жидкий антисептик, горячий воздух… Вибрион, выйди вон! Кто не спрятался, я не виноват!

Ничего, все пожитки упакованы и дезактивацию переживут.

— Капитан на борту! — сказал ритуальную фразу искин.

— Что с содержимым бортового компьютера? — спросил я его.

— Все содержимое получено и сохранено!

— Тогда расстыковка и возврат к точке прыжка за пределами минного поля.

— Я могу прыгнуть и отсюда, — запротестовал было искин.

— Я отдал приказ, — угрожающе сказал я. — Что непонятного?

Я физически почувствовал, как искин вздохнул, выматерился про себя, кляня идиота в рубке.

— Есть, капитан!

Вот и хорошо, а я займусь пока самодеятельным техническим творчеством.

— Возврат к точке прыжка выполен, — через полчаса сообщил искин, когда мы вышли за внешнюю границу хорошо видного минного поля.

Я вынул красную карту со штурманского пульта. Сразу же мины пришли в движение, возвращаясь к старой расстановке.

— Отлично! — я опустил забрало, взял свой дивайс и вышел в шлюз.

И ничего я с трупом не делал, неправда ваша! Я не из тех, кто любит надругательство над мертвыми! Я их уважаю и вечный покой… Обычно.

Вот только здесь пришлось поработать резаком, чтобы засунуть ему за пазуху то, что мне было нужно. А что именно?

Зададим простой вопрос. Что будете делать, если выйдя из гипера увидите парящее в пространстве тело в комбинезоне цветов клана Орлова, да еще и с личным транспондером, взывающим о помощи? По степени

Для начала тело надо разморозить, чтобы вынуть из рук оранжевый конверт с грифом «совершенно секретно», который я ему всунул в руки еще на станции. И вот тут-то и сработает выключатель, предохранителем в котором служит лед, который растает. Цепь замкнется… Кто сказал «Детонатор»? Садись, два! Цепь замкнет тот же транспондер, только с данными клана Киро, извечных и вечных врагов. А тут у нас что? Правильно, минное поле. Которое очень плохо реагирует на чужих. И…

Короче, первая попытка проникнуть на станцию успехом не увенчается, но выглядеть будет феерически. А дальше — приятного времяпрепровождения, искин стер все с компа станции и выжег ему мозги. Вскрывайте промерзшую до абсолютного нуля консервную банку с ядовитым содержимым.

Жестоко? Нет. Заслуженная кара. Для тех, кто разрабатывает оружие массового поражения. А на это у меня пунктик.

Так что отправив приманку повисеть в космосе, я со спокойной душой вернулся на корабль, и…

— Джамп!

Глава 6

Приятно слушать Вагнера, накинув расшитый золотом халат и утопая в мягком кресле с бокалом в руке! Эх, не жизнь, а благодать! «Мать, мать, мать…» по привычке повторило эхо.

Да, как-то так. И вовсе не думаешь, что в двадцати метрах над головой, отделенных горной породой и стеклометаллическим куполом глубокий вакуум открытого космоса. Такое вот мое лежбище. Не обозначенное ни на одной карте, неизвестное теперь уже никому из живущих.

Скажете, в наш век информационного эксгибиционизма такое невозможно? Еще как возможно! При соблюдении нескольких условий. Надо просто было найти разорившихся стартаперов, не разбирающихся в потребностях рынка и вбухавших бабло в заведомо провальные проекты. Как, например, постройка современных лабораторий высшей биологической защиты под ключ.

Не знаю, кто напел лохам такую замечательную мысль, но несколько штук они построили. Причем, в глубоком космосе, в таких гребенях, куда и добраться проблемно, не говоря уже о прочем. Сели и стали их продавать.

Рынок надо было сначала изучить, идиоты — этому на первых занятиях любой захолустной бизнес-школы где-нибудь в Зажопье или Голодрищенске учат. А вот рынка-то и не было.

Первое — ни один клан никогда не купит готовую лабораторию, пусть даже она круче и навороченней, чем их. Кланы строят их под себя в тех местах, где надо и под свои требования, по своим нормативным документам. И ни старперы, ни стартаперы им для этого не нужны.

Второе — а вы знаете, сколько стоит такая лаборатория? Нет? Ну тут я вас сильно огорчу. Это вам не обычная помойка на астероиде, которая часто используется как бомжатник. «Под ключ» — это именно то и значит, все в наличии, заезжай и работай. Хочешь лекарство от рака эльфийских ушей создавай, хочешь — средство для депиляции гномских волосатых сисек. А не хочешь…

Короче, так я и попал в контору, где пахло отчаянием и виски. И сразу предложил выкупить одну такую лабораторию, но… Оборудовать некоторые помещения по моему вкусу, сделать мелкие улучшения и — самое главное — забыть, что они строили эту базу и ее координаты. Это стоило дорого, но, поскольку ребятки были на мели, я сбил цену до себестоимости. Все удалось, к вящему удовольствию обеих сторон.

Ну а то, что в течение месяца оба компаньона отправились в мир иной, так я тут ни при чем, честно. Один перебрал с алкоголем насмерть — даже до цирроза не добрался, вот незадача-то — а второй самовыпилился. Это не я, это они сами так решили. Но такой исход я и подозревал. В общем, местоположение базы так и осталось в секрете. Что меня вполне устраивало.

Ну а защита базы была на уровне. Совершенно случайно на заводе тяжелого вооружения нашего клана перепутали адрес отправки и несколько контейнеров ушли черт знает куда. Расследование ничего не дало, а у меня появились автономные плазменные турели и пара гравитонгов большого калибра. Пусковые я купил легально, через подставных. Так что и тут я поспел, как тот пострел из поговорки.

В общем, если подбить бабки, у меня была личная исследовательская база на восемьдесят рыл, в которой я жил один и не скучал. Поправочка — не жил, а бывал во время своих отлучек. Жить приходилось в папашином орбитале — многокилометровая станция типа замок с поместьем, лесом и тэ дэ, и тэ пэ, статусная вещь для высшего света.

А вот теперь, когда все это накрылось большой багровой шляпой, буду здесь жить. В конце концов, я — то есть Феликс — готовился именно к этому.

И хорошо, надо сказать, подготовился! Помимо того, что я уже расписал, все было в шоколаде. В том числе и в буквальном смысле — стазис-шкафы с провизией на весь персонал на месяц ломились от еды и напитков. Ну это, конечно, если вам не хочется жрать хрючило из полевого синтезатора, что-то я таких антигурманов не наблюдаю. Энергии завались от мощного кварк-реактора, тут же кварковый же синтез воды и воздуха из чего угодно. Это то, что касается такой банальной вещи, как жизнеобеспечение.

Вещей н-нада? На склад зайди и выбери то, что могут выбрать те же восемьдесят рыл на месяц. Это так, вдруг. Оружие и амуниция? Да вы смеетесь, что ли? У одного из лучших в галактике клана оружейников нет оружия? Тут еще пара контейнеров адресом ошиблась. Причем, эксклюзивные образцы для показа одному из шейхов с планеты Джинн. Вот так вот взяли и потерялись. Вместе с боеприпасами. Растворились в межзвездной пустоте, так часто бывает. Пустота-то такая штука, непростая!

Про транспорт я тоже не забыл. Нет, папина яхточка класса фрегат не в счет, хотя вполне себе ништячный бонус. Я озаботился более утилитарными и менее заметными моделями. Например, типовой яхтой размером в два раза меньше. Так, для аристо средней руки вроде какого-нибудь там графа или барона, причем не Звездных, а системных. Короче, скромненько и со вкусом. Зато внимание не привлекает в любой орбитальной марине. Это не папин портодав, который даже в ангар не влез. Пришлось пришвартовать его снаружи, накрыть маскировочными полями и включить в систему стационарной обороны объекта.

И по мелочи из транспорта. Более или менее обшарпанный грузовик, каких верфи в разных концах Империи наклепали десятки тысяч — удачная была модель. Основное достоинство — что можно встретить в любом порту и

Ну и шаттл, который капитаны кораблей обычно использовали для перемещения экипажа между бортом и портовым борделем туда и обратно. Этот был самый обычный — а на чем мне по моему планетоиду летать? Нет, есть, конечно, разъездной бот на пару рыл, но это уже совсем малая авиация и много на ней сделать не удастся.

Вот только предстояло разобраться с тем, что я прихватил на той станции. Эх, не берегу я себя! После такого лихого побега и суток сплошных приключений я должен лежать трупом в постели, и чтобы дроид-официант мне в эту самую постель вкусняшки подавал! Так нет же!

И, кстати, мой трип галопом по европам был совершенно оправдан. Уже подлетая к лежбищу я услышал вой сирены и экран замигал красным. Папа активировал кварковую бомбу в двигательном отсеке, на которой я поставил сторожок. Типа, доппельгангера отследить не удалось, надо гада взорвать, так, что ли?

Ну что, папаша, свой выбор ты сделал, нажил врага среди ближайшего тебе родственника. Теперь клан Орловых среди моих врагов. А учитывая то, сколько я о клане знаю, я — самый опасный из них. Врагов в смысле.

И да, спасибо, папаша. В гипере прошло два кода. Первый — активации, а второй — на подрыв. Учитывая то, что сторожок щелкнул — оба рабочие. Воспользуемся. Спасибо за подарочек!

Так что запомните на всякий случай. Если вас позвали на день рождения, а вы не знаете, что подарить человеку кроме универсального подарка — денег — подарите ему кварковую бомбу малой мощности! Полезная штука! Поможет и от стаи волков, заведшихся в вашем лесу, и от обитателей соседнего замка, да даже пойдет подорвать яхту блудного сына, устроив фейерверк в космосе!

Ладно, это меня понесло. А что, не обидно, что ли, когда тебя вот так пытаются вычеркнуть из жизни? Интересно, есть тут по голо развлекательные шоу, где друг друга говном поливают? У нас их было полно. Прям тема — «Мой папаша считает меня монстром и старается сжить со свету». Нет? Ну и ладно. Пошел я на тропу войны.

Я подключился к искину яхты, нацепил на вмски горошины интерфейса и принялся пролистывать документы. Читать? Нет! То, что понаписали двадцать ученых рыл мне, пусть и с несколькими, в том числе земными, образованиями читать как-то не с руки. Стоп! А чего это я мучаюсь? Как раз перед моей гибелью на Земле широким цветом расцвели нейросети!

— Искин, можешь обработать результаты проекта «Мункулус» и обобщить их в очень краткой форме?

— Насколько краткой? Сколько томов, сколько страниц?

Если бы я не отставил в сторону бокал, я бы подавился.

— Представь себе, что ты выступаешь на конференции… Нет, отставить конференцию! Представь себе, что ты делаешь презентацию перед членами правления компании о результатах работы. Вот тебе обьем. Краткий бриф на пять-шесть листов. А учитывая то, что они обычно долбодятлы, обойдись простым языком, без перегруженности научными терминами. Сможешь?

— Конечно, капитан! — с ноткой обиды в голосе сказал искин.

— Да, кстати, составь мне на пару-тройку страниц данные тех персоналий, что отдыхают у нас в анабиозниках. Полностью, что найдешь. Я должен знать, какое сокровище мне свалилось и утилизировать его от греха подальше или нет. Справишься?

— Да, капитан! Конечно!

— Ну вот и хорошо, — одобрительно сказал я и приготовился ждать. Понятно, что у позитронных мозгов хорошее быстродействие, но и кэш данных, скачанный в лаборатории, тоже колоссальный. А тут требуется…

— Готово, капитан! Результаты на вашем планшете!

Опа, даже соскучиться не успел! Ну-ка, ну-ка… Почитаем…

Мда, чем дальше я читал, тем больше у меня шевелились волосы под мышками от деяний юных менгелевцев. Синт? Ага, как же! Нет, конечно это синтетическое создание, в том плане, что его не рожала женщина. Вот только это был человек в биологическом плане. Абсолютно идентичен, что обычно с синтами не бывает — насколько я мог судить по тем материалам, которые когда-то читал про синтов. А вот его хорошо отредактированный геном и наниты боевого образца…

В результате получилось нечто.невероятное. Бедную игрушку жгли, резали, топили, подвергали воздействию радиации и сверточного излучения, испытывали на ней боевую отраву и химию…

Игрушка выживала, регенерировала, потом ей стирали память и опять подвергали зверским тестам, выясняя предел устойчивости. И, если бы в лаборатории не случилась утечка боевого вируса, над которым работала вторая группа ученых, так бы все и продолжалось. Вирус «Зомби-лайт» действительно был таким, но он меня не интересовал. Я не мясник.

В общем, получилось что-то такое, по боевым характеристикам равное взводу спецназа в упаковке молоденькой красивой девушки. И с абсолютно чистым сознанием. Я перелистнул страницу. Ага! А вот ее базовое сознание хранится на том суперфлеше, который я вытащил из главного сейфа. Ладно, с синтом бэ-мэ, в смысле, более или менее, понятно. А что у нас со зверушкой?

Я открыл досье два. Подопытная стриго? Хм, интересно. Да, есть такая. В документах обозначена как «Дрю». Про происхождение ничего не сказано, только ведомость о передаче лабораторного животного в виварий клана Орловых. Я хмыкнул.

Лихо они закамуфлировали опыты на разумных! Стриго, вообще-то, старая разумная раса, очень умная и опасная. Входит в Империю с полными правами, хотя еще полтыщи лет назад были колонией альваро. Потом им это надоело, и… Плохая идея держать боевых ксеноморфов как туземцев. Так что стриго закусили своими угнетателями и решили, что с них хватит. Теперь это раса по-прежнему умная и опасная, а еще и получившая независимость. Взрывоопасная смесь!

Так, посмотрим, что она делает здесь. Твою мать! Ее пытали так же, как синта и смотрели, кто быстрее восстановится! Только вот ей память не стирали — со стриго это бесполезно. В человеческой морфе она обычный человек, а при перекидывании в чужую — это берсерк с минимальным разумом и без жалости. Во второй морфе они тоже плохо уязвимы и могут перенести все.

Вот только это еще одно имперское преступление. Похищение и незаконное лишение свободы гражданки Империи? Да ни хрена ж себе! А еще жестокое обращение, пытки и прочее, и прочее… Каторга на рудниках Деймоса, не меньше, в самом лучшем случае.

Ладно, с будущим персоналом заочно познакомились, пора это сделать вживую.

Виварий меня.встретил мертвой тишиной — скорее, мортуарий. Хотя нет, просто зверушек

Я закрыл глаза и вслепую свел указательные пальцы. Ага, сошлись, кто бы сомневался! Значит, стриго.

Я нажал кнопку, и бронированные створки разъехались в стороны. Пустая белая камера, залитая светом. Посередине — анабиозник с моим трофеем. Ага, спит красавица в гробу, я подкрался… Не, не буду подкрадываться. Выпущу.

Я на всякий случай пощупал небьющийся прозрачный пластик и полюбовался синим свечением силового поля. Достаточно крепкая преграда, отделяющая меня от опасности. Запускаем?

Нажав иконку на планшете, я наблюдал за происходящим. Вот огоньки на капсуле изменили свой танец, как гирлянда на елке. Над капсулой повис голоэкран, дублируясь на мой планшет. С полминуты на нем бежали строки, затем с легким шипением поднялся прозрачная.крышка капсулы. Я ждал.

Бам! Ну вот как люди встают из капсулы после искусственного сна? Сначала привстают полусидя, потом потягиваются, разминая затекшие члены, а потом… Ну, короче, не выстреливают из хайтечного гроба до потолка, а потом, исполнив сальто-мортале, не падают на четвереньки и рычат, приняв атакующую стойку.

— Привет, Дрю! — спокойно, без напускной ласки и наигранного уси-пуси сказал я.

Это вызвало у нее очередной приступ агрессии. Она бросилась на прозрачную стену между нами, сверкнула вспышка защитного поля и стриго с воем отлетела в центр камеры.

С ней все понятно. После анабиоза и так крыша едет, а у нее — тем более. Она напугана, дезориентирована и ждет дальнейшего сеанса боли от любопытных изуверов.

— Ты не в лаборатории, Дрю. Можешь расслабиться, — тем же спокойно-нейтральным тоном сказал я.

— Это не мое имя! — в ярости прошипела и прорычала она.

— Хорошо. Как мне тебя называть?

— Твоим палачом, низший!

Мдя, так себе ответ. И она начала обращаться. Облегающие майка и трусики лопнули и слетели, порванные вырастающими шипами и наростами, резко выросли когти на чешуйчатых лапах, череп резко вытянулся, в уродливом рту появился впечатляющий набор зубов. Она плотоядно посмотрела на меня глазами-плошками и…

Внезапно морфа пошла наоборот. И вот уже голая девушка с визгом отскочила подальше и забилась в самый дальний угол камеры.

— Кракшаад! — в ужасе крикнула она и закрылась руками, как будто спасаясь от удара. То есть прикрыла не те места, которые в такой ситуации прикрывают.

— Искин, перевод! — потребовал я от мозга своего умного дома.

— Приблизительный перевод — дьявол, пожирающий душу.

— Да? — хмыкнул я, тоном поручика Ржевского в анекдоте про мышь и с интересом осмотрел трясущуюся и все еще вжимающуюся в угол девушку.

В человеческой морфе она выглядела просто идеально, хоть на конкурс мисок выпускай. За первое место на «Мисс Галактика» побороться могла бы. Если бы только судей не жрала, или наоборот. Во всяком случае, как я мог заметить, все при ней. А то, что она — ксеноморф… Ну что же, у каждого свои недостатки, не так ли?

— Долго там стоять будешь? — спросил я. — Иди сюда! Дв не заберу я твою душу, у меня своя есть.

— Да, господин, — робко пролепетала она.

Робко? Пролепетала??? Это боевой ксеноморф-то, живая машина для убийства? Чудны дела твои, Господи!

— А теперь садись, — я показал ей на анабиозник. — Нас ждет долгий разговор!

Глава 7

— Для начала, почему ты так испугалась?

— На вас метка кракшаада, господин. Простите, что не распознала, — она поклонилась мне.

— Что за метка и где ты ее увидела? — спросил я, заранее предчувствуя ответ.

— Вы что, ее не видите? — глаза ее стали большими и круглыми, как в анекдоте про ту какающую мышку.

— Нет, — покачал головой я. — А что, должен?

Стриго не нашлась, что ответить.

— Иногда мы не замечаем того, что у нас есть, настолько это привычно, — подбодрил я ее. — Так что скажи.

— Это если только оно входит в естество, — промямлила она от робости. — Поэтому я и говорю, что вы — Кракшаад, господин!

— Как ты ее видишь?

— Моя раса хоть и лишена развитой магии, но видим мы многое. Особенно, когда переходим в боевую морфу. Там обостряются все чувства, подключается магическое восприятие и видение становится абсолютным.

— Как выглядит эта метка?

— Огромный пылающий магический круг во всю грудь. Сложный сигил с надписями на вашем языке, господин.

— Каком?

— Кракшаадов.

Так, ну вот, понемногу и проясняется. Метка — печать даймонов, держащая мою душу в теле Феликса. Как там, ворующие душу? Ну что, походит на ремесло даймонов, они там с душами балуются. С одной стороны это хорошо, а с другой стороны, если видит девчонка, то видят и другие, а это уже большой минус. Надо выяснить, как сделать печать невидимой.

— Ладно, оставим это. Пока, — сказал я. — Итак, давай знакомиться. Я — княжич ФеликсОрлов из клана Орловых.

— Точнее, вы кракшаад в его теле, господин. Простите за дерзость.

— Точнее не скажешь, — кивнул я. — И зови меня Феликс.

— Понимаю, это имя вашей оболочки. Истинного имени я не спрашиваю, да и не буду, го… Феликс.

— А как твое имя? — мягко спросил я, вступая на деликатную тропу.

— Дриллиана го Орукоонайн, Феликс.

— Дворянка? — насколько я слышал, частица «го» означала родовое имя стриго.

— Была, Феликс.

— Была?

— Я изгнана с родовой планеты Стригол и клан Орукоонайн навсегда отрекся от меня.

— Это что же надо такое было сделать, чтобы… — начал было я.

— Я — ронин, — прервала она меня. — я не смогла спасти свою госпожу и теперь навеки изгнана из клана.

— И поэтому тебя поймал клан Орлова и за тебя некому отомстить, — резюмировал я.

— Ну если пропустить все то, что было в промежутке, то да, Феликс. Так все и было.

— Меня интересует твое отношение к клану Орловых,

На мгновение в ее глазах вспыхнул красный огонь.

— Они — мои кровные враги! Навсегда!

Ну еще бы. Перенести столько от рук «ученых», будешь тут относиться по другому…

— Устраивает, — кивнул я. — Итак, Дриллиана го Орукоонайн…

— Называйте меня Дрилл, господин… Феликс.

— Ну вот, ты меня перебила, Дрилл, — поморщился я. — Так вот, я не буду спрашивать про твои дальнейшие планы, мне они не интересны. Я предлагаю тебе вступить в мою команду или я просто опять уложу тебя в анабиоз, отвезу на ближайшую космическую станцию, дам достаточно денег, чтобы ты не бедствовала на первое время и мы распрощаемся. Я сразу выкладываю карты на стол. Если ты останешься со мной, то про спокойную жизнь можешь забыть.

— Все настолько серьезно?

— Да, — кивнул я. — более чем. — Врагов — куча, друзей нет. Я как бы теперь тоже изгой — клан в лице папаши объявил меня врагом, на старые дружеские чувства и рассчитывать нельзя, дружили-то с прежним Феликсом. Как только узнают, что я теперь не я — будут проблемы. А то, что так будет — однозначно. Вот такой вот такой расклад. Что скажешь?

— Я дам вассальную клятву верности, если вы согласны взять на службу ронина, господин Феликс- склонила она голову.

— Я приму твою вассальную клятву. Клятву крови.

Она удивленно подняла глаза.

— Но ведь это значит, что и вы обязуетесь умереть за кровного брата или сестру…

— Тебя это удивляет? — хмыкнул я. — Не только стриго способны выполнять клятвы. Я уже умер один раз, исполнив долг чести.

— Я согласна, Феликс, — смиренно склонила она голову. — Это честь для меня, лишенной чести…

— Это возвращение чести, — торжественно сказал я.

— Тогда не будем тянуть. Есть нож? — спросила она меня.

— Э-э… — протянул я. — Нет.

В самом деле. Где я раздобуду церемониальный нож стриго? Вещь редчайшая в силу закрытости и служения культу. У каждого клана они свои, переходящие по наследству сквозь века.

— Сгодятся любые, — сказала она. — Дело в Слове и Крови, а не в посуде.

— Хорошо, — пожал плечами я, вышел из камеры и полез в медицинские шкафы.

Во, есть скальпель. Самый обычный, без всякого хайтека — иногда проще взмахнуть им, чем включать Модификационный Свод по всякой фигне.

— Пойдет? — я повертел в руках находку.

— Да, — кивнула она. Примерилась, перехватила скальпель поудобнее… — Клянусь Кровью верно служить своему Господину, исполнять его приказы и всегда защищать его жизнь и честь. И пусть моя Кровь будет его Кровью!

Дрилл сделала надрез и передала скальпель мне.

— Клянусь Кровью беречь своего Вассала, не подвергая его бесчестию и напрасной угрозе жизни. И пусть моя Кровь будет его кровью.

Тут уже надрезал ладонь я.

— Как наследная герцогиня рода Орукоонайн и носитель Истинной Крови, я подтверждаю данную клятву между Вассалом и Господином, и объявляю их Кровными, — торжественно сказала Дрилл.

У меня в который раз за сегодняшний день челюсть упала на пол и пребольно ударила по ногам.

Я, конечно, слабо разбираюсь в тонкостях их народа, в детстве еще зачитывался «кровавками» — так их комиксы назывались, но четко помню, что наследная герцогиня и носитель Истинной Крови — это, если переводить на наши понятия, принцесса из не правящей сейчас королевской династии. А при смене династии…

Она протянула мне руку и я крепко пожал ладонь, смешивая свою кровь с ее. Вспыхнуло желтое сияние, окутавшее наше рукопожатие… Боги вселенной приняли клятву.

— Понимаете теперь, во что ввязались, Феликс? — усмехнулась она. — Теперь мы связаны кровью до смерти.

Я лишь кивнул. Думаешь, ты меня напугала? Сама ещё пожалеешь, но будет уже поздно. Зато теперь я буду уверен, что член экипажа с другим мнением не решит вопрос свиноколом под ребро исподтишка. И помешает это сделать другим.

— Пора будить нашу спящую красавицу, — сказал я, переходя к следующей камере. — Что можешь сказать про свою подругу?

— Она мне не подруга, — повела плечами Дрилл. — И даже не по несчастью.

— Я почитал, что с вами делали… — сказал я.

Дрилл сжала в кулаки пальцы с мгновенно отросшими когтями так, что с ладоней закапала кровь.

— Читать — это одно, а…

— Поверь, я знаю это на практике, — сказал я. — Так что?

— До этого я никогда с синтами не сталкивалась, — сказала Дрилл. — До этой лаборатории.

Она аж скорчилась, выплевывая последнее слово. Понимаю.

— Я видела, что с ней делали. А иногда те ученые любили делать «тройничок», как они это называли. Нет, никакого секса — нас просто пристегивали к креслам рядом, наносили одинаковые увечья и смотрели, кто быстрей регенерирует, — ее передёрнуло.

М-да… Я промолчал. А что я мог сказать? За такие зверства во всех приличных местах полагалась каторга или петля. Но это в приличных. А то, что творилось в клановых лабораториях, обычно там и оставалось. С концами. И подопытными. А что с отработанным материалом церемониться? Достаточно открыть гермолюк, остальное сделает вакуум.

— В конце сеансов «испытаний», как это называли, ей стирали память — она синт, это просто. В отличие от меня.

— Удивляюсь, почему лоботомию не сделали… Извини.

— Да ничего, — она тряхнула головой, отгоняя наваждение. — Это повлияло бы на регенерацию. Зачем портить ценный лабораторный образец? Так мы будем будить нашу новую игрушку или нет?

— Будем, — я понимал, как тяжело вспоминать то, что было, но пусть лучше устроит нервный срыв сейчас, а не в деле. И я тапнул по планшету.

Никакой феерии не наблюдалось. Все так же заплясали огоньки, повис в воздухе экран, откинулась крышка. Только на этот раз все было спокойнее. Синт просто села в капсуле, и все.

Вот теперь надо сделать базовую привязку.

— Импринтинг! — потребовал я, выступив вперёд.

— Привязка произведена, — сказала синт таким томным голосом, что у меня сладко заныло в паху.

Ну а что, я виноват, что ли, что ее сделали идеальной теткой? Мой любимый цвет — блондинка, мой любимый размер — 4-й… Красивая молодая женщина, вызывающая неуемное желание разложить ее прямо здесь…

— Велите ей отключить выброс феромонов, — сказала из-за плеча Дрилл, развеяв все очарование романтического момента.

— Отключи феромоны,

Фух, ну вроде полегче стало. И планшетом не надо прикрывать бурную реакцию организма.

— Ты кто? — спросил я, прекрасно зная ответ. Мне надо было его услышать от нее.

— Универсальный синтетик модели «Хари»,. безучастным тоном сказала она.

— Какой еще хари? — не понял я.

— Была в истории такая шпионка… — начала было Дрилл.

Хм, а я и не связал ее с историей. Больше напомнило «хари Кришна, хари Рама», такое у нас адепты в оранжевых балахонах когда-то на улицах распевали. Или там у них было «харе»? Ей —богу не помню. Неважно.

— Я в курсе. Только не говори мне, что ее зовут Мата! — сказал я.

— Ее пока никак не зовут, — сказала Дрилл. — Вы только вошли в базовые настройки. Можете дать ей имя сами!

Это меня вогнало в ступор. Интересно девки пляшут… Или стоят и ждут, пока им имя дадут. Вот ведь…

Естественно, первая мысль, кроме нецензурных, была назвать ее Барби. Уж больно эта секси блонди была на нее похожа. И, как я себе думал, песенку эту точно никто не помнил — сколько веков-то прошло! Но как-то получалось легкомысленно. Впрочем, назвать серьезно и вдумчиво Домной или Даздрапермой — да здравствует первое мая — тоже как-то не катило. Надо вспомнить знакомых блонди, на кого похожа… Стоп! Она же вылитая Мадлен в молодости! Последняя женщина, которую я видел перед… Ну понятно, короче. Но как-то не хотелось именем усопшей называть члена команды. Тем более, до той Мадлен ей как до Китая раком. Как же ее назвать… Как у нас там Златовласка звучит? Голдилокс? Значит, будет просто Голди.

— Теперь тебя зовут Голди. Поняла?

Дрилл слегка скривилась, но проглотила. И нефиг свою ксеноморфскую.морду корчить, морщины на лицевых щитках появятся.

— Мне нравится, — сказала синт.

— Ну вот и хорошо…

— Требуется загрузка базовой программы! — перебила она меня.

— У тебя что, нет своей?

— Конечно нет, — хмыкнула за нее Дрилл. — Если бы была хотя бы базовая, кишки ученых были бы развешаны на люстре, а яйца…

— Хватит тебе, — рявкнул я.

— Ну и ладно, — обиделась Дрилл. — Только-только я придумала новую линейку бижутерии из мясных шариков…

Ну вот что мне с этой подругой делать? Похоже, я обрел такого анфан террибля, что еще поискать. А еще принцесса…

— Тогда пойдем, я дам тебе смысл в жизни. Причем, загружу его в голову.

Голди с готовностью вышла из своей камеры, и мы пошли по ярко освещенному коридору в другую лабораторию, на двери которой была большая буква «пси».

Я отпер дверь, включил свет…

— Ого, — присвистнула Дрилл. — Это даже круче чем там, откуда вы нас забрали!

— Дерьма не держим! — гордо сказал я.

И в самом деле, повод для гордости был. Ребятки-стартаперы честно выполняли работу, и теперь у меня был пси-комплекс последней модели. Собственно говоря, не для этого его делали, а для… Грубо говоря, заглянуть в нейроны индивидуума и иногда вмешаться в его сознание. Я этой хренью не владел, поэтому он стоял без движения, да и кому мне мозги потрошить? Теперь есть, а до этого не было. Я — Феликс- предпочитал более простой и наглядный подход… Да, в бейсбол здесь хоть и не играли, но на каждые проданные десять тысяч бит продавался один мяч.

В центре лаборатории стояло огромное кресло, способное вместить любого пациента. Вса эти датчики, индукторы, индикаторы… И, как вишенка на торте, расстегнутые мощные ремни для фиксации несогласных пациентов. Последнее привлекло внимание Дрилл.

— Хорошо зафиксированная девушка в предварительных ласках не нуждается, — пробурчала она себе под нос.

Я строго глянул на нее.

— Что? Это я о себе! Я столько в этом кресле провела…

Голди молча залезла в кресло.

— Я готова.

Я еще аппарат не включил. Щелк, щелк… Возникли в воздухе и засветились экраны. Я вроде бы помнил, как с этой фигнёй работать…

Так, первым делом — первым делом мы испортим самолёты… Нет, сначала гипносон. Объект должен быть в отключке. Так что-либо сон, либо рауш-наркоз, который на парусных судах проводили специальной деревянной колотушкой по кумполу. Но я что-то сильно сомневаюсь, что нашего синта это возьмет.

Оба-на! А вот этого я не ожидал. На с нта пси-кресло среагировало по-своему. Проще сказать — высветило меню для программирования.

— Вот-вот, — прокомментировала Дрилл.

— Инструкцию забыли приложить, — чертыхнулся я.

— А зачем? — сказала Дрилл. — Можно?

— Умеешь?

— Дворцовых слуг же программировала.

— Это же запрещено…

— Феликс, — с усмешкой сказала она. — Может быть и так, но кто об этом скажет? Уж не тот, кто пошел на это по своей воле ради выгоды!

Я чуть подвинулся, чтобы следить за тем, что моя новоявленная помощница тут наворотит.

— Так, базовая программа пошла, — сказала Дрилл, а Голди дернулась в кресле. — Будем ее человечной делать?

— В смысле? — не понял я.

— В прямом. Так же, как вы и я, как любой обычный человек.

— Давай.

— Хорошо! — и синт опять дернулась в кресле.

— Нам нужны все расширенные программы?

— Какие?

— Ну, например, боевые искусства, владение оружием, управление кораблем, астронавигация, ремонт корабля и прочее, и прочее?

Я задумался, но не надолго. С тем образом жизни, который я собираюсь вести, любой бонус мне пригодится. И пусть им буду обладать не я, а моя помощница, это может помочь в трудную минуту.

— Грузи все, — сказал я. — И откуда все это?

— Это же накопитель из сейфа шефа на базе? — спросила Дрилл.

— Да, оттуда, — подтвердил я.

— Там еще и не такое будет, — усмехнулась она. — Значит, гружу все. Будет у нас супервоменша.

— Ревновать не будешь? — усмехнулся я.

— К чему? — спросила она. — К тому, что она знает и умеет намного больше? Ну так она искусственная, ей положено. В отличие от рожденных она использует шестьдесят-семьдесят процентов мозга против пяти обычных. До нее все равно не дотянуться. А вот как полезный член экипажа она нам нужна.

Хорошо, еще одним противоречием меньше. А то не хватало мне еще бабских разборов на корабле. Хотя обе тетки и не люди вовсе.

— Что скажешь, Голди?

— Полностью согласна с

Еще бы, соображать, когда в тебя льется прошивка! Многозадачность форева — ага, разработчикам винды скажите, мемом у мелкомягких будет.

— Все, готово! — оторвалась Дрилл от пульта.

— Голди, как ощущения? — спросил я ее, как обычного человека.

— М-м-м, — она приподнялась на кресле, и посмотрела на пол. — Необычные. Как будто голова взорвется от тех знаний, которые в нее удалось запихнуть. Как-то так.

— Готова к исполнению служебных обязанностей?

— Готова. А каких? — переспросила она. — Я теперь универсал.

Дрилл заржала. Ну понятно, вспомнила пошлую шутку про универсала. Точнее, про женщин с пониженной социальной ответственностью.

— Скажем так, ты всесторонне подготовленный член экипажа. Моего экипажа, — я бросил сердитый взгляд на веселящуюся от души Дрилл. — И вообще, хватит тут ходить, как лахудры! Посмотрите на себя! Вы в этих сраных лабораторных комбезах, как недобитые наукой подопытные хомячки! Стыд и позор!

Взглядом Дрилл можно было плавить железо, да что там железо — титан. А Голди окатила меня волной холодного презрения. Сразу в голове зазвучал голос Каневского — «И тут мужчина умер».

— Короче, вот вам доступ к складу, где вы сможете подобрать себе что-то более или менее приличное. А также две каюты рядом с моей, где вы сможете привести себя в порядок. Обед, — я для понтов глянул на «Адмиральские» — через час… Нет, поправочка, через два. Попрошу не опаздывать!

Я так подумал, что как всегда у женщин пятнадцать минут наступает через два часа, так что им хватит.

— Это все, что я имею вам сказать. Давайте, удивите меня! — и я твердым шагом вышел из пси-лабы

От автора.

Уважаемые друзья! Только от вас зависит длина цикла и скорость выкладки. Мнесамому эта история очень нравится и есть много идей на дальнейшее развитиесобытий, но будет ли продолжение — зависит от вашей заинтересованности,количества лайков и качества комментариев.

Приятного чтения!

Глава 8

Общекомандный обед я устроил в местной небольшой и уютной кают-компании. У экипажа, как и персонала лабы должно быть место отдыха. Даже вон пианино есть, набитое жестяными сковородками — никто его не настраивал. Ну и само собой, обеденный стол, иногда во что только не превращающийся, есть. Но сейчас он послужит по прямому назначению.

Надо будет дроида-стюарда прикупить, подумал я, снимая с автотележки результаты работы синтезатора. Ага, пока есть нормальные продукты и мне лень готовить, я использую его как робоповара. По крайней мере, он не испортит то, что запорю я и сделает из замороженных продуктов средней паршивости и сомнительного срока годности деликатесы не хуже, чем подают н фуд-кортах.

Я глянул на часы. Стол сервирован, пора бы красавицам и…

Дверь открылась, и я потерял дар речи, или что-то, от него оставшееся. Так что вместо заготовленного «Прошу к столу!» из горла вырвалось что-то невнятное.

Две ослепительные красавицы, брюнетка и блондинка, обе в платьях, подчеркивающих больше, чем скрывающих, словно с обложки журнала про жизнь звезд стояли на пороге кают-компании.

— По-моему, он нас хочет! — обратилась Дрилл к Голди скучающим голосом.

— Учитывая его подскочившие физиологические показатели — однозначно! — подтвердила Голди.

— Ну да, одним из этих показателей он чуть стол не перевернул! — прищурилась Дрилл. — Эй, невежда! Не пригласите ли дам войти?

— Да-да, конечно, прошу вас! — невнятно пролепетал я и перешел к другой стороне стола, отодвинуть стулья.

С царственным видом дамы уселись за стол, одарив меня легким высокомерным кивком, как лакея и обдав легким запахом элитного парфюма. Похоже, клюшки включили свои феромонные пушки на полную мощность — не только у синтов это можно регулировать, стриго даст всем сто очков вперед. У них эти железы — залог выживания.

— Не знал, что на складе выдают такую униформу… — сказал я.

— Ну там всякое выдают, особенно если знать, как настроить синтезатор, — томно потянулась Дрилл, на мгновение сверкнув кружевной полоской. — Это наша маленькая месть за лахудр! Ну что, может быть, приступим? Мы сюда чего пришли? Будьте хозяином, наложите дамам жратвы!

— Тарелочницы, — буркнул я. — В следующий раз будете у меня сырую морковку грызть.

— Фи, как некулюторно, — сказала Дрилл, примериваясь к исполинскому бифштексу с кровью, специально заказанном для нее. Похоже, со вкусовыми предпочтениями стриго я не ошибся.

— Зато правда, — и я разлил по бокалам ароматную влагу.

— Неплохое, — прищурилась Дрилл пригубив.

Я хмыкнул. Похоже, в продуктах высокого виноделия она разбиралась не больше, чем свинья в апельсинах. Или у стриго с рецепторами не все в порядке?

— «Шато Орлофф» восемьдесят второго года, — ответила за меня Голди. — Самое дорогое в этой линии, не продается.

— Ага, папаша его бережет только для себя, ухмыльнулся я.

— Но ящики иногда теряются, драгоценное вино пропадает… — подхватила Дрилл.

— Чтобы потом попасть на стол к Вашей Светлости.

— Благодаря Вашей Светлости, — отсалютовала она. — Голди, загадывай желание! Между двумя светлостями сидишь!

Голди лишь покосилась, жуя салатик. Кто сказал, что синты не едят? Как и все люди. И аппетит у них в норме.

— Вообще, две светлости — и простолюдинка, — развалилась в кресле Дрилл, успешно опустошая бокал. — Непорядок! Хоть бы дали ей титул графини, вы князья, вы все можете!

— Ага, — я положил в рот кусочек стейка, только хорошо прожаренного, терпеть не могу сырое мясо. — Во-первых, дворянство будет клановое и признаваться только внутри клана, снаружи его будут только учитывать, но в базу родов Империи не внесут. Во-вторых, это должен сделать глава клана, а тут у меня самого, похоже, скоро титул отберут. Объявят погибшим, и все. И, в-третьих…

— Какой вы нудный, господин Феликс с, — она начала уже подавать невербальные сигналы, играя снятой туфелькой на большом пальце ноги. — Ну тогда я ее удочерю, будет графиня го Орукоонаайн!

— Через мой труп! — категорически заявил я.

— Почему?

— Ты ее плохому научишь!

— Да ладно…

Я ничего не ответил, работая челюстями.

Так обед и прошел в веселой дружеской атмосфере. Дрилл насосалась — приятно знать, что она не

Пускай пока отдыхают, будет что вспомнить. Когда придется жевать паек всухомятку в каком-нибудь грязном подвале разрушенного города под обстрелом. А завтра — завтра я их озадачу, начнем работать. И две помощницы мне очень сильно не помешают.

Я бросил взгляд на часы. Да, кстати, прошло всего сорок восемь часов с моего побега! Всего сорок восемь, а я уже натворил дел!

С одной стороны, это хорошо. За двое суток сделать дела, на которые в нормальном темпе ушло бы два месяца!

С другой стороны, плохо. Я еще не до конца вжился в роль Феликс са, какие-то моменты обязательно упустил. Сейчас папаша пустил по моему следу ищеек, которые роют носом вакуум, пытаясь найти меня живым или мертвым и положить ему на стол мои сморщенные причиндалы в доказательство. Я про уши говорил, а вы про что подумали, пошляки?

В любом случае, жизнь у меня теперь будет насыщенная и интересная. И начнем мы ее с того, что установим гиперсвязь в мою берлогу. Нет, она у меня есть на крайний случай, но там такая убогая система со слабой пропускной способностью типа «Але, барышня? Смольный!». А мне здесь нужна высокоскоростная двусторонняя связь для всего, хотя бы те же котировки смотреть.

Спросите, как я без нее раньше обходился? Элементарно. Из поместья работал. Здесь —то я бывал постольку поскольку, быстрыми набегами. И больше набивал закрома плюс обустраивал свое логово на случай будущего БП. Увы, я оказался прав. БП подкрался незаметно на тонких розовых ногах.

И вообще, занимаюсь я не тем. Пассивная безопасность — это, конечно, хорошо, но недостаточно. Безусловно, я отсижусь на своей лежке какое-то время, ну а дальше что? Надо переходить к безопасности активной, мочить первым. А вот тут список целей расширяется.

Из безусловных и абсолютных — секта Темного Завета. Проще говоря — межзвездные сатанисты и черные маги. И эта их магия работала достаточно хорошо, как и имелись возможности для подхода. Всё-таки они дотянулись до Феликс са и вышибли ему душу. Как и что — это надо будет хорошо вспомнить, само покушение Феликс с, а я через него, помнил смутно. Ничего, восстановим и покараем. Секта сектой, магия магией, а хороший «ка-бар» и любимый сороковой фэбээровский калибр творят чудеса.

Теперь следующий по степени геморроя — папаша. С ним все непросто. Зря он, конечно, так отнесся ко мне. Был бы по-другому, и сложиться могло по-другому, к обоюдной выгоде. Естественно, без всякой сыновней любви — я же не дурак, все понимаю — но на стадии партнерства. А он все испортил… Ну теперь лови ответку. Специально гадить из мести я не буду, но будет как " мимо тещиного дома я без шуток не хожу'. Там сделку сорвать, там заказ перехватить, там еще какую-нибудь пакость сделать. И папашу трогать я не стану, хотя меня учили, как добраться до охраняемых лиц и сделать им бо-бо. Пусть живет и мучается своей ничтожностью… пока. А мы ему ее покажем и усугубим.

Следующие — все друзья папаши. Именно друзья, которым можно доверить настолько важный секрет. Есть такие, кроме даймонов? Да и к тем он обратился только по необходимости, там дружбой и не пахнет.

Есть, паскуды, есть. Граф Шереметьев и Государь Император Российской империи, конечно, а не Галактической, в которую она входила на правах доминиона. Несвятая троица, кореша еще с детских лет, когда они еще в песочнице играли и кошачьими какашками оттуда в околоточных кидали. Собутыльники и лядуны восьмидесятого левела.

По мере взросления и полового созревания они мотались втроем по кабакам и по бабам, пока цесаревич не подцепил триппер перед свадьбой. Вот тогда папаша-Император рассвирепел и отказал двум аристократическим мордам от дворца под угрозой каторги. Особо это не помогло, папа-Император скоро кони двинул и все вернулось на круги своя, правда уже не с тем размахом, да и возраст постепенно брал свое. Теперь эта троица скуфов вела более или менее приличный образ жизни, время от времени напиваясь для профилактики. И занималась делами, которые приносили большие деньги.

Вот только вот граф Шереметьев, мать его за ногу, был глава Тайной полиции Империи — этакое параллельное НКВД из другой реальности, вобравшее в себя все. Разведка, контрразведка и прочие службы под одним началом. Кроме Императорской Службы Охраны, в этой конторе рулили боевые волхвы, договор с которыми шел еще со времен Перуна.

Вот такие вот папины друзья. То есть правящая верхушка Российской Империи. На территории которой мне появляться не следовало. А наличие охотящихся за мной коллег из параллельной — теперь уже и моей — реальности добавляло риска быть пойманным. Нет, я еще не совсем дурак идти против государственной машины, тем более, ее спецслужб, которые как всегда и везде были организованной преступной группой с монополией на насилие. От этих придется прятаться и не отсвечивать.

Завтрашним утром я собрал брифинг из нас троих. Личному составу тоже надо отдыхать, нельзя быть в режиме постоянной готовности и на нервах!

— Отдохнули? — озвучил я свои ценные мысли. — Теперь поработаем. Отставить зевать и рассматривать когти!

Дрилл со вздохом потянулась и сделала вид «Слушаю внимательно!». Ага, так я тебе и поверил, не парь мне репу.

— Итак, наша основная задача на сегодня и ближайшие несколько дней — установить здесь мощную установку гиперсвязи.

— Задача понятна, — кивнула Дрилл.

— Давайте поставим, — согласилась Голди. — Где она?

— А вот в этом состоит другой вопрос. Где ее взять?

— Чисто армейская постановка вопроса, — пробурчала под нос Дрилл так, чтобы я услышал.

— Что? — тоном, обещающим неприятности переспросил я.

— Нет-нет, ничего! — согласилась она, опять изучая ногти.

— Ну так наморщите мозг и придумайте, откуда ее взять.

— А если снять с яхты? — предложила Голди. — Там должна стоять мощная военная гиперстанция.

— Так-то оно так, но разукомплектовывать яхту мы не будем, — твердо сказал я. — Случись чего — это наш последний рубеж обороны или бегства, всегда заправлена и готова.

— А если купить? — предложила она. — Не вариант?

— Купить-то можно, но для этого нужно лететь в центральные миры, а там нас будут ждать с распростертыми объятьями. И даже если я пропущу это через подставных, могут возникнуть вопросы, зачем компании по производству удобрений, например, трансивер гиперсвязи восьмого уровня, вещающий на всю галактику. Так

— Скучно, девочки, скучно! — оторвалась от своего маникюра Дрилл. — Во-первых, что мешало выдернуть его из лаборатории?

— Э-э, — замешкался я с ответом, в самом-то деле. — Времени не было. Сама знаешь, сколько это бы заняло.

— Ладно, пусть так. Нет, я не призываю туда вернутся, там уже, наверное, клан либо все подчистил, либо патруль подвесил у границ минного поля. Если купить — не вариант, то спереть.

— Такие трансиверы только у военного флота стоят. Предлагаешь его украсть вместе с кораблем?

— А что, какие-то моральные препоны? — усмехнулась она.

— Ага. Аморальные, — пояснил ей я. — Пока как всегда флот забивает на все, в том числе и на частные разборки. Сейчас — это дело клана, никого не касается. Ну, может, конкуренты подтянутся со своими интересами. А если мы нападем на флот и нас объявят целью — вот тут галактика с овчинку покажется, бегать придется долго, и потом, лет так через десять, легализоваться не дадут. Короче, становиться врагом флота — отпадает.

— Все понятно, — вздохнула Дрилл. — Есть один вариант…

— Какой?

— Есть одно местечко, где полным-полно аппаратуры, и не только трансиверов гиперсвязи десятого уровня, восьмой — вчерашний гражданский день.

— Как всегда есть одно «но»? — с усмешкой констатировал я.

— Есть, — сказала она. — Аппаратура частично неисправна. И трансивер тоже.

— А починить можно?

— Откуда я знаю? — пожала плечами она. — Я боевик и телохранитель, а не техник. Как вы думаете, зачем нам синт с инженерным образованием?

— Затем, — ответил я. — Голди, можешь чинить аппаратуру связи?

— При наличии запасных частей и блоков — да, — кивнула блонди.

— Ну наличие не обещаю, — сказала Дрилл. — А вот груз мертвого железа — вполне.

— Хорошо, — кивнул я. — И что это за место?

— Разведывательный корабль стриго.

Немая сцена.

Длилась она недолго.

— Что??? — выпучил я глаза, как моя любимая жаба, которая при этом известии встала по стойке «смирно» и приготовилась хапать, хапать, хапать…

— Я уже сказала, что, — Дрилл выглядела виноватой. — И сейчас я нарушаю один из государственных секретов стриго.

— Понимаю, — кивнул я. — И, естественно, на каких-то условиях?

— Да, если вы не против.

— Ну, скидываться кораблем на общак — слишком жирно, — сказал я. — И потом, это единственное, что у тебя есть.

— Все верно, — настороженно сказала она. — И это будет считаться моей собственностью.

— Согласен, — кивнул я. — И вместе с ней ты будешь участвовать в делах клана без отказа.

— Да, — просто сказала она.

— Ну хорошо, — сказал я. — Пишем договор?

— Достаточно слова.

— Хорошо, значит договорились, — кивнул я. — А теперь рассказывай, как ты докатилась до жизни такой и откуда у тебя такой корабль.

— Рассказывать особо и нечего, — пожала она плечами. — Гнездо — так у нас называются кланы — Орукоонаайн в родстве с гнездом Хлонаайн, которое сейчас во главе стриго. Великая Мать стриго сейчас из того гнезда. У нас нет верховного правительства или каких-то министерств, правит клан Великой Матери.

— Я немного в курсе. Читал ваши кровавки.

— О, так вы, Феликс с, специалист по стриго, — насмешливо сказала она. — Только вот между нашими звераниме, как еще называют эту продукцию для чужаков, и реальностью жизни нашей расы дистанция огромного размера. Я немного отвлеклась. Так вот, наш корабль следил за одним объектом альваро, за каким — неважно. Корабль естественно принадлежал гнезду Хлонаайн, капитан — Седрисса го Хлонаайн, а я ее телохранитель… Была.

— Вас было две?

— Нет, конечно. Хоть корабль был небольшой — размером вполовину вашей яхты — и набит оборудованием до отказа, были еще пилот и оператор.

— Один оператор? Всего? — удивился я.

— Да, — недоуменно спросила Дрилл. — А что здесь удивительного?

Я представил себе что-то вроде самолёта радиоразведки в нашем времени. Там персонала куда больше.

— Управлять всей аппаратурой в одиночку?

— Ах, это, — улыбнулась она. — Нет, всем управляет искин. Дело оператора — управлять им. А у вас разве не так?

— А, понятно, — сказал я. — Понятия не имею. Просто показалось мало, вот и спросил.

— Так вот, хоть наш корабль и класса «призрак», ушастые твари вычислили наше местонахождение и атаковали. Мы прыгнули в гипер, а за нами туда заскочила и их противокорабельная ракета.

— И, судя по тебе, попала.

— Да, — скривилась она. — Пилота и оператора убило сразу. Капитан была тяжело ранена, я пыталась ее спасти, но она не перенесла даже одинарное превращение. Корабль был сильно поврежден, джампер тянул с перебоями, а я тянула дальше, насколько могла. Наконец он сдох, и мы выпали из гипера где-то на полпути, посередине Великой Галактической Пустоши. Протокол требовал, чтобы я покинула корабль и летела домой за подмогой. Корабль так и остался висеть в пустоте, а я села в шлюпку и прыгнула. Движок-то там слабенький, прыжки получаются лягушачьи…

— А что же не уничтожила корабль?

— Информация, — коротко ответила она. — Слишком большой массив. И не только на этот объект, а на множество. Когда отправляются за подмогой, ее с собой не берут, как раз на такой случай, как мой.

— Случай?

— Да. Вы слыхали про Звероловов?

— Что-то так…- осторожно сказал я, чтобы не выдать свое невежество.

— Наемники, — сказала Дрилл и глаза ее сверкнули огнем. — Охотники за головами, в том числе и разумных рас. Во время одного из своих мелких прыжков я вылетела нос к носу с их базой. Ну а дальше…

— Понятно, — кивнул я. — Можешь не продолжать. Так где, говоришь, ваш корабль?

Глава 9

— Это здесь? — задал я вопрос, который был чисто риторическим, потому что мы точно были на месте.

Но летели мы сюда долго, двое суток. Двенадцать прыжков в гипере, каждый по четыре — пять часов… Ужас. Все равно, что ехать в поезде дальнего следования. Но там хоть проводница чай в стаканах с традиционными железными подстаканниками подает, а после чая можно и что с собой туда разлить. Да под вареные яички,

Увы, вместо поездной романтики и перестука колес в обзорном экране лишь причудливое мельтешение линий гипера и узловых точек. Как будто летишь в прямой кишке исполина размером с галактику, стараясь выбраться наружу из… Ну вы поняли, да?

И так двенадцать раз. Далековато забрались стриго в поисках чего-то там на территории альваро! Ничего, достанем банк данных — посмотрим. Точнее, мы туда заглянем на базе — не в моих планах оставлять такое сокровище болтаться без дела в Галактической Пустоши. Хорошо, что на дело полетели на папашиной, точнее, уже моей яхте — чтобы спокойно и не напрягаясь попрыгать по гиперу вместе с грузом.

Так что вопрос я задал чисто для проформы. Потому что по введенным Дрилл координатам действительно висел мертвый кусок металла явно нечеловеческого происхождения. И тут же пошло дежа вю. Да не надо. Видел я это, видел. Ещё в видеосалоне за рупь.Точно или нет, но подковообразный корабль Чужих от Гигера, не совсем здоровая фантазия которого воспроизвела этих монстров. Но гляди ж ты, даже здесь он оказался прав! Очередной гений-провидец, мать его…

— Да, это он, — тихо подтвердила Дрилл, стоя перед экраном в рубке.

Я ее понимал. Смотреть на братскую могилу своего экипажа и испытывать рефлексии — все вполне естественно. Даже для таких монстров.

— Твое имущество — ты и командуй, — перевесил я на нее ответственность. Пусть сама решает.

— Высаживаемся, — сказала она. — Сначала я, потом по моей команде — вы.

— Принято, — кивнул я. — Какие-то системы обороны есть?

— Активной — нет.

— Хорошо…

— Есть пассивная, — не дала мне закончить фразу Дрилл. — Кварковая бомба на двадцать килотонн. И обезвредить могу ее только я.

У меня по спине пробежал.

— А раньше предупредить было нельзя?

— А смысл? — пожала она плечами. — Все равно, и так, и так, статус остался бы тот же. А что до высадки… Просто отойдите на безопасную дистанцию, и все. Она быстро скользнула в скаф, который поелозил, подбирая автоматически размер.

— Ну все, я на выход! — объявила она и, помахивая шлемом, замурлыкала какую-то песенку.

— На связи! — запоздало сказал я.

— Обязательно! — обернулась она.

Я переключился на камеры. Вот она дошла до шлюза, надела шлем, проверила его, не входя в шлюз, кивнула в такт своим мыслям и сделала шаг вперед.

А вот и сам шлюз изнутри. Молодец папаша, камер натыкал что твой параноик, никуда не деться. Вот и тут, закрылась внутренняя дверь, замигал красный свет и донесся искаженный голос матюгальника — «Внимание, начата откачка воздуха! Убедитесь в наличии средств индивидуальной защиты!».

Откачка воздуха благополучно завершилась, открылась наружная дверь. Было видно, как Дрилл напряглась, приняла стойку для прыжка и, оттолкнувшись обеими ногами прыгнула в направлении своего корабля. Метров сто, как до борта. И маленькая фигурка в огромной бездне космоса, я аж поежился от патетики. Бывает такое со мной.

Фигурка виртуозно подлетела к пробоине в борту корабля и исчезла внутри.

— Я на месте. Отойдите на всякий случай! — раздался ее голос, искаженный шлемофонами скафа.

— Принял, — кивнул я. — Голди?

— Есть, — сказала моя блонди и легонько тронула пульт пилота с умной материей.

И мы поехали на маневровых, не включая системные. Яхта развернулась кормой к кораблю стриго и медленно-медленно отползла на полсотни километров.

— Поднять щиты! — скомандовал я.

Голди тронула пульт, и корабль окутался легкой дымкой силового поля.

— Ждем, — на всякий случай сказал я, и приготовился смотреть на файр-шоу в исполнении Дрилл.

Минут двадцать ничего не происходило.

— Мина обезврежена, можете подниматься на борт, — раздался голос Дрилл.

Ну вот, такой литовский праздник Обломайтис! Только настроился на салют из превратившегося в кварки корабля, а его нет…

Вообще, надо было ее проконтролировать. Бьюсь об заклад, она не только мину разряжала все это время.

Осторожно, на маневровых я пополз обратно к разведчику стриго. Теперь предстояла самая главная часть работы — пристыковаться к их кораблю и подготовить его к транспортировке. Тросы в космосе? Не смешите мои тапочки от скафа! Нет, можно, конечно, какой-нибудь легкий груз принайтовить, но не тяжелый корабль, который еще и без двигателей.

А еще одна фишка — яхта была не только не приспособлена для переноски на себе чего-либо, но и спроектирована так, чтобы пристыковаться к ней можно было только со стороны шлюза и никак иначе. Папашина паранойя насчёт пиратов и абордажа в открытом космосе. И вот теперь нам надо обойти его ограничение!

— Голди, швартуйся к этой лайбе, — сказал я, вызвав возгласы недовольства в эфире.

— Эй, это вообще-то, моя ласточка, — обиженно воскликнула Дрилл. — Нечего ее оскорблять!

— Ладно, согласен, ржавая шаланда, — ухмыльнулся я. — Шаланды, полные фекалий…

У меня музыкальных талантов нет — медведь на ушах топтался. Да и благодарных слушателей нет, одно злобное фырканье. Как у нее там еще шлем от яда не прожгло?

Вот тут Голди с искином показали класс. Подвесить тяжелую яхту борт в борт в полуметре друг от друга… Я бы не рискнул.

— Выдвини кишку!

Пусть будет переход через телетрап, нечего там козликом скакать.

— Ну что, одевайся! Пойдем посмотрим на чудо стригольской техники!

Она кивнула, и мы пошли натягивать скафы.

Сам переход по рукаву телетрапа ничего из себя героического не представлял. А вот потом…

Представьте себе, что вы открыли дверь из своей милой сердцу и уютной берлоги, где все так хорошо и согревает душу… в ад! Примерно так я себя и чувствовал. Только в аду другого рода, темном и ледяном. Словно и не было на мне скафа, холод я ощущал кожей. Нервное? Наверное. По крайней мере, все это не радовало.

Да, внутри было темно. А еще интерьер слабо отличался от фильмов про Чужих. Те же непонятные и чуждые человеческому глазу формы, непонятные коридоры и двери, что-то странное в открытых настежь каютах. Какой-то больной сюрреализм… Мы рождены, чтоб Кафку сделать былью… Нет, если раньше жаба и жалобно подквакивала по поводу личного корабля стриго, то теперь она забилась в уголок и прикинулась ветошью. Ну его нафиг, пускай Дрилл его забирает. Постоянно ходить со вздыбленной шерстью — удовольствие еще то, пусть ксеноморф тут резвится.

— Питание не подала? — спросил я. — Так и

— Я не инженер, — сказала Дрилл. — Мой максимальный скилл — поменять батарейки в пульте. А вот Голди у нас как раз по этой части. Зря, что ли, я ее программировала?

— Собственно, не по этой, — ответила Голди. — Я больше по инженерной части. И извини, подруга, но женское тело плохо подходит для подъема тяжестей и таскания железа. Так что, что смогу — сделаю, а на большее не рассчитывай.

Несмотря на то, что Голди намного сильнее обычного человека и даже стриго, в чем-то она права. Гендерные стереотипы все равно играют свою роль. И будут играть.

— То есть, в перспективе, нам нужен механик? — уточнил я.

— Или дроид-техник. Кстати, а где ваши дроиды? — спросила она у Дрилл.

— Э. э, мы их не используем, — сказала она.

— Как? — в один голос спросили мы.

— Вот так. Как-то не прижилось.

— А как же… — попытался возразить я.

— Мы сильные, выносливые и умные. По крайней мере, некоторые из нас. А дроидам мы не доверяем. Ну что, пойдем в машинное или будем обсуждать наши обычаи и предпрочтения?

— Грубо, — сказала Голди.

— Зато честно. Не за что.

М-да, чувствую, их крепкая женская дружба мне еще аукнется. Главное, самому в живых остаться.

Машинное отделение находилось в середине корабля. И снова дежа вю и ощущение первобытного ужаса — не очень-то подходит обстановка стриго для людей. Как-то даже и совсем нет. Впрочем, той же Голди было все нипочем. Синт, что возьмешь…

— Так, — промурлыкала она, глядя на это эклектическую мешанину труб и ящиков, больше похожих на червей и насекомых. — Значит, вспомогательный генератор, да? А ну-ка, посвети!

Дрилл со своим мощным фонарем подошла к Голди и обе склонились над генератором. Ну вот, хоть делом занялись… А я просто тупо стоял и рассматривал этот сюрреалистический ужас, мечтая выбраться отсюда. В подобных местах так остро хочется вернуться, что любая даже самая крохотная каютка на человеческом судне кажется пределом мечтаний и собственным домом-крепостью.

Дрилл с Голди провозились над генератором минут десять. Точнее, возилась Голди, а Дрилл была на побегушках «подай-принеси». Как в анекдоте про того сантехника — «так и будешь ключи подавать». И, наконец, тонко запел генератор и вспыхнул свет.

— Первая задача решена, — сказала Голди. — Теперь пойдем чинить корпус.

— Может, запустим двигатели? — с тайной надеждой спросила Дрилл.

— Нет, — покачала головой Голди. — Не получится. Разрушен активатор Рока, запасной есть?

— Сейчас, — Дрилл вошла в сеть корабля. — Нет…

— Ну а раз нет, значит, чиним то, что можем. На скорую руку, чтобы дотащить это корыто до нашей базы, а там будем посмотреть что и как. Согласна?

— Куда же я денусь? — вздохнула жалобно Дрилл. — Пойдем.

— А мне что делать? — спросил я.

— Что обычно делают капитаны? — переспросила Голди. — Командуют. Или отдыхают, когда команда пашет.

Только я расслабился, предчувствуя отдых…

— Сначала презентуют контейнер с умной материей, — закончила она.

Жаба в душе стала рвать несуществующие волосы на голове. Умной материи им, видишь ли, подавай! Универсальная материя, способная превращаться во что угодно, да еще с космической стоимостью!!! Самому мало. Хоть я и хапнул ее на базе снабжения, но это никогда лишним не бывает. Особенно, учитывая, когда я смогу пополнить запасы в следующий раз.

— Один контейнер, — выдавил я из себя, чувствуя смесь жадности и сожаления.

— А больше и не потребуется, — сказала Голди. — Только восстановить целостность корпуса. А дальше уже из обломков она извлечет…

— Избавь меня от подробностей, я в них не копенгаген, — траурно произнес я. — Сейчас привезу!

Да, путь обратно к шлюзу я проделал с Дрилл за спиной.

— Я подожду здесь, — сказала она в тамбуре.

— Ага, — согласился я и пошел открывать хранилище инструментов и запчастей, где и хранились контейнеры с умной материей.

Все прошло штатно, контейнер был извлечен со своего места, погружен на гравитележку и передан Дрилл.

Хватит с меня! Я снял скаф и предался в рубке безудержному пьянству томатным соком. Сейчас меня могла успокоить лишь кровь мертвых помидор. Приятно, попивая сок, наблюдать, как две тетки в обтягивающих скафах ползают по внешней обшивке, латая пробоину! Такие позы принимают…

Это зрелище настроило меня на романтический лад. Хорошо, однако, быть посторонним зрителем, а не потеть в скафе, паря в открытом космосе.

Тетки справились за час. О чем и доложили.

— Целостность корпуса восстановлена! — раздался голос Дрилл с экрана.

— Молодцы, давайте на борт!

— Еще нет, — включилась в разговор Голди. — Осталось связать два корабля воедино. — Так что еще час работы.

— Ну час так час, — я потянулся за следующим пакетом сока и кальмарной стружкой. Приятно, черт побери!

А вот дальше приятно не было. Откуда они с Дрилл вытащили стойки и начали приваривать их прямо к корпусу яхты!

— Эй, вы там, кончайте мне краску портить! — прикрикнул я.

— Ничего не случится, — сказала Дрилл.

— А красить кто будет?

— Вычтешь из моего будущего жалования! — отмахнулась она.

Простая, блин!

— Обещаю восстановить все, как было, — сказала Голди.

Будто меня должно это успокоить!

— А вообще надо подумать над установкой внешней грузовой площадки…

— Это, вообще-то, яхта!

— Которую уже нельзя использовать как яхту, потому что она засвечена везде. Как только где-то появится…

— Поговорим об этом на борту, — мстительно сказал я. — Вдумчиво.

— Принято. Отключаюсь!

И чертова кукла отключила связь. Ну и выдам я ей за это на орехи!

Оставалось только смотреть, как тетки уродуют яхту, прицепляя к ней разведчик стриго. Варят, режут, присоединяют кабеля… Короче, пашут, как мамы Карло.

— Обнаружены базы данных стриго! Запрос на присоединение к общей сети! — испуганно сказал искин.

— Сможешь, в случае чего, справиться с искином стриго? — спросил его я.

— Проще не давать ему доступ!

— Ну так не давай. Чтобы эта зараза не подключилась сюда и не натворила кучу проблем! Но попробуй взять его под контроль.

— Есть, капитан! Исполнено!

— Вот и хорошо! — я откинулся в капитанском кресле.

Пускай пашут, дураков работа любит. Интересно, как Дрилл собирается расплатиться с Голди? Или свалит

Тем временем тетки закончили уродовать оба корабля и поплыли к шлюзу. Ага, гармошку убрали, Голди подплыла к нам, а вот Дрилл…

— Куда? — рявкнул я, заметив как она в полном смысле свернула налево, в свой корабль.

— За своими вещами! — сказала она. — Я быстро!

Будит подозрения, ага. Ну ладно, попробую доверять…

— Хорошо закрепили? — спросил я у Голди, расстегивающей скаф.

— Отлично! До базы не отвалится!

Нет, вы серьезно? Хотите, чтобы у меня сегодня случился инфаркт микарда? Скаф соскользнул с ее божественной фигуры и она осталась голой. Только две маленькие полоски кружевной материи вроде как прикрывали то, что… Ладно. Я аж непроизвольно сглотнул. Ну а что, я нормальный мужчина с нормальными желаниями, почему я должен этого стесняться? Тем более, когда видишь перед собой такое?

Чертовка, не стесняясь меня, не спеша наклонилась за скафом, приняв такую позу, что у меня аж экстрасистола проскочила. Улыбнулась мне, не спеша подняла скаф…

И из-за этого я упустил появление Дрилл. Поэтому когда в рубке появилось что-то черное, страшное и о двух ногах, да еще с тяжелым пехотным плазмером альваро наперевес, я чуть было не отложил кирпичи. Черное, страшное, шипастое и бугристое нажало на щиток и откинувшийся шлем открыл лицо Дрилл.

— Что это было? — поинтересовался я.

— Я же сказала про вещи!

— Такие вещи? — с нажимом сказал я.

— А что такого? Обычный боевой скаф морпеха стриго. Намного удобней, чем ваши. Привычней, — сказала Дрилл, якобы щелчком латной перчатки стряхивая несуществующую пылинку.

— А что, есть еще и необычный? — поинтересовался я.

— Есть, — она ткнула носком сапога большой пластиковый кофр. — Боевой костюм штурмовика и абордажника. В нем стриго во второй морфе непобедим. Могу показать…

Она с готовностью отложила плазмер и взялась за механику своего страхогребищного скафа.

— Нинада! — поспешно сказал я.

— Ну не надо, так не надо, — согласилась Дрилл и скаф мягко осел к ее ногам.

Нет, вы издеваетесь? Дрилл тоже носила намек на нижнее белье, только оно у нее было черным. Я опять судорожно сглотнул. Чертовка заметила это, подмигнула мне и провела кончиком языка по губам.

Ну вот как тут оставаться морально устойчивым и политически грамотным? Да никак!

— Оденься хоть, — хрипло сказал я. — Скоро прыгнем, так что придется тебе подежурить на твоем корабле.

— Всегда готова! -звонко, как прожженный пионер заметила она. — Разрешите приступать?

Глава 10

— И все это под замену? — Дрилл с отчаянием запустила пятерню в копну своих прекрасных черных волос.

— Ага, — ехидно ответила ей Голди. Она, похоже, развлекалась.

Хотя веселиться тут было не от чего. Притащив железку Дрилл на планетоид и подключив ее к кварковому реактору базы, мы принялись за обследование.

— Эта хрень больше летать не будет! — категорично заявила Голди, только пройдя корабль вдоль, по всей длине подковы.

— Да ладно, — насмешливо сказала Дрилл. — От одной ракеты альваро…

— Попавшей куда надо, очень удачно, — перебила ее Голди. — Этому суденышку пришла… Короче, она и пришла.

— И вовсе нет, — обиделась Дрилл. — Я сейчас…

— Сейчас ты успокоишься, — перебил ее я. — Все успокоятся. А потом, опять же мы все, тщательно обследуем весь корабль…

— Да и так понятно, — влезла Голди. — Достаточно запустить систему самодиагностики. Если, разумеется, хоть она еще живая.

— Сделала на свою голову инженера! — пробурчала Дрилл себе под нос, тихонечко так. Но мы все равно услышали.

— Сделала-не сделала — какая разница? Я, как ты правильно заметила, инженер, а не маг. Чудеса делать не умею. Это вон к Феликс у обратись, у него магия в крови! Может, что и наколдует…

— Правда? — посмотрела на меня Дрилл.

— Нет, — сказал я. — Только базовая магия. Замок там вскрыть, или кому-то череп… Но чтобы что-то починить, да еще на таком сложном уровне… Нужна другая магия. Техномагия

— Или более сильная. Магия денег, — сказала Голди. — Ну что, начнем?

И мы начали. Да так, что только что дым из дюз не пошел, по причине полного выхода из строя двигателей.

Прискорбно, че. Ушастым тварям либо повезло, либо это была какая-то «суперпуперракета», по выражению одного рыжего старпера из моей бывшей реальности. Ходовая рубка — в хлам, вместе с размазанным тонким слоем по пульту рулевым. Дрилл, конечно, попыталась оттереть пятна крови, но это ей не здорово удалось. Оператор тоже был превращен в пульпу с помощью чего-то непонятного. А где погибла ее шефиня, я так и не узнал.

Но вот только пятно плазменного ожога возле рубки и вполне узнаваемая дыра в кресле оператора были явно не от ракеты — не пользуются они плазмером и не пробивают кресло шипом.

В общем, что-то тут было нечисто, а осмотр тел провести невозможно, они где-то неподалеку от Проциона болтаются, сублимированные и замороженные. Ага, просто добавь воды. Желательно, кипятка.

Что у них тут было? Бунт? Мятеж? Предательство? Да хрен его не знает. Когда-нибудь припру Дрилл к стенке и выведаю. А пока — пусть так.

— И что, это все действительно под замену?

— Голди же сказала! — я внимательно наблюдал за ее реакцией.

— Да она долбанная перфекционистка! У нее царапка на краске — дефект вселенского масштаба.

— Я тебе приложила список в том числе и бэушных деталей на замену, — заметила Голди. — Так что не бухти.

Я параллельно просматривал этот же список на своем планшете. Выходило не дорого, а охрененно дорого.

— А что так дорого? — озвучила мои мысли Дрилл.

— Извини, дорогая, это черный рынок. Я тут полазила через примитивный аппарат в гипер, цены ого-го. Во-первых, это все запчасти стриго. Много их на рынке? — спросила Голди.

— На рынке их нет, — ответил за Дрилл я. — Стриго не торгуют ни кораблями, ни запчастями к ним. Никогда.

— Во-вторых, это военное оборудование. Следовательно что? Еще дороже!

— Если у тебя нет унтера на военных складах, — сказал я.

— Так, посмотрим, — сунула нос в планшет Голди. —

— Сожрут. Короче, будет проще и дешевле купить корабль, а это корыто утилизировать, так?

— Так, — не без удовольствия сказала Голди.

Глаза у Дрилл сразу стали как у бездомного котенка, которого вытолкали из милого теплого дома на улицу под холодный зимний дождь.

— Ладно, ладно, я пошутил, — сказал я. — Не будем мы ничего продавать. Но и просто так вкладывать деньги не будем. У нас их реально не хватит, а дел предстоит много и траты будут приличные. Будем ремонтировать по мере возможностей. Хорошо?

— Да, — кивнула она.

— Я рад, что ты меня поняла. Значит, давай смотреть. Сейчас нам надо использовать его для дальней связи и все его возможности в плане обнаружения и радиоэлектронной борьбы. Это берем. Голди, отметь!

— Принято, — и она ткнула пальцем в свой планшет. — Дальше?

— Дальше? Вооружение. Все то, что стреляет, должно быть исправно. Пока не отремонтируем полностью, будем использовать как автономный форт, — я кивнул на иллюминатор, в котором стояла «подкова» Дрилл. Удачно так стояла, перекрывая приличный сектор пространства. — Огневая мощь лишней не бывает.

— Принято, — Голди опять ткнула пальцем в планшет.

— Поле защитное и средства обнаружения — обязательно, — сказал я.

— Ага, принято. Можно предложить еще кое-что?

— Валяй, — разрешил я.

— Вы, кажется, забыли про кварк-реактор и энерговоды…

— Сильно повреждены?

— Не очень, но ремонта и профилактики требуют. А без энергии…

— Можешь не продолжать, — кивнул я.

— Еще что-то, Феликс?

— Можно заменить вышедшие из строя блоки на наши, человеческие?

— Смотря где, — протянула она. — Но не везде. И опять можно предложить?

— Опять да.

— Многие запчасти унифицированы с частями расы альваро. А вот этого полно, и стоят они намного дешевле.

— С этого и надо было начинать! Главное, чтобы выдержали, — хмыкнул я.

Вот зачем инженегр и нужен — подсказывать такие очевидные ходы. Если учесть, что стриго когда-то были колонией альваро, то немудрено, что использовали технические решения друг друга.

— Выдержат, если я за дело возьмусь, — хмыкнула Голди. — И, кстати, есть вариант неплохо прибарахлиться за копейки.

— Так дешево? — удивилась Дрилл.

— Фигурально выражаясь, — чуть ли не плюнула Голди, раздраженная тупостью товарки по несчастью.

— И что за такое место? — сказал я быстрее их пререканий.

— Свалка кораблей.

— Что? — возмущенно завопила Дрилл. — С помойки?

— Я сказала «свалки», принцесса, — огрызнулась Голди. — Какая разница, где искать, допустим, вал запасного генератора или его кожух? Если есть, что поновее и в рабочем состоянии?

Память Феликса быстро мне подкинула видение огромных марин в космосе. Почему в космосе? Ну это же очевидно! Гонять туда-сюда с планеты на орбиту и обратно денег не напасешься. Бэушный мусор по цене брюликов выйдет. Да и потом, не весь мусор мог целым сойти с орбиты, сгорая в плотных слоях атмосферы. А за головешки тем более не платят.

Вот и пашет народ на орбите, разбирая старые ржавые ведра и гоняя космические плоты из того, что пойдет уже металлургам. Сняв перед этим все ценное, что можно продать и использовать второй раз. Другое дело, что этот раз может стать и последним — иногда на продажу уходит откровенное дерьмо, которое подшаманили нечистые на руку ремонтники. Главное не купить кота в мешке — манибэка не будет.

— Так. И много ты знаешь космических свалок? — спросил я у Голди.

Она отвела очи горе, копаясь в своей имплантированной памяти. Полезно, черт возьми! И учиться не надо, все в башке уже есть. Мечта всех мегакорпораций, в том числе и клана Орловых. Не тратить время и деньги на обучение, а сунул голову в дырку и все! Иди паши на конвейер или на верфь, все, что тебе для этого надо в тебя вбила родная корпорация.

Не исключено, что наш клан, да и другие, тайком работали над синтами, чтобы иметь возможность управлять не только ими. Хочешь вступить в клан? Маленьким винтиком? Пожалуйте на лоботомию. И совершенно добровольно, никто ведь не неволит, упаси господи! Ну подумаешь, маленькая операция на мозге, жить не мешает, зато какие возможности открываются! Евнухи тоже добровольно поступали на службу в гарем, и тоже через операцию. Нет? До свидания, двери клана, как и других закрыты для вас.

Примерно так все и происходило. И будет происходить. А технология, обкатанная на синте, будет внедряться, несмотря на запрет имперского парламента, который для того и сделан, чтобы имитировать бурную деятельность. Эти бесполезные долбодятлы принимают кучу дебильных законов, которые по трезвяку и не привидятся, чтобы оправдать свое никчёмное существование и теплые места.

— Навскидку туда, где будут нам рады — ноль.

— А где будут не рады? Самые крупные?

— Тридцать две.

— Смотри-ка, уже что-то, — хмыкнул я. — Отминусуй принадлежащие кланам и нечеловеческим расам. Сколько осталось?

— Шесть.

— Какие ближе к нам по местоположению?

— Процион и Альтаир.

— А дальше всего?

— Альдебаран.

— Решено, — я кинул в уме кости. — Идем на Альтаир. Потом пошаримся по другим.

— Принято, капитан!

Опять прыжки в гипере… Не знаю, кому как, а у меня они вызывали изжогу. В прямом смысле, даже не в переносном. Хорошо, хоть до Альтаира-18, болтающегося на самом деле далеко за пределами системы, на орбите одной паскудной экзопланеты, всего два двухчасовых прыжка. И когда мы вышли из гипера…

— Охренеть! — вырвалось у меня, а Дрилл прощелкала что-то на своем.

Еще бы не охренеть! В темноте космоса висела словно бы планета, состоящая из многоуровневых марин с невообразимым количеством ярусов. Вся она была словно разноцветный лоскутный шар из тысяч лоскутов, с пробивающимися кое-где сверкающими искорками сварки.

— Это свалка? -заикаясь спросила Дрилл. — Это?

— Впечатляет, да? — усмехнулась Голди. — Я тоже, когда смотрела воспоминания, поразилась. Лучшая свалка на десяток парсеков вокруг.

— Я надеюсь, что здесь найдется хотя бы половина того, что нам нужно, — сказал я, не в силах оторваться от зрелища.

— Главное, чтобы все это влезло в трюм, — сказал я, и у меня для этого имелись все основания.

Просто

— Ерунда, — отмахнулась Голди. — Купим вакуум-контейнер, их все как прицепы используют. Главное, чтобы было что везти.

— Неопознанное судно, это диспетчерская Альтаира-18. Назовите себя и цель визита.

— Да чертов транспондер! — в сердцах сказала Голди и от всей своей широкой души лупанула кулаком по пульту.

— Вижу ваш транспондер, Цезарь-5.

— Хотим прибарахлиться бэушным оборудованием. Есть такое?

— Вы по адресу, — диспетчер со смешком в голосе стал более ласков. — Высылаю схему захода на посадку, включите автопилот и ждите.

— Принято, — сказал я и сделал Голди жест рукой. — До встречи!

— Ну это вряд ли, — опять хохотнул диспетчер. — Нас тут много. Да и вас, клиентов, тоже. Так что порядок такой — после посадки выходите, вас будет ждать менеджер на ховере. Все дела решаете с ним.

— Еще раз, принято, — кивнул я. — Спасибо!

— Цезарь? Серьезно? — переспросила Голди.

— Ага, — кивнул я. — Чем громче и понтовей название, тем большими лохами мы выглядим в глазах аборигенов. Всегда лучше выглядеть глупее и смешнее, когда это нам выгодно. Тем неожиданнее выйдет сюрприз.

Корабль лег на заданный диспетчером курс, а я судорожно раздумывал над присланным диспетчером сводом правил на станции. Во многом стандартные.

— Эх… — грустно сказал я. — С оружием нельзя.

Тетки переглянулись.

— Мы сами по себе оружие.

— Ладно, тогда я спокоен, — ответил я. — Я тоже справлюсь.

Еще один пункт, который был особо указан — оплата наличными вперёд, никаких банковских переводов! Ну с этим проблем не было, папашиного бабла из сейфа хватит. Карты на предъявителя идут даже лучше, чем кэш.

— Одеваемся, и пошли, — и я полез за скафом.

А вы что думали? Что тут будет помещение с несвежим воздухом? Забудьте! Ресурс в открытом космосе настолько ценный, что просто так его расходовать не будут. Поэтому все, что можно делать без атмосферы, так и делается. Вот и приходится перемещаться между воздушными помещениями в закрытых машинах — салон-то проще наполнить, чем галерею между причалами в марине.

Или в открытых — а кто сказал, что вам позволят наслаждаться воздухом соседей на халяву? Как раз такой ховер к нам и подскочил. Нечто вроде грузовой платформы на антигравах, на которой за местом водилы были прикручены четыре боковых сиденья, как в «козлике». Только, конечно, поудобнее — сняли с какого-то грузовика, уж больно они какие-то некузявые.

Как только мы взобрались на платформу, водила втопил газ, и мы полетели со скоростью метеорита. Или метеоризма от того, что водила гнал с бешеной скоростью по узенькому пирсу пассажирской марины. А там за пирсом, между прочим, открытый космос и если…

Фух, нет, все, обошлось. Ховер домчал до одноэтажного ангара, влетел в него на полном ходу и остановился, как вкопанный, за полметра до стенки.

Водила легко спрыгнул с ховера — гравитация на станции была поменьше корабельной, экономили, гады, энергию — и поманил нас рукой. Типа, пойдемте, мол. Ну ладно, приглашают — так пойдем.

Мы прошли через стандартный двухдверный гермошлюз и попали в…

Блин, если бы я сейчас не знал, что нахожусь в глубоком космосе, я бы подумал, что нахожусь в самом что ни на есть захолустном американском Зажопинске типа Небраски или Поданка годов этак семидесятых прошлого моего века.

Офис этому времени и месту не просто соответствовал. Железные шкафы у стены, старинный стол, продавленное мощной менеджерской жопой кресло, вентилятор — только подумать, на орбитальной станции! — и все прочее американского белого воротничка, обычного клерка мелкой руки! Я чуть не прослезился.

Войдя внутрь, менеджер снял шлем скафандра, и все шуточки, которые я заготовил, застряли у меня в горле. Потому что за шлемом пряталось красивое рыжее с конопушками молодое девичье лицо. Я аж залюбовался красавицей! Обожаю рыжих!

— Итак, господин и дамы, что вы хотели? — дружелюбно спросила она.

— Мы… Эээ… — промямлил я.

— Капитан иногда теряет дар речи, когда у него кровь от головы отливает, — сказала Дрилл. — Нам нужен большой список запчастей для средних классов альваро, ну или на худой конец стриго.

— Пожалуйста! — и перед Дрилл возник голоэкран. — Выбирайте. Только вот правила компании требуют спросить вас об оплате перед тем, как…

— Конечно! — я распахнул маленький чемоданчик и продемонстрировал содержимое. Судя по ее расширившимся глазам я понял, что столь денежные клиенты бывают здесь редко. — У вас есть шанс стать продавцом месяца!

— Ну месяца — не месяца, а недели — точно. Выглядит так, как будто собираетесь ремонтировать фрегат альваро.

— Увы, нет, — сказал я чистую правду и, похоже, детекторы лжи это подтвердили. — А почему вы спросили про фрегат.

— Ну как же, широко известная история! — опять хлопнула она своими зелеными глазищами, в которых я просто растворился. — Три дня назад неизвестные угнали фрегат альваро. Во всех новостях было. Альваро назначили премию и оповестили в том числе все свалки.

— К этому мы не имеем никакого отношения! — прижал я руку к груди.

— Да я вижу, — кивнула она на экран. — Список запчастей подходит больше для транспортника.

— Все, я выбрала! — сказала довольная Голди. — Можно оплачивать!

— Пожалуйста! — я пододвинул к ней кейс. — И чаевые себе возьмите! И, спасибо!

— Вам спасибо! — сказала она. — Все, заказ упаковывается, будет готов через полчаса. Вам предложить что-нибудь скоротать время ожидания?

— Нет, спасибо! Можете доставить нас на корабль, мы подождем погрузки там?

— Вежливость космэна? — подмигнула она мне.

А, это она про ожидание! Раньше, когда воздух был редким дефицитом, гости старались его не потреблять. Вот оттуда выражение и пошло.

— Да нет. Просто…

Закончить фразу я не успел. Открылась внутренняя дверь шлюза и внутрь ввалилось нечто. Это что-то огромное сняло шлем и воздух внутри наполнился ревом и вонью.

Глава 11

— Как вы посмели продать то, что принадлежит мне??? — заревел заросший волосами мужик.

В смысле, полностью заросший. Сальные патлы терялись в скафандре, а окладистая борода в перхоти мешала носить

— Кому продали? Этому вот сопляку? — он неосторожно ткнул в меня пальцем. — Ауууу!

Он с воплем рухнул на одно колено. Вава? Ага. Скажи спасибо, что я сегодня добрый, а то бы тебе было больше нечем в носу ковыряться. Вывихом обойдешься.

Рыжее создание спокойно прижало палец к гарнитуре в ухе.

— Охрана? Это Мэг Райан. Нештатная ситуация, неадекватный клиент. Короче, вышвырните его отсюда нахер! Можете его отпустить, сейчас им займется охрана.

Мужик не пожелал, чтобы им кто-то занимался и, как только я его отпустил, выскочил в шлюз и был таков.

— Охрана? Отбой, — вздохнуло рыжее чудо.

— И часто такое у вас? — спросил я для поддержания разговора.

— Бывает, — снова вздохнула она. — Клиенты разные бывают. Недавно с зоны откинулся и думает, что теперь все можно.

— С зоны???

— Ага. По нему видно. Этот с Догерти, планеты-тюрьмы Британского доминиона. Ногу волок. Там им вставляют хороший такой имплант, который со временем вызывает атрофию мышц. Вот и вся разгадка.

— Ну да. То-то я смотрю, мерзкий британский говор… — про ирландский акцент девушки я промолчал.

— Разбираетесь, — с некоторым интересом посмотрела она на меня. — Ваш я не разберу…

— Висконсин, Североамериканский доминион, — именно этот акцент мне ставили преподаватели. Оставалось только надеяться, что в этой реальности такой штат был.

— А, Земля… — с некоторой завистью протянула она.

— Вы хорошо разбираетесь в криминальных вопросах, — хмыкнул я.

— Тяжелое детство, — сказала она, похоже, закругляя разговор. — Пойдемте, отвезу вас на корабль.

Я забрал сильно полегчавший кейс, надел шлем и прошел за нашей провожатой ирландочкой к нашему же кораблю.

Обратно мы проделали этот путь чуть помедленнее. Видимо, девушка решила, что щедрые чаевые все-таки стоит потратить, а не ухнуть на платформе в вакуум и не купить себе из-за этого колечко с брюликом.

— Так, отчитывайся, что приобрели, — первым делом спросил я, как только мы сняли шлемы на борту корабля.

— На удивление, почти все, — наморщила носик Голди.

— Бэушное, — скорчила морду Дрилл, сказав это так, как будто ей предложили на базаре тухлое мясо.

— С хорошим ресурсом, — сказала Голди тоном воспитательницы детского сада, готовой устроить хорошую вздрючку капризуле.

— Действительно хороший ресурс? — спросил я, чтобы пересечь назревающий конфликт.

— У самых изношенных — больше половины. Надолго хватит. А там Дрилл запустит лапу в кошелек клана…

— Не подначивай ее, — сказал я.

— Я сама за себя готова постоять! — взвилась Дрилл.

— Слушай сюда, — сказал я. — Говорю один раз. Стоять за себя никто не будет, как и злить других, Голди, это тебя тоже касается. Вы — члены моего экипажа, а не шалавы на улице. Впрочем, могу отпустить — впереди у нас одно интересное место, станция, есть шанс поменять профессию и поработать плечовками, я никого не держу. Все ясно?

— Да, — еле слышно сказали обе.

— Не слышу! — рявкнул я. — Еще раз!

— Да!

— Да, командир, — подсказал им я.

— Да, командир!

— Вот так уже лучше, — сказал я. — Помните об этом, когда в следующий раз решите сцепиться.

— О, а вот и наш контейнер! — перевела стрелки Голди, глядя на экран.

— Хренасе контейнер, — сказал я, слегка офигев.

Ага, представьте себе шаттл — я уже описывал, что у меня в ангаре стоит — только со снятыми двигателями и заваренными листами старой обшивки лобовухой и иллюминаторами! Мусорщики подошли к делу творчески и сделали из халявного мусора упаковку. Куда ее потом денет клиент — их не касалось. А сам шаттл был подвешен под старый древний, но мощный тягач, давно уже потерявший какой-либо внешний лоск. Как и само это место.

— Эй, Цезарь-5, примите груз! — раздался в рубке нежный пропитый голосок старого водилы-алкаша.

— Куда я его приму… — задумчиво пробормотал я, но Голди оказалась быстрее.

— Давайте на платформу! — она подлетела к пульту и начала корректировать грузовик.

Я вздохнул — ну все, до конца путешествия нам посадочной площадкой для шаттла наверху корпуса за рубкой не использовать. Да и шаттл я не взял, только разъездной катер в ангаре стоит.

Яхта содрогнулась, лязгнули захваты, и типа шаттл оказался плотно прихвачен к платформе.

— Счастливого пути, Цезарь-5, — усмехнулся водитель погрузчика.

— И вам не хворать, — пожелал ему я.

— Ну что, командир, готовимся к отлету? — спросила Голди.

— Подожди немного, — сказал я.

— А что ждать-то? — недоуменно спросила она.

— Тс-с! — сказал я.

Внутри меня потревоженным зверем ворочалась чуйка. Прямо-таки ворочалась и порыкивала, обещая скорые неприятности. А вот ей я верю, она меня никогда не подводила. И если что-то впереди…

— Взлетаем, — сказал я. — Перед уходом в гипер активировать все системы вооружения, щиты на максимум.

— Есть, командир! — сказала Голди, в ее голосе послышался смешок.

— Детка, у параноиков тоже есть враги, — сказал я.

— Принято, — кивнула она, и отстыковалась от причала, выводя корабль в космос.

— Что, сильное предчувствие? — серьезно спросила меня Дрилл.

— Ага, — кивнул я

— Надо подготовиться…

— И скафы не снимайте. А еще вооружитесь…

Ну вот кто еще сомневается в пользе чуйки? Я — нет, можете себе зарубить на носу. Да и по большому счету на том первом и последнем задании, где мы погибли, моя чуйка верещала, что твой заяц. А вот у старшего она отказала — признак скорой смерти.

— Как, интересно, можно было вычислить точку первого выхода из гипера? — сказал я, рассматривая фрегат альваро в своем полном великолепии, висящий чуть выше нас и лоб в лоб.

— У кого-то хорошая интуиция, — сказала Дрилл, пристально рассматривая фрегат на экране.

— Или логический вывод, — сказала Голди. — Здесь самая удобная навигационная точка. Как раз выйти из гипера, чтобы скорректировать прыжок…

— И разминуться в десятке тысяч километров, как обычно, а не просто в десятке, — прервал ее я.

— Скажу я вам вот что, — Дрилл оторвалась от

— Входящий вызов с эсминца!

— Так, девочки, выйдите из кадра и, наконец, приготовьтесь — я кивнул на пульты ручного управления огнем. Других на это мирное корыто не поставишь.

— Слушаю! — я коснулся сенсора связи.

Оба-на, грибочек! И почему я не удивлен? На экране появилась та самая волосатая образина, которую я отоварил в конторе.

— Что надо? — грубо спросил я.

— Невежливо хамить взрослому дяде, мальчик! — покачал головой он. — Все. Начиная от яхты и кончая твоими тёлками, у меня тут команда соскучилась!

На заднем плане раздался гогоь, пьяное улюлюканье и выкрики подгулявших… Кого, собственно.

— А ты берега не попутал, дядя? Ты хоть понял, на кого наехал? — нагло спросил я. — Ты, чучело, наехал на наследника клана Орлова. Что, чурка британская, вздрогнул?

— Да я вас, русских, в зад имел! — он сплюнул на пол — не моряк, сразу видно, примета плохая.

— Имелка не выросла, дядя, — хмыкнул я.

— Ничего, щенок, я до тебя доберусь! — и экран погас.

— Командир? — спросила Голди. — Убегаем?

— Наоборот, задай курс на столкновение.

— А…

— Выполнять! — рявкнул я.

Расчет был простой и ясный. Первое — по нам стрелять не будут. Им явно очень нужны запасные части, за которыми они нас и перехватили, а уж тем более на борту такой шикарный заложник! Да тут можно требовать огромную сумму в любой валюте!

Ага, знали бы они, как обстоят дела на самом деле. Что папаша с огромным удовольствием меня замочит, а потом спишет на этих вот угребков.

Ну а второе — гарантия, что в нас стрелять точно не будут. Потому что взрыв кварк-реактора яхты может и не нанесет особого урона фрегату под щитами, но сдует с него все сенсоры и спалит умную обшивку, превращая современный корабль в железного болвана докосмической эры.

— Фрегат опять вызывает, — сказала Голди

— На…! — ответил я. — Отключи канал связи.

— Куда врезаться? — спросила Голди.

— Кто сказал «врезаться»? Курс на столкновение такого не означает.

— У фрегатов альваро есть слабое место, на стыке коконов прочного корпуса, — сказала Дрилл. — Можете мне поверить. А еще в это место долго добираться толпой, там как раз сходятся три коридора — к рубке, в машинное и боевой пост.

— Уж тебе точно верю, — сказал я. — Ничего, поисковое заклинание я сотворю.

Штурмовик-стриго точно знает корабль врага лучше него самого.

— А как мы пройдем через их щиты? — спросил я.

— Есть тут кое-что с корабля Дрилл, — сказала Голди.

— Ты сняла декодер??? — похоже, Дрилл начала звереть.

— И еще кое-что. Все равно пока мертвым грузом в металлоломе лежит. А так хоть поработает!

— Молодец, Голди!

Та только ухмыльнулась и продолжила работу. Да, коды отключения щитов можно подобрать по их структуре. Только вот эта аппаратура настолько специфическая и дороггая, что стоит далеко не везде. На корабле-разведчике стриго — да, там она нужна. А вот на обычных — нет, в бою она бесполезна. Там никто не даст лишней пары секунд на взлом поля.

Похоже, друзья-пираты поняли, что стрелять уже поздно и теперь судорожно раздумывают, как им поступить.

— Вот здесь, — Дрилл отросшим когтем показала на экране точку высадки.

— Поняла. Боевая тревога! — Голди для проформы включила ревун. — Десантной группе занять свои места!

Мы с Дрилл, не сговариваясь, пошли в шлюз. Я перехватил поудобнее пехотный плазмер, а вот Дрилл… А что Дрилл?

— Ты так и пойдешь без оружия?

— Я сама себе оружие. Только скаф скинуть!

Резкий маневр застал пиратов врасплох. Шутка ли дело — корабль, идущий курсом на столкновение, внезапно нырнул под щиты фрегата и прошел вдоль борта. Затем в этот вот самый незащищенный борт ударил заряд плазмы, проделавший в корпусе небольшую дыру, как раз на двоих в скафах.

Голди виртуозно подвела корабль шлюзом к пробоине. И мы с Дрилл прыгнули. Рраз — и вот мы среди помещений фрегата, пролетев пять метров изорванной обшивки, перекрученных конструкций, обрывков изоляции… Из чего там прочный корпус состоит? В любом случае, оказался он не очень прочный.

— Я в рубку, ты в боевой пост, — сказал я и сплел поисковое плетение.

Ага, вот и закрытый раздел боевой магии русского спецназа понадобился! Так, всего на борту девять живых существ, из которых восемь — люди, а девятый — неизвестный науке зверь, фиолетовая отметка мне еще не встречалась. Трое торчат в рубке, двое — в боевом. И еще трое как раз бегут от боевого к нам!

Я показал стриго на пальцах ее задачу, она кивнула и мы разбежались к гермодверям, блокирующим повреждённый нами отсек. Ну что, пора вспомнить тренировки? Чему только не учили.

Гермодверь, как ни удивительно, сработала, и я, включив отвод глаз, двинулся вперёд. Фшух! И стену передо мной обжег плазменный разряд. О, кажись двое из рубки решили за мной поохотиться?

Я присел и выстрелил туда, где на сетчатке остался силуэт врага. Над моей головой прошел заряд, но точка на внутреннем радаре погасла. Купился на такой старый трюк, как смена положения? Не жди, что враг будет стоять в полный рост, представляя из себя хорошую мишень. А вот второй, похоже, плотно взял под контроль коридор и,если высунуться… А зачем?

Еще один трюк от магически одаренного спецназа — морок. Я сосредоточился на нем и бросил плетение.

Во! Ну как живой получился! И сразу же через него пролетело три заряда плазмера. Я оттолкнулся от стены, выехал из-за угла по стене и влепил заряд ему точно в репу. Бинго! И как тот пастор, враг широко раскинул мозгами.

— Я за тобой! — послышался голос Дрилл, почему-то не из шлема, а снаружи. — Смотри, не пальни!

Интересно девки пляшут… Я, на всякий случай, отрадарил диспозицию. Да, точно! Красная точка уже прошла в мою секцию и оказалась за спиной. Я оглянулся…

Лучше бы я этого не делал! Как теперь это развидеть? Абсолютно нагая Дрилл, вся в крови так, как будто искупалась в бассейне, шла за мной.

— Не смотри, — стыдливо сказала она.

— Не буду, — пообещал я и отвернулся.

Раздался шорох, жужжание и шлепки.

—

Я повернулся. Какой там можно… Ну хоть скафом прикрыла срам, а голова с волосами все равно в крови и прочих продуктах жизнедеятельности.

— Не смотри так, — потупилась она. — Ты же знаешь…

— Я рад, что у меня в команде такой боец, — сказал я, не особо-то и кривя душой.

Подумаешь, загрызла и разорвала врагов, повинуясь врожденному инстинкту ксеноморфа. Она — созданная эволюцией прирожденная убийца и нечего этого стесняться. Главное, пустить талант в правильное русло вроде спецназа или еще каких-нибудь парней в белых шляпах.

— Ну что, пошли в рубку? — предожил я, словно бы и не заметив заминки. — Мне там уцелевший член экипажа не нравится!

— Пошли!

В рубку мы ворвались крест-накрест.

— Руки! — заорал я, целясь в нечто. — Так, чтобы я их видел!

— У меня нет рук, — произнесло существо глубоким контральто.

— Вольфи! — ахнула Дрилл.

— Я вас ждала, — сказало существо.

Больше оно было похоже на осьминога со щупальцами, но сверху была коническая голова с огромными, как плошки, глазами и безгубым ртом-клювом. Ах да, еще эта неведомая херня была тошнотворно-фиолетового цвета, как… Как… Ну даже не знаю что, цензурные ассоциации в голову не приходят.

— А теперь поподробней? — спросил я Дрилл.

— Редкий вид, — сказала она. — Раса, которая способна видеть будущее. Не предсказывать, а именно видеть.

— Именно так, деточка, — подтвердила вольфи.

— Ждала? Чего? — спросил я.

— Что вы придете и спасете меня из лап этих ужасных дикарей!

— Дикарей?

— Это каторжники, угнавшие вот этот вот фрегат у альваро.

— Дайте угадать, — усмехнулся я. — С вашей помощью?

— Ну не без этого, — смутилась вольфи.

Да что у нас сегодня, день оскорбленной девственности, что ли? То одна смутится, то другая.

— Говори, — потребовал я.

— Я увидела будущее, в котором вы являетесь и освобождаете меня. И все для этого сделала. Помогла тем, кто был мне нужен, угнать корабль, встретиться с вами…

— Перехват здесь — ваша работа? — перебил ее я.

— Да, я увидела, где вы будете! — кивнула она. — И сделала так, чтобы они в вас не стреляли, а вы попали на борт.

— То есть, в общем, конкретного будущего вы не видели? — уточнил я.

— Этот наш разговор я видела, — сказала она.

Ох, как мне не понравилось поведение Дрилл! Она, как зачарованная, слушала излияния вольфи, а та заливалась соловьем. Вот только мне по ушам кататься бесполезно. У меня встроенный фильтр для базара.

— Ладно, — кивнул я. — Что будет дальше?

— Дальше? — переспросила вольфи, извиваясь всеми своими щупальцами. — Вы чь возьмете меня с собой. Я буду летать с вами и помогать вам советами относительно будущего. Вы не представляете, как я могу помочь!

— Вольфи — штатные оракулы крупнейших корпораций галактики, — сказала Дрилл. — Планирование будущего — одно из самых перспективных направлений корпоративного менеджмента.

— Так что мы с вами, — начала было вольфи…

— Хрен ты угадала, — усмехнулся я и нажал на спуск. Голова вольфи разлетелась мелкими брызгами по всей рубке.

— Феликс, вы что…

— А ну давай приходи в себя! — Я тряс Дрилл за плечи. — Ну же!

— Что случилось? — растерянно сказала она, усиленно моргая своими длинными ресницами.

— Пси-атака, вот что. Я вспомнил, что слышал о вольфи. Они не только могут видеть будущее. Они еще и мозговые паразиты, могущие подчинять себе разумных. Как ты думаешь, если она подчинила тех, она бы подчинила и нас! Она шла к какой-то своей цели и останавливаться не собиралась. Так что окстись и приди в себя. Дел полно.

— А что будем делать?

— У нас будет субботник, — подмигнул ей я.

— Субботник?

— Ну это когда убираются и мусор выкидывают. А убраться нам не мешает. Хотя бы мозги и кровь со стен отмыть, да всякое грязное мясо через шлюз повыкидывать. Погнали?

Глава 12

Вот это был субботник, как вспомню — так вздрогну, аж дрожь берет. Хорошо, что на борту фрегата были дроиды-уборщики из-за врожденной страсти эльфов к чистоте! Потому что помимо того, что мы наследили, тут от души постарались еще и бывшие зеки. Загадили все, что только можно по своей дикарской привычке. Прямо как в той частушке — «опосля в рояль насрали, чудно время провели!». Не, в рояль они не нагадили по одной веской причине — его не было. Остальное — в комплекте. Рубка вообще превратилась в бомжатник — огрызки, обертки, окурки… Так что дроидам пришлось постараться, чтобы привести этот летающий свинарник в порядок.

Но сначала у нас была другая забота. Первым делом мы прыгнули через гипер туда, где заведомо не было и не могло быть никого. Не приведу же я к своему дому ищеек альваро? Они наверняка слегка обиделись, что наглые людишки отжали у них шикарный новенький фрегат, на котором еще и муха не сидела? Я бы озверел.

И многое получилось благодаря Дрилл. Не знаю, чему и как учат их телохранителей тире диверсантов, но их эсминцем она управлять умела. Что нам очень помогло.

А вот теперь пошла стандартная доработка угнанной тачки. Все маячки, трекеры, прочие следящие устройства надо снять и выкинуть… Скажете, нет их на военном корабле, чтобы враги в случае чего не включили? Отчасти да, но…

Мы принялись перетряхивать весь корабль. И, к удивлению своему, так ничего и не нашли! Все-таки скрытность альваро ставили впереди поиска украденного имущества. Да и кому в голову придет идея украсть военный ко… Поправочка. Пришла. И удалась. Правда, этим заправляла вольфи, воплощенный кошмар из тварей Вселенной. Напомните мне, плиз, чтобы я при встрече с ними начинал разговор с выстрела в голову.

Так что мы посмотрели друг на друга, пожали плечами и продолжили искать в лучших традициях военной паранойи. И снова мимо, что вполне ожидаемо.

— Значит, ни одного трекера и нет! — сказала Дрилл. — Вполне ожидаемо на военных кораблях с точки зрения безопасности. Если его дистанционно активировать…

— А еще это значит, что это не подстава, — сказала Голди. — Вот если бы он был, то тогда явно…

— Тогда бы все осложнилось, — сказала Дрилл. — Ну что, Феликс?

— Ладно. Курс домой, — махнул я рукой.

И мы в гиперприпрыжку полетели на базу.

Когда мы попали, наконец, домой, то я дал теткам сутки на отдых. Нечего особо расслабляться, работы непочатый и незачатый край!

Самое первое — это привести в порядок лоханку Дрилл. Она должна если не летать в открытом космосе, то хотя бы подниматься и перемещаться, в качестве недвижимого имущества она меня не устраивает. И вообще у меня на нее планы — разведывательный корабль стриго, набитый до отказа редкой и специальной аппаратурой! Да одна такая лоханка может оставить в дураках целый флот ушастых, к которым я не испытываю теплых чувств. Эльфы они и в космосе эльфы, надменные твари и снобы почище лайми, которых я тоже не люблю. Ну а если разведчик работает на пару с расово верным альварским фрегатом… Ух! Аж голова от предвкушения кружится! А у эльфов она заболит. И не только голова.

Второе — связать все разнородное оборудование всех кораблей в единую сеть слежения и обороны. Причем сделать это так, что при изъятии одного из узлов все остальные будут работать, хоть и в урезанном режиме. Напомню, что у меня теперь аж четыре корабля, и пользоваться я буду всеми по очереди в зависимости от необходимости.

Но флаг я буду держать на своей лоховской яхте. Папашина слишком приметная, эсминец альваро — сами понимаете, разведчик стриго — тоже. А мне придется мотаться по разным обитаемым местам и не отсвечивать.

Поэтому третье — дооборудовать яхту до минимального стандарта безопасности. Тоже проблема — эта шмаровозка никак не приспособлена под установку тяжелого и не очень вооружения. Надо будет подумать, как лучше.

А вот четвертую проблему решить пока возможным не представлялось. Лучше всего за завтраком ее сформулировала Дрилл.

— У нас большая проблема, — она прищурилась, глядя на свеженамазанный маслом сэндвич, как на врага народа стриго. — Минута на языке, всю жизнь на бедрах…

— Я это как-то переживу, — сказал я. — Это вся проблема?

— Да я не про то, — сказала она, хрустя бутиком. — А про то, что у нас аж четыре корабля, не считая разъездной калоши, а нас всего трое. Следовательно…

— Нужен экипаж! — закончила за нее Голди, наслаждаясь свежесваренным кофе.

Ведь вручную сварила, зараза, в медной турке! Самый вкусный кофе, ни одна кофеварка такой не приготовит. Отберу и турку и кофе — я тоже его люблю!

— Ну и что теперь? — сказал я.

— Как «что»? — удивилась Дрилл. — Нужен и все!

— Предложи решение проблемы.

— В каком смысле? — удивилась она.

— В прямом. Ты гипотетически ставишь задачу перед руководством, но не предлагаешь пути ее решения.

— Как? Я предлагаю — нанять, — уже менее уверенно сказала Дрилл.

— Первое — где? На любой станции, где обретается отребье, которое вызвиздили ногой под жопу с других кораблей? Легально никого нанять мы не можем. Второе — кого? Мы вне закона, так что к нам придет чисто преступный элемент, а на это я не согласен. Никого с темным прошлым. Да, и никого из других рас, однозначно!

— А то, ничего, что я стриго?

— О тебе речь не идет. А вот другие… Допустим, нанятый нами альваро с мелкими разногласиями со своими ушастыми сородичами пригоняет им угнанный фрегат, или охеревшая рожа нагри тащит у нас твой, например, корабль? И что? Понять-простить?

— Найти и обнулить, — сказала она.

— Проще предотвратить. Ладно. Продолжим. Сейчас мы не ведем никаких боевых действий, поэтому нам не нужны лишние люди. А то знаешь ли, делать нечего, кормят хорошо, в руках — мощная боевая единица. Не послать ли нам работодателя и не отправиться на вольные хлеба? А то и в пираты? Как тебе такой расклад?

— Вечно вы о плохом… — уныло сказала она.

— Не о плохом, а о извечном. Я поясняю тебе, почему твой план неосуществим.

— А если вдруг…

— Что, есть предпосылки?

— Да вроде как нет…

— Ну, значит, нет так нет. Пока я не готов набирать посторонних в команду. Что у нас еще в повестке дня? Как идет ремонт разведчика?

— Понемногу, — вздохнула Голди.

— Какие-то проблемы?

— Мы просто не справляемся, командир, — выпалила она. — Долго я терпела, теперь уже не могу. Нам действительно нужна команда, не помешали бы квалифицированные инженеры и техники! Мы уже вдвоем просто не вывозим! Сами не замучились по двенадцать часов ползать по этому куску камня и катушки с кабелями таскать?

Уела, как есть уела. Да, построение сети шло трудно. Приходилось ползать на шаттле по планетоиду, разматывая за собой кабеля и энерговводы. По-хорошему, надо было все это класть в траншеи и тоннели, но вот только ни одной строительно-дорожной машины в пределах пары парсеков не было. А это жалкое подобие сети из говна и палок выйдет из строя при первой же неудачной посадке или от любой легкой ракеты. Непорядок.

Вот так и думаешь, что все предусмотрел, пока реальность не усмехнется тебе в лицо и покажет, что ты, блин, самонадеянный лох.

— Хорошо, — я отложил в сторону нож. — Вы меня убедили. Значит так. Занимайтесь пока, чем занимались, а я кое-куда слетаю. Голди за старшую.

Судя по роже Дрилл ей это не понравилось. Вот только мне пофиг. Ее проблемы.

На самом деле я храбрился. Ситуяйция была аховая. Действительно, персонал нужен. Но не всякий. А вот с этим были проблемы куда глубже, чем я хотел показать.

Все дело в моем нынешнем статусе. Набрать людей княжичу Феликсу Орлову — как два пальца, хоть целый полк из клана, наперебой будут лезть. И все безусловно верные, преданные и вышколенные. Да и друзья свои креатуры на теплые места двинут, только выбирай!

И совсем другое дело, если ты отверженный, без клана, без друзей. Никому не нужный. Ищи теперь варианты…

А и найду! По старой памяти тех, кому было плевать на твое положение и кто дышал к тебе ровно, не лез

Первое — нам нужны механики, инженеры, техники. Будут! И я даже знаю, где их можно взять.

К Альтаиру-18 я уже шел по старой памяти, как к себе домой. И меня здесь, оказывается, помнили — маркетинговая уловка, база клиентов с дружелюбным искином-диспетчером, которому на самом деле все равно. Лишь бы клиенту приятно было.

— О, Цезарь-5! Добро пожаловать! Мы рады, что вы становитесь нашим постоянным клиентом! С третьего обращения вам будет предоставлена пятипроцентная скидка! — разливался соловьем искин, включив тон «как вам повезло!»

— Спасибо, не премину воспользоваться, — поблагодарил я, ухмыльнувшись про себя. — Как и сейчас. Только у меня.одна просьба. Мне очень понравилось, как меня обслужили в прошлый раз. Менеджер, кажется, Мэг Райан. Я бы хотел опять обслуживаться у нее. Это возможно?

— Сейчас посмотрю, — прикинулся человеком искин. — Она сейчас занята.

— Ничего, я подожду. Это возможно?

— Да, конечно! Высылаю схему захода на посадку. Удачи вам, Цезарь-5!

— И вам того же, — пробормотал я.

Опять управление взял на себя автопилот и я приземлился в той же марине, правда, на другом месте. Но сейчас меня уже не встречали.

Ничего страшного! Просто пешкодралом мне идти не хочется. А, вот и очередная автоматическая платформа едет… Тпру, милая! А теперь — поехали!

Надо сказать, в отличие от Мэг платформа ехала медленнее и аккуратнее. Что меня, в общем-то, устраивало. Вот уже знакомые по прошлому разу места показались, офис…

Я спрыгнул с платформы и повернул свои чресла к уже знакомому гермошлюзу. Ага, декомпрессия — компрессия. И открылась внутренняя дверь. А за ней…

Мэг Райан, сцепив руки за головой стояла лицом к стене. А два типа с мерзкими рожами держали ее на прицеле.

— Спокойно! — выставил один вперед ладонь. — Королевская полиция Британского доминиона, спецотряд! Руки за голову, лицом к стене!

Чё???

И тут я удивил себя сам. Нет, конечно началами магии я владел, но тут… Заломило в груди, вокруг разлилось красное сияние. Полицейские с криками схватились за головы,.а потом… Их головы взорвались! Как переспелые арбузы, по которым ударили палкой. Вот блин! Надо будет на досуге с даймонской печатью разобраться, какие силы она мне дает.

Мэг смотрела на меня глазами, полными ужаса, запихнув кулачок в рот.

— Эй, долго стоять будешь? А ну в себя пришла! — я хлестанул ее по щеке.

Она моргнула, отняла кулак и обвела взглядом место бойни перед собой.

— Кто ты? — спросила она с ужасом.

— Сейчас — твое спасение! Собирайся и пошли! Или с мусорами разбираться будешь?

Мэг приняла решение. Взяла стоящую в углу фомку и от души вмазала ей по полу. Крак! И панель на полу разлетелась. Мэг сунула туда руку и вытащила огромную сумку — «мечту оккупанта».

— Надеюсь, там самое необходимое? — я кинул ей трофейный полицейский плазмер.

— Да. Именно так.

— Тогда уходим!

Вместо ответа она нажала кнопку гермолюка. Правильная реакция. Ни соплей, ни рефлексии, только злая сосредоточенность на деле.

— Прикрываем друг друга, — сказал я. Она лишь кивнула.

Дверь открылась и мы оказались на пирсе. Мэг влезла на свою шайтан-платформу и мы погнали прочь, к моему кораблю.

А вот и препятствие! Стоит прямо на дороге и целится в нас из плазмера. Дурак, что ли? Я вообще угораю с этих бобби! Я выстрелил, и полицейский мгновенно превратился в лежачего. Давно пора, чтобы на платформах тут не гоняли!

Я резко тормознул у корабля и мы бегом влетели в шлюз.

Однако, приключения не кончились — куда там! Как только я влетел в рубку с намерением стартануть, ожил спикер.

— Цезарь-5, взлет запрещаю! Оставайтесь на месте до прибытия портовой администрации!

— Да хрен вам по всей морде! — сказал я. — Искин, старт!

Заработали двигатели и корабль медленно отошёл от пирса.

— Курс на аварийную прыжковую зону!

— Есть курс на аварийную прыжковую зону! Включить сигнал бедствия?

— О, а это мысль! — сказал я.

В самом деле мысль — устроить большой шухер. Сейчас в пространстве около станции и на ней самой куча кораблей! Аварийный сигнал — как кирпич брошенный в стаю мальков. Все разбегутся, роняя кал. А мы среди них затеряемся.

— Внимание, кварковая опасность! Угроза взрыва реактора станции! До взрыва девять минут сорок пять секунд, сорок четыре секунды, сорок три…

Смотри-ка, мое хулиганство сработало! Искин аж захлебнулся выводить проекцию. Кирпич попал куда надо.

Ох и нарываюсь я в будущем на неприятности! Фигня, транспондер поменяю. Больше меня никто не видел и не знает.

— Вошли в аварийную прыжковую зону!

— Гипер на пустое пространство. Джамп!

Ну вот, по телу прошла знакомая волна. Мы в гипере. Фух! Можно выдохнуть! Я крутанулся на капитанском кресле… И уперся носом в дульный срез плазмера, который держала в руке Мэг. Вполне профессионально так.

— Рассказывай! — потребовала она.

— Опусти пистолет, дура! — сказал я по-русски.

На миг удивление проскочило в ее глазах. Но только на миг. Девочка — профессионалка, да не в том смысле, в котором вы подумали. Профессиональный боец, вот что. Привет ИРА, пережившей века и эпохи! Я стал насвистывать их гимн, чем вызвал еще большее удивление.

— Кто ты? — снова потребовала ответа она. — Висконсин?

— Доминион Российской Империи, княжич ФеликсОрлов из тех самых Орловых, сейчас в бегах и разыскиваюсь как нашим доминионом, так и империей.

— Не верю!

— Твое право, — пожал плечами я. — Унипасс я с собой не ношу, так что сорян.

— Слишком вовремя русский князь появился на сцене, чтобы спасти ирландскую девушку от полиции!

— Спецотряд полиции? Это, по-моему, МИ-5, если она ещё существует.

— Существует. И еще как.

— Пушку опусти, — сказал я.

— А то что? — с вызовом спросила она. — Башку взорвешь?

— Не исключено, — ответил я. — Это происходит непроизвольно. Так что во избежание убери.

— Ладно, — сказала она. — А летим мы, конечно, в тайное убежище, которое, на самом деле, принадлежит пилерам?

— На самом деле оно принадлежит мне. И да, ты мне как собаке пятая нога. Мне только нужна информация… Да остынь ты,

— Так я и думала! — презрительно сказала она. — В обмен на так называемое спасение я должна сдать тебе…

— Мне не нужны твои бомбисты, националисты и прочие исты, оставь их для полиции, которая до тебя рано или поздно доберется. Мне нужны механики, техники, пилоты тяжелых кораблей и прочие, кто может поднять и поддерживать работу небольшого грузового терминала.

— Что??? — она аж рот раскрыла от удивления.

— То. Но если они будут делать бомбы, я им сам ноги из жопы выдерну и спички вставлю.

— Неожиданно, — она опустила ствол. — И все же, куда мы летим?

— Зависит только от того, куда ты хочешь попасть.

— Льюис мать его Кэрролл из вас вряд ли выйдет, но попробовать стоит.

— Пиши мне список надежных и грамотных людей со специальностями, которые я тебе назвал, и можешь валить на все четыре стороны. Подвезу в любой планетарный космопорт или станцию не дальше десяти парсеков и на этом расстанемся и забудем все, как страшный сон. Окей?

— Терпеть не могу это ваше американское окей, — хмыкнула она. — Тем более из уст русского князя.

— Я долго жил в Америке, — сказал я. — Ну так куда тебя подвезти, Мэг Райан или как тебя там, мне пофиг?

— А в том убежище найдется койка и кусок хлеба?

— Не знаю, — потер я уже обрастающий подбородок. Каюта и столовая есть. Это, конечно, не койка и кусок…

— Это я образно. Я согласна.

— Только одно условие, — сказал я.

— Какое?

— Не готовить бомбы внутри бункера. Согласна?

Она лишь усмехнулась в ответ.

— И, кстати, я дипломированный вакуум-инженер.

От автора

Дорогие друзья! Спасибо вам, что проявили интерес к истории княжича Феликса Орлова.

Серия будет продолжена, и она будет длинной. Что будет? Боевка, шпионские игры, магия, космические сражения… Вселенная-то большая и в ней много всего.

Да, кстати, всегда можно поддержать автора, поставив лайк — он в этом сейчас нуждается. И… читайте!

Глава 13

Да, мои две дамы приняли новенькую в штыки. Понятно, почувствовали конкуренцию в стае. Ничего, воспитательную работу с личным составом проведу.

Когда Мэг убедилась, что со стандартным убежищем спецслужб Британского доминиона наше не имеет ничего общего, а уже имеющиеся синт и стриго на роль их агентов не тянут, она немного успокоилась. В том числе и дамский скубняк сыграл свою роль. Так что сейчас она получила право проживания.

А пока ей и по специальности место найдется — пусть пользу приносит, я не благотворительная организация! Тем более с такой квалификацией. Надо же, вакуум-инженер! Элита среди ремонтников, которая может проводить любые сложные операции за бортом и специализируется на наружном оборудовании. В том числе и во время гипера, когда у обычного человека шалят чувства.

Странно, что на свалке она пахала продаваном. Или это, как говорят, для души? Потом расспрошу, под настроение. А пока она получила в руки плазменный резак и ремонтер, надела на себя скафандр и вышла в вакуум помогать чинить корабль-разведчик. Как раз третья голова и руки в помощь двум имеющимся. Себя я не беру, я хозяин всего этого, в том числе и гарема из трёх теток. Но увы, в таком коллективе личные отношения невозможны. Так что оставим это в покое.

А сейчас я сопрягал всю разнородную машинерию в одну большую сеть. Фрегат альваро, разведчик стриго, яхты обычная и имперская, моя база… Круто! С одной стороны — да, а вот с другой… Все эти разные протоколы, программы, искины, да что там, даже кабеля были с разными разъёмами! Приходилось брать в руки ремонтер и исправлять по своему разумению и нужде.

Немудрено, что наш моральный подъем сначала сменился упадком. Невозможно пахать без перерывов и отдыха ради слегка, на пару парсеков, отдаленной цели! Надо-то и совесть иметь, и желательно в прямом смысле.

Придется объявить выходной. Но не здесь же его проводить! Да и что тут можно — бухать да резаться в покер? Ну уж нет. Как ни организуй вечеринку на работе, она так и останется таковой, хоть обзывай ее дебильным словом «корпоратив», хоть как хочешь. Ничего путевого.

Так, прикинем, где можно совместить приятное с полезным. У меня есть деловые интересы и недвижимость на нескольких планетах, но на ту же Вигонду или Рампок соваться незачем. Я планирую корпоратифчег, а на хороших, практически курортных планетах прилететь на пол-дня и улететь вечером — дурной тон. Хотя бы недельку оттопыриться нипадеццки еще так себе, а вот на день…

Значит, остаются станции. Например, тот же Денеб-6. К Денебу, голубому гиганту, который на границах Империи, отношения на самом деле не имеет. Просто висящий в пустоте огромный кусок железа, бывший покинутый за ненадобностью сверхсветовой маяк. Как кончился сверхсвет и начался гипер все подобные учреждения накрылись большим циркониевым тазом. Но не закрылись. Глупо резать то, что с таким трудом было построено и обжито! Станцию выкупил мафиозный клан Маркони и превратил в порто-франко для контрабандистов. Ну а где матросы и смагглеры, там и инфраструктура для культурного проведения доступа. То бишь бары, бордели и казино.

Соответственно и обслуживающий персонал — шлюхи всех рас и полов, дилеры, каталы и прочие сомнительные личности в ассортименте. Но не слишком сомнительные. Станция была экстерриториальной и мусоров там не водилось, а клан правил железной рукой и держал порядок. Поэтому отморозки и беспредельщики делали всего один шаг за гермошлюз. В отличие от мусоров тут был суд Линча, и это работало. Уличной преступности тут не было в принципе. Залетных тоже.

Со временем станция отстраивалась, обустраивалась и теперь превратилась в огромный космический город. Таких городов- станций было достаточно в обитаемом космосе, но эта была одна из крупных. И, как ни странно, безопасных, насколько может быть таковым крупный портовый город.

Вот туда я и собирался сводить свой гарем. Пусть себе развлекаются.

— Ну что? — спросил я, когда моя команда, уже после душа собралась на ужин.

— Ничего, — ответила Дрилл. — Устали.

— Так как работа продвигается?

— Тяжело, — ответила Голди. — Но Мэг нам очень помогает. Как раз вакуум-инженера нам и не хватало.

Рыжая сделала непроницаемое выражение на своей хитрой лисьей мордочке. Ага, довольна!

— Сколько еще?

— Где-то неделя. В лучшем варианте. Надо некоторые особо дорогие запчасти из тех, которых не было на свалке, забрать. Только вот проблема — на Альтаире нам лучше не появляться.

— И не факт, что это там будет, — сказала Мэг. — Я за время своей работы не припомню, чтобы проскакивали чипы для двигателей стриго.

— Я же тебе говорила, что пойдут и альварские! — зло сказала Дрилл.

— Вот и летай на них, чтобы они сдохли в самый ответственный момент! Я — пас!

— Брэк! — громко сказал я. — Будут вам и чипы стриго, кофе и какава.

— Чего? — три пары глаз непонимающе посмотрели на меня.

Тьфу, черт! Пора отвыкать совать мемы из моего времени. Один черт их никто не поймет, а посмотрят весьма странно.

— Того, — сказал я. — Короче, объявляю выходной.

— На пару с бутылкой? — скривилась Дрилл. — Опять…

— Не угадала! — гордо сказал я. — Идем прошвырнуться по Денебу-6.

— Была я там, — скорчила кислую морду уже Мэг. — Дыра дырой. Нет, чтобы на какую-нибудь курортную планету…

— Будете хорошо себя вести, устрою недельный отпуск в моем поместье на Вигонде, — подмигнул я. — Но потом. Когда-нибудь.

Это вызвало совсем не ту реакцию, на которую я рассчитывал.

— Поместье? Да еще и на Вигонде? — зловеще спросила Дрилл. — А мы тут сидим в какой-то жопе мира, жрем хавку из концентратов и шарашим, как мама Вырла? Да…

— Что из слов «в бегах» тебе непонятно? — оборвал ее я. — Мэг, скажи как профи-подпольщица, сколько мы сможем прожить на планете такого типа, не засветившись?

— Если тупо и без прикрытия — не больше двадцати четырёх часов. Ну максимум сорок восемь. При невероятной удаче — семьдесят два… Хотя нет, хлопнут раньше. Там мусора имперские, элитные. Возьмут, а потом выдадут полиции того доминиона, от которого поступил запрос. Если с прикрытием — зависит от его основательности. Надо только знать, в чьем розыске находишься.

— Поэтому и говорю, что потом. У меня-то там хорошее прикрытие, а вы пойдете как девочки для развлечений. Только мне надо туда до этого одному смотаться и легализовать вас. А покв — только так.

— Ладно, — пробурчала Дрилл.

— Так что сорян, но пойдем гулять туда, где нет имперских мусоров.

— Они везде есть, у них свое прикрытие, — сказала Мэг. — Другое дело, что на этой станции их не любят и с ними иногда происходят несчастные случаи. Шлюзы случайно открываются, воздух из кают выходит, или острое отравление свинцом получают…

— Понятно.

— Да, кстати, у меня там есть знакомые, — сказала она. — Можно много интересного узнать.

— Сопровождение нужно?

— Ну если сопровождающему не дорога жизнь, то…

— Понял. Значит, работаешь по индивидуальной программе, — кивнул я.

— Когда вылетаем?

— Отдохните после тяжелого трудового дня, — предложил я. — А завтра…

— Завтра, — продолжила Дрилл. — Никто ничего не забыл?

— Ты о чем?

Вместо ответа она нарисовала пальцем на своей футболке круг.

— А-а… — протянул я. — Ты об этом?

— Я чего-то не знаю? — навострила уши Мэг. — У Феликса есть сиськи?

— У Феликса есть печать дьявола, пожирающего души, кракшаада. И хотя он утверждает, что человек, я в этом сильно сомневаюсь.

— Офис, — внезапно осипшим голосом сказала Мэг.

— Ага. И многое другое, что я еще не знаю, подтвердил я.

— Вы с Голди эту метку не видите, потому что вы не маги от слова «совсем». Я вижу, и, хуже того, ее видит любой магически одаренный, — сказала Дрилл. — А, как я сильно подозреваю, на этом вашем Денебе слишком до хрена тех, кто увидит ее и сделает далеко идущие выводы. Так что надо придумать как убрать метку или сделать ее невидимой.

— Второй вариант, — сказал я. — Скрыть.

Зачем я буду им говорить, что именно эта печать держит мою душу в теле Феликса? Да и вообще, о своей природе? Не надо. Некоторые шкафы со скелетами должны быть заколочены трехдюймовыми гвоздями. А лучше пяти.

— Не поверю, что вы не нашли средства от этого. Скорее всего, не искали… Ага, так оно и есть! Глазки-то вон блудливые стыдливо отвели!

— Да мы…

— Короче, между вами и шоппингом лежит только одна задача. Преодолеете — поедете отдыхать, нет — так нет.

— Преодолеем, — твердо сказала Мэг.

… На следующий день меня разбудил стук в дверь. Я потянулся, перевернулся, убрал спонтанную эрекцию и, шлепая по полу босыми ногами, подошел к двери.

Все трое были там.

— Подарок! — Мэг протянула мне…

Я чуть не упал. Больше это напоминало манишку, но из мелких кольчужных колец.

— Что это? — задал я вполне резонный вопрос.

— Маскировка. Кольчужная манишка из гномского железа. Должна экранировать. Надевайте!

Ну ладно. А тетки хитрые, отворачиваться не стали. И почему я в этом не сомневался? Хорошо, получайте! Я стянул футболку, почти как стриптизер. Ну или не почти — у тёток в глазах появилась поволока, а Дрилл даже нервно губы облизала.

Манишка мне подошла идеально, но…

— Я не могу пользоваться магией!

— Да, — кивнула Голди. — Это сделано из гномского железа, экранирует любую магию. Либо так, либо так, третьего не дано. Потом мы попытаемся найти лучшее решение, но пока…

— Ладно, — кивнул я.

— Дрилл? — спросила Мэг.

Дрилл частично обернулась.

— Нет, теперь я метки не вижу. Вот теперь я бы его сьела.

— В очередь! — в один голос возмущенно завопили Мэг и Голди.

— Да я в прямом смысле, — попыталась оправдаться Дрилл. — Но может быть и вам по кусочку оставила бы…

Я почувствовал, что краснею, и не только вверху. Пора прекращать!

— Спасибо, дамы! Шоппинг вы заслужили!

— Ого! — Дрилл с Голди упулились в обзорный экран, глядя во все глаза.

А посмотреть было на что. Огромное сооружение, бесформенное и сияющее, как бордель в день получки, висело в космосе. Да эта штука теперь тянула размерами на приличный планетоид с огромными жилыми ярусами, раскинутыми как попало крыльями марин с гроздьями кораблей на них, кучей наростов и переходов…

В общем, самый

И для всех остальных. Все-таки десять тысяч живущих на ней разумных — это не шутки!

— Брут-6, вы входите в зону действия охранных систем. Снизьте скорость и ждите указаний!

И тут же на голоэкране замигала пиктограммка, показывающая, что мы на прицеле установок станции.

— Ну, что делаем? — спросила Голди, стоящая за штурманским пультом.

— Что сказали, — пожал плечами я. — Снизим скорость и подождем указаний, — сказал я.

— Брут-6? — усмехнулась Мэг.

— Ну прошлый наверняка в черном списке у всех полукриминальных личностей этого квадранта. А такой лоховский позывной ничем не хуже других. В следующий раз сама предлагай.

— Сомневаюсь, что им будут по сердцу позывные на ирландском.

— Это точно, — кивнул я

— Цель визита? — вновь ожил динамик в рубке.

— Развлекаться, — беззаботно ответил я. — Кабаки, казино, шопы. Девочек не надо, свои есть.

Я ухмыльнулся сальной улыбкой на злобные взгляды экипажа. Пусть привыкают.

— Выберите класс обслуживания.

— Какие доступны?

— Гранд, люкс, эконом, минимал.

— Гранд, пожалуйста.

— Высылаю схему захода на посадку. Включите автопилот и следуйте курсу.

— Принято, — кивнул я и сделал знак Голди.

Та послушно включила автопилот. А и как иначе? В настолько плотном движении ручками не направишься, столкнешься обязательно.

Следующие минут двадцать корабль выписывал виражи, как на американских горках. Чтобы чуть-чуть не обосраться от ужаса, когда после очередного маневра перед носом видишь борт чужого лайнера или грузовика. Так что полюбоваться красотами больше не получилось. А вот страху натерпеться — вполне.

В конце концов, мы оказались перед дверью ангара, распахнувшейся при нашем появлении. Яхта, влекомая силовым лучом, медленно вползла в отдельный одиночный ангар. Маленький, только чтобы протиснуться по бокам яхты.

— Скафандры можете не надевать, — рвзрешил я.

— Замечательно, — сказала Голди.

— И дорого, — усмехнулся я. — Зато отдельный герметичный ангар с атмосферой и климат-контролем. И запирающийся — я не хочу, чтобы местные гопники мне что-то свинтили.

— Сильно дорого? — заинтересовалась Голди.

— Да так, — сказал я, всего в двадцать раз дороже минимума.

Голди присвистнула.

— Стесняюсь тогда спросить, что в минимуме.

— Общая марина, вакуум, выход в скафандрах, общая раздевалка. Как у нас на поверхность.

— Представила себе, что, допустим, надела бальное платье, сделала прическу и наложила мейкап. И после этого натянуть скаф?

— Убила бы, — подтвердила Мэг. — А мы вообще без бальных платьев.

Она посмотрела на себя и остальных, чуть не сказал «подруг». А как по мне, моя команда выглядела аппетитней так, в обтягивающей и не совсем коже. Этакий ховербайкерский прикид.

— Напоминаю всем, что у нас визит отчасти рабочий. А на сладенькое — вот, — я вручил каждой по карточке из папиного сейфа. — Только перед тем, как что-то покупать подумайте — говорю сразу — как вы будете это тащить. Я — пас.

— А как же… — только попыталась затянуть Дрилл, надув губки.

— Дорогая, я цисгендерная мужская шовинистическая свинья и спермобак, и считаю, что низшие существа должны сами переть свое шмотье. Так уж и быть, что я пошатаюсь с вами в качестве охраны, но носильщиком не.буду.

— Охраны? — прищурилась она. — А кто сказал, что она нам нужна?

— Не вам, а от вас, — уточнил я. — Иначе вы от расстройства, вызванного мелким размером лифчика, устроите тут бойню, кладя народ направо и налево.

— Вы не представляете, насколько это веский повод!

— Про что я и говорю, — вздохнул я. — Ладно, пошли!

— Я по своей программе! — сказала Мэг и первой выпорхнула из шлюза, махнув своей рыжей гривой.

— А мы куда? — спросила с затаенной надеждой Дрилл.

— Навестим старого друга, который должен мне очень много денег, — сказал я.

— Друга?

— Те, кто мне должны, пребывают в статусе либо друга, либо трупа.

— А шоппинг? — попыталась заныть Дрилл.

— Ты уж выбирай, либо твое корыто летает, либо нет.

— Все, молчу! — сказала Дрилл. — Надо, чтобы летало.

— Значит, пошли! — указал я головой на дверь.

Пройдя холл, мы вышли на территорию порта. А там… Было довольно многолюдно, если так можно сказать про нелюдей. Разумные всех рас, подданные Империи, шли по своим делам. Стриго, правда, тут нет, а вот эльфы-альваро и гномы-нагри здесь в товарном количестве. Да и орк-урукхай с огромным ящиком на плече прошел… Все на месте.

— Может, ховер наймем? — жалобно спросила Дрилл.

— Обязательно, но лучше в паре кварталов отсюда. Местные бомбилы дерут безбожно.

— Ладно, — вздохнула она.

— Я полагал, что ваша раса более выносливая…

— Ага, так, как я повкалывала на корабле, тут любой хвост отвалится, а не только мышцы…

— А еще собиралась развлекаться!

— Ну так отдыхать — не работать! — плаксиво сказала она.

Голди лишь покосилась на нее, но ничего не сказала.

Наконец мы вышли за ворота порта, прошли пару кварталов и…

— Ничего себе! — задрали головы Дрилл и Голди, задохнувшись от восхищения.

— Ага, — довольный произведенным эффектом, сказал я. — Это Денеб-6, детка.

Глава 14

Представьте себе площадь размером… ну даже не знаю, поменьше Красной, конечно, но тоже себе так немаленькую. Утыканную черте чем, всякими лотками, лавками и прочим — кто был в чайна-тауне или на рынке 90-х, тот поймет. Здесь была общая для прибывших часть, хотя, насколько я помнил, были и этнические ярусы, куда лицам не той расы или национальности заходить сильно не рекомендовалось. Ну прямо как гетто в штатах.

Но не это придавало особый шарм станции. Посередине каждой площади-яруса были круглые дыры размером с немаленькую городскую площадь, образующие этакий тоннель через всю станцию, сверху донизу. А вверху, как вишенка на торте — или, точнее, внутри него — висело нечто довольно странное, что-то из древности, от которого аж сводило олдскулы. Но вот только разноцветные огни, которыми было усыпано сооружение явно были не к месту и добавлены позже.

— Да это же… — начала

— … Тот самый сверхсветовой маяк, с которого все и начиналось. И вся станция строилась вокруг него. Теперь это самое дорогое и фешенебельное казино на станции, доступ в которое доступен немногим. Там ставки большие, проигрываются планеты и флотилии, да и вообще что-то такое, что нельзя приобрести буквально. Успешно используется для отмывки денег.

— Хочу! — загорелись глаза у Голди. — Я могу ободрать это казино как липку.

— Остынь, — посоветовал я. — Таких желающих было миллион. Большинство развернули на входе по черному списку, а вот кое-кого ободрали. В прямом смысле — сняли с живых кожу, не передергивайся. Так что меры безопасности там жестокие. И потом, как княжича Феликса Орлова со свитой меня бы туда пустили, а вот неизвестного босяка с горы без статуса и подтверждения большого счета пошлют подальше, как и эскортницу не из профсоюза. Здесь важно даже не сколько ты стоишь, но и кто ты есть такой.

— Умеете вы разрушить мечту девушки! — с чувством сказала Голди. — Тогда по шопам?

— По жопам, — в рифму сказал я, хотя это было правдой, одно и тоже. — Сначала по делам. Нужно навестить одного разумного с нижних ярусов.

— И как мы туда попадем? — спросила Дрилл.

— По лестнице, — невозмутимо ответил я.

— По… что? Лестнице??? — она аж рот раскрыла.

— А ты думала? — усмехнулся я.

— Хотя бы вон, такси, — она кивнула на бегающие в тоннеле веселые желтенькие ховеры.

— Туда, куда мы пойдем, здравомыслящие таксисты не ездят. Потому что там разберут и тачку, и водилу. Лифты туда тоже ходят с пересадками через Бордер — есть такой промежуточный уровень, граница между двумя мирами. И обитатели этих миров очень не дружат между собой.

— А ниче, что мы так вырядились? — Дрилл критически осмотрела себя и Голди. В таких нарядах у любого импа на нас встанет.

— Когда активируешь эмблему на косухе, опустится и у профессиональных гребарей по вызову. «Духи Бездны», слышала?

— Не-а, — сказала Дрилл.

— Дремучие вы разумные, — скривился я. — Байкерская банда такая. Отличается особой жестокостью. За любое непочтительное поведение типа пререканий или даже косой взгляд просто мочат. А уж сколько их раскидано по вселенной… Там целая армия.

— Что-то стремно такое надевать, — поежилась Дрилл. — Операция под чужим флагом, да еще с такими людьми. Может выйти боком.

— Не совсем под чужим, — усмехнулся я. — В любом случае у нас проблем не будет.

— Только не говорите, что… — Дрилл выразительно посмотрела на меня.

— Не скажу, — усмехнулся я.

Ага, была одна услуга, оказанная их главному, Волосатому Дику — поручики, молчать! Да знаю, что звучит двусмысленно, но я про его внешность говорю, а не про остальное. И в результате этой услуги с моими возможностями и положением я заслужил право на косуху с их эмблемой и помощи от любого члена братства. А девочки — пусть будут мои э-э… спутницы с низкой социальной ответственностью, в банде с испытательным сроком. В любом случае, обычно у других хватало ума убраться с дороги при виде любого из Духов. Посмотрим на местных.

— Тогда пошли, — сказал я.

— Лифт, пожалуйста, — плаксиво попросила Дрилл. — А то мои ножки отвалятся…

— А твои ножки не отвалятся ждать своей очереди полчаса? — насмешливо спросил я.

— Так долго???

— Учитывая, что эти скотоподъемники ездят через все ярусы, кроме нижних, а вместимость всего рыл пятьдесят, то это еще скромно, — усмехнулся я. Да ладно, я же не предлагаю спускаться по Спирали, по платным лестницам пройдем.

— А что такое Спираль?

— Окружная лестница для людей и с трассой для ховеров. Идет вокруг станции, практически по ее периметру, с выходами и выездами по всем ярусам. Ты просто не заметила в порту. Она там сзади, за грузовыми доками. Рядом с грузовым лифтом.

— Ну вот, еще один лифт, — закапризничала она. — Надо было…

— Чтобы тебя раздавило грузовым контейнером? — спросил я. — И все равно далеко не попадешь. Он идет через три уровня, в грузовой терминал. Пошли уже!

И пошли мы, Денебом палимы… Точнее, до ближайшей платной лестницы. Что это такое? Большая широкая лестница, даже не знаю с чем сравнить. Турникеты на входе, куда надо закинуть монетку и пройти вперед. Ну и сама лестница… Учитывая высоту ярусов, ее длина как у подъема на тридцатый этаж. Хорошо хоть, в несколько пролетов, а то не дай бог оступиться и катиться донизу…

Корпоративные полицейские — корпораты — стоящие у входа на каждый уровень провожал нас недобрыми взглядами, но подойти не решались. А в самом деле, что нам предъявить? Лого на косухах отключены, ведем себя смирно, да и из запрещенных предметов только две слишком красивые девушки… Мусора вздыхали, отворачивались и возвращались к мечтам о сладких пончиках и некрасивых женах.

А мы перебирали ножками. Вот, наконец, уровень ниже. И продолжение той же лестницы с турникетами. Потом опять и опять…

Когда мы дошли до Бордера, ноги стали уже деревянными. В отличие от остальных ярусов мусора здесь не дежурили — каждая животина жить хочет. А учитывая попадающиеся под ноги использованные шприцы, тряпки со следами крови и весь прочий антураж, праздник здесь не заканчивался.

Да к тому же и аборигены были не особо дружелюбными, что неудивительно. Здесь каждый второй — торчок, вон их серые рожи маячат издали. Но пока не рыпаются, чуют запах звиздеца. У них нюх на люли заточен хорошо.

— Ну что, пошли?

— Опять вниз? Сколько можно? — простонала Дрилл.

— Ага, — подпустил я яду в голос. — А еще подниматься обратно…

— О нет!

— Слушай, я тебя не узнаю. Стриго должны козликом скакать по этажам и других на себе нести. А ты дохнешь через четыре пролета…

— Ну могу я сегодня плохо себя чувствовать? — огрызнулась она. — И вообще…

Я только крякнул.

— Соберись, как можешь, бери пример с Голди, — приказал я. — Заходим в городские джунгли.

— Пальмы и лианы будут? — попыталась пошутить она.

— Пальмы не обещаю, а вот зверье самое разное будет. В основном из категории бешеных собак. Так что будьте наготове дать в рыло. Предупреждаю сразу — на глушняк лучше не мочить, но остальное — разрешаю.

— Мне не надо проблем с Духами в частности и Диком, их главарем, конкретно. Хотя, если без этого не обойтись — лучше вы будете живы, чем они. Все ясно?

— Да! — хором ответил мне коллектив бойцовых баб.

— Тогда пошли!

Мы обошли выход с лестницы и пошли искать путь вниз, продираясь через обилие лавок и палаток. Это как в плохом торговом центре — эскалатор вниз аж на противоположной стороне молла. Предполагается, что чтобы до него дойти, нужно обойти по периметру, по пути рассматривая расположенные там бутики и витрины в холле. Не знаю, как кого, но меня это бесит. Как и сам Бордер.

Ну да, лавок тут хватает. Только вот захудалых, которые на других уровнях бы и не выжили. Все дешевое и классом ниже. Шавуха вот, например, со странным запахом, или дешевые кобольдовские подделки… Нет, оборванный пипл и это хавает, но все равно, как-то это стремно.

— Ой, какая прелесть! — Дрилл тормознула у ларька со скобянкой и начала перебирать ножички на прилавке.

А вот тут тормозну и я. На станции царит жесткое правило — никакого оружия у гостей. Особенно огнестрельного — за это вообще можно прогуляться в вакууме без скафандра. С холодняком тоже корпоратам лучше не попадаться, отмудохают от всей своей подлой души. Но соваться на нижний уровень совсем голым — увольте. Понятно, что трое бойцов высокого класса — то есть мы — можем разобрать этот гадюшник по кирпичику и голыми руками, но предмет для соприкосновения с вражеским черепом не помешает. Тем более, мусоров на этом уровне я не вижу и вряд ли на их счастье увижу, так что надо кое-чем запастись. Потом скинем на выходе.

— Ой, какая классная штучка! — чуть ли не писалась от счастья Дрилл. — Смотри, флиппер с лайнер локом, сталь, правда, кобольдское говно, да и рукоятка развалится после первого удара…

— Обижаете, мадам! — продавец, пропитой гном, исторгающий сейчас выхлоп горелой тормозухи, аж икнул от обиды. — Настоящий Виллермин, гномское качество! Таки здоровьем мамы клянусь!

— Да какое там качество! — завопила Дрилл как тетя Сара на Привозе. — Смотри, вот!

Ну ее нахрен, пускай сама разбирается. Как тот тигр с тещей — сам напал, пусть сам и защищается. А я вот себе кой-чего присмотрел. Неплохая фомка, с загнутым концом, годная и дверь вскрыть, и по черепу отоварить. Даже фальшивое гномское клеймо стоит. Ну мне на один раз, и больше для устрашения. Если что, пару ног переломать хватит.

— Сколько, хозяин? — спросил я, пару раз взмахнув фомкой в воздухе.

— Ви таки знаете в этом толк, — похвалил гном. — Пять кредитов!

Да, знаю я в этом толк. И как с гномами торговаться. С этими выжигамм нельзя сразу соглашаться на их цену, надо обязательно поторговаться! И дело не в скидке, она роли не играет. А именно в процессе торга, они от этого получают оргазм круче, чем от секса. И, если вы не хотите смертельно его обидеть, то вам с ним придется провести этот священный для них ритуал.

— Да что вы себе думаете! — рявкнул я. — Пять? За что? За эту подделку с Дракии? Больше кредита не дам!

— Ой, караул! Таки грабят бедного гнома! — судя по блеску глаз он скорее возбудился. — За такую замечательную вещь кредит? Да за нее и десять не жалко. Четыре. И ни миником меньше!

— Купите себе пырку и морочьте ей голову! Два и ни миником больше!

— Ви таки делаете мне нервы! — гном схватился туда, где, как он полагал, находилось сердце. — Вот щас у меня инфаркт! Таки три и ни…

— Миником меньше! — подхватил я. — Вот!

Я отдал ему деньги. Гном грустно на них посмотрел — оргазм продлился не больше минуты. Ничего, и так достаточно.

— Как последнего шлимазла…- сокрушенно сказал он.

— Ну что, выбрали?

— Ага, — подтвердила Голди, пристраивая ножны с ма-аленьким таким мясницким тесаком на ремень.

— Ага, — сказала Дрилл, — отбирая себе огромный складень размером с расово верную наваху и пару метательных ножей.

— Расплатитесь, — сказал я.

Вопреки ожиданию, больше гном торговаться не стал — видимо неполовой запал иссяк. Или иссяк куда -то запал, одно из двух.

Зато теперь, вооружившись, мы почувствовали себя уверенней. Чистая психология — пусть тебе в драке нож или ствол не поможет, но зато сколько понту он дает!

От запаха жареного мяса как-то стало не особо. Дрилл принюхалась.

— Никто шавухи не хочет? Или шиш-кебаб?

— Нет, увольте от такой антисанитарии, — сказал я. — Да и запашок какой-то подозрительный. Не иначе, это мясо вчера еще мяукало. Или гавкало.

— Скорее, пищало. Что уставились? Вы где-нибудь тут видите собачек или кошечек? На многих станциях они запрещены. А вот крыс полно везде, запрещай-не запрещай, они читать не умеют. Размножаются быстро, штампуются, как гайки. Вот вам и халявный протеин, и хавка для нищебродов.

— Ваша Светлость, что за выражения? — краем глаза я наблюдал за слегка позеленевшей Голди.

— А что? — усмехнулась Дрилл. — Надоело вести себя, как ханжи из аристо. Те тоже забывают, что у них такая же дырка в жопе, как и у всех остальных. Зато фи-фи-фи и фу-фу-фу. А, поскольку я думаю, что Вашей Светлости все равно, будем играть самоотверженно и с полной самоотдачей выданную нам роль байкерши с пониженной социальной ответственностью. И, соответственно, какая роль — такие и реплики. И монологи.

— Ладно, надеюсь вы не забудете аристократическое обращение.

— Мля буду, зуб даю!

М-дя, чувствую, придется привыкать к столь вживающейся в роль актрисе.

— Пошли уж, — я сделал приглашающий жест.

Лестница на уровень ниже была за всеми этими чертовыми торговыми рядами. Ну да, ожидаемо, наловил на нижних уровнях крыс, набрал мультяшных грибов для торчков и вверх, продавать в Бордере. Дальше-то мусора не пустят.

Да уж, перефразируя Зепов, тут лестница была не в небеса, а в ад. Даже кто-то постарался и вывел баллончиком на стене «Велкам ту хелл». Ну, сенкью, браза.

Дальше был спуск в темноте по засранным и заваленным ступеням — примерно как наш переходы в прошлом или нью-йоркская подземка сейчас. У нас-то, слава богу, такого не встретишь.

— Идите за мной, — скомандовала Голди и включила мощный фонарь.

Вот так, с шутками-прибаутками, избегая засохших кучек и шприцов мы медленно двигались вниз. И дошли эдак до середины лестницы.

— А это что за херня? — вырвалось у меня при виде реалий местной жизни.

На площадке впереди лежало тело, а вокруг него устроила ланч стая крыс. В смысле, им.

— Торчка доедают, — прокомментировала Дрилл, отступив на шаг и прищурив один глаз как ценитель современного искусствар. — Интересно, это перформанс или инсталляция?

Блеснув красными глазами в свете фонаря вожак, размером с бультерьера оскалился и зашипел что твой примус.

— Все-все, не мешаю! — поспешно сказала Дрилл. — Приятного аппетита!

Однако вожаку этого было мало. Он двинулся на Дрилл, угрожающе шипя.

— Ну, сука, сам напросился!

Дрилл начала морфировать. Нет, не целиком — так, по чуть-чуть. Лицо превратилось в зубастую маску, руки стали когтистыми лапами, на них отрасли шипы…

Вожак заверещал от ужаса, обоссался на месте и попытался юркнуть назад. Тщетно! Несколько неуловимых движений, и вот уже разделанный крыс полетел в толпу сородичей.

Эх, таких крысиных бегов и забегов я не видел и никогда не увижу! Серые твари рванули вверх и вниз, особо нетерпеливые стали сигать через перила, спасаясь от воплощения ночного кошмара.

— Салфетку дать? — спросила Голди.

— Умница ты моя, что бы я без тебя делала! — похвалила ее Дрилл. — Давай!

— Ну если вы покончили с крысами обычными, пора заняться двуногими! — сказал я.

— Ага, — кивнула Дрилл, бросив салфетку на труп. — Вернутся — доедят, или потом местные заберут.

— В любом случае, не наша забота, — сказал я. — Идем дальше.

И мы продолжили спуск. Вот уже забрезжил тусклый свет на грязных стенах следующего яруса…

— Хрена себе комитет по встрече! — вырвалось у меня.

— Ага! — опасно безмятежно сказала Дрилл.

Не хотел бы я от нее такое в свой адрес услышать. Значит, быть мокроте.

Короче, встретили нас аборигены типа тех, которые фунфырики употребляют. Ну или пивас с дихлофосом или еще какой клопомор. Грязные, оборванные в меру и трезвые, а значит, злые. Вооруженные кто обрезками труб, кто арматурой, кто просто доской с гвоздями. И эта шобла перекрыла нам вход на ярус.

— Пройти дай! — сказал я.

Вперед выдвинулся здоровенный орк в грязной жилетке на еще более грязное тело. И штанах, видавших лучшие времена еще при предыдущем императоре.

— Проход закрыт. Вали отсюда! А то ща люлей у меня огребешь! — он погрозил мне самопальной дубинкой и для понтов поиграл мускулами.

Ох, и не люблю я, когда мне хамят, очень не люблю…

Глава 15

— Слышь ты, оркобес гребаный… — начал было я.

Голди молча оттерла меня с дороги, подошла к глянувшему на нее сверху вниз орку.

— А ты ниче, — осклабился он, показав великолепные желтые с кариесом зубы. — Пошли покувыркаемся, крошка, я тебе вдую так…

Описания, как он конкретно оприходует Голди не последовало. Помешала она ему.

Ее рука взметнулась точно, как ковш экскаватора, снизу вверх. Удар, потом она сжала конские шары орка и повернула. Мне даже хруст послышался.

Я от ужаса аж закрыл глаза. А когда я их открыл, орк, зажимая руками искалеченную промежность, валился мордой вперед с каким-то сдавленным хрипом. Народ, стоящий за ним, зароптал. Ну, пора спасать ее и нас всех!

Я щёлкнул пальцами и на косухах вспыхнули эмблемы «Духов Бездны». Не ожидавшая этого толпа отшатнулась назад с какими-то непонятными звуками. А Голди решила покончить с половым вопросом жертвы. Она прицелилась и с носаря саданула между ног орка.

Я опять моргнул. Орку теперь только петь в церковном хоре. Насколько я помнил протоколы исследований лаборатории, сила синта превышает человеческую в четыре-пять раз. Это еще одна из причин запрета синтов, дело не только в этике. Кому нужны рабы, способные порвать хозяина пополам голыми руками или сделать его хорошим танцором с одного удара? Правильно, никому.

— Все, ты больше никому не вдуешь, — ласково сказала она и поставила сапог на рожу орка. — Нарекаю тебя… Тьфу, как это по-вашему, даю тебе погоняло Безмудый. Уберите отсюда эту падаль! Ну?

Несколько человек из толпы выскочили и за руки-за ноги утащили пострадавшего.

Да, похоже, главной тут внезапно стала Голди. Ладно, пускай играет свою роль.

— А что это вы с дубьем? — спросила Голди, поигрывая рукояткой тесака на поясе для понту.

— Так это… Крысиный король на охоту вышел, а сейчас половина стаи обратно прошмыгнула, покусали людей тут…

— Ну и что? Крысы испугались? — насмешливо спросил я.

— Так это… Он огромный, размером с теленка. Глаза горят, зубы острые и стая на подхвате. Отборные, как есть и как он сам. Когда стая выходит на охоту, лучше спрятаться, на лестнице — смерть!

— Это тот, которого я разделала, что ли? Ну так все, вакансия свободна, кто из вас крыса — можете возглавить! — духоподъемно сказала Дрилл.

Народ на нее глянул выпученными глазами. Видимо, за все время этого крысиного террора они наделили их вожака сверхъестественными умениями и качествами. И теперь его победитель — в сияющих доспехах. Ну или хотя бы в куртке «Духов».

— Короче, у нас здесь свои дела ненадолго, так и можете смотрящему передать. Вопросов нет, разойдемся краями, — сказал я, выделив из толпы достаточно верткого малого со шпанской манерой поведения.

Стопудово шнырь. И побежит сейчас к смотрящему за районом.

— И, да. С лестницы падаль уберите. А то завоняется. Да не дрожите вы так, нет больше крысюка, — успокоил их я. — Пошли!

Я махнул головой своим теткам и мы пошли туда, куда я очень хорошо дорогу помнил. Потому что захаживал не раз. Правда, обычно я это делал без рекламы, но раз получилось — так получилось. Ничего не поделаешь.

Обитатели дна следили за нами — кто из окошка, кто шел по параллельным трущобам. Но следили и только — рисковать жизнью, даже половой, никому не хотелось. Духи Бездны опять показали свою жестокость, подтвердили репутацию отморозков. А что? Иногда оперативнику приходится надевать ту личину, которая требовалась для выполнения задания. И не всегда это смокинг или белое пальто.

— За нами хвост, — сказала Дрилл.

— Точнее, много, — не оборачиваясь сказала Голди. —

— Кицуне, — ответил я. — Но рубить их не будем, иначе придется завалить весь ярус. А это затруднительно, да и не нужно. Сейчас все гадают, от смотрящего до последнего торчка, что Духи Бездны забыли на их помойке. И чем им это грозит.

— Вы же вроде сказали про края…

— Угу, так местные и поверили, — ухмыльнулся я. — Не будем их разочаровывать.

Как раз мы углубились в трущобы достаточно, попетляв по улочкам, казалось, из говна — так обильно и плотно они были завалены нечистотами. Все это спрессовалось, закоксовалось и превратилось в некоторое подобие асфальта.

— Мы пришли, — сказал я, остановившись у одной лавчонки, на которой не было ни одной надписи, но висела вывеска в виде часов.

Помню, я еще в первый раз угорел при ее виде, вспомнив анекдот про обрезание. Но здесь она имела непосредственное отношение к предмету.

Я пинком распахнул дверь лавки, заставив истерически звякнуть ветровые колокольчики.

У стойки, заваленной трэшем, стоял гном. Да что я там говорю, трэшем был завален весь так называемый торговый зал. Ломбард, че… Точнее, еще и скупка краденого, но это уже мелочи. Все равно мусора здесь не ходят.

И сейчас не будут — Дрилл с Голди защелкали многочисленными замками и запорами на железной двери. Даже табличку «Пошли нахер!», заменяющую в этом районе «Закрыто», повесили.

— Привет, Моня, — ласково сказал я, весело помахивая фомкой. — Давно не виделись!

— Ба, да это господин Влад! Радость-то какая! — наигранно всплеснул он пухлыми ручками.

Вышло это настолько фальшиво, что я аж поморщился. Гном, похоже, тоже.

— Это точно, — согласился я, подвинув фомкой большую красивую вазу.

— Таки осторожнее! — завопил гном. — Это ваза династии Сунь!

— А династии Вынь нет? — я с интересом посмотрел на вазу и взмахнул фомкой.

Неизвестно, что было жалобнее — звон осколков вазы или вопль гнома.

— Ой, разбилась! Ну надо же! — тоном идиота сказал я. — А вот интересно черепушку она проломит или разнесет? А?

При этом я прищурил один глаз и прицелился из фомки в гнома.

— Проломит, — подала сзади голос Дрилл. — Хотя, если ударю я…

Я услышал хруст сзади. Моя психотерапия оказала положительное влияние на моральное состояние Дрилл, как сказали бы психологи. Она повеселела, стала чаще улыбаться. А то, что она при этом запускала малую морфу, это мелочи. Подумаешь, рот большой становится и зубки появляются…

— Мама! — только и успел сказать Моня.

— Ну почему они всегда срутся? — спросила Дрилл.

— Неприветливые они. И недружелюбные, — ответил я.

— Я дружелюбный! — категорически завопил гном с характерным запашком.

— Может, тогда пригласишь внутрь? — спросил его я, кивнув на дверь за его спиной

— Э-э, а-а, — промямлил Моня, придумывая хорошую отмазу. — Штаны надо поменять!

— А зачем покойнику чистые штаны? — спросила Дрилл. — В морге переоденут!

Гном затрясся, как вибратор с новыми батарейками.

— Ну вот, а говоришь «дружелюбный», — попенял ему я.

Голди решила вопрос проще — зашла за спину гнома и высадила дверь ногой. У гнома глаза стали большими — укрепленная стальная дверь на стальном косяке промялась так, что теперь ее было не закрыть.

— Вы таки испортили мне дверь! — завопил гном, заламывая ручонки.

— Мои девочки инициативные, — пожал я плечами.

— Девочки? Девочки??? — в ужасе завопил гном.

— Ну не мальчики же, — сказала Дрилл. — Я бы тебе доказала, но ты не в моем вкусе. А ты, Голди?

— Я только что одного оставила без яиц за подобные предложения. Могу и этого. Как уже сказали, я люблю проявлять инициативу!

— Не надо! — завопил гном.

— Тогда вперед, — сказал я.

И он уныло поплелся между нами, пованивая и постанывая от ужаса.

А дверка-то не простая, а золотая! Голимый трэшак остался в зале, а вот сокровищница была здесь. Это было видно по коробкам и ящикам, стоящим на полках. Мы прошли по узкому захламленному коридору и попали в святая святых Мони.

Дрилл втащила его за шиворот и плюхнула на стул, вытащенный на середину его склада.

— Итак, Моня, до меня дошли слухи, что ты разбогател, — начал я понемногу прессовать гнома.

— Врут, ей богу, врут! Бородой Тора клянусь!

— Да ну? — прищурился я. — И те двадцать кусков, которые ты закрысил на продаже ящиков со стволами?

— Врут как есть!

— Да ну? — осклабился я. — Десять ящиков, отпускная по двадцать за ящик. Тебе, кстати, шкура, было велено продать их по моей цене, процент тебе нормальный капал. И тут я случайно узнаю от недовольного клиента, что ты ему впарил товар по двадцать два за ящик. Я бы, может, твою лядскую натуру простил, если бы ты мне сразу в ножки бухнулся и признался, что развел клиента на бабки и принес бы мне эти бабки в клювике. Но ты, морда короткая, закрысил эти бабки, да еще и не забыл свой процент взять. Как это называется?

Я посмотрел на Дрилл.

— Косяк, — сказала она.

— Кидок, — уточнил я. — И подстава. Больше с тобой дело иметь никто из моих клиентов не будет.

— Подумаешь, — пробурчал гном, решив, что на этом все и он легко отделался. Ага, щас. Как бы не так!

— Дорогая, — я не стал называть Дрилл по имени. — Какое наказание у Духов Бездны принято за крысятничество?

— Смерть.

— Да ладно, вы ведь не серьезно? — полунасмешливо спросил он, а потом внезапно до него дошло осознание момента. — Ведь не серьезно?

Я кивнул Дрилл. Одним движеним выросшего когтя она распорола на гноме рубаху сверху донизу.

— Откусить ему голову или вырвать сердце? — деловито спросила она.

— Чтобы верещал поменьше, — сказал я.

— Значит, сердце, — утвердительно сказала она.

— Простите, Тора ради! Локи попутал! — он вырвался из лап Дрилл и бухнулся на колени передо мной. — Не губите, прошу! Тором клянусь, все для вас сделаю!

Я поднял бровь.

— Посмотрим. Всю наличку быстро сюда и код от сейфа.

Гном трясущимися от страха губами назвал код.

— Проверь, — кивнул я Голди.

Она подошла к сейфу, обследовала его и

— Есть! Офигеть! — сказала она.

— Выгребай все, — скомандовал я.

— Да что вы таки себе… — начал было пришедший в себя гном от счастья, что его не будут убивать, по крайней мере сейчас.

Дрилл шлепнула его ладонью по макушке, чтобы не борзел.

— Займитесь пока тем, за чем мы сюда пришли, — сказал я.

— Смотри сюда, сучонок! — Дрилл взяла его за шиворот и хорошенько потрясла, другой рукой тыча ему в нос список.

— Уй, — заверещал было гном, но тут же опять получил по голове.

И тут в дверь ломбарда постучали. Вежливо так, аккуратно. Без хамства.

— Я пойду открою. Вы продолжайте. Кстати, пусть оформит дарственную на ломбард…

— Да ни за что! — заорал было Моня, но тут ему вспороли когтем ширинку.

— Правое или левое? — с неподдельным интересом спросила Дрилл.

Я не стал слушать гномские стенания. У меня свои дела и я даже знал, кто постучал в дверь.

Справившись с запорами, я открыл дверь. На пороге стоял неприметный такой человечек, одетый, может быть, получше, чем окружающие.

— Добрый вечер, уважаемый! — приветствовал меня он.

— И вам, уважаемый. Как говорят — фарту масти, мусорам по пасти?

— Давайте поговорим без вот этих вот фигур блатной музыки. Это совершенно не ваше. Вы — аристо, и слова, которые вы не знаете, для вас ничего не значат.

— Туше, — сказал я.

— Вы мучаете бедного гнома? — он прислушался к воплям из-за покореженной двери.

— Бедный гном имел неосторожность меня кинуть. Причем, очень хорошо испортить мне репутацию. А я, как бы, такого не прощаю.

— Вам бы следовало сначала зайти ко мне и мы бы с вами посидели, разделили бы стол, — покачал головой Смотрящий. — Пришли бы к взаимовыгодному соглашению…

— Возможно. Но сами понимаете — ноблесс оближ, реноме не позволяет, — я щелкнул по эмблеме на куртке. — Духи Бездны не подчиняются никому и ничего не прощают. Меня бы просто не поняли свои.

— Понимаю, — вздохнул он. — У нас конфликт интересов.

— Ладно. Что вы от меня хотите? — спросил я.

— Моня должен жить. И его лавка должна остаться целой.

— Что, он такой важный фрукт?

— Скажем так, он очень нужный ярусу разумный. И его лавка — критически важная часть инфраструктуры. Нашей, естественно.

Я глянул на Смотрящего. Что он непрост и так понятно, но, похоже, когда-то в университете учился.

— Взамен? — спросил я.

— Вы же хотите свободно покинуть станцию и улететь с миром, оставив позади друзей, готовых прийти вам на помощь?

Вот те раз, а вот те два. Лови, мужик, второй кирпич на череп. Вроде как завуалированная угроза, но и обещание хороших отношений… Не надо фыркать, дно-то это дно, но не самое и на этом дне спрятано много чего полезного.

Нет, войнушку я могу тут устроить, но надо ли? Только из-за гонора сказать «сдохни» и пройти огнем и мечом до выхода? Положить неведомо сколько тут разумных штабелями и пройти по их трупам? Плохое бизнес-решение. Но и реноме надо поддерживать, вот так, уронишь авторитет банды…

— Мы можем прийти к соглашению, — сказал я, подумав. — При нескольких условиях.

— Говорите, — кивнул мой собеседник.

— Моня должен быть наказан, и так жестоко, чтобы другие ужаснулись, но жить он будет,

— Ваше право, — кивнул собеседник. — За его дела я не подписывался. Пусть так. Что дальше?

— А дальше — его ломбард переходит ко мне. Можете назначить туда своего управляющего, пусть поможет беспомощному инвалиду бизнес вести. Пора развиваться. Я думаю, сотрудничество будет взаимовыгодным.

Не понравилось ему мое предложение. Или не слишком понравилось. Но деваться некуда.

— Хорошо, пусть будет так, — сухо сказал он. — Это все?

— Сохраним это в тайне. А то если поползут слухи о какой-то сделке, здесь появятся другие Духи Бездны. И они уже будут заинтересованы совсем другим.

— Слухов не будет, — пообещал он. — Когда закончите — лавку не запирайте, нужно же будет помощь оказать.

— Хорошо, договорились.

— Приятного вечера, — он поправил кепку.

— Взаимно, — кивнул я и отправился посмотреть, как там дела.

— Все есть! — приветствовала меня Голди, отсалютовав огромными чемоданами.

— Хорошо. А что с документами на лавку?

— Таких нет.

— Как это?

— Вот так. Он работает незаконно.

— По договору со Смотрящим! — заявил Моня.

Я хмыкнул. Понятно, почему он не хотел, чтобы я лавку палил. На самом деле, она его. А Моня — дежурная жопа в случае чего. И теперь понятно, что меня надули.

— Вот так вот! — гордо заверещал гном. — Вам глаз на жопу натянут, ох натянут!

— Ладно. Берите все самое ценное и дорогое, пойдем обратно.

— Уже упаковано. А с этим что делать? — спросила Дрилл.

Я пошептал ей на ушко. Она аж расцвела в плотоядной улыбке.

— Поняла!

— Пошли, подождем на улице, — сказал я Голди и подхввтил один из чемоданов.

Блин! Чуть не надорвался! Я же не синт. Это она перла его как клатч.

Мы стали под фонарем и стали ждать. Через минуту из лавки раздался нечеловеческий — ну а какой же, гном все-таки — вопль, а затем громкие крики с рыданием.

— Все, сделала, — сказала Дрилл. — Как решили.

— Живой?

— Я ему культю перетянула, если жгут не сорвет до врача — жить будет. Ничего, и на одной ноге попрыгает, раз на двух допрыгался.

— Пошли.

Смотрящий сдержал свое слово — улочки, по которым мы шли, были словно вымершие. Так мы дошли почти до лестницы…

— Дядь, а дядь? — ко мне подбежал чумазый пацан лет десяти.

— Чего тебе? — спросил я.

— Велели передать.

— Ну?

Пацан замер, всем своим видом выражая нетерпение.

Я вздохнул, нашарил монету в кредит и дал ему. Он подал мне конверт и дал деру так, как будто за ним маньяк гнался.

Я распечатал конверт. Оттуда выпал заполненный бланк на аренду собственности и карточка с номером денебского комма.

— Что там? — спросили в унисон мои тетки.

— Да так. Потом объясню, — я спрятал конверт. — Пошли!

— Надеюсь, нам не придется карабкаться вверх ножками? — опять

— Нет, доберемся до Бордера — возьму такси.

Все шло как по маслу, исключительно гладко, я аж насторожился. Что-то должно было случиться, чуйка заскулила. А пока мы поднялись на Бордер, взяли такси и спокойно доехали до порта.

Глава 16

На яхте было пусто — наша рыжая бестия еще не появлялась.

— Где ее черти носят? — сердито спросила Голди.

— А тебе что, без нее плохо? — хмыкнула Дрилл. — Эта найденка только бесит.

При этом зараза скосила глаза на меня, ожидая реакции.

— Когда научишься работать в открытом космосе, чтобы ее заменить, вот тогда и поговорим! — сказал я.

Заменить вакуум-инженера? Учиться надо, а не хочется. Это не с мечом скакать и в чудовище обращаться. Каждому — свое. Ей сказать было нечего, поэтому она сменила тему в стиле «Ой, все!».

— А теперь — шоппинг, — безапелляционно заявила Дрилл. — Кто-то обещал!

— Я и не отказываюсь, — пожал плечами я. — Может, сначала отдохнем?

— Тряпки не ждут!

— Ладно, пойдемте, — вздохнул я.

Женский шоппинг — вещь, от которой мужчины вешаются. Любой из нас ощутил это на себе. Бродить часами по магазинам с тряпками — это не для всех, только для них. Ну раз обещал…

— Так, каждая засовывает это себе в… — принцесса, молчать! — ухо, — я выдал им по горошине рации.

А то… Отпускать баб по шопам без привязи — потерять их с концами. Почему отпускать? Потому что я собирался довести их до магазинов и спокойно посидеть в рекреации попить пивка. Не могу видеть бабский шопинг. Дорвутся, как свиньи до грязи, за уши не оттащишь. Что поделать, прикладная физиология!

— Ну что, мы готовы! — раздался голос из шлюза.

— Иду, иду, — ответил я, пряча безобидные с виду предметы на себе.

Для знающего и хорошо обученного человека оружием может стать любой предмет. Даже который представить себе нельзя, как что-то такое опасное.

Я выпустил пышущих азартом теток на свободу. Только что копытами землю не роют! Правильно, какой самый лучший женский возбудитель? Список велик — от тряпок и цацек до яхт и лимузинов. А уж частный самолет лишает разума любую.

Ну ради такого случая я вызвал люксовый ховер-такси с предупредительным водителем в ливрее, открывающим с поклоном дверь и наливающим пассажирам шампанское перед поездкой. Стоило это дорого, но ощущение праздника еще дороже. Один раз живем! Причем, как я убедился не только на своем примере, сейчас ты жив, а через пятнадцать минут труп. И даже об этом не подозревал. Вот такой вот пердимонокль.

Голди радовалась, как дитя, а Дрилл наоборот напустила на себя вид, что, мол, так и надо, положено принцессам. И вообще.

Вот уж где торговля поставлена на широкую ногу, так это здесь, в игровой зоне вселенной. Достаточно сказать, что здесь торговля для людей занимала целый ярус. Бутики, салоны, шопы всех мастей, расцветок и товаров. Причем, в центре, вокруг дырки — как я обозвал центральное отверстие в ярусе — самые дорогие, а ближе к периферии — более демократичные, рассчитанные на средний класс, который тоже играет в казино, но пожиже калибром.

И, что вполне естественно, тетки ломанулись в центр, где ценники были не для лохов, которые за углом могли купить это раза в три дешевле. Чисто конкретно, понимать надо!

А особенно влекло теток халявное шампанское, подаваемое всем посетителям. Все же включено в счет! Как и улыбчивые консультанты, прилипающие к тебе, как банный лист к жопе, весь персонал, натянувший маску доброжелательности на морду ненависти, и прочее, и прочее…

Блин, укатали меня тетки. А еще я их тихо возненавидел. После трех часов скитаний в мире потребительского безумия я еле ноги волок. Эта же сладкая парочка, мило щебечущая и восторгающаяся всем подряд, ничуть не устала. Как будто в жопе батарейка! Хотя да, синт и стриго дадут даже не сто очков вперед.

— Пошли? — подмигнула Дрилл у очередного бутика.

Я застонал.

— Увольте. Как-нибудь без меня. Вон на лавочке посижу.

— Как ты не видишь, дедуля устал, — сказала Голди капризным тоном. — Уважай почетную старость!

— Да я вас! — сделал я вид, что зачем-то потянулся.

— Н-н-н — показала мне язык Дрилл. — Карточки-то у нас!

И обе чертовки, заливаясь смехом, закатились в бутик, навстречу улыбчивым консультантам с длинными языками и халявному шампусику.

Судя по расходам, скоро это шопное безумие должно было закончиться. Карточки хоть солидные, но не бездонные. А учитывая доставку, к нам придет целый контейнер шмоток и всего остального, заказанного в порыве шмоточного безумия.

И тут опять заскулила чуйка… Впрочем, почему опять? Она и не переставала. А вот щас она прямо-таки заорала, как будто ее пнули под ребра.

Анализ! Я лениво потянулся на скамейке, делая вид, что просто разминаюсь. Эх, жаль на мне эта чертова манишка из гномского железа! Сейчас Радар пришелся бы кстати, но вот только снять ее — вызвать переполох у любого, кто магию видит. Придется по старинке.

Я скорчил рожу, как будто у меня болят зубы, и со стоном прижал ладонь к щеке. На самом деле нажал пальцем на слуховой проход.

— Общий сбор, — тихо сказал я.

Ничего страшного, ни один наблюдатель не обратит внимание, что страдалец от зубной боли что-то там себе бормочит.

— Принято! — отозвались Дрилл и Голди по общему каналу. — Приказ?

— Контрнаблюдение. Локализовать агента наружки и захватить живым.

Пару минут я подождал, ощущение наблюдения не проходило.

Из стеклянных дверей бутика выпорхнули две моих грации, на этот раз с коробками. Ба, когда только переодеться успели!

— Как я вам? — Дрилл развела полы платья и исполнила что-то типа фуэте. При этом ее глаза пробежали по кругу.

— Ничего, — сказал я, имея в виду совсем другое.

— Вот именно! — поняла наш невинный разговор она. — А ты говорила, что будет хорошо смотреться на улице!

— Ну я так думала, — сказала Голди. — Ну ошиблась, с кем не бывает. И вообще пойду носик попудрю, а то столько шампанского выпили…ой!

Она якобы оступилась на каблуках и схватилась за мою руку, чтобы не упасть. Одновременно простучав пальцами по моей ладони «справа».

— Аккуратнее! — сказал я. — Ты мне живая нужна!

— Поняла! — сказала она и вихляющей походкой выпившей

Дрилл мило щебетала о своем, о женском. Просто пустой треп для стороннего наблюдателя.

— Готово, — послышалось в ухе. — Подходите!

Дрилл захлопала глазками, вручила мне здоровенные размалеванные пакеты в обе руки и налегке пошла впереди. И таким боком мы вышли к Голди.

— Эй, мой парень перебрал на радостях! — громко заявила она, держа какого-то шныря на себе, обвисшего в позе раненого бойца.

Жертва что-то промычала и попыталась сделать шаг, но это у него не получилось.

— Что ты ему всадила? — тихо спросил я.

— Супергипнол, — ухмыльнулась Голди. — Только вот насиловать его не собираюсь, пусть даже не надеется.

— Откуда он у тебя?

— У женщин свои секреты, — опять ухмыльнулась она. — Может, возьмете?

— Ничего, подержишь, — усмехнулся я. — Ты сильнее меня. К тому же, кто тебя будет охранять?

Я полез за коммом и вызвал такси. На этот раз обычное. Впрочем, это еще вопрос…

— Э, слюшай, я эту пьянь не повезу! — пристально посмотрел на нашего пленника водила-гоблин. — Еще обоссытся, а мне салон отмывать, да?

И почему все таксисты — гоблы? Порода, что ли, у них такая — таксомоторная? Что ни бомбила — то гобл, твою мать!

— Три тарифа! — я блокировал открытую дверь ногой.

— Ладно, — жадность, как всегда, пересилила. — Если обоссытся, десять тарифов платишь, да?

— Я лучше ему хер на бантик завяжу, — мрачно пообещала Голди.

— Годится, — сказал я.

Водила вздохнул, но позволил загрузить тело внутрь салона.

— Поехали!

И мы поехали обратно в порт. Моя команда держала пленника между собой,.зажав.по бокам. А пакеты я засунул к ним, чтобы не отсвечивали.

Впрочем, все обошлось спокойно. Тело вело себя как обычный нормальный пьяный — мычало, иногда силясь поднять безвольно поникшую голову, ноги волочило по полу.

— Фух, тяжелый, гад! — сказала Голди, бесцеремонно сбросив с себя тело в тамбуре. — Куда его?

— Хм, интересный вопрос, — сказал я. — Для начала, откуда он?

— Сейчас, — Дрилл весьма профессионально раздела его, стянув брюки и рубашку.

Вытряхнула все из карманов, прощупала каждый шов, потом отбросила все шмотье в сторону. Стянула трусы…

— Упс!

— Что такое? — я рылся в сваленном на откидной столик для шлемов содержимом карманов пленника.

Связка ключей — простых и электронных, складной нож- стилет из дешевых кобольдских, карточка капитана корабля «Псалом», бумажник с картами и деньгами разных планет, дешевая ручка. И весьма дорогой комм с защитой

— Голди, посмотри! — позвала Дрилл.

Та присвистнула.

— Что, такой большой? — спросил я, не оборачиваясь.

— Да нет, вообще нет, — задумчиво сказала она.

— Это как??? — вот тут я уже обернулся.

— А вот так, — кивнула Дрилл. — Все гладко. Удалено профессионально, в клинике. Кто из сект это практикует?

— Поищи в имперсети, — посоветовал я. — Но вот одну я знаю!

Я ткнул в пентаграмму и надпись, наколотую под соском.

— Фоедус обскурум. Темный Завет, то бишь.

— Секта сатанистов, похитителей душ? — охнула Дрилл

— Что, даже на Стриголе об этом известно?

— Ну не всем, но все-таки… Манипуляция душами, использование украденной у даймонов технологии, попытки выйти из тени и править миром…

Ага, сюда бы я еще.добавил убийство, точнее, обездушивание — что одно и тоже — Феликса Орлова, на которое я, однако, не особо обижался. А что вы хотели? Хотите жить? И я как-то тоже. И, будем честны, к его убийству я не имею никакого отношения. Но все равно я рад, что меня воскресили таким вот образом.

— Есть такие секты, что холостят своих ассасинов, — сказала Голди, порывшись в своей бездонной памяти. — Чтобы те не отвлекались от работы, были преданными и верными, а при попадании в плен на них не было рычага давления. Что уже нечем напугать.

— Да уж, — я передернулся.

— Что я пропустила? — раздался голос от входного люка.

Ага, вот и довольная до ушей рыжая, прямо цветет и пахнет. Прикинутая по последней моде и с двумя тяжелыми чемоданами.

— Работу на дом взяли, — сказал я.

— Убийца из Темного Завета? И, смотрю, как всегда гладкий?

— Ты в курсе? Откуда? — удивился я.

— Ну так в некотором роде конкуренты. Точнее, друг другу мешаем.

— Это как?

— Зачастую цели одни и те же, — пояснила она. — А эти евнухи-любители под ногами путаются. Ну что встали? Тащите его в трюм, пока он не очнулся!

— А это мысль.

— Только имейте в виду, они все владеют магией душ! — сказала она. — Могут возникнуть проблемы.

— Что еще? — начала раздражаться Дрилл.

— Выбейте ему зубы для начала, — посоветовала Мэг. — Они любят откусывать себе язык, чтобы по-быстрому выпилиться.

— С удовольствием, — ухмыльнулась Дрилл.

— И давайте, что там нашли? Карточка доступа есть?

— Зачем? — удивилась Дрилл.

— Вроде большая девочка, а тупая…

— Щас выпотрошу, — зашипела Дрилл и выпустила коготь.

— Его корабль. Лишний нам не помешает, а данные из бортового компа приведут к его логову, — пояснила Мэг.

— Логично, — сказал я. — Предложения?

— Я и Голди, как наиболее в этом продвинутые, идем потрошить корабль. Как запустим — встречаемся в точке рандеву на Великой Пустоши. А дальше решаем проблемы, которые наверняка возникнут.

— Принято, — кивнул я. — Координаты вот.

Я быстро начиркал дешевой трофейной ручкой строку цифр, которую мог запомнить и отдал записку Голди.

— Ждем сигнала о готовности к старту.

— Принято, — кивнула Мэг, порылась в своем чемодане и вынула из него кейс поменьше. — Мы пошли.

И обе бестии — белокурая и рыжая выпорхнули из шлюза.

— Ну что, встали-взяли-понесли? — спросил я у Дрилл. — Потащили его в трюм!

— Потащили.

Трюм на яхте — это не таковой в полном смысле. Просто грузовой отсек перед инженерным и двигательным. Поскольку на космолете ватерлиния, как таковая, отсутствует в силу самой воды, то и отсеки ниже палубы встречаются только на больших кораблях. Например, на папиной яхте. Здесь же смешной отсек десять на десять. Как кладовка и для запасов для пикника на необитаемой планете хватит, а больше… Лихтер арендуйте.

Но

— Идите, Ваша Светлость, руководите операцией. А я пока подготовлю пленного к допросу, — ухмыльнулась Дрилл.

— М-да, — только и мог сказать я. Пожалуй, это я видеть не захочу.

Я ждал в капитанском кресле отмашки от моих взломщиц. Пять минут, десять, пятнадцать… Наконец, когда воображение уже начало рисовать два изуродованных трупа, наушник ожил.

— На борту, к взлету готовы, — бодро отрапортовал голос Голди.

— Жду вашего отбытия.

— Принято. Поехали!

Угу. Он сказал «поехали» и запил водой…

В рубку вернулась Дрилл, вся довольная собой.

— Ну что, подготовила? Сильно била?

— А как же без этого? — повела она плечом. — Клиент, наверное, сильно удивляется, что его тупо бьют и ни о чем не спрашивают.

— Я думаю, он проходил примерно такую же подготовку.

— Да щас, — фыркнула она. — Он учился там, где я преподавала. Да и вообще оскорбительно сравнивать дворцовую подготовку школы Гвардии с каким-то безродным и бесполым существом.

— Вот и посмотрим, — сказал я, запуская автопилот, который должен вывести нас из этого транспортного ада.

— Посмотрим, — согласилась она.

Наконец, когда мы уже выбрались за сферу контроля станции, я стал интересоваться своими подчиненными.

— Искин, покажи «Псалом».

Одна из серебристых точек на экране подсветилась красным кружочком со стрелочкой.

— Ага, вижу, — кивнул я.

Кружочек мигнул и исчез — корабль ушел в гипер. Ну что же, и нам пора! Я коснулся сенсора.

Наконец-то я мог разглядеть в иллюминатор корабль ассасина. Получше не мог найти?

Ох уж эти любители милитари! В свое время и своем мире терпеть не мог придурков, не служивших в армии, но с удовольствием носивших камуфляжные штаны или куртку. Типа закос под крутого мэна. Крутой? Любишь камки? Жить не можешь без оружия? Есть решение! Ну так иди послужи, Родина бесплатно все это даст. Не благодари.

Мода эта прошла, но теперь любители переключились на списанную бронетехнику, или, как в данном случае, на военные корабли.

Блин, отдавать в частные руки МКР — малый космический разведчик? Я бы сделал с интендантом то, что ассасин с собой. Он действительно малый, меньше фрегата, но побольше моей яхты. Ударный корабль для прорыва обороны и охоты на конвои. И пусть вооружение с него вроде бы снято, а сам он устаревшей лет двадцать назад модели, в умелых руках он как волк в отаре, или, скорее, хорь в курятнике. Скорость, маневр, мощный реактор и движки — идеальный убийца! Особенно, если учесть, какая на нем аппаратура подавления — как раз, чтобы прокрасться незамеченным мимо охраны конвоя и занять позицию для атаки.

Единственный минус — жрет, как слон. Обычная черта военной техники. Вояк не волнует, сколько жрет тот или иной танк или самолет — Родина платит. А вот частнику это влетало в такую копеечку, что ого-го. Так что такое мог позволить себе либо богатый человек, либо глупый. Этому кораблику при нормальных характеристиках активную зону кварк-реактора менять раз в полгода, изнашивается в хлам. Но кого бы это волновало?

— Что вы там делаете? — спросил я у Мэг с Голди.

— Проводим регламентные работы, — с усмешкой ответила Голди.

Ну понятно. Ищет закладки всякого рода. Поэтому и висит сейчас МКР в пятидесяти милях от нас. Если рванет, то мы уцелеем.

— Много нашли?

— Две точно есть, третью сейчас поищет Мэг, снаружи.

Трудно было бы по-другому думать. Естественно, что он светится на чужих поисковых радарах. Почему я его отогнал его в Великую Пустошь, а не к себе? И оставлю его тоже тут, на будущее.

— Долго еще?

— Не очень, но… А, вы про допрос? Начинайте без нас, если что, потом запись посмотрим.

— В самом деле, — Дрилл аж копытом землю рыла. — Начинать пора, пока не остыл!

Я усмехнулся ее двусмысленной шутке.

— Идем.

Глава 17

Говорить пленник отказался, лишь усмехался окровавленным беззубым ртом. Сильный противник, упертый. Понимает же, что ему писец, дальше только за борт без скафандра. Но не сдается ведь! Ненавижу идейных фанатиков.

Пленник подергался, проверяя крепость пут. Бесполезно, мы не любители и ошибок не допускаем. Так что его попытка только привлекла внимание.

— Мы еще не начинали, — ласково сказала Дрилл и провела ладонью по его щеке. — Не торопись так, шалунишка! Сейчас устроим сеанс садо-мазо. Любишь, небось? Больше ведь удовольствие получить нельзя?

Пленник попытался плюнуть в нас, но это у него явно не получилось, только кровавая слюна повисла на подбородке.

— Так как, говоришь, тебя зовут? — пропела Дрилл, проводя по щеке уже отрощенным когтем, оставляя за собой кровавую царапину.

Пленник молчал, презрительно глядя на нас снизу вверх.

— Не те вопросы задаешь, — сказал я. — Зачем нам знать имя покойника? Лучше спроси его, что он делал на станции и кто его послал.

Ассасин лишь скорчил презрительную рожу. Ох уж эти религиозно или политически мотивированные! Всегда молчат до конца.

— Ты думаешь, я тебя не разговорю? — хмыкнула Дрилл. — Несмотря на то, что ты позаботился о своем пассивном будущем в качестве любимой жены магистра, есть еще много способов причинить тебе такую боль, какой ты еще не испытывал и больше не испытаешь. Потому что сдохнешь, и бо-бо не будет, не вспомнишь. Но до этого… Представь, как это — двое суток терпеть адскую боль, не в силах ее прекратить? Да, и магия Завета тебе не поможет — на тебе цепочка из гномского железа. И зубки вырваны все, больно, да? А в одном была ампулка с ядиком, так что мимо! Выпилиться быстро не получится.

Ассасин скорчил рожу и опять попытался двинуться. Но не получилось.

— Все это лечится электрошоком, — Дрилл взяла оголенные провода, почиркала ими между собой, высекая сноп искр. А потом воткнула их в бок ассасина.

Вопль боли, запах жареного, тряска на столе… Я поморщился. Нет, я конечно и сам это делать умею, учили, но лучше она. У нее это веселей и задорней получается.

— А можно

— Есть и другое решение. Может, сразу его мозги заспиртуем? Я имею в виду брейнфрейм, — решил припугнуть я пленника.

— Это мысль! — с воодушевлением сказала Дрилл. — Хоть они и запрещены в цивилизованной вселенной, но мы-то вне закона! Представь, плавает твой мозг в баке, тела нет, никаких раздражителей нет, ты как будто попал в ничто. Зато столько философских размышлений можно за это время передумать!

Вот тут в глазах пленника появился страх. Да еще бы, такого злейшему врагу не пожелаешь. Плаваешь себе в бульоне, а по проводам снаружи твои нейроны заставляют возбуждаться! А снаружи — ничто, никаких органов чувств нет, и ты нигде. Хуже смерти.

— Думаешь, просто пугаем? Еще как сделаем, — успокоила его Дрилл. — Частично ты сам уже это сделал, лишив себя некоторых чувств, а мы только закончим. Ну что, продолжим разговоры или я пошла за пилой и аквариумом?

— Можно тебя на секунду? — спросил я ее.

— Никуда не уходи, сладенький, — она потрепала его по щеке. — Я сейчас.

— Ты в самом деле собираешься это сделать?

— Да, — удивилась Дрилл. — А что? Я уже это делала три раза. На Стриголе это стандартная процедура для государственных преступников. Вместо того, чтобы его колоть, получаешь полное содержимое памяти. И никаких проблем. Попытки сопротивления и побега исключаются. Красота!

— Ладно, пойду я отсюда, — скорчил я гримасу.

Меня как-то резьба по мясу не очень привлекает. Только ради дела и получения информации.

— Да, лучше так, — согласилась Дрилл. — Это зрелище не для всех. Потом, когда будет готово — допросим. Позову, ага.

Я пошел в рубку. Пускай там Дрилл выносит ему мозг в полном смысле. У меня и другие заботы есть. Например…

Я постучал по горошине гарнитуры.

— Прием, — немедленно отозвалась Мэг.

— Чем вы там занимаетесь?

— Священной мародеркой, — усмехнулась она. — И в связи с этим у Голди встал вопрос.

— Хорошо, что только он, — пробурчал я под нос

— Что?

— Вопрос, говорю, какой?

— Будем ли мы его использовать как корабль или пустим на запчасти?

Ну тут двух мнений быть не может.

— Корабль в исправном состоянии?

— Да, даже в неплохом, — сказала Голди.

— Оставляем нетронутым, — решил я. — Переведите его в режим ожидания. Пусть висит здесь и ждет нас. Да, и заминируйте его так, чтобы ни одна сектантская собака его не тронула!

— Будет исполнено! — весело сказала Мэг. — Сделаю в лучшем виде!

Теперь уже хмыкнул я. Вот и ее таланты бомбистки-террористки пригодились! Чем и хороша такая разношерстная компания, что каждый из нее человек-оркестр со множеством талантов. Главное, поставить человека на соответствующее место и применить его таланты по назначению.

— Давайте. Как сделаете — обратно на корабль, пора домой лететь.

— Ох, а я еще не все тряпки померила! — спохватилась Голди.

— Ну вот и будет стимул сделать все быстрее! — хмыкнул я. — Конец связи.

— Роджер, — ответила Мэг и динамик затих.

А теперь можно отдохнуть, пока подчиненные работают. А именно, помечтать о том, что будет дальше. Ой, что будет-то… Любимый мой маневр ' Слон в посудной лавке'. Я вот не мог определиться с чего начать — черный список выходил очень длинный — а тут как раз под руку Темный Завет подвернулся… Ну что, сатанистики, Бафометом трахнутые, с вас и начнем!

Спустя два часа и две банки томатного сока с пакетиком сушеных кальмаров все было закончено. Вернулись обе мои бестии с борта «Псалома», а третья вышла из трюма с улыбкой довольного вивисектора.

— Все всё сделали? — спросил я.

— Типа того…

Вот же, блин, команда — никакого представления о дисциплине! Ну просто ни малейшего! Я, конечно, тоже не люблю все это, даже дисциплинарный устав в дачном сортире на гвоздик повесил, но все-таки!

— Голди?

— И даже лучше. Нам удалось подчинить себе корабельный искин и заставить сотрудничать, теперь он служит нам. Корабль в режиме ожидания, включен режим пассивной обороны, мастер-ключ у меня, — она показала резную металлическую карту. — Все данные с искина скачаны, транспондер скопирован. Дополнительные системы опознания я трогать не стала, подумав, что нам они еще пригодятся.

— Умница! Дрилл? Что скажешь?

— Что выражение «полоскать мозги» обрело буквальный смысл. Бултыхается пока в бачке-ложементе. Сейчас электроды приживутся и я его включу. Точнее, разбужу. И утро его будет недобрым. Может даже с ума сойти.

— И как мы об этом узнаем?

— У интерфейса есть программа диагностики носителя. Просканирует реакции и химизм, и выдаст вердикт, протух он или нет.

— А так сколько его можно э-э полоскать?

— Лет под двадцать. Если охота возиться с этим аццким аквариумом, менять биогель и чистить бак. Но я не думаю, что он будет нам надолго нужен.

— Придется тебе возиться с этой аквариумной рыбкой.

— Скорее, с гадом ползучим. Как надоест, брошу туда кипятильник и повеселюсь…

— До окончания операции с Темным Заветом он, точнее, его мозг, нам нужен живым.

— Операция? Что за операция? Когда началась и почему я не в курсе? — всполошилась Дрилл.

— Только что, в этот самый момент. Голди, все запчасти для корабля-разведчика готовы?

— Ну… — она отвела взгляд вверх, в низкий корабельный потолок, как будто ища там ответ. — Да, все есть.

— Значит, восстановить его сейчас — задача намбе ван.

— Сделаем. А, может, теперь…

— Домой. Летим домой, — успокоил их я.

День безумного шоппинга закончился.

От отдыха тоже требуется отдых, вы не замечали? Всегда так. Поэтому я команде дал еще один день на опохмел… тьфу, на приведение себя в порядок. Но вот только не все этого хотели. Например, Дрилл.

— Не хотите пообщаться с нашим пленником? — спросила она. — Я как раз собираюсь его разбудить и с ним поговорить. Хорошо и вдумчиво.

— Почему бы и нет? Где он у тебя?

— В лаборатории. Хоть ей нашлось применение.

— Это точно, — кивнул я.

До

Надо, кстати, будет полистать галанет, посмотреть, кто из ученых вел вроде бы перспективные исследования, но был подвергнут остракизму своих менее удачливых, но более злобных коллег. Кто сказал, что ученые — тихие и мирные люди? Щаз. Там кипят такие страсти в этом обществе пауков в банке, что Вильям наш Шекспир, он же Трясущий копьем, нервно курит в сторонке. Но это так, лирическое отступление.

В лаборатории я осмотрел сооружение, больше похожее на старую круглую стиральную машинку. По крайней мере, шланги и провода прямо-таки усиливали ассоциацию.

— Это он? — кивнул я на бак.

— Ага. Портативная версия — все-таки не то. Тем более, как ни странно, в лаборатории нашлась вся аппаратура для запрещенных исследований, — подмигнула мне Дрилл.

— Поверь, я тут не причем, — прижал я ладонь к груди и вспомнил анекдот про права на паровоз. — Слюшай, дарагой, какой был — такой и купил! Я ее купил под ключ не вдаваясь в детали.

— Ну тут можно заниматься чем угодно на переднем крае, — сказала она. — Говорю не как ученый, а как подопытный.кролик. Точнее, даже опытный.

— Если даже опытный кролик может провести такую операцию…

— У меня, между прочим, степень по биологии разумных! — с апломбом заявила она.

— Чтобы пытать их со знанием дела? — усмехнулся я.

— В том числе! И делать те манипуляции, которые не может делать модификационный свод!

— В частности изымать чужие мозги и раскладывать по баночкам? — ухмыльнулся я.

— И это тоже!

— Ладно, прости, не хотел обидеть, — сказал я. — Я просто поражаюсь, сколько в тебе умений и скрытых талантов.

— Вот и надо было выяснять раньше, — надула она губки. — Нет, чтобы посидеть тет на тет с бутылочкой хорошего виски и поговорить по душам… Великолепно провели бы время.

— Вот сейчас закончим дело и обязательно, — извиняющимся тоном сказал я.

— А еще с Голди и Мэг. Отдельно, конечно. Командир должен знать все о своих близких, как и они о нем…

— Как это работает? — срулил я с деликатной темы.

— Очень просто. Но головка будет бо-бо, — она надела тонкий ободок нейроинтерфейса. — Это управление. На голоэкране будет прямая трансляция мыслей и образов, которые можно будет разобрать. Это все-таки не точная наука, в больше искусство. В отличии от Голди у него нет специального интерфейса для работы с мозгом напрямую. Что-то искин переведет, что-то нет. Но большинство информации мы получим напрямую.

— Даже так?

— Да.

Тут мое невежество было полным. Потому что вживую я с ними не сталкивался. Брейнфреймы в Российском Имперском доминионе были под строжайшим запретом. Это было прямо табу из табу. И наказание было одно — смертная казнь через повешение, самая позорная. Так что я просто читал про них в галанете и диву давался, кто по доброй воле готов служить после телесной смерти. Правда, ходили слухи о некоторых умерших после тяжелой и продолжительной, как всегда пишут в некрологах, но дело которых жило и развивалась. Ну да ладно, мне этого домучить надо.

— Спроси его имя, пригодится, — сказал я.

Дрилл отвела взгляд вверх, сосредоточилась, как будто вслушиваясь, кивнула.

— Зовут его… ее… Тьфу, короче Магнус Пролус, из Северноевропейского доминиона.

— Хорошо не Янис Пенис, — ухмыльнулся я.

— И должность у него — Карающая Длань Великого Магистра Ордена Темного Завета. Короче, наемный убийца-фанатик.

— Понятно. Кто бы сомневался, — хмыкнул я. — Что делал на Денебе?

— Великий Магистр приказал убрать еретика, своими ядовитыми речами отравляющего священные цели Темного Завета.

— Интересно, какие?

— Ну тут их довольно много, — сказала Дрилл, листая в уме память пленника. Так, кровью и железом искоренить… в жизнь претворить… всех еретиков сжечь… блюсти целомудрие и святость… Короче, стандартный набор догматов веры псевдорелигиозной секты. Ничего интересного, как всегда. Один мусор.

— А к нам почему прицепился?

— Увидел того человека, которого в принципе не может быть ни здесь, ни везде. Сильно удивился и решил проследить за ним лично. По идее, Феликс Орлов должен быть мертвее мертвого.

— Но что-то пошло не так, — констатировал я.

— Именно, — кивнула Дрилл.

— Спроси, он доложил об этом?

— Нет, — покачала она головой. — Во время выполнения задания связь они не используют.

— Ай, как хорошо! — довольно сказал я. — Ну просто праздник какой-то! А теперь, что у него там еще висит в мозгах? Я имею в виду, что мы сможем использовать на будущее, в оперативной игре?

— Явки, пароли, контакты и тэ дэ? — уточнила Дрилл.

— Вообще все. Любые воспоминания, относящиеся к делу, рабочие моменты…

— Чтобы получить все, надо на время стать им, получить его память полностью. Только вот один маленький нюанс…

— Какой? Став им, ты попробуешь меня зарезать? — усмехнулся я.

— До этого дело не дойдет, мотивации нет. Почему общение с брейнфреймами проводят только специально подготовленные операторы?

— Почему?

— Чтобы как раз этого не делать!!! — выдохнула она.

— Почему?

— Неужели непонятно? Во избежание, так сказать. Кто сказал, что чужие мозги в банке безопасны? Даже позитронные искины наших кораблей имеют свой норов и пытаются обрести личность.

— Бывает такое, — я вспомнил искина папиной яхты, который вроде как меня насторожил.

— А тут запертый в бачке унитаза чужой мозг со своими загребами и мыслями! Не все, кстати, хорошо переносят отделение от тела. Точнее, почти все. Некоторые сходят с ума окончательно, тех просто читают, как могут и побыстрее утилизируют. Так что злобный и мстительный чужой мозг может таких дел натворить, что лучше не надо. От легкого помешательства оператора до полного взятия его под контроль. А по поводу соединения личности… Его воспоминания станут моими и я начну путаться в своем прошлом. Так что лучше не стоит.

— А говорила, что подготовленный оператор… — подколол ее я.

— Про это и разговор. Профессионал знает, куда лезть не стоит и чего не надо делать. На то он и профессионал. Я солью все по

— Какие, например?

— Оперативные счета для работы агентов Темного Завета с номерами и паролями. Ого! Даже этому чудиле доступны такие суммы… Миллионы и миллионы! Видать, крупной шишкой оно было.

— И вот тут встает дилемма. Тиснуть все деньги и присвоить себе, или не трогать пока, не возбуждать владельцев? — сказал я.

— Все зависит от того, что вы хотите сделать в дальнейшем, — посмотрела на меня Дрилл. — Если сейчас взять, просто наказать их на бабки — это одно…

— Я хочу уничтожить их, — твердо сказал я. — Они не имеют право на жизнь и это решаю я.

— Тогда не трогаем… пока. Включу на автомат, и когда уже решите начать, милорд, счета автоматически переведутся к нам. Хотя есть риск, что они очухаются раньше в связи с потерей своего оперативника.

— Придется рискнуть, — вздохнул я жалостно. Уж очень аппетитные были суммы на карманные расходы.

Дрилл ответила таким же горестным вздохом. Ничего не поделаешь, придется немного подождать. Никуда от нас не денется, если…

— Нам надо ускориться, — сказал я. — Не собираюсь долго ждать. Чем быстрее я им отомщу, тем быстрее мы заберем их деньги. Так что вытаскивай все по максимуму и начнем безобразничать!

— Есть, командир! — отозвалась она, поправила обруч нейроина и закрыла глаза.

Глава 18

Разведчик стриго висел в поясе астероидов планетной системы сектантов. Богатая, однако, секта оказалась, смогла прикупить себе целую планету! Ни там тебе какой-нибудь вшивый планетоид или станцию, а целую планету земного типа. Правда, индекс биоопасности в этом сектантском раю зашкаливал — живность решила забить на их веру и Темный Завет, если они запрещают жрать таких вкусных, пухленьких и откормленных адептов!

Бедные эндемики! Они не знали, с кем связались! Всегда в истории упоротые верующие устраивали звиздык тем, кто был с ними не согласен и относился к их вере без малейшего почтения и тупого поклонения. От гугенотов до огромных зубастых тварей, любящих причаститься святой вкусняшкой! Короче, если фанатики за что-то берутся, это что-то либо опухает, либо исчезает. И, в результате великой и, несомненно, священной религиозной войны местного разлива, враг был схвачен и отхерачен. Точнее, истреблен под ноль.

Это было одно из тех знаний, которыми с нами поделился тот самый гладкий адепт Пролус. Знание как любопытное, так и бесполезное. Абсолютно. Для вопроса уничтожения Темного Завета, в смысле. Но вот другие знания…

Большинство их мы выгребли из корабельного искина. На «Ать-два». Почему так? Потому что это был демобилизованный армейский — точнее, флотский — искин, поставленный еще на верфях, со стапелей которых сошел этот МКР. И договориться с ним удалось хитрым способом — внушив ему, что он снова на действительной службе. Не знаю уж, как ему вынесли мозги наши две хакерши — Мэг и Голди — но теперь он отзывался на обращение «сержант» и четко отвечал на любой поставленный вопрос. Вот почему они провели на его борту столько времени — синапсы с нейронами ему крутили, если они, конечно у него есть. Все равно на базу не потащу, пускай в Пустоши болтается. И скучает.

Но вот все маршруты внутри системы, курсы для захода на объекты, карты минных полей и прочих пассивных систем защиты, пароли для ответчиков «свой-чужой» эт сетера он нам выдал. Бинго! Получить такую развединформацию, да за просто так — праздник какой-то! Разведчику выпадает такая удача раз в жизни. Ну, надеюсь, в этой жизни я не спалюсь так, как в прошлой, хотя там была не моя вина.

И, как водится, доверяй, но проверяй! В любом случае придется провести рекогносцировку для проверки и уточнения разведданных. Корабль перебазировали, спутники раннего оповещения передвинули, новое минное поле выставили… Да мало ли! Невозможно слепо полагаться на разведданные двухнедельной давности, надо провести разведку на местности.

А для этого что надо? Корабль! Причем не обычный, а тот, который стоит у меня на заднем дворе. Уникальный в своем роде разведчик расы стриго. Кто сказал «не на ходу?». Еще как на ходу! Дрилл поделилась с товарками найденными будущими ништяками, и у тех в глазах запрыгало. Примерно, как у дядюшки Скруджа. Только у того баксы в глазах вертелись, а у моих теток замелькали брюлики, платья, люксовые ховеры и прочие атрибуты красивой женской жизни.

Эх, как у них энтузиазм попер! Какие там героини-стахановки Даздраперма с Домной, они все нервно курят в сторонке! Тетки рванули так, что аж я охренел. Ну пускай. Все равно было уже все, что нужно — после визита на свалку и Денеб-6. Только прикрутить это на место и запустить тестовый прогон. Так что сутки тяжелого труда и корабль был готов. Пара кругов вокруг моего планетоида, проверка аппаратуры…

И мы вылетели к Санктуму, как сектанты назвали свою планету с претензией на оригинальность. Священное место, блин… Нет, нечестивое и поганое.

Планетная система, как ни странно, состояла всего из трех планет. И обитаемая была одна — первая, на расстоянии чуть больше астрономической единицы. Как раз входила в так называемую зону Златовласки или, проще говоря, обитаемости. Дальше — пояс астероидов, там, где мы сейчас висели, прикинувшись камушком. Еще дальше — планета-гигант вроде нашего Юпитера — «пылесоса солнечной системы», как его называют и примерно на том же месте, и карликовая планета вроде Плутона. Больше никаких неожиданностей. Кроме одной.

Чертов искин то ли запамятовал, то ли счел это неважным, но на геостационарной орбите обнаружился флот сектантов — легкий крейсер и два корвета. Нет, не супер, такой антик еще и не найдешь! Может, какого олдскульного пирата и прогонят… Если он сам на подобной калоше прилетит. Короче, столетнее старье. С мизерной, по нашим меркам, дальностью обнаружения и радиусом действия ракет. Не опасен. Остальной флот собирал бурую планетарную пыль на космодроме.

Я маялся от скуки, изо всех сил изображая из себя капитана. От меня пользы было ноль целых хрен десятых — только разве что в качестве надзирателя. А все три моих подчиненных тетки сидели за пультами, составляя свои карты, схемы или что там у космической разведки бывает. С них можно было писать картину «гарем за работой».

Летали пальцы над оптическими сенсорами, мигали экраны, а персонал обменивался короткими репликами.

— Посторонитесь, — встала Дрилл из-за своего пульта и села в кресло пилота.

Я не мешал

Хорошая, голубая такая планета. Нет, все-таки в толк не возьму, почему Империя не взяла ее себе? Хреновые какие-то государственники. Ну нам все равно.

На планете было пять поселений — четыре довольно мелких, больше похожих на поселки, и одно большое. Надо полагать, это столица, или как там она у них называется. Большой храм, больше похожий на дворец, небольшой городок, возникший возле него, возделанные поля… Идиллия, да и только!

А также космопорт и турели по всему периметру. Господа сектанты знали толк в обороне. Ну естественно, если поклоняешься Тьме и пытаешься заражать своей верой других, то вполне естественно, что за тобой придут. И могут хорошо спросить за беспредел.

Почему еще не спросили — да хрен его знает! Тот же самый флот клана Орловых разделал бы их, как бог черепаху, но вот почему-то не стал. Вероятно, опять договорнячки между кланами, называемые политикой. Это как всегда — солдаты гибнут, а вроде бы смертельные враги втихомолку торгуют друг с другом и соблюдают договорнячки. Этого не трогать, сюда не бить и вообще, дайте гарантии безопасности! Тьфу, блин! Смотреть противно.

Вот только я — вне закона. И ни с кем ни разговоров-договоров, ни столь любимых политиками договорнячков не будет. А, следовательно, у меня развязаны руки. И ноги тоже, вот ими бить и будем.

Дрилл переместила на газовых планетарах, не дающих отчетливого теплового следа, корабль на очередную намеченную точку съемки и опять уселась за пульт, продолжая свою работу. Так мы поболтались по системе раз восемь, и каждый раз у меня внизу холодело, что вот сейчас нач как схватят за… Нет, обошлось. Корабль-разведчик стриго под управлением разведчицы стриго успешно избежал обнаружения. Теперь Дрилл будет ходить гоголем, хорохорясь и хвастаясь. Пускай, заслужила.

В общем, после двенадцати часов фиксации мы тихо и спокойно вышли из системы и запрыгали в гипере, сбивая потенциальный хвост со следа. А я расслабился только тогда, когда открылся переходник шлюза на базе.

— Я в душ! — заявила Дрилл, понюхав свои подмышки.

— Не ты одна! — в один голос отчаянно завопили Мэг и Голди.

— Спинку намылить? — ухмыльнулся я.

— Мы обсудим этот вопрос, — заинтересованно посмотрела на меня Дрилл. — Втроем.

— Ну-ну, — только и мог сказать я. — После душа — в кают-компанию, думать будем.

— А вдруг мы задержимся? — подмигнула мне Дрилл и провела остреньким язычком по губам.

— Короче, жду через полчаса, — жестко отрубил я. — Со всеми разведданными. Время пошло.

Уложатся, никуда не денутся. Эта внешняя игривость — удовлетворение от хорошо выполненной работы. Апатия была бы куда хуже.

Так что когда через полчаса посвежевшие и весело щебечущие дамы впорхнули в кают- компанию, я вздохнул с облегчением. Морально — психологический климат в коллективе в норме, можно напрягать.

— Ну что, готовы к отчету? — спросил я у теток, еле подавив желание скаламбурить по поводу их душа.

— А то! — резво заявила Дрилл, как старшая по женскому общежитию.

— Отчет! — сказал я уже серьезно, и игривость теток вмиг улетучилась.

Дрилл положила карту памяти на считыватель, и над столом возникла голограмма системы испещренная пометками, разноцветными линиями курсов, неровными картофелинами зон действия радаров и прочее, и прочее.

— В общем, искин не соврал. Все то, что он добровольно выдал из своей памяти подтвердилось. Но обнаружились и новые элементы. В частности, флот сектантов.

— Твоя оценка?

— По флоту? Сами же знаете!

— Я попросил тебя. В отличие от вашего обучения, принцесса, мне тактику преподавали не в том объеме.

— Расстановка сил очень напоминает оборону Гиманека двухсотлетней давности. Флот этот — как первый рубеж обороны и приманка. Чтобы пока атакующий долбит крейсер и ведет маневренный бой, наземная оборона могла подготовиться к отражению атаки.

— И? — спросил я.

— Я уже сказала — двухсотлетней давности, — хмыкнула Дрилл. — Когда-то может быть это и работало, но теперь… На нашем трофейном эсминце альваро почти полные оружейные погреба совершенно свежих и очень умных ракет с двухсокилотонными боеголовками. Любая из них превратит не только этот крейсер в облако радиоактивного газа, но и любую крупную цель с напряженностью защитного поля современного линкора. То есть один выстрел — и все. При попадании, естественно.

— Что-то хило, — скривился я. — Раритеты…

— Как вы сами сказали — какой был, такой и купил. В империи как-то существует запрет продажи однотипных кораблей, находящихся в составе флота. И пока хоть одна единица этой серии на лету, вето действует. Не знаю, что там с имперским флотом сейчас, не интересовалась. Но судя по тому, что я сейчас вижу…

— Все печально, — констатировал я.

— Да, как-то так, — согласилась Дрилл.

— Ну и чем закончилось то сражение?

— Как это «чем»? Героической гибелью обороняющихся, естественно. Все-таки численный перевес имеет значение.

— А вот не проще было сразу по наземному форту ударить? Вся оборона пошла бы по…

— Так это же крейсер УРО, — просветила меня Дрилл. — По идее, в концепции применения прикрывает ордер противокосмической обороной. То есть больше заточен на перехват ракет «космос-космос» и «космос-поверхность». А учитывая его необъятные погреба с противоракетами…

— То есть, пока он на орбите, шансов у на нет? — констатировал я.

— Да, — кивнула она. — Голди провела инвентаризацию и составила список тяжелого управляемого вооружения. В общем, серьезного нет. Максимум — эльфийские противокорабельные «Атарико» с двухсоткилотонной боеголовкой.

— Как по мне — так звучит грозно, — покачал головой я.

— На самом деле — не очень. Зона полной аннигиляции всего полторы мили или два с половиной ваших километра, дальше уже опционально — кто загорит, кто хрустящей корочкой покроется. Это если у цели нет защитного поля. Как я говорила, для линкора, скорее всего, хватит. Но если брать мощный наземный комплекс с его генератором поля, то увы, это пшик. Так что…

— Ну и кто из нас кайфоломщик? — сказал я.

— Даже больше, — усмехнулась она. — И это надо сделать быстро.

— Я чего-то не знаю?

— Совсем забыла! — хлопнула она по лбу. — У них же там через три дня будет сборище адептов со всех планет, где эта зараза

— А что, мысль хорошая, — одобрил я. — Прихлопнуть всех тараканов одним тапком.

— Только весь вопрос в размере тапка, — скривилась Дрилл. У нас даже массированный залп вряд ли дойдет до поверхности планеты. И одна-две боеголовки средней мощности вряд ли что серьезное сделают. Значит…

— Нам нужны тапки побольше, — слегка изменил я классику американских боевиков. — Думаем, где их взять. Э, не надо с таким вожделением смотреть на меня!

— А кто из нас наследник оружейного магната и знает, что и где плохо лежит? — спросила Мэг.

— Ну, насчет наследника — не обольщайтесь ни сейчас, ни в будущем, — уточнил я. — Наследства меня точно лишат, так что — мимо. А по поводу где что плохо лежит — это тоже вопрос. Даже будь я наследником сейчас со всеми полномочиями. Мы говорим о планетарной бомбе на полсотни или сотню мегатонн. Да в арсеналах флота нет такого оружия. Эти спецбоеприпасы готовятся только по заказу…

— И делаются долго, — подхватила Дрилл.

— Ну вот тут ты неправа, — сказал я. — Сами-то пустышки в сборе есть в наличии, только загрузить туда делящийся материал. Дело нескольких дней. Но у нас даже пустышек нет. Так что взять неоткуда. И да, еще поимейте себе в виду, что у папашиного концерна отличная служба безопасности, рядом с которой контрразведка Империи в целом и ее доминионов в частности и рядом не лежала.

— Так уж и хороша? — усомнилась Дрилл.

— А ты попробуй, — усмехнулся я. — В принципе, еще придется столкнуться.

— Вот тогда и проверю!

— Ладно, не отвлекаемся от мозгового штурма, — призвал к порядку я. — Итак, нам нужно большой и крупный заряд планетарного класса. Где нам его взять? У вояк? Отпадает. Нападение на их арсенал и кража ставят нас в разряд врагов Короны, а это пожизненный звиздец. У папаши? Тоже отпадает. Готовой бомбы у него нет, а набор «Сделай сам и просто добавь квазария» меня не устраивает — у нас ни оборудования, ни квалификации для этого нет.

— Если бы было время, — сказала Дрилл, — можно было бы провести операцию, стравив клан Орловых с кем-нибудь и заставив его изготовить в процессе планетарную бомбу…

— Это даже я не знаю, как сделать, — сказал я. — Насколько я помню, клан только один раз за все время ее использовал и было это четыре сотни лет назад. И то, тогда время было неспокойное, шла речь о выживании клана, а сейчас…

— Взрыв обязательно должен быть кварковым или ядерным? — спросила с озадаченным лицом Мэг.

— Так, я вижу, что у тебя что-то есть! Колись!

— Да так… Кое-что из потенциального арсенала…

— Борцы за свободу собираются уничтожать планеты? — подколол я.

— Всегда готовы, — пожала она плечами. — Особенно, если это планеты Британского доминиона с английскими свиньями!

— Кровожадненько, — заметил я.

— Борьба за свободу требует жертв, — она опять повела плечом. — И желательно из врагов.

— Ну-ну, — сказал я.

Но посмотрев на ее лицо, я слегка ужаснулся. Это была маска самой смерти. Надо будет как-то держать ее в руках и выводить из этого состояния. Только мне не хватало безумцев, которым я даю в руки оружие!

— Как вы относитесь к геноциду?

— Смотря кого и что под этим понимать… — осторожно начал я.

— Мы только что это обсуждали. Ядерную или кварковую бомбардировку Санктума. Без учета жертв.

— Ну если их расчеловечить…

— Будем считать, что все они заражены смертельной болезнью и не должны выжить, чтобы заразить других. Так оно, в принципе, и есть. Только зараза религиозно-идеологическая, — сказала Дрилл.

— Так что ты предлагаешь? — спросил я.

— Уничтожить планету вместе с существами. Полностью.

— И как?

— Одни яйцеголовые из Британского доминиона задались целью уничтожить Нью-Белфаст. Мою родную планету.

— Целую планету?

— Да, — мотнула она рыжей гривой. — И основательно. Их прямо корежит от ненависти к ирландцам. Да, настолько, что даже слово «геноцид» их не остановит — а когда это их останавливало? Мой.народ они истребляли долго и с удовольствием, пока, наконец, мы не перебрались на свою планету, куда англичанам вход воспрещен.

— Я понял суть, — кивнул я. — И как же?

— Они собрали генератор Белой дыры. Слышали о таком?

Я присвистнул.

— Серьезно? — это в самом деле так и было.

— Да. Процесс неуправляем, дыра сразу же распадается, образуя что-то вроде Большого взрыва, но поменьше, насколько — не знаю.

— Почему же…

— Не применили? Испугались. Последствия могли быть в полном смысле катастрофические. Для доминиона. Империя бы обрушила на них всю свою мощь.

— И ты хочешь сказать…

— Что я знаю, где это сейчас лежит. И как забрать.

— Принято. Только не говори мне, что вы сами не подумывали его использовать, — усмехнулся я.

— Да. И горячие головы.до сих пор этого хотят. А мы его утилизируем, чтобы соблазна ни у кого не было!

— И это правильно, — кивнул я. — Ну что же, рассказывай…

Глава 19

На Нью-Лидс, планету Британского доминиона, мы высадились нелегально. Ну да, с нашими рожами и ДНК только пограничный контроль проходить! Чтобы сразу замигали полицейские экраны и включились сирены, вопя о том, что пара из галактического стоп-листа оказалась настолько наивна. Некто находящиеся в розыске княжич Феликс Орлов с длинным списком преступлений, в том числе и массовым убийством, и опаснейшая террористка Мэг Райан — или как там на самом деле ее зовут, так и не знаю — боевик Новой ИРА с руками не то, что по локоть в крови, а по макушку. Вот был бы подарок для спецслужб Российского Имперского и Британского доминионов! Просто праздник какой-то! Не для нас, естественно.

Нет, такой радости мы им не доставили. Дрилл, легко обманув систему планетарной обороны на своем корабле, высадила нас на окраине Нью-Лидса — столицы планеты с тем же названием. Прямо в знаменитую английскую грязь.

— Подождите, сейчас я сделаю один звонок, — Мэг поставила чемодан на обочину грунтовки и достала комм. — Алло, дядюшка Даг? Это Бренда. Да, да, здесь. Проездом. Что? Да, поняла! Хорошо, жду!

— Удачно? — спросил я.

—

Я не стал приставать к ней с расспросами. То, что она сказала мне до — что мы едем к главе ирландской общины Нью-Лидса и чтобы я помалкивал и слушал, говорить будет она. Ну что же, ок. Пусть говорит со своими собратьями по воспаленному революцией разуму.

Минут через пять перед нами затормозил грузовой ховер.

— Ты, что ли, Бренда? — высунул типичнейшую ирландскую рожу из окна водитель, молодой паренек лет двадцати. — Давай сюда. Эй, приятель, ты и чемоданы поедете в кузове, тут место только для леди!

Чемоданы я закинул в кузов с натугой. Да и хрен с тобой. А то, что тут картошку, похоже, возили — мелочи жизни, мы не настолько гордые. Просто штаны жалко, в земле извозятся.

Только почему-то мы поехали не в сторону города, а наоборот, от него. В даль зеленеющих полей, срущих на пастбище коров и прочих патриархальных сельских радостей.

Водила вез свою говновозку довольно агрессивно, на одном из лихих поворотов мне больно прилетело от чемодана. Шумахер, ля!

Так, скользя то вверх, то вниз моя задница подпрыгивала еще полчаса. Пока, наконец, вдали не показался дом. Да что там дом, настоящий манор, который я ну никак не ожидал увидеть здесь. Ничего так дачки местные строят!

Проехав по дороге между зарослями камыша, мы уперлись в большие кованые ворота, вделанные в высокую каменную ограду, сложенную из валунов, скрепленных между собой. Оригинальный у них ландшафтный дизайнер, только вот тупой. Пара кило семтекса снаружи и ограда превратится в царь-клеймор, ударив камешками ровно по дому. А если еще забабахать камуфлет из мешков с песком…

Водила забибикал, и ворота со страшным скрежетом открылись. Я покосился на Мэг, но она была абсолютно спокойна. Значит, можно и мне расслабиться.

Говновозка проехала еще метров сто и остановилась у дверей манора.

— Пойдемте, — вылез из кабины водила и перешел на другую сторону помочь вылезти Мэг. — Нет, багаж можете пока оставить, потом заберете.

Чуйка заворочалась и заворчала. Но раз Мэг спокойна, спокоен и я.

Мы вошли в дверь манора и… Вот оно что! Нас уже ждали со всем своим революционным нетерпением.

Комитет по встрече был довольно разнообразный. Тут и упитые рабочие с фермы — типичные и хрестоматийные Падди с красныи носом, и более похожие на чавсов — городскую шпану, и благообразные с виду джентльмены. И вся эта разношерстная компания целилась в нас из всего, что стреляет — от двустволок крупного калибра до десантных плазмеров, явно трофейных. Судя по тому, как они держали оружие, это было им не в новинку.

— Привет, Бренда. Ты знаешь правила, — сказал почти без ужасного ирландского акцента седой благообразный джентльмен.

— Знаю, — кивнула Мэг, или Бренда, или как там ее на самом деле звать.

Она сделала шаг вперед и положила ладонь на какой-то планшет. Сразу всплыло в памяти «клянетесь ли вы» и так далее, только обычно используют для этого холи байбл, в смысле библию, а не какое-то электропорно.

Планшет подумал и пискнул утвердительно, по крайней мере мне так показалось.

— Все в порядке. Теперь вы! — старикашка повернулся с планшетом ко мне.

Я скорчил самую недовольную из своих рож.

— Он чист, — сказала Мэг-Бренда. — Не паршивая английская свинья.

— А вот это мы сейчас и проверим! — очочки у чувака аж заблестели.

Ну да, явно последствия мужского климакса. Блестеть могут только очочки, а возбуждение наступает… Ну там у всех по-разному. У этого от поиска врагов из МИ-5 и Спецотдела. Паранойя наступает с возрастом, да…

— Проверка личности по полицейскому компьютеру. Недавно нам попал в руки доступ к базе всех агентов английских свиней и мы тут почистили ряды.

— А вдруг вы ошиблись? — спросил я.

— Они все сознались!

— Трудно не сознаться, когда тебе в жопу суют раскаленную кочергу и ты просто хочешь окончательно прекратить мучения, — хмыкнул я

— Довольно балакать, приятель! — вмешался водила, явно имевший вес в этом собрании уродов-революционеров. Лядский цирк и клоуны-дегенераты. А этот, похоже, сынок местного главнюка.

— Помолчи, Девлин! — рявкнул на него папаша. — Итак, мистер?

Я скорчил рожу, сделал шаг вперед и положил раскрытую ладонь на планшет. Вот гады, кровь берут! Я поморщился от укола в ладонь.

Планшет помолчал немного и так же немелодично пискнул, примерно как китайские часы. Седовласый посмотрел сначала на планшет — аж очки округлились, потом на меня, потом опять на экран…

— Что там? — потерял терпение Девлин. — Мочить его?

Тут папаша зыркнул на него так, что тому явно захотелось прикинуться ветошью и не отсвечивать.

— Ваша Светлость, — он кивнул, — рад приветствовать вас в нашей общине.- Расслабьтесь, ребята, это русский герцог Орлов-младший, тот самый.

— Вот это сюрприз! — сказал кто-то из толпы.

— Тот самый? — переспросил я.

— Тот, который спас Бренду от английских свиней и тот, чей клан дает нам и нашим братьям по борьбе оружие!

Вот тут я и сел на жопу. Во-первых, о таких вещах напрямую и среди всех не говорят. Во-вторых — да, контора еще во времена оные поддерживала национально- освободительные движения по всему миру. Не знаю, как там с ИРА, но ветераны рассказывали, как они пассажирскими рейсами перевозили лямы баксов африканским царькам, которые выучили слово «сицилизм» и поставили у себя в кабинете бюстик вождя мирового пролетариата. Ага, голодранцы усих краев, сгопайтесь! Поэтому Империя-эсэсэсэрия и рухнула, что голодранцев слишком много, а чемоданов с баксами мало.

Так что я не думаю, что папа снабжает их по собственной инициативе, явно госпрогрвмма от спецслужб Российской Империи и Государя Императора. Ну а что? Бритты с нами на ножах со времен Ивана Четвертого — это которого на Западе Грозным величают. Он их отодрал без вазелина, а они круто обиделись… Ну об этом сами прочтете, в сети полно. С тех пор англичанка гадила, гадит и будет гадить. Всегда. Ну а нормальные правители гадят ей — в эту игру можно играть вдвоем. Так что приятно, что у врагов бриттов наше новенькое оружие!

Но распространяться об этом не стоило. Так что мое мнение о местной общине резко упало вниз. Хотя оно и так было на нуле.

— Так что, добро пожаловать!

Спасибо, спасибо. Хуже криминального элемента, который у мусоров под колпаком, только «борцы за свободу». Эти уже

— Ну, что встали? — прикрикнул он на собравшихся. — Свободны!

Толпа стала рассасываться, пряча на ходу стволы. Остались только пара слуг и Девлин, с которым у меня сразу возникла антипатия. Ну это точно на почве ревности. Вон как он смотрит на Мэг-Бренду, а она на него — ноль внимания. Вот и причина для неприязни. Еще лучше, блин! Когда общее дело, да еще такое, все личное убирается подальше до лучших или худших времен. Личное отношение способно погубить все и всех. В общем, буду приглядывать за умственно отсталым.

— Ну что же, вы с дороги! — натянул улыбку доброго дядюшки Даг, или как его там на самом деле. — Располагайтесь!

— Мы бы и рады, — сказала Мэг. — Но время не ждет.

— Что же у вас за такое важное дело? — изобразил удивление Даг.

— Важное и очень секретное, — сказал я.

— Ну тогда пойдемте обговорим наверху, — он кивнул на лестницу на второй этаж.

— Только втроем, — предупредил я, тормознув Девлина, явно желавшего погреть уши со старшими.

— Да, Девлин, — спохватился Даг. — организуй пока нам хороший стол, у нас сегодня праздник, Бренда в гости приехала!

Гримаса Девлина удовлетворила меня полностью. Но вот теперь есть я буду опасаться, в моей тарелке может оказаться любая отрава — от яда до слабительного. О, кстати, насчет второго — это мысль! Надо влезть в свою походную аптечку!

Кабинет у Дага был знатный. Старинная мебель в отличном состоянии, портьеры, золоченые корешки книг в необъятных шкафах, в общем, мне понравились. Немного вычурно,.но без перебора.

— Присаживайтесь, гости дорогие! — он указал нам на исполинские мягкие кресла.

Ну почему все используют мягкую мебель как оружие, стараясь вывести собеседника из равновесия? Меня этим не проймешь. Ух, а кресло глубже, чем я ожидал! Я с удовольствием поерзал в нем, причем ноги так и не коснулись пола. Маленький мальчик сел на диванчик, яички висят, наливай сто пятьдесят!

Даг словно услышал мои мысли и потянулся к бару.

— Что вам налить, гости дорогие? Айриш, потин или еще что-нибудь? Может, настоящей русской водки? — это уже ко мне.

— Я вообще-то не пью, тем более водку. — сказал я, и это была чистая правда. — Но отказаться от настоящего ирландского виски…

Мэг лишь кивнула.

Даг кивнул и плеснул в роксы на палец, подал нам.

— Слаун-ше! — он отсалютовал нам бокалом.

— Слаун-ше! — ответил я ему и отпил маленький глоток ароматной золотистой влаги.

Вот действительно, пить не пью, а дегустировать люблю. Обычно одну рюмку могу час тянуть и интересует меня лишь вкус, а не опьянение. Этот виски был превосходен, расписывать уж не буду. Но такого в двух жизнях я еще не пробовал.

— Так какое дело привело вас ко мне? Бренда, ты сказала по закрытому каналу, что это разговор тет-а-тет.

— Так и есть, — кивнула она. — Мы хотим изъять Лунное Яйцо.

Дядюшка чуть своим вискарем не подавился.

— Вы… что? — выпучил он глаза.

— Нам нужно это оружие и мы хотим его применить, — сказал я.

Тут дядюшка дар речи потерял.

— Вы понимаете, что это такое?

— Примерно представляю, — ответил я. — Белая дыра, маленький Большой взрыв.

— Вы представляете себе последствия этого?

— Вполне, — кивнул я. — В моем случае — никаких. Просто мы уничтожим одну секту вместе со всей планетой, где та обитает. Этим мы окажем огромную услугу всему человечеству. А поскольку мы вне закона, как и они, это будет справедливо. Месть никто не отменял. Вот и все.

— Хотел бы я, чтобы это было так просто, — покачал головой он. — Мы не стали применять из-за многих факторов, которые всплыли бы сразу. Первый — тот, кто получит Лунное Яйцо, нарисует себе на спине мишень. Оружие, способное уничтожить планету или даже систему — это джокер. И сохранить его, не подставив всех, очень трудно.

— Я так понимаю, что был какой-то договорняк с бриттами…

— Достоверно я не знаю, — прервал он. — Ходили слухи, что свиньи обещали за это уничтожить всех — абсолютно всех — ирландцев под корень, а Нью-Белфаст выжечь дотла бомбардировкой с орбиты. Не разбираясь, как и мы бы могли выжечь Нью-Лондон. Поэтому, надо было рыть две могилы, и обе братские.

— Но ведь не только это остановило лидеров?

— Не только. Ирландцы стали бы изгоями во всей вселенной и те, кого не добили бы англичашки, носили бы потом проклятие народа на себе.

— Политика, — усмехнулся я. — Противоположность Сунь Цзы. Искусство договорняков.

— А что вы хотите? — спросил Даг. — Так и есть.

— То есть вы боретесь с англичанами понарошку, так, в полпинка? Время от времени сверяя позиции?

— Мальчишка! — не выдержал Даг. — И вообще это не ваше дело, вы не ирландец и не можете понять боль и гнев моего народа!

Где-то я уже это слышал. Ну-ну, не буду говорить, что я думаю по этому поводу, чтобы не вызывать бурление го… В смысле, международный скандал. А сказать мне есть чего, уж поверьте.

— Виноват, — я поднял ладони от подлокотников плюшевого пыточного инструмента. — Так вернемся к теме разговора. Как мне получить Лунное Яйцо? Я так понимаю, что Новая ИРА разработала план по захвату этого ценного артефакта, не так ли?

— Так, — с до сих пор оскорбленной рожей сказал он. — План давно разработан и готов.

— Значит, МИ-5 про него знает и ждет любителей поживиться, — усмехнулся я.

— Нет, — с сарказмом ответил он. — План вот здесь!

Он показал пальцем себе на висок, как будто пистолет стреляться поднес.

— То есть? — переспросил я.

— План готов, но только вот его детали знаю один лишь я. И если бы потребовалось узнать, что за план, я бы его не выдал. Правильно говорят — знают двое, знает и свинья. Я придерживаю эту информацию как раз на случай, когда надо будет изъять

— А сколько вы…

— За него хочу и за помощь тоже? — усмехнулся он. — Нисколько и буду только рад от него избавиться.

— Вот как? — удивился я.

— Это яблоко раздора, — сказал он, вновь наливая в бокалы чудо в жидком виде, по комнате поплыл божественный аромат. — Видите ли, не все согласны с решением оставить Британский доминион в целом и Нью-Лондон в частности в покое.

Он передал нам роксы с произведением ирландской души.

— Многие требуют осуществить план и вдарить по англичанам как следует, чтобы брызги полетели.

— Дрязги патриотов, — усмехнулся я. — Бойтесь турбопатриотов, эти одноклеточные с воем нарезают круги вокруг лампочки на потолке. Пока газетой не стукнешь.

— Именно! Вы меня прекрасно понимаете!

А то! Имел я счастье почитать сеть еще у себя и убедиться, что не все «патриоты» одинаково полезны. Некоторые тупые донельзя одноклеточные хайпожоры, смекнувшие, что можно сделать нехилый капиталец на настроениях в обществе, назвались «патриотами» и принялись качать тему. Вот только, господа, я патриот, а не идиот. И вашу лядскую натуру знаю. Вы не патриоты, вы говно.

— Исчезнет яблоко раздора, исчезнет и сам раздор! — продолжил он. — Отсутствие такого мощного фактора снизит градус накала борьбы между нашими сторонами и позволит установить статус-кво…

— Чтобы вы с лайми спокойно били друг друга совочками по панамкам, играя в песочнице? Иначе какой же смысл в существовании вашей НИРА? Резко радикальные шаги, способные поставить точку вместе с какой-то из сторон, не нужны никому. И прекращать нельзя — деньги и власть никто не отменял. Шоу должно продолжаться

— Вы удивительно циничны, Ваша Светлость!

— Я же упомянул, что патриот, а не идиот, — усмехнулся я. — И политологию изучал как в вузе, так и на практике. Так что все это видно и так. Но боязнь понять, что ты на самом деле видишь, заставляет людей совершать различные глупые поступки. Вроде уничтожения Нью-Лондона и ирландской резни. Никто себе не отдает отчёта, что после «гром победы, раздавайся!» и петь нечего?

Не знаю, как они тут веселятся, но в моем мире ИРА сложила оружие и перешла от вооруженной борьбы к политической. На этом все и кончилось.

— Вот теперь слушайте мой план, — сказал Даг. — Вы первые, с кем я им делюсь…

Глава 20

«Похмелялся сегодня с русскими. Лучше бы я умер вчера!» — примерно этот анекдот я вспомнил наутро. Ну тут бухали с щедрыми и гостеприимными ирландцами в их местном пабе для своих, куда чужие не ходят. Русские? А причем тут русские? Миф о суровых русских muzhik, пьющих vodka из samovar напрочь укоренился в сознании их обывателя. И это действительно миф. Водку из самовара у нас пьют ручные медведи, похмельно бродящие по улицам с утра.

Если уж на то пошло, серьезно, мы болтаемся между вторым и третьим десятком, уступив пальму первенства цивилизованным странам и народам. Те нажираются в сраную сисю, не забывая тыкать опухшим пальцем в нашу сторону, что ожидаемо. Иметь такую сомнительную славу никому не хочется.

Ну не об этом речь. А об утре, которое добрым быть не может по определению. Когда весь мир сьеживается до размеров больной черепной коробки, во рту словно коты понасцыкали, а каждое движение только усугубляет все это, какое же оно хорошее? Время от времени еще возникает желание исполнить рыголетто. В общем, как у классика — что такое хорошо и что такое плохо? Если утром хорошо — значит, выпил плохо, если выпил хорошо — значит, утром плохо…

И ведь ума палата! Можно подумать, первая пьянка в жизни, так нет! Нечего было потин с вискарем мешать и гинессом запивать! И вообще, состязаться с падди в искусстве выпивки могли, разве что, англичане. Правда, те пожиже, но жрут ее, родимую, особенно на халяву так, что надо потом выносить обоссанные храпящие тела. Сталкивался, и не раз. Да и вообще я их не люблю. Ни «старую добрую Англию», от которой несет, как от неопрятной старухи, ни лайми, зловредность и злокозненность которых вошли во все поговорки их соседей и бывших колоний.Но это так, к слову. Вечно с бодуна всякое в башку лезет!

Кое-как одевшись, я спустился со второго этажа манора в гостиную, где господа ирландцы преспокойно жрали свой завтрак так, как будто вчера крепче воды ничего и не пили. Меня же затошнило от одного запаха еды.

— Ваша Светлость! Не хотите ли присоединиться? — спросил Даг, показывая на накрытый стол.

Издевается, сука, что ли? Я еле сдержал рвотный позыв, предательски икнув.

— Его светлость болеть изволит! — произнесла Мэг, треская что-то за обе щеки. — Видите, он нежно-зеленого цвета под колер ирландского луга и глаза, как у бешеной селедки!

— Сейчас полечим!

— Лучше всего с похмелья жирная свинина и грязная пепельница, — ухмыльнувшись, заметила рыжая стерва.

Ну тут уже я не выдержал… почти. Даг подскочил ко мне с полстакашкой вискаря.

— Пей! Да не нюхай, рот открой и пей! Вот молодец! Мэг, еще одно слово — и завтракать на улице будешь.

— Хорошо, дядя! — картинно потупила она глазки, как приличная девочка.

Ага, приличная! Ну погоди, рыжая скотина, я тебе при случае устрою! Но мне действительно немного полегчало, а потом даже захорошело. И я, наконец, приступил к завтраку, параллельно осторожно пытаясь подумать о том, что узнал вчера от Дага.

Что смерть Кощеева в яйце, все в курсе? Промежуточные носители в виде утки и зайца отсутствуют. Бобби, или как их здесь называют пилеры, для этой цели не подходят. Хотя падди с удовольствием бы это проверили.

Что там еще по канону? Ага, сундук на вершине векового дуба. Да что уж так мелко, возьмем Игдрасиль, вот это уже наш размерчик! Масштабы-то другие! А вместо сундука пусть будет космическая станция, точнее, лаборатория, болтающаяся на орбите Нью-Лидса. Старая военная лаборатория, оставшаяся после войны с Альваро.

Ну да, войны между кланами и расами — дело обычное, надо же доминионам выпустить пар? Несмотря на то, что и те и другие — подданные Галактической Империи? Которая смотрит на это сквозь пальцы, пока это не вредит бизнес-интересам и существованию Империи? Для заигравшихся детишек в песочницу прибывают взрослые дяди с ударными флотами и объявляют ультиматум, после которого все сдаются, мирятся и опять

Так вот, хоть лаборатория была старая и когда-то военная, по назначению не работала, числилась на балансе флота Британского доминиона как вспомогательный объект. А, проще говоря, особое орбитальное хранилище. Склад того, что когда-то разработали, но вывозить не стали. А, собственно, почему бы и нет? Парит себе лаба в космосе, на орбите планеты и парит, есть не просит. Под прицелом станций орбитальной обороны. А доступ в космос это вам не просто так, особенно для бриттов.

Так что для доступа к станции нужно сначала найти корабль, потом чем-то занять две станции орбитальной обороны, потом пристыковаться под шквальным огнем защитного вооружения лаборатории — и дело в шляпе. Ах да, как это мы забыли! Внутри — последний рубеж обороны. Десяток космодесантников из Специальной Летной Службы. Да-да, тех самых, которые связаны с полетами только тем, что-либо взрывали корабли, либо прыгали с них.

Так что задача из «Всего ничего» становилась «чуть посложнее». И мне стало интересно, как местные дилетанты планируют ее решить.

— Корабль у нас есть, не проблема, — махнул рукой Даг. — И не один.

— Это — меньшая из проблем, — усмехнулся я. — Он и у меня есть. А что по станциям орбитальной обороны?

— Будут два брандера. Подойдут по разным поводам к станциям одновременно, выпустят по одному сюрпризу, которые, кстати, передал нам когда-то князь Орлов, и их нет.

— Бортовая защита?

— А вот здесь у нас вступает в силу то, что никто, кроме меня, не знает. На станции есть наш человек из обслуживающего персонала. Он позаботится и об отключении защитных систем и о доступе шаттла на станцию. После этого вы забираете приз, улетаете, а мы остаёмся, довольные тем, что соблазн исчез. Как вам такой план?

— У этого человека такой высокий уровень допуска?

— Выше некуда, — усмехнулся Даг. — Он уборщик.

А что, грамотно, молодцы! Хорошо придумали. Мы этой маской пользуемся часто. Ведь как обычный человек относится к настолько нижестоящему по служебной лестнице персоналу? Фи-фи-фи да фу-фу-фу, никто и звать никак, что там за двуногое насекомое? Уборщик? Не, мы таких не замечаем и даже не смотрим в их сторону! А в это время… Да что там говорить, хотя бы взять известную в узких кругах операцию, когда легендарному Испанцу — увы, мир его праху — удалось легко и просто провернуть все дела в банке под этой личиной!

А что до плана… Это не план, дядя, это так, мозговой онанизм на уровне сотрясания воздуха, что очень распространено у всяких там революционеров, борцов за свободу и прочих шатателей режыма. Ну пусть думает, что он меня убедил. Ох уж эти любители из кружка очумелых юных политологов! Понапридумывают себе…

— Слишком много «если», — ответил я. — И требует постоянного ручного управления.

— Вы здесь, и я тоже, — хмыкнул он. — Вдвоем как-нибудь справимся. А боевая ячейка поможет.

— Ладно, а вам какие бонусы? — сказал я. — Не только же избавиться от такого жупела, не так ли?

— Так, — кивнул он. — Возглавить фракцию, которая… А, в принципе это неважно, это наша кухня.

— Короче, набрать очки?

— Вы удивительно догадливы, — кивнул он.

— А что станут с теми, кто засветится с нами на станции?

— Они просто исчезнут. Прыгнут в гипер на одном из кораблей и отправятся по своим делам. Куда — не скажу, вам этого знать не надо.

— Пожалуй, — согласился я. — Хорошо, завтра мы обсудим его в деталях, а пока…

— А пока — давайте праздновать! — предложил Даг.

— Давайте, — согласился я, чтобы наутро дико пожалеть об этом.

С Мэг нам удалось уединиться намного позже. Когда слишком навязчивый хозяин разрешил нам погулять по окрестностям. И когда мы нашли укрытие, где нас трудно было прослушать, мы смогли поговорить.

— Ты ему доверяешь? — спросил я ее.

— Ну… так, — замялась она. — Я знаю его с детства, он друг моих родителей. Здесь я жила некоторое время, он приютил меня, когда они погибли.

— Бренда? — с усмешкой сказал я.

— Зовите, как хотите, милорд. Роли это не играет, — отмахнулась она.

— Пусть будет Мэг, как я привык.

— Пусть, — согласилась она. — Тем более, все, и даже я к этому привыкли.

— Что скажешь про его план?

— Обычный план сопротивления.

— Слабоумие и отвага, все на соплях, — сказал я.

— Но иногда это работает! — сказала она с легкой обидой в голосе. — Никто из местных Сандхерст не кончал, все самоучки! Закаленные в реальной борьбе.

— Вот это-то и плохо, — покачал головой я. — Так вы не добьетесь свободы от английской короны.

— А как иначе?

— Через политику, — я вспомнил свой мир. — Дело это не быстрое и бойцы нужны будут не со штурмовой винтовкой и бомбой, а с университетским образованием и портфелем с документами. В палату Лордов им, конечно, не пробиться, хотя…

— Большинство из наших не приемлет таких методов, — покачала головой она.

— Ну а ты?

— Скажем так, я приемлю насилие только там, где это оправдано.

— А сейчас?

— Да. И незачем меня пытать. Так что думаете? План туп и провален, даже я это вижу,.- вздохнула она.

— Это не значит, что мы не примем в нем участия, — ухмыльнулся я. — Только вот с нашими правками.

— Надо обсудить это с Дагом, — начала было она.

— Нет, — сказал я.

— Почему? — недоуменно спросила она.

— А как ты думаешь? — спросил ее я. — План — говно, дыра на дыре из сплошных «если». И они никогда не сбудутся. Все должно идти по плану, а пойдет по… Ну, короче, ясно.

— А тогда стоит ли в этом участвовать?

— Пусть ребята поразвлекутся, — хмыкнул я. — Боевой дух поднимут, потом какую-нибудь песню сочинят про эту эпическую битву при Лидсе.

— Зря вы так…

— Нет, Мэг, не зря. Запомни, мы — сами по себе, и союзники у нас только ситуативные. Сторону мы не выбираем, а ею являемся. Вот, например, ты больше не горишь рвением умереть за свободную Ирландию. А почему? Нет, конечно та искра, которую в тебе раздували два десятка лет не

— Не хочу об этом сейчас говорить, но кое-что изменилось, да, — с кислой миной сказала она. — Так что мы будем делать?

— Прикидывать хрен к носу, — вздохнул я.

— С вот этим будет легче? — она дала мне квадратик карты размером с ноготь.

— Что это? — спросил я.

— Все то, что нашлось у Дага на эту станцию. Планы, описания, протоколы на все случаи жизни, документация…

— И как? — ошеломленно спросил я.

— Пока некоторые жрут односолодовый ирландский вискарь, малопьющая ирландская же дева с навыками… короче, необходимыми, шарит по компьютеру местного руководства с использованием его биометрии.

— Только не говори мне, что для входа он использовал…

— Нет, милорд, отпечатки только пальцев, то прикладывают одни лишь фрики, — она показала мне прозрачную накладку на палец. — И надо же, в папке с названием «Достопримечательности» нашлось полное описание, даже не зашифрованное…

— Что довольно странно, — хмыкнул я.

— Старый принцип прятать все на виду. Любой скрытый файл возбуждает человеческое любопытство, а зашифрованный — и того больше. А когда все это на виду с невинным названием — это скучно и неинтересно.

— Передам это Дрилл с Голди. В моем плане они играют большую роль.

— А какой план-то?

— Давай прикинем. Нам нужно попасть на станцию без проблем, и без шума. Если, как утверждает Даг, у него в команде свой человек, то как раз пыли и шума не будет.

— В смысле, на станции не будет, а в самой системе будет стоять шухер после взрыва двух станций планетарной обороны?

— И вот тебе корректировка плана номер один. Мы не можем ждать милостей от природы, а от Дага — чудес. Вероятность, что его обещанные брандеры доберутся до станций — околонулевая.

— Ну да, низкоскоростная крупная цель для станции — ничто, любой энсин собьет ее задней левой ногой, даже не напрягаясь.

— А противокорабельная ракета Альваро?

— Вот эту вряд ли, — тряхнула своей рыжей копной волос Мэг. — Особенно последний вариант, который в погребах нашего трофейного фрегата. Он как раз рассчитан на противодействие устаревшим системам РЭБ, использовавшимся в том самом конфликте между Британским доминионом и Альваро. Покроет, как бык овцу.

— Значит, прикрытие будут делать Голди и Дрилл на фрегате. Жалко, конечно, ракет…

— И ничего не жалко! — неожиданно запротестовала Мэг. — Если уж мы забираем себе их ультимо рацио, то надо преподать английским свиньям урок! Или вы против?

Ее глаза опасно сузились.

— Я только за! — поспешно сказал я. — Англичан я люблю не больше тебя, к тому же у меня к ним старые счеты.

— Вот и я про то же. Как и любая другая честная ирландка. А то, что пара сотен свиней покувыркается в космосе — так я бы и билеты на такое зрелище купила.

Кровожадненько, ага. Зато честно.

— Так, значит с прикрытием разобрались, — подбил бабки я. — Дальше у нас проникновение на станцию, бой с элитным английским спецназом…

Вот что-что, а недооценка противника и закидывание его шапками-содомитками — удел одноклеточных ухарей-турбопатриотов. Те готовы и жопой «Абрамс» остановить, сидя на диване и патриотично попивая расово верную водяру. Поэтому таких не берут в космонавты. И в спецназ тоже. В том числе и тот, который режется с САС.

Не буду много описывать — сами почитаете. Но нам предстоит схватка с элитой. Надеюсь, у ирландских горе-патриотов боевые навыки лучше, чем питейные. Хотя вряд ли. Ничего, как все патриоты пойдут вперед и героически лягут вперед ногами, исполнив долг боевого мяса.

— Я не думаю, что кто-то выживет, — покачала головой Мэг. — Британский спецназ я знаю, это звери. Как с точки зрения боевых качеств, так и морально.

— Главное — наша задача, — сказал я. — Как там говорил один штатовский презик -древо свободы нужно поливать кровью патриотов.

— Вы так спокойно об этом говорите…

— Когда-нибудь я расскажу о себе. В том числе, что значит печать Кракшаада на моей груди. А кстати, сасовцы хоть немного владеют магией?

— Обязательно. Начальная магическая подготовка проходится в любом спецподразделении.

— В таком случае их ожидает сюрприз, — ухмыльнулся я. — Ладно, твое мнение как спеца по кораблям. Как мы сможем уйти? Стыковка нужна?

— Ну станции я не разбирала, но можно. А можно проще. На фрегате есть абордажный рукав, а на.станции, хоть и присутствует для этого легкий корпус, есть места, где можно пробить обшивку и легко попасть внутрь.

— Прямо-таки и легко? — усомнился я.

— С фрегатом — да.

— Хорошо. Принято, — кивнул я. — Но катать революционно озабоченную штурмовую группу я не собираюсь. А то решат, что фрегат им больше подходит для продолжения революционной борьбы…

— Я согласна. Никто из них на борт не войдет, — кивнула она.

А лучший способ, подумал про себя я, это если некому будет на борт войти. Подумаешь, умрут за свободу, за стаканом потина они все так говорят. Речистые эти падди… Говорливые такие… Шанс у них есть и большой. Вот и реализуют.

— В общих чертах решили, — сказал я. — Осталось передать только это на базу…

— У Дага есть гипер. Вечерком когда он напьется, я им воспользуюсь. Ну что, опять в бар? — подмигнула мне она.

Я содрогнулся. Пусть у меня молодая и здоровая не в смысле размера печень, алкогольный экстремизм ирландцев я выдержать не мог. Коматозить каждый день — это еще пережить надо. Я — пас.

— Ну и зря, — надула губки она. — По кружке доброго эля не повредит. Легенде тоже.

— Если я станцую на столе в неглиже — твоя вина!

— Этого я бы видеть не хотела, — сказала она, а потом переместила взгляд ниже пояса. Моего. — Хотя…

— Все, замяли, — я почувствовал, что неожиданно краснею. — За работу!

— Вот так всегда, — разочарованно сказала Мэг. — А все так хорошо начиналось…

Глава 21

В космическом грузовике было темно, тесно и пахло застарелым навозом, а на полу еще валялась солома и прочая грязь. Через

На следующее утро, назначенное для операции, присутствующие встали рано и были трезвыми, хотя и с перегаром. Но тут уже над некоторыми поработал «пылесос» — хитрые таблетки от похмелья, которые по действию сами были еще те. Выдержать их — да это похуже бодуна будет, но зато длится минуты три-четыре. За это время тебя будет трясти, плющить и колбасить, пока молекулы таблетки будут искать и уничтожать ацетальдегид и прочие продукты распада. После этого тебя резко потянет в туалет, где измученные почки наконец-то выделят из себя то, что у тебя в крови. Ах да, тебе покажется, что ссышь кипятком, но это уже мелочи — последний штрих, так сказать. Но он может и оказаться последним в полном смысле — почки могут и не выдержать.

Самым трезвым и бодрым был я. Вчера без экстрима потягивал эль, поэтому сегодня был чист, как стеклышко — уж не ударную дозу мои наниты разложили на раз. Вот ведь запрограммировали их, что практически не реагируют на алкоголь, позволяя хозяину нажираться! И правда, какой толк в жизни без иногда — очень редко — экстремальной пьянки?

— А где все? — спросил я, спустившись к завтраку.

За столом сидели только Даг и Мэг.

— Уже на месте. Встретят нас на летном поле, — сказал Даг. — Там же получите оружие и снаряжение.

— Я так понимаю, что вы не летите? — спросил я у него.

— Правильно понимаете, — кивнул он. — Боец из меня никакой, я лучше буду координировать и направлять.

Ну что же, иного ответа я и не ожидал. Политики — они такие политики… Пусть довольствуется ролью руководящей и направляющей. Ему это больше нравится. Посмотрим, как получится…

А выезд получился что надо. Экипаж у нас был я те дам — ховер «Бентли», революционер деньги на комфорте не экономил. Правда, этот дизайн, нечто среднее между надгробием и Вестминстером — в жизни бы такое мегаугребище за мегабабки не купил бы. Это у меня еще одна причина ненавидеть лайми. Как и нелепый французский автопром, машины у которого вырублены топором по обкурке — это номер один на конкурсе уродства.

Наш рыдван катил по улицам Нью-Лидса, как баржа по каналу. Водитель, видимо, чувствовал себя капитаном этой лайбы, степенно и плавно поворачивая руль, словно штурвал парохода. Но в центр города мы не поехали — шофер выбрал маршрут по задворкам, к грузовому космопорту. Собственно, все космопорты, за исключением столичных, есть грузовые с небольшими пассажирскими причалами. Это не аэровокзал для местных перевозок, которые довольно развиты на любой планете.

Когда мы подъехали к летному полю, я поразился огромному количеству шаттлов всех мастей, сновавших туда-сюда. В основном вверх и вниз. До орбиты и назад. Вполне естественно — большинство из крупного тоннажа не то, что сесть на планету не могут, а теоретически для этого не предназначены. Строить огромный корабль, защищенный по последнему слову и имеющий обшивку для входа в атмосферу — просто безумие. Больше половины стоимости и веса уйдет только на эту теплозащиту и генераторы поля высокой плотности. Гораздо проще строить рейсовые суда из пункта А в пункт Б, а загружать их с помощью вот таких вот юрких, не особо больших шаттлов. Хотя некоторые из них размером с крейсер, не такой уж и маленький.

— Теперь поняли, почему довольно просто проскользнуть незамеченными? — усмехнулся Даг. — При таком орбитальном траффике это несложно.

— Дай-то бог, — сказал я.

— Главное, самим не сплоховать, — ответил Даг и постучал щегольской тростью в бронестекло, отделяющее водителя от салона.

Тот кивнул и тормознул у самых границ летного поля.

— Корабль найдете сами. Не хочу облегчать задачу мусорам. Прощайте, господа!

— И вам того же, — сказал я, выбираясь через проем двери и подавая руку Мэг.

Бронированная дверь закрылась, машина мягко взяла с места и укатила,.лишь слегка покачиваясь на подушках антиграва.

— И как он собирается отмазаться от этого дела? — хмыкнул я.

— Значит, знает, как, — повела плечом Мэг. — Кстати, высадил нас в том месте, где нет камер.

— Ага, а то, что мы будем дорогу спрашивать, он не побоялся?

— А мы не будем, — показала она свой коммуникатор с картой взлетного поля и стрелочкой. — Кто-то вчера все-таки перебрал до потери памяти?

— Просто запамятовал, — попробовал я оправдаться.

— Идем? — просто спросила Мэг, подхватив свой чемодан.

— Идем, — согласился я.

И мы пошли по летному полю. Мэг вела по компасу, а я глазел по сторонам. Главное, не закончить глупо свою вторую жизнь под пятиметровыми колесами вон того огромного космодромного буксира, без малейшего усилия таскающего тяжелые атмосферники по летному полю, или вон того грузовика размером с дом, волокущего за собой прицепы с контейнерами.

Рядом взлетел шаттл, подняв тучу пыли, заставив Мэг придержать свою шляпку, а меня зажмуриться. Ну а что вы хотели? Мы, вообще-то, по грузовому летному полю идем, не по пассажирской зоне.

— А вот и наш транспорт, — сказала Мэг.

— Да уж, — протянул я.

Это был не шаттл, но более крупное его подобие. Обычный классический грузовик класса «Транспортер», используемый для внутрисистемных перелетов, хотя и имеющий слабый гипердрайв. Снаружи он мне не понравился сразу — рыдван рыдваном, средней степени ушатанности. Никакого изящества и намека на дизайн. Ну да ладно, до цели бы добраться.

Подпирая каркас кормового лацпорта, в проеме стоял Девлин. Он смерил нас с ног до головы весьма неприязненным взглядом.

— Не знаю, почему Даг вас прислал, но вы мне не нужны, — сказал он.

— И вас с добрым утром, — хмыкнул я. — Мы пройдём?

Он посторонился, и я втащил наши с Мэг тяжелые чемоданы внутрь. Вот тут-то я и понял, как все запущено. Грязный трюм, подслеповатые мелкие иллюминаторы, продавленные десантные кресла по бокам, загон для скота в центре…

— Это что, мать твою? — вырвалось у меня.

— Скотовозка, — сказала Мэг.

—

— Ну надо же иногда и скот возить. Вот и возят понемногу.

— Да… — сказать мне было нечего.

— Вы будете умничаль или займете свои места? — вмешался Девлин.

— Сейчас, только переоденемся! — и рыжая, нисколько не стесняясь рассевшихся в креслах мужиков стянула платье, оставшись в маленьких трусиках и не менее символическом лифчике.

Вздох прокатился по трюму. А когда она наклонилась к чемодану, вздох стал еще громче, а кто-то даже застонал.

Мэг сноровисто натянула легкий штурмовой скаф — практика сказывалась — и спокойно, поправив ворот, взяла из чемодана десантный плазмер «Орлофф-рапид» последней модели. Вызвав завистливые взгляды мамкиных революционеров.Так что обещанное Дагом оружие и снаряжение так и осталось лежать в кофрах — свое-то получше будет.

Вздох по обтянутой скафом в облипку великолепной фигурке был тише.

— Я готова! — заявила она, подошла к свободному креслу, села, опустив дугу безопасности.

Я тоже переоделся вслед за ней. Только в этот раз вздохов не было, и слава богу. А то как подумаешь, кто и как страхует тебя сзади…

— Все готовы? — для проформы спросил Девлин и наклонился к интеркому на переборке. — Взлетаем!

— Есть! — послышалось оттуда.

Натужно загудели сервомоторы, и лацпорт закрылся с лязгом и грохотом запоров. Потом раздалось знакомое гудение, вибрация, и пейзаж в иллюминаторе исчез — только коричневая пыль. Удел всех открытых космодромов.

Я почувствовал знакомые перегрузки, а потом иллюминатор очистился и выглянуло местное солнце.

Пилоту я бы навешал люлей — он правил кораблем так, что, если бы не страховка, мы бы летали по салону, как мячики. Не, я все понимаю — десантная подготовка, противозенитные маневры и выброска десанта под огнем требует резвости, но не сейчас же! Судя по нежно-зеленым рожам соседей, не все были в восторге от виртуозности пилота. Не все еще переварили «пылесос».

Загудели сильнее старые натруженные гравикомпенсаторы — мы вышли на низкую орбиту.

— Мальчики и девочки, приветствую вас на борту Ирландских Республиканских Авиалиний, — раздался гнусавый голос пилота из ушатанного интеркома с продавленной мембраной. Точка «А» пройдена, мы успешно вышли на околоземную орбиту и при этом не развалились. Надеюсь, вы не умножили запасы дерьма в загоне. Нет? Все еще впереди! В смысле, точка «Б». А пока можете прильнуть к иллюминаторам — ожидается салют и файр-шоу, следите за летающими свинарниками!

Что на летающий свинарник больше был похож этот транспортник, чем станция противокосмической планетарной обороны, он скромно умолчал.

А вон, кстати, и та станция. Нужно только ждать, куда смотреть. Вон на ту искорку больше остальных, сияющую в солнечном свете.

— Итак, дамы и господа, внимание, барабанный бой! — не умолкал пилот. — И…

Бахнуло так, что в космосе зажегся на мгновение огромный огненный шар, но… Далеко от станции.

— Ничего не понимаю, — забормотал пилот. — Она цела…

А я веселился от души. Любители, как есть насквозь любители. Даже если и никто не сдал — хотя обычно эти ячейки нашпигованы агентурой контрразведки — корабль, идущий курсом на столкновение, будет уничтожен раньше, чем сможет подойти на нужную дистанцию. Все, садись, два.

— Похоже, наша прогулка откладывается…

И тут что-то сверкнуло, а голубой шарик кваркового разрыва был побольше. На месте станции. Ага, тут вам не здесь! Это вам урок, что никогда нельзя все делать на авось, надеясь на удачу. Только вот я на нее не надеюсь, насмотрелся. Вот противокорабельная ракета альваро, вылетевшая из гипера прямо перед самой станцией — самое оно. Заменяет красные пролетарские шаровары и коммунарское «Даешь!», или что там у них с поправкой на местный ирландский колорит.

— Ничего не понимаю, — растерянно пробормотал пилот. — Станция уничтожена… И вторая тоже! А значит, господа и дамы, наша прогулка продолжается!

Боевики зашумели, обмениваясь новостями. И лишь Девлин зло покосился на меня. Я в ответ лишь весело ему подмигнул. Все равно он все понял. Единственное, хватит ли у него шариков вести себя хорошо?

Ну а в орбитальном пространстве творился ад — корабли снимались со стоянок, шаттлы и прочая мелочь метались, как мальки по мелководью, короче, творился хаос. Люблю суету навести…

— Дамы и господа, подлетное время до станции — десять минут, — опять ожил интерком. — Можете пока покурить, а вот отстегивать ремни не стоит, можно больно удариться и так отбитой головкой.

Курить, естественно, никто не стал. Вместо этого все начали еще раз проверять оружие — а как же еще мандраж перед схваткой снять? Я тоже для порядка пощелкал предохранителем, хотя оружие было проверено и обслужено заранее. Не люблю сюрпризов. Точнее, не люблю сюрпризов для себя, но устраивать их — обожаю. В чем скоро борцуны за свободу убедятся, если будут себя плохо вести.

— Внимание, штурмовой группе занять свои места, — опять ожил интерком. — Двадцать секунд до касания…

Боевики деловито и без малейшей капли суеты покидали свои места, поднимали оружие, организовывали боевое построение… Как будто занимались этим постоянно. А, видимо, так оно и было! То-то некоторые корабли не доходят до порта назначения… А борцуны не бедствуют… Неплохая идея — подвести идеологическую базу под пиратство! Главное — свежая.

— Малыш Вилли, — кивнул на гермодверь Девлин.

Когда верзила два с лихуем метра ростом и шире меня раза в два не только в плечах встал из кресла, потолок в трюме как бы стал намного ниже. Это человекообразное взяло в левую руку лежавший в ногах бронещит. Причем аксессуар этот был из самой настоящей стали, а на нем навешаны лампы стробоскопа. Но милостей от природы Малыш не ждал, поэтому озаботился в правую руку взять револьверный гранатомет.

— Не круто ли? — озвучил я мысли вслух. — Все покоцает…

До ответа снизошла только Мэг, остальные как — то на меня подзабили.

— Там светозвуковые, — кивнула она на Малыша.

— Спасибо, что предупредила, — кивнул я, отворачиваясь и зажимая уши. Шлем скафа надевать не хотелось.

— Раз, два, три! — и двое штурмовиков повернули ворот двери

До счета «четыре» не дошло. Я даже сквозь зажатые уши услышал звук выстрелов и уханье ракетницы, а уж взрывы… Ни разу не попадали под такую гранату? Зайчик в глазах у вас будет сверкать неделю, а ушки слышать начнут не раньше. А если их шесть разом? То-то же!

Когда выстрелы и уханье прекратилось, я повернулся. Штурмовики уже отвалили тяжелую гермодверь настежь и вбегали туда с

Первый коридор, метров десять до т-образной развилки преодолели очень быстро — оказывать сопротивление было уже некому, шестеро охранников лежали на полу. Трупы, в смысле, живых сыны Свободы за собой не оставляли — как-то некомильфотно. А вот дальше, как говорится, что-то пошло не так.

Зачем нужна была эта перекладина в букве «Т» — совсем непонятно. Потому что с одной стороны она была глухая, а дверь только с другой. Добротная такая дверь, серьезная. Не уступающая шлюзовой.

— Ну все, приехали, — сказал я.

— Еще не приехали. Мэг?

Мэг быстро осмотрела дверь, кое-где постукала, кое-где поскребла ногтем.

— Стандартная шлюзовая дверь, рассчитанная на абсолютный вакуум и физическое воздействие четвертого класса.

— Открыть ее можно? — перебил Девлин.

— Открыть можно все, — она попробовала провернуть штурвал, но он не поддавался. Видимо, кто-то умный применил высокие технологии — засунул в штурвал с той стороны лом. — Но вот только это займет пару часов, а у нас их нет. Полиция свиней будет здесь через четверть часа.

— Блин, понаделают со всех сторон дверей, чтобы честных людей не впускать! — он стукнул кулаком по двери.

— Или кого-то не выпускать…- начал я, и переглянулся с Мэг…

Мы успели активировать «пузыри» — есть такая штука на штурмовых скафах. Когда не хочется или не надо надевать шлем, но требуется срочная защита от газов или прочих не полезных для здоровья агентов, запрограммированная умная материя в воротнике-горловине при активации выращивает из себя пузырь, как раньше на картинках рисовали. Да, примерно такой. Все хорошо, но вот стоила эта штука дохрена и больше, как и все, что связано с умняшкой.

И, похоже, была она только у нас с Мэг и у Девлина. Поэтому, когда в коридор потек красный туман, заволакивающий все, пузыри отсекли его от лиц. А вот остальным бойцам не повезло, и им досталось по полной. Скорее всего, это был какой-то биологический агент — при попадании на кожу и все остальное он на глазах разлагал ткани, как серная кислота. Чего только в космосе не встретишь…

Да, находиться среди агонизирующих, раздирающих себе лица в болевом безумии как-то не очень… Придется и это стерпеть. Но миссия, похоже, срывалась. Пора вызывать кавалерию! Я, не обращая внимания на умирающих, достал коммуникатор и нажал на кнопку, отсылая сообщение. И тут же пришел ответ. Осталось только ждать.

Подождем твою маму, подождем твою мать! Точнее, не твою, но это уже мелочи.

Глава 22

А Девлин, похоже, сломался. Выронив плазмер, он упал на колени перед одним из своих людей. Понимаю. Редко кто не помутится рассудком, глядя, как умирают соратники и друзья, да еще такой страшной смертью! Главное, чтобы это помутнение прошло по-быстрому, не оставив заметных следов. Некогда нам ПТСР лечить, воевать надо.

— Ну что, мразь, не все передохли? — раздался голос из скрытого динамика в коридоре.

О, этот акцент кокни я всегда узнаю! Ненавижу, потому что. Может, поменьше, чем ирландцы, но тоже достаточно.

— Сейчас прилетит спецназ и вам п…ц, ирландские свиньи! — сказал он голосом, полным торжествующего идиотизма.

— Сперва доживи! — сказал я ему с его же акцентом.

— О, у нас тут свинья из Ист-Энда? — изумился тот. — С тобой, предателем, у нас будет длинный разговор!

— Ну так выходи, поговорим! О том что я имел вашу маму-королеву в ее лошадиную рожу!

— Ах ты…, — и дальше пошел набор непереводимых идиоматических выражений в мой адрес.

Не знаю, почему, но большинство бриттов просто на говно исходят, если прокатиться по их монархии и монарху. Вот такая у них слабость. А что я с этого имел, кроме подразнить англичашку — это чтобы он не посмотрел на радар ближнего обзора или чего у них там. Да еще тянул время. А побесить злобное животное, которое сейчас не может выйти из клетки и сейчас доходит до белого каления — почему нет?

Я затянул песенку про королеву от «Секс Пистолс», вызвав взрыв мата у неблагодарного слушателя.

И тут станцию ощутимо тряхнуло, раздался лязг захватов и скрежет обшивки.

— Что за…- успел сказать англичашка и отключил трансляцию.

Я хитро улыбнулся и подмигнул Девлину. Он непонимающе посмотрел на меня. Что-что, абордажный модуль альваро, вот что. Таких у меня на трофейном фрегате — пол-ангара. Шли в комплекте, крутая штучка.

Бронированная крыса из какой-то там стали, оборудована для силового проникновения внутрь вражеских судов снаружи. Есть отсек на двенадцать абордажников — как раз две звезды эльфов и приданные им маги. А уж вскрыть обшивку какого-то летающего сортира — да это просто оскорбление, она на линкоры рассчитана. И, увы, дюжины десантников там нет. Только Дрилл, едина во всех лицах. Но я бы сказал, что это еще круче. И пленных тоже не берет.

— Что теперь? — спросил Девлин.

— Ждем! — весело ответил я. — Минут пять примерно.

И я взглянул на часы.

Я, как всегда, ошибся. Через четыре минуты лязгнули засовы, и дверь начала медленно открываться.

— Ну? Скоро вы? — в коридор выглянула мордашка Дрилл, перепачканная красным, и это был явно не джем. — Да, я не одета. Так что кто будет бесплатно глазеть, тому яйца отхвачу.

— Она может, — подтвердил я.

Девлин зыркнул на меня, но ничего не сказал. И мы приняли приглашение Дрилл.

Мдя, намусорила она тут изрядно. Я, конечно, знаю, что стриго в гневе страшен, но…

Разорванные куски мяса с клочками тряпок, висящие на пульте кишки, все забрызгано кровью. Кто сказал «сладкий запах победы»? Ну да, кровью, дерьмом и желчью, а также прочими соками человеческого организма, выпущенными наружу.

Девлина аж вытошнило прямо на пол.

— Слабый он какой-то у вас, — усмехнулась Доилл, оттираясь чьей-то чудом уцелевшей форменной курткой. С вешалки, наверное, сняла.

— Кто ты? — прохрипел Девлин, когда проблевался.

— Твой звиздец, если достанешь, — усмехнулась она. — А вот кто этот звиздюк, и почему я должна оставить его в живых?

Она протянула резко удлинившуюся лапу за угол и вытянула из-за нее нечто.

Больше всего это было похоже на какое-то недоразумение. Рыжее, конопатое, метр с кепкой, одетое в не особо чистый рабочий комбинезон.

— Патрик! — охнула Мэг. — Это ты?

— Ну я, —

— Ты его знаешь? — спросила она.

— Еще бы! Это Патрик О’Нил, один из работников моего дяди.

— Ну вот, Бренда меня помнит, — с апломбом сказал коротышка.

— Такой звиздец забыть нельзя, — Дрилл пару раз подергала его за шиворот. — А кто такая Бренда?

— Потом объясню, — отмахнулся я. — Так что?

— Я на Дага работаю! -завопил коротышка. — Кто вам отключил защиту? Кто позволил пристыковаться?

— Кто пустил в коридоре красную дрянь, от которой люди передохли? — в тон ему ответил я.

— Это не я! — взмахнул ручками он. — К этой системе у меня доступа не было, она была целиком у охраны! Я не мог ничего сделать!

— Но мог бы предупредить!

— Я думал, вы знаете. Простейшая ловушка на всех станциях!

Туше. Да, расслабился я что-то. Зато теперь меньше убивать придется. О чем это я? Сейчас узнаете.

— Оставь его, Дрилл. Он будет нам полезен.

— Да, буду! — завопил коротышка, подвешенный за воротник.

— Тогда для начала быстро метнулся и принес мне форму, чтобы я тут лобком не сверкала! — рявкнула на него Дрилл.

— Да, госпожа! — он сорвался с места, как молния, шлепая подошвами по кровавому месиву.

— У нас вообще-то время, — деликатно сказал я.

— Это много не займет… О, спасибо! — сказала она коротышке, уже притаранившему ей пакет с камком.

Я и забыл, что мы на весьма ограниченной по размеру космической станции. Здесь все везде быстро, как в хрущевке.

— Я могу и ботинки поискать! — услужливо предложил он.

— Обойдусь! — махнула рукой Дрилл. — Веди!

Ну вообще-то насчет хрущевки я погорячился, станция побольше будет. И хорошо так. Но не слишком. Мы вышли из предбанника-караулки, теперь метров десять вперед, потом за угол и еще метров десять, пока не уперлись в дверь с надписью «Хранилище 1» и прочими про уполномоченный персонал и бла-бла-бла.

— Мэг? — спросил я.

Она кивнула, раскрыла свой кейс и достала один из своих многочисленных гаджетов. Минуту поводила по полотну и косякам, нажала пару кнопок, кивнула и нарисовала маркером крест на двери. Потом достала из кейса какой-то дивайс.

— Отойдите! — сказала она, подождала и нажала на кнопку.

Хлопок, полотно изогнутось и Мэг откпыла дверь.

— Все, — сказала она. — Заходим.

Никакого яйца я не увидел. Стоял большой ящик, который мог унести человек. И, естественно, за него взялась Дрилл — силенок-то у нее побольше.

— Потащили, — она, пятясь, вышла из хранилища и направилась в другую сторону от входа. Туда, где пришвартован грузовой модуль.

— Вы не туда идете, — заметил Девлин.

— Не смеем надоедать вам своим присутствием, — шутливо раскланялся я.

— Теперь правила изменились! — он выхватил пистолет. — Эй, образина, не-знаю-кто-ты-там-есть, так и тащи ящик! Попробуешь отпустить — без башкибудешь!

— Э, что за дела! Мы же догова… — попытался урезонить его я.

— Вы с папашей моим договаривались!, — грубо перебил он. — Он мягкотел стал на старости лет, забыл, что значит быть патриотом! А я — нет! Мы взорвем чертов Нью-Лондон со всеми англичашками! Так что спасибо за бомбу, было приятно познакомиться.

— Но, Девлин, — попыталась образумить его Мэг, — мы же договаривались…

— Выбирай, с кем ты! С истинными патриотами, или с этими аристократическими свмньями?

Хм, а ведь правда. Думал я проверку провести по поводу лояльности Мэг, так Девлин за меня это сделает…

— Конечно же с истинными патриотами! — ответила она.

Девлин кивнул и расслабился. Молниеносное движение Мэг заметил только я. Вспышка выхваченного плазмера, и Девлин повалился на пол с дырой в груди.

— Как вы все надоели, идиоты! — зло сказала она трупу. — Ну что, пойдем?

Это уже Дрилл.

— Пойдем, — согласилась та.

— А я? — жалобно спросил коротышка.

— Что «я»? — переспросил его я.

— Возьмем с собой, командир? Под мою ответственность? Нам же нужны верные люди? — попросила Мэг.

— Если верные — возьмем.

— Спасибо, — просиял коротышка.

— Если не верные — прогуляется из вакуум -шлюза, — продолжил я. — Ладно, пошли. Вопрос о твоей верности потом решим!

Штурмовой модуль был припаркован совсем недалеко, и буквально через две минуты мы тронулись с места и еще через две были на борту фрегата.

— Ну что, удачно? — спросила.нас встретившая у шлюза Голди.

— Как видишь! — запыхавшаяся Дрилл поставила ящик на пол.

— Пора бы отлетать. К нам направляется полицейский крейсер!

— Боевую тревогу, полагаю, объявлять не надо? — пальцы Голди запорхали над волнами умной материи на пульте управления вооружением.

— Бей гада!

— С удовольствием! — сказала она. — Ракета пошла!

На экране было видно, как огонек дюз ракеты совместился с большой серебристой точкой, а затем на месте огоньков вспыхнуло на мгновение жаркое кварковое солнце.

— Готов, — я удовлетворенно кивнул. — Теперь станцию!

— Я установила там заряд, — сказала Дрилл. — Тратить ракету на эту консервную банку…

— Зато с гарантией, — покачал головой я. — Не ровен час, кто-нибудь еще разминирует…

— Не успеют. Отлетим подальше и проконтролируем.

— Обязательно. Голди, вези нас отсюда!

Да, шухера мы навели немало — за это время все гражданские либо приземлились, либо улетели. В космосе болтались вояки и мусора — спасти, кого можно, добить, кого нельзя и вообще совершить акт мести — анально покарать негодяя!

Ну давайте, давайте. Каралка у вас не выросла. Против современного эсминца УРО у вас три старых крейсера времен самой первой войны с Альваро и десяток типовых убогих фрегатов, которые имперские верфи штампуют, как гайки.

Когда станция, в свою очередь, превратилась в серебристую точку, Дрилл нажала на кликер и снова на мгновение вспыхнуло солнышко. Но пора нам сматываться — к месту учиненного нами безобразия уже начал плохо чесавшийся флот.

— Голди, гипер!

И мы благополучно прыгнули, покинув Нью-Лидс и его окрестности. Надо сказать, к счастью для него.

В кают-компании царила веселая атмосфера. Все-таки, что ни говори, а дело было сделано и мы все остались живы. И вожделенная вундервафля была у нас.

— Ну что, давайте открывать! — Дрилл посмотрела на ящик, как кошка на сметану.

— Тадаммм! — сказала Дрилл и взмахнула фомкой.

Мгновение — и ящик был разобран по досочке. Нашим глазам предстала подставка на которой покоилось… Точнее, покоился молочно-белый шар из какого -то матового композита. В свою очередь закрепленный на своей подставке с кабелями, разъемами и прочей машинерией, включая экран с кнопками — олдскульненько.

— Вот это и есть то самое Лунное Яйцо? — спросил я риторически.

— Ага, — усмехнулась Дрилл. — Одинокое яйцо, предмет мастурбации всех членов НИРА, как бы это двусмысленно не звучало.

— И вот эта вот метровая сфера способна создать Белую Дыру?

— В теории, — сказала Голди. — В моих банках памяти нет данных, что ее когда-то испытывали.

— Так что, может быть и пшик? Только не говорите, что мы столько перенесли ради неподтвержденной теории! — зло сказала Мэг. — И так у нас на хвосте и НИРА и весь Британский доминион, а также мы враги Империи и Королевы.

— Тебя это беспокоит? — хмыкнула Дрилл. — Ну подумаешь, какая-то домашняя империя мелкого доминиона и старая звизда на заштатном троне теперь наши враги! Ты тут героический подвиг совершила для своего Нью-Белфаста, или что там у вас. Смотри и загибай пальчики! Две орбитальные станции — раз! Полицейский крейсер — два! Исследовательская станция — три! Да о тебе эпические баллады должны слагать!

— Ниипические! — парировала Мэг. — И вообще, я больше не в НИРА. Их дела больше меня не касаются.

Ну наконец-то! Долго же я этого ждал.

Все-таки, что не говори, а я оказываю на людей положительное влияние. Нет, рано или поздно она бы бросила эту дурную компанию сама, просто я тут как триггер сработал. Если не окончательно идейно упоротый, с появлением семьи и детей обычно завязывают с нереальными идеями и борьбой за них. Да, старые привязанности и отношения к чему-то остаются, но не как-то, ради чего стоит рисковать жизнью и подвергать опасности тех, кто теперь близкий и рядом. Когда дела поважнее есть.

— А инструкция к этой хрени есть? — вкрадчиво спросил я. — А?

— Есть! — гордо заявил коротышка и вывел на голоэкран схемы и чертежи.

— Я же говорила, что он пригодится, — глядя взглядом хозяйки на любимую кошечку сказала Мэг. — Он даже базу данных искина станции упер!

— Замечательно! — хмыкнул я. — Патрик, можно один вопрос, точнее два?

— Конечно, господин Феликс!

— Первый — можно называть тебя Падди? Или лучше Пэдди?

— Можно. Я привык к Пэдди, — кивнул коротышка.

— Второй. Кто ты по национальности? — прищурился я.

Вот этот вопрос мне реально покоя не давал.

— Я ирландец, сэр! — гордо выпятил он грудь.

— Или гном? В смысле, нагри?

— Ну… — смутился он и начал пристально изучать носки своих сапог. — Отец был гномом. А мать — честной ирландской девушкой, сэр!

Ага. У гномов-полукровок родство считается по матери. И если мать не из нагри, то тогда полукровка считается чужаком. Устраивает. Не хотелось бы иметь в команде расовых предателей.

— Я же сказала, что ручаюсь за него, — раздраженно сказала Мэг.

— А кто поручится за тебя? — прищурился я. — Ты до сих пор не принесла мне клятву верности!

— Я готова, Феликс, — неожиданно серьезно сказала она.

И мелкий тоже закивал.

— Ну хорошо. Дрилл, клятва Крови для них подойдёт?

— Подойдет, но…

— Я помню условия и ограничения, — сказал я. — Как носитель Истинной Крови проведи ритуал.

— Хорошо, Феликс. Все в курсе про клятву?

— Да, — сказала Мэг, а Пэдди неуверенно кивнул. Решил довериться подруге

— Тогда начнем!

И Дрилл провела ритуал. Все было как в прошлый раз — и кровь, и надрезы, и вспышки божественного сияния. Ну вот, как-то мне поспокойнее стало.

— Вернемся к нашим делам, — я залечил довольно глубокие и болезненные надрезы.

— Итак, Голди, с чем мы имеем дело? — я дал слово самой умной из нас.

— Генератор обратной сингулярности, или проще — Белых Дыр. Одноразовый, что вполне понятно. Не буду сейчас про горизонты событий, термодинамическую Стрелу Времени и прочее.

— То, что наши мозги осилить не смогут, — перевел я.

— Удивительно самокритичное замечание, — кивнула она. — Поэтому я и стараюсь говорить проще. Как я уже до этого говорила, при образовании Белой Дыры сразу же происходит ее распад, и получается локальный аналог Большого Взрыва, так называемый Малый Взрыв. Малый-то он малый, но мало не покажется.

— А радиус поражения? — спросил я.

— Ну тут об этом в таком ключе сказать трудно, но лучше на пару парсеков в сторонку отлететь.

— Наше логово для укрытия подойдет?

— Еще как, — успокоила Голди. — Мы очень далеко.

— И все-таки, что это будет? — спросила Дрилл.

— Долго и витиевато объяснять, — пожала Голди плечами. — Возьми «Космологию для чайников» и почитай. Ничего хорошего, и даже я себе это плохо представляю. Но то, что в зарождающемся пространстве со своими мерностями находиться не стоит — это точно. Катаклизм вселенского масштаба.

— А мы еще потом сможем соорудить такое? — спросил я. — Как средство сдерживания желающих нас поиметь?

— Имея всю документацию — сможем.

— И все-таки странно, — я погладил шар. — В такой внешне безобидной и красивой игрушке такая мощь…

— Не совсем, — покачала головой Голди. — Она лишь эффектор, а накачка нужна от внешнего источника вроде кварковой бомбы.

— Снимем боеголовку с ракеты… — предложила Дрилл.

— Отставить ломать ракету! — сказал я. — Совершенно случайно у меня завалялась отличная бомба. Килотонны хватит?

— Для начала сжатия пространства — вполне. А там уже само, пойдет цепная реакция. И вот тогда-то…

— Бум, — подхватил я.

— Не совсем, но примерно так, — скривилась Голди. — Остается один вопрос — как доставить эту штуку на место, взорвать ее и уцелеть? Если она даже будет на торпеде, то тот, кто ее выпустит — труп.

— А если это будет не торпеда? — спросил я.

Глаза всех присутствующих смотрел на меня. Я набрал побольше воздуху…

— Ну так слушайте!

Глава 23

Интересно, существуют ли психологи для искинов, как электроовцы для андроидов? Да или

И еще раз свернут. План был прост — носителем Лунного Яйца послужит этот самый пресловутый корабль, стараниями теток вновь «призванный» на военную службу. Почему? Да все же и так очевидно!

Во-первых, шанс спалиться минимален. Как мы выяснили у обитателя аквариума, во время выполнения задания адепты сохраняли полное радио- и гипермолчание. Во-вторых отчет шел непосредственно и лично своему руководству и никак иначе.

А в-третьих… Кто не любит праздники? Правильно, тот, кому по долгу службы положено в них участвовать. В том числе и выполнившему задание адепту постоять возле трибуны и помахать флажком, держа воздушный шарик с надписью «Смерть еретикам!» просто обязательно! Как и бросить спичку в костер, на котором сожгут очередного этого самого еретика, это входит в программу развлечений.

А как должна прибыть Карающая Длань Великого Магистра Ордена Темного Завета во всем своем великолепии? Ну естественно на выданном ему Орденом корабле. Корабле, сигнатуры которого вписаны во все оборонительные искины на этой лядской планетке, позывные во все системы наведения и вообще, как особо доверенного, имеющего доступ к планете? То-то. Только вот нужна небольшая подготовка нашего троянского коня. Чтобы сказал «Иго-го, сцуки!» и заржал в нужный момент.

Что предстояло сделать? Во-первых, надо будет свернуть мозги искину и внушить ему, что он выполняет важное и ответственное задание разведуправления флота Империи. Во-вторых, установить туда бомбу. Ну а в-третьих…

— Ты уверена в том, что там нет сканера биообъектов? — спросил я у Дрилл.

— Настолько продвинутая технология — вряд ли, — пожала она плечами. — И она совершенно непрактичная. Совсем. Любое защитное поле гасит биосигналы. Тем более, я не слышала, чтобы они сканировали ДНК дистанционно. Подобные сканеры нужны, максимум, во дворце, сканировать подъезжающий транспорт. Который не находится под защитным полем.

— А если под полем? — заинтересовался я.

— Его сразу уничтожают. Подразумевается, что никто не имеет право подъехать к дворцу с защитой, это будет автоматически расценено как злой умысел.

— Есть опыт? — усмехнулся я.

— Вы забываете, что я из дворцовой охраны, — в свою очередь одарила она усмешкой меня.

— Так что посоветуешь? — спросил ее я.

— Не дергаться, — усмехнулась она. — можно конечно, вынуть это мороженое мясо из холодильника и дать оттаять на борту.

— А признаки жизни?

— Подержать его немножко, чтобы вонять начал. А черви изобразят биосигнал. Когда их много…

— Хватит! — рявкнул я, когда услышал, как начал стучаться и проситься наружу съеденный утром завтрак.

— Как хотите, — пожала она плечами. — Сами спросили!

Да, вот с этим надо быть поосторожнее. Простая натура принцессы стриго резала правду в матку не напрягаясь. Похоже, она этим даже наслаждалась.

— Я думаю, обойдемся без ДНК.

— Правильное решение, — одобрила она. — Да и все равно, главное — войти в систему и доковылять до орбиты для гарантии. А там уже… Как сказала Голди? Пара парсеков?

— Угу, — мотнул я головой. — Как-то так. В теории.

— Вот и проверим. По идее, можно его в дальнем космосе за одну астрономическую единицу до планеты взорвать и посмотреть, что будет. Все равно с гарантией перекроет.

— Неспортивно!

— Зато эффективно, — хмыкнула она. — Хотя мы еще не знаем, сработает эта штука или нет!

— И не узнаем, пока не рванем. Испытания не проводились.

— Вот и испытаем. И, я думаю, на базе нельзя никого оставлять, — прищурилась Дрилл.

Это ее намек в сторону Пэдди. Пока трудно сказать про их взаимоотношения, за день-то, но, похоже, Дрилл он боялся до ужаса. Ну еще бы, насмотрелся, когда в обличье ксеноморфа она разделывала тушки английского спецназа! Там уже было ни до чего. Ему еще повезло, что под горячую лапу не попался! А то бы и его на суши пустила. Так что пока он в команду еще не вписался, но это дело времени. Сейчас полугном-полуирландец жался к Мэг, как вроде к родной. В смысле, более родной, чем остальные.

— Естественно. Я не оставлю базу никому.

— Я пригляжу за ним, — пообещала она.

Я лишь кивнул.

Следующие пол-дня мы занимались тем, что перетаскивали все на папашину яхту — кто сказал, что деловой вояж не может быть комфортным? Не я, уж точно.

Ну а тащить предстояло много и с запасом, об этом постарались Голди и Мэг.

— Куда.столько? — простонал я, загруженный инструментом по самые гланды, а навьюченный Пэдди только кряхтел. Хоть бы воздух не испортил!

— Ну а вдруг не захватим какой-нибудь винтик, а он будет нужен! — сказала Мэг.

— Или ее любимые пассатижи, которыми она сжимает… — осклабилась Дрилл.

— Это твое любимое занятие, а не мое! — искоса глянула на нее Голди. — Я ими для других целей пользуюсь.

— Неужели? — пощелкала она ручками. — А так хотелось…

В общем, в каждом гареме есть свой дурдом. И у меня он, похоже, развивается полным ходом.

Так, с шутками-прибаутками, как в том анекдоте про первое мая, мы собрались, загрузились в папашину яхту и полетели на дело.

Искин Малого Космического Разведчика, так и дрейфующего там, где мы его оставили, обрадовался нам, прямо как щенок хозяину. Мне аж стало совестно — он не подозревал, что должен пожертвовать собой. Мы решили, чтобы в нем не активировалась программа самосохранения, не сообщать ему детали предстоящей операции. Точнее, самую главную — что это билет в один конец.

Поэтому наш комплекс с бомбой был надежно упакован в универсальный контейнер для разведывательной аппаратуры, а наружу выходили только разъемы датчиков и камер, вмонтированных в корпус. Задача по легенде была простая — подобраться как можно ближе к планете и произвести космофотосъемку дворца Ордена Темного Завета, причем именно тогда, когда там соберутся все или большинство из их патриархов. Как узнать? Да на орбите отследить по кораблям. А дальше — включить аппаратуру, и…

Вот-вот, «и». На этом «и» все и кончалось. Не только мне было жалко привязавшегося к теткам искина. И перед тем, как отправить МКР к цели, мы собрались в кают-компании.

— Жалко,

— Жалко, но необходимо, — твердо сказал я. — В истории человечества это не первый питомец, которому пришлось жертвовать собой. Причем в темную. В седой древности собак, например, заставляли с гранатами под танки бросаться и им никто не объяснил, да и не мог, что с ними будет. А приучали их через корм.

— И как, удалось? — заинтересовалась Дрилл.

— Еще как, — ухмыльнулся я. — Только вот их учили искать его под своими танками, а собаки — существа умные, они отличают свои от не своих. Ну и…

Дрилл довольно заржала. Не знаю, так ли было на самом деле, но где-то я это читал в разделе армейских баек. Всегда любил собак и у самого были, так что мне всегда их было жалко.

— Жалко песиков, — ну вот, теперь еще Мэг, суровая террористка-бомбистка, собирается слезу проронить. — И его тоже. Может, скопируем его матрицу, а потом, при случае в какой-нибудь кораблик перегрузим?

Вот тут уже постучала по голове Дрилл.

— Ты не прикидываешь последствия? Ну восстановишь ты его сознание, а потом он дознается, что его первую копию совершенно сознательно послали на смерть. Как ты думаешь, за сколько секунд корабль теряет атмосферу?

— Так, закончили рефлексировать и морально мастурбировать, — прервал я интеллигентские сопли, чтобы скрыть свою, довольно смешанную реакцию. — Он — солдат тайной войны. Что, никому из вас не приходилось посылать людей на заведомо гиблое дело в попытке выиграть сражение? Сейчас тоже так. И то, что вы принимаете за проявление эмоций — всего лишь подпрограмма его очень искусственного интеллекта. А эти гады умеют хорошо симулировать привязанность, любовь и другие эмоции. Ладно, а стимул у него какой, что пообещали?

— Что получит лейтенанта после этого задания и медаль на корпус. Да и осознание выполненного особо важного задания должно греть душу.

— Понятно, — хмыкнул я. — Как всегда по-армейски — то, чего не жалко. Мелкие звездочки и висюльку за смертельный риск, в этом вся фишка военной службы.

— Как-то цинично…

— В этом и есть сермяжная правда жизни. Все, закончили расслабляться, пора отсылать наше поздравление господам сектантам!

Мы перешли в рубку яхты и Голди вызвала корабль.

— Сержант, вы на связи?

— Так точно! — залихватски ответил МКР

— Приступить к выполнению задания!

— Есть!

И серебристая стрела ушла в гипер.

— Полетели и мы домой, — сказал я. — Досмотрим представление из правительственной ложи!

Люблю я праздники смотреть по телеку. Сикс-пак под рукой, всякие снеки там… Ну или тарелка, полная горячих креветок, сваренных по моему фирменному рецепту с кучей пряностей… Кто сказал, что в жизни нет смысла и вообще? Поверьте, жить стоит, да еще как, особенно ради такой тарелки!

Но сейчас у меня не было подходящих креветок, а то говно, которое выходило из синтезатора, ничего общего с морскими деликатесами не имело, только что тоже плавало. Ладно, обойдемся снеками. Тут зрелище — главный деликатес!

Это точно. Когда кораблик вышел из гипера, то оно было еще то. Оставалось только повесить баннер на всю планетную систему, растянув между лунами — «Галактический слет извращенцев и сатанистов приветствует своих членов и не только!»

Яблоку негде упасть, то-то в таких местах Ньютонов и не водилось. Кораблями был забит ближний космос и околопланетная орбита. Да какими! Нет, попадались, конечно, и бедненькие яхты рядовых адептов, эта мелюзга паслась отдельно, в загончике для публики. А вот остальные…

— Мы документируем? — спросил я на всякий случай у Дрилл, ответственной за обстановку в нашем ситуационном центре.

— Все, от и до, — подтвердила она. — И, похоже, не зря.

— Это уж точно! — я коснулся сенсора распознавания.

Кланы, рода, различные расы… Шикарные яхты аристо со всех концов галактики и не только человеческих. Вон тот вон шикарный «Ллавелин», явно сошедший со стапелей Лонристоса и в ливрее клана Келендар, явно принадлежащий Альваро! Ай да секта! Эпштейн нервно курит в своем персональном котле ада — ему такие масштабы и не снились. Стоп! А это что такое? Явно перелицованный под гражданскую посудину брат-близнец моей трофейной яхты, причем опознавание не сработало… Неужели и папаша замазан в убийстве своего сына?

— Голди, сними мне все, что известно по вон тому кораблю! — я ткнул пальцем в голограмму.

— Не могу, — вздохнула она. — Сейчас мы видим все глазами МКР, и прогоняем всю информацию, загруженную в реестр Ллойда. Так что ни сканирование, ни более подробную инфу дать не могу!

— Плохо, очень плохо!

— Потом на просмотре обязательно изучим подробнее, — успокоила она меня.

— Сдается мне, что сегодня откроется много вакансий среди старших и высших чиновников у многих рас и планет! — сказала Дрилл, впиваясь горящими глазами в экран. — Высший свет, мля.

— Вот и ответ, почему не трогали эту сволочь — договорнячок, — скривилась Мэг. — Столько высших чиновников — члены секты…

— Теперь поняла? — риторически спросил я.

— Да. И если раньше я не совсем одобряла эту месть, то теперь…

— То теперь мы творим историю! — оскалилась от возбуждения Дрилл. — Представь, что будет в галактике после нашего просто шикарного показательного выступления! А если еще и видео опубликовать…

— Нет, — покачал головой я. — Это — наша страховка и элемент шантажа для многих кланов. Ну опубликуем мы его, и такая вроде бы большая вселенная станет вдруг маленькой и неуютной. И будешь постоянно шарахаться от любого шороха. А вот с другой стороны причастность какого-то клана к секте и тонкий намек на имеющиеся пруфы позволит нам держать их собачек на поводке. Да и потом, нам же нужно будет что-то от кого-то из них поиметь?

— Мне нравится полет вашей мысли, — оскалилась Дрилл. — Так и сделаем!

— И, кстати, не будем озвучивать свою причастность к похищению этой вундервафли, — сказал я. — Мы вроде как следов не оставили, свидетелей тоже. Со временем, конечно, дознаются, особенно если на НИРА выйдут, но пока все выглядит логично. Ассасин Темного Завета с помощью отщепенцев из НИРА каким-то образом похищает армагеддец, везет его на — заметьте — своем корабле в подарок магистру на день чего-то там и случайно его активирует!

— Вряд ли купятся, но…

— Но как официальную версию озвучат,

— Не отвлекайтесь, — сказала Голди, напряженно следившая за картинкой с МКР.

Корабль тем временем величественно проплыл среди ожидающих прохода других посудин и малым ходом, на планетарах прошел мимо фрегатов в полной иллюминации…

— Нам скинули курс, которым мы должны следовать, — сказала Голди, возясь с терминалом удаленного управления. — В отстойник. Похоже, его полномочий недостаточно для дворца.

— Прикажи искину следовать ему и ждать указаний.

Голди нахмурилась, но сделала несколько пассов, вызвав колебание умной материи.

— Какие-то проблемы? — спросил я.

— Да. Он рвется в бой.

— Кто? Корабль? — не поверил я своим ушам.

— Да, — кивнула Голди.

— Что вы с ним такое сделали? — аж открыл рот я.

— Возбудили, наверное, — осклабилась Дрилл. — Небось, обсуждали его крепкий трап, большую и толстую антенну гиперсвязи, а еще…

— Заткнись, а? — неласково предложила Голди. — И без тебя проблем хватает…

— Передай ему приказ ждать. Активных действий не предпринимать, затаиться до лучшего момента.

— Попробую, — кивнула Голди.

— А пока пусть заснимет как можно больше, — приказал я. — Нам нужны эти материалы!

— Хорошо.

И мы стали смотреть на экран, ища что-то знакомое. Ярмарка тщеславия в полный рост. Корабли все прибывали и прибывали, все новые имена и рода вспыхивали на экране. И тут я зацепился за одно знакомое имя… Ладно, с ним позже разберемся…

Все. Как отрезало. Корабли перестали прибывать, отбойник набился до отказа, нашему троянцу было бы и не вылезти.

— Начинается, — сказала Дрилл.

С планеты на орбиту поднимался тот самый старый крейсер, только вот альбедо у него повысилось. На экране он казался золотым.

— Они что, покрыли его золотом? — недоуменно спросил я.

— А, это… — протянула Дрилл. — Нет. Типично дворцовая иллюзия — интерференция в силовом поле. Фигня, но для торжественных случаев часто включают генератор особым образом. На зрителей действует безотказно. Помню, как в день коронации…

— Потом, — сказал я. — Где Пэдди?

— На кухне, готовит что-то из своих блюд без помощи синтезатора.

— А продукты он откуда берет?

— Из синтезатора…

— Вопросов больше не имею, — сказал я и переключился на дело. — Значит, дворец ни при чем, магистр будет встречать своих адептов высокого ранга на крейсере?

— Выходит, так, — пожала плечами Дрилл. — Или до него дошли какие-то слухи о взрыве на планете, он считает, что так принял меры…

— Совершенно ошибочно. Ну что, подождем еще, или?

— Или, — сказала Дрилл и взяла в руку кликер, подключенный к гравипередатчику. — Нет, лучше вы. Это ваша месть.

Она передала кликер мне.

— Три, два, один… — и я сжал его, как эспандер.

Все, экраны погасли и больше ничего. Передача прекратилась.

— Что-то сработало, а что именно — узнаем потом, — сказала Мэг. — Так что, пойдемте отметим?

— Хорошая мысль. Особенно если Пэдди приготовит что-нибудь под ту бутылочку ирландского виски, которую я прихватил из Нью-Лидса.

Судя по тому, как заблестели глаза у теток, я понял, что попал в точку. Ну что же, посидеть культурно не мешает, почему бы и нет?

Глава 24

— Давай, открывай вот это! — я ткнул пальцем в висящий в воздухе экран с новостями на нем.

— Сейчас, — ткнула в него сидящая за ним Голди.

Да, вот такие ограничения. Галанет-то мы, наконец, наладили, но пропускная способность оставляла желать не просто лучшего, а вообще хоть чуть-чуть. Чуть побыстрее, чем по телефону с жопорезом… извините, с джипиэрэс, была такая древняя технология, олды помнят. Короче, медленно, очень медленно. А учитывая перегруженные свистелками и перделками новостные сайты, шыдеверы местных уеб-дизайнеров — я не ругаюсь, это вроде как по-болгарски, — то дело было вообще труба. Большая и кожаная.

Ну еще бы, вещание через гипер — большая роскошь, стоит бешеных денег и нехилого так оборудования. Недаром вон многие компании работают, как в доинтернетные годы на земле, покупая подписку иногда недельных новостей через приходящие на станции в дальнем космосе транспортники. Офлайн, короче. Аж жуть берет, да?

У нас этих проблем не… Нет, все-таки были. Сейчас нашей точкой доступа был фрегат Альваро, на котором стояло лучшее из доступного нам оборудования. Голди выжала из него все, что только возможно, и мы получили возможность работать онлайн, но… весьма относительно.

И не зря я ждал желтую онлайн-прессу. Это прямо как в том анекдоте — ' — Слушай, а кого мы замочили? — А хрен его знает, завтра в интернете прочтем!' Так оно и было. Поскольку лучше было не соваться с проведением объективного контроля, мы выбрали вариант с получением информации из третьих рук. Да будет вам известно, любая разведка девять десятых развединформации берет из открытых источников, не зря там есть для этого свой штат аналитиков. Вот и я по старой памяти собирался новости почитать.

Сперва не было ничего, все было тихо и глухо — как, собственно, и бывает в начале дня. Потом начали приходить сообщения об аномальных событиях в космосе, экипаж какого-то кораблика попал под мощную гамма-вспышку неизвестной природы, потом прорезались легкие панические слухи… И понеслось!

Галактическому катаклизму неизвестной природы присвоили красный, высший уровень опасности. Все-таки это событие другого порядка, чем эпидемия венерианского поноса, это, считай, рождение новой вселенной, пусть и небольшого масштаба.

Небольшого-то небольшого, но тут Голди ошиблась на порядок. В смысле, бахнуло в десять раз мощнее, чем ожидалось. Вокруг места, где когда-то была планетная система, теперь буйствовало само пространство-время, вырвавшись наружу через горизонт выхода Белой дыры. Если Черная засасывает всю материю, то Белая эту же материю извергает. Короче, мне это трудно объяснить, как этот едрит ангидрит работает, но в радиусе десяти парсек теперь полеты закрыты — хорошо, что планетка сектантов была на отшибе и далеко от остальных! Так сказать, судоходные пути не пострадали.

Ладно, физические последствия оставим физикам и местным эмердженси, пусть разгребают. Бардак мы устроили знатный, а мы будем его использовать в личных целях.

И потихоньку начали появляться некрологи на богатых

Мы серфили галанет вдоль и поперек, постепенно отмечая, кто и на какой должности откинул копыта. И, надо сказать, что картинка-то была безрадостная! Такое впечатление, что это действительно была тайная власть обитаемой части Вселенной. Вот те раз, вот те два. Целили в гнездо сектантов, а попали…

— Я даже боюсь представить, какое змеиное гнездо мы разворошили и что сейчас начнется, — сказала Дрилл.

— Как обычно, — пожал плечами я. — Передел собственности. — Обычно дело кончается этим, человеческая и прочая разумная природа известна. Главное, в сторонке постоять, чтобы несущиеся к золотому водопою стада носорогов не затоптали.

— А самим под шумок хапнуть слабо? — прищурилась Дрилл.

— Да. Не мой масштаб, — вздохнул я. — Был бы я сейчас на легальном положении и в шоколаде, как уполномоченный представитель клана, с юридической и силовой поддержкой, а также деньгами и правом ими распоряжаться, можно было бы попробовать кое-что отжать. А так… Там сейчас ринг с огромными гориллами, бои без правил. Кое-что отмутит папаша, все-таки он один из центровых игроков. А нам остается пока прикинуться ветошью и тихо лежать.

— Это если на нас не выйдут, — сказала она.

— Мы уже об этом говорили, — поморщился я. — Проще отрицать наше существование и причастность, чем это признать и обвинить нас. Факты таковы. Если признать нас, то тогда Британская федерации признает, что разработала и сделала все-таки супероружие, которое у них украли. Империя признает, что многие ее высшие и не только чины состояли в сатанинском культе похищения душ и прочих сопутствующих мерзостей. Что это был огромный заговор, а Император, которого никто никогда не видел, лишь марионетка на троне. Это кому надо? Подрывает все основы существования Империи и вообще веру во власть.

— Это вряд ли, империя не рухнет, — сказала Дрилл. — Пусть она и напоминает лоскутное одеяло, но запас прочности у нее велик, и эта правда даже не пошатнет ее устои.

— Но моральный вред нанесет и заронит зерна сомнения в незрелую упитую душу обывателя.

— Это да, — кивнула она. — Но нужно будет время, чтобы это зерно проросло.

— Ладно, не будем о грустном, — сказал я. — Сколько мы сняли со счетов сектантов?

Голди озвучила сумму, и у меня упала челюсть.

— Сколько-сколько? — полузадушенно спросил я.

— Ага, — сказала она. — Мы настолько богаты, что можем купить себе планету.

— Нихрена себе у них счета на оперативные расходы… Можем. Но не будем.

— Ну хотя бы небольшой орбитал? — умоляющим тоном попросила она. — Я тут смотрела каталог «Воронцофф шипьярд», так там вполне укладывается даже в комплекте с малой планетой…

Ах, орбитал! Мечта моя, в которой я когда-то жил! Огромная многокилометровая станция, сделанная по типу земного поместья, с самой натуральной усадьбой, полем и лесом! Стоимость такого кусочка земного рая посреди космоса, обычно болтающегося на орбите какой-нибудь планеты зашкаливает в зависимости от размера. А у Императора есть летающий дворец на орбите столичной Конкордии, вот там, говорят…

Я встряхнул головой, отгоняя наваждение.

— И кто его будет обслуживать? Поместье — это не только барин с барыней, это, прежде всего, обслуживающий персонал, который говорит «Кушать подано!» И много других реплик. Да что там говорить, это капитальная засветка. В условиях борьбы всех против нас это смертный приговор, а еще деньги на ветер! Впрочем, что это я тебе объясняю, прекрасно все понимаешь!

— Понимаю, — вздохнула она. — Уж и помечтать нельзя!

— Мечтай о насущном, — посоветовал я.

— Сейчас я мечтаю о…

И тут появился Пэдди с сервировочным столом, накрытым большой крышкой из нержавейки.

— Кушать подано, извольте жрать! — торжественно заявил он.

— Что это? Я чувствую… — повела ноздрями Дрилл, обладающая намного более острым нюхом.

— Национальное ирландское блюдо — рагу! — с гордостью сказал он. — По моему фирменному секретному рецепту!

И Пэдди с садистским удовольствием снял крышку.

Пахло просто божественно! От такого запаха закружилась голова и рот сразу наполнился голодной слюной.

— Ну, только рагу и все? — прозрачно намекнула ему Дрилл.

— А, намек понял! — сказал он и достал бутыль виски очень известной марки, какой — не скажу, мне за рекламу не платят.

— Совсем другое дело! — подобрела Дрилл. — В самом деле, давайте уже обедать, а то мы что- то увлеклись. Спасибо, Пэдди!

Наш гномоирландец аж покраснел, как красна ирландска девица.

— Ну что же, приступаем! — скомандовал я.

Следующий час был заполнен чавканьем, время от времени прерывающегося звоном бокалов и тостами «Слаун!». Да, молодец, Пэдди! Идеально вписался в нашу команду. А все — умение готовить так, что вроде нехитрое и простое блюдо покорило всех. Кто сказал, что путь к сердцу мужчины лежит через желудок? Тетки тоже пожрать любят, особенно, когда не им готовить!

— Сейчас я лопну! — Дрилл отвалилась на спинку стула. — Угодил, угодил…

— Так обед должен быть праздничным! Вы сделали такое дело! — сказал чуть смущенный Пэдди.

— Да, дело было хорошее, — согласно кивнула Дрилл. — Люблю славную заварушку!

Ага, моя зверушка любит заварушку… Квламбур родился сам по себе. И тут же, как больной зуб, начала ныть чуйка. Либо я заработал ее кариес, либо…

— Какие будут приказания, командир? Кому полетим мстить? — чуть ли не мурлыкая спросила Дрилл.

— Мстить в ближайшее время мы будем рагу Пэдди. И хорошему ирландскому виски. Будем их просто истреблять. Я надеюсь. Отдыхайте, но при этом постарайтесь связаться по своим каналам с агентурой, у кого есть, либо очень хорошим и отлично осведомленным знакомым.

— Что-то не так? — с Дрилл слетела вся нега.

— Чуйка, — объяснил я. — Да, что-то не так. Но лучше сделать это завтра или через пару дней. А пока

Пару дней я занимался йогой. Настойчиво выполнял два самых сложных упражнения — лежание на животе и лежание на спине. А заодно почитывал на шайтан-доске — в смысле, планшете — новости с невидимого фронта.

Галактика была в шоке — с карты стерта целая планетная система и оттуда прут такие искажения континуума, что физики берутся за все имеющиеся места. Правда, все радостные — а как еще они могли наблюдать процессы зарождения вселенной? На допустимой границе аномалии висели сейчас корабли всех рас, которые их имели, как и физиков. Все изучали, балдели, выдавали на-гора кучу умных теорий. Короче, развлекались за государственный счет, как могли.

Все остальные нефизики были в шоке по другим причинам. Отдали богу душу пара сотен высокопоставленных чиновников, аристократов и флотских командиров, которые были членами «Тёмного Завета»! Вместе с семьями, прислугой и домашними попугаями.

Я ошибся, скрывать это не стали. Видимо, кому-то захотелось вырвать заразу под корень и такое стечение обстоятельств грех было не использовать. Впрочем, оригинальностью они не отличались. Официальная версия — несчастный случай при испытании секретного оружия секты. Сразу же разыгрывались старые песни о геноциде, опытами над людьми, пытками и прочим набором того, что человек может сделать с человеком, включая убийство, еще и массовое.

Прочитав все это, я расхохотался. У тех, кто сейчас боролся с уцелевшими сектантами, был нормальный здоровый цинизм. А то они не знали, что творят адепты секты? Знали. И в деталях, просто ждали какого-то удобного случая прихлопнуть сектантов. Хотя на месте Императора я не был бы озабочен политикой, а вызвал бы флот и провел орбитальную бомбардировку, выжигая сектантскую заразу каленым железом. Кто-то из приближенных крепко держал его за муде, не позволяя сделать это.

Ну да ладно. Политика — очень грязная штука, самая грязная вещь на свете. И у политиков руки по локоть в крови, а ноги — по колено в говне, будь он хоть император или клерк среднего пошиба. Я взросленький и сказке в «доброго царя и плохих бояр» не верю. Все они одним миром мазаны. А вот неофициально…

Неофициально по галактике ползут слухи о мстителе, который выжигает целые миры. Только слухи. Да потому что на роль мстителя можно конкурс объявлять — столько там желающих. Многим, очень многим насолили сектанты, так что очередь поссать на их могилу огромная, как в советское время в мавзолей. И, самое интересное, что меня в этом списке не было, как меня вообще.

В педивикии местного разлива было написано, что я погиб пару месяцев назад при взрыве реактора на каком-то грузовом судне. Кроме пары оставшихся в космосе молекул хоронить нечего. Слухи о моей смерти сильно преувеличены, как говорил классик. Видимо, папаша выбрал такую версию, чтобы правды не говорить, а, в случае чего и воскресить меня. Так сказать, чудесное воскрешение, явление блудного сына, который, оказывается, провел пару месяцев в спасательной капсуле при ее ресурсе в две недели и не протух даже!

Я теперь знал, как можно папе насрать и очень хорошо. Объявиться у пары-тройки его деловых партнеров, которых поили и обслуживали девочками во время «деловых поездок». Прозрачно намекнуть, что папаша пытался избавиться от меня. И пусть потом втирает о двойниках, обманах и прочем, и прочем… Доверие будет к нему потеряно. А если сынок еще пойдет в имперский суд на Конкордии… Но это крайний случай. И не то, чтобы мне его там жалко или что-то еще — тут другой расклад. Любой такой грандиозный скандал вызовет падение акций и проблемы с контрагентами, а получать в наследство разоренный клан мне не хотелось. Вот такая вот ерунда.

А вот для Мэг настали тяжелые времена. По крайней мере, морально. Каждый день приходили новости о том, что британцы после Нью-Лидса взбесились, и объявили охоту на НИРА. За эти дни были ликвидированы многочисленные группы террористов, среди которых явно были ее друзья и знакомые. Хотя никакой причастности к орбитальной бойне на Нью-Лидсе доказано не было — а кто будет заморачиваться доказательствами? Бритты, что ли? Со своими «ху… простите, 'хайли лайкли», они носятся и здесь уже много столетий подряд. ДБ, как сказал один великий человек. Как есть ДБ. Или наоборот, отличный повод. И пусть резню учинил неопознанный крейсер альваро, ближе резать тех,.кто под рукой. Потому что я знаю направление, куда бриттов отправили с их дипломатической нотой. Эльфы, как и бритты, ненавидели всех. Только вот сраный Британский доминион проигрывал Империи Альваро не только по очкам. Впрочем, по говнистости они были на уровне и равны. Можно было сказать, что бритты — это альваро человечества.

Но кроме НИРА, они ещё объявили награду за любые сведения о том, что произошло и кто причастен. Ирландцы их не устроили, альваро послали их далеко на юх, но должен был кто-то еще из козлов отпущения? Если все отнекиваются, а некоторые еще и посылают, нужен виновный! Которого можно будет четвертовать перед телекамерами. Что? Не бывает такого? Да ладно! В моем мире те же самые просвещенные европейцы, в частности немцы, гильотинировали преступников до конца века двадцатого. Традиция у них такая, понимаешь. А уж лайми просто тащились от жестокости.

Мэг, посмотрев на это обьявление, только хмыкнула, а Пэдди сначала побледнел, а потом показал средний палец голоэкрану. Правильно. Нечего нас пугать, сами это сделать можем.

Но на третий день отдых для меня кончился — я получил послание, которое не ждал. От своего агента в окружении отца. Я вам не говорил? Ну правильно, меньше знаешь — дольше живешь. Был у меня такой человечек в окружении папы, только первоначально он стучал клану Алтуфьевых. А я его вычислил и предложил простой выбор — либо выдаю его папе, либо он работает на меня и только на меня.

Долго он на связь не выходил, а я его не тревожил, мне пока ничего из этого надо не было. Пусть сидит пока и данные копит, потом пригодится.

И вот, проверив от скуки один аккаунт, я обнаружил там исходящее и неотправленное письмо — старый трюк. Свеженькое, отредактировано три дня назад. В письме условными фразами была просьба о личной встрече. И пятерка по шкале важности. Интересно девки пляшут, если выбрать правильный ракурс…

Я отбил ему ответ в этом же письме и подтвердил встречу. С большой неохотой. Хоть к папаше у меня и крупный счет, я еще не решил, когда остынет мое блюдо.

Глава 25

— Одного не отпущу! — сверкнула глазами Дрилл как ревнивая жена, только что руки в боки не уперла. — И точка!

Ну вот что с ней поделать? И она почти во всем права. Может, действительно плюнуть на эту встречу? Мало ли что там агент себе представил и вообще?

Это одна из тех встреч, которые не имеют никакого влияния на глобальный ход истории вообще и локальный, мой — в частности. Где сейчас я и где папаша? Он никоим образом не может повлиять на события, которые творю я и которые творятся вокруг меня. Сижу себе на базе, между прочим, тайной, попиваю прохладительные напитки, смотрю голо и плюю в потолок. Ну еще и обдумываю планы будущих пакостей. Чем не жизнь? Правда, говорят, что безделье надоедает, но нет, врут, сволочи!

Может, что-то стряслось у агента? Так это его половые проблемы. Я отвечал только за агентуру, которую сам вербовал по службе или переданную мне другими. И то, только за их дела, которые они исполняли по моему приказу, не больше и не меньше. А если агент влетел по своей дури или пытаясь попутно извлечь выгоду из своего положения — сорян, сам себе злобная буратина. Не надо хитрожопить.

Тут же вообще источник с ба-альшим душком. Феликс еще до меня поймал его на горячем, крепко сжал бейцы и предложил два выхода — либо стук, либо пыточные подвалы клана Орловых. А там есть такой искусный мастер Никанор, слава о котором ходит среди кланов — ужасная слава. О том, как жертва может мучиться, двое суток не отдавая концы и оставаясь при этом в сознании.

Судя по воспоминаниям, вербовка была легкой, как по учебнику. Жертва сначала обделалась, а потом сделала правильный и единственный в ее положении выбор. Ну а что? Если работаешь за чужие бабки, будь готов к справедливому возмездию. И твое счастье, если ты изменник государственный — есть шанс избежать пыток, хотя потом в лагере прикормленные или патриотично настроенные зэки все равно добьют.

А вот если ты изменил частной корпорации… Суда не будет, тебя просто выпотрошат сначала в переносном смысле, а потом и в прямом. Последнего такого двурушника Никанор распилил наживую бензопилой, предварительно накачав колесами, чтобы раньше времени не откинулся, а досмотрел до конца и прочувствовал лишение своих конечностей. Было весело и поучительно, даже фильм небольшой сняли. Документальный. «Конец предателя», называется. Естественно, ДСП — для сотрудников корпорации, прокрутили пару раз на общих собраниях под звуки исполняемого ими рыголетто.

И все равно, самоубийцы находились. И по формуле MICE, тут в восьми из десяти случаев предавали за деньги. Это-то и понятно — идеология и эго в корпоративной разведке применимы мало, только разве насрать поломавшему жизнь начальству. А вот деньги и компромат — о, да! Особенно если нравы в обществе ортодоксально-патриархальные, а жертва вошла «не в ту дверь» и не с тем. Облегчает вербовку, кстати.

Вот и тут все было за деньги. Клерк средней руки из отдела снабжения, который был в курсе, что, куда и когда уходит, в том числе и «черные» папины поставки. Ну и продался наш клерк конкурентам. Бабки? А кому они не нужны? Только вот вопрос, каким способом их заработать. О «потом» люди не думают, а очень зря. И теперь, попав на кукан, приходится работать за бесплатно, под угрозой уничтожения. И дрожать, не спя ночами от страха, чтобы об этом не узнали.

— А где вы собираетесь с ним встретиться? — спросила Дрилл.

Да, хороший вопрос. Очень хороший.

— Гийомсбург, — сказал я.

— Что??? — она аж в лице изменилась.

— Бывала? — уточнил я.

— Один раз, — ее аж перекосило.

— Ну и как? — усмехнулся я. Ее реакция меня позабавила

— Я там в розыске, — пояснила она, и добавила пару слов на своем стригольском.

— Что-то серьезно?

— Замочила мусора, который захотел сладенького от беззащитной девушки.

— Под бедной сироткой следует понимать тебя? — уточнил я.

— Ну да…

— И ты его мочканула? Опер упал, намоченный? Или замоченный?

— Пришлось вырезать весь полицейский участок, пять ажанов во главе с сержантом. А потом его спалить дотла.

— Вот это вы развлекаетесь! — восторженно завопил я. — Я тоже так хочу! Повторим?

— Пренепременно. Как только моя рожа появится на любой из камер. Их телемусор засечет меня сразу.

— Тут два варианта, — сказал я. — Точнее, даже несколько. Первый — ты останешься на корабле.

— Не вариант, — отвергла она. — Дальше!

— Простейший капюшон с подсветкой, — сказал я. — На мониторах будет видна засветка на месте лица…

— … Чтобы ажаны тут же заинтересовались? Не подходит. Дальше!

— Ну маску, изменяющую геометрию лица, тоже не нацепишь — обычные люди ее разглядят.

— Тоже мимо, — кивнула она. — Тогда остается только прикинуться какими-то сектантами, которым положено закрывать лица. А под ними — маски.

— Или паранджу.

— Это что такое? — вытаращилась она на меня.

— Это вот это, — я вывел голофото.

— Что за чехол для женщины?

— Национальная одежда некоторых народов и рас, вроде орков. Которые, кстати, есть и здесь. Все-таки Галльский доминион.

— В первый раз слышу и вижу.

— А, говоришь, была в Гийомсбурге…

— Проездом. Надо было устранить одну цель…

— Ты же вроде как не по этой части, телохранитель…

— Я много по какой части. Особенно когда задета честь моего сюзерена, — отчеканила она.

— Ладно, не заводись. Короче, хороша она тем, что закрывает все. А потребуй показать лицо — все равно, что обычной женщине задрать юбку, только с более серьезными последствиями. К тому же для гарантии можно под ней на морду налепить накладки, изменяющие внешность.

— Хм, удобно! — она с интересом посмотрела на голограмму. — Можно и оружием увешаться с ног до головы… Даже десантный плазмер влезет…

— Только без фанатизма! — быстро сказал я.

Почему быстро? Потому что я уловил порыв немедленно бежать в оружейную и набрать пушек, да побольше, побольше…

— У нас миссия тихая, — уточнил я. — Прилетели, встретились, улетели. Жертв и разрушений не предусмотрено! Особенно среди ажанов.

Дрилл выглядела донельзя разочарованной. Маленькой девочке запретили в песочнице играться! Точнее, бить всех остальных по голове лопаткой!

— Ладно, — буркнула она. — Возьму, что поменьше.

—

Не хватало еще и здесь засветиться! Хотя я был больше чем уверен, что мое симпатичное лицо в их базе точно есть. Почему? Для начала, как любой разведчик откроем Краткий путеводитель для шпионов.

Итак, что такое есть Гийомсбург? Городишко на одной старой захолустной планете Пэчворк — ага, лоскутная с языка первооткрывателей. А вот его статус установлен еще с тех пор, когда планет было мало, а желающих — много. И на одной планете забивали место сразу несколько доминионов. Допустим, на этой именно кусок принадлежал Галльскому доминиону — это именно Франция и Бенилюкс, Российскому Имперскому доминиону и Альпийскому доминиону — это бывшие Швейцария, Австрия и, собственно, невеликая Германия.

Так вот, городишко наш с населением в двадцать тыщ душ принадлежал, естественно, Галльскому доминиону. Но французы не были бы французами, если бы не решили сделать барыши на… А вот на чем? Да на всем! Гийомсбург представлял из себя один большой Пляс Пигаль с кабаре, пип-шоу, стрип-клубами и прочее, и прочее… Конечно, не сравнить с Монако и Люксембургом, но на ближайший десяток парсеков место для отрыва еще то. Так что к двадцати тыщам душ можно смело прибавить столько же — пропускная способность местных распивочных, а также тружениц всех полов и рас с пониженной социальной ответственностью была достаточной.

Собственно, городишко люксовым не считался, да и публика здесь была соответствующая — между быдлом и середнячком. Нормальные и богатые люди таких мест избегали. Но вот русских здесь было предостаточно. Почему? Да по одной себе географической причине.

Когда-то это место облюбовали и французы, и русские. Уж очень оно было неплохое, и для жилья и для работы — месторождения всяких ништяков залегали так, что лопата брала. А посередине текла река, французы как первооткрыватели назвали ее Нувель Сена, то есть Новая Сена. И граница между двумя доминионами проходила точно посередине реки. А через реку был перекинут мост, по которому можно было спокойно перейти из Гийомсбурга в Новошахтинск-на-Сене, как именовали русский городок, и обратно. Пограничная стража как таковая сидела по обеим сторонам моста и ничего не делала.

Контраст между городками был разительный — на французском берегу сияли огни всех цветов радуги, стояли высотки и сутками напролет играла громкая музыка, толпы жаждающих бухла и зрелищ туристов шатались по улицам. На русском берегу все было по-имперски тихо и мрачно, серо и одноэтажно — наши решили, что свои дома на своей земле как-то надежней. Заходить туда с той стороны моста никакому туристу как-то и не хотелось.

Только вот Гийомсбург не выжил бы без Новошахтинска — большинство товаров производили русские. Попробуй перекинуть несколько тонн мяса откуда-нибудь с другой планеты — от цен взвоешь и разоришься нахрен! Или проще пересечь мост и проехать пару десятков верст на русскую ферму? То же с остальной провизией и простым продуктом. Да еще внушал и космопорт Новошахтинска — отдельный от Гийомсбурга. Некоторые грузы было дешевле доставить из Русского Имперского в разы. Особенно запрещенные ко ввозу в французский доминион, хотя на это смотрели сквозь пальцы. И люди, которым доступ через их космопорт был заказан.

А вот грузы бывают разные. И как перевалочный пункт всевозможной контрабанды связка Гийомсбург-Новошахтинск работала безупречно. И, насколько я разбирался в апельсинах, мой агент лично прибыл сюда, чтобы сопроводить некоторый груз концерна «Орлофф» на французскую территорию. Что там было — потом спрошу, вряд ли контрабандные кондомы, хотя это очень выгодно. Личные стволы, знаете ли, нужно тоже держать в порядке.

— Ну так как будем работать? — спросила Дрилл.

— Полетим на моей яхте, — сказал я.

— А что, не…

— Не, — мотнул головой я. — А на чем еще? Разведчик стриго или фрегат Альваро не подходят, папина яхта тоже. Остается лох-яхта, что вообщем-то из легенды не выбивается. Но садится будем на Гийомсбурге — сама понимаешь, такой простой и удобный Новошахтинск для нас закрыт.

— А юрисдикция русской охранки не распространяется на Гийомсбург?

— Да как тебе сказать… — скривился я. — Могут ли мусора перейти мост и устроить шухер? Легко. Потом просто как всегда подадут протест, такой же вялый, как член белого француза. И этим все закончится.

— Но дело не будет уже сделано, и протест можно засунуть плашмя, — уточнила Дрилл.

— Как-то так, — кивнул я. — Именно. Разумеется, это будет крайним случаем, но вполне может быть.

— Вопрос только один…

— Какой?

— Где достать паранджу?

— …

Ну да, получилась немая сцена. И что вполне естественно, на базе, набитой добром под завязку, но по дефолту, как раз этих специфических нарядов не оказалось. Я сделал себе зарубку на мозге, что нам понадобится в будущем приличная костюмерная с запасом в том числе и специфических шмоток. А что? У всех нормальных спецслужб есть в штате в том числе и костюмеры, и гримеры! Причем, высшего класса. Ну нам до этого пока далеко…

Выручила нас Мэг. Как оказалось, она на «ты» как с иглой, так и с молекулярным прялом. Так что за те пару часов, что мы готовились к высадке, она изобразила вполне себе приличные чехлы для женщин, снаружи непроницаемые.

— Так, ты помнишь легенду? Тебе ее озвучивать! — спросил я Дрилл.

— Помню, — отмахнулась она. — Я все-таки старшая и любимая жена в нашем гареме! Мы — жены Великого и Несравненного Орла Пустыни хана ханов Мансура Великолепного, затмевающего своей тенью Солнце… Тьфу, каждый немытый погонщик ишаков, у которого есть свой кишлак, по определению Несравненный и Великолепный?

— Привыкай, о свет моих очей! — ухмыльнулся я. — У айзанцев так принято. Чем больше пыли в глаза и лести на пустом месте, тем слаще халва и легче на сердце у уважаемого и Несравненного Орла Пустыни великого Нового Айзана!

Дрилл еще немного пошипела и поплевалась, выражая восторг таким колоритом.

— Надо еще придумать, как нас зовут! — сказала она.

— Зита и Гита, — ляпнул я первое, что пришло в голову.

— Как-то по лоховски, — скривилась она. — Это больше имена его любимых коз, которых он…

— … пасет на лугу. Хорошо, — поспешно сказал я. — Пусть будут Зульфия и Ясмин.

— Зульфия… — покатала она имя на языке. — А пойдет!

— Ну и отлично.

— А если мы, не приведи Великая Мать, столкнемся там с настоящими айзанцами?

— Их

— Такого нет. Из носителей пенисов тут только вас двое с Пэдди… Вряд ли он подойдет…

Я смущенно покашлял.

— Сопровождающий либо муж, либо евнух. Пэдди на это не согласится.

— А кто эту цисгендерную мужскую шовинистическую членомразь спрашивать будет? Я, по-моему, ему уже раз это пообещала, если он будет на меня мастурбировать в душе!

— Он тебя до чертиков боится, — сказал я. — Так что оставим пока его с яйцами. И он родственник Мэг.

— Ладно, — грустно сказала она. — А я так хотела слугу! И, кстати, по дворцовому этикету у меня их должно быть восемь! И это только основных!

— Времена изменились, Ваше Вашество! — осклабился я. — Пора бы привыкнуть!

— Как низко я пала! — горестно сказала она. — Ладно, я готова!

— Воспользуюсь этим редким моментом. Если женщина говорит, что она готова…

— Значит, она готова! Что тут непонятного?

— Все норм, — пожал плечами я. — Пошли?

Мы забрались в мою разъездную яхту и дали газу.

Полет был настолько непримечательным, что я и говорить про него не буду. Нечего просто, рутина. Отошли от базы, сделали пять полуторачасовых прыжков — в том числе через Великую Пустошь — и, в конце концов, вынырнули на орбите мультидоменной планеты.

И опять аншлаг! Нет, все-таки, Вселенная населена больше, чем мне казалось. Хотя в мои времена был вопрос другой — одни мы в ней или нет.

Оказалось, нет — глупо было думать, что Творец сотворил ее для каких-то непонятных бесхвостых обезьян, высокомерно и ошибочно считающих себя венцом творения! Ага, щаз! По одной планете в руки и не больше!

Тут же пространство было забито почти также, как на той станции. Опятьсуденышки вились, как рой мошкары вокруг гнилого арбуза. Только вот роскошных судов тут не наблюдалось — я же говорю, забегаловка классом ниже!

— Яхта «Натшма» Великого Айзана с двумя царствеными особами на борту требует схему захода на посадку! — голосом капризной принцессы заявила Дрилл.

— Сначала откройте видеоканал, — со смешком сказал диспетчер.

Дрилл пожала плечами и показалась во всей красе в парандже.

— Э, нет! — заявил диспетчер. — Снимите этот балахон!

Ну точно, идиот. Никогда не имел дело с такими культурами?

— Только если вас сейчас перед камерой сделают евнухом, — парировала Дрилл.

— Что??? — диспетчер аж подавился.

— В нашей культуре наши лица может вмдеть только муж… Или те, кто лишены мужских достоинств! Спросите у вашего старшего диспетчера!

Экран погас.

— Ты не перегнула? — спросил я.

— Не-а, — безапелляционно ответила она. — А еще авантюрист… Читать надо описание уклада того народа, которого изрбражаешь.

— Как-то такие подробности я пропустил…

Экран включился вновь.

— Ну, — капризно сказала Дрилл. — Вы привели лекаря? Я жду!

— Извините, ханум, вышло маленькое недоразумение, — запинаясь, сказал диспетчер

Видимо, главный ему пояснил про правила приличия и пообещал в следующий раз подготовить для работы с айзанками.

— У вас есть на борту малый корабль или бот?

— Да, есть, а что? — высокомерно сказала Дрилл.

— Яхту мы сейчас принять не можем, космодром переполнен! Только малый бот.

— Высылайте курс, — приказала Дрилл и отключила связь.

— У тебя получается, — похвалил я ее.

— Но я ведь в самом деле особа царственной крови, — усмехнулась она. — Так что и играть не пришлось.

— Ну-ну, — только и смог сказать я. — Бот ждет, Ваше Высочество!

Глава 26

Помните старую советскую загадку, каким сексом в какой машине можно заниматься? В «Запорожце», где уши торчат между коленками — только мастурбацией.

К чему это я? Да к тому, что двухместный бот недалеко от «горбатого» или «ушастого» ушел, как по размеру салона, так и по удобству. Для моей широкой натуры оно так и было. Будь Дрилл бодипозитивной — это те, которые жрут без меры и отращивают гигантские сиськи и жопы с большим извращённым удовольствием — мы бы не влезли в него. Но в человеческой морфе она была вполне себе ничего. Люблю стройных женщин! Это было так, лирическое отступление.

Впрочем, сейчас у нас были другие проблемы. Бот входил в атмосферу по самой что ни на есть баллистической траектории — прокладчики курса не признавали легких решений. Нет, гравикомпенсаторы работали как всегда уверенно, снижая перегрузку с режима «невозможно» до режима «почти норма», но пляшущее за стеклом иллюминатора пламя не располагало к романтическому настроению. Хоть я и уверен в надежности местной техники, но…

Впрочем, как всегда все обошлось. Дальше бот шел уже по аэродинамической траектории, повинуясь командам автопилота. А садились мы на летное поле уже очень нежно и легко, бот приземлился как пушинка. Видать, обещания Дрилл сработали.

— Ну что, пошли? — она вылезла из ложемента, поправляя подол паранджи. — И как ваши бабы в таком ходят?

Я лишь пожал плечами и вылез из бота вслед за ней, путаясь в подоле.

Летное поле было установлено аппаратами всех форм и расцветок — публика здесь, как мы и говорили, была разношерстная. Впрочем, все лайбы ниже среднего, а некоторые вообще, в музей просятся. Вчера свиней на забой возил, сегодня за развлечениями прилетел на эти деньги. Вот такая вот фермерская жизнь.

Мы, озираясь на диковинки, пошли по дорожке стоянки в сторону космовокзала, с которого начинался путь не в ту дверь, точнее, не на ту планету. А это еще круче.

— Я главная и говорю одна! — на всякий случай повторила Дрилл перед тем как влиться в шумную толпу желающих культурно и не очень отдохнуть.

Я лишь кивнул и пристроился к ней в кильватер. Вот да, сравнение прямо точное. Дрилл перла вперед, что твоя «Арктика», расталкивая льдины. Точнее, льдины сами расходились подальше от этого непонятного ледокола в парандже.

Таким образом, мы быстро дошли до типа таможни, Дрилл дала тщательно изготовленные унипассы — спасибо лаборатории и папенькиному запасу настоящих пустых имперских бланков — таможенник не глядя их отсканировал и мы вышли уже на территории Гийомсбурга. Точнее, еще не вышли, с этим была проблема… Не в ьу дверь могли затащить силком.

Развлечения, как и положено, начинались еще в самом космовокзале — а что клиента терять? Свет плазменных

Зато мы были на высоте. Вот она, сила внешности! Завидев нас, все эти непонятные фрики уступали дорогу и мчались на поиски других жертв. Наш прикид у них полового возбуждения не вызывал, скорее, наоборот.

Наконец, выйдя из космовокзала, мы перевели дух.

— Куда теперь? — спросил я.

— Так это вроде как моя реплика! — удивленно ответила она. — И куда?

— Нам нужно в район Лам, бар «Сосисиска». Но через три часа, как стемнеет. Вот я и говорю, где время проведем?

— Это проблема. Зачем брать время с таким запасом?

— Привычка.

— Плохая. Где двум бедным наложницам восточного господина скоротать время? Не в пип-шоу же и не в стрип-баре…

— А почему бы и нет? Одна из моих бывших девушек обожала стрип-бары… — сказал я чистую правду. — Даже таскала меня по всяким там стрип-шоу.

— Несмотря на оральную устойчивость и половую грамотность, а также несгибаемость и твердость устоев? — осклабилась она. — Я тоже их люблю, но будет довольно странно, в этом-то прикиде…

— Ты лучше подумай, как будешь раздеваться и куда при этом пушку денешь!

— Я все оставила в боте, кроме дамского плазмера. К сожалению.

— Ну если ты решила прикрыть меня в пределах прямой видимости…

— Там посмотрим. Главное теперь добраться до бара и не выхватить люлей, в таком наряде! — сказала Дрилл через зарешеченное окошко паранджи. — А то подумают, что ролевая игра и как снимут.

— И что?

— Придется убивать, — вздохнула она. — Айзанец, как и орк, у которого из ушей течет тестостерон, в возбужденном состоянии невменяем. Ладно, снимем такси или как?

— Такси, — решил я. — Неизвестно, сколько нам сегодня придется протопать ножками, силы надо беречь.

— Как вы, русские, говорите — бешеной лисице семь верст не крюк?

— Бешеной собаке, но в целом правильно!

— Тогда вперед, проведем разведку и установим наблюдение за местом встречи. Эй, любезный! — она махнула рукой перед ховером, медленно ползущим вдоль тротуара в поисках неосторожных клиентов. — До Лама довезешь?

— Полезайте! — сказал белобрысый малый, у которого явно предки были с той стороны реки.

И мы поехали в довольно оживленном дорожном потоке. А водила, тем временем, заливался соловьём. Ох уж эта вечная привычка всех бомбил мира — да что там мира, масштабов галактики! Какая? Ну, естественно, монолог о том, что вообще-то он владелец преуспевающего бизнеса в сфере досуга, а таксует чисто для души! Эта музыка будет вечной…

Хотя и почти не врет. По некоторым фразам я так понял, что он шакалит на шалавах, то есть просто сутенер. А что, тоже организация досуга, все по чесноку!

Как хорошо, что паранджа скрывает выражение лица! Я представил себе рожу Дрилл, от выражения которой обосрался бы маньяк-убийца. Ведь держит как-то себя в руках, хотя вон паранджа подозрительно елозит на морде. Наверное, челюсть морфирует потихоньку по мере продолжения истории. Главное, чтобы выдержала! За такое положено давать значок заслуженного психиатра!

— А что ваша подруга молчит? — спросил бомбила, явно огорченный отсутствием нашей реакции на свой стендап.

— Ей в гареме язык отрезали, — с мстительным удовольствием сказала Дрилл. — Болтала без умолку, рассказывала, какая она звезда, ученая да важная. А в гарем ноги раздвигать пошла для души. Ну и договорилась.

Я мымыкнул фальцетом, чтобы придать достоверность истории Дрилл.

Всю следующую дорогу мы ехали в напряженном молчании. И когда мы вылезли из тачки, бомбила дал по газам, стремясь побыстрее удрать от своих слишком странных пассажиров.

— Ну что, до цели два квартала. И до условленного времени два с половиной часа. Какой план?

— В парандже — никакой, — сказал я.

— Кстати, можно снять. Ни одной камеры вокруг.

— Даже удивительно, — пробормотал я.

— Ничего удивительного, — хмыкнула она. — Клиенты любят приватность. Мусора, как и везде, попробовали их поставить, но вот незадача! Каждый вечер, перед началом горизонтальной смены, камеры разбивали. Хоть здесь и рай земной половой, но бюджет у мусоров строго ограничен, каждый день ставить камеры замучаешься. Поэтому прекратили. Так что пошли вон за те мусорные баки, там снимем эти чехлы для танков до отхода!

Действительно, Дрилл была права. Мы быстренько разоблачились. Я остался в костюме, а вот ее наряду позавидовала бы ночная бабочка среднего пошиба, которая толкает себя на улице, но уже прошла кастинг для работы в борделе.

— Конкурентки не придерутся? — спросил я.

— Вот лицензия для работы на улице, — достала она карточку из лифчика. — А вот знак «Свободных девок»!

Она ткнула пальцем в какую-то странную брошь на ее кожаном прикиде.

— И когда ты только успела прибарахлиться? — спросил я.

— Я же говорю, была я здесь. Под глубоким прикрытием. А изготовить дубликаты в нашей лаборатории — как два пальца.

— Да, ты полна сюрпризов! — покачал головой я. — План простой — я иду внутрь и играю роль наживки.

— А я шарюсь на улице, — кивнула Дрилл. — Осуществляю контрнаблюдение. Пресекать можно?

— В разумных пределах, без фанатизма.

— Прибью так, что никто ничего не поймет, — пообещала она. — Как раз тут творится форменный беспредел, что может быть лучше!

— Вот наушник, — я подал ей горошину-гарнитуру

— Связь как обычно.

— Поняла, — кивнула она и загнала ее в ухо.

— Ну что, вроде все! Расходимся! — сказал я.

— Принято.

И я легкой походкой вышел из-за мусорного бака, застегивая ширинку для стороннего наблюдателя. А что еще двое могут делать в укромном уголке в квартале развлечений? А то начнут звонить в службу спасения, как тот мальчик — «Тетя и дядя застряли в лифте, судя по крикам тетя ранена!»

До нужного мне места я добрался за пять минут, причем неспешным прогулочным шагом. Что это нужный мне клуб, я понял, даже не читая вывеску — там из старомодных неоновых трубок были выгнуты контуры сисек и большие красные соски.

Я толкнул дверь и вошел в гнездо разврата — я говорю это без малейшего осуждения. Вау! Да

Вечер, похоже, только начинался — заняты были только два шеста, а в зале занята только половина столиков. Я отошел вглубь зала, вблизи аварийного выхода — никогда не знаешь, когда придется уходить по-английски. Правда, я больше любил по-американски — с взрывами, шумом и пулеметными очередями от бедра. По-английски — это притравить собеседника по-тихому и исподтишка воткнуть стилет в спину — ну привычка у них такая. Это только в кино и книжках Бонд из Ми-6 рыцарь в белых перчатках. На самом деле — одна из самых грязно и топорно работающих служб, мясники с берегов Темзы.

Ладно, это я опять отвлекся. Да, кстати, вывеска не соврала — вайтрески здесь ходили топлесс. А накладные соски были большими и красными, латекса не пожалели.

Я сразу же заказал бокал пива, потом еще закажу. Все с тайной целью — обследовать их вонючий сортир как путь отхода. Не нравится мне все это, ох, не нравится… И чуйка скулит, как побитая собака…

Я словно бы невзначай постучал два раза пальцем по уху. Проверка связи! Ага, ответные два щелчка… Ну что же, подождем, твою мать!

И я на пару часов превратился в обычного посетителя. Так же издавал всякие неприличные звуки, наблюдая за мастерицами шеста и жопы. Пил пиво, время от времени выходя в туалет. Кстати нет, окна там были заложены кирпичом, оставляя большую щель, в которую можно спокойно было этот самый кирпич засунуть. И в один из визитов я увидел знакомый тюбик помады — это уже Дрилл показала возможность для передачи посылки. Если что…

Через пару часов не скажу чтобы томительного ожидания появился мой агент. И выглядел он не то, чтобы плохо, а очень плохо. Этот лысоватый рыхлый человечек средних лет, одетый в светлую рубашку и дешевые мятые брюки в стандарт посетителя явно не вписывался. И еще он потел, сильно потел. От страха. Оставалось только выяснить, кого или чего он боялся. Если меня — дело плохо, значит группа захвата уже ждет меня снаружи. А если за себя — ничего страшного, как в рекламе дезика — «когда мы потеем, мы воняем». Дезиком сбрызнется, и будет вонять и им и потом.

— Вы должны вытащить меня! — выпалил он, грузно плюхнувшись за столик.

— Во-первых, здравствуйте! — усмехнулся я. — Да не нервничайте вы так. Вот вам бокал холодного пивка, выпейте и успокойтесь! На девочек вон на шестах посмотрите — такие чудеса акробатики выделывают! Зря они, что ли, промежность брили?

— Мне не до промежности! — со страхом выпалил он и выдул бокал пива в три глотка.

Вот и хорошо, пиво само по себе легкий транквилизатор, а с некоторыми добавками… Сейчас они подействуют…

— Расскажите, что произошло — спокойным и уверенным тоном сказал я.

— Князь меня подозревает, — сказал он, трясясь. — Устраивают тайные обыски в жилище и на рабочем месте, следят за мной, просматривают мою корреспонденцию…

— Это точно? — опять спокойным и очень доброжелательным тоном спросил я.

Теперь главное — выяснить насколько в здравом уме и трезвой памяти находится агент. А проще — он психически нормален или нет? Бывает так, что кукушка настолько резко съезжает, что диву даешься. Вот человек нормален — а через неделю конченый псих с паранойей и периодами острых психозов. И бухать для этого не обязательно — любое нарушение кровоснабжения мозга может привести к этому, насмотрелся…

— У меня нет мании преследования, — покачал головой он, слава богу, уже спокойней. — Но то, что лазили — точно, я делал контрольки, как вы и учили. Причем, обыскивали профессионально, я бы и не узнал.

— А остальное?

— Тоже делают все очень аккуратно, просто очень.

— Так вы думаете, что находитесь под подозрением?

— И не просто думаю. Со мной в поездке отправили братцев.

Это уже серьезно. Папины волкодавы, как раз по внутренним делам. Братья, да. Петр и Павел Архангельские, по прозвищу Архангелы. И если они здесь…

У меня у самого холодок пробежал между лопаток, а чуйка завыла на луну, как собака у дома будущего покойника.

— Ладно, — внешне я был само хладнокровие. — Я вас вытащу, но, сами понимаете…

Намек был понят

— Вот, все внутренние документы, которые я смог достать, — он достал из кармана маленький кубик квантового накопителя, не больше ластика. — Здесь все. Хватит за проезд и беспечную старость?

— Я посмотрю, — пообещал я. — Подождите пять минут, — я встал из-за стола и спокойно пошел в уборную, по пути отбив три щелчка в ухе.

К сожалению, все было понятно. И похоже, наступал мой последний бой. Вольно или невольно, но агент привел ко мне папиных исполнителей. Но теперь операцией руковожу я, и никто не погибнет, я этого не допущу.

Убедившись, что в кабинках никого нет, я наклонился к окну и тихонько свистнул. Тотчас же появилась Дрилл, ждала меня… На душе внезапно стало тепло.

— Вот, возьми! — я передал ей титановый «ластик». — Все, миссия закончена. Дуй на корабль, прогревай движки, как только мы появимся — стартуем.

— Что-то не так?

— Да нет, — как можно более беззаботно ответил я. — На всякий случай. Береженого бог бережет, а небереженого — конвой стережет.

— Пока никого и ничего подозрительного я не заметила. Лучше останусь и прикрою…

— В этом нет нужды, — успокоил ее я. — А вот бот с прогретыми движками и ждущий нас — весьма кстати.

— Если что, я заберу вас и отсюда…

— Здравая мысль.

— Тогда на связи! — и Дрилл исчезла также внезапно, как и появилась.

Я заперся в кабинке. Сколько ей надо времени добраться до космопорта и попасть в бот? Полчаса? Надо выиграть ей время.

Я пыхтел и кряхтел на унитазе, как мучимый запором бедолага. Что, не выходит каменный цветок, Данила-мастер? То-то.

Промучившись так десять минут, я натянул штаны, поправил стилет в ножнах на ноге и пошел обратно в зал. Ба! А клиент-то не промах! Или мой коктейль так подействовал? Он уже сосался с какой-то шалавой, сидящей у него на коленях. Я пригляделся. Нет, вроде яиц и кобуры из-под условной юбочки в три пальца не торчало. Уже хорошо.

— Нам пора, — сказал я, остановившись у столика.

— Вы в этом уверены?

Я ударил ее в шею, ломая позвонки и рвя артерии. Не жилец. А вот теперь — ходу!

— Пожар! — я заорал изо всех сил. — Горим!

Это, кстати, помогает всегда — если бы вы звали полицию, хрен бы кто откликнулся. А вот «Пожар!» — универсально.

Зал тут же наполнился криками, суматохой, беготней… В которой запутались прорывавшиеся ко мне с противоположного конца зала боатья. Хоть они и Архангелы, но летать-то не умеют! А вот и подмога валит с улицы, и у всех что-то пиджаки топорщатся.

— Полиция! — попытались сказать вошедшие.

Но это было очень зря.

— Мусора! Бей мусоров! — заорал я.

Этот призыв нашел отклик в душах перевозбужденных стриптизершами и упитых посетителей. И пошел замес!

Так, полминуты максимум я выиграл. Рванул на себя дверь пожарного выхода, на автомате вырубил тех, кто на ней стоял и вылетел наружу. И тут позвонила Дрилл.

— Я готова! Вы где?

Сказал бы я тебе в рифму…

— В общем, слушай сюда, — сказал я. — На базе в моем сейфе код двадцать четыре сорок семь лежит большой пакет с твоим именем. Ьы преемник.

— Что значит «лежит»? Я сейчас же мчусь сюда!!!

— Только вот эсминец клана, зависший над стрип-клубом, другого мнения. — я поднял глаза наверх. — Сама погибнешь…

— Про кровную клятву была шутка? — взбеленилась она.

— Нет. Останешься в живых и вытащишь меня. А мертвая или в тюрьме ты бесполезна. Тут сила, которая тебе не по зубам. Так что выживи и вытащи меня. Но не сейчас.

— Роджер.

— Аут, — сказал я, вытащил горошину рации из уха и раздавил ее каблуком.

В дверь уже колотили, и хоть она была толстая, болючая и железная, ей оставалось секунд десять. Я обыскал лежащего, забрал его плазмер, запасную обойму и бумажник. Будем прорываться или хотя бы нанесем противнику побольше ущерба. Русские не сдаются, как ты сказал, дядя Вася. Никогда. Ни в одном из миров.

Дверь со скрежетом подалась. Я перехватил плазмер поудобнее, выбрал свободный спуск, и…

Конец 1-й книги

От автора

Спасибо купившим эту книгу. Вы помогли тяжелобольным. Дай Бог здоровья!

Nota bene

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту, например, через Amnezia VPN: -15% на Premium, но также есть Free.

Еще у нас есть:

1. Почта[email protected]— получите зеркало или отправьте в теме письма название книги, автора, серию или ссылку, чтобы найти ее.

2. Telegram-бот, для которого нужно: 1) создать группу, 2) добавить в нее бота по ссылке и 3) сделать его админом с правом на«Анонимность».

* * *

Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом:

Ревенант. Воскрешение