Ухорез 5

Глава 1

Василий Горъ

Ухорез — 5

Олег Леонидович Беклемишев

4 января 997 г. от ВР.

…В ночь со вторника на среду Госпожа Удача явно маялась от безделья. Вот и воспользовалась возможностью заняться хоть чем-нибудь интересным — незадолго до того, как мы перебрались на «наш» пляж мира единорогов, пригнала к этой части океана здоровенное стадо кашалотов. И по-настоящему обрадовала: заглянув в «зеркало» и обнаружив в прямой видимости несколько десятков доноров халявной энергии, мы поставили на «базу» дроны, которые собирались запустить, перекатили на ту сторону и спустили на воду оба гидроцикла, оседлали буйные машинки и рванули на поиски особи-одиночки.

Удача сопутствовала нам и в этом деле: особо ленивая «рыбка» нашлась от силы через минуту после начала движения — висела на поверхности, почти не шевеля хвостом, и плевать хотела на то, что сородичи постепенно уплывают вдаль. А зря: мы атаковали эту тушу по уже отработанной методике. То есть, зашли на нее сзади, метров с шестидесяти пяти «догнали» порталом и вбилиискажениев проекцию головного мозга. А после того, как млекопитающее забилось в агонии, взяли под контроль воду, ускорились и влетели в область, которую должно было накрыть посмертным импульсом.

Шарахнуло чуть слабее, чем хотелось бы. Тем не менее, по два уровня взяли не только матушка с Аней, но и мы с Наташей, оторвавшиеся от них почти на целый ранг. Так что в темпе распихали халявную энергию по нужным кластерам, вернулись к пляжу, загнали гидроциклы на прицепы, переместили технику в гараж Белоярского особнячка, перешли в кабинет усадьбы, пожелали друг другу спокойной ночи и в том же стиле «разошлись» по своим покоям. Отсыпаться после очень уж напряженного дня. Но у Госпожи Удачи были другие планы. Поэтому, как только я вломился в душевую кабинку и уронил в личный канал напарницы знак вопроса, ко мне «постучался» командир дежурной смены, извинился за то, что разбудил, и доложил об обнаружении стаи «гиен», вторгшейся в мои владения с юго-востока, по льду замерзшей Ангары.

Не уточни он, что эти монстрики бьют Огнем и, судя по радиусу области контроля, тянут на пятый класс опасности, я бы свои планы не переиграл. Ибо похожее зверье, но владеющее Воздухом, было слишком уж слабым и могло усилить разве что Юру Бажова. А «пятерки», да еще и в больших количествах, требовались и Даше, и Янине Павловне, и Белосельским, и их телохранителям. Так что я приказал привести стаю на стрельбище, сообщил своим дамам, что отдых отменяется, объяснил, почему, и загрузил ценными указаниями. Потом добросовестно помылся. Чтобы избавиться от запаха моря другого мира. И, неспешно одевшись, набрал государя.

Как и следовало ожидать, мое предложение взять еще уровень-другой было принято влет. Причем не только Императором, но и его благоверной. Поэтому без пяти три ночи из особняка вынеслась толпа желающих попинать иномирных животинок, на бегу разбилась на пары и помчалась к стрельбищу. А уже минуты через полторы-две привычно выстроилась поперек загонного коридора, образованного тревожной группой.

Левый фланг, как и накануне, заняли самые слабые боевые единицы, то есть, Виктор Константинович, с нашей помощью взявший шестьдесят третий, и Валентина Сергеевна, доросшая до шестьдесят пятого. Само собой, не одни, а в компании со мной и Наташей. Даша, поднявшаяся на семьдесят четвертый, ее Милашка, Янина Павловна — кстати, уже семьдесят седьмая — матушка и Аня привычно выдвинулись в центр. А двое телохранителей Белосельских, раскачавшиеся «аж» до семидесятого, и Валя с Варей сдвинулись на правый. Чтобы не мешаться у нас под ногами. Потом я сообщил подопечным, кого именно им предстоит пинать, поставил боевые задачи, выслушал очередной доклад дроновода и… добавил народу толику «мотивации»:

— Кстати, в стае — сорок две особи. Да, на начальном этапе мы подпустим к вам по одной, а остальных придержим. Но ровно через минуту с начала боя начнем усложнять жизнь каждой боевой единице. Так что не расслабляйтесь…

— С вами расслабишься… — проворчал самодержец, влил максимум силы впокровиз трех стихий и разогнал восприятиеускорением. Императрица зябко поежилась и последовала примеру супруга. Телохранители ощутимо напряглись, покосились на них, но остались на своих местах. А Волкова с Державиной, привыкшие и не к таким вводным, «потянулись» вперед чувством Воздуха и сходу объединили силы. В смысле, остановили двух своих «гиен» одной взаимно усиленной воздушнойстеной, ослабили огненныепокровызверейдождемЯнины Павловны, шокировали Дашинымразрядоми по очереди — но при активнейшей поддержке ручного пушистика — положили противников согласованными ударами «слоеных»лезвий.

Прохор Осоргин, которому я поручил приглядывать за этой парочкой, сделал напрашивавшийся вывод, приподнял воздушныйкупол, за которым бесновалась основная часть стаи, и выпустил на оперативный простор сразу трех «гиен». Вернее, из ловушки вырвалось то ли шесть, то ли семь, но Марина Васильевна и чета Чекменевых вернули лишних обратно зубодробительными воздушнымизатрещинами.

Телохранители первых лиц государства тоже пробовали атаковать в паре, но получилось откровенно так себе: да, и их монстрики остановились, но чуть ближе, чем следовало, поэтому дотянулись до вояк заклинаниями, похожими насожжение, и заставили задергаться. Что не лучшим образом сказалось на согласованности действий, и Конвойные продолжили воевать в «сольном» режиме.

Почти в том же стиле «слились» и Белосельские: воздушнуюстенусформировали вместе, адождь— вразнобой. Из-за чего контратаковали не одновременно. Впрочем, в какой-то момент государь почувствовал, что их контроль держит, поверил в себя и разозлился. Поэтому не только поймал темп атак своей благоверной, но и смог усилить одно из еелезвий. А после того, как понял, что их паре не хватает мощности, начал экспериментировать — заключил голову одной из «гиен» в сферу из Воды, не дал зверю ее испарить, удерживал порядка полутора минут и, в конечном итоге, «помог» животинке «вдохнуть», закашляться и потерятьпокров. И пусть при этом чуть было не зевнул атаку двух следующих хищников из-за того, что поймал посмертные импульсы от жертв Волковой и Державиной, но вовремя отбросил монстриков воздушнымщитоми поймал кураж…

…Первую стаю запинали ближе к шести утра, а вторую, выбравшуюся из «чужого» портала в районе пяти тридцати — к четверти восьмого. Будь этот день тренировочным, я устроил бы «рыбалку» и помог подопечным взять не по одному-двум, а по три уровня. Но Белосельские собирались улетать

— Олег, теть Наташ, в последней схватке Милашка взяла четвертый ранг! — радостно воскликнула она, покосилась на телохранителя Императора и все-таки продемонстрировала возможности питомца — приказала ему сидеть, ушларывкомв левый дальний конец коридора, жестом подала пушистику команду «Атакуй меня!», приняла напокроводиночнуюледяную иглуи гордо задрала носик: — Видели? Лупит метров с одиннадцати-двенадцати!!!

— Красотка! — улыбнулся я и загрузил девчонку, примчавшуюся обратно, по полной программе: — Все, теперь твоему напарнику нужна третья стихия — с ней он превратится в самого буйного питомца на свете. Так что отлавливай Нинку и договаривайся о совместных экспериментах…

Даша расстроенно вздохнула:

— Отловить и договориться не проблема. Но эксперименты — дело долгое. А нам пора возвращаться во Владимир: девятого — день рождения Танькиной мамаши, которое почему-то празднуется всем родом. И если мы пропустим это мероприятие, то у тети Снежаны появятся моральные основания обвинить нас в неуважении и устроить веселую жизнь мелкими уколами, придирками и подставами…

Я посмотрел на часы, произвел несложные подсчеты и пробормотал:

— Так, девятое — понедельник…

— … но подготовка к празднованию начнется в субботу рано утром… — подхватила она. — Поэтому нам надо вернуться в поместье либо сегодня, либо завтра, либо — в самом крайнем случае — послезавтра.

— Наш «Коршун» — в Белоярске. И экипаж — там же. Так что вернетесь… — пообещал я, почувствовал, что в теплой куртке стало жарковато, вспомнил, куда мы направлялись, и мягко улыбнулся: — В общем, как определишься с желательной датой вылета, сообщишь…

Сестренка попросила прощения за то, что задержала, дважды щелкнула пальцами, поймала Милашку, прыгнувшую к ней, и унеслась в свои покои. Я тоже ускорился. А в восемь двадцать восемь снова вышел в общий коридор и был озадачен Белосельской, обнаружившейся рядом с матушкой:

— Олег Леонидович, нам доложили, что вашим сестрам и брату тоже пора возвращаться во Владимир. Так, может, отправите их с нами, чтобы не гонять ваш самолет туда-обратно?

— Доставить их в поместье Державиныхличноне обещаем, но достойное сопровождение выделим… — добавил Император, сделал небольшую паузу и привел неожиданный аргумент в пользу этого предложения: — Кстати, слух о том, что Дарья Константиновна, Петр Константинович и Татьяна Тихоновна прилетели в столицу вместе с нами, упрочнит их позиции как во внутренней иерархии рода, так и вообще.

Тут мелкая потемнела взглядом и гневно заявила, что они с Дашкой и Петькой не болтливы.

— Мы в этом нисколько не сомневаемся… — миролюбиво улыбнулся он и шокировал юную воительницу более чем логичным объяснением: — .. поэтому распространением этого слуха займутся профильные специалисты и добьются реакции, выгодной не столько вам, сколько Российской Империи, мне и Олегу Леонидовичу.

Девчушка задумчиво подергала себя за мочку уха, затем сказала, что это меняет дело, запоздало сообразила, что влезла в разговор главы государства и старшего родича, покраснела и извинилась перед нами обоими.

— Вы защищали свою честь, честь сестры и брата… — без тени улыбки заявил государь. — Поэтому я не в обиде. Более того, прошу прощения за то, что сформулировал свои мысли недостаточно четко и, тем самым, вынудил вас почувствовать себя оскорбленной.

Тут мелочь удивила недетской рассудительностью:

— Ваше Императорское Величество, вы привыкли общаться с личностями в разы старше и информированнее меня, так что просто-напросто не подумали о том, что я могу вас не понять. А моя ошибка куда серьезнее: я имела глупость возмутитьсяв присутствии старшего брата, для которого дворянская честь— отнюдь не пустой звук, а забота о любимых родственниках — неотъемлемая часть мировоззрения. Да, ошиблась из-за того, что привыкла защищать себя сама, а в гости к Олегу Леонидовичу и Анастасии Юрьевне прилетела в первый раз. Но мне все равно стыдно…

…Доблестная защитница ела себя поедом до конца трапезы. А после того, как я поднялся из-за стола и, тем самым, отпустил кого тренироваться, а кого и собираться, подошла ко мне, поизображала хвостик до ухода государя и государыни, а потом извинилась еще раз.

Я понимал, что с ней происходит, поэтому сначала «принял извинения», а потом честно признался, что, окажись на ее месте, поступил бы точно так же, и плавно съехал на тему покомфортнее — дал понять, что расстроен их столь скорым отлетом, и предложил прилетать почаще. Вот девчонку и отпустило — она потребовала, чтобы я наклонился, звонко чмокнула в щеку, назвала самым любимым братиком и умчалась к себе. Ну, а мы с матушкой, Наташей и Аней выпили еще по чашке чая, поблагодарили Жарову за вкусный завтрак, сходили за верхней одеждой и снова вышли в общий коридор. Пока ждали Белосельских, Державиных и Волкову, принявшую предложение улететь «этим же рейсом», организовали «окно» для пилота «Аллигатора». Так что к моменту, когда наша компания подошла к посадочной площадке, этот вертолет успел выкатиться из большого ангара, а борта сопровождения «зависли» над ближней опушкой. Вот прощание и не затянулось: мы пожелали улетающим всего хорошего, подождали, пока они поднимутся в салон, отошли метров на пятнадцать и прикрылиськуполом. А после того, как «эскадрилья» ушла на юг, вернулись в особняк и поднялись в кабинет.

Я помог женщинам опуститься в их любимые кресла, сел сам, включил «глушилку» и криво усмехнулся:

— Все, «большое нашествие гостей» закончилось. Значит, теоретически можно начинать шевелиться. Но все три крепости Чужаков уже уничтожены тактическими ядерными взрывами,

вчерашнее вторжение ящеров в Абану было отбито до того, как мы освободились и добрались до Сети, подводный город, который мы как-то разносили, пуст, а мишки пока не объявлялись. Так что, по логике, можно со спокойной душой наведаться в гости к артефактору…

— … но ты до смерти устал от гостей и хочешь отдохнуть от «отдыха» в их компании? — ехидно поинтересовалась матушка.

Я подтвердил.

— И что тебе мешает? — полюбопытствовала целительница.

— Чувство долга… — ответила родительница, снова поймала мой взгляд и немного повоспитывала: — Мишка-артефактор подождет: ты без малого двое суток вкладывался в усилениеглавы государства, его супругииКонвойных, все свободное время возился с сестрами, братом и Яной, анализировал каждое слово Белосельского

Упираться я и не подумал. Так как действительно задолбался. Поэтому, как только целительница поднялась на ноги и «грозно» уставилась на подругу, изъявил свою волю:

— Отдых нам действительно не помешает. Так что не сопротивляемся, Наташ…

Не стала — пожелала мне добрых снов и ушла следом за целительницей. А я, проводив их взглядом, уставился на матушку, сообразил, что в этом году ни разу не оставался с ней наедине, и неожиданно для самого себя перебрался на пол. В смысле, привалился спиной к ее ногам и подставил голову под руку.

Она запустила пальчики в мои волосы, эдак с полминуты превращала меня в счастливую медузу, а потом все-таки начала «избавлять от ненужных рефлексий»:

— Второе-третье дно в пожаловании нам боярства разглядел?

Я утвердительно кивнул:

— Да, конечно: государь противопоставил нас, род талантливых магов, всей неадекватной части дворянства, а значит, неявно подтолкнул к своему. Кроме того, создал великолепный стимул для адекватной и «размыл» реакцию оппозиции на свое решение изменить принцип назначения на руководящие должности в министерствах и ведомствах.

— Все верно… — удовлетворенно мурлыкнула она и удивила вопросом из другой оперы:

— А для чего Беклемишевы привезли тебе не одну, а трех вековуш, понял?

— Ты хочешь сказать, что второе дно было и у этой попытки вогнать меня в моральные долги и взять под сторонний контроль? — по инерции спросил я и включил голову. Но додуматься до неочевидных выводов не смог.

— У-у-у… — разочарованно протянула она и «объяснила», почему: — Олег, ты не увидел самого главного: Евгений Львович дал понять, что готов играть на МОЕЙ СТОРОНЕ!

— Я в упор не вижу этого намека даже сейчас… — честно признался я, и родительница расстроено вздохнула:

— В его системе координат ты,юный и неопытный глава рода, являешься ценным активом, который необходимо не только использовать в своих целях, но и беречь от ошибок, невыгодных тем, кто тебя играет — то есть, мне. А одна вековуша — это твоя гарантированная влюбленность всвою первую женщину, гарантированное перемещение твоей избранницы навторое местов табели о рангах рода и гарантированная война за влияние на тебя между мною и этой особой. Зато одновременное обретение тобою трехправильно настропаленных баб, по логике Беклемишева, должно дать диаметрально противоположный эффект: вместо того, чтобы по уши влюбиться в какую-нибудь одну вековушу, ты почувствуешь себя половым гигантом; через какое-то время «раздвинешь горизонты» и затащишь в постель всех трех, а после того, как привыкнешь к такому… хм… времяпрепровождению, начнешь подсознательно считать нас, женщин, ресурсом. А это, в свою очередь, позволит мне подобрать невестку,устраивающую меня, понизит потолок прочности эмоциональной связи между вами, существенно ослабит влияние моей конкурентки на тебя и практически обнулит влияние ее родни. В общем, этот подарок, по сути, делался не тебе, а мне. Дабы я оценила прогиб и позволила Евгению Львовичу вернуть хотя бы часть утраченных позиций…

Ненависть к ублюдочному родственничку я задавил достаточно быстро. И даже начал раскладывать по отдельным полочкам памяти новое Знание. Но закончить это дело не успел. Из-за шокирующего утверждения матушки:

— Кстати, будь в тебе чуть меньше правильной упертости, в Наташе — правильной самоотверженности, а в Ане — чуть-чуть больше интереса к тебе, как к мужчине, я убедила бы тебя спать с обеими.

— Зачем?!!!

Тут ее пальцы перестали перебирать мои волосы, а в голосе зазвучала закаленная сталь:

— Глава рода обязан жить чаяниями рода. Особенно в эпоху перемен. А влюбленности — что в вековуш, что в невест, что в законных супруг — от этого отвлекают. Дальше объяснять?

Глава 2

4–5 января 997 г. от ВР.

…Крайне неприятное послевкусие, оставшееся от беседы с матушкой, не отпустило меня даже после расслабляющего массажа Ани — да, в какой-то момент я перестал соображать и отключился, но в одном из снов набил морду Евгению Львовичу, а во втором все никак не мог доказать толпе домочадцев, что не собираюсь бросать их на произвол судьбы из-за влюбленности… в двух жен и аж четырех вековуш. Поэтому вернулся в сознание, пребывая, мягко выражаясь, не в духе. И обнаружил, что обнимаю Наташу, которая, по логике, должна была находиться в своей спальне. А напарница, как-то почувствовав, что я не только продрал глаза, но и выпал в осадок, виновато вздохнула:

— Мне приснилось, что ты выгнал меня из рода. Кошмар был настолько реальным, что я до сих пор слышу утверждение «А я тебя предупреждал…», хруст снега под ботинками и лязг, с которым за спиной закрылись ворота КПП. Кстати, в момент пробуждения я брела к опушке, собираясь зайти поглубже в лес, упасть в какой-нибудь сугроб и замерзнуть.

Поэтому не сразу сообразила, что проснулась. А когда поняла, что тут, в реальности, тебя не разочаровывала, настолько обрадовалась, что открыла портал, перебралась в твою спальню, залезла под одеяло и уже порядка четверти часа… надеюсь, что ты простишь мне это прегрешение.

Я ласково поцеловал ее в висок, прижал к себе и постарался отвлечь от неприятных воспоминаний:

— Разве это прегрешение? Ты — моя женщина. Значит, обязана приходить в себя в моих объятиях. Впрочем, по попе все равно получишь. Как за то, что не разбудила, так и за то, что страдала в гордом одиночестве.

— Я не страдала… — чуть-чуть повеселев, призналась она. — Ты сгреб меня в объятия еще до того, как я накрылась одеялом, подложил руку под грудь и зафиксировал коленом левое бедро. Вот мне и захорошело. Впрочем, попу подставлю по первому требованию. Только трусики с нее снимешь сам…

Снял. И… хм… наказал. В альтернативном варианте. Вернее, наказывал. Почти всю ночь. А после того, как утолил одно желание на двоих, рухнул на влажную простыню, притянул к себе Наташу, продолжавшую млеть от остаточных волн удовольствия, и расслабился, внезапно увидел ситуацию со своим долгом роду со стороны. Мало того, как-то уж очень легко поставил себя на место матушки, понял и принял логику всех ее рекомендаций, увидел свет в конце тоннеля своих сомнений и даже придумал пару-тройку

«Прошу прощения за то, что разбудил, но Анастасия Юрьевна только что прибила личного посланника Папы Римского и переключилась на свиту. Да, к веселью подключились и Анна Георгиевна с личным составом тревожной группы, так что… бой уже закончился. Но гибель столь высокопоставленной персоны и толпы иностранцев, как мне кажется, надо будет правильно объяснить…»

Я поблагодарил парня за информацию, подключился к личному каналу родительницы и «злобно» поинтересовался, почему она развлекается без нас.

— Не «развлекаюсь», а злобствую… — сварливо уточнила она и объяснила, почему: — Тебе попытались навязать в ученики лучшую боевую группу Святой Инквизиции. И сходу дали понять, что в случае отказа предадут анафеме весь наш род, а на Белоярский край наложат интердикт!

— Это меняет дело… — по инерции пробормотал я, допер до самой главной странности прозвучавшей угрозы и нахмурился: — Так, стоп: какой, к этой самой матери, интердикт могут наложить на Белоярский край, если это — каноническая территория Русской Православной Церкви, а значит, находится вне католической юрисдикции?

— Теоретически — никакой… — недобро усмехнулась она. — Так что это утверждение, вероятнее всего, было блефом. А вот предание анафеме вполне реально: да, с момента Великого Раскола православные и католики находятся в состоянии разделения, из-за чего Папы Римские могут отлучать от церкви только тех, кто находится в их юрисдикции, но это не помешало Папе Льву IX и патриарху Михаилу Керуларию обменяться проклятиями во время Великого Раскола. Да и следующие Папы частенько забывали о неписанном правиле не лезть на чужую делянку.

«Кажется, Франциск IV тоже зажился на этом свете…» — мрачно подумал я, но делиться этим мнением с матушкой не стал. Из-за того, что поймал за хвост более важную мысль:

— Что ж, значит, запись вашей «беседы» с посланником Папы Римского надо будет отправить не только Виктору Константиновичу, но и патриарху Симеону. Кстати, как я понимаю, вы завалили не только самого посланника, но и лучшую боевую группу Святой Инквизиции?

Ответ подтвердил мои догадки:

— Ну да: здоровячкам в рясах почему-то не понравилась моя реакция на хамский ультиматум…

— И… сколько гостей из знойной Италии вы в итоге положили?

— Двадцать пять: особо говорливое тело, дюжину его телохранителей и столько же «самых-самых».

Я потер переносицу, додумался до забавной идейки и задал еще один уточняющий вопрос:

— А на каких машинках приехали эти уроды, на арендных, или…?

— Не-не-не: на шедеврах итальянской автомобильной промышленности! — мурлыкнула родительница, вне всякого сомнения, севшая на мою волну. И, тем самым, добавила толику уверенности в правильности принятого решения:

— Отлично. Значит, сдадим Анциферову только трупы. А все остальное экспроприируем. Ибо «Что с бою взято, то свято…»

— Ты, главное, не забудь натравить на честно затрофеенные автомобили спецов Григория Денисовича… — посерьезнев, посоветовала матушка. — Пусть поищут маячки, системы самоуничтожения и тому подобную дребедень…

…Трофеи действительно оказались заряженными. Причем по полной программе. Но я узнал об этом только после долгого разговора с государем, одной встречи и нескольких созвонов с Анциферовым, двух «консультаций» с митрополитом Симеоном и «беседы» с чрезвычайно предупредительным, благожелательным и корректным следователем по особо важным делам ИСБ. Удивляться, естественно, и не подумал — поблагодарил первого заместителя Григория Денисовича за информацию, убедил принять и распределить между взрывотехниками «малую денежку», состыковал этого «Ведуна» с Прохором Осоргиным и поручил последнему встретить, принять и загнать «шедевры» в подземный гараж усадьбы. А потом со спокойным сердцем выбросил мелкую проблему из головы, вызвал весь свой ближний круг в большую гостиную и, наконец, утолил разбушевавшийся голод.

Само собой, не забыл и про «боевые». Поэтому после трапезы позволил себе полчасика полениться. Пока расслаблялся в гостиной матушки, поболтал с Дашей, решившей сообщить нам о том, что их «только что» довезли до Владимирского поместья Державиных и высадили не перед его воротами, а перед крыльцом особняка.

Описания реакций невольных зрителей прибытия этой троицы домой не только развеселили, но и настроили на оптимистичный лад. Увы, от силы через минуту после отключения сестренки ожил телефон матушки. И она, приняв чей-то вызов, сначала уважительно поздоровалась, а после того, как вдумалась в монолог собеседника, потемнела взглядом, поиграла желваками и озвучила утверждение, заставившее подобраться:

— Опишу вашу проблему главе рода прямо сейчас, выслушаю решение и перезвоню…

Описывать проблему начала после того, как сбросила вызов и собралась с мыслями. Поэтому выдала лаконичный и структурированный доклад:

— В восемнадцать ноль-ноль в родовое поместье Соловьевых прибудет некий переговорщик Вагановых. Требовать переуступки права собственности на две трети земель под Белоярском. Де-юре — из-за неких «старых долгов». Де-факто — по Праву Сильного. Владислав Александрович уверен, что не потянет против мощи рода, входящего в двадцатку влиятельнейших, поэтому просит разрешения завуалированно намекнуть переговорщику на дружеские отношения с нами. И еще: по уверениям начальника разведки Соловьевых, только за декабрь Вагановы отжали три очень крупных участка земли в нашем крае, вкладывают серьезнейшие средства в усиление личного состава родовой дружины и… уже выплатили Белосельским два безумных штрафа за попытки подкупа дежурных операторов краевой СОПП.

— Владислав Александрович не побоялся влезть в наш конфликт с ИСБ… — сказал я, как только она замолчала. — Так что мы перед ним в долгу…

— Владислав Александрович поддерживал и твоего деда. Причем во всех его начинаниях и конфликтах… — добавила она и снова превратилась в слух.

— Ты говорила. В день нашего отъезда из Енисейска… — хмуро буркнул я, задвинул куда подальше горькие воспоминания и определился с решением:

— Завуалированный намек может быть проигнорирован. А наше присутствие на переговорах — вряд ли. Так что вылетаем в гости… через пятнадцать минут. Вчетвером плюс тревожная группа. Форма одежды — парадно-выходная…

Пока переодевался, озадачил Антипа Назаровича, которого оставлял за старшего, подобрал дам в общем коридоре и ломанулся к ангару с «Икаром». А после того, как поднял конвертоплан в воздух, собрал в отдельный канал народ, летевший на «Исети», тезисно описал создавшуюся ситуацию, поставил общую боевую задачу и растолковал несколько вариантов желательных реакций на возможные телодвижения Вагановых.

Оба сообщения СОПП об открывшихся порталах проигнорировал. Хотя второй появился достаточно близко от небольшого поселка и, теоретически, мог усложнить жизнь его защитникам. Поэтому границу владений Владислава Александровича пересекли в половине шестого, приземлились на площадку для игры в городки, расположенную за особняком, и выбрались из машин.

Личный состав тревожной группы

Кабинет тоже оказался о-го-го — только за стол для совещаний можно было посадить восемнадцать человек, а мягкий уголок был рассчитан еще на десять-двенадцать. Впрочем, тот, кто оформлял это помещение, ел свой хлеб не зря, так что оно показалось мне не только строгим, но и, в какой-то степени, уютным. Поэтому я как-то уж очень легко переключился в рабочий режим, оценил «местность» через призму удобства ведения боевых действий, отвел своих дам в мягкий уголок, деловито расставил четыре кресла полукругом и изобразил галантного кавалера.

Владислав Александрович «включился» сразу после того, как мы сели и расслабились — выяснил, что мы будем есть и пить, активировал рабочий терминал, передал некой Ниночке чуть увеличенный заказ, сел напротив меня и криво усмехнулся:

— Олег Леонидович, долгов у нас нет. Ни перед Вагановыми, ни перед другими родами, ни перед банками, ни перед деловыми партнерами. Поэтому, в теории, у меня могут потребовать очень и очень немногое…

Это самое «немногое» перечислял минут пять-семь и, откровенно говоря, сильно удивил «чистотой» взаимоотношений четырех поколений глав его рода с врагами, союзниками и деловыми партнерами Соловьевых. Да, я допускал, что в нарисованной картине не хватает множества фрагментов, но, в то же самое время, прекрасно понимал, что умалчивать о самых важных Владиславу Александровичу крайне невыгодно. Вот и отпустил ненужные сомнения.

После прихода «Ниночки» и двух премиленьких горничных, в мгновение ока накрывших на стол, поухаживал за своими дамами. А в восемнадцать ноль-ноль поймал взгляд хозяина кабинета, то и дело поглядывавшего на рабочий терминал, и вопросительно выгнул бровь.

Мужчина мрачно усмехнулся:

— Их кортеж только-только выехал из Белоярска… на скорости порядка шестидесяти пяти километров в час. А значит, подъедет к особняку не раньше, чем через двадцать пять-тридцать минут…

— Наглеют, однако… — процедила матушка и объяснила это утверждение недавним мещанкам: — Намеренное опоздание на любые переговоры считается демонстрацией неуважения. А получасовое — фактически плевком в лицо. Да, в жизни случается всякое. Но о ЧП положено сообщать. И извиняться. В случаях, подобных сегодняшнему, то есть, при опоздании на переговорыс главой дворянского рода— серьезными вирами. Ибо ему положено встречать таких «гостей» на верхней площадке парадной лестницы…

Наташа благодарно кивнула и «навелась» на Соловьева:

— Я надеюсь, что за вами не заржавеет?

Он потемнел взглядом и криво усмехнулся:

— Как ни обидно это признавать, но поведение Вагановых — всего-навсего намек на более чем реальную разницу в силе и влиятельности наших родов. Поэтому без вашей поддержки я был бы вынужден утереться. А с нею буду играть вторым номером…

Игнорировать это утверждение было нельзя. Вот я молчание и прервал:

— Что ж, тогда Вагановых встретит кто-нибудь из моих парней, сообщит, что у вас деловая встреча, поднимет в приемную и предложит подождать. А мы продолжим пить чай. И, тем самым, уродца поставим на ваше место…

…Не знаю, как на «демонстрацию разницы в силе и влиятельности» отреагировал бы юрист Вагановых, но наследник главы рода, прибывший на переговоры в качестве Жуткой Страшилки, оскорбился еще в тот момент, когда выбрался из лимузина и обнаружил, что на верхней площадке парадной лестницы стоит не Владислав Александрович, а «непонятный мужичок» в деловом костюме. Нет, взрываться сразу гость не решился. Так как оценил плотностьпокроваэтого самого «мужичка», неприятно удивился и решил пока не обострять. Поэтому поднялся по ступенькам, представился, достаточно вежливо поинтересовался, почему его-любимого встречает не первое лицо, и выпал в осадок, услышав убийственный ответ:

— Тридцатиминутное «окно» в расписании Владислава Александровича, зарезервированное для вас, уже закрылось, соответственно, в данный момент он находится на следующей деловой встрече. А мне поручено поднять вас в приемную. Следуйте за мной…

Ваганов, не привыкший кого-нибудь ждать, пошел красными пятнами, но утерся. Так как понимал, что опоздал, а значит, не имеет морального права предъявлять Соловьеву какие-либо претензии.

Неплохо держался и первые минут двенадцать-пятнадцать пребывания в шкуре просителя — сделал «заказ» подоспевшей горничной, дождался бокала коньяка, не смог придраться к его качеству и выпил грамм восемьдесят из ста.

Да, злился. И не стеснялся это показывать, благо, Семен Глотов, изобразивший доверенное лицо Владислава Александровича, успел «куда-то уйти», апокровдевушки, приставленной к этой паре гостей, уважения не внушал. Так что то сжимал, то разжимал правый кулак, сверлил ненавидящим взглядом стену кабинета и каждые секунд десять смотрел на часы. А еще вслушивался в наши голоса. Каждый раз, как «Ниночка», безостановочно мотавшаяся между нами и кухней, открывала дверь. Вот я этим «любопытством» и воспользовался — рассказал Соловьеву-старшему один из самых любимых анекдотов батюшки за считанные мгновения до того, как личная помощница хозяина поместья в очередной раз покинула помещение.

Анекдот заставил улыбнуться даже матушку, слышавшую его не одну сотню раз. А Владислав Александрович, Наташа и Аня расхохотались. Вот Игнат Борисович Ваганов, рассчитывавший ПУГАТЬ, и психанул — вскочил с кресла,рывкомпереместился к открывшейся двери, сбил с ног помощницу хозяина поместья, оказавшуюся на пути, ворвался в кабинет и… хм… выразил свое недовольство с помощью обсценной лексики.

При этом давил взглядом главу рода Соловьевых, сидевшего за столом, а нас то ли не заметил, то ли проигнорировал. А еще опустил имя-отчество. За ненадобностью. Так что местоимение «вы», прозвучавшее в начале монолога, развязало мне руки. И я ударил. Сначалапятнышком, сдувшим к этой самой материпокровсемьдесят третьего уровня, а затем и воздушнымкулаком, впечатавшим обнаглевшего «гостя» в стену и отправившим в беспамятство.

Досталось и юристу, вбежавшему в помещение следом за господином — этот «атакующий» влип вкоконНаташи, местами поломался, рухнул на пол и заблажил. В смысле, протараторил в оперативный канал, что они атакованы, и злобно уставился на меня. Но я не испугался — поднялся с кресла, выслушал лаконичный доклад командира тревожной группы, за считанные мгновения положившей перевозбудившихся телохранителей горе-наследничка, подошел к его тушке и всадил в нее предельно ослабленныйразряд. А после того, как Ваганов пришел в сознание

— Владислав Александрович, вы не подскажете, что это за хамло, и с чего это вдруг оно решило, что имеет право безнаказанно врываться в ваш кабинет и оскорблять потомственных аристократов?

Глава 3

5 января 997 г. от ВР.

…Ваганов-старший прибыл в поместье Соловьевых за четверть часа до назначенного срока, с трудом выбрался из темно-синего «Питона», раздраженно отказался от помощи телохранителя, огляделся по сторонам, не обнаружил даже намека на следы кровопролитного сражения и помрачнел еще сильнее. По ступенькам парадной лестницы поднялся с грехом пополам и, видимо, оценил плотностьпокроваРомана Комлева, стоявшего на верхней площадке, так как недобро прищурился и поджал тонкие губы. А после того, как тот молча повел рукой, безмолвно предлагая следовать за ним, чуть не лопнул от бешенства. Впрочем, выпендриваться не решился. И даже заткнул членов «свиты», возмутившихся недостаточной предупредительностью встречающего. Но поздновато. Так что здоровяк, обратившийся к егерю фразой «Слышь, ты, быдло…», лишился ипокрова, и нижней челюсти, а второй спутник Бориса Юрьевича, успевший выдохнуть только междометие «эй…», самостоятельно прикусил язык и спал с лица.

В общем, первое впечатление Ваганова… хм… впечатлило. А после того, как он вошел в холл, напрягло и второе — на темно-сером полотнище, расстеленном вдоль левой стены огромного помещения, обнаружились тела покалеченных, но еще живых сопровождающих Игната Борисовича. Кстати, там Борис Юрьевич расстроился дважды — после того, как оценил состояние родичей, попавших под каток моей тревожной группы, и в тот момент, когда «навелся» напокровЕвгении Пришвиной, приглядывавшей за полутрупами. Ибо почувствовал, что «даже целительница» намного сильнее него. Вот и играл желваками все время, пока добирался до приемной Владислава Александровича. А перед тем, как переступить через порог кабинета, взял себя в руки. Поэтому вломился в помещение в стиле тяжелого танка, мазнул нечитаемым взглядом по тушкам, валявшимся у стены, подошел к креслу, поставленному напротив мягкого уголка, сдвинул метра на полтора вперед, сел и попробовал «потянуться» ко мне чувством Воздуха.

Ага, так я ему это и позволил — стихия «не отозвалась». Дедок сверкнул глазами, переключился на Землю и обломался снова — ее намертво «задавил» Федор Яшин, сидевший рядом с его родственничками. Использовать третий Дар, имевшийся в распоряжении, «гость» счел бессмысленным, так что поймал мой взгляд и решил начать разговор с позиции силы:

— Олег Леонидович, вы в одночасье противопоставили себя одному из самых сильных и влиятельных родов Российской Империи…

Слушать дальше стало неинтересно, и я обострил ситуацию до предела:

— Как я понимаю, вы сочли поведение своего наследника как минимум допустимым. Что ж, тогда сообщите, пожалуйста, в каком из владений нашего края вы будете находиться сегодняшней ночью: принципиальное согласие на объявление межродовой войны я уже получил, но уничтожать всех Вагановых подряд считаю нецелесообразным. Поэтому приеду персонально к вам.

Не знаю, как он почувствовал, что я не шучу, но переобулся на ходу:

— Вы меня неправильно поняли: Игнат, безусловно, виноват, и то, что он был пьян, его нисколько не оправдывает. Поэтому извинится. И заплатит виры всем, кого оскорбил.

— Извиниться он не сможет… — бесстрастно предупредил я. — По крайней мере, в ближайшие два-три месяца: за оскорбление моей матушки, ее личной помощницы и моей напарницы я уже отрезал вашему сыну язык. А виры мы примем. Само собой, если вы учтете тот факт, что Игнат Борисович оскорбилглаву единственного боярского рода Российской Империи, трех боярынь и нашего союзника. Кстати, вир потребуется шесть — нам пятерым и личной помощнице Владислава Александровича. Реквизиты сейчас пришлю. Далее, пока вы добирались до этого поместья, я выяснил, чем вы занимаетесь тут, в Белоярском крае. Полученная информация разозлила. И не только меня. Так чтоот имени и по поручению Его Императорского Величестванастоятельно советую вам уняться. Иначе Право Сильного будет использовано против вас, и вы этогогарантированно не переживете. И последнее: часть информации, собранной по моей просьбе, заинтересовала генерального прокурора. Так что завтра утром вас вызовут во Владимир. Само собой, в том случае, если вы не переиграете свое решение и не погибнете во время межродовой войны…

…Мои приглядывали за Вагановыми все время погрузки «поломашек» в машины. Так что об отъезде Бориса Юрьевича я узнал из доклада Комлева. Прерывать беседу с Владиславом Александровичем, еще не переварившим «убийственные» итоги «деловой встречи», конечно же, не стал — дослушал очередную восторженную тираду хозяина кабинета, пожал плечами, допил сок и изобразил интерес. В тот момент, когда Соловьев попросил его извинить и ответил на вызов начальника СБ. Зато после того, как услышал новую версию уже полученной информации, посмотрел на часы и поставил пустой бокал на журнальный столик:

— Что ж, тогда, пожалуй, откланяемся и мы. Спасибо за гостеприимство. Ждем ответного визита…

«Союзник» рассыпался в благодарностях, встал с кресла, поухаживал за Аней, сидевшей ближе всего, и проводил нас до конвертопланов. Прощание не затягивал, так что мы поднялись на борт «Икара», поморгали габаритами «Исети», уже готовой к взлету, и первыми ввинтились в ночное небо.

Организовывать конференцсвязь я поленился — опустил спинку кресла, лег, разослал личному составу тревожной группы «боевые», свернул «банк-клиент» и собрался, было, расслабиться, но матушка сочла необходимым меня подрессировать. Так что пришлось вдумываться в ее выкладки:

— Как ни обидно это признавать, но мы действительно противопоставили себя одному из самых сильных и влиятельных родов Российской Империи. А если учитывать родственные связи Вагановых — то нескольким десяткам. Тем не менее, не все так плохо, как кажется на первый взгляд. А почему?

— У Вагановых имеются не только родственники и союзники, но и враги. Причем их же калибра… — начал я, не открывая глаз. — А еще этот род имел глупость отжимать землю на делянке Белосельских…

— А почему государь не дал им по шапке сам? — полюбопытствовала Аня.

— У него — свои резоны и совсем другие масштабы… — мрачно вздохнул я, сообразил, что это утверждение звучит непонятно, и объяснился: — Говоря иными словами, до тех пор, пока междоусобицы между родами не угрожают государству, включать карающую машину правосудия он не будет. Кстати, в том числе и потому, что чтит положения Грамоты о правах, обязанностях и вольностях дворянского сословия. Тем не менее, судя по реакции Виктора Константиновича на мой звонок, телодвижения Вагановых отслеживаются внимательнее некуда.

— Наверняка осадили бы и так… — добавила моя родительница. — Причем чужими руками: усиление родов,не подконтрольных Императорскому, почти всегда выходит боком. А Белосельские умеют учиться на ошибках предков.

Тут Наташа додумалась до правильного вывода:

— Получается, что у помощи государя нам, как обычно, было несколько слоев?

— Ага… — хором ответили мы с матушкой и все оставшееся время полета описывали наиболее вероятные. А после посадки и десантирования из «Икара» я вдруг почувствовал, что задолбался. Поэтому прервал очередную «лекцию» родительницы, объявил мораторий на все серьезные разговоры, довел дам до особняка, поймал за хвост интересную мысль и предложил познакомиться с «шедеврами итальянской автомобильной промышленности».

Как и следовало ожидать, предложение было принято влет, поэтому я подключился к личному каналу Осоргина, извинился за столь поздний вызов и спросил, где находятся ключ-карты от трофейной техники.

Он сказал, что положил их на водительские сидения, так что мы в темпе спустились в гараж, огляделись, навелись на новые машинки и допрыгали до нихрывками. Лимузин «Prestigio», припаркованный первым, осматривать не стали.

Из-за того, что не пользовались автотранспортом этого типа и не видели смысла тратить время на изучение гроба на колесиках, который все равно не пригодится. Поэтому пронеслись мимо и затормозили возле внедорожников.

Я сходу залип на модель с автоматической скорострельной пушкой на крыше, но матушка привлекла наше внимание к модели покрупнее:

— Личный состав лучшей боевой группы Святой Инквизиции приехал к нам на трех «Аквилах». Что такое «Аквила», я, каюсь, так и не посмотрела, зато нашла время заглянуть в салон и очень удивилась, обнаружив, что в этой, изначально армейской машине, он не хуже, чем в моем «Стриже». Кстати, судя по тому, что машина забронирована по самое не могу, но безоружна, монахи научились уничтожать достаточно сильное иномирное зверье и уже считают огнестрел пережитком прошлого…

Наташа покосилась на ближайший внедорожник с пушкой и понимающе усмехнулась:

— … а телохранители личного посланника Папы Римского были заточены на противодействие людям, поэтому катались на игрушках позубастее?

— И понавороченнее… — уточнила родительница и притворно вздохнула: — Но эти «игрушки» мы оставим на десерт. Так как они мне понравились еще у дальнего КПП. А вот такими — то есть, чисто вымытыми и хорошо освещенными — вызывают повышенное слюноотделение…

Я невольно улыбнулся, а она и не думала замолкать:

— Кстати, о технике: Олег, тебе не кажется, что ее у нас стало слишком много?

— Есть такое дело… — оглядевшись по сторонам, признал я.

— Тогда, может, отгоним парочку «Tuono» в Белоярский особнячок? А то там у нас нет ни одной машинки для зимы.

— Отгоним. Завтра утром… — пообещал я и поделился соображениями поинтереснее: — Вместе с подарком для Даши: ей нужен солидный внедорожник для поездок к порталам и что-нибудь спортивное для лета…

— Дарить «Таран» не вариант… — мгновенно сев на мою волну, заявила матушка: — Она не является ни главой рода, ни сотрудником родовой дружины, а значит, не сможет передвигаться на автомобиле, оборудованном системами вооружения. А мотания на «Аквиле» подставят под удар спецслужб Римской Католической церкви.

— Угу… — подтвердил я. — Поэтому я подарю ей «Лесника», стоящего в гараже «Ключей». И какую-нибудь из машин, преподнесенных мне на день рождения. А во Владимир отгоню третью «Tuono». На всякий случай.

— Не «третью», а третий… — весело уточнила Наташа, заглянувшая в Сеть, и объяснила, почему: — Ибо, как выяснилось, tuono — это гром…

…Спортивных автомобилей мне преподнесли «всего» три, и лишь один из них — сине-фиолетовый «Порыв» — по мнению матушки, мог подойти юной, но буйной девице.

Спорить с настолько авторитетным экспертом по вкусам «буйных девиц» я и не подумал — коротко кивнул, посмотрел на часы, перевел наше время во Владимирское и набрал сестренку. А после того, как услышал ее голос, ответил на приветствие и озадачил:

— Даш, можешь сорваться из поместья прямо сейчас и поехать в «Золотые Ключи» на такси?

— Да, могу… — сходу ответила она, сделала небольшую паузу и добавила: — Такси подъедет к КПП через четыре минуты. Значит, в «Ключах» я буду от силы через двадцать.

— Тогда набери, как подъедешь к центральным воротам… — попросил я и отключился.

Следующие четверть часа убил на генерацию разовых кодов доступа в гараж жилого комплекса, виртуальной ключ-карты к «Леснику» и оформление дарственной на соответствующем сетевом портале. Ну и, до кучи, поднял дам в гостиную мамы. Так что на звонок Державиной ответил уже оттуда, помог заехать на охраняемую территорию и поизображал виртуального поводыря. А после того, как такси затормозило возле нужного парковочного места, дал команду выбраться из салона и перешел к делу:

— Мы пришли к выводу, что любимой сестренке главы единственного боярского рода Российской Империи и, по совместительству, Одаренной АЖ седьмого ранга невместно приезжать к порталам на чем попало. Так что дарим тебе «Лесника». Лови виртуальную ключ-карту и дарственную…

Дашка засопела. По моим ощущениям, в попытке удержать слезы. Вот матушка и нанесла «удар милосердия»:

— Любимые сестренки главы единственного боярского рода Российской Империи и, по совместительству, Одаренные аж седьмого ранга настолько суровы, что не плачут даже от счастья. Дальше объяснять?

Это утверждение помогло девчонке взять себя в руки и настроиться на нужный лад:

— Не надо. Лучше подскажите, как звучит наисуровейший вариант словосочетания «Спасибо-спасибо-спасибо»!

— «Определенно, ты меня понимаешь…» — ответила моя родительница. Аня тоже не осталась в стороне:

— Не-не-не, этот ответ слишком длинный. Лучше «Братец, ты крут…»

— Раз «наисуровейший», значит, достаточно сказать «Хе-хе…» — заявила Наташа и так забавно озвучила этот вариант, что мы расхохотались. Потом его же повторила Державина, но «сорвалась». В смысле, протараторила куда более длинный и теплый.

Увы, не успела она договорить, как в гарнитуре раздался мелодичный сигнал, уведомляющий о звонке по второй линии, и я, посмотрев на экран, был вынужден прервать общение:

— Даш, тут ко мне «стучатся» по очень важному делу, так что я наберу тебя попозже…

Дожидаться ответа не стал — переключился, поздоровался с Голицыным и превратился в слух.

— Доброй ночи, Олег Леонидович… — вежливо поздоровался генеральный прокурор, извинился за настолько поздний звонок, дал понять, что считает должным поделиться последними новостями, и начал издалека: — Не знаю, в курсе вы или

— Дюжина — их любимое число? — поинтересовался я только ради того, чтобы обдумать услышанное чуть дольше.

— Угу… — хмуро подтвердил Анатолий Игоревич и изрядно шокировал: — Государь обиделся. Поэтому приказал взять нунциатуру штурмом и допросить всех ее сотрудников. Штурм уже закончен, однако ее глава — апостольский нунций — каким-то образом просочился сквозь очень плотное оцепление и ушел в бега. А оба его заместителя были найдены мертвыми. Таким образом, выяснить, как выглядят, на чем специализируются и какими стихиями владеют восемь агентов, направляющихся в Белоярск, не удалось. Поэтому переведите, пожалуйста, «Кедры» в параноидальный режим, какое-то время не летайте по краю на «Икаре» и… переадресовывайте любые просьбы о помощи от соседей «Ведунам»: оперативники Римской Католической церкви любят загребать жар чужими руками и съели не одну стаю собак на шантаже. Что еще? Ах, да: за вашими сестрами, братом и Яниной Павловной уже присматривают. Так что использовать их в качестве рычага давления мы не позволим.

Я задумчиво хмыкнул, и мой собеседник счел необходимым ответить на «незаданный вопрос»:

— Присмотр ОЧЕНЬ ПЛОТНЫЙ. К примеру, такси, которое приехало по вызову Дарьи Константиновны, было бронированным и сопровождалось не только автомобилями с опытнейшими оперативниками, но и стайкой ударных дронов. В том же стиле прикрывается и «Лесник», в который она пересела. Так что за этих родичей и подругу Анастасии Юрьевны можете не переживать.

«Обалдеть…» — ошарашенно подумал я, потом вдумался в следующее утверждение Голицына, выпал в осадок снова и заставил себя задвинуть куда подальше все эмоции. Поэтому оставшееся время беседы укладывал в голове факт за фактом, оценивал предложения и «вторым темпом» планировал свои телодвижения. После того, как Анатолий Игоревич иссяк, задал буквально пару уточняющих вопросов, выслушал ответы и поблагодарил за помощь. Само собой, не только его, но и государя. Затем эхом повторил пожелание доброй ночи, сбросил вызов, тезисно пересказал дамам услышанное и влез в Сеть. А когда изучил прогноз погоды на ближайшие десять дней, свернул уже ненужную страничку, уставился на матушку и криво усмехнулся:

— Химическое оружие — штука неприятная. Но старая добрая физика в комплекте с магией могут творить чудеса…

Глава 4

6 января 997 г. от ВР.

…Готовиться к возможным визитам «проснувшихся» агентов Римской Католической церкви начали без раскачки — подняли по тревоге всю родовую дружину, вызвали в усадьбу народ из Восточного, описали наклевывающиеся перспективы, отменили пятничные увольнения и устроили мозговой штурм. Само собой, не в узком кругу, а припахав как отставных военнослужащих не самых простых подразделений Вооруженных Сил Империи, так и бывших сотрудников СБ рода Державиных. Да, в начале четвертого ночи дежурный дроновод Форта нашел синий портал и зверье седьмого класса опасности, уже перебравшееся в мои владения, но прерывать планирование контрмер я не стал — отправил группу из восьми женщин разбираться с этой проблемой и забыл о ней напрочь.

В районе пяти утра отправил заниматься делом и супругов «воительниц» — большая часть оседлала снегоходы и унеслась устанавливать механические ловушки с микропередатчиками на западную окраину моих земель,

а меньшая дождалась прилета «Антея», выгрузила ящики с портативными биосканерами, всевозможными анализаторами, средствами индивидуальной химзащиты и «базами» высокоскоростных разведывательных дронов, «построила» спецов, прибывших вместе с подарками Анциферова, и помогла воякам включиться в работу. Ну, а мы сочли возможным выделить полчасика на личное усиление. И, как вскоре выяснилось, не прогадали: да, кашалотов в непосредственной близости от «нашего» берега в мире единорогов не оказалось, зато нашлась «акулка». Благодаря чему мы с Наташей поднялись еще на два уровня, а мама с Аней — аж на три. И пусть взять новые ранги не удалось ни нам, ни им, но я на это и не рассчитывал. Поэтому, «переместившись» в гараж Белоярского особнячка, подключил гидроциклы к источникам питания, выделил дамам полчаса на избавление от «неправильных» запахов и наведение красоты, открыл портал в гостиную матушки и додумался до чертовски интересной идейки.

Пока рассматривал ее под разными углами, родительница загнала свою верную помощницу в «зеркало», шагнула следом, ушла вправо и исчезла из поля зрения, а моя напарница открыла еще одно. Прямо в свою ванную.

Пришлось «рассеивать» оба. И объясняться:

— Может, помоемся у меня? Хочу кое-что обсудить…

Помылись. Обсудили. Оделись. Перебрались в кабинет. Вызвали туда матушку с Аней. И устроили еще один мозговой штурм. А после того, как закончили, я со спокойным сердцем набрал Григория Денисовича и врубил громкую связь.

Анциферов ответил практически сразу, поздоровался и весело хохотнул:

— Что, в обмороке от последних новостей?

— От каких новостей? — спросил я, и генерал счел возможным над нами поиздеваться:

— Ну-у-у, раз вы не в теме, значит, начну издалека. Итак, ночной штурм Апостольской нунциатуры возмутил всю Европу. Вернее, глав государств, в которых первые лица контролируют хоть что-то. А Франциск Четвертый имел глупость взбеситься, позвонить нашему Императору и выставить на редкость хамский ультиматум. Пересказывать его целиком я, по вполне понятным причинам, не буду. Скажу лишь, что объявление интердиктавсей Российской Империибыло упомянуто только для увеличенияобщего объема требований. Вот государь и ответил. В вашем непередаваемом стиле: четыре «Репейника», благополучно пролетев что-то около двух с четвертью тысяч километров, оставили на месте Ватикана огромную воронку, а нарезка из части фрагментов разговора Его Императорского Величества и покойного Папы, выложенная в Сеть, сняла все вопросы у потенциальных критиков. В общем, требовать всякое-разное и объявлять интердикты больше некому… а недвусмысленный намек на готовность Виктора Константиновича отвечать на любые претензии… хм… с размахом настолько впечатлил венценосных братьев и сестер, что добрая половина успела как следует прогнуться. То есть, написала, что поддерживает это «чрезвычайно сложное, но, вне всякого сомнения, правильное решение».

«Охренеть!!!» — мысленно воскликнул я,

— Кстати, прогнулся и Конрад Девятый: заявил, что в нынешних реалиях Человечество обязано сплотиться против внешнего врага, а не стачивать элиту Одаренных в кровавых междоусобицах, и пообещал нашему Императору всю информацию об агентуре Ватикана, имеющуюся в спецслужбах Итальянского королевства.

— Я сильно сомневаюсь, что эта информация поможет задержать хотя бы одного «проснувшегося» агента… — вздохнул я, выслушал мнение Григория Денисовича — к слову, совпадавшее с моим — и поделился той самой идеей: — Поэтому хочу подставиться. То есть, перегнать три внедорожника «Tuono» и один «Порыв» из родовой усадьбы в Белоярск, на Лесную, дом шесть. Дорога тут одна, а значит, шансы на то, что итальянские машины, несущиеся по ней, привлекут к себе внимание тех самых агентов, достаточно велики. А мой особнячок на Левобережье является отдельно стоящим. Так что если вы возьмете под наблюдение не только район, но и дежурных операторов системы контроля за воздушным движением, обычно продающих доступы, то…

— Возьмем! — пообещал он, извинился за то, что перебил, затем дослушал объяснения и задал ожидаемый вопрос: — Олег Леонидович, может, обойдемся без лишнего экстрима?

— Не-не-не! — хищно оскалился я. — Такой «экстрим» мне нравится в разы больше, чем ожидание неприятностей в поместье, в котором полно женщин и детей…

…После получения принципиального согласия Анциферова мы снова вернулись в особнячок, перебрались в мир единорогов, нашли подходящую скальную стенку, с помощью магии Земли вырезали в ней небольшую пещеру и перетащили в этот тайничок глубинные бомбы, честно позаимствованные у турков, гидроциклы, «базы» с дронами и все то, что, в теории, могло вызвать вопросы у особо любопытных представителей силовых структур и выйти боком. Хотя нет, не так: магией Земли орудовал я, Наташа помогала всем, чем могла, а матушка с Аней «дежурили» в кабинете усадьбы, контролировали все текущие процессы и отвечали на звонки мне-любимому. Поэтому и эта моя отлучка осталась незамеченной. А за четверть часа до завтрака мне доложили об инициации младшей дочери Семена Семеновича и Дарьи Михайловны Глотовых — Ирины.

Что интересно, эта тихоня, сутками напролет не вылезавшая из теплиц и возившаяся с иномирными растениями как бы не добросовестнее матери, как-то умудрилась «взять» не только «профильные» стихии — то есть, Природу и Воду — но и Жизнь. Хотя к кроликам-«тренажерам», вроде как, не подходила.

В общем, сразу после трапезы мне пришлось переключаться в режим главы рода и вызвать новоявленную Волшебницу в кабинет. На традиционное собеседование. Откровенно говоря, я был уверен, что оно пройдет скучно. Ан нет — девчонка начала удивлять с первых минут общения. Для начала заявила, что «взяла» эти стихии намеренно, так как спит и видит себя исследователем внеземной флоры, затем показала проработанную программу экспериментов с уже имеющимися растениями и немного примитивную, но собственноручно составленную смету расходов на приобретение учебных курсов, оборудования и всевозможных расходников, а в конце «программной речи» озадачила на редкость нахальным заявлением:

— Олег Леонидович, я вам нужна, как воздух! Посудите сами: моя мама — штатный второй номер боевой двойки, соответственно, дежурит сутки через сутки; Валя Филимонова входит в ближний круг Анастасии Юрьевны, из-за чего появляется в теплицах не так уж и часто, а Катя Чекменева уже не мыслит себя вне боевой двойки Веньки Яшина. Я же по характеру ученая-одиночка. Так что возьму «боевку» на уровне, на котором вы просто не сможете видеть во мне балласт, и сниму с плеч Натальи Георгиевны всю заботу о тепличном хозяйстве. Кстати, и тренироваться, и поддерживать форму буду предельно добросовестно. Так как понимаю, что слабым Одаренным в единственном боярском роду Империи не место…

Контракт я с ней, конечно же, подписал. А после того, как поздравил с началом взрослой жизни, вызвал к себе Валю с Варей и поручил девчонку их заботам. Почему именно их? Да потому, что Филимонова обладала тем же комплектом Даров и являлась на редкость ответственной особой, а Глотова насобачилась «ставить» магическую «базу» и заслужила непререкаемый авторитет среди мелочи. Потом отпустил эту троицу планировать тренировки и вопросительно уставился на Наташу.

— В тихом омуте черти водятся… — усмехнулась она и добавила: — Слава богу, в этом конкретном — черти и правильные, и нужные. Впрочем, я за Иркой все равно присмотрю.

Я кивнул, включил «глушилку» и криво усмехнулся:

— Вливания халявной энергии в кластеры Приручителей, наконец, дали первые результаты: последние минуты три-четыре я явственно чувствовал не только «пластичность» психики Глотовой, но и ее эмоции. Соответственно, знаю, что она не солгала ни в одном слове, что действительно готова разбиться в лепешку, но доказать свою нужность, и… что за маской тихони скрывается чертовски эмоциональная личность, невесть по какой причине научившаяся держать себя в руках. Кстати, только что уловил и твое любопытство. Но оно ощущается, как сквозь толстое одеяло.

— А что я чувствую сейчас? — лукаво поинтересовалась она и заставила меня улыбнуться:

— Восторг, гордость за меня… и желание.

Женщина отрицательно помотала головой:

— Неправильно: сначала желание, ибо его я чувствую всегда, а восторг и гордость — уже потом. Кстати, страх во мне чувствуется?

Я отрицательно помотал головой.

— И не будет! — уверенно пообещала она и мягко улыбнулась: — Поэтому вкладывайся в развитие этой стихии со спокойным сердцем…

…Большая часть подготовительных работ была завершена к половине второго дня. Так что на обед я заявился в прекраснейшем настроении, отдал должное кулинарным талантам Марии Тарасовны и, каюсь, немного подурил. В смысле, перед последней переменой блюд начал рассказывать чернушные анекдоты и раза три-четыре довел Варю, Валю и Нинку до смеховой истерики. Настроение не испортил и звонок Анциферова: генерал описал десяток уже реализованных идей его аналитиков, помог разобраться в новом «сценарии» предстоящего действия и сообщил о том, что в данный момент от Белоярска на север двигается аж семнадцать автомобилей, вызывающих подозрения.

— Чем именно? — полюбопытствовал я и получил чертовски интересный ответ:

— Две машины приехали из соседних областей, причем в первый раз. Три штуки принадлежат жителям Белоярска, никогда не выезжавшим из города в этом направлении. Шесть внедорожников загружены сильнее, чем обычно. А оставшиеся управляются личностями, почерк вождения которых отсутствует в базе данных системы контроля за дорожным движением нашего края.

— А попыток получить несанкционированный доступ к системе контроля за воздушным движением еще не было? — на всякий случай спросил я и тоже не разочаровался:

— На ней «висят» два хакера. Один — очень хороший специалист, а второй либо какой-нибудь дурной мальчишка, либо профи, маскирующийся под него.

— Что ж,

Собрался, что называется, бегом, подобрал женщин в общем коридоре и спустил в гараж. Рюминых с Дежневыми, обнаружившихся там, отправил к двум «Громам», матушке с Аней выделил третий, а сам с Наташей загрузился в «Порыв». Затем собрал в конференцсвязь все четыре машины и «Исеть», еще раз обозначил порядок движения и подчеркнул парочку важных нюансов:

— Наши шансы влететь в засаду по дороге в Белоярск стремятся к нулю, но береженого, как известно, бог бережет, так что чуть-чуть опускаем боковые стекла, берем под контроль Воздух и накрываем свои автомобиликуполами. По возможности, обтекаемыми. И балансируем на грани срыва вускорение. В боестолкновениях работаем аккуратно, то есть, ловим атакующих вкоконыи ломаем, но не насмерть — нам нужна информация, а не трупы. И не забываем о теоретической возможности нарваться на боевую химию…

Вдаваться в подробности и повторять уже сказанное, естественно, не стал — дал команду начинать движение и плавно тронул подарок Даше с места. После того, как вырулил под открытое небо, отрешенно отметил, что с него на нас «смотрит» как минимум один военный спутник, и чуть-чуть ускорился. А за воротами ближнего КПП поддал газку. Благо, асфальт был чистым, а машин — что встречных, что попутных — в моих владениях гарантированно не было. Пока гнал к дальнему КПП, более-менее освоился с габаритами и характером «Порыва». А на трассе разогнался нормально. Так как знал, что и матушка, и Пахом Борисович, и Максим Демьянович водят лучше меня, а значит, точно справятся даже с настолько мощными внедорожниками.

Так оно, собственно, и вышло: уже через пару километров движения на такой скорости «Громы» подтянулись к моему «Порыву», и Наташа с Аней, державшие одиночныекупола, объединили силы — то есть, взаимно усилили один общий. Каюсь — их эксперименты с его формой и плотностью чуть было не сбили меня с пути истинного. Но я вовремя напомнил себе о том, что еду на летней резине и достаточно быстро, поэтому не стал добавлять к Воздуху другие стихии. Не отвлекся и на внезапное появление из тайги одиночного иглобрюха — кем-то раненный, но не убитый зверь рванулся нам наперерез и героически погиб прыжке на третьем-четвертом. От «слоеных» лезвий моей напарницы и личной целительницы матушки.

Первые минуты две после этого «боестолкновения» мы прикидывали, из зоны ответственности какого рода мог сбежать подранок. А потом позвонил Григорий Денисович и предупредил о том, что ориентировочно через тридцать секунд мы «пересечемся» с одним из подозрительных «Лесников».

Я невольно подобрался, влил предельные объемы Силы в свойпокрови в «лишние» слоипокроваНатальи, ускорил восприятие и затаил дыхание. Как оказалось, зря: да, у того самого внедорожника оказалось поляризовано даже переднее стекло, но он пронесся мимо нас, не снижая скорости, и, по словам генерала, не замедлился даже после того, как ушел за ближайший поворот.

Расслабляться я и не подумал — да, вернул восприятие в норму, но только до следующего предупреждения. Поэтому эдак через час почти не удивился «нестандартному комментарию» Григория Денисовича:

— Олег Леонидович, кто-то пытается взломать сервер системы контроля за дорожным движением Белоярского края. А значит, ваши «Громы» заметили и, что самое главное, узнали…

Как выяснилось чуть попозже, «Громы» замечали многие. А отдельные личности даже выходили в Сеть, чтобы выяснить, что это за машины, сколько стоят и где продаются. Да, некоторые «наблюдатели» не унимались и после того, как находили требуемую информацию — звонили друзьям и знакомым, делились фотографиями и так далее. Чем подкидывали работы подчиненным Григория Денисовича. Но взламывать сервера, естественно, не лезли. Так что деятельность единственного хакера отслеживалась добросовестнее некуда. И в какой-то момент «Ведуны» получили первые результаты — определили дом, из которого работал этот деятель, и взяли под инструментальный контроль два телефона, на которые он звонил.

Увы, информации о еще пяти уже не спящих агентах пока не было, вот эту троицу и не тронули. Мало того, позволили хакеру «проводить» нас до особнячка на Лесной, показали прилетевшую «Исеть» и дали возможность увидеть часть разговора Марии Тарасовны и Ольги Петровны, «читающуюся» даже без наличия программ распознавания речи по электромиографии лица или артикуляции. Ну и, конечно же, оставили «Порыв» перед домом. И минут через двадцать пять-тридцать открыто передали перегонщику авиакомпании «Полет», исполнительный директор которой пообещал мне доставить этот автомобиль во Владимир, отогнать к поместью Державиных и передать Даше.

Кстати, этот штрих реализуемого плана позволил «вскрыть» еще один телефон. О чем не преминул сообщить Анциферов. Вот я и завелся. В хорошем смысле этого слова. Но начинать «основные шевеления» было еще слишком рано, поэтому я задавил проснувшуюся жажду деятельности, поделился новой информацией с матушкой, Наташей и Аней, посмотрел на часы и задал вопрос на засыпку:

— У нас есть почти два часа свободного времени. Чем займемся?

Наташа по-ученически подняла правую руку, дождалась моего кивка и предложила немного поэкспериментировать. «Глушилки» под рукой не было, поэтому я вопросительно мотнул головой. А через несколько секунд прочитал ответ в семейном канале «Паутинки»:

«Кажется, я поняла, какой фрагмент плетения придает естественным порталам тот или иной цвет. И хочу научиться маскировать наши…»

Глава 5

6 января 997 г. от ВР.

…Полноценно сосредоточиться на экспериментах так и не получилось. Из-за докладов матушки в «Паутинку» о звонках Анциферова, вынужденных выключений «глушилки» и разговоров с генералом. Тем не менее, за полтора часа мучений мы убедились в правильности выводов Наташи и выяснили, что цвет портала зависит от объема силы, влитой в тот самый фрагмент плетения. Но «раскрасить» свои так и не смогли. Хотя нет, не так: «зеркала» диаметром от трех до двенадцати сантиметров создавали и красными, и оранжевыми, и желтыми, и светло-зелеными. А с тринадцатого и далее количество доступных цветов постепенно уменьшалось, а насыщенность «сияния» стремительно падала. В результате порталы диаметром в двадцать три сантиметра получались только светло-розовыми, а более крупные — обычными.

Тем не менее, то, что подобная маскировка в принципе возможна, радовало до безобразия. Поэтому, услышав в гарнитуре не очередной доклад, а точное время и требование закругляться, я спокойно прервал процесс, назвал расстроенную напарницу умничкой, снова вырубил «глушилку» и умотал в туалет. Через четверть часа «сдался» дамам, уже готовым к выезду, позволил им внести

— А вы пунктуальны… — подколол он и, тем самым, заставил вспомнить информацию, слитую хакеру через Марию Тарасовну:

«Хозяин с хозяйками уедут в „Сибарит“ в девятнадцать тридцать, а вернутся не раньше полуночи. Так что если уберемся и приготовим поздний ужин часа за полтора-два, то в двадцать ноль-ноль оставим особнячок на Антипа с Тимофеем, ляжем спать и, наконец, нормально отдохнем…»

— Угу… — буркнул я и плавно тронул внедорожник с места. — Обещания надо выполнять. Даже те, которые даются врагам…

— Вы не в духе? — напрягся генерал. Пришлось успокаивать:

— Да нет, мы в порядке. Просто все никак не выброшу из головы мысли о беглом нунции и о том, что он, скорее всего, не уймется…

Не солгал ни в одном слове. Но злился не на этого уродца, а на государя, его аналитиков и Григория Денисовича, судя по всему, затеявших очередную проверку моих возможностей, «на всякий случай» приславших фотографию нунция и, тем самым, лишивших нас возможности прибить эту паскуду через портал.

— Мы его ищем… — заявил мой собеседник и расстроенно вздохнул: — .. но получили все основания считать, что он просочился сквозь оцепление благодаря наличию магическойневидимости. И теперь допускаем, что она имеется и у агентуры, отправленной им по вашу душу.

— И… когда вы получили эту информацию? — спросил я.

— Только что. Иначе сообщил бы раньше… — ответил он и поделился еще парой несущественных выводов аналитиков, изучивших видеозаписи штурма нунциатуры. Потом подключил нас к оперативному каналу «Ведунов», сказал, что видит «Гром» на картинках с уличных камер СКД и с военного спутника, пожелал удачи и отключился. А мы продолжили работать: я чуть-чуть опустил боковые стекла, свернул с Лесной на Поточную и надавил на акселератор, а мои дамы накрыли внедорожник взаимно усиленным воздушнымкуполоми слегка ускорили восприятие.

Следующие двадцать семь минут я управлял автомобилем, вдумывался в то, что слышал в оперативном канале «Ведунов» и изредка корректировал свои планы, а матушка, Наташа и Аня пребывали в полной боевой готовности. Не расслабились и после того, как мы въехали в подземный гараж ресторана «Сибарит» и припарковались — выбрались из салона по очереди, так, чтобы не потерятькупол, перетянули его на нас и основательно ужали. Поэтому в лифт, «заряженный» десятью килограммами синтетической взрывчатки, зашли «на расслабоне» и «спокойно» ткнули в сенсор первого этажа. Да, нервничали. Но — в меру. Так как получили стопроцентные гарантии того, что это СВУ не взорвется.

Сапер «Ведунов», наведавшийся в шахту лифта сразу после коллег из солнечной Италии, ел свой хлеб не зря — «подарок» действительно не рванул. Так что мы вышли в здоровенный холл, навелись на стойку администратора, поздоровались с «вымученно улыбавшейся» девушкой лет, эдак, тридцати, назвались и были препровождены к уютному столику на застекленной веранде.

Пока изучали меню и делали заказ, закрывались однимипокровами. Потом сделали вид, что любуемся огнями небоскребов деловой части города, теряющихся в низкой облачности, и снова подняликупол. А после доклада хакера «Ведунов», сообщившего о «замене» официанта, я добавил к Воздуху своих дам еще две «невидимые» стихии — «Танковую» и Пространство, мама и Аня взяли под контроль атмосферный воздух и воду, а Наташа сформировалащитперед панорамным окном, то есть, на директрисе стрельбы вражеского снайпера, и задала тему для беседы:

— Никогда не думала, что в этом районе Белоярска есть отдельно стоящие здания с мини-парками…

— Ну да, в этом районе квадратный метр земли стоит безумных денег… — подтвердила моя родительница и усмехнулась: — Но застраивать его начали всего лет пятнадцать тому назад. А Кропоткины получили этот надел еще в прошлом веке, сеть ресторанов «Сибарит» открыли в сороковых годах этого и успели обзавестись такой солидной клиентурой, что о налогах даже не задумываются. Кстати, во время последнего ремонта хозяева «отрезали» почти половину общего зала и две трети этой веранды, благодаря чему удвоили количество отдельных кабинетов. Увы, их бронируют недели за полторы-две, поэтому-то нас сюда и посадили. А жаль: кабинеты тут уютные…

…Уже-не-спящий агент Ватикана, почившего в бозе, оказался наглым до невозможности: заменив собой настоящего официанта, собственноручно приготовил «комплимент от шеф-повара», уронил на каждую тарталетку по две капли какой-то дряни, отравил ею все напитки, которые мы заказали, и, до кучи, нанес это же вещество на краешки тонкостенных хрустальных бокалов. «Персонал кухни», «дико запуганный» его напарниками, наблюдал за процессом и бледнел на глазах, но не дергался. Ибо чувствовал плотность покровов «пришлых» и понимал, что эти личности не шутят. Да, бывало, поглядывал на здоровенный бак, в который «захватчики» побросали всю экспроприированную электронику, и, вероятнее всего, страдал, но толку от этого, конечно же, не было. Так что «официант» выдвинулся в нашу сторону тогда, когда счел нужным, пересек общий зал, возник на пороге веранды, заулыбался, подошел к нам и толкнул коротенькую, но очень красивую речь на идеальном русском.

Я ответил тем же. В смысле, с интересом оглядел свою порцию амюс-буша, принюхался, заявил, что комплимент выглядит аппетитно, и… ударил. Вернее, иммобилизировал агента «слоеным»кокономв тот самый момент, когда координатор операции дал команду начинать. Следующие несколько мгновений слушал лаконичные доклады остальных групп, усиленных моими людьми, и раскладывал по отдельным полочкам памяти фразу за фразой.

Первая и вторая преисполнили гордости за личный состав смены Романа Александровича Комлева: он и его благоверная нейтрализовали снайпера с какой-то монструозной бандурой, страховавшего «официанта», а Глотовы поломали самого опасного из двух агентов, «терроризировавших» подставных сотрудников «Сибарита» — того, который держал в заложниках «бухгалтера» и нескольких «официанток». Третья заставила поморщиться: группа из восьми «Ведунов», пытавшаяся взять взрывника, умудрилась зевнуть примитивную механическую растяжку и, конечно же, потеряла темп. Поэтому паскуду, прервавшего процесс минирования нашего «Грома» и в темпе накрывшегосяневидимостью, «спеленали» Яшины. А четвертая взбесила — вояки, вроде как, обложившие хакера и наотрез отказавшиеся от помощи моих магов, нарвались на продвинутые аналоги светошумовых гранат, на пару мгновений выпали из реальности и упустили еще одного «невидимку»!

Да, весь квартал со зданием, из которого работал этот тип, был надежно перекрыт, но я очень сильно сомневался в том, что его отловят. Впрочем, орать в оперативный канал, конечно же, не стал — заставил себя успокоиться, поймал ненавидящий

— У вас была возможность уйти в тину, узнав об уничтожении Ватикана. Но вы привыкли считать себя неуловимыми. А зря: через несколько мгновений сюда подойдут высококлассные специалисты по экстренному потрошению и заставят почувствовать всю глубину этого заблуждения. Впрочем, первый шаг к состоянию абсолютной беспомощности вы сделаете с нашей помощью. А-а-ань, Ната-а-аш…

Целительница неспешно поднялась со своего кресла, достала из дамской сумочки колбу с акупунктурными иглами, и подошла к тушке, болтавшейся в воздухе. Пока выбирала иглу, моя напарница, вырастившая на правом кулакетычковый нож, деловито убрала с «операционного поля» ненужное тряпье — благо, вкоконевовремя «протаяло» отверстие аккурат напротив солнечного сплетения пока-еще-Одаренного. Поэтому «инструмент», способный лишить Дара, скользнул к ядру без задержек. А потом я шарахнулразрядомнужной мощности, убедился в том, что энергетическая система лже-официанта начала сереть, покосился на «Ведунов», нарисовавшихся на веранде, и продолжил объяснения:

— Все, вы превратились в простеца. И поймали магическийпаралич. Так что не сможете ни сбежать, ни покончить жизнь самоубийством…

В этот момент самопроизвольно активировавшаясяэмпатияпозволила поймать отголоски эмоций итальянца и рассмешила. Само собой, рассмеялся я про себя. Но надежды дурачка развеял качественнее некуда:

— Что еще? Ах, да: мы в курсе, что вы отравили тарталетки, напитки и бокалы, соответственно, не отравимся и не умрем. А еще не взорвемся. Ни в лифте, ни в трофейном внедорожнике. В общем, страдайте комплексно: мы вас переиграли…

Не успел я закончить последнее предложение, как в оперативном канале «Паутинки» раздался голос Антипа Назаровича:

— Олег Леонидович, мы взяли двоих итальяшек — специалиста по тихому устранению объектов и его напарника. Первый уже заговорил и признался, что собирался перепрограммировать систему кондиционирования этого особняка. Ну, а второму не до разговоров — он имел глупость атаковать чем-то вродеакустического удара… за миг до «облачения» в мойкокон. Так что заработал тяжелейшую контузию и все еще пребывает без сознания. Наши действия?

…Глава рода Кропоткиных, кряжистый и мощный дед лет пятидесяти пяти-шестидесяти, нарисовался в общем зале собственного заведения через считанные минуты после завершения операции. Ломиться к нам, как ни странно, не стал: огляделся по сторонам, убедился в том, что помещение не пострадало, удовлетворенно кивнул, дождался появления Анциферова и с достоинством пожал руку, протянутую в знак благодарности за помощь государству. К этому моменту я успел передать «официанта» рядовым «Ведунам», поэтому помог своим дамам встать из-за стола, довел их до этой парочки, пережил взаимные представления и обратился к ресторатору:

— Ярослав Федорович, большое спасибо за то, что позволили взять этих тварей в своем заведении…

Аристократ пожал плечами:

— Не за что: я, как и вы, патриот. Поэтому сделал то, что должно. Кстати, будь я лет на тридцать помоложе, с удовольствием поучаствовал бы в процессе. Благо, служил Родине отнюдь не в кремлевских коридорах и ушел в отставку в чине подполковника. И пусть в то время не представлял специфики работы против Магов, во всем остальном разбираюсь. Причем достаточно неплохо.

— Ярослав Федорович скромничает… — без тени улыбки сообщил генерал. — Он служил в контрразведке. Причем «на земле». Поэтому-то я именно к нему и обратился.

Я уважительно поклонился, почувствовал в эмоциях Кропоткина что-то вроде ностальгии, оглядел его с головы до ног, оценил плотностьпокроваи мысленно хмыкнул: да, последний тянул всего уровень на шестьдесят третий, но, судя по тонусу кожи и особенностям пластики, в этого «деда» вкладывался очень неплохой целитель. А значит, его «вторая молодость» была не за горами.

Сделать следующий напрашивавшийся вывод не успел. Из-за того, что заговорил Григорий Денисович и заставил меня подобраться:

— Олег Леонидович, как ни обидно в этом признаваться, но хакер ушел. По вине моих людей, переоценивших свои силы. И пусть семеро из восьмерых агентов задержаны и гарантированно запоют, но самый опасный член группы все еще остается на свободе…

Пока он каялся, приносил официальные извинения и рассказывал, какие меры будут приняты для розыска этой личности, я терзал новообретенный Дар эмпатии и радовался. Чему? Тому, что Анциферов действительно чувствовал себя виноватым и извинялся отнюдь не для красного словца. Вот я и ответил так, как требовала душа:

— Я на вас не в обиде: да, один из агентов все-таки ушел. Но планы редко выдерживают столкновения с реальностью. А этот позволил убрать с доски большую часть фигур. Кроме того, информация, которую вы выбьете из этой семерки, наверняка усложнит жизнь не только хакеру, но и беглому нунцию. И последнее: моей крови жаждет не только агентура Римской Католической церкви. Поэтому расслабляться я и не планировал…

— Толковая отповедь… — предельно серьезно заявил Кропоткин и удивил:

— Впрочем, иной я и не ждал: по словам митрополита Симеона, с которым я дружу не один десяток лет, вы — личность незаурядная и чрезвычайно жесткая.

Закончив хвалить меня, он переключился на мою родительницу и наших напарниц. При этом говорил именно то, что думал, и не льстил. А после того, как закончил, заявил, что рад личному знакомству, дал понять, что нам будут рады в любом из его ресторанов, и предложил нормально поужинать. «Эдак через полчасика-час» — то есть, после того как подставные клиенты покинут кабинеты, а на кухню вернется настоящий персонал. Но я отказался:

— Я тоже рад знакомству и в любой другой день с удовольствием принял бы ваше предложение, но сегодня, увы, не смогу — моя война еще не закончена, а значит, нам пора возвращаться в поместье и готовиться к ее продолжению.

Он понимающе кивнул, прислал мне электронную визитку с номером телефона, попрощался и ушел «заниматься своими делами», чтобы дать нам возможность переговорить с Анциферовым.

Переговорили, принципиально решив пяток мелких вопросов. Потом он пожал мне руку, дал понять, что наберет «чуть попозже», поклонился моим дамам и отправился терроризировать подчиненных. Ну, а мы спустились в гараж, загрузились в «Гром», уже избавленный от СВУ, вырулили в город и покатили к Левобережью. Из оперативного канала «Ведунов» не выходили до тех пор, пока не въехали в свой гараж. Зато там поблагодарили координатора операции за присмотр, отключились, припарковались, «построили» своих и вылетели домой. На «Исети», стоявшей рядом с особнячком.

Первые минуты три полета я убил на перечисление «боевых». А после того, как разобрался с этим делом, опустил спинку кресла, лег, закрыл глаза и попытался расслабиться. Ага, так мне это и удалось — заскучавшая матушка спросила у Жаровых, насколько глубока, по их мнению, пропасть между ними и магами «Ведунов»,

— К сожалению, уже не очень… — вздохнул Антип Назарович и объяснил, почему: — Большая часть парней, которых подтянули к особнячку, ощущалась уверенными седьмыми рангами, а четверо самых опытных взяли восьмой. Да, мы уходим в более глубокоеускорение, но нынешняя разница в радиусах областей контроля — чуть более тринадцати метров. Да, мы все еще бьем мощнее и чуть быстрее «собираем» взаимно усиленные плетения, но «Ведунов» намного больше, чем нас. Да, мы в разы опытнее. Но только в работе против зверья. А в противостояниях с людьми проседаем ровно наполовину — за счет супруг, которые не служили и не воевали. В общем, если мы не найдем новый способ усиления, то к концу января потеряем и оставшееся преимущество.

— Не потеряем… — уверенно заявил я, поймав за хвост очередную идейку. И дал волю врожденной вредности: — Но новую экстремальную методику усиления я опишу завтра или послезавтра. Так что ждите и фантазируйте сами…

Глава 6

7 января 997 г. от ВР.

…В субботу утром госпожа Удача повернулась к нам лицом и весело подмигнула. Как именно? Да открыла фиолетовый портал, ведущий в мир кобольдов, причем в каких-то полутора километрах от усадьбы, и выпустила на Землю двух клыкачей. Видимо, для того чтобы мы ненароком не ошиблись с идентификацией «смежной» планеты. В момент обнаружения «зеркала» и этих животинок я как раз заканчивал завтракать, поэтому быстренько смолотил последний пирожок с вишней, допил чай, поблагодарил Марию Тарасовну за заботу и объявил сбор обеих тревожных групп в спортзале особняка.

Личный состав «местной» уложился в норматив, так что был отправлен валить монстриков, которые гнались за летающим кроликом-камикадзе.

И, конечно же, завалил. Эдак минуты за полторы до прилета коллег из Восточного. Так что «со второй попытки» в помещение ввалились все шестнадцать человек, поздоровались, правильно интерпретировали мой жест и уселись на маты. А я и заговорил:

— Дамы и господа, не далее, как вчера вечером я обещал описать новую, экстремальную методику нашего усиления. Так вот, эпоха «рыбалок» уходит в прошлое — с сегодняшнего дня мы будем мотаться в охотничьи рейды. Как минимум, в два мира, пребывание в которых гарантированно не выйдет боком. В первый — в мир кобольдов и клыкачей — заглянем эдак через полчасика. Либо на снегоходах, либо на квадроциклах. Через фиолетовый портал, открывшийся неподалеку. И, в общей сложности, проведем там чуть более суток и вернемся обратно часов за шесть-семь до истечения минимального срока существования «зеркал» этого типа…

Излагая эту часть идеи, я внимательно вглядывался в лица своих людей и «пасся» в их эмоциях, так как допускал, что описываемые перспективы понравятся не всем. Однако страха, опасений или сомнений так и не дождался: народ точно знал, что фиолетовые порталы «живут» от тридцати двух часов и более, понимал, что фразу «гарантированно не выйдет боком» я произнес не просто так, и верил в то, что у нас все получится. Вот я и продолжил в том же духе:

— Основных задач будет три: поиск зверья восьмого класса опасности и выше, уничтожение его в промышленных масштабах и, конечно же, наработка оптимальной методики ведения Больших Охот в «смежных» мирах. Вопросы, предложения, пожелания?

Первый, «разминочный» вопрос задал Жаров:

— Олег Леонидович, раз вы вызвали сюда обе тревожные группы, значит, в «летнем» варианте охоты планируете использовать не только «старые», но и подарочные квадроциклы?

— Ага… — кивнул я: — Мариновать подарки я не собираюсь — на мой взгляд, они должны работать на благо рода.

Как только он поблагодарил за ответ, поднял руку Пахом Дежнев:

— Как я понимаю, начнем с осмотра запорталья дронами?

Я утвердительно кивнул:

— Да: переберемся на ту сторону, поднимем в воздух «птички» четыре, определимся с наиболее перспективным направлением движения, образуем поисковую цепь по две машины в звене и начнем выносить все, что попадется на пути. Само собой, не забывая делиться посмертными импульсами с теми, кто будет двигаться по соседству. А теперь внимание…

Народ мгновенно подобрался, и я предельно подробно описал условно безопасный алгоритм охоты на незнакомое зверье, методику ориентирования в «смежном» мире и все то, до чего додумался за время планирования этой авантюры. Закончив объяснения, выслушал и принял пару-тройку толковых дополнений, выделил полчасика на подготовку к выезду и повел рукой в знак того, что можно начинать.

Народ рванул на выход прямо из положения «сидя» и вскоре исчез. А мы собрались до брифинга, поэтому я отправил матушку и Аню на разведку, а сам вызвал в спортзал толпу ровесников — Веньку Яшина, Катю Чекменеву, Нину Пришвину, Леху Колосова, Игната Спицына и Юрку Бажова — и загрузил эту команду боевой задачей «по плечу»:

— Через полчаса я заберу обе тревожные группы на Большую Охоту в мир за фиолетовым порталом. Охотиться будем на снегоходах или квадроциклах — то есть, ни разу не в окрестностях «зеркала». И проведем на той стороне целые сутки. На поиски зверья для усиления выдвинемся по одному вектору, а дежурство на этой стороне — и защиту усадьбы — я собираюсь поручить вам. Так как Варя с Валей будут дрессировать Иру, а у дежурных смен свои задачи. Потянете?

— Да!!! — хором выдохнули они, и я, удовлетворенно кивнув, перешел к конкретике…

…Последние минуты пребывания в гараже я, в основном, вдумывался в требования буйствовавшей паранойи. Поэтому перед тем, как тронуться с места, описал народу принцип движения в колонне. Логику моего решения не светить этот рейд перед камерами спутников разделяли все, так что первыми на оперативный простор вынеслись снегоходы Веньки и Алексея. Затем в свежую колею выкатился квадроцикл Дежневых, и Пахом добавил плотности снежному шлейфу, поднятому «лидерами», Воздухом и Льдом. Еще через две-три секунды маскировкой колонны занялся я и надежно прикрыл еепоземкой, усиленной Пространством. А остальной народ начал добавлять к этой «базе» свои стихии. Само собой, не от балды, а в нужном ключе. Так что остальные квадроциклы оказались под своего рода крышей, которая при «взгляде» сверху не должна была выделяться на фоне заснеженной тайги.

Кстати, Ледовики вкладывались не только в эту «крышу», а упрочняли колею, поднимали в воздух дополнительные объемы снега и «затирали» им же неправильные следы. А Юрка Бажов, управлявший последним снегоходом, доводил «картинку» до ума. И пусть эта перестраховка прилично замедляла, зато к порталу я подъехал в прекраснейшем настроении, пожелал «дежурным» удачи и первым «продавил» плоскость «зеркала».

Оказавшись на

— Работаем…

Народ, еще не успевший налюбоваться красотами «смежного» мира, в темпе слез с квадроциклов и занялся делом. Дежневы с Чекменевыми подняли в воздух по дрону и погнали в разные стороны, Прохор Осоргин вытащил из багажника «базу» «Паутинки», два аккумулятора и антенны, Лариса Рюмина «разобрала» ближайший валун на отдельные блоки и с помощью мужа начала собирать мощную защитную клетку для аппаратуры, еще один маг Земли — Антип Назарович — «вплавил» в соседний валун небольшой стальной блок, продел в него трос и на пару с женой поднял в небо небольшой аэростат с «полезным грузом», а остальной народ избавился от зимней одежды и перешел в режим ожидания.

Последний этап подготовки к Большой Охоте — тестирование систем связи и маячка — прошли штатно: Прохор, установивший одну из антенн рядом с «дежурными» и протянувший кабель сквозь «зеркало», без проблем связал меня с командиром дежурной смены усадьбы и подключил нашу «Паутинку» к основной «базе». Поэтому я сообщил о начале рейда Максиму Алексеевичу Макарову, которого оставил за старшего, выяснил, как дела у «дежурных по той стороне», и со спокойным сердцем подошел к исполняющим обязанности дроноводов. Кстати, подошел очень вовремя — не прошло и полутора минут, как Галина Евгеньевна шевельнула левым манипулятором «базы», с помощью которого задавала высоту полета своей «птички», затем изменила разрешение картинки, расплылась в предвкушающей улыбке и обратилась ко мне:

— Олег Леонидович, я нашла место, на котором пасутся тысячи зверей, отдаленно похожих то ли на зубров, то ли на бизонов!!!

Я полюбовался картинкой на экране, повернутом ко мне, впечатлился количеством монстриков, обнаружившихся в поле зрения камеры, и, конечно же, прислушался к очередным требованиям паранойи. Поэтому изложил их народу, затаившему дыхание:

— В теории, тысячи бизонов — это море халявной энергии. А на практике возможны всякого рода эксцессы. Так что охоту начнем мы. Атакуем какого-нибудь одиночного монстрика, определим радиус области контроля и класс опасности, выясним, как стада этих животинок защищаются от хищников, и, если все пройдет без особо серьезных проблем, позволим разойтись вам…

Алгоритм охоты, придуманный на коленке, не выдержал столкновения с реальностью уже минут через десять-двенадцать, то есть, сразу после того, как мы навелись на одиночного «бизона», найденного все той же Чекменевой: «дежурные» особи заметили наши квадроциклы метров с пятисот, на редкость громким мычанием подняли особо ленивых сородичей на ноги, собрали стадо в одну чертовски плотную формацию и переключили в «защитный» режим. В какой именно? Да несколько внешних рядов заняли самые крупные самцы. Причем повернулись к нам, опустили головы, увенчанные не особо крупными рогами, и… совместными усилиями превратили недоеденную траву, ее корни и невысокие колючие кустарники в одно сплошное малозаметное препятствие!

Кстати, практически одновременный удар Природой превратил в МЗП полосу шириной метров в двадцать пять-двадцать семь, что тянуло на восьмой ранг — и класс опасности. Вот я и обрадовался. Впрочем, въезжать на «полосу отчуждения» и не подумал — остановился метрах в пяти от нее и провел серию следственных экспериментов. Каких? Для начала попробовал растительность на излом заклинаниями «официальных» стихий. То есть, выяснил, насколько хорошо она выжигается площадной версиейпятнышка, уродуетсясмерчеми «выстригается»мясорубкой. Потом вдумался в доклады Наташи и Ани, испытавших заклинания Жизни и Природы, счел необходимым проверить «МЗП» на прочность всеми остальными стихиями и… взаимно усиленнымкокономвыдернул к нам одного бизона.

Маревомонстрика восьмого класса опасности продавилось с полпинка, так что «слоеные»шипы, выращенные на внутренней поверхностикокона, пробили череп еще до того, как «бизон» долетел до середины «малозаметного препятствия». Так что мы собрались оценивать объем посмертного импульса. Но у сородичей нашей жертвы оказались другие планы: две первые шеренги самцов яростно взревели и рванули в самоубийственную атаку!

В принципе, мы могли и отступить. Но я счел это неспортивным. Из-за сравнительно невысокого класса опасности атакующего зверья. Вот и накрыл наскуполом. А после того, как его усилили матушка, Наташа и Аня, оценил мощь первого таранного удара, шустренько восстановил плотность структуры, продавившейся от силы на треть, и «завел» вокруг неемясорубку. А после того, как в нее вложились мои дамы, заговорил в оперативный канал:

— Дамы и господа, с нами все в порядке — мы испытываем продвинутый вариант уничтожения зверья восьмого класса опасности. Дури в нем много, но она… хм… полезная. Поэтому делитесь на две группы, подъезжайте к стаду с противоположных сторон, «вешайте» на себя рогатых берсерков с предельной дистанции любыми взаимно усиленными атаками, уходите под аналогичныекуполаи перемалывайте животинок до тех пор, пока они не подарят вам по два с половиной уровня или не сочтут нас слишком опасными хищниками…

…Не знаю, противостояние с какими хищниками вынудило «бизонов» выработать такие рефлексы, но атаковали они нас воистину самоубийственно, не считаясь с потерями и не останавливаясь даже после иссушения резервов. Скажу больше — если бы не привычка перестраховываться, в свое время вбитая в мое подсознание батюшкой, и не решение выйти из боя на половину уровня раньше желаемого, встряли бы мои родичи с гарантией. Из-за «фанатизма» четвероногих берсерков и здоровенных гор трупов, образовавшихся вокруг всех трех куполов за два часа тринадцать минут безостановочного рубилова. Кстати, животинки не отстали от «беглецов» и после того, как обе смены вырвались на оперативный простор. Так что нам пришлось следовать их примеру, «перевешивать» зверье на себя и продолжать отжигать в том же духе.

В общем, именно моими стараниями первая и третья смены вернулись на Землю, не притащив в мои владения буйствующий «хвост», не спалив себе энергетические системы и не перебрав с усилениями. И я же устроил Большую Ротацию — вызвал к нам сначала всю «молодежь», кроме Иришки, а затем и дежурные смены. Результат порадовал со страшной силой — за каких-то девять с половиной часов все Одаренные рода, за

В общем, с Большой Охоты вернулись довольными до невозможности, сдали портал под присмотр штатных дроноводов, сытно поужинали, утопали к бассейну, попадали на лежаки, накрылись пледами, высветлили стеклянный потолок и уставились в бездонное звездное небо.

— Ка-а-айф… — «через Вечность» промурлыкала матушка и сглазила — не прошло и двух минут, как мне позвонила Даша, спросила, далеко ли мои дамы, выслушала ответ, потребовала вывести ее голос на внешний динамик телефона и рассыпалась в благодарностях за второй четырехколесный подарок.

Нет, ее монолог не расстроил. Равно, как и комментарии «доблестных защитников», оценивших и «Лесник», и «Порыв». Но этот звонок стал первой ласточкой. А следующие четыре — от главы рода Жемчужниковых, генерала Анциферова, генерала Бероева и Константина Антоновича Силина — хоть чем-то, да напрягли. Расслабиться не получилось и после беседы с последним — не успел я отложить телефон, встать с лежака и качнуться к бассейну, как трубка «ожила» снова и продемонстрировала фотографию генерального прокурора. А ближе к концу разговора с последним ко мне по второй линии «постучался» государь. И озадачил сразу после обмена приветствиями:

— Олег Леонидович, ваши предсказания о грядущем изменении принципа инициации подростков подтвердились еще в конце декабря. Поэтому в двух крупнейших детских домах Белоярского края, находящихся под патронажем моей супруги, были созданы экспериментальные «комплексы направленных инициаций». К сожалению, сработали далеко не все варианты инициирующих воздействий, предложенных аналитиками, но чуть более продвинутый аналог самого удачного комплекта оборудования, круглосуточно «подталкивавшего» зародыши энергетических систем потенциальных Одаренных к инициации в Воздух, Воду и Молнию, был размещен и в покоях моего старшего сына. Благодаря чему часа полтора тому назад он благополучно «взял» все три эти стихии и счастлив до безобразия!

— Отличное сочетание! — невольно улыбнулся я. — Так что поздравляю от всей души. Причем и его, и вас с Валентиной Сергеевной.

— Спасибо! — довольно отозвался он, поблагодарил как за поздравление, так и за информацию, позволившую загнать процесс инициации Цесаревича в нужное русло, а затем ошарашил воистину сногсшибательным предложением: — Олег Леонидович, я не хочу пускать процесс развития Дара моего наследника на самотек, поэтому, посоветовавшись с психологами, работающими с ним с раннего детства, пришел к выводу, что Станиславу, отличающемуся довольно своеобразным характером, жизненно необходим раздражитель — личность, за которой он будет тянуться изо всех сил. Поэтому прошу вашего разрешения попросить о помощи Дарью Константиновну: она ненамного старше, но в разы жестче Славы, сфокусирована на личном развитии, добилась серьезнейших результатов как в развитии Дара, так и в наработке реальных боевых навыков, владеет редким, красивым и довольно сильным питомцем, является девушкой и — что самое важное для меня и моей супруги — считает вас своим кумиром и до смерти боится разочаровать. Соответственно, гарантированно не задурит. Что скажете?

Я почесал затылок, представил пяток вариантов развития событий и дал волю проснувшейся паранойе:

— Пока ничего: слишком мало информации для качественного анализа.

— Отличный ответ! —обрадовалсяИмператор и удивил: — Я был уверен, что услышу нечто подобное, поэтому вот-вот пришлю вам файл с выкладками психологов, двумя коридорами возможностей и подробнейшими описаниями обоих вариантов будущего вашей сестры…

Глава 7

7–8 января 997 г. от ВР.

…После звонка Императора наступило временное затишье — телефон замолчал часа на два с гаком. К сожалению, мне было не до расслабления — я изучал файл с выкладками аналитиков Белосельского, обсуждал с матушкой почти каждый тезис, пытался представить альтернативу за альтернативой и так далее. В результате задолбался. Причем настолько сильно, что в какой-то момент раздраженно закрыл документ, перевернулся мордой вниз и попросил меня помять.

Эмпатия«включилась» без участия разума, позволила почувствовать эмоции обеих личных помощниц и помогла «отпустить» часть напряжения: да, Аня качнулась ко мне как бы не быстрее Наташи, но без «бубнового» интереса в намерениях. И мяла «свою часть» моей тушки правильнее некуда. В смысле, получая удовольствие только от того, что воздает добром за добро. Вот мне и полегчало. Аж минут на пять-шесть. А потом часы завибрировали, уведомляя о получении какого-то сообщения, и я, разозлившись, просто вытянул руку в сторону.

Намек был понят с полпинка — «силуэт» напарницы сместился на метр и вцепился в запястье. А через пару секунд я услышал презрительный смешок:

— Вагановы продолжают интриговать: прислали двадцать миллионов, а в графе «Назначение платежа» указали, что это —все шесть обещанных вирза «проступок» Игната Борисовича.

— Уроды! — злобно буркнула Целительница.

— Вира, вроде как, заплачена, однако двадцать на шесть не делится, а значит, любой вариант распределения этих средств гипотетически может вбить первый клин в наши отношения с Соловьевыми!

— Не вобьет… — уверенно заявила моя родительница. — Олег разделит эту суммуна количество родов, участвовавших в мини-конфликте с Вагановыми, и перечислит Владиславу Александровичу половину от двадцати миллионов, а я аргументированно докажу, что этот принцип деления — единственно верный. Впрочем, Борису Юрьевичу мы все равно отомстим. Ибо злопамятны до изумления.

Я подтверждающе кивнул и мысленно выругался, так как в этот момент кто-то позвонил ей.

Следующие секунд тридцать «жил» в чувстве Воздуха, так как матушка, поздоровавшись невесть с кем, замолчала и вслушалась в голос неназванного собеседника. Увы, «силуэт» не шевелился от слова «совсем». Зато после того, как этот самый собеседник, иссяк, в голосе родительницы появилась горечь:

— Евгений Станиславович, я действительно обожала и море, и наш домик в Западной Бухте. Но в детстве и в юности. А после того, как повзрослела, поняла, что мне было хорошо не от места, а от безграничной любви батюшки. Увы, его больше нет, поэтому я просто не смогу вернуться в особняк, в котором когда-то чувствовала себя счастливой. В общем,этот подарокя не приму ни за что на свете…

Я ушел врывокпрямо из положения «лежа», «возник» рядом с мамой и обнял ее за талию. Как выяснилось через несколько секунд, зря — извинившись за «некоторую жесткость» заявления, попрощавшись и сбросив вызов, она поймала мой взгляд и мягко улыбнулась:

— Спасибо за беспокойство, но я в полном порядке. Просто сыграла роль, позволившую обломать Захарова-старшего — этот старый интриган придумал «идеальный способ» обзавестись влиятельными соседями и обрести лишний шанс подложить под тебя Райку. В общем, перемещайся обратно и подставляй тельце под шаловливые

Переместился. Но — после того, как чмокнул ее в подставленную щечку. И все время, пока родительница «решала вопрос», чувствовал себя счастливой медузой. А после того, как эта проблема осталась в прошлом, меня ни с того ни с сего переключило в рабочий режим. Нет, тормозить Наташу с Аней я и не подумал. Но потребовал включить «глушилку», отрешился от испытываемых ощущений и потерялся в анализе плетений искусственных порталов разных стихий.

Сравнивал одни с другими порядка сорока минут. Сначала «в статике», то есть, уже «висящие», а потом и в процессе формирования. А на последнем этапе открыл крошечное «зеркальце» к фиолетовому порталу, через который таскал народ на Большую Охоту, и почти полчаса изучал фрагмент структуры, «задающий цвет». Но «прозрел» только после того, как совершенно случайно наткнулся взглядом на ничем не примечательный смежный «завиток» и скорее по наитию, чем осознанно решил перенести его в структуру «универсального» портала: двадцатисантиметровое «зеркальце» вытянуло процентов пятнадцать резерва, но получилось фиолетовым. И — что самое убийственное — перестало тянуть энергию на свое поддержание!

Тут нам стало не до массажа — я слил весь резерв, но «растянул» портал сантиметров до восьмидесяти в диаметре и расстроенно признал, что уперся в нынешний предел возможностей, Наталья попытки с четвертой-пятой смогла добавить еще сантиметров пятьдесят-пятьдесят пять, а матушка назвала нас монстриками и правильно настропалила:

— Что ж, раз принципиальное решение проблемы с маскировкой порталов найдено, значит, ты, красотка, упрешься в развитие кластеров Пространства, а ты, красавец, продолжишь усиливать кластеры Приручения. Чтобы в семье как можно быстрее появился свой маг Разума…

…Вечер прошел без треволнений — мы спокойно поужинали в компании Ближнего Круга, состыковали Деникиных, попросивших помочь со зверьем седьмого ранга, с генералом Анциферовым, и поболтали с Яниной Павловной, соскучившейся по нам-любимым. А в районе полуночи повыключали свет в наших покоях, собрались в моем кабинете, сложили электронику под «сетевой няней» и перешли в гараж особнячка на Лесной.

Портал к нужнойметкеоткрыл я. И, каюсь, не поверил своим глазам, увидев в окне дома мишки-артефактора отблески света. Впрочем, тормозить — не тормозил: пересоздал «зеркало» вплотную к оконному проему, активировалночной взор, заглянул внутрь, «привязался» к приметному камню на дальней стене и… обломался. Раза четыре подряд: портал «отказался» формироваться по новым координатам!

Ломиться в дверь я был не готов, поэтому почесал затылок и усложнил процесс. В смысле, попробовал создать не самый обычный вариант портала, а универсальный. И облегченно выдохнул: артефактной защите «логова» этот тип плетения оказался не по зубам.

Пока разворачивал плоскость сопряжения миров в нужном направлении, коротко объяснил дамам причину заминки. А после того, как увидел хозяина дома, спавшего на грубом каменном топчане,

«запомнился», скинул плетение и коротко рыкнул:

— Все, работаем…

Работать начали с перемещения во второй «тайник» в мире единорогов, созданный специально для этой акции. Само собой, не налегке, а с заранее собранным багажом. Ибо тащить «языка» в «хранилище» глубинных бомб сочли небезопасным. А там вышли из пещеры через узкую щель, огляделись, не обнаружили поблизости ничего крупнее вороны и выдернули к себе мишку-артефактора. Предварительно упаковав его в многослойныйкокони заткнувлентой.

Да, разумный зверь пробовал трепыхаться и бить всем подряд, но очень недолго — оказавшись в новом мире, вытаращил глаза и как-то резко обмяк. Тут-то матушка портативный переводчик и «загрузила»:

— Мой сын — маг Пространства. Тот самый, который убил вашего, не заметил защиты, установленной на твоем доме, и перенес тебя в этот мир. Твой Дар пока не забирал. И не заберет. Если ты проявишь благоразумие и ответишь на наши вопросы. Кстати, на наши вопросы ты ответишь в любом случае. Так как мы значительно сильнее тебя и умеем допрашивать даже самых упрямых пленных. Доказательства нужны, или поверишь на слово?

Пока умная машинка переводила эту речь, я «настраивался» на эмоции «языка». И, как ни странно, настроился. Почувствовав страх, обреченность и, почему-то, дичайшее разочарование. А потом мишка заговорил, и мне стало не до анализа его морального состояния:

— Я чувствую мощьзахвата, понимаю, что маг Пространства, сумевший продавить артефактную защиту моего дома, умеет и убивать, и покоряюсь сильнейшему…

Последнее словосочетание мы уже слышали. Из уст мишки-охранника. Так что пришли к выводу, что эта фраза является ритуальной, переглянулись и продолжили допрос. Вернее, его продолжила моя родительница, а я чинно опустился в кожаное кресло, перемещенное в этот мир для антуража, возложил руки на подлокотники и вслушался в следующий вопрос. Хотя приложил руку к составлению их списка и точно знал, что именно должно прозвучать:

— Что ж, тогда начнем вот с чего: скажи, глава Варгхейма продавал или передавал кому-нибудь еще координаты нашего мира? Кстати, имей в виду, что мой сын чувствует ложь и не отличается долготерпением.

Словосочетание «чувствует ложь» вымело из сознания артефактора все разочарование, зато страх и обреченность усилило как бы не в разы. Впрочем, эти чувства не помешали мишке заговорить:

— Насколько я знаю, их продали главе клана Нильхейм…

— В каком направлении и как далеко от Варгхейма находится город этого клана? — мрачно поинтересовалась мама, а Аня включила планшет и показала разумному зверю фотографию их крепости.

Потапыч потерял дар речи секунд, эдак, на десять и полыхнул настолько плотным любопытством, что заставил вспомнить профессора Ковалевского — ученого-фанатика, некогда поделившегося с нами знаниями о типах порталов. Слава богу, потом «язык» вспомнил, что находится не в своей мастерской, пал духом и сообщил, что Нильхейм находится на закате местного светила — Югра — и что добираться до этого города-крепости порядка трех с половиной дней. Поделился и другой интересной информацией — приблизительным размером «армии», количеством особо сильных, а потому известных магов, и прозвищем главы клана, вроде как, победившего аж в одиннадцати последних то ли войнах, то ли междоусобицах. Затем признался, что бывал в Нильхейме четыре раза, и описал не только его прилегающие окрестности, но и приметы, позволяющие не сбиваться с пути.

При этом — если верить моим ощущениям — ни разу не соврал, поэтому я трансформировалкоконтак, чтобы мишка смог сесть на небольшой валун. Пока помогал разумному зверю устроиться поудобнее, Аня врубила диктофон, и родительница, удовлетворенно кивнув, переключилась на следующий блок вопросов:

— А теперь нам нужен предельно подробный рассказ об артефакторике…

…К началу четвертого часа «лекции» у мишки, которого, кстати, звали Ррыг, пересохло горло, а в эмоциях

— Справлять нужду — в воду. Причем за тем мысом. Чтобы не привлекать сюда зверье запахами.

Сообразив, что продолжать я не собираюсь, артефактор округлил глаза и все-таки сообразил, что свалить он, «наверное», сможет. А вот с выживанием могут возникнуть проблемы. Поэтому молча кивнул, с большим трудом встал, размял затекшие ноги и поковылял в указанном направлении.

Мы тоже зашевелились — по очереди «сгоняли» на Лесную. И, до кучи, заглянули в холодильник. Поэтому вернулись на берег с солидными запасами вкусняшек, раскрыли и сервировали складной походный столик, тяпнули по бокалу сока и решили… хм… проявить гостеприимство. Экспериментировать со здоровьем донора архиважной информации я был не готов, так что немного подождал и озадачил Ррыга по полной программе:

— Мы проголодались и собираемся поесть. Но не уверены в том, что наша еда тебе подойдет. Поэтому я сейчас открою портал в твой дом, а ты покажешь, где хранишь запасы еды, и мы ее позаимствуем…

Позаимствовали не только еду — эдак через полчаса после окончания трапезы перетаскали в тайник четыре шкуры, заменявшие мишке постельное белье, все артефакты, созданные под заказ и для продажи, запасы расходников и коллекцию из двадцати одного свитка с трактатами по артефакторике. При этом Ррыга в его логово не запускали. Так как понимали, что соблазн свалить в родной мир может заставить его забыть о заключенном договоре. Впрочем, не переходили в Рранд и сами — подводили «зеркало» к нужному предмету и спокойно экспроприировали. Что, к слову, дополнительно сводило разумного зверя с ума. Ибо в их мире порталами «манипулировали» иначе: открывали их «в точку», а перед «корректировкой положения» долго медитировали и, вроде как, проводили в уме некие «сложнейшие расчеты».

В общем, я немного погордился. Собой и Наташей. А после того, как первая половина Великого Переселения была закончена, продолжил сводить мишку с ума — перемотал запись его лекции на одну из меток, врубил, дал послушать его собственный голос и потребовал провести первое занятие по трансформации камней в накопители энергии.

К этому времени он решил, что я владею Пространством, Приручением и Воздухом, поэтому, увидев, как я «сплавляю» гальку заклинаниями Земли, вытаращил глаза и изумленно охнул:

— У тебя пробудилось ЧЕТЫРЕ стихии?!!!

Я «скромно» пожал плечами, а матушка насмешливо фыркнула:

— Четыре⁈ Не смеши: мой сын — Великий Маг. Поэтому владеет всеми!

Ррыг… поверил. И познакомил нас еще с одним ритуальным действием — отвел голову к правому плечу, вроде, как подставляя яремную вену под удар, и заявил, что вверяет мне свою жизнь. Ну, а я по наитию как-то «закрепил» это решение Приручением, почувствовал, что воздействие «встало», и… хм… решил, что это хорошо. Поэтому разыграл подходящую сценку — «вырастил» на правом кулаке тычковый нож из плазмы, торжественно подвел к шее мишки и, подержав буквально пару секунд, величественно кивнул:

— Я беру тебя под свою руку и дарую новую жизнь…

Артефактору, что называется, зашло. Ну, а я спокойно скинул ненужное заклинание и вернулся к вопросу, «зависшему в воздухе». То есть, напомнил о том, что хочу научиться превращать камни в накопители для артефактов. Вот новоявленный Слуга и засуетился — метнулся к своим пожиткам, выбрал два ничем не примечательных куска гранита, принес мне и заявил, что структура одного уже видоизменена, соответственно, мне надо почувствовать разницу.

Почувствовать — почувствовал. Причем довольно легко. А вот со вторым шагом возникли серьезнейшие проблемы — то ли объяснения Ррыга были слишком уж «гуманитарными», то ли их логика хромала на обе ноги, то ли у нашего переводчика был недостаточно большой словарный запас, но я смог нащупать требуемый алгоритм трансформации аж через час десять! Впрочем, попытки представить воистину сумасшедшие аналогии уроженца иного мира помогли понять кое-какие выверты его мышления, благодаря чему в половине шестого утра по времени Белоярска я все-таки сварганил свой первый накопитель и… сразу же взорвал. Совершив «классическую ошибку» начинающих артефакторов, то есть, на радостях влив в него слишком много энергии.

Хотя вру: по словам моего «учителя», первые накопители начинающих артефакторов, как правило, трескались.

Ибо ученичкам не хватало дури энергетических систем. А у меня ее было завались, поэтому кусок гранита разнесло в дым. И засыпало мягчайшим песком портативный переводчик, планшет и мой бокал с апельсиновым соком.

Погибла смертью храбрых и вторая заготовка. Вернее, лопнула пополам. Но с ней я возился подускорением, поэтому засек момент появления первых «неправильных» напряжений и понял, какой плотности должен быть поток энергии. Так что третья попытка увенчалась успехом — камушек превратился в магический аккумулятор и после подключения еще к одной заготовке Ррыга позволил сформировать что-то вроде воздушногокуполадиаметром метра за полтора.

Не знаю, почему, но именно в этот момент меня усталостью и накрыло. Ну, а очень своевременный зевок матушки отбил всякое желание продолжать. Поэтому я поблагодарил мишку за науку, забрал у Наташи блокнот и ручку, показал артефактору, как ими пользоваться, и поставил боевую задачу:

— Мы уходим в свой мир. Вернемся не позже, чем через двое суток. И поможем обустроить быт. Далее, еды и воды у тебя пока достаточно, поэтому займись делом — сначала защити свой новый дом от местного зверья, а затем составь программу следующего занятия и подготовь необходимые материалы, чтобы я не терял время впустую. Далее, подумай, где или у кого именно мы можем забрать более серьезные запасы еды. И последнее: меня не устраивает твой нынешний магический ранг, поэтому разрешаю охотиться в окрестностях этой пещеры…

Глава 8

9 января 997 г. от ВР.

…Первую половину воскресенья я проторчал в новом «логове» Ррыга — разбирался в азах артефакторики и чах над заготовками, пытаясь «впечатать» в них самое простое плетение. Теория со скрипом, но давалась. А продвинутая практика — нет: переизбыток дури и отсутствие навыков манипулирования сверхмалыми объемами энергии превращали меня в классического слона в посудной лавке — если «особо крупные» накопители создавались достаточно стабильно, то десять из десяти заготовок артефактов рассыпались песком или пылью.

По мнению мишки, это было нормально: в его мире артефакторикой начинали заниматься сразу после инициации, соответственно, манипуляцию нужными объемами силы брали с полпинка. А я постепенно зверел. Из-за своей криворукости. Хотя чувствовал, что это

Мишка изобразил жест, аналогичный нашему пожатию плеч, взглядом показал на Аню, сладко спавшую на водяном матрасе, и выдал лаконичное, но эмоциональное объяснение.

Я покосился на Целительницу, а затем посмотрел на портативный переводчик и превратился в слух.

— Самые мощные артефакты создаются из рубинов. Но они очень редкие и дорогие. Поэтому работать с ними позволяется только самым опытным артефакторам. Причем под надзором личных телохранителей глав кланов. Так что учебных заготовок из этого материала не бывает…

Тут-то мне и полегчало:

— Не бывает В ВАШЕМ МИРЕ. А у нас появятся. Дня через три-четыре. И тогда я доконаю эту задачу…

Он не поверил. А зря: я уже увидел выход из тупика и начал обдумывать наиболее безопасные варианты реализации чертовски интересной идеи.

Начал минут через пять-семь, приказав разумному хищнику «впечатать» в рукоять его поясного ножа заклинания Воды с самой «грубой» структурой. Пока мишка выполнял распоряжение, открыл портал к своему оружейному шкафчику, позаимствовал из него один из боевых ножей и честно обменял на вроде как трофей. После того, как «артефактное оружие» было готово, в темпе разобрался, как активировать «контур очистки», удовлетворенно улыбнулся, разбудил Целительницу и ответил на безмолвный вопрос:

— Нет, поздравлять меня пока не с чем. Но это мелочи: я придумал, как решить сразу несколько проблем, поэтому сегодняшнее занятие закончено.

Она коротко кивнула, взбодрила себя каким-то заклинанием, поднялась на ноги и поинтересовалась, будем ли мы охотиться на кашалотов.

Я утвердительно кивнул:

— Да, конечно. Поэтому я вот-вот открою портал в гостиную матушки, а ты поднимешь и ее, и Наташу, передашь им команду одеваться и все такое…

Женщина отрицательно помотала головой:

— Не вариант: если я оставлю тебя одного, то меня прибьют. И правильно сделают. Ибо мы тебя любим. Так что буди Наташу. Сам: пусть связывается с Анастасией Юрьевной через «Паутинку».

Эмпатия «подсказала», что Аня уперлась и ни за что на свете не изменит принятого решения, поэтому я сдался — открыл портал в спальню напарницы, ласково дотронулся до ее плеча и поставил боевую задачу. А через четверть часа попрощался с Ррыгом, подхватил портативный переводчик и «трофей», вместе с Аней перешел в тайник номер один, дождался появления «дежурных по усадьбе», вынес наружу «базу» с дронами и поднял в воздух свою «птичку».

Кстати, в этот раз вел ее не абы куда, а к огромной подводной «банке», над которой накануне «паслось» стадо «кашалотов». И не прогадал — «рыбки» обретались там же. Так что как только я вбилластикв череп донора халявной энергии, Наташа просунула «боевой матрас» сквозь «зеркало», перебралась на зыбкую опору и взяла под контроль морскую воду. Мы тоже не тупили — по очереди сделали по одному шагу, сели, поймали посмертный импульс, в темпе вложили его в нужные кластеры и благополучно вернулись в тайник.

— Все, теперь отправляемся баиньки? — спросила матушка, как только я нарисовался в рукотворной пещере.

— Ага… — подтвердил я и открыл портал в ее гостиную.

Родительница загнала в него Аню, затем вперила в меня потяжелевший взгляд и добавила в голос металлические нотки:

— Наташа, бывает, отдыхает, а ты себя уже загнал. Поэтому принимаете душ, укладываетесь в постель и засыпаете СРАЗУ. Вопросы?

— Никаких…

— Вопросов нет… — хором ответили мы, и мама, напоследок показав нам правильно сжатый кулак, ушла к себе.

Я «скинул» это «зеркало», открыл новое — прямо в свою ванную комнату — пропустил вперед напарницу, шагнул следом и попал. В объятия внезапно посерьезневшей «Природницы»:

— Олег, ты и выглядишь, и ощущаешься вымотанным до предела. Так что моемся, укладываемся в постель и спим как минимум до восьми утра.

В любой другой день я бы начал вредничать. Но ощущение «всесилия», появившееся после усиления, давно исчезло, а хронический недосып уже пригибал к земле. Поэтому я коротко кивнул, потянулся к ремню и запоздало отшутился:

— Хорошо. Но будешь должна…

…Удивительно, но факт: мы действительно продрыхли до восьми утра и встали не по чьему-либо звонку, а по будильнику. Да, приходить в сознание не хотелось, но планы на день и холодный душ очень неплохо мотивировали. Поэтому в половине девятого я переступил через порог гостиной, пожелал доброго утра членам ближнего круга, поухаживал за своими дамами и отдал должное кулинарным шедеврам Марии Тарасовны. А уже в четверть десятого переключился в рабочий режим, вошел в общий канал «Паутинки» и вызвал к себе всех Одаренных рода, владеющих Землей.

Пока они неслись к особняку и поднимались на второй этаж, перебрался в кабинет и еще раз обдумал предстоящее действо. Поэтому после того, как народ вломился в помещение и опустился в кресла, поздоровался и взял быка за рога. В смысле, продемонстрировал «трофей»

и перешел к делу:

— Один из ножичков, прихваченных из Благово, оказался артефактным — при подаче определенного количества силы Воды омывает ею лезвие и сразу же сушит. Часть структуры заклинания, вложенного в рукоять, я очень слабо, но чувствую — она, скажем так, «резонирует» с моей Водой. Вторая часть, по логике, должна быть Огненной. А третья, вероятнее всего, Земляной. Ибо плетение находится вот в этой каменной вставке рукояти. И я бы хотел, чтобы вы разобрались, как устроен этот артефакт. То есть, выяснили, как выглядит плетение целиком, с чего и как подпитывается, как заряжается, как устроен накопитель и так далее. Да, все три стихии имеются только у вас, Александра Львовна, и у вас, Анна Алексеевна, но я считаю необходимым поручить эту задачу всем магам и волшебницам Земли. Так как артефакты, по определению, могут быть разными, а каменные накопители, как мне кажется, должны быть однотипными. В общем, забирайте ножичек и вперед…

«Трофей» забрал Антип Назарович. И, направившись ко входной двери, показал пример толпе «исследователей». А я, не дожидаясь их ухода, отыграл еще один фрагмент задуманного спектакля — потер переносицу и задумчиво хмыкнул:

— Если артефактные накопители действительно делают из камня, то нам стоит поэкспериментировать не только с магматическими, метаморфическими и осадочными, но и с искусственными драгоценными. Но я — ни разу не геолог, поэтому имеет смысл припахать к подбору образцов крепких профессионалов.

Матушка, знавшая меня, как облупленного, почувствовала, что я играю, поэтому демонстративно прижала к губам указательный палец и,

— Этот артефакт создал Ррыг. По моему приказу. Но, согласно только что озвученной легенде, плетениеконтура очисткислучайно активировалось от моего воздействия. А дальше включится мой прагматизм: да, я позволю своим магам Земли повозиться с «трофейным ножом», но в какой-то момент решу, что мы, бояре на всю голову, обязаны либо воевать, либо готовиться к войнам самого разного масштаба, а артефакторика — занятие для кабинетных ученых. Тем не менее, мешать отдельным энтузиастам продолжать эксперименты и не подумаю. Мало того, создам родичам все условия для творчества — закажу и оплачу достаточный объем образцов. А искусственные рубины заиграю сам. Ибо они намного тверже гранита, а значит, упростят освоение «впечатывания заклинаний». Далее, слив этой информации государству позволит подключить к экспериментам десятки ученых с возможностями, которые нам и не сни— ..

— Дальше можешь не продолжать… — мурлыкнула моя родительница. — Виктор Константинович — личность благодарная. Соответственно, результаты деятельности записных фанатиков от науки будут передаваться нам-любимым на блюдечках с голубой каемочкой. Да, не все. Но в объемах, которые наш род однозначно не потянет. В то же самое время, вовлеченность в процесс наших родичей позволит тебе сливать Белосельским следующие порции знаний.

— Угу… — кивнул я, обсудил с ней пяток нюансов своей идеи, вырубил «глушилку» и набрал Анциферова. Однако изложить неплохо проработанную легенду не успел. В смысле, сразу — ответив на приветствие, генерал заявил, что я позвонил ему очень вовремя, и загрузил:

— Оперативники краевого управления ИСБ только что взяли «Хакера» — он вляпался в одну из… хм… ловушек для террористов, а парни из ГБР захлопнули ее… с треском его ребер, ключиц и тазовых костей!

— А чуть подробнее можно? — попросил я и вывел его голос на внешний динамик.

— Можно, конечно! — довольно хохотнул Григорий Денисович и начал издалека: — С тех пор, как Енисейск и его окрестности стали режимной зоной, Белоярский край живет по столичному протоколу. Соответственно, объекты, которые могут использоваться террористами для реализации их идей, взяты под неусыпный и, что самое главное, всесторонний контроль. А для особо хитроумных личностей подготовлены эти самые ловушки. Описывать их я, конечно же, не буду. Скажу лишь, что агент Ватикана, умудрившийся сбежать от моих людей, не успокоился. И решил, что вы должны гореть в огне. Причем в буквальном смысле этого выражения. Так что почти сутки подбирался к одному из военных аэродромов, взломалэмуляцию бортового компьютератяжелого самолета-заправщика и залил в программное обеспечение довольно замороченный вирус. В общем, если бы бортовой компьютер был реальным, то этот самолет после первого же отрыва от ВППв вашу сторонуушел бы с курсас заблокированными средствами связии через какое-то время упал на ваш особняк. А сто двадцать две тонны авиационного топлива — не фунт лиха!

Аня побледнела, во взгляде Наташи запылало пламя ярости, а матушка, включившая голову, презрительно фыркнула.

Я был с ней полностью солидарен, поэтому озвучил не прозвучавший вопрос:

— Получается, что этот агент даже не подозревал о том, что мою усадьбу защищают ЗРПК «Кедр»?

— Эта информация засекречена. Поэтому пострадала бы только тайга. Но, в общем и целом, план был неплох. Так что на краевое управление ИСБ уже сегодня прольется дождь из орденов и медалей.

— А могу я поучаствовать… финансово? В смысле, перечислить денежек на солидные премии?

Анциферов клятвенно пообещал провентилировать этот вопрос, так что меня отпустило. И я поделился той самой легендой.

Как и следовало ожидать, Григорий Денисович сделал стойку чуть ли не на первом же предложении повествования. А после того, как я иссяк, заявил, что прилетит за артефактным ножом лично… тогда, когда я сочту возможным его одолжить. Потом задал добрый десяток уточняющих вопросов, получил ни разу не лаконичные ответы и, разложив их по полочкам памяти, порадовал по полной программе:

— Камни — будут. Если не сегодня вечером, то завтра утром. В том числе и искусственные: «чувствительность» мага прямо пропорциональна уровню развития его энергетической системы, а значит, ваши родичи добьются первых результатов быстрее моих подчиненных…

…В начале одиннадцатого меня снова накрыло усталостью. Дел, ради которых стоило бы превозмогать, на первую половину дня запланировано не было, поэтому я ушел спать. И продрых до половины второго. Проснулся по будильнику. Вернее, по будильнику я встал. А проснулся в душевой кабинке под ледяным «ливнем». Потом разогрел себя Огнем, высушил волосы и тушку, оделся, уронил в личный канал Наташи традиционный плюсик и получил в ответ сообщение, заставившее подобраться:

«Я загляну?»

К ближайшей «глушилке» допрыгалрывками, врубил, уронил в тот же канал еще один плюсик и уставился в «зеркало», сформировавшееся перед лицом. А после того, как «Природница» перешла ко мне и гордо улыбнулась, потребовал рассказывать.

Она лукаво прищурилась, сделала вид, что колеблется, а потом вывесила рядом с нами зеленый портал… диаметром за полтора метра и подколола:

— Фиолетовые порталы — одни из самых энергонасыщенных. Значит, начинать эксперименты надо было с красных или, на худой конец, оранжевых. Но мы, Великие Маги, не тратим время на всякую ерунду…

— … ибо придурки… — покаялся я и посерьезнел: — Наташ, что у нас сейчас с естественными порталами?

— Один синий. В зоне ответственности Восточного… — деловито ответила она. И добавила: — Так что следственный эксперимент можно провести у нас. Но я бы начала с другого — перебралась в особнячок на Лесной, вывесила в гараже красный портал, полчасика погоняла сквозь него что-нибудь тяжелое и последила за реакцией структуры на такие издевательства.

— Ты права… — согласно кивнул я, сообразив, чего она опасается: — Если длительность существования искусственных порталов зависит в том числе и от массы перемещаемых объектов, то мы рискуем кого-нибудь потерять. Так что проведем твой следственный эксперимент сразу после обеда.

Одной декларацией намерений не обошелся — притянул женщину к себе, назвал редкой умничкой и поцеловал в подставленные губки. Да, пробудил желание. Причем и в себе, и в ней. Но, посмотрев на часы, виновато развел руками, заявил, что нам пора, вырубил «глушилку» и… приложился к губкам еще раз. Ибо захотелось. А потом подхватил Наталью под локоток и повел на выход. Чтобы не опоздать на обед.

Пока пер к общему коридору, отвлекал себя планированием целой серии экспериментов в гараже. Наткнувшись взглядом на матушку и Аню, сделал каждой по комплименту. Чуть позже в том же стиле

Пока хвалил девчонок за добросовестность, поймал за хвост чертовски интересную идею, но сосредоточиться на ее обдумывании, увы, не получилось — через считанные секунды после того, как Мария Тарасовна поставила передо мной тарелку со здоровенным куском бисквитного торта с заварным кремом и свежей малиной, мне позвонил Анциферов и в кои-то веки забыл о вежестве:

— Олег Леонидович, минут шесть-восемь тому назад операторы систем спутникового контроля ВКС засекли рядом с Благово искусственный портал. Он провисел тридцать три секунды и с вероятностью процентов за девяносто восемь выпустил на Землю очередную разведгруппу. Следующий поселок по этому вектору — Ховрино — пуст и «заряжен» по полной программе.

Так что от силы минут через сорок-сорок пять в моем распоряжении будет телеметрия с нескольких десятков хорошо защищенных микрокамер. К слову, телеметрия будет и в том случае, если мишки отправятся в сторону Норильска…

— Дальше можете не продолжать… — заявил я и ответил на незаданный вопрос: — Мы вылетим на Благово ориентировочно минут через десять. На «Икаре» и двух «Исетях». И будем ждать веселые картинки. Так что стройте ракетчиков…

Глава 9

9–10 января 997 г. от ВР.

…Разведгруппа клана Нильхейм дала о себе знать через тридцать восемь минут, сформировав портал метрах в шестистах от околицы Ховрино. А потом из него вышел отряд «штурмовиков» из шестидесяти особей, двадцать четыре из которых владелирывком, как-то уж очень быстро «захватил» поселок и вызвал к себе здоровенную толпу трофейщиков. Последние работали, не покладая лап. Причем не одни, а в связке с артефакторами. Так что заброшенные дома, промороженные заклинаниями чудовищной мощи, разбирались за считанные минуты и утаскивались на Рранд практически целиком. А оба стальных шара с «сюрпризами» предварительно обвешивались какими-то артефактами.

Нам — в смысле, генералу Анциферову, его взрывотехникам, мне, моим дамам и «родичам» — это, естественно, не понравилось. Но подрывать подарки сразу Григорий Денисович не захотел и дал команду «завести» механические таймеры взрывателей на четверть часа. Так что результатов взрывов мы, увы, не увидели. Более того, в тот момент, когда мишки закончили мародерку и свалили в свой мир, находились в восемнадцати минутах лета до Благово. Вот и обломались. По второму разу. И развернули квадрокоптеры, ибо не видели смысла осматривать разоренный населенный пункт.

Весь обратный перелет я представлял, что настолько крупный отряд высокоранговых магов с боевым опытом мог натворить в Норильске, и злился. А после того, как мы вернулись домой, отпустил личный состав тревожных групп заниматься своими делами, добрался до дому, поднялся на второй этаж в компании толпы женщин и заставил себя поужинать. Во время трапезы, в основном, молчал. Насытившись, пожелал Жаровой, Филимоновой, Глотовой и Пришвиной хорошего вечера и в сопровождении своих дам умотал в покои матушки. Вроде как, отдыхать. Но вместо того, чтобы завалиться на диван или сесть в кресло, врубил «глушилку», открыл «зеркало» в тайник номер один, позаимствовал «базу» с дронами и рухнул на ковер.

Главный специалист по использованию «птичек» для поиска чего-либо — Наташа — легла рядом, «навелась» наметкуна доме Ррыга, открыла портал, «развернула» плоскость сопряжения миров на запад и за семь-восемь итераций «вывела» за пределы города. Еще четыре итерации убила на поиск места для запуска дрона. А после того, как я поднял его в воздух, прикипела взглядом к картинке на экране.

На этом этапе к процессу подключилась матушка — включила файл с объяснениями Ррыга и начала зачитывать описания приметных мест. И пусть далеко не каждое находилось с полпинка — ибо асфальтированными дорогами в мире мишек и не пахло, а проселочные переплетались очень уж затейливо — высокоскоростные «птички» здорово упрощали процесс. Поэтому уже через два часа семнадцать минут мы увидели стены Нильхейма. И, впечатавметкув подходящую скалу на первой попавшейся возвышенности, устроили осмотр города с высоты птичьего полета.

Кстати, первым делом нашли и изучили воронки, оставшиеся от взрывов «подарков». Но не обрадовались — да, рванули они знатно. Однако не в городе, а на огромном пустыре. И в самом лучшем случае разнесли разве что какой-нибудь каменный сарай.

— Глава этого клана умеет учиться на чужих ошибках… — объективности ради признала матушка. А я утвердительно кивнул, вернул дрон на «базу», сформировал крошечное универсальное «зеркальце» за порталом Наташи и «повел» ко дворцу «Умника». «Дотянув» этот «инструмент» до крыши, вбил в нееметку. Затем развеял заклинание, встал с ковра и оглядел подобравшихся женщин:

— Значит, так: мы с Аней побуйствуем в мире единорогов, ты, Наташа, понаблюдаешь за нами через свой портал из усадьбы, а ты, мама, побудешь на подхвате…

Оспаривать это решение никто, естественно, не стал, вот мы в первый тайник и перешли. Затем выбрались под открытое небо, привычно огляделись, не обнаружили ничего крупнее полевых мышей, и спустились поближе к воде. Остановились перед границей травы и песка, сели и вытянули ноги. А потом я открыл крошечный универсальный портал к последнейметке, «подвел» его к ближайшему окну, заглянул в коридор и запомнил, как выглядит интерьер. Так что через пару мгновений сформировал «зеркальце» в здании. И «отправил на поиски» его обитателей впритирку к потолку.

Двух первых придворных «забраковал». Из-за того, что эти мишки были самками, причем достаточно молодыми. Зато здоровенного самца с мощным торсом и огромным тесаком на поясе

«упаковал» вкоконподускорением, выдернул к нам на пляж и заткнуллентой. Почувствовав первую же попытку сопротивления, вырастил на внутренней поверхностикоконадесяток шипов, продавилпокрови, тем самым, дал понять, что трепыхаться бессмысленно. Но Потапыч оказался упертым — продолжал «сливать» энергию в бесплодных попытках продавить мойкокони яростно рычал. Зря: я тоже пребывал не в духе, поэтому всадилпятнышков левую верхнюю конечность, забрал у Ани уже включенный портативный переводчик и описал «языку» его будущее:

— Ваш клан вторгся в наш мир, разграбил один из поселков и собирается продолжать в том же духе. Мы не прощаем оскорблений, поэтому отомстим. Причем не рядовым воинам, а тем, кто принимает решения. А ты

Он не поверил. И я, почувствовав это с помощью эмпатии, спустил Аню с поводка. В смысле, дал ей доступ к правой верхней конечности Потапыча, а она сделала все остальное — демонстративно вырастила «слоеный» тычковый нож, пробила им лапу насквозь, провернула лезвие градусов на сто двадцать, медленно извлекла, «развеяла» и шарахнула настолько мощнымисцелением, что мишке поплохело.

— Ты заговоришь даже в том случае, если мне придется нарезать тонкими ломтиками все четыре твои лапы… — холодно усмехнулся я, почувствовал в его эмоциях первую искорку страха и… умудрился ее раздуть. Как? А бог его знает! В смысле, нужное воздействие Приручением получилось само собой. И пусть оно получилось слишком сильным, из-за чего пленник заорал от ужаса и «забился» в тщетных попытках разорватькокон, я мысленно окрестил это заклинаниерезонансом, встряхнул Потапыча, подождал, пока он оклемается, и недобро оскалился:

— Мои возможности говорят сами за себя. Поэтому ты можешь ответить на мои вопросы и уйти из жизни безболезненно или превратиться в сломанное, абсолютно безвольное существо и сдохнуть в мучениях. У тебя три десятка ударов сердца на принятие решения…

Озвучив этот ультиматум, я измениллентутак, чтобы она не мешала говорить, но не позволяла полностью сомкнуть челюсти. И не прогадал — уже секунды через две-три пленник прозрел, нервно сглотнул и задал правильный вопрос:

— Ты Приручитель?

— Да.

— Тогда я покоряюсь сильнейшему…

И ведь действительно покорился — его тело расслабилось, взгляд потух, а в эмоциях появилась обреченность. Так что я удовлетворенно кивнул и начал задавать вопросы…

…Минуте на двадцатой допроса из портала Наташи, висевшего рядом с нами, выглянула матушка и сообщила, что мне звонит Анциферов. Я прервал процесс, последовал ее примеру, принял вызов, поздоровался и вслушался в голос генерала:

— Олег Леонидович, ваш заказ только что доставили в Белоярск и вот-вот перегрузят в нашу вертушку. Когда вы будете готовы его принять?

Я посмотрел на часы, счел, что еще не очень поздно, и озвучил принятое решение:

— Буду рад, если его привезут ко мне еще сегодня.

— Что ж, тогда я даю команду лететь к вам… — заявил он, спросил, нет ли каких-либо новостей от моих магов Земли, расстроился, узнав, что артефакт оказался не такой уж и простой штуковиной, пожелал мне всего хорошего и отключился.

— Между нами говоря, ты его обманул… — ехидно усмехнулась матушка: — Аня Дежнева уже разобралась в структуре заклинанияочисткаи смогла его повторить в реальности. А Антип Назарович, вроде как, научился пополнять заряд накопителя. Говоря иными словами, прогресс есть. Но сообщать об этом Григорию Денисовичу действительно рановато — он поделится информацией со своими фанатиками, и последние вынудят его прилететь к нам. А оно тебе надо?

— Интересненько… — задумчиво пробормотал я, задавил желание рвануть к «исследователям» и снова сфокусировался на текущей задаче: — Но в данный момент мне не до «трофея». Так что я возвращаюсь обратно.

«Вернулся», просто качнувшись назад. Затем развернулся к пленнику, получил ответы еще вопросов на восемь-десять и слегка расстроился, так как Ург еще не дорос до дежурств ни в крыле артефакторов, ни рядом с покоями мага Пространства и не мог описать, где именно ночуют эти… хм… личности. Впрочем, очень неплохо описал маршруты и к первому, и ко вторым. А после того, как я «повел» к ним «зеркальце», сгладил несколько недочетов. Вот я и развернулся — минут за двадцать-двадцать пять добрался до «объекта номер один», изыскал возможность «проникнуть» внутрь и оставил метку на одном из каменных верстаков. Потом сделал паузу — вытребовал к себе матушку с Наташей и оставил их приглядывать за Ургом, а сам на пару с Аней отправился встречать «Антей» с подарками.

Кстати, последних нам притаранили… аж сто семьдесят килограммов. В пяти контейнерах разного размера и одном стальном ящичке для особо ценных образцов. Последний я, в итоге, и заиграл. После того, как проводил вертолет и сфотографировал список полученных материалов. Но разглядывать добычу не стал — унес ее в свои покои и оставил в гостиной. А потом вернулся в мир единорогов и нарвался. На требование родительницы не посылать их лесом.

— Не буду… — пообещал я и даже объяснил, почему: — Де-юре, мы могли отправиться спать. Ибо уже поздно. Но тебе, Наташ, придется сформировать «стационарный» портал рядом с «сетевой няней» и поглядывать на экраны…

…Последнюю, третьюметкупоставили только ближе к двум ночи по времени Белоярска. К этому моменту большая часть Нильхейма уже спала, а активность домочадцев «логова» главы клана еще действовала на нервы. Впрочем, четверка артефакторов, трудившихся в мастерской, не покладая лап, сочла рабочий день законченным и куда-то свалила. Поэтому я «перебрался» к Ррыгу, с его активнейшей помощью перенес в тайник номер два как бы не четверть тонны всевозможных расходников, оставил охреневшего мишку их сортировать, вернулся на пляж и занялся делом поинтереснее. Каким именно? На пару с Аней поднялся в тайник, прошел в «хранилище», открыл портал в разграбленную мастерскую и перетащил на новое место пять глубинных бомб. А для того, чтобы этот подарок рванул поэнергичнее, присовокупил к нему одно из взрывных устройств, полученных от генерала Анциферова.

В том же ключе «осчастливил» покои мага Пространства и… комнатку над спальней главы клана. Кстати, последнее помещение «зарядил» серьезнее всего — мало того, что не пожалел десяти глубинных бомб, так еще и соорудил на полу что-то вроде кумулятивной воронки. С помощью магии Земли и из здоровенного каменного стола. А после того, как «привязал» радиовзрыватели к универсальной подрывной машинке, открыл портал к возвышенности, с которой мы начали изучать Нильхейм, перевел на… хм… обзорную площадку своих дам и Урга, забрал у матушки переводчик и протянул ПМ-ку.

— Уважает, однако… — довольно улыбнулась она, глядя на Наташу и Аню, потом посерьезнела, поймала взгляд пленника, пребывавшего в непонятках, и добавила в голос закаленную сталь: — Мой сын — Великий Маг. Поэтому егопоследнее предупреждениевыглядит вот так…

Не знаю, что за дрянь взрывотехники напихали в «бочонки», но рвануло знатно: строенный взрыв вдребезги разнес и самое крупное строение — донжон — и крыло артефакторов. А шар огня, стремительно расширившись, превратил центр крепости в одно огромное пожарище.

— Убивать тебя я не вижу смысла: ты приложил лапу к этому Воздаянию, так что не станешь трепать языком. В общем, живи и помни, что злить МЕНЯ — не лучший способ самоубийства… что для тебя, что для твоих сородичей.

Дожидаться ответа и не подумал — жестом загнал женщин в «зеркало», шагнул следом за ними, рассеял уже не нужное заклинание и задал вопрос на засыпку:

— На кашалотов с акулками охотимся, или как?

— Хотелось бы… — ответила родительница: — Да, двенадцатый ранг мы с Аней уже взяли, но его хотелось бы «закрепить». Впрочем, если тебя вырубает, то мы можем и потерпеть.

— Не вырубает… — честно ответил я, оглядел море и решительно потопал к тайнику.

Госпожа Удача решила проявить благосклонность и в этот раз. Нет, ни кашалотов, ни акулок не подогнала. Зато достаточно быстро вывела мой дрон на неведомую хрень, чем-то похожую на земную манту.

Вот мы это чудо-юдо и завалили. Само собой, сначала определив его класс опасности по радиусу области контроля, а затем приложивластиком. Поэтому в усадьбу вернулись без четверти шесть, немного пострадали из-за того, что ни минуты не поспали и этой ночью, поставили будильники на восемь ноль-ноль и «расползлись» по покоям. Вернее, я отправил матушку и Аню в их спальни, а Наташу «уволок» в свою ванную комнату. Так как побаивался, что ее накроет рефлексией. Из-за «невинно пострадавших» обитателей крепости Нильхейм.

Как выяснилось через считанные минуты, я сильно недооценил уровень адаптации этой женщины к «безумию» нашей жизни — раздевшись догола и скользнув в душевую кабинку, она повернулась ко мне, поймала мой взгляд, заявила, что хочет покаяться в «жутком прегрешении», и заставила выпасть в осадок:

— Когда ты забрал в мир единорогов не меня, а Аню, я расстроилась. Да, разумом понимала, что ты оставил меня тут, в усадьбе, как одного из двух магов Пространства, имеющихся в семье, но сердце оборвалось все равно. А чуть позже меня накрыло лютой ненавистью. К уродам, мешающим нам жить своей жизнью. Вот я о беглом нунции и вспомнила. Поэтому нашла его фото в архиве записей моей микрокамеры, втихаря открыла универсальный портал к лицу этого скота и обнаружила, что он спит. В помещении, которое, судя по антикварным часам на стене и темноте за окном, располагалось на долготе Белоярска. Тут ненависть к этому типу перескочила на следующий уровень, и я… проявила инициативу — ушла, вроде как, в туалет. Но, добравшись до своих покоев, открыла новое «зеркало», переместила его под кровать, затолкала под нее включенную «глушилку» и в два приема переместила нунция кметкев мире динозавров. А теперь меня плющит от диаметрально противоположных чувств: с одной стороны, я сгораю от чувства вины, а с другой горжусь тем, что смогла разобраться с серьезнейшей проблемой. Впрочем, прошу прощения от всей души и готова к любому наказанию…

Я почесал затылок, кое-как справился с бардаком в голове и задал один-единственный вопрос:

— Ты перестраховывалась?

— Да, конечно! — пылко воскликнула она. — Атаковала подускорением, заключила вкокон, парализовала, затем…

— Значит, наказывать не за что! — не став дослушивать объяснения, твердо сказал я и мягко уточнил: — В этот раз. А в следующий я тебя не пойму. Дальше объяснять?

Она отрицательно помотала головой, отодвинулась в сторону, чтобы я смог втиснуться в кабинку, вжалась в меня всем телом и виновато уткнулась лбом в грудину. А после того, как моя ладонь отправилась в путешествие по спинке, подняла голову, уставилась в глаза и помешала «вспыхнуть»:

— Олег, государь ждет ответа на свое предложение уже двое суток. Так почему бы тебе не воспользоваться тем, что нунций… хм… вышел из игры, не слетать во Владимир одним днем и не переговорить с Дашей тет-а-тет?

Глава 10

10 января 997 г. от ВР.

…Ночь с понедельника на вторник тоже выдалась сложной: в начале первого я созвонился с Константином Антоновичем Силиным и договорился о срочной доставке «Грома» во Владимир бортом их акционерного общества. Потом порядка часа тестировал портал, «окрашенный» в оранжевый цвет, в гараже особняка на Лесной и убедился в том, что при соблюдении нескольких простеньких условий внезапное схлопывание «зеркала» нам не грозит. С двух десяти до половины пятого осматривал море мира единорогов в поиске куда-то запропастившихся «кашалотов», но, в конечном итоге, обнаружил и прибил относительно небольшую и чуть менее сильную «акулку», чем мы привыкли. А в четверть шестого шокировал Ррыга, притащив на внеплановый урок почти килограмм искусственных драгоценных камней — алмазов, сапфиров, рубинов, муассанитов и фианитов. И пусть опять пролетел со сном, но решил не такую уж и мелкую проблему, разобрался, как практически обнулять утечки энергии из структур универсальных порталов, усилил себя и свою команду еще на два с половиной-три уровня, завоевал еще немного уважения мишки-артефактора и… все-таки научился «впечатывать» плетения в особо твердые заготовки.

Не расслабился и после возвращения в усадьбу — в четверть седьмого вызвал к себе «исследователей» и порядка получаса вникал в их наработки. Потом позавтракал в компании ближнего круга, озадачил дам, остающихся на хозяйстве, персональными ценными указаниями, и ушел собираться в дорогу. А ровно в восемь утра попрощался с матушкой и Аней, первым поднялся по двери-трапу «Икара», упал в любимое кресло и предложил Наташе порулить.

Она отказалась. Вернее, врубила автопилот, выбрала все необходимые режимы и ткнула в сенсор «Взлет без участия пилота», но как только борт рванулся в небо, попросилась на «свою половину» моего кресла.

— Устала? — спросил я, опустив спинку и сдвинувшись в сторону. А после того, как женщина подтверждающе кивнула и легла рядом, притянул ее к себе, заключил в объятия и виновато выдохнул: — Прости…

— А тебя-то за что? — удивилась она. — Мы выкладываемся до предела не просто так, а реагируя на сюрпризы, регулярно устраиваемые Жизнью. Кстати, реагируем достойно. Поэтому усталость, подобная сегодняшней, не вызывает никакого негатива.

— А еще ты скучаешь… — добавил я, разобравшись в мешанине ее эмоций. И не ошибся:

— Так и есть: мне катастрофически не хватает тебя и твоего внимания. Но я далеко не дура. Поэтому не перетягиваю одеяло на себя…

— Ты — умничка… — мягко улыбнулся я, зарылся носом в ее волосы и с большим трудом задавил желание отпустить наши крыши полетать. Впрочем, руки

С чего я так перестраховывался? С того, что в Белоярском крае частота появления порталов практически не изменилась, зверье двух первых классов опасности на Землю уже не переходило, до уничтожения пятого и выше, увы, доросли далеко не все рода, а СОПП работала, как часы. Так что вероятность получения «панического» уведомления была достаточно велика, а отвечать на вызов оперативного дежурного, пребывая не в адеквате, я был не готов.

Кстати, за двадцать пять минут полета мне позвонили трижды: генерал Анциферов, которому доложили о взлете моего квадрокоптера, «соседи», над владениями которых мы пронеслись на девятой минуте полета, и Константин Антонович Силин. Ну, а сообщений СОПП мы получили аж шесть. Да, ни разу не «панических», но друг от друга отрывались регулярно. Поэтому, заходя на особнячок на Лесной, пребывали в легком раздражении.

После приземления временно расстались — я десантировался из «Икара», вошел в здание, спустился в гараж, загрузился в трофейный «Гром», который собирался переправить в столицу, и поехал в аэропорт по земле, а напарница изобразила прикрытие с воздуха.

Если бы не утренние пробки, сквозь которые пришлось пробиваться без малого час, мое настроение, может быть, и улучшилось бы. А так к воротам служебного въезда на охраняемую территорию я подкатил мрачным, злобным и жаждущим крови, опустил боковое стекло перед терминалом системы контроля доступа, представился и… поймал очередное сообщение СОПП. На этот раз неприятное — очередной портал открылся на территории аэропорта, в каких-то ста сорока метрах от здания терминала «А». Ну и, до кучи, выпустил на нашу сторону двух динозавров, похожих на тероподов.

Не успел я дочитать последнее предложение уведомления, как ворота, уже начавшие открываться, остановились и поползли обратно, а в динамике терминала раздалось блеяние дежурного по КПП. Выслушивать рекомендации как можно быстрее покинуть территорию аэропорта, озвучиваемые дрожащим голоском, я не стал — представился… хм… иначе, потребовал открыть проезд, почувствовал, что дежурный меня не слышит, и психанул — снес тяжеленную створку с направляющих ударом воздушногокулака, сорвал внедорожник с места и рыкнул:

— Наташ, наводи меня на портал, а потом садись рядом с «Громом»!

Напарница, висевшая в конференцсвязи, выдохнула слово «Принято!», кинула «Икар» вперед и от силы секунд через шесть-семь объяснила, в какую сторону рулить. А вот вторую половину моего распоряжения проигнорировала — «воткнула» квадрокоптер в нескольких метрах от ближайшего свободного переходного рукава терминала, вылетела наружу, ушла в серию из четырехрывковранг, эдак, на девятый, и «с предельной дистанции» вбила полезвиюв монстриков, почти добежавших до дальнемагистрального ДМР-85. Потом, судя по всему, послала лесом группу сотрудников наземных служб аэропорта, самоотверженно вывесивших перед динозавриками пару-тройку хиленьких стихийныхстен, и ускорила самого непонятливогозатрещиной.

В общем, я, можно сказать, подкатил на все готовенькое. Более того, дав по тормозам рядом с нашей «птичкой», спокойно написал и отправил на сервер СОПП ни разу не лаконичное уведомление:

«Находимся в аэропорту. „Тероподов“ положили. Справимся и с другим зверьем из этого портала. Боевые маги высшей категории, бояре О. Л. и Н. Г. Беклемишевы…»

…Сорвать на монстриках всю злость не удалось: бронетранспортеры групп быстрого реагирования Белоярского военного округа, базировавшихся где-то рядом, примчались к порталу через несколько минут после нас, так что я положил только двух «тираннозавров» и половину стайки «шакалов» голов из двадцати двух-двадцати четырех. Посмертные импульсы настолько дохлого зверья нас уже не цепляли. Да и планы на день никто не отменял. Поэтому я сдал «зеркало» и кучу трупов спокойным, собранным и неплохо раскачанным воякам, позвонил по номеру, который получил от исполнительного директора «Полета», пообщался с представителем этой авиакомпании и отогнал «Гром» к борту, стоявшему «под парами». Там загнал машину в самолет, проследил за процессом крепления «груза» в транспортном положении, узнал, что аэропорт временно закрыт, и… связался с Григорием Денисовичем.

Как я и предполагал, вмешательство Анциферова решило Проблему Дня за считанные минуты, так что я поблагодарил генерала за помощь, сообщил командиру экипажа транспортника, что его борт получит разрешение на взлет по первому требованию, со спокойным сердцем вернулся в «Икар» и улетел пересаживаться в свой «Коршун».

Пока загоняли квадрокоптер в ангар и перебирались в самолет, изредка поглядывали на ту часть летного поля, на которой вояки валили динозавриков. На всякий случай. Но этот самый «всякий случай» не наступил — в какой-то момент наш борт тронулся с места, докатился до ВПП, спокойно разогнался и ушел в набор высоты. Тут-то меня и отпустило — я предупредил стюардессу, что мы будем дрыхнуть весь перелет, и увел Наталью в салон-спальню.

Следующие четыре часа спал, как убитый. Открыл глаза по будильнику. А проснулся только после того, как самолет остановился на стояночном месте и заглушил двигатели. Хотя вру: более-менее нормально соображать я начал только благодаря тому, что, выбравшись на трап, догадался не разогревать свою тушку Огнем. Поэтому сообразил, зачем «нам подогнали» разъездную машину, и вспомнил о необходимости позвонить КВС, доставившему во Владимир «Гром». И зашевелился — выяснил, где забирать внедорожник, и благополучно забрал. Потом довез Наташу в наш ангар, «пересадил» в «Овод» и отправил в «Золотые Ключи». Отгонять квадрокоптер и готовить завтрак. А сам вернулся в машину, выехал с территории аэропорта и покатил к городу.

Вырулив на трассу, набрал матушку, сообщил, что мы уже в столице, выслушал «последние новости» и отыграл заранее спланированный спектакль — счел аргументы родительницы достаточно убедительными и дал команду передать артефактный нож Анциферову.

Закончив этот разговор, позвонил Дашке, но обломался — ее телефон оказался отключен. Зато достучался до «доблестной защитницы» Таньки и выяснил, что хозяйка Милашки уже два с половиной часа отжигает у синего портала, открывшегося на бульваре Алых Зорь.

Поблагодарил. Вбил в навигатор новый адрес. И задолбался пробиваться к нему по утренним пробкам. Но больше всего взбесило столпотворение перед кольцом оцепления — судя по количеству машин, пытавшихся подъехать как можно ближе к легковозводимым уличным заграждениям, перегораживавшим бульвар, и прорваться сквозь аналог КПП, охраняемый взводом полицейских, усилиться на зверье из этого «зеркала» жаждал как бы не весь цвет Одаренных Владимира.

Впрочем, это было более чем логично, ибо из этого портала, вроде как, перли то «анчутки», то «яки» — то есть, монстрики пятого и шестого класса опасности. Но служаки держались. В

Ну, а меня пропустили. Мало того, по-настоящему обрадовались тому, что на помощь защитникам города прибыл настолько высокоуровневый маг. Но я рубиться не собирался — проехал еще метров восемьдесят-сто, нахально загнал «Гром» на тротуар, выбрался из салона, дошел до небольшого сквера, в котором шли «боевые действия», оценил обстановку и пришел к выводу, что толпа «защитников города» человек из двадцати пяти прекрасно обойдется без Державиной и ее питомца…

…Забравшись в салон шедевра итальянского автомобилестроения, Даша огляделась по сторонам, пощупала обивку сидений и восхищенно заявила, что эта машинка гораздо уютнее, чем кажется со стороны.

Я утвердительно кивнул, но тему не продолжил, и девчонка мгновенно посерьезнела:

— Раз ты не в духе и без Наташи, значит, случилось что-то нехорошее?

— Да нет… — успокоил ее я, сказал, что отправил напарницу в «Ключи», развернулся вполоборота и перешел к делу: — Седьмого января инициировался Цесаревич Станислав. Виктор Константинович по каким-то причинам считает нецелесообразным приставлять к нему наставников из Конвоя и спецслужб. Но, в то же самое время, уверен в том, что учитьсяпод моим началомего сын не станет, ибо — цитирую — «отличается довольно своеобразным характером». Поэтому попросил разрешения убедить побыть наставницей тебя: по мнению государя и дворцовых психологов, ты можешь стать тем самым идеальным раздражителем, за которым наследник престола будет тянуться изо всех сил. А теперь вдумайся еще в одну цитату: «Прошу вашего разрешения попросить о помощи вашу сестру: она ненамного старше моего сына, но намного жестче, сфокусирована на личном развитии, добилась серьезных результатов как в развитии Дара, так и в наработке реальных боевых навыков, владеет красивым и сильным питомцем, является девушкой и — что самое важное — берет пример с вас и вашей матушки. То есть, не разочарует и не задурит…»

— О, как… — задумчиво пробормотала девчонка, расфокусировала взгляд и ушла в себя.

Я подождал секунд восемь-десять и подкинул еще немного информации для размышлений:

— Цесаревич вырос во дворце, привык чувствовать себя исключительным и наверняка избалован до невозможности. Тем не менее, я сильно сомневаюсь в том, что это предложение — подстава. Соответственно, у тебя есть ненулевая вероятность заработать уважение сразу двух Императоров — нынешнего и следующего — и заложить основу для будущей независимости. В то же самое время, Станислав Викторович — личность, за место в окружении которого идет безостановочная война, а значит, тебе придется ставить на место взрослых и опытных интриганов. Говоря иными словами, легко не будет. Даже с учетом того, что за твоей спиной будет незримо маячить мой род, моя матушка всегда поможет советом, а ты сама уже не подарок. И последнее: МНЕ твоя помощь не требуется. То есть, если ты откажешься от счастья возиться с Белосельским-младшим, то я не потеряю абсолютно ничего. Так что выноси меня за скобки из этой части уравнения и отталкивайся только от своих планов на будущее.

— Толковое описание ситуации… — уважительно заявила Державина: — Ты ткнул меня носом в самое главное, но не стал разжевывать всякую ерунду. И это приятно. Кстати, а во что инициировался Цесаревич?

— В Воздух, Молнию и Воду… — ответил я.

Даша потерла подбородок и невидящим взглядом уставилась в окно:

— Две общие стихии, энергетика — еще на средних уровнях первого ранга, полное отсутствие каких-либо рефлексов в комплекте со всеобщей завистью и… реальные перспективы обрести личный «вес», который гарантированно выведет меня из-под диктата родни не через несколько лет, а в ближайшие недели. Кстати, Олег, а как долго я должна буду возиться с Цесаревичем?

Я пожал плечами:

— Понятия не имею. Если предложение в принципе интересно, то я прямо сейчас наберу государя, скажу, что у тебя появились вопросы, свожу в Кремль, поприсутствую на переговорах и, если все сложится, то покажу флаг во время твоего знакомства с будущим подопечным.

Сестренка прищурилась, на несколько мгновений ушла в себя и приятно удивила:

— Демонстрация флага — в твоем стиле. А тетя Настя наверняка накидала целый список вопросов, которые я буду обязана задать государю, чтобы ни во что не вляпаться. Пришлешь?

Кивнул. Прислал. И подождал, пока она его прочитает. А после того, как Державина оторвала взгляд от экрана телефона и снова уставилась на меня, вопросительно мотнул головой.

Девчонка как-то странно усмехнулась и рубанула правду-матку:

— Не вправь ты мне в свое время мозги, однозначно выбрала бы первую концепцию поведения и попробовала продавить самый… хм… публичный вариант возможного будущего… Еще месяц назад — вторую. А сейчас понимаю, что внимание сильных мира сего — это, прежде всего, проблемы. Поэтому выбираю третью — ту, в которой вы выдвигаете на первый план Янину Павловну, а я играю роль второго плана. Кстати, а Волкова уже согласилась повозиться с Цесаревичем?

— Ага.

— Так вот почему она написала, что задержится! Впрочем, это мелочи. Командуй…

— Перебирайся в свой внедорожник и пристраивайся к моему: мы едем в «Ключи» — завтракать, вызванивать к себе Волкову, связываться с государем и ждать вызова в Кремль в комфортных условиях… — «зарулил» я, и Дашу как ветром сдуло.

Я проводил ее взглядом, обратил внимание, с каким уважением на нее посмотрели четверо дворян лет тридцати, спешивших к порталу со стороны оцепления, принял «внеочередной» звонок матушки и спросил, что случилось.

— Случились… Соловьевы… — мрачно вздохнула она, помурыжила меня театральной паузой и перешла к конкретике: — Владимир Александрович счел тебя настолько перспективным, что приехал, вроде как, в гости. Но со старшей внучкой — премиленькой блондиночкой семнадцати лет отроду, с личиком ангелочка, быстрыми мозгами, прекрасным кругозором, великолепным чувством юмора, Молнией, Огнем и Жизнью, шестьдесят седьмым уровнем…

— Так, стоп: ты мне ее расхваливаешь? — спросил я и не угадал:

— Если бы: ко всему вышеперечисленному прилагаются редкий талант к лицедейству и хватка, как у бульдога…

Глава 11

10 января 997 г. от ВР.

…В приемную Белосельского мы вошли без двух минут час и оказались в перекрестии взглядов двух десятков напыщенных дворян, дожидавшихся аудиенции. Меня не узнал ни один. Поэтому первой реакцией «сильных мира сего» на наше появление стало недоумение. А когда они заметили Волкову и сообразили, что онаследует за каким-то мальчишкойи считает нормальным свое подчиненное положение, удивились. Впрочем, на ноги поднялись. И даже поздоровались. С нею. А через пару мгновений потеряли дар речи от реакции секретаря Императора — он вышел из-за

— Добрый день, Олег Леонидович, дамы. Государь уже освободился. Следуйте за мной.

Возмущение аристократов можно было черпать ложками.

Но мне было не до них. Поэтому я проигнорировал и недовольные сопения, и злые шепотки, и ненавидящие взгляды. А Наташа из вредности «задавила» весь Воздух при первой же попытке особо любопытных оценить плотность нашихпокровов. И… создала «избыточное давление». Дабы снять сразу все вопросы.

Я мысленно усмехнулся, двинулся следом за «провожатым» и шаге на третьем услышал чей-то тихий возглас:

— Да это же Беклемишев! Тот самый…

«Угу…» — весело подумал я и забыл об этой публике. Так как поймал взгляд главы государства, восседавшего за рабочим столом, и переключился в рабочий режим. Как оказалось, рановато — Белосельский поздоровался, но ни разу не официально, сделал моим спутницам по персональному комплименту, предложил усаживаться поудобнее, отпустил секретаря и отправил погулять всех телохранителей, кроме самого доверенного. А после их исчезновения за фальшь-панелью добродушно объяснил последнее распоряжение:

— «Задавить» стихии в вашем присутствии они бы все равно не смогли, так что пусть хоть немного отдохнут.

Слегка расслабился и сам — расстегнул ворот кителя, подвигал плечами и сел поудобнее. А потом уставился на Волкову и криво усмехнулся:

— Откровенно говоря, скажи мне кто-нибудь еще сегодня утром, что вы согласитесь поучаствовать в усилении Дара моего наследника, назвал бы эту личность наивным прожектером. Поэтому звонок Олега Леонидовича выбил меня из колеи и заставил пообщаться с аналитиками. Они тоже удивились, ибо прекрасно знают, как вына самом делеотноситесь к «основному инстинкту аристократа» — неустанному стремлению к власти — и даже собрали коллекцию ваших изречений по этому поводу. Да, я понимаю, что люди иногда меняются, но непоколебимо уверен в том, что вы остались той же личностью, которая когда-то отказалась выходить замуж за наследника престола и не сломалась под давлением родни. Вот и хочу понять мотив вашего решения. Пойдете мне навстречу… хотя бы в этот раз?

Тут мне стало не по себе, ибо государь поднял очень уж личный вопрос. А Волкова спокойно пожала плечами и… перешла на «ты»:

— Вить, люди действительно меняются. К примеру, ты-сегодняшний и ты из нашего общего прошлого — дваабсолютно разных человека. И если бы в то время моей руки попросил парень,живущий чаяниями страны и подданных отца, то я бы ответила согласием. А так зауважала тебя только на втором году твоего правления — сразу после того, как ты поставил на колени Румынский Комплот, вырезал заговорщиков, пытавшихся тебя свергнуть во время войны, и заставил охамевшее промышленное лобби работать не на свой карман, а на государство. Ну, а сейчас считаю лучшим правителем Российской Империи за все время ее существования. Вот и подставляю плечобез далеко идущих плановили, не приведи Господь,сокращения дистанции. Впрочем, во главе угла решения сунуться в змеиное кубло дворцовых интриг лежит уважение к Олегу Леонидовичу, которому я обязана по гроб жизни. В общем, я намерена воздать добром за добро, защитив двоюродную сестру, смею надеяться, доброго друга от властолюбивых тварей из окружения твоего сына. Благо, уже умею ломать чужие планы и отвечать ударом на удар.

Белосельский потер подбородок и продолжил удивлять:

— В то время я бы смертельно обиделся и затаил зло. А сейчас жалею, что включил «глушилку», соответственно, не смогу показать Станиславу запись этой беседы. Впрочем, он перестал слышать неудобные аргументы и пока не умеет учиться на чужих ошибках…

После этих слов он сделал паузу, собрался с мыслями и перевел взгляд на Державину:

— … поэтому предлагаю перейти к обсуждению условий, на которых вы согласитесь помочь моему сыну освоить магию, устраивающие вас коридоры возможностей и кое-какие нюансы тренировочного процесса…

…Цесаревич вошел в кабинет отца ровно в четырнадцать тридцать через боковую дверь, вежливо пожелал ему хорошего дня, величественно повернул голову чуть правее, наткнулся взглядом на меня, узнал, торопливо вгляделся в лица моих спутниц, поздоровался еще раз и превратился в слух в ожидании взаимных представлений. И они не заставили себя ждать:

— Станислав, имею честь представить тебе боярина Олега Леонидовича Беклемишева — самого сильного мага Российской Империи, кавалера восьми боевых орденов и, что самое главное, личность, которой мы, Белосельские, обязаны очень и очень многим…

Наташу представил практически в том же ключе, только подчеркнул, что она посвятила жизнь служению мне и моему роду. Знакомя отпрыска с Яниной Павловной, заявил, что считает ее одной из достойнейших дворянок Империи. А потом переключился на мою родственницу и… загрузил меня:

— Ну, а на боевых заслугах Дарьи Константиновны Державиной — сестры Олега Леонидовича — я хочу остановиться особо: эта девушка заслужила самое большое количество благодарственных писем от СКАИЗ — четыре. Поэтому я пожаловал ее орденом «За заслуги перед Отечеством» четвертой степени и статусом боевого мага первой категории. Кстати, соответствующие указы уже опубликованы, а награждение я проведу прямо сейчас…

Провел. Камерно, но все равно торжественно. А потом вывел девчонку из состояния шока немудреной шуткой:

— Дарья Константиновна, по-хорошему, стоило бы наградить и вашего питомца, но этот прецедент сведет с ума всех моих подданных. Поэтому готов компенсировать Милашке моральный ущерб небольшим контейнером с особо вкусными лакомствами. Что скажете?

— Раз «особо вкусными», значит, компенсация за моральный ущерб будет принята с благодарностью… — отшутилась сестренка и запоздало исправилась: — Служу Империи, Ваше Императорское Величество.

— Вы — как и ваш брат — человек дела… — мягко улыбнулся самодержец, опустился в кресло, разрешил сесть нам, подождал, пока мы выполним этот завуалированный приказ, и уставился на наследника: — Информация не для распространения: большая часть методик инициации и усиления Одаренных, используемых нами, была создана на основе наработок Олега Леонидовича и членов его семьи. Он же поделился со мной идеей, позволившей разработать тот самый комплекс направленной инициации, пребывание в котором одарило тебя комплектом стихий Мечты. Ну, а о том, что любой маг из Усть-Ангарской ветви рода Беклемишевых на голову сильнее любых других магов, ты знаешь и так…

Цесаревич подтверждающе кивнул. Но в его эмоциях появилась первая неприятная эмоция — раздражение.

Я мысленно хмыкнул и вслушался в следующий блок объяснений:

— Увы, эта ветвь рода Беклемишевых очень немногочисленна, защищает от иномирных вторжений слишком уж большую территорию и помогает нам решать проблемы типа прошлогоднего захвата заложников в Боксоне группой высокоранговых китайских магов или уничтожения разумных медведей под Норильском. Так что у меня нет морального права

Белосельский-младший удивился и позавидовал. Обеим. Если верить моей эмпатии, то в меру. Однако его отец нахмурился и добавил в голос стали:

— Повторю еще раз: Янина Павловна и Дарья Константиновна уверенно справляются с иномирным зверьем седьмого класса опасности ВДВОЕМ. Да и по одиночке сильнеелюбого из наших телохранителей.

Не знаю, что именно не понравилось в этом уточнении Цесаревичу, но он картинно выгнул бровь и задал встречный вопрос:

— И тут, конечно же, должно прозвучать пресловутое «но…», верно?

— Верно, Ваше Императорское Высочество… — спокойно подтвердила Волкова и нанесла ответный удар: — Но мы не видим смысла тратить время, которое можно посвятить личному усилению, на возню с теми, кому за глаза хватает имеющихся рангов.

Свое мнение высказала и Даша.

Причем в том же язвительном ключе:

— Одаренных, мечтающих о Великих Победах, но не отрывающих задниц от диванов, миллионы. Но эту серость я не уважаю. Зато горжусь знакомством с Ниной Петровной Пришвиной, четырнадцатилетней девушкой из рода моего брата, запросто приручающей даже взрослых тираннозавров. И изо всех сил тянусь за самим Олегом. Чтобы не стать серостью в его глазах…

— То есть, вы считаете серостью и меня⁈ — гневно воскликнул Цесаревич, почувствовал чудовищное давление «моего» Воздуха, как-то уж очень быстро сообразил, что ни государь, ни его телохранитель возмущаться не собираются, и заткнулся. Поэтому ответ Державиной прозвучал в благословенной тишине:

— Пока нет. Так как знаю, что вы инициировались всего пару дней тому назад, чувствую ваш нынешний уровень и понимаю, что он взят благодаря пусть и кривым, но тренировкам. Но, в то же самое время, я в курсе, что Ирина Семеновна Глотова — еще одна четырнадцатилетняя девчонка из рода моего брата — вчера вечером поднялась на девятый уровень, а сегодня наверняка возьмет второй ранг. Хотя инициироваласьшестого января. Делайте выводы, Ваше Императорское Высочество. В смысле, решайте, как и под чьим началом вы хотите развивать Дар. А мы с Яниной Павловной, пожалуй, вернемся к порталу, открывшемуся на бульваре Алых Зорь, завалим еще десяток-другой динозавриков и возьмем как минимум по уровню…

…Валить динозавров «наставниц», естественно, не отпустили — Виктор Константинович пригласил нас отобедать с его семьей, я согласился, и дамам «стало не до отъезда». Кстати, спектакль, распланированный аналитиками Императора, продолжился и во время трапезы: государь, его супруга, Янина Павловна и Даша отыгрывали свои мини-роли и потихонечку загоняли юного упрямца в требуемый коридор возможностей, а мы с Наташей изображали то тяжелую артиллерию, то статистов. И к третьей перемене блюд натолкнули Белосельского-младшего на «крамольную» мысль.

К этому моменту он пребывал в серьезнейшем раздрае, поэтому задал «безумный» вопрос чуть ли не раньше, чем разобрался в своих ощущениях:

— Олег Леонидович, а почему от вас веет равнодушием? Вам что, все равно, соглашусь я усиливаться под руководством Янины Павловны и Дарьи Константиновны, или нет⁈

Я поставил на стол бокал с соком и вздохнул:

— Ваше Императорское Высочество, как ни обидно это признавать, но вы до сих пор не поняли сути происходящего…

— Тогда, может, объясните сами? Да так, чтобы я, наконец, прозрел? — раздраженно предложил он.

— Извольте… — холодно усмехнулся я и начал впечатывать в его сознание фразу за фразой: — Янина Павловна и моя сестренка — объективно лучшие наставники по развитию Дара и практическому применению магии, которых можно найти тут, во Владимире. Поэтому-то ваш батюшка и попросил их ОБ ОДОЛЖЕНИИ. А вы почему-то решили, что вас УГОВАРИВАЮТ. И уже практически отбили у них всякое желание с вами возиться. Кстати, если эти особы упрутся, то переубедить их станет физически невозможно…

— Слав, это не преувеличение… — заявил государь. И продолжил, почувствовав, что сын не поверил: — Лет двадцать пять тому назад Янина Павловна категорически отказалась выйти за меня замуж. И, как видишь, не вышла. Хотя давили на нее серьезнее некуда.

Станислав Викторович изумленно посмотрел на матушку и потерял дар речи от аргументов «пожестче»:

— Сынок, мы с твоим отцом стали неплохими магами только благодаря тому, что уговорили Олега Леонидовича нас тренировать и на каждом занятии выкладывались до предела. Скажу больше: мы гордимся не только тем, что тренируемся у этого юноши, но и тем, что заслужили уважение членов его рода. Поэтому, прилетая в усадьбу Беклемишевых, забываем о своем статусе и наслаждаемся жизнью без двойного дна. И еще несколько штрихов к картине настоящего: твой отец отменил заседание Императорского Советав первый раз за последние шесть лет; Олег Леонидович, Наталья Георгиевна, Янина Павловна и Дарья Константиновнапривычно обращаются к нам по имени-отчеству; Саша, в принципе не умеющий расслабляться во время дежурства,смотрит в окно…

Тут парня, наконец, проняло:

— Я действительно не понимал сути происходящего. Зато теперь, прозрев с вашей же помощью, прошу прощения за проявленное скудоумие, прошусь в ученики и даю слово, что не разочарую.

Судя по тому, что я чувствовал эмпатией, говорил именно то, что думал. Поэтому я едва заметно шевельнул ресницами, и Волкова с Державиной почти одновременно склонили головы в знак согласия. А после того, как Цесаревич облегченно выдохнул и осторожно улыбнулся, тезисно объяснили, как будет выглядеть их наставничество в реальности, предупредили, что первое занятие проведут после обеда, и спокойно переключились на уничтожение десерта. Императрице, внимательно вслушивавшейся в их утверждения, полегчало. А ее супруг, не сомневавшийся в том, что их сына удастся переупрямить, съехал на тему поинтереснее:

— Олег Леонидович, незадолго до вашего прилета в Кремль мне позвонил Григорий Денисович и сообщил сразу три чертовски интересные новости: по его словам, ваши родичи разобрались в структуре заклинания, обнаруженного в рукоятке трофейного тесака, научились заряжать встроенный накопитель и нащупали общий принцип создания подобных артефактов. Поэтому передали «Ведунам» не только сам ножик, но и подробное описание результатов уже проведенных экспериментов. Так вот, я благодарю вас за очередную помощь Империи и обещаю воздать добром за добро.

— Воздадим… — уточнила государыня и хищно оскалилась: — Я даже знаю, как именно!

— И как же? — полюбопытствовал ее супруг, а сын и мы вчетвером затаили дыхание.

— Если мне не изменяет память, то не сегодня завтра Анастасии Юрьевне пришлют проект коттеджного поселка, который планируется строить

— С дальним прицелом? — ехидно поинтересовался я, отрешенно отметил, что в эмоциях Цесаревича появилось охренение от такой «простоты общения», и вслушался в ответ развеселившейся женщины:

— Ну да: как только ваши родичи переберутся в новый поселок, я смогу уговорить вашу матушку выделить один из гостевых коттеджей нам с Витей и обставлю Самую Большую Спальню на Свой Вкус!

— У-у-у, это не лечится… — притворно вздохнул Виктор Константинович, получил локтем впокровнад проекцией печени и капитулировал: — Ладно-ладно, лечится. В смысле, раз решила, значит, убеждай Анастасию Юрьевну и Олега Леонидовича пойти тебе навстре— .. Ха! Олег Леонидович, вчера днем мне прислали на редкость интересный отчет из научно-исследовательского центра питания и биотехнологий: ученые закончили изучение тех иномирных фруктов, овощей и ягод, которые вырастили ваши Природницы, и подтвердили абсолютную безопасность всех четырнадцати видов «образцов». Увы, вчера мне было не до них. Да и сегодня день выдался напряженным. Но желание попробовать все до единого никуда не делось. Так что я выкатываю вам ультиматум: делитесь, пока не поздно.

Он развлекался. Поэтому я ответил тем же:

— Я подумаю. Сегодня вечером. Сразу после того, как лично оценю вкус каждой вкусняшки и оценю размеры их стратегических запасов, имеющихся в наличии…

Глава 12

11 января 997 г. от ВР.

…Сгонять в столицу одним днем не получилось — мы вернулись домой не в среду, а в четверг, в районе трех ночи по местному времени. Впрочем, вернулись довольными и, можно сказать, выспавшимися. Ибо продрыхли весь перелет из Владимира в Белоярск.

Да, я бы с удовольствием придавил подушку еще часиков на шесть-семь, но планы на оставшуюся часть ночи бередили сознание, так что, загнав «Икар» в ангар, пережив… хм… обмен приветствиями с матушкой и Аней, поболтав с командиром дежурной смены, примчавшимся засвидетельствовать мне свое почтение, и подобрав баулы с подарками, я увел дам в дом и поднял в кабинет. А там дал распотрошить упаковки и примерить «самое интересное» шмотье, позволил себя потискать и посерьезнел:

— Почти уверен, что дорос до перехода в следующий ранг. Поэтому хочу наведаться в мир единорогов и грохнуть кашалота, акулку или манту…

Как и следовало ожидать, меня поддержали. Вернее, заставили открыть портал в первый тайник чуть ли не пинками, полчасика поэксплуатировали дроны, нашли подходящего донора халявной энергии, «убедили» его завалить, первым вытолкали на надувной матрас и так искренне радовались моему прорыву в тринадцатый ранг, что не передать словами.

Кстати, плющило меня не только из-за искренности их чувств, но и из-за того, что качественное изменение энергетики и очередная порция энергии, влитая в кластеры Приручения, усилили эмпатию как бы не в полтора раза, так что эмоции я «слышал» явственнее некуда и млел от их чистоты. Вот и завелся. В хорошем смысле этого слова: вернув команду все в тот же тайник, жестом попросил женщин устроиться поудобнее, плюхнулся на сидение гидроцикла и поделился сумасшедшей идеей, которую «шлифовал» третьи сутки. Правда, начал издалека:

— Первая Большая Охота рядовых Одаренных рода в мире единорогов прошла удачно. А эксперименты с окрашиванием искусственных порталов в цвета естественных позволяют поставить подобные охоты на поток. Однако частить с появлением переходов в миры с высокоранговым зверьем, как мне кажется, рискованно. Хотя бы потому, что операторы систем спутникового контроля ВКС далеко не дураки, а значит, в какой-то момент обратят внимание на регулярное появление «пологов», прикрывающих колонны квадроциклов по пути к порталам, и доложат об этой странности руководству…

Матушка заявила, что с этим пунктом все понятно, и попросила «жечь» дальше. Вот я и «зажег»:

— В общем, ставить такие порталы мы будем. Но — раз в сто лет. А сегодня я собираюсь скрестить ужа с ежом. В смысле, проверить сумасшедшую идейку и в том случае, если она подтвердится, создать алгоритм еще более «жесткого» варианта усиления рода…

Проверять идейку начали с визита к Ррыгу — перебрались в его «логово», разбудили отдыхавшего мишку, дали время полноценно вернуться в сознание и загрузили вопросом на засыпку:

— Скажи, пожалуйста, ты умеешь создавать заклинания, вытягивающие силу из накопителейочень мощных артефактов?

В эмоциях мастера почему-то появилось нешуточное опасение, но сразу же пропало. И он раскололся до донышка. Правда, портативный переводчик не смог перевести два понятия, отсутствовавших в базах данных, но мы поняли смысл ответа и так:

— Этот тип заклинаний называетсяамыргыр.Амыргырамипользуются только Старшие Нымраан глав самых сильных кланов. А всем остальным это строжайше запрещено: даже попытка создания артефакта с таким плетением карается смертью.

— И где найти этих самых Старших Нымраан? — поинтересовался я.

Мишка задумчиво поскреб впечатляющими когтямипокровна правом бедре и вздохнул:

— У нас, в Варгхейме, их нет. Зато есть два артефактора-беррыза. И их, как мне кажется, можно найти…

Как выяснилось в процессе двухминутного «допроса», «артефакторы-беррызы» работали на местный криминал, соответственно, жили не в городе-крепости, а в его окрестностях, прятались от «честного люда» и, конечно же, выполняли заказы только проверенных заказчиков. Но Ррыг лично знал двух продавцов «запрещенки» и был готов показать, где они живут. Причем как «вживую», так и на картинке с планшета. Вот мы за кончик первой ниточки и потянули. Как именно? Да просто выкрали очередного Потапыча, качественно сломали, выяснили адрес поставщика того самого товара и продолжили в том же духе…

…Вопреки моим опасениям, добраться до конца ниточки удалось всего за несколько часов. Даже несмотря на то, что предпоследний «найденыш», исполнявший обязанности курьера, оказался тупым до невозможности и как-то уж очень долго не врубался в то, что видеозапись демонстрирует его родной город. Впрочем, мотивирующие затрещины и еще менее гуманные способы воздействия все-таки заставили дурня прозреть. Да так, что он с полпинка узнал местность за воротами Варгхейма даже с высоты «птичьего полета» и опосредованно рулил дроном на протяжении добрых двадцати пяти минут. В общем, логово «черного артефактора» мы нашли без четверти восемь, нагло проигнорировали мощнейшую артефактную защиту слегка облагороженной естественной пещеры, упаковали ее хозяина в кокон и вытянули на пляж. А уже в двадцать минут девятого понаблюдали за тестовыми испытаниями артефакта-пиявки, сварганенного Ррыгом «по мотивам» откровений коллеги, убедились в том, что плетение работает именно так, как надо, и закончили шоу. То есть, отправили уголовничка знакомиться с миром динозавриков, выдали нашему Потапычу самый крупный искусственный рубин, попросили сварганить

Во время трапезы старательно давили желание забить на все, свалить к артефактору и понаблюдать за процессом создания заказа. Поэтому рассказы Марии Тарасовны, Вари, Вали и Нины слушали вполуха, не чувствовали вкуса еды и практически не шутили. Вот эта четверка и загрузилась. Но так, слегка. Так как решила, что мы просто-напросто очень поздно легли и не выспались.

В общем, заниматься своими делами они ушли не в лучшем настроении. А мы неспешно умотали в кабинет, предупредили командира дежурной смены, что будем заняты ориентировочно до полудня, сложили средства связи под «сетевой няней» и перебрались в логово Ррыга. Под руку не лезли — смотрели на возню с рубином и грубой серебряной оправой со стороны. Зато после того, как кулон, рассчитанный на ношение крупным медведем, лег на обтесанный валун, используемый в качестве верстака,

а Творец выпрямился, расправил плечи и сообщил, что«амыргыр»готов, мгновенно оказались на ногах и метнулись кпиявке.

— Аутентичненько, однако… — довольно мурлыкнула матушка, покрутив в руке «шедевр ювелирного дела». — Однако рубин — наш, земной, и выдавать его за трофей из Благово — это полный и законченный идиотизм!

— Выдавать этот кулон за трофей из Благово нельзя и по целому ряду других причин… — справедливости ради уточнил я. — Стоит заикнуться о том, что мы втихаря забрали с трупа ювелирное украшение с драгоценным камнем такого размера, как нас сочтут ворьем. Далее, эксперты-геммологи запросто определяют, где именно добыты те или иные ка— ..

— Олеж, не будь занудой! — фыркнула родительница, заявила, что нам срочно требуется какой-нибудь невзрачный мешочек, и потребовала открыть портал в ее гостиную.

Я попросил ее не торопиться и повернулся к мишке, дожидавшемуся моего вердикта:

— Ррыг,амыргырвыглядит неплохо. И мы вот-вот проверим, насколько хорошо он вытягивает и запасает энергию. А ты пока подумай вот о чем: мне требуется артефакт, позволяющийее забирать и использовать для усиления магов с любыми сочетаниями стихий!

Он удивился и решил тактично объяснить мне мою неправоту — заявил, что умеет создавать стихийные контуры доступа. А потом выдал монолог из слов, отсутствовавших в базе данных переводчика. Поэтому нам пришлось как следует поломать голову, чтобы понять, что рядовые члены кланов мишек два раза в пятидневку сдают своего рода энергетическую дань. Соответственно, Старшие Нымраан — то есть, сборщики этой самой дани — сначала вытягивают ее из подданных главы клана, а потом используют для дела первостепенной важности — «заливают» в накопители стационарных защитных артефактов и в артефактные аксессуары Особо Важных Персон. А для их же «экстремального усиления» казнят преступников или пленных, которых берут во время набегов или межклановых войн. Впрочем, даже так в какой-то момент упираются в потолок развития, ибо «перерастают» посмертные импульсы сородичей.

Разложив по полочкам памяти это знание, я попросил добавить кпиявкедва контура доступа — для магов Воздуха и Воды — причем «вынести» их на своего рода «усы» с крошечными «площадками» под каждую отдельную структуру, подождал еще немного и получил… хм…пиявкус усами. Первый контур доступа искал что-то около полутора минут. Зато после того, как понял принцип, за считанные мгновения почувствовал второй и достаточно легко объяснил методику поиска своим дамам.

Кулон, естественно, тут же перекочевал в ручки матушки, а я «заглянул» в кабинет, вошел в оперативный канал «Паутинки» и попросил дежурного дроновода прислать мне телеметрию с «птички», висящей над каким-нибудь порталом…

…Не знаю, насколько легкопиявкисинхронизировались со структурами защитных артефактов в руках «профессионалов», а я промучился с этим делом без малого четыре часа. Хотя прекрасно чувствовал и фрагмент естественного портала, через который рассеивалась энергия естественного портала, и часть структуры, через которую ее, по логике, надо было втягивать в рубин. Да, в конечном итоге процесс пошел, но тоже наперекосяк. Из-за того, что я еще не восстановился после взятия новых уровней и не мог контролировать скорость прокачки и объем «запасаемой» энергии. Впрочем, за время, убитое на поиск требуемого алгоритма и «зарядку» кулона, я успел еще раз проанализировать свои решения, нашел несколько серьезных слабостей идеи и придумал, как от них избавиться.

В общем, почувствовав едва заметное потепление, которое, по словам артефактора, информировало о скором переполнении его творения, я прервал процесс, подтянул к себе правую руку, успевшую затечь, дал Наташе команду закрыть «зеркало» и повернулся к мишке:

— Ррыг, по моим ощущениям, рубин практически наполнился. А теперь мне надо выяснить, насколько реально использовать его для усиления, и хоть примерно понять, какой объем энергии он запасает. Но мы сегодня взяли по два с половиной-три уровня и не умеем определять емкость накопителей. Так что у тебя есть возможность неплохо усилиться. Рискнешь?

Потапыч охренел. Причем без негатива. А когда понял, что я не шучу, спросил, на сколько уровней я разрешу ему подрасти.

— На два… — спокойно ответил я и объяснил, почему: — Энергии мне не жалко. А ты служишь мне, следовательно, обязан стать намного сильнее. Но подъем сразу на три уровня лишит тебя возможности экспериментировать с кулоном, а мне нужна информация. И еще: постарайся не торопиться: я хочу, чтобы ты как можно тщательнее разобрался в каждом нюансе испытываемых ощущений и попробовал прикинуть, сколько магов твоего ранга можно будет усилить с одной полной зарядки, сколько зарядок выдержит твойамыргыр, можно ли его улучшить и так далее.

Выслушав первые три предложения, мишка изобразил телодвижение, которое, судя по испытываемым эмоциям, являлось аналогом нашего поясного поклона. А потом посерьезнел, переключился в рабочий режим, ушел в себя секунд, эдак, на пять-шесть, а затем заявил, что все понял, и… засомневался снова. Зря: я решительно встал с мата, на котором «расслаблялся» последние часа три с гаком, вложилпиявкув широченную лапу и повел рукой, предлагая начинать.

Потапыч изобразил наш, земной, кивок, очень быстро «подключился» к контуру доступа для магов Воды и чрезвычайно медленно «потянул» на себя энергию. Поэтому первый раз прорвался секунд, эдак, через сорок, а второй — почти через две минуты. А после того, как «распихал» энергию по кластерам, вернул мне кулон, снова изобразил «поясной поклон» и толкнул целую речь.

Начал со слов благодарности. И, заодно, сообщил, что в родном мире давным-давно уперся в потолок возможностей. Затем прислушался к своим ощущениям и заявил, что Пространство усваивается легче, чем посмертные импульсы. А после того, как я подтверждающе кивнул, перешел к выводам и предложениям. Да, почти половины понятий, использованных в них, не

— Если я правильно интерпретировал незнакомые термины, то этот кулон чересчур мощный — отдает энергию слишком «широким» потоком, поэтому для усиления Одаренных, никогда не работавших с подобными приблудами, надо создаватьпиявкипопроще и с емкостью, единовременное «осушение» которой гарантированно не навредит…

— То есть, на два уровня мага девятого ранга? — уточнила матушка.

— Ага… — подтвердил я и продолжил в том же духе: — Далее, деградации материала Ррыг, вроде бы, не почувствовал, так что в наших руках кулон точно не рванет и не рассыплется. Структуру, вроде как, можно оптимизировать, но за счет прочности. И последнее: Ррыг предложил сварганить что-то вроде магазина дляпиявокв форме посоха с одной-единственной парой контактных площадок и гравировками, повторяющими структуры заклинаний контуров доступа. Тогда драгоценных камней, вставляемых внутрь, никто не увидит. Но энергия все равно каким-то образом будет отдаваться… хм… порциями.

Моя родительница призналась, что тоже не поняла последнюю часть монолога, а потом сняла с моего языка самую неприятную мысль:

— В общем, в данный момент у нас есть все, кроме легенды, убедительно объясняющей, где мы раздобыли артефактные накопители, как разобрались в принципе их работы и где заряжаем такими чудовищными объемами энергии.

Я кивнул. И усмехнулся:

— Но большую часть слона мы уже съели. Значит, как-нибудь осилим и этот кусочек. Кстати, о еде: вы не находите, что нам не мешало бы пообедать?

В усадьбу свалили после того, как поблагодарили Потапыча за помощь, поручили сварганить пяток «одноразовых»пиявоки заново зарядили кулон с рубином. Первым делом «разошлись» по покоям и смыли с себя посторонние запахи. Затем встретились в общем коридоре, вломились в большую гостиную и обратили внимание на слишком уж довольные физиономии девчонок. Вот и потребовали колоться.

Как ни странно, «раскололась» Мария Тарасовна. Но начала издалека:

— Не знаю, в курсе вы или нет, но в одиннадцать с минутами в квадрате четыре-шесть обнаружился оранжевый портал и выпустил к нам монстриков, которых в иллюстрированном атласе иномирного зверья еще нет. Два вида выглядели очень симпатично. Хотя тянули на крепкий пятый класс опасности. Вот девчата и проявили свой злобный нрав — Вера с Валей убедили тревожную группу не уничтожать «таких красотулечек», а Нинка приручала всех подряд. Слава богу, что и огненные белки, и ледяные колонки не оказались стайными. А то к половине первого эта троица забила бы ими все клетки.

— Как выглядят эти «красотулечки», покажете? — спросил я, и девчата одновременно протянули мне телефоны с картинками, выведенными на экран. А через мгновение переглянулись и исправились — Филимонова вручила свою трубку мне, Глотова — матушке, а Пришвина — Наташе.

Огненная белка удивила темно-зелеными глазами, россыпями искорок Огня на длинной шерсти и… выражением морды в стиле «Да вы охренели…».

А ледяной колонок был похож на кого угодно, только не на колонка. Да и со льдом были проблемы: да, вокруг «позирующего» зверька вились снежинки, но совсем крошечные и «воздушные».

Впрочем, словосочетание «крепкий пятый класс опасности» еще не забылось, поэтому, вернув хозяйке телефон, я задал первый важный вопрос:

— Как я понимаю, вы показали этих монстриков Целительницам, и они дали добро как на Приручение, так и на продажу?

— Так точно, Олег Леонидович! — хором ответили девчата.

Тут я поймал взгляд Нинки и спросил, сколько зверушек она приручила.

— Немного… — расстроенно вздохнула она. — Четырех белок и всего трех колонков.

— А себе или нашим оставлять планируете?

Пришвина отрицательно помотала головой:

— Нет: ни нам, ни другим магам нашего рода настолько дохлые питомцы не нужны…

Глава 13

11–12 января 997 г. от ВР.

…Чистые, причесанные, сытые и довольные жизнью зверьки выглядели настолько интересно, что матушка отжала у Нинки весь архив их фотографий и видеозаписей, выбрала самые убийственные и… отправила Императрице. А уже через минуту, приняв входящий звонок, сначала разрекламировала этих монстриков с «перекосом» в их эксклюзивность и неземную красоту, а затем ехидно ухмыльнулась:

— И ведь в жизни не скажешь, что эти создания Пятого Класса Опасности, то есть, усилят почти любого Одаренного, верно?

Валентина Сергеевна, конечно же, впечатлилась по полной программе и затерроризировала мою родительницу уточняющими вопросами. А после того, как выяснила все, что хотела,попросила разрешениявзять на себя организацию «супер-аукциона», получила ожидаемый ответ и рассмешила, заявив, что гарантированно сведет с ума жен и дочерей глав других государств рассказами о том, что, наконец, дождалась приручения зверей, достойных сопровождать венценосных персон!

Потом спевшаяся парочка решила, что будущих питомцев императриц, королев и их дочурок надо выдрессировать качественнее некуда, выяснила у Нинки, сколько времени уйдет на это дело, и запланировала мероприятие на двадцать седьмое января.

В общем, к трапезе приступили значительно позже, чем собирались, зато в прекраснейшем настроении. И все время, пока отдавали должное талантам Жаровой, легонько подначивали «богатейшую невесту» Российской Империи. Поглумились и над «третьей боевой двойкой семьи» — спросили, собираются ли Глотова с Филимоновой помогать Пришвиной дрессировать лоты будущего аукциона, дождались слитного «Конечно!!!» и попросили не забывать об Ире.

На этой веселой ноте я трапезу и закончил — встал из-за стола, отпустил девчат заниматься своими делами, поблагодарил Марию Тарасовну за заботу, «услышал» просьбу родительницы заглянуть в ее гостиную и первым вышел в коридор.

Оказавшись в покоях матушки, помог женщинам опуститься на диван, сел в кресло, почувствовал, что хозяйка гостиной посерьезнела, и подобрался. Вовремя — устроившись поудобнее, «родственница» поймала мой взгляд и знакомо прищурилась:

— Всю возню с прирученным зверьем надо перекладывать на плечи Кати Спицыной: во время обеда с Соловьевыми Нинка периодически роняла в мой канал «Паутинки» настолько интересные и многоплановые подсказки, что я считаю необходимым вложиться и в правильное воспитание, и серьезнейшее усиление этой девочки…

— Эмпат, беззаветно преданный семье и способный порвать в лоскуты любого мага с аналогичным Даром? — на всякий случай уточнил я, дождался утвердительного кивка и поделился с женщиной схожей идейкой: — А я хочу аналогичным образом вложиться в Лешку с Игнатом, в Веньку с Катькой и в Юрку: в данный момент они тянутся за нами, радуются любому вниманию и мечтают стать по-настоящему сильными магами. Кроме того, выросли тут, в глубинке, считают себя боярами по духу, плевать хотели на дутые авторитеты и при должной корректировке мировоззрения превратятся в чрезвычайно достойных личностей.

Я согласно кивнул и собрался, было, заявить, что этот вопрос обдумывал без дураков, но в этот момент ожил мой телефон и продемонстрировал личико госпожи Урусовой-младшей. Эту девчонку я уважал, поэтому принял вызов, поздоровался теплее, чем обычно, и превратился в слух.

— Добрый день, Олег! — отозвалась она и перешла к делу: — Что у тебя со свободным временем? Возник вопрос, который желательно обсудить в узком кругу и в ближайшие дни…

Дергать Ррыга было еще слишком рано, поэтому я обошелся без взгляда на часы:

— До ужина прорублю в расписании «окно» любого размера. После — есть варианты.

Ульяна поблагодарила за понимание, пообещала прилететь минут через пятнадцать-двадцать и отключилась. Зато заговорила Наташа:

— Девица толковая и без гнили. Может, порадуем, совместив обсуждение ее тем с дегустацией иномирных фруктов и ягод?

…После перехода с Урусовой на «ты» я сообщил начальникам смен, что ее конвертоплан следует запускать на территорию поместья, так что встретил борт у посадочной площадки. Как только гостья возникла на верхней ступени трапа, оценил плотностьпокроваи не поверил чувству Воздуха — девчонка, которая тридцатого декабря была восемьдесят четвертым уровнем, ощущалась сто пятой. То есть, успела прорваться в девятый ранг и упереться в «потолок развития»!

Наташа тоже удивилась. Поэтому уронила в личный канал сообщение из одного слова — «Обалдеть!!!». И оно помогло мне «включиться» — скользнуть навстречу Ульяне, помочь ей спуститься на грешную землю и воспользоваться эмпатией. А она позволила почувствовать, что одноклассница пребывает не в духе, и заставила зашевелиться. В общем, я пригласил гостью в дом и помог отвлечься от проблем, начав расстреливать «обязательными» вопросами.

Раздражения в эмоциях не появилось: Урусова сообразила, что я начал ее забалтывать, благодарно улыбнулась и сделала комплимент. Что интересно, не мне, а нам. Поэтому я мысленно поставил ей очередной плюсик, поднял в кабинет, дал время поздороваться с матушкой и Аней, поухаживал и включил режим самодура:

— Не знаю, что за вопрос тебя беспокоит, зато уверен в том, что решать любые проблемы сподручнее в прекраснейшем настроении. Увы, твое никуда не годится, поэтому будем поднимать. Дегустацией иномирных фруктов и ягод, выращенных в наших теплицах. А-а-ань…

Целительница, стоявшая у окна, предвкушающе заулыбалась, плавно развернулась на месте, подхватила вазу, которую спрятала за шторой Иришка Глотова, и перенесла на стол.

А моя напарница организовала все остальное, так что через считанные минуты мы потянулись кто к чему и оторвались по полной программе. Благо, наши Природницы собрали только самые спелые фрукты и ягоды, не постеснялись пробовать каждый вид и сочли достойными только те, которые были по-настоящему вкусными.

Кстати, вопрос, который задало бы десять из десяти дегустаторов, так и не прозвучал — Урусова понимала, что мы ни за что на свете не поставили бы на стол то, что может хоть как-нибудь навредить, вот и наслаждалась феерией непривычных вкусов, делилась мнениями и радовалась жизни. Причем не как «умудренная жизнью аристократка», а как самая обычная девчонка. А еще улыбалась и с удовольствием отвечала на шутки матушки. В общем, первые минут двадцать пребывания Ульяны у нас в гостях выправили ее настроение, доставили мне море спокойного удовольствия и отбили всякое желание что-то там обсуждать. Но я наступил на горло собственной песне и сразу после того, как мы вытерли руки влажными салфетками и сыто откинулись на спинки кресел, посерьезнел, поймал взгляд одноклассницы и повел рукой, предлагая начинать.

Она коротко кивнула, собралась с мыслями и, по своему обыкновению, обошлась без «воды»:

— Сегодня утром личный аналитик моего деда, постоянно проживающий в столичном поместье, потребовал перевода рода в так называемый «красный режим»: по мнению этой личности, последние пять дней все увеличивающаяся часть наших родичей, проживающих тут, под Белоярском, демонстрирует все более и более серьезные признаки неадекватности. То есть, демонстрирует ряд нестандартных поведенческих реакций, «дрейф» некоторых привычек и, что самое неприятное, симпатий. Неадекватность действительно имеет место быть — я просмотрела видеозаписи, подтверждающие каждое утверждение этого аналитика, и пришла к выводу, что на моих родичей регулярно оказывается некое воздействие. Но с выводами убежденного противника магии не согласна — считаю, что близость к Енисейской Сверхглубокой и переизбыток неких особо вредных мутагенов тут совершенно ни при чем.

— Ты права… — подтвердил я: — Информация не для распространения — на высоких рангах у Приручителей появляется возможность воздействовать на разумы людей. Так что кто-то из ваших родичей либо заигрался в Бога, либо готовит внутриродовой переворот.

— Тварь!!! — в сердцах выдохнула Ульяна, явно сообразившая, кто именно может возжелать власти, качнулась вперед и… сразу же вернулась в исходное положение: — Скажи, пожалуйста, а это воздействие Приручителей хоть как-то чувствуется магами других стихий?

Я отрицательно помотал головой:

— Нет.

— А насколько оно быстрое?

— Зависит от разницы в уровнях и рангах… — честно ответил я и приятно удивился третьему вопросу:

— Белосельские в курсе этой проблемы, верно?

— Верно.

— Что ж, значит, буду счастлива, если ты опишешь идеальный законный способ проверки твоей догадки и, в случае ее подтверждения — нейтрализации этого урода!

Я спросил, какого уровня и ранга личность, которую она подозревает, выслушал лаконичный ответ, задумчиво потер переносицу и набрал государя. А после того, как услышал его голос, поздоровался, не используя ни краткое титулование, ни имя-отчество, и коротко изложил суть проблемы:

— Почти уверен, что один из Приручителей Урусовых втихаря подминает под себя родственников. Моя подруга — Ульяна Игоревна — попросила описать идеальный законный способ проверки этой догадки и, при необходимости, нейтрализации Одаренноговосьмого ранга. Мои действия?

Белосельский скрипнул зубами, вежливо послал лесом некоего Евгения Петровича, подождал, пока эта личность выполнит полученное распоряжение, секунд десять чем-то щелкал, а затем «вернулся» ко мне:

— Олег Леонидович, самый высокоуровневый Приручитель Григория Денисовича на днях взял седьмой ранг, а Приручители других спецслужб еще слабее. Да, уже разработан протокол задержания Одаренных преступников любого уровня с помощью соответствующей «химии», однако

…Из поместья вылетели на двух машинах. Но по-разному: квадрокоптер Ульяны ввинтился в воздух в экстремальном режиме, вышел на форсаж еще во время набора высоты и помчался к поместью Урусовых. А мой «Икар» в кои-то веки изобразил лимузин — еле-еле оторвался от посадочной площадки и пополз в небо в режиме катафалка. Но мы — то есть, я, матушка, Наташа, Аня и полковник Иван Антонович Галицкий, следователь по особо важным делам ИСБ, который приезжал к нам выяснять обстоятельства «трагической гибели» личного посланника Франциска IV, его свиты и лучшей боевой группы Святой Инквизиции — никуда не торопились. Поэтому первые минут пять обсуждали пургу, которая, по прогнозам синоптиков, должна была начаться в четверг вечером и продлиться как бы не трое суток. А потом мне в «Паутинку» упал первый доклад Пришвиной, и я зачитал его вслух:

«Ульяна Игоревна только что закончила говорить с отцом. Разговор получился: Игорь Матвеевич был шокирован не только решением приобрести колонка и стоимостью питомца, но и непривычной эмоциональностью дочери. Тем не менее, отказывать ей в „такой мелочи“ не стал — заявил, что если их Приручитель подтвердит наши оценки потенциала этого зверя, то он будет куплен в качестве подарка на близящееся совершеннолетие вашей подруги. В общем, сумасшедшая цена живого раздражителя по-настоящему удивила и, как мне кажется, будет озвучена Андрею Ильичу еще до нашего прилета…»

— А картинка будет? — спросила матушка, как только я замолчал.

— Да: Нинка пообещала кинуть телеметрию после того, как личный пилот Урусовой перестанет косить глазом на Красавчика… — ответил я.

Тут заговорил полковник Галицкий. И предпринял еще одну попытку убедить меня переиграть реализующийся план:

— Олег Леонидович, может, все-таки обойдемся без риска? Да, эта троица сильнее абсолютного большинство взрослых Одаренных Земли и научилась уничтожать иномирное зверье, но если Приручитель Урусовых действительно подмял под себя родичей Ульяны Игоревны, то пятнадцатилетней девушке и ее четырнадцатилетним защитникам придется столкнуться с десятками магов восьмого ранга!

Я «читал» эмоции следака и знал, что он переживает на самом деле. Так что задавил улыбку, рвавшуюся наружу, и мягко улыбнулся:

— Иван Антонович, эта троица исключительно надежна и даже в самом худшем случае гарантированно продержится до нашего прилета. А во всех остальных задавит противников сыгранностью и мощью.

Он не поверил. Но прекратил ломиться в закрытую дверь. Вероятнее всего, решив, что я, такой же мальчишка, как Лешка с Игнатом, просто уперся. Тратить время на его переубеждение я поленился, поэтому дождался картинки с микрокамеры Пришвиной, перекинул на экран ИРЦ, вывел звук на динамики салона и сразу же приглушил. Ибо Ульяна с Нинкой, продолжая отыгрывать рекомендованные роли, тискали несчастного питомца с временной кличкой Красавчик в четыре руки, умилялись и тараторили, не переставая, а парни, как и полагается представителям сильного пола, молчали, переглядывались и раз в минуту закатывали глаза к потолку.

Такая идиллия продолжалась до тех пор, пока квадрокоптер Урусовых не зашел на посадочную площадку — именно в этот момент Ульяна «на время забыла про колонка», привстала с кресла, посмотрела вперед и посерьезнела: — Так, ребят, меня встречает отец и толпа родичей, так что без церемоний не обойдется. Готовы ко взаимным представлениям и учтивым беседам обо всем на свете?

— Ульяна Игоревна, мы — боевые маги… — спокойно заявил Игнат. — То есть, предпочитаем делать, а не говорить. А в ваше поместье прибыли не на бал, светский прием или собеседование, а в качестве телохранителей Нины Петровны и охранников особо ценного питомца. Делайте выводы…

«Сделала» — пообещала решить вопрос с приобретением Красавчика как можно быстрее, дождалась приземления, встала с кресла, подошла к двери-трапу и сжала кулачки.

Пришвина тоже зашевелилась — подалась вперед, подхватила колонка на руки и, видимо, активировала чувство Воздуха, так как подобралась и в темпе зашевелила пальцами правой руки.

Новый доклад прилетел буквально секунд через двенадцать-пятнадцать и переключил в боевой режим:

«ТУТ играть не требуется: пятеро из семи встречающих ощущаютсяпитомцами!»

«Будем через две минуты!»— написал я, сменил режим полета на самый экстремальный и начал зачитывать сообщение, но прервался на первой трети. Из-за того, что экран ИРЦ «мигнул» и показал не переднюю часть салона, а посадочную площадку, встречающих, судя по траекториям полета снежинок, прикрывшихся воздушнойстеной, и знакомый особняк. Впрочем, напрягла не скорость изменения картинки, а выражение лица мужчины, стоявшего рядом с Игорем Матвеевичем.

И одновременный разворот «на меня» еще пяти.

— Он меня почувствовал, запаниковал и натравливает на нас «питомцев»! — донеслось из динамиков акустической системы, и картинка изменилась еще раз. Причем куда радикальнее: Приручителя, невесть с чего решившего пойти ва-банк, вдруг заточило в воздушныйкокони закрутило вокруг продольной оси, атакующую пятерку вмяло в снег взаимно усиленнымпологомиз Воды, Воздуха и Молнии, а Ульяна, нарисовавшаяся чуть правее и впереди Нинки, приняла на «слоеный»щиткаменный кулак отца и торопливо объяснила суть происходящего:

— Пап, не вмешивайся: Беклемишевы нейтрализовали Андрея Ильича и прирученных им ПИТОМЦЕВ, а минуты через две Олег Леонидович доставит сюда следователя ИСБ, уполномоченного государем решить эту проблему!!!

Глава 14

12 января 997 г. от ВР.

…В логово Ррыга перешли сразу после завтрака. Хотя нет, не так — мы перешли не в само логово, а на пляж перед ним. Ибо я вовремя сообразил, что бесцеремонность по отношению к пленнику еще допустима, а по отношению к Слуге — нет. Так что мы чинно поднялись ко входу в рукотворную пещеру и дали о себе знать. А после того, как мишка выперся наружу, поздоровались, попросили разрешения войти в его жилище и объяснили «странность» нашего поведения. Вернее, объяснил. Я. После того, как оказался в мастерской, помог дамам опуститься на подходящие горизонтальные поверхности и сел сам:

— Раз я взял тебя под руку, значит, принял в род и обязан заботиться так же, как забочусь обо всех остальных родичах. Да,в данный момент времения не могу переселить тебя в свое поместье, так как привлеку слишком много «неправильного» внимания глав других кланов. Но придумаю способ решить эту проблему в не таком уж и далеком будущем. А пока создам все условия для достойной жизни в этом мире. То есть, вот-вот выплачу вознаграждение за подаренные знания и артефакты, которые ты для меня создал, не сегодня завтра свожу в твой мир и дам

Потапыч потерял дар речи еще в середине объяснений. А после того, как услышал про планируемый визит в его мир, вдруг поверил в то, что услышал, изобразил «поясной поклон» и… «охамел напрочь» — попросил разрешения «купить хотя бы одну самку»!

Я вовремя сообразил, что общаюсь с представителем иной цивилизации, так что не стал строить из себя поборника морали и попытался разобраться, какие традиции стоят за словом «купить». Как вскоре выяснилось, рабства, как такового, в их мире не было. Однако нуждающиеся «семьи» продавали «девочек», которых не могли прокормить, состоятельным «дяденькам». Ну, а те использовали приобретения, в основном, в качестве бесплатной прислуги. Ибо периоды гона у мишек случались всего два раза в год и длились что-то около сорока суток каждый.

Кстати, матушка, тоже заинтересовавшаяся этим вопросом, вытрясла из Ррыга море важных нюансов и, в конечном итоге, пришла к тому же выводу, что и я — покупка самочек была благом. Так как реально спасала от голодной смерти и их самих, и нуждающиеся «семьи». Вот я свое решение и озвучил. С условием, которое окончательно успокоило совесть:

— Купить — разрешу. Но ты должен будешь выбрать самку, в которую захочешь вложиться знаниями, убедишь согласиться на твое предложение, создашь комфортные условия жизнидля вас обоих, постараешься завоевать ее уважение и воспитаешь из нее достойную помощницу.

— В роду моего сына не было, нет и не будет ни одной недостойной личности! — на всякий случай рыкнула моя родительница. Так как, в отличие от меня, не паслась в эмоциях мишки. А я чувствовал, что ему, что называется, зашло. И просто ждал заранее известного ответа.

Он прозвучал буквально через мгновение, и я, удовлетворенно кивнув, переключился на вопрос поинтереснее — спросил, готов ли последний заказ.

Артефактор отзеркалил мой кивок, метнулся к преобразившемуся верстаку, отложил в сторону кусок выделанной шкуры, под которым обычно прятал свои изделия от пыли и влаги, и продемонстрировал артефакт усиления «версии три-ноль», как в середине ночи выразилась Наташа.

Я оглядел брусок идеально отполированного малахита, оправленного в серебро, отметил, что завитушки у основания выглядят очень даже неплохо, оценил соответствие гравировок на «контактных площадках» структурам плетений контуров доступа Воздуха и Воды, «вложенным» в них же, и счел, что «изделие» выглядит именно так, как должно. То есть, достаточно солидно и, в то же самое время, примитивно.

Потом взял «АУ-3–0» в руки, рассмотрел со всех сторон, не сразу, но разобрался, как подавать Молнию и Пространство в две гравировки, обнаружившиеся на нижней грани, заглянул в открывшуюся емкость и восхитился, обнаружив в них поворотные «соты» для драгоценных камней. А вот понять, как их сдвигать с позиции на позицию, без объяснений творца не смог. Впрочем, за ними дело не стало, так что уже минуты через три я проверил, как работает самая сложная часть приблуды, убедился в том, что артефактор реализовал и эту идею, извлек из сот муссаниты и организовал процесс их зарядки. В смысле, открыл портал к зеленому порталу, висящему в зоне ответственности Восточного, и вытянул все десять «доз» энергии. Затем вложил камни на их законные места, закрыл артефакт, поставил на верстак и поймал взгляд Ррыга:

— Готов проверить свое творение в деле?

Мишка не ожидал, что я позволю ему усилиться снова, так что опешил. Но тупил от силы секунды две-три. А потом обрадовался до умопомрачения, метнулся к бруску, прижал «палец» к контуру доступа Воды, разрядил один муссанит и четко доложил:

— Взял ровно два уровня,мой господин! Огромное вам спасибо…

Я пропустил обращение — к слову, использованное в первый раз — мимо ушей, оценил изменение плотностипокроваи похвалил мастера за идеально выполненный заказ. Потом собственноручно сдвинул соты, не открывая «АУ» и провел следственный эксперимент номер два — усилился сам. К слову, в два приема, ибо для того, чтобы взять три уровня на моем ранге, одного муссанита оказалось недостаточно.

В общем, матушку, Наташу и Аню подпустил к приблуде со спокойным сердцем. И получил еще один повод для радости — моя напарница прорвалась на мой нынешний тринадцатый ранг!

Поздравил… всех: ее — за переход на качественно новый уровень силы, а всех остальных, включая себя — за успешную реализацию безумной идейки. Потом порадовался вместе с дамами, снова зарядил разряженные накопители, подхватил артефакт, попрощался с мишкой и открыл портал в кабинет. А там мои часы, автоматически синхронизировавшиеся с телефоном, оставленным под «сетевой няней», завибрировали и вывели на экран уведомление о пяти пропущенных звонках.

Ульяне, «стучавшейся» ко мне в одиннадцать ноль-ноль, я отправил сообщение с обещанием объявиться чуть позже. А затем набрал Голицына, поздоровался, извинился за то, что не смог ответить сразу, так как был очень занят, и превратился в слух.

Задавать дурацкие вопросы генеральный прокурор, естественно, не стал: заявил, что не в обиде, и перешел к делу — спросил, не собираюсь ли я, часом, куда-нибудь улетать или уезжать в ближайшие полчаса-час, выслушал ответ и уведомил о том, что прибудет к нам по поручению государя в районе полудня.

Прибыл без четырех минут двенадцать замотанным до невозможности, как-то уж очень тяжело выбрался из «Онеги», еще раз поздоровался, попросил организовать выгрузку транспортных контейнеров и намекнул на то, что в них — очередная партия пищевых добавок, созданных из мяса иномирного зверья.

Заставлять Анатолия Игоревича ждать я был не готов, поэтому поручил Наташе «решить проблему», пригласил гостя в дом и постарался отвлечь от рабочих проблем рассказом о том, что Мария Тарасовна наготовила к обеду.

Голицын не отвлекся — да, дал понять, что проголодался и с большим удовольствием насладится кулинарными шедеврами моей экономки, но без души. И снова посерьезнел:

— Времени у меня немного — максимум в тринадцать тридцать по вашему времени я должен буду вылететь в Белоярск. Поэтому не буду тратить время и перейду к вопросам, которые мне поручено обсудить. Первый и, пожалуй, самый неприятный звучит так: спецгруппа ИСБ, в составе которой были Целители, Приручители, психологи, психотерапевты, гипнотерапевты и кто-то там еще, завершили работу с «питомцами» — или, как их ныне принято называть, «куклами» — Андрея Ильича Урусова — и подтвердили выводы Нины Петровны. То есть, заявили, что на нынешнем уровне понимания магии убрать воздействие этого скотаполностьюне представляется возможным. А значит, своего рода брешь в естественной защите разума останется, и

Тут он сделал небольшую паузу, оценил мою реакцию на эту новость,

почувствовал, что я полностью согласен с этим решением главы государства, и удивил:

— Но это, по большому счету, попытка замедлить ураган бумажным веером. Ибо угроза наказания остановит далеко не всех желающих ощутить себя Богом, а реальной возможности защититься от такого воздействия у нас, увы, нет. Зато жизненно необходимая информация может обнаружиться у представителей других разумных рас. Поэтому государь вызвал к себе генерала Анциферова и вот-вот поставит ему задачу любой ценой захватить в плен хотя бы по одному ящеру, медведю и доррину — так теперь называют иномирных гостей, появившихся рядом с одноименным поселком.

— Мы в деле! — воскликнул я, поймав за хвост чертовски перспективную идею. Но Голицын отрицательно помотал головой:

— Виктор Константинович предсказал эту реакцию, н считает, что вы и так сделали для Империи намного больше, чем должны, соотве— ..

— Прошу прощения за то, что перебил, но этот вопрос лучше опустить… — заявил я, открывая заднюю дверь особняка. А после того, как мы прошли в дом, объяснил, почему: — Я решу его напрямую. Так что предлагаю перейти к следующему.

Анатолий Игоревич коротко кивнул и вероятнее всего, решил немного понизить «накал страстей». Поэтому рассказал, на что налетели Вагановы за попытку влезть на «делянку» Белосельских. А после того, как закончил, криво усмехнулся:

— Кстати, были наказаны не только Вагановы, но и их последователи — Долинские, Стояновы, Гречаниновы и Краевские. И пусть эти четыре рода еще не успели развернуться, но огребли настолько жестко, что выплатили виры родам, которые пытались ограбить, и, как мне кажется, надолго забудут об экспансии в Белоярский край…

…На последних минутах совместного обеда Голицын прислал мне файл с фамилиями моих родичей и попросил собрать их в спортзале. Я, естественно, выполнил эту просьбу, и Анатолий Игоревич провел очередное награждение. Вернее, два: от имени и по поручению государя вручил доброй половине рода ордена, пожалованные за «участие в разборках» с агентурой Ватикана и захват охамевшего Природника Урусовых.

Белосельский и в этот раз «оторвался на славу»: его стараниями в роду полностью перевелись взрослые простолюдины, личный состав смен Жарова и Комлева получил орден «За боевые заслуги», а Нина, Лешка и Игнат — «За заслуги перед Отечеством» четвертой степени и все то же личное дворянство. Хотя, как и я, отказывались понимать, зачем оно им, боярам. Тем не менее, сияли так, что было больно смотреть. А после церемонии по разику прошли мимо большого зеркала в холле особняка и заценили свои первые награды.

Прилетело и нам. По «Святому Иоанну Воину» четвертой степени. Но мы собой не любовались: как только генеральный прокурор дал понять, что ему пора, дали ему возможность одеться, проводили до вертолета и озадачили «поручением особой важности» — передать по термоконтейнеру иномирных фруктов, ягод и овощей государю с государыней, Дашке, Янине Павловне и Петру Романовичу. А пятый и последний контейнер поручили уволочь домой. Чтобы порадовать семью.

Анатолий Игоревич оценил. И ненадолго отвлекся от чего-то тягостного. Поэтому, прощаясь, улыбался.

Мы тоже улыбались. Всю дорогу до моего кабинета. А после того, как вломились в помещение, переключились в рабочий режим. Правда, я все равно поухаживал за дамами, зато потом открыл сейф, перенес на стол артефактный усилитель и накрыл самым обыкновенным банным полотенцем. Потом вызвал к себе новоявленных орденоносцев, дождался их появления, жестом отправил в свободные кресла, демонстративно врубил «глушилку» и уставился на эту троицу:

— Информация не для распространения: спецгруппа ИСБ, состоящая из Целителей, Приручителей, психологов, психотерапевтов, гипнотерапевтов и кого-то там еще, перепробовала все известные способы снять с «питомцев» Андрея Урусоваприручение, но не смогла. И подтвердила все твои выводы, Нина. Поэтому в Уголовном Кодексе уже сегодня появятся новые статьи, и… весь мир узнает о возможности приручать не только зверей и птиц, но и людей. Как вы, наверное, понимаете, перспектива допрыгаться до смертной казни испугает не всех, поэтому скучно не будет — особо безбашенные Приручители начнут пользоваться этой гранью своего Дара и в хвост, и в гриву, всякого рода властолюбцы — покупать, шантажировать и загонять в безвыходные ситуации идеальные инструменты воздействия на всех подряд, а полиция и спецслужбы устроят так называемую охоту на ведьм. То есть, примутся дуть на воду…

Описывая ближайшее будущее, беззастенчиво пользовался эмпатией. Благодаря чему почувствовал, что меня поняли, и перешел к следующей части объяснений:

— По утверждению дознавателей, работавших с пленными медведями, в их мире за обретение Приручения и Химерологии казнят без суда и следствия. Тем не менее, эта цивилизация пользуется магией не одну тысячу лет, так что, теоретически, могла разработать защитные артефакты. Способы защиты от воздействий на разум могли разработать и ящеры, и так называемые доррины. Поэтому «Ведунам» уже поручено любой ценой взять в плен представителей всех трех известных нам внеземных цивилизаций. Мы, естественно, тоже не останемся в стороне. Но будем охотиться за знаниями параллельно обычному усилению. Ибо единственный ныне доступный способ защиты разума — это разница в рангах, дарующая пусть небольшое, но сопротивление…

Пришвина согласно кивнула, парни отзеркалили ее жест, и я, мысленно усмехнувшись, заставил эту троицу затаить дыхание:

— Теперь поговорим о вашем будущем. Вчера вы достойно выполнили не особо сложную, но важную боевую задачу и лишний раз подтвердили, что на вас можно положиться. Поэтому я счел возможным предложить вам место в моем ближнем круге, новый уровень вовлеченности в дела рода и значительно более серьезный уровень ответственности. Ты, Нина, можешь стать личным эмпатом моей матушки. То есть, сопровождать ее во всех поездках за пределы усадьбы и защищать как от обычной лжи, так и от воздействий Приручителей. А вам, парни, я хочу поручить защиту защитницы: постоянное отслеживание эмоций окружающих требует серьезнейшей концентрации. Следовательно, рядом с Ниной должны быть родичи, которые гарантированно уберегут ее от чего угодно, начиная от пули снайпера и заканчивая подкатом какого-нибудь особо любвеобильного аристократа.

— Кстати, легко не будет… — внезапно заявила моя родительница. — Члены ближнего кругаглавы нашего родаобязаны быть на голову сильнее, умнее, жестче, увереннее в себе и даже учтивее любого Одаренного аристократа. Так что усиливаться, учиться и тренироваться придется на

Озвучивая это уточнение, она смотрела на Спицына. Он ей и ответил:

— Мы понимаем. И не подведем.

Высказался и Колосов. Причем намного распространеннее:

— Это предложение — как раз под нас: мы мечтаем о месте в ближнем круге Олега Леонидовича, дружим с Ниной, готовы к ответственности и умеем держать язык за зубами.

— Говорят именно то, что чувствуют. Оба. И плавятся от предвкушения… — прокомментировала их «выступления» Пришвина, затем поймала мой взгляд и усмехнулась: — А в моем решении вы не сомневаетесь. И это приятно.

Я коротко кивнул в знак того, что она не ошиблась, заявил, что считаю их утверждения обещаниями, тезисно описал большую часть изменений в их жизни, дал как следует «оторваться» матушке, подождал, пока «защитники» изучат новый, чрезвычайно жесткий распорядок дня, который она им скинула, порадовался предвкушению в эмоциях и окончательно утвердился в своем решении вложиться в эту троицу. Поэтому, услышав вопрос Пришвиной «А что такое „АУ“?», хищно усмехнулся и начал издалека:

— Информация из категории «тайна моего ближнего круга»: ножны трофейного ножа, оказавшегося артефактным, тоже были с сюрпризом — в них обнаружились плетения Воздуха и Воды на пару порядков ценнее «контура очистки». Мы перенесли их на материал попрочнее и убрали кое-какие огрехи структуры, так что наш вариант сборки фрагментов творения неизвестного мастера стал запасать в семь с лишним раз больше энергии, чем изначальный. Да и отдает с меньшими паразитными потерями…

После этих слов я убрал в сторону полотенце и ласково провел ладонью по полированной поверхности «обманки»:

— В общем, как я уже говорил, члены моего ближнего круга должны быть на голову сильнее кого угодно. Поэтому я счел необходимым добавить в ваше расписание ежедневное артефактное усиление энергетических систем…

Глава 15

13 января 997 г. от ВР.

…Перехода из эротического сна в… хм… эротическую реальность я не заметил. Так как и там, и там занимался любовью с Наташей. Но первый же «откат» после очередного пика удовольствия одарил новыми ощущениями — я почувствовал прохладу влажной простыни на той части кровати, на которую обессиленно сполз, и свое сердцебиение, унюхал запахи страсти и услышал счастливый стон своей женщины. Кстати, одним стоном она не обошлась — собравшись с силами, подползла ко мне, обняла и уткнулась лбом в правую дельту:

— Вот это, я понимаю, ночка…

— Ага… — поддакнул я. И неожиданно для самого себя развил чертовски приятную мысль: — Все, теперь, когда у нас появились артефакты усиления, время, которое мы тратили на многочасовые поиски кашалотов, акул и мурен, мы сможем уделять друг другу.

— Умрем. От истощения… — уверенно предсказала она и весело добавила: — Но такая перспектива почему-то совершенно не пугает.

— Меня тоже… — честно признался я, почувствовал, что в ее эмоциях снова появилось желание, и приоткрыл один глаз: — Не скажи, уже оклемалась?

— Неа… — «убито» вздохнула «Природница» и рассмешила: — .. но хотеть — хочу. Как выяснилось сегодня ночью, даже во сне. Так что…

Продолжения ее откровений я не услышал. Из-за голоса мамы, внезапно раздавшегося в личном канале «Паутинки»:

— Олеж, подъем: ящеры атаковали очередной турецкий курортный город — Меркез — в вилайете Ризе!

— Доброе утро, мам! — отозвался я, торопливо переворачиваясь на спину. Затем открыл портал в ванную, жестом загнал в него Наташу, метнулся следом сам и закидал родительницу вопросами:

— Картинка есть?

— Да. И не одна — Лева, как обычно, бдит.

— Ты ее уже вытребовала?

— Ага.

— И насколько серьезным выглядит это вторжение?

Тут в ее голосе появились нотки сдерживаемой ярости:

— Судя по картинкам с уличных камер, в прибрежной части города уже орудует как минимум полтора десятка отрядов ящеров особей по сорок пять в каждом, и еще как минимум четыре таких отряда ломится в сторону центра.

А теперь вдумайся вот во что: в Меркезе проживает чуть менее двухсот тысяч человек, не считая туристов! Кстати, не удивлюсь, если он атакован не просто так…

— Ну да, логично… — буркнул я, сообразив, к чему она клонит: — Разносить настолько большой населенный пункт ковровыми бомбардировками турки не захотят. А значит… впрочем, их наиболее вероятные реакции обсудим позже. Так что верни, пожалуйста, из Восточного смену Макарова, дай команду Егору с Антоном грузить в местную «Исеть» две мобильные «базы» и штук по пять запасных дронов, подними Варю, Валю, Нину, Леху и Егора в кабинет, усиль на два уровня каждого…

— Чтобы они «взяли» десятый ранг?

— Ага! — подтвердил я, поймал за хвост весьма своевременную догадку и сразу же озвучил: — Почти уверен, что мне вот-вот наберет либо государь, либо Григорий Денисович. Так что лови переадресацию вызовов. От силы минут на шесть-восемь…

Император позвонил минут через пятнадцать-двадцать. К этому времени я успел и помыться, и одеться, и даже вчерне распланировать «командировку». Так что, выслушав приветствие и уже известную новость, сходу изложил свое видение ситуации:

— Виктор Константинович, если вы договоритесь с турками о совместном отражении этого вторжения, организуете доставку под Меркез двух смен моих людей и отправите вместе с нами хотя бы взвод «Ведунов» для страховки, то мы возьмем в плен некоторое количество ящеров. Кстати, подготовка к вылету уже вовсю идет, так что мои конвертопланы подойдут к аэропорту Белоярска не позже, чем через сорок минут…

Отговаривать меня от этого «самоубийства» он, как ни странно, не стал — пообещал решить «все вопросы» в течение получаса и перезвонить, коротко поблагодарил за понимание и отключился. Так что я закончил сборы, выбежал в общий коридор, кивнул дамам, пребывавшим в злом нетерпении, и рывками понесся к лифту. А от силы через минуту, допрыгав до посадочной площадки, на которой молотили винтами обе «Исети», построил народ, который брал в эту командировку, и хищно оскалился:

— Летим в Турцию. Отбивать вторжение ящеров в один из курортных городов и брать «языков». Карты этого города у меня пока нет. Но будет. Так что алгоритм работы и конкретные боевые задачи доведу по дороге…

…Сели на авиабазе под Трабзоном. В районе семи утра по местному времени. Первым приземлился военно-транспортный «Буревестник» с моими людьми и «Ведунами». Так что к моменту, когда мой «Коршун» подкатил к одному из двух стояночных мест, выделенных нам турками, одно отделение подчиненных Анциферова на двух бронированных «Голиафах» успело взять эту площадку под охрану, а все остальные «командировочные» построились на половине пути к военно-транспортным вертушкам местных ВКС.

Мы тоже начали шевелиться без раскачки — сбежали

Тренировались первую половину перелета. А потом борттехник как-то странно охнул, уставился в лобовое остекление и пробудил любопытство в нас. Хотя нет, не так: я, матушка, Наташа и Аня видели телеметрию с уличных камер, так что знали, как выглядит атакованный город. А Варя, Валя, Нинка, Игнат и Алексей, летевшие вместе с нами — нет. Поэтому с моего разрешения выдвинулись к пилотской кабине и прикипели взглядами к жуткой картине.

В этот-то момент местный оперативный канал и ожил. А секунд через сорок после того, как координатор что-то протараторил по-турецки, над морем вдоль береговой линии начали вспухать первые «шары» будущей дымзавесы.

Кстати, местные минометчики знали свое дело туго — вывесили ее всего минуты за полторы-две, причем в нужной конфигурации. Поэтому наши борта спокойно сорвались в пике, стремительно снизились метров до семи-восьми, перешли в горизонтальный полет и скинули скорость.

Я «сошел» на берег первым. И, толком не успев выйти изрывка, взял под контроль воздух в радиусе сорока метров. Да, «поскромничал». Но только для того, чтобы не спалить наблюдателям реальные возможности. В том же стиле сформировал и фронтальныйщит. В смысле, создал его сравнительно нешироким и в тридцати метрах от себя. Зато влил в него не только Воздух, но и Воду с Пространством. Так что матушка, Наташа, Аня и «рядовые» родичи, десантировавшиеся следом, дотянулись до готовой структуры и хорошенечко усилили. Поэтому группа ящеров-трофейщиков, возвращавшаяся из города к морю, не смогла сдуть дымзавесу с нашей части пляжа и решила быстренько продавить заклинание, мешающее это сделать.

Ага, так им это и удалось: заклинания Воды, Воздуха и Земли, которыми они шарашили, даже не поцарапалищит, взаимно усиливаемый двадцатью ни разу не слабыми магами. Почему? Да потому, что эти стихии «не отозвались», ибо контролировались нами. А потом ударили мы. Стихиями, магов которых у незваных гостей практически не было. То есть, Льдом, Огнем, Молнией и — втихаря — Пространством.

Били, как водится, от всей души, поэтому взаимно усиленный защитныйкуполземноводных как ветром сдуло… вместе спокровамипервых девяти особей. Брать в плен трофейщиков я не видел смысла. Поэтому второй удар нашей компании положил всю группу. Наглухо. Вот я в наш оперативный канал и рыкнул:

— Работаем план «А»! Начали…

Наш взаимно усиленныйщитмгновенно ослаб примерно наполовину, и вся смена Макарова ускакала к линии прибоя. На первом этапе вложились в море ввосьмером, взяли под контроль Воду и… хм… раздвинули. Соорудив «коридор» к порталу ящеров, открытому в каких-то девяти метрах от берега. Затем Максим Алексеевич Макаров и чета Векшиных превратила в лед стены «коридора», Ярослав Вадимович Спицын «трансформировал» песок на дне в камень, а Колосовы его «запекли». Огнем. Поэтому Егор с Антоном, выйдя изрывковрядом с «зеркалом», утвердились на прочной поверхности, пропихнули на ту сторону «щупы» с камерами видеоэндоскопов и врубили запись. А ровно через пять секунд сделали по шагу в стороны. Так что Лешка с Игнатом, «возникнув» перед плоскостью сопряжения миров, деловито закинули на ту сторону СВУ генерала Анциферова и сразу же переместились на берег.

Взрыва мы, естественно, не почувствовали, но портал мгновенно исчез. И я вышел в местный оперативный канал:

— Здесь боярин Олег Леонидович Беклемишев. Портал ящеров закрыт. Жду целеуказаний…

Мне не поверили — сразу несколько «аборигенов» на ломаном русском спросили, уверен ли я в этом. Слава богу, их блеяние заглушил рык Григория Денисовича, и я получил затребованную информацию. Кстати, мои штатные дроноводы тоже не зевали — заныкав «щупы» с видеоэндоскопами в рюкзаки-однодневки, сдули уже ненужную дымзавесу, шустренько подняли в воздух по дрону и погнали по направлению к ближайшей группе зачистки…

…Первое боестолкновение с ящерами, можно сказать, не получилось — по пути к зданию, которое разносили эти твари, мы насмотрелись на такое количество женских и детских трупов, что я просто не смог заставить себя дать команду брать ящеров живьем. Ну, а магическая мощь моего отряда оказалась избыточной. Поэтому охамевших земноводных просто разнесло в лоскуты. Та же участь постигла и группу из четырех десятков трофейщиков, на которую нас вывели Егор с Антоном. А потом я почувствовал, что народу хоть немного, да полегчало, связался с Анциферовым и сообщил, что мы начинаем работать.

Он обрадовался, задал парочку уточняющих вопросов и пообещал, что его люди нас вот-вот догонят.

Догнали. Встроились в арьергард моего отряда и не давали о себе знать до тех пор, пока я не приказал им тормозить. Нет, предлагать помощь не стали — их командир ответил «Есть!» и остановил своих людей. Так что с отрядом из тридцати с лишним ящеров, пытавшихся погасить… хм… маго-бензиновуюогненную стену, выставленную турецкой армией на небольшой площади, мы зарубились сами. Вернее, напрочь задавили стихии, которыми пользовались ублюдочные земноводные, разнесли защитныйкуполи устроили своего рода карусель — пока матушка, Наташа, Варвара, Валя, Игнат и Алексей кошмарили противников, не позволяя даже нормально дышать, подчиненные Максима Алексеевича «упаковывали» особь за особью вкоконы, сминалипокровыи притаскивали «языков» ко мне, Ане и Нинке. Мы с Целительницей лишали их Дара, а Пришвина «разбалтывала» естественные сопротивления воздействию Приручителей и передавала «Ведунам». Для дальнейшей транспортировки к вертушкам обеспечения.

Работали, что называется, споро и с огоньком. Поэтому превратили эту «пачку» в «посылки» от силы минут за шесть-восемь, предупредили Григория Денисовича, что переключаемся в режим уничтожения, получили очередное целеуказание и поперли вдоль линии боевого соприкосновения, вынося все и вся.

Кстати, на этом этапе ассистировать нам начали не только «Ведуны», но и местные солдатики — подлечивали выживших жителей Меркеза и туристов, относили или помогали им добраться

Да, отдельные личности пытались под шумок нахвататься посмертных импульсов, но мы не препятствовали — большинство ящеров являлось магами седьмого-восьмого ранга, так что «делилось» приличными порциями энергии, турков аж плющило от желания усилиться, а воевать на два фронта я был не готов. Впрочем, особо наглых типов все-таки посылал к этой самой матери — поручал их заботам очередных раненых и не позволял «передавать эстафету» дальше легкимизуботычинами.

В принципе, на этом этапе операции можно было бы и расслабиться. Но я не позволял этого ни себе, ни родичам. Так как прекрасно знал, насколько опасны крысы, загнанные в угол. Поэтому доклад координатора, сообщившего о том, что на пляже собралась очень уж большая толпа ящеров, и что особь, взявшая на себя командование, обнаружила, что портал исчез,

организовала доставку «живых щитов» и отправила посыльных к воюющим группам, нисколько не удивил — я спокойно усилил очередную атаку родичей, отрешенно отметил, что отряд, который мы выносили, полностью уничтожен, подозвал к себе ближайшего офицера-турка и приказал закрепиться в зачищенном квадрате. Затем перестроил своих в походный ордер, сформировал «зародыш»купола, дождался его усиления и задал темп движения.

К пляжу несся по подсказкам своих дроноводов и ни разу не по прямой. Поэтому мы походя втоптали в декоративную брусчатку улиц старого города еще две боевые группы и несколько десятков трофейщиков, положили двоих посыльных и освободили человек шестнадцать-семнадцать «живых щитов». Кроме того, взяли на прицеп оба взвода приданных нам «Ведунов» и до роты местных вояк. Впрочем, перед тем, как вынестись на прибрежный бульвар, настоятельно попросили «балласт» слегка приотстать. И правильно сделали — первый встречный взаимно усиленный удар толпы особей из ста сорока снес как бы не три четверти плотности нашегокупола. А значит, чуть более слабые схлопнул бы без вариантов.

Вот мне и полегчало. На долю секунды. А потом я поймал за хвост очень интересную идейку, шустренько озвучил и реализовал. Вернее, сделал первый шаг к ее реализации — задавил Воздух и Воду, накрыл защитныйкуполящеров своим и дал команду его усилить.

Родичи, конечно же, повиновались. Поэтому следующая атака незваных гостей не получилась из-за того, что «не отозвались» стихии. А через секунду-полторы наш «колпак» перестал пропускать воздух. Вообще.

Да, ящеры запаниковали не сразу — первые полминуты они героически экспериментировали с Землей и Природой, а потом их единственный Целитель почувствовал, что кислород потихонечку заканчивается, и запаниковал.

Уродца, решившего прибить одного из заложников, прибил я.Шипомиз нескольких стихий, «накрученных» на Пространство — вырастил это орудие возмездия из внутренней стенки «колпака», с легкостью пробил артефактную составляющую защитногокуполаи расплескал череп излишне инициативной особи. А вторая инициативная личность — моя матушка — шарахнула через мойшипМолнией. И как-то умудрилась подобрать мощностьразрядатак, что он заставил затрястись ближайшие «живые щиты» и пяток ящеров.

Лешка с Игнатом поддержали этот почин. Причем с небольшим сдвигом по фазе. А Наташа с Аней продавили в обеих слоях «полусферы» отверстие диаметром под два метра и одновременно рыкнули:

— Выдергиваем турков!Коконами!! Живо!!!

Само собой, командовали подускорениями. Но все мы находились под ними же, поэтому все четыре туриста, оказавшиеся рядом с дырой, по очереди пролевитировали наружу и сходу улетели к «Ведунам», дисциплинированно державшим дистанцию. Затем наружу выпорхнули и ящеры, попавшие подразряд. Но по пути к «группе обеспечения» лишились Дара.

Самопровозглашенному командиру толпы земноводных это, конечно же, не понравилось. И он имел глупость прибить двух ближайших заложников ударами копья. А зря: я обиделся, вытянул изкуполаВЕСЬ воздух и спустил с поводков магов Льда. Да, их у меня было всего трое — Макаров и супружеская чета Векшиных — но температуру они понизили знатно. И в мгновение ока превратили задыхавшуюся толпу в ледяные скульптуры. Тут-то я последние команды и отдал:

— Ящеров валим. Максимально быстро. А потом все Целители начинают откачивать местных, а остальной народ их прикрывает…

Глава 16

13 января 997 г. от ВР.

…Последнюю более-менее крупную группу ящеров положили ближе к одиннадцати утра по местному времени. Потом помогли местным солдатикам потушить сумасшедший пожар — накрывали домик за домикомкуполами, вытягивали воздух и обрушивали на дымящиеся развалиныдожди. А после того, как продвижение огненного фронта было остановлено, мои Целители подлечили почти три десятка погорельцев, начавших вылезать из подвалов.

К этому времени в турецком оперативном канале озвучивались только победные реляции, поэтому я связался с Макаровым, воевавшим в паре-тройке кварталов от нас, сообщил, что мы свое дело сделали, и дал команду выходить на пляж. Услышав ожидаемое «Принято!», развернул свою половину отряда в нужном направлении, задал темп передвижения, набрал Анциферова, скинул ему координаты места сбора и попросил прислать к нам вертолеты.

Задавать дурацкие вопросы типа «А разве вы уже зачистили весь город?» или «Может, поможем туркам еще немного?» генерал не стал — пообещал, что борта будут в точке подбора максимум через пятнадцать минут, и отключился. Вот мне и полегчало.

Нет, расслабляться я не стал и в этот момент — вел группу, отслеживая чувством Воздуха происходящее в области контроля, и изредка корректировал курс, чтобы «случайно натолкнуться» на одиночных земноводных. Впрочем, с коррекциями не перегибал, понимая, что аналитики спецслужб Российской Империи и Турецкого Султаната едят свой хлеб не зря. Поэтому мы положили всего шесть особей, «не засекли» еще восемь и «не дотянулись» до нескольких десятков человек, как минимум четверть из которых, судя по особенностям поведения силуэтов, являлась либо местными вояками, либо… журналистами.

В общем, на прибрежный бульвар вынеслись в режиме тяжелых танков прорыва, сдули в сторону дым от пожарищ, дождались прибытия Макарова с подчиненными и поскучали. До появления в поле зрения вертолетов турецких ВВС. А когда увидели, что военно-транспортные борта идут в сопровождении аж четырех ударных, дали волю проснувшимся паранойям. В смысле, сразу после того, как забрались в десантные отсеки, прикрыли свой транспорт очень мощными «слоеными»полусферами. И взяли под контроль Воздух вплотную к машинам, которые, теоретически, могли попытаться нас сжечь.

Во время взлета и набора высоты усиленно параноил и я. Но стоило «эскадрилье» встать на нужный курс, как мне позвонил государь и вынудил отвлечься от процесса:

— Еще раз доброе утро, Олег Леонидович.

— Все верно… — спокойно ответил я и добавил: — Все сколь-либо крупные отряды ящеров мы уничтожили, а с одиночками прекрасно справятся парни Григория Денисовича и военнослужащие местных вооруженных сил.

— Все верно: вы сделали САМОЕ ГЛАВНОЕ… — заявил он и загрузил: — Но запредельную эффективность вашей родовой дружины оценил не только я, но и султан Ахмед Четвертый. Поэтому счел необходимым навести мосты с вами… и впечатлить ваших людей. Дабы начать поиски слабого звена, которое можно будет перекупить, вывезти за пределы Российской Империи и получить доступ к вашим наработкам. Само собой, портить отношения со мной Ахмед не собирается. Так что позвонил мне и долго убеждал позволить ему наградить вас и ваших родичей так, как требует душа. А я пошел ему навстречу в одном-единственном пункте — заявил, что не буду возражать против вручения ордена Полумесяца. Ибо он изначально учреждался для награждения немусульман, считается чрезвычайно престижным и, что тоже немаловажно, не накладывает на кавалера этой награды никаких обязательств. В общем, на авиабазу либо уже прилетел, либо вот-вот прилетит садразам… в смысле, великий визирь и от имени султана проведет торжественное награждение. Так что имейте это в виду и не разносите военную часть вдребезги в том случае, если вас внезапно посадят не у ваших самолетов и начнут рассказывать какие-нибудь сказки.

Я мысленно вздохнул и пообещал особо не буйствовать. И самодержец, поблагодарив за понимание, съехал на вопросы поинтереснее:

— Теперь поделюсь новостями из других опер. Самая забавная звучит так: сегодня ночью Дарья Константиновна и Янина Павловна свозили моего сына к порталу со зверьем третьего класса опасности и притравили к крови. То есть, сначала продемонстрировали, как выглядит процесс уничтожение иномирной живности не в отредактированной записи, а в реальности, затем «высушили» резерв одиночному шакалу, перебили ему задние лапы и заставили Станислава убить его без посторонней помощи. При этом страховали «на минималках». Так что он поймал воздушнуюиглув левое бедро, прочувствовал последствия своего безрассудства, опробовал на себе всю прелесть исцеления в полевых условиях и расстался если не со всеми, то с большей частью иллюзий о своих возможностях. Кстати, эта прививка пошла на пользу — сын приехал в Кремль задумчивым. А перед сном помедитировал лишний час.

— В общем, вы на них не в обиде? — на всякий случай уточнил я и угадал:

— Какие тут могут быть обиды? Я, собственно, такого отношения к сыну и добивался!

Следующая новость особо не зацепила — Белосельский сообщил, что военные строители не успели закончить Форты Северно-Западный и Северо-Восточный из-за пурги, так что сдадут их мне либо во вторник, либо в среду. А потом вернулся к ящерам:

— И последнее: передайте, пожалуйста, мою искреннюю благодарность Нине Петровне — по утверждениям Приручителей «Ведунов», ее воздействия настолько сильно «расшатали» естественные защиты разума пленников, что они «подминались» за считанные секунды…

…Сама по себе церемония награждения ничем особенным не удивила — да, Великий Визирь пытался потрясти нас торжественностью мероприятия, но тот же Голицын проводил награждения с душой и поздравлял от всего сердца. А садразам усиленно надувал щеки и великодушно снисходил к нам с высоты своего положения. Вот только мы все никак не впечатлялись. А после того, как он забрал у помощника первый орден Полумесяца, достал из массивного резного ларца мужской перстень с крупным бриллиантом и шагнул ко мне, вообще обломали. Вернее, обломал. Я: заявил, что честно заслуженный орден приму. Из уважения к Его Императорскому Величеству Виктору Константиновичу. А все остальное — нет.

Объяснять, почему именно, поленился. И правильно сделал — Великий Визирь вспыхнул еще до того, как ему перевели это предложение, и попытался на меня надавить. Сначала… хм… своей собственной харизмой, а после того, как понял, что меня не цепляет, имел глупость заявить, что я демонстрирую неуважение к султану Ахмеду Четвертому, Благословенному, Неудержимому и прочая и прочая.

Тут я сделал вид, что вышел из себя. Хотя вру: я просто-напросто дал волю злости, вызванной настоящими эмоциями этой разъевшейся твари. И холодно рыкнул:

— Я — ЧЕЛОВЕК ДЕЛА. И во время этого вторжения ящеров СДЕЛАЛ для Турецкого Султаната НА ПАРУ ПОРЯДКОВ БОЛЬШЕ, чем любой из ваших соотечественников. Впрочем, если вы считаете иначе, то счастливо оставаться. Напра-а-аво! Шагом марш!!!

Обе команды, поданные после коротенькой паузы, были выполнены на десять баллов из десяти возможных, и мои люди, слитно совершив поворот на девяносто градусов, неудержимо двинулись следом за мной к нашим бортам. Мало того, как только я сформировал «заготовку» под взаимно усиленныйкупол, влили в него энергию и «раздули» до состояния, в котором он начал вызывать опасение.

Тормозить нас турки не решились. Вероятнее всего, понимая, что мы можем и обидеться. Так что садразам был вынужден связаться с султаном, а тот, вероятнее всего, сдуру пожаловался на нас Белосельскому. Их разговор я, естественно, не слышал, зато имел честь полюбоваться результатом: Великий Визирь… хм… прибежал к моему «Коршуну» — хотя назвать бегом то, что изображало тело весом за полтора центнера, не поворачивался язык — кое-как поднялся в салон, справился с одышкой, вытер пот на лбу, щеках-брылях и подбородке, изобразил очень отдаленный намек на поклон и рассыпался в по-восточному витиеватых извинениях.

Хотя переводчик, тоже не отличавшийся худобой, еще ковылял по трапу.

Я сменил гнев на милость эдак минуты через четыре. В основном, из-за того, что садразам заливал потом идеально чистое напольное покрытие, а его было страшно жалко. Поэтому мои люди снова вышли из самолетов, неспешно построились перед моим и скопировали мою реакцию на вручение орденов — принимали их, демонстрируя самый минимум положенных чувств. И с подачи матушки добавляли утверждение, заставлявшее Великого Визиря багроветь: «Служу Российской Империи и Усть-Ангарской ветви рода Беклемишевых!»

Кстати, он обломался и из-за моего отказа остаться на банкет по случаю «Великой Победы». Ведь мои объяснения не лезли ни в какие ворота:

— Прошу прощения, но мы отбудем на родину прямо сейчас. Ибо сегодня — пятница, а по пятницам я отпускаю часть своих людей в честно заслуженные увольнения и не корректирую режим службы без особо веских оснований…

Зато мое спокойствие понравилось родичам. Так что эдак через четверть часа — то есть, после отрыва «Коршуна» от ВПП — та половина отряда, которая летела со мной, начала обсуждать «торжественное мероприятие» язвительнее некуда. Хотя нет, опять не так: вспоминать его и глумиться над садразамом принялась матушка,

Получалось так себе. Из-за взрывов хохота и едких уточнений. А после того, как самолет набрал высоту, мне в личку упало сообщение родительницы и заставило включить голову:

«Твой ближний круг становится все многочисленнее и многочисленнее, так что в твой „Икар“ уже не влезает. Так, может, стоит приобрести еще один и неявно разделить ближний круг на два — твой и мой? Да, в моем будет аж шесть человек, а в твоем — только Наташа, но тебе, Ухорезу, и твоей идейной последовательнице телохранители, личные целительницы и эмпаты нафиг не нужны…»

…Еще один «Икар» я, конечно же, заказал. Через Голицына, так как был не готов беспокоить Императора из-за ерунды, и уже на аэродромном круге Белоярска. Во время пересадки в конвертопланы пришел к выводу, что ангары тоже надо менять. На более вместительные. А после отрыва от земли собрал народ из «Икара» и обеих «Исетей» в конференцсвязь и устроил подробный разбор действий каждого отдельно взятого Одаренного. Благо, анализировал записи с микрокамер практически весь перелет от Трабзона. Само собой, не забыл и о «боевых». Так что в тот момент, когда наши конвертопланы снова ухнули в снежную муть, пребывал в прекраснейшем настроении. Вот и задал родне вопрос на засыпку:

— В увольнение полетите, или ну его к этой самой матери?

— Полетят… — отозвался Максим Алексеевич. — Сегодня очередь смены Ивана Борисовича, и планов у его подчиненных громадье.

— Раз «громадье», значит, пусть забирают одну «Исеть» и отправляются отрываться… — улыбнулся я, поблагодарил народ за службу и вышел из общего канала. А через несколько минут, загнав «Икар» в ангар, отпустил «молодежь» заниматься своими делами, выбрался из теплого салона в жуткую холодрыгу, добавил слой Огня во все четырепокрова, закрыл наскуполом, активировалночной взори потопал к «путеводному» тросику. Ибо видимость оставляла желать лучшего.

Пока пробивались к особняку сквозь не на шутку разошедшуюся пургу, было не до болтовни. Зато в холле первого этажа матушка дернула меня за рукав куртки и спросила, чем я собираюсь заниматься оставшуюся часть дня.

Тут я невольно улыбнулся. Так как на часах было одиннадцать вечера. Но ответить — ответил. Честно, но завуалированно:

— Немного позлобствую, затем попарюсь и завалюсь на любимый лежак. А что?

— У-у-у… — расстроенно протянула она. — Память-то у меня, оказывается, девичья!

— И что тебя удивляет? — изумленно спросил я. — Память просто обязана соответствовать биологическому возрасту. А тебе сейчас лет восемнадцать!

— Ну, ты и льстец! — «возмущенно» воскликнула она и пихнула меня плечом. А потом довольно промурлыкала, что такой приятный комплимент ей еще никто не говорил, приложилась к моей щеке и… заявила, что они с Аней тоже жаждут позлобствовать.

Я в этом нисколько не сомневался. Поэтому уже через несколько минут перевел дам в тайник номер один, залил в планшет видеозаписи, сделанные Антоном и Егором по ту сторону портала ящеров, открыл «зеркало» в их мир и залюбовался здоровенной воронкой на морском дне. Впрочем, зависал от силы секунды три-четыре. Затем медленно «повернул» плоскость сопряжения миров на триста шестьдесят градусов, определился с направлением, в котором, судя по рельефу дна, должен был располагаться подводный город, привязался к чем-то понравившейся подводной скале и «передвинул» портал метров на сорок с гаком.

«Шаге» на четвертом-пятом обнаружил, что матушка, Аня и Наташа соорудили… хм… поисковое лежбище, так что следующий портал открыл с него. И продержал вдвое дольше. Чтобы напарница, упавшая рядом, подключилась к процессу.

Она мою ошибку и исправила — заметила ящера, плывшего по своим делам под углом градусов в семьдесят к курсу перемещения моего «зеркала», проследила за этой особью и нашла населенный пункт нового типа. То есть, находящийся и под водой, и на небольшом острове.

Я почему-то решил, что апартаменты на суше должны оказаться более престижными. Поэтому «провел» портал сквозь границу двух сред, осмотрел эту часть города и обнаружил одни трущобы, горы гниющих водорослей и изможденных ящеров. Вины этих особей в экспансии на Землю однозначно не было, вот мы и занялись поисками районов компактного проживания элиты. А после того, как нашли первые «поместья»,

потратили почти половину запасов глубинных бомб, разнесли вдребезги и пополам весь центр, положили несколько сотен ящеров и… заиграли пару кубометров трофеев — оружия, аксессуаров и даже шмотья. Под дальнейшее изучение на предмет поиска артефактных контуров.

В общем, домой вернулись довольными собой, быстренько переоделись, собрались в общем коридоре и потопали в пристройку с бассейном и баней. Ага, своим ходом. Чтобы не множить странности.

Каменку я врубил в удаленном режиме еще из кабинета, так что сходу зарулил в раздевалку, в темпе избавился от лишней одежды, первым добрался до любимой полки, лег, закрыл глаза и расслабился. Минуты на две-три. Увы, как только в парилку вошли дамы, матушка прервала благословенную тишину и устроила очередное производственное совещание:

— В эти выходные нас вряд ли кто-нибудь побеспокоит — летать в гости в такую пургу и небезопасно, и не принято. Зато в понедельник к тебе наверняка прилетит глава рода Урусовых. Благодарить за помощь с нейтрализацией их Приручителя, наводить персональные мосты и завуалированно выяснять, как ты относишься к их кровиночке. Далее, пора бы появиться и Захаровым — не сегодня завтра в Сети появятся материалы о наших геройствах, и дед Раисы, мать ее, Львовны не сможет не начать новую кампанию по твоему охмурению. Да и Соловьевы наверняка не унялись. Но я бы подготовилась к кампаниям посерьезнее…

— О чем это ты? — спросил я, открыл глаза и даже приподнялся на локте.

Родительница вздохнула и криво усмехнулась:

— Олег, о том, что ты и Наташа достаточно сильны, СЛЫШАЛ весь мир. А некоторая часть наших соотечественников даже видела, как вы «сточили» Уильяма Кавендиша. Но до сегодняшнего дня наш род ассоциировался только с вами и Нинкой, «заработавшей бешеные деньги на приручении иномирного зверья». Как ты, наверное, догадываешься, два сильных мага и Одаренная с условно мирным Даром особого трепета не вызывали. А в Меркезе воевали аж двадцать человек. Вернее, выносили все и вся, не замечали сосредоточенных атакочень крупных отрядов ящерови без особого труда продавливали защиту, которая держала даже удары боеприпасов объемного взрыва. Вот главы всех более-менее значимых родов ПЛАНЕТЫ и прозреют. В смысле, присвоят нам новый, куда более серьезный индекс опасности, заинтересуются методикой, позволившей ТАК усилиться, загрузят аналитиков и

Глава 17

14 января 997 г. от ВР.

…В субботу сразу после завтрака я наступил на горло собственной лени, собрал свой новый ближний круг в спортзале, провел трехчасовую тренировку по боевке с использованием магии, показал пяток наших личных наработок и еще раз «послушал» эмоции условных «слабых звеньев». Слава богу, ничего эдакого не почувствовал, поэтому, умотав родню до состояния нестояния, сел на мат, попросил минуточку внимания и описал логику обретения двух умений —невидимостиимимикрии. Само собой, предупредил и о том, что на малых расстояниях они запросто вскрываются чувствами стихий. Но Игнату и Лехе, что называется, зашло по полной программе. Варя тоже заинтересовалась, но постольку-поскольку. А Валя и Нина, подумав, заявили, что заклинания очень уж ситуативные, а значит, раскачивать их надо по остаточному принципу.

Я подтвердил. Потом еще раз напомнил, в какие кластеры необходимо влить халявную энергию, чтобы эти заклинания заработали, и с намеком посмотрел на неслабо замотанную Наташу. А она кивнула,

переместилась в дальний угол зала, вытащила из-под моей толстовки артефакт усиления и притащила к нам.

— «Щупаем». На три уровня каждый… — скомандовал я, подождал, пока вся пятерка выполнит боевой приказ и вольет энергию в нужные кластеры, а потом поставил боевые задачи на вторую половину дня — отправил Глотову и Филимонову дрессировать Иришку, Спицыну и Колосову поручил напрочь затерроризировать Бажова, а Нинку отпустил возиться с огненными белками и ледяными колонками.

«Глушилку» вырубил после их ухода, получил и проглядел уведомления о пропущенных звонках, вымученно закатил глаза к потолку и убил порядка получаса на общение с Голицыным, Анциферовым, Волковой и патриархом Симеоном.

Генеральный прокурор и командир подразделения «Ведун» поделились мелкими и не особо важными новостями, Янина Павловна завуалированно намекнула на то, что уже почувствовала всеобщий интерес к себе и к Даше, а священнослужитель вернул из небытия полузабытые опасения — сообщил, что, по слухам, экс-митрополит Филарет, находящийся в бегах, винит во всех своих бедах меня и, вроде как, планирует отомстить.

Последний вопрос я с семьей и обсудил. После того, как поднял дам в кабинет и врубил «глушилку»:

— На первый взгляд, проблема не стоит и выеденного яйца: фотографии этого урода имеются в архивах записей наших микрокамер, так что найти его и грохнуть — дело пяти минут. Но мне почему-то кажется, что эта личность не стала бы делиться подобными планами ни с одним болтливым соратником. А значит, есть ненулевая вероятность того, что слух придуман в какой-нибудь спецслужбе, а Симеона играют втемную. Зная, как он относится ко мне и к нашему роду. В общем, «превентивное воздаяние» пока откладываем ив этот разинициативу не проявляем…

Наташа, врубившаяся в намек, зарделась, виновато вздохнула и качнула ресницами в знак того, что все поняла и больше не задурит. А матушка наехала на меня — заявила, что «девочка» старалась. Причем не для кого-нибудь, а для меня. Потом потребовала холить и лелеять в самом экстремальном режиме. А когда я дал волю проснувшейся фантазии и заулыбался, начала «угрожать»: пообещала забрать у меня бедняжечку, если я не исправлюсь.

«Бедняжечка» горестно вздохнула и… зависла. Буквально на мгновение. А затем поделилась сумасшедшей идейкой:

— Затраты времени на «перемещение» порталов под водой неоправданно велики. Так почему бы нам не прикупить высокоскоростные буксировщики и не поручить Ррыгу присобачить к ним мощную артефактную защиту? Кстати, если сварганить для мишки пару примитивных учебных курсов и объяснить, как работать с самым обычным калькулятором, то он превратит артефакторику «на коленке» в точную науку. И тогда мы сможем нормально защитить ВСЮ имеющуюся технику, начиная от гидроциклов и заканчивая квадрокоптерами!

Пока я переваривал это предложение и… хм… заглядывал в будущее, к обсуждению подключилась и Аня:

— Как мне кажется, первое, что нам надо сделать — это облагородить его логово. То есть, вывесить и запитать на мощный накопитель стационарный мини-портал, пропустить сквозь него провода и трубы, закупить, переместить и установить в пещере бытовую технику, расставить мебель и так далее. Чтобы приобщение к благам цивилизации добавило Ррыгу мотивации держаться за наш род всеми четырьмя лапами.

— Ну да: испытывать стационарные мини-порталы лучше всего с пользой для дела… — кивнула матушка и продолжила развивать предложенную идею: — Проект расширения пещеры я возьму на себя. И сварганю красивую картинку. Чтобы Потапыч увидел, во что, при должном старании, может превратиться его жилище, и начал расширять жилплощадь не от балды. Кстати, нам стоит прикупить и оборудование для мастерской — ювелирные станки, муфельную печку, тиски, нормальные инструменты и универсальный верстак.

— Закупим. В двух экземплярах… — решил я. — Один — для Ррыга, а второй — для родовой мастерской. Хотя нет, не так: надо найти специалиста и заказать проект создания небольшой, но высококлассной мастерской с несколькими рабочими местами, однако установить на одно меньше: так это приобретение не вызовет ненужных вопросов у тех, кто отслеживает и анализирует нашу деятельность…

…К Ррыгу я перешел минут через пять после завершения планирования его будущего. На пару с Аней. А матушку и Наташу, как обычно, оставил на хозяйстве. Перед тем, как шагнуть в портал, мысленно пострадал из-за того, что был вынужден оставить «штатную» напарницу дома. Но напомнил себе о том, что Пространством в семье владеют только двое, а словосочетание «по требованиям безопасности» было сформулировано далеко не просто так. Вот «лишние» мысли куда подальше и задвинул, навелся на артефактора, почему-то обнаружившегося на пляже, и вскинул к плечу правую руку.

Мишка тоже поздоровался. После того, как вскочил на ноги и изобразил неплохой поклон. А когда заметил, что Целительница «заводит» переводчик, превратился в слух. И правильно сделал: я задал ему парочку «обязательных» вопросов, выслушал ожидаемые ответы, открыл новое «зеркало» и озвучил боевой приказ:

— Следуй за нами. Все остальное объясню чуть позже…

Артефактор, конечно же, повиновался. А через несколько мгновений, оказавшись в гараже особнячка на Лесной, заинтересованно огляделся.

Все самое интересное мы давным-давно заныкали в тайник номер один, но торопиться я не стал — позволил «гостю» как следует рассмотреть идеально гладкие стены, «прорезиненное» покрытие пола и потолочные светильники, качнулся в сторону двери, ведущей на лестницу, и приступил к объяснениям:

— Мы находимся в своего рода подвале одного из моих домов и вот-вот поднимемся в его жилую часть. Твоя задача — смотреть по сторонам и задавать вопросы: я хочу, чтобы ты увидел разницу

Ррыг кивнул и потерял дар речи еще на лестнице. Заметив, что ступени «абсолютно одинаковы», идеально отполированы и не стерты обувью… хм… пользователей. В коридоре второго этажа вытаращил глаза и сглотнул. Выпав в осадок сначала от общего стиля оформления «пещеры», а затем от качества обработки каждого отдельно взятого элемента декора.

А во время «экскурсии» по незанятым покоям периодически вжимал когти в правое бедро — вероятнее всего, пытаясь проснуться. Но не смог. Поэтому в ванной комнате, выслушав лекцию о принципах работы сантехники и оценив «красоту переплетения струй воды» в душевой кабинке, включенной в режиме гидромассажа, задал первый вопрос:

— И так живет каждый житель вашего мира?

Я отрицательно помотал головой:

— Увы, нет: качество материалов, используемых для оформления домов, бывает разным. Но члены моего рода не нуждаются, так что живут в условиях, не сильно отличающихся от этих.

— Кстати, ты смотришь, но не видишь очень и очень многое… — заявила Аня, врубила смеситель и сдвинула ручку влево: — В этом положении течет горячая вода, а по мере перемещения вот этой детали вправо начинает плавно остывать и к другому крайнему положению превращается в холодную… Так мы меняем количество работающих светильников и яркость освещения… А с этого управляющего элемента можем включить музыку, выбрать ту, которая нравится, прибавить громкость и так далее…

— В общем, мы живеминаче… — подытожил я, выделив интонацией нужное слово, подождал, пока мишка вдумается в перевод, и перешел к самой интересной части объяснений: — .. поэтому я решил улучшить и твое логово. С первым этапом ты справишься сам — вырежешь в скале еще четыре комнаты. Причем так, как решит моя матушка. А затем мы вывесим небольшие порталы, через которые подадим проточную воду и энергию, позволяющую работать нашим светильникам, душевым кабинкам и практически всем инструментам, притащим мебель, подскажем, как правильно ее расставить, и, конечно же, научим пользоваться нашейтехникой. Дабы в тот день, когда в жилище Слуги рода Беклемишевых войдет твоя самка, ты чувствовал себя хозяином.

Он сложился в «поясном поклоне» и от избытка чувств простоял в этом положении секунд десять. А после того, как выпрямился, заявил, что счастлив мне служить.

Я чувствовал его эмоции, поэтому коротко кивнул и загрузил его еще серьезнее:

— На мой взгляд, приводить в такое жилищепервую попавшуюся самкуневероятно глупо. Поэтому подумай, как найти ту, которая сможет стать тебе женой, боевой подругой и помощницей…

Тут у мишки испортилось настроение:

— Такие самки ОЧЕНЬ дорогие!

Я насмешливо фыркнул:

— Мои Слуги НЕ НУЖДАЮТСЯ. Поэтому твое дело НАЙТИ и сообщить мне цену, а мое — обеспечить тебя ВОЗМОЖНОСТЯМИ. Логика понятна?

— Да!!! — радостно выдохнул он.

— Отлично! — без тени улыбки заявил я и открыл портал к его логову: — Тогда возвращаешься к себе и ждешь проекта переделки пещеры…

…Большие Закупки устроили после обеда — попадали кто на диван, а кто в кресла в гостиной матушки, распределили задачи, вышли в Сеть с четырех планшетов и принялись тратить денежки. Я задолбался достаточно быстро — через считанные минуты после того, как выбрал и оплатил высокоскоростные подводные буксировщики. Ибо все остальные категории товаров не вызывали душевного томления. А мои дамы наслаждались процессом — с удовольствием обсуждали все подряд, начиная с количества потолочных световых панелей и заканчивая цветом напольных ваз. И ведь не играли — я прислушивался к их эмоциям и знал это совершенно точно. Поэтому в какой-то момент «вырубил»эмпатию, перебрался на подоконник, обхватил колени руками, уставился в буйную снежную круговерть и ухнул в прошлое. В то самое, в котором мы с батюшкой попали почти в такую же сильную пургу в каких-то трехстах метрах от северо-восточной окраины Енисейска, и я, получив боевой приказ, довел нашу группу до дому, «пользуясь компасом и чутьем».

Неравную битву с ветром, заставлявшим наклоняться вправо-вперед, и со снегом, залеплявшим лыжные маски, столкновения с «невидимыми» елями и сползания в овраги вспоминал не так уж и долго. Зато в глазах матушки, встретившей нас в прихожей, и в требовании отца — «Хвали сына, Насть — мы нашли дом только благодаря ему…» — потерялся надолго. И пусть в памяти сохранилась не «картинка», а ощущения, грустью меня прибило не по-детски — в левой половине груди появилась неприятная тяжесть, губы пересохли, а глаза предательски увлажнились.

Судя по всему, родительница отслеживала мое состояние с помощью чувства Воды. Так как внезапно возникла рядом, прикрыла собой от напарниц, ласково растрепала волосы и помогла вернуться из прошлого в настоящее провокационным докладом:

— Мы — все. В смысле, закончили переводить деньги не на нас-любимых, почувствовали себя уязвленными и жаждем компенсации!

— Какой именно? — через силу полюбопытствовал я и получил ответ из серии «Хоть стой, хоть падай…»:

— Твоей женщине срочно требуется пополнить стратегические запасы особо эротичного белья. Чтобы ты к ней ненароком не остыл. Анька мечтает о десятке особо эротичных раздельных купальников. Видимо, из белой зависти к Наташке. А я присмотрела себе чертовски элегантный костюмчик, в котором буду выглядеть Императрицей Всея Вселенной, и собираюсь его выгулять. К примеру, в «Сибарите».

— Ты хочешь появиться в Белоярскечуть более чем через суткипосле публикации в Сети видеозаписей наших геройств⁈ — изумленно уточнил я.

— Ага! — «предельно серьезно» заявила она, потянула театральную паузу и добавила: — Во-первых, мы изнываем от предвкушения, во-вторых, краха ЭТИХ НАДЕЖД не простим ни за что на свете и, в-третьих, в Белоярскетоже метет. А в такую погоду абсолютное большинство аристократов из поместий не выезжает. Ибо чувствует себя крайне некомфортно. Дальше объяснять?

Я снова активировал эмпатию, проанализировал то, что почувствовал в эмоциях матушки, пришел к выводу, что она, вероятнее всего, вспомнила тот же самый отрезок прошлого и старается не расклеиться, поиграл желваками и отрицательно помотал головой:

— Нет, не надо: раз вы изнываете от предвкушения, значит, альтернативы уже описанному будущему нет и быть не может.

— Вот это, я понимаю, мужчина! — довольно промурлыкала она, снова растрепала мне волосы и рыкнула: — Ну, и чего сидим? Собираться бего-о-ом марш!!!

Я собирался в особо альтернативном режиме. То есть, натянул зимние ботинки, вытащил из шкафа пуховую куртку, шапку и перчатки, отнес все это добро в свою гостиную, сходил

«Ну, и где тебя носит? Мы уже заждались!!!»

Универсальный портальчик открылся «сам собой», и я, выглянув «на ту сторону», обнаружил, что все три дамы одеты в моем стиле и стоят в общем коридоре. А значит, тоже собираются наводить красоту в особняке на Лесной. Вот и ускорился — вынесся к ним, «покаялся», одним-единственнымрывкомпереместился в холл и вызвал лифт. Пока спускались на первый этаж, натянул куртку, шапку и перчатки. А перед тем, как выйти из дому через заднюю дверь, хорошенечко ускорил восприятие. Поэтому сформировал полусферическийкуполна первом же шаге в ненастье, подождал, пока дамы выйдут следом, накрыл нас этой защитой, нащупал тросик и… начал дурить. В смысле, взял под контроль весь Воздух в радиусе двадцати метров, выморозил верхний слой снега, запрыгнул на наст, убедился в том, что он держит, из вредности секунды три радовал Наташу ее любимым сочетанием стихий и, как ни в чем не бывало, потопал к ангару.

Да, Жуткая Угроза —«Я отомщу…»— не заставила себя ждать. Но я не испугался — дошел до заиндевевшей двери, вломился в помещение, опустил дверь-трап и картинно повел рукой, предлагая дамам подняться в салон. Валял дурака и дальше — выбрал самый экстремальный режим взлета, хотя понимал, что в такую погоду стоило бы выбрать какой-нибудь другой, сорвал «Икар» с места еще до того, как мои спутницы пристегнулись, и сделал двусмысленный комплимент Ане, грохнувшейся на пол «интереснее всего».

Квадрокоптер не пострадал. Но только потому, что эта троица отложила возмездие минут на двадцать пять-тридцать. Зато на половине пути от нашей «птички» до особняка на Лесной меня сбили с ног, попробовали накормить снегом, не смогли и потребовали немедленно убратьпокров.

Воевали без использования магии — чтобы ненароком ничего не разнести — но в особо буйном режиме. Поэтому «наелись», потеряли все четыре шапки и семь перчаток, порвали три куртки, расквасили и сразу же исцелили один прелестный носик, нахохотались до колик в животе и… потерялись. В смысле, «включив» чувства Воздуха, обнаружили, что за время сражения не на жизнь, а на смерть особняк «сместился» метров на тридцать к западу.

Поржали уже в холле. Оглядев друг друга и оценив состояние одежды. А после того, как закончили веселиться, Аня облекла в слова то, что читалось в эмоциях всех трех женщин:

— Честно говоря, так я не отрывалась даже в детстве. Поэтому хочу еще…

Глава 18

14 января 997 г. от ВР.

…Жители Белоярска переживали пургу не в первый раз. Да, пешеходов на тротуарах практически не было, а сквозь снежные завалы на проезжей части пробивались либо кроссоверы, либо внедорожники, либо бронемашины групп быстрого реагирования СОПП или СКАИЗ, но город жил. И «вымирать» не собирался — витрины магазинов, ресторанов и кафешек заманивали клиентов яркими огнями, обещанием тепла и картинками из чужой жизни, огоньки над въездами в подземные гаражи приветливо подмигивали всем подряд, намекая на то, что там, внизу, не будет ни лютого холода, ни пронизывающего ветра, ни снега, а свет окон жилых домов «согревал» издалека и сбивал с панталыку. Ибо заставлял сомневаться в необходимости куда-либо идти или ехать.

Я бы тоже вернулся домой, завалился в баню и забыл обо всем на свете. Или, как вариант, позанимался любовью с Наташей, а потом отключился и как следует поспал. Но дамы жаждали отдыха в их понимании этого термина. Вот я и вез их в любимый «Ландыш». На трофейном «Громе». Дабы после первой фазы «самого разнузданного веселья» — набега на магазины женской одежды, обуви и белья — можно было сходу выехать в «Сибарит», в котором не было посадочной площадки для вертушек и квадрокоптеров.

Кстати, минут через пять-семь после выезда из особняка планы на вечер чуть было не пришлось переиграть. Из-за уведомления об обнаружении в паре-тройке кварталов от нас оранжевого портала со зверьем четвертого класса опасности. Но не успели мы зайти на сервер службы и проглядеть описания монстриков,

как кроваво-красный кантик вокруг основного текстового блока сменился светло-зеленым, а в соответствующем поле возникло стандартное «обещание»:

«Будем у портала на Ставропольской через четыре-пять минут. Зверье положим даже без посторонней помощи и возьмем на себя защиту района. Боевая группа родовой дружины Басовых…»

Туда же отписалась и армейская ГБР, так что мы со спокойной совестью забыли об этом «нежданчике» и покатили дальше. А эдак через полчасика зарулили в подземный гараж ТРЦ, выгрузились из машины и пошли ко входу в лифтовый холл.

Пока поднимались на третий этаж, веселившиеся дамы предсказали мне «судьбоносную встречу» с очередным Великим Магом — ценителем женской красоты — и попробовали запугать перспективой схватки с «непревзойденным дуэлянтом уровня, эдак, пятидесятого-шестидесятого», но я не испугался. А после того, как вышел из кабинки, «огляделся» чувством стихий и засек аж шестерых Одаренных, демонстрировавших свои возможности, обломал трех ближайших, «задавив» их Воду, Воздух и Молнию. Да, несколько грубовато. Зато снял все теоретически возможные вопросы, подхватил матушку и Наташу под локотки, мягко улыбнулся Ане, на которую рук, увы, не хватило, и без каких-либо проблем довел эту троицу до «Элегии».

Следующие минут сорок-сорок пять тупо убивал время — сидел в кресле в общем зале, лениво проглядывал журналы, которыми был завален стильный журнальный столик, прислушивался к взрывам хохота, доносившимся из семейной примерочной, и тщетно пытался унять пробудившуюся фантазию. После того, как страшно довольные дамы закончили затариваться бельем и купальниками, вернулись ко мне и дали понять, что полностью удовлетворены набегом на этот конкретный магазинчик, оплатил как бы не целый кубометр их «добычи». Потом назвал девушке-консультанту номер парковочного места, чтобы наше добро доставили в соответствующий шкаф для покупок, и вместе с дамами выдвинулся к выходу.

«Великого Мага Льда» почувствовал в тот момент, когда перешагивал через порог. Потом услышал восхищенный свист, почти бездумно выставил воздушнуюстенуна пути «снежного заряда», подхваченного чужимпорывоми «брошенного» к моим спутницам, активировалэмпатиюи разозлился. Так как «прочитал» эмоции этого, «Великого». А он, ничтоже сумняшеся, врезал по препятствию «слоеным»кулакоми… хм… наобещал всякого-разного.

Я тоже постучал. Головой наглеца по идеально отполированному полу. Потом «развеял»кокон, которым манипулировал тушкой, и ушел врывок. А через долю секунды приложился к падающему телу подъемом правой стопы, подождал, пока оно закончит кувыркаться, снова возник

— Вы имели глупость потянуться к моим спутницам, так что я, боярин Олег Леонидович Беклемишев, в своем праве. К сожалению, я не могу вызвать вас на дуэль, ибо значительно сильнее, поэтому можете начинать радоваться, что обошлись малой кровью…

Обрадоваться он не успел. Так как я зафиксировал фрагментомкоконаего голову, верхнюю часть корпуса и руки, заставил открыть рот, вырезал языктычковым ножоми попросил Аню исцелить рану. А после того, как Великий Маг проорался, недобро ощерился:

— Кстати, сочтете мою реакцию на прозвучавшие оскорбления слишком уж жесткой — добейтесь разрешения на объявление межродовой войны: я не удовлетворен вашим наказанием, так что с удовольствием закончу начатое. На этом у меня все. Счастливо оставаться…

…Как только матушка и ее подельницы пробежались по большому залу салона элитной одежды, выбрали по три-четыре костюмчика и величественно ушли в примерочную, я начал настраиваться на «продолжение банкета». Так как понимал, что перешел дорогу очередному дворянскому роду, а значит, буду вынужден поставить на место еще и его главу. Вот и отслеживал любую активность в области контроля в самом параноидальном режиме из всех возможных. Изменения в поведении свободных девушек-консультанток засек практически мгновенно. Но «прочитать» их эмоции не смог — эта стайка стояла и что-то обсуждала за пределами зоны покрытияэмпатии. Так что я мысленно вздохнул и продолжил чтение. А через несколько минут, ощутив приближение Одаренной последних уровней второго ранга, лениво посмотрел в нужном направлении, оглядел поднос с о-о-очень большим бокалом свежевыжатого апельсинового сока, который, кстати, не заказывал, подождал еще чуть-чуть и почувствовал сумасшедший коктейль из разноплановых эмоций — гордость, острое любопытство, постепенно разгорающееся желание, неуверенность в себе, тихое злорадство, робкое предвкушение и что-то там еще.

Само собой, заметил и декольте, открывавшее грудь по краешки ареол, частью сознания признал, что и бюст выглядит весьма достойно, и улыбка у его хозяйки красивая, а затем невольно подобрался. Так как девушка уверенно обратилась ко мне по имени-отчеству, хотя, вне всякого сомнения, видела в первый раз. Впрочем, о вежестве не забыл. Поэтому искренне поблагодарил за комплимент от заведения — хотя находился не в ресторане — прочитал имя на бирке и дал волю любопытству:

— Светлана, скажите, пожалуйста, а разве я вам представлялся?

Консультантка расстроено вздохнула. Вероятнее всего, желая привлечь внимание к волнительно колыхнувшемуся бюсту. Но лгать не стала:

— К сожалению, нет — я работаю тут всего пятый день и не имела чести с вами познакомиться. Но нам только что пришло уведомление от начальника смены СБ с вашей фотографией, мини-досье и требованием быть максимально предупредительными. Кстати, судя по тому, что перед салоном прогуливается все больше и больше посетителей, о вашем визите в наш ТРЦ предупреждают всех подряд.

— Как я понимаю, прогуливаются одни мужчины? — на всякий случай уточнил я и заставил консультантку улыбнуться снова:

— Ну да. Но нашествие девушек и превращение нашего салона в подиум для проведения конкурсов красоты не за горами…

Предсказание Светланы начало сбываться буквально через пару минут — в салон начали заходить аристократки на любой вкус. И подбирать что-нибудь подходящее в поле моего зрения. По большому счету, если вынести за скобки разницу в возрасте не в мою пользу, то заинтересоваться можно было каждой. Но я слегка позалипал только на брюнетку в темно-зеленом шелковом платье

и блондиночку в белой рубашке, не по сезону короткой юбке и с непонятной хренью на шее

— у первой было спокойное лицо, а в эмоциях чувствовались «отстраненное» любопытство и уважение, а вторая заинтересовала на редкость корявой пластикой и отрицательным уровнем артистизма.

Кстати, позволять кому бы то ни было переходить к основной фазе моего охмурения я не собирался. Поэтому описал наклевывающиеся перспективы в семейный канал «Паутинки». А через несколько мгновений отследил маневр брюнетки, «решившей пройти мимо», и услышал совет, озвученный тихим шепотом:

— Бегите. Или вызывайте помощь: вас вот-вот начнет охмурять Юлия Люшина, честно заслужившая говорящее прозвище Прилипала…

Я чувствовал искреннее сочувствие без «примесей» типа желания убрать конкурентку, поэтому так же тихо поблагодарил за подсказку, засек «силуэт», направившийся в мою сторону, сравнил плотность егопокровас плотностьюпокрова«советчицы» и мысленно хмыкнул: брюнетка ощущалась уверенным восемьдесят восьмым уровнем, а значит, вкладывалась в свое усиление очень и очень добросовестно, а «Прилипала» была двадцать третьей, что выглядело крайне несерьезно. Когда госпожа Люшина царственно вплыла в поле моего зрения, потянулась к какой-то шмотке и обратила на меня свое высочайшее внимание, мазнул равнодушным взглядом по ее лицу и мысленно отметил, что эта рыжеволосая стервочка наверняка избалована до изумления. И постарался отрешиться от ее эмоций. Чтобы не послать самоуверенную суку в известном направлении.

Слава богу, в этот момент подоспела помощь: мимо Рыжей, решившей, что мой взгляд на нее — достаточный предлог для начала охмурения, тяжелым танком прорыва прошла Наташа, фантастически пластично села на мое колено и поделилась «проблемой века»:

— Кажется, в «Гром» мы пересели напрасно: в его багажный отсек наши сегодняшние покупки не влезут!

— Мелочи… — отмахнулся я. — Заскочим сюда на «Икаре». Или вызовем из усадьбы «Исеть».

— О-о-о, значит, мы можем повеселиться и в магазине обуви?

— А разве я когда-нибудь вам это запрещал?

— Нет… — признала эта актриса. — Но в нас, бывает, просыпается совесть. Кстати, о совести: мы переиграли планы на оставшуюся часть вечера, так что готовься сразу к нескольким приятным сюрпризам…

…Знакомиться с парнем, на колене которого уже сидела другая девушка, Рыжая не рискнула. По моим ощущениям, только из-за того, что не захотела выглядеть дурой в глазах толпы «конкуренток». Поэтому я спокойно дождался возвращения матушки и Ани, оплатил очередную гору покупок и спустил дам в гараж. По их же настоятельной просьбе.

Там помог им забраться в салон, аккуратно переложил всю «добычу» из шкафчика в багажный отсек, сел за руль, завел двигатель и в сердцах шлепнул себя по лбу.

— Это не твоя зона ответственности… — заявила Наталья, приложилась к пострадавшей части моей тушкиисцелениеми сыто мурлыкнула: — Это моя зона ответственности. Поэтому Ярославу Федоровичу позвонила я. В общем, отдельный кабинет забронирован и ждет.

— Вот это, я понимаю, личная помощница! — ехидно хохотнула матушка с заднего сидения. — Читает мысли любимого господина…

— … в данном случае правильно интерпретировала его попытку пробить собственныйпокров… — «справедливости ради» уточнила Аня и улыбнулась одними

— Как бы там ни было, специалистов такого уровня надо носить на руках! — продолжила моя родительница, «Природница» наставительно подняла вверх указательный палец, а я рассмеялся, назвал их болтушками и сорвал машину с места.

Да, как только вырулил из гаража и обнаружил, что снаружи все так же метет, был вынужден задавить желание погонять и врубил иллюминацию, но хорошее настроение никуда не делось. Поэтому я придрался к очередному провокационному утверждению Старшей Хозяйки Рода и спровоцировал тот самый «срыв», который когда-то превращал обычные застольные беседы в веселые и чертовски приятные пикировки. Результат не заставил себя ждать — матушка радостно огрызнулась и «в разы ускорила время». Благодаря чему время схлопнулось в точку, и переезда до «Сибарита» мы не заметили.

Кстати, ржать перестали только после того, как я припарковался, нехотя посерьезнели, выбрались из внедорожника, прокатились на знакомом лифте и попали в цепкие лапки настоящего администратора.

Он меня узнал, поэтому радостно заулыбался, уважительно поклонился, вежливо поздоровался, от имени и по поручению главы рода поблагодарил за визит в их ресторан, шустренько выбежал из-за стойки, завел в большой зал и потопал в сторону кабинетов.

Я, как обычно, «огляделся» чувством Воздуха, «привязал» три самых плотныхпокровак их хозяевам, навелся на хозяина следующего, семьдесят четвертого, обнаружил, что так раскачалась чертовски интересная девушка на пару лет постарше меня, оценил покрой ее вечернего платья и красоту левой голени, выглядывавшей из-под скатерти, а затем вдумался в еле слышный шепот матушки и страшно обломался:

— Особа в красном платье — Маргарита ПавловнаСоловьева,

а мужчина, сидящий напротив — ее папаша. Да, они изучают какие-то документы, а значит, заняты, но это ничего не меняет: мы обязаны подойти и засвидетельствовать почтение, поблагодарить за приглашение сесть за их стол, которое наверняка прозвучит, и ответить тем же самым. Так как ужинать в отдельном кабинете престижнее…

— Отец — Павел Владиславович, верно? — мысленно вздохнув, на всякий случай спросил я, получил односложный утвердительный ответ, «послушал» эмоции своих дам, не нашел в них даже намека на то, что Соловьевы появились в «Сибарите» не случайно, задвинул куда подальше раздражение и попросил администратора не торопиться. Потом коротко объяснил ситуацию, сменил курс, подошел к Соловьевым и поздоровался…

«Обязательная программа» начала бесить с первых же мгновений — при виде нас Павел Владиславович мгновенно поднялся с кресла, расплылся в счастливой улыбке и так радостно поздоровался, что привлек к нам внимание всего зала. Пока представлял мне и Наташе дочку, а ей — нас, несколько раз назвал меня по имени-отчеству и пробудил нездоровый интерес как минимум у четырех групп аристократов, отдыхавших за соседними столиками. А потом, конечно же, пригласил нас за свой. К слову, не забыв заявить, что с делами они уже закончили, а значит, мы не помешаем.

Не озвучить ответное приглашение наследнику главы союзного рода, да еще и в присутствии целого зала зрителей, стало бы самым настоящим социальным самоубийством, поэтому я произнес нужные слова и сделал вид, что был рад услышать согласие.

Пока перебирались в кабинет, читал инструкции, которые мама то и дело роняла в семейный канал. Так что правильно разыграл стандартную ситуацию и, продемонстрировав еще толику уважения к Соловьевым, «помог» им занять места на противоположном конце стола, сервированного на восемь персон. И, тем самым, не оставил Павлу Владиславовичу ни единого шанса усадить дочку рядом со мной.

Следующие несколько минут нам было не до общения — в помещение то и дело забегали официанты со всем тем, что «было забыто» Соловьевыми на месте предыдущей дислокации. Так что наша часть компании потратила это время на изучение меню и озвучивание заказов. Увы, в какой-то момент весь лишний народ как ветром сдуло, и отец «ангелочка» гордо поделился с нами «семейным секретом»:

— Позавчера утром Рита прорвалась в седьмой ранг, наведалась в краевое управление ИСБ, обновила данные в личном идентификаторе, стала первой Одаренной этого уровня в нашем роду и, тем самым, выиграла у меня давний спор. Поэтому я был вынужден выполнить оба заранее оговоренных условия — разрешить ей переехать в Белоярск и приобрести небольшой особнячок. Так что моя девочка, можно сказать, вырвалась из-под родительского гнета и вот-вот переселится в свой первый собственный дом.

«Не удивлюсь, если окажется, что особнячок ей прикупили на Лесной…»— написала в семейный канал матушка и следом за мной поздравила Маргариту с прорывом, победой в споре и обретением самостоятельности.

Пока по этим же поводам высказывались Наташа с Аней, я анализировал эмоции Соловьевой и пришел к выводу, что моя родительница, скорее всего, угадала. А потом заговорила Маргарита Павловна, и мое настроение поползло вниз:

— Большое спасибо за теплые поздравления — мне приятно, что вы, самые сильные Одаренные планеты, не кичитесь своими способностями, искренне уважаете тех, кто слабее, вкладываете в свое развитие всю душу без остатка, и продолжаете видеть в нас, Соловьевых, верных союзников. Поэтому буду счастлива, если вы, Олег Леонидович, прилетите на молодежную вечеринку по случаю моего новоселья. И еще: я понимаю, что свободного времени у вас, главы единственного боярского рода Российской Империи, очень немного, так что готова назначить это мероприятие на дату, удобную вам…

Глава 19

15 января 997 г. от ВР.

…Моя уверенность в том, что связать особняк на Лесной и логово Ррыга легче легкого, накрылась медным тазом во время первого же эксперимента. Нет, структура сформировалась с полпинка и соединила обе нужные точки, а полутораметровое «зеркало» послушно уменьшилось в размерах. Но второй и последний этап «проекта» — подключение накопителя — я не потянул. Хотя пытался добросовестнее некуда… в течение пяти с половиной часов! Почему? А черт его знает: я попробовал «врезаться» практически во все сколь-либо значимые элементы структуры, менял стихии порталов и спрашивал совета у мишки, но без толку — энергия в «зеркало» не вливалась от слова «вообще»!

Расстроился — жуть. Поэтому в усадьбу вернулся хмурым, как грозовая туча, и «отправил» Аню готовиться к обеду. А сам умотал в ванную, разделся, вошел в душевую кабинку, врубил горячий «ливень», уперся лбом в стенку и выпал из реальности.

Грелся минут двадцать, если не больше. После того, как почувствовал вибрацию часов, заставил себя прервать процесс, высушил волосы и тушку, оделся, доплелся до общего коридора, дождался дам и первым вошел в большую гостиную. Во время трапезы старательно вдумывался в рассказы Вари и Вали о результатах возни с новой подопечной, выяснял у

А с пятнадцати до шестнадцати ноль-ноль отвлекался в спортзале — усиливал АУ-шкой «молодежь», помогал доводить до ума парные боевые связки с атаками в противофазе и, конечно же, проверил, смогли ли ребята и девчата освоить ктоневидимость, а ктомимикрию.

Увы, стоило отпустить всю эту шайку-лейку заниматься своими делами, как недовольство собой-любимым перескочило на новый уровень. Вот мама меня и спалила — возникла рядом, «взяла в захват» и потребовала колоться.

Я невольно вздохнул, врубил «глушилку» и начал рассказывать. Во всех подробностях. А предложении на пятом или шестом почувствовал, что Наташа развеселилась, поймал ее взгляд и вопросительно мотнул головой.

«Природница» проявила великодушие — не назвала меня ни придурком, ни клиническим идиотом. Хотя я честно заслужил оба диагноза:

— Мне кажется, что перед подключением накопителя стоило вытянуть из портала часть энергии. Тогда ты бы почувствовал ее отток, сообразил, в какой фрагмент структуры надо «врезаться», и, в конце концов, подобрал нужный режим.

Я в сердцах шлепнул себя по лбу, и матушка весело хихикнула:

— Все верно: раз, по вашим же словам, искусственные порталы «жрут» очень и очень немного, значит, ты вливал энергию в структуру, в которой ее было под завязку! Красавец, чё…

— Спасибо, солнце! — поблагодарил я подругу, открыл «зеркало» и сразу же закрыл:

— Так, мы с Аней — к Ррыгу. Но не отсюда, а из кабинета. А чем займетесь вы?

Тут родительница посерьезнела:

— Пурга начинает стихать. Поэтому мы с твоей напарницей быстренько переоформим доставку покупок на сегодняшний вечер, улетим на Лесную, встретим грузовики, организуем выгрузку и, если успеем, то вызовем мастеров и проконтролируем создание врезки в систему водоснабжения подвала.

— Одних не отпущу… — хмуро буркнул я.

— Одни не полетим… — парировала она, возникла слева-сбоку, растрепала мне волосы и добавила: — Припашу чету Дежневых. А там, в Белоярске, отпущу прокатиться по магазинам. Чтобы вы, освободившись, смогли составить нам компанию.

Этот вариант развития событий показался мне достаточно безопасным. Поэтому я согласно кивнул, поднял дам в кабинет, переадресовал вызовы с часов на телефон, лежащий под «сетевой няней», сформировал «зеркало» на пляж перед логовом мишки-артефактора и пропустил вперед Целительницу.

Следующие часа полтора наслаждался творчеством — достаточно быстро определился, к какому фрагменту структуры искусственного портала должен подключаться накопитель, эдак минут за тридцать-тридцать пять разобрался в принципе создания… хм… энерговода, попытки с четвертой объяснил Ррыгу, как выглядит нужный «завиток» в пространстве, выделил крупный муассанит, дождался его превращения в «батарейку» и все-таки сварганил стационарную «дырку» в подвал особнячка на Лесной. Правда, после ходовых испытаний временно отключил питание — чтобы обрезок пластиковой трубы, ведущий «в никуда», не привлек внимания сантехников — принял поздравления от верных помощников и… задал мишке вопрос, мелькнувший на краю сознания:

— Слушай, Ррыг, а к вам когда-нибудь открывались порталы из миров со зверьем, которое вам не по зубам?

Он изобразил жест, соответствующий нашему подтверждающему кивку, и бездумно потер левое предплечье:

— Нечасто, но вторгается: семь оборотов тому назад портал в такой мир появился недалеко от Варгхейма и выпустил к нам всего четыре зверя. Если бы не артефактная защита городской стены, они вырезали бы весь клан. А так мы выжили. Потеряв почти половину клановой дружины и четыре рабочих поселка.

— А насколько мощными были посмертные импульсы этих тварей?

Он зябко поежился:

— Не получи я тяжелейшее ранение задолго до убийства первого, пережег бы себе энергетику…

— Понял… — кивнул я и перешел к самому главному: — А координаты этого и других подобных миров ваши маги Пространства случайно не сохраняют?

— Сохраняют. Но твоими стараниями ни в Варгхейме, ни в Нильхейме магов Пространства больше нет.

— Зато они имеются в других крупных кланах, верно? — усмехнулся я и озадачил мишку по полной программе: — Мне нужна информация о как можно большем количестве «смежных» миров. По логике, она должна быть у магов Пространства самых влиятельных кланов вашего мира. Так что колись, в какой город нам надо наведаться. И подумай вот о чем: может, тебе стоит поискать себе по-настоящему толковую самку именно там? Ведь крупный город — это, кроме всего прочего, и большие возможности…

…Набрав необходимый объем знаний о ближайших крупных городах мишек, я поблагодарил артефактора за рассказ, выяснил, как обстоят дела с выемкой «лишней» скалы, и решил оказать гуманитарную помощь. Поэтому попросил Аню постоять на берегу, а сам поднялся в пещеру, прошел по узкому коридору в «каменоломню», огляделся и… вывесил временный стационарный портал на пляж. Чтобы «вынести за скобки» самую муторную часть процесса — транспортировку ненужной породы наружу.

Потапыч оперся на передние лапы и рассыпался в благодарностях,

а я посмотрел на часы, пришел к выводу, что торопиться нам некуда, вызвал к себе Целительницу и заявил, что хочу помочь Ррыгу с расширением логова. «Прочитав» ее эмоции, мысленно назвал красоткой, выслушал встречное предложение и отрицательно помотал головой:

— Нет, таскать тяжести ты не будешь: я хочу поручить тебе манипуляции Воздухом — сбор и выдувание из помещения пыли.

Она видела, как я работаю с камнем, поэтому недоуменно нахмурилась. Но как только мишка врубился в дальнюю стенку, поняла, что его заклинания «грубее» моих, и без лишних слов изобразила магический вентилятор. Так что я со спокойным сердцем последовал примеру артефактора и изображал раба… аж до появления перед носом «зеркальца» Натальи. Зато, наткнувшись на него взглядом, прервал работу, сделал шаг назад, огляделся и решил, что ванную комнату мы отгрохали о-го-го. Потом уставился на личико напарницы, как раз высунувшейся на нашу сторону, выслушал лаконичный доклад и похвалил их с матушкой:

— Красотки! Я вами горжусь…

— А собой, Аней и Ррыгом? — ехидно поинтересовалась напарница.

— Нами — тоже: мы довели до ума технологию создания стационарных порталов, нарыли кучу чрезвычайно важной информации и вырезали в логове две новые комнаты. Так что сейчас объединенными усилиями перетащим в будущую кухню инструменты, потолочные, настенные и напольные панели, инструменты и расходники, покажем Ррыгу обучающие ролики и поможем начать. А поужинаем уже потом. Ибо жрать хочется, как из пушки.

— Боюсь, что твои планы придется переиграть… — мрачно вздохнула «Природница»: — На твой телефон звонила Ульяна Урусова и сообщила, что ее дед только что прилетел из Владимира и, вроде как, решил поблагодарить тебя за спасение родни от охреневшего Приручителя не завтра, а сегодня.

Я закатил глаза к потолку, мысленно помянул Матвея Григорьевича ни

— Что ж, раз он припрется к нам сегодня, значит, вылетайте в усадьбу прямо сейчас. А мы быстренько укрепим пол, стены и потолок этой комнаты, поставим Ррыгу новые боевые задачи, вернемся домой и попросим Жарову накрыть на стол к вашему прибытию…

Укрепили, вернулись, попросили. Потом быстренько ополоснулись, как следует высушили волосы и тушки, оделись и рванули к ангарам. Встречать подлетающий «Икар». В этот-то момент отец Ульяны и позвонил — вежливо поздоровался, извинился за то, что беспокоит в воскресенье вечером, спросил, удобно ли мне говорить, выслушал ответ и попросил разрешения передать трубку главе рода. Все остальное мы обсудили с Матвеем Григорьевичем. И договорились до приглашения оного на ужин…

Урусовы прибыли в гости втроем — глава рода, его наследник и Ульяна в роли любимой внучки. Прилет последней не удивил — мы с матушкой были уверены в том, что старый пройдоха не сможет не разыграть эту карту и, увы, не ошиблись. Впрочем, расстроиться не расстроились — встретили Урусовых перед задней дверью особняка, подняли в большую гостиную второго этажа, усадили за стол, правильно сервированный Марией Тарасовной, и ответили на немой вопрос «патриарха». Вернее, ответил. Я:

— Ага, ваша догадка верна — фрукты и ягоды, лежащие в вазе, выращены из семян и отводков растений из других миров, прошли всевозможные тесты в научно-исследовательском центре питания и биотехнологий, официально признаны абсолютно безопасными для человека и гарантированно доставят гастрономическое удовольствие.

— Вы продолжаете удивлять… — пробормотал Урусов-старший и сразу же «исправился»: — Впрочем, вы постоянно раздвигаете горизонты доступного, так что я весь в предвкушении.

Следующие полчаса прошли, если можно так выразиться, в стандартном режиме — гости отдавали должное талантам моей экономки, вели неспешную застольную беседу и изредка радовали нас комплиментами разной степени завуалированности. После третьей перемены блюд перепробовали иномирные фрукты и ягоды, заявили, что в восторге, и дали понять, что с удовольствием приобретут черенки, отводки и семена. «Само собой, в том случае, если я сочту возможным выставить их на продажу».

— Выставлять их на продажу я однозначно не буду… — честно ответил я. — Ибо не торговец по натуре и не нуждаюсь от слова «вообще». Тем не менее, уже распорядился подготовить небольшой контейнер со всем необходимым для выращивания всех четырнадцати безопасных видов растений… в подарок к совершеннолетию вашей внучки — я дружу с ней отнюдь не на словах и знаю, что этот подарок по-настоящему порадует.

В эмоциях Матвея Григорьевича появилось удовлетворение с не самым приятным оттенком. Но я подозревал, что так оно и будет, поэтому вслушался в слова благодарности, принял официальное приглашение на прием по случаю празднования дня рождения Ульяны, подождал, пока Мария Матвеевна уберет со стола ненужную посуду и принесет свежеиспеченный пирог с иномирными ягодами, поблагодарил за заботу и отпустил заниматься своими делами. Тут-то Урусов-старший и развернулся.

Для начала сообщил, что всю субботу проторчал в военном госпитале, в который положили его родичей, пострадавших от воздействия Приручителя, поделился самыми последними диагнозами — к слову, ничем не отличавшимися от походя поставленных Ниной — и рассказал, в каком подавленном состоянии пребывают «жертвы». Потом заявил, что, по его сведениям, Андрей Ильич уже лишен Дара и, вроде как, гарантированно загремит на каторгу. Причем не на год-два или десять-пятнадцать, а пожизненно. А после того, как закончил, очень подробно описал, от чего именно мы уберегли его, его наследника и род, выдержал торжественную паузу и выложил на столешницу информационный накопитель:

— Я — человек благодарный. Поэтому от всей души дарю вам небольшой коттедж в Крыму, в закрытом поселке «Жемчужина», и искренне надеюсь на то, что отдых в этом благословенном месте доставит вам море удовольствия…

Не принять этот подарок я не смог. Из-за того, что старый и чертовски опытный интриган

разыграл свою партию, как по нотам, и загнал меня в угол с одним-единственным выходом. Пришлось толкать ответную речь и убирать накопитель с правоустанавливающими документами в карман пиджака. Зато через несколько минут после этого фиаско я изыскал возможность утонченно отомстить — воспользовался тем, что Игорь Матвеевич заговорил о подготовке к празднованию совершеннолетия дочери, и в нужный момент «искренне посочувствовал»:

— Вы забыли добавить, что все необходимое доставляется из Белоярска по дороге, периодически заваливаемой снегом. Что часть родичей, живших в вашей усадьбе, вынужденно убыла под Владимир. И что зверье из порталов прет с той же частотой, что и прежде. А это меняет все. Впрочем, только для нас, живущих рядом с глухой тайгой. Зато Павел Владиславович Соловьев, не далее, как вчера вечером пригласивший меня на молодежную вечеринку по случаю новоселья дочери, напрягается значительно меньше. Так как подарил ей особнячок в куда более спокойном Левобережье, расположенном в шаговой доступности и к центру города, и к магазинам, и к ресторанам, и к родовому поместью Соловьевых…

Урусов-старший умел держать и лицо, и удары. Но я «читал» его эмоции с помощьюэмпатии, так что знал, насколько сильно его обломала эта новость. Поэтому мысленно хохотнул и собрался, было, съехать на нейтральную тему, но с этим делом прекрасно справилась матушка:

— Соловьевы — убежденные горожане. А ты вырос в тайге и ни за что на свете не согласишься переселиться из этой глухомани даже во Владимир. Ведь тут ты живешь, что называется, «на лезвии боевого ножа», а там зачахнешь от скуки.

— Ну да, зачахну… — покладисто согласился я, заметил в глазах Ульяны смешинки и вопросительно мотнул головой.

Девчонка лукаво прищурилась и подколола:

— Ваш род и скука существуют в разных плоскостях бытия — сегодня вы уничтожаете иномирное зверье тут, в Белоярском крае, завтра рвете глотки разумным медведям под Норильском, послезавтра закатываете в галечные пляжи ящеров в Турецком Султанате, а это чувство не уживается с настолько деятельными личностями, как вы! Кстати, я тут вычитала забавную статейку какого-то турецкого журналиста и получила море удовольствия от бредятины, которую он нес: по его словам, вы планировали попроситься под руку Ахмеду Четвертому, принять мусульманство и начать тренировать элитную тысячу мамелюков, но вас заставили вернуться в Российскую Империю и закрыли вам выезд за границу!

Я рассмеялся и почти придумал забавное подтверждение, но матушка и тут оказалась шустрее:

— На самом деле все было еще забавнее: Олега попытались «купить» во время награждения. Но он — патриот до мозга костей. Поэтому предупредил, что орден Полумесяца, так и быть, примет. Ибо эта награда не накладывает на ее кавалеров абсолютно никаких обязательств перед

Турков, ящеров и наши «геройства» пообсуждали еще несколько минут, а потом Матвей Григорьевич посмотрел на часы, поймал мой взгляд, заявил, что им, пожалуй, уже пора, и поднялся из-за стола.

Я мысленно согласился, проводил гостей сначала к их верхней одежде, а потом к квадрокоптеру, выслушал еще одну благодарственную речь — за контейнер с семенами, отводками и черенками, уже переданный пилоту моими людьми — пожелал Урусовым всего хорошего и прикрыл своих дамкуполом. А после того, как борт взлетел и ушел на юго-запад, повернулся к ним и задал вопрос на засыпку:

— Ну что, готовы немного поработать на благо Ррыга, или как?

Глава 20

16 января 997 г. от ВР.

…Гуманитарную помощь Ррыгу оказывали до половины шестого утра по времени Белоярска. Да, вымотались, но настроения это не испортило. Ведь, нашими стараниями, артефактор научился уверенно пользоваться почти всеми инструментами, которые мы натащили в его логово, разобрался в принципе использования всевозможных крепежей, собрал четверть навесного потолка в будущей кухне, «поднял» несколько квадратных метров стенных панелей и «застелил» приличный кусок пола. И пусть всю проводку прокинул я — благо, не забыл науку батюшки, максимально упростил доступ к каждой «плети» проводов и не перегибал с количеством розеток — но процесс преображения пещеры радовал до невозможности.

Увы, планы на наступивший понедельник никто не отменял, так что за полчаса до общего подъема мы пожелали мишке всего хорошего, перебрались в тайник и занялись делом посерьезнее — Наташа открыла универсальный портал над крышей усадьбы и «потащила» крошечное «зеркальце» в тайгу на поиски подходящего места для проведения следственного эксперимента, я постелил на пол сразу два мата, «выглянул» на равнину, на которой мы не так давно уничтожали бизонов, и поднял в небо первый дрон, а матушка с Аней отправили следом еще два.

Естественно, первой отстрелялась моя напарница — нашла небольшую полянку, к которой можно было подъехать по редколесью, в каких-то трехстах пятидесяти метрах от нашего особняка, определилась с местом вывешивания стационарного портала и доложила, что у нее все готово. Мы же промучились до начала седьмого — огромнейшее стадо, поедавшее растительность в режиме особо мощных газонокосилок, успело откочевать километров на шестнадцать-семнадцать.

Зато потом я «привязался» к приметному валуну на картинке с камеры «птички», открыл портал, в кои-то веки активировалневидимость, перебрался на ту сторону в компании Целительницы, «спрятавшейся» под тем же заклинанием, и затолкал под каменюгу накопитель, созданный Ррыгом по моему заказу.

«Зеркало», ведущее в тайник, закрыл сразу после того, как выпрямился и дотронулся до руки матушки, дожидавшейся этого касания. Потом выждал пятнадцать секунд, «потянулся» к лицу Натальи, которая должна была успеть «выглянуть» подмимикриейна ту полянку, и создал зеленый стационарный портал диаметром под два с половиной метра. Хотя нет, не так: я начал его создавать. А потом к процессу подключилась напарница и помогла растянуть «зеркало» до требуемого размера.

Накопитель «подключился» к нужному фрагменту структуры быстрее, чем я рассчитывал. Поэтому мы со спокойным сердцем приступили к самому последнему этапу подготовки к следственному эксперименту — перегнали в саванну два квадроцикла и… до смерти задолбались отбивать от стада, подводить к плоскости перехода на Землю и «проталкивать» в зимнюю тайгу на редкость непонятливых, упрямых и своевольных бизонов.

Слава богу, в какой-то момент была решена и эта задача, поэтому мы с Аней вернули машинки в гараж, через очередной портал, открытый Наташей, перешли в усадьбу, подключились к общему каналу «Паутинки» и поняли, что наши дроноводы едят свой хлеб не зря: народ вовсю обсуждал появление знакомых животинок… а в моей «личке» висело два запроса на подключение.

Принял. Выслушал приветствие и доклад командира дежурной смены. И озвучил «принятое решение»:

— Доброе утро, Роман Александрович. Оставляйте по одному дроноводу и одному дежурному на каждом объекте, а всех остальных Одаренных, кроме Иришки Глотовой, гоните собираться на Большую Охоту. В портал уходим посменно. Первой, конечно же, тревожная группа усадьбы под моим личным руководством. Сбор в гараже — через десять минут. Время пошло…

Народ, разобравшийся в алгоритме проведения Больших Охот еще в тот раз, включился в работу без раскачки — к моменту выезда тревожной группы в гараж подтянулись и бойцы дежурной смены, и вся «молодежь». Поэтому я увел на ту сторону не одиннадцать человек, «как собирался», а двадцать шесть. Само собой, предельно добросовестно прикрыв колонну техники от спутников и проконтролировав соблюдение всех мер предосторожности. На той стороне понаблюдал за скоростным развертыванием оборудования в точке выхода, дождался синхронизации наших «Паутинок» с основной «базой», сообщил исполняющему обязанности дежурного по моим владениям, что мы начинаем, и спустил родню с поводков…

…Три часа десять минут, выделенные мною на Большую Охоту, прошли сверхпродуктивно. Хотя нет, не так: весь народ, кроме матушки, Наташи, Ани и меня, взял по три уровня; все, кроме нас четверых, «молодежи» и Бажова-младшего, наконец, прорвались в десятый ранг, а Юрка взял восьмидесятый уровень. Так что на Землю я вернулся довольным до невозможности, отпустил родню заниматься своими делами, поднялся к себе, ополоснулся, надел домашнее шмотье, перебрался в кабинет и, дождавшись прихода своих дам, усилил на три уровня и нас. А после того, как влил полученную энергию в кластеры Пространства и «вернулся в реальность», поймал взгляд напарницы и заявил, что, по моим ощущениям, мы с ней на пару «потянем» создание полноценного стационарного «голубого» портала.

— Мне тоже так кажется… — мурлыкнула она, на несколько мгновений расфокусировала взгляд и сообщила, что Мария Тарасовна приглашает нас на завтрак.

Тут мы заторопились, так как жрать хотелось со страшной силой — по очереди переместилисьрывкамик двери, вышли в общий коридор и потопали в большую гостиную.

Трапеза прошла в расширенном составе — матушка сочла необходимым провести первое практическое занятие по застольному этикету Леше и Игнату, так что парням пришлось поднапрячься. Впрочем, на этом этапе наработки новых привычек она к этой парочке, можно сказать, и не придиралась, так что «занятие» прошло без треволнений и позволило насладиться вкусом воистину божественных блинчиков с красной икрой. Увы, стоило Жаровой подать чай, как мне позвонил Анциферов,

Характерный звуковой фон на втором плане ответил на большую часть напрашивавшихся вопросов, поэтому я задал один-единственный, выслушал ответ, сказал, что уже выдвигаюсь к посадочной площадке, встал из-за стола и в сопровождении Натальи вышел в коридор.

Борт генерала приземлился точно через четыре минуты, а еще через две-три я спустил Григория Денисовича в бункер, врубил «глушилку», сел в свое любимое кресло и превратился в слух.

«Ведун» протянул мне информационный накопитель и перешел к делу:

— Тут — вся сколь-либо значимая информация, полученная от пленных ящеров к этому часу, и новая прошивка к вашему портативному переводчику. На всякий случай.

— Судя по тому, что вы расстроены, эти твари не умеют защищаться от воздействий Приручителей, верно? — спросил я, разобравшись в мешанине его чувств.

— Верно… — мрачно буркнул он и разговорился. Хотя предупредил, что очень торопится, сразу после высадки из вертушки: — В их мире Приручителей боятся, как огня, поэтому законодательно запретили обретение этого Дара и уничтожают тех, кто его обрел, как бешеных собак. Мало того, после одной из особо кровавых попыток государственног переворота, устроенной вроде как чрезвычайно сильным Приручителем, создали отдельное ведомство, которое осуществляет неусыпный контроль за юными Одаренными — собирает их в специальные лагеря, на протяжении двенадцати-пятнадцати дней всесторонне проверяет и нещадно вырезает потенциальныхмагов разумадаже из пометов особо влиятельных старейшин.

«По сути, та же хрень, что и у разумных мишек…» — мысленно вздохнул я, поинтересовался, что у земноводных с артефакторикой, «прочитал» общий ответ в эмоциях генерала и выслушал лаконичный вариант:

— Имеется. Вся информация — на накопителе.

Я потер подбородок и задал последний вопрос:

— Скажите, пожалуйста, а как информация о том, что ящеры уничтожают своих Приручителей, отразится на наших?

— На ВАШИХ — никак! — твердо сказал он.

— Государь непоколебимо уверен в том, что Нина Петровна и Екатерина Олеговна служат вам не за страх, а за совесть, в принципе не представляют будущего не под вашей рукой и не стремятся к власти. Вот и считает этих Одаренных своего рода стратегическим резервом государства. А всех остальных Приручителей уже берут под в разы более серьезный инструментальный контроль, чем раньше. Кроме того, уже готовятся новые, намного более жесткие редакции статей Уголовного Кодекса о преступлениях с использованием любых воздействий на разум. И, конечно же, разрабатываются новые алгоритмы аппаратной идентификации подобных воздействий, так как мы в принципе не представляем, как контролировать этот тип магов, и не готовы рисковать, вводя должности штатных Приручителей в полиции и в спецслужбах.

«Представляю, как усложнились протоколы безопасности Кремля…»— написала мне в личку Наташа и фактически повторила мои мысли. А генерал, закончивший объяснения, посмотрел на часы, со вздохом заявил, что ему пора возвращаться в Енисейск, поднялся с кресла и добродушно усмехнулся:

— Да, чуть не забыл: иномирные фрукты и ягоды, которые вы подарили государю, государыне, сестрам, брату, Янине Павловне, Анатолию Игоревичу и Петру Романовичу, произвели фурор — все дворянство Российской Империи плавится от зависти, изнывает от желания навести с вами мосты и уже начало отправлять «экспедиции» в… хм… скажем так, ближнее запорталье.

— А как поживают ваши плантации этих растений? — полюбопытствовала моя напарница.

Анциферов ехидно ухмыльнулся:

— Прекрасно: вашими стараниями мы получили финансирование еще и по этой статье, так что через месяц-полтора наладим постоянные поставки в Кремль. Но об этом знает всего несколько человек. Поэтому МЕНЯ никто не затерроризирует…

…После отлета Григория Денисовича я собрался, было, реализовать еще одну чертовски интересную идейку, но обломался — не успели мы вернуться к особняку, мне сообщили, что к дальнему КПП подкатил кортеж главы рода Муратовых, и Константин Николаевич просит уделить ему несколько минут для решения проблемного вопроса.

Фамилия, озвученная командиром дежурной смены, не вызывала у меня абсолютно никаких ассоциаций, поэтому я распорядился выяснить, о каком проблемном вопросе идет речь, немного подождал и вдумался в ответ:

— Константин Николаевич жаждет извиниться за проступок племянника, которого вы наказали в «Ландыше», и выплатить достойную виру.

Тут я прозрел и испытал острое чувство дежавю. Как выяснилось минут через десять-двенадцать, зря: если Борис Николаевич Самойлов приехал ко мне, чтобы восстановить доброе имя рода, заляпанное его самовлюбленным внуком, то Муратов надеялся использовать идиотизм племяша, как повод для близкого знакомства с перспективным, но наивным пареньком. Поэтому начал отыгрывать роль, прописанную чрезвычайно толковыми аналитиками, еще до начала беседы. Причем изображал требуемые эмоции настолько талантливо и чисто, что, не прорежься у меняэмпатия, повелся бы с гарантией. А так дал дедку возможность разойтись, набрал материала для последующего анализа, без зазрения совести согласился принять серьезнейшую виру, озвучил формальное прощение и… развалил планы собеседника буквально парой предложений:

— Кстати, передайте, пожалуйста, племяннику, что он подложил вашему роду приличную свинью: его стараниями фамилия «Муратов» стала вызывать у меня неприятие. И я даже близко не представляю, какими поступками вашей родни можно вернуть мое отношение хотя бы к нейтральному…

Дедок пошел красными пятнами и набрал полную грудь воздуха, чтобы что-то там уточнить, но не успел — я ответил на напрашивавшийся вопрос сам:

— Я — человек дела. И никогда не нарушаю обещаний. Поэтому Тимофея Андреевича уже простил, а вас зауважал за Поступок. Но сотрудничать в чем бы то ни было не буду. Пока вы, Муратовы, не заставите о себе заговорить всю Империю. И да, разумом я понимаю, что это неприятие вызвано юношеским максимализмом. но он — часть моего «я», и от этого пока никуда не деться.

Придираться к этим тезисам однозначно не стоило, поэтому Константин Николаевич утерся. В смысле, заявил, что все понимает, выказал надежду на то, что мое отношение к его роду изменится в лучшую сторону, и дал понять, что они, Муратовы, открыты для предложений.

После чего откланялся, залез в свой лимузин и укатил… не в закат, а в ясный зимний день.

Мы с Наташей тоже не стали задерживаться у дальнего КПП — чинно вернулись к «Икару», неспешно поднялись в салон, бросили квадрокоптер в небо, вошли в оперативный канал и поблагодарили личный состав тревожной группы за подстраховку. А «Исеть» дожидаться не стали — унеслись в усадьбу, сели, загнали машину в ангар и, наконец, дотопали до особняка. Впрочем, уйти к Ррыгу не получилось и в этот раз: матушка прервала занятие с «молодежью», принеслась в кабинет, посмотрела видеозапись беседы

— Красавец! Продолжай в том же духе, и будет тебе счастье…

— Продолжу… — пообещал я, и родительница переключилась на другую тему:

— Пока ты общался с Муратовыми, мне позвонили Дашка с Танькой, Яна и Валентина Сергеевна. Державины и Волкова поблагодарили за иномирные фрукты и ягоды, пострадали из-за того, что опять оказались в фокусе всеобщей зависти, и поделились парочкой не особо важных новостей. А Белосельская прилично озадачила. Для начала сообщила, что завтра утром тебе надо будет принять у строителей Форты Северно-Западный и Северо-Восточный, и что в среду в девять ноль-ноль начнется завоз материалов под коттеджный поселок в Восточном. Затем высказала свое «фи» за то, что мы заказали второй «Икар» не через нее, и дала почувствовать разницу — борт, который обещали пригнать в Белоярск двадцатого-двадцать второго, с ее подачи можно будет забрать уже сегодня после одиннадцати вечера. А напоследок потребовала обращаться к ней за помощью почаще, «ибо не чужие». Вот я и обратилась — рассказала, что тебе подарили коттедж в поселке «Жемчужина», и призналась, что хотела бы выяснить, нет ли у этого подарка второго дна. Государыня пообещала навести справки и отключилась. А менее, чем через четверть часа позвонила снова. И довольно заявила, что моя паранойя проснулась не зря: коттедж, о котором идет речь,справедливее называть особняком; он стоит по соседству с точно таким же, нос недавних порпринадлежащим двум на редкость фигуристым девицам из рода Урусовых и… у двух этих «коттеджей»очень много общего. В частности, вся придомовая территория,огороженная достаточно высоким забором, спляжем, огромным бассейноми эллингом. А теперь слушай вопрос: продавать все это добро будем, или как?

— А зачем его продавать? — искренне удивился я. — Раз особняк находится на закрытой территории, значит, нет необходимости нанимать свою охрану, закрытый пляж и бассейн — это полное отсутствие «случайных отдыхающих», а «на редкость фигуристых девиц» в нашем роду десять из каждых десяти. Ну, и чем меня, по-твоему, смогут удивить Урусовы?

Матушка заулыбалась:

— Пожалуй, ничем. Особенно в присутствии Наташи, которая от тебя ни на шаг. Ладно, бог с ними, с Урусовыми: чем ты планируешь заняться сейчас?

— Переберусь к Ррыгу, с его помощью найду Эрмхейм — столицу самого влиятельного клана континента — развешу пару-тройкуметок, разберусь в покупательной способности их валюты и попробую узнать, где и как ее можно получить в обмен на драгоценные камни.

— Нужное дело… — заключила она и лукаво прищурилась: — Напарницами меняться будем?

— Не хотелось бы… — честно признался я и удивился реакции мамы:

— Ладно, забирай свою ненаглядную…

— И с чего это вдруг ты такая добрая? — не смог не поинтересоваться я.

Она пожала плечами и объяснилась:

— По твоим же словам, Ррыг всю ночь плавился от восторга и предвкушал еще более интересное будущее, а значит, в спину уже не ударит. Но даже будь это не так, то твояэмпатияпозволила бы почувствоватьнамерение, и вы с Наташей порвали бы Потапыча в лоскуты. Ибо параноите всегда и везде, в принципе не снимаетепокровыи сильнее аж на четыре ранга…

Глава 21

17 января 997 г. от ВР.

…На третьем часу поисков Эрмхейма я краем глаза заметил знакомый желтый отблеск и, конечно же, погнал дрон к обнаруженному порталу. Пока «птичка» пикировала к кронам густого лиственного леса, Наташа деловито открыла «зеркало» в свой оружейный ящик, заиграла видеоэндоскоп и положила рядом со мной. Поэтому я назвал ее умничкой, немного подождал, «привязался» к трухлявому пню рядом с плоскостью перехода на неизвестную планету, сформировал свой и дал команду перебираться на ту сторону. Причем и напарнице, и Ррыгу. Чтобы оценить его реакцию на возвращение на Рранд.

Ничего «криминального» в эмоциях артефактора не появилось — да, он с наслаждением вдохнул воздух родного мира и секунды три-четыре смотрел в сторону родного светила, но пускаться в бега однозначно не собирался.

Я чуть-чуть понизил градус паранойи, но убиратьметкус его тушки и не подумал — навелся на желтое «марево», качнулся вперед и остановился, как вкопанный, так как мишку накрыло настолько сильным ужасом, что у его «силуэта» подкосились задние лапы.

Ускорениеактивировалось само собой, в том же режиме «усилились» все трипокрова, а с губ сорвался логичный вопрос:

— Что случилось?

Получить ответ с первой попытки не получилось. Зато после того, как я остудил страдальцаледяным туманом, выслушал сначала невразумительный хрип, а затем безликий голос портативного переводчика:

— Тут следы двухангеров, а они — сама Смерть! Надо возвращаться к моей пещере. Прямо сейчас…

— Вернемся. Секунд через пятнадцать… — пообещал я, шагнул к порталу, врубил видеоэндоскоп, ввел в желтое марево и покрутил в разные стороны. А через несколько мгновений «углубил»ускорениедо предела, «подмял» все стихии на половине восьмого от себя и «сгустил» Воздух. Но два «внезапно оживших и рванувших к нам дерева» это только замедлило. Слегка. Что при наличиирывковчудовищной длины не обрадовало от слова «совсем».

Паниковать я, естественно, и не подумал — дождался появленияангеровв просвете между стволами «настоящих» деревьев,

и шарахнул боевой связкой изластикаисдвига. Естественно, со всей дури, так как успел оценить плотностьпокроваэтой твари и мысленно присвоил ей пятнадцатый класс опасности.

Связка прошла… хреновенько. В смысле, еле-еле продавилапокрови «испарила» часть нижней челюсти с весьма приличным «частоколом», кусок плеча и парочку роговых отростков. Затопятнышко, влетевшее в рану, как к себе домой, поставило точку в существовании этой животинки.

Вторую почти по той же схеме положила Наташа, на первых мгновениях боя сместившаяся в любимое положение. Но «скидывать»ускорениене стала — открыла портал к логову Ррыга, подхватила егококономи переместила на пляж. Тут-то я и прозрел. В смысле, сообразил, что посмертные импульсы настолько сильных зверей могут выжечь даже наши энергетические системы. Вот и зашевелился — жестом показал напарнице на ее же портал, «объяснил», что прыгну следом, и выполнил обещание. А после того, как оказался рядом с ней, но на берегу моря, приобнял, повернулся к мишке, пребывавшему в шоке, и довольно ухмыльнулся:

— Не зря мы сохранили координаты мира за этим желтым порталом: да, в данный момент нам рановато усиливаться на ангерах, зато через пару месяцев можно будет

Тут в глазах Потапыча появился намек на осмысленность, а «плотность» ужаса в эмоциях упала почти до нуля:

— Вы их убили?

— Да.

— Но как⁈ — «воскликнул» он. — Они используютмимикрию, владеют Водой и Воздухом, не засекаются чувствами этих стихий и разоряют города с недостаточно мощной артефактной защитой стен!!!

— Наш господин — Великий Маг! — «напомнила» Наташа, задвинула куда подальше желание заржать и добавила: — Ну, а я за ним тянусь. И уже чему-то научилась.

Ррыг проникся по полной программе — изобразил свой аналог поясного поклона, как-то уж очень многословно поблагодарил за спасение жизни и дал понять, что счастлив служить настолько могущественному самцу, как я.

Обижаться на слово «самец» я, естественно, не стал. Хотя почувствовал, как развеселилась напарница, и понял, что крупно попал — пожал плечами и спросил, не вырезается ли, часом, из тушекангеровчто-нибудь нужное, особо дорогое или статусное.

Этот вопрос окончательно вымел из сознания артефактора все страхи и переключил в режим конченого фанатика:

— Вырезается! Их зубы, когти и наспинные шипы стоят целое состояние. А за правильно обработанную голову можно купить небольшой городок…

— Городок в вашем мире мне пока не нужен, так что перетаскиваем туши в саванну, разбираем и готовимся грести ваши деньги совковыми лопатами…

…Разбирать тушкиангеровзакончили в шестом часу утра по времени Белоярска, сочли, что перед тяжелым днем не мешало бы поспать, и отложили дальнейшие поиски Эрмхейма на потом. Поэтому вернули Ррыга в его логово, перетащили наши доли особо ценных трофеев в тайник, перебрались в мою ванную комнату, ополоснулись и умотали в спальню.

Перед тем, как отрубиться, поставили будильники на восемь ноль-ноль. И встали в восемь ноль-ноль. А проснулись только во время водных процедур. Благодаря тому, что спросонья ткнули не в тот режим и приняли ледяной душ. В общем, на завтрак вышли во вполне вменяемом состоянии, поздоровались с членами сразу двух ближних кругов, уселись на свои места, поймали взгляд Марии Тарасовны, от которой веяло весельем, и потребовали рассказывать.

— В полночь по столичному времени на сетевую страничку Канцелярии выложили уведомление о дате проведения Второго Императорского Аукциона и информационные блоки о лотах. Прием заявок на участие закончился черездве с половиной минуты.Причем восемьдесят с лишним мест аукционного зала было забронировано за представителями Императорских, Королевских и им подобных династий. А уже в четверть первого была подана первая петиция о необходимости переноса аукциона в значительно более крупное помещение.

— То ли еще будет… — предсказала матушка, явно державшая руку на пульсе происходящего.

И объяснилась: — Эту волну интереса к аукциону вызвал слух о том, что государыня влюбилась и в огненных белок, и в ледяных колонков, назвала их зверями, достойными стать Императорскими питомцами, и все никак не определится, кого именно брать себе-любимой. Тем не менее, уже перечислила нам, Беклемишевым, бешеные деньги за «любой лот по ее выбору» и ждет не дождется приезда «зверинца». Чтобы повозиться с каждым зверьком и забрать самого красивого, послушного и магически одаренного. А завтра-послезавтра появятся новые слухи — о том, что нам удалось поднять несколько «лотов» в шестой ранг, «приживить» им вторую стихию и научить правильно реагировать на ряд весьма интересных команд. В общем, ажиотаж вокруг аукциона раскручивают профессионалы, так что мероприятие пройдет веселее некуда.

Как только она замолчала, Игнат по-ученически поднял руку, дождался моего кивка и задал ожидаемый вопрос:

— Олег Леонидович, скажите, пожалуйста, а кто будет охранять Нину на этом аукционе?

Я пожал плечами и дал заранее подготовленный ответ:

— Это зависит от вас: успеете пройти спецкурс, по которому вас гоняет моя матушка, и докажете нам, что готовы держать маркув присутствии кого угодно— я поручу охрану Нины вам. Нет — отправлю с ней Пахома Борисовича и Анну Алексеевну.

— Пройдем. И докажем… — хором пообещали парни и снова превратились в слух. Зато заговорила Мария Тарасовна:

— Кстати, в Сети ломают копья не только из-за предстоящего аукциона: турки с пеной у рта доказывают нашим соотечественникам, что вы, Олег Леонидович, имеете полное право уйти под руку Ахмеда Четвертого, принять мусульманство и покинуть государство, в котором вас, определенно, не ценят. А особо ушлые типы требуют разрешить вам выезд в «цивилизованный мир».

— Раз «в цивилизованный мир», значит, меня с нетерпением ждут не только в Турецком Султанате, верно? — весело полюбопытствовал я и угадал:

— Ага: по утверждению Левы, анализировавшего этот бардак, к процессу подключились спецслужбы большинства еще не развалившихся государств планеты.

— Тогда ждем ходоков. С предложениями, от которых, вроде как, сложно отказаться… — «решил» я и повернулся к родительнице: — Только надо будет определиться с местом парковки трофейных машин. А то валить ходоков мы уже научились, а гараж еще не расширили…

…Трапеза прошла весело. И получасовое занятие с «молодежью» тоже. А в десять утра мне позвонил начальник военно-строительного управления края, сообщил, что оба объекта готовы к сдаче, и спросил, когда именно я буду готов их принять.

Я сказал, что, в принципе, могу прилететь что на один, что на другой в течение получаса, выслушал и принял конкретное предложение, отключился, оставил «ученичков» на матушку и Аню, «построил» Наташу и на пару с ней отправился собираться.

Во время перелета к Северо-Восточному краешком сознания думал о том, что концепции фортов с бункерами, «Кипарисами», «Кедрами» и далее по вполне понятному списку уже устарели. Ибо для уничтожения одиночного зверья шестого-седьмого класса опасности за глаза хватит пары Одаренных десятого ранга, а стайного — двух боевых двоек. Однако перед посадкой вдруг вспомнилангеров, сообразил, что порталы в миры с этими и им подобными монстриками, скорее всего, в какой-то момент начнут открываться и на Земле, невольно поежился и переключился в рабочий режим. Так что не расслаблялся ни на миг — внимательнейшим образом осмотрел вроде как «уже устаревший» бункер и арсенал, забитый под завязку, обрадовался тому, что на этом объекте вместо двух «Кипарисов» установили четыре «Кедра», оценил комфорт жилых помещений Башни и не поленился заглянуть в здоровенный летный ангар. А там наткнулся взглядом на новенькую «Исеть», подключенную к наземному источнику питания, повернулся к сопровождающему и спросил, откуда тут эта «птичка».

Строитель сообщил, что конвертопланы пригнали из Белоярска. Вчера днем. Одну — в этот Форт, а вторую — в Северо-Западный. И признался, что не знает, по чьему распоряжению.

— Ладно, узнаю сам. Чуть позже… — буркнул я и направился к «птичке». Выяснять, в какой она комплектации…

…В

— Всегда пожалуйста… — одними губами проартикулировала она. А через полминуты нагло вломилась в мои покои, заблокировала дверь, утащила меня в ванную и… хм… превратила водные процедуры в чувственную феерию. И пусть отрывались мы недолго, так как знали, что ради нас обед перенесли на шестнадцать ноль-ноль, но все равно получили море удовольствия. Благодаря чему вошли в большую гостиную, улыбаясь. И объяснили причины хорошего настроения.

Вернее, объяснил. Я:

— Государь сделал нам очередные сумасшедшие подарки — по его приказу между Фортами и Енисейском проложили двухполосную дорогу, заменили «Кипарисы» удвоенным количеством «Кедров» и загнали в каждый ангар по «Исети». Кроме того, артсклады забиты под завязку, с пультов управления системами вооружения можно напрямую выходить на оперативных дежурных штаба Белоярского военного округа, ВКС, ПВО, СОПП, СКАИЗ, краевого управления ИСБ и полиции, а над оформлением жилых блоков обеих Башен потрудился не самый бесталанный дизайнер Империи. Как будем «мстить»?

— Жестоко! — хохотнула матушка, собралась перейти к конкретике, но как-то странно прищурилась, заявила, что такие вопросы с бухты-барахты не решаются, ушла в себя и через несколько мгновений написала в «личку»:

«Такие вопросы лучше обсуждать под „глушилкой“ и исключительно в кругу семьи…»

Я мысленно согласился, выслушал несколько неплохих предложений от «молодежи» и прервал полет фантазии народа своим решением:

— Превращать обед в рабочее совещание я не готов, поэтому опишете свои идеи завтра, на утренней тренировке. А сейчас приятного всем аппетита.

Меня, конечно же, услышали. Поэтому первое и второе мы уничтожили, можно сказать, в благословенной тишине. Зато после того, как Жарова внесла в помещение бисквитный торт, матушка назвала ее вредительницей, «мрачно» заявила, что с таким питанием скоро начнет протискиваться в дверные проемы боком, и… потребовала отрезать ей самый большой кусок. Ибо отказываться от такого торта — самое настоящее кощунство!

Мы грохнули и поддержали ее почин. Так что очередной кулинарный шедевр Марии Тарасовны приказал долго жить от силы минут за пять-семь и оставил после себя чертовски приятные воспоминания в комплекте с чувством сытости и все усиливавшейся сонливостью. Увы, стоило мне подняться из-за стола и отпустить ближний круг заниматься своими делами, как в «личку» упало еще одно сообщение. С просьбой заглянуть в гости.

Заглянул. Вернее, проводил родительницу до ее гостиной, помог дамам опуститься на диван, рухнул в любимое кресло, вытянул ноги и… сгонял за «глушилкой», забытой в спальне. Зато после того, как принес и включил, смог расслабиться. И вопросительно мотнул головой.

Мама мгновенно посерьезнела и криво усмехнулась:

— У меня сложилось стойкое впечатление, что Белосельские готовятся обратиться к тебе с какой-то серьезной просьбой. Поэтому включили зеленый свет всем твоим начинаниям, заваливают нужными подарками и подкидывают конфиденциальную информацию.

— О какой информации идет речь? — спросил я, почувствовав, что эти два слова были озвучены не просто так.

— О самой разной… — недовольно буркнула она, царапнула подлокотник и перешла к конкретике: — Сегодня в районе полудня — что, как ты понимаешь, соответствует восьми утра по времени Владимира — императрица позвонила вроде как поделиться последними новостями. Начала с рассказа о промежуточных успехах Янины и Даши в деле воспитания Цесаревича, хорошенечко захвалила «наставниц» и… походя заявила, что ее наследник, наконец, оценил разницу между красивыми пустышками, готовыми на все ради толики внимания будущего Императора, и абсолютно самодостаточной личностью, обратившей на него внимание только из уважения к старшему брату. Описав несколько граней интереса Станислава Викторовича крупными мазками, дала понять, что не позволит ему задурить, и съехала на тему повеселее — сказала, что, по ее данным, за последние две недели внезапно сменили хозяев девять особняков на Лесной. Следовательно, тебя продолжают обкладывать со всех сторон. А на последних минутах беседы призналась, что ей не нравится возросшая активность твоих потенциальных родственничков, поэтому она поручила специально обученным людям взять ее под контроль. И уже получила интересные разведданные: оказывается, слух о том, что ты прибудешь на новоселье Маргариты Соловьевой, уже вовсю обсуждается в большинстве влиятельных родов Белоярского края, а некоторые главы уже… хм… приняли меры — изыскали возможность убедить Владислава Александровича пригласить на это молодежное мероприятие и их кровиночек.

— Миленько… — пробормотал я, разложил все услышанное на отдельные полочки памяти, хорошенечко подумал и изложил свое видение ситуации: — Не думаю, что государь попросит чего-нибудь недостойного, утомительного или особо обременительного. Ибо считает себя обязанным, уважает и себя, и нас, и не станет рисковать сложившимися отношениями. Так что этот вопрос можно «вынести за скобки». А что делать с толпой девиц, настропаленных на мое охмурение, мы, помнится, уже разбирали. В общем, сейчас я расскажу вам о зверюшках пятнадцатого-шестнадцатого класса опасности, с которыми мы сегодня зарубились, а потом уйду спать. Ибо глаза закрываются сами собой…

Глава 22

21 января 997 г. от ВР.

…Среда, четверг и пятница пролетели, как один миг. Ведь мы не жили, а горели. Чем именно? Усилениями, тренировками, преподаванием и, конечно же, творчеством. Как это выглядело в реальности? Каждое утро начиналось с занятия, на котором я дрессировал весь ближний круг — доводил до идеала все одиночные и групповые боевые связки и чувство плеча, устраивал все более жесткие стресс-тесты, вынуждал перешагивать через немощь и поднимал на три «обязательных» уровня. Потом матушка и Аня забирали «молодежь» на занятия по этикету, логике, риторике и всему тому, что могло пригодиться на практике. Причем не когда-нибудь, а в ближайшее время. А мы с Наташей сваливали к Ррыгу и совмещали приятное с полезным. В смысле, помогали с ремонтом и сначала придумывали, затем воплощали в «изделиях», доводили до ума и пускали в дело всевозможные… хм… техномагические приблуды.

Какие именно? Ну, например, соорудили утилизатор из фантастических романов — артефакт, при активации которого все, что оказывалось в рабочем объеме для мусора, мгновенно уничтожалосьластиком; вывели канализацию через стационарный мини-портал в ущелье, расположенное в полутора сотнях километров от логова Потапыча

и сварганили

Да, уматывались мы прилично. Поэтому иногда отдыхали. Но… меняя тип деятельности. Благодаря чему, наконец, нашли Эрмхейм и «запятнали» егометками, в четверг вечером открыли еще один искусственный желтый портал и устроили родичам Большую Охоту, а в пятницу утром сгоняли в Белоярск за подарком Соловьевой и, заодно, провели всесторонние ходовые испытания второго «Икара». А вот на расслабление в баньке времени, увы, не хватало — мы планировали это дело каждое утро, но освобождались глубоко за полночь и еле добирались до кроватей.

Говоря иными словами, эти дни прошли интересно и, что самое важное, спокойно. Поэтому в субботу утром, вернувшись в сознание и вспомнив, что планируется на вторую половину дня, я захотел вернуться в прошлое. Или «перепрыгнуть» в воскресенье. Увы, с магией Времени было никак, так что я посмотрел на часы и решил, что могу выключить голову еще на часик, завел будильник на восемь ноль-ноль, распустил ручки, перевел сон Натальи из обычного в эротический, помог ее крыше сорваться с последнего гвоздя и с наслаждением ухнул в омут страсти. А после того, как вынужденно унялся, нагло продолжил почти в том же духе — унес счастливую женщину в ванную, собственноручно помыл, довел еще до одного пика и… остыл. Как только напоминалки на часах «намекнули» на то, что мы вот-вот опоздаем на завтрак. Успели впритык. Хотя нет, не так: успел только я, так как вышел в общий коридор… хм… по прямой. А напарница, переместившаяся в свою спальню, опоздала секунд на двадцать-тридцать. Но я этого великодушно не заметил — поздоровался и с ней, первым вошел в большую гостиную, поухаживал за мамой, Наташей и Аней, взглядом похвалил Лешку с Игнатом, последовавших моему примеру, только «обративших внимание» на Варю, Валю и Нинку, сел сам и пожелал ближнему кругу приятного аппетита.

Трапеза прошла напряжно: матушка, вставшая не с той ноги, превратила ее в практическое занятие по застольному этикету. Да, дрессировала недавних простолюдинов, но то и дело ставила им в пример меня, что действовало на нервы. В общем, в спортзал я спустился раздраженным, вовремя сообразил, что в таком состоянии могу натворить дел, и поизображал наблюдателя — все три часа тренировки анализировал происходящее со стороны и старательно давил в себе желание попридираться.

«Молодежь» усилил сам. Потом поздравил, отпустил заниматься своими делами, передал артефакт усиления матушке, подождал, пока она переключит его на подпитку искусственным рубином, трижды проконтролировал процесс и невольно вздохнул.

— Угу, чуда не случилось… — хихикнула родительница, догадавшись, что меня обломало. — Но и не должно было: мы должны взять четырнадцатый ранг только завтра. А то, что до него остался всего один уровень — мелочи. Кстати, мы — то есть, твой род — и так развиваемся очень быстро: «молодежь» уже взяла одиннадцатый, «рядовые» маги — десятый, Юрка — восьмой, а Иришка — пятый. И это при том, что абсолютное большинство Одаренных Земли еще не доросло и не уперлось в «потолок» девятого. В общем, переставай страдать на пустом месте, подхватывай Наташу под локоток и уводи собираться…

…В Белоярский аэропорт прилетели минут за шесть-восемь до посадки «Коршуна», сели рядом с его ангаром и немного поскучали. Как только борт остановился рядом с нами, выбрались из салона, подождали, пока стюардесса опустит трап, и с интересом оглядели Дашку, возникшую в дверном проеме. Выглядела она поинтереснее, чем в момент отлета из моей усадьбы. За счет внутренней уверенности в себе «нового уровня» и внутреннего спокойствия. Нет, искренняя радость в эмоциях тоже присутствовала. Вернее, забивала все остальные чувства. Но не мешала ощущать Державину взрослой девушкой, а не подростком.

Неплохо уплотнился ипокров— за каких-то десять дней сестренка взяла двенадцать уровней и прорвалась в восьмой ранг. А значит, валила иномирное зверье пятого-седьмого класса опасности как бы не каждый день. Что внушало нешуточное уважение. Вот я и внес несколько исправлений в подготовленный комплимент — подчеркнул все то, что понравилось, и заявил, что в восторге от этой версии «родственницы».

«Родственница» засияла еще ослепительнее и напрочь забила на правила поведения в общественных местах — сорвалась врывокпрямо с того места, на котором стояла, вышла из перемещения вплотную ко мне, повисла на шее, от души расцеловала и в той же технике «поздоровалась» с Наташей.

Каюсь, я анализировал эмоции Державиной и в этот момент. Поэтому обрадовался еще и тому, что потомственная дворянка не играла, а на самом деле ощущала недавнюю простолюдинку старшей подругой и была счастлива ее видеть. Вот у меня настроение вверх и поползло. Впрочем, соображалку не отключило. Так что я отправил дам в «Икар», а сам поднялся в самолет и пару-тройку минут пообщался с экипажем — поблагодарил за доставку сестренки, выяснил, как пилотам и стюардессе живется в Белоярске, задал пару-тройку уточняющих вопросов и официально разрешил мотаться к низкоранговым порталам для личного усиления.

Первые минут двадцать после взлета анализировал «доклад» Дашки о «возне» с Цесаревичем, делал выводы и откладывал их в долгий ящик. Потом заявил, что Станислав Викторович подождет, предельно подробно описал сложившуюся ситуацию, тезисно поставил боевую задачу и ехидно добавил:

— А все остальное до тебя доведет любимая тетушка. Во время наведения неземной красоты…

Подначка не прошла: сестренке и в голову не пришло ужаснуться какой-либо из двух наклевывающихся перспектив — она аж заерзала от нетерпения, а после посадки пулей вылетела из салона, еле дождалась нас, обняла матушку, стоявшую рядом с ангаром, и протараторила, что страшно соскучилась.

Радовалась жизни и во время обеда — перешучивалась и с девчатами, и с ребятами, делилась свежими столичными слухами и вытрясала последние новости рода. Но стоило мне встать из-за стола, как Державиной стало не до веселья — она поблагодарила Марию Тарасовну, вышла из гостиной следом за моей родительницей и потерялась в ее покоях. Так что в следующий раз я ее увидел только в семь вечера. Когда вышел в общий

Я тоже кинул взгляд на картину, автор которой изобразил небольшое озерцо на фоне заснеженного горного хребта, неприятной облачности и то ли восходящего, то ли заходящего солнца, затем решил объяснить, чем именно руководствовался, приобретая именно этот «шедевр».

Но не успел — сестренка оказалась шустрее:

— А что, подарок — лучше не бывает: он впишется практически в любой интерьер, соответственно, в тему; картина однозначно не дешевая, а значит, в скаредности тебя не обвинить, и в этой композиции невозможно «найти» даже тени намека на твой сексуальный интерес к Соловьевой. Так что я в восторге.

— Спасибо, Даш… — довольно мурлыкнул я, услышал мелодичный звон, уведомивший о прибытии лифта, уставился на Рюмина, нарисовавшегося в холле, и переключился в рабочий режим: — Все, выдвигаемся…

…К Лесной подлетели без двух минут восемь, полюбовались колонной из дорогущих лимузинов, въезжавших на территорию владения номер четыре, медленно снизились метров до шести — чтобы гости Маргариты успели зайти в дом или, на худой конец, накрыться чем-нибудь типакуполов— и зависли над парадной лестницей. «Сошли»рывкамии втроем. Причем мы с Дашей налегке, а Рюмин — с подарком наперевес. Затем я отставил в сторону левый локоть, Державина на него оперлась, а Максим Демьянович передал аккуратно упакованную картину Слуге рода Соловьевых, выскользнувшего из парадной двери, снял с нашихпокрововслои Огня и снова запрыгнул в квадрокоптер. Потом борт ушел к нашему особняку, а мы вальяжно вошли в холл и мило улыбнулись хозяйке владения.

Она, естественно, улыбнулась в ответ, радостно поздоровалась — хотя, судя по тому, что творилось в ее эмоциях, рассчитывала на то, что я прибуду намолодежную вечеринкулибо один, либо в сопровождении ровесницы из недавних простолюдинок, которую можно будет затюкать — выслушала наши поздравления и сделала мне немудреный комплимент:

— Олег Леонидович, ваше понимание магии вызывает белую зависть: вы находите возможности даже там, где обычные Одаренные упираются в тупик!

Я пожал плечами и отшутился. Естественно, в заранее продуманном ключе:

— Мы с сестрой просто ленивы до невозможности. И страшно не любим очереди…

— То есть, поленились как выгонять машины из гаража, так и добираться до моего особняка пешком? — зачем-то уточнила Маргарита, дождалась сразу двух подтверждающих кивков и… попробовала загнать меня в чувство вины: — Ваша логика безупречна. Но дико пугает!

— И чем же?

— К вашей лени прилагается навык интуитивного использованиярывкав трех измерениях. А те подражатели, которые решат покинуть мой особняк в вашем стиле, могут и опростоволоситься. К примеру, влететь в несущие винты и либо поломаться, либо устроить небольшую авиакатастрофу. А значит, дом, к которому я уже привыкла, в нешуточной опасности!

— Вы хотите сказать, что пригласили на новоселье абы кого? — притворно удивился я.

Соглашаться с моим утверждением было бы идиотизмом. Вот Соловьева и подставилась. Под довольный смешок матушки, наблюдавшей за нами через мою микрокамеру:

— Нет: все мои гости адекватны и более чем вменяемы.

— Значит, подражать кому бы то ни было не станут… — удовлетворенно заключил я, порадовался слову «Красавчик!», прозвучавшему в гарнитуре, засек чувством Воздуха следующего гостя и изобразил отдаленный намек на поклон. Чтобы Маргарита вспомнила о том, что к ней прибыли не только мы, и поручила нас заботам родственника.

Парень, единственной обязанностью которого было провожать гостей в зал для приемов — или, в данном случае, вечеринки — подвел нас к миловидной Слуге, принимавшей верхнюю одежду, подождал, пока мы снимем дубленки, и завис. Да, всего секунды на полторы, но я успел это заметить и развеселился: стараниями наших Целительниц Державина обзавелась весьма аппетитным бюстом, а матушка, подбиравшая ей одежду, не преминула его подчеркнуть.

Кстати, формы Дарьи были замечены и в зале для приемов, в который нас вскоре привели: во взглядах и эмоциях парней, коих там обреталось под два десятка, появился нешуточный интерес, а девушки обломались. Впрочем, не все: в глазах брюнетки, некогда предупредившей меня о скорой «атаке» Прилипалы, появились смешинки, а бокал, который «спасительница» держала в левой руке, приподнялся вверх.

Я склонил голову, отвечая на помесь приветствия с похвалой, повернул направо и, по традиции, двинулся по кругу. Знакомиться с присутствующими. Хотя никакого желания это делать не было. Не успел сделать первый шаг, как справа-сзади сорвался с места и ускорился «силуэт» Одаренного спокровомпятьдесят четвертого уровня, догнал нас, еле слышно назвался Виталием, двоюродным братом Маргариты Павловны, и избавил меня от необходимости представляться самостоятельно. Так что «обязательная программа» началась в строгом соответствии с неписанными правилами высшего света. И знакомства с двумя первыми группами аристократов лет семнадцати-девятнадцати — тоже. А потом мы подошли к двум парням, которым, по моим ощущениям, было под двадцать, и тот, который ощущался чуть посильнее, решил выпендриться — дать почувствовать разницу в возрасте, статусе и, наверное, влиятельности. Так что развернулся к нам нарочито медленно, посмотрел на меня сверху вниз — хотя был выше от силы на сантиметр — состроил недовольную гримасу и… почувствовал себя крайне некомфортно. Так как воздух вокруг его тела вдруг сгустился, не заметилпокровшестьдесят первого уровня и на мгновение сжал тушку так, что захрустели кости.

Виталий Соловьев оказался отнюдь не дураком. Поэтому, представляя меня, выделил интонацией слово «боярин» и добавил словосочетание «глава единственного боярского рода Российской Империи». Несмотря на то, что на молодежном мероприятии это уточнение и не требовалось. А еще нисколько не удивился тому, что я двинулся дальше, не заявив, что рад знакомству и, тем самым, продемонстрировал неуважение к господину Алмазову.

Следующая компания — три девушки лет восемнадцати, которым, судя по поведению и испытываемым чувствам, приказали меня обаять и охмурить, попробовали на излом Державину. Хотя, по логике, должны были заметить, чем закончилась аналогичная попытка, и сообразить, что крупно рискуют. Но привычки считать себя Центрами Вселенной подкузьмили всех трех. И эти дурынды «не услышали» представления моей сестренки. Хотя в нем прозвучала фраза «боевой маг первой категории». Более того, крашеная блондинка с родинкой под внешним уголком левого глаза сдуру попробовала отпихнуть Дашу от меня. Но внезапно потерялапокров, а через долю секунды полыхнула ужасом, смертельно побледнела и о-о-очень странной, но быстрой походкой унеслась к ближайшей двери.

Кстати, «родственница» забыла о том, что молчание — золото, уставилась на двух оставшихся девиц, склонила голову к правому плечу и мило улыбнулась:

— Злить магов намного сильнее себя — не лучший способ разнообразить жизнь. А боевых Целительниц — форменное самоубийство. Так что если ваша подружка не принесет мне убедительные извинения после того, как временно оклемается, то грядущая ночь ей покажется Вечностью.

Тут дурынды спали с лица, торопливо пообещали, что все передадут, попросили прощения, не уточнив, за что, дождались, пока мы продолжим движение, и унеслись следом за страдалицей. Ну, а мы подошли к брюнетке из «Ландыша», и Соловьев, замерев чуть правее меня, торжественно произнес:

— Имею честь представить вам Марину Мироновну Самойлову!

Тут во мне проснулось любопытство, поэтому я нарушил традиционный сценарий:

— Прошу прощения за вопрос, но вы — внучка Бориса Николаевича?

— Да… — спокойно подтвердила девушка и как-то странно усмехнулась: — И младшая сестра дурачка, тешившего похоть с помощью магии Воздуха и, в конце концов нарвавшегося на вас.

Я «прислушался» к ее эмоциям и не нашел в них даже намека на негатив. Затем оценил плотностьпокрова, сделал напрашивавшиеся выводы, дождался завершения взаимных представлений и сделал шаг навстречу:

— Искренне рад знакомству, пусть запоздало, но от всей души благодарю за своевременное предупреждение и поздравляю с переходом в восьмой ранг.

Она лукаво улыбнулась и ответила тем же самым в непривычном стиле:

— Я тоже рада знакомству; Прилипала — зло, а помощь ее потенциальным жертвам — благое дело; спасибо, мне приятно, и передаю вам почтение. От деда — он считает вас самым достойным молодым аристократом Империи и каждый божий день, провожая Леву в госпиталь на очередное дежурство, отвешивает начинающему санитару по убийственному подзатыльнику. За то, что уронил наш род в ваших глазах…

Глава 23

21 января 997 г. от ВР.

…Беседа с Мариной Самойловой увлекла, и довольно сильно. Хотя нет, не так: меня заинтересовал не сам разговор, а то, что эта дворянка не старалась понравиться, не искала к нам подходы, всегда рубила правду-матку и не лгала даже в мелочах. Да, «обязательный» круг был еще не закончен, но я решил, что познакомлюсь с остальными гостями Соловьевой как-нибудь потом. Если сочту необходимым. Вот и отпустил провожатого заниматься своими делами. А после его ухода «прислушался» к эмоциям Даши, воспользовавшейся тем, что я отвлекся, и начавшей расспрашивать нашу собеседницу. И пришел к выводу, что Самойловой заинтересовалась и сестренка. Мало того, оценив ее прямоту, забила на стандартный вариант наведения первоначальных мостов — поиск общих знакомых — а выбрала метод пожестче:

— Марина Мироновна, я живу во Владимире, а сюда, в Белоярский край, прилетаю… намного реже, чем хотелось бы. Тем не менее, знаю, что тут, у вас, порталы появляются значительно чаще, чем у нас, и завидую белой завистью. Так как зациклена на личном развитии, трачу на него все свободное время и, что самое важное, занимаюсь по методикам брата. Результат радует до невозможности — я прогрессирую. Причем чуть быстрее, чем абсолютное большинство жителей вашего края. А вы ощущаетесь немного сильнее. Значит, задались теми же целями, что и я, рветесь к ним изо всех силбез помощи Олегаи… не строите из себя Великую Волшебницу. Хотя можете. И это внушает уважение. Так что искренне рада знакомству и надеюсь, что оно когда-нибудь превратится в крепкую дружбу.

Брюнетка задумчиво прищурилась и «села» на предложенную волну:

— Вы правы: я тоже зациклена на личном развитии, тоже трачу на него все свободное время и развиваюсь без помощи Олега Леонидовича. Однако наставник есть и у меня. Дед, который умеет думать, заглядывать в будущее и оценивать перспективы любых намеков на возможности. Кстати, у нас с вами как минимум две одинаковые стихии — Воздух и Жизнь. А разница в уровнях, по моим ощущениям, минимальна. И если вы выбрали эти стихии не просто так, а осознанно, значит, у нас намного больше общего, чем кажется на первый взгляд. В общем, я — Марина и «ты». Мне семнадцать. Третья стихия — Огонь…

— Даша. Тоже семнадцать. Молния… — отрывисто сообщила Державина, пожала протянутую руку и лукаво посмотрела на меня: — Братик, ты с нами или против нас?

Ничего неприятного в эмоциях Самойловой не промелькнуло и во время столь своеобразного «наведения мостов», поэтому я пожал плечами:

— А разве есть варианты?

Девушки заулыбались и посмотрели за меня. На «силуэт», стремительно приближавшийся к нам со стороны холла.

— Маргарита Павловна? — одними губами проартикулировал я и угадал:

— Она самая…

— Ага…

— Игнорировать остальных гостей, мягко выражаясь, неправильно… — буркнул я, прочитал ответы в глазах обеих «боевых Целительниц» и невольно вздохнул: — Хотя я — единственный глава рода, боярин и боевой маг высшей категории в этой компании, а значит, Соловьева в своем праве.

Соловьева была в своем праве. И в ярости. Тем не менее, выкатывать претензии Самойловой — и, тем самым, совершать социальное самоубийство — конечно же, не стала. Не стала и очернять ее в моих глазах фразами типа «О, вы уже познакомились с сестрой ЛЬВА МИРОНОВИЧА?». Наоборот, начала игру в долгую и… хм… от противного. То есть, одарила нас ослепительной улыбкой и заявила, что я, определенно, разбираюсь не только в магии, но и в девушках. Ибо заинтересовался Личностью с большой буквы, самой сильной молодой Одаренной Белоярска и одной из самых завидных невест Российской Империи.

Слово «невеста», явно использованное для того, чтобы отпугнуть, даже не напрягло — я мысленно усмехнулся и ответил на хорошо завуалированную провокацию так, как требовали душа и… вредность:

— Вы меня просчитали: незаурядные личности — моя слабость. Поэтому я до сих пор пребываю под впечатлением от знакомства с глубокоуважаемым Борисом Николаевичем Самойловым. И уже убедился в том, что его внучка — достойная продолжательница традиций этого рода.

Рита врубилась в намек с полпинка, так что плавно съехала с этой темы на… хм… обязательную — сначала заявила, что, к сожалению, не имела чести быть представленной главе рода Самойловых, но слышала о нем очень много хорошего, затем сделала изысканный комплимент его внучке и притворно вздохнула:

— … но даже Марина Мироновна, по слухам, на днях прорвавшаяся аж в восьмой ранг, пока не готова к противостояниям с разумными существами из иных миров. А вы и ваши родичи с легкостью перемололи не один десяток отрядов ящеров, разносивших Меркез, взяли в плен чуть ли не полсотни этих тварей и не потеряли ни одного человека. Скажите, пожалуйста, а на каком ранге, по-вашему, среднестатистический землянин гарантированно положит среднестатистического ящера?

— Откровенно говоря, терпеть не могу обобщения. Соответственно, для меня словосочетание «среднестатистический землянин» равнозначно понятию «сферический конь в вакууме». То есть, не описывает ровным счетом ничего. А по поводу противостояния людей и ящеров скажу следующее: из тех, чьипокровыя сейчас чувствую, победить в подобной схватке сможет только моя сестричка. Причем победит лишь в том случае, если сцепится с трофейщиком или рядовым бойцом штурмовой группы и выложится до предела.

Большинство парней пошли красными пятнами, но высказать свое «фи» не успели. Из-за уточняющего вопроса незнакомой блондинки с грубоватым лицом, но восхитительными ножками:

— «До предела» в паре с пушистиком или без него?

— Милашка этот бой не переживет… — со вздохом заявил я. — Ляжет под любым площадным заклинанием.

Тут подал голос парень спокровомшестьдесят восьмого ранга и заявил, что я сильно недооцениваю воинский дух, боевые навыки и опыт Одаренных Белоярского края.

Я поймал его взгляд и улыбнулся:

— Илья Семенович, верно?

— Да.

— Скажите, пожалуйста, конкретно вы уже справляетесь с анчутками или кобольдами один на один?

Он заколебался и решил не завираться:

— Не пробовал: в нашем роду против зверья шестого класса опасности в обязательном порядке выставляются сыгранные группы.

— Ладно, снизим ранг до пятого… — покладисто согласился я. — Сколько чертей вы завалилиодин на один?

Он пошел красными пятнами, но сказал правду:

— Ни одного: черти — крайне неприятные противники, а я, увы, третий в очереди наследования, и меня берегут. Кстати, а сколько чертей завалила ваша сестра?

Даша пожала плечами:

— Штук пятнадцать-шестнадцать. Если не считать тех, которых убила с подстраховкой. И с анчутками я тоже справляюсь без проблем. А кобольды на этой и прошлой неделе во Владимирскую область не заглядывали.

— Вас подпустили даже к анчуткам⁈ — хором спросили сразу несколько человек и крупно обломались:

— «Подпустили»? Не смешите: я —маг первой категории, соответственно, подчиняюсь только брату и его родичам. Но они живут тут, в Белоярском крае, а я — во Владимире.

Подвергать сомнениям ее слова не решились даже самые героические герои. Чтобы ненароком не нарваться. И на пару мгновений ушли в себя. Так что вопрос Соловьевой услышали все:

— А где сейчас ваша Милашка?

— Я прилетела в Белоярск всего на одни сутки. Чтобы составить компанию любимому брату. Таскать питомцев на новоселья пока не принято. Так что мой остался дома — охраняет одну из двоюродных сестер, которую, кстати, уважает как бы не больше меня…

…Первые часа полтора «молодежная вечеринка» копировала светские приемы старших аристократов. А потом алкоголь, который разносили слуги, начал туманить мозги, и гости моей новой соседки по Лесной возжелали более отвязного веселья. Маргарита, внимательнейшим образом отслеживавшая их настроения, конечно же, пошла навстречу — потолочные светильники в зале плавно потускнели, тяжелый занавес, за которым пряталась небольшая сцена, разъехался в стороны, а музыка, звучавшая ненавязчивым фоном, стала громче и в какой-то момент «превратилась» во вступительный проигрыш к дурной, навязчивой и невероятно модной танцевальной композиции «Проснись-ка, детка!»

Автор и исполнительница этого «шедевра» — Юлия Шилова — шагнула в свет мини-прожектора в момент вступления на редкость агрессивной партии ударных, весело поздоровалась, вскинула руки и «зажгла». То есть, качнула не таким уж и большим бюстом, вскинула руки и затанцевала.

А через несколько мгновений «включила» Дары: конденсировала влагу из атмосферного воздуха, заморозила, превратив в облако из снежинок, и закружила в вихре.

Да, ничего особо сложного не творила, ибо была всего-навсего тридцать четвертого уровня, но серебристое платье, великолепная фигура, пластика бывшей «художницы», по-настоящему сильный голос и задор завели зрителей с пол-оборота. Поэтому последнюю строчку первого же припева проорал весь зал… кроме меня, Даши, Марины и Маргариты Соловьевой:

— Проснись-ка, детка — я в твоей кровати!!!

Я не присоединился и к Большому Отрыву — как только народ метнулся к сцене и отпустил тормоза, подхватил сестру под локоток, взглядом показал Самойловой на диван в углу зала, который собрался оккупировать, прочитал в ее глазах безмолвный ответ на это предложение и тоже взял на прицеп. Ну, а хозяйка приема приперлась к нам сама. Минуты через две после того, как мы расположились поудобнее и отжали у пробегавшего слуги три бокала с соком.

Перекрикивать музыку, доносившуюся из мощнейших динамиков, было делом неблагодарным, но она попробовала. А еще наклонилась. К левому уху. «Не подумав» о том, что ее декольте окажется прямо у меня перед глазами.

Еще в середине прошлого лета меня бы точно проняло. Но гибель отца, травма матушки, обретение магии и ответственность за род, взваленная на плечи, вынудили повзрослеть, абсолютная безбашенность Наташи в постели лишила девушек флера загадочности, а серия лекций матушки об интригах, интриганах и их вынужденных жертвах избавила от последних розовых очков. Так что вестись на провокацию и, тем самым, подставляться я и не подумал — равнодушно мазнул взглядом по не таким уж и сногсшибательным прелестям, вдумался в вопрос Соловьевой и насмешливо фыркнул:

— Вы не угадали: мне просто не нравятся тексты песен Шиловой — они настолько примитивны, что взрывают мозг. Но мое мнение, по определению, субъективно, поэтому расслабляйтесь так, как требует душа. А я тем временем поболтаю с сестренкой и Мариной Мироновной…

В ее эмоциях появилась злость. Причем не после моего предложения расслабиться и не после упоминания Самойловой, а чуть раньше. Поэтому я, немного подумав, пришел к выводу, что Маргариту, скорее всего, «ведут». То есть, отслеживают мои реакции на ее телодвижения, сообщают о них через гарнитуру и корректируют поведение.

Скорректировали и в этот раз: девчонка поблагодарила за понимание — хотя никакой благодарности не испытывала — разогнулась и ушла развлекаться в компании подруг. А через несколько мгновений ко мне пододвинулись Даша с Мариной и поделились своими соображениями:

— Братик, равнодушие убивает наповал. Особенно нас, девушек. Поэтому в следующий раз хоть на миг загляни в ее вырез!

— Ритка уязвлена. А аналитики ее деда спешно переигрывают планы. Так что готовься к эскалации процесса охмурения — приглашению на медленный танец и «совершенно случайным» касаниям грудью.

Я невольно вздохнул, и Державина, развеселившись, описала еще одну более чем реальную перспективу:

— А если не помогут и

— Не пригласит. Ибо не дура… — предсказала матушка. — И провоцировать касаниями груди тоже не станет: она уже разобралась в твоем характере, так что будет изображать девочку с принципами. В общем, готовься к подкатам с демонстрацией черт характера, которые вызывают уважение.

Ее версия будущего показалась мне более реальной. Но представить его во всех подробностях я не успел, так как чувство Воздуха заставило обратить внимание на бардак, начавшийся возле сцены — четверо молодых дуроломов, владеющих этой стихией, решили полюбоваться нижним бельем певицы. Так что объединенными усилиями взяли под контроль все три ее стихии и помогли подолу платья задраться чуть ли не к плечам. Да, я слышал, что Шилова любит заводить зрителей танцевальными па, открывающим ножки на всю длину, но разозлился не на шутку. Ибо счел этот поступок одним из вариантов насилия. И «задавил» Воздух сам. Да так, что подол платья Юлии вернулся на законное место, любители позабавиться рухнули на колени и застыли в неподвижности, все остальные почувствовали себя мухами в сиропе, а динамики перестали «шуметь». Потом встал с дивана, прогулялся по проходу между «живыми скульптурами», который… хм… предельно аккуратно создавал сам, обошел «героев» так, чтобы оказаться в их поле зрения, оглядел побагровевшие лица, украшенныелентами, и презрительно поморщился:

— Определенно, благородства в вас ни на грош. И чувства благодарности за подаренное настроение — тоже. Зато самомнения и дури многовато. А это не дело. Поэтому предлагаю два варианта сглаживания сложившейся ситуации. В первом вы извинитесь перед девушкой, которую унизили, и хозяйкой дома, которую оскорбили хамским поведением, выплатите им достойные виры и отбудете восвояси, а во втором достойные виры выплатят главы ваших родов. После того, как я переломаю вам ноги и вышвырну на улицу.

Возмущением шарахнуло только от одного. Поэтому я пролевитировал его к себе, сжалкокономдо легкого хруста, убраллентуи уставился в глаза взглядом, который батюшка называл стылым:

— Вы готовы сделать выбор?

Дуролом испугался еще в тот момент, когда оценил легкость, с которой его тушка воспарила над полом. А следующее воздействие помогло прозреть будущее. Поэтому парень подтверждающе моргнул, дождался возможности сделать вдох и торопливо выдохнул:

— Да! Я был неправ, поэтому извинюсь, выплачу достойные виры и уеду домой…

— Замечательно… — удовлетворенно кивнул я, выпустил его из «захвата» и подтянул к себе следующую жертву собственной глупости.

Она — как, собственно, и двое последних — тоже проявила благоразумие. Так что Шилова и Соловьева выслушали извинения, стали немного богаче и почувствовали себя удовлетворенными. А после ухода этой четверки чуть состоятельнее стала и Даша — к ней подошла крашеная блондинка, успевшая неслабо позеленеть, дрожащим голосом попросила прощения и реквизиты для перечисления виры, потыкала в телефон, переслала Державиной сто тысяч, на несколько секунд ушла в себя и, поймав какое-то целительское воздействие, облегченно выдохнула.

К этому моменту мне изрядно надоело находиться в фокусе всеобщего внимания, а часть сознания, изнывавшая от желания свалить с приема, нашла убедительнейший повод. Поэтому я перетерпел благодарственные монологи Шиловой и Соловьевой, заявил, что не сделал ничего особенного, уставился в глаза хозяйке особняка и добавил в голос холодка:

— А теперь, пожалуй, откланяюсь. Ибо начал чувствовать дискомфорт…

— Дискомфорт? Почему⁈ — расстроенно воскликнула она и, тем самым, дала возможность озвучить объяснения, позволявшие не только обоснованно свалить с этого конкретного приема и обламывать Соловьеву в будущем, но и отказываться от приглашений на мероприятия, устраиваемые молодежью Белоярского края:

— По моим ощущениям, Воздухом владеет большинствоваших друзей и хороших знакомых. Тем не менее, эту четверку, отрывавшуюсяпрямо перед сценой, остановил я,сидевший в другом конце зала. Да, вполне возможно, что чувство стихий было активноне у всех. Однако на зрениев наше время никтоне жалуется, значит,в вашей компанииподобные выходки считаются нормой. Или, как вариант, некоторая ее часть труслива до невозможности. Дальше объяснять?

Я был прав со всех сторон, и она это понимала. А еще понимала, что ее попытки защитить «друзей и хороших знакомых» будут выглядеть жалко. Так что люто возненавидела «дуроломов», разваливших ее планы, и… примерила образ, описанный матушкой:

— Окажись я на вашем месте, сделала бы аналогичные выводы. Поэтому не обижаюсь, а приношу глубочайшие извинения за испорченный вечер, еще раз благодарю за защиту чести и достоинства Юлии Терентьевны, льщу себя надеждой, что смогу изменить ваше мнение обо мне в лучшую сторону, и прошу разрешения проводить вас до парадной лестницы…

Глава 24

24 января 997 г. от ВР.

…Воскресенье и понедельник прошли… сложно. Причем у всего рода. Рядовые маги двое суток носились между порталами, обнаруживавшимися в зонах ответственности усадьбы и всех трех Фортов, «заглядывали» в каждый смежный мир с помощью видеоэндоскопов и устраивали «рыбалки» рядом с теми, в которых водилось сильное зверье, но все равно смогли усилиться всего на один уровень. Матушка целыми днями возилась с «молодежью», готовя ее к командировке во Владимир, и так выматывалась, что после ужина уходила к себе и отключалась до утра. Нинка в том же режиме дрессировала колонков и белок. А я, Наташа и Ррыг убивались в логове последнего — находили и исправляли недочеты почти законченного ремонта, расставляли, подключали и тестировали оборудование для мастерской, показывали и переводили мишке видеоинструкции, создавали новые технологические приблуды и фанатично осваивали азы артефакторики.

Да, иногда отвлекались. Но крайне редко: в воскресенье поздно вечером мне позвонила Даша и сообщила, что уже дома, в понедельник утром обо мне вспомнил Григорий Денисович, а после обеда — Анатолий Игоревич. В общем, вторник подкрался незаметно — я продрал глаза без десяти восемь, не сразу сообразил, почему «отмерла» левая рука, кое-как вытянул ее из-под Наташи, шарахнул затекшую конечностьисцелением, немного подождал, посмотрел на часы, решительно откинул одеяло и приложился к аппетитной попке напарницы:

— Подъем, засоня! Нас ждут великие дела…

«Засоня» ойкнула, а через мгновение переключилась в игривый режим — провокационно прогнулась в пояснице, ме-е-едленно перевернулась на спину и с наслаждением потянулась.

Все бы ничего, но желание в ней появилось на самом деле. Настолько сильное, что пришлось «скидывать» эмпатию и, как в старые добрые времена, остужать себязаморозкой. Впрочем, это не помешало отомстить — прихватить губами затвердевший сосок, коснуться его языком и… оставить в покое.

— У-у-у… — расстроенно простонала женщина и перестала

Не шалила и следующие полчаса. Поэтому в общий коридор мы вышли из разных покоев и первыми. А через минуту-полторы уставились на Нинку, невесть с чего пребывавшую не в настроении, поздоровались и потребовали рассказывать.

Девчонка эхом повторила наши варианты приветствий и сжала кулачки:

— Прочитала несколько статей про ваш уход с новоселья Соловьевой и горю желанием придушить авторов: эти уроды все, как один, завуалированно намекают на то, что вы продемонстрировали неуважение ко всему дворянству Империи. То есть, намеренно не заметили случайность «неудачной попытки» взаимного усиления безобидной шутки и намеренно унизили достойнейших юных аристократов, затем вбили клин между ними и Маргаритой Соловьевой, позволили задрать нос талантливой, но, по определению, продажной мещанке и плюнули в лицо всем гостям приема, назвав их подлецами и трусами!

— О, как… — пробормотал я, наливаясь злостью, но продолжить не успел:

— Это еще не все: авторы пасквилей ополчились и на Марину Самойлову. За то, что она сломала челюсть, обе руки и несколько ребер некоему Николаю Волынскому…

— А чем провинился он? — хором спросили мы с Наташей.

Ответ не заставил себя ждать:

— Если я правильно поняла все те же завуалированные намеки, то после вашего ухода этот «достойнейший юный аристократ» назвал вас ребенком, охамевшим от переизбытка сил, и предложил ответить на ваш следующий демарш внезапной атакой под взаимным усилением.

В этот момент в коридор вышла матушка, почувствовала, что я в ярости, вытрясла из нас подробнейшие объяснения и уставилась на Пришвину:

— А как на заявление этого придурка отреагировала Соловьева?

— Кажется, отказала ему от дома.

— Толковый ход… — усмехнулась моя родительница и снова загрузила: — Но отказать от дома вправе только глава рода. А значит, это решение было озвучено не сразу. И, с достаточно высокой долей вероятности, было принято не Ритой. Ведь этот конкретный отказ очень здорово подставляет Соловьевых перед Волынскими. Следовательно, Владислав Александрович не отказался от своих матримониальных планов и продолжает играть.

— Подставился, чтобы я, в случае чего, оказал ему помощь и, тем самым, поглубже увяз в проблемах «союзного рода»? — на всякий случай уточнил я и угадал:

— Ага… — подтвердила она, поздоровалась с Варей, Валей и Игнатом, дождалась завершения обмена приветствиями и съехала на тему поинтереснее: — Кстати, о проблемах «союзных родов»: Самойловы влиятельнее Волынских, а Борис Николаевич — не мальчик для битья, соответственно, не даст в обиду свою любимую внучку. Тем не менее, ее необходимо поддержать. Сразу по нескольким причинам. Но их мы подробно разберем после завтрака…

…Эти самые «несколько причин» мы разобрали предельно подробно. Но после укороченной утренней тренировки, усиления «молодежи» и ее ухода из спортзала. Не скажу, что мне понравились все выкладки матушки, но ее логика была безупречной, а подробно описанные варианты нежелательного будущего — настолько зримыми, что я задвинул куда подальше появившееся неприятие, сдвинул основную часть планов на несколько часов, вырубил «глушилку» и набрал Самойлову.

Она сбросила мой вызов на седьмом гудке, а через минуту перезвонила сама, поздоровалась и извинилась за то, что не ответила:

— Прости: я сражалась с дикой собакой один на один, нащупала телефон, лежавший в кармане куртки, и ткнула не в тот сенсор…

— Мелочи… — заявил я, пожелал ей доброго утра и перешел к делу: — Судя по тому, что твой дед приезжал к нам на «Скорпионах», летающего транспорта у вас нет. Я прав?

— Нет, не прав… — спокойно ответила она. — К каждому нашему госпиталю приписано по вертолету. Кроме того, у деда имеется разъездной «Сенеж».

Но вылетать к твоей усадьбе, не имея никаких гарантий того, что ты окажешься на месте, запустишь борт в свои владения и согласишься принять аристократа, внук которого тебя оскорбил, было бы… неразумно.

Я «восхитился» своей сообразительности и перешел к самому главному:

— Согласен. И корректирую свое предложение: в районе четырех утра на моей земле обнаружился синий портал, из которого прут вараны.Между нами говоря, для меня и моей родни они слишком слабые. А для тебя и еще одной моей подружки — в самый раз. Короче говоря, если есть желание попинать это зверье и есть возможность заиграть одну из ваших вертушек, то заигрывай и прилетай. По координатам, которые я сейчас пришлю.

Самойлова немного поколебалась и рубанула правду-матку:

— Желания немерено. А возможности заиграть вертушку, увы, нет: все медицинскиедежурят, а «Сенеж» увез деда в Тайшет и вернется аж завтра вечером. В общем, я смогу приехать. Часа через три-четыре. На «Скорпионе» с сопровождением. Устроит?

— Забери ИХ сам! — проартикулировала матушка, и я озвучил ее вариант решения проблемы:

— Предпочту забрать вас сам. Ты только объясни, куда прилетать.

Объяснила. И прислала мне геолокацию их Белоярского поместья. Так что я сообщил ориентировочное время прибытия, сбросил вызов и позвонил Урусовой. А через пару минут встал с мата и вздохнул:

— Все, мы с Наташей отправляемся собираться. А чем займетесь вы?

— Слетаем в Восточный и проинспектируем стройку. А после того, как вернемся обратно, продолжим дрессировать молодежь…

Она считала эту стройку своей, инспектировала ее каждый божий день и моментами лютовала так, что строители вешались. Поэтому я им мысленно посочувствовал, коротко кивнул, приложился к подставленной щечке и ушелрывкомк двери. Напарницу дождался в холле, поднял на второй этаж и по дороге к нашим покоям ответил на вопрос «В чем летим?»

Пока переодевались и наводили красоту по самому минимуму, дал пару ценных указаний командиру дежурной смены. После того, как мы загрузились в квадрокоптер, выбрал режим движения, задал первую точку маршрута, ткнул в сенсор «Взлет без участия пилота», развернул кресло, сдвинулся в сторону и открыл портал к последнейметке, оставленной в мире ангеров. А как только Наташа ввинтилась под руку и затаила дыхание, определился с направлением «движения», «привязался» к новому месту, сформировал «зеркало» метрах в шести-семи от прежнего места, сделал еще два «шага» и наткнулся взглядом на чудо-юдо, которого мы еще не видели.

Оно, вне всякого сомнения, лежало в засаде. И безо всякой мимикрии терялось на фоне невысоких черно-серых деревьев, покрытых омерзительным кроваво-красным «пушком». Кстати, глазки у чудища тоже отливали красным. А тушка оказалась покрыта внушительными роговыми пластинами.

Рассмотреть коготки и зубки не получилось — все четыре лапы прятались под жухлой опавшей листвой, а внушительная пасть была закрыта. Зато мы оценили размеры шипастой блямбы на конце хвоста, сделали полтора десятка фотографий и рискнули определить класс опасности этой животинки.

Напарница пришла к тому же мнению — заявила, что валить этого зверя нам пока рановато. Когда я вернул «зеркало» к дракоше и всадил в негометку, согласно кивнула и предсказала, что этого зверя мы завалим не позже, чем в конце февраля. А после того, как я закрыл портал, провела мне углубленный медосмотр, сочла абсолютно здоровым и расстроилась. Так как в этот момент «Икар» начал снижение…

…Ульяна дожидалась нас на верхней площадке парадной лестницы. Под очень плотнымкуполом. Как только мы сели и вырубили движки, сорвалась в сериюрывкови допрыгала до двери-трапа за пару мгновений до того, как он лег на идеально расчищенный асфальт. Увидев меня в дверном проеме, еще раз поздоровалась, взбежала по ступенькам, скользнула в салон, навелась на Наталью, приветливо улыбнулась и пожелала ей доброго дня. Затем с моей помощью опустилась в кресло, устроилась поудобнее и превратилась в слух.

Эта девчонка мне нравилась, как личность, поэтому я не стал наводить тень на плетень:

— Не знаю, в курсе ты или нет, но в субботу я был вынужден заглянуть на новоселье Маргариты Павловны Соловьевой — ей подарили особняк рядом с моим по той же самой причине, по которой твой дед подарил мне один из двух ваших коттеджей. В середине мероприятия на сцену выпорхнула Юлия Жарова, четверо подвыпивших гостей сочли нормальным поднять подол ее платья с помощью Воздуха, а я заставил их извиниться и выплатить виры. Оставаться на приеме, естественно, счел невместным и улетел в усадьбу. А сегодня случайно узнал, что после моего ухода Марина Мироновна Самойлова поломала еще одного гостя. За то, что он назвал меня ребенком, охамевшим из-за переизбытка силы, и предложил в следующий раз поставить на место атакой под взаимным усилением. Кстати, эта особа вела себя исключительно достойно и во время приема. Поэтому я счел необходимым ее поддержать и, до кучи, обеспечить себя убедительнейшим основанием для вмешательства в любой конфликт, вызванный этим поступком.

— А я — своего рода противовес, позволяющий защитить ее доброе имя от наветов, не дать одуреть от счастья моему деду и неявно объяснить Марине, что это приглашение — не подкат? — весело, но без тени неприятия в эмоциях спросила Ульяна. А после того, как я подтвердил, хищно усмехнулась: — Я в игре. Более того, сыграю эту партию с большим удовольствием: во-первых, ты наказал тех уродовправильно, во-вторых, я неплохо разобралась в характере Марины по рассказам двоюродной сестры, учившейся с ней в одном классе, и уверена в том, что Самойлова вступилась за тебя не по расчету, а по велению души, и, в-третьих, мне эта игра позволит отдохнуть от ежедневных лекций деда, задавшегося целью любой ценой женить тебя либо на Лариске, либо на Аньке, либо — в самом крайнем случае — на мне.

— А почему «в самом крайнем»? — полюбопытствовал я и выпал в осадок от прямоты ответа:

— Так эта парочка — идеально управляемые пустышки и могут сгодиться разве что на роль связующего звена между нашим родом и родом их мужей. А у меня есть мозги, следовательно, в идеальном варианте будущегос точки зрения дедая обязана выйти замуж за дальнего родственника и продолжить усиливать род…

…К поместью Самойловых на Балтийской набережной Енисея подошли без двух минут час, спикировали на посадочную площадку, рассчитанную на два борта размером с «Атлант», сели, заглушили двигатели и опустили дверь-трап. Из салона выглянул только я, не удивился, обнаружив, что Марина уже несется к квадрокоптеру, и приложил два пальца к правой брови. А секунд через семь-восемь протянул девчонке руку, помог подняться в салон, отобрал рюкзачок и представил сначала Наталье, а потом Ульяне.

Самойлова сочла это более чем нормальным. Мало того, совершенно не кривя душой, заявила первой, что польщена знакомством с напарницей главы единственного боярского рода Империи, а второй приветливо улыбнулась и сочла возможным пошутить:

— Я слышала о вас много хорошего, но даже не представляла, насколько вы уперты. А теперь страдаю из-за того, что вы одним своим существованием превратили мой титул сильнейшей молодой Одаренной Белоярска в фикцию!

Ульянаэмпатиейне владела, но все равно почувствовала, что Марина веселится, и притворно вздохнула:

— Мой титул тоже фикция: в Усть-Ангарской ветви рода Беклемишевых каждая девчонка — боевой маг высшей категории с опытом, который нам даже не снился. В общем, предлагаю страдать вместе…

Старшая страдалица, конечно же, согласилась и с моей помощью села в кресло рядом с Урусовой. Я опустился в свое, вытянул ноги, кивнул Наташе, и она закосила под пилота — вернула дверь-трап на законное место, врубила движки, подняла машину в воздух и вывела на нужный курс.

Пока набирали высоту, Самойлова восхищалась красотой, комфортом и мощью нашего квадрокоптера. А потом собралась, было, что-то спросить, но у всех четверых ожили средства связи, и мы, торопливо развернув сообщения СОПП, сначала удивились алым кантикам вокруг текстовых блоков, а затем прочитали уведомления и похолодели.

Напарница без какой-либо команды с моей стороны залила в навигатор координаты из информационного блока и врубила форсаж, а я подключился к личному каналу родительницы и перешел на рык:

— Мам, в жилом комплексе «Якорь» на Адмирала Булыгина, сорок четыре,

открылся портал, из которого прет зверье «ориентировочно десятого класса опасности»! Портал красный, так что скоро схлопнется сам. Но мне нужна ты с твоей командой, обе тревожные группы и все целители: зверье проламывает стены, так что жертв «уже много». В общем, вылетайте. А мы начнем работать.

— Принято! — выдохнула она и отключилась. И я, повернувшись к Ульяне с Мариной, озвучил неприятную просьбу:

— Девчат, «ориентировочно десятый класс опасности» — это серьезно. Так что мы высадим вас на крышу какого-нибудь здания в безопасной зоне, а затем перелетим поближе и…

— Прошу прощения за то, что перебиваю, но я, кроме всего прочего, еще и целительница! — напомнила Ульяна. — Да, опыта лечения намного меньше, чем хотелось бы, зато…

— … опыт лечения есть у меня: я минимум по четыре часа в день дежурю в приемном покое одной из наших клиник! — подхватила Марина и откровенно порадовала: — Так что гарантированно справлюсь с

— А я звонить не стану — мне запретят лезть в самое пекло без присмотра родичей… — желчно усмехнулась Ульяна. — Но Марине нужен второй номер. И этим вторым номером буду я…

Глава 25

24 января 997 г. от ВР.

…Портал обнаружился в торце корпуса «С» — почти на треть «утопал» в фойе салона красоты «Очарование». Поэтому Наташа сходу уронила «Икар» к заснеженной крыше нижнего яруса корпуса «А», вырубила движки, опустила дверь-трап и рванула следом за нами прямо из кресла. Тратить время на поиск незаблокированных окон или дверей было бы редким идиотизмом, так что я первым жерывкомпереместился к краю крыши, определился с маршрутом экстремального спуска, упаковал Урусову вкокон, подтянул к себе, разогнал восприятие до предела и ушел в серию из пяти почти вертикальныхрывков.

Во время первого сообразил, что напарница «тормозит» из-за того, что закрывает квадрокоптер. Потом засек чувством Воздуха появление еекоконавокруг Самойловой и почувствовал намек на удовлетворение. Ибо большей частью сознания был впереди. Там, где ощущались «силуэты» очень крупных и очень сильных зверей.

Пока определялся с их количеством и расположением, анализировал тип движений, находил силуэты людей и планировал схватку, неожиданно быстро оказался на не особо добросовестно расчищенном газоне, бездумно сместился в сторону и «выпустил из захвата» Ульяну. А через мгновение деактивировалускорениеи обратился к Целительницам. Хотя чувствовал, что они еще не оклемались от скоростного спуска:

— До прилета моих людей — порядка восемнадцати минут. Зверья вокруг много: я дотягиваюсь до двадцати двух особей и нескольких дыр в несущих стенах, за которыми Воздух ведет себя как-то не так. Поэтому посмотрите во-он туда…

Они подняли голову вверх и вправо, увидели, как разлетается оконное стекло на четвертом этаже, и вслушались в дальнейшие объяснения:

— Это помещение — ваше временное приемно-сортировочное отделение. То есть, основная работа с ранеными должна проводиться только там. Кстати, затягивать их тушки на такую высоту сможете?

— Да!!! — хором ответили они.

— Тогда стартуете после нас на половину одиннадцатого, держитесь на расстоянии десяти-двенадцати метров и не лезете в схватку ВООБЩЕ. А после того, как я махну левой рукой, подбегаете к куче тел, сваленных этими тварями в левом углу помещения, разбираетесь, кого реально удержать на этом свете, спешно стабилизируете и утаскиваете в ПСО. Пока мы валим ближайшее зверье, носитесь туда обратнотолько в паре, и… все, работаем: к той самой куче вот-вот приволокут еще два полутрупа!

Я выстрелил собой к пролому в стене корпуса «С» сразу после того, как договорил, в момент выхода изрывкавзял под жесточайший контроль Воздух в «передней полусфере», зафиксировал обе туши зверюг размером с хорошего бизона, но очень отдаленно напоминающих помесь гориллы и гигантского короткошерстного бойцового пса, и вложился впятнышко.

Ага, так оно и прошло —покров«избранного» монстра продавился от силы процентов на сорок, а в нашу сторону полетела какая-то хрень из Воды и Молний. Причем такая мощная, что снесла мой щит и «поцарапала»покров!

Мы обиделись. Поэтому ударили взаимно усиленнымлезвиемиз трех «официальных» стихий с «сердечником» из Пространства. Потом сместились в сторону, чтобы не попасть под удар второй зверюги,

убедились в том, что первая склеила ласты, выставили перед собой мощную «слоеную»стенуи отскочили назад. Чтобы не нахвататься посмертных импульсов слишком рано.

Вторую животинку, проломившую нашустену, положили все тем железвием, затем отбросили подальше взаимно усиленным воздушнымкулакоми спустили с поводка Ульяну с Мариной.

Кстати, помогали им и сами — как только девчата «упаковали» вкоконыи утащили в ПСО первых «пациентов», оттащили в сторону четыре трупа и в темпе вынесли из помещения семь изломанных, изорванных, но еще живых жителей ЖК.

На появление третьего монстра, примчавшегося со стороны корпуса «В», отреагировали чуть позже, чем хотелось бы. Чтобы не засветить реальный радиус областей контроля многочисленным видеокамерам. Но остановить — остановили. В одном прыжке от воздушнойстены, рефлекторно вывешенной Самойловой и очень быстро усиленной ее вторым номером. Потом сократили дистанцию, отбросили зверя метров на восемь и прибили. Уже проверенным заклинанием. После чего переглянулись и уважительно хмыкнули: как только мы включились в бой, Марина с Ульяной унеслись к раненым, рухнули перед ними на колени и принялись «шмалять» целительскими заклинаниями!

Увы, повосхищаться их безбашенностью не получилось — предсмертный хрип третьего зверя, которого я невесть с чего мысленно окрестил проглотом, привлек внимание еще восьми. И эти твари ринулись к нам с четырех разных векторов!

Тут нам пришлось поднапрячься по полной программе — первым делом прикрыть слоенымкуполомдевчонок и раненых. Затем «сгустить» воздух на периферии «официальных» областей контроля и в режиме скорострельных пушек отбросить три полные пары монстриков и одного из двух одиночных. Ну, и попринимать заклинания чудовищной мощи на постоянно обновляемые и взаимно усиливаемыещиты.

Само собой, не забывали и контратаковать — как-то умудрились оторвать голову одиночке, которого подпустили поближе. Мгновением позже помогли столкнуться в воздухе зверям из пары, оклемавшейся быстрее всех, и вбили то самоелезвиев середину грудной клетки «проглота» покрупнее. Сразу после экстренного смещения в сторону ударилистенамиеще трижды и грохнули монстрика, которого почему-то не зацепило. Потом засекли приближение еще четырех тварей и… приятно удивились, когда за нашими спинами полыхнулоослеплениемвосьмого ранга.

Подарком Марины воспользовались с максимальным КПД: двух зверей, не удержавшихпокровы, положили одиночнымилезвиями, затем вложились взаимно усиленнымщитомв морду проглота, «ме-е-едленно» высунувшуюся из портала, перекрыли егостенойи продолжили убивать.

Да,стенуне удержали. Хотя нет, не так:стенуобновляли раз шесть. Так как долбились в нее очень уж жестко. А за считанные мгновения до седьмой атаки из запорталья к нам спикировал второй «Икар» с уже опущенной дверью-трапом. Так что я счел необходимым дать матушке, Ане, Варе, Вале, Игнату и Алексею попробовать проглотов на излом. И не прогадал: как только на нашу сторону выбрался самый первый, в него

…Рисковать жизнью матушки я был не готов. Поэтому оставил ее, Варю, Игната и Леху возле портала, а сам на пару с Наташей упрыгал уничтожать проглотов, уже вырвавшихся на оперативный простор. Само собой, перед уходом в первыйрывоквыяснил, когда до нас доберутся «Исети», и выставил соответствующий таймер. Но схватка с очень уж крупной и сильной особью, заставившей нас поднапрячься, и постоянно обновляемоеускорениесбили ощущение времени. Поэтому подключение двух тревожных групп к процессу зачистки жилого комплекса прошло мимо меня. Впрочем, в тот момент мы с Наташей рубились сразу с двумя зверюгами в узком коридоре и не слышали докладов. Но после того, как перетянули обрубок ноги мужчине лет сорока, временно заткнулилентойпорванную брюшину его спутнице, подхватили обоихкоконамии рванули к нашим целительницам, я засек целую россыпь «силуэтов» спокровами«знакомой плотности» и справился с угрызениями совести, требовавшей не тащить, а исцелять. Или, на худой конец, совмещать первое со вторым.

В общем, мы передали раненых Юлии Векшиной и Марине Осоргиной, встретившим нас на половине пути, вошли в оперативный канал «Паутинки», спросили, ощущает ли хоть кто-нибудь хоть одного проглота, и превратились в слух.

— Некого ощущать… — заявила матушка. — Я связалась с оперативным дежурным СОПП и вытребовала телеметрию со всех камер, установленных в коридорах и лифтовых холлах «Якоря», так что могу со всей ответственностью заявить, что живых… хм… проглотов больше нет.

— А что с ранеными? — хмуро поинтересовался я.

Голос родительницы не изменился:

— Их восемьдесят четыре, шестьдесят семь из которых — тяжелые иочень тяжелые. Тем не менее, мы не потеряли ни одного, соответственно,выживутвсе. А если обратятся кдостаточно сильным Целителям, то гарантированно вернутся к полноценной жизни.

— В общем, мы сделали все, что могли… — подытожил я, прошел через пролом в стене, заметил броневики с эмблемами СОПП, СКАИЗ и какой-то войсковой части, несколько десятков офицеров и сотрудников экстренных служб, понял, что можно расслабиться… и не расслабился. Из-за того, что мне позвонил государь.

Пришлось принимать вызов, здороваться и замолкать.

— Здравствуйте, Олег Леонидович… — хмуро поздоровался Белосельский и перешел к делу: — Мне только что доложили, что вы с Натальей Георгиевной убили двух последних хищников, передали спасенных вашим Целительницам и вышли из корпуса «С». Скажите, пожалуйста, на какой класс опасности, по-вашему, тянуло это зверье?

— На одиннадцатый… — честно ответил я и сказал, что мы окрестили этот вид проглотами.

Самодержец пропустил последнюю фразу мимо ушей. Или, как вариант, принял во внимание, но счел неважным:

— А как вы считаете, появление портала из мира с настолько сильным зверьем — это единичный случай или предвестник качественного усложнения вторжений?

Я вспомнил ангеров и невольно вздохнул:

— Почти уверен в том, что магофон Земли достиг определенного уровня плотности, и это спровоцировало, как вы только что выразились, качественное усложнение вторжений. Кстати, а почему бы не выяснить у пленных ящеров, как обстоят дела с иномирным зверьем на их планете?

— Я уже поставил такую задачу. Как только узнал, насколько серьезные звери вырвались из портала у вас, в Белоярске. Но результатов пока нет.

— Что ж, значит, подождем… — буркнул я, жестом послал куда подальше двух смутно знакомых сотрудников СКАИЗ и вслушался в следующий вопрос Императора:

— Олег Леонидович, я смотрю видеозапись первых минут вашего боя с… проглотами и почему-то не узнаю девушек, которые занимаются ранеными. Вы взяли в род кого-то еще?

— Нет, Виктор Константинович, не брал. Эти девушки — мои подруги. Та, которая помладше — Ульяна Игоревна Урусова. А вторая, постарше — Марина Мироновна Самойлова. Я хотел их немного потренировать. Вот и подобрал. А через считанные минуты после того, как вылетел из Белоярского поместья, получил уведомление СОПП…

— … и рискнули взять на себя ответственность за жизни подруг? — не став дослушивать эту часть объяснений, уточнил он.

— Нет: я собирался высадить их на крышу какого-нибудь дома эдак в километре от «Якоря». Но девчата меня переупрямили: сначала напомнили, что являются высокоранговыми целительницами, а затем Мария Мироновна позвонила главе рода, объяснила ситуацию и получила приказ сделать для пострадавших все, что в ее силах.

— Мне сообщают, что эта парочка стабилизировала состояние большей части раненых и не потеряла ни одного человека… — начал он и прервался. А секунд через десять удивленно продолжил: — Судя по информации в личных идентификаторах, Марина Мироновна является Одаренной восьмого ранга, а Ульяна Игоревна — девятого! Скажите, пожалуйста, эти данные соответствуют действительности?

— Да, государь… — подтвердил я и загрузил его еще серьезнее: — Скажу больше: Самойлова каждый божий день проводит по четыре часа в приемном отделении одной из родовых клиник — оттачивает свои целительские навыки на пациентах. А Урусова по складу ума — ученый-практик, сосредоточенный не только на личном развитии, но и на изучении магии. В общем, я знал, что на них можно положиться. Ибо уважаю их за исключительную порядочность, жесткие принципы, сильные характеры и вполне реальные поступки…

…Задерживаться возле «Якоря», к которому начали съезжаться чуть ли не все щелкоперы Белоярского края, я счел извращением. Поэтому сразу после исчезновения портала уведомил представителей СОПП и СКАИЗ о нашем убытии, загнал родню и подруг в квадрокоптеры, дал команду стартовать и расслабился. Минуты на полторы-две. Увы, голова продолжала работать, так что в какой-то момент заставила встрепенуться, поймать взгляд Самойловой и задать вопрос на засыпку:

— Марин, скажи, пожалуйста, ты сообщила деду, что все закончилось?

— Да, конечно! — кивнула она и виновато улыбнулась: — Но тебя постоянно кто-то дергал, поэтому сначала я не мешалась под ногами, а потом заболталась с Ульяной и забыла сказать, что он пообещал завтра-послезавтра напроситься в гости.

Я перевел взгляд на шевельнувшуюся Ульяну и выслушал «признание» из другой оперы:

— А я своим не звонила. Поэтому они пока не в курсе, что я рисковала жизнью. Но узнать — узнают. И дед наверняка сочтет мое участие в операции твоей боевой дружины признаком нашего сближения. Обрадуется — жуть. Но я его обломаю — при первой же возможности проговорюсь, что была на вторых ролях, а останавливала кровотечения и далее твоя вторая подруга — Марина. И что ты хвалил ее чаще, чем меня.

— Правильное решение… — довольно мурлыкнула матушка, решившая добраться до дому на нашем «Икаре». — Чем меньше у вашего деда иллюзий, тем меньше он будет дурить.

— Дурить он

В ее эмоциях было столько горечи, что я искренне посочувствовал. Но — молча. А Марина криво усмехнулась:

— У меня жаждой власти «болеют» родители, дядья, родной брат и еще несколько десятков родственников. Слава богу, дед в добром здравии, держит их в руке и предельно жестко пресекает большинство попыток развернуться.

— Он будет в добром здравии еще долго… — философски заметила моя родительница. — Раз ты его искренне любишь, «взяла» Жизнь, уже раскачалась до восьмого ранга и не собираешься останавливаться, значит, сможешь поддерживать организм деда в идеальном состоянии. А это гарантированно замедлит старение… и в какой-то момент начнет бесить твоих родственников. Кстати, властолюбивых скотов среди дворян предостаточно, так что в какой-то момент Империю захлестнет волна убийств «стариков, зажившихся на этом свете».

Марина призналась, что об этом уже думала. И даже посоветовала деду придумать убедительный повод отправить всех особо властолюбивых родичей «развивать» Камчатскую ветвь рода.

Мы посмеялись. Но продолжать в том же духе я дамам не позволил. Так как вовремя почувствовал, что и у Урусовой, и Самойловой начало портиться настроение. Вот и перевел беседу на тему поприятнее:

— Кстати, девчат, судя по моим ощущениям, вы как-то умудрились взять по два уровня, верно?

— Это — заслуга Анастасии Юрьевны… — заявила Марина. — Как только прилетели ваши Целительницы, она распорядилась пригнать поближе к нам одного проглота, убила и в приказном порядке отправила нас усиливаться. А после того, как узнала, что его посмертный импульс поднял нас сразу на два уровня, вернула обратно.

— Что ж, значит, третий уровень возьмете на варанах. Ты — достаточно быстро, а тебе, Ульян, придется помучиться. Но, на мой взгляд, оно того стоит.

— Стоит… — подтвердила матушка. И «скорректировала» мои планы: — Но мучиться они начнут после обеда. Ибо морить девушек голодом, да еще и после битвы с иномирным зверьем аж одиннадцатого класса опасности — за гранью добра и зла.

Я, естественно, согласился. Поэтому после того, как Наташа загнала «Икар» в ангар, выключила двигатели и опустила дверь-трап, помог дамам покинуть салон и собрался, было, звонить Жаровой, но вовремя сообразил, что видел ее у «Якоря», следовательно, она летит к усадьбе в одной из «Исетей». А потом включившаяся память помогла вспомнить еще одну «встречу», и я, выпав в осадок, обратился к Старшей Хозяйке рода:

— Мам, скажи, пожалуйста, а ты Иру Глотову с собой случайно не брала?

В ее эмоциях появилось веселье:

— О каких случайностях может идти речь, если ты распорядился взять с собойвсех целителей, а Глотова-младшая сегодня утром поднялась в шестой ранг?

— Ну да, действительно, о каких случайностях может идти речь? — желчно повторил я, заставил себя смириться с мыслью, что «самое страшное» уже произошло, собрался, было, поинтересоваться у Ани, как себя проявила эта ее воспитанница, но вспомнил, что Целительница летит в другом «Икаре». А через пару секунд получил лаконичный, но информативный ответ от Ульяны:

— Олег, Ира ассистировала Анне Филипповне, и ассистировала достойно. Так что честно заслужила твою похвалу и какое-нибудь поощрение…

Глава 26

25 января 997 г. от ВР.

…Я открыл портал кметке, поставленной на крыше одного из домов зажиточных мишек, оглядел ту часть центра Эрмхейма, которая оказалась в поле нашего зрения, выслушал комментарии Ррыга и в три приема переместил «зеркало» в ничем не примечательную подворотню. Несмотря на ранний час, «народа» на улице, к которой она примыкала, шаталось как-то уж очень много, так что пришлось подождать. Впрочем, не так уж и долго: как только Наташа, наблюдавшая за «проспектом» сверху, дала отмашку, артефактор решительно прошел сквозь плоскость сопряжения миров, закинул на плечо особо ценный груз и потопал к местному ателье.

Двигался уверенно и вальяжно. Несмотря на то, что все еще отказывался понимать, с чего это вдруг я отпустил его на родной Рранд, да еще и одного. Ну, а я не дергался вообще. Так как знал, насколько Потапыч прется от своего нового логова, учебных курсов по металлообработке, чеканке и ювелирному делу, материалов, с которыми можно работать, и… музыки. Вот и наблюдал за ним в ленивом режиме. То есть, проследил, чтобы никто не упал к нему на хвост, через «зеркальце» напарницы, а после того, как будущий модник зашел в мастерскую лучшего портного этого города, сформировал универсальный мини-портал рядом сметкой, вживленной в тушку мохнатого Слуги, сдвинул ее под потолок… хм… демонстрационного зала и увеличил в размерах. Чтобы начинающееся шоу увидели и другие заинтересованные лица. А вот уступить самое козырное место матушке не успел — она «возникла» за моей спиной, оперлась на плечи и опустила подбородок на мое темечко. И, тем самым, спустила с поводков Наташу с Аней — они нагло привалились ко мне справа-слева и уставились в «зеркало».

Вовремя: владелец «ателье», здоровенный, бесконечно уверенный в себе и, по утверждению моей родительницы, импозантный медведь, сидевший за мощным каменным столом,

вдруг оказался на ногах и изобразил их вариант особо уважительного поклона. Что, в общем-то, было понятно. Ибо нашими стараниямипокровРрыга «уплотнился» до средних уровней десятого ранга, что, по меркам местных магов, тянуло либо на гениальность, либо на редкую везучесть, либо на принадлежность к верхушкам самых сильных кланов.

Мой Слуга отреагировал на демонстрацию почтения правильнее некуда — изобразил намек на приветствие, мазнул равнодушным взглядом по шмотью, развешанному на стенах, подошел к столу, опустил на него рулон из десятка пластов кожи, выделанной у нас, на Земле, специалистами не чета Ррандским, неспешно развернул и толкнул коротенькую речь.

Мы ее, естественно, не услышали, но знали, что Ррыг поинтересовался у мастера, в состоянии ли он пошить несколько комплектов достойной одежды из «нормального» материала.

Портной в «материале» разбирался, поэтому выпал в осадок еще до того, как прикоснулся к верхнему пласту. А после того, как пощупал кожу и оценил качество выделки, на несколько секунд потерял дар речи. И мой Слуга нанес удар милосердия — заявил, что готов заплатить заочень быстроевыполнение заказа либо чешуйкой ангера, либо остатками «материала».

Тут хозяин ателье отмер и включил турборежим — «поклонился в пояс», унесся к входной двери и закрыл ее на засов, так же быстро вернулся обратно, в темпе обмерил особо важного клиента и осторожно поинтересовался, какую фурнитуру желательно

Ррыг вытащил из кармана три замысловатые «железяки», сварганенные под этот визит, оставил мастеру в качестве шаблонов для точной обработки «посадочных мест» и показал похожую, но артефактную. Портному, конечно же, поплохело снова. Но он взял себя в руки, выяснил, что именно и в каких количествах жаждет получить клиент, обсудил конкретные сроки и пообещал, что его работа не разочарует. А после того, как высокие договаривающиеся стороны пришли к консенсусу, торопливо убрал кожу в сундук, окованный железными полосами, выпрямился и рванул, было, к входной двери, но выпал в осадок снова. Из-за того, что наш мишка, шевельнув левой верхней лапой, «открыл» портал — кстати, в местном «стихийном» варианте — сделал длинный шаг и исчез.

Это «зеркало» закрыла Наташа. А я «передвинул» свое за спину мастеру, пребывавшему в шоке, «вбил»меткув мохнатый затылок и вслушался в доклад Ррыга, искренне переживавшего за судьбу «настолько мягкой, прочной и красивой» кожи:

— Я предупредил, что в состоянии найти свое добро с помощью магии Пространства, и путешествую не один. Поэтому Нерд выполнит заказ за сутки. Но наверняка попробует выяснить, где я остановился, чтобы решить, стоит меня грабить чужими руками, или нет.

— Не стоит… — хохотнула матушка. — За тобой — род Беклемишевых. А значит, грабители погибнут смертью храбрых, но тупых, а Нерда мы вывернем наизнанку.

— Угу… — подтвердил я, почувствовал, что мишку все равно плющит, и усмехнулся: — Ррыг, не дергайся: я забочусь о своих Слугах. Поэтому оставил в тушке портногометку, намерен заглядывать в его мастерскую каждые два-три часа и заставлю пожалеть, если он будет занят не работой. Так что выброси из головы все сомнения и займись делом. А мы вернемся в усадьбу. Ибо там нас вот-вот пригласят на завтрак…

…Завтрак, утренняя тренировка и усиления «молодежи» прошли штатно — во время трапезы мы вникли в последние новости и слегка повеселились, в спортзале зверски замучили Варю, Валю, Нину, Алексея и Игната, лишний раз убедились в том, что эта пятерка тянется к нам со страшной силой, и поставили новые промежуточные цели, а после того, как подняли ребят на очередные три уровня, получили море удовольствия от слов благодарности.

После ухода подопечных «пощупали» АУ-ки сами и выяснили, на каком уровне энергетическая система человека мутирует в пятнадцатый ранг. Само собой, «торкнуло» меня. А порадовало всех четверых. К сожалению, перейти в мир единорогов, поэкспериментировать с заклинаниями площадного типа и оценить прирост дури, не получилось — мне позвонила Марина, поздоровалась, сообщила, что ее дед хотел бы прилететь ко мне «ориентировочно на четверть часа», чтобы обсудить взаимовыгодный деловой вопрос, и спросила, когда в моем расписании появится подходящее «окно».

Я был уверен, что после девяти ноль-ноль по столичному времени меня наберет государь и, вероятнее всего, чем-нибудь загрузит, поэтому решил не откладывать встречу с Самойловым на потом — заявил его внучке, что «окно» уже открыто, но закроется в районе полудня, немного подождал, выслушал предельно конкретное предложение и согласился:

— Что ж, через сорок минут, так через сорок минут. Кстати, как взлетите, пришли мне идентификатор вертолета. Чтобы вас ненароком не сбили…

Прислала. Почему-то только через четверть часа. Но борт Самойловых вошел в область контроля моих «Кедров» точно по графику, получил вектор движения и координаты посадочной площадки, дисциплинированно снизился, сел за четыре минуты до оговоренного времени встречи, вырубил движки и выпустил наружу Бориса Николаевича и Марину Мироновну.

Глава рода не ограничился обычным приветствием — пожал мне руку, сделал комплимент красоте усадьбы и заявил, что бывал в ней «во времена» Великого Князя Алексея Ростиславовича. По службе. Пока шли к особняку, с интересом поглядывал по сторонам. А после того, как переступил через порог моего кабинета и увидел на столешнице бутылки с минералкой, бокалы, вазу с «дарами иных миров» и хрустальные розетки, весело хохотнул:

— Олег Леонидович, вы решили понизить критичность моего мышления тем же способом, которым свели с ума Маришку и ввергли в пучину отчаяния весь Высший Свет Владимира?

Никакого негатива в его эмоциях не было, поэтому я отшутился в том же стиле:

— Ну да: раз эти фрукты и ягоды воздействуют на Разум похлеще любого Приручителя, значит, грех не пользоваться имеющимися возможностями…

Самойловы расхохотались, опустились в кресла, к которым я их подвел, и поделились парой слухов, описывающих «успехи» поисковых отрядов двух столичных родов, отправленных в запорталье за фруктами, ягодами и овощами Мечты.

А после того, как я отсмеялся, Борис Николаевич посерьезнел, поймал мой взгляд и поблагодарил. Сначала — за то, что я позволил Марине проверить себя на излом в экстремальной ситуации повышенной сложности, а затем за идеальную подстраховку. Оценив мою реакцию на эти слова, удовлетворенно кивнул, заявил, что, как и я, не приемлет «дружбы наполовину», и посоветовал внучке держаться за меня обеими руками. Причем на полном серьезе и без «левых» чувств в эмоциях. А после того, как убедился в том, что правильно понят и в этот раз, пригубил минералки и задал вопрос на засыпку:

— Олег Леонидович, скажите, пожалуйста, вы сравнивали коэффициент полезного действия исцелений моей внучки и ваших целительниц?

Я утвердительно кивнул:

— Естественно. И НЕ удивился. Так как в курсе, что моим целительницам катастрофически не хватает профильного образования. К сожалению, мой род крайне невелик, и все взрослые целительницы заступают на боевое дежурство в режиме сутки через сутки. А обе младшие по ряду причин не мыслят себя вне боевых двоек, из-за чего развивают лишь… скажем так, прикладной аспект использования стихии Жизни. Тем не менее, старшая целительница моего рода штудирует учебные курсы и пусть медленно, но регулярно повышает уровень знаний своих подопечных.

— В рамках имеющихся у вас возможностей ничего более эффективного, пожалуй, не придумаешь… — признал он и хищно раздул ноздри: — Но я оценил ваше отношение к моей внучке и к Ульяне Игоревне Урусовой, убедился в том, что в наше время дворян, способных дружить самоотверженно и бескорыстно, не найдешь днем с огнем, и предлагаю прогнать ваших целительниц через своего рода курсы повышения квалификации. Высококлассных специалистов с опытом преподавания в моих госпиталях и клиниках предостаточно, создать программу обучения — дело пары суток, а пациентов привозят каждый божий день: я выиграл тендер на исцеление военнослужащих и жителей Белоярского края, пострадавших при отражениях вторжений иномирного зверья…

…Переговоры с Самойловыми оставили очень приятное послевкусие, поэтому после их отлета я вернулся в особняк, отправил матушке видеозапись всей беседы с просьбой просмотреть при первой

Посмотрев, чей вызов я пропустил, подобрался, набрал Белосельского, вежливо поздоровался, извинился за то, что не смог ответить, и превратился в слух.

— Здравствуйте, Олег Леонидович… — поприветствовал меня государь, дал понять, что не в обиде, и переключил в рабочий режим: — Свободного времени у меня немного, поэтому обойдусь без лирики и начну с результатов допроса ящеров. Итак, в их мире появляются порталы в два типа миров — в те, плотность магофона которых меньше или равна плотности магофона их мира, и в более «жесткие». Порталы в миры первого типа возникают довольно часто, и зверье, выбирающееся из них, используется для усиления энергетических систем Одаренных, а порталы в «жесткие» — чрезвычайно редко. Тем не менее, каждое вторжение из них оказывается сравнимым с последствиями стихийных бедствий. Так как зверье из них, как правило, от полутора и до двух раз сильнее среднестатистического ящера. Выводы напрашиваются сами собой: раз к нам в обычном режиме вторгается зверье не выше седьмого класса опасности, то в «усиленном» надо ждать одиннадцатых-четырнадцатых. Что ужасает. Ибо, по уверениям наших ученых, среднестатистический Одаренный, развивающийся под магофоном нашей планеты на иномирном зверье с третьего по седьмой класс опасности, с вероятностью в сто процентов упрется в потолок девятого ранга. А технические системы вооружений, за исключением, разве что, пары-тройки видов оружия массового поражения, не катят даже против покровов седьмого-восьмого рангов!

После этих слов дал мне переварить «новое знание» и мрачно вздохнул:

— Если верить все тем же пленным ящерам, в их мире зверье из «жестких» порталов останавливают и, в конце концов, уничтожают с помощью мощных стационарных артефактов двух типов — защитных и атакующих. Да, кое-какие подвижки в изучении артефакторики у нас уже появились, но мы движемся по этому пути вслепую, наощупь и очень медленно, а «жесткие» порталы уже открываются. Кстати, сегодня в четыре десять утра по времени Владимира на восточном берегу Байкала было обнаружено три с лишним десятка трупов тварей, отдаленно похожих на ваших «проглотов»: по мнению аналитиков, второй «жесткий» портал открылся глубоко под водой, и эти монстры вбежали в него на большой скорости, не смогли заплыть обратно и захлебнулись.

— В общем, нам срочно требуются иномирные артефакторы. Причем, по возможности, не только практики, но и теоретики… — «пошутил» я.

Белосельский подтвердил, затем притворно посетовал на то, что они в Империю почему-то не наведываются, и переключился на следующий вопрос — полюбопытствовал, как обстоят дела с дрессировкой «лотов» пятничного аукциона, выслушал подробный ответ, заявил, что радует хоть это, и сообщил, что борт для перевозки белок, колонков, Нинки и ее сопровождающих сядет в Белоярске завтра в десять утра по нашему времени. А после того, как сказал, что этим процессом, «как обычно», будет заниматься Анциферов, перешел к вопросу из другой оперы:

— Олег Леонидович, завтра в десять ноль-ноль по времени Белоярска в вашу усадьбу прибудет Анатолий Игоревич Голицын. Проводить награждениевсех участниковуничтожения «проглотов». Скажите, пожалуйста, вы сможете вызвать к себе Ульяну Игоревну и Марину Мироновну, или мне отправить к ним фельдъегерей с соответствующими приглашениями?

— Думаю, смогу.

— Тогда переговорите с ними сегодня и сообщите мне результаты ваших договоренностей. Чтобы я, в случае чего, успел надавить на глав их родов.

Я, естественно, пообещал. И Император, поблагодарив за понимание, слегка загрузил:

— И последнее: изыщите, пожалуйста, возможность прибыть в столицу хотя бы часа за два до начала аукциона: я хочу обсудить с вами пару серьезных вопросов тет-а-тет…

…С девчатами я договорился: пригласил их прибыть в мое поместье к девяти утра на тренировку по боевке, получил абсолютно одинаковые ответы — «Буду!!!» — и выполнил обещание, данное самодержцу. Потом «заглянул» к Нерду, впечатлился примитивностью технологии пошива местного шмотья для особо важных персон, обсудил ее с Натальей и на пару с ней же сгонял в Восточный. Посмотреть, чем занимаются строители, и «почитать» их эмоции. На всякий случай. И убил на эту инспекцию все время, оставшееся до обеда.

Пообедал с ближним кругом и собрался, было, наведаться к Ррыгу, но обломался: в четырнадцать сорок мне позвонил митрополит Симеон, минут через пять-семь после завершения разговора с ним я понадобился Григорию Денисовичу, чуть позже — деду Ульяны, решившему меня пригласить на прием по случаю ее совершеннолетия, а в шестнадцать ноль-ноль к дальнему КПП подъехал кортеж Захаровых. И Евгений Станиславович попросил передать, что хотел бы со мной пообщаться.

Общаться с этим человеком у меня не было никакого желания. Но я не мог послать его лесом без веских оснований. И не исключал, что у него есть выход на операторов СУВД. Поэтому распорядился запустить кортеж гостей на охраняемую территорию, а минут через двадцать-двадцать пять вышел из парадной двери особняка, встретил Захарова, удивился тому, что он прибыл без любимой внучки, и поднял мужчину в кабинет.

Пока Наташа, по своему обыкновению, изображавшая мою ожившую тень, выясняла, что Евгений Станиславович будет пить, «жил» в его эмоциях. Так что к моменту, когда он счел возможным начать это самое «общение», пребывал в легком раздражении. Тем не менее, вступление, во время которого старый интриган делился своими впечатлениями о просмотре видеозаписей с камер ЖК «Якорь», ужасался мощи проглотов и восхищался уровнем боевой подготовки Одаренных моего рода, перетерпел, не изменившись в лице. Вот дедок и решил, что «поймал отклик». Поэтому плавно перешел от славословий к вопросу, который собирался продавить:

— Кстати, я впечатлился не только идеальной сыгранностью боевых двоек вашей родовой дружины, но и эффективностью вашей методики подготовки Одаренных: Ульяна Игоревна и Марина Мироновна, которых вы, по моим данным, начали тренировать совсем недавно, чувствовали себя неотъемлемой частью вашей команды, ни на что не отвлекались и выкладывались на своих участках ответственности до предела. Безусловно, нельзя недооценивать и характеры этих ваших подопечных — они, вне всякого сомнения, на редкость целеустремленные и дисциплинированные личности. Однако любой, даже самый крупный и чистый алмаз, должен гранить мастер своего дела. И я прошу вас огранить еще один — мою внучку Раису: да, на сегодняшний день она слабее ваших учениц, но тоже сосредоточена на личном развитии, готова выкладываться до предела и, что самое главное, верит вам как бы не больше, чем самой себе. Кстати, вам верю и я. Поэтому заранее согласен на любой

По моим ощущениям, после этой просьбы он собирался впечатлить меня положительными сторонами «сотрудничества такого уровня» между нашими родами, но я вклинился в коротенькую паузу и вернул Захарова из фантазий в реальность:

— Евгений Станиславович, вынужден вас расстроить: все ваши «данные» взяты из гаданий на кофейной гуще — яне тренируюни Ульяну Игоревну, ни Марину Мироновну, а просто дружу. Причем дружу по потребности души,а не разума. То есть, вижу в них личностей,а не возможности, не строю далеко идущих планов и не рассчитываюни на какие ответные преференции. А вы и ваша внучка жаждете меняиспользовать. Зря: я юн, но не наивен. И ни разу не дипломат. Так что говорю прямо: гранить ваш алмаз я не буду. Равно, как и любые другие. Ибо это не мое. Надеюсь на понимание. Всего вам хорошего…

Глава 27

26 января 997 г. от ВР.

…Первые несколько минут пребывания Ррыга в «ателье» Нерд вел себя учтивее некуда — выложил на стол стопку готовых вещей, развернул и показал клиенту… хм… помесь куртки и рубашки, похвастался то ли качеством, то ли нереальной красотой стежков, и предложил примерить шедевр портновского искусства. До отдельных примерочных в этом мире еще не доросли, поэтому артефактор деловито стянул свою верхнюю одежду, примерился к обновке и не заметил странное движение мастера. Тем не менее, артефакт скуполом, «сидящим» на накопителе из искусственного рубина, активировал через долю секунды после того, как входная дверь сорвалась с местного аналога петель и полетела ему в спину, а в помещение начали вбегать очень крупные мишки.

Продавить защиту, в которую мы вбухали чрезвычайно много энергии, не смогли. Хотя наверняка старались изо всех сил. А еще, по словам Натальи, державшей универсальное «зеркальце» для наблюдения, попытались взять под контроль Пространство. Чтобы Ррыг никуда не свалил. Я догадывался, что так и будет. Ибо видел фрагменты подготовки к его визиту, но обиделся все равно. Вот из себя и вышел. Хотя нет, не так: первым делом я открыл портал кметкена потолке. Затем спрыгнул на пол, превратил Воздух в кисель и заблокировал все стихии. Благо, видеокамер на Рранде еще не было, и мои шансы спалиться перед Белосельскими равнялись нулю.

Местные «силовики», естественно, не обрадовались. Но их мнение мне было до одного места — я закрыл дверной проемкаменной стенойпрямо за одним из мишек,

шевельнул рукой, вызывая к себе напарницу, дождался ее появления и обратился к своему мишке. Благо, знал, что портативный переводчик в руках Наташи включен:

— Ррыг, что это за уроды, и с чего это вдруг они сочли, что вправе мешатьмоему Слугезабирать честно оплаченные вещи?

— Это — Младшие Нымраан главы клана Эрмхейм… — без тени намека на страх и в голосе, и в эмоциях сообщил артефактор. Потом прочитал мини-лекцию об официальных правах и обязанностях этих служивых, заявил, что в реальной жизни Нымрааны пользуются практически безграничной властью, и… сдал их по полной программе: — Кстати, они нарушают Закон и сейчас. Ибо проорали, что я задержан за кражу семи чешуек ангера и обработанной кожи мрыха у их господина, за утаивание Дара Пространства и за неуплату пошлины на право пройти в ворота Эрмхейма.

— Пошлину ты действительно не оплатил… — признал я, почувствовал, что в эмоциях самого крупного Нымраана появилось злое предвкушение, и недобро оскалился: — Ибо сквозь ворота НЕ ПРОХОДИЛ. А еще ни у кого ничего не крал: ангеров убил я, и я же подарил тебе несколько чешуек, а эта кожа куплена в моем мире. Получается, что тебя оговорили. Чтобы ограбить. И я считаю себя оскорбленным. Поэтому воздаюсторицей…

«Воздал» не всем — прибил всех служивых и портного сжатиемкоконов, «вскрыл», отправил в беспамятствозатрещинойи зашвырнул в портал мага Пространства, ныкавшегося подневидимостью, и вернул Воздух в обычное состояние. А после того, как из области контроля исчезла Наташа, жестами приказал Ррыгу собирать шмотье и валить «домой».

Он покосился на стопку новых шмоток и «посмел меня ослушаться» — склонился к ближайшему трупу, ткнул когтем в его тесак, наруч и какой-то аксессуар на шее, дал понять, что это артефакты, и быстренько перекидал все тушки на «свой» пляж. В общем, с Рранда ушли чуть позже, чем собирались, зато с прибытком. А после того, как я закрыл портал, занялись кто чем — мишка утащил шмотье в пещеру, вернулся и занялся мародеркой, Наташа взяла под контроль Пространство и «реанимировала» на редкость плюгавого «языка», а я еще раз приложил егозатрещинойи почувствовал, что это воздействие было лишним: спектакль с показательными убийствами Нымраанов, разыгранный персонально для этого зрителя, сломал его в хлам!

В общем, первый вариант вступительного монолога был задвинут куда подальше за ненадобностью, и я сходу перешел к требованиям:

— Мне нужны координаты всех известных тебе миров. Или возможность поставить в них свои пространственныеметки…

…Маг Пространства по имени Амрыз держал в памяти координаты аж семнадцати миров. Запоминать сочетания стихий для такого количестваметокя был не готов, поэтому записывал каждое в отдельный файл и добавлял к нему подробнейшие описания особенностей магофона, животного мира и разумных представителей этих планет, благо, донор информации не запирался. Да-да, в четырех из семнадцати миров имелись цивилизации разного уровня развития, и клан Эрмхейм периодически устраивал набеги на их населенные пункты. И пусть иногда огребал, но глава клана искренне считал это дело чрезвычайно прибыльным. Ну, а нас с Наташей накрыло любопытством. Но со свободным временем было не ахти, поэтому мы по разику заглянули во все семнадцать с помощью моихметок, прибили Амрыза, зашвырнули его тело в мир ангеров, сообщили Ррыгу, что нам пора, и вернулись в усадьбу. А там добросовестно смыли с себя «неправильные» запахи, надели что-то среднее между домашней и парадно-выходной одеждой, довели образы до ума и поперлись завтракать.

Трапеза получилась рабочей: после первой перемены блюд я принял звонок Голицына, после второй — Анциферова, сообщил Нинке и ее верным телохранителям точное время прибытия «Атланта», на котором они должны будут вылететь в Белоярск, еще раз описал нюансы разделения власти между Пришвиной-младшей и Пахомом во время пребывания «командировочных» в столице, ответил на несколько вопросов Алексея и Игната, дал высказаться матушке и так далее. В общем,

Он показался мне чуть менее вымотанным, чем обычно, но оказалось, что это — результат трудов персональной целительницы, приставленной к нему государем на постоянной основе, и… «аж» полуторачасового сна во время перелета из Владимира в Белоярск.

Я здорово расстроился. Поэтому, познакомившись с его целительницей, задержавшейся в десантном отсеке, посоветовал ей как можно чаще вырубать подопечногосном. К примеру, «по медицинским показаниям». Потом отжал у Анатолия Игоревича один из двух увесистых кейсов, не услышал стандартное «Я, как обычно, тороплюсь…», отвел в большую гостиную и «сдал» Жаровой. Так что первые минут двадцать пребывания в моем поместье Голицын и его помощница провели за накрытым столом. А я за это время набрал и отправил в общий канал «Паутинки» несколько распоряжений, проконтролировал их выполнение и попереписывался с мамой. В общем, к тому моменту, когда насытившиеся гости встали с кресел и вопросительно уставились на меня, все участники «операции» в «Якоре» успели собраться в холле первого этажа в парадно-выходной одежде…

Награждение прошло торжественно, но, по моим ощущениям, заметно быстрее, чем прошлое. И, как ни странно, повеселило. Дичайшим диссонансом между веселым удовлетворением Иры Глотовой, пожалованной орденом «За заслуги перед Отечеством» четвертой степени, диким одурением Урусовой и Самойловой, получивших куда более серьезного «Георгия Победоносца» все той же четвертой степени вместе со статусом «Боевой маг первой категории», и какой-то детской гордостью «юных телохранителей» Нинки, которых глава государства счел достойными тех же «Заслуг перед Отечеством», но третьей степени.

Само собой, неслабо «прилетело» и всем остальным отличившимся. Но личный состав смен Жарова и Комлева, целительницы Макарова и Щепкина, Варя, Валя и мы давным-давно привыкли к подобным мероприятиям, поэтому принимали очередные награды с… хм… не вибрируя. Впрочем, после того, как Анатолий Игоревич толкнул заключительную речь и замолчал, а я подал команды «Вольно!» и «Разойдись!», в зале стало шумно — народ вполголоса поздравлял друг друга и… косил на нас.

Но «досталось» только матушке и Ане. А мы с Наташей ушли провожать Голицына и его целительницу, убили на это дело порядка пятнадцати минут и встряли снова — встретили «Атлант», прилетевший за «лотами» аукциона и командировочными, поболтали с первым заместителем генерала Анциферова и в удаленном режиме организовали процесс сборов, доставки транспортных контейнеров со зверьем и их погрузки.

В общем, к моменту, когда и этот борт ушел на Белоярск, Самойлова и Урусова успели не только оклематься от шока, но и неслабо вымотаться под чутким руководством моей матушки. Поэтому нашего появления в спортзале даже не заметили. Или, как вариант, почувствовали, но не рискнули прерывать процесс отработки замороченной боевой связки.

В общем, их спас я. От произвола Старшей Хозяйки рода. И поздравил с первыми наградами. А после того, как закончил, почувствовал, что Самойлова собирается спросить что-то неприятное, поймал ее взгляд и вопросительно мотнул головой.

— Я выросла в семье военного, имею представление о старшинстве и порядке пожалования орденов Российской Империи, точно знаю, что наши жалуютсяне первыми и даже не вторыми, и уверена в том, что ты как-то повлиял на выбор Императора. Скажи, пожалуйста, чем ты руководствовался, завышая наши заслуги?

— Мой сын в принципе не умеет завышать ни свои, ни чужие заслуги… — холодно заявила матушка, и мне пришлось сглаживать жесткость ее заявления:

— Марин, в моем отношении к вам не было, нет и не будет двойного дна, так как в моей системе координат отношения, в которых оно имеется, нельзя называть дружбой. Далее, я действительно обсуждал с Императором ваши действия. Но только потому, что Виктор Константинович, лично знакомыйсо всеми Одаренными моего рода, «не узнал» вас на видеозаписях, сделанных камерами «Якоря», и спросил, не взял ли я, часом, под руку новых людей. А после того, как услышал словосочетание «Это мои подруги», заинтересовался, задал несколько уточняющих вопросов и наверняка проверил каждый ответ. Ибо не отличается легковерием. И последнее: мы с Наташей намного сильнее и опытнее вас, привыкли работать в паре и были уверены в том, что сможем продержаться до прибытия родни. А выне представляли, на что мы способны, изнали, чтогарантированно не выживетедаже под площадными атаками зверья «ориентировочно одиннадцатого класса опасности». Тем не менее, убедили меня позволить вам принять участие всамоубийственной попыткеспасти жителей «Якоря» ивыложились до предела. Так что были награждены за реальные, а не завышенные заслуги.

— За завышением заслуг — точно не к Олегу… — внезапно выдала Ульяна. — Равно, как и за замалчиванием: он уважает не только себя, но и других. И дружит по-настоящему.

Тут Самойлова покраснела, заявила, что не имела в виду ничего плохого, решила, что это утверждение «не звучит», и попросила прощения.

Я «прислушивался» к ее эмоциям, поэтому коротко кивнул в знак того, что извинения приняты, увидел в глазах девчонки слезы и вздохнул:

— Марин, я чувствую, что ты не имела в виду ничего плохого. Поэтому-то и не стал заострять внимание на проблеме, не стоящей и выеденного яйца. Говоря иными словами, я на тебя не в обиде. Так что задвигаем эту тему куда подальше и отправляемся сочетать приятное с полезным.

— Какое именно приятное с каким именно полезным? — ехидно спросила матушка, сообразившая, что слово «чувствую» было озвучено персонально для нее. — И озвучь, пожалуйста, список лиц, которые будут этим заниматься, а то я пребываю в непонятках.

— Приятное — уничтожение промышленных объемов иномирных ягод. Полезное — праздничный обед в «Сибарите», до которого всего полчаса лету… — «предельно серьезно» сообщил я.

Наташа прыснула первой:

— Ты хочешь взять ягоды с собой и перепортить настроение остальным посетителям ресторана?

— Что-то типа того.

— Это будет жестоко… — заметила Аня, а моя родительница предложила альтернативу:

— Может, рассмотрим сочетание уничтожения промышленных объемов иномирных ягод И МОРОЖЕНОГО с качественным расслаблением в нашем бассейне… после жестокого разграбления «Элегии»,до которой всего полчаса лету? Ведь нам, дамам, нужен ПРАЗДНИК. А завистливые взгляды испортят все удовольствие…

…Матушка задавила харизмой не только меня,

«Девчонки — без гнили. И их надо подсадить на человеческое отношение. Причем обеих. Чтобы ненароком не пробудить тот самый интерес и заранее обломать матримониальные планы Урусова-старшего. Кроме того, я сдуру сорвалась на Марину — спроецировала на нее чужую вину из „прошлой жизни“ — вот и хочу сгладить жесткость своей реакции. И последнее: как следует расслабиться надо и мне с Аней, и вам с Наташей. А то мы уже забыли, когда отдыхали, а следующие три дня придется носиться, высунув язык. В общем, постарайся выключить голову и отпусти хотя бы часть тормозов…»

Я «слушал» ее эмоции и точно знал, что это не все причины, заставившие навязать такой стиль отдыха. Но вытрясать остальные и не подумал — матушка жила мною, а искать добра от добра было бы кретинизмом. Вот и заставил себя отпустить «хотя бы часть тормозов». Сначала начал подшучивать над без пяти минут грабительницами, потом помог им доработать планы, посоветовав не ограничиваться набегом на одну «Элегию», а заглянуть еще и в ювелирный салон. Дабы подобрать украшения, подчеркивающие красоту орденов. А после приземления на крыше «Ландыша» сделал «дамам» один общий комплимент и заявил, что буду их защищать от превратностей судьбы… особо злобно.

И не соврал — как только мы вышли из лифта на третий этаж, «задавил» Воздух и Воду в радиусе тридцати пяти метров. Причем настолько жестко, что оба Одаренных, изображавших Великих Магов в этой области, не рискнули выяснять, кто их обломал. В том же самом режиме «держал» стихии и во время перехода между салонами, и на обратном пути к квадрокоптеру, поэтому визит в этот ТРЦ в кои-то веки обошелся без эксцессов.

Перелет к усадьбе тоже прошел спокойно: да, мы получили аж четыре уведомления СОПП, но чисто информационные — зверье из порталов лезло «обычное» и не первый час, так что его уничтожали все желающие усилиться. В общем, в ангар «Икара» спикировали, пребывая в прекраснейшем настроении, похватали пакеты с покупками и понеслись к особняку. А от силы минут через двенадцать-пятнадцать собрались в холле второго этажа, прогулялись до бассейна и разошлись по раздевалкам.

Я, естественно, переоделся первым, вырвался на оперативный простор, заметил, что в парилке горит свет, заглянул туда, почувствовал жар и понял, что матушка врубила каменку в удаленном режиме. Намек был понятен без слов, вот я за полотенцами и потопал. Заиграв шесть штук, вернулся обратно, застелил всю верхнюю полку, забрался на любимое место, привалился спиной к стене и закрыл глаза. А от силы через минуту открыл — почувствовал, что открывается дверь, и решил не обижать «дам» «равнодушием».

Первый комплимент сделал маме, вломившейся в помещение первой. Хотя нет, этот был не комплимент — она выглядела божественно красивой, и я просто поделился своим восторгом. Потом «восхитился» изысканной красоте Ани, порадовал Ульяну, хотя отрешенно отметил, что на фоне матушки и ее верной целительницы эта девчонка выглядит ребенком. А когда порог парилки переступила Марина, затупил. Нет, персональный комплимент, естественно, озвучил. Но после того, как девушка забралась на боковую полку, устроилась поудобнее и посмотрела на меня,

честно признался самому себе, что фигурка Самойловой в моем вкусе. Впрочем, стоило почувствовать формы Наташи, как «левые» мысли куда-то испарились. И я, поймав ее взгляд, лукаво улыбнулся:

— А ты у меня чудо. Что радует со страшной силой…

Глава 28

27 января 997 г. от ВР.

…Всю вторую половину ночи с четверга на пятницу — как и несколько предыдущих — мы провели в логове Ррыга. В Эрмхейм даже не заглядывали. Хотя понапридумывали планов и мечтали их реализовать — подождали, пока мишка сварганит подарок для Императора, зарядили сапфировый накопитель от синего портала, обнаруженного в зоне ответственности Северо-Западного Форта, и, заодно, усилились сами. А последние полчаса условно свободного времени объясняли Потапычу принцип работы подводного буксировщика, показывали через мое «зеркало», как он тянет реального аквалангиста, и ставили задачу собрать тестовый защитный артефакт, не разряжающийся под воздействием «набегающего потока», но блокирующий атаки заклинаниями Воды. Потом попрощались, вернулись в усадьбу, привели себя в порядок и потопали на завтрак.

Трапеза прошла под знаком веселья: Мария Тарасовна, заскучавшая без супруга, половину ночи провисела в Сети и собрала для нас столько забавных слухов, предположений и предсказаний, касающихся предстоящего аукциона, финансовых возможностей Нинки и зверья, охраняющего мои владения, что я устал ржать. А матушка, нахохотавшись вдосталь, посерьезнела и заявила, что Пришвину-младшую скоро станут сватать. Чтобы наложить загребущие ручки на ее таланты и банковский счет.

— Со сватами разберемся мы с тобой… — злобно рыкнул я. — А любителей охмурять наивных девчонок воспитают либо Алексей с Игнатом, либо Антип Назарович и его подчиненные. Не зря же я отправил во Владимир аж восемь «взрослых» магов?

— Я разговаривала с мужем. В районе трех ночи по нашему времени… — весело мурлыкнула Жарова. — По его словам, Игнат с Лешкой не отходят от Нинки ни на шаг, не подпускают к ней даже Конвойных и дали почувствовать паре особо своевольных вояк, чем чревато игнорирование их предупреждений. Так что «взрослые маги» изображают статистов. И гордятся юными злыднями издалека…

О том, что «юные злыдни» отжигают по полной программе, мне говорил и Анциферов. Во время вечернего созвона. Только поделился информацией из категории «для служебного пользования»:

«Олег Леонидович, минут сорок тому назад юные телохранители Нины Петровны поломали заместителя министра тяжелой промышленности — этот идиот надавил на родича,служившегов Конвое, и прошел во флигель, который государь выделил вашим людям, через заднюю дверь. Планируя — как выяснилось во время экспресс-допроса — впечатлить вашу Приручительницу своим невероятным статусом, потребовать снять с аукциона одного из ледяных колонков по убедительной причине, а под утро субботы втихаря передать „реальному покупателю“. Но пообщаться с девушкой не получилось — Игнат Ярославович Спицын вырубил „постороннее лицо“ еще до того, как оно открыло рот. А Алексей Антонович его поломал, допросил, доложил о ЧП Антипу Назаровичу и, освободившись, построил командира взвода Конвойных — предупредил, что если на территорию, выделенную Беклемишевым, пройдет еще какой-нибудь праздношатающийся, тоКонвойныеэтогоне переживут. В общем, ваши люди бдят.

Я бы поделился этими разведданными с дамами, но не успел — в мой личный канал «Паутинки» постучался Антон и доложил, что обнаружил синий портал и целую стаю незнакомого зверья с Даром Огня. Само собой, прислал и картинку. Так что я прикипел взглядом к монстрикам размером с крупного пса,

сходу окрестил их огненными гончими и дал команду пригнать к ловушке одну штуку. Дабы можно было выяснить класс опасности этих созданий.

Собрались, что называется, бегом, вынеслись из особняка вчетвером, серией рывков на официальный двенадцатый ранг допрыгали до стрельбища и немного подождали. А через считанные секунды после того, как на опушку вылетел дрон с раненым кроликом на подвеске, активировалиускоренияи на всякий случай выставили перед собой взаимно усиленную «слоеную»стену.

В этот раз перестраховка оказалась лишней — монстрик, выбежавший из тайги, оказался «восьмеркой». Так что лег от обычноголезвияматушки. Но зверье, от убийства которого нам было ни холодно, ни жарко, могло усилить моих людей. Так что я подключился к оперативному каналу и порадовал люд, дожидавшийся результатов «следственного эксперимента»:

— Эта огненная гончая тянула на восьмой класс опасности. Что для вас — свет в окошке. Так что тревожная группа выдвигается к порталу на снегоходах и валит монстриков рядом с ним, а обе дежурные смены готовятся к ротациям и «рыбалкам». Варя и Валя: вы страхуете Юрку и Ирку. А дроноводы меняют друг друга и усиливаются по отдельному графику. На этом все. Работайте…

Закончив раздавать ценные указания, набрал Анциферова, сообщил, что у нас вот-вот появится абсолютно новое «биоактивное сырье», отправил кусок видеозаписи, сделанной моей микрокамерой, выслушал ожидаемую просьбу Григория Денисовича, изъявившего желание наложить лапу на все трупы этих зверей, и напомнил, что в мое отсутствие все деловые вопросы будет решать матушка.

Генерал пообещал найти с ней общий язык, поблагодарил за очередной шаг навстречу государству, пожелал нам с Наташей хорошей дороги и сбросил вызов. В этот-то момент меня и торкнуло решением позвонить подругам. И я счел его правильным. Поэтому «постучался» к Самойловой, обменялся с ней приветствиями и озадачил:

— Я чего звоню-то: на моей земле открылся портал в мир со зверьем под твой уровень развития. А значит, у тебя появился ненулевой шанс прорваться в девятый ранг уже сегодня. И еще: если прилетишь до одиннадцати ноль-ноль, то успеем немного поболтать. Нет — тоже нестрашно: тебя встретит моя матушка и приставит к смене, которая отправится к порталу по ротации.

— Это предложение только для меня, или для нас с Ульяной?

— Для вас с Ульяной.

— Отлично! Тогда я ее подберу…

…Девчата прилетели поздновато. Из-за главы рода Урусовых, невесть с чего решившего познакомиться с подругой «любимой внучки», вынудившего Ульяну привести Марину к нему в кабинет и почти час полоскавшего гостье мозги.

В момент приземления «Сенежа» я грузил термоконтейнеры с фруктами и ягодами в мой квадрокоптер, переписывался с матушкой и вслушивался в происходящее в оперативном канале «Паутинки», поэтому, выслушав монолог Самойловой, просто кивнул в знак того, что принимаю извинения и не в обиде. А через несколько минут, «сдавая» эту парочку моей родительнице, прозрел. И задал подругам вопрос на засыпку:

— Так, стоп! Как я понимаю, Матвей Григорьевич устроил что-то вроде смотрин⁈

Старшая односложно подтвердила. А младшая криво усмехнулась:

— Ага. И пришел к выводу, что Марина может помешать реализовать его планы. Так как умнее, магически одареннее и жестче Лариски с Анькой, ничем не уступает им… внешне и, что самое главное, уже заслужила твое уважение. Но портить отношения и с тобой, и с Борисом Николаевичем однозначно не решится, так что вызовет… вернее, уже наверняка вызвал к себе моего отца и за что-нибудь отчитывает.

— Гадости делать будет? — спросил я, разобравшись в каше ее эмоций.

Девчонка утвердительно кивнула:

— Конечно! Но нескоро. Так как сначала придумает пару-тройку идей, реализация которых гарантированно не выйдет боком, потом убьет несколько дней на подбор исполнителей, которых нельзя будет связать с нашим родом, подготовит как минимум два разных способа их зачистки на самый крайний случай и так далее.

Как только она закончила описывать наиболее вероятную реакцию деда на испытанный облом, я перевел взгляд на Самойлову и проверил результат анализа ее эмоций:

— Судя по твоему спокойствию, ты слышишь этот монолог не первый раз, верно?

Брюнетка утвердительно кивнула:

— Да — Ульяна рассказала, какие методы «воздействия» предпочитает ее дед, так что я сегодня же настропалю своего, а он озадачит командира родовой СБ. К слову, бывшего контрразведчика. В общем, не бери в голову — со мнойничего не случится!

Я не поверил. Но спорить не стал — «сдал» девчат матушке, посмотрел на часы, со вздохом заявил, что нам с Наташей уже пора, пережил прощания и увел напарницу к «Икару». А уже через минуту поднял борт в воздух, врубил автопилот и развернул кресло на сто восемьдесят градусов.

Портал в мир ящеров открыл сразу после того, как освободил половину сидения, приобнял женщину, вжавшуюся в левый бок, и недобро оскалился:

— А «лягушки»-то вконец охамели…

— Ну, мы ж разнесли этот город сто лет назад и больше не давали о себе знать… — усмехнулась она и предложила заглянуть во второй.

Заглянули. И обнаружили, что разбор развалин подходит к концу, а как минимум два десятка подводных строений уже возводятся заново!

— Миленько… — заключил я, осмотрев «строительную площадку» точек с десяти, поделился с подругой парочкой особо злобных идеек, получил полный одобрямс и закрыл «зеркало» к чертовой матери. Ибо счел, что земноводные никуда не денутся, а Наталья — может. К примеру, пересесть на свое кресло. И не позволил. В смысле, приложил ее любимым сочетанием стихий и распустил руки. Но так, в меру. Чтобы она ненароком не потеряла лицо перед экипажем нашего самолета…

…Перелет от Белоярска до Владимира прошел мимо нас — мы продрали глаза уже на аэродромном круге из-за изменения внутрисалонного давления, встали, оделись, заказали обед и быстренько заполнили ямы в желудках. Да, из-за этого выгрузились из «Коршуна» только минут через десять-двенадцать после его остановки перед нашим ангаром, зато по трапу спустились сытыми, немного поэксплуатировали пилотов, загрузились в «Овод» и снова взлетели.

Не знаю, почему, но

Ну и, конечно же, радовался тому, что мы не едем, а летим. Когда увидел впереди «Золотые Ключи», слегка расстроился. Из-за того, что придется приземляться. Но сфокусироваться на «страданиях» не успел. Из-за звонка Голицына, переключившего в рабочий режим.

Генеральный прокурор не стал тратить время впустую — поздоровался, признался, что ему уже доложили о моем прибытии во Владимир, и спросил, не мог бы я прилететь в Кремль, не заглядывая домой.

Я, естественно, подобрался:

— Что-то случилось с моими людьми?

— Нет, с ними все в порядке… — успокоил меня он и объяснил причины, вынудившие его просить меня поторопиться: — У нас творится сумасшедший дом: в столицу прилетели и продолжают прилетать представители почти всех все еще влиятельных монархических династий Земли, и почти каждый требует внимания. Ближе к вечеру ситуация ухудшится как бы не в разы, а государь хотел бы переговорить с вами до начала аукциона.

— В данный момент я снижаюсь к своему ЖК. Если изменю маршрут, то буду в Кремле уже минуты через две-три… — заявил я и получил интересный ответ:

— Меняйте: на ваш «Овод» давным-давно оформлен постоянный пропуск в зону ответственности кремлевской СУВД, так что вас не собьют, а подхватят системой автоматического контроля взлета и посадки, заведут в нужный ангар и припаркуют. А я подойду к посадочному месту минут через шесть-семь…

Он вошел в сравнительно небольшое помещение через пять с половиной, навелся на нас, поздоровался еще раз, сделал Наташе красивый комплимент и прикипел взглядом к четырем двадцатикилограммовым термоконтейнерам, которые я успел выставить перед квадрокоптером:

— Фрукты, овощи и ягоды?

Я утвердительно кивнул:

— Ага: три контейнера — Императору и Императрице, а последний — вам и Петру Романовичу.

Анатолий Игоревич на мгновение ушел в себя, потом подозвал к себе одного из двух Конвойных, изображавших статуи по обе стороны от входа в лифтовый холл, и поручил организовать доставку «особо ценного груза» в два разных места. Служака взял под козырек, подключился к какому-то каналу и вызвал «подкрепление», так что наш провожатый забыл о мелкой проблеме и попросил нас следовать за ним.

Следующие четверть часа мы убили на переходы по хитросплетениям коридоров и анфилад, забитых… хм… праздношатающимися, покатушки на служебных лифтах и траволаторах, «преодоление» сканеров на стационарных постах Конвоя и недолгое ожидание в знакомой приемной «не для всех». А потом меня с Наташей пригласили в кабинет, и мне стало не до наблюдения за временем — изрядно замученный глава государства при нашем появлении на пороге поднялся с кресла, вышел из-за рабочего стола, пожал мне руку, очень тепло поприветствовал мою напарницу и пригласил нас в мягкий уголок. Пока мы устраивались поудобнее, собирался с мыслями. Затем врубил «глушилку» и уставился мне в глаза:

— Начну со слов благодарности: большое вам спасибо за то, что убедили Дарью Константиновну и Янину Павловну тренировать моего наследника — их стараниями сегодня утром он поднялся на сорок девятый уровень, уверенно справляется с любым одиночным зверьем третьего класса опасности, начал понимать свои стихии и, что в разы важнее, почувствовал разницу между теми, кто говорит, и теми, кто делает. Поэтому вымел из своего окружения поганой метлой практически всех болтунов, лизоблюдов и родовитых бездельников, перестал тратить время на всякую ерунду и задался целью заслужить уважение «чрезвычайно жестких, требовательных и воистину неудержимых» наставниц. Кстати, последняя фраза — цитата: «наставницы» четырежды ставили на место дворцовых специалистов по всему и вся. И сделали это настолько жестко, что «специалисты» поломались, их последователи забились в тину и дышат через раз, а мой сын в восторге. Правда, есть и минусы: он принял близко к сердцу заявление вашей сестры о том, что у нее есть кумир — вы — и заревновал. Но это юношеское. И, вне всякого сомнения, пройдет…

Он был уверен в том, что говорит, а я напрягся и отложил это знание на отдельную полку памяти. Благодаря чему зевнул переход с темы дрессировок наследника престола на рассказ об успехах артефакторов Белосельских. Вот и «включился» с середины предложения:

— … по сути, повторили достижения ваших артефакторов и сделали три крошечных шага вперед: подобрали режим низкоэнергетических воздействий, позволяющий ощущать структуры плетений в артефактах ящеров, повторили каждую «в реальности» и научились уверенно заряжать накопители. А вот с принципом создания подобных артефактов пока не разобрались. Хотя, вроде как, тоже «начали что-то понимать».

— Раз научились заряжать накопители, значит, мой подарок придется ко двору… — заявил я, достал из внутреннего кармана пиджака титановый браслет и положил на столешницу: — Аксессуар магазинный, серийный и, на первый взгляд, мусорный. Но в пластине под камнем — плетение полусферическогокупола, а сапфир — накопитель, емкость которого позволитразвернутому заклинаниювыдержать три с половиной-четыре десяткавзаимно усиленных точечных атакнескольких магов моего ранга.

Белосельский потерял дар речи. А я нанес добивающий удар:

— С большей частью тонких моментов процесса создания артефактов мы уже разобрались. Но уперлись в проблему посерьезнее: для подпитки любого сколь-либо серьезного заклинания, активирующегося с подобных изделий, требуетсячрезвычайно много энергии, вливать ее в накопитель или накопители муторно и долго, а в трофейном ноже однозначно не было контура их зарядки от окружающего магофона. В общем, теоретически мои люди могут создать особо мощный защитный комплекс, монтирующийся на трон. Но удержать в тайне существование этого артефакта, увы, не получится, так как зарядкой его накопителей придется заниматься как бы не всем Одаренным Кремля.

Тут Виктор Константинович задумчиво потер подбородок и усмехнулся:

— Да уж, подарки у вас, как обычно, убийственные. А этот конкретный… хм… не только пришелся ко двору, но и позволит поставить артефакторам уточненные задачи. Кстати, вы не объясните, как активировать купол и как подзаряжать накопитель?

Объяснил подробнее некуда. Убедился в том, что понят. Затем помог Белосельскому поймать нужные ощущения и собрался, было, ответить на море вопросов, но Император по-настоящему удивил:

— Просить вас поделиться и этой технологией я не буду: это будет редким свинством. Да и мои ученые привыкнут все получать на блюдечках с голубой каемочкой, что не дело. В общем, еще раз благодарю за сумасшедший подарок и перехожу к вопросу, который и собирался обсудить. Итак, на сегодняшний день мы, «обычные Одаренные»,

— Неприятно, однако… — пробормотал я, представив себе, до чего может доиграться властолюбивый Приручитель.

— Не то слово! — раздраженно воскликнул самодержец, заставил себя успокоиться и озадачил: — Приручителей предостаточно и в моем окружении: да, программисты Конвоя уже написали несколько программ, анализирующих чуть ли не каждый чих этих личностей в параноидальном режиме, а я стараюсь их к себе не подпускать, но предусмотреть все и вся физически невозможно, поэтому я собираюсь дуть на воду. То есть, закрыть Кремль для Приручителей, ограничить контакты членов моего ближнего круга и телохранителей с этой категорией Одаренных, периодически проверять народ из группы риска на наличие следов воздействий на Разум и прогнать пару-тройку Приручителей-добровольцев через своего рода импринтинг. То есть, максимально жестко «закрепить» их безусловную преданность правящему Императору и Империи, а потом поручить этим Одаренным «сканирование» разумов личностей, чье превращение в чужие куклы гарантированно приведет к катастрофе.

Во время этого монолога я внимательнейшим образом анализировал все изменения в эмоциональном фоне государя, но не почувствовал даже намека на желание… хм… закосить под короля Хуана Седьмого. Поэтому спокойно заявил, что идея звучит неплохо. И снова превратился в слух. Так как Виктор Константинович перешел к самому главному:

— Добровольцев я уже нашел. Но провести импринтинг самостоятельно, естественно, не смогу. Поэтому хочу попросить помощи у Нины Петровны и Екатерины Олеговны: ваши Приручительницы еще не отравлены столичными соблазнами, плевать хотели на Власть во всех ее проявлениях и видят во мне не источник всех благ, а человека. Кроме того, являются самыми сильными Одаренными этой стихии на Земле, а значит, их воздействия никто не снимет и не передавит даже при очень большом желании…

Глава 29

27 января 997 г. от ВР.

…Ужинать в каком-нибудь ресторане Наташа не захотела. Отказалась и заказывать доставку ресторанных блюд в квартиру — заявила, что сто лет меня ничем не радовала, и после десантирования из «Овода» утащила на промысел. В смысле, в продуктовый магазин. Затариваться продуктами. Вопреки моим опасениям, уложилась минут в десять — вихрем пронеслась по «избранным» отделам, покидала в тележку то, что сочла нужным, «позволила» мне оплатить все это добро и от избытка чувств чмокнула в щеку. А дома развила бурную деятельность — быстренько оккупировала кухню, переоделась в домашнее и принялась священнодействовать.

Озадачила и меня — прислала в личный канал «Паутинки» сообщение с требованием «эдак через полчасика» переместить к нам матушку с Аней. А я, немного подумав, вызвал их к себе сразу. Но — в кабинет. И под включенной «глушилкой» рассказал о просьбе Белосельского, о том, что Нина «привязала» к нему двух Приручителей седьмого ранга, и о том, что государь выполнил обе мои просьбы — приказал личному секретарю организовать процесс замены документов всем нашим родичам на фамилию Беклемишев и заказать для меня крупную партию искусственных драгоценных камней.

Пока отвечал на уточняющие вопросы, описал реакцию самодержца на свой подарок и, заодно, процитировал две самые жесткие статьи Уголовного Кодекса, определяющие наказания за воздействия Приручителей на людей. А ближе к концу мини-совещания ответил на заковыристый вопрос не на шутку встревожившейся родительницы:

— Да, ты права: де-юре Пришвина совершила особо тяжкое преступление. Но никаких негативных последствий можно не ждать. Даже в том случае, если государь уйдет из жизни вместе с сыном, а трон займет их родственник, люто ненавидящий нас. Просто потому, что перед инициациями государь подписал закрытый указ о назначении Нины сотрудницей некоего спецотдела «Омега», осуществляющего негласный надзор над Приручителями Конвоя, закрепил за ней право проводить импритинги по его личным распоряжениям и так далее. А копии всех этих документов, заверенные электронной подписью, переслал мне. В общем, девочка прикрыта со всех сторон надежнее не бывает. Кстати, я отслеживал ее реакции на предложения Виктора Константиновича, новые возможности и процесс «привязки» добровольцев, поэтому могу сказать, что в ближайшее время у этой особы крышу точно не сорвет. Само собой, если не случится что-либо из ряда вон выходящее.

Тут матушку отпустило — она заявила, что тогда все нормально, встала с кресла и унеслась на кухню. Инспектировать ход «работ». Аня, естественно, рванула следом. Ну, а я открыл файл с координатами миров, отжатыми у мага Пространства из Эрмхейма, выбрал первое сочетание стихий, открыл портал в мир, который еще не видел, и обломался — в небольшой горной долине лило, как из ведра, пятна грязно-розовой растительности подтапливала вода, листва высоченных деревьев потемнела и обвисла, а заснеженные вершины прятались в клочковатых облаках.

Зато следующий мир приятно порадовал. Непривычным цветом травы, пробивающейся сквозь снег, зеленью деревьев, игнорирующей мороз, красотой горного массива и туманной дымкой, как-то очень уж удачно вписывавшейся в «картинку».

Ее я своим дамам и показал. Вытребовав к себе с помощью «Паутинки». Но разойтись — то есть, продолжить инспекцию новых доступных планет — мне не дали: подхватили под локотки, утащили на кухню, позволили помыть руки и посадили за стол. А все остальное сделал сногсшибательный аромат жареной печени, вареного риса и какого-то соуса — я выпал из реальности и потерялся в феерии вкуса… до звонка Даши.

Вернулся в реальность. Принял вызов. Поздоровался. И вслушался в скороговорку сестренки:

— Привет, Олег! Скажи, пожалуйста, ты на аукционе будешь? А то нас с Яниной Павловной приглашают его посетить, обещая незабываемое зрелище, а я все никак не определюсь, надо мне это или нет.

В ее голосе чувствовалось легкое напряжение, так что я, пораскинув мозгами, пришел к выводу, что Державина набрала меня в присутствии своего подопечного. Вот и ответил с поправкой на то, что Цесаревич может слышать мой голос:

— Да, буду — мы с Наташей уже в городе и вот-вот начнем собираться. К слову, зрелище действительно обещает стать незабываемым:

— Веселье веселью рознь… — сварливо пробормотала она, потом заявила, что, пожалуй, тоже оценит это конкретное, и очень завуалированно попросила о помощи: — Братик, а ты заберешь нас с Яниной Павловной из поместий и вернешь обратно после того, как мероприятие закончится? А то у нас выдался на редкость напряженный день, и мысль о том, что мне придется садиться за руль еще трижды, убивает наповал.

— И заберу, и верну обратно… — пообещал я. — Так что отправляйтесь наводить красоту со спокойной душой. Только учтите, что я за вами не приеду, а прилечу…

…Мы прилетели к Державиным минут на двадцать раньше обещанного, вызвали к себе доблестных защитников, вручили подарки и мило поболтали обо всем на свете. Хотя нет, не так: после вручения браслетиков из клыков и когтей проглотов пришлось пережить сдвоенный эмоциональный шторм и выслушать две благодарственные речи, а потом «поделиться» с Танькой почти всем архивом видеозаписей и фотографий, сделанных моей микрокамерой в «Якоре», но мне было в кайф. Поэтому во время обсуждения самых последних столичных новостей и «тупых подкатов» четырех особо настырных ухажеров «защитницы» я улыбался во все тридцать два зуба, подначивал веселившуюся девчушку и предлагал ей особо вредные способы окоротить «любовный пыл» старшеклассников.

Увы, в какой-то момент чувство Воздуха засекло «силуэт» наставницы Цесаревича, и мне пришлось прервать очень приятное времяпрепровождение, попрощаться с мелочью, дать старшей сестренке себя потискать и поднять ее в салон «Овода». Пока летели к поместью Волковых, Даша изливала нам душу — описывала не самые приятные нюансы отношения к ней членов ближнего круга наследника престола, его личных телохранителей и обитателей Кремля, страдала из-за того, что Станислав Викторович все-таки увидел в ней девушку, и… успокаивала. Перечисляя те плюсы наставничества, которые уже сыграли в ее пользу.

Кстати, плюсов оказалось предостаточно. Поэтому моя совесть унялась. И позволила встретить Янину Павловну ни разу не натянутой улыбкой, как следует посмешить эту парочку во время перелета к Кремлю и… не сорваться на каком-то напыщенном аристократе, имевшем глупость поинтересоваться, кто разрешил нам загонять квадрокоптер в этот ангар.

Впрочем, на хамство я все-таки отреагировал. После того, как равнодушно оглядел самую обычную «Исеть» ревнителя невесть каких традиций, поморщился, посмотрел на него самого и добавил взгляду «тяжести»:

— А кто вы, собственно, такой, чтобы задавать какие-либо вопросы мне, боярину Олегу Леонидовичу Беклемишеву?

— Живое воплощение Заносчивости, Чванливости и Самолюбования… — ответила Наташа, «упаковала» любителя задавать дурацкие вопросы вкокон, с легкостью продавила дохленькийпокрови «помогла» сложиться в поясном поклоне. Хотя этот тип, по моим ощущениям, в принципе не знал, как это делается. И дала ему «полезный» совет: — В следующий раз перед тем, как обратиться к главе единственного боярского рода Российской Империи, примите вот такое положение. И дождитесь разрешения заговорить. Иначе я, боярыня Наталья Георгиевна Беклемишева, расстрою вас намного сильнее…

Дожидаться реакции униженного и оскорбленного, конечно же, не стала — встроилась в образовавшийся «походный ордер» и развеяла заклинание. А через несколько мгновений после начала движения задала Волковой вопрос «не в тему»:

— Яа-ан, а когда ты представишь публике весеннюю коллекцию одежды?

Волкова начала рассказывать. Во всех подробностях, и я, закатив глаза к потолку, переключил внимание на эмофон и телодвижения «силуэта», как раз успевшего выпрямиться. Поэтому увидел, как дедок рванул к не самому близкому Конвойному, что-то потребовал и, видимо, был послан в известном направлении, так как аж задохнулся от умопомрачительно яркого смешения бессильной злости, лютой ненависти, черной зависти и чего-то там еще.

Я мог до него дотянуться и хорошенечко встряхнуть, но решил не палить реальный радиус области контроля. Поэтому всадил в уродцаметкуи забыл о его существовании. А после того, как вывел спутниц в фойе лифтового холла тремя этажами ниже ангара и обнаружил там Голицына, «отпустил» и остатки раздражения — пожал протянутую руку, подождал, пока генеральный прокурор обменяется приветствиями с дамами, и принял приглашение провести время, оставшееся до начала аукциона, в одной из комнат отдыха. Правда, принял с оговоркой — сказал, что хотел бы сначала заглянуть к своим…

…До комнаты отдыха для особо важных персон мы так и не добрались: на последних минутах пребывания в флигеле, выделенном моим людям, туда заявился Цесаревич и, сломав свой гонор об колено, уговорил меня позволить «Янине Павловне и Дарье Константиновне» посмотреть аукцион из его ложи.

Я ему не нравился. Он меня… скажем так, раздражал. Но строить из себя вершителя чужих судеб было бы глупо, поэтому я заявил, что Янине Павловне в принципе не указ, а моя сестренка давным-давно заслужила право принимать решения сама. Потом поймал взгляд Державиной, прочитал в нем те же самые чувства, которые сподобили озвучить именно этот вариант ответа, и выслушал ее решение:

— Вас с Наташей, вроде как, пригласят в Императорскую ложу, так что я, пожалуй, составлю компанию Станиславу Викторовичу.

Волкова приняла аналогичное решение. Для того, чтобы присмотреть за моей родственницей. И эта парочка ушла вместе с наследником престола. Ну, а нас двоих нашел и озадачил личный секретарь государыни — нарисовался на одном из пересечений кремлевских коридоров и передал просьбу Валентины Сергеевны подойти в… Императорскую ложу. По возможности, побыстрее.

Подошли. Поздоровались с женщиной, пребывавшей не в настроении, спросили, чем можем быть полезны, и невольно подобрались, так как она повелительным жестом выставила из помещения всех своих телохранителей, собственноручно врубила стационарную «глушилку» и криво усмехнулась:

— Мы снова вынуждены просить вас об одолжении: еще сегодня утром наши венценосные гости не представляли, какое количество людей в их или достаточно близком статусе прибыло на это мероприятие. А сейчас пребывают в раздражении. Ибо лотов аукциона всего семь, а желающих приобрести их за любые деньги — порядка семидесяти человек. Отказываться от своих желаний умеют единицы, а остальные могут натворить дел. Так как искренне считают себя сильными магами и привыкли к абсолютной безнаказанности.

— Не натворят… — холодно усмехнулся я. — Зал для аукционов не такой уж и большой, так что мои люди с гарантией «задавят» Воздух, Воду, Землю, Огонь, Лед, Жизнь, Молнию и Приручение, а Наташа возьмет под контроль Природу. В общем, особо дурным, вспыльчивым или героическим личностям придется выяснять отношения по старинке, на кулачках. А если вы заранее уведомите гостей о кое-каких нюансах предпринятых мер безопасности, то не сложится и с мордобоем — я буду «сгущать» Воздух

Не знаю, как Белосельские успели довести до публики новые правила поведения в аукционном зале, но первые минут восемь-десять помещение заполнялось достаточно спокойно: да, по лицам и эмоциям гостей было видно, что входить в область, в которой не «откликается» ни одна стихия, им крайне некомфортно, но не роптал никто. А потом в дверном проеме нарисовался высокий сухощавый мужчина лет тридцати, прошел метров десять, то сжимая, то разжимая кулаки, а затем остановился, попробовал «продавить» контроль Пахома Борисовича и не смог.

Поэтому гневно раздул ноздри и на ломаном русском рявкнул чуть ли не на весь Кремль:

— Это есть неслыханный!!!

Судя по вспышкам эмоций, собирался то ли выкрикнуть, то ли заявить что-то еще. Но Дежнев заткнул еголентой, упаковал вкокон, поднял в воздух и, хорошенечко встряхнув, пролевитировал в коридор. А там сжал. С намеком. И, выпустив иззахвата, вернулся на свой пост.

— Пауль Байер, шурин нынешнего кайзера. Искренне считает себя одним из сильнейших магов Германии, регулярно убивает на дуэлях противников заведомо слабее себя ради посмертных импульсов, по слухам, дорос «аж» до восьмого ранга и привык пугать до смерти… — вполголоса сообщил Голицын и усмехнулся: — А тут его взяли за шкирку и вышвырнули с мероприятия, как нашкодившего мальчишку!

Я бы мог сказать, что германец — дохленькая «семерка», но не видел смысла. Поэтому равнодушно пожал плечами и заявил, что моим людям такие «сильнейшие маги» на один зуб.

— Поэтому-то никто, кроме этого недоумка, ерепениться и не пытается! — хохотнул Анатолий Игоревич, сообразил, что я не при делах, и расплылся в ехиднейшей улыбке: — Желающим принять участие в аукционе сообщили, что присмотр за порядком взял на себя боярский род Беклемишевых. А с недавних пор это словосочетание вызывает глубочайшее почтение…

…Следующий раз мы, Беклемишевы, «углубили» и без того «глубокое почтение» публики в тот момент, когда я и Наташа вошли в Императорскую ложу «в свите» Белосельских, подождали, пока они сядут, и опустились в кресла рядом с ними. А самый последний удар по уязвленному самолюбию представителей монархических династий Земли нанесли Нинка, Игнат и Алексей — когда лицитатор объявил о начале аукциона, а его невидимые помощники подняли занавес, эта троица, обнаружившаяся на сцене, «заметила» только нас. Поэтому встала с кресел, повернулась к нашей ложе, склонила головы в знак приветствия и снова села.

— Нахалята! — добродушно прокомментировала их поведение Валентина Сергеевна, повернулась ко мне и лукаво прищурилась: — Кстати, о нахальстве: Олег Леонидович, один из моих… изрядно зазнавшихся родственников, некий Юлий Егорович Веневитинов, пожаловался на то, что вы и ваша напарница его смертельно оскорбили. Я не поленилась вытребовать видеозапись, сделанную камерами летного ангара для воздушного транспорта личных гостей нашей семьи, очень удивилась, обнаружив там «Исеть» Юлия Егоровича, и, конечно же, разобралась в сути его претензий. Выяснив, как идентификатор этого конвертоплана попал в соответствующий реестр, наказала виновных, лишила охамевшего родича доступа в Кремль и предупредила дурачка, примерившего корону моего мужа, что если он проигнорирует совет боярыни Беклемишевой, то будет расстроен и ею, и мною. А если сдуру попробует сделать хоть какую-то гадость любому члену вашего рода, то будет лишен Дара, перевязан ярким бантиком и доставлен к дальнему КПП вашей усадьбы. В общем, мне кажется, что проблема решена. А вы примете такое извинение за хамство моего родича?

Веселья в ее эмоциях было немного. Зато чувства вины и, почему-то, страха быть непонятой — немерено. Поэтому я задавил желание отшутиться и дал серьезный ответ:

— Валентина Сергеевна, вам нет необходимости извиняться за глупость родича. Прежде всего потому, что вы — человек дела, ваши поступки говорят сами за себя, а я ценю людей именно за них. И еще: Юлий Егорович не успел меня разозлить. Но даже если бы ему это удалось, то мне бы и в голову не пришло переложить его вину на вас. Ведь вы и ваш супруг сделали нам очень много добра, и на уровне ощущений я считаю вас если не близкими друзьями, то верными союзниками. Вот и отношусь… соответственно.

— Спасибо… — одними губами проартикулировала она, ибо в этот момент Император попросил тишины и повелительным жестом приказал лицитатору начинать.

Вступительную речь, в которой расхваливалась Российская Империя, ее Одаренные, наш род и две отдельно взятые Приручительницы, слушал через пень-колоду. Так как отслеживал осторожные попытки восемнадцати гостей оценить «плотность» нашего контроля и веселился, когда мои родичи гасили эти инициативы предельно понятными намеками. Зевнул и начало торгов. Зато на вспышку интереса в эмоциях Виктора Константиновича отреагировал. И прислушивался к его эмоциям все время, пока самодержец вслушивался в чей-то голос, раздававшийся в гарнитуре скрытого ношения. Поэтому после того, как глава государства «привлек к себе мое внимание», не сразу подобрался и превратился в слух.

— Олег Леонидович… — хмуро начал он. — Мне доложили, что в Канаде снова объявились доррины: они открыли порталы рядом с тремя крупнейшими населенными пунктами региона и в данный момент стирают их с лица земли…

Глава 30

28 января 997 г. от ВР.

…Первые видеоматериалы с места вторжения «нам» прислали во время торгов за второй лот — огненную белку с белыми ушками — и самодержец сразу же забыл о бардаке, творящемся за пределами ложи. Кстати, правильно сделал — народу, участвующему в торгах, было не до нас: он все повышал и повышал ставки, постепенно сводя с ума даже лицитатора, по логике, навидавшегося всякого.

Я тоже прикипел взглядом к экрану рабочего планшета Белосельского. Правда, уже после того, как в очередной раз посмотрел на Алексея с Игнатом и убедился в том, что им все еще плевать на безумные суммы, выкрикиваемые из зала. Ну, что я могу сказать о первом впечатлении об увиденном? Доррины жгли. Причем в прямом смысле этого слова. То есть, их маги Огня всаживали в одно- и двухэтажные дома заклинания, похожие наогненный плевок, но в площадных версиях, а Воздушники раздували пламя мощнейшимиветеркамии… блокировалистенамилюбые попытки жителей выбираться наружу.

Что самое неприятное, этот конкретный отряд вторжения не забывал и о защите — над каждой отдельно взятой группой бойцов висел «слоеный»купол, моментами искажавший «реальность» из-за переизбытка вложенной энергии.

Удалось «полюбоваться» и самими дорринами — личность, выбиравшая изображения с еще целых уличных камер, в какой-то момент вывела на

зато смогли приблизительно оценить дистанцию, с которой он бил, и пришли к выводу, что этот конкретный Одаренный тянет как минимум на десятый ранг. А через несколько минут обнаружили, что в этом отряде есть и одиннадцатые: все четверо замеченных Воздушников манипулировали этой стихией метров с тридцати двух-тридцати пяти, а маг Льда, среагировавший на дикие крики заживо сгоравшего подростка чуть помладше меня, не стал атаковать с сорока, а переместился на все те же тридцать два-тридцать пять.

Вот я свои выводы и озвучил. В основном для того, чтобы задвинуть куда подальше желание забить на последствия, уйти порталом к какому-либо приметному месту и устроить дорринам похохотать:

— Десятый-одиннадцатый ранг — это серьезно. А с учетом того, что в этом отряде несколько десятков бойцов — кошмарно: судя по ухваткам, они — профи. Да еще и прекрасно сыгранные. А значит, прямое боестолкновение с ними мой род не потянет даже в полном составе.

— Я бы не стал просить вас участвовать в прямых боестолкновениях даже в том случае, если доррины оказались бы заметно слабее… — заявил государь, ничуть не кривя душой: — Ваш род не должен заменять Вооруженные Силы и спецслужбы всех государств планеты. Поэтому сегодня ночью я организую видеоконференцию с… хм… «венценосными братьями» и поставлю им своего рода ультиматум. У меня есть, чем надавить практически на каждого, поэтому он гарантированно будет принят. А значит, не сегодня-завтра в Канаду будут отправлены элитные подразделения стран двенадцати-пятнадцати и системы вооружений, мощь которых позволит продавить защитные заклинания любого ранга.

— А что с «языками»? — спросил я, почувствовав, что решение принято и меняться не будет.

Виктор Константинович пожал плечами:

— В данный момент нас вполне устроят и тяжелораненые, и умирающие от лучевой болезни. Так что не берите в голову: от вас мне будут нужны лишь консультации. И идеи — любые, даже самые сумасшедшие.

— Что ж, консультации с идеями так консультации с идеями… — буркнул я, оторвал взгляд от экрана, на котором снова поменялась демонстрируемая картинка, и вслушался в выкрики лицитатора:

— Шестьдесят четыре миллиона — раз! Шестьдесят четыре миллиона — два! Шестьдесят четыре миллиона — три! Продано!!!

… Не «задави» мы стихии в аукционном зале, торги за последний лот — ледяного колонка с глазами разного цвета — закончились бы смертоубийством. Вполне вероятно, не одним. Ибо если первый лот — огненная белка — улетела «всего» за пятьдесят шесть миллионов, а пятый — за сто четыре, то зверек с гетерохромией обошелся владельцу в сто шестьдесят два! И пусть ни одного из участников аукциона нельзя было назвать нуждающимся, общий «выхлоп» — семьсот пятнадцать с половиной миллионов — все равно впечатлил всех, включая Императорскую чету.

Кстати, после завершения мероприятия поторговаться пришлось и мне. Но с Виктором Константиновичем и «наоборот». В результате чего он все-таки удержал с этой суммы десять процентов, а не перечислил мне все до копейки, как собирался изначально. А потом Белосельский тяжело поднялся с кресла, помог супруге, снова повернулся ко мне и порадовал в разы сильнее:

— Как вы, наверное, догадываетесь, для меня и моей благоверной аукцион был вступлением к десяткам неофициальных рабочих встреч. Поэтому мы от всей души благодарим вас и членов вашего рода за подаренные возможности, желаем всего хорошего и отправляемся на закрытый прием для лиц, равных нам по статусу, глав… хм… делегаций, некоторых министров и так далее.

Валентина Сергеевна пожелала нам доброго пути, попросила передать «Анастасии Юрьевне», что наберет ее после того, как выспится, оперлась на руку супруга и привычно натянула образ всесильной Императрицы. Впрочем, перед тем, как выйти из ложи, помахала нам рукой. Ну, а я подождал, пока из помещения «исчезнут» последние Конвойные, подключился к личному каналу Жарова и спросил, связывались ли с ним «провожатые».

— Так точно, мой господин! — молодцевато доложил он, вероятнее всего, играя на какого-то зрителя: — Обещанный «коридор» будет предоставлен нам через четыре с половиной минуты, так что мы вот-вот снимем контроль и выдвинемся за младшими.

— Что ж, тогда наберете, как загрузитесь в машины, и перед вылетом из Стрешнево… — распорядился я, вышел из его канала и подхватил Наташу под локоток. А уже минуты через полторы-две ответил на срочный вызов Антипа Назаровича и спросил, что случилось.

— Олег Леонидович, тут у нас покупатель последнего лота поломался… — начал Жаров. — Сначала — то есть, сразу после «привязки» колонка — пытался подарить Нине кольцо с огромным бриллиантом. Якобы в знак благодарности за великолепно выполненную дрессировку.

Затем шепотом заявил, что она должна служить самому достойному, богатому и щедрому правителю на Земле — шахиншаху Поладу Девятому. А после того, как Пришвина отказалась и дала понять, что уже служит вам, причем по велению сердца, намекнул, что может разозлиться и обвинить ее в попытке украсть кольцо. Вот Алексей с Игнатом меры и приняли. Но слегка перестарались с количеством энергии, вложенной вкоконы. Поэтому родича шахиншаха пришлось отправить в целительскуюкому, а его питомца — всон…

— Вам кто-нибудь какие-нибудь претензии предъявил? — хмуро спросил я и получил чертовски приятный ответ:

— Нет: командир группы сопровождения чрезвычайно вежливо попросил стабилизировать состояния перса «по самому минимуму», вызвал целителей еще до того, как Ольга Петровна и Нина выполнили эту просьбу, а сейчас ждет завершения моего доклада, чтобы начать движение.

— Отлично! — успокоено выдохнул я, поблагодарил его за своевременный доклад и разрешил выдвигаться к машинам. Потом поймал за хвост мысль, мелькнувшую на краю сознания, открыл банк-клиент, обнаружил, что на мой счет уже упало шестьсот сорок четыре миллиона, перечислил половину Нине и отправил ей личное сообщение:

«Это — ваша доля. Дели, как сочтешь нужным. И… спасибо за „веление сердца“ — я оценил…»

Дожидаться ответа не стал — набрал Державину, спросил, где их искать, выслушал подробное объяснение, проконсультировался у Конвойного и повел Наталью по рекомендованному маршруту. А уже через минуту, загружаясь в лифт, получил комплект из банковского уведомления и личного сообщения.

Первое проигнорировал. А второе, от Пришвиной, открыл. И мысленно хмыкнул:

«Спасибо, мой господин! Разделила так, каксочла нужным: Екатерине Олеговне и себе выделила по тридцать миллионов рублей, Игнату и Алексею — по двадцать, Антипу Назаровичу и его подчиненным — по десять, всем магам рода, оставшимся в усадьбе — по два, девятнадцать разделю между детьми, но разошлю их родителям, а сто миллионов отправила

В холле, в который мы вышли из лифта, висело как минимум четыре камеры, поэтому обсуждение поступка Нинки я перенес на потом — навелся на «наставниц», их подопечного и двух надменных парней чуть помладше меня, «вслушался» в эмоции всей этой компании и телохранителей Белосельского-младшего, мысленно вздохнул и подготовился к неприятностям.

Обязательная программа — то есть, обмен приветствиями, взаимные представления и обсуждение «сумасшедших» итогов аукциона прошли более-менее терпимо: да, друзья наследника престола строили из себя прелестные пупы Земли, но, скажем так, в плепорцию. А потом Цесаревич потерял берега —уведомил меняо том, что уже распорядился выделить «Янине Павловне» и «Дарье Константиновне» гостевые покои, заявил, что развозить эту парочку по поместьям уже не надо, ивеликодушно отпустил меня восвояси!

Волкова пошла красными пятнами, а Державина гневно прищурилась, но промолчали обе. Так как прекрасно понимали, что их подопечный решил прогнуть меня, и ни на миг не забывали о том, что я — мужчина и глава рода, а значит, обязан решить создавшуюся проблему сам.

Вот я на завуалированное оскорбление и ответил:

— Станислав Викторович, я ценю вашу заботу о ваших же наставницах, но сегодня она была лишней. Ибо Янину Павловну и Дарью Константиновну в Кремль привез я, и я же их из него увезу. И с демонстрацией великодушия вы, определенно, дали маху: я прибыл сюдане по вашему приглашению, так что…

Тут меня перебили. Оба мелких дворянина, невесть с чего возомнившие себя защитниками Цесаревича:

— Вы забываетесь!!!

— Вы разговариваете с будущим Императором!!!

Левого «упаковал» вкокони хорошенечко встряхнул я. Зубы правого лязгнули от аналогичного воздействия Наташи. Потом обе тушки синхронно улевитировали к началу анфилады и полетели дальше самостоятельно, то есть, уже без нашей помощи. А я снова поймал взгляд Белосельского-младшего, на долю секунды «сгустил» воздух вокруг него и холодно оскалился:

— Ваше Императорское Высочество, вы, кажется, перепутали меня с придворными шавками. Считать ваше поведение оскорбительным я пока не буду… из уважения к вашим родителям. Но первый вывод не в вашу пользу уже сделал. Счастливо оставаться! Янина Павловна? Даша?

Волкова без лишних слов направилась к лифту, а Державина отожгла по полной программе:

— Ваше Императорское Высочество, мое наставничество закончено, так как вы меня разочаровали. Всего хорошего…

…Я отправил государю сразу два видеодокумента — запись «беседы» с его сыном и запись конфликта моих людей с племянником шахиншаха Полада, сделанную микрокамерой Пришвиной. Добавлять текстовое сообщение счел излишним — выбрал флаг «Не очень срочно…», ткнул в нужный программный сенсор и обратился к экс-наставницам, хмуро разглядывавшим ночной город через иллюминаторы «Овода»:

— Не знаю, в котором часу Император освободится и просмотрит записи, которые я ему только что отослал, но проблему, созданную сыном, в долгий ящик откладывать не станет. И первым делом наберет меня. Как сложится наш разговор, я, естественно, не знаю. Но уверен, что развозить вас по поместьям пока не стоит. В общем, приглашение в гости примете?

Приняли. Так как сочли мои выкладки логичными. Вот я курс и изменил. А через несколько минут притер квадрокоптер к его законному месту, опустил дверь-трап, выпустил дам наружу и выбрался из салона следом за ними. Потом закрыл машину, сдал под охрану ее же бортовому компьютеру и повел нашу компанию к лифтам. Но в холле маршрут пришлось изменить. По требованию Наташи. Зато мы затарились продуктами, я поднял их на двадцатый и занес в кухню, а там на них накинулись женщины. И наготовили всяких вкусностей.

Пока уминали очень ранний завтрак, обсуждали наиболее вероятные варианты развития событий. Спокойно, вдумчиво и во всех подробностях. Ну и, конечно же, ждали звонка Виктора Константиновича.

Он действительно позвонил. Без четверти семь утра. Но — в квартиру. А после того, как я открыл дверь и ошалело уставился на… хм… гостей, ответил сразу на несколько незаданных вопросов:

— Камеры системы контроля и наблюдения вашего ЖК находятся под контролем специалистов Конвоя, а мы прилетели на самой обычной «Исети», так что о нашем визите к вам посторонние не узнают. Далее, я в курсе, что вы не стали развозить Янину Павловну и Дарью Константиновну по поместьям, так что благодарю за рассудительность и понимание. А все остальное сделает мой горе-наследничек. Само собой, если вы позволите нам войти в квартиру…

«Позволил». В смысле, сдвинулся в сторону и повел рукой, приглашая Белосельских в гостиную. А через полминуты предложил им чувствовать себя, как дома, подождал, пока Виктор Константинович поможет жене опуститься в кресло и сядет сам, поухаживал за Волковой и Державиной, поднявшимися на ноги при появлении в поле зрения таких гостей, и остался стоять. Само собой, «прислушиваясь» к эмоциям Цесаревича. И разочаровался еще до того, как он собрался с мыслями и заговорил:

— Ваше Императорское Высочество, не знаю, в курсе вы или нет, но я — сын отставного Бешеного Медведя с соответствующей деформацией сознания. То есть, с раннего детства верю не словам, а делам. Вы, вне всякого сомнения, пребываете в ярости и все никак не подберете СЛОВА, которые не уронят вас в ваших же глазах. Так вот, можете не утруждаться: мое отношение к вашему батюшке и вашей матушке никак не изменилось, а вы или заслужите мое уважение своими ПОСТУПКАМИ после того, как повзрослеете, или… не заслужите.

Как я и предполагал, парень взорвался:

— И чем мне,будущему Императору, грозит второй вариант⁈

Тут вышел из себя Император нынешний:

— Слава, я ни за что на свете не уступлю трон самовлюбленному кретину, ставящему во главу угла не служение Империи, а собственную спесь, ревность к тем, кто хоть чем-то лучше, и настолько фантастическое скудоумие!!!

— Я не кретин!!! — взвыл Цесаревич и собирался продолжить в том же духе, но был перебит Валентиной Сергеевной:

— Слава, слово «кретин» — это преуменьшение: ты испортил отношения не только с главойединственного боярского рода Империии без малого пятью десяткамисамых сильных магов Земли, но и с личностями, благодаря которым наше государство пережило приход магиилегче, чем все остальные, вместе взятые. Так что мы должны Беклемишевым по гроб жизни и каждый божий день стараемся воздавать добром за добро. А ты взял и, извини за грубость, все похерил. Знаешь, будь я на твоем месте, удавилась бы от стыда!

— Слав, будь у

— Так и есть… — холодно усмехнулась Даша. — Нина считает, что обязана моему брату ВСЕМ. Поэтому если он обмолвится о том, что вы проявили к нему неуважение, то я вам не завидую. Кстати, я тоже обязана брату ВСЕМ. Но уже научилась различать полутона. Поэтому последую его примеру — не стану помогать вам развиваться ни за какие коврижки до тех пор, пока вы не повзрослеете…

Глава 31

28–29 января 997 г. от ВР.

…Волкова попросила уделить ей несколько минут для разговора тет-а-тет через считанные минуты после ухода Белосельских. Я «расшифровал» неловкость, ощущавшуюся в ее эмоциях, как желание как-нибудь потактичнее объяснить нежелательность настолько жестких реакций на проступки сильных мира сего, но посылать женщину лесом не стал — увел ее в кабинет, помог опуститься в кресло, сел напротив, врубил «глушилку» и плавно повел рукой, предлагая начинать.

Янина Павловна едва заметно покраснела — хотя, по моим ощущениям, научилась держать лицо задолго до моего рождения, и виновато вздохнула:

— Олег Леонидович, я отказалась от предложения слетать к вам в гости «на недельку-другую»только потому, что за время наставничества… хм… неплохо разобралась в характере одного из офицеров Конвоя, оказывавшего мне знаки внимания, сходила на первое свидание, очень приятно удивилась и пообещала прийти на второе. В общем, я связана словом… и хочу дать себе шанс наладить личную жизнь и хоть немного забыться. Тем более, что цель номер один — максимально быстрый прорыв в девятый ранг — уже достигнута, а фактический потолок развития энергетики, в который я уперлась, замедлил набор уровней практически до нуля. В общем, я остаюсь тут, во Владимире, именно по этой причине. А по поводу вашего конфликта с Цесаревичем скажу следующее: окажись я на вашем месте, поступила бы точно так же. Ибо не терплю хамства ни от кого, считаю, что статус наследника престола не дает права задирать нос, и убеждена, что дурь из самовлюбленных мальчишек надо выбивать до того, как они вырастут.

Она не солгала ни в одном слове, поэтому я заявил, что не в обиде, и дал неплохой совет:

— Кстати, если у вас когда-нибудь появится желание разобраться во всех нюансах отношения этого человека к вам-любимой, то попросите его проводить вас до Усть-Ангарска: вас встретят Нина или Екатерина Олеговна, овладевшие эмпатией на очень хорошем уровне, «послушают» эмоции вашего кавалера и поделятся с вами. Благо, уважают и считают ближайшей подругой матушки…

Волкова задумчиво хмыкнула, затем заявила, что пока не определилась с отношением к правомерности такого «съема личной информации» в личных целях, но обязательно разберется со своими тараканами, поблагодарила за пока не принятое, но интересное предложение, и собралась откланяться.

С последним не угадала: я завез ее в поместье сам. Потом зарулил к Державиным, подождал, пока Даша заберет оттуда Милашку, и погнал «Овод» в аэропорт. Так что по трапу «Коршуна» поднялся, пребывая в сравнительно неплохом настроении, поздоровался с экипажем и распорядился вылетать в Белоярск. Потом завел спутниц в салон-гостиную, помог опуститься на диван, открыл бар, потянулся к бутылке со свежевыжатым соком и… принял вызов государя.

Виктор Константинович взбесил меня первой же фразой. А следующими помог более-менее успокоиться:

— Олег Леонидович, кольцо, которое Сиявуш Суренид пытался вручить Нине Петровне, оказалось с сюрпризом: под камнем обнаружилась микроигла, выдвигающаяся при нагревании ободка до температуры человеческого тела, и крошечный резервуар с какой-то дрянью. «Дрянь» отправлена в лабораторию, но ждать результатов химического анализа я счел необязательным. Ведь факт попытки отравления или убийства моей подданной уже не оспорить. Поэтому набрал Полада и поставил ему ультиматум…

Чем именно он испугал шахиншаха, самодержец не сказал: заявил, что ультиматум был принят влет, соответственно, племянник пойдет под суд и гарантированно будет приговорен к смертной казни, а все три оскорбленные стороны — то есть, Нинка, глава ее рода и Император — в течение часа получат серьезнейшие виры и видеозаписи с личными извинениями Полада Девятого. Что самое забавное, Белосельский упомянул и питомца без нескольких дней покойника — сказал, что пообещал шахиншаху отдать «их» ледяного колонка. Послу Персии. После того, как все требования ультиматума будут выполнены. Однако просьбу перекинуть импринтинг на какого-нибудь другого члена рода Суренидов отказался наотрез — заявил, что больше не подпустит к моим Приручительницам ни одного подданного Полада.

— В общем, я считаю, что эта проблема решена… — заключил Виктор Константинович после того, как закончил объяснения, и угрюмо добавил: — И если вы со мной согласитесь, то я пожелаю вам спокойного полета и, наконец, организую ту самую видеоконференцию…

…Наташа и Даша оккупировали «тамбур» между салоном-гостиной и салоном-спальней еще до того, как самолет выкатился на ВПП, быстренько опустили кресла в горизонталь, застелили получившиеся кровати новеньким бельем, заглянули ко мне, пожелали хорошего сна и ушли отсыпаться после тяжелой пятницы, бессонной ночи и нервного утра. Я тоже отключился. Но, в отличие от них, всего на два часа, продрал глаза из-за вибрации будильника, взбодрился отжиманиями, врубил «глушилку» и занялся делом — заглянул в мир, в котором, по утверждениям мага Пространства из Эрмхейма, водилось зверье девятого-десятого класса опасности, и попал на крутой горный склон, поросший оранжево-серебристой травой.

Искать местных монстриков по старинке, не используя дроны, пришлось намного дольше, чем хотелось бы, но, в конце концов, мне улыбнулась Удача — навела на здоровенное стадо «инеевых хрюшек» — животных, похожих на земных кабанов, но с сине-серебристой шерстью и мощным Даром Льда.

Радиус области контроля я выяснил на одной из самых крупных особей, пасшихся чуть в стороне от общей массы сородичей, убедился в том, что этот конкретный свин является полноценной «десяткой», и… поднял напарницу. Ибо понимал, что без

Кстати, перед тем, как браться за настолько сложную задачу, открыл «зеркало» в свой кабинет и ненадолго позаимствовал артефакт усиления, а всю энергию, позволившую нам подняться на очередные три уровня, распорядился влить в кластеры Пространства. В общем, «жесткий портал», который можно было держать открытым часов тридцать пять-сорок, получился с полпинка. И с «привязкой» структуры к накопителю тоже проблем не возникло. А вот для того, чтобы заманить хрюшек на Землю, пришлось поднапрячься — подбирать угощение, аромат которого привлекал животинок, и прокладывать тропинку к «зеркалу». И пусть первопроходцы не планировали сквозь него проходить, но натиск нескольких десятков желающих оценить вкус наших вкусняшек сделал свое черное дело — четыре свина к нам все-таки вывалились и должны были попасться на глаза нашим дроноводам.

Паранойя, заставившая меня создать это алиби, не унялась и после того, как основная задача была выполнена: я отправил напарницу досыпать и честно задрых сам. Поэтому, проснувшись всего через двенадцать минут, с трудом врубился в смысл доклада матушки. В общем, если нас не только «слушали», но и анализировали все подряд, то обязаны были прийти к выводу, что в момент появления этого портала я находился за тысячу с лишним километров от Усть-Ангарска и сладко спал. А после долгого пробуждения подумал… хм… не только о себе, своей семье и своем роде:

— Какого, говоришь, класса опасности это зверье?

— Судя по дистанции, с которой оно било по дрону Егора Жарова, либо девятого, либо десятого.

— О-о-о, как мило! Значит, так: организовывай «рыбалку» для тревожных групп, а я наберу государя и, наверное, Ульяну с Мариной.

— Принято! — радостно выдохнула моя родительница и отключилась. А я зачем-то перебрался в кресло, выглянул в иллюминатор, настроился на разговор, который мог пойти как-нибудь не так,

позвонил Белосельскому, извинился за то, что отвлекаю, и предельно коротко, но информативно изложил причину:

— На моей земле только что обнаружили фиолетовый портал со зверьем девятого-десятого класса опасности, соответственно, появилась возможность взять шесть уровней за сутки.

Он поблагодарил за «роскошнейшее предложение» и пообещал сделать все возможное, чтобы вырваться из Владимира. Потом сообщил, что вынудил нового короля Франции попросить военной помощи у «венценосных братьев», заставил последних ее пообещать и подписать соответствующий меморандум, отслеживает первые шевеления в Вооруженных Силах стран-участниц и уже поднял по тревоге те подразделения, которые собирается отправить в Канаду. А на последних мгновениях разговора спросил, поступили ли мне деньги от шахиншаха.

Я признался, что еще не смотрел, так как до звонка матушки спал, как убитый, прочитал уведомление банка о поступлении на счет ста миллионов и озвучил эту цифру.

— Отлично! — удовлетворенно выдохнул самодержец, заявил, что к нему кто-то пришел, и отключился. А я вспомнил, что собирался позвонить Урусовой и Самойловой, выбрал в телефонной книжке первый контакт и ткнул в сенсор набора…

…В усадьбу прилетели аж в восьмом часу вечера по времени Белоярска. Из-за того, что летели домой не по прямой, а заглянули в «Ландыш» за горой вкусняшек, забрали Марину из родового госпиталя и заскочили за Ульяной. Зверский голод я почувствовал еще в аэропорту, поэтому созвонился с мамой еще по дороге в ТРЦ и попросил организовать ужин к нашему прибытию. Ну, а она, конечно же, построила Марию Тарасовну, так что вешаться от ожидания не пришлось — уже минут через пять-семь после выгрузки из квадрокоптера я вцепился в столовые приборы и забыл обо всем на свете как бы не на полчаса.

Две отбивные с ананасом и сыром, великанская порция жареного риса и три куска бисквитного торта с иномирными ягодами не только заполнили яму в желудке, но и начали давить на глаза. Увы, я не мог себе позволить свалить отдыхать, поэтому привлек внимание родительницы, обсуждавшей с Наташей, Аней, Дашей, Ульяной и Мариной вселенский бардак, начавшийся в Сети после публикации первых репортажей с пятничного аукциона, и задал вопрос, ответ на который интересовал меня в разы сильнее, чем чьи-то измышления:

— Ма-ам, а как дела с «рыбалкой» на инеевых хрюшек?

— Первый заход получился так себе… — мгновенно посерьезнев, заявила она. — Трудно сказать, почему, но эти звери не горели желанием перебираться на Землю и шарахались от запаха крови. Но растений с аппетитным запахом в наших теплицах предостаточно, так что нужный подобрали минут за двадцать-двадцать пять до вашего прилета. На ту сторону, естественно, никто не совался из-за отсутствия информации о биотических и абиотических свойствах этого мира, но придумали способ гонять по нему «птичек». Благодаря чему точно знаем, что в этой долине… Так, кажется, я начала не с того! Исправляюсь: этот портал ведет в горную долину, в которой еще недавно паслось здоровенное стадо… хм… инеевых хрюшек. Восемь штук мы уже прибили, благодаря чему личный состав двух смен, трое дроноводов и Веня с Катюшкой взяли по три уровня. А после того, как подняли в воздух дроны, нашли еще два стада — одно в смежной долине, а второе километрах в двух от «нашей». В общем, новый этап «рыбалки» можно будет начать ориентировочно минут через тридцать. То есть, сразу после завершения Большой Ротации и загрузки туш уже убитых хрюшек в «Атлант», который, к слову, уже на подлете.

— А что с уровнем сложности? — полюбопытствовал я, затем сообразил, что задаю этот вопрос в присутствии посторонних, мысленно чертыхнулся и исправился: — В смысле, к группам какого размера надо прикреплять Дашу, Ульяну и Марину?

На уточненный вопрос ответила Варя:

— Тренироваться на хрюшках рановато: они слишком жестко атакуют, слишком плохо пробиваются и выдают посмертные импульсы, поднимающие Одаренных девятого ранга сразу на два с половиной-три уровня. Поэтому я бы подержала девчонок на расстоянии, позволяющем переместиться к месту боя за два-трирывка. И после прорывов отправила бы сюда, в усадьбу. От греха подальше.

— Что ж, значит, сегодня придется обойтись без тренировки… — решил я, «выяснил», за сколько минут можно доехать до портала на снегоходе, кинул взгляд на часы, встал с кресла и выделил дамам четверть часа на сборы.

Откровенно говоря, везти девчонок к «зеркалу» было жутко лениво. Но поручать сестру и, вроде как, подруг заботам родичей было бы неправильно. Вот я и наступил на горло собственной песне — спустил толпу женщин в гараж, приставил Державину к матушке, Урусову — к Наталье, а Самойлову — к Ане, оседлал свой снегоход, первым выехал под открытое небо и рванул следом за «путеводным» дроном. Впрочем, по дороге развеялся — почувствовал кайф

и радости в эмоциях моих спутниц. Потом надышался чистого воздуха и пришел к выводу, что порталы, конечно, вещь, но передвигаться «ножками» тоже надо. А после того, как подъехал к порталу, меня приложило прекраснейшим настроением личного состава двух смен.

Основная «виновница» этого состояния — Нинка — обреталась там же. И тоже «фонила» по полной программе. Причем такой безумной мешаниной положительных эмоций, что я не стал завязывать себе мозги морским узлом, пытаясь вычленить каждую отдельно взятую, а просто подмигнул счастливой девице и весело поздоровался с родней.

Мне ответили… громко и радостно. Потом заметили, что я приехал не один, поделились толикой хорошего настроения с гостьями, и превратились в слух.

Я разрешил начинать, и Антон Макаров, облаченный вкостюм высшей биологической защиты, «продавил» плоскость «зеркала» руками, посмотрел на картинку на «базе» и «полыхнул» предвкушением:

— Готовьтесь: сейчас приманю к порталу двух отъевшихся кабанчиков…

Приманил. Как вскоре выяснилось, на сеть из прочнейшего углеволокна, на которой была рассыпана «подкормка». И в нужный момент «приказал» дергать. Вот восемь дюжих мужиков хрюшек на нашу сторону и выдернули. А через мгновение — благо, работали подускорениями— приложилистенамитак, чтобы животинок унесло в противоположные стороны, и уже вместе с супругами вложились в два разных взаимно усиленныхлезвия.

Тут-то я девчат к одной из агонизирующих туш и отправил. К той самой, от которой отпрыгнули «ближники» смены Комлева. А потом уронил в личку матушки знак вопроса.

«Эта смена будет „ассистировать“ Белосельским. Вот уровни и не набирает…„— ответила она, а через несколько мгновений прислала еще одно сообщение: —'Кстати, о Белосельских: раз ты привез Урусову и Самойлову на своем 'Икаре“, значит, считаешь, что успеешь развезти девиц по домам до прибытия государя и государыни?»

Я написал, что девчонок заберут. Родичи. В девять вечера — то есть, как минимум за полчаса до прибытия Белосельских. И получил третье сообщение:

«Слава богу! И… эти полчаса бронирую я: ты натворил столько всякой дичи, что нет слов. А перед внутренним взором безостановочно мелькают фрагменты из видеозаписей с ваших микрокамер. В общем, будем думать, как минимизировать возможные негативные последствия твоих поступков…»

Не успел набрать и отправить слово «Хорошо…», как «силуэт» Ульяны сорвался в серию из двухрывкови «нарисовался» рядом со мной. А потом девчонка, в эмоциях которой ни с того ни с сего появилось бешенство, вцепилась в мое предплечье, встала на цыпочки и заговорила еле слышным шепотом:

— Мне написал папа и попросил передать тебе следующее: на завтрашнем приеме по случаю моего совершеннолетия дед планирует каким-то образом рассорить тебя с Мариной, а потом заинтересовать Ларисой, Аней или мною. Далее, батюшка пытался убедить его не делать глупости, но был послан по известному адресу. И последнее: если не придумаешь, как выкрутиться из этой ситуации самому и надежно прикрыть Самойлову, то не прилетайте: я знаю, как вы ко мне относитесь, и не обижусь.

— Мы прилетим. Без вариантов. И я придумаю способ убедить твоего деда не наглеть… — твердо пообещал я и мягко улыбнулся: — Поэтому выброси эту проблему из головы. Хотя нет, не так: сначала поблагодари батюшку от меня, а потом наплюй на проблему, не стоящую и выеденного яйца, и подумай о чем-нибудь хорошем.

— Например, о том, что ты усиленно тянешь меня с Маринкой к десятому рангу, но для чего, не говоришь? — лукаво прищурилась она и нарвалась на ответную шутку:

— А зачем объяснять очевидное? Верные подруги главы единственного боярского рода Российской Империи по определению обязаны быть на голову сильнее любого Одаренного Земли…

Глава 32

29 января 997 г. от ВР.

…Глаза продрали в шесть утра. По будильнику, ибо легли в третьем часу ночи, а планы на утро никто не отменял. Привели себя в порядок за пятнадцать минут и с моей помощью «собрались» в кабинете. А там я поздоровался с дамами и полез в сейф. За артефактом усиления.

Матушка с Аней предвкушающе заулыбались, шустренько отжали эту приблуду и по очереди проросли в пятнадцатый ранг. После чего на радостях расцеловали нас с Наташей и распределили энергию по нужным кластерам.

Мы тоже «тяпнули» по дозе Пространства, а потом я вернул артефакт на законное место, врубил переадресацию входящих вызовов на телефон, давно и надежно «забытый» под «сетевой няней», открыл портал на пляж перед логовом Ррыга и нехотя кивнул Целительнице. Ибо помнил, что в усадьбе обретаются Белосельские, вот и оставлял родительнице возможность в случае чего вернуть нас домой.

Оказавшись в мире единорогов, не удержался от ехиднейшей улыбки: из пещеры раздавалось гитарное соло Марка Изварина из композиции «Весенняя капель». Причем о-о-очень громко!

Аня тоже отреагировала на этот нежданчик — расхохоталась, заявила, что мишку мы уже испортили, и сняла с моего языка напрашивавшийся вывод:

— Стучаться в дверь бесполезно: косолапый меломан нас не услышит!

Я кивнул, поднялся к «порогу», вломился в… хм… гостиную и чуть не заржал в голос: Потапычмыл полы. Шваброй, подаренной ему ради прикола. И пританцовывал в такт ударным! Повеселил и после того, как почувствовал нас — выключил ИРЦ, мухой метнулся к столу, подхватил планшет, в который я скопировал программу-переводчик, поздоровался и виновато вздохнул:

— Этот ритм пробуждает какие-то древние инстинкты…

Мы уже знали, что последняя фраза является аналогом нашего «сводит с ума», так что согласно кивнули, заявили, что подобных композиций хватает, и прервали полет фантазии Ррыга вопросом из другой оперы:

— Но о земной музыке поговорим как-нибудь потом. Скажи, пожалуйста, что у тебя с артефактной защитой буксировщика?

Мишка посерьезнел и расстроенно сказал, что решить поставленную задачу «в лоб» не получилось — во время испытаний трех разных «прототипов» набегающий поток «съел» весь заряд оставленных накопителей. Из-за чего не получилось испытать еще два артефакта.

— Решаемо… — буркнул я и изобразил заранее оговоренный жест, хотя не видел универсальное «зеркало», через которое Наталья должна была за нами наблюдать. А после того, как напарница выглянула на нашу сторону, попросил достать из сейфа и передать нам два искусственных рубина. Потом сообразил, что туплю, и вытребовал артефакт усиления. Так что за следующие несколько минут Ррыг взял очередные три уровня и пророс в одиннадцатый ранг, создал еще два мощных накопителя и отдал мне свой «рабочий», матушка выяснила у дроноводов, в какой части наших владений «висит» естественный портал, и вывела картинку с «птички» на планшет, а я «заглянул»

В общем, ходовые испытания двух последних прототипов провели мы. И обломались — оба варианта защиты жрали энергию, как не в себя, даже на относительно небольших скоростях!

— Что ж, значит, будем думать… — заключил я, вытаскивая буксировщик на берег. А Аня, почему-то расстроившаяся намного сильнее меня, внезапно остановилась, как вкопанная, и задала «логичный» вопрос:

— А зачем нам, собственно, защита на буксировщиках, если вы с Наташей умеете «перемещать» порталы, а подводное плавание возле городов ящеров — неоправданный риск⁈

Ррыг тоже затаил дыхание. И даже подошел поближе.

Я задавил желание пошутить и дал предельно серьезный ответ:

— Плавать возле городов ящеров мы однозначно не будем:

буксировщик — это достаточно компактный образец земного транспорта, используя который можно разобраться в принципе создания постоянной защиты, игнорирующей воздействие набегающего потокаи воды, и воздуха. Чтобы, в конечном итоге, «оттюнинговать» наши машины, квадрокоптеры и самолет.

— Ну да: экспериментировать лучше на чем-то небольшом… — согласно кивнула она и додумалась еще до одного вывода: — И, для начала, разобраться, как «выключить» сопротивление более плотной стихии.

— Все верно… — подтвердил я и повернулся к Потапычу: — Кстати, о более плотных стихиях: ящеры живут в том числе и под водой, следовательно, у их артефакторов могут обнаружиться нужные наработки. Поэтому либо завтра, либо послезавтра мы найдем и отловим первого попавшегося представителя этой расы, лишим Дара и как следует расспросим…

Тут мишка полыхнул злым предвкушением и добавил в голос рычащие обертона:

— У вас есть переводчик с их языка на ваш⁈

— Да, есть. Но сегодня я буду занят.

— Тогда передайте мне еще один планшет и пленника. И я выбью ответы на любые вопросы: мы воюем с ящерами сотни оборотов и люто ненавидим, а у меня есть личные причины… задавать вопросы…

…Допрашивать абы кого я счел нерациональным, поэтому нашел самый крупныйсохранившийсядом в разрушенном нами, но заново застраиваемом подводном городе, и «выдернул» одну особь из помещения на верхнем этаже.Взгляд не в себяпозволил найти ее ядро, акупунктурная игла Ани иразрядлишили земноводное магии, а два артефакта слентой, сварганенные Ррыгом на фианитовых накопителях, иммобилизировали напрочь. Увы, вся эта возня съела остатки условно свободного времени, поэтому мы оставили Потапыча и донора знаний на пляже, а сами шустренько вернулись в усадьбу, «разошлись» по своим покоям, привели себя в порядок и ровно в восемь двадцать восемь вынеслись в общий коридор.

Пока здоровались с членами ближнего круга, из своих покоев вышли и Белосельские. Так что обмен приветствиями продолжился. И плавно перетек в обмен любезностями: государь сделал по комплименту каждой девушке, а я ответил тем же самым и по тому же месту, но отметил цветущий внешний вид Валентины Сергеевны. Кстати, не покривив душой: государыня на самом деле выглядела здорово. В отличие от своего благоверного — он, как выяснилось чуть позже, поспал от силы часа два-два с половиной. А все остальное время работал в поте лица.

Закончив с обязательной программой, «перебазировались» в большую гостиную, отдали должное кулинарным талантам Марии Тарасовны и, заодно, обсудили последние новости. В частности, сетевые «слухи» о скором начале крупномасштабной международной военной операции в Канаде и видеозапись ракетно-бомбового удара по стае зверья одиннадцатого ранга, обнаруженной в тундре севернее Якутска. Само собой, обсуждали реальные данные — благо, Виктор Константинович поделился Знанием, полученным из доклада личного секретаря. И не обрадовались тому, что «жесткие» порталы открываются так часто. А потом Белосельская сочла, что начинать утро воскресенья с беседы на настолько серьезные темы нельзя, и съехала на несерьезную — спросила, в курсе ли я, что в Белоярский край спешно привезли несколько десятков первых красавиц Российской Империи, и что эти юные обольстительницы собираются нагрянуть на прием по случаю совершеннолетия Ульяны Урусовой.

Я закатил глаза к потолку и под жизнерадостный смех моих ближниц отрицательно помотал головой. Но ответить не успел. Из-за шутки Валентины Глотовой:

— Интересно, а эти юные обольстительницы в курсе, что главу нашего рода охраняют самые буйные, злобные и ревнивые боярыни Всея Вселенной?

Не успели мы отсмеяться, как у государя ожил телефон, а доклад какого-то Михаила Антоновича основательно напряг и переключил в рабочий режим. Вот у меня настроение и упало. Как оказалось, не зря — закончив разговор с этой личностью, Виктор Константинович извинился за то, что прервал веселье, и поймал взгляд моей матушки:

— Не знаю, кто слил на сторону информацию о том, что я нахожусь не во Владимире, а в Белоярском крае, но она разошлась как-то уж очень широко, и меня уже начали грузить ежедневной «текучкой». В общем, отдых мне, судя по всему, не грозит. Поэтому я оставлю супругу на ваше попечение, а сам — само собой, с разрешения Олега Леонидовича — уйду к себе и займусь делом.

Я, естественно, «разрешил», он поблагодарил Жарову за заботу, встал из-за стола и вышел в общий коридор, а его благоверная постаралась вернуть застольной беседе былую легкость:

— Что ж, нет худа без добра — теперь я, наконец, смогу поделиться с вами Слухом Года, если не Десятилетия: как выяснилось сегодня поздно ночью, я в самый последний момент отказалась оставлять себе ледяного колонка из-за того, что точно такого же зверька смог выкупить представитель моей главной соперницы — Изабеллы Анскарид, жены Конрада Девятого и первой красавицы Европы. А к вам прилетела с горя — просить приручить что-нибудь еще более красивое, сильное и редкое!

— Как я понимаю, им страшно не хочется признавать, что мы просто-напросто создали правильную шумиху и заработали денег на их глупости? — под смех девчонок ехидно спросила моя родительница.

Императрица насмешливо фыркнула:

— Терять лицо не хочется никому. Вот этот слух и запустили. Походя превратив меня в истеричку…

Каюсь, тут от шутки не удержался и я:

— А ведь авторы этого слуха играют с огнем. Или, если чуть точнее, то с Молнией. Ведь если мы обидимся, то удавиться от зависти придется не только вашей главной сопернице, но и всем остальным!

Белосельская хищно прищурилась и спросила, что я имею в виду.

Мои родичи предвкушающе заулыбались, а я преувеличенно медленно включил большой экран, вывел на него нужную картинку, полюбовался лицом Императрицы, выпавшей в осадок, и ухмыльнулся:

— Это —взрослый молниевый барс десятого класса опасности.

Заглянул на Землю в начале пятого, нарвался на смену, дежурившую возле портала,

Государыня закусила губу, на несколько мгновений ушла в себя, а потом задала правильный вопрос:

— Олег Леонидович, как я понимаю, вам и вашим родичам не нужен даже настолько сильный питомец?

— Как ни странно, в моем роду о питомцах не мечтают даже маленькие дети… — честно ответил я, и в глазах женщины зажглись дьявольские огоньки:

— Тогда выдрессируйте, пожалуйста, этого барса для меня. И, если это возможно, приучите к кличке Тор и «приживите» второй стихией Воду. Чтобы атаки моего питомца стали еще кошмарнее. А я оплачу свое приобретение прямо сейчас. По самой высокой ставке…

…Энергетические системы Белосельских полностью восстановились от ночного экстремального усиления ближе к шести вечера. Поэтому в начале седьмого мы «вытянули» из портала еще одну инеевую хрюшку, прибили и дали возможность венценосным гостям поймать ее посмертный импульс. Как и следовало ожидать, государя подняло на девяносто шестой уровень, а его благоверную — на сто второй, и супруги на несколько мгновений потерялись в раскачиваемых кластерах. А после того, как закончили в них вкладываться, почти одинаково вздохнули. Только Валентина Сергеевна — молча, а Виктор Константинович — «страдая» вслух:

— С одной стороны, хочется, чтобы такие порталы появлялись почаще. И позволили нам взять десятый ранг. А с другой я понимаю, что ни один род, кроме вашего, не справится со зверьем десятого класса опасности и выше, поэтому боюсь того, что мое желание исполнится.

Я кивнул в знак того, что понимаю его опасения, и Белосельский, криво усмехнувшись, вернулся из далекого будущего в настоящее:

— Ладно, от Судьбы не уйдешь, так что… от всей души благодарим вас за помощь в усилении и откланиваемся: чем раньше мы вылетим из вашей усадьбы, тем раньше доберемся до Кремля и вернемся к работе. Ну, а вы со спокойной душой начнете готовиться к вечернему приему…

Уговаривать его не торопиться мне и в голову не пришло. Поэтому мы отвезли Белосельских в особняк, дали время собраться, отвели к «Аллигатору» и пожелали доброго пути. А после того, как вертушка поднялась в воздух, «подхватила» борта сопровождения и ушла на юг, вызвали к себе Ульяну и Марину. На очередной сеанс усиления.

Откровенно говоря, я был уверен, что Урусову к нам не отпустят. А зря: она прилетела от силы минут через двадцать, приняла поздравления, спокойно дождалась прибытия Самойловой, сгоняла вместе с нами к порталу, поймала посмертный импульс и весело промурлыкала, что на фоне наших подарков к ее совершеннолетию все остальные кажутся не заслуживающими внимания.

Увы, не успели мы отшутиться, как ей позвонила бабка и в приказном порядке потребовала немедленно возвращаться в поместье. Наводить красоту. Пришлось усаживать девчонок на снегоходы и отправляться в обратный путь. А через какое-то время отправлять Ульяну домой и переключать внимание на Марину, которую я еще накануне убедил в необходимости прибыть на прием «в моей свите». Впрочем, «мучился» недолго — как только мы добрались до особняка, гостью взяли в оборот Даша, Нина, Валя и Варя, утащили, вроде как, показывать Милашку, нашими стараниями поднявшуюся в следующий, пятый класс опасности, и пропали с концами. Так что мы с Наташей забурились в гостиную матушки и… попали. На вторую серию Разбора Полетов и Особо Ценных Указаний.

Впрочем, лютовала она недолго. Мало того, закончила воспитательный процесс чрезвычайно приятной похвалой:

— Ход с демонстрацией возможностей молниевого барса Белосельским сыграл так, как требовалось: они не только впечатлились донельзя и лишний раз убедились в том, что с нашим родом лучше не ссориться, но и смирились с тем, что вы с Дашкой послали их наследничка лесом. Кстати, откладывать в долгий ящик столь серьезную проблему, как ваш конфликт с Цесаревичем не в их характере, следовательно, мальчику популярно объяснят, в чем он неправ, и гарантированно добьются понимания.

Я был того же мнения. Но продолжать обсуждение осточертевшей темы не хотел. Вот и ограничился кивком.

Родительница понимающе усмехнулась, встала с любимого дивана и послала нас куда подальше:

— Все, дуйте собираться в ленивом режиме. А мы с Аней пока проведаем девиц. И посмотрим, во что они нарядились…

Мы свалили ко мне. Добравшись до гостиной, врубили «глушилку», раз в пятый за день открыли портал на пляж перед логовом Ррыга, обнаружили, что допрос еще не закончился, и все-таки «выглянули» на ту сторону. Вернее, «выглянул». Я. И спросил у артефактора, как у него дела.

Он довольно оскалился и полыхнул настолько ярким удовлетворением, что я все понял даже без слов. А через несколько мгновений убедился в том, что не ошибся:

— Нушш оказался говорливым, старым и памятливым. Поэтому я узнал очень много чего интересного. К примеру, где находится и как выглядит дом их самого опытного артефактора.

Правда, пока не разобрался, как отличить ящера, нужного нам, от его самок, но к завтрашнему дню выясню и это.

— Достойно! — заключил я, с трудом удержав в себе слово «Красавчик!», рвавшееся наружу, пообещал, что завтра загляну надолго, вернул голову в свою гостиную, поделился с Наташей услышанным и не удивился, услышав то же определение от нее.

Улыбнулся. Посмотрел на завибрировавшие часы. Решил, что нам пора начинать собираться. Поэтому отправил напарницу в ее гардеробную, а сам свалил в свою. И оделся. В шмотье, заранее подобранное матушкой. Потом побрызгался одеколоном, подаренным ею же, посмотрел на себя в зеркало, счел, что выгляжу неплохо, и вышел в общий коридор. А там оглядел Наташу, Дашу и Нинку, затянутых в строгие брючные костюмы, счел, что эта троица выглядит поинтереснее Марины, затем перевел взгляд на Алексея с Игнатом и… не стал задавать дурацкие вопросы типа «Ну что, готовы?» Вместо этого удовлетворенно кивнул и поставил этой компании боевую задачу:

— Любой прием высшего света — это помесь ярмарки тщеславия, арены для подковерных войн и шахматной доски для профессиональных интриганов, лжецов и лицемеров. А мы летим ПОЗДРАВЛЯТЬ МОЮ ПОДРУГУ и только.

Глава 33

29 января 997 г. от ВР.

…К поместью Урусовых подлетели без двенадцати восемь, неприятно удивились количеству вертолетов и квадрокоптеров, обнаружившихся на площадке приземления, притерли свой борт к пятачку, явно оставленному для нас, заглушили движки и выбрались из салона. Пока образовывали «походный ордер» и шли к особняку, убили еще минуты три-четыре. Так что оставили главе рода не так уж и много времени для словоблудия.

Кстати, послание, «зашифрованное» в букете, попытались истолковать и тут. Аж три самые старшие и умудренные опытом родственницы Ульяны.

Но иномирные цветы «не читались», поэтому злобные бабки обломались сами и обломали своего господина. Что было предсказуемо, вот я и оторвался — поздравил одноклассницу с совершеннолетием от имени всей компании, сделал изысканный комплимент и… подарил Матвею Григорьевичу надежду на «счастливое будущее» — чмокнул его внучку в щечку. Правда, потом этот мой поступок повторила вся «свита», включая Алексея и Игната, но дедок обрадовался не на шутку и лично проводил нас в зал для приемов. А там был вынужден оставить в покое. Чтобы подняться на возвышение, толкнуть приветственную речь и сказать «пару ласковых» о своей кровиночке.

Ну, а мы тем временем заняли свободное место в арьергарде огромной толпы гостей, прикрылиськуполоми сделали вид, что внимательно слушаем монолог хозяина поместья. Хотя, на самом деле, «отсканировали» чувством Воздуха публику, набившуюся в зал, впечатлились количеству грудастых девиц, засекли нескольких Одаренных, использовавших стихии, скажем так, излишне вольно, и «обиделись». Так что «задавили» Воду, Воздух, Молнию, Природу и Жизнь. Или, говоря иными словами, все, кроме Приручения.

Большинству гостей приема резко поплохело, но возмущаться не стали даже маги девятого ранга, коих я насчитал аж двенадцать. Вероятнее всего, из-за того, что впечатлились разнице в своей мощи и мощи «блокировки». Ну, а меньшинство попробовало тихой сапой выбраться за границу области нашего контроля. И обломалось, обнаружив, что она накрывает все помещение.

К сожалению, эта «ротация» была не единственной — в то же самое время добрые три четверти обладательниц выдающихся достопримечательностей решили «незаметно» оттянуться назад. Но не тут-то было — в какой-то момент даже самые техничные особы упирались в нашу защиту и расстраивали крайне неприятными вспышками эмоций. Но я понимал, что так и будет, поэтому не принимал «эту радость» близко к сердцу. До тех пор, пока сразу две дуры не попробовали дотянуться до меня Приручением.

Тут-то Нинку праведным гневом и накрыло: она шепотом натравила на этих прелестниц своих телохранителей. А после того, как девицы «окутались»коконамии, заверещав, взмыли в воздух, подняла руку, привлекла к себе внимание главы рода Урусовых и перешла на рык:

— Прошу прощения за то, что прервала вашу речь, но две ваши гостьи имели наглость попробовать использовать Приручениена моем господине! Я понимаю, что новые статьи Уголовного Кодекса прочитали не все, а некоторая часть личностей, все-таки ознакомившихся с ними, искренне считает себя неуловимыми, самыми хитрыми, невероятно сильными или бессмертными, поэтому достучусь до их разума иначе: дамы и господа, я, боярыня Нина Петровна Беклемишева, даю слово, что прибью на месте любого, кто рискнет нарушить Закон в моем присутствии. Ну, а эти… экспериментаторши будут наказаны прямо сейчас…

Их «наказали» Игнат с Алексеем — сломали девицам нижние конечности, пролевитировали верещащие тушки к центральному выходу из зала и уронили перед дверями.

Как и следовало ожидать, в помещении стало шумно. До тех пор, пока я не «сгустил» Воздух и не ответил на возмущенные выкрики в стиле, прямо рекомендованном государем:

— Дамы и господа, судя по поднявшемуся ропоту, вы почему-то считаете, что вправе пользоваться магией так, как заблагорассудится. А о том, что ваши правазаканчиваютсятам, где начинаются правадругих людей, предпочитаете не вспоминать. Что ж, можете не вспоминать об этом и дальше. Только имейте в виду, что любые попытки нарушить Закон что в моем присутствии, что в присутствии любого моего родича будет пресекатьсяпредельно жестко. На этом у меня все. Матвей Григорьевич, прошу прощения за то, что перебили.

Урусов-старший решил сыграть на моей стороне — заявил, что не только не в обиде, но и полностью разделяет мое отношение к Закону и личностям, которые его нарушают. А для того, чтобы заработать еще несколько очков в моих глазах, мрачно вздохнул и рассказал присутствующим, что его род уже сталкивался с «Приручителем, потерявшим берега», до сих пор не отошел от последствий и искренне благодарен нам, Беклемишевым, за своевременную помощь. Затем сделал небольшую паузу и… хм… поднял ставки. Как-то уж очень круто — сообщил, что осознает реальную опасность бесконтрольного использования стихии Приручения, знает, что мы, Беклемишевы, чтим Закон всегда и везде, и верит мне, как самому себе, поэтому отказывает от дома всем членам родов, представительницы которых совершили преступление «в этом особняке», и… уже поручил сыну вызвать в поместье дознавателей ИСБ!

Публика потеряла дар речи, и «оратор» воспользовался этой паузой для того, чтобы вернуть мероприятие в изначальную колею:

— А теперь, когда эта мелкая, но неприятная проблема принципиально решена, предлагаю вспомнить о причине, заставившей вас прибыть в гости, и порадовать именинницу теплом наших сердец…

…Первые минут сорок-сорок пять после завершения приветственной речи гости Урусовых старательно делали вид, что прибыли на мероприятие из-за Ульяны — в порядке общей очереди подходили к ней, поздравляли, желали всякого-разного и, конечно же, восхищались. Плотностьюпокроваи девятым рангом девчонки, «которую знали с пеленок». Да, отдельные личности, точно знавшие, что она со мной дружит и регулярно наведывается в мое поместье, пытались улучшить имевшиеся отношения, но делали это завуалированно и не лезли в душу. Ну, а мы никуда не торопились — стояли на том же месте, лениво поглядывали по сторонам, обсуждали всякую ерунду и изредка «подпускали» к себе некоторых подруг Самойловой, моих хороших знакомых и добрых соседей.

Когда очередь к имениннице практически рассосалась, пересекли зал, подождали еще немного и тоже рассыпались в поздравлениях. Ага, абсолютно все. Благо, меня, Дарью и Марину этому делу учили с детства, а остальные как следует зазубрили речи, написанные матушкой, и… не стеснялись от слова «вообще» — даже Лешка с Игнатом держались ничуть не хуже потомственных аристократов и давили окружающих абсолютной уверенностью в себе. Ибо манер, как таковых, у них еще, по сути, и не было. Вот я парней и похвалил. Скинув им

«Готовимся: сейчас нас попробуют разделить. Чтобы вы не мешались под ногами у внучек главы рода Урусовых, намеренных соблазнить меня, а я не мешал его родичам охмурять Нину и подставлять Марину…»

Мои подобрались и едва заметными кивками дали понять, что готовы. Вовремя — не прошло и двух минут, как к нам подошли Матвей Григорьевич, его младший сын и две внучки, «заряженные на действо». Лезть в беседу, само собой, не стали — подождали, пока я договорю, а Урусов-старший изобразил Живое Воплощение Нравственности, Порядочности и Законопослушности. В смысле, сообщил о том, что группа быстрого реагирования краевого ИСБ уже прилетела и приступила к медикаментозному допросу «преступниц», затем со вздохом заявил, что Человечество оказалось не готово к обретению магии, из-за чего его немалая часть поддалась соблазну пресловутого Права Сильного, и порадовался тому, что по-настоящему порядочные люди остались теми же.

Закончив со столь многоплановым вступлением, плавно съехал с общих размышлений к конкретике — перечислил несколько подвигов, прославивших наш род, «признался», что аналитики его рода регулярно анализируют записи наших схваток с иномирными разумными существами и животными, после чего вносят коррективы в методику подготовки членов родовых дружин, и что он гордится Ульяной, сумевшей заинтересовать такую выдающуюся личность, как я. К слову, с лестью не перегибал — вспомнил наши «подвиги» только для того, чтобы получить возможность прилюдно поблагодарить меня за науку, преподанную его любимой кровиночке, и подаренный ей шанс проявить себя. Впрочем, упомянув орден, пожалованный его внучке государем, дал понять, что понимает, тенью чьих заслуг является эта награда. И… потрафил Наташе. Вероятнее всего, решив, что демонстрация уважения к ней улучшит мое отношение к нему. Но я понимал, что и эти слова — всего лишь прелюдия к самому главному. И оно не заставило себя ждать: решив, что нужный эффект достигнут, Урусов «наткнулся взглядом» на внучек, «сообразил», что я с ними еще не знаком и представил их мне, а меня им. После чего настолько толково описал их личные достижения, что я мысленно зааплодировал. Тем не менее, мысль взять эту парочку под свое крылышко и помочь раскрыться меня так и не посетила. Равно, как не посетил и плотский интерес: да, на первый взгляд, девицы выглядели неплохо,

но стоило заглянуть в глаза или «прислушаться» к эмоциям, как все вопросы снимались сами собой — эти особы РАБОТАЛИ. То есть, выполняли приказ главы рода и планировали лечь под перспективного мальчика отнюдь не из соответствующего интереса.

В общем, комплименты у меня получились… так себе. Что сподобило Матвея Григорьевича ввести в действие план «Б». Или, как вариант, ускорить переход плана «А» в новую фазу — Урусов расфокусировал взгляд, «выслушал чей-то доклад», заявил, что все понял, и снова посмотрел на меня:

— Олег Леонидович, девушек уже допросили, и следователи изъявили желание задать пару вопросов лично вам. Позвольте вас проводить. А с вашей подругой и родичами побудут мои внучки. И не позволят им заскучать…

…В эмоциях старшего группы быстрого реагирования чувствовалось недоумение — по моим ощущениям, он уже разобрался в сути проблемы, точно знает, что Нина является сотрудницей спецотдела «Омега», соответственно, была в своем праве, и не видит смысла задавать мне какие-либо вопросы. В то же самое время, и посылать лесом меня, главу единственного боярского рода Империи, как-то не получалось. Вот служака и уделил мне пару минут своего времени — сообщил, что задержанным поручили снизить критичность моего мышления, заинтересовать собой и, в конечном итоге, «подмять» под себя, что у следствия нет никаких вопросов ни ко мне, ни к «глубокоуважаемой Нине Петровне», и что генеральный прокурор уже дал санкцию на арест глав обоих родов, так что в начале следующей недели им придется предстать перед судом. А потом пообещал, что со мной обязательно свяжется Большое Начальство, и завуалированно дал понять, что хотел бы продолжить заниматься делом.

Урусов-старший, организовавший эту никому не нужную встречу, «от всего сердца» поблагодарил ИСБ-шника за оперативность, непредвзятость и неустанное следование долгу, и вывел нас в коридор. А там повернулся к нам с Наташей, поймал мой взгляд и «порадовал». Сообщив, что хотел бы познакомить меня с главами семи влиятельнейших родов Империи и обсудить несколько «на редкость интересных вопросов».

В этот момент я читал доклад Игната, прилетевший в личку, и наливался злостью. Поэтому, выслушав это предложение, взял и обострил ситуацию до предела:

— Если ваш младший сын, внезапно заблагоухавший «химией» на основе феромонов, не прекратит строить из себя героя-любовника — наклоняться к уху моей Приручительницы, нежно ворковать и что-то там обещать — то я сочту ВАШЕ отношение ко мне и моим родичам оскорбительным, выверну вас наизнанку и забуду о существовании Урусовых. И еще: очень не рекомендую строить какие-либо козни Марине Мироновне Самойловой — я дружу с этой девушкой в исконном смысле понятия «дружба», соответственно, прибью ее обидчикатолько после того, как пройдупо всей цепочкеи накажу конечного выгодоприобретателя.

Он попробовал изобразить оскорбленную невинность, но я прервал его монолог на полуслове и ужаснул. Упаковав вкокони легонечко сжав:

— Я — человек дела. Поэтому если ваш сын не уймется в течение тридцати секунд и не свалит в туман, то в груду дробленых костей превратитесь ЕЩЕ И ВЫ. Время пошло…

Озвучивая этот ультиматум, я, кроме всего прочего, еще и давил Матвея Григорьевича взглядом. И задавил — почувствовав, что я ни разу не шучу, дед Ульяны набрал младшего сына и потребовал немедленно подняться в кабинет. А когда Павел Матвеевич заартачился, сорвался на рык:

— Я сказал «немедленно»!!!

Услышав нужный ответ, сбросил вызов, заколебался и… решил меня не злить. Так как почувствовал, что «захват»коконастал жестче. Правда, при этом взмок. Зато позвонил некоему Федору Николаевичу и приказал отменить «акцию». А потом попробовал объяснить, что руководствовался самыми, что ни на есть, благими намерениями. Но я прервал начинающийся словесный понос и поморщился:

— Сомневаюсь. И разочарован вашим «гостеприимством». Да, улетать с середины приема, естественно, не стану. Из уважения к Ульяне Игоревне. Но настоятельно рекомендую вам держаться от меня подальше. Так как вы дали основания считать вас врагом, а врагов я к себе не подпускаю.

Договорив последнее предложение, развернулся на месте, подхватил Наташу под локоток и повел по уже знакомому маршруту. А минуты

— Прошу прощения за то, что перебиваю, но вы вообще в курсе, к какому классу опасности относятся эти звери?

— Да, конечно! — воскликнул он. — К шестому!

— И вы, Одаренный начальных уровней седьмого ранга, справились сразу с двумя клыкачами?

— Ну да…

— Хотел бы я на это посмотреть… — ухмыльнулся я, протолкавшись к своим, а Нинка, пребывавшая не в настроении, объяснила «герою», что в его утверждении «не так»:

— Не знаю, как у вас, во Владимире, а у нас, в Белоярском крае, не ставят знак равенства между классом опасности и магическим рангом. Говоря иными словами, даже при наличии идеально отработанных связок заклинаний и очень серьезного боевого опыта для уверенной «сольной» победы над животнымшестого класса опасноститребуетсявосьмой ранг. И еще: я понимаю, что вы, «семерка», не в состоянии определить уровень Одаренных сильнее себя, так что открою страшную тайну — сообщу, что ваши байки слушают, в основном, «восьмерки» и «девятки». То есть, маги, которые усиливаются на иномирном зверье уровня клыкачей или выше.

— Вы хотите сказать, что я лгу⁈ — возмутился гость «из самой столицы» и услышал хоровой ответ добрых двух десятков «аборигенов»:

— Да!!!

А Пришвина язвительно добавила:

— Но лжете с упоением. Вот мы и заслушались…

Он пошел красными пятнами, затравленно огляделся, решил не лезть на рожон, «вспомнил» о каких-то важных делах, опустил взгляд и куда-то свалил. Под смешки… хм… «восьмерок» и «девяток». А через считанные мгновения одна из смутно знакомых девиц «атаковала» меня. Причем довольно толково:

— Олег Леонидович, скажите, пожалуйста, а вы полетите в Канаду, если руководство международного воинского контингента не сможет уничтожить дорринов и попросит о помощи вас?

— Насколько я знаю, церемониться с ними никто не собирается. И воевать в классическом понимании этого слова — тоже… — ответил я. — Их выметут с Земли поганой метлой. То есть, используя системы вооружений, которые бьют покруче любого Одаренного или группы Одаренных и способны стирать с лица Земли целые города. Впрочем, если меня попросит о помощи государь, то мой род ее окажет. Ибо мы, Беклемишевы — патриоты…

Глава 34

30 января 997 г. от ВР.

…Для меня понедельник начался в районе одиннадцати утра — ворвался в спящее сознание вместе с голосом матушки, решившей сообщить, что мне, засоне, пора вставать. Просыпаться было лениво — да, мы вернулись домой не так уж и поздно, однако перед тем, как отключиться, хорошенечко оторвались — но я прекрасно знал характер родительницы, поэтому заставил себя приоткрыть один глаз, посмотрел, который час, и, каюсь, ущипнул Наташу за аппетитную попку. А гарнитуру врубил только после того, как напарница возмущенно ойкнула, перевернулась на правый бок, грозно нахмурилась и увидела, что я прижимаю к губам указательный палец.

Услышав, что я здороваюсь с мамой, злобно прищурилась и принялась меня щекотать. А для того, чтобы мне поплохело намного сильнее, бесшумно откинула в сторону одеяло, забралась на мою тушку и провокационно качнула бюстом.

В общем, именно ее стараниями первая треть «доклада» прошла мимо меня. Зато вторая окончательно отбила сон и заставила поморщиться:

— … дрыхнете, сетевые эксперты по всему и вся

досконально разобрались в первопричинах твоего вчерашнего срыва на приеме у Урусовых — по мнению этих идиотов, раз Император и Императрица покинули наше поместье всего через сутки после прилета, а ты прибыл праздновать совершеннолетие Ульяны злым, как собака, значит, попытки приручить Валентине Сергеевне сильного иномирного зверя не удались, и она… устроила тебе серьезнейший разнос! В общем, теперь одни комментаторы предсказывают неминуемое охлаждение Белосельских к нам, Беклемишевым, вторые с непередаваемым наслаждением смакуют наиболее вероятные формулировки разноса, третьи возмущаются тем, что ты сорвался на «ни в чем не повинных девчушек», четвертые ждут их помилованияназло тебеи так далее.

— А хорошие новости есть? — хмуро спросил я, задавив желание сорваться на ком-нибудь из этих экспертов.

— Есть, конечно! — сыто мурлыкнула она и начала радовать: — Новость первая: Григорий Денисович привез полный комплект документов для смены фамилий наших фактических родичей, а мы с Аней подготовили большую гостиную к проведению торжественной церемонии и последующего застолья. Новость вторая: я согласовала с Борисом Николаевичем график занятий наших целительниц в одной из клиник Самойловых, так что первая партия учениц под предводительством все той же Ани вылетит в Белоярск в пятнадцать сорок пять.Надеюсь, что Беклемишевыми. Новость третья: в половине пятого утра меня подняла Валентина Сергеевна, которой кто-тот слил всю информацию о вашем «веселье» у Урусовых, высказала все, что думала, о поведении Матвея Григорьевича, предложила на редкость злобный способ отомстить и помогла продать коттедж, подаренный тебе этим старым недоумком, самым давним и последовательным врагам Урусовых — Самсоновым. Так что я все утро представляю реакцию твоего обидчика на этот милый сюрприз.

Злое предвкушение, прозвучавшее в ее голосе, завело и меня. Но я решил не давать волю накатившей злости, поэтому съехал на тему покомфортнее:

— Да уж, с недвижимостью на Черном море нам с тобой, определенно, не везет…

— Не сказала бы… — довольно возразила она. — Государыня предложила в знак благодарности за обретение питомца Мечты подарить нам особнячок в коттеджном поселке Лазурный, находящемся на балансе Собственной Его Императорского Величества Канцелярии. Ссылку на ресурс, позволяющий в удаленном режиме изучить свободные домики и их интерьеры, уже прислала. Так что теперь дело за тобой.

— Понял. Выберу. Естественно, с вашей помощью… — твердо пообещал я и «попал»:

— … после того, как проведешь торжественную церемонию! Ибо это дело в разы важнее.

Согласился. Сказал, что буду готов ко всему на свете эдак через полчаса. Выключил гарнитуру… и поиздевался. Над самим собой — притянул к себе Наташу, прихватил губами возбужденный сосок и отстранился:

— Надо начинать шевелиться. К сожалению, не в том ключе, мечты о котором кружат мне голову…

…Как выяснилось уже после того, как мы привели себя в порядок, мама «подготовила» не только большую гостиную, но и визуализированный проект структуры рода. Причем простой, логичный, понятный и, что самое важное, не меняющий «вертикаль власти». Поэтому церемония «усложнилась» не так уж и сильно, зато командиры смен — Антип Назарович, Максим Алексеевич, Иван Борисович и Роман Александрович — стали главами отдельных ветвей, а их подчиненные — «прямыми» родичами.

Кстати, внезапная

Ульяна тоже позвонила намного раньше, чем хотелось бы. Но я принял ее вызов, выслушал монолог девчонки, пребывавшей в ярости, и ответил на вопрос, не успевший прозвучать:

— Если можешь вырваться из поместья, то прилетай.

— Смогу… — злобно процедила она, решила, что ответ прозвучал слишком грубо, и исправилась: — Я вне себя от ярости. Но ТЕБЕ искренне благодарна. Поэтому проигнорирую категорический запрет покидать поместье и прилечу. Эдак минут через тридцать-сорок. Кстати, ты не будешь возражать, если меня подберет, привезет, а потом вернет домой Марина? Я с ней спелась. И уверена, что она поможет мне остыть еще до прибытия в твою усадьбу…

Я сказал, что буду искренне рад и Самойловой, и девчонка отключилась. Само собой, не забыв поблагодарить за понимание. Ну, а я снова расслабился. И наслаждался общением с родичами «аж» до пятнадцати тридцати. А в это время «ожило» сразу несколько «напоминалок», Аня и почти половина наших целительниц посерьезнели, а моя родительница обратилась к ним со своего рода напутствием:

— Род Самойловых медленно, но уверенно превращается в союзный. Так что знания вам наверняка будут давать без дураков. Берите все, что можно, и как можно добросовестнее: по вашему отношению к учебе будут судить обо всех нас, первое впечатление два раза не произвести, а уважение теряется в разы быстрее, чем зарабатывается…

— Мы не подведем! — твердо пообещала Татьяна Павловна, как самая старшая среди «избранных»,

а я сказал, что нисколько в этом не сомневаюсь, первым встал из-за стола в знак того, что мероприятие закончено, и пожелал «студенткам» удачи. Ну, а четверку мужчин, которые отправлялись в Белоярск в качестве телохранителей, просто проводил взглядом.

Оставаться в большой гостиной и не подумал — там по команде Марии Тарасовны начался структурированный бардак, и я не видел смысла мешаться под ногами у стайки ее добровольных помощниц. Поэтому вышел в коридор, подхватил под локотки матушку и напарницу, проводил до их покоев, а потом умотал менять парадно-выходной костюм на домашнюю одежду.

На середине этого процесса мне государыня и позвонила. Так что вызов я принял, стоя в одних трусах. А после того, как услышал в голосе Валентины Сергеевны ярость, забыл об этой мелочи:

— Здравствуйте, Олег Леонидович! Прошу прощения, если отвлекла от чего-нибудь серьезного, но считаю должным поделиться самыми последними «разведданными», полученными от агента влияния в роду Вышеславцевых: их глава вот-вот сядет во Владимире и прямо из аэропорта выдвинется в Кремль. Подавать прошение на объявлении вам межродовой войны. А подготовка к ней уже идет. В поместье Вышеславцевых под Зеленогорском — это городок, расположенный чуть восточнее Белоярска: туда съезжается вся элита боевых маговодного из самых многочисленныхродов Империи. Да, Владислав Янович получит отказ и будет задержан, как конечный выгодоприобретатель по делу о попытке воздействия на ваш Разум, но старший сын этого старого недоумка, Геннадий Владиславович — славится невероятным упрямством, болезненным самолюбием и редкой безрассудностью. Поэтому мой супруг уже поднял по тревоге одно из подразделений Белоярского военного округа…

— Прошу прощения за то, что перебиваю, но ваша помощь с решением этой проблемы гарантированно скажется на репутации моего рода не самым лучшим образом… — угрюмо заявил я, сообразив, к чему она ведет. — Поэтому разрешите Вышеславцевым объявить мне войну. А я заставлю их пожалеть об уже второй совершенной глупости.

— Олег Леонидович, согласно Реестру Одаренных Российской Империи, в этом роду тридцать два мага девятого ранга, пятьдесят шесть — восьмого, сто два — седьмого и так далее!!! — воскликнула она.

— Вы забыли добавить слово «Пока»! — холодно усмехнулся я. — А оно меняет все. Кстати, если вы сообщите мне координаты поместья, в котором собираются самоубийцы, и точное время официального начала межродовой войны, то очень обяжете…

Белосельская озадаченно хмыкнула и пошла мне навстречу энергичнее некуда:

— Координаты пришлю сообщением в течении пяти минут. А точное время можете назначить сами. Чтобы межродовая война началась тогда, когда будет выгодно вам…

…Вертушка Самойловых упала к посадочной площадке в пятнадцать пятьдесят девять, встала на посадочные опоры, вырубила движок и выпустила наружу двух злобствующих девиц. Нет, лицо они держали лучше не бывает — поздоровались, радостно улыбаясь, порадовались комплиментам, подкололи, вроде как, Наташу, но «атаковали» меня и всю дорогу до особняка страдали из-за того, что «жесткие» порталы появляются нечасто. Но в лифтовом холле второго этажа отказались от чая с тортиком и попросились в кабинет. А после того, как оказались в нем и с моей помощью сели в кресла, «посерьезнели». То есть, выпустили наружу чувства, которые прятали за наигранным весельем.

Первой заговорила Урусова:

— Часа четыре тому назад батюшка поделился со мной планами, которые собирался, но не смог реализовать дед. И рассказал, что ему помешало. Да, я не глава рода и даже не его наследница, зато уважаю себя и дружу с тобой по велению души. Поэтому перед обедом высказала деду все, что о нем думаю, не выбирая выражений. А в ответ на попытку отвесить мне пощечину сломала ему руку и заявила, что более не считаю его ни дворянином, ни мужчиной. Он, конечно же, взбесился, но «унять» меня не смог — за меня вступились папа и практически все высокоранговые маги местной ветви рода, считающие себя обязанными тебе и твоим родичам. Вот дед и испугался. Да, виду не показал, но во время трапезы придумал убедительную причину отбыть во Владимир, а сразу после нее улетел. И, вне всякого сомнения, уже планирует усмирение непокорных руками родни из всех остальных ветвей. Впрочем, это — дело десятое. А я приношу глубочайшие извинения за его подлость как от своего имени, так и от имени всех Урусовых, и помнящих, и ценящих добро. А их в нашем роду немало…

Последние два предложения она произнесла стоя. Потом поклонилась и, не дожидаясь

Я поиграл желваками, хорошенечко обдумал сложившуюся ситуацию и криво усмехнулся:

— Ульян, де-юре я не вправе вмешиваться в дела вашего рода. Но если твой дед выберет силовой способ «усмирения непокорных», то можешь смело обещать, что на любую попытку тебя хоть чем-нибудь обидеть ему воздам я. На правах близкого друга. И сторицей, ибо иначе не умею.

— Почти уверена в том, что Матвей Григорьевич не испугается… — хмуро заявила Самойлова. — И что он так перевозбудился из-за слухов о том, что вы, Беклемишевы, уже практически в опале. Кстати, мой дед в это не верит. Тем не менее, попросил передать, что наш род останется союзным твоему даже в том случае, если Белосельские противопоставят вам остальные рода Империи.

— Передай Борису Николаевичу мое почтение… — без тени улыбки сказал я и успокоил обеих девчонок: — А по поводу слухов об опале скажу следующее: они высосаны из пальца. Так что личности, строящие далеко идущие планы на основании этой белиберды, скоро крупно обломаются. В общем, не вешайте носики: у меня ВСЕ под контролем.

Марина поверила. И полыхнула злым предвкушением. А моей второй подружке этого аргумента не хватило. Пришлось принимать меры:

— Кстати, Ульян, мы, Беклемишевы, воздали твоему деду не только на словах икомплексно. Поэтому не сегодня завтра в коттедж, подаренный им мне, въедут Самсоновы…

Девчонка на мгновение вытаращила глаза и истерически расхохоталась! Угорала — причем и в эмоциях — если не соврать, секунд двадцать. А потом вытерла слезинки, реально выступившие в уголках глаз, и объяснила этот… хм… эмоциональный срыв:

— По словам батюшки, в «Жемчужине» кипит работа по подготовке к твоему скорому приезду. Не знаю, успели ли «зарядить» душевые кабинки на бортике общего бассейна микро-распылителями афродизиаков, зато в курсе второго сюрприза: в генераторе голографических обоев хозяйской спальни «совершенно случайно забыт» архив из пары сотен фотографий Ларисы и Ани в стиле «ню»!

Реакцию Самсоновых на этот подарок представляете?

Тут рассмеялись и мы. Потом Наташа немного пострадала из-за того, что мы не увидим реакции Матвея Григорьевича на доклад о вселении в коттедж «не тех» соседей, а Марина как-то уж очень желчно помянула родственниц Ульяны:

— Аня с Ларисой — дуры, каких поискать: да, карманные деньги заметно упрощают жизнь, но продаваться даже главе рода — это та же проституция, только в профиль.

Я согласился. Наташа — тоже. А Урусова удивила в очередной раз:

— Глава рода главе рода рознь. К примеру, тебя, Олег, я искренне уважаю. И твоего деда, Марин, тоже. А своего — нет. Кстати, чуть не забыла: я ж перед отлетом сюда сожгла абсолютно все иномирные растения и развеяла пепел, так как вовремя вспомнила, что дед собрался зарабатывать бешеные деньги на подарках МНЕ, а не ему.

— Жесткая ты девица, однако! — уважительно выдохнул я, почувствовал, что девчонка переживает, и постарался ее успокоить: — Окажись я на твоем месте, сделал бы то же самое. И еще: появится возможность выращивать что-либо НЕ ДЛЯ Матвея Григорьевича — скажешь, и я продублирую подарки. А уминать полюбившиеся фрукты и ягоды ты сможешь в моем поместье. Благо, прилетаешь в гости достаточно часто. В общем…

Закончить мысль помешал вызов государя — я попросил тишины, принял вызов, поздоровался и вслушался в голос венценосного собеседника:

— Здравствуйте, Олег Леонидович. Я считаю ваше решение разобраться с Вышеславцевыми самостоятельно слишком рискованным, тем не менее, только что подписал их прошение об объявлении межродовой войны и внес в протокол время ее начала — тридцать первое января сего года, ноль часов ноль минут по времени Белоярска. Желаю удачи и… настоятельно рекомендую забыть об излишнем гуманизме: к сожалению, абсолютное большинство моих подданных понимают один-единственный аргумент — Силу. А от своих планов отказываются только в том случае, если эта сила ощущается Непреодолимой. Делайте выводы…

Я поблагодарил его и за помощь, и за совет, пожелал всего хорошего, подождал, пока Белосельский отключится, и повернулся к подругам:

— Еще одна новость не для распространения: Вышеславцевы только что объявили межродовую войну нам, Беклемишевым. Война начнется в полночь, и я к ней готов. В общем и целом. Но эдак через полчаса займусь проработкой точных планов, а после возвращения целительниц из вашей клиники, Марин, соберу родовую дружину и начну ставить конкретные боевые задачи. Само собой, мне будет не до вас. Тем не менее, я считаю вас близкими подругами и понимаю, что твое моральное состояние, Ульян, не радует от слова «совсем». Поэтому до десяти вечера баня и бассейн в вашем распоряжении: парьтесь до потери пульса, плавайте, расслабляйтесь на лежаках и не переживайте из-за всякой ерунды: Вышеславцевы уже проиграли. Просто об этом еще не знают…

Глава 35

30–31 января 997 г. от ВР.

…Урусова с Самойловой улетели ровно в десять вечера. Что особенно приятно, без стенаний, просьб не рисковать или ужаса во взглядах. Поэтому я со спокойным сердцем временно забыл о существовании этой парочки, в темпе вернулся в особняк, поднялся в кабинет и отправился к Ррыгу. За заказанными ему защитными артефактами на сапфирах. Само собой, не один, а с Наташей. Так что с ее помощью зарядил три браслета, вытянув Пространство из первого попавшегося естественного портала, и провел ходовые испытания приблуд. Причем как в одиночном режиме, так и в режиме взаимного усиления.

Результаты порадовали. Настолько сильно, что я подарил мишке самый крупный рубин из «первой поставки» — тот самый, на который артефактор облизывался сильнее всего — и разрешил использовать этот «камешек» так, как заблагорассудится. А потом выслушал очередное пожелание удачи — только в непередаваемом стиле Косолапых — открыл «зеркало», ведущее в кабинет, и следом за напарницей перешел на Землю.

Следующие минут шесть-восемь мы убили на переодевание в парадно-выходное шмотье. Затем вышли в общий коридор, в котором успели собраться оба ближних круга, и я дал команду выдвигаться к ангарам.

Погрузка в два «Икара» и три «Исети» прошла штатно и очень быстро. Так что в какой-то момент все пять бортов взмыли в воздух, встали на нужный курс и начали набирать высоту. Конференцсвязь тоже «образовалась» заметно шустрее, чем обычно. Но повторять уже сказанное или вдаваться в не особо существенные подробности досконально продуманного плана операции я не видел смысла. Вот и порвал все шаблоны поведения в такой ситуации — врубил любимый музыкальный сборник на своем ИРЦ и дал команду расслабляться.

Расслабился и сам. Правда, не так… хм… энергично,

Мне было не до досужих размышлений и на посадочной глиссаде — я жил в электронных отчетах автомобилей транспортной компании «Проспект», прибывавших к месту назначения, и на карте южной окраины Зеленогорска. В результате зевнул момент приземления, зато потом переключился в рабочий режим — вырубил двигатели, опустил дверь-трап, усилилпокровнапарницы «лишними» слоями, выбрался на стадион общеобразовательной школы номер три, поухаживал за Наташей и неспешно направился к выходу с охраняемой территории. Школьного сторожа и сотрудника краевого ИСБ, убедившего его не поднимать паники, заметил на втором-третьем шаге, прикоснулся двумя пальцами к правой брови, почувствовал, что моя родня образовала походный ордер, и чуть-чуть ускорился. А после того, как вышел на улицу, навелся на десятиместные минивэны, дожидавшиеся нас перед невзрачным трехэтажным особнячком, и с намеком повел рукой…

Следующий звонок Григория Денисовича принял, выезжая за пределы городка, вдумался в лаконичное сообщение, заявил, что мы успеваем, и чуть-чуть придавил педаль акселератора. А уже минуты через две с половиной-три затормозил возле весьма симпатичных кованых ворот, украшенных гербами Вышеславцевых, неспешно выбрался из салона, дождался остановки второго минивэна, прошел несколько метров по направлению к владению моих врагов, остановился и сделал вид, что разглядываю особняк, видневшийся в самом конце аллеи.

Матушка, Аня, Варвара, Валентина, Нина, Алексей и Игнат подошли к нам с Наташей от силы через полминуты, так что дежурный по этому посту, выглянувший из невысокого, но очень массивного строения КПП, побоялся выполнить свои должностные обязанности — замер в дверном проеме, секунд десять вглядывался в мое лицо, а потом побледнел, торопливо дотронулся до сенсора активации гарнитуры скрытого ношения и затараторил. Докладывая начальству о моем прибытии.

«Пуглив не в меру…» — подумал я, сделал еще десяток шагов и обратился к ни разу не герою:

— Доброй ночи. Передайте, пожалуйста, главе вашего рода, что я, боярин Олег Леонидович Беклемишев, уже тут. И атакую. В полночь. Соответственно, вылетать куда бы то ни было нет никакой необходимости…

Он, конечно же, передал. Но рокот движков семи вертолетов «Радонеж», раскручивавших винты на посадочной площадке за особняком, не затих. А зря: секунд, эдак, через сорок характерный посвист лопастей начал ускоряться, а в оперативном канале «Паутинки» раздался голос Антипа Назаровича:

— Здесь командир группы «А». Мы на месте. Взяли под контроль Воздух. Вертушки никуда не полетят…

— Здесь командир группы «Б»! — дал о себе знать Максим Алексеевич. — Наш дрон в воздухе. Судя по картинке, к погрузке в «Радонежи» готовится «коробочка» из ста восьмидесяти человек. До строя не дотягиваюсь — он стоит перед торцом особняка — так что ранги магов не определю. Зато могу сказать, что группа командиров, стоящая чуть поодаль, уже задергалась…

«Принято!» — написал я все в тот же канал, снова вперил недобрый взгляд в дежурного по КПП и холодно усмехнулся: — Ваши борта не взлетят. Так что начинайте готовиться к войне: до ее начала осталось всего пятьдесят две минуты…

…На первый взгляд, слишком дискретное кольцо оцепления, замкнутое вокруг поместья Вышеславцевых, оправдало себя без четверти двенадцать — мои родичи сначала засекли чувством Воздуха, а затем аккуратно «упаковали» вкоконыи отправили в медикаментозный сон группу из десяти «невидимок». После чего нашли и изъяли баллоны с боевыми отравляющими веществами. Вот я из себя и вышел: выслушав лаконичные доклады Антипа Назаровича и Ивана Борисовича, вытребовал и переслал генералу Анциферову фотографии маркировок, подождал порядка трех минут, принял вызов государя и вдумался в о-о-очень злой монолог:

— Эти спецсредства были украдены с Иркутских окружных складов ИСБ в марте девяносто четвертого. То есть, в период, когда ими командовалодин из братьев нынешнего главы рода Вышеславцевых. Вещество, содержащееся в баллонах, отличается сразу несколькими неприятными свойствами — уже через восемь секунд после распыленияперестает быть видимым, сохраняет крайне высокую токсичностьдаже при достаточно сильном ветре, а чуть менее, чем через четыре часаполностью разлагаетсяине оставляет идентифицируемых следов ни на местности, ни в организмах жертв. Не знаю, как вы, а я в ярости. Поэтому поднял по тревоге сразу несколько спецподразделений и сразу после завершения вашей межродовой войны вырежу под корень род, не только укравший эту дрянь, но и решивший применить его против своих сограждан! В общем, не тяните с воздаянием и не жалейте ублюдков, плюнувших в лицо и вам, и мне…

Я тоже был в ярости. Поэтому без четырех секунд двенадцать вышел в оперативный канал, выдохнул слово «Начали!!!» и на пару с Наташей всадил в ворота взаимно усиленную воздушнуюстену. Как только створки обрели крылья и усвистели к ближайшим деревьям заснеженного парка, матушка и ее команда вернули дежурного в КПП и сравняли строение с землей. Вернее, со снегом. Причем в буквальном смысле этого выражения.

Аккурат в этот момент с крыши особняка заговорили крупнокалиберные пулеметы. Судя по ощущениям, которые я ловил чувством Воздуха — не только в нашу сторону. Но толку от этого огня было немного — пули даже не царапали ни мойщит, вывешенный метрах в пятидесяти от нас, ни артефактныекупола, поднятые командирами групп. Вот защитники владения и решили повысить ставки — выстрелили в мою сторону из восьми реактивных противотанковых гранатометов. Видимо, надеясь, что взрывы «выстрелов» продавят защитное заклинание, а очереди из четырех пулеметов заставят отвлечься и дадут шанс проявить себя засадному полку, прячущемуся в парке.

Будь я обычной «девяткой» или «десяткой», этот план мог и сработать. За счет того, что гранатометчики и пулеметчики находились подускорениеми идеально согласовали свои действия, а в момент взрыва «выстрелов» в мою сторону одновременно рванули аж шестьдесят человек. Но реальный радиус области моего контроля был в два с лишним раза больше демонстрируемого, поэтому я засек этих Одаренных задолго до того, как они доползли до места засады. И не постеснялся поставить нашей боевой группе уточненную боевую задачу. Так что второйрывоку Вышеславцевых не получился. Из-за того, что первый переместил их в зону,

Разорвать дистанцию вражеские маги тоже не смогли. Из-за того, что я «сгустил» Воздух. А потом мы вложились в площадные заклинания. Сначала вакустический удар, взаимно усиленный восемью магами, и аналогичнуюмясорубку, затем шарахнулидождемточно такой же мощи и вбили в снежно-водяную взвесь строеннуюсферу молний.

Кстати, в этот раз я реально забил на гуманизм. Поэтому подал команду «Делай, как я!», единственнымрывкомпереместился в точку, в которой нас не могло не зацепить посмертными импульсами, и немного подождал. А после того, как «пророс» на целый ранг, ушел в следующийрывок— к центральной аллее — почувствовал, как за моей спиной собирается все тот же атакующий ордер, и медленно, но неотвратимо пошел к особняку.

«Неправильное» перемещение «чего-то овального» засек секунд через двенадцать-пятнадцать и уставился на одиннадцать часов. А через мгновение увидел темно-серый «Сенеж», летевший горизонтально и… кувырком, оценил силу, с которой вертушка впоролась в особняк, и пришел к выводу, что в нее вложилось не менее шести человек. И почти сразу услышал в оперативном канале доклад, подтвердивший эту догадку:

— Здесь командир группы «А»! Мы засекли попытку побега трех человек на вертолете «Сенеж» и ударили взаимно усиленной воздушнойстеной. Двое беглецов ощущались «девятками», следовательно, должны были выжить. Мои действия?

— Работайте по плану! — распорядился я, ушел в серию из трехрывков, после выхода из последнего выждал полторы секунды, создал над вертолетом

структуру горизонтальногощита, жестом приказал «своим» ее как следует усилить, и резко опустил. Когда рванули баки, и плоскость заклинания начало выгибать, добавил в него «немного» Пространства, а народ без каких-либо распоряжений с моей стороны образовал второй слой. Из Воды. А после того, как «блин» потух, смял его еще немного и… проявил инициативу. Ударив вверх. По пулеметчикам, продолжавшим стрелять по нашей группе на расплав стволов. Ну, и разнес вдребезги приличный кусок крыши и часть верхнего этажа. И пусть почти половина обломков в конечном итоге упала на нашкупол, никто не расстроился. Ведь заполошная пальба, наконец, стихла, а в оперативном канале начали раздаваться доклады командиров остальных групп.

Первый — Антипа Назаровича — просто уведомил о том, что он и его подчиненные перемололи отряд из пятидесяти Одаренных седьмых и восьмых рангов, подошли к особняку и готовы к финальному этапу Воздаяния. Второй — Ивана Борисовича — отличался от первого лишь количеством уничтоженных противников. А третий — Максима Алексеевича — развеселил: он и его люди не только положили «свою партию» Вышеславцевых, но и наложили загребущие лапы на все семь «Радонежей». Само собой, взяли и пилотов. Дабы «было кому перегонять трофеи в наши владения». Но на всякий случай лишили пленных Дара и отправили в целительскийсон!

«И нахрена нам вертолеты, да еще и настолько большие?» — подумал я, но расхолаживать народ этим вопросом, естественно, не стал — поблагодарил «добытчиков» за предприимчивость и вернул родичей в рабочий режим:

— Создаю структуру горизонтальнойстенынад крышей. Усиливайте по полной и ждите обратного отсчета…

…Старший сын главы рода Вышеславцевых — тот самый, который, по словам Валентины Сергеевны, прославился на всю Империю невероятным упрямством, болезненным самолюбием и редкой безрассудностью — совершил неплохую попытку сорваться в бега через считанные мгновения после начала обрушения здания. Момент для ухода в туман был выбран идеально: Геннадий Владиславович пробил собой панорамное окно первого этажа под прикрытием очень плотного облака бетонной пыли. А для того, чтобы до предела увеличить шансы уйти, спрятался подневидимостью. Но не учел радиуса охвата наших чувств стихий, «глубины»ускоренияи ненависти к Вышеславцевым, появившейся во мне и моих родичах после захвата баллонов с отравляющими веществами. Поэтому тело, перемещающеесярывкомначальных уровней девятого ранга, впоролось в два двуслойныхщитадвенадцатого, аразрядыАлексея и Игната не только продавилипокров, но и вышибли из реальности. Так что горе-наследничек пришел в себя вкоконе, попробовал потрепыхаться, понял, что это бесполезно, и выдал матерную тираду, в которой наобещал… хм… всякого-разного. Зря: парни обиделись, вернули пленника к развалинам особняка, попросили ближайших родичей поднять в воздух чудом уцелевшую бетонную плиту, затолкали под нее матершинника и как следует придавили. Еще одной горизонтальнойстеной, которую усилили все желающие.

Все бы ничего, но эту часть нашего Воздаяния увидела компания из двух гражданских лиц и четырех полицейских, подбегавшая к нам по центральной аллее. И мордастый дяденька лет сорока пяти, изображавший лидера, сорвался на визг.

Я его заткнул.Лентой. В начале гневной тирады. А Наташа «упаковала» вкокони оторвала от земли. Или, если выражаться точнее, то от асфальта, присыпанного бетонной пылью и, местами, снегом.

Второй гражданский тоже вякнул что-то неуважительное и, конечно же, повторил судьбу первого. Только затрепыхался вкоконеВарвары. Так что я поймал взгляд самого ближнего полицейского и хмуро поинтересовался, кто это такие и что им надо в зоне ведения межродовой войны.

Хамить служака не решился: вежливо сообщил, что первый является прокурором Белоярского края, а второй — его заместителем, и развеселил, заявив, что, по его сведениям, межродовая война уже закончилась, значит, мы нарушаем Закон и вот-вот будем ЗАДЕРЖАНЫ!

— И чем же закончилась межродовая война? — поинтересовалась матушка, начавшая закипать.

— Капитуляцией рода Вышеславцевых! — уверенно заявил этот недоумок и злобно добавил: — Поэтому вам инкриминируется сразу не— ..

Договорить не смог — обзавелсялентоймоей родительницы икокономАни. Его коллег «нейтрализовали» Нинка, Валя и Игнат. А я задумчиво потер подбородок и набрал Голицына.

Анатолий Игоревич принял вызов после первого гудка, поздоровался и спросил, что случилось.

Я ответил на приветствие и задал встречный вопрос:

— Скажите, пожалуйста, вы в курсе того, что мне объявили межродовую войну?

— Конечно! Более того, с нетерпением жду уведомления о ее завершения, дабы принять активнейшее участие в наказании рода, попытавшего применить против вас боевое отравляющее вещество.

— Забавно… — холодно усмехнулся я. — Вы, генеральный прокурор, ждете какое-то там уведомление, а двое ваших подчиненных — прокурор Белоярского края и его заместитель — уже прибыли в поместье Вышеславцевых вместе с полицейскими. Задерживать меня и моих людей за то, что мы продолжаем боевые действия после официальной капитуляции противника!

— Что за бред⁈ — возмущенно рыкнул он. А через мгновение попросил меня дать ему пару минут и «пропал» на три. Зато после того, как вернулся в «канал», объяснил происходящее: —

— Большое спасибо за консультацию… — поблагодарил его я, попрощался, сбросил вызов, подошел к господину Веригину и холодно усмехнулся: — Почти уверен в том, что межродовую войну мне объявят еще не раз. Что, безусловно, неприятно, но нисколько не пугает. Не пугают и вмешательства в ход боевых действий вроде вашего. Тем не менее, я, пожалуй, намекну любителям лезть не в свои дела, что не страдаю всепрощением…

Прокурор недоуменно нахмурился… и прикипел взглядом ктычковому ножу, который я вырастил на правом кулаке. Потом сглотнул и попробовал отодвинуться. Но куда там:коконмоей напарницы даже не пошевелился. А через пару мгновений дергаться стало поздно — я оттянул в сторону левое ухо родственника и «давнего делового партнера покойного Владислава Яновича», чиркнул магическим клинком и, отбросив в сторону закровивший кусок плоти, повернулся к родичам:

— Чего ждем? Остальные пять «намеков» сами себя не создадут…

Глава 36

31 января 997 г. от ВР.

…Хронический недосып дал о себе знать и во вторник — я среагировал на вибрацию будильника, но не так, как планировал: не приходя в сознание, решил, что просыпаться в шесть утра после победы в межродовой войне — это полный и законченный идиотизм. Поэтому как-то умудрился «передвинуть» время пробуждения на десять ноль-ноль и убедить Наташу «не вибрировать», подгреб ее под себя и снова отключился. И пусть матушка подняла нас уже в восемь тридцать — из-за того, что мы не явились на традиционную «встречу» в общем коридоре — мы продрыхли лишних два с половиной часа. И, каюсь, не расстроились. Вернее, первые несколько минут после вынужденного подъема я еще чувствовал угрызения совести, но после того, как скользнул в душевую кабинку, оккупированную напарницей, и наткнулся взглядом на аппетитную попку, дал волю пробудившемуся желанию и выпал из жизни еще на полчаса.

В общем, именно по моей вине мы приперлись на завтрак аж к десяти ноль-ноль, большую часть трапезы пребывали в прострации и не реагировали на завуалированные подначки родительницы. Зато стоило Игнату произнести слово «доррины», как я подобрался, вернулся в реальность и попросил парня повторить последнее предложение.

Он, конечно же, пошел мне навстречу:

— Согласно последнему информационному бюллетеню, выложенному в Сеть пресс-центром международного воинского контингента в Канаде, в этот раз доррины зарываются в землю. То есть, зачистив вроде как захваченную территорию, начали вырезать крепости сразу в четырех подходящих скальных массивах.

— Получается, что наши еще никого не приголубили? — хмуро спросила Наташа.

На этот вопрос ответила матушка:

— По словам Валентины Сергеевны, личный состав МВК уже заканчивает эвакуацию жителей населенных пунктов, которые гарантированно окажутся в зоне радиоактивного поражения тактического ядерного оружия.

Тем не менее, в ближайшие день-два ударов ТЯО не будет: перед тем, как использовать этот «аргумент», вояки испытают менее разрушительные виды вооружений. И еще: насколько я поняла намеки государыни, Виктор Константинович, фактически командующий этим соединением, не видит смысла бить из пушки по воробьям — он считает необходимым первым же «полноценным» ударом уничтожить как можно больше дорринов. Причем не строителей и других работяг, а хотя бы среднее звено руководителей и военнослужащих.

— Логично, однако… — пробормотал я, поблагодарил Марию Тарасовну, переложившую мне на тарелку кусок пирога с вишней, и додумался до вопроса поинтереснее:

— А как сетевые эксперты по всему и вся отреагировали на нашу победу во вчера— .. вернее, в сегодняшней межродовой войне?

Тут помрачнели и разозлились все, кроме Наташи. А моя родительница, поиграв желваками, мрачно вздохнула:

— Часов до трех ночи большая часть «комментаторов» высказывалась о нашем роде достаточно благожелательно. Вероятнее всего, из банального страха вызвать твой гнев и нарваться. А в начале четвертого началась кем-то спланированная и оплаченная компания по нашему очернению — авторы трех с лишним десятков «аналитических выкладок» на разные лады муссировали один и тот же тезис: мы, Беклемишевы — серийные убийцы, так как, сравняв с землей особняк Вышеславцевых, хладнокровно убили порядка ста тридцати женщин и сорок два ребенка! При этом комментарии, в которых сообщалось о том, что Владислав Янович, готовясь к войне без дураков, эвакуировал всех слабых Одаренных и всех детей в Казанское поместье рода, и что мы об этом наверняка знали, удалялись через считаные минуты после публикации…

— Небось, досталось и Белосельским? — спросил я и попал пальцем в небо:

— Нет, их практически не хаяли даже после того, как спецслужбы начали аресты во всех поместьях Вышеславцевых. Говоря иными словами, какая-то скотина целенаправленно «атаковала» нас. Аж до половины седьмого утра по времени Белоярска. А потом активность провокаторов как отрезало. Причем за каких-то восемь-десять минут — эти уроды перестали удалять комментарии, не вписывавшиеся в навязываемую парадигму, и почти одновременно вышли из Сети. А в четверть восьмого человека три-четыре попытались возмутиться произволом спецслужб, начавших аресты «истинных патриотов», но как-то уж очень быстро заглохли.

— Что ж, значит, ждем обеда… — заключил я. — Думаю, что после десяти утра по времени Владимира нам позвонит либо Виктор Константинович, либо его супруга, либо Анатолий Игоревич. Чтобы поделиться информацией «не для всех».

…Традиционную утреннюю тренировку с «молодежью» я проводить не стал — спустился в зал буквально на пять минут, дал каждому члену ближнего круга матушки «пощупать» артефакт усиления, поставил несколько учебно-тренировочных задач и вместе с Натальей умотал заниматься «чрезвычайно важными делами». То есть, поднял нас в кабинет, переадресовал входящие вызовы на телефон, лежащий под «сетевой няней», открыл портал на «личный пляж» Ррыга и первым шагнул сквозь «зеркало».

Самого Потапыча на берегу не оказалось. Зато обнаружился труп ящера, «закованный» в каменный «саркофаг». Что, каюсь, неслабо удивляло… эдак, секунд двадцать-двадцать пять. Но стоило наткнуться взглядом на артефакт, поддерживавший Землю в этом состоянии, как стало ясно, что мишка «решил проблему» с утилизацией тела доступным способом. Вот мы и поняли «намек» — вытянули энергию из накопителя приблуды, отсоединили ее от «саркофага», открыли портал в саванну и избавились от покойника. Потом поднялись к пещере, достучались до сибаритствовавшего Слуги и… приятно удивились его реакции на наше появление — Ррыг оглядел нас с головы

И пусть перевод его скороговорки мы услышали только через четверть минуты, зато оценили и формулировку вопроса:

— Мой господин, как я понимаю, межклановая война закончилась нашей безоговорочной победой⁈

Я подтвердил, и артефактор, на радостях врезав могучей лапой по своей же грудной клетке, задал следующий вопрос:

— И сколько вражеских воинов вы убили?

— Точно не знаем… — честно ответил я. — Так как часть «похоронили», обрушив довольно большой трехэтажный дом. Но не менее ста восьмидесяти.

Следующее восклицание не перевелось, но я чувствовал восторг мишки даже без эмпатии, поэтому улыбнулся. И вдумался в третий вопрос:

— А мои защитные артефакты пригодились?

Лгать я не видел смысла, поэтому сказал правду:

— Нет: мои люди были готовы ими воспользоваться, но первые атаки групп вражеских воинов не продавили ни одного нашего взаимно усиленного многослойногощитаистены, а вторых не случилось. Тем не менее, ты внес свой вклад в эту войну, поэтому уже получил честно заслуженные «боевые». Но о том, что можно будет купить на эти деньги, мы поговорим как-нибудь потом. А пока давай-ка решим вопрос, зависший в воздухе…

Вопрос, «зависший в воздухе», начали решать без раскачки — я открыл портал кметкев той части подводного города ящеров, из которой умыкнул первого «языка», а Наташа с Ррыгом нашли нужный фрагмент записи допроса и помогли навестись на «дом» местного артефактора. Увы, проникнуть в это «строение» удалось только после полудня по времени Белоярска, так как оно закрывалось, а каменная стена, «выращиваемая» с помощью артефакта, была чем-то защищена от «неавторизованных воздействий».

Ну, а следующей проблемой стала проблема с идентификацией ящеров — под «подробнейшее описание» Нушша подходило как минимум четыре его сородича из каждых пяти! Пришлось «заигрывать» особь, расслаблявшуюся в отдельном помещении, принуждать к сотрудничеству и «перемещать» портал по подсказкам аборигена. Зато с его помощью нужная «опочивальня» нашлась за каких-то четверть часа, так что коллега моего Слуги ни разу не добровольно сменил пункт постоянной дислокации на пункт временной, лишился одежды и аксессуаров, охренел от мощикоконаНатальи и… поймал мое Приручение, уже испытанное на «проводнике».

К сожалению, очередная «плановая» проверка экранов наших телефонов вынудила спешно прервать на редкость интересную беседу с представителем цивилизации земноводных, поэтому я быстренько «привязал» Урша к Ррыгу, дал последнему карт-бланш и следом за напарницей вернулся в кабинет. Там «скинул» ненужное заклинание, смахнул с экрана телефона уведомление о пропущенном звонке государя и развернул его же сообщение.

Прочитав просьбу набрать до десяти утра по столичному времени, кинул взгляд на часы, ткнул в нужную пиктограмму и в темпе вывел звук на внешний динамик. Вовремя — через считанные мгновения Белосельский принял вызов и заговорил:

— Доброе утро, Олег Леонидович. Это «окно» перед началом рабочего дня неожиданно уменьшилось вдвое, поэтому обойдусь без общих слов. Итак, развертывание международного воинского контингента в Канаде идет точно по графику. Благодаря чему в полночь по нашему времени в небо поднялись первые разведдроны. Защищенный сервер, на который передается телеметрия, включили на пару часов раньше, так что если вы перейдете по ссылке, которую я сейчас пришлю, и покажете левый глаз программному сканеру радужки, то получите постоянный доступ в том числе и к архиву видеозаписей.

Эту «тему» мы обсуждали не в первый раз, поэтому я озвучил то самое обещание, которого ждал Белосельский:

— Понял. Большое спасибо. Начну анализировать магию дорринов сразу после обеда…

— Вам спасибо… — удовлетворенно заявил он и заставил подобраться: — Перехожу к новости, напрямую касающейся вашего рода: сегодня ночью дал о себе знать экс-митрополит Филарет, сбежавший из Вилюйской пустыни в конце декабря прошлого года — этот человек, назначивший вас виновником всех своих злоключений и мечтавший отомстить, оплатил сетевую кампанию по дискредитации вашего рода. И из-за отсутствия соответствующих навыков и знаний не сумел затереть следы, ведущие к нему. Поэтому был задержан и допрошен оперативниками ИСБ, уже наговорил себе лет на десять каторги, в эту пятницу предстанет перед судом, а максимум через неделю отправится по этапу к месту заключения. В общем, об этой личности и ее помощниках можете забыть — от них проблем не будет…

Я поблагодарил его за помощь, снова превратился в слух и правильно сделал:

— И последняя важная новость на этот момент: сегодня ночью один из высокопоставленных сотрудников службы контроля за соблюдением правил проведения межродовых войн, сотрудничающий с Канцелярией, продал сразу четверым желающим весь архив видеозаписей уничтожения родовой дружины Вышеславцевых. По моим данным, к девяти утра по Владимирскому времени эти материалы разлетелись как минимум по тридцати влиятельнейшим родам Империи и шокировали как их глав, так и начальников служб безопасности. Что, в общем-то, неудивительно, ибо вы и тридцать пять ваших родичей менее чем за полчаса уничтожили двести четыре Одаренных с седьмого по девятый ранг включительно, смяли, как картонный, огромный трехэтажный особняк и не потеряли ни одного человека. Да, следствием этого шока станет присвоение вам самого высокого индекса опасности, но родов, в принципе способных воевать с «врагом» такого калибра, в Империи очень немного, а главы всех остальных предпочтут охолонуть. Так что «давление» на вас гарантированно ослабнет. Причем в несколько раз. Кстати, если верить сообщению агента влияния в роду Артюховых, то их глава, еще вчера днем уверенно заявивший сыновьям, что ваша звездочка уже фактически закатилась, а значит, Галину Максимовну, скорее всего, удастся вытащить из «застенков ИСБ», порядка получаса тому назад обсуждал с младшим братом размер виры, которая вас гарантированно умиротворит, и записался ко мне на аудиенцию.

— Миленько… — усмехнулся я только ради того, чтобы обозначить свое отношение к этой «проблеме». Хотя, по большому счету, плевать хотел и на Артюховых, и на их виры.

Государь согласился. Потом со вздохом заявил, что ему пора, пожелал хорошего дня и отключился. Так что я поймал взгляд Наташи и вопросительно мотнул головой.

— Постоянный доступ к телеметрии с армейских камер радует, и даже очень… — мурлыкнула она. — Решение проблемы с митрополитом Филаретомбез нашего подключения— тоже. Присвоение нам самого высокого индекса опасности за душу не цепляет. А вира Артюховых пригодится. Наверное…

…Первые две трети обеда прошли в разнузданном веселье: матушка, Варя, Валя и Нина нещадно подначивали Дашу, оценившую мощь молниевого барса, решившую раскачать Милашку «как минимум до одиннадцатого класса опасности» и вместе с ней почти четыре часа валившую горбатых волков-«пятерочек» у синего портала, а Державина огрызалась. Да так изобретательно и весело, что к

Большая часть так или иначе цитировала первый абзац акта. В смысле, дурела из-за официального подтверждения гибели тридцати двух Одаренных девятого ранга из тридцати двух, зарегистрированных в РОРИ, пятидесяти пяти из пятидесяти шести «восьмерок», девяноста семи из ста трех «семерок» и двадцати «шестерок», спрашивала, знает ли кто-нибудь, какое количество Вышеславцевых вообще выжило в этой войне, и предрекала им забвение. А самые рисковые личности крайне осторожно обсуждали второй, сообщавший о том, что при разборе развалин особняка были обнаружены всего двенадцать трупов — одиннадцать мужских и один женский — или ехидно интересовались, куда подевались сотни женских и десятки детских.

Да, нам полегчало. Так, слегка. Ибо людей мы покрошили прилично, и это действовало на нервы. Слава богу, в какой-то момент целительница нашла анонс статьи под названием «Крик души», проглядела самое начало, прыснула и помогла развеселиться нам:

—«Дамы и господа, я только что поймал себя на мысли, что в восторге от почина боярина Олега Леонидовича Беклемишева и его глубокоуважаемых родичей: если до вчерашнего вечера мы, россияне, были не в состоянии сходу определить, насколько честными и законопослушными личностями являются сотрудники государственных структур, то теперь знаем, что отсутствие левого уха однозначно свидетельствует о том, что перед нами — шельма. И теперь меня мучает Вопрос Вопросов: в какой именно отдел Собственной Его Императорского Величества Канцелярии надо подавать прошение о введении в обиход этого принципа клеймения взяточников, обманщиков, хапуг, рвачей и тому подобной швали? В общем, прошу совета. И поддержки. Ведь только мое прошение может быть замылено идейными последователями прокурора Белоярского края, а сотни тысяч — нет… На этом, пожалуй, закончу. Всегда с вами, ваш Настоящий Патриот…»

Цитирование особо забавных комментариев к этому «крику души» тоже доставило море удовольствия, так что из-за стола я встал, улыбаясь, не сразу вспомнил о том, что обещал Виктору Константиновичу заняться анализом магии дорринов сразу после обеда, повоевал с накатившей ленью и победил. Поэтому отправил народ заниматься своими делами, а сам в сопровождении Наташи вернулся в кабинет, рухнул в свое кресло и перешел по полученной ссылке.

Первые несколько «картинок», открытых после регистрации на сервере, закрыл, не разглядывая. Ибо эти «птички» висели очень уж высоко, а смотреть на строящиеся объекты незваных гостей метров с двухсот пятидесяти, да еще и ночью, было неинтересно. А то ли четвертая, то ли пятая «птичка» позволила «привязаться» к местности и «переместить» универсальный портал к самому настоящему тоннелю, ведущему вглубь невысокой горы. Вот мы с напарницей на новую «картинку» и залипли — рассмотрели примитивные «леса», оценили яркость артефактных светильников, впечатлились диаметром и формой очень уж «технологичной» дыры, повтыкали на трех бездельников, обнаружившихся снаружи, и… додумались обратить внимание на слишком хорошо укатанный снег.

Кстати, первой прозрела Наташа — повернулась ко мне, набрала полную грудь воздуха и сняла с кончика моего языка почти сформировавшуюся фразу:

— Раз они укатали дорогу, значит, на другом ее конце находится портал!

— Ага! — подтвердил я и злобно оскалился: — Поэтому магию дорринов мы проанализируем как-нибудь потом…

Глава 37

31 января 997 г. от ВР.

…Портал дорринов нашли достаточно быстро. Но «заглянуть» в их мир не смогли — из «зеркала» торчал примитивный ленточный транспортер, а толпа работяг в страшно потрепанном кожаном шмотье не по погоде сгружала с него на снег, перемешанный с землей и, почему-то, светло-розовым песком какие-то ящики.

Кстати, работяги вкалывали под надзором двух дюжих надсмотрщиков в одежде побогаче и с хорошо отполированными дубинками в руках. Так что на самом краешке моего сознания промелькнуло слово «рабы». И показалось правильным. Впрочем, фокусироваться на нем я не стал — «передвинул» свое «зеркальце» за здоровенный валун, всадил в его «обратную» сторонуметку, «скинул» отработавшее заклинание и продолжил «листать» изображения, транслируемые камерами армейских беспилотников.

Второй «тоннель» нашел уже минуты через полторы-две, «привязался» к чем-то понравившемуся дереву и повторил весь цикл изучения. То есть, как следует рассмотрел этот объект, подождал, пока Наташа сделает несколько фотографий, «пролетел» над укатанной дорогой до портала, оставил рядом с нимметкуи… пошел на третий круг под ехидный смешок напарницы:

— Если что-то делать, то добросовестно и системно?

— Угу… — подтвердил я и продолжил поиски. А минут через двадцать пять закончил. У четвертого — и, вроде как, последнего межмирового перехода. Вернее, перешел к новой фазе… хм… изысканий — протянул «Природнице» видеоэндоскоп, аккуратно «подвел» свое «зеркальце» вплотную к верхнему краю портала дорринов и коротко кивнул.

Наталья пропихнула приблуду на ту сторону, покрутила вправо-влево и довольно мурлыкнула:

— Все, картинка — лучше не бывает. Значит, можно перебираться к следующему…

Перебрались. Запечатлели для личного архива изображение еще одного участка запорталья и «передвинули» зеркальце дальше. Да, на последней точке пришлось поскучать. До завершения погрузочно-разгрузочных работ. Зато как только рабы, «подбадриваемые» надсмотрщиками, покатили груженые телеги к «тоннелю», завершили второй этап и перешли к третьему — я «привязался» к фотографии круглой каменной площадки за одним из порталов, сформировал «зеркальце» и… чуть было его не «упустил», ощутив сумасшедший «отток» Пространства!

Ускорениеактивировал на одних рефлексах. И разозлился не на шутку. Поэтому принялся вливать энергию в расползавшуюся структуру из резерва и протараторил серию команд. А напарница сделала все остальное — метнулась к сейфу, вытащила из него артефакт усиления и все заполненные накопители, снова переместилась ко мне и помогла. То есть, «подхватила» заклинание взаимным усилением, «продержала» его секунд шесть-семь на своем резерве. А после того, как я вложил ей в руку сапфировый накопитель и потянул Силу из своего, мгновенно отреагировала на следующий приказ. Благодаря чему мы влили в канал оттока так много Пространства, что процесс прервался. Вот я и зашевелился — в мгновение ока расширил «зеркальце» до метра в диаметре, «украсил» себя сферой из Воздуха, выглянул в мир дорринов, засек «силуэт» мага Пространства, судя по искаженному лицу, пребывавшего на грани потери сознания, оценил плотностьпокрова, отрешенно отметил, что доррин чуть-чуть сильнее меня, и ударил.Ластиком. На пределе нынешних возможностей. И, на всякий случай, заполировал эту атакуискажением«в оболочке»

Удивительно, но факт: первое заклинание уперлось в силовой «пузырь», «поднятый» с какого-то защитного артефакта, и еле-еле продавило. А второе заклинание просадило от силы половину плотностипокрова. Но я пребывал подускорениеми тянул Пространство из чрезвычайно емкого накопителя. Поэтому всадил в противника свою самую кошмарную разработку —сдвиг. Причем в многослойной «оболочке».

Он-то мага и доконал. Вернее, превратил его голову и верхнюю часть корпуса в омерзительное желе. Кстати, очень вовремя: от силы через секунду после этой… хм… трансформации вокруг доррина появился взаимно усиленныйкупол, а его телохранители, включившиеся в бой, атаковали меня заклинаниями четырех стихий — Огня, Воды, Земли и Воздуха.

Каюсь, момента расширения моего портала я не заметил. Не заметил и появления рядом Натальи. Поэтому чуть было на свалил на Землю и не закрыл «зеркало». Но разгон восприятия помог и тут — как только вражескиелезвия«расплескались» о поверхность «непонятного» купола, я, наконец, ощутил рядом «часть» напарницы и усилил ееакустический удар. Потом «разогнал» боевую связку, заканчивающуюсяослеплением, и не прогадал — сообразив, чем я собираюсь шарахнуть, подруга в нужный момент прикрыла глаза сгибом локтя. А после того, как доррины ослепли, помогла мне разойтись.

В общем, телохранителей мы положили. Потом я вбилметкув дальний край портальной площадки, в три приема «переместил» «зеркало» метров на двести, оставил еще однуметкуна краю приличного обрыва и… залюбовался картинкой, которая с него открывалась. Так как этот средневековый город выглядел поинтереснее всех трех виденных городов мишек, вместе взятых: он раскинулся на берегах довольно широкой реки, был не двух-трехэтажным, а куда выше, и изобиловал постройками типа дворцов, церквей и храмов.

Наталья, изучавшая «картинку» из-за моего плеча, тоже впечатлилась. Только обратила внимание на другое:

— Судя по тому, что крепостные стены защищают только дворцы, а не берега реки, на этот город никто не нападает уже не один десяток лет. А если учесть тот факт, что маг Пространства, охранявший один из четырех рабочих порталов, был пусть немного, но сильнее нас, то можно сделать на редкость неприятный вывод: воевать с представителями этой цивилизации в гуманном режиме — это полный и законченный идиотизм…

…На техномагический тюнинг дрона мы убили порядка двух часов. Чем улучшили? Покрасили в цвет неба мира дорринов и присобачили к корпусу артефакт, генерирующий зеркальный вариантуголка. Правда, с подбором мощности последнего пришлось помучиться — слабенькое заклинание сдувало набегающим потоком при движении даже на скорости пять-семь километров в час, а сильное, увы, демаскировало. Превращая в мини-облачко, летящее не по ветру.

Впрочем, в какой-то момент нам удалось подобрать компромисс, так что я поблагодарил мишку за помощь и прямо с его пляжа запустил «птичку» в небо мира Города-на-Реке. Пока она набирала высоту, Наташа «расстроено» заявила, что этот дрон потерял право называться высокоскоростным. А после того, как я поиграл с разрешением камеры и получил возможность оценить размеры населенного пункта, невольно присвистнула.

— Угу… — мрачно буркнул я. И перевел свои ощущения в цифры: — Это, конечно, не миллионник, но тысяч под двести жителей в нем гарантированно наберется. И пусть в трущобах, на окраинах и в ремесленных районах сильных магов однозначно нет, мобрезерв городка внушает опасение.

Напарница согласилась. А Потапыч попросил объяснить, что такое мобрезерв, выслушал мои объяснения и изобразил жест, аналогичный нашим кивкам:

— Да: воинов тут должно набраться раз в сто больше, чем было в клановой дружине Варгхейма до вторжения в ваш мир…

Это утверждение заставило улыбнуться. А опасение, появившееся в эмоциях мишки — насмешливо фыркнуть:

— Ррыг, если у вас, на Рранде, армий в двадцать-тридцать тысяч бойцов не бывает, то в нашем мире есть государства, мобрезерв которых составляет от ста и более миллионов человек, а регулярные армии — от двух миллионов и выше!

Слово «миллион» в базе данных портативного переводчика не было, так что мне снова пришлось переключиться в режим учителя. Зато после того, как артефактор понял, о каком количестве идет речь, в его эмоциях появился ужас.

— Это мелочи! — хохотнул я и добавил информации для размышлений: — Ведь мы воюем не только магией, но и оружием, которое вам даже не снилось. В общем, доррины, безусловно, сильны, но на Землю сунулись зря… Кстати, а давайте-ка определим ранг их среднестатистического мага…

Сказано — сделано: я «уронил» дрон к своему порталу, поймал, вырубил и втащил в плоскость сопряжения миров. А потом «перетянул» крошечное «зеркальце» к храму, чем-то привлекшему внимание, сформировал метрах в семидесяти от воина в церемониальных одеждах, дежурившего на каменной лестнице, и попросил Наташу сделать несколько фотографий. Ибо рослый, темнокожий и очень неплохо сложенный мужичок был упакован в неплохо выделанную светлую кожу, имел при себе уйму металлических аксессуаров и таскал весьма своеобразный шлем, напоминавший головные уборы ацтеков.

— Модный он парень, однако… — недобро ухмыльнулась напарница, выполнив мою просьбу и отложив в сторону планшет. — Кстати, почти уверена в том, что большинство его железяк — артефакты. Вот бы их экспроприировать и как следует изучить…

Мне тоже было интересно разобраться с артефакторикой этого мира. Но я задвинул это желание куда подальше, «переместил» портал в мертвую зону охранника, «сдвинул» на полтинник, накрылсяневидимостью, до предела разогнал восприятие и «вдавил» правую руку в плоскость сопряжения миров.

Доррин даже не почесался, поэтому я скинулускорениеи поделился с «подельниками» напрашивавшимися выводами:

— Или этот доррин еще не дорос до четырнадцатого ранга, или не владеет ни Воздухом, ни Водой…

Как показал следующий следственный эксперимент, верной оказалась только первая половина утверждения — маг среагировал на «появление» моей руки с сорока пяти метров. Причем очень быстро. Но поднять тревогу не успел — я высунулся из «зеркала» половиной тушки, упаковал «языка» вкокон, выдернул тушку на наш пляж и… всадилакустический ударпод верхнюю часть «упаковки». Что интересно, перестраховывался не зря: за мгновение до того, как пленника вырубило от чудовищного удара по ушам, я почувствовал стремительно нарастающее давление на внутреннюю поверхностькокона!

— Наташ, иглу!!! — рявкнул я, сообразив, что мужичок может оказаться Целителем или иметь хорошо прокачаннуюрегенерацию, быстро прийти в себя и активировать артефакт защиты по второму разу.

Напарница среагировала на приказ похвально быстро — выхватила из нагрудного кармана узенький металлический контейнер, открутила крышку, достала первую попавшуюся под руку акупунктурную иглу и, вероятнее всего, активировалавзгляд не в себя, так как ввела ее в область

— Ррыг, избавляй его от артефактов. Только учти, что они могут оказаться личными. То есть, привязанными, к примеру, к ауре…

…Потапыч оказался параноиком не хуже меня: перед тем, как заняться изъятием артефактов, создал своего рода «пиявку» — приблуду, разряжавшую накопители при касании, присобачил ее на полутораметровый алюминиевый крепеж и «потыкал» пленника. Не стал рисковать и после этого — сообщил, что некоторые аксессуары «неправильно» фонят, и дал понять, что хотел бы их как следует изучить перед тем, как брать в лапы. Описал и технологию изучения, и ориентировочные сроки, поэтому я зафиксировал тушку пленника самыми обычными пластиковыми стяжками — которые в удаленном режиме изъял из своего оружейного шкафчика — категорически запретил мишке торопиться, открыл портал в кабинет усадьбы, жестом отправил в него Наташу и свалил на Землю следом за ней. Ибо не видел смысла стоять над головой у Мастера и действовать ему на нервы.

Закрыв переход, посмотрел на экран телефона, обнаружил уведомление программы «банк-клиент», открыл, усмехнулся и поймал взгляд напарницы:

— Артюховы прислали аж десять миллионов, и я поймал себя на мысли, что большая часть дохода рода складывается из полученных вир!

— Я об этом уже думала… — весело хихикнула «Природница». — И пришла к выводу, что это очень неплохой способ заработка. Правда, не без минусов — да, нам платят. Но сразу после перечисления виры пополняют собой немалую армию личностей, ненавидящих нас лютой ненавистью, и переключаются в режим ожидания возможности отомстить. Кстати, общая цель «униженных и оскорбленных» позволяет им объединять усилия. Поэтому наши Воздаяния этим уродам должны пугать все сильнее и сильнее…

Пока она делилась своими соображениями по этому поводу, я переслал Нине, Лешке и Игнату по десять процентов от полученной суммы за «спасение от Приручительниц», вырубил переадресацию вызовов и уставился в окно.

— Думаешь, чем заняться? — спросила Наташа, ввинтилась под мою левую руку и обняла.

Я отрицательно помотал головой:

— Нет: мне настолько не понравился ранг охранника храма, что я решил ускорить усиление наших родичей. Увы, открывать «жесткие» порталы только на нашей территории нельзя — эта странность гарантированно выйдет боком. А «радовать» ими соседей — полный и законченный идиотизм, так как зверье от восьмого класса опасности и выше им не по зубам, соответственно, начнет убивать. Короче говоря, сегодняшний я создам в зоне ответственности форта Северо-Восточный, благо, Лева, вроде как, патрулирует и ее. А где открывать следующие, пока не решил.

— Что-нибудь придумаем! — оптимистично заявила она и спросила, какое именно зверье я собираюсь «пригласить» к нам в гости.

К этому моменту я успел зарыться носом в ее волосы, но на вопрос все-таки ответил:

— Полосатых антилоп.

— Тех, которых мы нашли вчера ночью?

— Ага: они — девятого класса опасности и пасутся здоровенными стадами, а значит, прорывы на три уровня не займут много времени.

— Маскируем портал под естественный фиолетовый? — поинтересовалась она, дождалась моего подтверждающего кивка и решительно расцепила захват на моей пояснице: — Что ж, раз решил, значит, начинаем шевелиться: родовую дружину Вышеславцевых мы перемололи шестнадцать с лишним часов тому назад, а значит, энергетические системы наших родичей вот-вот восстановятся после ударного усиления и запросто переживут новое…

Я назвал ее на редкость деловой особой и распределил роли. В смысле, поручил ей поиск подходящего места на нашей земле, а сам перетащил к себе «базу» с дроном, открыл портал в мир полосатых антилоп, поднял «птичку» в воздух и погнал по расширяющейся спирали. Ибо стад, которые мы заметили в прошлый «визит», в поле зрения не оказалось.

Нашел. Эдак через полчаса. «Привязался» к проплешине на небольшой возвышенности, вернул дрон на базу, повернулся к Наташе и обнаружил, что она уже достала из сейфа накопитель-открывашку, который Ррыг сварганил как раз для подпитки искусственных порталов.

Ограничиваться обычной похвалой не захотел — скользнул к любимой женщине, от души поцеловал и… сорвался. Из-за вспышки очень уж буйного желания в ее эмоциях. Во время занятия любовью сгорал от двух удовольствий сразу. А на первых же мгновениях отката почувствовал «не свой» дискомфорт, вынужденно вернулся в реальность и обнаружил, что в порыве страсти завалил Наташу на свой стол и не заметил ни «сетевую няню», ни наши телефоны!

Пока извинялся и пересаживал нисколько не обиженную женщину чуть левее, успел и остыть, и вспомнить о решении открыть портал для усиления родни. Поэтому наступил на горло… хм… одному не унявшемуся желанию на двоих и «отнес» напарницу в мою ванную.

Там-то нас матушка и достала — «постучалась» ко мне в личку и сходу перешла на рык:

— Звонил Анциферов. Сообщил, что в аэропорту Белоярска только что взорвали тот самый «Аллигатор», что государь выжил, но ослеп, и что его уже везут к нам. Ибо его личный целитель и телохранители погибли, а о планах прилететь в Енисейск по какому-то чрезвычайно важному делу знали только самые доверенные лица…

Конец пятой книги.

Как насчет сердечек хотя бы теперь?)

Nota bene

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту, например, через Amnezia VPN: -15 % на Premium, но также есть Free.

Еще у нас есть:

1. Почта[email protected]— получите зеркало или отправьте в теме письма название книги, автора, серию или ссылку, чтобы найти ее.

2. Telegram-бот, для которого нужно: 1) создать группу, 2) добавить в нее бота по ссылке и 3) сделать его админом с правом на«Анонимность».

* * *

Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом:

Ухорез — 5