Тайный ребёнок от Космического Босса

Пролог

Тайный ребёнок от Космического Босса

Диана

— Мне не нужны дети, Ди. Карьера превыше всего. А вот горячо проводить время вместе я совсем не против…

Мы замерли перед зданием космопорта.

Мимо, не касаясь земли, проносились аэромобили.

Свет фар лучами разрезал сумрачный вечер и вспышками отражался в чёрных глазах мужчины, стоящего напротив. Его звали Эльзас. Лениво опираясь на свою трость, он самодовольно щурился и продолжал мне что-то говорить…

Но что именно — я не слышала. Я будто зависла. Разум заклинило. Зрение сузилось до одной точки — его по-мужски красивых губ, произносящих всё новые и новые слова… которые больше не имели смысла. Потому что первая фраза уже всё перечеркнула.

“Мне не нужны дети, Ди”.

Больно.

Унизительно.

Будто меня в живот пнули.

И захотелось инстинктивно обнять себя, защитить. Но вместо этого я выпрямила спину. Мой золотой хвостик изогнулся надменной дугой, щёлкнул раздвоенными кончиками.

— Нам ведь было хорошо, Ди, — подлил масла в огонь атлантианец.

Я едва сдержала горький смех.

Удобно — ему было хорошо. А последствия — мне. Потому что ему дети не нужны. А я аборт делать не стану ни за что.

Патовая ситуация. Безумная.

Как вообще вышло, что я связалась с атлантианцем? Должно быть чокнулась, не иначе. Раньше я только слышала, что эта раса — отмороженная. Что им плевать на чувства окружающих… А теперь ощутила это на своей шкуре. Внешне они от людей не отличались, но вот начинка была иная. Куда как более ледяная, надменная, расчётливая. Машины — а не люди. Сначала у них план — потом действие.

И никакие “дети” в планы конкретно этого атлантианца не входили.

Зато поразвлечься он был не против.

Ещё бы — переспать с шиарийкой — наверное то ещё достижение. Ведь обычно наши расы друг друга если не презирали, то уж точно любви не питали.

Мы считались “несовместимыми”.

Ни темпераментами.

Ни телами… но тут, вот в моём случае, что-то пошло не так.

— Я не против повторить… а ты? — нагло заявил Эльзас, вдруг шагнув ближе и приобняв меня за талию. Да так собственнически, будто я принадлежала ему. Рука у атлантианца была горячая, я ощутила это даже через пиджак. Мурашки предательски побежали по спине, а в животе откликнулось желание.

Этот мужчина ненормальным образом на меня влиял.

Раскачивал гормоны. Тревожил душу.

Даже мой шиарийский хвост потянулся, чтобы призывно намотаться мужчине на руку, обозначая желание слиться с ним телами.

Но я была сильнее дурацких инстинктов! И могла угомонить внутреннюю самку, которая рядом с конкретно этим мужчиной уже однажды сошла с ума… с последствиями!!!

О которых Эльзас узнать не должен.

Потому что нет ничего унизительнее, чем выслушивать его предложение сделать аборт. Или ещё хуже… быть семьёй по принуждению?

Нет уж. Я и сама смогу вырастить ребёнка. Родители у меня прекрасные. И есть друзья, которые не бросят.

А такой “отец” только добавит ребёнку стресса.

Значит, надо сделать так, чтобы он никогда про ребёнка не узнал.

— Знаешь, — процедила я, убирая его руку со своей талии (а точнее — с попы, куда она уже успела сползти), — даже если бы ты был единственным мужчиной на земле… я бы с тобой спать не стала!

— Почему? — Он саркастично вскинул бровь. — Ты ведь хочешь меня, Диана.

Офигел!!!

— Ни капли! — прошипела я, щёлкнув раздвоенным кончиком хвоста. — Я хочу семью. А не разовых развлечений.

— Семью? Хм. Без отягощений вроде детей будет вполне удобно. Я как раз их не хочу. Этот вариант меня устроит.

Я вскипела.

Инстинкт с возбуждения перерос в защитную агрессию.

И еле подавила порыв пнуть трость атлантианца.

— Меня НЕ устроит, — рыкнула я. — И ты меня тоже ни в чём не устроишь! Я уже забыла эту досадную ошибку. И ты забудь, Эльзас. Всё. Ничего не было. И не будет. Не с тобой.

Он опасно сощурился. Глаза его потемнели, бледная рука крепче сжала набалдашник трости. И я невольно ощутила укол страха.

— Да. Верно. Ты ведь этого и хотела, Ди. Чтобы я всё забыл, — процедил он. — В следующий раз используй средство получше.

— Следующего раза не будет!

— Хочешь поспорить? — нагло усмехнулся он.

Я сжала челюсти.

А потом развернулась и пошла прочь.

Я не желала больше никогда его видеть! Сегодня же улечу на другую планету. И больше никогда! Никогда… А ребёнка выращу сама. И Эльзас никогда о нём не узнает.

И больше… больше никаких свадеб.

Ведь с этим наглым атлантианцем я познакомилась на свадьбе моей лучшей подруги…

Глава 1

Месяцем ранее

Диана

Его взгляд словно стремился прожечь дыру у меня между лопаток.

…Украшенный к свадьбе зал сиял, было полно света и свежего воздуха. Просто идиллия!

Тихо переговаривались нарядные гости: люди и хвостатые шиарийцы. Я знала большую часть приглашённых на торжество. Но зависла у дальних фуршетных столов мечтая побыть хоть полминуты в одиночестве. Я упорно гипнотизировала взглядом декоративный цветущий прудик с микро-водопадиком у стены. Красиво, уютно. Но мне было никак не расслабиться… а всё потому что…

Его взгляд между делом пополз вдоль моего позвоночника ниже… ниже… и недвусмысленно остановился на моей попе, обтянутой белым кружевом нарядного платья, надетого по случаю свадьбы лучшей подруги.

Спокойно, Диана, продолжай изображать великосветскую фиалку.

У Арии свадьба – ты обязана удержать на лице нежное дружелюбие.

В конце концов… этот незнакомец не первый и не последний, кто пялится на твой зад…

Я изогнула в умеренно агрессивном жесте свой золотистый раздвоенный на конце “ножничками” изящный хвостик – единственное, что на вид отличало меня от человеческой женщины и выдавало полукровку: мама – человек, папа – чистопородный хвостатый шиариец.

После такого даже представитель моей расы отвёл бы взгляд от моего зада. Потому что на жестовом языке хвоста я в грубой форме велела прекратить пялиться!

А человек должен был бы сбежать — рефлекторно – от страха. Потому что своим хвостом я могу и задушить.

Но этот… этот уставился на меня ещё внимательнее, чтоб его! Припекать по “линии взгляда” – стало сильнее – и я как псионик это прекрасно ощутила!

А самое бесячее – мне было немного приятно. Как будто

По крайней мере, этот глазастый наблюдатель – неробкого десятка. И мой интерес инстинктивно разгорался… кто же он такой?!

Мы на шиарийской свадьбе. Здесь полно агрессивных хвостатых шиарийцев! Половина из них мои родственники и друзья – мне стоит лишь вслух обозначить своё недовольство, и тогда…

Но что-то останавливало.

Я пригубила из фужера и заставила хвост опуститься в нейтральное положение.

…Он решился подойти ко мне – я чуяла его спиной.

Он приближался – и вместе с ним – запах кофе, хвои и дождевой свежести с невесомой карамельной ноткой.

Что ж, он не шиариец – от шиарийца не могло пахнуть кофе.

И не человек – потому что не бежит с криками в противоположную от меня сторону…

Кто же он…

Не поворачиваюсь из упрямства.

Пусть сам приблизится, раз такой отчаянный… или тупой?!

– Виана… Ди… Диана, – окликнул меня чуть хрипловатый низкий голос наблюдателя. Не бархатный… скорее шелковый. В нём как будто звучали вальяжные мурлыкающие нотки.

Любит себя. Не боится. Без тормозов… Ещё и сокращённым именем меня назвал! А я ведь его не знаю!

Я медленно повернулась…

Подняла взгляд выше, чтоб увидеть лицо.

НУ КОНЕЧНО.

Чёрные бездны глаз, тёмные слегка вьющиеся волосы и бледная, как будто сияющая кожа. Белый парадный мундир… Высокий рост… мощь широких плеч… и эта неизменная саркастичная улыбка на точёных по-мужски красивых губах.

АТЛАНТИАНЕЦ, кто же ещё.

Атлантианцы считают себя расой королей, аристократов… сильные псионики, альфа-раса, заносчивые, оборзевшие…

А форма ему идёт – и классическая атлантианская трость с набалдашником в виде горного хрусталя – тоже. И он (так его и эдак) – прекрасно знает, что хорош собой!

Так стоп, я что, на него пялюсь?!

А зачем?

– Моё имя Эльзас… – с усмешкой и лёгким полупоклоном, как царский офицер расы людей с Земли-один, выговаривает атлантианец (... глаза у них, конечно – просто Космос!..) – уже можно дышать, виана…

Что-о-о-о?! Нахал!

Я делаю судорожный глубокий вдох: я и впрямь не дышала. Почему-то. Натягиваю обратно маску милой фиалки, которая чуть было не сползла! Фух, я не ожидала, что здесь будет атлантианец! Хотя, точно! Ария говорила, что кто-то из атлантианских офицеров хотел на её свадьбе со мной познакомиться – мол, наука, которой я занимаюсь, его интересует… (ага как же! И на мой зад наверно он тоже из любви к науке пялился!)

– Виан Эльзас, – смущённо улыбаюсь, поглядывая на мужчину из-под полуприкрытых ресниц, – приятно познакомиться… извините, не ожидала увидеть представителя… эм… вашей расы здесь.

– Вы правы, – закатил глаза Эльзас, – мне нечего делать на шиарийском крейсере. Даже вставшем на прикол и украсившем бывший полигон цветочками и прудиком. Я не наслаждаюсь боёвками и стрелялками стенка-на-стенку, который так любят вианы-шиарийцы. Виновен…

Я невольно усмехнулась. Я тоже не любила прямую агрессию шиарийцев, предпочитала играть в стратегии. Тут мне были духовно ближе эти заносчивые атлантианцы. Может, потому, что я – девочка, а может – потому что наполовину человек…

— А чем же вы наслаждаетесь, если военные миссии вас отталкивают?

— Мне по нраву… эти миссии назначать.

“Ого! — мысленно хмыкнула я. — Метит в верхушку Союза? Интересно… просто болтает, или у него есть план?”

Мой хвостик заинтересованно щёлкнул кончиками.

Что поделать, мне нравились амбициозные мужчины. Но только если за словами стояли дела. Впрочем… раз он уже дослужился до офицера, и не побоялся подойти ко мне — пробивная сила у этого наглого атлантианца имеется.

– На вас прекрасно сидит наряд, виана Ди… — тем временем с улыбкой сказал Эльзас. — Освежить вам напиток?!

И он просто выхватил из моих пальцев фужер и, цыкнув на подскочившего официанта, налил мне сам в новый фужер из незнакомой фигурной бутылки с фуршетного стола… Хм... а откуда здесь такая странная бутылка?

Пока я хлопала глазами, переваривая слишком прямо обозначенный интерес офицера – на автомате приняла бокал и кивком поблагодарила красивого наглеца.

– Эльзас, – улыбнулась я уже более открыто, – признаться, неожиданно. Не в обиду, атлантианцы редко решаются приблизиться к шиарийкам…

– Научный интерес не имеет расовых границ, – хмыкнул Эльзас, чокаясь со мной бокалами.

Странный напиток. Похож на шампанское и на кофе одновременно… и это невероятным образом сочетается. СУПЕР, вообще-то, надо бы запомнить, как выглядит бутылка!

Я поискала её глазами, но не нашла…

– Я позволил себе накрыть бутылку атлантианского игристого псионическим куполом отторжения, – шепнул Эльзас, – обязательно пришлю вам ящик такого, если понравилось, но не показывайте родителям. Шиарийцы наши напитки не жалуют из-за кофейных ноток в букете. А вот гибриды шиарийцев и людей, а также чистопородные люди… очень даже. Вам понравилось?

Я кивнула.

И почему эта заносчивая атлантианская раса так хороша собой?

Эти глубокие, почти чёрные глаза, вообще-то, на мой вкус куда привлекательней, чем золотые шиарийские. А вкрадчивые интонации в низком вибрирующем голосе что-то цепляли в груди…

Ой, чего это я?..

Надо вернуть разговор в светское русло и прекратить пялиться на атлантианца как на Главу Союза на инаугурации!

– И в чём ваш научный интерес? – вежливо продолжила я своим “мармеладным” тоном, к которому все мои знакомые привыкли, от которого меня саму подташнивало.

– В вас, Ди… точнее, в генетических исследованиях лаборатории, которую вы возглавляете.

– А?

– Ну вы же в основном генетикой и фармакологией сейчас заняты?

Я неловко кивнула. Мозг точно наполнился кофейными пузырьками.

Я почему-то подумала о генетической несовместимости шиарийцев и атлантианцев. Две гуманоидные альфа-расы, которые из-за культурной пропасти крайне редко вступают в брак, а из-за генетического разнородья – не имеют совместного потомства (за исключением пары задокументированных за последние столетия кейсов). А вот с людьми скрещиваются великолепно…

– … так что скажете виана Ди?

– А?..

– Насчёт генетических исследований. – и этот нахал вручает мне розовую лилию – шиарийский редчайший цветок, который он, очевидно, сорвал с плоского листа-подушки декоративного прудика у дальней стены.

– Да-да... генетических… – я принимаю цветок и утыкаюсь в него носом.

Да что надо этому атлантианцу? В жизни у меня не было более странной беседы!

– На шиарийских свадьбах невесты в красном, – вдруг невпопад заявил Эльзас, отставляя пустой бокал. – а на человеческих и атланитанских – в белом…

Он выразительно оглядел моё белое кружево.

– Не знала, – соврала я с нежной улыбкой, которую приклеивала на губы из последних сил. И невзначай

Ведь по их мнению я нежный цветочек, который надо оберегать…

Вот бы исчезнуть с этой свадьбы, чтобы они не заметили. Подруга поймёт, она и сама мне это предлагала…

Нет-нет! Надо улыбаться пошире, иначе…

Эльзас вдруг придвинулся ко мне неприлично близко и тихонько стукнул об пол своей традиционной тростью.

– Со мной прикидываться не обязательно, я вижу вас насквозь, виана-шиарийка. Тем интереснее…

Ого, да он совсем обалдел. Самомнение на высоте!

Но… мне это даже нравилось. Иначе почему мой хвост заинтересованно изогнулся? И что значит “видит насквозь”?..

И тут я взглянула на атлантианца иначе. Его чёрные глаза выворачивали мне душу. Теперь этот взгляд жёг мои губы.

– Не бойся, Ди… гостям мы неинтересны, для них нас словно вовсе нет…

Я перевела взгляд на традиционную трость – не просто трость. Это накс – ментальный помощник атлантианцев-псиоников. Он может превращаться в змею и атаковать, а ещё, — усиливает псионические способности атлантианцев. И сейчас прозрачный набалдашник накса еле заметно светится…

Ох, ничего себе! Атлантианец накрыл куполом отторжения – не только бутылку шампанского — но и нас! Что значит — у него псионический потенциал очень и очень высокий.

Но использовать скрывающий купол вот так, на гражданском событии — это же запрещено!!!

Он псих, что ли?!

...И почему меня это веселит?

Зачем я улыбаюсь? Зачем встаю на цыпочки и выдыхаю на ухо:

– Да ты без тормозов, виан-атлантианец!

И вдруг…

Мой хвост показывается из-за моего бедра и со скоростью атакующей кобры бросается на трость! Обивает тугими кольцами!

Купол отторжения, созданный атлантианцем и подвязанный на эту самую трость, разрушается, и все гости – ахают и тут же переводят взгляды на нас!

Повисает тишина!

Я знаю: мои щёки начинают пылать.

Если шиарийка не способна приструнить хвост — это стыд уровня космос! Мне ведь уже не десять лет, когда хвост может щипнуть кого-то сам по себе. Но почему это он вдруг так себя ведёт — подставляет меня на ровном месте!

– ОЙ! Эльзас, прости! – я пытаюсь отцепить от “драгоценной” атлантинской трости свой золотистый хвост, но он словно прирос. С моим хвостом такое впервые…

Атлантианцы же так трясутся с этими своими тростями – не удивлюсь, если виан-в-мундире сейчас заистерит!

– Можешь его подержать Ди, — выдаёт атлантианец, разжимая пальцы и выпуская трость. Его голос звучит ровно и спокойно, что, признаться, делает ему честь. Тёмные глаза смотрят на меня так прямо, что внутри что-то ёкает.

“Свадьба здесь не у атлантианца, а у нас!” – произносит достаточно громко муж моей подруги Арии, и зал взрывается хохотом.

Вот чёрт!!!

Я никак не рассчитывала на столько внимания!

Мои братья и братья Арии теперь меня изведут, припоминая этот позорный случай!

– Налить тебе ещё выпить, Ди? – предложил Эльзас, подставив мне локоть.

– Ага, атлантианского… – ответила шёпотом на пороге слышимости.

Эльзас зацепил “невидимую” бутылку и повёл меня прочь. В дальний конец зала, мимо декоративного прудика (из которого уже сорвали все розовые лилии!) и дальше – прочь из банкетного зала.

Я вцепилась в локоть атлантианца, не подозревая, что он уводит меня не из банкетного зала! Он сейчас бесповоротно меняет мою жизнь.

А я тону в кофейном запахе, смешанном с дождевой свежестью. И льну к мужчине, которого едва знаю…

Что вообще со мной происходит? ЧТО? Почему тело так реагирует? Словно этот мужчина рядом полностью устраивает мою внутреннюю самку. А ведь даже на альфа-шиарийцев — представителей моей расы — никогда не было такой реакции. Я даже стала думать, что со мной что-то не так, раз инстинкт совсем ни на кого не откликался.

Но вот внезапно на совершенно незнакомого мужчину — Атлантианца!!! — включился на полную. Аж голова закружилась.

Ещё и мой хвост не к месту решил проявить самостоятельность. И теперь волочит по земле атлантианскую трость – вцепился в неё, словно пришили! Позорище! Нет, надо это прекращать. Сейчас, когда будем одни — я заберу у хвоста трость, отдам Эльзасу и вежливо с ним попрощаюсь.

Хватит с меня на сегодня!

три часа спустя

Попрощаться не вышло… точнее, я чуть-чуть отложила этот момент. Сначала на десять минут, потом на час. И вот уже на три.

С Эльзасом было весело.

Мы с ним заняли одну из свободных просторных комнат, где нам никто не мешал болтать. На потолке светились проекции звёзд, но я смотрела не на них — а на Эльзаса, сидящего рядом на широком белом диване.

Он шутил про Союз, про шиарийцев, про чиновников, про межгалактические альянсы – зло, остро и метко. Как я люблю. Дома так никто не шутит. У шиарийцев совсем другой юмор.

А мне нравится именно этот!

И я в полной мере осознала это за последние три часа.

И к исходу третьего часа у меня уже от постоянного смеха болели щёки!

– Не стоит этого делать, Ди, – мягко выговаривал Эльзас, когда я подставила бокал за третьей добавкой атлантианского игристого.

– Почему?

– Ты хоть и гибрид, но всё же частично шиарийка. Я беспокоюсь, что ты плохо перенесёшь большое количество.

Пожимаю плечами.

– Я великолепно переношу вашу атлантианскую газировку, это просто смешно.

Одна безупречная чёрная бровь Эльзаса поползла вверх.

– Напиток не токсичен. Не пьянит в привычном понимании. Но от тебя неделю будет пахнуть кофе. Домашние сойдут с ума.

– Я взрослая девочка, – хмыкаю я.

* * *

ещё три часа спустя.

...Я смутно помню, как оказалась на Эльзасе верхом с проекционным секундомером на запястье.

Не знаю, где мы потеряли его белоснежный парадный китель.

Сейчас я держала атлантианца за застёжку брюк. Его рубашка была распахнута, мощная грудь и рельефный пресс притягивали взгляд, но…

Я же учёный, чёрт возьми!

И я сосредоточила всё своё внимание (ну ладно, не всё! Но большую его часть) на секундомере часов-коммуникатора, запущенных на моём запястье.

– Говорю тебе, атлантианец Эльзас, твоя межрасовая гипотеза – самый эпический бред, что я когда-либо слышала! Совместного потомства нет, но это не означает, что у атлантианцев к шиарийцам нет влечения… ИК!.. ой... Прости…

Я поправила юбки – задрала почти до бёдер – иначе сидеть на мужчине верхом было проблематично.

– А как

– Закрой рот, Эльзас, – закатила я глаза, почти как это на каждое своё саркастичное замечание делал атлантианец. – Речь о влечении! Я вот прекрасно чувствую сейчас твоё возбуждение…

– Это нерепрезентативно… Просто сосудистая реакция. Ты давишь на рефлексогенную зону. Даже если упереться в это место деревянной столешницей…

Кажется, сейчас я могла бы закатить глаза так сильно, чтоб они сделали полный круг – как нереалистичной детской мультяшной голограмме.

Почему он всё ещё со мной спорит?

Он не-вы-но-сим!!!

– Конечно, "не репрезентативно"! – передразнила я. — Ты же всё время треплешься, Эльзас!..

Он рассмеялся.

Это было невыносимо.

Я видела, что он хочет меня – причём остро ощущала это ещё с того мига, когда он испепелял взглядом мой зад в банкетном зале. А теперь я сижу на нём – у него каменный стояк. Я уже устала пялиться на секундомер! И так ясно, что пройдены все фазы возбуждения, как в учебнике по мать-её-атлантианской-физиологии!!!

Зачем он отпирается?

Я выбью из этого заносчивого атлантианца признание моей правоты!

В науке он полный ноль!

Это даже не наука! Это…

– А ещё был на флоте один случай! Два шиарийца погнались за драконоидом…

– Так, всё, ты достал! – прошипела я.

– Сдаётесь, виана-шиарийка?– растянул губы в самодовольной усмешке Эльзас и тут же резко замолчал.

Я натянула пуговицу его брюк сильнее, мой хвост метнулся и ювелирно точно срезал её!

Эльзас не дышал.

А я… не намеревалась проигрывать этот (анти)научный спор о генетическом и гормональном конфликте наших рас.

Я легла грудью, затянутой в белое кружево, на горячую обнажённую грудь Эльзаса и коснулась его губ своими в беглом поцелуе.

Ой!

Его рука тут же оказалась в моих волосах!

Поцелуй – вмиг стал глубоким и порабощающим!

Эльзас мощно крутанулся, и теперь уже я беспомощно лежала под ним с разведёнными ногами да ещё обнимала атлантианца ими за голый торс!

А он – целовал меня! Сладко! Его возбуждённое достоинство жёстко потиралось о мою промежность через ткань его брюк… А мой хвост-предатель – обвил торс атлантианца – жёстко склеивая нас – словно мы одно целое.

Сердце колотилось.

Пульс стучал в висках.

До меня вмиг дошло всё выпитое игристое (или оно здесь ни при чём?)

И я со страстью, практически с остервенением начала отвечать на этот наглый поцелуй!!!

Кусала его безупречные горячие губы!

Вступала в бой языком!

Дралась с ним на этой постели – в душе ... по факту выглядело как будто обнимаю. Я не могу… не знаю... это не шампанское – это БЕЗУМИЕ!

И если он остановится, я просто умру!

– Ди?– Эльзас подался назад, – ты что, плачешь, Ди?

– Не останавливайся, – всхлипнула я, – не смей…

Поцелуи, укусы.

Хруст рвущейся ткани. Моего платья? Наверно. Не знаю. И мне плевать!

Лишь бы дышать этим запахом!

Лишь бы его руки и дальше были там, где они сейчас… оооо… может, в генетике и эндокринологии Эльзас полный ноль, но анатомию – точно знает отлично.

Его пальцы ласкали меня в меру жёстко – идеально.

– Эльзас?..

– Что,моя девочка ?..

– Я выиграла спор.

– Да, ты выиграла, Ди. – выдохнул Эльзас, – но я получил куда больше, чем победу в споре.

– А?

– Я тебя не отдам, Ди. Я тобой не поделюсь. Мне плевать, что у тебя есть шиарийский хвост. Я не знаю, чем пахнет твоя кожа, но этот запах заставляет меня забыть половину букв атлантианского алфавита…

– Это всё потому, что ты проиграл, — нервно посмеиваюсь я, утопая в процессе всё глубже, смутно догадываясь, что точка невозврата внезапно пройдена нами обоими. — Гормоны… такие гормоны, Эльзас.

Он хотел мне возразить. Но я укусила его за нижнюю губу. И атлантианец, очевидно, забыл, о чём мы говорили.

Я, кстати – тоже не помню.

Только запах и вкус, и прикосновения.

Его пальцы, сцепленные замком с моими.

Мой хвост, подрезавший его брюки…

Обнажённый атлантианец, нависший над такой же, обнажённой мной…

С каким-то совершенно не-атлантианским безумием в бездонных чёрных глазах.

Глава 2

Если просветление и было, то мимолётное.

Когда Эльзас жёстко притянул меня под ягодицы, когда покрыл ключицы невесомыми поцелуями, когда накрутил мой хвост на свой кулак – а тот счастливо защёлкал кончиками и блаженно обмяк (предатель!!!)

Просветление колкое и щекотное – как пузырьки атлантианского игристого.

Просветление с карамельно-кофейным послевкусием. Свежее, как озоновый воздух после дождя.

Или не было никакого просветления?

– Эльзас, – шептала я в губы ласкающему меня мужчине.

И если я сейчас ничего не предприму – он просто меня возьмёт. Будет моим первым…

Не шиариец, не человек, по сути – незнакомец.

… А ну и что?

Это не порицается в обществе.

Я очень даже хочу этой связи (это в конце концов, научный эксперимент. Можно потом статью написать…)

Тьфу ты, Ди, какую статью?

Ещё скажи “кино снять”!

Я кинула взгляд вниз – какое красивое у этого атлантианца тело, просто эталон анатомического совершенства, да что ж за раса за такая!!!

Не удивительно, что они такие заносчивые…

Просто не слепые.

А вот я… я, кажется, – ослепла и оглохла, и вообще…

Он совершенен.

Хвостатые шиарийцы красивые, грациозно-опасной красотой хищников – рычащих, воинственных, мощных.

Атлантианец… красив...божественной красотой. Или человеческой? Той, что высекали из мрамора, словно даря жизнь, древние скульпторы!

А этот “безупречный образец” уже исцеловал мои губы – так что они просто горят!

Его пальцы уже изласкали мою увлажнившиеся складочки между ног, и то самое место – где хвост переходит в твёрдый раздвоенный кончик. Как Эльзас узнал, что прикосновение там очень приятно? Должно быть, просто догадался… Он вообще –догадливый…

А теперь он ведёт цепочки поцелуев по внутренней поверхности моего бедра, поднимаясь выше и выше, я зажмуриваюсь.

И вскоре обнаруживаю свои ноги на его плечах, а его рот – буквально впивается в меня в самом интимном месте!!!

– Эльзас!!! – я кричу и выгибаясь. Но мой хвост с атлантианцем заодно. И мне не пошевелиться – мы словно стали одним, и я теперь – могу только –гореть !!!

Когда он вошёл в меня –

“Ди” – он произнёс еле слышно.

Не думал, что я девственница?

Конечно же нет... Я же шиарийка. Да ещё и по возрасту это было маловероятно. Так что его удивление понятно в целом...

Но сейчас не об этом.

Боли не было!

Я знала, что происходит, но Эльзас, как и всякий сильный псионик, позаботился, чтобы ручеек жгучей боли от разрыва моих же тканей — проплыл мимо моих рецепторов и стёк горячей струйкой памяти в его пси-пространство. Это тонкая работа с ментальной энергией. Не все были на неё способны. И главное — немногие считали нужным так делать...

Я оценила. Мои губы тронула нежная улыбка: “Всё в порядке, Эльзас… Всё хорошо”

Атлантианец двигался во мне, и я понимала, что эксперимент вышел из-под контроля…

О беременности волноваться не стоило – всем известно, что наши расы несовместимыТак что я расслабилась.

И просто получала удовольствие. Сжимала в себе его плоть. Позволяла блаженным вибрациям прокатиться по телу, наслаждалась – пока тяжёлая судорога, зародившаяся за лоном, разрывала мой мир.

Смотрела в бездонные глаза атлантианца – в эту чёрную космическую ночь.

И тонула.

Он кончил в меня горячо… жёсткой упругой струёй, и я кончила снова. Обессиленно повалилась на подушки.

Вот так.

Первый раз – и с атлантианцем.

Будет что вспомнить…

Я не успела провалиться в абстрактные размышления. Эльзас перевернул меня на живот и дождавшись моего молчаливого согласия – вошёл снова. Я блаженно прикрыла глаза.

И улыбнулась своим мыслям: кажется, эта ночь только начинается.

* * *

Утром я проснулась (или правильнее сказать “очнулась”) в холодном поту.

Моё дорогущее кружевное платье висело на нано-светильнике, как ненужная тряпочка, ниже на столе валялись мужские штаны и тут же лежала на боку пустая бутылка атлантианского-кофейно-игристого! А мой тело было покрыто следами бурной ночи (или это был день и ночь?!).

А рядом со мной на разложенном диване спал атлантианец.

Вместо того чтобы гулять на свадьбе Арии и поздравлять лучшую подругу – я… ОООО…

Одно неприличное воспоминание сменяло другое.

Да мне просто крышу сорвало от этого атлантианца.

Кофе и свежесть с невесомым карамельным подтоном.

Божественно. И… ужасно!

УЖАС-ужас-ужас!

Атлантианец и шиарийка – это скорее анекдот.

Да и вряд ли занявшись горячим сексом вскоре после знакомства хоть какая-то перспектива для этих отношений возможна! Да и к чему это?

Я с еле различимой печалью оглядела безупречно-красивого – словно высеченного из сияющего камня мужчину рядом с собой. Такие чёрные волосы и такая белая кожа… И это ещё его глаза закрыты (хвала космосу!) – потому что, если бы были открыты… я бы не смогла сделать того, что собираюсь.

Это совсем на меня не похоже.

Я потеряла контроль!

Я должна всё исправить!

Иначе это скандал, как минимум – драка атлантианца с братьями Арии – хвостатыми щиарийцами которые оказывают мне знаки внимания. Как максимум – международный скандал – публичное позорище со спецэффектами.

Так что будет лучше, если я…

Потянулась к остаткам своего платья, свисающего с бусины наносветильника над диваном. Нашла потайной карман – здесь я по старой медицинской привычке таскала препараты первой необходимости. Мои ценные фармакологические наработки. Я с ними и вовсе не расставалась – немного паранойи, которая наконец-то мне пригодилась.

Извлекла нужную капсулу. Сломала её и позволила Эльзасу вдохнуть содержимое.

Он начал было просыпаться, но теперь – под воздействием инновационного инертного препарата – его сон лишь углубится. А когда он проснётся – и вовсе меня не вспомнит.

Может, лишь то, что поздоровался у фуршетных столов.

А может – совсем ничего.

Хорошо бы последнее – но я закладывала разумную погрешность на его мощное телосложение, “альфа расу” и высокий пси-потенциал…

А потом я собрала обрывки своего платья, натянула найденный в смежной ванной безразмерный халат. И… сама не знаю зачем, но сунула в бездонный карман подаренную атлантианцем лилию.

Глупо… да. Но я хотела оставить что-то себе на память. Про мой абсолютно великолепный и крышесносный первый раз.

Как мне после этого атлантианца вообще с кем-либо заниматься сексом?!

…Я тихо сбежала с торжества, не оставив следов, и с помощью Арии (которую к своему стыду толком нормально не поздравила со свадьбой) – трусливо удрала, в прямом смысле поджав хвост. Между прочим, еле уговорила этот несносный хвост не утаскивать с собой трость-накса безупречного атлантианца Эльзаса.

И мысленно зареклась вступать в научные споры на репродуктивные темы с атлантианцами.

…

… через несколько дней я выяснила – что сувениром от моей экстремальной интеграции в атлантианскую культуру была не только подаренная Эльзасом лилия.

Было кое-что ещё.

И поняла я это – когда меня в разгар исследования вырвало завтраком прямо на приборную панель эф-дуги!

По клавишам бежали золотые искры! Дорогостоящее оборудование погибало!..

Надо было срочно ставить на “стоп” и сушить панель.

А я… стояла, обмерев.

И понимала… понимала, что произошло.

Но это же… этого же не может быть!!!

Шиарийка с атлантианцем не могут иметь совместного потомства!

Не могут ведь ?!.....

“Задокументированные случаи общего потомства у атлантианцев и шиарийцев были… но в таком малом количестве, что это скорее погрешность!” — думала я, поспешно спасая Эф-дугу и приостанавливая исследование. Благо — сегодня был выходной, да ещё и поздний вечер, из сотрудников — пара ассистентов. Так что никто не задал вопросов, когда я, заперев за собой кабинет, стремглав побежала в медицинский корпус.

Воспользовавшись служебным пропуском, проскользнула к капсуле полного анализа организма. Подключила датчики, позволила анализатору взять мою кровь. Потом десять минут нервного ожидания, и вот я уже читаю распечатку о состоянии своего тела.

И это была… катастрофа!

Взгляд снова и снова пробегался по строчкам, будто они могли исчезнуть.

Но буквы смотрели на меня также уверенно, как неделю назад на меня смотрели тёмные гипнотические глаза атлантианца.

И результат встречи наших взглядов — вот он, передо мной! …я только что пополнила статистику шиариек, которые зачали от атлантианца.

Я беременна.

Факт — который отказывался принимать мой мозг.

Я приложила руку к своему совершенно плоскому животу.

Было тяжело поверить, что там уже развивается жизнь. После единственной ночи! Я что, в любовном романе? Только там так бывает! А в разумном мире — только у тех, кто совсем не контролирует свою жизнь. И получается теперь — это я.

Не просто так меня тянуло к этому атлантианцу… моё тело

А ведь я всегда думала, что разумнее меня шиарийку ещё поискать! И что “звериное” — это про других представителей моей расы, и никак не про меня!

И вот результат самомнения.

Космос великий, а ещё своей подруге удивлялась — которая тоже забеременнела после первого раза. Но у неё было оправдание — омега ген, блокирующий разумное поведение на биохимическом уровне. Голову сорвало и ей и её мужчинам. А у меня какая причина?! Просто…захотелось? !

За удовольствие нужно платить. И за глупость тоже.

Получите, распишитесь!

И что теперь делать?!?!

На этом мысленном вопросе мой золотой хвостик вдруг встрепенулся и кольцами обернулся вокруг меня, мягко прижался к животу, щёлкнул на меня кончиками, будто защищая малыша. И от кого?!

От меня?! Покачав головой, я положила руки на свой взволнованный хвост в успокаивающем жесте.

— …я его оставлю, — сказала я даже не своему своевольному хвосту. А самой себе. И сразу стало легче. Будто камень с души свалился. По крайней мере один камень… и один ещё остался — имя ему было “Эльзас”.

“Надо ему сказать…” — подумала я, и тут же в душе поднялась волна сомнений. Они лавиной обрушились на мой разум.

Что, если атлантианец решит — я перекладываю на него ответственность, обвиняю… Что, если скривится от презрения к самой идее, что он будет отцом? Мы ведь едва знакомы, и уже нужно принимать решения, как женатой паре! Или… что если Эльзас будет настаивать на аборте?!

Меня аж качнуло, так жутко стало от этой мысли.

Я села в кресло, размышляя как быть.

Но может, я зря сразу думаю о плохом?

Может… Эльзас не такой? Может, мы смогли бы договориться? Впрочем… я же распылила на него лекарство! Он, должно быть, вообще не помнит о нашей ночи! Ох… кто же знал, что будут такие последствия!

Вот так будет нелепость, если приду и скажу ему: — “Привет, Эльзас. Мы тут на днях знатно поэкспериментировали, пытаясь понять, может ли шиарийка возбудить атлантианца. Я ещё до икоты упилась твоим атлантианским шампанским, и ты взял меня на слабо, ну и мы так увлеклись, что переспали. Кстати, было шикарно — горячо и всё такое! Ты не помнишь? Ну так да — это потому что я на тебя распылила экспериментальную сыворотку, чтобы ты всё забыл… Ну так вот, поздравляю! Ты скоро станешь папой”.

Я представила, какое будет лицо у Эльзаса и нервный смех вырвался из моей груди. Да уж — ситуация… тут или смеяться или плакать! А плакать я точно не собираюсь.

Ладно… пожалуй я ещё немного об этом подумаю. Не буду торопиться с признанием…

“Может пока антидот на сыворотку подготовлю, чтобы всё же оживить воспоминания атлантианца. На синтез конечно уйдёт порядочно времени… Но после применения антидота признаться явно будет проще”, — подумала я, поднимаясь с кресла.

Но в тот момент я и представить не могла, что через несколько недель Эльзас и сам избавится от действия моей сыворотки. Что он назначит встречу, и практически первое что скажет на ней: — “Мне не нужны дети”...

Глава 3

четыре года спустя

Диана

Улица встретила меня резким ветром, свистящим между небоскрёбами. Утреннее солнце ярко отражалось в зеркальных гладях зданий. ИИ-транспорт бесшумно скользил на гравиподушках, не касаясь земли.

Решив срезать путь, я пару минут назад выскочила из аэро-мобиля и теперь, обходя людей, торопливо шла в сторону башни ведомства Союза, которая суровым стражем возвышалась над всеми другими небоскрёбами.

Мои каблучки цокали по тротуару, а золотой хвостик плавно качался за спиной.

Я опаздывала! Но не настолько критично, чтобы оборвать разговор с сыном, чей звонкий голосок сейчас звучал в моём в левом виске:

— Мама! Ты опять заберёшь меня поздно?! — возмущался мой малыш, и я слышала, как щёлкают раздвоенные кончики его хвостика — такого же золотого, как и мой.

Я прижала пальцы к коммуникатору на запястье, и перед глазами вспыхнула проекция. Она была настроена только на мои волны, так что никто посторонний не мог её видеть.

Мой трёхлетний сын Арон сидел на полу среди разбросанных игрушек. Его чёрные волнистые волосы торчали во все стороны, словно он хвост в розетку сунул, а глаза сейчас были не золотыми, а тёмными, почти чёрными. Они всегда темнели, когда сын был чем-то всерьёз недоволен. Такая вот особенность получилась — изменение цвета глаз по настроению, а иногда и по желанию малыша.

Впрочем… Арона отличало ещё и быстрое развитие. Ему ещё три, а по интеллекту он приближался к младшекласснику. Впрочем, перед другими он успешно делал вид, что это не так. И он такой маленький-маленький… и в итоге в детском саду вся группа малышей — стала его армией, а воспитатели умилялись и всё ему разрешали, сами не понимая как. Вот и сейчас — время для тихого часа, а Арон почему-то с игрушками сидит. Если спрошу воспитателей — они только удивлённо глазами будут хлопать.

Рановато проявляться пси-способностям… если это вообще они, а не просто “хитропопость”.

— Солнышко, я сегодня постараюсь пораньше, — сказала я, сворачивая в переулок, где толчея была меньше.

— Но мама, мы должны были пойти в парк иллюзий! А он закроется!

— Если так случится, то сходим завтра. Меня сегодня вызвали на срочную комиссию. Я не могла этого предугадать.

— Скажи комиссии, что у тебя есть дела поважнее, — надул он губки.

— Обязательно скажу. Но, зайка, вряд ли они выпустят меня, пока собрание не закончится. А завтра — обещаю — мы сходим в парк.

— И на аттракцион с оживающими змеями?

Я вздохнула.

Этот аттракцион был для детей постарше… но…

— И на него, — согласилась я, и глаза Арона сразу посветлели до золотистого. Я с улыбкой покачала головой. Такой маленький, а уже пытается манипулировать… не приходится гадать, в кого у него такие наклонности.

— Я очень постараюсь забрать тебя пораньше, — пообещала я, перебегая ещё одну дорогу. — Слушайся воспитательницу, и… что это у тебя в руках?!

Арон поднял алюминиевый стержень, который был уж слишком похож… на нагревательный элемент стандартного фудпринтера!

— Это Лютик достал. Я не знаю где! — сделал невинные глаза Арон. А его верный друг и товарищ Лютик, заглянул в камеру и тоже прорисовался на проекции.

Он был

— Совсем как трость! — гордо добавил сын.

Этих “тростей” дома уже было столько, что некуда ставить.

— Солнышко, — вздохнула, заворачивая за угол, — ты…

Бах!

Я налетела на что-то твёрдое, испуганно отшатнулась, теряя равновесие и падая… Но чужая рука поддержала меня за плечо, и я устояла на ногах. Запах проник в ноздри раньше, чем я успела поднять взгляд — кофе, карамель, озоновая свежесть… и что-то ещё, неуловимо знакомое.

— Осторожнее, виана, — прозвучал низкий мужской голос, от которого у меня по спине побежали мурашки. Пульс зачастил в висках.

Медленно, будто в замедленной съёмке, я подняла глаза.

Белый мундир Союза с золотыми нашивками. Широкие плечи. Трость с хрустальным набалдашником, пристёгнутая к поясу. Чёрные вьющииеся волосы…а лицо — бледное, с резкими скулами, и глазами, тёмными, как самый глубокий космос.

Эльзас.

“Мама-мама!” — звенело в ушах, но я быстро отключила коммуникатор мысленной командой с автоматическим сообщением «перезвоню позже. Целую».

И зависла на лице того, кого не видела четыре года. Эльзас выглядел… отлично. Он как будто даже стал выше… или мне кажется? В лице ещё больше серьёзности, а во взгляде — надменности.

И сейчас он меня рассматривал — так пристально, даже пронизывающе, что у меня к щекам прилил жар. Сердце подскочило к горлу.

Мой золотой хвостик с любопытством выглянул из-за моей ноги и было потянулся к трости на бедре мужчины…Ну уж нет! Усилием воли я заставила его остаться за спиной.

“Может, Эльзас меня не узнает”, — с надеждой подумала я.

— Виана Ди, — произнёс Эльзас,

…и надежда лопнула как мыльный пузырь.

Мужские губы дрогнули в едва заметной усмешке:

— Не ожидал встретить тебя в таком виде.

Я мельком глянула на своё отражение в зеркальной стене небоскреба — растрёпанные из-за ветра белые волосы, сумка с рабочим планшетом и документами, болтающаяся на локте, и хвост, нервно бьющий по воздуху. Да, идеальный образ для встречи с отцом своего ребёнка.

— Эльзас, — выдавила я, натягивая улыбку и забирая свою руку. Мой взгляд переместился на знаки отличия, что красовались на мундире атлантианца. Ого! Да он время зря не терял! Интересно, какой у него ранг, и в каком отделении он работает? Вслух я сказала: — Ты… теперь советник Союза? Поздравляю.

Он склонил голову, изучая меня.

— А тебе снова…солнышко звонит, — он кивнул он на запястье, где мерцал коммуникатор.

— Позже перезвоню, — как можно спокойнее улыбнулась я.

Взгляд тёмных глаз мужчины скользнул к моим рукам… остановился на запястьях…

— Брачных браслетов нет, значит, это не муж.Любовник?

Мой хвост нервно щёлкнул за спиной, выдавая поднявшееся в душе волнение. С трудом, но я сохранила на лице улыбку.

— А ты всё такой же проницательный, Эльзас. Прямо детектив.

— А ты всё так же непостижима, Ди, — Уголок его губ дрогнул в едва уловимой усмешке. — Рад, что время тебя не изменило. Так почему он, а не я, Ди?

— Потому что я так захотела!

Ответ атлантианцу не понравился. Он недобро сощурился. И без того тёмные глаза почернели до цвета бездны. А меня снова зашатало от этого его пристального взгляда. И даже дыхание сбилось.

Если честно, я вообще с трудом соображала.

Новый порыв ветра ещё сильнее растрепал мои светлые пряди и колыхнул волнистые волосы Эльзаса — такого глубокого чёрного цвета, какой я видела только у атлантианцев… И возникло острое чувственное воспоминание, каков грубоватый шёлк волос Эльзаса на ощупь. Я очень хорошо помнила, как пропускала эти пряди сквозь пальцы, когда мы с ним… Ох, да почему эти тактильные воспоминания такие яркие?! Мне аж ладонь закололо, так сильно захотелось дотронуться… пропустить между пальцев…снова.

И это совершенно никуда не годилось!!!

Каким-то образом близость Эльзаса серьёзно понижала моё айкью. Было бы даже интересно исследовать данный феномен…

“Нет! Никаких больше исследований!!! Не с ним!!!”

Я сделала шаг в сторону, намереваясь обойти атлантианца, но он тоже чуть сместился, заблокировав путь.

— Я тороплюсь, — натянуто улыбнулась я из последних сил.

— Поспешность — признак паники, Ди, — бархатно сообщил Эльзас. — Ты что-то скрываешь.

Я закатила глаза.

И не потому, что был подходящий момент, а потому что я очень хотела спрятать волнение за маской сарказма.

Меньше минуты! И Эльзас уже определил, что у меня есть секрет!!!

Что же произойдёт через десять минут?! А через час?!

Надо было скорее от него отделаться, даже если мой хвост и шиарийские инстинкты самки считали иначе.

— Я опаздываю на встречу с людьми, которые не лезут в чужую жизнь! — резко парировала я, всё же проскальзывая мимо. И торопливо пошла прочь не прощаясь.

– Боюсь, в башне Союза такие не работают, – усмехнулся Эльзас мне вслед.

Я уже почти достигла цели – здания совета Союза — монолита из стекла и стали, увенчанного куполом с голограммами галактик.

У входа возвышался каменный монумент: представители всех рас, входящих в Союз — все с гордыми лицами жали друг другу руки. Символ единства! Я обожала его рассматривать, ещё с детства любила находить новые детали – ведь сама я происходила из смешанной семьи, а когда выросла – так вложилась в культурную интеграцию, что дальше некуда (Пхах, тем здоровающимся шиарийцам с атлантианцами со скульптуры и не снилось!)

Так что на сей раз я скользнула по монументу взглядом и не удержала в голове ни одной из любимых деталек. А всё потому, что мои мысли переполнила эта странная спонтанная встреча с Эльзасом!

“Не оборачиваться! Не оборачиваться” — мысленно повторяла я, быстрым шагом преодолевая остаток пути и заныривая в главные двери нужного мне небоскрёба. Я не знала, смотрит ли Эльзас мне в спину. Но между лопатками пекло. А мой хвостик расстроенно пощёлкивал кончиками, уж очень переживал, что не удалась накрутиться на трость атлантианца.

Космос! Всё против меня.

И Эльзас ещё и советник при Союзе… Но у Союза миллион ведомств! Вероятность, что мы снова пересечёмся — крохотная. Поэтому не буду унывать.

Что ж… Надеюсь, меня позвали на срочную комиссию, чтобы выразить неземную благодарность моей лаборатории. А не выкатить список претензий! Впрочем, надо быть реалисткой… такие вызовы — это всегда о чём-то неприятном.

Пройдя в широкий общий холл через крутящиеся двери, я подошла к стальной рамке с полупрозрачным мерцающим

Достав присланный вместе с повесткой о срочной явке свой индивидуальный одноразовый пропуск, я приложила его к считывателю…

“Пилик!” — индикатор загорелся алым.

Да чтоб его!

Карта не сработала.

Я стала лихорадочно вспоминать, было ли в “приглашении” что-то об активации пропуска. И если было, то что? Ох, я искренне надеюсь, что не нарушила сейчас режим этого супер-мега-закрытого учреждения, приложивчёртов пропуск не к тойчёртовой панели!

Ко мне уже спешил сурового вида охранник с бластером на поясе. И судя по его лицу, он меня так просто не отпустит. Несанкционированные попытки пройти в башню совета Союза при отделении военного ведомства — это минимум полчаса дотошных выяснений.

Охранник уже почти подошёл! Как вдруг за моей спиной раздался властный голос:

— Она со мной.

“Эльзас!” — радостно встрепенулся мой хвостик. Но сама я застыла, ощущая, как одна рука атлантианца собственнически обвивает мою талию.

А вторая рука – ложится поверх моей руки, всё ещё прижимающей бессмысленный прямоугольник пропуска к истерически мигающей алым панельке…

Охранник замер, глаза его расширились, и он тут же слегка поклонился.

— В-виан советник! Конечно, проходите! — забормотал он.

Эльзас на него даже не смотрел, горячая ладонь атлантианца всё ещё лежала поверх моей кисти – и моя кровь словно закипала…

Индикатор загорелся зелёным, силовое поле пропускной системы задрожало и померкло. Эльзас властно увлёк меня за собой через пункт контроля.

Что за…

Винтики медленно прокрутились в моей голове.

— Ты... здесь работаешь! — выдохнула я.

— Звучит как обвинение.

— Какой у тебя ранг?

— Достаточный, чтобы для меня не было закрытых дверей.

Высокомернее ответить было вообще невозможно. Вот теперь я уже закатила глаза по-настоящему, хотя внутренне всё же призналась себе, что мне до сих пор нравится эта манера Эльзаса. Честно говоря, моё тело, как и в прошлый раз, вовсю сигнализировало — “подходящий самец!”

А Эльзас вдруг наклонился ко мне ниже, и втянул воздух у самой моей шеи.

— Ты по-прежнему безумно вкусно пахнешь, Ди, — заявил этот наглец. — А ещё... от тебя совсем не пахнет другим мужчиной.

— Не понимаю, как тебя это касается! — вспылила я, выворачиваясь из его рук. И сердито направилась по коридору к скоростным лифтам. Но у Эльзаса шаг был шире, оторваться от него было невозможно!

Место, где он у шеи вдохнул воздух, всё ещё жарко пульсировало.

Так, стоп.

А когда это у атлантианцев так сильно развился нюх, что они по запаху определяют “половые связи”?!

Догадка вспыхнула в уме. И я резко остановилась. Развернулась и посмотрела на Эльзаса, недобро прищурившись:

— Ты ведь сейчас ничего по запаху не определял. А просто проверил мою реакцию на свои слова?!

— Я проверил твою реакциюна меня , — ухмыльнулся этот наглец. — И она всё та же.

Вот ведь высокомерный атлантианец!

Нормальная девушка должна была бы разозлиться на такое. Вспылить. Крикнуть. Возмутиться. Но я была не совсем “нормальной”. Я была шиарийкой, которую большинство мужчин побаивались. А к представителям своей расы я как-то не ощущала влечения. Поэтому вызывающее поведение Эльзаса, вместо того, чтобы взбесить, дёрнуло за совсем другие струны. Меня окатило новой волной жара, что аж захотелось расстегнуть пару пуговиц на блузке, и даже за лоном запульсировало.

Это было в корне ненормально!

Собственное тело не слушалось доводов разума.

Я чувствовала себя так, будто стою на краю пропасти, в которую моим шиарийским диким инстинктам до дрожи хочется прыгнуть. По уму, мне стоило бы бежать отсюда без оглядки. И ни в коем случае не оставаться с этим атлантианцем наедине!

Но он это будто почувствовал.

— Позвольте помочь вам с лифтом, виана Ди, — хмыкнул Эльзас, шагнув ближе и через мою голову вызвав лифт, – пока его не заклинило также, как пропускную панель.

Я по инерции прижалась спиной к пока ещё закрытым дверям лифта. То ли пытаясь отодвинуться от Эльзаса, то ли… не знаю что.

Когда створки мягко приоткрылись позади меня, я запросто могла бы упасть в хромированную кабину лифта!(великолепно Ди, поистине шиарийская координация!)

Но рука атлантианца вновь на моей талии спасает от вероятного падения. Миг-два. Моё сердце разгоняется до диких скоростей. А Эльзас деликатно и уверенно заводит меня в лифт. И всё это сильно напоминает мне момент, когда он также уводил меня со свадебного торжества в уютные апартаменты, чтобы пообщаться без лишних глаз.

Тогда мой хвост вёл себя не пойми как! Вот и сейчас — улучив момент, когда я в шоке ослабила внутренний контроль – делает бросок и жёстко обвивает кольцом торс Эльзаса.

И только тогда двери лифта закрываются.

Мы снова с ним один на один. Слишком близко.

…В висках стучит, лицо пылает.

Нет-нет-нет.

Не может быть такого, что этоснова со мной происходит!

…Эльзас топит меня в глубоком взгляде своих тёмных глаз. Я отчаянно часто дышу, и всё становится хуже – ведь я вдыхаюего запах с каждой новой порцией воздуха. А мой хвост – словно свело судорогой: он сжимается на атлантианце всё сильнее.

И мне это не остановить!!!

– Эльзас… – еле слышно сдавленно шепчу я. Хвост сковало действительно болезненной судорогой, ведь он может и кости Эльзасу поломать!

Но в отличие от меня, атлантианца это явно не пугает! Иначе откуда эта самодовольная ухмылочка на его идеальных по-мужски красивых губах?! А что это за выражение лица из серии “я так и думал”?! Возмутительно!..

В мой эмоциональный водоворот вырывается новая струя: БЕСИТ…

А то, что происходит дальше – мой мозг и вовсе отказывается здраво оценивать.

Эльзас берёт моё лицо в свои ладони и просто – как само собой – прижимается своими губами к моим.

… И мой хвост ослабляет хват, стекает с глупым блаженным щёлканьем с атлантианца.

Я пытаюсь податься назад, но… теперь уже Эльзас не отпускает меня. Яркий острый поцелуй перерастает в стихийное бедствие.

Я мычу в рот атлантианца, а руки тянутся сами – обнять его за мощную шею(стоп, Ди! Стоп!!!! НЕЛЬЗЯ!!!!)

И лифт вдруг встряхивает, свет моргает, и мы замираем между этажами(совпадение? Не думаю!)

А дальше – я действительно не думаю, от слова “совсем”.

Только прижимаюсь к мощному торсу атлантианца. Теперь за лоном меня прошибает жёсткий спазм желания, и это так хорошо, что почти больно.

– Тихо, Ди… какая ты порывистая, – шепчет Эльзас мне в губы и перехватывает меня за талию, приподнимая от пола. А вторая рука атлантианца тем временем ползёт по внутренней

Космос Великий!

Мир идёт вспышками. Я испытываю в основном горячую неуправляемую жажду, которую давила четыре года. И Эльзас смотрит на меня дико – от строгого представителя Союза (какая бы у него ни была должность) – не остаётся и следа.

Такой взгляд – совсем не ожидаешь увидеть у атлантианца. Скорее уж у шиарийца, а тут…

И моя душа переворачивается. И ещё раз, и ещё раз.

– Да как ты смеешь… – выдыхаю в его губы, еле разорвав поцелуй. А потом судорожно глубоко вдыхаю. Бах – запах его тела, обострившийся от возбуждения, – как удар наотмашь.

Что я там говорила?..

– Как я смею, Ди? – Эльзас рычит мне в шею, то целуя, то нежно покусывая, одной рукой держит меня на весу, подхватив под попой, другой – завладевает моим хвостом. Ласкает кончик пальцами и накручивает на свою ладонь. А мой хвост – ломает все шиарийские стереотипы о смертельно опасных, острых как ножницы кончиках, он ведёт себя как просящий ласки пушистый зверёк. Куда это годится? Как атлантианец это делает?!

– Эльзас…

– Что, моя девочка?

– Не смей меня так назвать… Я здесь по делу…

– Разумеется, виана, – Эльзас снова покусывает мою шею, и я с ужасом понимаю, что очень сильно увлажнилась, а за лоном мышцы от желания сжались так, что если… если я ничего с этим не сделаю, что-то во мне просто порвётся!

А Эльзас всё только усложняет:

– Четыре года, Ди…

– А?..

Эльзас проводит по моей шее кончиком языка – словно плавкий сладкий ожог, и что-то в моей вселенной взрывается.

– Четыре года. Будь ты из семьи попроще или не будь ты шиарийкой, защищённой вашим несгибаемым внутренним законодательством, мы бы встретились раньше…

– ???

– … и почему тебе надо было встрять в такие серьёзные неприятности, девочка, чтобы снова оказаться рядом со мной?

Надо бы обратить внимание на эту странную фразу, но я этого не делаю. Потому чтоу его чернющих глаз нет дна.

Если бы я была его соперником в сражении – заглянув в эти глаза, признала бы поражение сразу. С такими – бессмысленно воевать. У него нет тормозов, не существует аргументов, чтобы его остановить. И если он поставил цель, то этой самой цели разумно бы не выёживаться лишнего. Слишком дико. Слишком опасно. А то, что это всё транслирует атлантианец – они обычно такие ледышки! – по-настоящему пугает!!!

Но мой ужас слишком уж замешан на вожделении.

Я упёрлась ладонями в мощную мужскую грудь. Пальцы так и тянулись к пуговицам белоснежного мундира, чтобы начать растёгивать. Аж до мелкой дрожи. Но я сдержалась!..

И Эльзас начал одной рукой расстёгивать пуговицы сам. Сначала мундира. А потом и рубашки, что была под ним.

– Ты что, собрался поиметь меня в лифте, Эльзас? – прошептала я дрожащими губами.

– Я поимею вас в любой локации, виана, – Эльзас ласково накрыл мои руки, словно приклеевшиеся к его горячей груди, одной своей сверху, и это было невыносимо!!! – Почему-то ты выключаешь мои безотказные атлантианские мозги, Ди. У твоей треклятой науки есть этому объяснение? Мы же вроде разные биологические виды…

– … разные виды.

Я повторяла за ним на автомате. Я не очень-то понимала, что он говорит. Больше слушала звук его красивого глубокого голоса.

– Ах! – спазм за лоном скрутил меня так, что я невольно дёрнулась и уткнулась лбом в шею Эльзаса, тяжело дыша.

– Ди…

– Ничего. Просто судорога. У меня бывает.

– Знаю я,что это за судорога , – самодовольно хмыкнул Эльзас, – с вашего позволения, я помогу вам, виана…

Как же сильно БЕСИТ!!! Или это не "бесит", а что-то другое?..

– Н-нет, мы не должны этого делать, Эльзас...

Эльзас замер. Хотя и не похоже было, что он может остановиться.

Но он – смог.

А я…

А я смогу?

Космос Великий, стыд-то то какой…

Мне жарко и больно. И я ничего не соображаю.

Наша раса славится тем, что инстинкты могут взять верх над разумом. Но у меня это происходит только когда я с Эльзасом. Он будто выключает мою волю, и на максимум выкручивает желание внутренней самки.

– Моя сладкая виана, – горячо шептал Эльзас мне на ухо, всё продолжая держать меня под зад на весу, распластав между своим мощным телом и стенкой замершего лифта, – моя… Ди, просто объясни мне...

– Что?

– Почему ты от меня бегаешь, Ди? – в горячий шёпот Эльзаса примешивались страдальческие нотки, а тут же их сменила холодная властность. – Это совершенно бессмысленно.

Ну и гад! Понятно, что ни этикой ни моралью – даже не запахнет, если атлантианец решил, что ему что-то нужно. Более амбициозных индивидов ещё пойди поищи!

Но…

Меня так заводит эта его манера!

Дёргает за самые потаённые струны.

Да чтоб его…

– Ди, если ты немедленно не…

– Заткнись, Эльзас, – процедила я сквозь зубы, лишаясь последнего самообладания, – заткнись и…

“возьми меня”.

Я не сказала.

Я лишь подумала.

Он не мог слышать – ведь мы не женатая шиарийская пара, связавшая разум псионическими линиями.

Мой хвост на автомате продублировал мой порыв на шиарийском жестовом. Но Эльзас его понимать никак не может…

Мы разные виды. И между нами не только генетическая, но ещё и культурная пропасть.

И тем не менее.

Он как-то догадался.

Бросил беглый взгляд на мой хвост.

За этим последовал изнуряюще-длинный взгляд глаза в глаза – который по факту длился мгновение, не больше. Но я уже горела. Я была готова биться в припадке. Если он не... если...

Руки Эльзаса вновь оказались под моей юбкой.

И я никак не выказала возмущение (и даже слегка кивнула) когда атлантианец стянул с меня нижнее бельё (насквозь промокшее моими женскими соками! Вот чёрт!!!)

А потом бельё скрылось в кармане его мундира.

А ещё через удар сердца – случился срыв.

Мы подались друг к другу, я вжала своё тело в его, так что дальше некуда.

Его рот снова завладел моим.

Губы горели. Языки сталкивались. И это было так остро... так вкусно… и так мало, всегда мало. Мне не хватало этого.Отчаянно не хватало четыре года. И теперь я пила Эльзаса также как он пил меня. Неистово… болезненно сладко.

Я чувствовала каменную эрекцию атлантианца... На ощупь расстёгивала ремень его брюк…

И жесточайшего нарушения

...Я в его руках. Он держит меня на весу, прижав спиной к стене просторного “внезапно” застрявшего между этажами скоростного лифта. Я – обнимаю его ногами, обиваю хвостом. Глажу безупречную мощную грудь, забравшись под полы распахнутой рубашки. И всё это не прерывая стихийный порабощающий поцелуй.

И вот когда Эльзас легко входит в меня – уже отчаянно истекающую от вожделения – как будто бы короткой вспышкой откуда-то издалека до меня доносится отражённое понимание:кажется, я делаю что-то, чего не стоило бы...

И тут же понимание рассеивается – разваливается, как замок из сухого песка – Эльзас начинает двигаться во мне, растягивая изнутри – в идеальном, словно подобранном лично для меня темпе. Его руки – повсюду, его губы – завладели не только моим ртом, но и моей волей.

Я могу только тихонько постанывать атлантианцу в рот на каждый безупречный толчок во мне.

Мой хвост вновь ласково потирается об обнажённый торс атлантианца, Эльзас накручивает его на свою руку и властно сжимает в ладони кончик. Мой хвост – потерян – он разомлел и...и всё! – я утратила над ним какой-либо контроль.

Просто плыву по течению...

Просто…

Эльзас ускоряется тогда, когда мне это нужно. И замирает тоже идеально вовремя.

…А через несколько моих оргазмов и один его я просто падаю атлантианцу на грудь.

Мы, не размыкая крепких объятий, опускаемся на пол. Эльзас выскальзывает из меня.

Сама не понимаю, как вышло так что он лежит на спине на полу лифта поверх распахнутого мундира, а я блаженно бездумно лежу щекой на его груди.

Но уже через полминуты я встрепенулась.

До меня дошло в полной мере: ЧТООООО?!!!

Что-что я сделала?! Я максимально усложнила свою ситуацию!

Да ещё и в лифте военного ведомства, куда меня вызвали к определённому времени! Да я же... Да мне же…

– Не беспокойся так, Ди, – мурлыкнул мне на ухо Эльзас, и вдруг поднёс кончик моего хвоста к своему рту и нежно коротко прижался к нему губами.

Мой хвост... обмер. Это был “контрольный выстрел”. Поцеловать шиарийке кончик хвоста… это… это… это безумно рискованно и... о чём он думает вообще?!! Да он псих!

Но хвост бездействовал. Хвост был безопасен. И я не понимала… как так-то?! Это против моей природы! Поцелуй шиарийского хвоста – перебор!

И тут Эльзас меня добил:

– Я немного не так планировал начать заседание комиссии, на которое ты приглашена, Ди. Но… так определённо лучше.

На меня словно вылили таз ледяной воды, я распахнула глаза на атлантианца:

– ТЫ ведёшь заседание?!

Глава 4

Разум взорвался тысячей неприятных мыслей, среди которых самая нелепая даже издевательская – о том, что административного (или уголовного) наказания за сношения в лифте объекта государственного значения – всё же не последует.

Я вскочила на ноги и начала оправлять одежду чертыхаясь.

Эльзас недовольно оглядел меня. Нахмурился. Но тоже быстро поднялся на ноги и привёл себя в порядок — застегнул рубашку, надел штаны, провёл ладонью по тёмным волосам — и всё! Как будто не он только что доводил меня до безумия.

Ох, что-то мне подсказывало, что я не выгляжу также хорошо.

– Ди, нам нужно…

– Я не знаю, что это такое. Эльзас. Что происходит с моим телом и хвостом, – перебила я. – Наверно есть в моём геноме какой-то изъян. Особенность. И он комплементарен твоему… то есть твоей особенности. Надо разобраться и заблокировать… это какая-то странная ошибка.

– Ошибка? – холодно процедил Эльзас. Теперь по нему было невозможно угадать, чем мы ещё так недавно занимались.

– Да, – горячо выпалила я, – это ненормально! Это не мой выбор. Я бы никогда…

У Эльзаса вдруг стало такое лицо, будто я дала ему пощёчину.

– Что “никогда”?

Я растерялась. Тело в раю, голова в панике, хвост – и вовсе словно пьян или частично парализован. Нужных слов не шло на язык.

– Ты атлантианец, – неловко выдала я, – а я шиарийка.

Нет, неправильно! Я всё время говорю с ним неправильно. Надо сказать ему так много и…

– То есть, Эльзас, я имела в виду…

– Я тебя услышал, Ди. А теперь поспешим на заседание. А после… я с тобой поговорю.

Не “мы поговорим”. А “я с тобой поговорю”. Как-то это… жёстко и холодно. Точно Эльзас надел маску, закрылся от меня в какую-то скорлупу. В груди царапнуло холодком. Он стал похож на типичного ледяного атлантианца. Из тех, что могут сказать, что дети им неинтересны… семья – не нужна. А карьера – это его единственный приоритет.

Если случится интрижка с горячей шиарийкой – отлично, он с радостью проведёт с ней свободное время между миссиями государственной важности. Интересно, сколько подобных эпизодов с разными женщинами у него было за эти четыре года?

Наверняка просто тьма!

И сейчас он бодро по дороге на работу прямо в лифте поимел свою “старую знакомую”!

Какая же ты дура, Ди…

Я накрутила себя моментально.

И когда Эльзас, не прикасаясь даже рукавом мундира, проводил меня до зала заседаний – мои нервы были на пределе.

Мне предстояло отчитываться не пойми за что: да драконоиду ясно, что меня сейчас в чём-то обвинят. Что-то про учёт психотропов категории ультра или перерасхода сплава сгаэлита с асмидием для новых центрифуг – это же строго подотчётные материалы.

А я как буду отбиваться от нападок комиссий по этике и налоговой?

Я морально истощена – но физически всё было наоборот. То, что произошло между мной и Эльзасом, сделало моё тело сильным, а походку – упругой. Казалось, я могу оторваться от земли и взлететь… И то же самое выбило из колеи мой разум и так больно ранило душу – разбило на острые обломки. Какая же ядура-дура-дура…

Надо было взять с собой универсальный блокатор для шиарийцев – хотя бы! – пусть бы всегда лежал в сумочке. С ним можно моментально заглушить “инстинкт”, сбить вспышку гормонов и снизить влечение. Да, я стану вялой и не особо сообразительной, ну и ладно. Уж лучше так, чем отдаваться в лифте всяким там…

…Я думала, хуже уже не будет.

Пока не поняла, куда Эльзас меня привёл.

– Что это? – испуганно отпрянула я от простых дверей, выполненных под земное дерево. Без голограмм. Без техники. Словно я попала прошлое.

– Это спецотдел, виана…

А я-то… что я здесь делаю?

У меня маленький ребёнок! Мне нельзя. Если зашёл в эту дверь – из неё можно и не вернуться, как бы крут ты ни был.

– Тихо, Ди, – Эльзас снова поменял тон на ласковый и вдруг взял меня за руку, – кроме меня там будет два высокопоставленных представителя ведомства. Разговор будет неприятный. Но я гарантирую тебе безопасность. Я за руку выведу тебя отсюда и отвезу домой. Ты меня поняла?..

Я всхлипнула. В глазах набежали слёзы.

– Вот и умница, Ди, – Эльзас смахнул слезинку с моей щеки, – я позабочусь о тебе. Даю слово. А теперь пойдём. Готова?

Я снова кивнула. Но нет-нет и нет – я не была готова!!!

И как-то невольно сжала горячую ладонь Эльзаса своей в ответ, словно он мог защитить меня от разборок с самым душным и могущественным ведомством Союза. Как оказалось – сего ведомством.

Через миг я опомнилась и высвободила у Эльзаса свою руку, кое-как опустила в нейтральное положение хвост. Вдох-выдох, и Эльзас открыл передо мной дверь.

* * *

Простой зал. Серые давящие стены. Слишком высокий потолок. И он тоже – призвано морально уничтожать посетителя.

В центре — овальный стол тёмного дерева, за которым нас ожидали двое мужчин. И здесь никаких голограмм. Ничего технологичного. Свет только от единственного окна… а само окно… зарешеченное! Почему?! Кошмар какой-то!.. Кто так делает?!

– Мы должны были начать час назад! – негодовал, постукивая атлантианской тростью-наксом об пол какой-то немолодой черноглазый мужчина в тёмно-синем “костюме аристократа”. Бледная кожа. Прямые иссиня-чёрные волосы чуть ниже плеч. Типичная атлантианская внешность.

– Виан Исбел, я час назад отправил вам на коммуникатор уведомление о переносе. И вы его получили, – ровным тоном отозвался Эльзас, усаживая меня за стол на свободное кресло, ровно напротив виана Исбела, – я встретил и проводил виану Ди… ану. Всё по графику.

– Виана долго до нас шла! – пробурчал сидящий рядом с Ибелом мужчина средних лет, полноватый и менее опрятный, навскидку – это представитель драконоидной расы, я могла бы точно сказать, если принюхаться как следует. Но… комиссия заметит. Это вроде как неприлично. Лучше не буду никого бесить. И тут предположительно-драконоид добавил: – опаздывать – это не самое разумное решение для обвиняемой…

Моё сердце ухнуло куда-то вниз. ОБВИНЯЕМОЙ?! Втаком ведомстве?

– Виан Дерек, – холодно перебил Эльзас и сел рядом со мной, беззастенчиво накрывая мою впившуюся в подлокотник кресла руку своей, – позволю себе напомнить вам. Виана здесь, чтобы свидетельствовать. Консультировать. Она не в статусе обвиняемой. И мы пока не ввели её в курс дела…

– Чем же вы занимались? – с неприятной холодной усмешкой процедил атантианец Исбел и стукнул тростью об пол.

– Желаете, чтобы я делился закрытой информацией в холле или в лифте, виан? – в тон отозвался Эльзас.

– Почему нет? В нашем выделенном лифте нет прослушки, виан Эльзас.

– Я в курсе, виан Исбел.

К щекам прилил жар. Я вмиг осознала, что...а ведь могла бы быть и прослушка, и видеонаблюдение – и, более того, – онидолжны были быть! А я ни о чём таком и не подумала! Теперь же я шумно выдохнула с облегчением. И тут же спохватилась. Но к счастью – на меня никто не обратил внимания.

Потому что Эльзас и Исбел затеяли что-то вроде поединка воли – играли в “атлантианские гляделки”, как с сарказмом называли это шиарийцы. И Исбел отвёл глаза первым.

– Ну полно, виан Эльзас. Неужели вы ещё не запомнили мою манеру разговаривать? Не злитесь. Уж больно вы молоды и горячи. Понятен ваш порыв защитить девушку, – с неискренним смешком выдал Исбел и уже менее уверенно добавил. – Хм, то есть, шиарийку…

У меня от происходящего кружилась голова.

Я впилась пальцами в подлокотники кресла. Воздух был заполнен давящей безнадёгой. Это ощущение усиливали пустые стены и решётчатое окно — будто в тюрьме, какие бывали на древней Земле-два. Хоть Эльзас и сказал, что мне не о чем беспокоиться, но я чувствовала — что на меня смотрят как на преступницу.

Исбел щёлкнул тростью по полу — получился звук, похожий на лопнувшую струну. Его чёрные глаза, холодные как вакуум, буравили меня. Драконоид Дерек постукивал пальцами по столу.

Мой хвостик потянулся, чтобы накрутиться на ногу Эльзасу, но я дёрнула его волевым усилием и заставила обвить ножку стула. Нет уж, теперь я должна держать свой хвост в узде!!! Во что бы то ни стало!

— Всё будет хорошо, — сказал Эльзас, вновь сжимая мою руку.

— А вот я в этом не уверен, — покачал головой немолодой атлантианец Исбел.

— В чём меня обвиняют? — не выдержала я.

— Пока что ни в чём, виана. — Он выделил слова “пока что”, и прозвучало это с угрозой. Он попытался сгладить её тонкой улыбкой, что сделало даже хуже. — Надеюсь, вам не надо объяснять, что весь дальнейший разговор строго секретен?

— Я это прекрасно понимаю.

— Ваш устный ответ принят за официальный. Тогда… вам что-нибудь говорят эти данные? — Исбел извлёк из кармана планшет и толкнул его по гладкой тёмной столешнице.

Эльзас поймал и передал мне. Я настороженно заглянула в светящийся экран. Пробежалась по строчкам.

Сердце забилось быстрее, загудело в висках.

— Д-да… — произнесла пересохшим горлом. — Это знакомые мне соединения. Вещество под кодом Z-42, оно разрабатывается в нашей лаборатории, в закрытой части… Но откуда у вас эти данные? И я вижу, что в структуру вещества внесены изменения… Кто это сделал?

— Пять дней назад в центре города десяток гражданских были отравлены распылённым в воздухе веществом, — прищурился Исбел. — Они впали в ярость… интересный эффект, не так ли? Чудом никто серьёзно не пострадал. Ушибы и сломанные кости не в счёт. Анализ выявил в крови частицы Z-42.

Я попыталась вдохнуть, но горло сжалось.

Как вещество могло оказаться снаружи?!

Z-42 — наш последний проект,

— Это ошибка, — мой голос дрогнул.

— Ошибка? — неприятно оскалился драконоид Дерек. — Нет, ошибка то, что мы ещё не подали требование на чтения вашего разума, виана! Шиарийский иммунитет не сработает против статьи о биотерроризме.

— Вы переходите границу! — уже Эльзас ударил тростью о пол, и Дерек стиснул зубы.

Я выдохнула застрявший в груди воздух.

Чтение разума… Они правда могут пойти на такое?!

Это опасная процедура, после которой восстановление занимает годы! А в ряде случаев разум не восстанавливается вовсе! Что тогда будет с моим сыном?! Кончик моего хвоста испуганно щёлкнул.

— Диана, — голос Эльзаса обволакивал меня, притуплял мою панику, если такое в принципе было возможно, — не переживай…те. Для чтения разума нет оснований. Поверьте, я проконтролирую, чтобы никто не преступил положенный протокол. Однако, ситуация серьёзная. Мы подозреваем, что недавнее отравление — это лишь первое полевое испытание вещества, ведь вы сами заметили, что в структуру внесены изменения. Предположу, что вскоре мы снова столкнёмся с отравлением гражданских. При получении нужных эффектов, Z-42 может отправиться на чёрный рынок. Наша задача — этого не допустить. К вам в лабораторию уже направлено требование на заморозку исследования и полный обрыв доступа к веществу. Также доступные личные дела сотрудников лаборатории уже изучает спец-отдел. По нескольким направлениям работают дознаватели. Но нам всё равно понадобится ваша помощь. Скажите, сколько ваших подчинённых имели доступ к Z-42?

Эльзас говорил очень чётко и профессионально, но при этом я не ощущала от него угрозы или обвинения. И почему-то я поверила ему, что он и правда не допустит процедуры чтения мыслей.

— Д-десять сотрудников… — ответила я на его вопрос. — Но я доверяю им как себе! И у нас высшие протоколы защиты, их обновляет представитель Союза каждые полгода. Также вход только по биометрии и… — я описывала, какие меры безопасности мы предпринимаем, но часть моего сознания вдруг скакнула к совершенно иному факту.

Я внезапно осознала, что сижу… без нижнего белья! Холод металлического кресла просачивался сквозь тонкую ткань юбки, напоминая о лифте, о руках Эльзаса… и не только руках. Нет, Ди, сосредоточься!

Вконец растерявшись, я замолкла на полуслове.

О чём я говорила?!

Космос! Да меня же сейчас запишут в преступники!

Эльзас чуть наклонился — его плечо коснулось моего. Исходящее от атлантианца тепло успокаивало. Точнее, меняло вектор волнения!

— И всё же, — сжал губы драконоид, — утечка случилась. Несмотря на ваши сверх-меры.

— Теперь у нас есть только два варианта, виана, — цокнул языком Исбел. — Вас закрывают до окончания следствия, и вы ждёте окончания расследования... месяц, два? А там уж как повезёт.

— Или… — перехватил Эльзас, не позволяя Исбелу выдержать “эффектную паузу”, — Помогаете нам найти утечку. Под моим контролем.В полном моём подчинении.

Я подавила нервный смешок.

Вот тебе и выбор!

Выбор, которого нет.

Взглянула на лица собравшихся. Дерек был явно недоволен, что меня прямо сейчас не уводят с заломанными руками. Исбел казался тёмной лошадкой. Эльзас… зачем ему, чтобы я былав подчинении ? Ох…

Перспектива работать с ним вместе — пугала.Это ведь именно страх, правда?

Как мне прятать от него сына?!

Да и с реакциями собственного тела надо что-то делать…

Все ждали ответа. И затягивать не стоило.

Я глубоко вздохнула.

— Я согласна помочь в расследовании, — тихо выдохнула я.

Глава 5

Диана

Выходя башни Союза, я едва не споткнулась о порог. Солнце било в глаза, заставляя щуриться, а ветер рвал волосы. И почему тут всегда так ветрено?

Эльзас вышел следом, постукивая атлантианской тростью — мне в этом померещился “марш победы”.

Ситуация была патовая.

В том злополучном кабинете я провела больше часа, подписывая тысячи бумажек о неразглашении и вникая в суть моей дополнительной работы… которая сводилась к тому, чтобы подскакивать по первому свисту моего нового начальника.

К счастью — временного…

К несчастью — крайне наглого, самоуверенного и сводящего с ума мой шиарийский инстинкт. Даже сейчас мой золотой хвостик порывался намотаться на Эльзаса и останавливала его только моя железная воля. Но стоит на что-нибудь отвлечься и…

— Я подвезу тебя до дома, Ди, — голос Эльзаса прозвучал сбоку, слишком близко. Слишком проникновенно. И одновременно с тем его горячая рука по-собственнически обняла меня за талию.

Из-за угла бесшумно выплыл беспилотный аэромобиль. Тонированные стёкла отсвечивали серебром, гравитационные подушки мерцали голубым ореолом. Машина парила в полуметре от земли, как хищник, замерший перед прыжком. Типично атлантианская роскошь — минимализм с намёком на угрозу.

Даже красиво... Но садиться я туда всё равно не хотела. Разум подсказывал, что находиться с Эльзасом в замкнутом пространстве — плохая затея. Но с другой стороны… сын сейчас в садике — значит, не страшно, если меня подбросят до дома. А пока едем, я воспользуюсь возможностью и донесу Эльзасу свою твёрдую позицию относительно “нас”. А именно о том, что никаких “нас” нет и не будет. Дам понять, что спонтанный эпизод в лифте не даёт Эльзасу права обнимать меня, когда вздумается. Мы просто коллеги. Не больше.

Эльзас сместил ладонь мне на поясницу. Тело отреагировало вспышкой жара, которая тут же запульсировала за лоном. И особенно остро я ощутила, что на мне нет белья.

Вот же!

— Садись, Ди, — сказал Эльзас.

Он, видимо, даже в голову не брал, что у меня есть опция “отказаться”. Но устраивать разборки на улице не хотелось. Беспилотный мобиль снизился ещё немного. Лаконичная дверь отъехала в сторону. Вздохнув, я села внутрь.

Салон встретил запахом кожи и кофе. Потолок мерцал, проецируя космические туманности — между прочим, очень дорогая технология — бесполезная по сути, зато сразу демонстрирует достаток. Недурно нынче живут советники Союза! Интересно, как Эльзас заполучил столь вкусную должность всего за четыре года?

— Мне нравится, когда ты покорная, Ди, — ухмыльнулся Эльзас, садясь рядом, заполняя пространство теплом и дурманящим запахом хвои и карамели.

— Не советую к этому привыкать, — хмыкнула я.

— Да.

В его голосе звучала шутка, но глаза были серьёзны. Чёрные, бездонные. И я почему-то не нашлась что ответить. Только фыркнула и отвернулась к окну.

Машина тронулась с места. Колено Эльзаса как бы невзначай коснулось моего. Я сразу чуть отодвинулась (от греха!). Не хватало мне повторить ситуацию с лифтом!

Эльзас сделал вид, будто не заметил. Развернул из коммуникатора голографический планшет и стал изучать документы. Пару минут мы ехали молча…

— Я работаю над этим делом уже несколько дней, — сказал вскоре Эльзас. — И пока всё движется медленно, хотя пара ниточек есть. Самые очевидные ведут к твоим сотрудникам. У меня в наличии документы на всех, но на шиарийцев только общие данные. Скинь мне расширенные файлы из внутреннего регистра шиарийцев, чтобы я мог с ними поработать.

Я задумалась.

Вообще-то, шиарийские данные хранятся строго на защищённых серверах, чтобы даже Союз не сунул в них нос. Но так как моя лаборатория занимается секретными разработками, у меня, конечно, был доступ к информации по моим сотрудникам. И в случае необходимости я имела право ей распоряжаться.

И сейчас был как раз случай, подходящий под такой протокол.

Некоторые сомнения присутствовали, но… Ладно, это же для дела.

Эльзас всё равно получит данные по официальному запросу. Био-терроризм — это статья, которая открывает многие двери. Но пришлют информацию через неделю, а не прямо сейчас. Наверное, мне несложно помочь.

Активировав браслет-коммуникатор, я вошла в закрытую сеть и перекинула Эльзасу данные. Придержав только один файл. Что не укрылось от внимания атлантианца.

— Здесь не хватает твоего личного дела, Ди.

— Зачем тебе моё? Ты меня тоже подозреваешь?

— Есть процедура… — прищурился Эльзас.

— Ну вот по процедуре и получай, если мне не доверяешь, — взвилась я, пытаясь скрыть укол страха. Потому что во внутренних документах, конечно, был зарегистрирован и мой сын Арон. Показывать его Эльзасу я не собиралась. Но уже понимала — если будем работать вместе, долго прятать сына не выйдет.

И сейчас я нервно размышляла о том, а не вернуться ли мне к родителям на полгодика… Там меня Эльзас не достанет.

— Да, я тебе не доверяю, Диана, — вдруг сказал атлантианец, всё это время не сводивший взгляда с моего лица.

— Что? — я шире распахнула глаза.

Эльзас свернул голограмму планшета и взял меня за руку. Его голос стал тише, вкрадчивее.

— Не доверяю… Потому что мне кажется, что если отведу взгляд, ты сразу попытаешься улизнуть через окно. И даже не посмотришь на то, что машина едет на полной скорости, а ты… ты без нижнего белья.

Я нервно моргнула. Заёрзала.

После таких слов мне и правда захотелось выпрыгнуть в окно!

Я смутно припоминала, что моё бельё кануло в небытие… точнее, в карман мундира Эльзаса. Что приравнивается в моём случае к небытию.

— Забрал как сувенир, — ухмыльнулся Эльзас, будто прочитав мысли. И вдруг достал из кармана плоский чёрный пакетик и положил мне на колени. — Держи.

Внутри обнаружились новые трусики. Брендовые. Кружевные, бежевые…

Когда он успел их заказать?!

И вообще…

Меня бросило в жар. Я, должно быть, покраснела до корней волос. И пока соображала, что делать, мой хвост воспользовался растерянностью и всё же обмотался вокруг торса атлантианца. А кончик вовсе лёг его раскрытую ладонь. Предатель!

Эльзас тут же сжал его.

— Отпусти! — я дёрнулась, но вместо этого атлантианец вдруг потёр кончик моего хоста пальцами, да так приятно, что я аж ахнула. Дрожь удовольствия прошлась по телу. Горячая волна ударила в голову, и бёдра непроизвольно дёрнулись, и я чуть съехала на сидении. А в следующий миг Эльзас уже навис надо мной — глядя совершенно чернеющими глазами, от которых у меня за лоном всё сладко сжалось.

Я успела сделать только вдох, а его губы уже прижались к моим с такой силой, будто пытались стереть границы между нами. Запах кофе и карамели заполнил лёгкие. Я упёрлась ладонями в его грудь, но пальцы предательски вцепились в складки мундира, притягивая мужчину ближе. Проекция звёзд на потолке мерцала, как насмешка — даже вселенная наблюдала за моим позором.

Эльзас целовался как бог! Мысли полопались в голове, как мыльные пузыри. Жар охватил тело.

Его язык скользнул внутрь, властный, настойчивый, выжигающий остатки разума. Я ответила яростно, кусая в ответ, но это лишь раззадорило его. Руки атлантианца скользнули под блузку, пальцы обожгли кожу, стирая границы приличий. Холодное сиденье впивалось в спину, контрастируя с пеклом, растекавшимся от каждого прикосновения.

Космос, почему он так шикарно целуется? Почему от его запаха, от его напора — моя воля превращается в желе?! У меня что, зависимость?! И единственное, на что хватает моей гордости, — не начать умолять взять меня здесь и сейчас — и плевать, что мы в мобиле (хвала космосу – беспилотном!), а за окнами людные улицы.

В какой-то момент я уже лежала под атлантианцем. Эльзас уже успел избавиться от мундира и рубашки, да и брюки у атлантианца были расстёгнуты. А руки уже путешествовали по моему телу, посылая разряды, заставляя выгибаться.

— Ты вся дрожишь, — прошептал Эльзас, и его губы скользнули к моему уху. Голос, низкий и хрипловатый, обволакивающий, ударил по нервам, заставив содрогнуться. Руки Эльзаса задрали юбку выше, обнажая кожу, а проекция Небулы Андромеды на потолке закружилась, как в дурном сне. Я укусила его за плечо, пытаясь вернуть контроль, но он лишь засмеялся, впиваясь пальцами в поясницу.

Наверное, я бы всё же начала умолять, если бы Эльзас вдруг не сказал:

— Бросай его, Ди. Сегодня же.

— …кого? — у меня не сразу включилась голова.

— Того, кого ты называешь “солнышко”. Я могу сам ему сказать. Очень доходчиво. Он тебя больше не побеспокоит.

Эти слова были как таз холодной воды.

Возбуждение схлынуло. Злость наполнила лёгкие. И я толкнула Эльзаса в грудь. Выпалила:

— У нас с солнышком всё серьёзно!

Атлантианец замер на прямых руках. Глаза недобро сузились, превратившись в чёрные щели.

— И ты утверждаешь это в ТАКОЙ ситуации, Ди?!!!

— Это ошибка. Отойди! У нас с тобой ничего не повторится!

— Нет. Это с ним у тебя не повторится, — процедил Эльзас, и от его тона по спине побежали мурашки. — Ты с ним сегодня же

Ну тут даже мой хвостик возмущённо щёлкнул.

— Ты всё перепутал, Эльзас! — зашипела я, как рассерженная кошка. — Интрижку я завела с тобой, а не с ним!

Воздух в салоне будто сгустился. Даже дышать стало тяжело.

Любой шиариец после таких слов разнёс бы салон от злости. А потом из гордости никогда бы не приблизился. Но Эльзас был атлантианцем. И вместо того, чтобы отпрянуть от меня, он, наоборот, наклонился ниже.

— Твоё тело уже выбрало меня. И тогда, и сейчас. Почему же ты упрямишься? Я уже всё решил про нас.

Он решил?!

А меня спросил?!

Но слова застряли в горле, потому что его рука вдруг собственнически легла на моё бедро, скользнула под юбку — туда, где всё ещё не было никакого белья… И тут салон разразился трелью моего коммуникатора.

Имя контакта: “Солнышко” высветилось на экране браслета. Я судорожно нажала на игнорирование, но Эльзас уже увидел. Сжал челюсти так, что желваки проступили на его бледных скулах.

И в эту же секунду машина остановилась.

“Вы прибыли в пункт назначения”, — сообщил ИИ.

Вывернулась из рук Эльзаса. Гневно рывком вытащила из брендовой упаковки белье и надела. Атлантианец хмыкнул и показательно отвел взгляд в сторону на жалкие пару мгновений, обозначая что совсем не смотрит.

Какие мы галантные!!

Но хватит с меня – я конечно не ханжа, но без белья ощущение неловкости и беззащитности неприятно зреет.

Так что всё! Хватит. Одернула юбку.

И не желая больше вести бессмысленный разговор, выскочила из мобиля. Эльзас не препятствовал. Я сразу направилась к своему дому.

Воздух в этом районе был другим — густой, пропитанный ароматом цветущих вишнёвых деревьев. Наш квартал всегда напоминал оазис: аккуратные домики с вертикальными садами на фасадах, тихие аллеи, где гравидорожки для пешеходов вились между высокими деревьями. Ветер, что свирепствовавший в деловом квартале, сюда не долетал.

Листья шелестели лениво, будто под стать размеренной жизни местных.

Мой дом — малоквартирный, пятиэтажный, из светлого биокомпозита — смотрел окнами на парк. Сейчас он казался мне убежищем, где я смогу спрятаться от пристального внимания Эльзаса. ИИ-консьерж у входа мигнул голубой полосой, распознав меня, и я шагнула к широкой лестнице. На лифты у меня нынче аллергия!

— Ди! — Эльзас настиг меня (как его пропустил консьерж?!) горячие пальцы кольцом обхватили моё запястье.

Я резко повернулась.

— Что?!

Тёмные глаза атлантианца смотрели упрямо.

— Всё, что я сказал — это серьёзно. Ты бросишь его. Мы с тобой должны быть вместе…

Космос!!! Он всё ещё продолжал говорить про «Солнышко»?!

Я рванула руку, но Эльзас не отпускал.

— Я тоже говорила серьёзно, Эльзас! — мой хвост рубанул по воздуху, щёлкнул кончиками. — Мы с тобой — ошибка. Никаких «нас» нет!

— Почему?! — Его голос сорвался на рык. Зрачки расширились, поглощая и без того тёмную радужку. — Из-за этого… солнышка?! Ты так его любишь?!

—Очень люблю! — выкрикнула я. Сердце колотилось так, будто пыталось вырваться из груди.

Тень наползла на лицо Эльзаса. Он сжал челюсти, до проступивших желваков.

— Но ты выбрала меня, а не его. Так себе у вас любовь, Ди. Посмотри правде в глаза, ему нет места в нашей с тобой жизни, — атлантианец произнёс это со злой насмешкой. Явно пытаясь задеть.

Мне захотелось выругаться. Но вместо меня это сделал мой хвост. При всей расположенности к Эльзасу предложение исключить из жизни дитеныша – никакая часть меня не потерпела. Так что хвост взметнулся вверх, описал дугу, кончики щёлкнули в воздухе — шиарийский жест, означавший предложение сходить в “пешее эротическое путешествие”.

Эльзас, конечно, не понял… Или всё же понял? По его заледеневшему лицу невозможно было что-либо прочитать. Но главное — он выпустил мою руку.

— Завтра в восемь, — процедил он. — Я заеду за тобой.

Я только фыркнула в ответ. И, развернувшись, поскорее побежала по лестнице. Мне хотелось оказаться от Эльзаса как можно дальше. Желательно на другой планете!

Моя квартира располагалась на пятом этаже с солнечной стороны. Дверь распахнулась от прикосновения ладони — система безопасности мигнула зелёным.

Захлопнув дверь, я привалилась к ней спиной. Встроенный ИИ мягко заиграл мою любимую мелодию, но мысленной командой я выключила звук.

Наконец-то! Тишина и спокойствие.

И никаких диких атлантианцев с их безумными предложениями.

Вот ведь Эльзаса на мне заклинило! А как атлантианца расклинить обратно — ещё в свободном космосе не придумали! Не зря представители этой расы занимают большинство высших должностей. Ведь если им что-то в голову взбредёт — то подвинутся все. И плевать им на чужие обстоятельства.

Вон, даже я сейчас — сбежала, но недалеко… и ненадолго. Как выдержу нашу совместную работу? Нет, я этого не приму. У меня тоже упрямства хватит на всех! Надо как-то ограничить наш контакт. И чтобы только в присутствии других людей. И главное — держать Эльзаса подальше от моего солнышка!

За этими мыслями сердце постепенно успокоилось, вернулось к нормальному ритму. Я скинула туфли и пересекла просторную гостиную, залитую солнечным светом.

Панорамные окна выходили на парк, но также был виден кусочек дороги. Режим был настроен так, что из квартиры было видно улицу, но снаружи окна были непроницаемы для взгляда.

Я прижалась лбом к стеклу.

Эльзас всё ещё стоял внизу. С кем-то говорил по коммуникатору возле своего шикарного мобиля. Его тень длинной полосой тянулась к дверям моего дома.

— Непостижимо, — пробормотала я отворачиваясь.

И замерла.

Шиарийский инстинкт уколол чувством опасности.

Но почему? Всё вроде в порядке…

Я обежала взглядом гостиную. Всё тихо …даже слишком. Почему не слышно кондиционера? Я пропустила дату замены фильтра, и последние дни он едва заметно гудел. А сейчас — ничего. Будто к нему не поступает электричество.

Я потянулась псионической волной – усилием разума – к системе безопасности. И наткнулась на… пустоту. Сигнализация молчала. Сломана. Намеренно. Словно сеть выжгли направленным импульсом. И заодно повредили энерго-линии, из-за чего и кондиционер не работал.

Ледяная волна прокатилась по спине

Это было плохо.

Я схватилась за браслет-коммуникатор, чтобы позвать на помощь! Но тут из кухни метнулась тень. Тонкий свист разрезал воздух. Выстрел! Я бросилась вправо, ударилась плечом о стену. Стекло за спиной пошло трещинами. Но не разбилось. Значит, в меня стреляли не пулей. А лазерным импульсом! Не менее смертоносным для кого-то, без военной подготовки…

Например — для меня!

Пульс подскочил, обостряя инстинкты.

Я метнулась за диван,

Если только не поможет Эльзас. Снаружи он не может видеть, что творится в доме… но всё равно должен отреагировать, если я выпаду из окна! …если только я верю, что он успеет.

Верю ли?

А если он уже уехал?!

Новый тонкий свист разрезал воздух. Мои обострённые шиарийские реакции подсказали момент, и я резко дёрнулась в сторону. А потом бросилась к повреждённой части окна.

Бах! Я влетела в него всем телом. И вывалилась наружу. Осколки разлетелись в стороны. Ветер засвистел в ушах! Я падала… Но тут воздух вспыхнул голубым — псионический барьер обволок меня, замедляя падение. А еще через миг Эльзас поймал меня на лету уже у самой земли, прижал к груди.

Я вцепилась в него. Хвост тут же накрутился кольцами вокруг ноги атлантианца. Меня колотило, в крови бурлил адреналин. Осколки стекла, всё ещё падающие с высоты, звенели, разбиваясь о силовое поле, которое атлантианец успел развернуть вокруг нас.

Мои ноги почему-то норовили подогнуться. Эльзас бережно опустил меня на землю и навис надо мной, прикрывая своим сильным телом от опасности. Хотя псионического щита хватало на двоих…

— Т-там! С-стреляли… — слова у меня получились задушенные.

Космос! Что вообще происходит?!

— Ди, не двигайся, — выходнул Эльзас. И я вдруг увидела, как атлантианец молниеносно извлек трость-накс из набедренной кобуры. Отработанным жестом невысоко подбросил, и накс опустился на землю уже утратив форму трости. Он обернулся ртутной змеёй с глазами словно из прозрачного горного хрусталя.

Невольно задержала дыхание – трансформацию атлантианского накса не каждый день увидишь. Мой хвост восхищенно очень тихо прищелкнул кончиком. В кипящем от адреналина сознании за долю мгновения пронеслось воспоминание: Арон все время просится на аттракцион с оживающими змеями в парк иллюзий… Неужели поэтому?!

— Накс, осмотр! — Приказал Эльзас. И змея-накс метнулась вверх и растворилась в воздухе.

Я смотрела на разбитое окно своей квартиры… И только сейчас начинала осознавать.

Кто-то забрался в мой дом. В меня стреляли…

— Это… — начало было я, но Эльзас перебил:

— Ты ранена.

Это был не вопрос.

— Где? — я опустила взгляд. И правда увидела, что рукав порван. На плече кровит царапина. Задело осколком… — Ерунда, — пробормотала я.

Лицо Эльзаса было мрачным и сосредоточенным. Я подозревала, что прямо сейчас он в контакте со своим наксом. И уже наверняка вызвал подкрепление. Скоро тут всё оцепят…

— Преступник ушёл, — недовольно озвучил атлантианец. — Судя по анализу энерго-линий… тебя не хотели убить. Скорее напугать.

— Что ж, получилось, — я уже немного пришла в себя и заставила хвост расплести кольца на ноге Эльзаса. Выбралась из объятий. Покачнувшись, встала. Эльзас, тоже поднялся и тут же поддержал меня под локоть.

— Ну и денёк… — я нервно засмеялась.

Но Эльзасу было не смешно. Он смотрел на меня своими тёмными глазами так пристально, что у меня мурашки побежали по спине.

— Ди. Ты переезжаешь ко мне. Сейчас.

Его голос звучал с ледяной интонацией приказа. Я аж икнула от такой смены направления.

— Что?!

— У меня протоколы защиты уровня Альфа. Поверь, моя квартира — самое безопасное место в этом космическом секторе. Тебе будет…

— Нет уж! — перебила я. — У меня чудесные родители. Я могу жить у них! А помогать расследованию дистанционно.

— Ди, не глупи, — он взял меня за руку. — Во-первых, они сейчас на другой планете. А Союз не позволит тебе улететь из-за расследования. Во-вторых, даже если лазейка найдётся и тебя выпустят, ты же понимаешь… преступников такого уровня расстояние не остановит. Если они хотят добраться до тебя — они сделают это и там. К чему ставить под удар ещё и родителей? Поэтому самое рациональное решение — тебе жить со мной.

— Нет-нет, — я отрицательно замотала головой. Забрала свою руку из его.

С одной стороны, понимала, что Эльзас прав. Но согласиться не могла! Потому что… И тут в груди кольнуло. Мой взгляд зацепился за бежевую машину, которая ехала по дороге. И остановилась прямо рядом с мобилем Эльзаса.

Сердце дико заколотись.

Это было авто с логотипом детского сада…

Прежде чем я успела хоть как-то среагировать, дверь открылась, и нянечка-драконоидка вышла наружу вместе с Ароном. Я моргнула, не в силах поверить что он здесь.Почему он здесь?!!

— Мама! — Арон рванулся ко мне, его золотой хвостик трепетал на бегу. Золотые глаза ярко горели.

Внутри всё оборвалось. Я шагнула навстречу сыну и обняла.

— Солнышко, ты как…

— Я звонил-звонил, а ты совсем не отвечала… Я попросил меня привезти. Что тут случилось, мама?

Попросил привезти?! Анализировала на автомате: да как мой трехлетний сын так вертит персоналом в садике?! Что еще за новости — привезти?!!

Но разберусь с этим позже. Сейчас я с трудом слышала сына. Почти вся моя мысленная концентрация была на Эльзасе, застывшем позади меня. Я хотела обернуться. И не могла!

Что на его лице?

У Арона хвост и золотые глаза. Типичная внешность сына шиарийки-полукровки, рожденного от человеческого мужчины. Если не разговаривать с Ароном, не обсуждать палки-трости, оживающих змей или управление чужим разумом, никогда не поймешь! Но всё же… если всмотреться — есть сходство с Эльзасом в чертах лица… И если у Арона сейчас испортится настроение, его глаза внезапно потемнеют до типично-атлатнианского оттенка чернющих провалов…

Если…

Вдох-выдох.

Понял ли Эльзас чей это сын?! Нет не мог!!! Не мог же?!

Космос великий!!!

— Мама! А кто это с тобой?! — звонко спросил мой сын.

Глава 6

Диана

– Мама, а кто это с тобой?! – Арон весело оглядывал Эльзаса, стоявшего позади меня.

Внутри у меня всё замерло. Заледенело. Но я не показывала этого сыну, продолжая улыбаться.

Я держала Арона за руку, его хвостик дружелюбно пощёлкивал. Я чувствовала сына очень хорошо – и считала его инстинктивное глубокое расположение к Эльзасу, даже не пользуясь способностями псионика.

Но что почувствовал сам Эльзас?

Понял ли…

И хоть мне было страшно, но вечно прятаться не получится. Я медленно повернулась к Эльзасу. Теперь мы с Ароном оба могли смотреть прямо на него.

… Ой

Лицо атлантианца было застывшим. Неподвижным. И

Ну конечно. Я помню, как Эльзас относится к детям.

Он явно не понял, что ребёнок его. Да и как понять — если и хвост и глаза Арона золотистые. Допустить, что после единственной ночи с атлантианцем я забеременела… при том что наши расы несовместимы? Нет, аналитический мозг Эльзаса не должен даже пропустить такую идею. Зря я волновалась.

Уверена, сейчас его мысли текут в другом направлении…

Вот он увидел Арона. Маленького шиарийца, которого, по всем признакам, я зачала от какого-то мужчины вскоре после обрыва всех контактов с Эльзасом.

«Недолго тосковала, вообще не тосковала, распущенная похотливая шиарийка», – вот что примерно обо мне сейчас думает Эльзас. И эта мысль очень неприятно царапает. Почему-то…

Да…

Именно так для него всё и выглядит. И именно это читается в его лице.

Но так куда лучше, чем если бы он понял, что это его сын. Поэтому пусть ненавидит меня. И просто оставит нас в покое.

Но уж очень долго атлантианец молчит. Надо первой что-то сказать.

– Эльзас… это мой сын.

– Вижу, – только выдохнул Эльзас, не сводя остановившегося взгляда снашего с ним ребёнка.

А Арон только дружелюбно отмахнул хвостом. Будь Эльзас шиарийцем – считал бы расположение и жгучий интерес детёныша. Но он мало того, что атлантианец, так ещё и не фанат детей, так что…

Вдруг лицо Эльзаса дёрнулось, словно по нему прошла небольшая судорога, а затем он неестественно улыбнулся Арону.

– Значит, это вы у нас “солнышко”, юный виан? – словно из ступора проговорил Эльзас с этой странной улыбкой, которую можно было бы принять за знак инсульта у людей – помню старую голограмму из медицинской энциклопедии. Однако с атлантианцами этого не бывает.

– Солнышко? Я! – гордо вздёрнул подбородок мой сыночек, и моё сердце холодно сжалось: этот жест Арона уж очень напоминал мимику Эльзаса. – А вы кто такой, виан?

– Я друг твоей мамы, – тем же голосом призрака отозвался Эльзас. – Моё имя Эльзас. Я атлантианец.

– Мама не дружит с атлантианцами, – с детской непосредственностью рубанул хвостиком воздух Арон, открыто и с нескрываемым любопытством разглядывая Эльзаса во все глаза, как только дети умеют, – но я хотел бы, чтобы дружила. Водила меня в атлантианские детские кафе. Там бывает контактный зоопарк с застывающими рептилиями. Вы меня туда сводите, виан Эльзас?

– Шиарийским детям туда нельзя! – вклинилась я, поражаясь, как быстро Арон принялся обрабатывать Эльзаса в своих целях. Атлантианский детский кафе-клуб! Ха! Туда не рекомендовано ходить с шиарийскими детьми младше двенадцати лет – ведь их хвосты дерутся с животными из контактного зоопарка! До созревания контроля нельзя, но Арон…

– Обязательно сходим, виан, – вдруг ошарашил меня Эльзас.

– Меня зовут Арон, – легонько поклонился мой сын Эльзасу. Я закусила губу: этот поклон тоже не очень-то шиарийский. Впрочем, Эльзас может решить, что Арон копирует атлантианское приветствие, которое видел, например, в новостях, потому что типа вежливый… и в кафе-клуб нацелился сходить. Но лично мне в присутствии Эльзаса было видно, как в свете прожекторов – сколько в моего сына оказывается вшито непроизвольных атлантианских поведенческих моделей. Жесты, мимика, пластика… Эльзас бы точно что-то понял, если бы не был абсолютно уверен, что совместное потомство у наших видов технически невозможно.

– Арон, – протянул Эльзас, зеркально слегка кланяясь, его голос как будто оживал после ступора, – это очень древнее атлантианское имя, кстати.

– Человеческое! – снова возмущённо вклинилась я. – Означает “Светлый” на одном из древнейших человеческих языков! Во всеобщий реестр попало из архива Земли!!!

– Да уж конечно, – закатил глаза Эльзас, окончательно сбрасывая своё странное оцепенение, – моего деда по отцовской линии так зовут.

Я подавилась воздухом от неожиданности. А Эльзас продолжил:

– Боюсь, родственники с той стороны скорее начали бы играть наксами в крокет, чем назвали мальчика-дворянина человеческим именем… – хмыкнул Эльзас, окончательно становясь собой, – а вот что на Землю это имя попало от предшествующих эре Союза контактов людей с атлантианцами. Такая версия ещё туда-сюда…

– Интересно, – широко улыбнулся Арон и выпустил мою руку и сделал пару шагов к Эльзасу, – а если у меня атлантианское имя, мне полагается… трость?

– Что?! – Эльзас вскинул брови, и через паузу, за которую моё сердце несколько раз словно перекувыркнулась в груди, договорил нейтральным тоном, – хм… этого я не могу знать, виан Арон.

– Ну вот… – насупился Арон. Я смотрела на его затылок – на густые взъерошенные, по-атлантиански чёрные волосы. И знала, что его темнеющие глаза сейчас наполнятся слезами.

Ещё чего не хватало! И вообще, атлантианские трости – опаснейшая тема для беседы.

– Вам с мамой надо пожить у меня в гостях несколько дней… – к счастью, Эльзас решил закрыть скользкий вопрос с тростями.

– Нет, – Арон скрестил руки на груди и капризно щёлкнул хвостом, – нам надо пойти в парк иллюзий, пока аттракцион с оживающими змеями не закрылся…

– Арон, – я ловко подскочила к сыну, взяла его на руки и прижала к груди, как бы невзначай отворачивая от атлантианца, идеально вовремя, чтоб Эльзас не заметил, как золотистые глаза ребёнка потемнели. – Мы сходим потом. Сейчас у мамы срочная работа… Прости, малыш, но в этот раз не получ…

– Мы сходим сейчас, – вдруг перебил меня Эльзас и открыл передо мной, прижимающей к груди Арона, дверь своего мобиля, – как раз за это время будет подготовлена квартира и… сейчас в людном месте побыть… полезнее. Безопасность обеспечу, Ди.Царапину твою надо обработать… Заодно поговорим. Садитесь в машину.

Договорил Эльзас многозначительно. С нажимом. И от звука его голоса по моей спине пробежал холодок, а в груди, наоборот – стремительно потеплело.

Я почему-то несколько раз моргнула.

И послушно села в машину с ребёнком на руках.

Какой-то абсурд.

Ни за чтобы не поверила, скажи мне кто сегодня утром, что после головомойки в тайном ведомстве Союза я поеду в парк иллюзий с Эльзасом и моим сыном(точнее, нашим с Эльзасом сыном!! ааааа!!!!).

Но я сижу, оторопев, в мобиле Эльзаса. На плече – бактерицидная нанолента. На руках – Арон – весело щебечет что-то о том, как бедокурил сегодня с детёнышем котоидов Лютиком. Как они разобрали казённый фудпринтер в детском саду, а потом ещё и раскрутили учебный проектор… Потому что Арону приглянулся штатив, а Лютику – лазерный глаз проектора,

Эльзас согласно кивал. А глаза Арона сияли шиарийским золотом как никогда – значит, настроение у него было просто лучше некуда.

Чего не скажешь обо мне. Я сидела в шоке – словно древний земной проводной электроприбор, выдернутый из сети питания.

И такой же странный, молчаливый сидел Эльзас, лишь изредка вставляя согласные вежливые реплики в отведённых местах в рассказе Арона. Сын продолжал счастливо щебетать как птенчик.

А когда в салоне мобиля материализовался накс-змея и, повторив текучим телом счастливый жест, который Арон непроизвольно отмахнул хвостиком… ребёнок просто взвизгнул от радости. Проводил шальным взглядом обратившегося тростью накса, которого Эльзас сложил и убрал в набедренную кобуру.

Арон восхищённо шумно вздохнул. А я нервно дёрнулась.

Я цепенела душой всё сильнее.

Как говорить… Что говорить…

Внутри я медленно начала приходить к решению…

Надо Эльзасу сказать правду.

Раз нас столкнула жизнь. Раз мы теперь все вместе едем на аттракционы (космос помилуй, как это случилось!!!) И Эльзас относительно нормально реагирует на ребёнка… (пока не знает, чей он, конечно!).

Сказать надо. Это ведь такое правильное решение… Да? Да! Да ведь?

Я сама не знала до конца ответ, но ощущала, что молчать будет неправильно. И если глаза Арона потемнеют…

Ладно. Решено. Скажу! Или не прям сразу скажу, но по крайней мере мягко покружу вокруг этого вопроса. Осторожно пощупаю почву. …отлично! Шиарийка-трусиха, такого космос ещё не видал.

Но как, когда? И точно не при Ароне. Ребёнку совершенно неполезно смотреть на реакцию Эльзаса на такие новости… потом сойду с ума таскаться по детским психологам…

Мне и самой консультация не помешает – я в тупике. Надо будет поболтать с Арией – на свадьбе которой и встретила Эльзаса. Вообще, изначально он именно её знакомый. И Ария как раз специалист по межвидовой психологии… Вот пусть и скажет, как мне правильно поступить, чтобы выплыть из этого всего с наименьшими потерями, и ладно я – не навредить бы Арону. Ведь он вырастет псиоником – сейчас любая моя воспитательная ошибка, любое неосторожное слово может негативно сказаться на его будущих способностях…

Эх, трудно быть мамой ребёнка, пределов способностей которого пока не нашлось способа измерить, хотя я и на пике научных изысканий по вопросам генетики и селекции!

Меня вывел из размышлений весёлый смех Арона.

Я встрепенулась, осознав, что он хрустит пустой пачкой из-под земных конфет молочного шоколада в форме ракушек!(Где взял?!!!) А ещё сын между делом ведёт какую-то светскую беседу с Эльзасом на нейтральные темы как аристократ за пятичасовым чаепитием!

Только хотела от греха прервать эту идиллию, но тут ИИ мобиля уже знакомым голосом объявил:

“Вы прибыли в пункт назначения”

* * *

Из-за специальной перегородки мы с Эльзасом наблюдали за ребенком. Он был в отдельной комнате с аттракционом – словно в гигантском аквариуме без воды.

Арон бесился на выложенном батутом переливчатом полу – перепрыгивая с места на место идеально вовремя.

По периметру “аквариума” – конструкции аттракциона в виде продольных столбов обращались светящимися змеиными головами на длинных шеях и с весёлыми песенками бросались на ребёнка в якобы случайном порядке. Мой малыш скакал и уклонялся, будто для этого был рождён. А потом и вовсе оседлал одну из оживших змей, и что-то такое сделал, что она не смогла вернуться назад и обратиться неподвижной колонной у дальней стены!Вот поэтому я и не хотела его сюда водить…

Но вскоре змея ему наскучила и сын легко спрыгнул с нее и позволил ей занять предусмотренное конструкцией положение.

– Включи мне продвинутый уровень! – беззвучно заныл Арон из-за звуконепроницаемого стекла. Я прочитала по губам. – Мам!!! Это для детей!...

– Ты и есть ребёнок, Арон, – мягко сообщила сыну, зажав спец кнопку для коммуникации на родительской панели в наблюдательной комнате.

– Думаю, немного поднять уровень можно, – вдруг подал голос Эльзас, до этого изображавший каменное безупречное изваяние рядом со мной, – очевидно, в развитии Арон опережает биологический возраст. Существенно. И игра на уровне восемь-десять лет ему неинтересна. Это же не шиарийские боевые карусельки. Это интеллектуальная игра для тренировки прогнозов и управления разумом...

– Ему три… – запротестовала я, вновь похолодев от того, как близка к провалу, – то есть… два с небольшим… то есть…

Я начала преуменьшать возраст сына на автомате.Глупо. Это же проверить на раз-два. Что ты делаешь Ди? Почему ты – с одним из наивысших показателей интеллекта в своей расе – такая клиническая дура в присутствии Эльзаса?! Соберись! СОБЕРИСЬ!!!!

Эльзас хмыкнул.

– Здесь безопасно, Ди. Арон не пострадает, если слегка повысить сложность.

Я устало кивнула в ответ, и Эльзас приказал технику поднять уровень сложности аттракциона. Арон счастливо рассмеялся. И продолжил беситься на аттракционе с утроенным рвением. Был плюс – сейчас Арон напоминал шиарийского ребёнка сильнее некуда. Глаза золотые-золотые. Бесится – носится как снаряд – весь взмок! Ничего атлантианского в нём нет.

Я отщёлкнула кнопу связи и убрала с неё палец, чтобы Арон нас с Эльзасом не слышал. И сразу стало неловко, я как бы осталась с вышедшим из транса Эльзасом наедине в комнате ожидания для родителей. Обзор на аттракцион как на гигантский аквариум никак не развеивал ощущение что мы наедине... Чтобы не смотреть Эльзасу в глаза, я упорно наблюдала как Арон бесится внутри “аквариума” один, хотя предполагалось запускать до пяти детей за раз – Эльзас договорился на индивидуальный сеанс (безопасность, Ди!)

– Где ты взяла ребёнка, Ди? – вдруг холодно процедил Эльзас.

ЧТО?! Что это за вопрос такой?!!! Я как-то растерялась! Потому ответила в меру агрессивно:

– Где-где! Там же где все! Ты чего вообще? Что за допрос?

– От кого ты родила? Когда?

– Эм… от… мужчины, – пискнула я не пойми отчего тушуясь.

– Ты… ты ещё тогда, четыре года назад сказала мне, что хочешь детей. Тщательно подобрала генетический материал? Человеческий, с запредельно высоким интеллектом и псионическими данными? Внешность сконструировала по чертам вручную. Собрала мозаику. Красоту, гармонию черт, анатомический тип, иммунитет. И Сделала ЭКО? ИКСИ? Так?.. Прямую генетическую рекомпозицию в собственной лаборатории? – Эльзас взял меня за руку.

И что он хотел услышать?!

Вот надо было согласиться – Эльзас выказывал здравые, практически спасительные для меня предположения. Но вся моя суть возмутилась: я высвободила руку и щёлкнула хвостом.

– Нет! Это… по классике, Эльзас. Я зачала как все… и… вообще-то, это

Как же плохо я себя чувствую от этих слов! Словно стою на дне ямы, которую сама выкопала, и теперь активно себя закапываю! Но эмоции захватили – да и признайся я Эльзасу сейчас… что если он устроит сцену? Разнос? И это всё увидит Арон? Его это очень ранит… Получу травму отвержения у ребёнка на ровном месте!

Надо что-то придумать… Надо…

– Давай потом обсудим мою половую жизнь и репродуктивное здоровье, Эльзас, если уж тебе всё нужно знать. – договорила уже спокойнее, – когда Арон… будет… где-нибудь…

Атлантианец зашипел сквозь зубы, как одна из змей аттракциона. При этом смотрел так, как будто я вогнала ему гипотетический кинжал в спину по рукоять.

Глава 7

Диана

Устав от беготни, Арон уснул у меня на руках, едва мы сели в мобиль Эльзаса.

Малыш прижался щекой к моему плечу, хвостик мягко обвил колечком моё запястье — привычный жест, который всегда успокаивал нас обоих. Запах кофейной сладкой ваты, которой Арон наелся с лёгкой руки Эльзаса, наполнял салон.

Я старалась не думать о полном багажнике новых игрушек – плюшевых, неоновых, механических и радиоуправляемых рептилий, которыми Арон также благодаря Эльзасу разжился после третьего захода на аттракцион. А также о коробке атлантианских кофейных пирожных… (только атлантианские пирожные существовали, в что называется, “детской” дозировке специальным образом обработанного кофе! И я нескоро забуду замешательство на лице продавца пирожных, когда он разглядел хвост Арона… бррр)

Но учитывая, как нервно начался этот день – должна признать, вечер был не так уж плох.

Я вздохнула, убирая от личика спящего Арона непослушную тёмную прядь.Космос Великий, когда он спит – похож на Эльзаса ещё сильнее!!!

Эльзас сидел так близко, что я ощущала тепло его тела не касаясь. Я чувствовала, что он снова смотрит на малыша одним из тех взглядов — долгим, цепким, будто пытается прочесть что-то.

— Так ты говоришь, его отец — человек? — внезапно спросил он, не отрывая взгляда от Арона. Голос его звучал ровно, но я знала этот тон. Он “прощупывал почву”.

И снова — хороший момент признаться.

Но горло сдавило. А мой хвост неуверенно щёлкнул кончиками.

Нет. Не при ребёнке…

— Давай поговорим о чём-то другом, — нахмурилась я. Но Эльзаса не так просто было сбить с намеченной темы.

— И где он сейчас, Ди? Вы общаетесь?

— Не все хотят семью с детьми! — в мой голос забралось обвинение, но я скрыла его, в последний момент усилием смягчив тон.

— И правда. Не все, — задумчиво сказал Эльзас.

И такой ответ уколол неожиданно больно.

Звучало так, будто конкретно Эльзас — не хочет.

Уязвлённо фыркнув, я посмотрела в окно.

Район, где жил Эльзас, былочень атлантианским . Строгие невысокие дома в окружении зелёных деревьев напоминали по форме набалдашники атлантианских тростей – драгоценные камни сложной огранки. Такое ощущение было оттого, что на всех крышах бликовали гранями нано-батареи.

Воздух дрожал от низкочастотного гула защитных полей. Эльзас прав — здесь даже пылинка не упадёт без разрешения.

Системы безопасности включились, едва мы подъехали: сначала лёгкое покалывание в висках — сканирование пси-отпечатка, затем вспышки голубых лучей, скользящих по телу.

Арон пошевелился, сонно потирая глаза.

— Что это, мама? Голову щекочет…

— Если ты чувствуешь, значит, у тебя сильные задатки псионика, — ответил вместо меня Эльзас. — Это «Хранитель». Он сейчас записывает тебя в систему распознавания свой-чужой. Так что не бойся.

— Я не боюсь! — воинственно фыркнул Арон, выпрямляясь на моих коленях. Он потянулся. Его хвост изогнулся задорной дугой. И уютно щёлкнул маленькими кончиками. И я без труда считала то, что Эльзас понимать никак не мог: Арону было здесь очень комфортно. Среди этих домов с гранёными крышами. Вдыхать полной грудью воздух, пронизанной псионическими линиями защиты в особом “атлантианском спектре”.

Я тяжело вздохнула: надо признать, мой сын здесь чувствует себя как рыба в воде.

Ну хоть кому-то из нас комфортно…

Мобиль тем временем остановился возле дома, скрытого в тени геометрически-безупречных деревьев (да как они это делают?! И главное – зачем?). Эльзас помог мне выйти, галантно подал руку, как аристократ из далёкого прошлого — хотя это было лишним. Но при Ароне я не стала упрямиться. Вложила руку в горячую ладонь Эльзаса, за что тут же получила от тела горячий прострел, а от собственного хвоста – почти незаметное мелкое подрагивание.

Сын рвался вперёд от мобиля к подъездной дорожке, так что я даже слегка придерживала его хвостом. Казалось, Арона манило в атлантианском квартале буквально всё.

Мы прошли ещё два этапа защиты, прежде чем подошли к входным дверям. И правда, крепость... Такую и профессиональные солдаты не сразу возьмут. И если не ошибаюсь — стёкла тут бронированные, а в случае опасности на стены опускаются дополнительные щиты. Псионические плетения плотные… тут точно будет безопасно.

И всё же… идея жить с Эльзасом вызывала опасения.

Как будто это будет слишком...близко. К такому я не готова. Я думала, как начать разговор об этом, но все слова потерялись, едва мы перешагнули порог.

Столько воздуха и света. Высокие потолки, лаконичная мебель в основном утопленная в стены. Всё здесь правильно, рационально.

Дом атлантианца встретил волной тёплого воздуха с ароматом кедра и кофе. В прихожей стены очень ненавязчиво мерцали голограммой звёздной карты. И я подозревала, что не будь здесь нас с Ароном, Эльзас бы ничего не включил. Были бы только белые стены и потолок. Ведь в проекции галактики "нет смысла"... Разве что ребёнка развлечь.

Кстати, о ребёнке.

Эльзас уже стягивал с Арона куртку (новую, с принтом белой неоновой змеи и логотипом парка иллюзий), пока мой сын, разинув рот, смотрел на потолок, где плыли облака, имитирующие закат.

Но вот я смотрела отнюдь не на закат.

— Это что? — я кивнула на гряду фирменных пакетов, которыми заставлена большая часть просторной кухни-гостиной.

— Ваши с Ароном вещи. Новые. Я заказал всё на первое время. Если тебе остро необходимо что-то из твоей прежней квартиры… составь список. Я напишу запрос, и после экспертизы вещи вернут. Примерно через неделю, вряд ли раньше…, — спокойно выговаривал Эльзас.

Моейпрежней квартиры?! Через неделю?! Так, стоп… а он думает мы здесь на сколько задержимся?!

— Я не соглашалась жить тут, Эльзас! День-два… чтобы решить вопрос с безопасностью, но не больше.

— Ди, не упрямься, — он коснулся моей руки.

— Н-но…

Ну а что “но”? Всё по-атлантиански. Всё по факту. Эльзас прав, и крыть мне нечем. Я обречённо кивнула, принимая поражение в этом раунде.

— Вау! Что это?! — вскричал Арон, показывая пальцем на нечто, что выползло из другой комнаты. Это нечто было похоже на двухметровую змею! У неё было гибкое тело из серебряных звеньев, глаза-сенсоры светились мягким золотом.

ИИ-няня — определила я.

Только какая-то сверх навороченная.

И в виде змеи?! Обычно они похожи на плюшевых медведей…

— Это тебе, Арон. Подарок, — улыбнулся Эльзас.

Мой сын счастливо взвизгнул, а затем благодарно коротко обнял Эльзаса. Чем вызвал у атлантианца короткий приступ оцепенения. Но Арон не заметил – его поглотила эйфория от такого щедрого подарка. Золотой хвостик моего сына стал наворачивать счастливые круги.

– Мам… можно? – огромными золотыми глазами уставился на меня сын.

Ну а что оставалось? Я кивнула. И Арон припустил к своему подарку… точнее, к взятке! Ясно было, что теперь его от змеи и силой не оттащишь.

Эльзас тем временем вышел из ступора и улыбнулся так, словно у него только что успешно прошёл важный стратегический этап какого-то плана. Я гневно взглянула на довольного собой атлантианца.

— А как её зовут? — крикнул Арон из дальнего угла гостиной. Ребёнок держал змею за массивную серебристую морду, любопытно притянув её к себе чуть ли ни нос к носу.

— Как назовёшь. Так и будут звать.

— А она умеет летать?

— А как же, — усмехнулся Эльзас, и змея вдруг разделилась на две части: одна осталась на земле, а вторая обвила ребёнка, создавая импровизированное кресло, которое поднялось в воздух.

— МАМА! — завопил Арон и разразился звонким счастливым смехом. — СМОТРИ!

Его хвостик хлестал по воздуху, золотые глаза сияли. Эдакая домашняя карусель. Можно подумать, он в парке иллюзий мало развлёкся.

Ну всё. Теперь точно “продано”.

— В этого няня встроен VIP-защитник. — шепнул мне Эльзас. Его рука легла на мою талию так, будто нет ничего естественнее. — Прошивка эксклюзивная. Система замкнута на моего накса. Никто не пробьётся даже к тени этого ребёнка… Ни к нему, ни к тебе. Со мной вы в безопасности, Ди...

* * *

Арон вёл себя безупречно.

Не припомню за последние несколько месяцев ни одного такого вечера с ребёнком – умиротворяюще-спокойного, без раскручивания стульев и предметов техники с целью переделать их на игрушечные трости…

Сегодня слышался только щебет сына и его смех, топот ножек по просторному дому и задорное щёлканье маленького хвостика, когда Арон играл в догонялки с ИИ-няней-змеёй.

Я не без труда усадила Арона поужинать (конечно, он же умял почти все атлантианские кофейные пирожные!). А когда стемнело – отправила сына в ванную, чтоб привёл себя в порядок. В свою импровизированную детскую спальню – одну из гостевых комнат в просторном и как будто не особо обжитом доме Эльзаса – Арон явился уже в новой пижаме, с принтом мультяшных змеек и кофейных зёрнышек.

Всё это время мне казалось, что Арон полон сил, в то время как я – на грани психического истощения.

И уже предвидела мучительное затяжное укладывание сына спать.

Но Арон заснул, едва его щека коснулась новой подушки. Среди хаоса комнаты – полной подаренных Эльзасом игрушек и пока не разобранных пакетов с обновками.

Я поцеловала спящего ребёнка, укрыла одеялом, затем нервно оправила ворот своего белоснежного гостевого халата и собралась уже уйти из комнаты. Но ненадолго замерла посреди спальни и внимательно проследила, как серебристая ИИ-Змея полукольцом обернулась вокруг кровати на полу, её глаза перестали светиться золотом – няня вышла из игрового режима. И тогда глаза змеи засияли, как горный хрусталь – один в один, как тот, что венчает трость-накс Эльзаса. Я хмыкнула: выходит Эльзас и правда замкнул игрушку на своего накса…

С учётом того, как закрыто атлантианское сообщество в вопросах наксов (примерно как шиарийцы в вопросах жестового языка хвостов или ядер своих военных крейсеров!) я была впечатлена поступком Эльзаса. Но пока не могла оценить, насколько он масштабен. Было лишь лёгкое предчувствие, что это не совсем в порядке вещей. Казалось, так вкладываться в защиту свидетелей (или подозреваемых) дознавателям Союза протокол вовсе не предписывает. А Эльзас… надо же… или я просто хочу выдать желаемое за действительное?

Арон умильно подложил ладошку под щёчку, его хвостик полуколечком свернулся рядом на подушке. Я убедилась, что сын мерно дышит – спит глубоким сном, выглядит, как и положено вымотанному, спящему без задних ног ребёнку.

Полупрозрачное силовое поле, дрожащее, как воздух над закипающей водой, поднялось от игрушки-змеи, выросло, подобно балдахину над кроваткой с моим уютно спящим сыном, и куполом замкнулось, заключая ребёнка в энергетический кокон – дополнительный слой защиты. Который в этом доме, в этом районе города… скорее всего не имел никакого смысла кроме как успокоить мои нервы.

А теперь… когда ребёнок спит, мне надо вернуться к его отцу (Космос великий, даже когда это мысленно произношу, меня перетряхивает). Коктейль эмоций во мне бурлит дикий – из обиды на Эльзаса, чувства уязвлённого самолюбия, боли за ребёнка и, как ни странно – чувства вины. Но что бы Эльзас ни подумал – сказать ему правду я обязана. Да. Решено. Завтра и скажу, когда мы будем только вдвоём.

А пока будет правильно вернуться в гостиную. Поблагодарить Эльзаса за помощь. Но меня не покидала малодушная мысль молча прошмыгнуть в смежную с комнатой Арона гостевую спальню – ту, что предназначалась мне.

Вдруг стало очень тихо.

Это вода в главной ванной перестала шуметь – значит, Эльзас сейчас выйдет из душа. Вот чёрт…

От Эльзаса спрятаться – не такое простое дело. А уж на его территории и вовсе безнадёжная затея.

…Эльзас уже в гостиной. Я знаю.

Двигался он бесшумно. И я не могла его слышать – скорее как-то… чувствовала?

Ну нет, Ди, это уже попахивает бредом! Что ещё за “чувствовала”?!

Слегка разозлившись на себя, решила проверить свою гипотезу какими-то объективными способами. Вдруг всё же удастся не пересекаться?!

Я принюхалась. Благодаря шиарийскому обонянию я почувствовала, что Эльзас сейчас беззвучно открыл банку кофе… настоящие земные кофейные зёрна!

Атлантианцы – цивилизация кофеманов, которым в отличие от людей не грозило нарушение сна в случае злоупотребления. Значит, Эльзас планирует пить кофе и не иначе как

Ох, я дрожу от одного его присутствия за стенкой.

Так что тяну время…

На нервах начинаю тихо, чтобы не разбудить Арона, разбирать пакеты с вещами, откладывать, что он наденет завтра. Сортировать игрушки… Раскладывать по встроенным ящичкам стенного шкафа носочки-футболочки…

– Ди, прекрати, – слышу голос Эльзаса из соседней комнаты, и я аж дёргаюсь, роняя на пол плюшевого змеёныша.

Замираю.

– Ди, я слышу тебя. У меня есть мини-робот ассистент. Он всё разложит и уберёт. Бесшумно. Быстро. Рационально. Прекрати заниматься ерундой…

Я сглатываю ком сухим горлом.

– Выходи уже… Не беспокойся. Накс раскинул дополнительный силовой полог… чтобы никакие посторонние звуки не тревожили сон ребёнка, а если Арону что-то понадобится, мы получим уведомление.

Чёрт, он всё предусмотрел! И что он такой предусмотрительный? Почему вообще атлантианцы такие правильные – всё по линеечке, даже деревья вокруг домов растут ровно. Во всём жёсткая система. Рациональное планирование – как образ мысли. Полная противоположность нам, порывистым эмоциональным шиарийцам.

Я, должно быть, переношу Эльзаса только потому, что во мне есть человеческая кровь. А иначе была бы скорее всего истерика, шипение, битьё хвостом по воздуху… и никакого конструктивного диалога.

М-да, но признаться, я и сама не похожа на усреднённый стереотип о шиарийцах. Но даже если не утрировать расовые особенности… Так-то люди мне духовно ближе…

И всё равно! Как… КАК меня угораздило так… даже не влипнуть, нет –вмазаться ! В этого мужчину! В типичного атлантианца.

Его голос, шелковый, глубокий, немного вкрадчивый – пробирает меня до самых недр души…

Соберись Ди!!!

Вдох-выдох.

Я не смогу прятаться в спальне сына вечно. А хотя…

– Диана, я тебя жду.

В голосе атлантианца смешинка, манящая обволакивающая хрипотца и… власть. От последнего меня начинает сбивать на какую-то не ту колею.

Ну нет.

Этого только не хватало!

Не смей фантазировать о том, как он сейчас разложит тебя на кухонном столе, Ди…Как будет прикасаться. Как будет вибрировать эта сладкая власть в его голосе. Где будут его пальцы. А где язык…

Черт-черт-черт.

Это – уж точно неуместно.

Отдышавшись, я всё же медленно вышла в освещённую парой тусклых сферических светильников кухню-гостиную. Повинуясь взгляду Эльзаса – уселась за барный островок. Сложила руки на светлую столешницу перед собой – как школьница.

Эльзас… в чёрном махровом халате с влажными после душа волосами готовил кофе…

– Не пойдёшь спать? – с натянутой улыбкой завела я малоубедительную светскую беседу.

Эльзас не ответил. Только хмыкнул.

И лишь когда поставил передо мной чашку ароматного кофе с молочной взбитой пенкой, сказал:

– Я думал поговорить с тобой перед сном, Ди…

– О деле?

– Разумеется, – Эльзас сел со второй чашкой за барный стол напротив меня… о, это слишком близко!

Его запах. Тепло его тела… Бездонные чёрные глаза. Капелька с влажных волос, что покатилась по шее, взбежала на ключицу и стекла по рельефу грудных мышц, потерялась под полами небрежно запахнутого тёмного халата.

Я следила за ней неотрывно. Слушала голос Эльзаса.

Жар… распирал грудь изнутри, плавко обдавал лоно, пульсирующий волной…

Мой хвост, которым я нарочито крепко обвила ножку барного стула – характерно мелко задрожал…

Мамочки…

Глава 8

Я сидела на высоком стуле за барным островком. Смотрела на Эльзаса… Честно пытаясь сосредоточиться. Но присутствие этого атлантианца в одном со мной помещении напрочь заклинивало мозги. Он действовал на меня как монетка, упавшая в механизм. Дзик! И всё сломалось… шестерёнки больше не крутятся.

Вот и сейчас… в какой-то момент я вынырнула из прострации, пытаясь понять… Что именно Эльзас говорил всё это время?

Смутно осознаю: он говорил о том, как мне завтра представить его сотрудниками своей лаборатории. О моей брошенной во время нападения сумке со служебным планшетом и служебной ключ-картой.

Я не могу сконцентрировать внимание ни на едином слове!

– Что?.. эм… можешь ещё раз сказать последнее?.. – я отпила кофе… невероятно вкусного и такого мягкого, совсем не будоражащего, а скорее успокаивающего.

Эльзас улыбнулся. Мягко, нежно. Понимающе... (да чтоб его!)

Я смотрела на губы атлантианца, и в моей голове как будто маленькие обезьянки били в тарелки.

А потом Эльзас вдруг поднялся со своего высокого барного стула.

– Вы меня не слушаете, виана, – строго взглянул он мне в глаза, быстро обходя разделяющий нас барный стол, – и явынужден принять меры…

Я ошарашенно распахнула глаза:

– Какие мер...

Договорить мне не удалось.

Рот Эльзаса запечатал мои губы. Горячая ладонь атлантианца – оказалась на моём затылке, мягко фиксируя, не давая мне отстраниться от его ласки.

Я замерла. Оцепенела. Всё перевернулось во мне. Раз. И два. И ещё…

И я ответила ему.

С отчаянием – которое копила почти четыре года.

Я была голодна, а то, что произошло между нами в лифте, а потомпочти-произошло в его мобиле – лишь раззадорило меня.

Мой ответный поцелуй стал яростным.

Что я там говорила про человеческое и шиарийское?

Сейчас во мне не осталось ни человеческой мягкости, ни сдержанности, ни благоразумия.

Я целовала Эльзаса – вкладывая всю свою тоску, всю страсть, всю эмоциональную бурю, которая потрясала меня изнутри – я целовала его как в последний раз!

И мыслей у меня – не было...

… Должно быть, я так выплёскивала эмоциональный перегруз этого дня.

Иных объяснений мне придумать не удалось.

Эльзас подхватил меня на руки, и я молниеносно обвила его торс ногами.

Белый халат сначала сполз с моих плеч, а потом – с завидной скоростью вовсе куда-то делся – лишь краем глаза поймала белую кляксу отброшенной в сторону ткани.

Пара мгновений – и Эльзас прижимал к себе моё уже абсолютно обнажённое тело. Я обвивала его ногами. Обнимала руками за мощную шею. Мой хвост нетерпеливо широко отмахнул несколько раз. Но быстро оказался перехвачен нежной, но уверенной ладонью Эльзаса. И хвост мигом обмяк.

Ощущать себя в руках Эльзаса… такой беззащитной и всемогущей одновременно – парадокс. Но как же это было сладко…

И откуда во мне эта не-шиарийская покорность?..

Потом подумаю. Сейчас – укусы горячих губ, столкновения языков. Тело наполняется энергией, словно я обпилась симулирующих тоников! Жизнь, сила, страсть – словно бьют из меня ключом.

То, что я сейчас делаю – с этим идеальным самцом – самое естественное, что есть во вселенной. И в

Сознание звенит, захлёбываясь в эмоциональной буре.

Вспышка света – вспышка тьмы. Кажется, мир вокруг рвётся на части, пространство идёт черно-золотыми бликами. Картинка перед глазами пляшет. Я вместе с поцелуями вдыхаю мучительно-приятный кофейный запах атлантианца, с невесомыми нотками карамели и хвойно-мятной холодинкой.

– Эльзас… – выдыхаю в губы атлантианца, и мне на секунду кажется – будто я знаю язык, на котором говорили древние, что придумали слово “Эль-зас”. Знаю квадратные криптограммы самого сложного математического языка – атлантианского. Но это, конечно, не так. Это "знание" – сродни аффекту.

Оно со мной долю мгновения, а потом его сносит шквал страсти – новый глубокий поцелуй.

И вот я уже на обеденном столе в гостиной. Сижу, таю под ласками атлантианца.

Мои руки сами собой стягивают с его мощных плеч тёмный халат.

– Ди… ты больше не сбежишь, Ди…

Что он такое говорит?

Да неважно.

Какой голос…

Какой запах.

Какие нежные, уверенные прикосновения.

Затяжной, порабощающий, лишающий воли поцелуй – всё длится и длится, и одновременно с ним, Эльзас заставляет меня завалиться на стол спиной, лечь полностью. Мой обмякший золотой хвостик по-прежнему намотан на предплечье и ладонь атлантианца. И этой же рукой Эльзас обнимает меня за талию.

Вторая рука атлантианца блуждает по моему телу – невесомо касается ключиц, груди, скользит по средней линии живота вниз, очерчивает узоры – точно пишет на строгой вязи языка древней Атлантии.

А потом пальцы Эльзаса прикасаются ко мне между ног. Я дёргаюсь, невольно слегка подаюсь этим умелым пальцам навстречу. Эльзас ласкает меня так, словно читает мои мечты – проводит по влажным складочкам, огибает горошину клитора подушечкой пальца, сдавливает, осторожно проникает в меня одним пальцем, затем двумя.

Я невольно начинаю стонать атлантианцу в рот… очень тихо, очень покорно, и в этом – вся моя суть самки раскрывается. Мне не с кем сравнить Эльзаса. Я не знала других самцов. И не хочу знать. Никто не сможет… никто не подходит…никто не способен быть даже его тенью. Его бледной копией.

Я исхожу женской влагой. Приливы сладкого жара обдают моё лоно.

Мне никто другой не нужен! – рычит, задыхаясь от страсти моя внутренняя самка. И сейчас я не смею ей перечить. Эта звериная шиарийская суть раскрывшаяся перед атлантианцем – парадокс.

“Диана…”

Мне кажется, будто я слышу голос Эльзаса, он зовет меня по имени.

Но так быть не может. Его рот сейчас полностью занять моим. Я не могу слышать его в псионическом спектре. Невозможно. Он атлантианец. Я шиарийка… Нет точек соприкосновения.

Но моя внутрення самка вскидывается в протесте.

Моё тело сотрясается от сладких судорог, я невольно сжимаю в себе пальцы Эльзаса. Мои сдавленные стоны всё громче. Первый оргазм прокатывается по мне – с атлантианской неотвратимой беспощадностью. Как выстрел в висок из бластера – вырубает меня. Но всего на миг. Мир идёт золотыми пульсирующими вспышками – в такт судорогам моего оргазма. Всё вокруг вторит пульсации во мне – и я растворяюсь в этой невероятной пытке атланатианской страстью...

Пальцы Эльзаса выходят из меня.

И мне становится одиноко и пусто. Но лишь на несколько мгновений. Эльзас подхватывает меня на руки и стремительно переносит на широкий диван здесь же, в кухне-гостиной. Кладёт спиной на ткань обивки, а я не могу понять – она горячая? Холодная? Мягкая или грубовата…

Всё моё внимание сейчас не там. И рецепторы меня обманывают. Путаются. Словно я пьяна…

И это недалеко от правды.

Горячая головка члена Эльзаса прижимается ко входу почти сразу. И удара сердца не проходит – Эльзас врывается в меня единым слитным движением. Я ахаю, с удовольствием принимаю в себя этого безупречно подходящего мне мужчину. Мой хвост соскальзывает с его руки и опутывает мощный торс. Я обнимаю своего мужчину за шею.

Целую глубоко, говорю этим поцелуем:я вся для тебя, ты – мой идеальный партнёр. Бери… Владей…

И Эльзас начинает двигаться во мне, тугими рывками. Они оставляют ощущение глубины, подводного удара и немного – тянущейся сладкой патоки. И я позволяю себе расслабиться в его руках полностью, растворить свою волю, не анализировать происходящее. Я просто принимаю.

Каждое глубокое нежное вторжение, отдающееся как эхом – новым сокращением во мне. Я танцую на грани нового оргазма. Пока Эльзас с атлантианской безжалостностью не сталкивает меня в него. Я дёргаюсь, мой хвост дрожит, мои руки невольно царапают атлантианцу мощную спину.

И мне мало… всё время мало. Его поцелуев. Распирающего ощущения его большого члена во мне. И Эльзасу – как будто также мало меня.

Он заставляет меня рухнуть в оргазм снова и снова. Сгореть и возродиться. Утонуть и задышать по-новой…

Не представляю, сколько я провожу времени в этом изменённом состоянии сознания.

Я начинаю дрожать от того, что у меня – у шиарийки! – кончаются силы! И физические, и эмоциональные. И только тогда Эльзас особенно жёстко толкается несколько раз! И горячо изливается в меня…

Мы лежим, сплетясь телами, и до моего светлеющего разума доносится очень тихое, словно из-под толщи воды:что ты делаешь, Ди?ЧТО ТЫ ДЕЛАЕШЬ?!!!

В следующей раз осознаю себя стоящей на ногах(уже что-то!). Эльзас… тоже рядом. Его запах. Тепло его тела. Я, такая же голая, как и раньше, обнимаю его, прижимаюсь щекой к груди. Руки атлантианца лежат на моей талии – мягко, успокаивающе поглаживают. Мой хвост… он, как и ожидалось, мягким кольцом намотан на обнажённый торс Эльзаса…

Комната проступает вокруг нас словно нехотя. Чёрный мрамор. Мягкая потолочная подсветка. Последнее, что до меня доходит – вода! На нас льётся вода!

Я удивлённо моргаю, и мозг достраивает всю картинку: мы стоим обнажённые в неприлично просторной ванной комнате. В плоском таком же выделанном под мрамор поддоне – неглубокой чаше. В него можно и лечь, вытянувшись во весь рост – хоть вдоль, хоть поперёк. Будет мелкий бассейн. Но мы просто стоим, как в душе, и нас осыпают тёплые капли в режиме тропического дождя.

Я делаю шумный глубокий вдох. И такой же немного судорожный выдох.

Что, опять, Ди?!

Ты ОПЯТЬ это сделала?!!

– … Ди… вот ты и очнулась, да? – мурлыкнул Эльзас мне на ухо, – я скучал по тебе, Ди.

–… Я же была здесь... – хрипло шепнула я.

– Я не об этом. Я про последние четыре года. Фокус с побегом больше не прокатит. Надеюсь, ты осознаёшь…

– А? – заглядываю в бездонные чёрные глаза атлантианца. Они смеются.

– Я теперь в

Я усмехаюсь.

Эльзас не звучит как опасный спецагент или гангстер из глупых голографических сериалов. Он говорит мягким, глубоким обволакивающим голосом. И надо бы возмутиться(тут кто-то пытается продавить мои границы, не?) но я только слабо улыбаюсь и снова прижимаюсь щекой к груди Эльзаса.

А его “властный спич” никак не мешает ему ласково гладить мою кожу, отчего я уже готова выгнуть спину и замурлыкать.

Но приятная усталость – просто нега какая-то! – заставляют меня бездействовать. Я даже не способна возобновить размышления о том, что мне таки очень нужен шиарийский блокатор. Потому что припадки вожделения в присутствии этого атлантианца – явно что-то глубоко патологическое и абсолютно неуправляемое.

– Я… я очень устала, Эльзас.

– Я сейчас отнесу тебя в постель Ди, – атлантианец нежно касается губами самого центра моей макушки, целует волосы, шумно вдыхает запах.

И это – окончательно лишает меня энтузиазма что-то планировать и во что-то вникать.Хочу, чтоб он носил меня на руках. И уютно обнимал. Вдыхал мой запах.. .

Наваждение какое-то…

Выключается вода, меня заворачивают в огромное мягкое полотенце.

А дальше – свежесть простыни, прохлада наволочки. Тёплые руки Эльзаса, обнимающие меня. Его тело позади меня, к которому я так уютно прижата.

Я чувствую покой. Безопасность. Будто кто-то решил шквал моих проблем, укрыл от опасностей.

И я растворяюсь в этом чувстве…

И засыпаю счастливой, с лёгкой улыбкой, блуждающей на губах.

* * *

Не пойму, это сон?

Нет, кажется, нет. Или да?

Я распахиваю глаза: за окном – глубокая ночь.

И чувствую, что Эльзас позади меня – не спит. А его возбуждённое достоинство упирается в меня сзади.

Я молча поворачиваюсь к атлантианцу лицом.

Ни слова не говоря, мы сливаемся в поцелуе стремительно – точно склеиваемся, будто нет ничего естественнее.

Я легонько толкаю атлантианца, так что он оказывается на спине, а я – через миг уже сижу на нём верхом как наездница. Мой хвост смахивает ненужное одеяло прочь с просторной кровати.

Я слегка приподнимаюсь и с удовольствием насаживаюсь сама на возбуждённую плоть атлантианца. Сжимаю его в себе. Наши пальцы сцепляются в замок, ладони совмещаются центрами, и их словно немножко покалывает – как если мы были бы парой псиоников, и я пыталась проникнуть в его ментальное пространство. Но… у атлантианцев это не так происходит…

Неважно. Это просто приятно. Держаться вот так за руки. Соприкасаться телами так плотно как только возможно… И Эльзас задаёт ритм – двигается во мне – даже находясь в таком положении. Он ведёт, а я подчиняюсь…

* * *

… Какой странный был сон.

А почему за окном так светло?

Я проспала?!

Я ГОЛАЯ?

Где я?!!

Черт-черт-черт!

Заворачиваюсь в одеяло. Резко сажусь на кровати. Перед мысленным взором проносятся вчерашний вечер и ночь (это же не сон был, да? Это было… ох, ну позор тебе, Диана!).

Но судя по ощущениям в теле – рассчитывать, что это был сон, как минимум наивно.

И припечатывает всё странная озорная мысль: хорошо, что Эльзас повесил дополнительное силовое поле со звукоизоляцией на детскую!

Вдох-выдох.

И я подскакиваю на ноги. Молниеносно в душ, молниеносно одеться в мою новую одежду, сложенную безупречной прямоугольной стопочкой на прикроватной тумбе (как это по-атлантиански!)

И вот я уже вылетаю из спальни, мысленно пытаясь договориться с самой собой: не слишком сильно себя не ругать! Или хотя бы делать это не сейчас...Практически вбегаю в просторную кухню-гостиную(в которой мы с Эльзасом вчера и на столе, и на диване...)

И замираю поражённая идиллией.

Арон сидит в новенькой пижаме, той самой, в змейку и кофейное зёрнышко, на высоком стуле за барным островком и завтракает! Эльзас в чёрном махровом халате подкладывает ему на тарелку какие-то квадратные… атлантианские сырники? Здесь же, на столешнице рядом с тарелкой сырников, в весёленьком бокале переливчатого цветного стекла с трубочкой, оседает наполовину выпитый молочный коктейль с выраженным кофейным запахом.

А глаза моего сына такие золотые и весёлые! Как никогда!

Арон весело болтает под столом босыми ножками. А ИИ-няня змея свернулась серебряным кольцом под стулом моего сына.

– Мама! – счастливо окликает меня Арон, – а мы тут с Эльзасом говорили об оживающих рептилиях! Мама! Накс умеет такое!... Он показал мне трансформацию! И в этом атлантианском квартале есть четырнадцать разных детских кафе-клубов! Я распланировал ближайшую неделю!..Мам!!!... О, и надо будет Лютика тоже пригласить…

Я не отвечала – в звенящей радостью речи Арона просто не было для этого пауз. Я только покивала, поцеловала сына в щеку и покорно уселась на придвинутый Эльзасом барный стул. В итоге расположилась напротив Арона за барным островком, спиной к арочному проёму в прихожую.

Передо мной на столешнице почти сразу возникла порция таких же квадратных предположительно-сырников, фруктовая тарелка и кофе со взбитой молочной пенкой.

Когда Арон таки замолчал, сделал паузу – чтобы допить свой коктейль, Эльзас заговорил:

– Сейчас соберёмся и поедем к тебе на работу, Ди. Инструктаж проведу в дороге. А Арона придётся оставить здесь. Отправлять его в детский сад на общих основаниях небезопасно…

– Оставить одного?! – я давлюсь кофе.

Если атлантианец хоть заикнётся, что с ИИ-няней, то я его!..

– Нет конечно, Ди. Сейчас сюда приедет один высокопоставленный сотрудник одного из ведомств Союза. Очень надёжный. И обеспечит безопасность Арона до нашего возвращения…

Какой ещё сотрудник?!!!

Не успеваю ничего выяснить.

Слышу, как открывается входная дверь.

И меня колет догадка: протокол безопасности пускает сюдакакого-то сотрудника . Это, знаете ли, очень личное…

Пока не, вижу кто там пришёл. Но слышу цокот каблучков...

И меня берёт раздражение: это женщина! Женщина, которую Эльзас сюда уже водил, раз протокол безопасности так запросто её пускает!! Какая же я дура!

Нет, ну а что я думала? Что он четыре года сидел, подперев кулачком подбородок, и ждал, когда судьба снова сведёт нас?! Наверняка, у Эльзаса бывали женщины... и немало.С таким-то темпераментом!

То есть… фух… к нам пришла какая-то любовница Эльзаса? И с ней он решил оставить Арона?! ВОТ УЖ НЕТ.

Я оборачиваюсь резко и… ничего не говорю.

Все возмущённые фразы застревают в горле.

Потому что передо мной замерла изящная женщина. Белокурая, голубоглазая, чем-то отдалённо похожая на меня. В белой форме Союза – юбка до колена, форменный пиджак, эполеты, знаки отличия.Откуда столько?! С таким молодым лицом – когда бы она успела так выслужиться?!

– Познакомься, Ди. Это… виана Элина, – Эльзас подскакивает к женщине, бегло целует её в щёку, точно они родня.

Но они не могут быть родней. Она явно человек. Разница во внешности просто бешеная. Типичный человек и типичный атлантианец, как белое и чёрное.

– Здравствуйте… – только и удаётся выдохнуть мне, пока мозг усиленно анализирует внешность “вианы Элины”. Мой хвост на автомате выдаёт вежливо-дружелюбную дугу.

– Очень приятно… – начинает женщина, но вдруг замолкает на полуслове, её глаза находят Арона… Женщина буквально впивается в моего сына взглядом. Прикрывает рот рукой, и её огромные голубые глаза стремительно наполняются слезами.

И тут до меня доходит, кто эта женщина.

Жёстко. Как пощёчина. Как озарение.

И ужас заставляет меня оцепенеть.

Я резко осознаю сразу несколько вещей.

И как я буду выпутываться – представляю с трудом.

Глава 9

Диана

К чести “вианы Элины” – она проморгалась, и слёзы, что набежали в её глазах, быстро исчезли. А за те полминуты, на которые Эльзас исчез из гостиной – чтобы одеться к выходу – были для меня особенно нервными.

Сначала растерянность. Неловкая тишина. Потом мы с Элиной заговорили одновременно:

– Вы мама Эльзаса! Вы человек!

– Эльзас также выглядел в этом возрасте…

Причём мы обе заговорили шёпотом. Только мой звучал, как будто меня ударили под дых. А её нежно и плавно, то ли чтобы ни Арон, ни Эльзас её не услышали.

– Сейчас пойдём, Ди, – Эльзас появился в гостиной "в штатском". Не мундир Союза с эполетами. А просто неброский чёрный костюм. Хотя неброским он мог считаться, если бы не выглядел так лощёно и по-атлантиански дорого! Эльзас сосредоточенно хмурился, застёгивая старомодные запонки на манжетах безупречной такой же чёрной рубашки. То ли от нервов, то ли ещё по какой причине – мои пальцы сами потянулись к запястьям атлантианца, и я застегнула запонки сама. А когда как бы вдогонку осознала свой непринуждённо-семейный жест, боязливо отдёрнула пальцы.

Космос Великий, я что, продолжаю себя закапывать?

* * *

– Не переживай, – ласково дружелюбно вещала Элина, провожая нас с Эльзасом к входным дверям. Она скинула китель. В белой юбке и форменной рубашке с короткими рукавами, в не пойми откуда взявшихся пушистых розовых тапках с фламинго она ловко несла Арона на руках. И казалась такой домашней, безопасной.

Арон легко с ней сошёлся – практически сразу запрыгнул ей на руки. Элина смотрелась стройной, но сильной и не было похоже, что трёхлетний ребёнок — это тяжело для неё. На плечах читается очень мягкий рельеф. Такие человеческие руки... совсем как у моей матери. Такой же беловолосой человечки – они, должно быть, даже были из одной этнической группы – примерно совпадал рост, цвет глаз и волос… А Арон уже вовсю обнимал Элину за шею и щебетал всякое "опасное" о тростях и беготне с котоидами… Но, думается мне, эти разговоры для матери Эльзаса уже ничего не убавят и не прибавят. Ощущение, что она всё-всё про меня поняла в первую секунду – взрывало сознание.

И, казалось, её совсем не смущал золотой хвостик Арона, дружелюбно обвившей её плечо. Да и мой хвост, виновато прятавшийся за моим бедром – тоже.

Как будто эта человеческая женщина транслировала мне: “ну хвосты, с кем не бывает… мне вообще всё равно с хвостами вы или без…”

Ну и понятно, почему воспитанный такой матерью Эльзас заинтересовался шиарийкой. Ему просто с детства не заложили, что это что-то неприемлемое. Такое бывает в смешанных семьях… но я же не знала… КАК я могла знать?!

Атлантианцы такие закрытые! Женятся на землянках куда реже, чем те же шиарийцы! Да и внешность Эльзаса – не гибридная – а типичного атлантианца, как и этот его снобизм…

А хотя…

Были же звоночки…

На нашей первой встрече! Когда он принёс земные сухофрукты закусывать вино… какой атлантианец стал бы их есть?

Ох, сейчас я накручу всякого…

– ...Ди, – Элина заговорила чуть громче, явно заметив, что я "выпадаю".

– А? – я вздрогнула всем телом. Эльзас уже вышел за дверь и ждал меня на улице, видимо, с коммуникатора активируя мобиль.

– Ди, – Элина снова заговорила очень тихо, – это ваше с Эльзасом дело. И наверняка у вас были причины нам не говорить, но…

О КОСМОС ВЕЛИКИЙ!

Она что, думает, он в курсе?!

– Эльзас, – тихо отозвалась я, – пока не знает...

– Ясно, – Элина как будто слегка побледнела, но больше ничем ни удивления, ни праведного гнева не выдала, – что ж… ну… разбирайтесь… Не переживай за ребёнка. Я умею общаться стакими детьми.

Элина ласково усмехнулась.

И я со странным облегчением выдохнула. Ни обвинений. Ни осуждений. Прямо как в моей семье. Возможно ли, что у Эльзаса тоже так? Дружелюбно тепло и без несогласованных вторжений в личное пространство?

Я смотрела в добрые лазурные глаза Элины и чувствовала, что будто кто-то немного стравил выматывающее меня напряжение. А ещё чувствовала вину... и много всякого. И со всем этим мне придётся разбираться.

В смешанных чувствах я поцеловала на прощание Арона и поспешила за Эльзасом.

Дверь позади меня мягко закрылась. Я оставляла сына с на удивление лёгким сердцем.

* * *

Мы ехали в мобиле Эльзаса.

Космос, как же всё странно!

– Твоя сумка, – Эльзас с деловым тоном протянул мне целлофановый пакет, я приняла, а он продолжил, – у тебя дома нападавшие успели её вскрыть, попытаться скопировать твою рабочую ключ-карту. Наши эксперты уверяют, что попытка не удалась. Не успели. Возможно, смысл визита был именно в этом. Не спешу с выводами. Все остальные вещи не тронуты. Биологических следов ни на чём не обнаружено… Проверь, всё ли на месте.

Я перетрясла сумку.

– Всё на месте, – эхом отозвалась я.

– Тебе надо будет представить меня аудитором от Центра. За лабораторного сотрудника я не сойду при всём желании. Скажешь, что я за пожилого виана Майлза. Мол, он приболел. Человек, бывает.

– Он должен явиться только через неделю…

– Но у нас нет недели, Ди. Версия будет, что я его преемник. Майлс нетрудоспособен. Потому меня направили заранее, чтобы я во всё вник и отчёт

– Никто не знает формулу целиком, – договорила я.

– Только ты.

– Только я, Эльзас.

– Итого: преступники подкупили кого-то из персонала, Ди, а остаток формулы пытаются подобрать сами. Но попытки ни к чему не приводят, и они решают просто украсть оставшееся. Это всё, что я могу тебе сообщить, Ди. Остальное секретные сведения, а я не хочу тебя подставлять. Тебя и так уже основательно подставили…Так что теперь я твой начальник. И я тебя не отпущу ни на шаг…

Вдоль позвоночника пробежали ледяные мурашки. За грудиной и за лоном разлился знакомый жар от этих властных ноток в голосе Эльзаса.

А рука Эльзаса вдруг ласково легла мне на плечо.

Жар пробрал меня через ткань нового костюма.

– Нам ещё полчаса ехать… – со скучающим видом Эльзас посмотрел в окно мобиля, притягивая меня ближе, – можем заехать в ресторан за кофе.

Я не хотела кофе. И меня всю трясло изнутри.

– Ты нервничаешь, Ди… – мурлыкнул Эльзас мне в самое ухо, – не надо… всё будет хорошо. Смотри на это как на игру.

Я едва сдержала всхлип. Это всё было слишком. Всё шло кувырком со вчерашнего утра! Все риски: личное, профессиональное – всё смешалось, закипело и выплеснулось! Я бегала от Эльзаса почти четыре года, и вот хоба – и с моим сыном уже сидит его мама! Он накупает мне целый шкаф подарков, я переезжаю к нему и несколько раз за последние сутки – занимаюсь с этим невозможным атлантианцем абсолютно крышесносным сексом! И всё это находясь практически под статьёй о биотерроризме – на карандаше у самого жуткого ведомства Союза!

Мои плечи затряслись.

Эльзас молча пересадил меня к себе на колени, мой хвост мягко обвил его торс, словно нет ничего естественней. Эльзас также молча нежно взял моё лицо своими ладонями и мягко притянул ближе. Опалил кофейно-мятным дыханием. И я впилась в губы атлантианца поцелуем – выплёскивая весь свой ужас и психоз, перерабатывая его в какую-то сексуальную ярость.

Остальной инструктаж Эльзас хрипло шептал мне уже между моими стонами, в паузах от страстных поцелуев.

* * *

– Виана, мы ждали вас час назад! – суетился вокруг нас с Эльзасом Марк – мой первый заместитель, человек.

Излишне дотошный, но очень профессиональный. Высокий, крепкий сероглазый шатен Марк – объект обожания всех девушек в лаборатории. Даже две работающие по сменам в противофазе чистокровные шиарийки его отнюдь не браковали.

– Я встречала виана-проверяющего, – оправдывалась я перед собственным замом, позволяя ему взять мою сумку и стянуть с плеч слегка помятый в мобиле Эльзаса пиджак, – виан Эльзас, это мой первый заместитель Марк…

– Ох, виан! Мы ждали только через неделю и, если честно то не совсем вас… – повесив мой пиджак Марк подскочил к Эльзасу и попытался и с него стянуть пиджак, но мой атлантианец остановил его жестом.

– Это лишнее, – вежливо улыбнулся Эльзас, – лучше скорее приступим к делам.

Умные серые глаза Марка хитро и дружелюбно уставились на Эльзаса.

– Кофе? – вкрадчиво предложил мой зам, естественно, заметив расовую принадлежность проверяющего. Все атлантианцы были кофеманами – это знал любой ребёнок на территории Союза. Я фыркнула. За то и ценила Марка. Не одну комиссию он помогал родной лаборатории своей коммуникабельностью. В то время как я предпочитала запираться подальше с пробирками и эф-другой. Так было прекрасно очнуться от очередного эксперимента и узнать – что все комиссии Марк уже спровадил и ни у кого к нам претензий нет.

Вот и сейчас…

Эльзас помедлил миг и согласно кивнул.

И только после они с Марком обменялись дружелюбными рукопожатиями....

– Сейчас все будет сделано! – лучезарно улыбнулся Марк.

– Включи вентиляцию, – крикнула уже в спину Марка скрывающегося из предбанника в кухонном островке, – чтобы никто не возмущался из-за кофейного запаха.

– Незачем, – хмыкнул Марк из кухни, – наша хвостатенькая Мойра – единственная кто мог не оценить дивный запах… опаздывает сегодня!

Я закатила глаза. Шиарийка Мойра опаздывала третий раз за неделю. Нехорошо.

– Какой помол предпочитаете виан Эльзас? – нараспев поинтересовался из кухни Марк.

– Сегодняшний, – холодно отрубил Эльзас. А через паузу хмыкнул.

Вскоре мы уже все втроём шли через помещения лаборатории. Эльзас попивал кофе из кружки, Марк в дружелюбной манере рассказывал про назначения помещений. А я просто шла рядом, пытаясь удержать свой хвост от возмущённых пощёлкиваний, потому что… потому что мои работники (женская половина) так и впивалась в Эльзаса взглядом.

И отнюдь не потому что он проверяющий.

А потому что это… Эльзас! И я невольно сама окинула его взглядом, как будто со стороны. Высокий — выше Марка, с фигурой какой позавидовал бы шиарийский военный, и особой аурой власти, которая читалась в спокойных точных движениях, в выражении тёмных глаз…

И при этом он без брачного браслета или кольца. А значит всё равно что с табличкой “СВОБОДЕН”.

Особенно зависали атлантианки.

И я всеми силами боролась с желанием своего хвостика накрутиться Эльзасу на руку, чтобы всем показать — ЗАНЯТ! Но с чего бы занят? Ну подумаешь, пару раз нас унесло… Но это ведь не значит, что…

— Виан проверяющий, — вдруг раздалось позади. И обернувшись, я увидела тёмноволосую Наэль, нашу молодую, немного заносчивую, но очень перспективную атлантианку – клинического фармаколога и биолога, специалиста по прогнозам сложных лекарственных взаимодействий .

Но разве она только что не сидела за компьютером, в белом форменном халате, застёгнутом на все пуговицы? Почему же сейчас три верхних расстёгнуты, да так, сейчас я практически могу разглядеть её кружевной бюстгальтер.

— Виан, — она облизнула пухлые губы, — у меня есть к вам пара вопросов. Вы могли бы мне помочь?

— Помочь с чем? — не меняясь в лице, спросил Эльзас.

По его микромимике невозможно было определить, как он относится к происходящему. Кажется, с таким каменным лицом можно разговаривать и со стеной.

А вот про Наэль всё было ясно.

Она разве что на Эльзаса не запрыгивала.

И просто пожирала его глазами.

Её пальцы с ярко-алым маникюром коснулись его кружки. Атлантианка улыбалась так, будто они были одни

— Виан, — её голос звучал как мурлыканье довольного котоида, — мне очень жаль, но, кажется, я неправильно внесла концентрацию катализатора в отчёты, которые вам передали. Может, стоит... перепроверить? Вдвоём? — её тонкая бровь изогнулась, обнажая намёк.

Не сводя с Наэль внимательного взгляда, Эльзас отставил кофе на ближайший стол. Его пальцы, те самые, что ночью сжимали мои бёдра, развернули из браслета-коммуникатора голографический планшет. Размеренно пролистнули отчёты. Эльзас действовал спокойно, будто его не волновала ни атлантианка, ни её полуприкрытая грудь.

Но возможно — это часть атлантианского флирта? Помнится, на свадьбе моей подруги, где мы познакомились, он тоже делал вид, что ничуть мною не заинтересован. И даже доказывал полную несовместимость наших рас. Теперь думалось — то был хитрый ход, чтобы зародить во мне любопытство и азарт. И ведь сработало!

Может, это его общий принцип? Девушки на такое клюют…

— Виана Наэль, верно? — тем временем сухо уточнил Эльзас.

— Да?

— Если ошибка есть, я перепроверю сам. Без вас.

— Тогда позвольте показать, где именно она закралась, — мурлыкнула атлантианка, наклонившись к голо-планшету в руках Эльзаса… и одновременно к нему самому.

Я стояла в двух шагах, не зная, куда деть руки и взгляд. Мой золотой хвост сам собой хлестнул по воздуху — раз, другой, выдавая ярость, которую я не решалась признать даже перед собой.

“Он имеет право говорить с кем угодно”, — повторяла я себе как мантру. Но холодок в животе не отступал.

“Он не твой. Он просто... спал с тобой. Один раз. Два. Три… а хотелось бы... всегда,долго и регулярно , да?”

Мне не хватало воздуха.

Под рёбра будто шип загнали.

Неприятно. Почти больно. Я никогда такого не ощущала.

Шиарийская суть рвалась в бой, настойчиво требовала схватить конкурентку за шкирку и…

Так, стоп! О чём я вообще думаю! Это ненормально! Мне надо проветриться…

— Вот здесь… Ой! — Наэль мило засмеялась, кокетливо поведя плечами. — А может, я даже верные данные ввела. Что-то я сегодня рассеянная.

Но Эльзасу не показалось это смешным.

— Вы считаете, что можете тратить моё время? — голос Эльзаса мог заморозить море.

— Не будьте строги, виан. Мы же коллеги, в конце концов...

— Коллеги? Это вряд ли. Вы — сотрудница лаборатории. Я — проверяющий, — Эльзас сжал губы. Я ощутила исходящее от него раздражение. Воздух словно загустел. — И вы, похоже, не способны разобраться в собственных цифрах. Возможно, вашу кандидатуру мне следует рекомендовать на комиссию. О соответствии занимаемой должности. Чтобы установить, достаточна ли ваша квалификация для работы на объекте государственного значения.

Наэль замерла, растерянно заморгала. Её щёки налились пунцовой краской. Комиссия — это серьёзно!

Но теперь понятно, что Эльзасу её предложение "себя" — не интересно. Я едва сдержала торжествующий вздох, но тут же мысленно обругала себя.

И чего я радуюсь?! Веду себя как неразумная древняя шиарийка, защищающая территорию. Но “он” — не моя территория!

Он даже про ребёнка не знает.

И неизвестно, как отреагирует…

Лучше до тех пор сохранить нашу границу. Ну подумаешь — секс. Мы друг другу ничего не обещали. Так что собственнические замашки надо оставить. А то будет похоже, что мне тут одной больше всех надо!

Зная Эльзаса, он наверняка заметил нервные метания моего хвоста. И ведь мог принять за ревность! А это была не она…Не она!

И чтобы доказать это самой себе, я нарочито бодро сказала:

— Ну что вы, виан Эльзас, виана Наэль — наш перспективный сотрудник. Просто чуточку ошиблась. Крохотная оплошность от волнения. Правда, Наэль? — моя улыбка, вероятно, больше напоминала оскал.

— Д-да… — виновато пробормотала девушка.

Я активно закивала:

— Лучше, наверное, и правда всё перепроверить… А мне как раз нужно... эм… просмотреть данные по седьмому сектору. Марк! — я махнула рукой помощнику, который наблюдал сцену с плохо скрываемым интересом. — Сделай мне кофе. И пришли данные.

Марк кивнул, и я тут же развернулась и пошла за ним к кухонному островку, который находился за углом — в индивидуальном закутке.

На самом деле, я, конечно, сбегала. Прежде всего от самой себя… от неадекватной бури собственных эмоций, которая едва не сбивала с ног. Я даже хвост не могу удержать. Какой позор…

У нас тут работает толпа красивых девушек без личной жизни. Если ещё кто-то подойдёт, Эльзас точно меня прочитает! И всё для себя решит. Надо успокоиться. Хоть немного прийти в себя!

Марк уже наливал мне напиток на фудпринторе. Он знал как я люблю. Его серые глаза смеялись.

— Эти проверки надоели, да? — он протянул мне кружку. На взбитой пенке лежала корица, пахло ароматно. — Ты выглядишь... напряжённой.

— Всё в порядке, — буркнула я.

Марк вздохнул, и его ладонь легла на моё плечо в дружеском жесте.

— Кстати, я тут гулял... и для Арона кое-что увидел. Прихватил. Он у тебя славный, — Марк достал из кармана халата погремушку в форме звезды. Пластмассовую, ярко-синюю, с дурацким звоном. — Подумал, ему понравится…

Нда…

Я представила, как Арон, с его атлантианскими генами, презрительно швыряет эту игрушку в стену. И всюду потом осколки. Нет. Такое ему точно не понравится…

Но я не хотела обижать своего зама.

Он же из добрых побуждений…

И уже открыла рот, чтобы его поблагодарить.

— Это для какого возраста? Думаете, у вианы трехнедельный младенец? Вас, верно, дезинформировали, — раздался позади голос Эльзаса. В нём звенело столько холода, что у меня волоски на затылке встали дыбом.

Я не оборачивалась, но хорошо ощутила, как атлантианец шагнул ближе.

Он теперь стоял так близко, что я чувствовала жар его тела даже сквозь ткань служебного халата. И вздрогнула, когда Эльзас вдруг снял с моего плеча руку Марка.

— Вы переходите границу, Марк. Жениху Дианы это не понравится.

Мой зам вскинул на меня удивлённый взгляд.

И я тоже удивлённо повернулась к Эльзасу.

"Что он несёт?!" – хотела спросить я, но запнулась, увидев лицо атлантианца… Крайне мрачное. Я бы даже сказала “взбешённое”, или по крайней мере “на грани”.

Марк инстинктивно ощутил угрозу. Поспешно отшагнул.

— Ди, у тебя кто-то есть? — неловко улыбнулся зам.

За меня ответил Эльзас.

— Да. У Дианы есть мужчина. В скором времени — муж, — он выделил каждое слово, его глаза сверкнули, как чёрный кварц. — И он бы предпочёл,

Глава 10

У меня закружилась голова. От возмущения! Но ещё от какой-то странной смеси из радости и внутреннего мурлыканья. Моя шиарийская самка была в восторге.

Но было бы отчего!

Сказать Марку, что у меня есть жених… а вскоре муж — явно перебор! Что Эльзас этими словами имел в виду? Зачем вообще такое придумал?!

Да он же практически убил нашу конспирацию! ...или нет?

Космос великий! Откуда вообще взялся “будущий муж”?! И зачем строить такое мрачное лицо! Эльзас, что… ревнует?

И почему эта мысль мне приятна?

Он не должен это понять!

— Ты... с ума сошёл?! — прошипела я Эльзасу, убедившись что Марк скрылся в соседнем зале. — Как ты смеешь заявлять такое?! Мы не...

— Не "что"? — атлантианец шагнул ближе, его горячие руки легли на мою талию. Притянули, обжигая даже через ткань. Я замерла. Хвост, воспользовавшись моей растерянностью, тут же намотался на лодыжку Эльзаса.

Хорошо, что тут никого не было! Закуток был скрыт от глаз. Значит, можно говорить прямо.

— Мы не пара, Эльзас.

— Ты уже моя, Ди. И сама это знаешь.

От уверенных вкрадчивых интонаций атлантианца у меня побежали мурашки по спине.

— Эльз... то, что между нами… это ещё ничего не значит.

— Для меня значит.

— У меня ребёнок!

— И прекрасный ребёнок, Ди. Я готов взять ответственность за…

И в этот момент в глубине лаборатории что-то грохнуло.

Взорвалось!

Да так, что в ушах зазвенело. Со столика свалилась кружка с кофе. Пол дрогнул, и я упала бы, если бы не руки Эльзаса на талии.

Свет сменился на аварийный — алый. Протяжно завыла сирена. Кто-то закричал. Пространство стремительно начало заволакивать сизым дымом.

Я от испуга вдохнула — горечь наполнила мой рот, обожгла горло. Глаза заслезились. Руки Эльзаса сжали сильнее, и мой хвост соскользнул с его ноги — на талию, обвил, прижался, будто ища укрытия.

Где-то рядом кричали, аварийный свет мерцал — багровый как кровь.

Голова закружилась от панических мыслей!

Адреналин разогнал сердце.

— Всё хорошо, Ди, — дыхание Эльзаса коснулось моей щеки, его голос звучал уверенно, будто всё было под контролем. — Я тебя выведу.

— Мои люди! Они… в опасности!

— Не переживай, — его пальцы коснулись моей шеи. — Никто не пострадает. Я обещаю.

Его слова сработали как волшебное заклинание. Даже сейчас, когда ноги подкашивались, а разум кричал: “Это террористы! Оборудование уничтожено! Сотрудники в опасности!” — я поверила Эльзасу.

Его какой-то особенно твёрдой убеждённости в голосе.

Он вёл меня сквозь дым, обняв за талию. Мы миновали обрушившуюся стену, где мигал разбитый голо-дисплей. Мимо пробежали сотрудники. Вдали что-то трещало и гудело.

Всё плыло в красном свете.

Насколько велик ущерб? Сердце болело, когда я думала, что кто-то мог пострадать.

Часть моего сознания пыталась понять, что делать, как потом восстанавливать лабораторию, какую компенсацию выплатить сотрудникам — а вторая уже разбирала событие по кубикам, строя предположения.

Взрыв — это явно неслучайное происшествие. Это наверняка действуют террористы — те что украли часть формулы. Значит… враг и правда среди моих подчинённых. У него был доступ к лаборатории. Похоже, предатель испугался проверяющего в лице Эльзаса и решил скорее замести следы.

Эльзас сохранял поистине атлантианское спокойствие, все его движения были выверенными и чёткими, это странным образом меня успокаивало. И вот — двери лаборатории распахнулись, выпуская нас наружу. Свежий воздух обдул лицо свежестью.

Солнце на миг ослепило.

К лаборатории уже прибыла служба срочного реагирования. Чёрные служебные машины стояли по периметру. За мерцающей голографической лентой, что обозначала границу зоны риска, толпились эвакуированные — бледные, дрожащие, в медицинских халатах. Марк координировал тех, кто выходил из здания.

Я встревоженно всматривалась в лица…

Все были напуганы. Но раненых как будто не было. Или я просто их не видела? Мобиль скорой помощи замер в отдалении и беззвучно сиял проекциями проблесковых маячков. Я никак не могла рассмотреть, есть ли кто-то возле него.

— Эльзас …кто-то мог пострадать... Я должна пойти к своим…

— Ди, не переживай, — он мягко, но неотвратимо повёл меня в сторону от всех, к чёрному вытянутому мобилю, ждущему у дороги.

— Как я могу не переживать! А если кого-то задело взрывом!

— Не задело. Это была пустышка. Если какие-то повреждения были… мой отдел всё возместит.

Я замерла.

Сердце похолодело.

— Что? — мой хвост соскользнул с талии атлантианца. — Ты о чём?!

— Взрыв санкционирован моим ведомством. Устройство привел в действие я, — спокойно объяснил Эльзас. С такой же интонацией он мог бы говорить о погоде. Его пальцы ласково поправляли прядь у моего виска. — С целью проанализировать реакцию преступников и спровоцировать их на некоторые ожидаемые действия. По всей лаборатории я разослал маячки с помощью моего накса. Пока твой зам с тобой флиртовал времени было полно. Затем пришлось простимулировать Марка информацией о твоём женихе, чтобы он тоже вернулся в зону наблюдения. Ведь я его из числа подозреваемых не исключал.

Каждое его слово было как камень.

Он сам организовал взрыв?!

И Марку про жениха сказал… ради цели.

Я стояла, дрожа от обиды и какой-то глупой, нелепой боли. А потом эти эмоции обратились в гнев — ярко вспыхнули в груди. Жаром охватили внутренности.

Я отшагнула от Эльзаса.

Или лучше сказать — отшатнулась.

В глазах атлантианца мелькнуло что-то вроде тревоги, он протянул ко мне руку…

Щёлк! Мой хвост хлестнул по его по кисти. Не больно, но предупреждающе. Кончики агрессивно защёлкали. В них было достаточно силы, чтобы отрезать пальцы. Любой гуманоид отошёл бы, от греха подальше! Но не Эльзас… Он только нахмурился, и шагнул ближе.

— Диана…

— Ты хоть понимаешь, сколько времени уйдёт на восстановление лаборатории? — зашипела я, агрессивно изогнув хвост. — А после мы ещё и потонем в проверках минимум на месяц! Про репутационный ущерб я вообще молчу!

— Ничего подобного не случится, Ди. Новостей о взрыве нигде не будет. Мой отдел обеспечит тишину в информационном поле. Ни слова в средствах массовой информации, ни строчки в соцсетях очевидцев. Необходимый ремонт выполнят в кротчайшие сроки. Расходники пополнят, с правом не отчитываться об излишках. А сотрудникам выплатят компенсацию за моральный ущерб.

— Думаешь, деньги всё решают?! Это моя команда! Живые люди, а ты просто сыграл ими как алмазными фигурками в этих ваших

“И мной ты также сыграл!” — договорила уже мысленно. И это последнее – было особенно болезненно. Как пощечина – напомнило мне, кто есть кто в этой истории. Жёстко отделило от суровых фактов мои фантазии и желания (в основном основанные на гормональном шторме). Эльзас – атлантианец, даже если его мать человек. А я – шиарийка. И эта ситуация – просто наглядно подсветила культурную пропасть между нами.

— Ди, — Эльзас склонил голову, и в этом жесте было что-то хищное, — я защищаю тебя. И Арона. Прежде всего преступники опасны для вас двоих. Сведения, которые я получил в процессе провокации, поспособствуют устранению угрозы для вас. А в перспективе – избавят от опасности случайных людей, выбранных террористами для испытаний похищенного препарата.

Честное слово, этот атлантианец мог “приболтать” кого угодно!.. И я начала проникаться его разумными доводами. И наверно согласилась бы с аргументами, если бы Эльзас на этом остановился. Но он продолжил:

– … Этически эта история небезупречна. Но это выбор между “плохим” и “очень плохим” вариантом. Ты так воспринимаешь ситуацию, потому что ты шиарийка. И ты женщина….

Виски аж сдавило.Ах вот так значит?!

И вот тут я действительно начала заваливаться в чисто-шиарийскую ярость! А Эльзас всё не унимался:

– …Твоя реакция обусловлена эмоциональным восприятием произошедшего, но я призываю тебя взглянуть на всё холодно. Будь последовательной, Ди. Думаю ты остынешь и признаешь разумность каждого моего шага. Что касается сотрудников, их жизням ничто не угрожало. Или ты переживаешь за кого-то конкретного?

Договорил атлантианец опасным ледяным тоном, от которого меня невольно слегка тряхнуло.

— ….конкретного? О чём ты, Эльзас?!

И тут позади раздались торопливые шаги. Обернувшись, я увидела спешащего к нам Марка. Его каштановая шевелюра была в беспорядке, щёки пылали, будто он пробежал марафон. Он остановился в шаге, тяжело дыша.

— Диана, как вы?! — зам протянул руку к моему плечу… Но Эльзас вдруг выступил вперёд, не позволяя ему ко мне прикоснуться.

— С вианой всё в порядке, — зло отрезал атлантианец, – а вам по-прежнему некуда деть руки, да виан-первый-заместитель?!

— Простите… – Марк замялся, его взгляд метнулся ко мне.

— Со мной всё хорошо, — кивнула я, попытавшись улыбнуться. Получилось криво.

— Я думал… дым… возможно был токсичным… Моя сестра отравилась продуктами горения на химическом производстве год назад, и до сих пор не восстановилась. Я…

— Не волнуйся, Марк. В дыме не было опасных соединений, — прервала я, стараясь говорить мягче. Зам не должен заметить мой гнев. — Я сейчас подготовлю инструкции для всех.

— О, это было бы прекрасно. Я могу помочь их составить. Раз лаборатория пострадала, то можно сесть в ближайшее кафе и…

— В рабочей переписке обсудите, — ледяным тоном прервал его Эльзас. Рука атлантианца угрожающе легла на набалдашник трости, которая сейчас была сложена и крепилась к его поясу в специальной кобуре. — Виана занята. Она отправляется со мной в связи с производственной необходимостью. А вы можете быть свободны.

Я недовольно нахмурилась. Но мне пришлось согласно кивнуть, подтверждая приказ Эльзаса. В голосе атлантианца звенело столько сдержанного ледяного гнева, что воздух будто загустел от повисшей опасности.

Марк опустил плечи.

— Ну… в другой раз, — пробормотал он и ушёл, не оборачиваясь.

Эльзас недовольно щёлкнул пальцем по своей трости. Подойдя к своему мобилю, открыл мне дверь.

Вздохнув, я нырнула в кабину. Расположилась на сидении так, чтобы оказаться подальше от Эльзаса. И даже мой хвостик на сей раз обиженно обернул мою щиколотку, не пытаясь дёрнуться в сторону атлантианца.

Неприятно было сознаваться — но больше всего меня задевало, что Эльзас мне не сказал про то, что готовит взрыв. Управлял мной вслепую, как какой-то марионеткой! А мы ведь работаем над заданием вместе. И это, на секундочку, моя лаборатория, мои люди и моя ответственность…

А ещё я невольно крутила по кругу мысль, что Эльзас заговорил про “будущего мужа”, чтобы отправить Марка обратно в зону, просматриваемую камерами… А дальше? Когда Марк уже ушёл, атлантианец ведь продолжил гнуть свою линию. Зачем? Чтобы я стояла как дура слушала и не пошла вслед за Марком в зону риска?..

А может, я отчаянно хотела верить, будто Эльзас говорил тогда всерьёз?

Ну нет, вот ещё!

По итогу, меня буквально крутило от негодования.

Когда машина тронулась, я не выдержала, выдохнула:

— Почему ты не сказал мне про то, что собираешься сделать?!

— Ди… — Эльзас поморщился, — а ты бы согласилась, если бы знала?

— Я…

Ответ был — нет! Конечно, я бы не согласилась.

— Поэтому и не сказал.

Я негодующе фыркнула и отвернулась к окну.

Какое-то время мы ехали в тишине. Но вскоре я не выдержала и бросила на Эльзаса короткий взгляд, увидела что он развернул голографический планшет. И теперь внимательно просматривал на нём сложные графики и таблицы.

— Отправь отчёты с ваших внутренних датчиков, — вдруг сказал он, будто ничего не произошло.

— Неужели ты их не успел взломать, пока гулял по моей лаборатории? — сощурилась я.

Эльзас вскинул на меня тёмный взгляд. Его голос обжёг холодом:

— Отчёты, Ди. Соблюдай субординацию. Я твой начальник.

Меня от его слов будто перетряхнуло. Внутри поднялось что-то ядовитое и горячее. Значит, теперь мы босс и подчинённая?! Так называются наши отношения, да?!

Я сжала кулаки, переживая вспышку гнева, подкреплённую обидой. Эльзас смотрел на меня, будто ждал каких-то слов. Но решила ничего ему не говорить. Настроение было таким — что казалось, я вообще ему больше никогда ни словечка не скажу! И как я могла допустить мысль, что он говорил о нашем будущем всерьез? Конечно же нет. Это всё – лишь манёвр. А вот сейчас – Эльзас настоящий. Очень по-атлантиански. И мне пора перестать его романтизировать.

Молча открыла меню своего браслета-коммуникатора, зашла в рабочую базу и отправила файлы.

В машине повисло тяжёлое молчание. Густое, как тот дым, которым заволокло мою лабораторию. Я снова уткнулась взглядом в окно, желая оказаться как можно дальше от своего “начальника”.

Но это было невозможно. К сожалению, я и правда была его подчинённой. Вот только вместо какого-нибудь офиса Союза, Эльзас привёз меня в… ресторан?! По крайней мере мы притормозили ровно у входа в одно из самых пафосных мест города.

– Сейчас будем заполнять отчёты, виана. Там где нас никто не побеспокоит, – Эльзас хмыкнул, вышел из замершего мобиля, обошел его. Открыл

Глава 11

Когда Эльзас держит мою руку в своей – и ведёт меня в ресторан, будто я его возлюбленная и это свидание – так странно и ново. И хотя в груди ещё тлеет раздражение на атлантианца, я не могу не признать – мне просто хорошо идти с ним рядом шаг в шаг – мои жесты сочетаются с его. Словно мы “из одного теста”, как говорят люди.

А ведь у меня не было ни одного свидания с Эльзасом.

У меня есть от него ребёнок, но…

Не было свиданий и не будет, Ди.

…Здесь было в своём роде уютно.

В отдельном кабинете ресторана – комнате геометрически-безупречной, лаконичной и роскошной – чисто атлантианской за исключением принта из шиарийскийх водяных лилий на стенах.

Запах росы и кофе прочищал разум, и всё располагало быть… продуктивной.

По распоряжению Эльзаса нам почти сразу подали лёгкие сырные закуски и кофейный коктейль.

Эльзас и впрямь работал с документами. Не приставал, не пытался заняться со мной любовью прямо на столе. Даже ничего такого не обсуждал. Мы действительно погрузились в бумажную волокиту. Отчёты начальству. Я тоже ушла в работу и перестала злиться ежесекундно на Эльзаса. И почти не съезжала мыслью на возможные акты спонтанной страсти с атлантианцем в необычных местах.

Просто было приятно сидеть рядом, тепло, когда его бедро невзначай прижималось к моему, и я легко занималась работой с документами. Я потеряла счёт времени. Когда оторвалась от экрана выданного Эльзасом планшета, поняла, что прошло несколько часов!

– Ди, послушай…

Я вскинула взгляд, Эльзас отложил свой планшет.

– Я не особо хорош в общении. Я не уверен, что говорю некоторые очевидные вещи подходящим для тебя образом. Но ты…

Это что, сугубые атлантианские извинения?

– … ты привыкнешь, Ди. И научишься меня понимать.

Ан нет, не извинения.

Я просто фыркнула:серьёзно, Эльзас?! Я… этот мужчина – просто вызывает у меня недоумение своей атлантианской непосредственностью.

– Работай, Ди, – велел Эльзас, – дел полно…

За этот странный “рабочий день” я отправила несколько сообщений сыну: чудеса – Арон не названивал раз в час как это обычно происходило, когда он был в детском саду. Видимо, мама Эльзаса и впрямь знала подход к “таким” детям. Что бы это ни значило.

На пару моих сообщений ребёнок ответил с задержкой – было очевидно, что я мешаю ему весело проводить время. И я отстала, ведь у меня самой работы было просто выше крыши.

Что-что, а трудоустраивать ближнего по полной атлантианцы умели!

Когда Эльзас вывел меня из ресторана – я была как выжатый лимон. Просмотрела столько отчётов, что голова уже шла кругом. Но виду я не подавала. Атлантианец тоже подзагрузился. Может, его провокация в моей лаборатории пока не дала результата и никто не помчался себя рассекречивать? Мне хотелось спросить, но я прикусила язык. Не хотела быть инициатором разговора.

Пока мы ехали к нему в дом в мобиле, меня совсем разморило… и я неожиданно уснула.

А когда проснулась от мелодичного голоса ИИ (мы прибыли) – встрепенулась и обнаружила, что полулежу на плече Эльзаса, он мягко обнимает меня. Планшет отложил куда-то далеко. Не работает – смотрит с блаженным видом вникуда, взгляд расфокусирован. Хотела встать и выбраться из мобиля, но поняла, что ноги запутались – атлантианец укрыл меня каким-то мягким бежевым пледом. Да и хвост мой оказался надёжно обвит вокруг голени Эльзаса… захочешь — сразу не выпутаешься!

И тут Эльзас вышел из “транса”.

– Ди, отдохнула? – мурлыкнул Эльзас мне на ухо и поцеловал меня в висок.

– Так я тебе подчинённая, или кто?! – прошипела, выворачиваясь. – Ты всех так целуешь и укладываешь спать в обнимку?

– Нет. Ди. Только тебя, — его голос был таким спокойным, что я тут же растеряла весь яд. А он продолжил:

– Пойдём, поужинаем в тёплом семейном кругу, Диана.

Что-то в его словах меня напрягло.

"Семейный круг" — это его мама? Или… или…

Эльзас молча вывел меня из мобиля. Атлантианец казался таким задумчивым, что я не противилась – позволила вести себя за руку. Мой хвост заинтересованно изгибался за моей спиной.

А когда мы оказались в доме… Я сразу увидела посреди гостиной Арона.

И шумно ахнула, тут же закрыв рот ладонью. Невольно повторив утренний жест матери Эльзаса.

Потому что мой сын сидел на руках у мужчины…

Почти фотографическое сходство с Эльзасом… но как бы ещё более типично-атланатинской внешности. Прямо такой ядерный, почти анекдотичный атлантианец.

И он держал Арона на плече. А хвостик сына так дружелюбно обвил предплечье незнакомого атлантианца. Обычно Арон так не делает, ни с кем. Но за последние сутки побил все рекорды по дружелюбию.

И мой сын сейчас заливисто хохотал.

И как заворожённый следил за наксом атлантианца, который тот держал в свободной вытянутой руке напротив лица Арона. Трость-накс с глубоким тёмно-синим камнем набалдашника.

– Ещё раз юный виан, внимательнее! – выговаривал атлантианец Арону, и мой сын перестал смеяться. Стал очень сосредоточенным. И лицо сделалось очень взрослым.

В груди заледенело:что здесь происходит?!

– Арон! – шепнула я.

Мой сын не отреагировал, а незнакомый атлантианец перевёл взгляд на меня.

– А, вот и вы, – окинул меня внимательным взглядом атлантианец, – мы уже заканчиваем упражнение. Ждите.

Я просто обмерла.

– Всё в порядке. Пойдём, Ди, – как ни в чём не бывало Эльзас потянул меня за талию в зону кухни. Здесь его мама уже ставила на стол какое-то ароматное блюдо. Я рухнула за обеденный стол, не сводя взгляд со странных манипуляций атлантианца с моим ребенком.

– Завтра ещё потренируетесь, юный виан, – атлантианец опустил ребёнка на пол. И снова зазвучал смех, и только тогда Арон меня заметил.

– Мама!! – Ребёнок понёсся ко мне, влетел в мои объятия, ловко залез на руки, – сегодня самый лучший день, мам!

– Что ты сейчас делал, сынок? – шепнула я.

– Учился слушать накса!.. – зашептал в тон Арон.

– У вашего сына удивительный для шиарийца псионический спектр, виана, – напротив меня за стол опустился тот самый другой атлантианец, – и не только.

Я вся напряглась.

– Редко, но случается, – формально улыбнулся мне мужчина с лицом почти-как-у-Эльзаса, – представителям всех рас делают такой тест, принимая на службу в ведомства Союза. У юного виана хорошие

Я невольно шумно выдохнула с облегчением.

– Ди, это мой отец, виан Алеф… – шепнул мне на ухо Эльзас.

Ну конечно.

Пазлик сложился.

Я же знаю его лицо.

Этот атлантианец – из правящей верхушки Союза. И в важные государственные даты – мелькает по всеобщему телевидению. Я ещё думала, что он похож на Эльзаса… Говорила братьям, а они фыркали мол –все атлантианцы друг на друга похожи, Ди.

А ЭТО ЕГО ОТЕЦ.

Понятно, откуда у Эльзаса такая прорва амбиций!

Это очень… очень могущественное семейство.

Я закусила губу.

Ты закрутила роман с практически наследным атлантианским принцем. Будучи шиарийкой.Великолепно, Ди.

А что эта “королевская атлантианская чета” будет делать, если выяснится, что у “внука короля” – шиарийский хвост?!...

* * *

Я сидела за накрытым столом. Родители Эльзаса сидели напротив. Мы же с самым невыносимым атлантианцем в мире – были вынуждены сесть рядом.

С торца стола – получается как бы во главе – на высоком стульчике сидел мой сын Арон. И вот уж кто чувствовал себя максимально уютно и непосредственно так это он! Уминал уже вторую добавку ужина от вианы Элины.

Передо мной на тарелке дымилось типичное земное блюдо. Размятый варёный корнеплод бежево-желтоватого цвета – “картофельное пюре”. И мясной комочек смешанного состава – “котлетка”.

Моя мама – человек – иногда тоже готовила такое.

Я очень любила земную еду.

Но сидя за столом в атлантианском квартале с двумя(тремя, если считать маленького Арона) атлантианскими мужчинами – я проживала когнитивный диссонанс. Выражения лиц Эльзаса и его отца Алефа – резко несоответствовали уютному земному блюду. Вообще, атлантианцы как будто бы никогда не должны оказаться в одной комнате с котлетками и пюре.

Они же не жалуют земную кухню. И не жалуют землянок. А шиариек – подавно.

Но вот передо мной одно из первых лиц Атлантии, и он, как я вижу, – счастливо женат на человеческой женщине, а его сын…

Я всмотрелась в лицо Эльзаса, препарирующего вилкой и ножом земное блюдо – с таким видом, будто сидит в ресторане высокой кухни как минимум. Даже не так – как будто занимается микрохирургией этой котлеты! Да что за странная раса эти атлантианцы?

Виан Алеф внимательно смотрел на Арона. Затем прищурился и завёл со мной светскую беседу.

И первый же вопрос от отца Эльзаса – как выстрел в упор:

– Так кто, говорите, отец вашего сына, виана?..

Я распахнула глаза широко. В атлантианской культуре – это был просто вопрос. В человеческой – это был крайне неприличный вопрос. В шиарийской — повод зарычать и броситься на собеседника прямо через стол, гневно щёлкая хвостом.

– Я… не говорила, – ответила, еле шевеля губами.

– Так скажите, – приподнял одну бровь виан Алеф, – любопытная генетическая палитра. Юный виан хорош, как музыкальная симфония. Интересно узнать пропорции генов и …. — и вдруг Алеф коротко зашипел.

Через миг я поняла почему! Его жена Элина то ли пихнула мужа ногой под столом, то ли ущипнула.

Элина вежливо улыбнулась мне. Скосила взгляд на Алефа. Тот замер, словно переговаривался с супругой в мысленном спектре. Любопытно. Насколько мне было известно – атлантианцы в псионическом спектре с жёнами не говорят. Тем более если у них иная расовая принадлежность. Могут выбросить мысленный сгусток вовне, либо принять ментальное послание, но не более. А тут – хвост на отсечение дам — они и правда ментально беседовали, и их диалог происходил внутри собственной псионической системы.

Странная семейка.

– … ничего неприличного тут нет, что за глупости, – отмахнулся Алеф вслух, – современные шиарийцы не страдают таким стереотипным поведением, Элина. Вопрос как вопрос.

Элина закусила губу.

Я кинула быстрый взгляд на Арона – он весело расправлялся с котлетой и как будто не принимал беседу на свой счёт. Будто вообще где-то витал.

– Юный виан делает ментальное упражнение, которое я ему показал, – сдержанно улыбнулся мне уголком рта виан Алеф, – он не слышит нас.

Я нахмурилась. Я тоже была псиоником, хоть и не выдающимся, но таких техник не знала.

– Это атлантианская забава, Ди, – как ни в чём не бывало пояснил Эльзас, наливая мне в бокал тонко пахнущий орехами и карамелью напиток, – у Арона интересный спектр пси. Такой крайне редко бывает у шиарийев, но встречается у людей. И почти всегда у атлантианцев.

Вдох-выдох. И я отпила из бокала.

– Если эта тема тебе неприятна, мы её сменим, – Эльзас освежил мне бокал, как только я отставила его на стол, – не имеет значения, где ты взяла ребёнка. Неважно, что было. Куда важнее, что будет. Что мы с тобой будем делать…

–Мы с тобой , Эльзас? – я чуть не подавилась.

– Да. Ты и я.

– Как на работе, сынок? – перебила Эльзаса виана Элина, когда я была уже готова скукожиться и провалиться от неловкости сквозь пол. Но ни Алеф, ни Эльзас упорно “не выкупали” моих эмоций. Либо делали вид.

Я бросила на Элину благодарный взгляд.

– Значит, Элина не ошиблась, – задумчиво протянул Алеф, игнорируя попытки жены съехать на нейтральные темы, – ты, Эльзас, тыживёшь с шиарийкой. Это… оригинально.

Эльзас открыл было рот.

Но я сказала первой:

– Так надо! Это по работе.

– Разумеется, – хмыкнул Алеф и как-то характерно по-аталантиански закатил глаза. Если бы он был человеком, его мимика бы означала, что он скептически относится к моему утверждению. Но представители атлантианской расы слишком часто закатывали глаза по любым поводам. Так что уверенности у меня не было.

Алеф помолчал несколько секунд и легко продолжил светскую беседу:

– Ты ведь знаешь виана Исбела, Эльзас, – Алеф чинно продолжил нарезать остаток котлеты на своей тарелке.

Я нервно сжала в руке вилку – резко вспомнила чопорного немолодого атлантианца. И как они на пару с чинушей-драконоидом всячески стращали в кабинете тайного ведомства. И если бы не Эльзас, их психологическое давление на меня могло бы сработать...

– Ди тоже его знает, – Эльзас накрыл мою руку своей, погладил пальцами. И я от неожиданности из второй руки выронила вилку. Она со звоном упала на пол. Родители Эльзаса синхронно уставились на мою руку, мягко захваченную Эльзасом.

– Так вот, – Алеф оторвал взгляд от наших сцепленных рук и уставился своими чернющими атлантианским глазами мне в лицо, – виан Исбел, хоть и был воспитан в строгих атлантианских обычаях, когда-то очень увлёкся

Я от неожиданной смены вектора беседы забыла отобрать свою руку у Эльзаса, тот просто хмыкнул и перехватил мою ладонь, сцепив свои пальцы с моими в замок. И тихонько посмеивался. Будто его отец травил анекдоты.

– Вот уж не знала, – хмыкнула Элина, – Исбел такая заноза… не думала, что ширийка его стерпела бы. Да и кто-либо другой.

– У этой истории несчастливый конец, – прищурился Алеф, – высокопоставленные родственники закатили скандал Исбелу. Пригрозили лишить титула, имущества, протекции… Исбел оказался “слаб позвоночником”, как говорят атлантианцы. Прогнулся, как говорят люди. И его карьера пошла в гору, но с тех пор я о его возлюбленной шиарийке не слышал.

У меня похолодело на душе. Я вновь отпила из бокала. Но виан Алеф добил:

–… к счастью, виана Ди, у моего сына, Эльзаса, позвоночник в порядке. В нашей семье консервативное старшее поколение не имеет права решающего голоса. И если бы нас могли лишить титула, это произошло бы ещё на этапе моего выбора жены. Так что вы напрасно смущаетесь. Переживать вам не о чем…

На этот раз я всё-таки подавилась.

Глава 12

Диана

Родители Эльзаса уехали час назад.

Дом казался слишком тихим после их ухода. Но уж лучше так, чем давиться закусками, после очередного неожиданного вопроса виана Алефа…

Невероятно, как отец и сын были похожи. Оба идут напролом. А вот мама Эльзаса — совершенно удивительная женщина. Такая спокойная, улыбчивая, мягкая… Не могу представить, как жизнь свела её с атлантианцем… Впрочем, очевидно, она с ним счастлива. И даже в чём-то похожа на своего супруга… Например, я заметила, как они оба поправили салфетки на столе, чтобы те лежали как по линеечке.

Эти мысли крутились в голове, пока я стояла у приоткрытой двери в комнату Арона и наблюдала за сыном, который увлечённо играл со своей змеёй-няней. Она пощёлкивала сегментированным хвостом, и мой сын пощёлкивал уже своим хвостиком в ответ. А потом няня змея, будто исполняя беззвучный приказ моего сына, вдруг превращалась в причудливую конструкцию — то ли мост, то ли замковую арку…

Сын смеялся, явно пребывая в восторге. Золотые глаза светились радостью. Я сама невольно заулыбалась. Я так засмотрелась на сына, что пропустила момент, когда ко мне со спины подошёл Эльзас. Положив руку мне на талию, он тихо сказал:

— Я тут подумал насчёт комнаты для Арона. Сделаю просторнее. Там, в углу, установлю проектировочный модуль, чтобы он мог практиковать псионический дар. Отец прав, у него очень редкий для шиарийца пси-спектр. А потом, когда подрастёт, нужно будет достроить этаж для более серьёзных тренировок.

Эльзас говорил так, будто всё уже решено. И обсуждению не подлежит.

Нет — этаж и модули — это всё очень мило с его стороны, вот только в его рассуждениях как будто пропущен крупный логический блок.

Прикрыв дверь в комнату Арона, я обернулась к атлантианцу, собираясь про этот самый “пропущенный блок” прояснить… Но так и зависла.

Эльзас был после душа — в одном длинном чёрном халате, завязанным на пояс. Мой взгляд сам собой проследил за каплей воды, которая соскользнула с влажных чёрных волос на мощную шею, а затем на рельефную грудь.

— И кстати, — добавил тем временем Эльзас, обнимая меня за талию и притягивая к себе, — я уже направил документы на зачисление Арона в местный детский сад. Атлантианский. Там условия лучше, педагоги подходящие. Он быстрее освоит навыки.

Смысл слов дошёл до меня с опозданием

… что? Что он сделал?!

— Но мой сын уже ходит в хороший садик! — возмутилась я.

Атлантианец даже не моргнул.

— Он неплох. Но для Арона там низкая квалификация преподавателей. И слишком упрощённая программа. С его потенциалом ему нужен садик со специализацией на развитии псионических способностей. К тому же после атлантианского садика ему будет проще учиться в местной школе. Поверь, она в десять раз лучше, чем в шиарийском районе. Такой диплом даст Арону широкие возможности и…

— Нет, подожди… — я вывернулась из его объятий. — Я не понимаю… почему ты всё это решаешь без меня?!

— В данный момент это лучшее решение, Ди. Но если у тебя есть аргументы против, я выслушаю.

— Конечно, есть! Это атлантианский район. И садик, школа — тут всё для атлантианцев. Но мой сын шиариец и…

— Формальности, — отмахнулся Эльзас, — когда мы поженимся, то перепишем ему расу в документах.

….когда “поженимся”?!

Почему он говорит об этом, как о решённом факте?!

Тем временем атлантианец спокойно прошёл на кухонную зону и запустил на фудпринтере режим приготовления кофе. Аппарат тихо завибрировал. По кухне-гостиной разлился аромат кофе…

— Так для Арона будет лучше, Ди. Поможет в будущем на службе. Сама понимаешь… — тон у Эльзаса был такой, как если бы он объяснял очевидное ребёнку.

А я стояла, будто меня изнутри заморозило.

Он меня за кого принимает?!

Просто информирует о своих решениях, будто и в личной жизни я ему просто подчинённая. И за Арона всё решил. И за меня. А какое вообще он имеет право?! Раньше утверждал, что ему дети вообще не нужны. А теперь — это!

Мой золотой хвостик изогнулся, возмущённо щёлкнул по воздуху раздвоенными кончиками.

— Ты вообще понимаешь, что говоришь?! — мой голос взвился, я едва подавляла нарастающую шиарийскую ярость. — Ты не имеешь права такое решать! А про смену расы в документах могут решать только зарегистрированные биологические мать и отец ребёнка. И только вместе! Это в законе чётко прописано.

Лицо Эльзаса заледенело.

В тёмных глазах вспыхнуло что-то опасное, почти звериное.

— За последние дни “биологический отец” Арона ни разу не объявился, — процедил он сквозь зубы, — если ты скажешь кто это, то на завтра у него уже не будет никаких прав. Если не скажешь, то я сам подниму базу Союза. Найду его и лишу всех возможностей влиять на жизнь Арона. Так что и препятствий не будет.

Нервный смешок вырвался из моего горла.

— Это незаконно, Эльз! Ты не можешь так поступить!

— Могу, — голос атлантианца стал низким, рычащим. — И сделаю.

Нелепо. Он что, собрался лишить прав самого себя?!

Впрочем… он отцом ни в каких бумагах не числился.

—

— Прекрасно понимаю. Очевидно, что отец Арона в его жизни не участвовал.

— Хах, ты угадал! Он вообще-то и ребёнка не хотел! И семья ему была не нужна.

— Тогда нет проблем с тем, чтобы его вычеркнуть из твоей жизни. И из жизни Арона.

— Да? — сощурилась я, скрестив руки. — А может, сейчас он исправился и думает иначе.

— Никто так не меняется.

— Неужели?

Я надсадно усмехнулась, скрывая горечь. Перекрестила руки.

Не меняется, значит…

— Или он тебе всё ещё нравится, Ди?

— А если нравится, то что?

Эльзаса аж перекосило. Воздух загустел от мрачной волны, что поднялась в нём. Он шагнул ко мне, и я инстинктивно захотела отшатнуться и лишь усилием воли осталась стоять на месте.

Голос атлантианца был похож на трескучий лёд:

— Не стоит так шутить, Ди.

— А кто шутит?

— Ди… — в глазах Эльзаса я прочитала убийственное намерение стереть биологического отца Аарона в порошок. Голос стал по-шиарийски рычащим. — Назови его имя.

— А ведь ты тоже семью не хотел, — выдохнула я то, что меня так давно душило. В голос прорвался отголосок обиды-занозы, которая всё ещё царапала сердце.

— Что?

— Ты мне сказал. Что семья не нужна. Что карьера – наше всё! И дети здесь лишние!!

Меня подожгло. Мне сорвало тормоза. А Эльзас добил:

— Что за бред! — рявкнул он, – сейчас же признавайся от кого родила, Ди!

Мир потонул в моей золотой жгучей ярости. Кто-то словно выкрикнул моим голосом:

— Да от тебя, Эльзас! Я родила ОТ ТЕБЯ!!!

Я сразу пожалела, что сказала об этом так — в порыве гнева. Криком. Но было поздно.

Эльзас замер.

Его лицо застыло ледяной маской. Глаза потемнели, хотя я была уверена, что чернее уже просто некуда! Он не мигал, не дышал, казалось, даже воздух вокруг него застыл.

Я чувствовала, как мои пальцы начинают дрожать, а хвост беспокойно изогнулся дугой, а потом вовсе спрятался за ногу. Эльзас не двигался, и одному космосу было известно, что творится в его атлантианской голове.

Холод страха подступил к горлу. Я начала путано оправдываться:

— Я... я не знала, как сказать! Я хотела, но ты... ты же говорил, что дети — это не для тебя. Что карьера важнее всего. И детей у нас не должно было получиться, так что… — я умолкла на полуслове, глядя на сжавшуюся челюсть Эльзаса. Желваки проступили на его острых скулах.

А потом он двинулся ко мне — с таким нечитаемым лицом, что меня пронзило страхом.

Я инстинктивно отшатнулась, но Эльзас оказался быстрее. Одна его сильная рука вдруг подхватила меня под спину, заключая в капкан неумолимых объятий. А другая – поймала кончик моего затрепетавшего хвоста.

Я не дышала.

Атлантианец так жёстко привлёк меня к себе…

Удар сердца.

И губы Эльзаса накрыли мои со страстью, которая заставила дыхание сбиться. Сперва сжаться что-то в груди. А потом – разойтись огненной волной! Удариться о рёбра изнутри.

Вспыхнуть. Сгореть. Сдаться…

* * *

За мгновение до…

Эльзас

Я стоял, будто меня вморозило в пол.

Её слова повисли в воздухе, как граната, готовая взорваться.“От тебя, Эльзас! Я родила от тебя!!!” — выкрикнула Диана, и мир вокруг меня рухнул, разлетелся на осколки. В ушах гудело так, будто тысячи сирен включились одновременно. Воздуха не стало. Грудь сдавило, как будто кто-то вонзил ледяные когти в сердце и начал медленно сжимать.

Не может быть.

Это невозможно.

Атлантианец и шиарийка не могут иметь детей. Это факт, зафиксированный на всех официальных ресурсах. Скучный. Давно всем известный. Аксиома. Исключения настолько редки, что их можно отнести к погрешности, подтверждающей правило. Да и кто их видел – конкретно – эти исключения?! Ни одного задокументированного случая среди ныне живущих! Я бы знал!

Но Диана не врала. Я считывал это по её мимике. По частоте дыхания. По зрачкам, что расширились от ужаса. По невербалике золотистого хвоста, которую интуитивно понимал – почти как мимику моей шиарийки.

В голове начали складываться факты, будто разрозненные кусочки пазла. Каждая деталь, которую я игнорировал, вылезала на поверхность.

Лицо Арона.

Его мимика и пластика.

Его пси-спектр, который даже мой отец отметил как “редкий” для шиарийца.

Его возраст. И огромный интерес ко всему атлантианскому.

Та ночь четыре года назад, когда я проснулся с головной болью и смутным воспоминанием о вкусе кожи Ди…

Бегство Дианы.

Её затаённый страх. Странные осторожные вопросы про детей.

Нежелание знакомить с сыном.

Всё.

Каждый кусочек пазла встал на место, и картина стала совершенно очевидной. Прозрачной.

Арон — мой сын.

Осознание накрыло меня, как волна кипящей лавы.

Я смотрел на Диану, будто видел впервые. Её лицо было белее снега, губы дрожали, а в глазах застыл ужас — из-за того, что она, наконец, сказала правду вслух. Она, очевидно, боялась... Боялась мне сказать. Почему? Из-за тех моих слов? Когда я заявил, что дети — не для меня?

Но я же был уверен, что у нас не может быть детей. И не хотел, чтобы из-за генетической несовместимости она отказалась быть моей парой.

Но, очевидно, подобрал не те слова. Не в том порядке. Не верным тоном.

Диана поняла меня неправильно…

Кроме того… тогда она уже была беременна. Восприняла острее. И приняла решение за нас двоих.

Внутри всё кипело — отдельную эмоцию было выделить невозможно — меня поглотил первобытный, неслыханный для атлантианца хаос. Радость, которая рвала грудь на части, смешалась с гневом и болью от осознания: четыре года. Четыре проклятых года – меня не было рядом.

А Ди так смотрит… будто жалеет, что произнесла правду вслух.

— Я... я не знала, как сказать! — голос Дианы дрожал. — Ты же говорил, что дети — это не для тебя! Что карьера важнее всего!

Меня снова накрыло волной эмоций, с которой я не знал как справиться. Виски заломило. Сильнее всего я желал объяснить Диане, как на самом деле к ней отношусь. Как мне жаль тех потерянных лет. Как сильно я хочу, чтобы мы больше не потеряли ни секунды… Но слов для этого просто не существовало ни в одном из языков.

Так что я решил объяснить иначе.

И двинулся к ней.

* * *

Диана

Губы Эльзаса накрыли мои с силой, которая заставила меня задохнуться. Его язык

Не было мягкости, не было осторожности — только жар его рта и резкий вкус кофе с мятой, смешанный с чем-то диким, первобытным. Его халат был чуть распахнут, и я ощущала жар его груди сквозь ткань своей рубашки. Его руки сжимали меня с таким неистовым отчаянием, словно если он отпустит меня – задохнётся.

— Ты… — прохрипел Эльзас, отрываясь на миг, обжигая дыханием мои губы. — Ты с ума меня сведёшь, Ди!

Его голос вибрировал — то ли от ярости, то ли от облегчения. Но прежде чем я успела ответить, губы атлантианца снова нашли мои, но на этот раз — поцеловали мягко. Я замерла, ошеломлённая переменой. Пальцы Эльзаса, которые ещё миг назад сжимали меня чуть ли не до боли, теперь ласково скользнули по моей талии.

Эльзас целовал меня нежно. Но жадно. Будто пытался вобрать в себя годы, которые мы потеряли, каждое мгновение, когда он не знал, что Арон — его сын.

Язык атлантианца нежно провёл по моей нижней губе. Проник в мой рот.

Воздух между нами стал густым. Горячим.

Мои руки сами легли на мощные плечи, вцепились в халат, как будто Эльзас мог уйти, исчезнуть, оставить меня с этим признанием. Мой хвост уже выскользнул из ладони Эльзаса и накрутился на его ногу, будто желая удержать… Но Эльзас не собирался уходить. Мужские ладони медленно скользили по моей спине, прижимая ближе, будто стремясь растворить границы между нашими телами. Я чувствовала, как его сердце бьётся в груди — сильно, мощно.

Дыхание Эльзаса участилось, но руки оставались бережными. Он провёл пальцами по моей шее, касаясь подбородка.

Когда он отстранился, чтобы вдохнуть, его лоб остался прижат к моему, а горячие пальцы всё ещё держали моё лицо. Глаза мужчины были темнее ночи.

— Так Арон мой… — выдохнул он.

И в его словах было столько восторга, что у меня в голове зазвенело, будто кто-то перевернул мир вверх дном. Внутри разлилось такое тепло, что захотелось плакать — от облегчения, от боли и от бесконечной радости.

Четыре года … Почти четыре года я таскала на себе этот камень, а теперь он вдруг рассыпался в пыль. Как будто на всё это время я задержала дыхание, а теперь, наконец, смогла вдохнуть.

— Эльзас… — прошептала, утыкаясь лбом в его шею. Его сильные руки обхватили меня крепче, будто боялись, что я исчезну.

— Я был уверен… — его голос дрогнул, и мышцы его спины напряглись под моими ладонями, — что у нас не может быть детей, Ди. Только поэтому я сказал те слова. Если бы я знал… — он отстранился, чтобы заглянуть мне в глаза, и в его взгляде пылало что-то первобытное, почти животное, — я бы никогда тебя не отпустил. Я возьму на себя всю ответственность. Не потому, что должен, а потому что этого хочу. Чтобы вы были со мной. Ты, Арон… и наши будущие дети.

— Будущие?! Но… — я вздрогнула, сердце заколотилось так, будто хотело вырваться из груди. А губы Эльзаса уже снова накрыли мои.

И в этом поцелуе растворились все мои сомнения — остался только вкус кофе, и его язык, требовательно раздвигающий мои губы. А потом Эльзас вдруг подхватил меня под ягодицы, и мои ноги сами собой обвили его бёдра.

— Ты станешь моей женой, Ди… — жарко прошептал он мне в губы. И померещилось, что вопросительной интонации не было. Но я была так счастлива, что на такую мелочь едва обратила внимание. В конце концов, мой мужчина — атлантианец. И я знаю, что будут моменты, которые ещё придётся с ним обсуждать. Но сейчас — любые будущие сложности казались незначительной ерундой.

— У нас какой-то неправильный порядок событий, — улыбнулась я.

— Это правда, — Эльзас уже перенёс меня на стол, усадив, расположился между моих бёдер и уткнулся носом в мою шею, жадно вдыхая мой запах. — Всё перепуталось, Ди. Но мы заполним пробелы. Я больше не выпущу тебя из рук.

— Ты ужасный собственник, — прошептала, чувствуя, как руки атлантианца скользят вниз, чтобы плотнее прижать меня к его напряжённому горячему телу.

Его возбуждение отдавало жаром в мой живот. Волны желания накатывали всё мощнее. Я едва держалась, чтобы не начать подаваться вперёд бёдрами.

— Просто я берегу то, что важно, — дыхание щекотало кожу, пока он целовал меня в шею. — Ты и Арон — самое важное для меня.

И как он находит подобные слова?

Такие, что я будто плавлюсь.

И меня начинают переполнять эмоции, а слёзы подбегают к глазам. Но не от горя, а от странной, почти пугающей полноты жизни. Как будто я была разбита. А теперь вдруг все кусочки мозаики встали на место.

Я зарылась пальцами Эльзасу в волосы, мой хвост намотался на его талию. И уже непонятно было, кто тут ещё собственник. И кто кого не отпустит!

…но тут неясная, непонятно откуда взявшаяся тревога кольнула сердце.

Я вскинула взгляд. Пошарила им по комнате и увидела, что дверь в комнату Арона была чуть приоткрыта…

— Подожди… — я встрепенулась. — Дверь… она была открыта всё время? Но вроде я помню, что закрывала её…

Эльзас обернулся.

— Значит, Арон мог… — я недоговорила, но Эльзас уже понял.

Арон мог слышать разговор.

И ту часть, когда мы ругались.

И когда уже мирились. Мог слышать про отца.

Эльз опустил меня на пол. Мы поправили одежду и вместе подошли к комнате ребёнка.

Уже было поздно. И внутри царил полумрак — только призрачный свет из комнаты полосой ложился на пол. Силуэт ребёнка угадывался на кровати. Чёрная макушка торчала из-под края одеяла.

Я невольно улыбнулась: вот молодец, сам улёгся. Обычно он требовал сказку, три поцелуя, два обещания, что я не уйду, пока он не заснёт. Но сегодня… сегодня уснул без меня.

Хотя… это и немного странно.

Мой хвост дрогнул, медленно изогнувшись в дугу. Звон в висках нарастал, будто кто-то осторожно, но настойчиво скрёбся внутри черепа. Что-то не так.

Я сделала шаг вперёд.

— Арон? — шепнула, подходя к кроватке.

Сердце замерло. Рука потянулась к одеялу, дёрнула его в сторону. Под ним оказались… игрушки. Аккуратно сложенные: белая плюшевая кобра, ядовито-зеленая анаконда-робот, сбитая комком пижама в кофейное зёрнышко. Все прижаты друг к другу так, чтобы повторить очертания тела человека.

Но самого Арона в кроватке не было. И

— Арон!.. — позвала снова. Голос дрогнул и сошёл на нет.

Я огляделась: разбросанные игрушки, нетронутое силовое поле над кроваткой. Сына нет… Нет в комнате! Теперь я это ясно ощутила.

И будто ушат с холодной водой на голову вылили.

Его украли?! Это террористы?!

Меня затрясло.

Я повернулась к Эльзасу. Глаза атлантианца были темны, будто чернила растеклись по воде. Совсем не та чернота, полная страсти, как было недавно. Нечто совсем иное… Эльзас прижал ладонь к виску — очевидно, подключился к системе безопасности через нейроинтерфейс. И проверял файлы.

— Ты же говорил… что сюда никто не войдёт…— мой голос звучал тихо, отрешенно. Резко контрастируя с бурей едкого ужаса, что разворачивалась во мне. Руки сжались в кулаки, мелко задрожали.

— Никто и не входил, — напряжённо откликнулся Эльзас. — И выйти без оповещения никто не мог. Только я сам.

Эльзас медленно оглянулся. И снова посмотрел на меня. Лицо атлантианца было непроницаемо, но я видела — внутри него тоже закипает буря. Челюсти сжаты до боли, скулы резко очерчены.

— Ди, — голос низкий, почти рычание, — Арон ушёл сам. Система выпустила его, потому что онатлантианец . И он отлично усвоил ментальное упражнение, что показал ему мой отец. Арон очень достоверно сымитировал мой пси-спектр. И обманул систему.

Мир качнулся.

Куда он ушёл?! Зачем… Уже так поздно!

В ушах зашумело, будто прибой. Нет. Не может быть.

Глава 13

Диана

Я замерла у кровати Арона. Всё ещё не позволяла себе до конца поверить, что сына там нет. Эльзас неподвижно стоял у меня за спиной. И меня трясло.

Словно для пущего эффекта – за окном раскатисто прогрохотало, и тут же зарядил ливень!

Псионическое восприятие выкрутилось на максимум, в попытке нащупать след ребенка. Но ничего не получалось найти! Мой золотой хвост сам метнулся в сваленным кучей игрушкам. Они уже напоминали форму тела ребенка очень отдаленно. Но мой хвост окончательно разворошил плюшевых рептилий. До конца уничтожая иллюзию, будто сын мог спрятаться среди игрушек.

Затем мой хвост отмахнул яростно-отчаянную дугу, звонко щёлкнул раздвоенным кончиком. Так он по-своему кричал, что Арона надо скорее искать! Я же не двигалась. Я не могла даже вдохнуть.

Стены детской словно начали сжиматься.

Темнота за окном казалась абсолютной, пока небо не вспорола вспышка белой молнии. Я слышала только как дождь жалит безупречные газоны атлантианского квартала. Точно избивает землю. Или это так отдавался в ушах стук моего сердца?

Арон ушёл… Сбежал!

Как?! Почему?!

Раньше он никогда подобного не делал!

Хотя бывало, хитрил, но приболтать нянечку, чтоб уйти с ней из садика – это максимум! А теперь… сбежал! … А сейчас уже ночь. Да ещё и гроза! Мой малыш там совсем один. Надо скорее бежать! Искать его! Надо…

Меня заколотило изнутри. Паника нарастала.

Но неожиданно горячие ладони Эльзаса легли на мои плечи. Он развернул меня к себе лицом.

— Диана, мы его найдём, — твёрдо произнёс Эльзас. — С Ароном всё будет в порядке.

Я медленно подняла на него взгляд. Мой голос звучал тихо, надтреснуто:

— Он ещё такой маленький, Эльзас. Он мог… мог… — слова застряли в горле. Дикие предположения предстали перед глазами. Одно хуже другого!

— Ди, он с ИИ-няней, она его защитит. Накс говорит, Арон перекалибровал датчик слежения. Так что локацию с ИИ-няни не снять. Я восстановлю контакт и локация у нас будет. Это быстро, Ди. Но поверь, в ИИ-няне такой арсенал, что если на район бомбу уронят, Арон останется невредим. К тому же запущен анализ всех камер внешнего наблюдения в квартале. Восстановим его путь по ним даже быстрее. Сканирование тепловое, псионическое… Патрули предупреждены.

Мне хотелось просто бежать и искать. Но умом я понимала, что отследив локацию, я на мобиле Эльзаса или на каком нибудь служебном планолёте – попаду в нужное место быстрее. По щеке сама собой скатилась обжигающая слеза.

– …не плачь, Ди, мы снова увидимсына очень скоро.

Но тут Эльзас умолк и повернулся к двери.

Я увидела как в комнату заползла серебристая змейка с глазами точно из горного хрусталя. Накс Эльзаса трансформировался, его сложно было не узнать. Мой хвост невольно качнулся навстречу серебряной змее. Совсем слегка. Но замер едва начав движение.Не сейчас.

Змея-накс внимательно посмотрела на Эльзаса.

“Искать”, — прочитала я по шевельнувшимся губам мужчины. А вслух он сказал:

— Всё будет хорошо, Ди. Обещаю.

Его руки обняли меня крепче, отгораживая от страхов, будто щитом. Мне не стало спокойнее. Просто не могло. Но яверила Эльзасу.

* * *

Арон

Дождик бьётся о невидимую преграду над головой, стекая круглыми каплями-бусинами. Я осторожно протягиваю хвост сквозь край щита… ой! И сразу становится мокро! А потом прячу назад — и снова сухо. Наксик говорит, что это “энергетический купол”, и что когда вырасту, я смогу ставить такой же и без его помощи.

Наксик — имя змеи, которую подарил пап…, то есть “мамин друг Эльзас”.

Моя огромная серебряная змея-трансформер, как в нейро-фильме про роботов, только круче! Она сделана из кусочков-сегментов. И может стать горкой, машинкой или динозавром. И даже может поделиться на две части.

Когда я покажу её Лютику — мы сможем играть в наездников космических драконов или в… Хотя прямо сейчас играть совсем не хочется.

Мой хвост расстроенно хлещет по спинке кресла летающего накси-мобиля, которое Наксик сделал из своего длинного тела.

“Почему ты всё решаешь без меня?!” — кричала сегодня мама.

“За последние дни “биологический отец” Арона ни разу не объявился” — рычал папа.

Я сначала не совсем понял из-за чего же ссора, но… Их голоса были как гром. Я не хотел слушать, даже затыкал уши. Но слова проникали в голову сами собой.

В итоге я так понял, что они ругались из-за меня.

И про меня.

Я сразу знал чтохочу, чтоб Эльзас был мой папа. Мне понравился новый дом… и я не хотел из него уезжать.

И чтобы из-за меня ругались — тоже не хотел.

Я спросил Наксика, как помирить маму и папу. И он сказал, что им нужно общее дело. Как общая игра. Это была хорошая мысль. Я стал другом с Лютиком, потому что мы лучше всех играли в космических гениальных сыщиков-дознавателей.

Я стал думать, какие бывают игры… и придумал — прятки! Если они будут меня искать — то помирятся.

Поэтому я ушёл…

Но я всё

А теперь мой накси-мобиль везёт меня к дому Лютика. Я побуду у него. А попозже скажу маме, где я… Если они с папой, конечно, не найдут сами.

А вот и дом Лютика впереди!

За теми раскидистыми зелёными деревьями.

Сделав мягкий виток, мой накси-мобиль опускается на землю возле белого дома, с округлой как несколько шариков мороженого крышей (Мама Лютика — виана Пушинка, говорила, что “форма крыши подразумевает не мороженое, аклубки” . Но я так и не понял что такое клубки..).

Дождик уже закончился. Фонари разгоняют темноту.

Выбравшись на асфальт, я поправляю за спиной портфель — там мои самые важные вещи: палка для драки (на всякий случай), плюшевая змея (если мне станет страшно, так что она вряд ли пригодится, но пусть лежит), кофейные мармеладки (на случай голода) и свисток (чтобы подать Лютику сигнал).

Накси-мобиль перестраивается в красивую змею. И я не удерживаюсь — глажу её по плоской мордочке… но тут она поворачивает голову и смотрит в темноту.

— Что там?! — шепчу я, обхватив шею змеи руками.

Из тени под свет фонаря выходит мужчина с серыми глазами.

Сначала я замираю, насторожившись… Но потом узнаю его — это Марк, мамин помощник с работы. Он даже как-то был у нас дома, забирал документы. Только сейчас взгляд у него странный… Я не хотел бы с таким Марком разговаривать.

— Привет, Арон, — ненастоящей улыбкой улыбается Марк, приседая на корточки рядом со мной. — Вот так неожиданная встреча…

*** Диана

Ночь давила на стёкла мобиля, будто хотела прорваться в салон. Дождь давно прекратился, но небо всё ещё затягивал покров свинцовых туч.

Мы ехали — нарушая все правила, потому что Эльзас отключил ИИ управление, высвободил из экстренной панели руль и теперь сам направлял мобиль. Мы нарушали все мыслимые ограничения. Я даже не подозревала, что грави-авто могут вообще нестись с такой скоростью. Да ещё и по городу!

Но это меркло перед целью — скорее найти Арона.

Мы направлялись к дому одной очень влиятельной семьи котоидов. Там жил лучший друг Арона, котёнок Лютик, а его мама, виана Пушинка, занимала ну очень высокий пост в правящей верхушке Союза. Настолько высокий, что скрывать личность не имело большого смысла. Прямо как для виана Алефа – отца Эльзаса. И именно от резиденции вианы Пушинки Эльзас поймал сигнал ИИ-змеи.

Сидя на переднем пассажирском кресле возле Эльзаса, я вглядывалась в экран планшета, где была открыта засекреченная ведомственная ии-программа. Эльзас загрузил её работой. Сейчас умная система военного ведомства Союза анализировала пси-слепок Арона и выискивала совпадения в поступающих данных.

Но новых подходящих сигналов не приходило.

Последний был — от дома Пушинки. И больше не повторялся!

К сожалению, до вианы Пушинки или её супруга я не дозвонилась. Но очень надеялась, что сын сейчас в тепле. Играет в доме вместе с другом — малышом Лютиком.

Но внутри меня всё скручивалось в ледяной узел.

Каждый поворот дороги, каждый парящий неоновый фонарь на тротуаре будили в уме новые картины:Арон, один, в какой-то подворотне, дрожащий, напуганный…

Это я виновата.

Если бы не скрывала Арона от Эльзаса…

Если бы сказала правду четыре года назад…

Если бы сегодня сдержала свой характер и не ругалась бы с…

— Ди, — голос Эльзаса вспорол тишину, его рука коснулась моего колена, — ты не виновата.

Мой хвост судорожно намотался на предплечье Эльзаса. Я даже не пыталась его отдернуть. Все равно шансов не было.

Я посмотрела на Эльза. Он не отрывал взгляда от дороги, его профиль был резким, будто высеченным из камня. Губы плотно сжаты. Но он справлялся с волнением куда лучше меня. Даже умудрялся даже поглаживать мой мелко дрожащий хвост одним пальцем.

— Яочень виновата, — горько возразила я Эльзасу.

— Нет, – голос атлантианца был твёрд, – это просто произошло. В следующий раз не допустим. А сейчас будем решать вопрос.

— Но я…

— Мы найдём Арона. Совсем скоро.

Я кивнула. Сцепила пальцы на коленях. Внутри всё дрожало. Как будто мир стал хрупким стеклом, и что угодно могло его разбить.

Когда впереди показался дом вианы Пушинки, я не выпрыгнула на ходу только потому, что двери были заблокированы. Белоснежное круглое здание чуть мерцало в темноте ночи. Его покатая крыша, напоминающая мороженое, наваленное в креманку без всякой меры – мягко подсвечивалась по периметру.

…Арон обожал своего друга Лютика. Об их шалостях можно написать целую книгу. И как я сразу не поняла?! Конечно, это первое место, куда мой сын мог бы направиться.

В груди закололо, настолько острой была надежда, что мой Арон там!

Когда машина остановилась, Эльзас вышел первым, я за ним — почти бегом. На улице — никого. Только туман после дождя лежит густым покровом.

Я сразу побежала к дому. Активировала сенсорную панель, нажала на экстренный звонок.

Вскоре раздался щелчок замка. И к нам вышла огромная белая кошка с зелёными глазами. Сонно зевнула, показывая клыки:

— Мр-р, виана Ди, виан Эльзас… Вы поздно… Что случилось?

— Арон у вас? — спросила я.

— Арон? — искренне удивилась она, махнув хвостом.

— Нет, мрр… Но…

Нет?!

Меня будто под дых ударило.

— Нет?! А вы его сегодня вечером видели?!

— К сожалению, нет, дорогая… Но я могу передать тебе код от камер. Мр-р… Если Арон здесь был, они его засекли. Вот… уже отправляю на…

Эльзас уже не слушал, он вдруг повернулся к дороге, что была перед домом. Шагнул туда, словно его влёк какой-то зов. Я сразу последовала за ним и увидела, как он поднимает с влажной травы металлический изогнутый предмет.

— Сегмент змеи, — поняла я. — Арон здесь был!

— Тут сообщение… — нахмурился Эльз.

— Разве? Я ничего не чувствую!

— Оно скрыто на атлантианском пси-спектре, — он провёл рукой над металлом. А в следующий миг на сегменте вспыхнули немного корявые буквы: “У меня всё хорошо. Я у Марка”.

Что?!

У Марка?! У моего зама?!

Но он мне ничего не писал!

Почему?! Если только…

Меня словно парализовало.

— Вианы, могу я чем-то помочь? — белоснежная котоид беспокойно поджала коготки на передних лапках.

— Нет, благодарю, виана Пушинка. Мы позже свяжемся, — откликнулся Эльзас.

Взяв под локоть, он увёл меня

Сердце колотилось как бешеное.

Тысячи предположений всплывали и угасали в уме.

Ментальным приказом, Эльзас уже перенастроил задачу на планшете. И теперь там вспыхивали точки полученных сигналов по пси-слепку Марка. И что странно — он был снаружи своего дома. И это посреди ночи…

Ещё на подъезде я разглядела, что Марк копошился возле своего мобиля. Судя по всему, он спешно собирал вещи. Заталкивал их в багажник… А заменив подъезжающее авто, сразу же метнулся в кабину…

Так не станет вести себя тот, кто невиновен!

Но прежде, чем он сумел стартануть, наш мобиль перегородил ему дорогу.

— Оружия у него нет, — тихо произнёс Эльзас.

Кивнув, я выскочила наружу. Миг, и я уже была возле авто Марка. Миг, и мой хвост выдрал дверь с корнем. Отбросил в сторону. Ещё миг – и я обвила хвостом горло своего зама.

— Где Арон?! — зарычала я.

Оторванная дверь отлетела на газон. Темноту ночи разрезал свет фар замершего мобиля.

Марк дёргался в хватке моего хвоста, как рыба на крючке. Его лицо стало мраморно-серым, глаза выпучились. Пульс бился — быстрый, неровный, как у пойманный крысы.

Гнев клокотал во мне, раскаляя грудь до боли.

— Отвечай, где Арон?! — я сжала хвост чуть сильнее. Марк задёргался, он не мог дышать, но я не отпускала. Его ноги судорожно скребли асфальт. Сжав зубы, я заставила себя чуть ослабить хватку, чтобы он мог ответить.

— Я… с-скажу… — прохрипел мой бывший зам. — В обмен… на недостающую половину похищенной формулы!

В голове будто взорвалась граната.

Жар ударил в виски, я едва не взвыла от бешенства. Кончики хвоста разгневанно защёлкали, желая на кусочки порезать Марка. Я встряхнула его так, что у него клацнули челюсти, а затылок впечатался в заднюю дверь мобиля.

— Ты думаешь, я не убью тебя прямо сейчас?! — прорычала я.

И тут Марка накрыла тень Эльзаса. Слегка повернув голову, я увидела лицо атлантианца — ледяное, опасное. Глаза были настолько тёмные, что в них можно было утонуть. Он стоял, хищно склонив голову.

И хотя невозможно было понять по лицу, я ощутила на уровне пси — всё в Эльзасе клокотало от ярости. Он обратился к Марку, и каждое слово было острым как сталь.

— Сейчас я вломлюсь в твою голову и вытащу всё, что ты знаешь, Марк. Сожгу твои мозги дотла. Так, что ты потом даже своё имя не вспомнишь. У тебя есть один шанс избежать этого. Сейчас. Говори. Где Арон.

Марк засипел. Задрожал.

Его взгляд испуганно метался между мной и Эльзасом.

— У м-меня стоит пси-протектор, — вращая глазами, в слепом безумном отчаянии выдохнул он. — Если активирую его, он сожжёт мои воспоминания за последние пять лет. В-вы ничего не сможете вытащить. Ничего.

К сожалению, Марк не врал.

Всем важным сотрудникам лаборатории устанавливали такой, чтобы у преступников не было смысла в краже людей.

— Тогда я просто превращу твои мозги в фарш! — Эльзас шагнул к Марку.

— Делайте что хотите! — завопил тот. — Я ничего не скажу! Пока не получу формулу!

Пульс зама бешено скакал. И я ощутила его эмоции. Он не блефовал. Он правда был готов умереть, но ничего не сказать.

И хотя это я держала Марка за горло, но мне померещилось — что это он держит меня. Душит. И я задыхаюсь.

— Почему, Марк?! Почему ты это делаешь?! — вопросы вырвались сами собой.

Марк сжал губы.

— Из-за сестры, — вместо него произнёс Эльзас. — Я читал твоё личное дело, Марк. Она серьёзно больна. Обещали вылечить?

Лицо зама исказилось, как от внутренней боли.

— Она у них! И… и…

— Крупный долг за экспериментальное лечение, — ледяным тоном продолжил Эльзас. — Оно не помогло?

— Её отключат от капсулы жизнеобеспечения, если не будет формулы! — выкрикнул он.

— Ты правда думаешь, они выполнят обещание? С такими методами?

— Я… они… у меня нет выбора! — Марк снова задрожал, голос его сорвался. Взгляд перескочил на меня. — Ди, я клянусь, с Ароном всё в порядке. Они обещали. Они ничего не сделают, если формула будет…

— Отправь им формулу, Ди, — вдруг сказал Эльзас.

Меня будто молнией пронзило. Теперь я резко повернулась к атлантианцу всем корпусом, забыв на миг, что Марк всё ещё висит на моём хвосте.

Глаза Эльзаса, тёмные, как безлунная ночь, были прикованы к Марку.

Передать формулу — это не просто нарушение протокола. Этот поступок перечеркнет всё дело Тайного ведомства. Отдать её – не просто нарушить антитеррористическое законодательство, а ещё и сплясать на голове у правящей верхушки Союза. И Эльзас легко переступил эту черту. Союз никогда бы не согласился на сделку с террористами. Никогда. Но очевидно сейчас Эльзас действовал не как советник Союза. А как отец.

А ещё я не сомневалась, как только Арон будет в безопасности, Эльзас не оставит террористов в покое. Они пожалеют, что на свет родились. Именно это читалось сейчас в его тёмных глазах. В выражении лица.

Они поплатятся за то, что сделали.

Эти мысли пролетели в голове за один удар сердца, а на следующий я уже раскрыла из коммуникатора виртуальный планшет.

Руки дрожали, когда я зашла в закрытую научную базу.

Формула была завершена только частично — в ней оставались пробелы, ведущие к плохим побочкам, но даже в таком виде она могла превратить обычного человека в пси-мутанта. Я нажала “Отправить”, и файл ушёл.

Затем я размотала хвост, и Марк рухнул на асфальт.

— Координаты, — рявкнула я.

Бывший зам начал торопливо диктовать их, а Эльзас коснулся своего виска, передавая данные группам быстрого реагирования. Они оказались близко к нужному месту. Я застыла в ожидании… А спустя пару минут лицо Эльзаса закаменело.

Я поняла — поступил ответ. И новости плохие.

— Арона там нет, — произнёс Эльз, и в его голосе зазвучала ледяная ярость.

Марк широко распахнул покрасневшие глаза:

— Этого не может быть! — завопил он. — Они обещали! Они…

— Кто обещал?! — рявкнул Эльзас, хватая его за воротник. — Имя! Место! Всё!

— Это в… — начал он, но в этот миг его тело выгнулось дугой. Пена выступила на губах, глаза закатились. Опустившись на корточки,

— Вирус, — прошипел он. — Попытка удалённого убийства.

Через мгновение Марк обмяк, его тело повисло, как тряпичная кукла.

— Выживет, — коротко бросил Эльзас, оставляя Марка лежать на асфальте и выпрямляясь. — Я заблокировал вирус. Его заберут мои люди. Но есть хорошая новость — я знаю, где Арон.

Мой сердце пропустило удар.

Я ослышалась?!

— Знаешь?! Но откуда?!

— Запеленговал направление, когда активировали вирус… А ещё, накс нашёл след. Вместе этих данных достаточно, чтобы определить местоположение, — Эльзас повернулся ко мне, взял за руку. — Ди, идти туда вместе опасно, поэтому…

Мой хвост изогнулся яростной дугой.

— Нет! Я пойду с тобой! Там наш ребёнок! И я… Это не обсуждается!

— Я ожидал такого ответа, — кивнул атлантианец. — Но тогда ты должна мне безоговорочно подчиняться, Ди.

Глава 14

Диана

Темнота в узком переплетении коридоров казалась почти осязаемой. Несмотря на то что снаружи было тепло, холод покусывал кожу. Я прижалась спиной к ледяной металлической стене. Обняла себя руками. Где-то далеко капала вода. Каждый звук эхом отражался в лабиринте тёмных проходов.

Кап… Кап… Кап…

Сюда нас привела нить данных, полученных Эльзасом.

Где-то здесь — в лабиринте проходов и комнат — держали нашего Арона.

Это была старая, законсервированная за ненадобностью военная база Союза. Она находилась прямо под улицами города. Хотя официально этой базой никто не пользовался — Эльзас знал о ней, как о важной инфраструктурной точке. И вот теперь оказалось, что это место стало логовом террористов.

Кап… Кап… Кап…

Тревога грызла душу. Я вслушивалась, пытаясь уловить шаги Эльзаса… Но слышала только капающую воду.

Мы проникли на базу с дальнего дополнительного входа. Какое-то время шли вместе, а потом Эльзас попросил меня десять минут подождать, а сам отправился вперёд на разведку.

Но десять минут уже прошли… и теперь я места себе не находила. Я закусила щёки от волнения.

Что, если Эльзас решил всё же сам искать Арона?Без меня!

…что, если с ним что-то случилось?

Мысли метались, цепляясь за крючки-тревоги.

Я была уверена — Арон, правда, где-то здесь. Я остро ощущала это материнским сердцем, словно между мной и сыном была натянута крепкая нить. И оттого невыносимо было просто стоять и ждать непонятно чего.

Но и одной бросаться вперёд было безрассудно.

Ведь разве обычная шайка могла так запросто использовать базу Союза? Вряд ли. Им кто-то помогает. Кто-то из верхов Союза. Скрывает их присутствие здесь. Дистанционное убийство через подселённый вирус, которое они пытались провернуть с Марком — на это обычные бандиты тоже неспособны. Да и тот факт, что моего зама завербовали… прямо под моим носом! Как давно он шпионит для бандитов?!

Возможно, террористы выполняют чей-то заказ.

Что ж, они получили, что хотели… Теперь у них в руках формула, способная человека превратить в пси-солдата.

А значит — всё ещё куда опаснее, чем казалось вначале.

Мысль о том, что малыш попал в руки таких людей, заставляла сердце бешено колотиться. Кончики моего золотого хвоста нервно вздрагивали от волнения. Пожалуйста… пожалуйста, пусть всё будет хорошо!

Внезапно впереди, в кромешной тьме бокового ответвления — раздался глухой стук. Я замерла, вжавшись в стену сильнее. Задержала дыхание. Эльзас ушёл направо… а звук слева, значит, это не он! Мой хвост инстинктивно изогнулся змеёй, готовый к атаке.

Я напряжённо всмотрелась во тьму…

Света было мало, и обычный человек ничего не увидел бы. Но я же шиарийка, моё зрение куда острее, поэтому я различила в коридоре мужской силуэт. Высокий, широкоплечий, в незнакомой чёрной форме и в капюшоне. Лицо скрывала вихляющая, мерцающая виртуальная маска – рябь, пульсирующие точки, размывающие черты до неузнаваемости.

Кто это?!

Мужчина шёл ко мне!

Но адреналин не успел ударить в кровь, а я уже ощутила на уровне пси знакомые мозговые волны, исходящие от этого мужчины. Особую уверенную энергию. Следом рассмотрела походку — плавную и бесшумную, как у хищника. К тому же на поясе висел накс, хоть сейчас он и был собран в компактный цилиндр и сложен в стандартного вида кобуру.

Это всё же Эльзас.

Я облегчённо выдохнула, отлипая от стены. А он уже стянул капюшон. Помехи исчезли с его лица.

— Ди, ты как? — спросил атлантианец, подходя ближе.

— Я в норме, а ты? — зашептала я.

— Тоже в норме, — кивнул Эльзас. — Впереди теперь всё чисто. Но дальше уже опасно идти без маскировки. Пока я осматривался, нашёл кое-что полезное, — он протянул мне свёрток чёрной ткани. С похожей одеждой, как была и на нём. — Переоденься, Ди.

Я взяла свёрток. Ткань оказалась прохладной на ощупь, немного жёсткой. Откуда она? Эльзас снял её с кого-то? От одной этой мысли по спине побежали мурашки.

— Твой комплект новый, Ди. Взял со склада, — угадал мои мысли Эльзас. — Из плохих новостей — да, база под контролем врагов. Из хороших — их численность небольшая. Пара десятков, и профессиональных бойцов котоид наплакал. В основном они в центральной зоне. Лица скрывают. Друг друга опознают по пси-отпечаткам. Я их подделаю для нас, и мы сойдём за своих. Спокойно пройдём до места, где держат Арона. ИИ-няня с ним, она его защитит до нашего прихода. Твоя задача – держаться меня. Ничего не делать, пока я не скажу, — он говорил уверенно, твёрдо, и мне становилось спокойнее с каждым его словом.

Я кивнула, прижимая свёрток к груди.

Тёмные глаза атлантианца сейчас казались почти полностью чёрными. Мне хотелось столько сказать Эльзасу! О том, как я благодарна ему за то, что он рядом, а ещё… но нет, не сейчас! Я отвернулась.

“Сначала найдём Арона”, — решила, распаковывая свёрток.

Я переоделась быстро.

Чёрная, облегающая водолазка из плотного синтетического материала легко натянулась на тело. Штаны — такие же чёрные, свободные, с множеством плоских карманов. Я сунула хвост поглубже в одну штанину, намотала его вокруг ноги. Потом поверх водолазки надела куртку-безрукавку с карманами и с капюшоном. Она застегнулась на магнитные клипсы. Последним элементом был капюшон.

Как только я накинула его, мир перед глазами слегка поплыл. Виртуальная маска активировалась – мое лицо теперь тоже было скрыто хаотичным мерцанием помех. Поняв, как активируется маска, я пока что сняла капюшон.

Эльзас подошёл ко мне.

Его пальцы, быстрые и точные, поправили воротник, проверили застёжки на моей куртке. Каждое прикосновение

“Передатчик”, — определила я.

— У меня такой же, запеленгованный на твой. Направь мне мысль, и я услышу тебя, — сказал Эльзас.

Потом он достал несколько хромированных кругляшек и прикрепил под жилетку.

— Одноразовые энергощиты. Активируются при опасности. Отобьют несколько попаданий из любого оружия. Я не допущу перестрелки, но… на всякий случай.

Наконец, он протянул мне бластер. Аккуратный, с обтекаемым корпусом из матово-чёрного полимера. Такой легко можно спрятать даже в карман.

— Умеешь стрелять?

— Да… — мой голос прозвучал хрипло.

Я умела. В теории… Проходила краткую подготовку. Но это было давно. И, помнится, по стрельбе у меня был ужасный балл.

Я взяла оружие, но руки предательски дрожали. Вес бластера казался неестественно тяжёлым, чужим.

Эльзас встал позади. Его руки накрыли мои, обхватывающие рукоять бластера.

— Держи вот так, — его горячие пальцы поправили мою хватку, сделали её твёрже. Его палец переключил предохранитель и лёг на крючок. — Жми сюда, когда цель в прицеле. — Его голос был низким, спокойным, прямо у моего уха. Я ощущала спиной его горячий торс.

В этой ледяной заброшенной базе его близость была единственным источником тепла и… чего-то ещё. Острого, жгучего, несмотря на весь ужас ситуации. Я инстинктивно прижалась к нему спиной чуть сильнее, впитывая его уверенность.

— Всё будет хорошо, Ди, — мягко сказал Эльзас.

Мы шли по холодным, узким коридорам.

Тусклые нанолампы тянулись по потолку. Ничего вокруг не менялось.

Я старалась идти ровно за Эльзасом, подражая его бесшумной, уверенной походке. Но получалось дурно, потому что я всё время отвлекалась — каждый поворот, каждый тёмный проём казался засадой. А мысли постоянно кружили вокруг Арона. Всё ли с ним хорошо?

“Впереди человек. Не замедляйся. Спокойно иди за мной, как будто знаешь куда”, – раздалась в голове мысль Эльзаса.

“Хорошо”, – ответила я, направляя мысленный ответ в передатчик.

И правда, из бокового ответвления вынырнула фигура в таком же чёрном костюме, как у нас, с капюшоном и мерцающей помехой вместо лица. Похоже, один из террористов. Он шёл навстречу, не глядя по сторонам, погружённый в себя.

Я заставила себя расслабить походку и сделать движения плавнее, даже если сердце колотилось где-то в горле. Незнакомец почти прошёл мимо, но уже оказавшись на нашими спинами, вдруг окликнул нас:

— Эй! — Его голос, искажённый маскировщиком, звучал глухо и металлически. – Вы чего еле плетётесь? Поторопитесь! Собрание уже началось! Главный не любит опаздывающих.

— Да, конечно, — ответил ему Эльзас, ускоряя шаг. Я тоже ускорилась следом.

“Как думаешь, что это за собрание?!” — взволнованно спросила я.

“Наверное, общий сбор в связи с полученной формулой, — прозвучал в голове спокойный ответ Эльзаса. — Анализ пространства указывает на скопление гуманоидных форм жизни чуть дальше. Туда нам как раз и надо. Это самый рациональный и короткий путь к Арону. …не переживай, Ди. Нас никто не узнает. Я не позволю ничему плохому случиться”.

Уверенность атлантианца была почти осязаемой. Крепкой, как псионический щит. Это придавало уверенности и мне. Казалось, пока я с Эльзасом — все беды обойдут стороной.

Вскоре мы свернули в более широкий ярко освещённый проход. Шум нарастал с каждым шагом, превращаясь в гул десятков голосов.

И вот мы вошли в новое помещение — просторное, больше похожее на ангар или командный центр. На дальней стене мерцали голопанели с непонятными схемами. Воздух гудел от работы скрытых генераторов и сливающихся воедино голосов. Пространство было заполнено людьми – попытавшись посчитать — я сбилась на цифре тринадцать. Все они были в идентичных чёрных костюмах и капюшонах, с лицами, скрытыми той же рябью помех.

Они стояли плотными группами, образуя полукруг перед возвышением посередине.

И на этом возвышении, резко выделяясь на фоне моря чёрного, стояла массивная фигура в белом костюме. Это был мужчина — широкоплечий, с немного грузным телом — скорее всего, уже средних лет или старше. Даже без видимых расовых признаков его осанка, манера держаться – всё кричало о силе, важности и высоком происхождении.

“Вероятно, драконоид”, — предположила я.

“Да. И похоже, он тут главный”, — подтвердил Эльзас, его мысленный голос был предельно сосредоточен.

Мы влились в задние ряды толпы, стараясь не привлекать внимания. Но к счастью, никто на нас и не смотрел. Все слушали главного.

Голос драконоида, усиленный и слегка искажённый, гремел под полотком:

“…мы движемся к цели! Прогресс не остановить! Скоро весь Союз, вся Галактика узнает о нашем превосходстве! Экспериментальная сыворотка – ключ к новой эре – у нас в руках!”

Он поднял руку, и в его пальцах сверкнул длинный шприц, заполненный мерцающей фиолетовой жидкостью. Я мгновенно оценила концентрацию: опасно высокая. — Сегодня… сегодня я продемонстрирую вам её истинную мощь!

“Продемонстрирует? Но как?! — подумала я. — Они разве успели кого-то подготовить для её приёма? Её нельзя просто вкалывать кому попало! Тем более в такой концентрации. Побочки… они же катастрофические… и… “

“Ди, — Эльзас незаметно взял меня за руку, — мы с этим разберёмся. Заберём сына, следом группа захвата здесь всё зачистит. Никто не уйдёт. Все предстанут перед судом”.

Я кивнула.

“Да… главное, чтобы Арон не…”

“Мама?” — тонкий, знакомый до боли мысленный голосок прозвучал прямо внутри моей головы, заставив вздрогнуть всем телом.

Арон! Он подключился к передатчику! Но как?! Через ИИ-няню?!

“Арон! Солнышко! — я мысленно почти закричала от облегчения. — С тобой всё в порядке?! Где ты?!”

“Да, мам. Всё хорошо, — отозвался он, и в его тоне слышалась детская обида. — Только скучно тут. Очень. Никто не хочет играть. Рисовать мне надоело. Игрушки скучные… ни одной змеи, кроме моего Наксика. И эти дяди тут… уговаривали позволить им забрать его. Но я не разрешил! Это ведь моя змея!”

Гордость смешалась с ужасом. Они пытались отобрать ИИ-няню? Значит, поняли её возможности. И что она не даст навредить сыну. Слава Космосу, Арон проявил характер.

“Твоя, твоя, родной! Ты молодец, что не отдал! – я мысленно обняла его. — Никому не отдавай! И главное – никуда не уходи! Дождись меня! Я скоро!”

“Хорошо, – послушно ответил он. И тут же добавил с любопытством: — Ой! Наксик говорит, что ты с пап… с дядей Эльзасом! Значит, вы помирились?”

Прежде чем я успела ответить, в наш мысленный диалог вклинился ласковый, но уверенный голос Эльзаса:

“Ура!” – закричал наш сын, и я почти физически ощутила его сияющую улыбку. — “Значит, я всё правильно сделал! Я же хотел, чтобы вы… чтобы вы не ссорились! И чтобы мы жили все вместе. И никогда не расставались. Ходили в атлантианские детские клубы и за кофейной сладкой ватой!..”.

“У тебя всё получилось, Арон. Но в следующий раз я покажу тебе другой способ помирить нас с твоей мамой.”.

“Хорошо, па… дядя Эльзас, я… — сын недоговорил, громко зевнув. — Уф. Ладно, жду вас. Наксик здесь всё стережёт”.

Связь оборвалась, оставив после себя волну тепла и невероятного облегчения. Наш сын цел. И даже, кажется, не напуган. Он ждёт нас. Я заморгала, чувствуя, как слёзы подступают к глазам. Слишком много я переживала. И теперь облегчение едва не сбило с ног. Но хорошо, что маска скрывала мои эмоции.

Плохое уже почти позади!

Осталось только забрать сына.

За те несколько мгновений, пока длился мысленный разговор, мы с Эльзасом, ловко лавируя в толпе, продвинулись вдоль стены к центру помещения. Эльзас незаметно коснулся моего локтя, показывая на узкий, слабоосвещённый коридор, отходящий вглубь от главного зала.

“Я просканировал помещения и получил подтверждение от ИИ-няни, — передал он. — Арон в безопасности. Его сигнал чёткий, без наводок, локация точна. Наш сын ждёт нас впереди по этому коридору. Его разместили в самой удалённой комнате. Охраны у двери нет, только стандартный электронный замок. ИИ-няню я дистанционно перевёл в режим повышенной защиты. Она не покинет Арона, и ему рядом с ней ничто не угрожает. Дождёмся подходящего момента, отвлечём внимание, и…”

Но внезапно раздался гул.

Мы обернулись к сцене.

На возвышение к драконоиду поднялись двое бандитов в чёрном. Они держали под руки хрупкую фигуру в синем поношенном комбинезоне. Девушка, и молодая. В отличие от всех в зале, на ней не было капюшона, её лицо было открыто — бледное и измождённое. Тёмные, почти чёрные волосы были тусклыми и спутанными, запавшие серые глаза смотрели на драконоида обессиленно. У девушки не было сил сопротивляться. Она едва держалась на ногах, её тело дрожало мелкой дрожью.

Драконоид шагнул к ней.

— А вот и наш тестовый образец, — в его голосе слышался довольный оскал.

Я же не сводила взгляда с лица девушки. Она казалась мне отдалённо знакомой. Тёмные волосы… серые глаза глубокого редкого оттенка.

И тут что-то щёлкнуло в памяти.

Файл. Личное дело Марка. Графа “Ближайшие родственники”. Фотография… Улыбающаяся, жизнерадостная девушка с каштановыми волосами и редкими веснушками. Сестра. Имя: Альта.

“О Космос… Эльзас… Это же… это сестра Марка!” — успела сказать я.

А в следующий миг бандиты грубо заломили ей руки за спину, обездвижив. А драконоид вонзил иглу шприца ей в шею.

Я вздрогнула.

Фиолетовая жидкость истаяла – поршень шприца выдавил в кровеносную систему девушки весь концентрат, до последней капли. Космос Великий… да как это?! Они просто… звери!

— Не надо! — жалобно крикнула Альта, её глаза распахнулись до предела, губы исказились в немом вопле ужаса.

Эльзас накрыл мою руку своей — горячей и твёрдой.

Мой взгляд был прикован к сцене, к Альте, к проклятому шприцу — теперь уже пустому.

Разум пронзало понимание процесса, порождённое годами исследований в лаборатории и работы с симуляционными программами. И суть происходящего проступала с леденящей ясностью. Мысли были болезненно четким, колкими и… безнадежными.

Я знала, что происходит внутри хрупкого тела Альты. Как шторм захватывает ее нейромедиаторы, как перестраиваются ее белки… и как у этого измученного тела – нет и десятой доли необходимого ресурса на такие перестройки. Как она вычерпывает себя до предела, как заваливается в неприкосновенный резерв…

Я стиснула зубы. Мне хотелось кричать!

Уставшее сердце Альты делало свою работу – препарат прошел “полный круг” по ее телу, повторяя жгучей болью сосудистый рисунок до мельчайших деталей. И теперь вещество – повсюду. Преодолеть гематоэнцефалический барьер – дело нескольких секунд. Препарат доберется до головного мозга, встроится в метаболизм каждой клетки…

Я видела, как кожа Альты на шее и лице вспыхнула алым румянцем. Её грудь вздымалась, рот ловил воздух короткими, отрывистыми всхлипами.

“Концентрация запредельная…” – отстраненно отметилась моя собственная мысль.

Эффекты начнут проявляться через три… два… один…

Альта выгнулась в дугу. С её губ сорвался надрывный, нечеловеческий вопль — такой громкий, что перекрыл гул толпы. Судороги били её, как током. Глаза закатились – лишь узкие полоски белков жутко виднелись из-под полуприкрытых век.

Я чувствовала, как мои собственные мышцы непроизвольно напряглись в ответ, хвост судорожно сжался под одеждой, обвивая ногу крепче.

Ну вот и всё. Выживаемость в симуляциях при концентрациях такого порядка ничтожно мала.

Будет или адаптация, или распад.

В симуляциях это была критическая точка. Организм либо находил способ измениться, чтобы перенаправить лавину энергии, либо… погибал.

Шансы этой девушки были… Объективно – их практически не было.

И будто подтверждая мои мысли — хрип Альты внезапно оборвался. Она обмякла в руках державших её бандитов, они опустили её на пол.

В зале повисла тишина.

Глава 15

Всё произошло за несколько мгновений — но мне они показались вечностью.

Драконоид замер, наблюдая за неподвижно лежащей на полу Альтой.

Я не видела его лица и могла только догадываться, что на нём — разочарование? Презрение? Надменность? Впрочем, плевать! Мне просто хотелось вырвать ему глаза! За то, что он посмел украсть моего сына. За то, что издевался над бедной девушкой. И я ощущала от Эльзаса такие же эмоции.

Мысленно я считала в уме.

45… 46… 47

Если сестра Марка не очнётся в течение минуты, то не очнётся уже никогда.

49…50…51

И вдруг… Альта шевельнулась.

Слава космосу!

И от неё стало исходить свечение.

Сначала – лёгкое. Словно под кожей Альты зажглись синие неоновые нити. Они проступили на её висках, шее, запястьях, пульсируя в такт едва уловимому дыханию. Потом её глаза распахнулись. Не просто открылись – вспыхнули. Нечеловеческим, холодным синим светом, как два крошечных прожектора во тьме. В них не было сознания, только чистая, неконтролируемая энергия и бездонная боль.

“Выдержала”, — слово эхом удивлённо отозвалось в моём оцепеневшем мозгу. Но цена… Космос, какая цена! Она жива, но что от неё осталось? Сможет ли она теперь когда-либо вернуться к себе прежней? Сможет ли жить с этой малоконтролируемой силой?

Альта зарычала.

Низко, хрипло, по-звериному. Словно боль и ярость вырвались наружу.

Она попыталась встать,

Презрительный смешок драконоида разрезал тишину.

— Видите? Сила! Неочищенная, дикая, но СИЛА! — Он повернулся к толпе, разводя руками. — Но есть ещё одна чудесная новость. Побочный продукт! Из-за которого это научное чудо никогда не попадет на массовый рынок, друзья мои… И этот побочный продукт – а лучше сказать бонус – полное подчинение носителя тому, кто ввёл сыворотку!

Он резко повернулся обратно к Альте, которая, скуля, пыталась снова подняться на колени.

— Встань! — рявкнул он, голос как удар хлыста. — Я приказываю ВСТАНЬ, БЕСПОЛЕЗНОЕ СОЗДАНИЕ!

Альта вздрогнула от крика. Попыталась исполнить приказ. Но её тело, измученное судорогами и переполненное неконтролируемой энергией, не слушалось. Она лишь закачалась, синие прожилки на лице вспыхнули ярче.

— Яви свою силу! — драконоид ткнул пальцем в угол зала, где стоял металлический ящик для инструментов. — Подними это! В воздух! СЕЙЧАС ЖЕ!

Альта зажмурилась от боли и усилия.

“Что он творит — мысленно закричала я. — Она же никогда не была псиоником! Её мозг, её нервная система… Они не обучены, не адаптированы! Это всё равно что требовать от новорождённого пробежать марафон! Сила есть, но управлять ею… это невозможно сразу! Энергия просто рвётся наружу, разрушая всё вокруг и её саму. Особенно если вот так заставлять её использовать силу!”

— Давай же! — разъярённо выкрикнул драконоид.

Напряжение Альты стало почти осязаемым.

Воздух вокруг неё завибрировал, загудел. Ящик дрогнул, приподнялся над полом на сантиметр… два… И с грохотом рухнул обратно. Одновременно несколько голопанелей на стене позади с треском погасли, экраны покрылись паутиной трещин. По залу прокатился порыв ветра, сорвавший несколько капюшонов в первых рядах, а также — с драконоида.

Всего на миг! Даже не всё лицо открылось, лишь часть. Но мои шиарийские рецепторы сейчас были взвинчены, органы чувств работали на максимум.

Но этого мига мне хватило, чтобы сложить пазлы.

Манера говорить и держаться. Выбор используемых слов. Кусочек лица, что я видела. Знание о моём проекте…

“Эльзас, это же…”

“Да… ” — холодным тоном откликнулся атлантианец. — “Это Дерек”.

Дерек — советник Союза, высокое лицо, драконоид. Я встречала его в тот день, когда меня вызвали в башню Союза, где объявили о необходимости работать с Эльзасом.

Значит… советнику было мало власти? Он возжелал большего? Алчный мерзавец!

Гнев переполнил меня горячей лавой.

“Он за всё ответит”, — с ледяной яростью мысленно пообещал Эльзас.

— Бесполезное существо! — кричал тем временем Дерек. — Человек. Безродная девка без псионических сил. Но посмотрите, на что способна даже такая, как она! Та, кто всего лишь тестовый образец. Отработанный материал, — его голос сочился презрением.

Он медленно обвёл взглядом затихшую толпу

— Но у нас есть другие. Молодые. Сильные. И даже дети…

Дети?

Смысл его слов завис в воздухе, тяжёлый и зловещий.

Дети… Арон…

Мой желудок сжался в тугой узел.

Драконоид прошёлся по сцене — как хищник. Этот подлец был явно уверен в своей безнаказанности. Его рука скользнула к поясу. Выхватила бластер. Небольшой, элегантный, смертоносный. Небрежным движением он направил его на Альту, которая лежала на сцене, дрожа и всхлипывая. Её сияющие синим глаза тупо смотрели в пустоту.

— Отработанный материал, — повторил драконоид, и в его голосе не было ничего, кроме ледяного расчёта. — Демонстрация завершена.

Весь воздух вырвался у меня из лёгких. Мир сузился до дула бластера и хрупкой фигуры на полу.

“Эльзас!” — сорвался с моих губ испуганный, беззвучный шёпот.

Палец драконоида плавно лёг на спусковой крючок.

Раздался выстрел.

И я дёрнулась, инстинктивно закрыв глаза. Сердце замерло, зажатое в ледяные тиски. Эльзас сжал мою руку.

Когда я распахнула веки, то ожидала увидеть кровавую лужу, безжизненное тело Альты и… но реальность оказалась иной.

Сестра Марка лежала на сцене… живая. Она судорожно глотала воздух. Бластер Дерека валялся в нескольких метрах от него, явно отброшенный ударом. А сам драконоид стоял, держа на вытянутой руке… извивающуюся серебристую змею. Это же накс Эльзаса!

Плоская голова змеи с хрустальными глазами была зажата в его чешуйчатой руке. Но змея не сдавалась. Она яростно билась, пыталась укусить, но не могла пробить темну-серую чешую – естественную броню драконоида, которая начинает покрывать их тело в момент опасности.

Эльзас замер рядом со мной — напряжённый и сконцентрированный. Только теперь я поняла, что произошло — он приказал наксу остановить пулю. Спасти пленницу. Но ценой стал сам накс... Теперь он в лапах врага. А кроме того — Дерек знает, что тут есть по крайней мере один чужак.

В толпе воцарилась напряжённая тишина, нарушаемая лишь тяжёлым дыханием Альты. Несколько мужчин в чёрном уже выхватили бластеры и водили дулами... Но явно не понимали в кого целиться. Враг был среди них… но невидимый.

Дерек же тем временем медленно повертел пойманную змею перед своими глазами, скрытыми рябью помех. Хоть я не видела лица советника, но чувствовала его презрительную усмешку. Его голос, усиленный и искажённый, прозвучал гулко и леденяще:

– Ого. Какой редкий экземпляр атлантианского питомца. Безупречный хрусталь высшего сорта... и этот характерный узор на третьем сегменте у основания головы. – Его палец ткнул в едва заметный вензель. – Трудно не узнать. Эльзас... значит, ты здесь? Тайная операция? Своевольная миссия без поддержки? – Дерек медленно обвёл взглядом толпу, будто сканировал каждого сквозь маски. – Но раз не выходишь, затаился как мышь, значит, в меньшинстве? Ну же! Поздоровайся же по-джентльменски!

Рука Эльзаса, всё это время сжимавшая мою, внезапно разжалась.

Соскользнула с моих пальцев.

В голове прозвучал его голос, холодный и чёткий как сталь:

"Что бы ни случилось – не выдавай себя, Ди".

"Эльзас… что ты задумал?!"

– Атлантианцы, – продолжил Дерек, небрежно потряхивая извивающейся змеёй. – Интересная раса. Сильная. Но без своего накса... – Он сделал театральную паузу. – ...ни на что не способны. Они прячут своих наксов, чтобы те не попали под изучение, однако… если захотеть, для любого зверя можно создать подходящий ошейник.

Драконоид выдержал паузу, а затем его свободная рука – та, что не держала накса – скользнула в карман и достала устройство похожее на ручку. Из её кончика вырвались тонкие нити чистого золотого света. Они закружились в воздухе, сплетаясь в причудливую, мерцающую узором сеть. Словно паук, ткущий смертоносную паутину, Дерек направил эту сеть

Золотистые нити обвили серебристое тело змеи, сжимаясь, впиваясь в блестящие чешуйки. Накс вздрогнул, словно от удара током, его извивания стали бешеными, но одновременно беспомощными. Хрустальный глаз стремительно мутнел.

Дерек сжал устройство, и оно вдруг смялось, как фантик, рассыпалось в пыль – а сеть сомкнулась окончательно, обездвижив накса. Он беспомощно повис в лапе драконоида.

Моё сердце сжалось.

– Выходи! – рявкнул Дерек, его голос потерял всякую театральность, в нём зазвенела настоящая ярость. Он поднял с пола свой бластер, направив его уже не на Альту, а в толпу. – Ты думаешь, у тебя есть время? Собираешься вызвать подмогу? Бесполезно! – Он выкрикнул это с такой уверенностью, что у меня похолодело внутри. – Сигналы глушатся. База изолирована. Через десять минут от неё и улик останется только вакуумный шлак! Как и от всех заложников внутри. Так что не трать моё время, вылезай!

“Диана… — передал Эльзас по мысленной связи. — Дерек направил приказ на вакумизацию части помещений. У нас десять минут… и ещё столько же продержится ИИ-змея без поддержки моего накса”.

Слова Эльзаса врезались в сознание:

Десять минут?! Вакумизация?!

Мир поплыл перед глазами. Арон!

Меня затрясло так сильно, что зубы застучали. Нет. Нет. Нет!

У Эльзаса же есть какой-то план, верно?!

– Ну! – крик Дерека вернул меня в ад настоящего. Драконоид терял последние крохи терпения. – Я начинаю считать! Или мне перейти к... мотивации?

Эльзас, стоявший в полушаге впереди меня, чуть перенёс вес тела. Я почувствовала, как в нём сконцентрировалось напряжение, как в пружине, сжатой до предела.

Воздух будто зазвенел…

И вдруг… Лица кругом... все лица в масках, скрытые рябью помех... вдруг поплыли. Помеха исчезла на долю секунды, и вместо безликой ряби под каждым капюшоном проступило... лицо Эльзаса.

Его чёрные глаза, его резкие скулы, его сжатые губы. Десятки, сотни лиц Эльзаса уставились на Дерека со всех сторон. И из каждой маски, искажённые, но узнаваемые, гулко прозвучал один и тот же голос, наложенный сам на себя многократным эхом:

– Я здесь.

– Я здесь.

– Я здесь.

Эффект был ошеломляющим.

Толпа вздрогнула, как единый организм. Кто-то вскрикнул от неожиданности. Кто-то инстинктивно шагнул назад. Один из бандитов ближе к сцене, видимо, на грани паники, резко дёрнулся, поднял оружие.

Дерек среагировал молниеносно.

Он выхватил из кобуры второй бластер, дуло метнулось в сторону дёрнувшегося человека.

Свист выстрела! И человек в чёрном рухнул с диким воплем, хватаясь за простреленное бедро. А в следующий миг к драконоиду метнулась тёмная фигура! Это Эльзас воспользовался всеобщим замешательством — и преодолел расстояние до сцены за мгновение. И атаковал Дерека.

Его первый удар – точный, сокрушительный – пришёлся по запястью вооружённой руки драконоида. Бластер вылетел из ослабевших пальцев и покатился по полу сцены. Второй удар – в корпус… но Дерек был уже готов. Он поймал кулак Эльзаса своей чешуйчатой рукой. Второй — отшвырнул накса в толпу и сжал пальцы в кулак для ответного удара.

Я замерла, вцепившись взглядом в сцену.

Эльзас и Дерек слились в вихре движений – смазанных, стремительных, смертоносных. Капюшон упал с лица драконоида — и я увидела наглое торжество в его высокомерных чертах. Он был уверен в своей победе.

Эльзас был быстр, невероятно точен, но Дерек… Дерек был мощью. Тяжёлый, защищённый природной бронёй, он словно давил массой, заставляя Эльзаса отступать, уворачиваться, парировать.

А ещё — он был здесь не один.

Хлоп! Выстрел из толпы. Затем второй. Огненная вспышка прошла в сантиметрах от головы Эльзаса, оставив на его плече длинную кровавую полосу. Атлантианец резче сжал челюсти, его движения на миг потеряло плавность.

А я тихо ахнула, будто ранили меня саму. И даже словно ощутила боль. В висках запульсировало.

Чёрная ткань одежды Эльзаса намокла от крови. Алые капли упали на пол.

Нет, нет, нет! Паника сжала горло. Они убьют его! Без накса он уязвим, а эта толпа…

Пока ещё они почти не рискуют стрелять, боясь задеть лидера. Но когда очухаются, и едва появился шанс — они расстреляют Эльзаса как мишень в тире!

Если бы только накс был свободен…

Мысль пронзила мозг как молния: — “Да… Накс! Надо попробовать освободить накса!”

Драконоид отшвырнул его, словно ненужный хлам. Получается, он уверен, что путы не снять. Но я должна попробовать!

Я метнула взгляд туда, куда упала серебристая змея – у стены рядом со сценой. Моё острое зрение шиарийки сразу выхватило силуэт накса.

Он всё ещё был в форме серебристой змеи — неподвижно лежал на полу, обвитый золотыми мерцающими нитями… будто мёртвый. Но откуда-то знала — это не так. Просто сети сдерживают его силы.

Хаос и внимание толпы были прикованы к поединку. Никто не смотрел в мою сторону. Создавался узкий коридор между людьми… Это мой шанс!

Разогнав сердце до почти боевой фазы, я двинулась туда, где лежал накс. Шум боя, крики раненого бандита, хриплое дыхание Альты, которая отползла к краю сцены – всё сливалось в оглушительный гул.

Накс был уже совсем рядом! Вот он — лежит на холодном металле пола.

Вблизи сеть из золотых нитей казалась ещё более прочной и сложной, мерцала холодным, чуждым светом. Она не просто связывала – она душила, подавляла саму суть накса.

Я опустилась на колени рядом, руки дрожали. Как? Как это снять? Я не знала! Паника снова подкатила волной. Рискуя быть пойманной, я подёргала нити — бесполезно. Что мне сделать? Я не атлантианка, я не умею управлять наксами! Отчаяние сдавило грудь.

И тут… мой хвост шевельнулся под штаниной. Щёлкнул кончиками так, будто он что-то знал, что-то чувствовал, чего не видела и не понимала я. Иногда так бывает, что хвост шиарийца ощущает больше. Прислушаться к нему — это как прислушаться к интуиции.

Поэтому я не стала останавливать хвост — доверилась ему. Только оглянулась, проверить, что никто не смотрит и тени хорошо меня скрывают. А затем позволила золотышу действовать самостоятельно.

Он тут же освободился из штанины и стремительно обвил накса, накрутившись подобно лиане.

Его раздвоенные кончики легонько обхватили холодную голову серебристой змеи…

И в тот же миг мир перевернулся.

И вспыхнула картина… Не перед глазами, а внутри — в псионическом спектре, который я всё-таки умела осознанно использовать, хоть и не числилась сильным псиоником. ….я увидела серебристую змею. Не металлическую, а живую, полную ярости и боли. Её обвивали, впиваясь, золотые паутинные нити. Каждая – сгусток чужой, враждебной энергии, блокирующей связь, парализующей волю.

“Освободи меня!!!”

Инстинкт сработал раньше разума. Я вздохнула, закрыла глаза.

Сосредоточилась на этом крике, на этой рвущейся к свободе сущности передо мной. И тут же реальный мир замедлился — так всегда бывает, когда ныряешь на пси слой.

Я максимально раскрыла своё псионическое поле – небезупречно, но отчаянно как упорный ребёнок, распахивающий слишком тяжёлую для него дверь. Я никогда не была в этом сильна, но сейчас очень старалась. И едва получилось, направила свою пси энергию к наксу, ударила по сетям, что его пленили.

Это было похоже на попытку разорвать стальной трос голыми руками.

Сопротивление было чудовищным, чужая энергия жгла изнутри, отзываясь острой болью в висках.

Я стиснула зубы. Мысленно зарычала. Накс нужен Эльзасу! Он нужен Арону! У меня получится!

Я вложила в следующий импульс всю свою ярость, весь страх, всю любовь – дикий, необузданный поток шиарийских эмоций. В пси-пространстве волна энергии, исходящая от меня, на мгновение вспыхнула, схлестнулась с чужим холодом.

И… что-то поддалось! Одна нить, самая тонкая, лопнула с едва слышным звенящим звуком. Потом вторая. Третья! Одновременно на меня плитой навалилась усталость. Но я не останавливалась. Я рвала нити, одну за другой, передавая наксу свою энергию. И он жадно принимал её.

Сейчас я не знала насколько это нормально, но чувствовала, что происходящее правильно. По неизвестным причинам моя энергия подходила. Словно я уже заранее была синхронизирована с наксом.

Духовная сущность змеи в пси-пространстве билась с удвоенной силой, помогая мне изнутри.

В реальности же прошло не более пары секунд. В реальности я сидела над плененной змеёй-наксом… как вдруг она засветилась под косицей моего хвоста. Сначала тускло, затем всё ярче, изнутри, сквозь путы. Сеть дрогнула, нити начали натягиваться, трещать. И вдруг – с резким, как щелчок высокого напряжения, звуком – путы вспыхнули и… распались сотнями искр.

Серебристая змея мгновенно ожила. Её тело изогнулось волной… и тут же, смазавшись серебристой молнией, метнулось через зал.

Через миг змея уже была у ног Эльзаса, обвивала его лодыжку, сливаясь с ним в единое целое.

Изменение было мгновенным.

И ошеломляющим.

Движения Эльза вдруг стали не просто быстрыми – они стали предвосхищающими. Он не блокировал удары Дерека – он уже не был там, куда тот бил. Его собственный удар, короткий и сокрушительный, пришёлся точно в солнечное сплетение драконоида, заставив того крякнуть и отступить. Одновременно по залу прокатилась волна… энергетического давления на пси спектре.

Бластеры у нескольких бандитов, только что поднятые для выстрела, взорвались у них в руках с оглушительным грохотом. Крики боли смешались с воплями ужаса. Толпа дрогнула, началось смятение. Многие побежали прочь.

Эльзас пошёл в атаку.

Теперь он был невообразимо быстр, точен, неудержим. Каждый его удар, каждый блок был выверен до совершенства. Дерек отступал, его чешуя трескалась под ударами, дыхание стало хриплым. Эльзас загнал его к стене, отрезая пути к отступлению.

— Довольно! – проревел Дерек. Его взгляд метнулся к Альте, которая лежала на полу. – Приказываю, убей…

Но я уже была рядом! Мой хвост обвил толстую чешуйчатую шею драконоида, сжимаясь с бешеной силой, перекрывая дыхание, не позволяя сказать больше ни слова.

Дерек захрипел, его рука дёрнулась к горлу, пытаясь сорвать хватку.

Но приказ уже прозвучал. Хотя и не до конца.

Альта вскинула дрожащую руку.

В её ладони вспыхнул сгусток нестабильной синей энергии – дикой, неконтролируемой. Глаза девушки засветились яростью.

Синий луч, кривой и неровный, но невероятно мощный, рванулся из её руки. Он прошёл в сантиметре от Эльзаса и вонзился… прямо в грудь Дерека, которого всё ещё держал мой хвост.

Раздался глухой хлопок, запахло горелой плотью и чешуёй.

Синие глаза Дерека за миг до смерти успели отразить шок и неверие. Он рухнул на колени, потом плашмя на пол.

Всё было кончено.

Тишина, наступившая после грохота боя, была оглушительной.

Оставшиеся бандиты, увидев падение своего лидера, суетливо начали разбегаться, растворяясь в тёмных проходах базы. Только стоны раненых нарушали тяжёлую тишину.

Эльзас стоял, тяжело дыша, прижимая руку к окровавленному плечу. Его взгляд встретился с моим.

Он шагнул ко мне, обхватив свободной рукой за плечи, притягивая к себе. Я вжалась в его грудь, дрожа всем телом, обвила хвостом, глубоко вдохнула — чувствуя запах крови, и неповторимый кофейно-мятный шлейф собственного запаха Эльзаса. Его дыхание было горячим у моего виска.

— Арон… — произнесла я.

— Всё хорошо, Ди, – хрипло прошептал Эльзас. – Через накса я уже отменил вакумизацию. Связался с ии-змеёй и наш сын уже скоро будет…

— Мама? — вдруг раздался в зале голосок нашего ребёнка.

Я резко повернулась.

Эльзас тут же заступил так, чтобы застывшее лицо мёртвого драконоида было не видно.

Из темноты одного из проходов выползла знакомая сегментированная ИИ-змея. На её спине, крепко обхватив её шею руками, словно верхом на коне, сидел Арон. Золотые глаза сына были широко удивлённо раскрыты.

Нахмурившись, Арон внимательно оглядел хаос в помещении. Разбитые экраны, осколки на полу. И сделал свой вывод.

– Мама? Папа? – грозно спросил Арон, нахмурив брови. – Вы что… снова?! Снова ссоритесь?!!

* * *

Обняв сына, мы заверили его, что не ссорились. Но он не спешил верить нам на слово –очень по атлантиански!

Выбираясь в серый предутренний час из лабиринтов-катакомб базы, встречая уже на поверхности мобили служб и спецагентов всех мастей – мы с Эльзасом оба держали Арона за руки. Обсудить всё по-тихому наедине пока не удавалось.

А теперь Эльзасу понадобилось переговорить с очень высокопоставленным чиновником. Без меня. Но Арон категорически отказался подождать, и Эльзас недолго думая подхватил сына на руки, чтобы уйти вместе.

Недалеко. Вон к тому тонированному мобилю со скрытыми номерами, что парил на другой стороне оцепленной улицы… А я была совсем не против остаться. Перевести дух. Арон и Эльзас скептически(одинаково!) оглядели выбранное мной место и пришли к выводу, что на десять минут(так и быть) они оставят меня здесь. Среди проблесковых маячков и снующих туда-сюда военных и экспертов – площадь, на которую мы выбрались из подземелий, выглядела вполне безопасной.

Утренняя прохлада бодрила. Хотя я всё ещё отходила от событий. Проникновение на базу, спасение сына… Хорошо, что всё позади… Хотя мой хвост всё ещё подрагивал от пережитого волнения.

Я с удовольствием дышала полной грудью, расположившись в одиночестве (в относительном одиночестве) прямо на постаменте моей любимой статуи “Дружбы народов”.

И именно под ней и скрывалась сеть лабиринтов базы, оккупированной террористами.

Воистину "хочешь что-то спрятать – положи на самое видное место". А, и не забудь найти кого-то поближе к правящей верхушке, чтоб прикрывал твои преступления и сдавал безупречные отчёты о содержании закрытой базы – в положенный срок, в установленной форме. Или сам будь таким преступником — как драконоид Дерек.

...Мобили ведомственной неотложной помощи и спецслужб с солдатами в полной амуниции – прибыли сюда быстро.

Но лучше бы они прибыли до начала боя! Чтобы Эльзас не рисковал своей жизнью – один против кучи наёмников… против высокопоставленного зарвавшегося драконоида-предателя!

Лучше бы прибыли до того как Альте сделали инъекцию, после которой прежней ей уже не стать.

Однако возможная смерть от химического поражения, что значилось в её личном деле, и послужило поводом для ряда отчаянных безумных поступков моего бывшего заместителя Марка… Что ж, такая смерть ей уже не грозила.

Ведомственные медики(которые и не такое видали) – надели несчастной на запястья широкие браслеты из сгаэлита со сложной программой-ограничителем. Чтобы Альта ненароком не навредила себе или другим…

Синее свечение вокруг неё сошло на нет – просто испуганная обессилевшая девушка. И впереди её ждёт ещё масса работы по реабилитации, ведь свалившаяся на неё сила – это полбеды. То, что пережила эта девушка в заточении – куда бо льшая проблема.

Но мы справимся. Я с помощью своих ресурсов и лаборатории – обязательно найду способ для Альты жить качественно. В моём мозгу учёного уже раскручивается несколько перспективных идей… Честно сказать, мне это помогало отвлечься. Чтобы не думать о том, на каком волоске от беды мы были…

Мой хвост обвился вокруг моей талии, и я погладила его пальцами. Мысли бродили.

Часть моего сознания обдумывала ряд работ по репродуктивной медицине… у атлантианцев и шиарийцев благодаря человеческому фактору – есть репродуктивный потенциал, подумать только! Сколько смешанных пар, которые и хотели бы, но… зачать детей им невозможно. БЫЛО невозможно.Я, кажется, уже поняла, за счёт чего человеческий геном так работает! Вот если взять немного стволовых клеток от людей, обработать и вводить, например, атлантианкам, что желают забеременеть от возлюбленных шиарийцев… и тогда… ОООО… мне срочно надо в лабораторию, прикинуть кое-какие расчёты!

– Мама! – звонкий голос Арона выдёргивает меня из никогда не останавливающегося параллельного потока научной мысли. ....

Глава 16

Диана

При моей работе – я всегда частью разума немного “там”, в лаборатории, в расчётах, в текущих экспериментах…

Поэтому я никогда не могла в полную силу осуждать Эльзаса, который транслировал мне свой выбор: карьера, призвание, реализация, дело всей жизни. Не получалось осудить. Ведь я и сама такая.

Но, кажется, с этим пора завязывать. Или хотя бы взять себя-карьериста под осознанный контроль.

Хотя все те начинания прекрасны и полезны – я сейчас забираю от них всё свое внимание. И возвращаюсь в настоящий момент.

Всё ещё сижу на постаменте статуи “Дружбы народов” перед зданием Союза. Уже светает. Автомобили спецслужб разъезжаются…

Эльзас договорил с чиновником… вианом Исбелом. Тем самым атлантианцем, что встречал меня в кабинете тайной канцелярии с драконоидом Дереком. Тем самым, что со слов папы Эльзаса – когда-то был влюблён в шиарийку –а это я к чему сейчас вспомнила?!

Теперь Эльзас возвращается ко мне, держа Арона на предплечье. ИИ-Змея ползёт рядом, выделывая серпантины длинным сегментированным телом по безупречно-гладкому асфальту. Хвост нашего с Эльзасом сыночка задорно пощёлкивает – для него всё, что произошло этой ночью было приключением. И теперь весело обнимал своего отца хвостом за предплечье и уминал кофейное мороженое из рожка… где взял? Когда? Тут же только что у Эльзаса “серьёзный разговор” был, не?!!

– Арон захотел мороженое. Виан Исбел был столь любезен, что подождал, пока мы за ним сходим…

Я удивлённо вскинула брови. И где тот карьерист, с которым я познакомилась когда-то на свадьбе Арии?!

– Если нашему ребёнку что-то нужно, то пусть весь мир подождёт, – подмигнул мне Эльзас и спешно добавил, – в разумных пределах. Арон понимает, что есть граница…

– Но мороженое — это очень важно. – с чувством вставил Арон, уже похрустывая рожком, – мы с папой так решили.

Я улыбнулась и обняла сына. Вдохнула запах его волос у самой макушки... И меня затрясло как бы вдогонку. Мандраж! Короткий, но всё же... Космос Великий, как я переволновалась за эту ночь!!! Да и вообще за последние дни…

Стоп! Я как-то на нервах упустила момент, когда Арон стал запросто называть Эльзаса папой!

Я же с ним об этом не поговорила! Не привлекла детских психологов… я ничего не сделала!... Я… ужасная мать.

Эльзас понимающе заглянул мне в глаза.

– Ты прекрасная, мама, Ди, – Эльзас протянул мне запаянный рожок атлантианского кофейного мороженого. И я приняла на автомате, вдруг осознавая – что мне остро, отчаянно хочется всего кофейного!! Так что я просто готова кинуться на кого-то!!! Быть агрессивной!..

…Кофейный пломбир оказался таким нежным, таким правильным.

И я вспомнила, что последний раз такой приступ маниакальной кофемании был у меня около четырёх лет назад и длился около девяти месяцев. Когда я вынашивала Арона…

Ну, видимо, его атлантианские гены обострили мою природную любовь к кофе, и теперь…

ТАК, СТОП.

Я уставилась свой на надкушенный рожок. На вензеля кофейных оттенков в глубине “укуса”. На хрусткие кофейные зёрнышки, украшавшие верхушку мороженого…

И всё сошлось.

Я осторожно перевела взгляд на Арона. Сияющего, довольного и счастливого. Единственного, кто не испытал стресса этой ночью. Так, поскучал немного в бункере, пока за стеной все дрались насмерть. Арон лишь был недоволен, что никто не стал с ним играть…

Затем на я просмотрела на Эльзаса… В чёрные бездонные атлантианские глаза, которые, казалось, смотрели мне прямо в душу.

Вдруг выступили слёзы, которые я попыталась сморгнуть.

– Ди… – нахмурился Эльзас, приобнял меня свободной рукой, я с готовностью обвила хвостом его ногу в ответ, – что такое?

– Я… устала… – пролепетала я, пытаясь не разрыдаться на ровном месте, – я…

– Едем домой, – решительно заявил Эльзас и кивком предлагая уже нам пойти прочь от статуи с “Дружбой народов”, от здания ведомства Союза.

Я кусала губы.

Надо проверить мою гипотезу.

Не годится вываливать её на Эльзаса вот так, да еще в

Я должна сама всё проверить, мне надо…

Эльзас ставит Арона на землю, тот мигом сжимает в объятия свою ИИ-змею.

А Эльзас через миг сжимает в объятиях меня, мой хвост соскальзывает с его ноги и с готовностью накручивается на торс атлантианца. Это признание-в-любви моего хвоста – немного “в лоб”. Ну что уж теперь. Хвосты всегда в некотором роде впереди самих шиарийцев.

Ладонь Эльзаса ловит мой щёлкающий кончик хвоста, ласково сжимает.

И в этот же миг – мой рот накрывают губы Эльзаса. Поцелуй глубокий, нежный… кофейное мороженое на моих губах стало ещё более кофейным от вкуса самого Эльзаса.

Я ответила ему на поцелуй – вышло очень легко и естественно. Как будто мой организм именно на это и заточен. Целоваться с этим невозможным атлантианцем так же легко, как дышать!

А ещё – вкус его губ… он давал ту самую терпкую концентрацию кофе, в которой я так отчаянно нуждалась!

И было совсем непросто не застонать, и вообще – сохранить голову на плечах. Я в людном месте. С нами – наш маленький ребёнок! Он на нас не смотрит, но всё же!

– Эльзас!.. – еле отстранилась я.

– Едем домойсейчас же , – безапелляционно заявил Эльзас. Я согласно кивнула. Арон без разговоров позволил атлантианцу снова подхватить себя на руки.

Мы двинулись к мобилю Эльзаса.

Арона – несли. Меня – вели. ИИ-змея ползла рядом. В моей руке таял кофейный рожок, о котором я почти забыла.

До мобиля мы не успели дойти совсем немного…

Предчувствие заставило мой хвостик-золотыш затаиться и спрятаться за моё бедро, исчезнув из поля зрения того, кто возник за нашими спинами.

И наш с Эльзасом маленький сын…тоже с хитрым взглядом засунул хвостик в рукав Эльзаса.

Пока я не поняла, почему хвосты так поступили.

Но они весело подрагивали – точно задумали… розыгрыш?!

Нелепо!

Но именно такое намерение я считывала с хвостов.

А через миг нас окликнули:

– Виан Эльзас! – ледяной голос оттормозил нас всех и заставил на миг застыть.

Я бы поклялась, что это голос самого Эльзаса, но немного иначе интонировал.

Не так, как сам Эльзас.

Не так, как его отец…

Но…

Мы развернулись. Я молниеносно нашла взглядом того, кто нас позвал.

На оцепленной улице совсем рядом с нами стоял лощёного вида немолодой атлантианец. Очень и очень похожий на Эльзаса и его отца — виана Алефа. Но всё же немного другой. Его отличала седая прядь в чёрных волосах и поблескивающий кроваво-алым набалдашник накса, стиснутого этим вианом в одной руке – аж до побелевших костяшек пальцев!..

Он был старше и Эльзаса, и Виана Алефа… я это ощущала. Но возраст, как и у всех атлантианцев, чётко не читался. Они очень надолго застывали в кондиции “около сорока” – и больше понять ничего было нельзя.

Но меня поразила не молодость этого виана – шиарийцы тоже медленно старели. А холод в чёрных глазах и “морщинка гордеца” – вертикально рассёкшая лоб.

Эльзас вдруг… улыбнулся.

– Дедушка Арон! Даже тебя разбудили среди ночи докладом о происшествии? Мне жаль!..

– У меня всё в порядке со сном, – стукнул об асфальт кончиком накса этот недружелюбный виан с седой прядью, — и мне нет дела до таких мелких происшествий! Уверен, что у тебя и твоего отца достаточно компетенций, чтобы уладить такие несущественные вопросы…

Первая мысль – это ТОТ САМЫЙ Арон!..

Вторая – медленная, хищная, как затаившаяся перед броском пума: этонесущественный вопрос для “дедушки Арона”? Столько пострадавших! Такие риски! Биотероризм!

Вдруг цепкие чёрные глаза виана-дедушки уставились мне прямо в лицо. Я неловко улыбнулась. Почему-то моя ярость рассеялась под этим взглядом… Я не могу всерьёз злиться на человека, у которого лицо почти идентично по чертам лицу моего сына. Да и имя такое же.(Ну и совпадение, я всё никак это не переварю!)

– Здравствуйте, виан… – пробормотала я, думала протянуть ему руку, но сообразила, что одна – в руке Эльзаса. А во второй – недоеденный кофейный рожок. И просто застыла. Не протягивать же этому суровому атлантианцу хвост в знак приветствия…

Почему-то кажется, что эффект будет…взрывной!

Да и у хвостов какие-то другие планы, судя по тому, что они дружно спрятались, хотя скромностью не страдают…

У меня вдруг возникло чувство, что я лечу с горы – и всё набираю и набираю скорость и уже никак не могу повлиять на грядущую эпичную развязку!

Виан-дедушка не удостоил меня ответом. Осмотрел меня, затем Арона. Характерно по атлантиански закатил глаза.

– Что тебя привело сюда? – снова привлёк к себе всё внимание немолодого атлантианца Эльзас.

– Что? Меня? Привело? – чуть ли не по-змеиному зашипел виан-дедушка, – меня привело дебильн… то есть скверное чувство юмора твоего отца! Он сказал, что ты женился! На шиарийке! И у тебя естьшиарийский ребёнок!!! И ещё твой отец посмел прислать мне это!

Перед лицом у нас возник листок с голо-печатью Шиарии. Он был зажат в аристократичных пальцах виана-дедушки.

Я нахмурилась, всматриваясь в документ.

Ого… быстро виан Алеф “отработал” нашу ситуацию!

Это был ни много ни мало – Опцион от правительства Шиарии, адресованный виану Арону-старшему. По шиарийским законам любой, состоящий в супружеской или кровной связи с шиарийцем, вплоть до очень дальнего родственника, получал исключительное право заменить расу в персональной карте с человеческой, атлантианской или любой другой на шиарийскую, если желает. Ему тут же выделялся участок земли под стоительство жилья на территории материнской планеты шиарийцев или одной из её очень цивилизованных колоний, доля в природных ресурсах, предложение получить образование за счёт государства, а также ежегодная путёвка в санаторий на минеральные воды!

Я невольно фыркнула: атлантианец старой закалки с таким высоким социальным положением наверняка счёл, что над ним издеваются.

И, скорее всего, так и было!

Эльзас рассмеялся.

– Ну отец даёт, конечно, – отсмеявшись договорил мой любимый, а я на автомате хрустнула вафельным рожком, приканчивая кофейное мороженое.

И снова на меня уставились эти недобрые хищные глаза.

– Дедушка, познакомься, – заговорил Эльзас, – это моя жена Диана. И мой сын Арон…

– Девочка явно человек, – хмыкнул виан Арон будто с облегчением, – а ребёнок явно атлантианец. Небезупречно, но по нашим временам приемлемо... Да и выбор имени ребёнка достойный. Молодец, Эльзас. Но, как я и сказал, у твоего отца скверное чувство юмора. Я не то чтоб счастлив, что ты не поставил меня в известность о женитьбе. Но это

– Свадьба ещё впереди, – перебил Эльзас, – и ты, разумеется, приглашён.

Виан-дедушка снова удовлетворённо хмыкнул и отбросил в сторону Опцион с голо-печатью. Но тут мой хвост себя рассекретил! Со свистом рассек воздух! Сверкнул золотистым в свете последних проблесковых маячков спецтранспорта!... Золотыш метнулся и поймал кончиками бумагу с голо-печатью на лету. Вернул буквально в руки виану-дедушке.

Тот от неожиданности принял документ.

И в этот же миг вылез из рукава Эльзаса хвостик нашего сына. Счастливо расщёлкался и накрутился на предплечье пожилому атлантианцу!

Тот ахнул, вздрогнул и...застыл.

– Дедушка… – обеспокоенно позвал Эльзас.

Но виан Арон-старший не двигался. Только смотрел на нас, широко распахнув глаза. Переводил дикий взгляд то на один хвост, то на другой, то на лица кого-то из нас. И молчал…молчал. И через какое-то время это уже начало пугать.

***Виан Арон-старший поехал с нами в мобиле Эльзаса.

Он так и не заговорил.

Но когда Эльзас усадил его с нами в салон – немолодой атлантианец не препятствовал.

ИИ-змея скрутилась компактным кольцом прямо на полу салона мобиля.

Эльзас развернул кресла у водительской панели и включил автопилот, так чтобы мы все имели возможность в пути смотреть друг на друга. Вдруг стало уютно, как в старом купе земных поездов с исторических голо-фресок Земли-два. Не хватало только тех странных цилиндрически прозрачных стаканов с железными подстаканниками, которыми очень гордятся все крупнейшие музеи истории Земли!..

Я сидела рядом с вианом-дедушкой. Эльзас и наш сын сидели напротив. Я не теряла времени даром. Проверила виану Арону давление, частоту сердечных сокращений. Обследовала его тестером из аптечки мобиля, достала карманный стилос-фонарик и даже реакции зрачка на свет проверила! Если бы не моё шиарийское зрение кстати – опознать, где в глазах атланитанца зрачок, а где радужка – было бы задачкой со звёздочкой.

Но при беглом осмотре всё у виана Арона было в норме.

Просто мой будущий родственник потрясённо молчал.

– У дедушки с шиарийцами сложные отношения, – осторожно заговорил Эльзас, – ему нужно время переварить новости, Ди. На принятие женитьбы моих родителей у него ушло пара лет. Но с тех пор он стал намного толерантнее. Думаю, сейчас он справится быстрее…

Виан-дедушка уставился на Эльзаса огромными чёрным глазами – в них плескался протест и выражение оскорблённого самолюбия примерно в равных пропорциях. По крайней мере, именно так я это толковала.

Наш сын слёз с сидения рядом с Эльзасом и без приглашения влез на колени дедушки. Немолодого атлантианца словно вморозило в сидение мобиля. Но не похоже, что ребёнку было до этого дело. Он просто снова намотал хвост на предплечье своего… получается прадеда и принялся ему рассказывать… про котоида Лютика и их игры в космических дознавателей, про кофейную сладкую вату, про то, как внушил нянечке в детском саду, что ей необходимо выполнить его “распоряжения”…

На слово “распоряжения” виан-дедушка среагировал чем-то вроде одобрительного кряка.

И дальше как будто слушал мерную ритмичную речь своего правнука более осознанно.

После короткого рассказа о коллекции тростей, которые собрал маленький Арон за последние полгода, виан-дедушка издал звук типа хмыка, явно свидетельствующий о том, что он здесь, в сознании и всё ещё слушает.И (О, Космос) одобряет?!

… Дедушка начал участвовать в беседе примерно через десять минут весёлого рассказа ребёнка, сопровождающегося ритмичным подщёлкиванием маленького золотого хвостика через равные промежутки времени – точно наш сын пытался создать ритм для транса или вроде того (Ну это же не может быть намеренно?! Ему же всего три года!)

А ещё через некоторое время, Арон-старший уже согласился дать правнуку ненадолго своего накса… поиграть! Красный камень в набалдашнике трости мерно сиял. Щелчок маленького золотого хвостика – вспышка в камне трости-накса.Космос, как же это всё странно!!!

А тем временем Арон-старший гладил младшего по голове…

Я не знаю, как это случилось, но ещё через десять минут они уже договорились сходить вдвоём в атлантианский детский клуб на семейный мастер-класс по изготовлению кофейных мармеладок!

Мы высадили дедушку у назначенного им места:

– Да, у него есть хвост, – выдал Арон-старший вместо прощания, – но он атлантианец. Я не знаю почему так! Но не вздумайте отдать его в шиарийскую военную недоакадемию! Погубите талант. Надо в высшую школу дипломатов Союза, в спецкласс псиоников вне категорий!

– Я уже выбрал, куда пойти учиться, – серьёзно перебил прадеда наш сын, – и именно туда я и пойду. Я покажу тебе после мастер-класса…

Золотые глаза ребёнка весело сияли. Но он был серьёзен.

Арон старший только кивнул нам на прощание и заявил:

– Я приеду через три дня. Мы с правнуком идём в атлантианский детский клуб, если у вас нет возражений.

Мы с Эльзасом синхронно согласно кивнули.

Дверь мобиля захлопнулась за Ароном-старшим.

Мы остались втроём. Не считая ИИ-няни. После этой невероятно длинной ночи мы, наконец, направлялись к дому Эльзаса.

– Солнышко, нам надо будет поговорить… – начала я, пока Арон усаживался на заднем сидении между мной и своим отцом.

В моём разуме на полном скаку пробегали мысли: я не подготовилась к этому разговору!!! Недостаточно подготовилась! Арон ведёт себя как ни в чём не бывало! Зовёт Эльзаса папой, а пожилого виана-атлантианца, с глазами хладнокровного военного лидера – “деда”. Ничего не спрашивает! Это нормально? Нет, это ненормально! Нужен детский психолог! Этот разговор должен происходить в кабинете Арии!.. А лучше – собрать комиссию сначала, чтобы решить, как наименее травматично…

Арон потянулся. Изогнул дугой золотой хвостик. Уставился на меня сонными глазами и зевнул совсем как малыш.

– Мам… – как-то очень печально проговорил он, – а давай завтра может?..

– Конечно… – зачарованным шёпотом отозвалась, – конечно…

Через минуту Арон уже спал на коленях Эльзаса, намотав хвост на его предплечье. Эльзас поддерживал нашего сына этой самой пленённой хвостом рукой. А другой обнимал меня.

Мы подъехали к дому.

–Я совсем не хочу спать, Ди, – выразительно хмыкнул Эльзас, – можешь поговорить со мной, раз Арон уснул. Можно даже на ту же самую тему… А лучше – я с тобой поговорю…

Мы ещё сидели в мобиле. Я, Эльзас и спящий маленький Арон.

От последней фразы Эльзаса по моему телу пробежала горячая дрожь предвкушения.

Я была измотана, Эльзас по идее – тоже должен быть, но…

Было достаточно встретиться взглядами, чтобы моя усталость сошла на нет.

Я покосилась на спящего ребёнка.

– Сейчас мы положим Арона в его спальне,

Я согласно кивнула.

И в груди вдруг заворочалось неожиданное светлое чувство – облегчения. Не важно о чём хочет поговорить Эльзас... Ведь всё было не напрасно. Как же прекрасно… я, наконец, сняла груз с души. Мой секрет – больше не секрет! Тайна уже не давит на совесть, не вызывает вину. Мои служебные трудности – тоже решились…

Я… свободна!

“Ты не свободна, Ди”...

Я практически уверена, что эта моя мысль. Но звучит она почему-то голосом Эльзаса.

И взгляд у него такойпроницательный , как будто он… и впрямь в моих мыслях.

И, чтоб я уж совсем не сомневалась, голос повторяет:

“Ты не свободна, Ди. Ты моя”

Я закашлялась. Очень тихо, чтобы не разбудить Арона. Ох уж эти игры разума…

С недосыпа я уже и не была уверена, где заканчиваются хаотичные текущие мысли, а где начинаются прогнозы, выстроенные моим потенциалом псионика.

Дверь мобиля бесшумно открылась выпуская нас в прохладное утро в атлантианском квартале.

* * *

Я вышла из душа. Влага стекала с моих волос и тонула в махровой ткани чёрного халата Эльзаса, который я надела поверх голого тела.

Мой атлантианец ушёл относить Арона в спальню, а я как раз пошла в душ. И теперь почему-то крадусь в предназначенную мне комнату…

– Ты ведь не прячешься от меня, Ди? – вкрадчивый, почти мурлыкающий голос Эльзаса пригвоздил меня, не хуже выстрела из парализующего бластера.

– Нет-нет, что ты… – спешно повернулась я на голос.

– Правильно. Потому что смысла в этом нет… – хмыкнул Эльзас. Он тоже уже успел ополоснуться и был, как и я в халате.

Меня мимоходом кольнуло разочарование: он быстро принял душ во второй ванной комнате, а не пошёл ко мне. А я… кажется, ждала. Немного…

Эльзас широко улыбнулся, словно угадал мои мысли.

Но такого быть никак не могло, потому что...

– Ты слишком много думаешь, Ди, – Эльзас сделал стремительный шаг ко мне ласково, взял меня за руку. Мой золотой хвост с готовностью обвил ногу Эльзаса. Вот же…

– Я же учёный, я должна думать… – я лепетала в ответ какой-то бред.

Концентрируясь на отрезвляющем ощущении прохладного ворса ковра под голыми ступнями. Но воспринимала только запах мяты, кофе и Эльзаса своими обонятельными рецепторами. И жар его рук на мне…

Я смотрела только на моего атлантианца.

– Ничего ты не должна… Особенно не в рабочие часы и не на рабочем месте.

Я на автомате кивнула. Дар убеждения Арон, очевидно, унаследовал от Эльзаса! Иначе почему я так легко с ним всегда соглашаюсь?!

А вообще-то… этот отъявленный карьерист молчал бы.

Тем временем Эльзас завёл меня в гостиную. Усадил на диван. Сел рядом, запустил руку в карман своего махрового халата и извлёк оттуда бархатистую белую коробочку…

Мой внутренний монолог на этом прервался.

Смолкло всё.

Я, возможно, даже оглохла.

Ну либо звуки ушли из мира.

Эльзас открыл коробочку… Тонкий обод несомненной сгаэлитового кольца. Внушительный Прозрачный камень огранки “капля” – не в атлантианском стиле. Это земная манера гранить камни.

– Ди, ты выйдешь за меня замуж…

Звуки вернулись в мир вместе с этой фразой.

Но, видимо, не совсем корректно, ведь я не разобрала вопросительную интонацию в этом предложении о замужестве.

– Это вопрос? – шепнула я, скептически приподняв брови.

– С чего бы? – закатил глаза Эльзас, – это я ставлю тебя в известность.

А вот это очень по-атлантиански!

Я рассмеялась.

Эльзас надел на мой палец кольцо… тёплое. Псионически заряженное. В нём явно что-то содержалось помимо чистейшего камня безупречной огранки и сгаэлитового обода. Но я пока не разобрала, что это… Кольцо немного производило впечатление будто оно… живое. Ну уж это я явно на фоне всего пережитого выдумываю…

Эльзас пересадил меня к себе на колени. Стянул халат с моего плеча.

Невесомо поцеловал мою оголившуюся кожу…

– Пойдём в спальню, Ди… – шепнул мне на ухо Эльзас.

“Я не хочу спать” , – это был даже не шёпот, я лишь беззвучно шевелила губами.

Но Эльзас меня как-то услышал.

– Я и не предлагал тебе спать, Ди.

* * *

Мы добирались до спальни практически на ощупь.

Эльзас то подхватывал меня на руки, то позволял снова встать на пол ногами, мы роняли что-то по пути. Книги, статуэтки, геометричные атлантианские вазы с коридорных столиков (в основном, их сбивал мой хвост)...

Слишком были поглощены друг другом.

Мы целовались жарко – как будто в припадке. Точно задохнёмся, если поцелуй прервать.

Мой хвост дрожал и дёргался, пока атлантианец властно не намотал его себе на руку и не сжал кончик ладонью. И хвост покорно счастливо затих.

А я… отдавала свои поцелуи один за другим. Пила дыхание Эльзаса взамен. И мне было мало.

– Ты не ответила, Ди… – хрипло выдохнул Эльзас мне в лицо в короткой паузе между поцелуями.

– Ты не спрашивал, – хищно улыбнусь я, Эльзас как раз заставил упасть меня спиной на простыни.

– Ах так? – хмыкнул он, разводя мне ноги и пристраиваясь между ними. А вскользь отметила, что халаты потерялись где-то по дороге. И мой и Эльзаса. – Вы скажете мне "да" очень… очень много раз, виана-шиарийка…

– Вы снова хотите поспорить со мной на научные темы, виан-атлантианец? – сквозь улыбку произношу я, пока Эльзас придавливает меня сверху своим телом.

– Разумеется, Ди, – мурлыкнул он мне в губы, – мне нравятся споры с тобой. И их результат. Давай снова поговорим о скрещивании. У тебя ведь при себе секундомер?!

Я фыркаю.

Результат скрещивания…

Надо будет сказать Эльзасу прорезультат скрещивания … – проносится в моей голове очень быстрая мысль.

Сейчас не до долгих разговоров. Когда я в таком положении.

Обхватила ногами и хвостом вдавившего меня в кровать атлантианца. Пылаю от пульсирующего жадного жара внизу живота…

Когда мой мужчина уже практически вошёл в меня…

Мы смотрим друг на друга неотрывно.

И я тону в чернильной бездне его атлантианских глаз.

Первое “да” из множества Эльзас вырывает у меня уже через две секунды....

Глава 17

Диана

Эльзас толкается в меня жёстко, и я тут же сильнее обвиваю его торс ногами, мой хвост тут же накручивается на тело атлантианца ободом. Сжимает… сильно!

На миг я замираю – шиарийские хвосты очень сильные, и я никак не отделюсь от страха, что невольно раздроблю своему

Но Эльзас — атлантианец. Не похоже, что агрессивная ласка моего хвоста причиняет ему боль.

– Расслабься, Ди… – ласково рычит он мне на ухо, совершая во мне новое движение. Он угадывает, что мне нужно… Он двигается в верном направлении. Но точно так же щадит меня и беспокоится – как я беспокоюсь о нём.

– Я дам себе волю, Эльзас, если и ты дашь…

Взгляд чёрных глаз атлантианца такой густой, обволакивающий…

– Ты собралась торговаться со мной, Ди? – усмехается уголком рта Эльзас.

– ДА! – выкрикиваю я вместе с его новым рывком во мне, дальше шепчу на исходе дыхания, – я шиарийка, Эльзас. Я хочу тебя. Я много пережила за последние дни… И я хочу, чтоб ты был со мнойи во мне … в полную силу.

– Я атлантианец, Ди. Во мне много от человека. Но только не хрупкость костей… Это ясно?

– Да, босс…

Эльзас усмехается, принимая мои условия.

А я бегло осознаю, что уже дважды сказала этому несносному атлантианцу “да”.

Эльзас выполнил моё желание.

Только бросил: “купол тишины установлен, Ди. Никто из нас не будет сдерживаться в ближайшие часы…”

Меня всю уже трясло.

Эльзас выдвигал мне свои условия, не покидая моего тела, продолжая ритмично меня иметь. А я обнимала его, обхватывала руками, ногами, хвостом… царапала горячую спину моего атлантианца…

Никто кроме него никогда бы мне не подошёл!

Это допущение – немыслимо по своей сути!

Какое счастье, что я тогда столкнулась с ним на свадьбе Арии… Это судьба…

“Неужели ты веришь в судьбу, Ди?”

Голос Эльзаса вновь звучит в моей голове, пока его большой атлантианский член вторгается в моё тело, пока горячие ладони собственнически сжимают мои ягодицы, пока язык атлантианца хозяйничает у меня во рту.

Это точно не галлюцинации. Не прогнозы.

Это голос. Эльзаса. В моей голове!

Я возмущённо мычу ему в рот.

“Ты ничего не забыл мне сказать, Эльзас?!”

Он только ускоряется, и его толчки во мне становятся жёстче, чаще и ещё правильнее…безупречнее … О, Космос…

Я срываюсь в оргазм неожиданно – словно оступилась и полетела в пропасть. Моё тело жарко жадно сжимается вокруг члена атлантианца, запуская по мне глубокую невероятную судорогу удовольствия. Она сжимает меня, скручивает. От лона – расходится, как упавший с высоты и разбитый на брызги поток. Растекается по всему телу – до кончиков пальцев ног, до кончика обезумившего хвоста. Золотой росчерк, и кончик моего хвоста смачно влетает в изголовье кровати. Естественно – пробивая дыру и вероятно отдавая трещину, где-то до середины несущей стены…

Я задыхаюсь, и в это мгновение Эльзас вколачивается в меня несколько раз с совершенно безумной мощью.(Как хорошо, что я не человек! А то бы не выдержала этого! Но, Космос! Как же это хорошо…)

Ощущаю, как его семя толчками уходит в меня, кончаю снова – на сей раз медленно, тягуче и плавно, как бы завершая прошлый оргазм. И, наконец, испытываю облегчение…

Хвост виновато сворачивается кольцом рядом с нами, на такой же искалеченной страстью кровати.

…Я тяжело дышу, лёжа на груди моего атлантианца, чувствую щекой жар его кожи…

Перевожу взгляд, чтобы увидеть дыру в стене над изголовьем кровати.

– Прости… – шепчу я.

– Мы обошьём нашу спальню подходящими материалами, – задумчиво произносит Эльзас, поглаживая мои взмокшие волосы, – чтобы не поранился твой хвост. И чтобы не рухнул дом.

– Поранился мой хвост? – почти агрессивно подрываюсь я. – Я могу посечь все стены в атлантианском квартале и не получить ни единой царапины на хвост, виан-атлантианец!

Эльзас тихонько посмеивается и целует меня губы. Коротко и нежно.

– Поэтому мы обновим спальню. И гостиную. И ванну. И кухню… И… оставаться ночевать в гостях будем с великой осторожностью.

Я фыркаю, смеюсь.

– Я не сомневаюсь в твоих возможностях, Ди. Никогда не сомневался…

– Ты говорил, что я не смогу тебя возбудить чисто технически. Ещё при знакомстве.

– Я солгал, – патетическим шёпотом выдаёт Эльзас, – меня возбудила дальше некуда ещё голографическая запись старого образца твоей проекции. Когда я копался в рабочем компьютере твоей подруги Арии и выуживал вашу личную переписку…

– Ну, – хмыкнула я, – это, конечно, непорядочно. Но у тебя, должно быть, было задание…

– Не было… – в тон мне отозвался Эльзас, – точнее было, но не это. Я услышал твой голос, когда Ария с тобой говорила однажды. Яузнал тебя. Узнал, что ты моя. Я уже тогда знал, как ты выглядишь, как ты пахнешь… и что на другую я не соглашусь.

– Тебя не смутило, что я шиарийка?

Эльзас скептически фыркнул.

– Ты моя жена, Ди. Этого невозможно было избежать уже тогда. Ты оказалась шиарийкой… но честное слово, даже если бы ты оказалась метаморфом, я бы не притормозил.

– Не шути так, – шепчу я.

– Сойдёмся на том, что я не стану говорить подобного в присутствии дедушки Арона. Какое-то время…

Я смеюсь. Смотрю в потолок… Проживаю тёплую волну счастья, распирающую мою грудь изнутри.Тепло перетекает по моему телу, замирает где-то внизу живота.

Я снова готова.

Я снова хочу его… да что со мной?! В присутствии этого мужчины я словно маньячка какая-то!

Эльзас посмеивается. Словно прочитал мои мысли. Опять.

– Эльз, мне иногда кажется, что ты в моей голове… и это происходит всё чаще…

– Так и есть, Ди, – просто сознаётся Эльзас.

– ЧТО?! – я приподнимаюсь на локте, заглядываю Эльзасу в глаза.

– Мы подходим друг другу. Несмотря на видовые различия, я проваливаюсь в твоё пси-поле. А ты – в моё. Мой накс принимает тебя как второго хозяина. Я отселил часть его псионической энергии в твоё помолвочное кольцо кстати…

ЧТООООО он сделал?!

Я ошарашенно моргаю.

– Давай я тебе утром объясню механику процесса? – умоляюще уставился на меня атлантианец, – в смысле… следующим утром.

Но я не ведусь.

–Сейчас , Эльзас.

– Нет, Ди. Сейчас я занят.

– Чем это?!

Он поднялся с кровати, с той самой скоростью, с которой недавно вёл бой – движения даже не смазались – мой глаз их даже не распознал. Просто склейка кадра, и Эльзас уже несёт моё обнажённое тело в ванную на руках.

– Я собираюсь снова заняться любовью со своей будущей женой.

Душ включается автоматически. С потолка ванны дождевой завесой льются невесомые тёплые струи.

– … смутно припоминаю, что ты

***​​​​​​​Несколько часов спустя я лежу в просторной чаше ванны, наполовину заполненной водой. Абсолютно голая, не считая помолвочного кольца. И, разумеется, я в этой ванне не одна.

Мои пальцы судорожно сжимают бортик, голова запрокинута…

Кричать… я больше не могу кричать.

Мои тихие стоны похожи на мольбу. Но этот атлантианец не знает пощады, ему всегда мало.

Впрочем, это взаимно…

Кажется, Эльзас всерьёз решил спросить меня за все те годы, что я от него бегала.

И преступить решил сейчас. Хотя чему я удивляюсь? Начал он взимать “сексуальную компенсацию” сразу же – ещё в лифте своего ведомства.

Подумать только! Не так давно я сидела на разборе тайной комиссии в статусе почти-обвиняемой… без белья! И всё из-за Эльзаса.

Нет, ну у кого ещё есть такая история о Тайной Канцелярии Союза?

И главное ведь – происшествие не из серии “будет, что в будущем рассказать внукам”. Такое не расскажешь…

…А теперь я просто лежу. Слабо улыбаюсь и постанываю.

Потому что на мои (несерьёзные) просьбы о пощаде – атлантианец никак не отреагировал.

Вот и сейчас — я в ванной, а мои бёдра очень удобно лежат на его плечах, а язык Эльзаса проводит по самым интимным местам моего тела с предельным давлением.

Космос Великий, он гениальный любовник! Безупречный! Он…

“Как я могу остановиться, когда у тебя такие мысли, Ди?” – усмехается голос Эльзаса в моём разуме.

А у меня вырывается новый стон, пока языка атлантианца блуждает по моим влажным складочкам и, то проваливается глубь, то придавливает кончиком языка мой клитор, но нежно прикусывает – заставляя золотые искры вспыхнуть перед моими глазами, а комнату – задрожать…

Неужели Эльзас будет так поступать со мной каждую ночь?!

“Именно так, Ди – снова голос Эльзаса в моей голове, –и я бы на твоём месте не слишком рассчитывал, что ночью дело ограничится”.

И ещё одна моя слабая улыбка – единственное, на что я способна в ответ.

Я ведь не жалуюсь, нет. Если честно – я скорее предвкушаю.

* * *

Солнце уже в зените. Но Арон ещё сладко спит в своей комнате.

А я дремлю всё в той же ванне на груди Эльзаса.

Балансирую между сном и явью.

Даю себе слово поспать следующей ночью. Не потому, что не выдержала бы дольше… Мне нужно спать, потому что, прислушиваясь к своему телу обострённым чутьём, я уже нисколько не сомневаюсь в новой беременности.

– Эльзас… – шепчу еле слышно. Интересно я говорить-то смогу сегодня после всего, что этот мужчина со мной сделал? – я… б… беременна. Вот.

Так просто.

Давно уже пора было научиться. Словами через рот разговаривать. По крайней мере – с Эльзасом.

Тело подо мной напряглось. Объятия слали крепче. И бережнее.

– Я люблю тебя, Диана. И я счастлив, что ты выбрала меня – также, как я тебя выбрал. Люблю тебя и всех наших детей. Которые уже есть. Которые ещё будут.

И он снова замолчал. Но в моё пси-пространство ворвалась его эмоциональная волна – счастья, готовности, принятия…

Волна убаюкала меня.

Я видела в ней прогнозы будущего. Своё белое платье. Округлый живот, натянувший ткань атлантианского свадебного кружева. И как Эльзас покрывает этот мой живот осторожными поцелуями….

…Маленького Арона, который со счастливыми чисто шиарийскими криками нарезает круги вокруг своего прадеда. Они во что-то играют. И немолодой атлантианец улыбается, глядя на ребёнка с глубокой нежностью…

Образы пролетели и исчезли.

Кажется, там был ещё десяток странных животных, напоминающих лисят – я откуда-то знала, что это питомцы виана Алефа и Элины – родителей Эльзаса. И почему-то земные фламинго, важно гуляющие между традиционных шиарийских свадебных шатров. Светловолосая хрупкая атлантианка в воздушном кремовом платье расшитом нежными блёстками в форме рыбьих чешуек – печально вздыхающая, присев на бортик фонтана с изображением девы-русалки… я откуда-то знала, что эта девушка – родная сестра моего мужа Эльзаса.Мужа? В этом коротком, но пронзительном видении, Эльзас – мой муж.

– Что это? – хватаюсь я за виски, – Эльзас я…

Мой будущий муж аккуратно поднялся из ванной и помог подняться мне, накинул на меня махровое полотенце, ласково обтёр…

– Это прогнозы, Ди. Вероятности будущего. Ты привыкнешь видеть так. На атлантианский манер.

– О…

Мне нечего сказать. Чувствую, как с лёгкой щекоткой в висках расширяется моё сознание. Позволяю Эльзасу надеть на меня халат.

Он одевается сам также молниеносно.

– Моя Диана, – ласково берёт меня за подбородок Эльзас и тут же бегло выпивает с моих губ нежный поцелуй, – нашстарший сын будет спать ещё час. Примерно. Давай выпьем кофе, поговорим… Расскажу тебе о твоих новых возможностях, а ты… расскажешь, что увидела сейчас.

Я согласно киваю и позволяю Эльзасу увлечь меня в гостиную на поздний завтрак.

Он снимает звуконепроницаемый купол. Но пока ребёнок спит, мы всё равно двигаемся бесшумно.

В уют тихой гостиной, за нашей первой утренней семейной чашкой кофе – в пронзительно счастливый день.

Глава 18

Диана

Над головой нависли высокие своды зала Союза.

Строгие гладкие колонны уходили ввысь.

Воздух вибрировал от сдержанного гула голосов.

На сотнях стульях, что вырастали прямо их пола, сидели учёные, политики и журналисты — все одеты с иголочки, с важными лицами.

Спикеры занимали первый ряд. В центре стояла стойка для выступления, а за ней располагались три высоких кресла — на них восседали члены комиссии, которые и выносили вердикт — какое исследование получит гос.разрешение, а какое нет.

И прямо сейчас они обсуждали моё выступление.

Хотя обсуждение шло бурно — из-за купола заглушки — нельзя было услышать ни слова. А если сосредоточиться на губах говорящих — то они смажутся. А вот лица я мо

гла видеть отлично — и с тревогой наблюдала, как темноволосая шиарийка горячо спорит с двумя атлантианцами…

Я сидела в первом ряду и старалась держать спину прямо, как подобает учёной, представляющей революционный проект перед Высшей Научной Комиссией Союза. Я пыталась делать вид, что ничуть не волнуюсь, но пальцы непроизвольно сами собой потянулись моему округлившемуся животу, скрытому под белым пиджаком.

Мне очень хотелось, чтобы мой проект взяли! Я долго трудилась над ним. Какие причины могут быть для отказа?

А всё же волнение сжимало горло. Я снова погладила живот.

“Уже через месяц свадьба…, — пронеслось в голове тёплой волной. — А не забыла ли

“Нет! Сейчас не об этом надо думать! — строго сказала я себе. — Сначала решение комиссии. Потом всё остальное… “

Но всё же — ждать было невыносимо.

Я оглянулась, инстинктивно ища опору.

И нашла её. В зоне для слушателей, чуть левее и сзади, сидел Эльзас. На его коленях устроился Арон, увлечённо что-то рисующий на листе, прижатом к отцовской груди.

Эльзас встретил мой взгляд. Его чёрные глаза излучали спокойную, твёрдую уверенность… как будто вообще не сомневался в положительном решении вопроса… Как будто не сомневался во мне.

Я сделала глубокий вдох, пытаясь вобрать в себя часть его невозмутимости. Мой золотой хвостик, зажатый между бедром и креслом, предательски дрогнул, пытаясь вырваться и щёлкнуть от нервного напряжения.

Я мысленно приструнила его: “Не сейчас. Спокойно”. И снова посмотрела на членов комиссии.

Двоих я знала.

Виан Исбел — атлантианец с проседью у висков и вечно усталыми глазами, которого я однажды уже видела в этой же башне Союза, сидел с недовольным лицом. Рядом с ним – другой атлантианец, совсем седой, незнакомый мне, с лицом учёного-прагматика, перебирал пальцами виртуальные страницы отчёта. И – она… Тёмноволосая шиарийка в строгом костюме угольного цвета.

Её чёрный хвост агрессивно изгибался. Выражение лица было каменным — сжатые губы, резкая складка между бровями. Она что-то говорила Исбелу, тыча пальцем в голограмму. Не просто спорила – цедила слова сквозь зубы, с таким концентрированным презрением, будто он лично оскорбил всех её предков. Её золотистые глаза горели холодным огнём.

Это шиарийка — Линда — как мне было известно из очень тайных и очень надёжных источников,та самая бывшая возлюбленная атлантианца Исбела — и моё препятствие на пути к одобрению исследования. Она до сих пор зла на Исбела и, уж конечно, проект, связанный с атлантианцами, шиарийцами и их общим счастливым потомством… ей как кость поперёк горла. Но надеялась, что виане Линде хватит профессионализма посмотреть на проект объективно…

И тут Исбел вздохнул — тяжело, всем телом. И поднялся. Подошёл к стойке для объявлений. Купол тишины отключился с едва слышным шипением.

– Виана Диана, – голос Исбела звучал глухо, – Комиссия рассмотрела ваш проект ”Гармонизация репродуктивных процессов в альфа-расах с применением генно-модулирующей терапии на основе человеческого образца”. И после первого этапа обсуждения… – он сделал паузу, его взгляд скользнул по Линде, сидевшей с каменным лицом, – выносится предварительный отказ. Объявляется перерыв на один стандартный час. Окончательное решение будет оглашено сразу после.

Предварительный отказ…

Меня словно ледяной водой окатило.

Линда торжествующе ухмыльнулась, её чёрный хвост удовлетворённо изогнулся. Я знала процедуру. Предварительный отказ почти всегда становился окончательным. Особенно при таком… настрое одного из ключевых членов Комиссии.

Зал ожил. Все поднимались со своих мест, разговаривали. Толпа потянулась к выходам. Я сидела как парализованная, глядя на пустую стойку, на пустые кресла членов Комиссии.

Линда уже встала и направилась к выходу.

“Нет”, — мысль прорвалась сквозь оцепенение, острая и ясная.

Нет, я не сдамся просто так! Не ради себя! Ради тех пар, которые ждали этого шанса!

Поднявшись, я намеренно расправила плечи. Мне нужно было достучаться до Линды. Хотя бы попытаться.

Пробираться через толпу было нелегко. Психологически… Я ловила на себе взгляды – сочувствующие, любопытные, равнодушные. Линда уже была почти у бокового выхода, её чёрный костюм резко выделялась на фоне светлого мрамора стен.

– Виана Линда! Подождите!

Она остановилась, медленно обернулась. Ледяной взгляд женщины упал на меня. Ни тени удивления, только ожидаемое раздражение.

– Диана, – голос Линды был ровным, как у робота. – У меня мало времени.

– Пожалуйста, – я подошла ближе. – Всего минуту! Я понимаю ваши… опасения. Но мой проект… он может дать шанс тем, кто хочет создать семью, но сталкивается с непреодолимыми биологическими барьерами. Человеческий геном – ключ. Он не заменяет, он гармонизирует. Мы провели тысячи симуляций, доклинические испытания на клеточных культурах показали…

– Доклинические, – она перебила меня, презрительно растягивая слово. – Симуляции. Игра в Бога на стадии гипотез. Виана, природа расставила барьеры не просто так. Альфа-расы – вершина эволюции в своих нишах. Смешение… – она сделала паузу, и в её глазах мелькнуло что-то глубоко личное, болезненное, – это путь к деградации. К ослаблению генофонда. К непредсказуемым мутациям. Ваши “ключи” могут открыть ящик Пандоры. Риск неоправдан.

– Но в тысячах симуляций не было ни одного нарушения структуры! – не сдержалась я, чувствуя, как закипаю от её слепого консерватизма, приправленного личной болью. – Мы говорим о контролируемой, точечной терапии! О спасении жизней, о рождении желанных, здоровых детей! О возможности для атлантианцев и шиарийцев…

– Достаточно! – отрезала Линда. Её чёрный хвост разрезал воздух как плеть, со свистом. – Я услышала ваши аргументы, виана. Они не убедительны. Мне некогда продолжать этот бесполезный разговор. – Линда резко развернулась, продолжая путь к дверям.

Мне не оставалось ничего, кроме как расстроенно смотреть в её в спину.

– Тётенька! Подождите! — вдруг раздалось неподалёку.

Это был голос Арона!

Мой сын выскользнул откуда-то сбоку. Его золотые глаза сияли, как два солнца. В руке он сжимал лист бумаги – тот самый, на котором рисовал. Он подбежал к Линде и, не смущаясь её ледяного вида, протянул рисунок.

– Это вам, красивая виана! – заявил он звонко, очаровательно улыбаясь. Милейшие ямочки проступили на его лице. Его золотой хвостик изогнулся, замер, а затем начал щёлкать. Раз. Два. Три. С идеально ровными промежутками, как метроном. Тик-тик. Тик-тик.

Линда застыла.

Она смотрела то на рисунок (на нём, судя по мелькнувшим линиям, была изображена строгая дама с чёрным хвостом, окружённая какими-то загадочными узорами), то на сияющую улыбку моего сына.

Что-то дрогнуло в её каменном лице. Уголки губ словно против её воли, поползли вверх. Она улыбнулась. Сначала неуверенно, растерянно, будто удивляясь собственному выражению лица, а потом – шире.

— Спасибо, — её голос звучал неуверенно.

— У вас такой хвост!.. Я его так и нарисовал, посмотрите, какой красивый. А вот эти линии, ваш псионический узор… это как магия, как у волшебницы. Вы умеете управлять магией? Мама говорит, у вас очень важная работа! – щебетал Арон, не отводя от Линды сияющего взгляда. Его хвост продолжал свой ритмичный щелчок. Тик-тик. Тик-тик.

– Псионический узор… – повторила Линда, – но юный виан, шиарийцы не видят псионческий узор. Это атлантианский спектр…

– Я вижу! И мой братик… он еще не родился, но тоже уже видит.

— Твоя мама? – улыбнулась Линда, ее взгляд словно заволокло какой-то блаженной дымкой. Она смотрела весело, как совсем юная девушка. Морщинка между её бровей исчезла – и словно героическое военное прошлое шиарйки и груз ответственности за интересы ее расы упали с её плеч.

— Мою маму зовут Ди! Вот она… она учёный. Вы так внимательно слушали её выступление… вам было интереснее чем дяденькам из комиссии, да? Вам понравилась мамина идея?... — Арон показал на меня.

Линда медленно подняла голову. Её взгляд нашёл меня. В чёрных глазах шиарийки уже не было льда или ненависти. Была глубокая растерянность, смешанная с каким-то новым, незнакомым чувством. Она опустила взгляд на мой округлившийся живот.

А тем временем к Арону подошёл Эльзас. И Линда повернулась к нему… Мне было интересно послушать продолжение этого странного разговора, но в этот момент моего локтя кто-то вежливо коснулся…

Это был седой ученый-атлантианец из Комиссии.

– Виана Диана, можно я задам вам несколько вопросов? По поводу модуляции нейромедиаторов на третьей фазе… – начал он спрашивать, тыча пальцем в свой планшет.

Я перевела на него взгляд и автоматически ответила… А потом ещё на несколько вопросов. А когда снова попыталась вернуться взглядом к Линде — а её уже и след простыл.

…

Перерыв закончился быстро.

Комиссия снова заняла места.

Исбел выглядел удивлённым. Седой учёный – задумчивым. Линда… Линда сидела прямо, её лицо было спокойным, почти отрешённым, но в нём больше не было той разрушительной злобы. Она больше не смотрела на Исбела с ненавистью.

Исбел снова подошёл к стойке. Зал замер. Я сжала руки на коленях так, что костяшки побелели. Мой хвост замер в ожидании.

– Высшая Научная Комиссия Союза, – начал Исбел, в его голосе звучала твёрдость, – рассмотрев проект “Гармонизация репродуктивных процессов в альфа-расах…” и заслушав дополнительные мнения… выносит решение. Проект… – пауза показалась вечностью, – одобрен для проведения исследований первой фазы с выделением запрошенного финансирования и ресурсов.

Тишина. Потом взрыв аплодисментов, гул одобрения.

У меня перехватило дыхание. Я не поверила своим ушам. Одобрен? ОДОБРЕН!

Я резко обернулась туда, где сидели Эльзас и Арон. Эльзас мне подмигнул, а Арон, сидя у него на коленях, радостно махал мне рукой. Его золотой хвостик весело щёлкал, изгибаясь то вправо, то влево. На лице сына сияла озорная улыбка.

...будто он совсем неслучайно щёлкал своим хвостиком рядом с Линдой.

Надо бы поговорить с Ароном, объяснить что внушения высоким членам комиссии могут иметь последствия…

А впрочем…

Я широко и счастливо улыбнулась.

...впрочем, это подождёт!

Глава 19

Диана

Комната в отеле, при котором мы собрались с размахом отпраздновать свадьбу, убрана белыми атлантианскими розоцветами и светло-розовыми шиарийскими лилиями. А ещё – я заказала синие и белые земные каллы – чтобы оказать уважение нашим с Эльзасом человеческим корням. Благодаря крови людей, что бежит в наших венах, стало возможно это наше счастье… А в перспективе – и не только наше…

Зал для бракосочетания в античном стиле, а также примыкающий к нему ресторан с террасами и уютным двориком – украшены также.

В меру помпезно, в меру элегантно. Лавировать, пытаясь соблюсти интересы всех трёх видов – шиарийцев, атлантианцев и людей – не такое простое дело. И хотя Эльзас упорно повторял, что мы можем просто всё сделать на свой вкус… для меня было важно подчеркнуть наше существование на стыке культур, и сказать, что мы гордимся всей нашей роднёй. И что мы сможем органично сосуществовать… и транслировать я это будув том числе через цветы! Пока все не смирятся,особенно атлантианцы…

В любом случае я пообещала Эльзасу, что если кто-то из родни немного повздорит или подерётся – я не буду расстраиваться. Что притирка — это процесс, и ежедневное вложение сил каждой из сторон.

Мой муж – как всегда, был прав.

Скоро праздник начнётся!

Я оглядела свой наряд и причёску в ростовом зеркале своей комнаты со всей придирчивостью учёного. Венок из цветов с трёх планет в волосах – вместо традиционного убора с фатой. Белое платье силуэта «русалка» – но со шлейфом, чтобы подхватывать невесомую ткань и органично укрывать аккуратный беременный животик, если захочу. Можно даже провести материю шлейфа под грудью, и платье мутирует из “русалки” в “греческое”. И никто тогда и не поймёт, что я беременна…

Но я на сей раз ни от кого не прячусь.

И выбрала фасон, который нежно подчеркнёт: я ношу в себе новую жизнь и горжусь этим.

– Ты готова, Ди?

Эльзас возник за моей спиной, как всегда, неслышно.

Я встретилась в зеркале взглядом с отражением одного невыносимого атлантианца, который не спеша уверенно сокращал между нами расстояние. Пока его руки наконец не легли на мою в меру раздавшуюся талию сзади.

Эльзас замер позади меня.

Всё было ровно как в том моём виде́нии, когда я только училась видеть на новый для меня манер – атлантианское кружево свадебного платья натягивалось на округлившемся беременном животике.Теперь я точно знаю – там наш с Эльзасом второй сыночек. И мы его очень ждём…

Эльзас мягко развернул меня к себе лицом.

– Как вы прекрасны, виана-шиарийка… – выдохнул Эльзас мне в губы, тут же получая короткий нежный поцелуй. Вероятно, последний до праздничной церемонии.

Официально мы с Эльзасом оказались женаты очень стремительно.

В документах возникла ошибка, со слов Эльзаса. Если подходить формально – дата регистрации брака совпадает с датой нашей “случайной” встречи перед входом в небоскрёб Союза, в тот самый день, когда меня вызвали в тайное ведомство практически на трибунал.

Я только махнула рукой и не стала просить ничего исправить…

Однако саму церемонию – праздник для семьи и всех друзей мы собрались провести только сейчас.

Представители разных рас… чтобы они явились на планету нейтральной плеяды – понадобилось время. Попасть на каникулы в Спец Академии для дипломатов, где учится одна из сестёр Эльзаса. Найти окно в расписании сурового дедушки Арона (если не зовёшь его лепить кофейные мармеладки) – также крайне сложно. Моя семья тоже очень занята – у родителей вечно научные эксперименты, которые нельзя прервать и бросить на полпути…

В общем, когда удалось подобрать

* * *

Белые колонны с золотистым орнаментом поддерживали мягко светящийся сводчатый потолок. Цветы, белые, синие и нежно-розовые, и впрямь отлично вписались в декор церемониального зала. Только “алтарь”, наша усыпанная лепестками алая дорожка к нему и скамьи, заполненные нарядными гостями с двух сторон от нас. Минимализм.

Эльзас крепко держал меня за руку на пути к алтарю.

– А как же атлантианские традиции? – шёпотом спросила мужа, пока он вёл меня между рядами гостей, – я специально их изучила. Невеста должна в одиночестве зайти в храм… Или вот некоторые земные… когда невесту отводит кто-то из родителей…

– Моя жена не должна быть в одиночестве в принципе, если сама не желает отдохнуть полчасика от своих любимых, – Эльзас закатил глаза, становясь удивительно похожим на своего отца. – К чёрту традиции, Ди. Мы с тобой должны создавать собственные, согласна?

Эльзас кивнул на Арона. Наш мальчик стоял с важным видом у алтаря, как будто это наш сын будет вести церемонию. А вовсе не белоснежная котоид Пушинка, что гордо ожидала нас в конце церемониальной ковровой дрожки, расстеленной в проходе между скамьями для гостей.

Арон постучал об пол новенькой золотистой тростью с алым камнем-набалдашником, явно подражая манере своего тёзки и деда – виана Арона-старшего.

Новая игрушка Арона кстати… выглядела не совсем как игрушка.

И я бы даже больше сказала...

Догадка словно ударила наотмашь! Псионическая волна метнулась к предмету в руках сына и вернулась ко мне, словно ошпаренная – с подтверждением моих опасений!

Это что же… настоящий накс?!!

– Ч-что это? – я аж споткнулась на ходу, но Эльзас поддержал. Одной рукой под локоть, другой успокаивающе коснулся беременного живота, – что это, Эльз? Только не говори, что у нашего сына накс! Ему же три года…

– Ему почти четыре, – отмахнулся Эльзас, не переставая бережно вести меня, – это подарок от прадедушки.

– Скажи, что накс игрушечный, Эльз.

– Накс игрушечный, Ди…

– Ты это говоришь, потому что я попросила так сказать?!!!

– Да. Ведь я тебе ни в чём не откажу, Ди, – Эльзас запечатлел короткий поцелуй на тыле моей кисти, когда мы замерли у алтаря. Я возмущённо защёлкала хвостом, но Эльзас в очередной раз бесстрашно перехватил его и сжал острый золотистый кончик в руке. Хвост-предатель счастливо покорно расслабился.

И тут позади раздался размеренный очень важный голос:

– Для каждого свой особый срок, виана… ДИ… в том числе для сотворения накса, – и голос этот был почти-как-у-Эльзаса.

Я вздрогнула и развернулась.

Дедушка Арон. Хорошо, что Эльзас держал мой хвост, я ведь могла и стукнуть им нового родственника от неожиданности! Хотя… этот наверняка бы ушёл от удара…

Седая прядь оттягивала внимание. Но насмешливые мудрые глаза… на дне которых тем не менее плескалось веселье, делали виана Арона внезапно – почти юным. О возрасте говорила разве что эта самая седая прядь, что норовила упасть на лощёное безупречное лицо.

– Дорогая невестка... или как там называется наша с вами степень родства у людей? Неважно, – закатил глаза виан Арон-старший, – наксне-игрушечный . Но в связи с юностью моего правнука его накс усечён в функциях и привязан к моему. Существенные ментальные манипуляции будут осуществляться через моё одобрение. Дополнительная ось контроля на ИИ-няне, через накс Эльзаса. Не беспокойтесь…

ЧТО?!

НЕ БЕСПОКОЙТЕСЬ?!

Подумать только.

Я на собственной свадьбе у алтаря… должна ощущать порхание бабочек в животе и всё такое.

Но у меня второй триместр беременности, эмоции скачут. А пожилой родственник моего мужа только что сообщил, что у моего трёхлетнего сына теперь будет накс – опаснейший инструмент… нет… даже не так! Ментальное оружие, которое далеко не каждый атлантианский офицер получает! И мы именно сейчас обо всём этом говорим?!

Серьёзно?

… Но атлантианцы – мой муж и его вечно молодой дедушка, были спокойны и рациональны. Как обычно.

– …По природе ментальной волны ни накс Эльзаса, ни его отца Алефа не годится, чтобы создать фактуру для накса юного Арона… А вот мой подошёл, – объявил виан Арон и важно замолчал. По выражению его лица я догадалась: мне дают шанс осмыслить, какая великая честь мне оказана.

– Спасибо, виан Арон… – заставляю себя проговорить, мысленно посетовав, что мне придётся привыкнуть и к такому поведению родни. Атлантианцы – они такие. Не чувствуют момент. У них“что рационально, то не бестактно” . (на манер человеческого “что естественно, то не безобразно"). Порой чистокровный атлантианец напоминает больше нейросеть в человеческом теле, нежели живой разум…но это если не приглядываться.

А уж я – буду приглядываться пристально.

А к поведенческим мелочам вроде таких мне придётся привыкнуть.

Ведь мой муж и мои сыновья, один из которых ещё даже не родился – тоже такие…

Но тут Эльзас меня шокирует.

Приближается и обнимает и меня и виана Арона, чем лишает дара речи своего деда.

– Дедушка! Мы с Дианой тебетак признательны… что в знак почтения предоставляем право, когда захочешь ходить по атлантианскм клубам с нашими детьми.

– Дедушка как раз хочет пойти завтра! – вставил наш сыночек звонким счастливым голосом, – катать кофейные трубочки со мной, моим другом Лютиком и ещё двумя нашими приятелями из моего прошлого шиарийского садика…

А виана Арона-старшего едва заметно дёрнулось левое нижнее веко.

– Благодарю, – выдохнул виан Арон.

А потом Эльзас деликатно, но всё же принудительно усадил своего деда на почётное место в первом ряду – на скамью для родственников. Маленький Арон, стукнув наксом об пол, и, прищёлкнув золотым хвостиком, тут же взобрался пожилому виану на колени и обнял прадеда за шею по-шиарийски крепко. Уф, хорошо, что виан-дедушка не человек. А то я бы испугалась трещин, переломов и выбитых позвонков.

Арон-старший тут же разулыбался и во все глаза уставился на правнука.

“Аннигилировались”, – с нездоровым весельем подумалось мне. Я хихикнула, а Эльзас взял меня за руки и вернул к алтарю. И мы замерли там, где нам положено быть – напротив Пушинки – белоснежной вианы котоида, чья шерсть в мягком свете вспыхнувших церемониальных огней – как волшебные болотные огни из земных сказок – словно посеребрилась.

Глубокие глаза огромной белой кошки гипнотизировали. Виана Пушинка собралась в пушистую сферу и замурчала:

– Мурмяу… виан Эльзас… виана Диана…

Эльзас улыбнулся мне уголками губ.

И я почувствовала ментальную волну, преображающую материю. В руках Эльзаса возникла шиарийская нежно-розовая лилия…зафиксированная, не состарившаяся ни на мгновенье. Я узнала её по надрыву на двух лепестках…

Этота самая … что Эльзас вручил мне при первой встрече, на свадьбе Арии.

Эльзас тогда подошёл ко мне… Такой наглый заносчивый карьерист, и вдруг – с этим шиарийским цветком. А последовавшая за знакомством ночь с атлантианцем поделила мою жизнь на “до” и “после”.

– Я её нашёл, Ди. Надеюсь, ты не в обиде. – но не успела я протянуть руку за цветком, как тот начал меняться – переткать из формы в форму – пока не стал изящным кулоном розовой лилии на тонкой цепочке. Нежно-розовые и чайные бриллианты в форме лилии и белый драгоценный сгаэлит цепочки.

Почему-то подступили слёзы.

А Эльзас надел украшение мне на шею.

– Если захочешь снова увидеть её живым цветком, она достаточно просто разворачивается обратно…

– Нет-нет, мне нравится… – я накрыла руку Эльзаса своей сверху, – это очень красиво, Эльз. Спасибо за этот подарок...

– Я подарю тебе намного больше, Ди…

– Ты уже… – мой голос сорвался, я задрожала. Слёзы всё же покатились по щекам. Щемящее светлое счастье словно складывало меня пополам.

Эльзас нежно обнял меня.

Виана Пушинка и гости – все терпеливо ждали, когда я буду готова продолжать.

Мне понадобилось меньше минуты.

Эльзас ласково смахнул мои слёзы, поправил выбившуюся прядь моих волос.

– Я всегда буду держать в приоритете твои желания и мечты, Ди. Твои и нашей семьи… Обещаю.

– Как и я твои…

– Прекрасные слова, мрар, – ласково вклинилась в наш разговор виана Пушинка, – слова достойные родителей множества прекрасных котяток с золотыми хвостиками…мррр

Я счастливо рассмеялась.

– Продолжайте, виана Пушинка, – лёгким поклоном попросил Эльзас, приобнимая меня за талию, – простите, что отвлёк невесту от церемонии…

Виана котоид покровительственно кивнула и начала намурлыкивать старомодную традиционную речь для межвидовых бракосочетаний, ловко перелетая её с атлантианскими, шиарийскими и человеческими брачными обетами.

Мой хвост обнимал Эльзаса, умиротворённо пощёлкивал, уткнувшись кончиками в его ладонь, словно хвостик – тоже котёнок.

И мне вдруг стало невероятно спокойно. Этот мужчина, что обнимает меня, на которого норовит накрутиться мой хвост. Мои дети… помолвочное и обручальное кольца и кулон-лилия, что подарил мне Эльзас, – словно всё это сгусточки тепла – которые окутывают меня и снаружи, и изнутри. И тело, и ментальное пространство, и душу…

Кажется, я нашла всё, что мне нужно.

* * *

Вечеринка после церемонии проходила в ресторане с широкой террасой. Один из самых счастливых моих дней уже клонился к вечеру, и потемневшее небо окрасилось яркими алыми всполохами. Смеркалось на этой планете очень быстро… и эффектно.

Гости собрались группками — внутри и снаружи, и отовсюду то и дело слышались пощёлкивания хвостов и постукивания атлантианских тростей. Несмотря на различия характеров — гости хорошо проводили время. И даже никто не подрался. По крайней мере пока что…

Даже сестра Марка — Альта, смущённо улыбалась, слушая двух высоких шиарийцев, которые что-то увлечённо ей рассказывали.

Девушка выглядела куда лучше, чем в нашу последнюю встречу. Лицо сияло румянцем, а серые глаза чуть горели изнутри синеватым светом. Так проявлялась её пробуждённая лекарством сила.

Сейчас Альта проживала в медицинском центре Союза, где училась управлять своими новыми способностями. И делала успехи! А её брат Марк отбывал наказание на планете-тюрьме, впрочем — со смягчённым режимом. Его пристроили на работу в тюремной лаборатории. Куда лучше, чем могло бы быть.

На вечеринке грустила только она…

София.

Самая взрослая из младших сестёр Эльзаса (у моего мужа, как оказалось, три младшие сестры и два брата! Виан Алеф со своей женой-человеком произвёл на свет куда больше детей, чем принято у холодных атлантианцев! И не похоже, что они собираются на этом остановиться!)

Так вот – беловолосая двадцатилетняя София, очень уж похожая на человека, не считая бездонных чёрных атлантианских глаз, печально сидела в стороне ото всех, в дальней части двора ресторанчика. Прямо на бортике фонтана, увенчанного статуей океанической девы с рыбьим хвостом.

Юная атлантианка казалась хрупкой и беззащитной в своём воздушном кремовом платье с блестками, напоминающими маленький чешуйки. Но конечно беззащитной, как и все атлантианцы, не была. С печально поникшими плечиками София обрывала лепестки белых лилий: “любит-не любит”... вроде это какая-то человеческая считалочка, я её не очень хорошо знаю. Но наверняка знает моя мама…

Неважно сейчас.

В глазах Софии было столько неизбывной тоски, когда она смотрела на мраморную фигуру, как сказали бы на Земле, “русалки”.

Эту сцену я тоже видела в своём первом атлантианском видении. А значит… значит эта сцена – ключевая. Насколько я освоилась со своими изменившимися возможностями и могла судить о том, что важно в прогнозах будущего, а что не очень.

– София… – поддерживая свой беременный живот, я осторожно присела на бортик фонтана рядом с юной полу-атлантианкой. Мой хвост дружелюбно подёргал за полы воздушного платья новую родственницу. – София… мы с Эльзасом сегодня очень хотели бы… чтобы тебе тоже было весело.

– Извини, Ди, – натянуто улыбнулась мне девушка. Я знала о Софии лишь её возраст. И что она также ловко делает успехи в своей Спец Академии для будущих дипломатов, как и все её родственники. Бодро перепрыгивает по две-три служебные ступеньки за раз. И не исключала, что София – как и всякая атлантианка – может периодически пройти к своей цели по головам.

– Что случилось, София? Не поделишься?..

– Нельзя, – виновато пожала плечами София, – сама понимаешь. Школа дипломатов.

Или шпионов ?

– Подписки о неразглашении? – понимающе усмехнулась я.

София активно закивала.

– Скажу только, что я вроде как… благородный рыцарь на распутье, Ди. Как герой земных сказок. "Налево пойдёшь, сможешь рыбку съесть, направо пойдёшь… сможешь на что-то сесть". Вроде бы так говорят…

– В земной сказке не так, – я расхохоталась, и малыш в животе начал активно пинаться, – ой…

Я обняла живот.

Бросила взгляд к фуршетным столам, дополнительно расставленным во дворе ресторана. Они были увиты белыми, синими и нежно-розовыми цветами.

Нашла глазами на Эльзаса, что приближался к нам с фужером кофейного напитка, за которым я его услала, чтобы говорить наедине с Софией.Чтобы сделать всё так, как было в моём виде́нии…

– София, – твёрдо сказала я, – иди за своей мечтой. Иначе будешь жалеть.

И тут подошёл Эльзас.

– Спасибо, Ди, – серьёзно прошептала София и поднялась с бортика фонтана, решительно швырнула недоощипанную лилию в чашу с водой.

– О чём болтаете, девочки? – нахмурился мой муж, подавая мне коктейль. Конечно, Эльзас понял, что я специально его отослала…

Сестра чмокнула Эльзаса в щёку и побежала, лишь звонко рассмеявшись и бросив брату напоследок:

– Мы болтали о достигаторстве, Эльз! Это… женский разговор, знаешь ли!.. Поздравляю вас ещё раз!..

– Скажи мне то, что я должен знать, Ди… – Эльзас присел на бортик фонтана рядом со мной, пока я потягивала кофейный коктейль, – и не давись напитком, если просто хотела меня отослать…

Я виновато уставилась на мужа.

Но он улыбался.

– Я поддержу любое твоё решение, Диана…

– Даже если мой совет послужит поводом для опрометчивого поступка твоей сестры?

– Брось, – закатил глаза мой муж и пересадил меня на свои колени, – в этой семье никто не совершает опрометчивых поступков. Они всегда снайперски точны… Даже если это неочевидно сразу. И потом, Софию нельзя склонить к тому, чего она сама не хотела бы. Что бы там ни было, решение она уже приняла. Ты лишь облегчила её душу. В этом и была твоя миссия… ну, из того прогноза…

Я молчала. Я не была уверена, степени ясности, с которой мой разум стал доступен Эльзасу… и признаться, такое глубокое погружение кого-то в мою голову – не особо комфортное явление.

– Ты научишься закрываться, Ди, – горячо зашептал мне на ухо Эльзас, – я помогу… А пока ты должна знать, что мне можешь довериться. И абсолютно ничего тебе не нужно тянуть в одиночку. Мы семья, Диана. Верь мне.

– …Я верю тебе, Эльз… Всегда верила… С тех пор как увидела… всегда.

– Я знаю, Ди. Я люблю тебя…

– И я люблю тебя!

Мы начали целоваться.

Под уютные беседы гостей в отдалении.

Под песню настоящей виолончели с террасы ресторана.

И под смех маленького Арона, что перекрывал звуки традиционного шиарийского салюта.

Я бросила взгляд на небо, не разрывая поцелуй.

Шиарийцы называли этот салют “Азареем”. Он разлетался по почерневшим небесам длинным извивающимся драконом с золотыми глазами и алым раздвоенным хвостом.

И даже мысль о том, как с первыми звуками салюта все гости-атлантианцы дружно негодующе закатили глаза – не испортила мне настроение. А только ещё больше развеселила.

Я улыбнулась в губы Эльзасу.

А потом зажмурилась от накатившего счастья.

Собственнически обвила своего мужа хвостом.

И без остатка отдалась нашему поцелую.

* * *

Мы с Эльзасом вернулись в главный зал – к гостям, друзьям и ближайшим родственникам. Чтобы по земной традиции самой разрезать торт – и раздать атлантианским гостям кофе, а чистокровным шиарийцам – съедобные аромошарики, которые нейтрализуют запах кофе в радиусе полуметра от них – в надежде снять хоть один пункт потенциального конфликта.

Отдельно – для шиарийцев и котоидов предусмотрены дополнительные мясные закуски. Для атлантианцев – пирожные, украшенные кофейными фламинго(их заказала мама Эльзаса, да что такое у родителей моего мужа с фламинго?!) . Люди из числа гостей с удовольствием уплетали и то и другое.

У меня возникло острое ощущение на грани предвидения:следующее семейное торжество будет ещё сложнее спланировать! Культурный код гостей станет разнообразнее. Понадобится больше… морепродуктов.

Я нахмурилась и отогнала навязчивую мысль. Отрезала кофейный (атлантианский сектор) тортика, декорированный перламутровыми кондитерскими шариками, напоминающими жемчужинки.Это для Софии.

Я поискала сестру Эльзаса взглядом среди гостей, но… не нашла.

Зато ко мне, мимо непринуждённо болтающих гостей за круглыми утопающими в цветах столами, решительным шагом приближался отец моего мужа – виан Алеф. Я застыла с тарелочкой с куском торта в руке. Выражение лица моего свёкра было… сложным.

* * *

Эльзас

Со всеми своими детьми отец поддерживал ментальную связь. Я вырос и заглушил её. Отделился и начал жить свою жизнь. С минимальным вмешательством почти всесильных отца и деда.

Моя сестра София – заглушала семейную связь периодически. На пробу. Мягко приучая к этому родителей.

Когда связь глушит взрослая дочь, едва переступившая порог атлантианского совершеннолетия – это, видимо, особенно некомфортно. Мне ещё только предстоит понять, что чувствует в этот момент родитель.

Но я всегда по поведению отца видел, когда София "отключилась". Он нервничал. Мягко говоря. Вот как сейчас. Отец шёл практически на таран – к нашему с Ди столу для молодожёнов, за которым мы сидели отдельно от остальных гостей на возвышении. От лучшего дознавателя союза (моего отца) – не укрылось, что связь с Софией наглухо оборвалась после разговора во дворе ресторана моей сестры с моей женой. А ещё – отец злился, что мы украсили к торжеству двор фонтаном океанической девы. Увлечение Софии океаном нервировало отца, сколько себя помню.

Но вникать в это сегодня – в главный праздник для Дианы и для меня – я не собирался. Поэтому заранее придумал, как нейтрализовать отца на случай его по-атлантиански прямолинейного "прихода".

Я позвал его самых близких друзей. Кроме родителей Дианы и других его знакомых шиарийцев, (к которым папа относился с нежностью, тщательно скрываемой за максимально саркастическим закатыванием глаз) – был кое-кто особенный для него.

Одна знакомая супружеская пара: шиариец и землянка. Которые предупредили, что никак не смогут приехать на свадьбу.Но…

– Виана Ди… извольте-ка мне кое-что пояснить. – отец застыл, напортив моей жены.

– СЮРПРИЗ!!! – София пулей влетела через боковые двери ресторанчика. Повисла на шее отца. Он уделил ей всё внимание. Его облегчение, что его любимицу, его "атлантианскую принцессу" не украли …эм, видимо, океанцы с рыбьими хвостами – было почти осязаемым.

– Какой ещё сюрприз, София, – процедил отец на грани слышимости, надевая маску холодного безразличия, – ты же взрослая. Что за вопли. Или

Но отцу явно полегчало. София заливисто смеялась. Гости оживлённо беседовали. Играла музыка.

И вдруг в неё вплёлся звук, напоминающийкурлыканье.

Отец нахмурился. Он мгновенно нашёл взглядом источник "лишнего" звука. В зал через главные двери по куриному вбежали два розовых фламинго. Они понеслись прямиком к отцу, точно они псы, и им дали команду "фас". Растопырив крылья, птицы приближались.

К заливистому смеху Софии примешался мамин. Фламинго затормозили около отца и, дружелюбно ткнувшись в него клювами, принялись важно кружить. Отец распахнул глаза.

Гости за столами разразились смехом.

Отец круглыми глазами смотрел на птиц. И поэтому сразу не заметилих.

…А когда заметил, его маска холода треснула – он улыбнулся. Стал удивительно похож на человека. И я вдруг понял, что видеть отца настолько человечным — подарок, в первую очередь для меня.

– Поздравляем со свадьбой сына, виан-дознаватель,– оскалился красноволосый шиариец, ведущий за руку золотоволосую хрупкую женщину-человека, – мы с Селеной знаем, что ты хотел завести фламинго уже лет тридцать, но стеснялся. Это ваши атлантианские предрассудки. В общем, мы решили тебе их подарить…

Отца перекосило.

– Чезар! Селена! – взвизгнула мама и понеслась через зал обниматься с подругой и её мужем-шиарийцем. Те самые особые гости, которые “никак не могли приехать”. Когда-то эта парочка стала причиной знакомства родителей. Так что… виан Чезар и его хрупкая жена были своего рода символами семейного счастья, и редкие встречи с ними смывали родителей в море ностальгии.

Маме мы тоже ничего заранее не сказали.

Это был план.

Мой и сестры.

Чтобы отвлечь родителей. Я своё счастье получил. Моя безупречная Диана рядом со мной нарезала свадебный торт. У нас уже есть двое сыновей. И жизнь только начинается!

И как все счастливые люди, я хотел осчастливить ближнего. И решил начать с сестры.

София теперь – имела право вырваться из любящего родительского захвата и попытаться поймать свою судьбу за хвост.

Я знал, чего хотела сестра. Знал безбашенный план, который она вознамерилась провернуть в своей академии. Знал, на какую миссию сестрёнка метит. Знал, что отец этого не допустит.

А ещё знал о сомнениях Софии, и что моя жена должна была качнуть внутренние весы сестры к самостоятельности и придав её судьбе дополнительное ускорение. Эдакий контрольный выстрел.

Я боялся за Софию. Я знал о рисках. Но также я знал – что иначе нельзя. Кто-то должен был ей помочь. Но родители в таком деле помогать точно не станут.Поэтому…

“Курлы-курлы” – один из фламинго щипнул за хвост ближайшего гостя-шиарийца. Хвост в долгу не остался.

Отец хищно ухмыльнулся. Ему явно теперь нравились эти фламинго.

А Чезар и Селена гарантированно отвлекут родителей на необходимое время. ....

Эпилог

Диана

В махровых халатах мы прошли через коридор отеля (он был снят под нашу свадьбу целиком, и в номерах жили только наши гости). Пентхаус – самый верхний этаж был наш с Эльзасом.

Ниже виана Элина и виан Алеф… их дети, их домашние лисы (восемь штук!) с подозрительно осознанными мордочками, и теперь – ещё и фламинго… Словом, это был самый любопытный этаж и естественная преграда между нами и прочим шумным весельем.Мы последовали за матерью Эльзаса в гостиную их апартаментов. Здесь, развалившись в кресле за кофейным столиком, виан Алеф с отсутствующим видом пил кофе.

– Он пьёт уже десятую чашку кофе, – виновато улыбалась виана Элина. Она взглядом извинялась за то, что потревожила нас утром после первой брачной ночи. Своего сына и его глубоко беременную супругу.

– Что случилось? – я напряжённо вглядывалась в хлещущего кофе, словно в автономном режиме виана Алефа.

– София, – только выдал виан Алеф, – я подозревал. Но она как бы на полшага впереди. Я неверно просчитал… Каникулы в Академии. Я официально в отпуске, недоступен по рабочим вопросам – все в курсе, что мой сын женится. На этой планете нейтральной полосы специально стоит блок, замедляющий передачу сигнала…

Виан Алеф бормотал.

Затем его взгляд сфокусировался на мне.

А меня вдруг наотмашь ударило виде́ние прогноз:

Белоснежные волосы, расходящиеся по волнам. Бледное лицо. София… тонет.

Её подхватывает, обнимает за талию мужчина…

Вместо ног у него – длинный мощный сине-чёрный рыбий хвост.

И они с Софией начинают целоваться, самозабвенно и жёстко. Затем картинка размывается – они скрываются в глубине, где уже нет света и красок.

И тут виан Алеф подал голос:

– Вы в положении, Диана. Гибрид внутри вас… вроде как суператлантианец. Его виде́ния – ваши виде́ния, – отчеканил Алеф, – и я настоятельно прошу вас. Посмотреть, где моя дочь и что с ней. Уж не откажите своему… родственнику.

Это была не просьба. Несомненно, приказ.

Я сглотнула.

Эфирная тень Софии перед моим мысленным взором приложила палец к губам:не говори папе-Алефу.

Если я сейчас что-то скажу, виан Алеф успеет остановить дочь, но…

Малыш в моём животе начал отчаянно пинаться.

Я прикрыла глаза, подсоединилась к мощнейшему пси-полю моего ещё не рождённого сына. Атантианца, шиарийца, человека.

И меня против воли накрыла новая картинка-прогноз.

Увидела ребёнка.

Черноволосого мальчика. Младенца.

С атлантианскими бездонными глазами и длинным перламутрово-белым с серебряными боками рыбьим хвостиком вместо ног. Его погремушка, зажатая в пухлых пальчиках, удивительно напоминала миниатюрный атлантианский накс, где вместо традиционного камня-набалдашника красовалась крупная серая жемчужина.

Мальчик из виде́ния смотрел на меня серьёзно и характерным жестом Софии прикладывал палец к губам. Он сделал недовольное личико, и стал вдруг невероятно похожим виана Алефа.

“Это ребёнок Софии!”

Моё виде́ние тут же утекло в разум Эльзаса.

Муж застыл. В шоке уставился на меня:“У Софии НЕТ детей”.

“Наверно… Это будущее, Эльз…”

Наши переглядывания не укрылись от родителей Эльзаса.

– Папа, – положил руку на плечо виану Алефу мой муж, – а давай все вместе выпьем ещё по чашечке кофе. У Софии всё… будет хорошо. И мы должны тебе кое-что рассказать.

Эльзас коснулся меня мыслью:"Мы расскажем”.

Да.

Но не раньше, чем транспортный шаттл, на котором сейчас София, совершит квантовый прыжок и войдёт в атмосферу водной планеты Океании.

А это произойдёт через десять… девять… восемь… семь…"

Но это уже совсем другая история!

конец