Ретро Бит. Акт 8

Глава 1

Сева Сотх

Ретро Бит [8]

С Крейгом и Джейсоном мы встретились за завтраком в отеле Мариотт, где они остановились. Созвонились на третий день выставки. Как раз отпустил Линду и Трейси обратно в Эль-Серрито. Держать девушек незнамо сколько в Эл-Эй попросту непродуктивно… и, чего скрывать, опасно. Мотивировал Линду под предлогом оплаченных курсов в универе, а на деле боялся, как бы чего не произошло в бандитском Лос-Анджелесе, переполненном всякими чикано.

И Джон тоже не смог прийти. Он все-таки студент и прогуливать слишком много ему нельзя. И Машеньке тоже, а то выпорют, еще чего, в школе! До сих пор фрустрирую от того факта, что физические наказания еще не отменены.

— Парень, твоя схема с коммунистической лицензией слишком мутная, — сходу начал Джастин. — Мы посовещались друг с другом и не видим себя и близко к ней.

У нас в советской России не ты покупаешь лицензию, а лицензия покупает тебя! Пылающей тропой мы идем к коммунизму! От каждого по строчке кода, каждому по потребностям в машинном времени! И еще интернационал могу напеть, но это уже слишком.

— Но вы ведь не просто отказать мне пришли? Вариантов много.

— Мы предпочли бы крупный разовый платеж. Так надежнее всего. Триста тысяч, — назвал Крейг.

— Если сейчас денег нет, возьми кредит или давай договоримся о рассрочке. Тетрис популярен, накопишь нужную сумму рано или поздно. В договоре пропишем, что ты волен делать с исходниками все что угодно, в том числе открывать всему миру.

Дорого! Благодаря щедрым посулам от мелкомягких я могу это себе позволить, но весь профит во всего лишь экономии нескольких месяцев работы на переписывание ядра текстового редактора.

— Двести — и по рукам прямо сейчас, — выдвинул я встречное предложение, постаравшись скрыть радость от того, что они сами пришли к идее насчет синицы в руках. Хотя какая там синица — летающий бегемот, дракон! Если бы не Билл Гейтс, я бы себе столько позволить не смог.

— Двести пятьдесят, нам с этой суммы еще налоги платить, — возразил Крейг.

Наверное, можно было поломаться еще и я переплачиваю, но легко быть щедрым, когда есть целый виртуальный бассейн с долларами.

— С рассрочкой на год, — все же попытался поймать выгоду.

— На полгода, — скорректировал Джейсон.

— Согласен!

Ну, что по пиву и оформим сделку? А нет, все еще тошнит от одной лишь мысли о янтарном пенном. Да и не подадут мне, малолетнему каналье, алкоголь.

— Мой юрист уже вылетел в Лос-Анджелес, вечером покажу вам проект договора и если он вас устроит, было бы здорово подписать уже сегодня.

— Будешь у нас на восточном побережье, позвони, выпьем пивка… — Крейг как мысли мои прочитал. — Хотя, тебе же еще нет двадцати одного?

Не стал говорить, что мне семнадцать.

— У меня аллергия на алкоголь после укуса змеи. Скажите, а чем вы планируете заняться далее? В хорошие идеи я бы инвестировал. Например, мне кажется, что вы отлично справились бы с разработкой видеочипов или звуковых чипов.

Грех не использовать послезнание и не вложиться в ребят там, где, как я знаю, они успешны в альтернативной ветке истории. И тут даже больше не в деньгах дело. Мне на самом деле нужны массовые качественные видеокарты.

— И ты захочешь опубликовать техническую документацию по ним в свободный доступ, — проворчал Джейсон.

— Именно! Как вы считаете, IBM коммунисты или лидеры рынка персональных компьютеров? А Эппл с их открытыми спецификациями для плат расширений?

— Не убедил! — бросил Крейг. — Но это не значит, что мы откажемся от твоих денег, если потребуются инвесторы. Однако попытаемся обойтись своими силами.

Из Мариотт по окончанию встречи уходить не стал, так как назначил здесь же еще одну важную встречу. Филипп Канн оставил в моей душе неизгладимое впечатление своей энергетикой и я очень хочу с ним договориться, но на своих условиях. Просто лицензировать ему редактор за небольшие, в сравнении с предложением мелкомягких, деньги — глупо.

— О мон дьё! Как я рад здесь находиться, — воскликнул полный француз, подсев ко мне за столик. Яркую гавайку он сменил на небесно-голубую тенниску, но менее неформальным от того выглядеть не стал. Совсем не похож на успешного президента айти-гиганта. Должно быть, потому, что он пока совсем не гигант.

— Добрый день, мистер Канн. Как успехи на выставке?

— Да в задницу эту чопорную выставку, мон ами! Скажите, вы уже подумали, на каких условиях готовы лицензировать ваш замечательный текстовый редактор? Я увидел в нем массу всего, чего хотел добиться от наших собственных разработчиков.

Потому что заметную часть функционала Эдитора не придумали, конечно, идеям уже много лет, но сделали популярными именно в Борланд. А потому я готов отдать им моральный долг. За «Турбо Паскаль» и «Си-плюс-плюс Билдер», пиратскими копиями которых я активно пользовался в девяностых и даже начале двухтысячных. Иногда и в середине десятых билдер приходилось открывать, чтобы старые баги поправить.

— Можно, я вас буду называть просто Филипп? Так вот, меня не устраивает лицензирование за деньги. Я хочу долю в Борланд, например, десять процентов.

Вот я наглый каналья, конечно. Но успех Борланда неминуем, а оказавшись в числе акционеров я, быть может, и на их падение повлиять смогу. То есть отменить его. Ну или когда активы пойдут с молотка, выкуплю их сам, а не позволю завладеть какой-то мутной европейской фирмочке.

— О, Кристоф, твоя вера в успех моей компании мне льстит. Но я не могу тебе отдать десять процентов, у меня у самого всего тринадцать, остальные у моих датских партнеров. Мы можем пойти путем выпуска новых акций, но даже так — каким бы прекрасным твой редактор ни являлся, один процент — это тот максимум, на какой я готов пойти.

— Один процент — неплохо… и еще девять ваши датчане продадут мне за деньги. Я не претендую на пост в совете директоров, мне интересней и выгодней развивать свою фирму, но долю хочу.

Десять процентов в Борланд — это не только ценный мех, но и создатели быстрых компиляторов. Полезное приобретение, кому, как не им, подбросить идею собственного языка программирования, давно витающую в моих влажных мечтах. Сохранением прав за собой и получением роялти с них, безусловно.

— За деньги? Это же совсем другое дело! Я не готов назвать точную сумму, только общий порядок, но, скорее всего, смогу уговорить моих европейских друзей на пятьдесят тысяч.

Копейки! Уверен,

— Рад, что мы смогли договориться. Я пробуду в Лос-Анджелесе, точнее, Анахайме, еще несколько дней. Меня можно будет найти в мотеле Альпайн.

Вечером того же дня ко мне в мотель, в номер по соседству, заселились Лео и Глория, устроив полноценный допрос по поводу того, что я здесь устроил и зачем мне срочная юридическая помощь.

— Пацан, твоя ранняя идея с повышенным роялти взамен открытой лицензии через два года — идиотизм, — охарактеризовал Больцман. — Радуйся, что эти бостонцы сами предложили вариант попроще, а то бы отдал им половину полученного от Майкрософт.

— Вот именно, Кристобаль! Нельзя так легкомысленно ставить условия! — поддержала сожителя тётя Глаша. — О чем ты вообще думал, когда называл пятьдесят процентов?

— О том, чтобы не быть канальей. Но признаю, переборщил в своем желании остаться хорошим.

— Это бизнес, пацан! В нём не бывает хороших и плохих. Ну, кроме нас с миссис Флорес, мы хорошие. Ладно, в сторону шуточки. Что там у тебя еще?

— Покупка десяти процентов разработчика компиляторов в обмен на лицензию Каналья Эдитора. Но там пока очень предварительная договоренность, я даже не знаю, кто именно мне их продаст. Первоочередная задача — сделка с «Меткой Единорога».

— Ох, пацан… ты условился о сделке непонятно с кем об акциях неясной стоимости, наверняка не изучив уставные документы и соглашение между акционерами.

— Чтобы проверить документы, у меня есть вы с Глорией. Покупка стоящая, верьте моей интуиции.

— Ладно, начнем работу. Миссис Флорес, вы ведь взяли с собой все юридические справочники? Мы обязаны подготовить вменяемый проект договора к утру.

Ночь — она звала и меня, и юристов. У Лео имелся готовый шаблон соглашения о лицензировании Сьеррой нашего движка текстовых квестов, но оказалось, что тут уже не покупка лицензии, а ограниченная передача прав и все надо переделать. Насколько бы все упростилось, если бы у «Больцман и Флорес» имелась правовая база данных, такая, как всякие «Гаранты» и «Консультанты»…

Не удержался. Сказал вслух:

— Лео, а представь, что у тебя был бы переносной компьютер, и ты мог бы в любой момент дозвониться на юридическую BBS и получить справку из базы данных.

— Это называется Лексис, пацан. Поздравляю, ты изобрел то, чем «Айрелл и Манелла» пользуются уже почти десять лет, — рассмеялся Больцман. — Чертовски дорогая штука, около двух тысяч в месяц за аренду дорогостоящего специального терминала, да еще почасовая плата за аренду линии и за каждый запрос. Опечатался — ничего не нашлось, а двадцать баксов со счета компании списали. Пока не для нашей лиги система.

— А если бы я смог удешевить стоимость на порядок? — как минимум, от специального терминала можно отказаться, заменив на дешевый переносной комп за тысячу баксов и акустический модем.

— То все юристы страны носили бы тебя на руках, ты стал бы уважаемым человеком и больше не занимался своими утками и кубиками. Но ты этого пока не сделал, так что, если хочешь быть полезен — принеси мне лучше выпить.

— Лео! — реакцию тети Глаши предсказать несложно.

— Минералки, миссис Флорес, — очевидно, что Больцман специально ее так провоцирует. И мне так кажется, что мудрая женщина умышленно на его подколки ведется. Ролевая игра у них такая, как у нас с Линдой в энсина и капитана.

Сутки спустя мы с Крейгом поставили подписи под договором, для согласования которого он отправлял копию по факсу в Бостон. Из-за неважного мне пункта о форс-мажорных обстоятельствах наши и его юристы поспорили и пришлось все перепечатать на компромиссной формулировке.

К ответственным мероприятиям, таким, как переговоры с мелкомягкими, нужно готовиться. Я так себе бизнесмен и фиговый оратор, но никого получше себя самого у меня нет. Ну разве что теть Глаша, но она совершенно ничего не понимает в технических моментах. А потому в плане подготовки я взял телефон и набрал по межгороду номер Рокки. Он ведь важная часть айти-тусовки, наверняка лично знаком с Гейтсом.

— Алло, — трубку взяла жена Воза.

— Кэндис, здравствуйте, это Крис, мы вместе с вами ходили в кино на Трон.

— Привет, Крис. Ты наверняка со Стивом поговорить хочешь, но он сейчас в Сан-Бернардино, занимается фестивалем. Его сложно поймать, но если твое дело важное, я попрошу его тебе перезвонить.

— Очень важное, мэм, мне срочно нужен совет по деловым переговорам с Биллом Гейтсом…

Кэнди Кларк звонко рассмеялась.

— Ты собрался спрашивать совета не у того Стива. Тебе бы поговорить с Джобсом, Крис. Вот кто отлично знает Гейтса и знает, как продавить его на переговорах. Но он сложный человек и так запросто раздавать советы незнакомцам не станет. Ты покупаешь или продаешь?

— Продаю. Мистер Гейтс хочет эксклюзивную лицензию на мою программу.

— Твоя программа очень хороша? Тогда запомни — не соглашайся на фиксированную сумму. Ребята из Сиэтла, сейчас их уже никто и не помнит, продали Майкрософт свой ДОС и Билл сделал на их системе миллионы. Помни — он очень умный и отлично умеет считать деньги.

— Спасибо.

Не то, чтобы что-то новое услышал — подтверждение своим мыслям получил. Гейтс — не просто каброн, а кабронище, но никоим образом не левас, иначе не стал бы миллиардером.

А на утро следующего дня нам позвонили из Майкрософт и пригласили продолжить переговоры. Офис мелкомягких в Лос-Анджелесе… физически не существовал, сами они не местные, с Вашингтонщины. Не той, которая округ Колумбия, а на северо-западе, там, где Сиэтл. Ну, тот штат, где Лора Палмер пропадет, а ветеран Вьетнама Джон Рэмбо устроил веселую жизнь местной полиции.

Для нашей встречи арендовали далекий от роскошного конференц-зал во все том же Мариотт, на четвертом этаже. Большой, но аскетичный стол прямоугольной формы, обычные офисные стулья, пластиковые стаканчики с чистой водой.

Из знакомых лиц — Билли «640 вырванных из контекста килобайт» и Балмер. Надеюсь, он не начнет кидаться в меня стульями. Гейтс сидел за столом с пачкой распечатанных исходников в руках и черкал на полях карандашиком, делая пометки и раскачиваясь на стуле. Когда я подошел поздороваться, как вежливый человек, то без труда узнал код Коммандера.

— Леонард Больцман и Глория Флорес, мои юридические советники, — представил я своих.

— Надо же, мистер Больцман, а я думал, что больше никогда вас не увижу, — с натянутой улыбочкой поздоровался с Лео сидящий по правую руку от Гейтса азиат лет сорока.

— Мистер Чан, какой сюрприз, — сквозь зубы процедил Лео. — Кристобаль, миссис Флорес, познакомьтесь — Рональд Чан, младший партнер в «Айрелл

— Мы наняли «Айрелл и Манелла» для правовой оценки и экспертного заключения по вашей лицензии Си-Пи-Эль, — объявил Гейтс, — наш постоянный юрисконсульт рекомендовал их, как профессионалов в сфере авторского права.

— Да-да, были времена, когда в их фирме на самом деле работали блестящие профессионалы, — кивнул Лео.

— И все еще работают, — ответил Рональд, — я потратил двое суток на изучение марксистского манифеста, названного лицензией «Каналья» и моё заключение в том, что она не опирается в достаточной степени на прецедентную базу. Нет ни единого решения суда, доказывающего, что документ работает. Пока что мы имеем лишь смелый юридический эксперимент без устоявшегося правоприменения.

— Ну да, Рональд, ты никогда не отличался навыком скорочтения. Но двое суток на несколько страниц предельно четко сформулированных тезисов — это перебор. И представь себе, кроме прецедентов есть еще и федеральное законодательство, которого обычно достаточно.

— Эксперимент, — сказала Глория и на нее, как на внезапно заговорившую мебель, посмотрели. — Но вы собираетесь заплатить Кристобалю хорошие суммы за право в нем не участвовать. Вот что важно. Давайте обсуждать деньги.

Гейтс слушал перепалку юристов с легкой улыбочкой, медленно раскачиваясь на стуле взад-вперед. Прямо выбесил. Сделал гадость — сердцу радость, да? Готов поручиться, жадный капиталист заранее выяснил, кто у меня заменяет юротдел и нанял представителя бывшей фирмы Лео.

— Хватит! — воскликнул вдруг Балмер. — Миссис Флорес полностью права. Господа, юридическая часть и сила лицензии станут неважны, если мы выкупим продукт! Билл, давай обсудим приобретение всей фирмы. Согласись, несмотря на всю твою критику, ребята отлично поработали! Давай заплатим им справедливую сумму за их программы.

— За то, что наши разработчики повторят за две недели упорного труда? — пренебрежительно бросил Гейтс, не прекращая качаться. — Я, если потребуется, посажу команду из двадцати человек на переписывание кода.

Интересно, есть у них инструментарий под командную работу или это бравада?

— Если бы вы могли за две недели все переписать, переговоры бы не потребовались. Давайте сократим прелюдию и перейдем к обсуждению конкретики, пока мы не решили, что выгодней пойти напрямую к IBM. Сколько вы готовы мне предложить за полный коммерческий эксклюзив на Коммандер и ограниченный, с парой исключений, на Эдитор?

— Билл, я бы предпочел выкупить всю фирму! — высказался Балмер. — Вместе с направлением разработки игр. Я протестировал Тетрис — он очень увлекает.

— Чтобы получить еще больше опасного нестабильного кода? — фыркнул Гейтс, не прекращая бесяче качаться на стуле. — Мы, очевидно, поторопились с предложением, клюнув на красивую обертку.

Интересно, специально они в плохого и хорошего копа играют или на самом деле спорят между собой?

— Господа, я не рассказывал вам про моего дедушку? Он был чемпионом штата по кегельбану.

Безотказный аргумент сработал. Все, как минимум, заткнулись и на меня посмотрели.

— Мистер Гейтс, я готов обсуждать конкретные роялти за эксклюзивную лицензию для вас. Имею в виду сумму за каждую поставку. Допустим, один доллар с каждой копии ДОС, проданной с Коммандером в комплекте.

У меня нет статистики по выпущенным с ДОСом компьютерам, но там явно десятки миллионов машин вплоть до середины девяностых. Увеличат цену для оптовиков на доллар — люди даже не заметят, а мой денежный бассейн наполнится до краёв.

— Нет, это слишком дорого! — воскликнул Гейтс. Умеет и считать, и в завтрашний день смотреть, без этого миллиардерами не становятся. — Написать одну программу и вечно паразитировать на нас я вам не позволю. Желаете долю с продаж? Регрессивная шкала! Начнем с доллара за копию и уменьшаем на десять центов за каждые пятьдесят тысяч, пока не дойдет до нуля!

Моим же оружием меня бьет акула капитализма!

— То есть вы предлагаете фиксированную сумму в 275 тысяч, разбитую на длительный период? — подсчитала в уме Глория. А она молодец, я на секунду позже вычислил. Куда нам, программистам-бизнесменам, до хваткой парикмахерши из трейлерного парка?

— Нижний порог прогрессии в сорок центов — и я согласен, — прикинул я, — ну или давайте обойдемся без сложных формул и сразу установим фиксированную ставку, устраивающую обе стороны.

— Десять центов с копии! Или я сам напишу такой же менеджер за неделю! — возразил Билл.

— Позвольте, я скажу. После того, как вы ознакомились с исходными кодами, любой аналогичный продукт, написанный вами лично, мы под микроскопом рассмотрим с точки зрения нарушения авторских прав, — усмехнулся Больцман.

— Мой клиент говорил образно, ему не обязательно самому программировать!

И так далее, и тому подобное. Почти два часа словесного пинг-понга потребовалось, чтобы мы пришли к компромиссу.

— Двадцать пять центов за копию без прогрессии, с ограничением в пять лет, после чего мы получаем полные права, — переглянувшись с Биллом, озвучил Балмер. Четвертак! Исторически сложилось, что мой денежный бассейн наполняется именно ими.

— Принято, — кивнул я. Предположу, что они рассчитывают, что через пару лет запустят винду и избавятся от моей «устаревшей» оболочки.

На очереди Эдитор? Там веселее получается.

Глава 2

Сразу к Каналья Эдитору мы не перешли. Казалось бы, взяли и договорились, но дьявол, как всегда, обитает в мелочах и изгнать его мы пытались до самого вечера при активном участии юристов-экзорцистов. Вот как быть с теми производителями железа, что платят мелкомягким за ДОС одну фиксированную сумму и не делятся статистикой проданных машин? Обязательства по обновлению программы под будущие версии операционки и новое железо? Тестирование? Исправление ошибок?

Брендирование, локализация, согласование критических изменений в следующих версиях, право первой ночи… то есть получения первого предложения на все другие наши аналогичные продукты, гарантии чистоты прав. Ранний доступ к новым версиям и фичам, с опережением свободной версии на пару месяцев, причем взаимный, чтобы я мог адаптировать Коммандер к новым релизам ДОС заранее, а не по факту их выхода, конфиденциальность такого доступа.

Штрафные санкции, целое море их на каждый чих, например, за нарушенные сроки устранения багов, которые есть в любом софте, как ни тестируй. Форс-мажоры и условия расторжения контракта. Все по-взрослому.

Ну а что, я думал, что в сказку попал и буду получать свои двадцать пять копеек на халяву? Я даже пожалел под конец, что вообще с этими акулами связался. Пилил бы свою опенсурс-версию и не знал ни горя, ни геморроя. Не было печали, купила баба порося. Но это я уже ворчу. Хороший хрюндель получился, нажористый, на пару миллионов. А затем, когда у Билла уже винда на подходе будет, я свою оболочку над ДОС нарисую, хе-хе-хе. С лучшими интерфейсными практиками будущего. И опенсурсно! Windows вплоть до 95-й намертво связанной с ДОСом оставалась, пусть к тому времени рамки оболочки

Где-то тут уже не хихикать про себя, а полноценным злодейским хохотом залиться вместно. Хорошее ли я сейчас вообще дело совершил? Помог жадным корпоратам сделать шаг к монополии на рынке. Но она у них и без моего участия возникнет. Что, если наоборот, смогу благодаря сотрудничеству поменять бизнес-модель и отменить кладбище проектов, похороненных Биллом. Может быть, даже полуось спасу. Операционку OS/2 — совместную разработку Майкрософт и IBM, которая не выжила, когда мелкомягкие перестали вкладываться. А ведь о ней каждый, кто сталкивался, тепло отзывался. Я сам, признаюсь честно, только ролики на ютубе смотрел, но по большей части комплиментарные.

Аванс в 150 тысяч никуда не делся и Гейтс предложил взять его акциями, по той же цене, по которой мелкомягкие их выкупили у сооснователя — десять доллара за штуку. А я что, левас — от доли в Майкрософт отказываться? Наверняка положенные мне 15 тысяч акций — это какие-нибудь жалкие полпроцента, если не меньше, но даже так — потенциально колоссальные деньги.

Тому, что мы добрались до Эдитора, я уже и не особенно радовался. Билл Гейтс — каналья. И камнем преткновения стал Борланд.

— Поясните еще раз, вы даете нам неполный эксклюзив, делая исключение для, как его…

— Борланд.

— Самая глупая идея из всех что я слышал! — взорвался президент мелкомягких. — Лишаться выгодного контракта ради поддержки какого-то гаражного стартапа! Зачем они вам?

Чтобы вы их не раздавили в 90-х. В качестве моральной компенсации за пиратские версии «Турбо Паскаля», «Делфи» и «Си Билдера», активно используемых мной в первой жизни. Потому что Филипп Канн — невероятно харизматичный тип. Ничего из этого я вслух сказать не могу.

— Мне пообещали долю в компании, — нашел я самый адекватный из аргументов. — Десять процентов.

О том, что я их должен буду выкупить на свои деньги, умолчал, чтобы не выглядеть совсем уж идиотом.

— Вам мало вашей собственной корпорации? — спросил Балмер. — Мало акций Майкрософт?

— Десять процентов от ничего — это ноль, — добавил Билл.

— Мне нужен кто-то, кто создаст необходимые мне инструменты, — ответил ему, имея в виду в первую очередь браузер, язык разметки, скриптовый язык и каскадные таблицы стиля. Святую троицу веб разработки — HTML+JS+CSS и среду исполнения для всего этого. Откровенно преждевременная задача, если честно, но простой скриптовый язык мне для создания игр пригодится, возможно, быстрее, чем я думаю. Для текстовых квестов, например. А там, глядишь, и первый браузер вырастет из моего квестового движка… хотя я размечтался.

— И чем вас не устраивают инструменты от Майкрософт? — спросил Гейтс. Вспомнилось его эгоцентричное заявление про то, что никому не нужен «айпод», когда есть их мелкомягкий плеер «зун».

— У вас нет нужных мне. Считайте это юношеской блажью, если хотите. Мистер Канн, президент Борланд, меня убедил, что у них большое будущее.

— У вас ведь пока лишь устная договоренность против выгодного контракта. Это идиотизм! Благотворительность дорого вам обойдется, — пообещал глава Майкрософт.

— Встречное предложение, — снова сыграл роль доброго копа Балмер, — подписывая контракт, ты запретишь этому выскочке продавать текстовый редактор сам по себе, только в составе… чем он там занимается?

— Компилятором Паскаля, — не стал скрывать.

Гейтс пренебрежительно закатил глаза. У мелкомягких ведь есть и свои компиляторы в продаже, да? А Билл лично писал интерпретатор бейсика. И вроде бы громко клеймил, как воров, в прессе всех, кто скачал его труд бесплатно.

— Компилятора Паскаля, — спокойно закончил Балмер. И даже стулом в меня не бросил? Что, повторяюсь?

Мы торговались, торговались, торговались… и в итоге таки договорились об эксклюзивной лицензии с отсрочкой выхода CPL версии редактора на два года. При этом я получал аванс с 250 тысяч и неожиданно приятные роялти в 50 долларов с каждой проданной копии. Уже живыми деньгами и это хорошо, мне еще их бостонцам перечислять. Это мне уже не четвертак — приличные деньги. Самое главное — Борланд отстоял, хоть и с ограничением сферы деятельности. И не забываем, что не всё моё. Половина — доля Джона. Интересно, он возьмет ее акциями Каналья Геймс?

Безвылазно в мотеле я при этом не сидел, требовался на пару часов в день, предоставив остальное юристам.

Съездил на такси в пару мест — в гости к бобру Ковальски, поглядеть, как бывший дайв-бар и прачечную объединяют в одно помещение, ломая перегородки. Завораживающе.

— Мне сказали, что я старый идиот и видеоигры больше никому не нужны, сынок, — пожаловался поляк, вместе с мной наблюдая, как мистер Томас и еще несколько чернокожих здоровяков кувалдой выносили тонкие шлакоблочные перегородки.

— Не верьте этим идиотам, сэр. Но некоторый спад и правда возможен, наверное.

— Старый идиот Ковальски рассудил, что если рынок и в самом деле падает — это лучшее время, чтобы расширяться, — улыбнулся в усы дядя Джон. — Убрать аркады и снова завезти стиралки я еще успею. А там, глядишь, и зал в Каньон-плаза выкуплю, сынок.

— У вас есть деловое чутьё и хватка, — признал я. — Хотите билет на Ю-Эс фест в конце месяца?

Рокки снова меня снабдил с некоторым запасом — раздать друзьям.

— Хочу, но не смогу, тут много дел. А жену и дочку без присмотра не пущу.

— Мы с Линдой снова едем.

— Вы молодые и богатые, а Джон Ковальски каждый четвертак считает. Заезжай, если что.

— Кристобаль, я невероятно возмущена! — сказала мне миссис Уайт, когда я заскочил в политехническую школу проведать нормальных учителей. — Профессор Кроуфорд рассказал, что вы не только не стали поступать в колледж, но и посещаете сомнительные курсы всякой электроники. Вы гробите свой великий поэтический талант!

— Простите, у меня были проблемы со здоровьем, восстановиться было непросто… ай!

Сухонькая старушка ловко выкрутила мне ухо, я даже не заметил как! Больно! И не драться же с ней.

— Молодой человек, я работаю учителем уже более тридцати лет и всегда подмечаю, когда мне врут. Вы и раньше иногда лукавили, но не настолько грубо. Больная нога не мешает дару стихосложения, что вы с успехом и доказали, сочинив «Красную правую руку». Не ленитесь! Иначе я сама приеду к вам в Эль-Серрито и оттаскаю вас за уши. Не желаете поступать в колледж — вы взрослый, но не смейте бросать поэзию.

— Хорошо, мэм, спасибо. Был очень рад вас видеть.

— Мне оттаскать вас за второе ухо, мистер Колон? — предложил Миллер, когда я заглянул к нему в шахматный клуб.

— Не надо, сэр, я не бросаю шахматы. В конце лета я даже играл с Бобби Фишером… самозванцем. Но выиграл. А сейчас периодически проигрываю Монтгомери Синклеру Третьему.

— Ему… допустимо. Он машина, а

Сыграли. И я с трудом свел партию вничью.

— Нет, совершенно точно нужно надрать вам уши. Ваш разум закостенел.

— Я исправлюсь, сэр, — на самом деле я играл расслабленно, в классическом стиле, в котором Миллер сильнее меня, так что ничья — скорее достижение, чем провал. — Скажите, а что стало с тренером Баком?

— Уволили, несмотря на возражения профсоюза.

Туда пендехо и дорога. Хотя, по-хорошему, еще и посадить не помешало бы.

— А со Стивом Стивенсоном?

— Перевели в специальную школу закрытого типа. Скоро он ее закончит и поступит в колледж. Еще вопросы?

— Нет, спасибо, сэр. У меня остались дела в городе, но в следующий раз еще с вами сыграю, или… у вас есть компьютер? Игра через BBS? Я даже напишу специальный клиент под вас.

— Проваливайте, мистер Колон, вам не затянуть меня в свою секту любителей электроники, — проворчал Миллер.

Я заглянул к миссис Крэбтри, но ее, увы, не застал, и удачно спрятался за углом, чтобы не столкнуться со Скиннером и Джонсоном. А то последний своё дурацкое эссе бы потребовал и пришлось бы его посылать.

— Орале! Кристобаль! Какая безрукая пендеха тебя стригла? Немедленно садись в кресло, тетя Кармен подравняет!

Стригла меня Трейси, но она из всех четырех парикмахерш и правда хуже всего справляется. У Елены и Глории получается лучше.

— А ты, я вижу, теперь тут за главную? — окинул я взглядом парикмахерскую.

— Симон! Я старший мастер! И у меня хватает денег на отдельный трейлер! Слышал новости? Оказывается, в деле Кеннеди есть второй стрелок, но ФБР скрывает информацию о нем! И это не всё! Предупреди Трейси и ее музыкантов. Лейблы звукозаписи записывают поверх пластинок задом наперед гипнокоды, делающие слушателей агрессивными. Кассеты слушать можно, на них звук — полная миерда и гипноз не помещается.

— Спасибо. Обязательно им передам. К тебе Глория не заезжала?

— На днях! Такая вся важная синьора абогадо стала.

Что там со мной происходит в зеркале — внезапно понравилось. Непослушное воронье гнездо в кои-то веки приходило в порядок.

— Кармен, а не окажешь мне услугу? Вот тут билеты на фестиваль Ю-Эс в Сан-Бернардино. Не отвезешь один моему приятелю Дейву в Бербанк? Он хороший парень и любит всякие гиковские штуки. Скажу по секрету — Линда считает, что вы с ним стали бы отличной парой. Но не выдавай, что я рассказал.

Заехать в парикмахерскую моя маленькая сводница и попросила. Она давно выстраивает планы, как причинить двум одиночествам счастье. Направить Дейва в Пальмовый Оазис стало бы рискованно для него, а вот Кармен в Бербанке максимум копы остановят. Парочку раз. Не больше пяти.

— А то останешься без сладкого, да, Кристобаль? Твою хайну стоит послушаться. Она особенная. Понимаешь, о чем я?

— Конечно! — хотя, что именно мексиканка имела в виду, я и близко не понял. — Можно, в таком случае, от вас позвонить? Мне нужно назначить еще одну важную встречу…

Может, еще к дядюшке Манни заскочить и кузинатру таки купить? Но тащить кухонный комбайн в самолете — глупо.

— Я Стив Бьорк и Каналья Геймс — моя любимая студия тут, в Калифорнии, — объявил разработчик из Датасофта, когда увидел меня у них в офисе. А ничего так, цивильненько, строго и функционально. Не по-домашнему, не как у нас, и естественно, что без статуй Древних, которым я, кажется, нашел отличное применение.

— Привет, Стив, привет, все, кого знаю, и с кем еще не знаком! Я Крис.

— Крис Коламбус, автор Тетриса! — узнал меня совершенный незнакомец. — У вас в студии есть места?

— ТВ-шоу твоей девушки — просто бомба! Отвал башки! — поведал мне один из разрабов, кажется, Кевин. — Мне передали запись кассеты с университетского ТВ. Выпуск про Возняка можно до дыр засмотреть!

— А мне про Японию понравилось, теперь тоже хочу туда в отпуск! И купить их компьютер с играми! Так что там с местами?

— Места есть, мы раширяемся, но ваш босс даст мне пинка под зад из офиса, если начну вас настолько нагло переманивать.

— Блок Бластер видел? Сколько у тебя линий? Это ранний прототип Блокбастера под Атари 800 и это шедевр! Я собираю подписи под петицией, чтобы они закончили игру! Хотя плагиатить не имели права, конечно. Подпишешься?

— Четыре, давай подпишу.

Идея сделать Хейттрис режим в следующей версии Тетриса показалась мне как никогда ранее удачной.

— Пришел насладиться триумфом? — спросил Стив. — Твой бот вышел в финал, опубликуют результаты в июльском выпуске.

— Да просто застрял на время в Эл-Эй и совершаю круг почета. Спасибо, парни.

Швейный цех Ким я нашел по рассказам Линды. Тоже в нашем бывшем районе Сан-Вэлли, в той его части, где преобладает азиатское большинство. С мистером Кимом я созвонился еще из парикмахерской и тот предложил заехать к нему в цех, а не домой, так как беременной супруге не стоит волноваться.

Ожидал худшего! А так — помещение просторное и ярко освещенное, что само по себе неплохо. Два десятка или немного меньше швейных машинок, за которыми строчат страшненькие, хорошо загорелые азиатские женщины. А они точно одной крови с моей внеземной красавицей Линдой? Или если на воротах написано «Ким», то и работать набрали кореянок? И Хеджин тоже не эталон красоты, чего скрывать. Как минимум, у половины на швейных столах желтые плюшевые уточки, еще у части — футболки с желтой стилизованной уткой на спине. И постоянный шум. Трррр — трещит одна машинка. Тут-тук-тук — стучит другая. О чем-то переговариваются две азиатских кошко-жены. Вот честно, даже язык опознать не в моих силах — вьетнамский, корейский и китайский не различаю. Не-японский, на том мои лингвистические способности дают сбой.

— Ты просил о встрече, пойдем в контору, там можно говорить! — на повышенных тонах отчеканил Джонатан Ким.

Поднялись в отдельное помещение на втором этаже, откуда видно из-за стекла весь цех. Удобно.

— Говори, — велел отец Линды.

— Мистер Ким, я не знаю ваших национальных традиций, но пришел просить руки вашей дочери. Простите, у меня нет красных шкатулок и других традиционных атрибутов. Всё, что я могу пообещать — сделать Линду счастливой и заботиться об ее здоровье, даже проблемы с голосом и вечными ангинами исправлю. Отказа я не приму. Но мне кажется, что если вы пришли поддержать Линду на ТВ-турнир, то она вам точно не безразлична.

Идею этого визита мне Трейси подкинула, позвонил по телефону. Оказывается, Кимы настаивали на соблюдении традиций. А я человек мирный и готов пойти навстречу.

— Мальчишка…

— Линду, — поправил его, — и я здесь только ради нее. Мне лично ни от вас, ни от миссис Ким ничего не нужно.

— Чук-хай-кон-чам-нам-хань-фук! — выдал собеседник. Надеюсь, он меня сейчас хотя бы по матушке не послал. Я не то, что ни слова не понял — я ни малейшего понятия, одно это слово или целое предложение.

— Я пожелал вам сто лет счастливой жизни, — пояснил будущий тесть. Но руки не протянул. Или у них так не принято?

— Спасибо. Я буду стараться, — азиаты ведь ценят старательность?

На том мой тур по Эл-Эй и завершился. Не в трейлерный парк же ехать знакомых повидать?

— Кристобаль, какой ужас! — воскликнула Глория, когда увидела меня незадолго до назначенной встречи с мистером Канном. — Ты что, упал головой в газонокосилку и чудом выжил? И ведь так запросто не исправить! Придется половину головы выбрить.

Парикмахерши — как программисты, вечно работой коллег недовольны. И несмотря на то, что прическа от Кармен мне в целом норм, выбрить виски на самом-то деле не такая плохая идея. Я во имя великой лени, что, как известно, вперед меня родилась, всегда в первой жизни стригся под полубокс. Мне нравилось, большую часть времени можно не причесываться, оставаясь при том опрятным.

— Сорок пять тысяч, — сообщил Филипп. — Акции немного подешевели и вы, мон дьё, сможете купить их за сорок пять.

Не будем прогибаться под Билли Гейтса.Пожал месье Канну руку и передал ему проект договора, составленного Лео.

Глава 3

Обратно на север штата я вылетал в приподнятом настроении. И мои юристы тоже. Они на сопровождении моих сделок неплохо заработали, но ни о чем не жалею.

— Этот мистер Гейтс далеко пойдет, вот увидите, — предрекла Глория, усаживаясь рядом со мной в полупустом самолёте. — Выглядит, как ботаник в очках, а внутри — мафиозный дон. Двадцать пять центов за копию программы — это ведь ничто! Дискеты по десять баксов продают!

Ага-ага, ему только белого персидского кота до четкого попадания в образ злодея и не хватает.

— Жадность — это плохо. Но я не думаю, что продешевил. Себестоимость дискеты — от пятидесяти центов до доллара, то есть попроси я больше — дешевле стало бы не в состав ДОС Коммандер включать, а на отдельной дискете открытую версию выдавать.

— Вы молодец, миссис Флорес, — похвалил помощницу Лео, — давно так, как вы, мистера Чана никто одной фразой не выключал. Его стратегия, очевидно, была в попытках доказать несостоятельность лицензии.

— Вы меня извините, но сделки и мистер Гейтс уже оскомину мне набили, — сказал обоим. И это правда. Билл, может быть, переходит в режим капиталистического дьявола не так часто, а в будущем еще и кучу денег на благотворительность отдаст, но приятным человеком я его не назвал бы. А уж эта манера качаться на стуле… Явное ОКР — и оно меня бесит! Может быть, потому, что и у меня самого есть странные привычки. С уточками, например, разговаривать.

Время в полете решил скоротать самым прозаическим способом — газету почитать, узнать, что вообще в мире делается и там…

«Ловкий пропагандистский ход с письмом Юрия Андропова десятилетней Саманте Смит» — гласил заголовок. Воспоминание разблокировано! Блин! Я же про это помнил, но не задумывался! О маленькой девочке, которую приглашали в СССР, я помню не так много, но история была довольно медийной. Ребенок от чистой души и наверняка по подсказке родителей написала письмо генсеку с посылом «почему вы такие плохие, исправьтесь», но внезапно получила ответ в духе «не мы такие, жизнь такая» и приглашение в Артек — убедиться, что не все так плохо, страшно и тоталитарно. Никто Саманту в Союзе, вестимо, не обижал… но через несколько лет после возвращения она погибла в какой-то аварии. Случайно или спецслужбы одной из стран подчищали концы? Этого я знать не знаю. Как и когда — не помню! Но девочку, блин, жалко, несмотря на то, что вспомнил я про ее существование, только в газете прочитав. Сломали жизнь ребенку, ублюдки!

Зарычать по-звериному захотелось. Могу ли я что-то сделать? Если бы помнил, что за авария и когда произошла — в теории мог бы. Со стороны мое вмешательство стало бы смотреться странным, но не пофиг ли, когда жизнь человека на кону? Возможно, что несколько жизней. Был ли в той аварии кто-то еще? НЕ ПОМНЮ! Это хоть была машина, поезд или самолет? Последний — самый безопасный только на бумаге, но чисто статистически в машинах разбивается больше народу.

Могу ли я как-то убедить родителей Саманты держаться подальше от любой политической миерды? Сомнительно! Может, денег им предложить? В смысле — работать на меня здесь, в Калифорнии, и никуда не ездить. Я даже не знаю, что это за люди и на каких они должностях обретаются. Может быть, стоит учебу девочке где-нибудь в Европе оплатить? Дескать, молодой миллионер так тронут стремлением ребенка сделать мир лучше… а я и в самом деле тронут, хоть пока свой первый миллион и не заработал. Добрая девочка искренне не понимает, что быть последним каброном — это такая профдеформация у политиков и даже хороший человек, оказавшись в их среде, либо идет на компромиссы с совестью, либо бросает гиблое дело.

— Заинтересовался политикой, пацан? — вырвал меня из размышлений Лео. — Лучше не лезь во взрослые игры, сколько бы денег ты не заработал.

— Это хороший совет, Кристобаль, — подтвердила Глория, — политика пережевывает людей и выплевывает их огрызки.

— Никакой политики, обещаю. Просто ребенка жалко, без детства бедняжка осталась. Как думаете, она любит видеоигры? Я бы ей отправил в подарок Коммодор 64, даже парочку — пусть оставит в том русском летнем лагере, про который пишут в статье, и детишки поиграют.

А еще этим «блестящим» ходом я бы совместил Советский Союз и Тетрис. Игра с некоторой долей вероятности добралась бы до товарища Пажитнова и ему не пришлось бы изобретать свой «Стакан», как называлась ранняя версия его головоломки. Не то, чтобы меня пугало обвинение в плагиате программы, которую я написал раньше. Наоборот! Не хочется отплатить презлым за предобрейшее и выставить советского ученого в нехорошем свете. Мне ему еще особняк в Малибу дарить под каким-нибудь поводом. Ну или что-то еще столь же ценное. Идею «Злых птиц» и ресурсы на ее воплощение, например. Ну или что-то вообще с играми не связанное.

— Ни в коем случае, пацан, я запрещаю! — возбудился Лео, — то

Вот-вот! Сплошные пендехо и каброны эти политики, по обе стороны железного занавеса. Даже в искреннем желании подарить детишкам немного радости двойное дно видят. Может быть, даже оправданно, так как реверс-инжиниринг — дело не невозможное. Но неужели всемогущему КГБ так сложно пару Коммодоров добыть, если они им так нужны? Да даже мне, с представлением о работе спецслужб, построенном на фильмах, не так и сложно рабочий вариант переправки хоть целой фуры компов придумать. Да хотя бы через диппочту, которую досматривать не положено. Но Лео прав. Испортить себе жизнь и карьеру ради широкого, никому не нужного жеста — идиотизм в терминальной стадии. Даже я не настолько идиот, а просто поделился мыслью, не обдумав ее как следует, так как свои люди.

Саманта не шла из головы весь полет. Я даже год той аварии не помню. Восемьдесят пятый? Восемьдесят седьмой? Не раньше восемьдесят пятого точно, вот к нему что-то и начнем решать. Ну там… оплатить ей суперэлитную частную школу-интернат с полным пансионом и пусть учится в абсолютной безопасности. Объяснить окружающим, почему я транжирю деньги, несложно. Ну и заодно фанклубу Эль-Кей — Агнешке и Дебби — чего бы учебу не оплатить. Король транжир!

По приземлению, впрочем, нашлись совсем иные переживания. Какие тут шпионско-политические страсти, когда Линда встретить приехала? Они все подождут. Весь мир подождет и я уже привык ни о чем не жалеть.

— Мистер Ким пожелал нам ста лет жизни, — не стал я скрывать недавнего визита. Щечки Линды вспыхнули румянцем и она не нашла слов, подходящих под ситуацию.

По пути домой новостями обменялись. Самые важные я по телефону сообщил, а всяких подробностей, вроде выхода в финал битвы роботов или того, что из «Прекрасной няни» решили сделать пьесу, накопилось множество. Ну и подробности переговоров.

— Чак и Говард купили всей фирме билеты на шестой эпизод Звездных Войн, — уже недалеко от дома порадовала Линда. — У нас ведь нет никаких планов?

— Планов на вечер этот не имеем мы, — ответил я в манере Йоды, — весть радостную принесла ты.

Заехали ненадолго домой, навестил Дюке — и на работу. Моё появление в офис осталось никем не замеченным. Кому тут дело до возвращения какого-то Криса, когда на повестке дня «Возвращение Джедая»!

— А я вам говорю, что Вейдер обманывал — не может он быть отцом Люка! — вещал Коннор. — Нашли, кому верить! Злодеи всегда лгут, чтобы сломить волю хороших парней!

— Он злодей совсем иного типа! Не манипулятор! — возражал Чак. — Давай, приведи пример сказанной им лжи.

— Чувак, мы с тобой как будто разные фильмы смотрели, — рассмеялся еще один участник спора — Говард. — Вспомни, что он обещал Лэндо и как получилось.

— Вы лучше скажите, кто еще один джедай, упомянутый Йодой. Тот, что должен вернуться, — потребовал Блейз. — Я думаю, что Оби-Ван! И он и есть настоящий отец Люка… вернее, его клон. Войны клонов не просто так упомянуты в первом фильме! «Ван» — первая версия. Отец приставил присматривать за сыном своего полного двойника.

— То есть то, что он погиб, не считается, по-твоему, — возражал Коннор. — Си-Си! Скажи им, что они ничего не понимают в Звездных Войнах!

— Это не те ответы, которых вы ищете, — сделал я джедайский жест. Распространять спойлеры и портить людям удовольствие от просмотра — поганая затея.

— Хан Соло и есть второй джедай. Очевидно, что они с Люком похожи, как братья. И вспомните его навыки пилотирования. Это Сила ведет его! — озвучила свою версию Лиза. Она у нас не только железная леди, но и гик не меньше своего мужа.

И, кажется, у меня появилась еще одна великая миссия по исправлению исторической несправедливости — трилогия приквелов. Там даже в сюжете ничего особенно изменять не нужно. Или найти другого актера вместо Хайдена Кристенсена, или переозвучить за ним все реплики. Ну и некоторую дичь из сюжета убрать — мидихлорианы, например. Наукообразный термин изрядно подпортил мистический ореол вокруг ордена джедаев. Или Дарт Джа-Джа Бинкса, возможно, самого бесячего персонажа всей саги, превентивно пристрелить. Ах да, еще контроль качества за «расширенной вселенной». В ней есть очень даже стоящие произведения, но и дешевого шлака уровня «праздничного спецвыпуска» тоже хватило.

Бедняга Бренда, вернувшаяся из отпуска, смотрела на спорщиков, как на безумцев. В ее взгляде читалось «это ведь всего лишь кино».

— Ребят, мы с вами еще сделаем лучшую в истории игру по Звездным Войнам, причем интереснее космосима, — пообещал я. — Сейчас нам лицензию не дадут, но однажды мы достаточно вырастем. А пока давайте к играм. Что там у вас с успехами?

Велико искушение первым написать КОТОР — Рыцарей Старой Республики, я их запомнил едва ли не дословно, так как проходил раз десять. Но тут особенно не хочется у биоварей их хлеб отнимать. Наоборот, я куплю их акции, дам отличное финансирование и пусть регулярно меня идеальными РПГ радуют, в том числе новыми частями о Старой Республике. И без всякого продолжения в виде ММО. И нормальную концовку третьего Масс Эффекта пусть запилят, но это я сильно впереди лошади бегу.

— Мы нарисовали еще три комнаты для «Шесть Ви», — Лиза подошла к составленной мной карте мира на маркерной доске и показала отмеченные галочками, — но две из них никто не смог пройти.

— Потому что они непроходимые! — воскликнул Чак. — Даже Эль-Кей не прошла!

— Настоящая командная работа. Дайте попробовать!

Пока я штурмовал созданный ребятами уровень, Лиза продолжала рассказывать об успехах разрабов.

— У Говарда готово движение шариков и уничтожение одинаковых цветов при столкновении. И Крис, ты, похоже, придумал новый Тетрис — игра уже сейчас затягивает, хотя по дизайн-документу она даже не на половине.

— Говард, респект. Но ты, главное, не надорвись, у нас тут нет надсмотрщика с хлыстом.

— В Атари хлыст у меня был — кнут Индианы Джонса, — хохотнул Уоршоу. — Все нормально, Крис. Отсутствие четкого дедлайна позволяет работать в удовольствие.

Помучался десять минут и тоже провалился в «Шесть Ви». Вроде бы ничего сложного, идея, как проходить, улавливалась сразу — пробежать экран насквозь по движущимся блокам-ступенькам, а затем инвертировать гравитацию и попробовать то же самое по их обратной стороне, но не получалось.

— Майкл, извини, но я тоже не могу пройти уровень. Надо упростить тайминги движения платформ так, чтобы средний школьник справлялся. А вы, ребят, чем порадуете?

И, наконец, настал тот час. Кинотеатра в Эль-Серрито два, и оба обанкротились. Пришлось всей фирмой, да еще и в компании музыкантов, выбираться. Наших, «Бесконечности Тьмы».

— А Металлика дали пинка Дэйву, — наябедничал Чак по пути. Мы с Линдой пустили программиста на заднее сиденье Тойоты.

— За пьянство? — уточнил я.

— Ага, ищут нового гитариста и пролетают с одним концертом без него. Я посоветовал им помощи у Эдди попросить. Он крутой чел и пиво глазом открывает. Пенни Смит согласилась за них словечко замолвить. Джеймс, Ларс и Клифф — отличные ребята. Клифф, кстати, фанат Лавкрафта и «Бесконечности Тьмы». Как узнал, что мы собираемся избавляться от лишних статуй — попросил себе парочку.

Приехали в тот самый кинотеатр, где Трон смотрели. Хорошо, что немного заранее, так как музыкантам пришлось автографы давать. И не только им.

— Простите, а вы же Эль-Кей? Я ваша фанатка, — обратилась к Линде высокая молодая негритянка. — Ваше шоу на студенческом ТВ — просто глоток свежего воздуха среди всего шлака, которым нас пичкают.

— Вы Крис Коламбус! Вот это встреча! — окликнул меня гиковатого вида мужчина в больших очках, напомнивших о Гейтсе. — Я был на стендовой дискуссии на компьютерной ярмарке. Очень понравились ваши предсказания. И я читал вашу статью в Байт о новом алгоритме сортировки. До крайности доходчиво написано, так, чтобы простые люди без ученой степени поняли.

— Пенни Смит! Преступление, что ты не стала девушкой года! Наш студенческий клуб написал петицию в Плейбой пересмотреть решение!

Рамон пришел не один, а с подружкой — похожей на него, как если не родная, то хотя бы двоюродная сестра, мексиканкой. Не особенно красивой, но это пока улыбаться не начнет — сразу бездна обаяния вылезает.

— Хефе, познакомься и благослови — это Эсмеральда, она студентка первого курса, изучает историю, право и музыку, а также работает в МЕЧА, но она нормальная, не как эти чокнутые пендехо. И слышал бы ты, как она поёт! Хефе, ты говорил, что у тебя есть песни под женский вокал. Давай попробуем.

— Рамон Санчес! Не смей оскорблять наших братьев, — строго выговорила девушка, а потом добавила потише, — даже если они полные пендехо и ничего у себя под носом не замечают. Маэстро Коламбус, большая честь с вами познакомиться. Пою я не так уж хорошо, не тратьте на меня время, — я каналья наглый, но засмущаться захотелось.

Ну а далее, когда время сеанса все-таки подошло…

Давным-давно, в далекой-далекой галактике… Люк Скайуокер вернулся на свою родную планету Татуин в попытке спасти своего друга Хана Соло из лап мерзкого преступника Джаббы Хатта.

Меня чуть не порвало от ностальгии. Впервые я лет в десять этот фильм посмотрел, и хуже он с тех еще не наступивших времен не сделался. Лея в металлическом бикини прекрасна, как… просто прекрасна. Не стану оскорблять окружающих меня красавиц сравнением с голливудской актрисой. По крайне мере для меня Линда лучше.

Тот самый фильм! Эвоки — это не только ценный мех, но и ценный мерч! Подтверждается попытками снимать странные фэнтези-фильмы про них. Всё ради продажи игрушек. Ох, как у меня пригорало, что снятая без души низкобюджетная поделка относится по факту ко вселенной Звездных Войн.

Да и от факта того, что плюшевые дикари с копьями побеждали регулярные части космической империи — тоже.

Но в остальном — достойное окончание величайшей космооперы. При всех моих теплых чувствах к «Звездному пути», джедаи круче офицеров «Звездного флота».

Приятно быть окруженным единомышленниками — все мои соратники ворчали на корпоративную жадность, во-первых, лишившую фильм раннего названия «Месть джедая», а во-вторых, добавившую коммерческое недоразумение, нужное для продажи игрушек тут же в холле. Впрочем, согласно теории великого философа Барни Стинсона, эвоков ненавидят все, кто родился до 25 мая 1973 года, и она вполне себе подтверждается. Многочисленные дети, присутствующие на сеансе, выстроились в очередь за мягкими игрушками. Жаль, не за уточками.

Глава 4

— Кен, привет, как у вас там дела? — позвонил я батьке.

— Лучше, чем могло бы быть, приятель, хотя не идеально. Но у кого они в наше время идут хорошо? Разве что у тебя. Как напела мне одна птичка, вы с Джоном за большие деньги продали свои бесплатные программы Биллу Гейтсу. Неужели этот парень теряет хватку?

— У меня есть ощущение, что он где-то меня обманул, но я никак не могу понять, где. Разве что в оплате акциями Майкрософт.

— Для него это обычное предложение, как я слышал. Я бы не согласился — они конечно, не маленький стартап, но ничего особенно выдающегося пока не сделали. Если бы не связи матери Билла в IBM, то… забудь. Звучу, как какой-то сплетник. Гейтс отличный программист. Надеюсь антиразмывочное соглашение вы заключили? Чтобы твоя доля не уменьшалась при выпуске дополнительных акций.

— Да, юристы подсказали. И с ними и со стартапом, в долю которого я влез, и с тобой. Но давай о другом. Мы снова едем на фестиваль Возняка. Найдется место на твоём стенде? В смысле, стенде Сьерры Онлайн.

— Забирай его целиком, дружище, у нас все равно получается бледная экспозиция. С тебя регистрационный взнос, выставка всех наших совместных игр, а не только твоих бесплатных программ, и участие Пенни Смит.

Вот такое вот «лучше, чем могло бы быть», что даже на выставку послать некого и за стенд платить неохота. Не стал отказываться, поручил Лизе утрясти формальности. А взнос и вовсе из роялти вычтут.

Еще несколько дней на подготовку и мы выехали впятером на двух машинах. Я, Линда, Трейси, Чак и Блейз отправились в Сан-Бернардино на фестиваль. И тут за девять месяцев как будто ничего не поменялось. Сцена, шатры, вагончики-бытовки для участников, жара.

Я жаловался на духоту в Анахайме? Тут природа постаралась еще сильнее — настоящую сковородку для прожарки участников организовала. Воз — святой. Его кондиционируемые палатки — филиал рая на земле.

Расположились на стенде в два раза большем, чем на Эн-Си-Си, но все равно скромном. Натянули большой тканевый баннер с уточкой-канальей в стиле пиратского флага — черная утка со скрещенными костями. Прямо-таки привлекает внимание. Нарисовали совместно Майкл и Линда, а печать по ткани наш дизайнер уже сам сделал, найдя подходящую типографию.

Хорошо быть начальником. Я оказался

В соседи нам полные нонеймы достались: «Объединенные спутниковые системы», продающие спутниковое ТВ и «Новэйшн», выпускающая модемы под Эппл 2. Ничего интересного. Да и в целом технологическая часть выставки как-то победнела. Я не нашел тех же мелкомягких и IBM, а из вообще занимающихся играми встретились лишь Коммодор и Атари.

Причем, компания, едва не убившая индустрию видеоигр, привезла только домашние компьютеры и аркадные автоматы. А где же новейшая консоль 5200 и Блокбастер? Стыдливо замели под коврик, пендехо.

— Можно попробовать? — спросил я у парня, подключающего технику на стенде и получив согласие, испытал 1200XL, представленный в Вегасе. Ну… тот же самый Атари 800, но клавиатура на самом деле отлично сделана. Пожалуй, даже получше, чем мой нынешний фаворит — клава от IBM.

В целом бедненько в сравнении с прошлым годом. Как будто в упадке вообще рынок компьютеров, а не только картриджей для консолей. Не побывай я совсем недавно на Эн-Си-Си, возможно, усомнился бы в правильности выбранного пути и подумал бы, что слишком много раздавленных бабочек изменили индустрию. На самом деле нет, не настолько я бабосо.

А на обратном пути к своему стенду я с Рокки повстречался. Он, страшно торопясь, шел через шатер, а ему что-то объяснял на ходу делового вида негр в дорогом пиджаке.

— Крис! Чувак! — воскликнул Возняк, заметив меня. — Как здорово, что ты приехал. Про твой фурор в Анахайме уже начали слагать легенды! И тут у меня претензия. Почему ты не показал версию под Эппл 2?

— Хотел бить сильнейшим оружием. Японский видеочип дает картинку, которой нет ни для Эппл, ни для IBM, — признался я, — и иерархии каталогов тоже не было.

— Ты прямо как Стив! Ему тоже важна красивая картинка! Не круто, чувак, пойдем, я покажу тебе новейший Эппл 2е и ты убедишься, что наша платформа тоже не пустое место!

— Но мистер Возняк… — окликнул его негр.

— Да-да, ваш вопрос решен, вы получите, что хотели. Дайте мне обяснить моему потрясающему другу, что он зря игнорирует Эппл.

— Пошли, чувак, пошли! Я лично знаю инженеров, которые работали над этой машиной и они сотворили чудо! Угадаешь, какое?

— Убрали фрагментацию видеопамяти?

— Они могли бы, но это сломало бы всю обратную совместимость софта, а мы не IBM, чтобы так поступать! Эти невероятные ребята уменьшили количество микросхем внутри корпуса на 75 % и сократили тепловыделение. Компьютер теперь горячий только в том смысле, что вызывает жар внутри меня! Это потрясающий пример оптимизации, дружище. Лучше, чем сделал бы я сам…

Рокки привел меня почти в самый центр шатра, где располагался круглый стол с установленными компьютерами.

— Это мой личный стенд! Не Эппл, а мой. Стив очень хотел проигнорировать мой фестиваль, и не пустил сюда компанию официально. Но я купил компьютеры на свои средства и…

И могли ли всякие пендехо позволить двум гикам обсудить новинки железа? На моего приятеля накинулись со всех сторон, засыпая его вопросами. Плохо быть начальником.

— Мистер Возняк, Ван Хален устроили дебош!

— Мистер Возняк, мы не успеваем развернуть все туалеты!

— Мистер Возняк, проблема с телемостом, мы…

Парень, зачем-то нацепивший желтую каску, как будто опасался, что шатер рухнет ему на голову, утащил Рокки в сторону, а меня оставил изучать железо.

Тут имелось штук пять тех самых Эппл 2е, примечательных сразу несколькими новшествами. Не только тем, что начинка стала дешевле, но цену никто снижать не собирается. И не возросшим до 64КБ объемом оперативки, но и… большими и маленькими буквами в раскладке клавиатуры. ИННОВАЦИИ! Клавиши вверх и вниз, а не только влево-вправо на блоке со стрелками! А что, так можно было?

В остальном — старая-добрая яблочная пишущая машинка с монохромным монитором. Ну какое тут сравнение с красочной картинкой японского видеочипа? Может быть, я и правда, как Стив Джобс, но внешняя сторона тоже важна.

Наигравшись с обновленным железом, я пересел за соседний комп — новейший Эппл Лиза за 10 тысяч баксов. С графическим интерфейсом и однокнопочной мышкой! С корпусом, напоминающим формой пришельца из ЕТ, каким он изображен в игре от Атари. Этакая буква Г за счет выемки внизу.

Эппл — это странный предмет. Там стрелочки есть, а тут уже нет. В том смысле, что кнопки со стрелками с клавиатуры убрали совсем. И Джобс, следуя за своей странной любовью к моноблокам, объединил маленький двенадцатидюймовый экран и два дисковода в одном корпусе. Но клавиатуру хотя бы сделал отдельной. И добавил к получившейся этажерке еще и верхний ярус — жесткий диск «Про Файл» над монитором. Где же еще ему прятаться, не внутри корпуса же?

— Помочь разобраться? Это непривычно после текстовых интерфейсов, — подошел присматривающий за стендом инженер.

— Нет, мне самому интересно понять, — я сел за комп и не сразу нашел кнопку включения, притаившуюся в темноте, в углублении в нижней части корпуса.

С мерным гулом начали раскручиваться блины винчестера. Непривычно долго! Я уже дважды успел отвыкнуть от продолжительных загрузок. В первый раз при появлении быстрых ССД, второй — тут, так как ДОС ныне настолько примитивен, что везде грузится мгновенно.

Наконец, целую вечность спустя, появилось окошко выбора источника загрузки. Я взял мышку и кликнул, непривычно громко и туго. Оно живое! Живое! Понятно, что примитив! Но настоящий оконный интерфейс! Почти привычная винда! Графика двухцветная, черно-белая, но в крапинку. В том смысле, что в ажурную сливающуюся сеточку из черных и белых пикселей, дающую иллюзию нескольких оттенков серого.

Кликнул на иконку «Лиза Райт» и она выделилась! А если… двойной клик сработал! Как же мне не хватало этой до гениальности простой штуки! Курсор превратился в стилизованные песочные часы. Я чуть не прослезился из-за ностальгии по настолько привычной вещи. Не по неторопливой лагающей загрузке, а по ее индикации. Медленно и печально развернулось окошко текстового редактора.

Отзывчивость, конечно, так себе, но это именно окно, каким я его видеть привык! С иконкой развертывания на весь экран в по-яблочному извращенном левом углу. А нет! Квадратик в углу оказался иконкой закрытия, срабатывающей по двойному клику. Слева и снизу полосы прокрутки вполне привычного вида, а их пересечение яблочники обозначили значком из двух

А развернуть на весь экран и тем более свернуть приложение в иконку на панели задач пока нельзя. Потому что нет никакой панели задач. Справедливости ради, ее и во взрослой Макоси нет — там совершенно убивающая своей непривычностью система с левой и правой частью панели быстрого запуска. Был у меня в коллегах большой поклонник яблочной техники, который доказывал, насколько это удобно — видеть свернутые программы справа. Не убедил! Эргономика управления окошками поздней винды идеальна!

Вот смотрю я на древнюю протомакось и прямо вижу, какой долгий эволюционный путь проделали интерфейсы, придя к выверенной формуле. Я мог бы озолотить и Гейтса и Джобса, если принесу им финальную форму оконного менеджера. Вот разве у меня есть цель сделать этих богатых миллиардеров еще богаче?

Редактор «Лиза Райт» оказался довольно-таки простым, но по меркам начала восьмидесятых продвинутым висивигом. Жирный, подчеркнутый и курсивный текст, шрифты, выравнивание и отступы — все, как у людей. Функционально похож на древний Вордпад, идущий в комплекте с виндой с незапамятных времен. Не помню, с какой версии. И вроде бы в Вин 11 его таки из системы удалили, как невостребованный. Кому надо — сами поставят, логично.

А это что? «Лиза Дро» — прото-Пейнт, довольно неплохо! Вернее, прото-Корел, так как редактор векторный. Была бы эта миерда цветной, я бы уже бежал покупать «Лизу» Линде в подарок. А так заливка фигур делается разными видами штриховки. Все равно неплохо. Но как же хочется это все исправить — добавить привычные три иконки в левый верхний угол. Сворачивание и разворачивание окна по дабл-клику, горячие клавиши, и не счесть, сколько мелких фишечек, которые придется вспоминать по ходу. Главный вопрос — а оно мне надо, у Гейтса хлеб отбирать?

Аналог экселя? Лиза Кальк! Так вот откуда взяли названия своих приложений разработчики Опен Офиса. Из седой древности, времен, когда компьютеры были большие. И Кальк оказался прямо-таки экселем! Берешь мышку, выделяешь ячейки и получаешь их сумму. Черная магия! Может быть, и формулы есть? А ВПР? Есть! По крайней мере, простые формулы суммирования и базовой тригонометрии в комплекте шли! И даже аналог функции соединения таблиц по ключу наверняка есть, но я не знаю, как она тут называется. К мелкомягкому экселю я периодически обращался, но к его локализованной версии, а не изначальной. Подытожим — очень крутой функционал для 1983, как из будущего. Но за десять штук баксов, я уверен, он провалится в продажах.

— Парень, да ты как будто всю жизнь с графическим интерфейсом и мышкой в руках, — присвистнул инженер, приставленный Возняком к стенду.

Ну да, руки-то помнят! Для меня вот такая вот работа намного привычнее, чем в голом текстовом варианте.

— Удобно же, — ответил мужчине, — спасибо, что разрешил тут заглянуть в будущее. Покупать компьютер за назначенную цену я, конечно, не буду.

— Ага, мне тоже дорого. И мистер Возняк говорит, что ему больше нравится Эппл 2.

— О, Крис, я смотрю, ты изучаешь невероятный, фантастический компьютер Стива. Он как будто видел будущее и знает, что там станет популярным. Потрясающая штука! Смотри, кого я привел — ты знаешь этого парня!

Спортивный, подтянутый и худощавый мужчина лет пятидесяти или немного старше, с вьющимися, абсолютно седыми волосами.

— Привет, я Рассел Швайкарт, можно просто Расти, — протянул руку и улыбнулся он. По имени тоже ноль процентов узнавания. — Не подпишешь автограф для моей младшей дочери? Она обожает «Бесконечность тьмы».

Ну хоть сразу к делу перешел.

— Конечно. Простите… я чувствую себя идиотом, но не могу понять, почему я вас не узнал. За какую команду вы играете? И почему вы «ржавый»? — лицемерить и изображать «конечно же, я тебя узнал», превращая знакомство в комедию положений, неразумно. Честность — лучшая политика!

— Чувак, это не круто! Героев надо знать в лицо! — воскликнул Воз. — Расти играл за Аполлон 9, он готовился к роли пилота лунного модуля, чтоб ты знал!

— Но высадку на Луну так и не совершил, только полет на околоземную орбиту и выход в открытый космос. Остаться неузнанным — это нормально. Даже Нила Армстронга не всегда узнают на улицах. Я никакой не герой. И видел бы ты меня десять лет назад, сынок — я был рыжий, как само Солнце.

Офигеть. Настоящий космонавт, точнее, астронавт. Смысл один и тот же, наш термин мне нравится больше, но американцы по какой-то причине решили придумать свой. Видимо, чтобы разделить и никто не перепутал — в СССР космос тоталитарный, а у них свободный и демократический.

— Простите, сэр, я мало интересовался историей лунных миссий. У вас есть, что подписать? И если оставите адрес, вся группа тоже свои автографы вашей дочери вышлет. И ваш собственный автограф я бы попросил.

Извинился я искренне. Все покорители космоса — герои, независимо от страны происхождения. Они ради всего человечества жизнями рискуют. Кто говорит, что они просто лежат — пусть покружится на центрифуге часок. Мне вот, между прочим, даже на скейте кататься страшновато — вдруг себе чего переломаю.

— Ничего, Крис, все нормально, — открыто улыбнулся космо… астронавт. Главное — на публике не перепутать. Спалюсь.

Возняк опрометью обшарил ближайший стол и вернулся со страничкой мануала к Эппл 2е. А я ее подписал, уточнив, как зовут дочь астронавта и чем увлекается. Диана, ей 18, любит готику, хорроры и уже дважды была на концертах группы.

— Расти позвали принять участие в завтрашнем телемосте с СССР — поговорить о проблемах исследования космоса и сотрудничестве там, наверху, — объяснил Рокки, воздев руки к потолку шатра и внезапно просветлел лицом. — Крис! У меня потрясающая идея! Не хочешь тоже поучаствовать? И Линда тоже! Пусть Советы увидят, какая в нашей стране невероятная молодежь! Вы же потрясающе умные ребята, расскажете, что мы тут занимаемся играми, а не войной. Понимаете? Там такие же люди, как мы, и точно так же боятся нас, как мы их.

— И я смогу спросить или предложить всё, что угодно? — уточнил я.

— Да, — коротко подтвердил астронавт, — но лучше заранее согласуй свой вопрос со мной, мистером Возняком, доктором Коулом или конгрессменом Брауном.

Отказываться нельзя!

Шанс!

Он не получка, не аванс!

Он выпадает только раз!

Хитрый шанс!

Надо хорошо, очень хорошо подумать, что сказать, спросить и предложить.

Глава 5

— Рокки предлагает нам что? — переспросила Линда, когда

— Принять участие в телемосте и задать пару вопросов, — повторил я еще раз.

— Си-Си, это потрясно! — воскликнул Блейз.

— Младшенькая, какая крутизна! — одобрила Трейси. — Я еще в прошлом году подумала, что надо по-нормальному поговорить, а не только песнями меняться. О чем бы тебе посоветовать спросить… про всякие важные политические вещи кто-нибудь без нас скажет.

— Узнай, как приручить медведя? — подсказал Чак, явно не очень серьезно. Эти американцы ведь не настолько дикие, чтобы считать, что у нас там медведи по улицам разгуливают?

— Нравятся ли им там «Звездные Войны» и смотрели ли уже шестой эпизод? — предложил свой вариант Блейз.

И я перебирал, о чем бы мне спросить. Какую-нибудь чушь про любимый аркадный автомат Андропова? Играют ли в СССР в Тетрис? Вот как раз шанс его вбросить в информационное пространство и избавить Пажитнова от потенциальных обвинений в плагиате. Надо ли мне вообще лезть в публичное поле с какими-нибудь заявлениями? Политика, понятное дело, идет лесом. Чума на оба их дома, по заветам дедушки Шекспира. Но иметь шанс что-то поменять к лучшему для всех и не попытаться им воспользоваться — это верная примета к укусам совести на всю оставшуюся жизнь.

За остаток дня мы с девушкой успели совершить паломничество к Эппл Лиза и как же поначалу вспыхнули ее глаза энтузиазмом, но постепенно тот уходил и пропадал.

— Тут ни одной игры! — эмоциональней обычного констатировала Линда. — Зачем вообще нужен компьютер, если на нем не играть?

— Я где-то слышал, что Стив Джобс ненавидит игры, — сообщил ей я. — Не знаю, насколько это правда.

— Ну и дурак, если так! — заключила моя геймерша.

— Посмотри, что тут есть.

— Вау! Какая крутая программа! — отреагировала девушка на «Лиза Дро» и потерялась для общества на добрые полчаса, создавая эскиз — уточку-астронавта в скафандре. Получилось даже в чем-то похоже на Расти.

— Крис, это очень удобная программа для рисования, лучше, чем для имеющейся у нас мышки. Жалко, что бесполезная! Компьютер ведь не совместим с нашими IBM и для просмотра нарисованных картинок потребуется такой же.

— Уговорила, мы сделаем свой векторный графический редактор. В конце концов, надо будет чем-то занять мейнфрейм, когда мы его купим. Но постараемся, чтобы и на обычном IBM работало.

Очень амбициозная задача, как бы не на год или больше разработки. Причем свалю ее львиную долю на Джона. Графический редактор со слоями и всем таким, с лучшими практиками из будущего. Я далеко не мастер фотошопа, нет у меня необходимого чувства прекрасного. Но базовый функционал туда-сюда помню и представляю. И курс компьютерной графики воронежского Политеха хорошо в голове отложился. А если что-то и не получится, то Джон у нас парень умный, на грани гениальности, придумает. А назову я его «Каналья Пейнт». Или просто «Пейнт».

Пока пока моя ненаглядная тестировала новейшие, без сарказма, технологии, я заприметил бывшего астронавта, разглядывающего музыкальные синтезаторы.

— Сэр, здравствуйте еще раз, можем мы поговорить о завтрашнем дне и том, что допустимо вообще спросить?

— Да, конечно, сынок. Ничего, что я тебя так называю? Мои сыновья чуть постарше, а дочь — примерно ровесница. Зови меня просто Расти, так привычней.

— Все в порядке, сэр, — неплохой мужик этот дядя… пусть будет Рома, хотя это и не русская форма имени «Рассел». — Скажите, а какие темы вообще планируют обсуждать? Сотрудничество в космосе, раз вас пригласили?

— И это тоже. С советской стороны заявлено участие космонавта Севастьянова, мы с ним знакомы. Также собираемся говорить о новых технологиях в образовании, экологии, энергетике.

— А могу я как раз об энергетике спросить? Видите ли… ядерная энергия самая выгодная, это очевидно, но и самая опасная.

— Продолжай, ты говоришь со членом калифорнийской энергетической комиссии.

Тут мне стало неуютно, но сказал А — говори и Б. Во всяком случае, я просто испуганный подросток. Сомнительно, что получится добиться хоть чего-то вот так, через телемост. Но чем Омниссия не шутит? Наука — это ведь по части бога-машины. Так ведь?

— Расти, понимаете, я программист. Как говорят, очень хороший. И я знаю много других разработчиков, тоже отличных. Даже получше меня. Так вот, мы постоянно косячим и ошибаемся. Ежедневно, по несколько раз в день. Не потому, что мы глупые, но так мозг устроен. Простудился или не выспался, голова болит — и ошибка за ошибкой…

— Человеческий фактор, понимаю.

— Но если я ошибусь, что произойдет? Игра зависнет? Кажется, что ерунда. Но цена промаха бывает высока даже у нас. В недавней игре от Атари программист ошибся из-за жестких сроков разработки, в результате персонаж постоянно падает в яму внутри игры. Глупый курьез, но теперь у компании катастрофическое падение акций. И по цепочке у всего рынка видеоигр, если вы следите за котировками. Я упрощаю, чтобы донести мысль. Все сложнее. И если программисты, умные образованные люди, одной ошибкой приводят к миллиардным убыткам, то что у атомщиков?

— Ты хороший оратор, Крис. Понимаю твой страх, но на всех американских ядерных станциях многоуровневые протоколы безопасности и защитные внешние саркофаги. Именно такой спас Три-Майл-Айленд при расплавлении реактора четыре года назад…

Чего-чего-чего⁈ Расплавление реактора? Какой трехмильный остров? Хотя чему удивляться? Аварии случаются и не удивлюсь, если к решению с саркофагом вокруг каждого реактора американцы на горьком опыте пришли.

— На американских — да. А как насчет советских, европейских, японских? Я был недавно в Японии — там всю голову мне забили угрозами землетрясений и цунами. Готовы ли к угрозе цунами их прибрежные станции?

На самом деле нет, никто нас не предупреждал и лекций по безопасности не читал, но это уже недочет, так скажу.

— Хороший глубокий вопрос. Вынужден признать, я не владею ответом на него и это упущение. Хочешь задать в прямом эфире?

— Сэр, поймите верно, я не какой-то безумный паникер, просто хочу выстроить систему так, чтобы уменьшить вероятность проблем. У нас в программировании есть практика код-ревью, когда изучаешь исходники коллег и ищешь проблемы. Может быть, и атомщики разных стран могут сотрудничать и помогать найти угрозы? Общаться между собой, делиться протоколами безопасности и пытаться найти ошибки. Ну и построить саркофаги там, где их нет, желательно бы… но я понимаю, сколько это денег. На страхи подростка все просто закроют глаза.

Пожалуй, если я все нажитое непосильным кодингом на строительство защитных оболочек для АЭС спущу, то даже на маленький кусочек не хватит. Я богат только в сравнении с собой вчерашним.

— Есть международное агентство по атомной энергетике, — напомнил Расти.

— Как раз ему я бы и

— Я порекомендую дать тебе задать вопрос, Крис, когда начнется обсуждение энергетики, — решил астронавт. — Ты говоришь и думаешь, как взрослый инженер, а не подросток.

— Спасибо, Расти. Это на самом деле очень важно для меня.

Скорее всего, мои вангования не приведут вообще ни к чему. Но вдруг хоть один каналья задумается — «а что, если завтра ко мне придет международный контроль?» и откажется от рискованного эксперимента или перепроверит защиту. Делаю, что могу — мне это ничего не стоит, кроме репутации малолетнего паникёра, но ее я переживу.

Переночевали в отведенных вагончиках. Сьерре их полагалось два и разместились с комфортом. Мы с Линдой отдельную комнату для себя даже урвали.

— Крис, я переживаю насчет завтрашнего телемоста, — прошептала мне девушка. — Что, если я спрошу какую-нибудь ерунду и опозорюсь перед русскими? Это же дипломатический скандал.

— Давай порепетируем, — шепнул ей в ответ. — Представь, что я из России, спрашивай, что хочешь, отвечу на что угодно.

— Твоя любимая еда?

— Макароны с мясом!

— Хи-хи-хи! Думаешь, в СССР едят такие же спагетти, что и мы?

— Они бы и веру в Макаронного Монстра, уверен, оценили бы.

— Ладно… допустим. Русский Крис, как тебя зовут?

— Эээ… Крис. У моего имени нет отдельной русской формы. Наверное.

— У тебя есть питомец? Как его зовут?

— В большой стеклянной банке на кухне у меня живет медуза, я называю ее Чайный Гриб и пью периодически воду из-под нее, подливая новую. Имени у нее нет.

— Фууу… какая гадость! Я знаю, что у тебя отличная фантазия, но придумывай уж что-то реалистичное. Например, представь, что ты заболел…

— У нас в советской России ты не идешь к врачу, если болен. Врач идет к тебе! Клянусь, так и есть!

— Хи-хи-хи. Где ты учишься, Крис? Сколько это стоит?

— У нас не ты платишь университету, чтобы учиться. Университет платит тебе!

— Хи-хи. И вот ты получил диплом, какую ты ищешь работу?

— У нас в России работа ищет тебя! Сразу по окончании учебы тебя распределят туда, где не хватает людей твоей специальности.

— А много ты платишь налогов? — больная тема, не только я заполнял в конце апреля декларацию, Линде тоже пришлось отдать кровные динеро дядюшке Сэму.

— У нас… ладно-ладно, не щипайся, я вообще их не плачу! Это всё забота работодателя.

— У вас безопасно? Есть гангстеры? Только давай серьезно, без шутки, что в России ты грабишь преступника.

— У нас есть все достижения цивилизации! И бандитизм, и коррупция, и власти, делающие вид, что всё лучше, чем на самом деле. У вас, капиталистов, нет на них монополии.

— А фантастика у вас есть?

— Есть! Причем отличная, — тут я задумался. Может ли каналья Крис откуда-то знать про Стругацких или Булычева? Сомнительно, без шансов. Хотя что-то вроде бы издавалось, — но мы очень уважаем и западную фантастику, особенно классическую, такую, как Брэдбери и Жюль Верн.

А окончание ответа Линда уже и не слышала. Заснула после тяжелого дня.

А на следующий день пошел фестиваль, повалили людские толпы… и наш стенд на контрасте с недавней Эн-Си-Си оказался почти незаметным. Люди, конечно, приходили и на чичис Трейси клевали, но самыми главными экспонатами оказались «Тетрис», «Темпл Ран» и далеко не новый квест «Волшебник и принцесса» от Сьерры. На файловый менеджер процентов семьдесят обычных посетителей смотрели, как на что-то непонятное. Цветные буковки и четкий текст в Каналья Эдиторе еще какой-то интерес вызывали, как и халявная дискета, но совсем не тот уровень вовлечения.

— Кажется, я понял, почему Кен так легко отдал нам стенд, — заключил Чак. — Тут компьютеры никому не нужны, все приезжают Ван Халена послушать, а не на электронику смотреть.

Со стороны сцены уже послышались завывания первого коллектива — Дивайнилс. Я вышел посмотреть на экран и прямо зашло. Годный женский вокал, дерзкий панковский текст, образ солистки, как будто она недавно попала в аварию или дралась за свою жизнь — порванная одежда, иллюзия выбитого зуба… или и правда нехватка зубов. В любом случае, весьма хорошо. В мой постоянный плейлист не войдет, но скорее понравилось, чем нет.

— Мистер Возняк просил вас быть в студии к десяти утра, — к нам на стенд подошел представитель организаторов.

— Ребят, нам надо трех человек разных возрастов. Вот вы, мисс, очень подходите, — позвал он, — просто пообщаетесь с другой стороной планеты, ничего необычного.

— Так рано? — удивилась Линда. — В прошлый раз уже стемнело.

— Для удобство наших русских друзей мы выбрали время пораньше, чтобы и у них не на середину ночи эфир выпадал. Вы, мисс, вы такая эффектная, пойдете поговорить с Москвой? Поверьте, они не кусаются, у нас тут есть парень, учившийся там по обмену, много интересного рассказывал.

— Йеп! — эффектная мисс — это, безусловно, Трейси.

— А можно поговорить с этим парнем? Расспросить его про Россию? — уточнила Линда. «Русский Крис», ей, значит, не авторитет и «чайный гриб» — выдумка. А это я еще информацией про березовый сок поделиться не успел.

— Да пожалуйста, три дня фестиваля еще впереди, — разрешил долговязый ассистент организаторов. — Его зовут Тед, кучерявый такой.

Оставили стенд на Чака и Блейза и вперед, навстречу приключениям. На этот раз в организации телемоста просматривался более серьезный подход — под студию выделили отдельный кондиционируемый шатер, где возвели ступенчатый амфитеатр, и расставили удобные кресла, как в зрительном зале.

Нас — меня, Линду и Трейси — в первый ряд посадили. Блондинка предусмотрительно расстегнула пуговку. Если что-то и способно прекратить Холодную Войну, то это, очевидно, чичис Пенелопы Смит. Йеп?

Наверное, с полчаса ничего не происходило, всякая техническая суета, но в районе половины одиннадцатого на большой экран по центру сцены вывели анимированную заставку о том, как демократическая звездно-полосатая ладонь пожимает красную правую руку, украшенную серпом и молотом. Место перед камерой, направленной на зрительный зал, занял Воз, одетый в белую тенниску и короткие шорты, чуть выше колена. Он, похоже, целенаправленно худел, может, спортом занимался. Небольшое брюшко из-под рубашки выпирает, но это нормально, а так очень свежо выглядит. Зал затих.

— Привет, — помахал Возняк рукой в камеру. — Мы обращаемся к вам с Ю-Эс феста 1983 года, в Южной Калифорнии. Мы находимся совсем рядом с местом проведения Олимпийских Игр 1984 года, где встретятся представители мировых культур. На экране у меня за спиной вы увидите наших друзей из Советского Союза и представителя фестиваля Джима Хикмана…

— Мы здесь, с нашими советскими друзьями, — сказал через океан лысеющий мужчина лет тридцати.

— И мы

— ДОБРОЕ УТРО, АМЕРИКА! — хором проскандировали собравшиеся в московской студии две или около того сотни человек на русском. Отвык я от звуков родной речи, аж вздрогнул. Другие, впрочем, тоже не вполне спокойно среагировали.

— Привет, я Владимир Познер. То, что мы сейчас прокричали, означает «Доброе утро», — обратился к нам на безупречном английском знакомый лысеющий телеведущий, чем ввел в легкий ступор. Телемосты с Познером, те, где заявлялось, что «в СССР секса нет», ведь намного позже должны пройти. Году в 85-м! Видимо, я плохо знаю историю. Ну или на нашей стороне океана про сегодняшний сеанс связи хорошо так молчали.

За знаменитым телеведущим слово взял «Доктор Сэм Кин» с американской стороны и толкнул вполне себе искреннюю речь о том, что «давайте жить дружно». И вроде как не лицемерил, но меня не тронуло — слишком академично говорил, без жара.

Гораздо искренне выглядели видеовставки с той стороны с простыми москвичами, пойманными на улицах и задающими вопросы. Наверняка тщательно отфильтрованными не вполне случайными людьми, но все равно обычными и милыми. «Почему американцам трудно нас понимать?», «Что они думают о будущем и как представляют мир?», «Что они знают о СССР?», «Готовятся ли к олимпиаде?», «Ребята, разве вы не хотите жить в мире?»

Поверх заранее заготовленной записи закадровый перевод пустили.

И без каких-то пауз пошли аналогичные короткие вопросы от обычных американцев: «Хотели бы вы приехать к нам по обмену?», «Какую музыку вы слушаете?», «Есть у вас пенсионеры, которые продолжают учиться в ВУЗе?», «Кто ваши кумиры, литературные и музыкальные звезды?», «А у вас есть Атари?»

Вот на последнем вопросе от симпатичной блондинки я едва не расхохотался. Название корпорации зла все-таки стало именем нарицательным. И чего этим канальям-политикам надо? Ответы где-то в области социологии и философии.

Кин и Познер представили участвующих в дискуссии экспертов. С обеих сторон ученые, политики, космонавты. У Севастьянова две золотых звезды героя СССР к пиджаку было приколото.

Все тепло и дружелюбно друг друга поприветствовали в целом, но от официальных лиц так и веяло пафосом. С обоих сторон. Разве что космонавты и там и там ребята простые.

Микрофон в советской студии пошел в зрительный зал к круглолицей и румяной девочке лет десяти-двенадцати, чем-то Агнешку Ковальски мне напомнившей.

— Привет, меня зовут Маша, я учусь в пятом классе, — сказала девчушка, — скажите, а в Америке изучают русский язык?

— Я изучаю русский язык и только что вернулся из Москвы, — ответил ей кучерявый парень лет двадцати, когда с микрофоном подошли к нему, — и я переживаю, как там у моих московских друзей, как они сдали экзамены.

Сессия в конце мая у студентов даже не начиналась. Следующей у микрофона с советской стороны экрана оказалась блондинка с химической завивкой, тоже знающая, что делать с пуговками, чтобы представить чичис в лучшем свете.

— Мы в СССР читаем много американских книг. А вы читаете русские книги? — спросила она.

— Сюда-сюда-сюда! Я хочу ответить! — прямо-таки запищала Трейси.

Кто бы ее сумел проигнорировать?

— Приветики! Меня зовут Пенни Смит, я актриса! Я не говорю на русском, но мы в театре ставим Чехова! У нас весь Беркли обожает его пьесы. Мистер Чехов — прям отвал башки!

И снова политики и ученые излили в пространство порции пафоса. Советский академик ядерное оружие с раковой опухолью сравнил. Но вот дали слово космонавтам — и пошли простые заверения в дружбе и шутки про то, что они бухали вместе. Даже фотку молодого Расти показали. Офигеть он был рыжий, прямо Артур Уизли, очень внешне похож!

Микрофон пошел в зал и я поднял руку, давай показать что мне есть что сказать.

— Привет! Меня зовут Крис и я программист, — так и подмывало продолжить на великом и могучем, но нет, это было бы невероятно глупо.

А дальше я толкнул немного сокращенную версию своей речи о том, как боюсь радиации и хочу, чтобы атомщики всего мира сотрудничали. Не уверен, насколько искренне мне хлопали. Но если хоть один пендехо с одной или другой стороны задумается перед тем, как накосячить — усилия того стоили. Наивный панамский юноша, конечно. В какой-то момент чуть петуха не дал от волнения, но Линда рядом сжала мою ладонь и силы договорить твердым голосом отыскались. Вот о чем стоило бы говорить советскому академику.

— Привет, я Линда. Простите за голос, это… временно. Сегодня много говорили про книги. Скажите, любят ли у вас фантастику, снимают ли по ней кино? Спасибо за ответ.

— Здравствуй, Линда, — микрофон перехватил космонавт Севастьянов, — желаю тебе крепкого здоровья. Да, у нас очень любят фантастику. Многие из моих коллег-космонавтов через увлечение ей попали в профессию. Мой любимый американский писатель — Айзек Азимов. А из советских я бы тебе порекомендовал почитать братьев Стругацких, Ивана Ефремова и Кира Булычева, книги про Алису Селезневу.

Кто бы там синхронным переводом ни занимался — респект ему. Быстро и качественно мысль донес.

— Спасибо, — сказал из советской студии Познер, — теперь мы прерываемся на 12 часов и при повторном включении будем танцевать под музыку друг друга.

Глава 6

— Отлично! Всем спасибо, вы потрясающе крутые! — поблагодарил Возняк всех зрителей. — Тем, кто не побоялся взять микрофон и заговорить — особенное спасибо! Вы мои герои, друзья! Всех приглашаю вечером на вторую часть. Нас ждёт много крутой музыки и танцы до упада.

Люди начали вставать с мест и расходиться.

— Отличная речь, сынок, — мимоходом похвалил грузный конгрессмен, — задумайся в будущем о том, чтобы баллотироваться.

Да вот ни в жизни! Оставьте мне мои игры и идите все со своей политикой лесом!

— Канал NBC! Дайте комментарий по вашему обращению. Вас так пугает радиация? — подобрался репортер с камерой.

— Я не противник ядерной энергетики, наоборот, ее сторонник. Но это молодая отрасль и ей есть, куда развиваться. Все, чего я хочу — чтобы специалисты проверяли друг друга. Предложил подход, который хорошо работает у программистов. Почему я вообще полез не в свое дело? Потому что цена ошибки высока.

— А вы, что вы делали в России? — обратился он к тому студенту, летавшему в Москву по обмену.

— Меня зовут Питер, я изучаю русский язык в Стэнфорде и ездил для погружения в языковую среду. Это было очень интересно и познавательно, я нашел новых хороших друзей, — охотно ответил парень.

— Мисс Смит, я где-то вас видел, но не могу вспомнить, где. Можете привести вашу любимую цитату из Чехова?

— «Это изобрели

На расстегивание еще одной пуговки репортер нарываться не стал и перешел к следующей жертве — Линде.

— Мисс, что за проблемы у вас с голосом? Вы собираетесь читать русскую фантастику, которую посоветовал мистер Севастьянов?

— Отличные книги, у меня есть «Пикник на обочине» в переводе на английский! — снова влез Питер из Стэнфорда.

— Да, обязательно прочту, если Питер одолжит мне книгу или получится отыскать ее перевод в библиотеке, — подтвердила твердость намерения Линда и все же приоткрыла кусочек тайны, — у меня ларингит.

Не знаю уж, зачем репортеру понадобилось докапываться до ее проблем с голосом.

— А я ведь вас знаю! — подошел к нам студент, уже когда корреспондент отстал, переключившись на других, проявивших активность, — Вы две студентки из Беркли с японскими видеоиграми! Очень интересное шоу у вас получилось. У нас в Стэнфорде вы популярны.

Взгляд его при том то и дело останавливался на достоинствах Трейси, а потому включать режим ревнивого вато я не стал.

— Питер, а какие в России есть видеоигры? — спросил я у него.

Так-то знакомство не особенно полезное, но через него я смогу залегендировать владение русским матом. Наверняка ведь студента уже научили в общаге всем нужным словам. Не то, чтобы они мне критически важны, уже к испанским привык, но мало ли где случайно оговорюсь на эмоциях.

— Самая крутая — «Морской Бой». Это настоящий симулятор подводной лодки с перископом. Нужно выцеливать при помощи перископа корабли и стрелять торпедами, — поделился студент, — русские — они у себя дома нормальные ребята, никакая не империя зла. Хотя некоторые традиции странные. Представляете, меня приучили снимать обувь на входе в комнату.

— А правда они водку постоянно пьют? — спросила Трейси.

— Ха-ха-ха! — рассмеялся студент. — Самый частый вопрос. Пьют, но ненамного чаще, чем мы с друзьями. Чаще пьют пиво, чай или квас.

— Квас? — недоуменно спросила Линда.

— Перебродившая газировка из ржаного хлеба. Звучит ужасно, но на самом деле вкусно, когда привыкнешь.

Да что же ты творишь, пендехо! Мне до смерти захотелось родного кваса. Неважно, красного или белого. И окрошки! Последнюю на калифорнийской жаре сам Ктулху велел употреблять. А тут даже кефира в магазинах нет, чтобы на нем сделать. На ядрёном белом квасе, конечно, вкуснее, но я не ханжа, чтобы кефирной брезговать, она тоже хороша. Не пора ли мне совершить революцию и вспомнить про панамский народный напиток — простоквашу? А то из всей кисломолочки только «масляное молоко», невкусная бурда, похожая на айран, которую Линда пару раз покупала для выпечки и удивлялась, когда я налил в стакан и попробовал на вкус. Не пора ли мне вспомнить еще парочку «традиционных панамских рецептов»?

Задумался, отвлекся, почувствовал вкус жареной на сале картошки с окрошкой во рту и сам не заметил, как Питер уже прощаться начал. Даже материться научить не успел его попросить. Ну ничего, с «Петькой» мы еще как-нибудь пересечемся, так как, прощаясь, он свой телефончик оставил.

— Извините, мне к друзьям надо, но вы клёвые! Вот мой номер телефона в Стэнфорде, на всякий случай.

Вернувшись, мы очень своевременно разгрузили Блейза и Чака на демонстрации нашего софта и долго-долго пересказывали, что там увидели по другую сторону железного занавеса.

— Стой! Музыки в этот раз не было? — удивился Блейз. — Вы же рассказывали, что в прошлый раз норм артисты выступали. От нас Эдди Мани, а у них военный хор в меховых шапках Си-Си понравился.

— Музыка вечером! Смекаешь? — объяснила Трейси. — Зато наш Крис их прямо-таки загрузил, чтобы ученые думали, как программисты, когда занимаются радиацией! Я ничегошеньки не поняла, но теперь его еще и у русских зауважают! И я им рассказала, какой Чехов крутой!

До вечера происходило блаженное ничего. Ну, то есть люди появлялись на стенде, мы знакомили их с Коммандером, Эдитором и играми, периодически отлучались музыку послушать или перекусить, плюшевых уточек раздавали, но маловато их привезли. Обычная спокойная рутина. Даже скандал никто не устроил.

Музыкальная часть меня лично не впечатлила. Разве что «Оинго Боинго» мне прям понравились, но и у них до песен моего плейлиста из прошлой жизни дело не дошло. Видимо, еще не сочинили. Хорошо, но недостаточно, чтобы подвинуть кого-нибудь на кассете моего плеера.

Вечером мы дисциплинированно отправились в студию… и я остался не в восторге от программы с обеих сторон.

Америку представлял Джо Шарино и Джоэл Нельсон — парни с шикарными усами, а также группа «Мэн эт ворк», то есть «Дорожные рабочие». Из Останкино выступили группа Арсенал и неназванный ансамбль народной песни. Просто не мой жанр. Может, недостаток во мне патриотизма, но вот от кантри я местами в восторге, а отечественная фолк-музыка мне не заходит.

Но сегодня почти ничего глубокого следа в душе не оставило. Артисты как будто равнялись друг на друга или мода такая, но пытались выдать частично джазовое звучание с обилием саксофона, что на мой вкус тоскливо и хаотично. Но дослушали, досмотрели, станцевали медляк и наобнимались вдоволь. Остальные зрители принимали артистов благосклонно, какой-то дядя с большими усами с заметным воодушевлением рассказал неподалеку от нас журналистам, какой саксофонист Козлов талантливый. Блейз и Чак к компании студентов прибились и бухали вместе с ними.

А вот Трейси я как-то из вида потерял, чтобы заполночь увидеть уже на территории участников фестиваля, а не зрителей, в компании пары бутылочек пива и солистки Дайванилс. Ну, той девушки с нарисованной дыркой в зубах. Сейчас, без сценического грима со следами драки, смотрящейся вполне обычно. Чуть младше Елены, очень энергичная крепко сбитая блондинка, этакая бойкая пацанка. Они с нашей подругой что-то активно обсуждали и прямо-таки ржали аки две кобылицы.

— Хей! Си-Си, младшенькая, гляньте-ка, с кем я тут задружилась! Это Крисси! Она клёвая. Йеп? Прикинь, как совпало — ты Крис и Си-Си, а она Крисси.

Трейси явно слегка накидалась, но все еще в адеквате, хоть язык немного у нее и заплетается.

— Привет, я Крис, ваше выступление утром мне понравилось.

— Я Линда, вы очень… активная.

— Ребят, что вы застеснялись? — уткнула руки в боки Трейси. — Крисси своя девчонка, рок-звезда. В общем, Си-Си, пусть она споёт «отпусти и забудь», я прям чувствую, что это то, что надо. Смекаешь? А то у Эдди с ней не очень идет. Песня — огонь, а ему не подходит.

— «Отпусти и забудь» — звучит, как совет от психотерапевта, — хмыкнула австралийка. Выговор у нее для моего русско-калифорнийского уха непривычным показался. — Я прошу разрешения на

— Йеп! Он лучший в мире.

А ведь агрессивный кавер Пейтона Перриша на «Отпусти и забудь» — определенно попадание в ее стиль, и вокал на мой отдавленный медведями слух у певицы неплохой. И имею ли вообще я право кому-нибудь запрещать исполнять сплагиаченные мной песни? Ну и какая-никакая копеечка капнет — потрачу, чтобы детей конфетами кормить или еще на какие-нибудь добрые дела.

— Не возражаю. Крисси, только оформите все официально, чтобы проблем ни у кого не получилось, — разрешил я. Усталость накатывала и ничего уже особенно не хотелось, разве что поспать.

Следующий день стоило ждать. Его объявили «днем хэви метала» и очень заслуженно. Мотли Крю, Оззи Осборн, Джудас Прист, Скорпионс и хедлайнеры — Ван Хален. Каждый из них хотя бы одно место у меня в плейлисте заслужил. Оззи — МОНСТР! В самом лучшем смысле. Да только чтобы его увидеть, стоило сюда тащиться.

С Рокки, бегающим по экспозиции, как электровеник, увы, надолго пересечься не выходило. Мы вместе с ним и Линдой пообедали и на этом всё.

— Простите, ребята, с вами потрясающе весело тусоваться, но если бы я знал, сколько суматохи требуют фестиваль и телемост… то все равно не отказался бы от них, но начал планировать раньше и нанял бы больше помощников, — сказал Воз, перекусывая пиццей. — Си-Си, чувак, а ты извини, что меня дома не оказалось, когда ты звонил. И тебе очень повезло с этим — Кэнди дельный совет дала, а я бы рассказывал, какой Билл классный программист.

— Ты не против того, что я продал ему права на Коммандер, я еще насчет этого хотел спросить? Версию под Эппл 2 я никому лицензировать не предлагал.

— Не-не-не, чувак, ты сделал невероятный ход. Прямо как Стив! Самое главное, что ты оставил код открытым, за это дай я тебя обниму! Если хочешь продавать — вперед. Твоя лицензия Каналья — шикарный розыгрыш. Так и представил, как главы компаний потирают руки, дожидаясь заработка на твоих исходниках и понимают, что тогда им придется и свои открывать.

Не самое лестное сравнение. Джобс, может быть, гений, визионер и икона для яблочной секты, но быть похожим на Воза мне хочется сильнее, чем на его старого товарища.

— Рокки, но ты ведь тоже глава компании… той, что организовала фестиваль, — напомнила Линда.

— Я на ней ничего не зарабатываю, наоборот, несу убытки. Но мне главное не это, а то, что делаю хорошее нужное дело. Ой, простите, друзья, мне бежать на встречу со вторым продюсером. Прикиньте, я первым числюсь.

Определенно, мне хотелось бы походить на него, а не на одержимого успешным успехом бизнесмена Джобса.

День третий обещал нас порадовать выступлениями U2, Претендерс и Дэвида Боуи. Классика рока, уверен, мне бы понравилось, хотя и однозначным фанатом перечисленных групп меня не назвать. Но все пошло не совсем так. На нашем стенде, как и на большинстве других, имелась выделенная телефонная линия. И вот стоило нам прийти с утра у меня зазвонил телефон.

— Кристобаль, Елену увезли в больницу! Во Фресно! — выпалила теть Глаша обеспокоенным тоном. — Врачи говорят, что ей может потребоваться переливание. Скорее всего, ничего страшного, но…

Про «ничего страшного» совсем другим тоном сообщают.

— Какая у нее группа крови? — спросил я. У меня третья, у Линды четвертая… у остальных тут не знаю, какая, и в совместимости групп сильно плаваю, но ничего, найду кого спросить.

— У Елены третья группа. Но в больнице наверняка есть свои доноры. И Гектор тоже рядом, но он рычит сквозь зубы, как бы вообще на кого-нибудь не набросился. Я выезжаю туда немедленно.

— Крис, у тебя третья, надо ехать! — потребовала подслушавшая Линда.

— У меня третья. Я выезжаю, — без колебаний подтвердил намерение. — Ребенок в порядке?

Отдать тёть Лене свою кровь? Да сколько угодно! Ближе нее мне только Линда.

— Не знаю! Твой пендехо братец ничего не объяснил! Я выезжаю!

А что, если кровь ребенку понадобится? У матери и младенца группа ведь совпадает? Тогда тоже моя подойдет? Или я тупой пендехо и ничего не понимаю в медицине и биологии?

Надо изобретать мобильники и базовые станции! Ну не дело это — в неведении вот так находиться. Глупая прогрессорская мысль посетила совершенно некстати.

— А что у Елены о страховкой?

Совсем я обамериканился, если первая мысль — опасение насчет жизни близких, а уже вторая — про страховку.

— Она работала официально и надеюсь, не совсем дура… орале… нет же? В любом случае, врачи ее не бросят и только потом выставят счет.

— Крис, мы едем немедленно! — повторила Линда. И я, в общем-то, не против, так как тоже волнуюсь. Но разум победил, по крайней мере, ненадолго. Я снова взялся за телефон.

— Сьерра Онлайн, Кен у аппарата, — несмотря на то, что набрал я домашний номер, батька представился по-служебному.

— Кен, Елена в больнице. Сделай, что сможешь, чтобы все было хорошо. Очень прошу, мы выезжаем.

— Роберта уже поехала к ней, они немного дружат, — сообщил мистер Уильямс. — Не паникуй, дружище. Это всего лишь роды. Моя жена через них дважды прошла.

Логично. Но я хочу и буду паниковать! Полчаса спустя я, Линда и Трейси уже летели в Тойоте в сторону Фресно. За старшего я оставил Чака с инструкцией паковать по окончанию компы и ехать обратно в Эль-Серрито.

— Си-си, а ну не гони! — с заднего сиденья обратилась Трейси, когда я выжал педаль в пол. — Выиграешь полчаса, но ничего не добьешься. Тут тебе не автострада.

А я хочу и буду гнать! Ну нет, не настолько я напуган. Батька ведь прав? Куча женщин рожает каждый день? Копы нас ведь не остановят? То, что жена брата рожает — это ведь уважительная причина, чтобы игнорировать ПДД? Так ведь?

Кажется, я изобрел телепортацию. Сосредоточился на цели «быстро и без неприятностей доехать до Фресно» и понял, что достиг финальной точки маршрута, только когда заглушил двигатель. Превратился на время в биоробота, выполняющего функции автопилота. И хорошо! А то бы весь извелся. Где здесь родильное отделение?

— Сюда! — уверенно повела Линда.

Девушка вела нас так четко, будто у нее нить Ариадны имелась. Гектора, подпирающего стену в зале ожидания родильного отделения, я увидел издалека.

— Гектор! Что происходит? — не сдержал я вопроса.

— Все в полном порядке. Долгие роды, ничего необычного, — ответила более спокойная, чем молодой отец, Роберта, сидящая в той же комнате ожидания с журнальчиком. — Мы просто ждем, когда все закочится естественным путем.

Бледный, словно Кратос, да еще

— Орале! Карналь! — воскликнул он уже иным тоном. — Как ты так быстро…

Дверь зала открылась и к нам шагнула немолодая латина в зеленой врачебной форме и с медицинской маской, прикрывающей лицо.

— Это что за балаган! — воскликнула она с совсем легким акцентом. — А ну заткнулись все! Елена Колон родила полностью здоровую девочку! Сама она в стабильном состоянии.

— Оре! — воскликнула Трейси. — Девочку? Гектор! Си-Си! Линда! Поздравляю, у Елены дочка! Мэм, если нужно переливание, мы приехали, — добавила она для медсестры.

— Что за чушь! Никакое переливание не требуется! — суровым тоном объяснила медсестра.

— ОРАЛЕ! — воскликнул вдруг Гектор. — У меня дочь! Орале! Йя йего ми чамака! Ми бебисита! Валентина, ее зовут Валентина!

Ничего не понял, кроме того, что суровый старший брат Криса счастлив до той степени, что прослезился.

Валентина. Хорошее имя. Подходит, чтобы бить пацанов коленом в хуэвос.

Глава 7

— Когда я смогу ее увидеть⁈ Их увидеть! Карамба! Пустите меня немедленно! — потребовал Гектор.

— Умерь пыл, вато! Тут тебе не баррио, — отбрила его медсестра, — никуда твоя руха не денется, через час или два мы тебя пропустим, дай ей отдохнуть.

— Поздравляю, Гектор, — немного отстраненно сказала Роберта. — Крис, тут в «Электроник Ньюс» написали про тебя и твою компанию, — протянула она мне журнал. — Не горячись, журналисты постоянно пишут гадости, дели все сказанное на десять. Я, пожалуй, поеду.

— Спасибо, — взял я журнал.

— Кристобаль, Линда! Моей дочери нужны падрино и мадрина! Крестные родители! — усидеть на месте Гектор не мог. Вскочил на ноги и начал расхаживать вперед-назад. — Через две-три недели! Не откажи своему карналю!

Зачем нужен институт крестных родителей, я примерно понимаю — укрепление семейных связей. Хорошее дело. В прошлой жизни у меня вроде бы тоже имелись крестные. И крестники? Не помню! Линда, между прочим, официально такая же католичка, как и мы с Крисом. У нее даже крестик есть. И мистер и миссис Ким тоже, насколько я понял, для ассимиляции. Но религиозного рвения девушка проявляет не больше моего.

— Крис, мы же согласны? — шепнула мне Линда на ушко.

— С радостью, Гектор, — озвучил я и крепко, по-мужски, обнял вранглера. Как же он все-таки закабанел на харчах Елены!

И раз других важных дел у нас не имелось, только дождаться, когда брата пропустят к теть Лене и Валеньке, оставалось только читать, убивая время.

«Вирусный альтруизм. Почему Крис Коламбус — настоящий мерзавец,» — гласил заголовок статьи, заставивший Линду раздраженно зашипеть, будто кошка.

«Пару недель назад в Анахайме завершилась национальная компьютерная конференция. Одним из самых ярких открытий выставки стал стенд маленькой компании Каналья Софтвэр из Кремниевой долины. Небольшая ремарка: 'Каналья» в переводе с испанского означает «мерзавец». Давайте попытаемся разобраться, имеем ли мы дело со здоровой самоиронией или, по факту, признанием гнилой натуры.

В дополнительном павильоне на парковке они сумели создать настоящий ажиотаж, представив два великолепных программных продукта: файловый менеджер «Каналья Коммандер» и редактор текста для программистов «Каналья Эдитор».

Стоит отдать Канальям должное — они знают толк в пиаре. Людей на их стенд за бесплатными дискетами завлекала скандально известная модель Плейбой и актриса Пенелопа Смит, получившая негласный бойкот в Голливуде, история о причинах которого достойна отдельной статьи, которая не подходит по тематике нашего журнала. Также на стенде работали первая чемпионка США по аркадным автоматам Линда Ким и известный программист Джон Харрис.

Вам не почудилось, в абзаце выше мы написали про бесплатные дискеты. Каналья Коммандер распространяется полностью свободно, причем с открытыми исходными кодами. Но не спешите рисовать себе образ цифрового Робин Гуда. Крис Коламбус этого титула недостоин.

До недавнего взлета Кристобаль Мануэль Колон — таково полное настоящее имя героя статьи — жил в трейлерном парке в одном из худших гетто Лос-Анджелеса и имел репутацию трудного подростка. Его оценки по техническим предметам наш источник из преподавательского состава характеризует как «одни из худших в истории школы», что, по его словам, легко подтвердить школьными табелями. Университетского или инженерного образования юноша не имеет. Видите здесь гениального программиста? И у нашей редакции и у опрошенных нами отраслевых экспертов возникают разумные сомнения.

Однако все меняется, когда мистер Колон знакомится с Линдой Ким, оставленной на второй год за прогулы. Девушкой с высоким айкью, увлеченной фанаткой фантастики и видеоигр. И почти сразу он начинает писать игры для аркадных автоматов.

Талантливый шахматист и математик Монтгомери Синклер Третий, чемпион долины Сан-Фернандо, присоединился к команде мистера Колона несколькими месяцами позже. Ремарка: Кристобаль Колон вылетел в первом же круге шахматного турнира, победителем которого стал Синклер. Спустя два месяца Каналья Геймс представили миру Тетрис.

Следующее ключевое приобретение студии: Джон Харрис, создатель знаменитой Зубодробилки. Как вы считаете, уважаемые читатели, с какой мотивацией он покинул компанию, где зарабатывал десятки тысяч долларов в год, чтобы примкнуть к Канальям?

Давайте разберем еще немного фактов о Кристобале Колоне.

«Этот парень не побоялся выйти в одиночку против целой банды чикано и отделал их всех,» — рассказывает бывший одноклассник Кристобаля из политехнической школы. Участие Колона в массовой драке в душевой и последовавшее за ней наказание подтверждает мистер Скиннер, нынешний директор школы имени Фрэнсиса. Год назад он являлся завучем.

Вы всё еще очарованы образом юного гения? Давайте в данном случае обратимся к архивам окружных судов Лос-Анджелеса и округа Контра Коста, которые открывают нам любопытные факты. К своим семнадцати годам Колон успел отметиться сразу в трех судебных разбирательствах.

В материалах одного из уголовных дел зафиксировано, что мистер Колон лично внес залог в $10000 за своего старшего брата Гектора, обвинявшегося в краже со взломом и жестоком нападении. Дело развалилось лишь после того, как ключевой свидетель обвинения мистер Лопес просто не явился в суд для дачи показаний.

Откуда у вчерашнего обитателя трейлерного парка, числившегося худшим учеником политехнической школы, появились десятки тысяч долларов на залоги и услуги дорогих адвокатов? Такой стремительный рост благосостояния вызывает закономерные вопросы о происхождении капитала.

И снова о талантах Кристобаля Колона. Вы наверняка слышали о калифорнийской группе «Бесконечность тьмы», прославившейся после школьной стрельбы? Автором их музыки и песен записан «Крис Коламбус». То есть выходец из неблагополучного района оказывается не только программистом, но и композитором. Удивительно талантливый парень. Привлеченные нами эксперты выражают сомнение, что так легко совмещать написание компьютерных программ и музыки.

Как вы считаете, уважаемые читатели, какую долю успеха

Кристобаль Колон, безусловно обладает талантом! Талантом паразитировать на окружающих, подобно Стиву Джобсу на гениальном инженере Возняке. И в компании с Возняком нашего сегодняшнего героя также неоднократно замечали. Нашу редакцию не удивит новость о том, что «талантливый юноша» собрал свой собственный компьютер в гараже и готов его продавать.

Такой вот гениальный программист, сделавший за год карьеру от самого дешевого трейлерного парка Лос-Анджелеса до покупки особняка на холмах Сан-Франциско и участия в крупнейшей компьютерной конференции.

Теперь, когда вы четко понимаете, с кем мы имеем дело, я перехожу к главному. Согласно «публичной лицензии Каналья», сокращенно CPL, совершенно любой волен взять исходные коды и выпустить свою копию программы, без каких-либо роялти. Невероятно щедро, вам не кажется?

Однако, если вчитаться в текст лицензии, вы обнаружите, что это, во-первых, марксисткий манифест, а во-вторых — изощренная диверсия, бомба замедленного действия, заложенная под весь рынок программного обеспечения.

Под благородным предложением «забирать программу бесплатно» лежит банальный демпинг, обесценивающий труд других программистов. Публике внушают опасную мысль — хороший софт возможно получить просто так.

Сама лицензия — наверняка главная гордость молодого наглеца. Это троянский конь. Каждый, кто использует хотя бы один модуль из его открытого кода, рискует потерять права на свою свою интеллектуальную собственность, либо обязан начать платить Коламбусу крупные отступные за коммерческое лицензирование. Вам ничего не напоминает данная схема? Некоторые критики видят в ней жесткий и бескомпромиссный подход, заставляющий вспомнить о законах улиц, на которых вырос мистер Колон.

Мы призываем тщательно разобраться с так называемой публичной лицензией и устроить общественное ее обсуждение с целью предотвращения худших последствий для компьютерного бизнеса.

И последний вопрос к Крису Коламбусу: почему его на самом деле впечатляющий текстовый редактор демонстрировался на японском видеочипе? Неужели американские технологии недостаточно хороши для него? Не возникла ли во время недавней поездки в Японию секретная договоренность с местными дзайбацу, также агрессивно пытающимися ворваться на наш рынок?

Редакция обратилась к Кристобалю (Крису) Колону (Коламбусу) за комментариями по всем изложенным вопросам, но ответа пока не получила.

Роджер С. Фигг, постоянный автор Электроник Ньюс.

Ох, как я пожалел, что не расспросил Питера про великий и могучий русский мат. Меня так и распирало высказать по каждому озвученному факту.

— Курва! — вырвалось у Линды ее любимое ругательство. — Да как он смеет! Лео засудит их журнал! Правда ведь?

— Не уверен. Формулировки какие-то слишком нечеткие, вроде «некоторые критики видят».

— Что там, карналь? — заинтересовался Гектор.

— Журналисты пишут, что я каналья из гетто и постоянно дрался в школе.

— А, ну это правда, на нее не обижаются.

— А еще я, по их мнению, тайный коммунист, обкрадываю своих друзей на идеи и нечестно конкурирую.

Обвинения в плагиате такие себе, очень нечеткие и даже не знаю, как их комментировать. В любом случае, иск мы подадим. От одной кляузной статьи я уже отмахнулся. Даже если получится ободрать их по минимуму, на компенсацию судебных издержек, Лео своё заработает и другим неповадно станет.

— Карналь, где у этих пендехо офис? Если в Эл-Эй, мои компадре к ним сходят и объяснят, что надо следить, что публикуют.

— Нет-нет-нет, если их офис разгромят твои друзья, я уже никогда от обвинений не отмоюсь. Это лучший подарок писакам. Как бы они вообще сами не наняли каких-нибудь чоло, чтобы их разгромили…

— Си-Си, тебе нужно самому засветиться в прессе с ответом, смекаешь? — подсказала Трейси. — Давай мы в студии ответ снимем и в выпуске ЙЕП опубликуем.

Прямо ароматами ютуба повеяло, где блогеры постоянно «ответ на ответ» записывают.

— Да, хорошая мысль. Заодно устроим нам рекламный спецвыпуск про «Тетрис» и «Блок Бластер».

— Фууух… успели! Трейси, Линда, красавицы мои, идите сюда, обниму вас! — в комнату для ожидающих вбежала Глория.

— Миссис Флорес, нам было не обязательно спешить через половину штата, чтобы засвидетельствовать прибавление в семействе клиентов, — зашел следом Лео. — Поверьте, свидетельство о рождении большинство калифорнийских клиник способны оформить и без адвоката.

— Авогадо! Синьор Леон! У меня родилась чамакита! — Гектор стиснул Больцмана в объятиях.

— Девочка, здорова, Елена тоже здорова, — проявила больше всех рациональности Линда, сообщив главное.

— О мадре де диос! Гектор, ты теперь отец семейства! Иди, и тебя обниму!

Настоящий бедлам в приемном покое родильного отделения мы устроили. Бабосо тарадо! Но, наверное, тут и не к такому привычные.

— Эй! Вы все, а ну на выход! Папаша остаётся, остальные не устраивают нам здесь мексиканскую свадьбу! Компренде?

— Карналь, поезжайте к нам домой. Ты же знаешь, мой дом — твой дом. И Изабелле позвони, пусть она своей матери сообщит, — на этих словах Гектор нервно сглотнул. Видимо, заранее побаивается знакомства с тещей.

— Мэм, комната ожидания является общественным местом и… — попробовал протестовать против медсестры Больцман.

Но Глория, взяв Лео под руку, увела его из помещения, а я всучил адвокату раскрытый журнал. Тот, к его чести, быстро читал прямо на ходу.

— Мы можем подать на них в суд? — спросил я, когда юрист закончил изучать текст.

— Мы можем и подать, и выиграть. Суд обяжет их опубликовать опровержение и какую-нибудь символическую компенсацию в один доллар. Это точно то, чего ты бы хотел пацан?

— Один доллар? Компенсация морального вреда и деловой репутации…

— Ничего не стоит. Слишком эфемерные материи, пацан.

— Они пытаются выставить Криса преступником! — возмутилась Линда.

— Ужасная-ужасная трагедия, мисс Ким. Давайте я объясню. Смотрите, как работает закон, ребята. Если после их статьи издатель разорвет с вами контракт и вы понесете убытки, их возможно отсудить. Кен Уильямс даст вам пинка? Нет. Если у вас серьезно упадут продажи и мы докажем, что виновата статья, мы сможем добиться компенсации. Что там у вас с продажами? Поручусь, что с играми все в порядке, а от бесплатной программы если кто-то и откажется, то это недоказуемый убыток. Допустим, мы все-таки решили судиться. По закону, мы отправляем журналу досудебную претензию, они публикуют опровержение в максимально неочевидной форме… и всё. Больше ничего мы потребовать не имеем права. С моей точки зрения, журнал делает вам бесплатную рекламу. Пацан, да ты же сам добивался репутации плохого парня, когда называл фирму «Каналья», твоя ставка сыграла.

— Лео! Нужно сделать хоть что-то! Журналисты не имеют права смешивать Криса с грязью! — возмутилась Линда. — Это же клевета!

— Иска о клевете писака умело избежал. Формулировки максимально обтекаемые. Все эти «согласно мнению

— Всем довольны, ты прав.

Доехав до дома Гектора и Елены, я, как и просили, засел за телефон. Изабелла в этот раз взяла после третьего гудка.

— Белла! У Елены девочка! Валентина! — отобрала трубку Линда.

— Орале! У меня племяшка! Если она пойдет в матушку, то получится нереальная красотка. Сабэс⁈ Мадре де диос! Нуэсторос папас теперь абуэлос! Я обязана им сообщить!

Набрал номер нашего стенда, узнать, как дела у ребят.

— Си-Си, привет! Как дела? — спросил Чак.

— Родила! — ответил я. Жаль, что английский язык убивает всю рифму между вопросом и ответом. — Но я тоже самое спросить хотел.

— Да ничего интересного. Ван Хален, говорят, устроили дебош. Еще приходили ваши с Эль-Кей друзья, Дейв и Кармен, расстроились, что вас не застали. Дейв — классный чел, столько всего про Звездные Войны знает. И Кармен тоже приятная леди, рассказала, что, по ее информации, Звездные Войны — это экранизация книги, написанной в 30-е, которую Лукас где-то нашел, но не целиком. Поэтому история и началась с четвертого эпизода, а не с первого.

— Как они? Они держались за руки? — снова отобрала у меня трубку Линда.

— Привет, Эль-Кей, они показались мне парочкой, — дал ответ Чак, чем вызвал у моей ненаглядной победную улыбку.

Следующий звонок я совершил к нам в Эль-Серрито, удостовериться, что проклятый старый дом стоит, а фирма функционирует. Так-то в штатах выходные в честь Дня Поминовения, но Монти собирался на этих праздниках работать. Вот на него и попал.

— Привет. Вы уже в курсе новости о младенце или мне выпала честь первым сообщить вам благую весть о том, что сегодня у мисс Ким родился младший брат? — немного чопорно произнес Синклер. — Её отец дозвонился буквально два часа назад и сообщил.

Орале! Карамба! Двое родов в один день! Бывают же совпадения.

Глава 8

— Мальчик, вес 8 фунтов и 5 унций, рост 21 дюйм, — пересказала Линда, дозвонившись домой, — полностью здоров. Его назвали Виктор, второе имя Джеймс.

— Не корейское и не вьетнамское? — удивилась Трейси.

— Отец считает, что мы все американцы, говорим на английском и имена должны быть американские.

Витёк, значит. Вполне себе неплохо. А вот информация о росте и весе мне вообще ничего не сказала. Даже переведя в благословенную Омниссией метрическую систему и получив 3770 грамм и 53,3 сантиметра — много это или мало, я сказать не могу. Ну не разбираюсь я в весогабаритных показателях маленьких детей. И вообще я младенцев боюсь. Они такие крошечные, хрупкие и беззащитные, а я малость неловкий. Неправильно возьмешь и сломаешь ребеночку здоровье на всю жизнь. Глупая фобия, но как есть.

— Знаете, что это означает? — спросил Лео. — Что нужно отметить. Пацан, где у твоего брата бурбон? Ай! Миссис Флорес, вы совершенно не понимаете юмора. На самом деле я хотел сказать, что Гектор Колон теперь гарантированно получает гринкарту, так как его дочь Валентина Колон обладает гражданством по праву рождения.

Вот тут даже мне слегка захотелось отметить. Приятно, что все юридические мытарства подойдут к концу.

И раз уж мы оказались в Оукхерсте, не увидеться с батькой Кеном и не обсудить житие наше тяжкое — неправильно. Созвонился с мистером Уильямсом и он оказался на работе.

В офис Сьерры я отправился один, предоставив девушкам поболтать о младенцах без меня. Глория взялась просвещать младших на предмет ухода за детьми. Хотя своих у нее нет, что несколько странно, учитывая двух бывших мужей. Но спрашивать, нет ли у тети Глаши проблем со здоровьем, как-то бестактно. А меня даже сама тема всех этих пеленок, распашонок и подгузников заставляет себя чувствовать не в своей тарелке.

Позорно сбежал в компании своего адвоката, также выглядевшего смущенным.

В воскресенье офис разработки Сьерры выглядел угнетающе пустым. Надеюсь, это потому, что выходной, а не по причине того, что батька вынужден и дальше отпускать лишних разработчиков на вольные хлеба. Я бы всех взял.

За одним из компьютеров на первом этаже я мистера Лоу застал. Приятно повстречать хорошего человека. На экране у него я увидел игрушечную железную дорогу, отрисованную в типичной для Коммодор 64 цветовой гамме и схематичный спрайт Дональда Дака в углу. Та самая игра по лицензии Диснея? Довольно неплохо отрисовано, стоит отметить. Если учитель музыки сам всё нарисовал и накодил, как принято в наши дикие времена, то прямо очень хорошо он, как разработчик, меньше чем за год вырос.

— Привет, Крис. Я уже слышал от миссис Уильямс, что ты стал дядей. Поздравляю. И не обращай внимание на статью. Я, если кто-то спросит, подтвержу, что музыку для тебя я не сочинял. Я, кстати, выпускаю учеников в школе и мы с женой насовсем переезжаем в Оукхерст. Страшновато, конечно, из-за кризиса, но верю, что мы сделали правильный выбор.

— Все кризисы временные, — подтвердил я, — рад с вами увидеться.

— Приятель, поздравляю! — Кен меня даже приобнял на эмоциях. — Прибавление в семье — это всегда волнительно! И с успехом твоих программ тоже. Я, признаюсь, в них не верил, как и в твою странную лицензию. А на статью внимания не обращай, видел бы ты, что про нас с Робертой писали. Хиппи-коммуна в горах с оргиями в джакузи! Неграмотная домохозяйка и ее придурковатый муж, разбогатевшие в одну ночь. И мы тут, оказывается, промываем молодым ребятам мозги и удерживаем их силой, как в тоталитарной секте. Любой пиар полезен, вот что я тебе скажу.

— Вот и я ему то же самое говорю, — подтвердил Лео, — иски о клевете выигрываются, но не приносят результата.

— Как там у тебя мои беглецы прижились? Не просятся обратно ко мне в джакузи?

— Оно разве не погибло при пожаре?

— Трагедия, приятель! Я уже купил новое за счет страховых выплат. И дом тоже восстановят лучше, чем был. Так как там ребята?

— Отлично. Я бы еще нескольких приютил.

— Больше нет бунтовщиков. И кое-какие другие плохие новости у меня для тебя есть. Очень хорошо, что ты уже с юристом. Полюбуйся, Нил сделал для меня подборку. Собирался по почте тебе отправить, но лично надежнее.

Кен выдвинул ящик из своего стола и тот оказался

— «Водопроводный голубь» — прочитал я название игры на аудиокассете для Вик-20, — от канадской компании Диджитал Дизайн Дрим. Есть консоль, чтобы попробовать?

— В переговорной рядом есть, приставки и компьютеры Атари, Коммодор 64 и Вик-20, Эппл 2, IBM и даже британские компьютеры. Но смысл проблемы ты уже наверняка понял.

— Наглый плагиат и атака клонов, — кивнул я. — Лео, мне потребуется твоё мнение по каждой игре, можно ли засудить ее авторов.

И всё оказалось именно так, как я предположил. «Водопроводный голубь», «Шаттл-беглец», «Утка-камикадзе», «Маленькая мышь-вампир» и «Летающая свинка» с разной степенью успешности копировали геймплей Флэппи Бёрд.

Свинка, выпущенная под компьютеры Атари 800, мне даже понравилась. Розовая свинья с крылышками, лавирующая между вилок — это, как минимум, оригинально. Разработчик ее, судя по титрам — Датасофт в лице Стивена Бьорка. «Каналья Геймс» — его любимая студия в Калифорнии, значит? А ведь мы с ним почти подружились и я даже начал мысленно рассуждать, что не все Стивы одинаково полезны.

«Утка-камикадзе» оказалась под ZX Спектрум, для которого у Кена имелся отдельный ТВ, умеющий переключать региональные стандарты ПАЛ и СЕКАМ. Я, признаться, легендарный британский комп несколько из вида упустил, даже в коллекцию себе еще до сих пор не купил, хотя порты Тетриса на него и Би-Би-Си Микро ребята из Сьерры сделали и свою копеечку я с этих платформ получаю.

— Нет лишнего Спектрума? — не удержался и попросил у батьки. — Я аналогичную комнату с разными платформами собираю, очень бы пригодился.

— Есть, попрошу ребят тебе отнести.

— А тут у нас «4096», «8192», «Удвоение» и «Бесконечность», — перебрал я следующую пачку игрушек.

Попробовал каждую. По большей части очень наглые клоны «2048», но «Бесконечность» от все тех же канадских пендехо хотя бы что-то новое предлагала. Большое поле 8×8 со случайно появляющимися на нем препятствиями.

— Атари — «Блокбастер» и «Блок Бластер»?

— Последний — неофициальная утечка, — поделился информацией Кен, — но парни от него в восторге. Лучше оригинала и в чем-то даже лучше Тетриса, как говорят. Но очень сложный.

— «Кирпичная стена», «Паника на Уолл-Стрит», «Строители пирамид», «Тетро-мания» — зачитал я названия клонов Тетриса.

«Паника», тоже от Датасофта, хотя бы оформлением брала. Фигуры, сделанные из пачек денег, зачисляющихся на счет игроку, если собрать целую линию — прямо неплохо.

«Мэрилин в джунглях», «Побег из пещеры», «Хот Ниндзя ран» копировали основные фишки «Темпл Ран», включая большие подпрыгивающие чичис главной героини.

Причем в «Забеге горячей ниндзя» всё те же канадцы из 3Д, которые, как я подозреваю, японцы, скопировали невыпущенную мной фичу с постепенной потерей одежды протагонисткой. Посмотрел в титры — Хиро Амокава, Юки Хаято, Джон Смит. Теперь понятнее, почему у них то камикадзе, то ниндзя.

Наверное, это карма. Плагиатор получает своё и расплачивается за нечестную игру. Пусть так. Единственный действенный способ защиты — создавать настолько крутые и сложные игры, что адекватно повторить их всяким бабосо не хватит навыков.

— «40 тысяч способов», «Симулятор Студента» и «Алхимию» еще не сплагиатили? — хватило мне выдержки остаться спокойным.

— По мотивам «40 тысяч способов» тоже парочку квестов выпустили, но это не прямое заимствование, их мы в подборку не включили. Две другие игры слишком новые, но уверен — через пару месяцев появится «Студент Стэнфорда», Кембриджа или какого-нибудь британского университета, — объявил батька. — Наши штатные юристы говорят, что судиться тут бесперспективно. А вы что думаете, мистер Больцман?

— Вы не зря платите своим людям, — подтвердил Лео, — тут очевиден плагиат игрового процесса, но не названий, товарных знаков или персонажей. А игровой процесс не патентуется. Утка-камикадзе разве что слишком близко подобралась, но недостаточно.

— Это было ожидаемо. Единственное, что в наших силах — продолжать выпускать хорошие игры и захватывать рынок. Не станем тратить время на суды, — заключил я, — мы как раз разрабатываем парочку.

— Я потому и не стал спешить с тем, чтобы вывалить на тебя эту кучу дерьма, приятель, — признался Кен. — Расскажи, как там у тебя в Японии сложилось.

Где-то следующий час я потратил на пересказ событий командировки.

— То есть ты предложил Сеге выпускать запатентованную тобой консоль и они отказались, — сделал вывод мистер Уильямс

— Ага. Теперь хочу попробовать спроектировать ее сам. Тем более японцы мне сказали про какой-то Микровижен. Нет понимания, что это такое?

— Была у кого-то из парней их портативная консоль, — припомнил батька, — блеклая игрушка с тусклым экраном… но он из кубиков. Прямо как для Тетриса создан! Минуту.

Кен прямо-таки оживился. Один телефонный звонок — и Нил, он же «Армстронг», подтвердил, что у него есть портативная игрушка и пообещал принести.

Но прежде, чем он успел, затрезвонил телефон. Кен на правах хозяина ответил.

— Крис, звонил Гектор, ему разрешили повидаться с Еленой и увидеть издалека Валентину, — зачастила Линда. — Твой брат сказал, что увидел ангела и нет никого в мире красивее, чем его дочурка, если я верно все поняла. Но выписывают Елену только через три дня. Может быть, нам остаться, чтобы ее повидать?

— Нет, мы едем домой, — решил я и, практически увидев, как погрустнело самое милое личико в мире, продолжил, — а в день выписки садимся на самолет до Фресно и встречаем Елену. И точно так же, на самолете, мы с тобой посетим четвертый день фестиваля в Сан-Бернардино, заодно на своего новорожденного брата поглядишь, если захочешь. Успеем всюду, в том числе поработать.

Вот такой я эксплуататор. Если бы не необходимость тащить с собой компьютеры, то с самого начала так стоило поступить.

— Кен! Я пришел! Вот портативка от Микровижен! — воскликнул запыхавшийся Нил Крамер, вбежавший в переговорку. — И три картриджа — «Блокбастер», «Инопланетные всадники» и «Боулинг».

Как бы сказала Линда, вау! Компактная консоль на батарейках с картриджами. Размером с пухленький такой смартфон или, быть может, пульт от телевизора. Экранчик по центру, квадратный и крошечный, чуть меньше двух дюймов. Из органов управления — три кнопки под экраном и колесико-крутилка в самом низу. Картриджи, размером с половину девайса, представляют собой накладную переднюю панель, включающую в себя даже кнопки управления. Для моего портативного тетриса — это лишняя деталь, без них проще и дешевле в производстве окажется.

— Очень крутая концепция, понятия не имею, почему она провалилась и исчезла из продажи, — рассказывал Нил. — Для нее придумали десять или двенадцать игр, все не похожи друг на друга! Но у меня только три, никак не найду в продаже остальные, так как компания разорилась.

Под пристальным взглядом Кена и иронично-насмешливым Лео я попробовал все три. Ну что за миерда! Мне

— А где счетчик очков, количество жизни и прочее? — спросил я Крамера, залипнув в тот самый Блокбастер — вполне себе удобоваримую вариацию арканоида. Интересно, Атари купила права на его название или просто не стала загоняться, считая себя лидером рынка и хозяином положения.

— Не смогли сделать, наверное, — пожал плечами Нил. — Представляешь всю крутизну, Си-Си — тут полноценный процессор внутри картриджа! Всего четырехбитный, но для игры сложнее и не нужен.

Я даже поперхнулся и закашлялся от откровения. Лео пришлось постучать мне по спине. И они еще гадают о причинах провала игрушки?

— И сколько стоил картридж? И вся игра целиком?

— Баксов двадцать картридж и сорок все остальное.

Спорная, спорная экономика. Цена картриджа в 20$ примерно равна той, что у Атари и Коммодора, но при этом внутрь впаивают дешевый и примитивный, но процессор, то есть режут себе маржу, увеличивая себестоимость изделия.

— А что помешало процессор оставить в корпусе консоли?

— Так для разных игр — разные чипы. Где-то от «Тексас Инструментс», а где-то от Интел.

Потрясающе кривое и неэффективное решение. Тут можно даже не удивляться провалу.

В целом арканоид мне понравился, но управление при помощи колёсика, как на древних ТВ-приставках, никуда не годится. Надо делать нормальную крестовину с кнопками.

Другая игра — боулинг. Кегли расставлены пирамидой — нужно в правильный момент толкнуть «шар», чтобы он пошел вертикально вверх и сбил цели. Я и настоящий никогда особенно не любил, он выглядит, как верный способ переломать себе пальцы.

И самое перспективное на мой взгляд название — «Элиен Райдерс», то есть инопланетные или чужие всадники, оказалась полной миердой. Не хочу обесценить труд создавших ее инженеров, но я так и не понял геймплея за пару минут попыток. Протагонист движется вдоль левой грани при помощи все того же колесика. Справа к нему движутся кубики. И по нажатию на кнопку герой способен выстрелить тентаклей в одну из приближающихся точек. После чего ничего не происходит. Ну, разве что длина щупальца немного сокращается, на один кубик.

Лучше бы змейку сделали! Она для подобного экрана идеальна. Наверняка есть на одном из отсутствующих в коллекции картриджей. Нет, моя консоль будет не такой. Вошью внутрь сразу десяток примитивных игр. Как на тетрисе-калькуляторе, что имелся у молодого меня из прошлой жизни. Понятное дело, сам тетрис, арканоид, гоночки, змейка, примитивное подобие космических вторженцев, понг… и еще несколько, которые придумаю по необходимости.

Экранчик шестнадцать на шестнадцать кубиков не самый четкий и без подсветки, но в целом норм, то самое качество, что и требуется для брик-гейма. То есть мы заказываем поле десять на двадцать и еще кусок справа, с предсказанием следующей фигуры, уровнем и счетом — и получится та самая портативка.

— Где мне заказать такой же экран, только дополненный для Тетриса? С нужным числом кубиков и панелью статуса сбоку.

Упоминал игру в присутствии Нила и Кена без опасений. Заявка на патент подана, то есть не опередят меня, даже если вдруг решат поступить подло.

— В Юго-Восточной Азии. Эту битву американская промышленность им проиграла, — вздохнул Кен. — Где-то в Техасе штучно для военных или медицинских приборов делают, конечно, но для твоей игрушки возьмут за пробную партию столько, что по миру с протянутой рукой пойдешь. У меня где-то валялась визитка одной компании из Гонконга, мне ее всучили на зимней ЦЕС. Но я не советую тебе влезать в это дело, приятель. Вложения огромные, а отобьются ли затраты — неизвестно. Портативный Тетрис в голове выглядит перспективно, но окажется ли он нужным покупателям? И даже если устройство получится идеальным, скрытый брак платы — и ты теряешь деньги. Нет определенности.

Вот потому я и предпочел бы лицензировать патент какому-нибудь гиганту, например, Нинтендо и жить припеваючи с коктейлем на берегу своего денежного бассейна, не вкладываясь кровными сам. Но Сега не взялась, а с Нинтендо всё ещё сложнее. Там, как я читал, крайне японистые японцы, без американского капитала и им юного гайдзина послушать — уже потеря лица. А может быть, попробовать через местные подразделения зайти?

На том программа посещения Сьерры и закончилась. Когда я подъехал домой к Гектору, карналь уже вернулся и по пятому кругу рассказывал девушкам, какая его дочка красавица. И тут нет никаких оснований ему не верить, если Валенька пойдет внешностью в маму.

Глава 9

Всю дорогу до Эль-Серрито девушки обсуждали свадьбу. Свадьбу Вити и Вали, которая теперь просто обязана состояться лет через двадцать. И неважно, что живут дети в нескольких сотнях миль друг от друга. Судьбе расстояние не помеха. Как не помеха и то, что Валенька — будущая знойная латина, а Витенька — азиат. Ну… так-то не самая плохая комбинация. Проверено на себе. И еще Линда рассказывала, что у Джастина Ли с булочкой Мендосой всё сложилось вплоть до переезда девушки к нему и будущему ребенку.

У меня на эти несколько часов возникли собственные влажные мечты — как бы собрать прототип портативного тетриса для того, чтобы заказать под него партию экранов на Тайване или Гонконге.

Не сразу пришедшая в голову мысль — Рокки гениальный электронщик и ему очень понравился Тетрис. Как минимум, посоветоваться с ним стоит. Но! Если я приду к нему с просьбой «собери мне девайс» — это как-то некрасиво выйдет. То самое паразитирование, про которое журналист написал. Надеюсь, скрип моих зубов не очень девчатам помешал.

Прототип. Мне нужен прототип, чтобы Возняк сказал «Чувак, это не круто» и, не поспав одну ночь, выдал гениальный в своей простоте образец. А еще разделил со мной затраты на производство и вообще пошел в партнеры. Ну а чё такого? Я тут размышлял о том, чтобы на Нинтендо всё свалить, но лучше уж с хорошим человеком прибылями поделиться, чем с мегакорпорацией.

Итак, прототип. В каталогах электронных компонентов я видел ЖК-экранчики с разрешением 64 на 64 точки стоимостью в пятьдесят — сто баксов. Дорого для серийного производства, но вполне нормально для макета. Или еще проще сделать? Сетка из двух сотен обычных красных светодиодов. Размещаем ее на стендовой плате… ну, такой, которую используют для того, чтобы наколхозить свое устройство. Белая доска с дырочками-контактами. Такие ведь уже есть в наши дикие времена? Туда же идут контроллер, крошечная микросхема ROM-памяти и пять управляющих кнопок. Пожалуй, мне такое даже Рамон сможет собрать, главное, логику ему накодить. И я восхитителен. А имея уже «готовое» устройство, сначала спрошу совета у старшего

Погруженный в мечты о светлом будущем, где свой тетрис в каждый дом, я и доехал. Мои красавицы к тому времени уже успели решить, что Витенька и Валенька обязательно поступят в Беркли, чтобы они могли за ними присматривать. Виктор на что-то серьезное, связанное с техникой, а Валентина займется искусством. Девушки прекрасно понимали, что это не более, чем мечты и фантазии.

Завезли Трейси в проклятый старый дом, застали в офисе Монти, рисующего очередной уровень для «шесть ви».

— Держи, от твоих родственников Синклеров из Британии, — пошутил я и протянул Монтгомери полученный от Кена Спектрум.

— У моего отца есть британская родня и мой дядя даже посвящен в рыцари, но Клайв Синклер, насколько мне известно, нам родственником не приходится, — чопорно ответил шахматный гений.

Не очень-то и рассчитывал. Даже окажись, что мой сотрудник вдруг родственник того самого Синклера, что бы это дало? Скидку на его отличные для своего времени компьютеры? Так они мне не очень-то и нужны. Ну, то есть очень рад, что наконец-то со Спектрумом покопаюсь и даже порт тетриса на нем погоняю, и большую часть своих игр мы обязательно портируем, но для этого мне лучше отдельного человека нанять, который хорош с ассемблером для Z80. Или двоих-троих. Проектов-то у нас выйдет еще много.

Поболтали еще немного о всякой ерунде, вроде того, что я и на следующей неделе пропускаю обещанную игру в сквош из-за фестиваля и поехали домой.

На подъездной дорожке к нашему жилищу я заметил миссис Хендерсон, явно поджидающую нас.

— Молодые люди, я вызывала патрульных к вашему дому этой ночью, — оповестила старушка. — Ваш милый пёсик так громко лаял, что я поняла — что-то происходит. И когда машина приехала, я видела чернокожего грабителя, убегающего от вашей двери.

Карамба! А казалось бы, такой тихий приличный район.

— Полицейский говорит, что следов взлома нет, — продолжила соседка, — но давайте убедимся, что ничего не пропало!

— Агата, спасибо вам огромное! — поблагодарила побледневшая Линда. — Пойдемте, вместе посмотрим.

Ну-да, ну-да, следов нет, моя полиция меня бережет. Вот только краска на косяке с внутренней стороны немного содрана, как будто туда что-то плоское пытались просунуть, чтобы отжать язычок и латунь вокруг личинки исцарапана. Скорее всего полицейский ночью в темноте убедился что дверь не вскрыта, фонариком посветил, может, окна проверил и на этом всё.

Я, может быть, совсем не эксперт по взлому, скорее наоборот, но девяностые… Машмет… какие только пацаны в нашей дворовой компании ни присутствовали, и историй про их подвиги, про то, как вскрыли машину линейкой или дверной замок отверткой, я наслушался. Конечно, подростковую браваду надо на десять делить, но кое-что в голове отложилось. Например, то, что сам я подобным заниматься не хочу и самые базовые принципы безопасности.

Дверь у нас, может быть, хлипкая и фанерная, как у всех в районе. Но замки я поменял еще в первую неделю проживания в прекрасном тихом Эль-Серрито. У большинства тут дверь на обычную защелку закрывается, от честных людей. Как при уже построенном коммунизме живут! Я тогда поехал и купил нормальный замок с закаленным ригелем и сам врезал, спросив через риелтора Этьена разрешения у лендлорда, владельца жилья. Не прогадал. Если вы параноик — это еще не значит, что к вам не вломятся домушники.

— Дверь цела, всё нормально, — от Линды я замеченное скрывать не стану, но вот соседку незачем еще сильнее волновать. Бабка вредная, но ее бдительность нас прямо выручила. Повозись взломщик подольше — наверняка бы добился своего. Впрочем, есть еще задняя дверь, она, о Ктулху, стеклянная. Но там, видимо, не решились через забор перелезать.

Открыл своим ключом, прошел внутрь — все в порядке. И этот длинный день начал к концу подходить.

— Миссис Хендерсон, будете кофе, я сварю? — предложил соседке. — Линда сама пекла печенье.

— И содержит дом в порядке, как я посмотрю? — придирчиво осмотрелась от входа соседка. — У вас тут чисто, как в операционной, не откажусь.

И, о чудо — вредная старушенция сняла свои уличные тапочки и всунула ноги в наши гостевые. Совершенно точно не злая ведьма.

— Крис, нам нужна сигнализация! — предложила Линда, когда соседка угостилась выпечкой и ушла. — Как у отца в цеху. Или впускать Дюке в дом, когда мы уходим.

— Здесь у нас все равно абсолютно ничего ценнее видеомагнитофона или телевизора нет. А вот на работе точно нужна, не зря Лиза включила ее в план реконструкции особняка.

У меня все прям внутри холодеет, как представлю, что кто-то к нам в офисный особняк вламывается и крадет Корвус со всеми исходниками. Я, правда, еще бэкапы делаю. На магнитную ленту, винчестер внутри компа и дискеты. И регулярно проверяю их целостность.

Насчет собаки, как сторожа — отличная идея. Наш питбуль вполне себе домашний пес и, как хороший мальчик, ни разу в трейлере не набедокурил. И тут мы его вполне себе впускали погостить под крышей несколько раз. Лапы только мыть придется.

— Надо дать Дюке вкусняшек, — решил я.

Не то, чтобы самый лучший друг и так бы их не получил. Я бы в любом случае отправился с ним на пробежку почти незамедлительно, хоть и темнеть уже начало.

Но что делают нормальные американцы на любой чих? Звонят своему адвокату. И, если судить по массовой культуре, то еще и психоаналитику, но мне пока рано. Вот выгорю годам к сорока… и всё равно к мозгоправу не пойду. Но адвокат — это святое.

— Пацан, ты уже соскучился? Только недавно в Оукхерсте с тобой расстались и на трассе рядом ехали, — проворчал Лео.

— К нам в дом пытались вломиться, пока нас не было, — я постарался унять эмоции и сделать голос поспокойнее. Не надо мне Линду волновать. Изложил всю ситуацию методично и основательно.

— Бывает. На такой случай вы и держите зубастую машину для убийства на заднем дворе. Нет? — флегматично отозвался юрист. — Ладно, не дуйся. Вот как мы поступаем в подобных случаях — во-первых, ничего не трогаем, не вздумай разбирать замок или заделывать царапины. Иди и немедленно позвони копам. Я приеду и проконтролирую их поведение. Они обязаны зафиксировать обнаруженные тобой повреждения. Только не называй их уликами, мы же не в суде. Чего не советую делать — выпускать собаку из вольера и держать в гостиной. Тебе не станет лучше, если Дюке отравят или пристрелят. Кражи со взломом случаются, для этого адекватным людям и необходима страховка.

Видимо, я неадекватный, так как, оформив

На вызов приехал уже знакомый адекватный дядька офицер Барнс. Тот, что в церковь звал.

— Вы не первые, уже третий случай в этом районе, — успокоил он нас, осмотрев в присутствии Лео царапины и внеся в протокол, — мы делаем все от нас зависящее, чтобы поймать преступника. Опасности он не представляет, так что не геройствуйте, даже если что-то заметите. Пёс у вас замечательный.

Несмотря на призывы обойтись без геройства, на вечерней пробежке поймал себя на том, что всматриваюсь в окружающие дома, нет ли где подозрительных личностей, трущихся возле двери. К счастью, возможность поиграть в Бэтмена и повести гражданский арест нам с Дюке не представилась. Не то, чтобы я полез бы в драку во имя чужого имущества. Рад, что не выпало случая проявить дурость и проверить.

Утренняя пробежка то же самое ощущение принесла. Скрытая угроза таилась под каждым кустом. Негр-грабитель казался вездесущим. Настоящим ниндзя, слившимся с тенями. Куда мне, обычному разрабу, не мощному и не плечистому, его хотя бы заметить. Так и пробежался, не явив миру свою супергеройскую сущность. По пути мне периодически встречались уже давно примелькавшиеся местные жители, почти соседи. Они мне кивали, я им подмигивал.

На работе мы с госпожой арт-директором нашли Блейза, Коннора и Чака, причем последний находился в заметно возбужденном состоянии.

— Си-Си! Эль-Кей! — воскликнул разраб. — Мою квартиру пытались ограбить! Миссис Дак спугнула бандита, какой-то нигер-торчок!

И тут же зазвонил телефон, трубку взяла Линда. Слышно из-за продолжающего бухтеть Чака ее было не очень хорошо, но главное я разобрал, а следом девушка и сама разъяснила.

— Это Лиза, — упавшим тоном сказала моя ненаглядная. — Майкл вышел на утреннюю пробежку и пропал. Спрашивает, нет ли его на работе или у нас в гостях.

Бренда, тихо ковырявшаяся в бухгалтерских расчетах, жестко выругалась.

Что за дерьмо тут происходит? Стоило на три дня город оставить, так грабители на каждом шагу и люди пропадают.

— Пусть начинает обзванивать полицейские участки и больницы, — скомандовал я, а сам вызвал адвоката.

— Доброе утро, самый любимый клиент, «Больцман и Флорес» рады слышать вас даже до начала рабочего дня — с легкой насмешкой поздоровался юрист.

— Лео, не до шуток. У нас Майкл пропал во время пробежки.

— Чернокожий и бегал? Ещё и водительские права с собой наверняка не взял. Его стопроцентно забрали патрульные копы для выяснения личности, — посерьезнел собеседник. — Обычное дело, он ведь подходит под ориентировку на бегающего негра, которую дала ваша соседка. Жди, я перезвоню. И жену его успокойте, наверняка с парнем все в порядке.

Установилось долгое молчание. При попытках дозвониться до Лизы шли частые гудки. Занято. Через пять минут адвокат перезвонил сам.

— В участке задержаны целых пять чернокожих парней, — объяснил он, — хватают всех, кто подходит по словесному описанию. Я туда, жену мистера Пондсмита туда же отправьте, наверняка ваш дизайнер сидит в камере и ждет, пока пострадавший начнет процедуру опознания.

— Лео, такое разве законно?

— Это называется расовое профилирование. Не очень честно, ты сам от такого пострадал, но эффективно против банд.

— Крис, поехали в участок, я не усижу тут! — позвала Линда.

Я и поехал. Ни разу еще не бывал в полицейском участке. Ни в отечественном, ни в буржуйском, хотя временами близко к тому подбирался. Но как выглядит пендехостанская полиция изнутри, я массовой культурой хорошо научен. Десятки фильмов и сериалов, а также игр нарисовали у меня в голове четкий образ.

Одноэтажное приземистое бетонное здание с плоской крышей. Обязательный звездно-полосатый флаг во флагштоке. Рядом с ним еще один, бело-зеленый, с одноглавым медведем и красной звездой. Решетки на окнах, тяжелые двери. Стойка для посетителей, за которой начинался большой опенспейс с низкими картонными перегородками. Внутри напомнило декорации к сериалу Бруклин 9−9. У стойки уже находился Лео, на повышенных тонах общаясь с дежурным — моим знакомым рыжим копом из «Два-Адам-Четырнадцать». Как его? Руди? Ах да, имя я так и не узнал.

— Повторяю, мой клиент содержится здесь без предъявления обвинений, без доступа к юридической помощи и с вопиющим нарушением Четвертой и Четырнадцатой поправок к Конституции Соединенных Штатов… Майкл Пондсмит, двадцать семь лет, афроамериканец.

— Майкл — сотрудник нашей компании, — добавил уже я, — графический дизайнер. Мистер Больцман, мы можем подать иск к полицейскому управлению за экономический ущерб?

— Безусловно, мистер Колон. Офицер, это мой корпоративный клиент, босс несправедливо задержанного. И он полностью прав, каждый час отсутствия мистера Пондсмита на рабочем месте обходится его студии в сотни долларов.

— Майкл! — с совсем небольшим отставанием от нас с Линдой в участок ворвалась растрепанная и не накрашенная теть Лиза и хлестко швырнула на стойку перед дежурным пухлую кожаную папку. — Освободите моего мужа, немедленно! Тут свидетельство о браке, карта социального страхования, водительские права, налоговая декларация и выписка с банковского счета моего мужа, Майкла Пондсмита!

— Мэм, у нас ориентировка на взломщика, — огрызнулся тараканище, — на его счету уже шесть попыток проникновения. Всё для вашей и других граждан безопасности.

— Какая, черт вас дери, ориентировка, офицер? У вас обязаны иметься более веские причины для задержания, чем цвет кожи. Не желаете освободить моего клиента — хорошо. Ваш участок получит коллективный иск от всех неправомерно задержанных сегодня. Ваш капитан прослезится от счастья.

Только на этих словах рыжий полицейский соблаговолил открыть папку и изучить документы.

— То есть вы утверждаете, что задержанный — ваш муж? — с удивлением поглядел он на Лизу. Мне знаменитое «что этот нигер себе позволяет» во взгляде почудилось. Хорошо, что ориентировка у них не на латиноса имелась, а то бы я с местным номером-люкс познакомился.

— Эй, Джорджи, Майкл Пондсмит, чернокожий в очках, выводи его. Да-да, за ним его мамочка пришла.

— Мэм, мы выяснили личность вашего мужа и сейчас его освободят. Пожалуйста, отойдите от стойки, вы препятствуете работе участка, — с нарочито приторной вежливостью попросил «Руди».

Выпустили Майкла меньше чем через минуту. В промокшей от пота футболке, коротких спортивных шортах и кроссовках без шнурков. Хорошо, что хоть из трусов резинку не изъяли. Лизу состояние мужа не смутило, «железная леди» тут же бросилась его

— О, босс, и ты тут, — заметил меня освобожденный. — Я только что придумал идею новой игры — симулятор заключенного. Несправедливо осужденного, конечно. Обещаю, это будет шедевр не хуже «Студента Беркли».

Глава 10

Отправив Пондсмитов домой приходить в себя, мы вернулись в офис, где центром нового обсуждения стал Говард.

— Моих соседей пытались ограбить, разбили окно, — рассказал он. — Неприятная ситуация, я поговорил с владельцем дома по поводу установки сигнализации. Если еще кто хочет, вот у меня флаер фирмы.

— Мы с Крисом поставим! — тут же схватилась за рекламку Линда. Она у меня смелая, детей из пожара спасла, но и ее ситуация напугала.

Интересно, не могли ли сами установщики сигнализаций отправить какого-нибудь негра-наркомана пошуметь в приличном, слишком тихом районе, чтобы у них появились заказы. Но даже если так — не такие там и расходы, наверное. Король транжирства!

— Си-Си, а я тут подумал, может, не надо статуи убирать? — предложил Чак. — Представь, вломится в офис домушник, а его встречает Ктулху или шоггот. Он сразу в штаны наделает!

Аргумент! Дом под охраной Древних — это, как минимум, забавный элемент для пиара! Главная против них моя претензия — пылесборники. Кто не пробовал вытереть пыль с двухметровой крылатой статуи, тот не знает страданий. Но чистоту у нас поддерживает клининг, нанятый для группы мистером Карлсоном. Раз в пару дней приезжает негритянка-уборщица и наводит порядок. Раз в неделю делает более серьезную уборку всех помещений. И платим мы за это удовольствие сто баксов в неделю. Вот сомнительно, что, убрав статуи, мы так сильно скинем цену.

И как прорвало. В защиту лавкрафтианских монстров едва ли не каждый высказался. Оказывается, их все жалели. И чего раньше не сказали? Я не настолько авторитарный босс, чтобы не прислушаться к мнению коллектива, да и тоже уже как-то привязался. Может быть, это зов Ктулху нам всем тут мозги промывает?

— Хотя из нескольких комнат их стоит перенести в соседние, — предложила компромисс Линда, — например, из спален.

— Спальни тут не очень и нужны, — высказалась Бренда. — Билли ко мне переезжает. И Эдди с Трейси тоже собираются снять дом и съехаться. Не знаю, как у остальных. Но думаю, тоже устали от общежития.

Орале! Хотя чему тут удивляться-то? Взрослые люди с нормальными потребностями. Ну, то есть молодежь, конечно, но у них перед глазами пример нормальных здоровых отношений. Я про Майкла и Лизу, ну и нас с Линдой тоже чего бы и не засчитать.

Так еще несколько часов всякую чушь про грабителей, быт и переезды обсуждали. Старею, раз нашел разговор умиротворяющим, а не раздражающим?

А затем на работу прибыли главные герои дня — Пондсмиты и все перешло на то, каково это — оказаться в камере и в наручниках.

— Да всё нормально, ребят. Кого из нас не паковала полиция на улице? Главное — не провоцировать и не умереть со скуки, пока ждешь в камере адвоката. Босс, спасибо за мистера Больцмана, скажи ему, пусть присылает счет…

— Юридическое обслуживание за счет студии, — прервал я его, — и это всех касается. Спишем на расходы. А пока давайте все-таки немного поработаем. Этот грабитель, может быть, не забрал наш видеомагнитофон, но время похитил. Лиза, передай мне список оборудования, которое собиралось продать Атари. Пора наконец-то определиться, что мы там сможем выкупить.

— Мейнфрейм! — ахнула Линда, большие красивые глаза аж засияли от восторга.

Интересно, что бы она ответила на рассказ о сервере с терабайтом оперативки и двумя двадцатичетырехъядерными ксеонами? И ведь это еще бюджетный вариант для нищебродов средней руки. Не полноценный мейнфрейм, занимающий комнату, а из лиги чуть ниже.

Атари, понимая, что тоже не транснациональный гигант, предложили купить не самое новое железо за посильные деньги. Его обозначили как «супермини». То есть мощное, но миниатюрное. Для некоторых вариантов даже отдельная серверная не требуется.

Самый дешевый вариант — старичок PDP-11/20 производительностью в 0.05 VUP за всего 1000 баксов. Что за ВУПы такие — не уточнялось. Видимо, специфические попугаи для оценки мощности.

В комплекте «целых» 32 КБ оперативки, набор шестнадцатибитных микросхем, аналогичный процессору в 1 мегагерц, винчестер на 5 мегабайт. Всё упаковано в двухметровый шкаф, требующий киловаттной линии и промышленного кондиционера. Даже не смешно, несмотря на низкую цену. Я так думаю, если еще поторговаться — бесплатно отдадут, лишь бы это старье у них забрали. Зато внутри настоящий многозадачный юникс и если докупить пару терминалов, смогут сосущестовать сразу два разраба. В не очень комфортных условиях, но всё же. Для установки нужна отдельная комната, так как громко шумит.

Расширенная версия того же компа из двух шкафов за две с половиной тысячи требовала уже полтора киловатта электропитания, давала уже 0.1 ВУП и 64 КБ памяти и два жестких диска.

Интереснее смотрелись 32-битные серваки из линейки VAX.

Самый базовый VAX 11/730 за 11 килобаксов обещал два двадцатимегабайтных винчестера, 1 МБ оперативки, и процессор в 3.7 мегагерц, что давало цельных 0.3 ВУП. Казалось, негусто, зато всего один шкаф размером с большой холодильник, жрущий всего 800 ватт. Да у меня иные видеокарты потребляли больше. Правда и производительность давали на уровне, который едва ли в нашем каменном веке со всех компов суммарно собрать выйдет.

Интереснее смотрелась максимальная машина 730-й линейки, дающая все тоже самое, но уже 4 метра оперативки и пленочный бэкап, стоимостью в 20 тысяч.

750-й VAX в максимальной комплектации мог похвастать 6 мегабайт памяти, потреблением в 3.5 киловатта и процом в 3.1 мегагерца и оценкой в 0.6 ВУП. Вся эта красота в трех шкафах и за 35 тысяч долларов.

И вершина всего — 780-я модель, производительностью в один цельный и неделимый ВУП с процессором в 5 мегагерц. Тут уже 8 метров памяти, два продвинутых винчестера, и 8 киловатт энергопотребления, 5 шкафов и 50 тысяч долларов. Крайзис все равно не потянет!

Даже стало интересно, сколько сотен, тысяч или даже миллионов вупов мой домашний комп из 2026 выдал бы. Точно нигде не написали, но есть подозрение, что вупы — это оценка производительности относительно самой мощной машины в линейке. И блин, Эппл Лиза за всего 10 тысяч так-то тоже 5 МГц процессор, хоть и 16-битный. Там, правда, нет настоящего юникса, многозадачности и удаленного доступа через терминал.

Всё ли это? А вот нет! Я не зря вспоминал Эппл Лиза, в конце списка шел Sun-1 за 10 тысяч. И это джекпот. 10 мегагерц процессор Моторола 68К — тот же самый,

— По экономике лучше всего выглядит Сан, — озвучил я. — Вы поглядите только на характеристики монитора — он громадный!

— О да, я видел эту крошку, на нем выполняли чертежи, крутая штука, — похвалил Говард. — Жаль только, он не цветной. Я уже привык к цветному редактору кода, ребят. И как я жил без него всю прошлую карьеру?

— Энергопотребление 700 ватт, не сильно больше, чем у пылесоса, — продолжил я оценивать. — То есть на счетах за электричество не разоримся. Я считаю, что надо брать два! Предлагают, правда, всего один.

— Ты можешь купить второй официально, у Сан, — подсказал все тот же перебежчик из Атари. — Цена, правда, окажется не настолько привлекательной.

— Лиза, займешься сделкой? — предложил блондинке. — Заодно найди хорошего электрика — организовать питание так, чтобы без скачков напряжения и прочего опасного для ценной техники. И надо проверить, как оно шумит, а потом решать — поставим тут или где-нибудь в кладовке, где не слышно.

— Нам бы для всех компьютеров это не помешало, — проворчала женщина, — займусь.

— Далее… — огласил я погромче, — ребят, кто следующий в очереди на чингасос? В смысле, на код-ревью? Обещаю, я сегодня буду нежен и тактичен.

— Ты, Си-Си! Мы твой код пока не громили, в этом месяце, — злорадно усмехнулся Чак.

— Тогда давайте.

Бегать от ревью я не стал. Никто не идеален и не непогрешим. А я, хоть и хорош в этом деле, словно Ктулху, но тоже временами ошибаюсь… и был показательно слегка отлюблен за то, что злоупотребляю подпрограммами, а не пишу линейную лапшу. Ведь с точки зрения ассемблера, каждый переход туда, а затем обратно тратит драгоценные такты, а я, привыкший к языкам высокого уровня и гигагерцам под капотом, так и не свыкся окончательно с режимом жесткой экономии.

Обычный вторник в Каналья Геймс.

— Милая, а не найдешь мне Трейси? — попросил Линду, когда отбился от всех претензий к моему стилю программирования. — Я хочу записать внеочередной выпуск шоу ЙЕП, посвященный нашим играм, их клонам и немного той статье из журнала.

С одной стороны, «не кормить троллей» — лучшая стратегия поведения, если хочешь, чтобы от тебя отстали. С другой, утереться и ничего не сделать, когда тебя открыто оскорбляют — не по-пацански. Ребята из баррио не одобрят и заклеймят левасом. Ну… если они вдруг читают компьютерные журналы. Понятно, что не в чоло из гетто дело, а скорее в репутации. Наезды спускать нельзя, но и отвечать на них надо соразмерно, к своей выгоде и ассиметрично. Офигеть я умный, да?

С клонами неоднозначно. Устраивать бесплатную рекламу пендехо-плагиаторам как-то не комильфо, но тут уж как акценты расставишь. Некоторые копии вполне ничего.

— Си-Си, вот кто так делает? Экстренные выпуски так запросто не снимаются! — явилась вскоре немного недовольная Трейси. — У нас ведь нет съемочной группы на постоянном окладе, а у мальчиков сейчас экзамены. Я соберу, кого смогу. Сценарий уже есть?

— Примерный, — признался я, — сейчас начнем над ним работать. И да, любой труд должен быть оплачен. Пообещай ребятам 10 долларов в час.

— Ну ты и транжира, весь в Елену, — хихикнула блондинка, — но за деньги и в самом деле ребятки охотно поработать соберутся.

И вечером в среду, после обеда, сон для усталых взрослых людей. Мы приглашаем всех, кто отчаян, увидеть шоу ЙЕП поскорей.

Трейси, хоть и справедливо ворчала на внезапность, съемочную группу собрала. И на месте второго осветителя я внезапно Чарли Пака увидел.

— Привет, — подошел к нему, — не знал, что ты тоже участвуешь.

— Хватаюсь за любую работу. Родители жестко урезали мне финансирование, когда узнали про свадьбу со Сьюзан, — ответил азиат, — но я не жалуюсь. Не стану ныть, даже если наследства лишат.

— Будет нужна работа — обращайся, — предложил я, — у нас много направлений.

К примеру, могу в «Северную Аркадию» его устроить или помощником к Лизе, на которую куча рутинной работы свалилась. Благотворительность, но не себе в убыток.

— Спасибо… я так справлюсь, — чего-то застеснялся и спрятал взгляд Пак, как будто я ему что-то нехорошее предложил. Парень взрослый, семью кормить ему, сам решит, а мне выпуск записывать.

— Приветики, мои любимки! С вами снова Пенни Смит и шоу «Твоя электронная игровая площадка». Йеп! И сегодня у нас особенный гость. Этот парень — настоящая рок-звезда в мире видеоигр, автор Тетриса, Темпл Ран и Флэппи Бёрд. Крис Коламбус, но я называю его Си-Си, он не возражает!

— Привет, Пенни, отлично выглядишь. Как и всегда. Рад наконец-то оказаться здесь перед камерой. И сегодня мы рассмотрим несколько особенных игр. Их будет больше, чем обычно, но не все мы разберем детально, так как они, по своей сути, копируют одну и ту же механику. Начнем с игры, найденной мной на пиратской BBS…

— Крис! Что ты такое говоришь⁈ Ты пользуешься BBS для того, чтобы воровать программы и игры? — притворно ужаснулась соведущая. — Я думала, что ты честный парень. Ноуп?

— Я подключался туда, чтобы разместить бесплатную для всех копию нашей новой программы Каналья Коммандер. Но не смог не заглянуть в раздел с играми. Игра, которую я там нашел, называется «Блок Бластер» и это копия «Тетриса» под Атари 800. Неизвестный, но явно очень талантливый программист придумал алгоритм оценки заполнения игрового поля, выбирающий самую неудобную фигуру. Давайте посмотрим…

Пошла запись геймплея, где я позорно собрал одну линию. Ну или героически, для Блок Бластера это не такой плохой результат.

— Как видите, получилась сложная головоломка не для всех. Вдохновившись ей, я решил добавить отдельный хардкорный режим «Хейттрис» в следующую версию «Тетриса», которая выйдет уже этим летом для Коммодор 64, Атари 800, IBM и Эппл 2, а также учредить премию в тысячу долларов за задокументированный мировой рекорд. Фиксируйте игровой процесс на видеокассету и присылайте. Итоги мы объявим в январе, в Шоу Пенелопы Смит и в журнале Байт, если редакция согласится.

Ну а чего уже сделанной работе зря пропадать? Премия даст отличный буст продаж и отобьется, а также обеспечит меня запасом видеокассет на долгие годы вперед.

— Си-Си, ты обещал обзоры игр, а вместо

В течении следующего часа мы методично разобрали всю армию клонов наших игрушек. И я их по большей части хвалил, во всяком случае те, что хорошо сделаны.

— И у нас закончились игры, — подвел я итог, — длинный список. Но согласись, Пенни, не зря.

— Ты очень великодушен, Си-Си. Это же копии твоих собственных игр! Я заметила!

— Не ругать же мне самого себя. Но вообще ситуация грустная. Талантливые программисты вместо того, чтобы создать что-то новое, вынуждены заниматься копированием из-за страха провала. Ребят, особенно канадцы из ДДД, мне понравилась ваша работа. Если у вас нет своих мыслей, как сделать хит — приглашаю вас в «Каналья Геймс», у нас есть печеньки, целый океан революционных идей и мы не заставляем разработчиков перерабатывать.

И заточил на камеру печенюшку в форме уточки, из числа испеченных Линдой специально для съемок.

— Си-Си, когда ты говорил про журнал, я вспомнила, что читала один журнальчик… там про тебя такое понаписали! Страшно процитировать!

— Что я Стив Джобс игровой индустрии? Очень лестное сравнение, Пенни. Спасибо за него уважаемому журналисту.

— Нет! Что ты тайный коммунист и собираешься уничтожить американских производителей компьютеров, обесценивая труд других разработчиков!

— И что я вообще не программист, а мелкий уличный преступник, который держит настоящих авторов игр в заложниках?

— И что на вашем стенде на Эн-Си-Си работали красивые девушки. Страшное преступление! Йеп!

— Виновен, мэм. Ах да, еще меня с потрохами купили японцы. Я ничего не забыл? Кажется, плохие оценки в школе и то, что меня пытались побить хулиганы в душевой.

— Си-Си, давай серьезно. По какой причине ты распространяешь программу, на которой мог бы заработать несколько тысяч долларов, бесплатно?

— Чистый коммерческий интерес, Пенни. Чем проще людям работать за компьютером — тем больше времени у них останется на игры и тем больше копий Тетриса они купят, а потому я и дальше намерен улучшать удобство работы за компьютером простых пользователей. Кроме того, популярность программы стимулирует заключение коммерческих контрактов. Каналья Коммандер уже полностью оправдал все вложения.

— И на этом наш сегодняшний выпуск подходит к концу, — объявила Трейси. — Играйте в хорошие игры, ребятки. С вами были Пенелопа Смит, Крис Коламбус и шоу ЙЕП!

— И-и снято! — объявил режиссер.

Глава 11

К окончанию съемок шоу к зрителям примкнули Монтгомери и Селеста. С Монти мы заранее договорились-таки сразиться не только в шахматах, но и в более контактном спорте, а вот его пассия пришла немного неожиданно.

— Мистер Коламбус, мисс Смит, замечательное шоу, — похвалила Селеста, — трансцендентное, энергетически мощное и несущее позитивный социальный посыл. Возьмите меня!

— В съемочную команду? — спросила Линда. — Места есть, тут всегда свободным рукам рады.

— Да нет же! На концерт! В Сан-Бернардино! Там будет выступать Вилли!

— Ты про Вилли Нельсона? — уточнил я, видевший список артистов.

— Да-да-да! Мистер Коламбус, я никогда вас ни о чем не просила, кроме как о песнях. И сейчас прошу о них же! Творчество мистера Нельсона достойно внимания!

Упомянутый Вилли Нельсон — легенда кантри лишь чуть меньшего калибра, чем Джонни Кэш. Их совместный с еще двумя музыкантами Хайвеймен, то есть «Бандит с большой дороги», у меня плотно в плейлисте к 2026 прописался. Песня о цепочке реинкарнаций, между прочим, как нельзя лучше подходящая под мою ситуацию. Ее герой жил разбойником, матросом, строителем дамбы и пилотом звездолета. Погибал и оказывался вновь живым в другой роли. Очень философская вещь, в которую хочется верить.

И между прочим, у Вилли Нельсона целых две песни попали в саундтрек к ГТА — и в Сан-Андреас, и в пятую часть. А Кэш соло лишь только в ГТА 5 отметился, но зато с очень бодрым «Генералом Ли».

— Хорошо. У меня есть лишний билет, — пожал плечами. Было бы о чем спорить.

— Два! — потребовала Селеста. — Мистер Синклер также нуждается в хорошей музыке. И доктор Кроуфорд просил вам передать, что вы разочаровываете долгой творческой паузой. Начните творить немедленно!

— У меня еще четыре билета в запасе.

Предлагал Рамону, но он не любитель кантри. Как и Майкл с Лизой, ну и для них у меня особенное задание образовалось.

— Крис, уговор в силе? — спросил Монтгомери.

— Да, пошли, — кивнул я, — милая, мы заниматься спортом, чтобы оставаться в хорошей форме и не толстеть. Распланируете логистику до фестиваля без меня?

— Хорошо. Всё учтем, — подтвердила девушка.

Спортивный зал Хармана, где находились корты для сквоша, располагался буквально в соседнем здании, тут же, на территории кампуса. Корты, конечно, громко сказано — бетонная коробка без окон, с прячущимися в металлических защитных коробках люминесцентными лампами.

Инвентарь выдавал латинос за стойкой администратора, со значком МЕЧА, мне он приветливо помахал, а у Монти студенческий билет проверил.

— А дай-ка нам большой мяч вместо ракеток, — заприметил я вполне нормальный, может, чуть меньше, футбольный мячик.

— Играешь в соккер-сквош? — спросил Синклер. — Я никогда не пробовал.

— Никогда не играл. Но мяч пинать умею, а ракетку в руках не держал.

Чистая правда. Со сквошем ни теннисным, ни футбольным я никогда дела не имел, как и к ракетке не притрагивался, но… бетонная трансформаторная будка во дворе воронежской девятиэтажки познала боль от множества ударов мяча при игре в «козла». Суть та же самая — попасть выше границы на стене, но уже по-футбольному, взаимодействуя с мячом ногами или головой. Совсем другой коленкор! Я, признаться, морально готовился сливать воду и сушить весла, то есть проиграть по всем статьям, выполнив задачу максимум — не заработать фингал. Но что мне мешает стать тем самым джентльменом, меняющим правила?

Переоделись и переобулись. Я сменку заранее взял, зная, что меня ждет. Ну, понеслась! Я несильно ударил носком кроссовка по мячику, целясь выше линии. Получилось! Даром что обувка для повседневных пробежек, а не футбольные бутсы. Пока что у нас не соревнование, а больше разминка.

— Могу я спросить совета? — уточнил Монти, и сразу продолжил, уверенный в ответе. — Я собираюсь представить мисс Скай родителям, как… постоянную спутницу, им уже донесли о наших отношениях и оттягивать знакомство дальше невозможно. Поездка на выходных — удобный повод.

— Не превращай встречу в ситком, говори открыто и прежде всего обсуди с Селестой, — посоветовал я, отбив мяч, более легкий, чем типичный футбольный, ближе к волейбольному. — Она немного витает в облаках, но не дура и пойдет на уступки, например, в форме одежды.

Чудеса тактичности проявил и не сказал прямым текстом «пусть наденет бельё».

Синклер несколько неловко принял отскочивший мячик на грудь, ударил ногой, но не смог

— Разумно. Я познакомился с ТВ-шоу данного жанра и нахожу их утрированными, — Монти удачно подал, и я позорно зевнул отскок, упустив мяч.

— Продолжая тему моего отца — я приглашаю тебя и мисс Ким с ним позавтракать. Монтгомери Синклер Второй хотел бы разобраться, у кого работает его сын, и каковы перспективы твоего бизнеса и моего участия. Вас с Линдой это ни к чему не обязывает.

Голову надо беречь, я ей код пишу и вообще временами мысли думаю, но… отскок от стены я поймал серединой лба прямо-таки рефлекторно и перенаправил прямо чуть выше черты. Очень низкий отскок, партнер по «козлу'не успел. Теперь, если бы кто-то вел счет, у него было бы 'ко» и так до 5 очков, пока все слово не получится. Ну или до шести, если играть на испанском и собирать «каброн».

— А как же самостоятельность?

— Отец не станет вмешиваться.

— Завтрак у вас дома?

— Да, в Ранчо-Кукамонга у подножия гор Сан-Габриель, это недалеко от Сан-Бернардино.

Пояснение Синклер дал, не заметив в моем взгляде особого понимания. В благословенном двадцать первом веке я бы загуглил, а так пришлось на веру принять.

— Форма одежды?

— Неформальная. Но лучше надень пиджак, а мисс Ким пусть воздержится от худи и выберет платье.

Монти очень ловким и внезапным финтом пяткой отправил мяч в дальний угол комнаты и я не поспел к отскоку, счет стал «каб» — «каб». Может быть, он еще и футболист? Полнится земля калифорнийская талантами.

— Принято, друг.

Далее мы минут на десять сосредоточились на игре, не желая уступать и взвинтили темп. Жестко-жестко-жестко! Куда там утренним пробежкам, давно я так не уставал и не обливался потом.

Я саданул просто на силу и показалось, что в ноге что-то хрустнуло, но Синклер не успел среагировать на отскок. Вернее, успел убрать голову. Ему тоже ни к чему фингалы. «кабр»-«каб».

— Я предлагаю вылететь в пятницу вечером, переночевать в отеле, утром побывать в гостях у моей семьи и уже далее ехать на концерт.

Дыхалка начинала дохнуть, нога болела в месте укуса, но я сжал зубы и уперся. Синклер явно в форме получше моего, но тоже злоупотребяет макарошками, кто же их не любит. «Кабр»-«кабр».

И финальный раунд на звание каброна я все же проиграл, но по техническим причинам — спортивные туфли из приличного магазина приказали долго жить и попросили каши. Подошва отклеилась. А вот дешевые кеды из Зонко наверняка продержались бы до конца раунда.

— Повторим! — тяжело дыша, решил я. — В подвале офиса сделаем такую же комнату и будем играть постоянно.

— При-принимается, — с таким же сбитым дыханием подтвердил мой товарищ.

До конца недели таинственные негры-домушники нас не побеспокоили, но сигнализацию нам все одно установили. Через агента по недвижимости мы связались с хозяином дома и договорились с ним разделить расходы пополам. Итого пятьсот долларов за установку и 30 дополнительных в месяц стоят душевного спокойствия. Хотя, конечно, если настоящие профи возьмутся, все одно проникнут. Вот только брать у нас дома такого ценного нечего. Разве что лоурайдер угнать.

В четверг вечером я выдал запланированное поручение Майклу и Лизе.

— Предлагаю вам на следующей неделе съездить в командировку, в Чикаго, на выставку потребительской электроники CES 1983, крупнейшую в стране, — объявил им, — начнется на следующей неделе, продлится три дня. Проведете хорошо время и заодно выполните шпионскую миссию.

— А сам не хочешь, босс? — спросил Майкл.

— Начиная с декабря, это была бы пятая моя конференция за полгода. Перебор, учитывая, что в июле еще литературный БейКон.

— И что нам нужно сделать? — спросила Лиза.

— Искать, во-первых, игры, похожие на «Амбиции Нобунаги» и их авторов, чтобы я их проинвестировал или нанял.

Тут имеется надежда повстречать Сида Мейера или автора «Героев» и «Кингс Баунти»… я же помнил, как его зовут. Но сейчас не помню. Можно ли считать, что он мне как член семьи?

— Во-вторых, обращайте внимание на все остальные игры, которые покажутся новаторскими. В-третьих, — я достал подаренную Армстронгом консольку от Микровижн, — все что угодно с такими экранами с кубиками, но желательно побольше.

И, должно быть, это черная магия и благая воля Макаронного Монстра, но с четверга на пятницу ночь позвала меня. Я взял бумажку и записал текст.

А затем переписал, так как с первого раза вспомнил не очень хорошо и пришлось совершить еще несколько итераций. Отличный трек из моего постоянного плейлиста и оба в стиле темного мрачного кантри. Группа «Призрак Джонни Кэша» делала каверы на легендарного певца и солист у них звучал очень даже похоже. Будто призрак Кэша на самом деле вернулся, дабы подарить слушателям еще немного своего творчества.

Зачем это мне? Да сам не знаю! Но текстом я не ограничился и, взяв свой Коммодор 64 и наушники, чтобы не мешать уставшей за день Линде отдыхать, я записал еще и минусовку. Грубое подобие настоящей музыки, за которое меня нужно избить гитарой, как того копа из песни «Гнилых мозгов». Но все равно записал. Сначала в музыкальной программе, а затем и на кассету. Полночи провозился и даже на моё тугоухое мнение фальшиво получилось, но суть мелодии вроде как неплохо удалось передать.

Вспомнилась мне «Долина пистолета» — одна большая отсылка на популярный у буржуев библейский псалом про «долину смертной тени» и «не убоюсь я зла». Она буквально создана для Джонни Кэша, даром, что написана уже после его смерти. Плагиат — это плохо, да? Несомненно. Но Селеста требовала от меня песен, профессор Кроуфорд, миссис Уайт, а их есть у меня. Просто я совестливый пендехо, который не хочет воровать слишком много материала.

Записал, а утром дал послушать Линде.

— Дьявол умер, когда я был рожден… — прочитала она вслух. — Вау! Я так и представила Клинта Иствуда, как героя этой песни. Очень мощный образ сурового парня, который на хорошей стороне. Ты с Гектора персонажа писал? Он ведь сейчас настоящий ковбой.

С братом Криса я созванивался каждый вечер — просто удостовериться, что он не одичал без жены и узнать, что у теть Лены все хорошо. Их с Валенькой выписали как раз в четверг.

— Саундтрек для «Долины проклятий», — объяснил я, — как мне кажется, идеально подходит.

— Да! Вот прямо в яблочко, — согласилась девушка, — жаль, компьютер позволяет записать только ноты для игры, а не голос певца.

Результаты своих трудов я всучил удачно пойманному в особняке на кухне

— Ты, говорят, собрался переезжать.

— Ага, чувак, съехаться с тыковкой. Типа, семья. Она ради меня от Голливуда отказалась, а девчонкам — им же надо вить семейное гнёздышко. Как Трейси говорит, смекаешь?

Вообще-то не отказалась, а несправедливо выгнали, но поправлять приятеля я не стал.

— Вот, я записал, изучи, — протянул листок со словами и кассету.

— Новая песня! Чувак, ты прямо лучший! Типа, будет денег на аренду. У нас и так есть, я же как бы немного звезда, но все равно шикарный подгон… что это за дерьмо⁈

Это он выдал, когда почитал текст.

— Песня. Да, я знаю, что не очень хорошо сочиняю.

— Си-си, не прибедняйся, ты придумываешь отпадно, но это же кантри. Какого дьявола? Я ненавижу это дерьмо со времен Теннеси! Погоди, дай послушаю.

И я смиренно ждал, пока он прокрутит мелодию до конца на имеющемся при себе плеере.

— Дерьмово сыграно, Си-Си, но ты же не музыкант, простительно. И, чувак… это не кантри. Там обычно про то, как фермер весело бухает после того, как от него ушла жена к кузену и всё такое. А тут как будто Клинт Иствуд набил револьвер серебряными пулями и идет мочить Сатану. Я это не спою… тут нужен уставший от жизни дед типа Джонни Кэша. Пошли кассету ему. Только не эту! Давай я по-нормальному запишу, на живой гитаре и с голосом. Получится всё равно отстойно, но попробую…

Готовую запись он мне отдал уже незадолго до отправки в аэропорт.

— Полный отстой, чувак, но не песня, а я отстой. Ну ты понял. Моё дело — рок и металл, а это суровое ковбойское дерьмо. Не в том смысле, что плохое, но мне не подходит.

То ли Эдди перфекционист, то ли я ничего не смыслю в музыке, но получилось у него, на мой вкус, шикарно. Очень похоже на голос «Призрака Джонни Кэша» из моей головы. Качество записи из домашней студии и в самом деле оставляет желать лучшего, но критерий оценки у меня один — захотелось или нет включить себе в плейлист. В данный момент — очень даже возникло желание. Права Трейси по поводу того, какой он талантливый.

В пятницу вечером утром я, Линда, Монти и Селеста вылетели из аэропорта Окленда в Онтарио. Не в канадскую провинцию, там мне делать нечего, разве что выдать положенную порцию чингасос плагиаторам из Диджитал Дизайн Дрим. В небольшой городок неподалеку от Сан-Бернардино, где есть гражданский аэропорт. На нашей Калифорникейщине вообще с аэропортами всё очень хорошо, стоит отметить. Чуть ли не в каждом райцентре свой имеется.

В самолете случилось эпохальное — я одолел Монти в шахматы, но не потому, что сам показал выдающуюся игру, наоборот, мысли мои крутились вокруг другого. Просто противник выглядел рассеянным и витающим где-то еще. Решающим иную задачу.

На месте переночевали во вполне сносном мотеле и утром субботы вызвали такси поехать в другой мир — обитель старых денег и номерных аристократов.

— Я смотрюсь достаточно квадратной? — спросила Селеста, когда мы вышли встречать машину. — Мистер Синклер попросил потакать чопорным взглядам его родни.

Пассия Монти сегодня выглядела не собой. «Бабушкино платье» серого цвета, закрытое с любого ракурса, туфли-лодочки на низком каблуке. Волосы, скрученные в пучок. Тёть Лена так в тюрьму наряжалась, вот и дитя цветов, оказывается, владеет искусством преображения.

И Линда ради этого визита нарядилась в легкое голубое платьице, купленное в японском торговом центре. Ей очень идет, несмотря на то, что и плечи закрыты, и юбка длинная. Чем не повод влюбиться еще раз?

— Вы чудесны в любом образе, мисс Скай, — похвалил ее Монти, — прошу прощения, что вынуждаю вас пойти на эти жертвы. А вот и машина.

— Добро пожаловать в «Синклер Оакс», — провозгласил Монтгомери, когда такси с просторным салоном вывезло нас к территории роскошного поместья и водитель посигналил с просьбой открыть. Ну так-то не сильно роскошнее моего собственного особняка! Площадь заметно побольше, но всего два этажа против моих трёх. Что впечатлило — несколько мощных и явно старых дубов, образовавших ветвями арочный проход. Возраст деревьев наверняка за сотню перевалил. Да и в целом садовники явно не зря хлеб едят, всё очень ухоженное.

Выбраться из машины нам помог слуга, лакей, дворецкий или еще какой мажордом… пожилой дядька в отутюженном сюртуке, глядя на который, мне стало стыдно за свой приличный, но не пошитый на заказ пиджак.

— Спасибо, Руперт, — поблагодарил слугу Монтгомери, — познакомься, это мой работодатель мистер Кристобаль Колон, его невеста мисс Линда Ким и мисс Селеста Скай, моя близкая подруга.

Все поздоровались. Я уже подсознательно ожидал от дворецкого британского акцента, но стереотип не сработал — нормальная спокойная речь, чем-то самого Монти напоминающая. И это логично, «с кем поведешься», то есть у таких вот номерных аристократов давно работающий «Альфред» — уже вполне себе часть семьи.

— Мистер Синклер распорядился подать завтрак на террасе с видом на горы, — сообщил слуга, — позвольте вас проводить. Леди, вы прекрасно выглядите.

— У этого места чудесная атмосфера, — похвалила Селеста. — Спасибо за гостеприимство, Руперт. Монтгомери очень много о вас рассказывал.

Надеюсь, кормить нас собираются не овсянкой?

Глава 12

Приняли нас на уютной террасе с видом на пасторальный пейзаж. Вообще, несмотря на то, что куры у родителей Монти денег явно не клюют, ощущения дорого-богато и дурного пафоса нет.

— Монтгомери Синклер Второй, мой отец, — представил нам Монти свою пятидесятилетнюю копию, а затем назвал каждого из нас.

— Кристобаль Колон, президент Каналья Софтвэр, его невеста Линда Ким и мисс Селеста Скай… мы с ней поддерживаем романтические отношения.

Совет «не превращать знакомство в комедию положений» Монти, очевидно, принял.

И… ничего не произошло. Кроме того, что мы приятно покушали хорошую еду и поболтали о бизнесе. Мистер Синклер пожал ладонь мне и галантно поцеловал руки девушкам. И всё. Никаких комментариев в духе «хиппи не место рядом с моим сыном» или «я разочарован твоим выбором, младший». Полная иллюзия того, что всё идет по плану. Умеет «Монти Старший» лицо держать, даже если в деталях его что-то не устраивает, не отнять.

Чем кормят номерных аристократов утром в субботу? Мы отведали яйца-пашот, то есть сваренные в мешочек, поданные с поджаренным беконом и ржаными гренками. Еще на столе находились нарезка из слабосоленого лосося, сырное ассорти, апельсиновый джем, свежесваренный кофе и круассаны. Неплохо, как по мне.

Перед тем, как завязать разговор, Монти Синклер Второй позволил мне поесть и только затем поднял важные темы.

— Итак, мистер Колон, акции Уорнер

— Боюсь, его не остановить никакими антикризисными мерами, сэр, — честно признал я. Не защищать же мне Атари, в конце-то концов. Эти пендехо сами виноваты.

— И несмотря на это, вы продолжаете работать в падающей отрасли? Не планируете сменить вид деятельности? Базы данных, я слышал, очень перспективное направление. Ваш алгоритм «Герцогской сортировки», по отзывам экспертов, очень хорош, а сортировка и управление данными — близкие направления.

— Да, очень близкие. Я обязательно займусь базами данных, но потом, не сейчас. В данный момент мы занимаемся играми.

— Эксперты говорят, что видеоигры скоро уйдут на свалку истории, как диско и вестерны.

— Не спешите хоронить вестерны, сэр. И тем более игры. От того, что у Атари проблемы, люди меньше играть не стали.

— А вы как считаете, дамы? Надеюсь, мы не утомили вас разговорами о бизнесе?

— Все мы знаем, что динозавры вымерли… — сказала Селеста, — но секунду… прислушайтесь… пожалуйста… не разговаривайте. Слышите? Это соловей поёт. Доктор Роберт Бэккер в своей известной статье убедительно доказал, что птицы — прямые потомки динозавров. Неповоротливый мастодонт, может быть, и при смерти, но…

— Но уточки процветают, — дополнила за подругой Линда и покраснела, — простите, это шутка.

— И когда вы планируете выйти на биржу, Кристобаль? — уточнил Монтгомери Второй.

— Пока таких планов нет. Взгляните на ту же Атари или нынешнюю Эппл. Инвесторы влезают в управление бизнесом, в котором ничего не понимают и больше создают компании проблем, чем помогают.

Вслух я не признал, но, пожалуй, внутренне готов рассмотреть продажу до четверти акций, если потребуется много денег и быстро, например, на запуск массового производства портативного Тетриса. Но даже так, полностью сохраняя контроль, Кен вынужден был прислушиваться к мистеру Хеллу в совете директоров. И нафига козе баян?

— А какие планы у вас есть, мистер Колон?

— Захватить мир, — улыбнулся я, — в переносном смысле. Стать компанией номер один на рынке видеоигр. Конечно, это в далеком будущем.

И не позволить жадным корпоративным пендехо испортить правила игры своими лутбоксами и ДЛЦ. Например, заставить всех для доступа в Каналья Стор подписывать манифест «быть хорошими и не пытаться выжимать из игроков последнии гроши агрессивной монетизацией».

— Почему именно игры? Это важный вопрос — я хочу понимать, на кого работает мой наследник.

— Это то, что мне нравится.

— «Выбери себе работу по душе, и тебе не придётся работать ни одного дня в жизни», верно? — процитировал отец Монти.

— Очень большое заблуждение, сэр. Работа остается работой, зачастую тяжелой физически и морально, даже если она приятная. Но когда любишь своё дело — добиваешься в нём успеха с большей вероятностью.

— И если я предложу вам миллион долларов за половину вашей компании прямо сейчас…

— То я откажусь, сэр, при всем уважении.

Учитывая, что основные интеллектуальные права я уже отписал на Каналья Интернешнл, и Каналья Геймс, кроме офиса разработки, ничем не владеет — можно брать миллион и отдавать половину от ничего, но глупо же надеяться на такую сделку. Мою бухгалтерию рассмотрят под микроскопом и продажу отменят до ее начала, а я репутацию мошенника получу.

— Почему вы наняли Монтгомери, вчерашнего школьника?

— Он умный, его мозги работают быстрее моих. Если спросите о его дальнейшей карьере, то всё зависит от того, чем Монти нравится заниматься. Все пути открыты.

— И бросить университет вы не потребуете?

— Нет. Ваш сын изучает бизнес, грамотные управленцы мне нужны не меньше программистов.

— На этом у меня нечего спросить. Моя супруга хотела бы задать много вопросов избраннице сына, но она сейчас в Нью-Йорке, это испытание вам еще предстоит, молодые люди. Надеюсь, что беседа с вашей точки зрения не выглядела допросом.

— Нет, сэр. Спасибо за отличный завтрак, у вас вкусный кофе.

И в самом деле очень хороший. То ли сорт премиальный, то ли личный повар хорошо умеет заваривать, но куда вкуснее, чем из кофеварки.

Всего мы пробыли в гостях не больше часа. Закончив с завтраком, обнаружили, что верный дворецкий Синклеров уже вызвал нам такси до места проведения фестиваля. И даже оплатил поездку.

Селеста еще в машине распустила волосы и сняла туфли, достав из своей сумочки легкие сланцы.

— Ну как я вам, мистер Синклер, не опозорилась перед вашим батюшкой? — с легкой насмешкой спросила хиппи.

— Мисс Скай, я верил в вашу способность очаровать его, иначе не инициировал бы встречу. Делать ход, ведущий к поражению — нелогично.

На сцене к нашему появлению уже пел квартет из четырех прилизанных мужчин в костюмах и бабочках, напомнивших мне о мистере Лоу.

Но отправились мы не наслаждаться их акапелла, а в кондиционируемую палатку экспо-центра, у входа куда нас уже ждали Джон и Мария.

— Привет! А я закончила школу и у нас уже был выпускной бал, — похвалилась Машенька, — а мой Джонни перевелся из Пасадены в городской колледж Беркли и я туда же поступаю. Будем учиться рядом, только на разных курсах. Я возьму бизнес, экономику, бухгалтерию и всю другую миерду, связанную с деньгами. Чтобы Джонни себе ей голову не забивал.

Парни пожали друг другу руки. Будет теперь кому с Синклером в шахматы играть. У Харриса мозги молодые и гибкие, и чтобы меня громить, лишь дебютной подготовки не хватает. Прошлись по выставочному шатру. Предельно пусто. Лишь на стенде Атари жизнь теплилась, да возле нашего какой-то халявщик искал, кто тут раздает бесплатные дискеты.

Ну и личная экспозиция Рокки все еще работала. Пошли туда полюбоваться напоследок на красивое. Показал Джону и Монти графический редактор, который мы превзойдем.

— Крис! Дружище! Как потрясающе, что ты все еще здесь! А я опасался, что вы не приедете на четвертый день, — окликнул меня знакомый голос, — стоп-стоп-стоп! Ты сам Джон Харрис! Я тебя обожаю! Дай я тебя обниму за каждый раунд в Зубодробилку! У тебя потрясающая, очень интересная великолепная игра! А уж что ты сотворил с текстовым редактором — истинное чудо. То, что вы, два молодых гения, сотрудничаете — невероятная удача. Монти, приятель! Как я и тебя рад видеть! Ты не встречал больше того фальшивого Фишера? Я бы хотел взять у него реванш! О, Селеста, и вы тут! Вам очень идет… эта мужская рубашка. Потрясающе оригинально!

Ага, хиппи не стала ограничиться сменой обуви и распущенными волосами, и переоделась в сорочку Монтгомери, подпоясавшись широким ремешком. Я еще в 2025 подобную моду подмечал, а оказалось, что она более древняя.

— И Линда! Я смотрел выпуск ЙЕП, посвященный Японии, захотелось там побывать и завоевать весь

— Мистер Возняк, я очень польщен… — начал мой коллега.

— Нет-нет-нет, чувак, так ко мне обращаться не круто! Мистер Возняк — это мой отец, он аэрокосмический инженер и заслужил такое обращение. Он, кстати, очень любит кантри и сегодня тут на фестивале. А я просто Стив, Воз или Рокки. Мне нравится Рокки, но почему-то всё меньше людей меня так называют. Вот Крис и Линда не подводят.

— Орале! Вы тот миллионер, что подарил Кристобалю диск, с которым мы чуть не надорвались! — воскликнула Мария.

— У вас очень чистая аура, — похвалила Селеста.

— Рокки, это Мария и Селеста, — представила Линда, — они встречаются с Джоном и Монти.

— Девушки, вы прекрасны и восхитительны. Не будь я женат на Кэндис, позавидовал бы вашим кавалерам. Как вам фестиваль? Сегодня тут не так шумно, как на прошлых выходных и зрителей куда меньше, но все равно больше пятидесяти тысяч. По совету Криса я пригласил Джонни Кэша. Что за потрясающий человек!

— У Криса как раз есть с собой песня, записанная Эдди, — выдала меня Линда, — она как создана для мистера Кэша.

— Я собирался попробовать отдать ее после концерта, на раздаче автографов. Наивный план, — признался я.

— Мистер Коламбус, вы ничего не желаете мне показать? Или дать послушать? — с интонациями строгой училки, требующей у прогульщика домашнее задание, потребовала Селеста. А я попросту закрутился со всеми этими встречами и забыл, что ей нравится мой плагиат.

Хлопнул себя по лбу, мысленно обозвав пендехо, и передал плеер друзьям.

— Настоящая мужская музыка, — похвалила Мария.

— Герой — как персонаж комикса, антигерой… в хорошем смысле. Я люблю комиксы, — одобрил Джон.

— Мистер Коламбус, это то самое, о чем вас просил доктор Кроуфорд — новая грань вашего таланта, — похвалила Селеста, — сочетание библейского псалма и спагетти-вестерна.

— Си-Си, просто невероятно! Хочешь, мы отдадим кассету самому Джонни Кэшу… нет… перед концертом у него нет времени, а после не останется сил. Отнесем лучше Марти, зятю мистеру Кэша. Этот парень потрясающий! Пойдемте, я вас познакомлю!

Хотел бы я когда-нибудь стать таким же гиперактивным энерджайзером, что и Возняк. Или нет? Если каналья вроде меня начнет не флегматично ковыряться в коде с редкими всплесками идей, а профессионально наводить суету, то я вскоре останусь в полном одиночестве в компании одного лишь верного Дюке.

Логичнее стало бы провести за кулисы, в зону, где разместили артистов, только пару человек. Меня и Линду, например… но Рокки, как на прицепе, потащил всех и никто ему не возразил.

Где-то в лабиринте вагончиков и трейлеров Воз и нашел нам совсем молодого парня с копной черных волос, одетого в расшитую в американском народном стиле рубашку. Ну как молодого — с позиции сорокапятилетнего мужика, а так примерно возраста Эдди или Билли, на несколько лет младше Гектора. А ведь я его знаю! То есть видел, на концерте в Рино, в такой же ковбойской рубашке — он подыгрывал из второго ряда.

— Мистер Возняк? — удивился парень, узнав главного организатора фестиваля.

— Привет, Марти! Познакомься, это мои друзья. Крис, Линда, Монти, Селеста, Джон и Мария. Они хотят дать тебе послушать одну запись. Точнее, мистеру Кэшу, но я решил, что беспокоить его перед концертом — перебор.

— Ох, мистер Возняк, знали бы вы, сколько демок нам после каждого выступления передают непризнанные гении со всей страны. Без обид, ребят, вы, наверное, отличная группа, но если слушать материал всех, кто просит, времени на своё творчество не останется. Спасибо, что не стали Джонни беспокоить. Он сейчас не в духе из-за жары и журналистов. Представляете, какой-то писака заявил, что такому реликту не место на одной сцене вместе с молодыми исполнителями…

Квартет братьев Трешер — прилизанных мужчин в пиджаках и галстуках-бабочках как раз пел со сцены что-то акапельное. Каждому из них было уже хорошо так за тридцать. Я не хочу хейтить, музыка и музыка, но мне лично совсем их манера не заходит.

— Извините, мы не группа, просто зрители. Мне, так вышло, пришла в голову песня, а знакомый музыкант исполнил.

— Мистер Коламбус, не прибедняйтесь, — потребовала Селеста. — Вы современный Эдгар Аллан По!

— Просто послушай, Марти. Крис придумал потрясающий текст!

Отказать главному спонсору фестиваля всего лишь молодой музыкант не смог. Я протянул плеер с заранее перемотанной кассетой. Марти-не-Макфлай, хотя внешне чем-то похожий, его взял, надел наушники и нажал «плей».

Выражение лица зятя Кэша сменилось со скептичного на удивленное секунде на двадцатой.

— Это ведь рок-певец… я слышал его на радио про «Рот закрой», — констатировал парень. — Он примерно мой ровесник, очень хорош.

Послушал еще секунд тридцать и продолжил:

— Качество записи — полное дерьмо. Домашняя студия, да? Я не критикую, иногда и в условиях похуже пробники делаем. Ритм в паре мест сбит, будто он спешит. Но как гитарист, я хочу пожать ему руку и назвать своим братом. Передайте — пусть бросает рок и занимается акустической гитарой, это его призвание.

— Эдди сказал, что для этой песни он слишком молод.

— Да, так и есть, наверное. И текст… если вы отнесете его на радиостанцию или лейблу, вам скажут, что он неформат. Мне понравилось, и старику тоже по душе придется. Если оставите кассету, дам ему послушать в автобусе. Но коммерческая ценность сомнительна, говорю прямо. Публика на фестивале вроде этого, может быть, и примет, а в ротацию не пустят. Лейблы и радиостанции хотят слышать электронные инструменты и синтезаторы, а не акустическую гитару.

— Хнык-хнык-хнык… — Селеста разрыдалась прямо на месте, прижавшись к груди Монтгомери, — зачем они хотят сделать музыку квадратной? Для чего?

— Не переживайте, мисс, музыка всё ещё круглая, — подмигнул ей Марти.

— Я же говорил, что ребята чертовски крутые! — улыбнулся ему Воз. — О божечки, я опаздываю! Ребят, увидимся уже в Беркли! Обожаю вас!

— Рокки, у меня есть еще один разговор, но и правда не сегодня. Я придумал одну крутую штуку и хочу посоветоваться, как воплотить ее в железе.

— Давай в понедельник, друг! Приглашаю вас ко мне в гости! Не против, нет? Тогда созвонимся и я объясню, куда ехать!

Посоветоваться я хотел по поводу все того же портативного тетриса. Ну вот прямо свербит изнутри, что упускаю с ним момент.

Концерт… пожалуй, слишком долго и чересчур жарко, да еще и не все кантри-группы одинаково полезны. Эдди бы сказал, что ненавидит это дерьмо уже на третьем коллективе. Это неправильное кантри! То самое, современное, потерявшее ковбойский дух. Какое-то прилизанное и с частично электронным звуком!

Открывшие фестиваль

Рикки Скаггс, с внешностью младшего брата батьки Кена, как будто экзамен в кантри-консерваторию сдавал. Виртуозно, но без души.

Чем мне не понравился Хэнк Уильямс, я долгое время не понимал, пока точку в сомнениях не поставила Селеста.

— Фууу… пластик! — объявила она и я сообразил, в чем дело — искусственный синтезаторный звук, так похожий на то, что я сам извлек из Коммодор 64, только на пару порядков профессиональнее. Именно про него зять Джонни Кэша и говорил.

Эммилу Харрис, Алабама, и даже Вэйлон Дженнингс — приятно и ненапряжно. Под них, наверное, неплохо кодить. Но не шедевры. На присутствие в моём плейлисте ни один не наиграл. Мы танцевали, пили колу, голова отдыхала. В целом хорошо, но местами квадратно и пластиково… и, наконец, произошло то, ради чего я сюда вообще приехал.

— Здравствуйте, я Джонни Кэш…

И все тысяч тридцать присутствующих взорвались овациями. В общем-то, знакомую мне программу человек в черном отыграл, она почти не изменилась за полгода. Что бы там ни придумали себе пендехо с радиостанций и из высоких кабинетов лейблов — настоящая музыка бессмертна.

Глава 13

Закрывал программу Ю-Эс Феста упомянутый ранее Вилли Нельсон. Зрителями принят был максимально тепло и его выступление стоило посмотреть хотя бы ради закрывающей «Снова в дороге», которая пророчила нам дорогу дальнюю.

В воскресенье утром Джон и Мария отправились паковать вещи для переезда, а в Лос-Анджелесе у нас оставалась пара незаконченных дел.

Во-первых, мы съездили позавтракать в «наше место» — дайнер тети Розы. Да, приятная мексиканка там всего лишь официантка, а не хозяйка, но иначе заведение назвать язык не поворачивается. Вот разбогатею, выкуплю кафешку на правах эксцентричного миллиардера и доброй женщине, не жалевшей кофе для двух нищих подростков, подарю. Вполне себе серьезное намерение, но потом, не сейчас. Пока что я все еще даже первый миллион не заработал. Окончательно я уверился в будущем намерении, когда официантка нас узнала и принесла именно тот набор продуктов, что мы всегда заказывали. Бургеры, картошку и вишневый штрудель. И кофе сверх заказанного подлила, как и всегда. Человек явно на своем месте и любит свою работу.

И второе дельце — знакомство с Виктором Кимом. С данной целью мы в дом родителей Линды и поехали, предварительно созвонившись из таксофона. Я и девушка, не весь наш табор.

Дверь открыл нам сам Джонатан Ким, урожденный Шан Цунг. Ладно-ладно, я знаю, что будущий тесть у меня — Чан Ван Зунг. И это всё, что Линда рассказала о его вьетнамском прошлом — сама не очень знает.

Под глазами у мистера Кима огромные мешки, явно не высыпается, но при этом мужчина прямо светился изнутри от счастья. Я так себе физиогномист, но тут любой пендехо распознает.

— Дочь, — кратко констатировал Ким.

— Отец, — кивнула Линда. До объятий дело не дошло. Всё-таки владелец швейного цеха заслужил прохладное отношение, несмотря на то, что делал шаги навстречу дочери.

— Твоя бывшая комната, дочь, — тихо сказал Джонатан и повел нас наверх по скрипучей лестнице. — В этом доме принято снимать обувь у входа, — добавил он для глупого… гайдзины у японцев, лаоваи у китайцев, фаранги у тайцев… как зовут глупых белых в этой семье, я не знаю. Тарадо бабосо, в общем! Обижаться не стал. Типичный пендехостанец и правда приперся бы в кроссовках.

А живут Кимы, надо сказать, не особенно роскошно, даже аскетично. Получше, чем мы ранее в Пальмовом Оазисе, все-таки капиталисты-эксплуататоры двух десятков рабочих, но не олигархи точно. Даже не средний класс. Весь первый этаж гараж занимает, с многострадальным ржавым пикапом и второй машиной — белым, более или менее свежим бьюиком. Тут же мини-склад для швейного цеха. Лестница выше узкая и скрипучая, вдвоем не разойдешься.

Наверху три комнаты, не очень больших. Суммарно с нашу воронежскую трешку-брежневку, то есть метров шестьдесят пять квадратных. Родительская спальня, детская и кухня-гостиная. Я очень бегло все взглядом окинул. Мебель не новая, из дешёвого двп, на полу потертый линолеум. Одного у Хеджин не отнять — чистоты. Ни пылинки в доме.

Сама кореянка на тощего всадника ночи мне похожей показалась. Ну вот кожа да кости. Не то, чтобы мы с ней друзья, даже не союзники, но добрый и жалостливый я, накормить захотелось. И куда что девалось? А вон оно куда. Это точно азиатский младенец?

Витенька с трудом помещался в установленную для него детскую кроватку, явно рассчитанную на грудничка нормальных весогабаритных характеристик. Его даже плотно пеленать по какой-то причине не стали. Может быть, у азиатов так не принято, или все пеленки оказались ему малы.

— Дочь, возьми брата на руки, — велел мистер Ким.

— Я? — опешила Линда. По лицу Хеджин я понял, что и она от затеи мужа далеко не в восторге. Но спорить почему-то не стала.

— Да. Это твой брат, возьми на руки. Жена, покажи ей, как держать голову.

Всё это «держание головы» — одна из самых пугающих вещей в мире. Во всяком случае, для меня.

Но моя Эль-Кей абсолютно бесстрашна и, вероятно, где-то тренировала секретные женские техники обращения с младенцами, так как уверено просунула руку под спину Витеньке и подняла брата из кроватки под пристальным взглядом Хеджин.

— А-а-у-ааа, — сообщил Виктор что-то крайне важное на языке новорождённых.

Ну как тут не подойти поближе и не умилиться, не нагнуться…

Бам! В глазах на долю секунды потемнело. Фаталити!

— Ах-ха-ха! — смех преобразил Хеджин и она левелапнулась просто до усталой тетки. — Так его, сынок, так ему, мальчишке.

— Хи-хи, он уже дерется, — Линда подтвердила, что и ей забавно, когда всяких каналий бьют пяткой в глаз.

— Надеюсь, фингала не получится. Младенцы мне пока что синяков не ставили, — поддержал я шутку. Надо же, почти нормально с Кимами общаемся. Все чудесатее и чудесатее.

— Ему меньше недели, мальчишка, — презрительно фыркнул Джонатан, — тебе даже лёд не требуется.

— Уа-а-аа! — нечленораздельно закряхтел Витенька. Такой маленький, а уже настоящий каналья. Не зря у его родителей фабрика по пошиву уточек!

— Мистер Ким, у нас скоро самолет во Фресно и потому мы не сможем как следует с вами пообщаться о делах. Но я хотел бы удвоить заказ на мерч с уточками, — озвучил я, потирая глаз, — и плюшевые игрушки, и футболки с уткой на спине и надписью «Каналья».

Лучший способ помочь им финансово, не затрагивая гордость будущего тестя и не заставляя его терять лицо. Этому здоровяку, небось, памперсы

И еще специальное питание, наверное. Вон, из мамки все соки выпил. А от нас не то, что не убудет… еще как убудет, деньги не бесконечные. Но считаю, что плюшевые уточки и футболки — это не расходы, а инвестиции. Еще, быть может, недостаточно заказанных объемов окажется и придется добавлять.

Внезапно теплый визит получился. Но далее мы и правда спешили на самолет до Фресно, чтобы еще и с теть Леной, которую выписали из роддома, повидаться.

С таким количеством перелетов по Калифорнии мне стоит задуматься о собственном самолете или вертолете, но нет, это глупая идея. Воз уже чуть не угробился, сев за штурвал своего легкомоторного самолета. Не хочу себе еще одну амнезию.

Но, слава великому Ктулху, долетели мы без проблем и турбулентности, и вскоре садились в машину к Гектору в аэропорту Фресно.

— Ола, карналь! — брат крепко обнял и меня и Линду. — Ты, вижу, совсем хефе стал, раз на самолете летаешь, а недавно еще… да неважно. Поехали познакомлю с моим сокровищем. Эта маленькая чикита — вот кто настоящая хефита в нашем доме. Стоит ей голос подать — и я таю. Готов на цыпочках вокруг нее плясать! Ты не представляешь, карналь, какое это счастье. Я самый счастливый человек в мире! Орале!

И так почти час, пока не добрались до Оукхерста. Там же… никаких открытий крошечная девочка мне не подарила. Младенцы, блин, одинаковые! Маленькие и хрупкие, прикасаться страшно. Елена, немного набравшая вес во время беременности, но оставшаяся прекрасной, аккуратно подала мне племяшку и я даже дыхание затаил. Всех мыслей — правильно держать голову. Я же не ошибусь? Не наврежу малышке? Может быть, и глупый страх, своя-то голова у меня на месте, а анатомический принцип — простейший и интуитивный. Но всё равно непередаваемое облегчение испытал, когда плотно завернутую в кулечек Валеньку у меня забрали.

Елена позвала всех за стол, до следующего самолета время в запасе еще оставалось, и только я успел вкусить чудесного моле, как в дверь постучали. Деликатно так, явно чтобы не побеспокоить ребенка.

— Карналь, откроешь? — предложил Гектор и показал руки, перепачканные в жареной курице. Никакой дедовщины, и сижу я ближе всех ко входу.

— Ага, — кивнул.

Дом у Гектора и Елены не такой и маленький, но от кухни до прихожей буквально пару шагов. Открыл дверь… там стояли две смуглокожие девочки лет тринадцати в скромных темных платьицах. У одной волосы в косички заплетены, у второй в пучок на затылке. Под ногами у них два объемных баула, в каких челноки вещи с черкизона продавали. Цыганки какие-то, что-ли?

— Эрес Гектор? — тихо, почти шепотом спросила та девочка, что с косичками.

Хлоп. Вторая отвесила ей смачного леща. У меня самого аж в голове зазвенело.

— Каллате ла бока, эступида! — зашипела вторая «девочка».

И где-то тут я понял, что «эступидо», то есть придурок — это про меня, так как девочкой она была лет, наверное, тридцать назад, просто в Шире день открытых дверей и мимо назгулов проскочила парочка хоббитов. Сетка морщинок вокруг глаз и жесткая складка у рта выдавали, что «школьнице» под пятьдесят. Если не «за». Это же не…

— Буэнос диас, сеньора, — постарался я быть вежливым.

Ответом стал неудержимый поток слов на испанском, из которых я улавливал только отдельные, хорошо знакомые. Какая злая пятидесятилетняя девочка. Явно не печеньки тут продавать пришла. Я почему-то считал, что теща Гектора окажется похожей на более возрастную версию Елены.

— Карналито, кто там такой, — пробасил Гектор, выйдя все-таки с кухни, вытирая руки бумажными салфетками, после чего узнал, какой он бабосо, торадо и идиото, и про то, что тишина должна быть в библиотеке. В том смысле, что ни полслова в полный голос, пока ее внучка спит.

— Не ори! Разбудишь ми ниета — я оторву тебе хуэвос и скормлю собакам! Быстро взял сумки и занес в дом! — грозным шепотом пообещала… не знаю, как её зовут.

— Мама? — удивленно пискнула вышедшая следом теть Лена. — Росита? Какая взрослая!

— Си, — грустно и тихо кивнула «настоящая» девочка. Пожалуй, у той есть весь потенциал годам к двадцати догнать высоких и статных сестер, как минимум, по росту.

Елена тоже узнала про себя что-то на испанском, про то, какая она пендеха, идиота и много незнакомых мне слов.

— Донья Мерседес? — спросил Гектор, глядя на тещу сверху вниз, но почему-то показалось, что это крошечная мексиканка стоит выше него, столько растерянности появилось в облике грозного чоло.

— А кто еще? Это Кристобаль? Си?

Захотелось пошутить, что не «Си», а Си-Си, или хотя бы Си-Плюс-Плюс, но мне хуэвосы не лишние, а собаки без свежего мяса отлично проживут.

— Здравствуйте, я Линда, — вот кому не пришлось стараться, чтобы говорить тихо.

— Ке флакита! — всплеснула руками бабуля Мерседес. — Авена! Почему ты не пьешь авену, чикита? Эленита…

И, наверное, целая минута ушла на выговор Елене за то, что не пичкает мою девушку овсянкой со сгущенкой. Между прочим, ложные обвинения — почти ежедневно Линда чудодейственное народное средство принимает и не сказал бы, что так уж впустую.

Власть в доме поменялась быстро и бескровно.

— Взял, понёс, андале! — скомандовала Гектору его тёща и тот беспрекословно подчинился. О карамба, здоровяку пришлось заметно напрячься, чтобы утащить багаж. И как две тоненькие мексиканки с ним справлялись?

Кажется, теперь я прекрасно понимаю, почему сначала Елена, а затем Изабелла сбежали из родительского дома.

— Ты Кристобаль, карналь Гектора? — на всякий случай уточнила Мерседес. — Ты Линда, подруга моей эступиды Беллы?

Наверное, это какие-то техники гипноза. Гендзюцу. Так-то я за словом в карман обычно не лезу и любого менеджера всегда мог на место поставить, когда тот берега начинал терять и к разрабам придираться. Но сказать хоть слово против железной воли доньи Мерседес язык не поворачивался. А требовала она от меня одного.

— Ешь! — протянула грозная гномиха мне курицу-грилль, извлеченную из баула, — Эленита, почему холодильник пустой?

Ага, всего лишь едва-едва не трескается изнутри. И в следующие несколько часов я был подвергнут оздоровительным процедурам по набору массы. Лекарства мексиканка и ее младшая дочь с собой привезли. Круглые такие таблетки, мясные, «котлеты форте». Донья Мерседес сделала предложение, от которого я не смог отказаться.

Росита — полная противоположность своей матери. И сестер. В том смысле, что очень тихая и даже лишнего слова не сказала, пока родственницы «орале» друг на друга шепотом по поводу и без.

Диктатор в юбке

И вот удивительное дело. На меня не ругались, не повышали голос, наоборот, хвалили и кормили, но понял, что пора ехать в аэропорт, я с огромным облегчением.

— Всего на три дня, мне надо продержаться три дня, карналь, — сообщил по пути Гектор, вызвавшийся отвезти нас с Линдой в аэропорт. — Я справлюсь. Уйду на долгую смену и просижу в медвежьей берлоге.

Вернулись мы в Эль-Серрито под вечер и несмотря на то, что, казалось бы, навсегда утратил способность поглощать пищу, в приподнятом настроении. Как же дома хорошо!

Доехали из аэропорта Окленда до дома… и я не сразу понял, что чего-то не хватает. Прошелся по комнатам, заглянул в вольер к Дюке, с ним обязалась гулять и наверняка гуляла Трейси, почтовый ящик проверил. Что-то не так, но что? А затем как понял. Лоурайдер! Моей яркой фиолетовой машины, подарка Гектора, не оказалось под навесом рядом с домом. Орале! В плохом смысле!

— Милая, ты не видела, где я оставил свою машину?

Обычно, если спрашивать про что-то из одежды или обуви, срабатывает женская суперспособность по поиску пропавших предметов и искомое обнаруживается прямо под носом у тупого мужика. Но не с ярко-фиолетовым перламутровым пикапом же!

— Машина? Лоурайдер⁈ — удивилась Линда. — На своем месте. У нас что, угнали машину?

Не мог же я забыть Эль-Камино на работе? Нет же? Ну точно нет, не настолько я тупой — отчетливо помню, что на Тойоте мы выехали в аэропорт, а Шевроле оставили на подъездной площадке. «Где моя тачка, чувак?»

— Милый, пошли к соседке! Она наверняка видела!

Миссис Хендерсон как раз пересаживала цветочки на клумбе. К ней и поспешили.

— Агата, нам нужна ваша помощь! Вы не видели, куда делась наша машина⁈ Фиолетовая! — спросил я, стараясь быть спокойным.

— Конечно видела, юноша, вы вчера на ней уехали и не возвращались, — степенно ответила старушка. — Сначала ваша распутная подруга увела пёсика на прогулку, а через пять минут вы за машиной пришли.

Распутница, видимо, Трейси. И отсутствие машины под навесом… буду честным, я и сам заметил не сразу.

— Но Крис вчера весь день был со мной в Лос-Анджелесе! — выпалила Линда.

— Да? — Агата по-птичьи повернула голову на бок и начала внимательно меня рассматривать. — Значит, машину угнали. О, старая я дура! Немедленно звоню патрульным, нужно заявить об угоне.

— Подождите, сначала мы позвоним адвокату.

Иначе виновным в угоне окажется проживающий поблизости латинос-каналья, то есть я. И никакое алиби не поможет! Может быть, это просто Рамон взял понтовую тачку покататься и перед чикитами выпендриться? Да нет, сомнительно. Санчес, может быть, и грезит лоурайдером, но ему совсем не обязательно угонять машину. Я и так ему ключи одолжил бы.

— Привет, пацан, — Лео как будто по дыханию меня узнал. — Все права на песню, которую притащил Эдди, я оформил, не переживай, если ты по этому поводу.

— У меня тут проблемка… — и я пересказал всю ситуацию по поводу пропажи.

— Какое первое правило общения с властями, пацан, помнишь?

— Ни слова без адвоката, — припомнил я.

— Верно. И не вздумай играть в Шерлока Холмса и расследовать угон самостоятельно. Если тебя пырнут заточкой на авторазборке, куда тебя приведет мистер Санчес, лучше не станет никому. Соберите все документы, подтверждающие, что ты был в Лос-Анджелесе. Пригодятся на случай, если на твоей машине кого-нибудь собьют или копы решат обвинить тебя в мошенничестве со страховкой… у тебя ведь есть страховка?

— Без полного покрытия, только на возмещение ущерба. Я не настолько богатый.

— Пацан, заканчивай мыслить категориями трейлерного парка. Ты достаточно зарабатываешь. Всё равно, не пытайся разобраться сам.

— Никакого мистера Холмса, Лео, — легко пообещал я.

Ну как, лейтенант Коломбо, у вас уже есть версии?

Глава 14

Итак, лейтенант, что вы думаете по поводу Рамона Санчеса? Фанат лоурайдеров, неоднократно имел доступ к ключам от машины и без ключа завести тоже наверняка умеет.

Во-первых, как уже подмечено, откровенно слабый мотив! Ему было бы достаточно попросить машину на время, если хотел впечатлить чикиту. И проныра Рамон дорожит моим добрым расположением. Его бизнес на меня записан! Во-вторых — не похож. Санчес на полголовы меня ниже, и более плотной конституции.

Вариант второй — случайный угонщик. Прогуливался внезапно совпадающий со мной комплекцией латинос по нашим «Горкам», увидел красивый лоурайдер, сел и поехал. Наверное, не невозможно, но всё посложнее. Не просто гулял, а присматривался давно, выбрал время, когда меня не будет дома, а Трейси уведет питбуля на прогулку.

Третья версия — привет из прошлого. Папито, тот каброн, что требовал от нас с Еленой десять тысяч, он ведь, по слухам, на север перебрался. Вот и взыскал несуществующий долг. Он здоровенный шкаф и за меня его при всем желании и старческой слепоте не принять, но у этих чоло всегда найдется знакомый, готовый угнать тачку.

Четвертая — Алехандро, Фернандо или еще какой-нибудь Роберто из МЕЧА. У меня с этими расистами с самого начала не заладилось. Обиделись и мстят. Скорее всего, даже на уровне простых пендехо-исполнителей, а не официального начальства. Они мне, к слову, еще обещанного программиста не прислали. И как-то уже не очень хочется.

Пятая… хорошие версии в голову не приходят, только вариации первых четырех. Например, с заменой случайных угонщиков на местных чоло, для которых я южанин, недостойный владения перламутровой машиной.

— Крис, нам нужна сигнализация для Тойоты, — тихонько попросила Линда.

Орале! Теперь еще и за вторую машину переживать. Но моя хайна права!

Я в автосигнализациях понимаю лишь то, что они постоянно орут по ночам под окнами питерских человейников, и слышат их все, но только не хозяин, а потому немедленно набрал Северную Аркадию. Заодно и алиби Рамона проверим. Трубку взяла Эсмеральда, подружка Санчеса, которую он в кино на «Звездные Войны» водил.

— Вы позвонили в «Аркадию Нортре», лучший зал игровых автоматов северной Калифорнии. Каждому рекордсмену уточка в подарок, — бодро оттараторила чикита.

— Привет, это Кристобаль Колон, мне нужен Рамон.

— Ола! Рамонито, иди сюда. Это наш хефе звонит!

Ну… если девушка работает в Аркадии, которая номинально принадлежит мне, я и правда в каком-то роде ее начальник.

— У меня угнали лоурайдер, — озвучил я главное.

— Что-о-о⁈ Эль Камино? Но мамес, хефе! Пута

Следующую минуту я слышал эмоциональную реакцию приятеля на мою пропажу и убеждался, что либо Санчес гениальный актер, либо мои выводы правильные и он совершенно не при делах.

— Нужна сигнализация на Тойоту, — закончил я выплеск обещаний найти пендехо и объяснить, что с канальями лучше не связываться.

— Будет, хефе! Завтра же! У Пепе есть, я привезу и поставлю! Ну надо же…

Всю следующую ночь я периодически прислушивался, не угоняет ли кто нашу Селику Супру. Глупая тревожность, но что поделать. И страховку с полным покрытием, вероятно, стоит таки оформить. И Линда, думая, что я не вижу, когда ходила ночью попить водички, проверяла, на месте ли белая Тойота.

Никуда машина не делась. Возможно, потому, что на теплом капоте на ночь пригрелась кошка Каналья. Определенно, стоит озаботиться нормальным гаражом с металлическими подъемными воротами. Но для этого сначала придется дом выкупить. В принципе, оно того стоит. ИП Кристобаль Колон купит дом и начнет сдавать физлицу Линде Ким, списывая амортизацию… и не прокатит. Налоговики в Пендехостане суровые, живо сообразят, в чем трюк. Значит, просто купить домик, а борьбу за уменьшение налогов другими способами вести.

Утром, после обязательной пробежки с Дюке, я застал Линду разговаривающей по телефону.

— Ага! Ждем! Разместим вас пока в офисе, но лучше найти свой дом. Только с гаражом, у нас тут, представляешь, машину угнали. Уже нашлась! Как доберетесь, расскажу, а на вечер, напоминаю, нас всех Рокки в гости позвал. И ничуть не неудобно. Ждём!

— Нашлась? — спросил я главное. Понятно, что собеседник Линды — Мария Кастильо и они с Джоном выезжают. Часов шесть-семь в дороге и окажутся в наших краях. Насчет приглашения Воза тоже всё ясно. Но нашлась?

— Нашлась! — просияла Линда. — Лео звонил, едва ты ушел. Полиция пробила по базе данных, на штрафстоянке в Окленде. Эвакуировали вчера вечером за неправильную парковку под знаком. Ну каковы курвы!

— Полные пендехо, — согласился я с некоторым облегчением, — но кто угнал, неясно?

— Лео не сказал. Но очень хорошо, что машина нашлась. Это же подарок твоего брата, а не просто железная коробка с колёсами.

Набрал адвоката немедленно.

— Привет, пацан, так и знал, что ты перезвонишь. Твою Эль Камино бросили в Окленде впритирку к пожарному гидранту. Кто и когда точно — копы не выяснили. Штраф там набегает приличный, долларов триста, но не вздумай его оплачивать — это все равно, что расписаться в признании вины. Дай мне несколько дней и я освобожу твою колымагу из клетки.

— Лео, какой пендехо это сделал?

— Копы уверены, что ты сам. Свидетельства из Эл-Эй и Фресно их укорачивают, но все равно мне придется еще поругаться с ними. Штрафная стоянка — частная фирма и в любом случае хочет денег за эвакуацию и содержание. Если интересно моё мнение — кто-то специально пытался тебя подставить под штраф, пацан. Вспоминай всех парней, которых обидел.

Интересно, стоит ли считать Атари, Ника Хелла и Рут Кавано? Для их масштабов как-то мелковато.

— То есть, я просто жду?

— И не высовываешься. Помни главное правило.

Отправился на работу — работать. Как раз там Монтгомери впервые должен выйти на полный день, а Майкл и Лиза — отбыть на компьютерную выставку. Главной новостью стали прошедший фестиваль и автоугон. Маленькая компания, все всё знают.

— Кристобаль, Линда, мисс Скай очень благодарна вам за шанс увидеть мистеров Кэша, Нельсона и Дженнингса. И просит копию записи новой песни для профессора Кроуфорда, — перед началом рабочего дня обозначил Монти.

Работа, работа, работа… звонок из Чикаго о том, что наши друзья-коллеги долетели и разместились в отеле. Снова трудовыебудни. Монти делал новые уровни для VVVVVV, Линда взялась рисовать концепт-арты для обещанного мной «Поместья Древних», у троицы из Сьерры ладились отдельные задачи по «Долине Проклятий», авось короткую демку к поездке БейКон соберут — Желязны впечатлить. Обязательно с добавлением «Долины пистолета» в саундтрек.

Так до обеда и проработали.

Динь-динь! — прозвенел входной звонок. Для Джона и Марии рановато. Нам не помешал бы видеоглазок, чтобы сразу узнавать, кто там пришел.

— Я узнаю, кто там! — вызвался Блейз и вернулся он… с прилично одетым смуглым латиноамериканским юношей.

— Добрый день, я Роберто Рамирес, — поздоровался парень на безупречном английском без малейших признаков акцента. — Меня направили сюда из студенческого профсоюза.

— Си-Си, он что, твой кузен? — беспардонно спросил Чак. — Издалека можно спутать!

Что скажете, лейтенант Коломбо, подойдет юноша на роль угонщика? Преступник всегда возвращается на место преступления.

— Издалека очень похож! — громким шепотом сообщила Линда и взглянула на меня с этаким намёком — «делай выводы».

— Это… внезапно. Привет, я Крис, можно Си-Си, — протянул ему руку. — Присаживайся, расскажи о себе. Мы тут люди простые, молодые, только дядюшка Говард тридцатилетний старик.

Названный программист понял, что я не серьезно, и заулыбался.

— Как я и сказал, меня зовут Роберто, можно просто Роб. Мне восемнадцать, поступил на первый курс Беркли.

— Ар-Ар! Нет, Ар-Ту! У нас в студии будут Си-Три и Ар-Ту! — расхохотался Чак.

Я тоже улыбку не удержал. Если новичок от таких безобидных подколок сагрится, то не место ему среди нас, независимо от того, угонял он мою машину или нет. Вроде как нормально воспринял.

— Не обращай на ребят внимания, Роб. Откуда ты? Насколько хорош, как программист?

— Мои родители приехали из Коста-Рики, но я родился уже в США. В данный момент мы живем в Окленде, но я получил место в общежитии университетского кампуса и переезжаю туда. Как программист, я занимал призовые места в соревнованиях в 81-м среди юниоров, и в этом году, уже среди взрослых. Я решил все пять задач, но парень, занявший первое место, уже работает несколько лет программистом и справился быстрее.

Окленд! Именно там нашли мою угнанную машину. Повод ли это отнестись к Ар-Ту с подозрением?

— Простите, можно вопрос? Почему Си-три? Кристобаль Колон — это же две Си?

— Третья, наверное, из слова «Каналья», да, Чак?

— Ага! В точку, босс!

— Приведи пример задачи, которую решал на соревнованиях, — предложил я.

— Дано число N, необходимо найти самую правую ненулевую цифру числа N-факториала, причём не вычисляя N-факториал полностью.

Эээ… тут я капельку поплыл. Олимпиадные задачи по программированию несколько бессмысленные и беспощадные. Однако программисты с олимпиадным опытом и нормальный прикладной код пишут.

— Роберто, ты любишь видеоигры? — спросила Линда.

На самом деле, важный вопрос.

— Не все. Аркадные автоматы кажутся мне бессмысленной потерей времени. Но некоторые головоломки мне очень нравятся.

— Тетрис? — это спросил Говард.

— Я запретил себе в него играть после

— Напишешь прямо сейчас сортировку на Паскале? — я протянул парню листочек и ручку.

И тот написал — Дюкесорт! С парой досадных пропущенных запятых, но это неважно.

— Это эффективный современный алгоритм из журнала Байт, — пояснил Роб.

— Какие отношения связывают тебя с МЕЧА? — спросил я. Не хотелось бы, чтобы этот скромный парень, понимающий в алгоритмах, оказался двинутым активистом.

— Они мне помогли с общежитием при условии, что я пройду у вас собеседование.

Ну, на хорошего джуна точно тянет. Остальному научим. Вот и от мексиканских расистов из МЕЧА какой-то толк появился. Если бы еще не ситуация с угоном лоурайдера…

— И еще одна вещь, Роберто, — спросил я с нотками лейтенанта Коломбо. — Тебе нравятся лоурайдеры?

— Мне? Нет, мне вообще не нравятся машины, я даже права получать не хотел, но отец заставил. Зачем они мне, когда есть БАРТ?

Ну что за золотой парень! Я в Питере тоже предпочитал перемещаться на метро и своих двоих. Но совпадение все равно чересчур подозрительное. До крайности! А не засланный ли казачок? Но каких-то прямо больших тайн он на должности джуна и с подпиской о неразглашении если и выведает, то не разболтает.

— Зарплата семь долларов в час тебя устроит?

Вполне нормально для уровня джуна. Бренда поначалу столько получала.

— Да, но предупреждаю, что моё расписание, начиная с сентября, будет зависеть от университета.

— Добро пожаловать в команду. Твоим наставником поначалу буду я сам, — а ведь мы ровесники, но при всей внешней схожести со мной — как пацан-пацаном Ар-Ту воспринимается.

Появление Роберто сместило фокус обсуждения на него сразу, как парень ушел, однако все изменилось, когда приехали Джон и Мария.

Машеньку все наши гики, не считая Говарда, уже знали, встреча получилась теплой. И даже комп «новый» сотрудник свой собственный привез, правда, уже поставленный на баланс Каналья Геймс.

Еще пара часов на обустройство, телефонный звонок — убедиться, что нас и правда ждут, и мы поехали в гости к Рокки. Я, Линда, Монти и Селеста, Джон и Мария. Все, кого он позавчера на фестивале пригласил.

До сих пор самым большим и роскошным домом, где мне приходилось бывать, являлся сгоревший особняк Уильямсов и к нему я как-то быстро привык. Дом и дом. Ну, просторный, ну, с джакузи, ну, пара белых мерседесов в гараже. Ничего такого особенного, если задуматься. Даже моего нынешнего благосостояния уже с натяжкой хватит, чтобы такой же заполучить, если захочу. Но зачем?

Тут же… Лос-Гатос, где квартировал Возняк — это попросту другой уровень материального благополучия. Если у нас в «Горках» основа застройки — дома с примесью особняков, то в «Котиках», как можно перевести с испанского название города, больше встречались дворцы и замки. Представлявшееся мне роскошным поместье Синклеров затерялось бы тут и показалось ничем не примечательным. А наш проклятый старый дом отдали бы прислуге… ну ладно, это я уже увлёкся утрированием. Всё у нас нормально с домом.

Но всё равно! Подобные сборища элитной постройки у нас в Воронеже обычно иронично называли «долиной нищих» или «полем чудес». И это при том, что там и трубы пониже, и дым из них пожиже.

— Привет-привет, ребят! Мы с вами клёво потусуемся! Это будет невероятно! — пообещали нам электрические ворота голосом хозяина дома и начали отъезжать в сторону.

Озеро! Первое, что я увидел — настоящее озеро в стороне от дорожки, уходящей в направлении предгорий и раскидистой рощи. Проезжая мимо, я заметил на берегу водоема обустроенный пляж и несколько байдарок под специальным навесом. У нас, в деревне у бабушки, имелся колхозный зарыбленный пруд, куда мы, пацанята, бегали купаться. Вот примерно такого же порядка.

Офигенно! Это не какой-то там пошлый бассейн, выложенный кафелем, а настоящий водоем с песчаным дном. Интересно, а рыба в этом прудике водится? Помнится, вода там была ледяная из-за подземных родников, постоянно прибывала и спускалась через шлюз дамбы. Тут ничего такого нет — просто озерная гладь, но водичка смотрится чистой, не цветущей и не застоялой. Прямо искупнуться захотелось! Уже больше года мечтаю о том, чтобы на пляж выбраться — и никак.

Озеро осталось позади, когда я увидел сам дом… ближайшая ассоциация — особняк Тони Старка из марвеловской франшизы. Всё такое обтекаемое, с плавными линиями. Звездолет, выбравший эти места, чтобы приземлиться. Наши не самые роскошные машины, а особенно жук Монти и Селесты, прямо-таки архаикой на фоне этой роскоши смотрелись.

— Друзья! Друзья! — встречать нас выбежал лично Воз, окруженный сразу тремя добродушными на вид собаками — немецкой овчаркой, голубоглазым хаски и непонятной мне мелкой белой, кучерявой, как пудель.

— Они не кусаются? — спросила Мария, глядя на собак.

— Нет-нет! Добрейшие создания в мире! Как мифический питбуль, которого мне всё никак не представит Крис. Скажите, они милахи? Знакомьтесь, это Флоппи, Рокки Раккун и Пинки, — назвал он всех собачек, соответственно овчарку, хаски, уже облизывающего Линде руки, и «не-пуделя». — Кэнди сегодня в командировке в Сан-Хосе, малыша Джесси украла моя тёща, дом целиком в нашем распоряжении! Давайте тусоваться!

Пожалуй, даже мажорчик Монтгомери, выросший в роскоши под присмотром дворецкого, от широты души «обычного инженера» прифигел. Что тут уж тут о простых ребятах из трейлерного парка говорить?

— Сэр, очень впечатляющий дом, — сделал комплимент Синклер.

— Кэнди много труда уделяет его обустройству. Видели наш пруд с байдарками? Потрясающее место, благодаря занятиям греблей там я похудел на десять фунтов. И не зови меня «Сэр», я обычный инженер Рокки Кларк!

То есть четыре с половиной кило скинул. Неплохо.

Воз провел нас на задний двор, отделанный искусственным камнем. Здесь за рукотворным водопадом находился узкий проход с каменными ступеньками, за которым открывалась известняковая пещера, освещенная не то электрическим, не то умело проведенным естественным светом. Сталактиты, сталагмиты.

— Потрясающе! — этот вздох восхищения последовал от Селесты. — Вы понимаете энергетику природы, как никто иной!

— Крис, смотри, там отпечаток лапы динозавра! — схватила меня за руку Линда с совершенно детским восторгом.

— Я спроектировал дом и всё в нем для моих шестерых детей! — похвалился инженер. — Пока у меня только малыш Джесси, но мы обязательно нагоним план.

Если я король транжир, то Возняк — император. Нет, это тоже маловато будет! Рокки — настоящий бог транжирства, он вывел бессмысленную трату денег на новый уровень. Фестивали и телемосты — из той же оперы. Ему захотелось пещеру с окаменелостями — он сделал, наплевав, сколько это стоит. И я точно так же себя веду, если задуматься. Пока не уверен,

Глава 15

— Рок… — начала было Линда, но посмотрела в сторону хаски Рокки Раккуна и исправилась, — Стив, а почему Пинки так зовут, он же белый.

— О, это совершенно потрясающая история. Малыша Пинки мы забрали из приюта. Какие-то плохие люди выкрасили его розовой краской. Но теперь все его трудные дни позади и у Пинки много друзей, — Воз поднял кобелька на руки и чмокнул в нос перед тем, как отпустить.

— А Рокки Раккун — тот самый? — голубые глаза хаски как в саму душу смотрели.

— Ага! Он у нас самый умный! Поэтому, когда я выбирал псевдоним для университета, его имя взял. Круто же получилось? Ребят, а как насчет посмотреть классику Звездного Пути? Вы ведь любите Стартрек? Я вот обожаю! Мистер Спок потрясающий! И… Линда! Ты обязана это увидеть! Пошли-пошли-пошли! Ну скорее, ребят!

Энергетике Воза невозможно сопротивляться. И под добродушный лай собак мы прошли в… его личный зал игровых автоматов. Два десятка аркад.

При виде Фроггера моя Эль-Кей уже в экстаз не впадает. Не после того, как ей подарили ее персональный автомат. Более того, уже даже не каждый день на работе к нему подходит — пресытилась, но, чего скрывать, даже я впечатлился. И среди прочих игр взгляд уперся в угловатую коробку с перископом. «Морской бой»! Именно его так хвалил студент Питер, как пример аркадных автоматов из СССР. Тут он назывался «Морской дьявол», но игра та самая! Меня чуть от ностальгии не порвало. Помню, как в самом-самом начале девяностых играл на таком, будучи октябренком! Ну, то есть понятно, что на советском клоне, но какая тут разница. Современная версия, опробованная в Японии, со стереоскопией и всем таким, столько эмоций не вызывала.

Быстрый маленький кораблик — каналья! Так ни разу нужное упреждение, чтобы его подбить, я взять и не смог.

И каждый нашел себе что-то по душе! Монтгомери, например, залип в аркаду «Квикс» про рисование замкнутых контуров.

— Эти игры такие квадратные… — сморщила было носик Селеста, но тут же нашла то, что ее заинтересовало. — Это что, Джорни? Я обожаю эту группу!

Аркадный автомат, о котором она говорила, явно создавали, расширив сознание — музыканты из известной группы там стали участниками странных мини-игр, вроде прыжков на батутах в космосе. Но хиппи понравилось.

— Ребят! Я заказал попкорн и пиццу! Сейчас их привезут! — оповестил Воз. И мы же собирались смотреть «Звездный путь»! Простите, я часто отвлекаюсь!

Домашний кинотеатр сферического транжиры в вакууме я уже заранее представлял, как нечто громадное во всю стену. Возможно, один из первых плазменных телевизоров, не помню, когда они появились. Или проектор? Оказалось, нет, самый обычный телевизор, большой только по меркам начала 80-х. Дюймов тридцать, меньше моего 4К монитора из 2026. Но зато…

— Лазерные диски потрясающие! — сказал Возняк, заряжая диск в проигрыватель. Здоровенный такой, размером с грампластинку. Только увидев его, я понял, почему Си-Ди — это компакт-диски. Да потому, что существовали полноразмерные, диаметром сантиметров в тридцать.

И качество… на высоте! Не фулл-эйчди, конечно, но в целом формат аналоговый, как на видеокассетах, только лучше.

К тому моменту, как я собрался начать-таки важный разговор, мы успели посмотреть две самых первых серии классического Стартрека и скушать отличную пиццу с ветчиной и большим количеством сыра.

— Рокки… я тут одну штуку придумал. Не дашь совет, как собрать прототип? Программист я неплохой, а электронщик так себе, — наконец-то начал я тот самый разговор. Сравнение с Джобсом в прессе заставило чувствовать себя максимально неловко. Вроде как и ничего плохого не хочу, но получается, что использую друга в своих целях.

Протянул Возу листок с описанием портативного тетриса, один из черновиков, на основании которого Лео оформлял заявку на патент. Как и рассказывал юрист, потребовалось найти баланс между детальностью описания и конкретными техническими решениями. В результате я прописал «сегментный жк экран 10 на 20 кубиков с отдельной зоной под счетчик», «четырех или восьмибитный контроллер», «как минимум пять управляющих кнопок», «батарейки без указания их точного количества». В полной заявке еще и геймплей расписывался, но для черновика этого не нужно, хватило и того, что я нарисовал от руки типичный китайский «Брик Гейм», с узнаваемыми кубиками на экранчике.

Рокки прочитал. Затем пробежался по листочку глазами еще раз. И еще… и еще… Потрясающе же? Великолепно? Невероятно? Я все ждал восторженного комментария, а друг молчал. Что, я просчитался? И он сейчас скажет, что мы больше не друзья и второй паразитирующий на его гении визионер ему не нужен…

— Пошли! Крис, пошли немедленно со мной! — потребовал Возняк. — Джон, Монти, вы тоже! Девушки… ну, если вам интересна электроника. Моей Кэнди — не очень. Располагайтесь, весь дом, все аркадные автоматы и все лазерные диски в вашем распоряжении. Простите-простите-простите, что мы вас бросаем, но это важно! Нет ничего важнее видеоигр!

— Да это настоящий храм! — восхитился Джон Харрис, когда Воз привел нас, видимо, в свою домашнюю мастерскую. Комната размером с весь наш с Линдой дом в Эль-Серрито, буквально напичканная радиодеталями. Любая Радиорубка закрылась бы в тот же день, окажись по соседству магазинчик с тем же ассортиментом.

— Моя отдушина! — похвалился Возняк. — Когда кажется, что весь мир против, а с организацией фестивалей слишком много хлопот, я прихожу сюда и паяю платы. Вам нравится запах припоя, друзья? Я его обожаю! Крис, друг мой, у тебя ведь есть в твоей умной голове тетрис на ассемблере под 6502? Нам надо его написать! Я думаю, что к утру мы с вами соберем прототип, ребят!

— У меня в голове есть, — скромно признался Джон, — мы с Крисом вместе писали Тетрис под Атари 2600 и я запомнил ядро игры его целиком.

— А не избыточно много мощности? Он же сожрет все батарейки за пару минут! Убивает всю идею портативности, — возразил я. — Я думал про четырехбитные контроллеры.

— Полагаю, прототипу не обязательно быть эффективным, — предположил Монти.

— Мы сделаем потрясающе эффективно! — пообещал Рокки. — Смотрите, что есть в моих запасах! Этот чип появился в продаже только в феврале, пока ограниченной партией! 65C02! Энергоэффективная версия 6502! Си-Си, ты прав, для твоего устройства у него избыточная мощность, но зато прототип мы соберем прямо сейчас! Ребят, это будет потрясающе! Джон, вон там мой рабочий Эппл 2, напишешь тетрис на нём? Крис, помоги ему! Монти, ты умеешь паять? Мне нужен ассистент, который ничего не испортит!

Ночь, в этот

— Экран, ребят! Самая проблемная часть — это экран. Готовый сегментный японцы или тайваньцы сделают нам за каких-то полгода. Это СЛИШКОМ долго. Я хочу поиграть в наш Тетрис уже за завтраком. Вы же не против пиццы на завтрак? Если против, закажем что-то другое. Так вот, экран…

— Я думал о сетке из двухсот красных светодиодов, — подсказал я свою идею.

— И этот парень мне еще жаловался, что процессор сожрет все батарейки! — фыркнул Рокки. Манти, будь другом, достань вон тот ящик наверху, чтобы мне не лазить по стремянке. Не люблю лестницы, я для них слишком тяжелый! Ага, это то самое. ЖК экран 64 на 64 со встроенным драйвером! Просто отдаем ему поток байт по шине и создаем нужную картинку! Если задать для каждого кубика высоту в три пикселя, мы как раз отлично помещаемся в двадцать клеток и получаем по две точки отступа сверху и снизу! И сбоку еще хватит места для надписи «Си-Си — гений»! Ребят, вы невероятные, это лучшая тусовка в моей жизни! Вот так вот вместе разрабатывать крутые штуки — самый потрясающий формат вечеринки!

У нас было два квадратных дюйма графического ЖК-экрана, энергоэффективный процессор WDC 65C02, два килобайта оперативной памяти и ультрафиолетовый EPROM того же объема. А также пригоршня универсальных кнопок, пьезодинамик, четыре пальчиковых батарейки AA, смотанных синей изолентой, и сколько влезет разноцветных монтажных проводов. Не то, чтобы все это было категорически необходимо для портативного тетриса, но если уж начал собирать свой девайс — трудно остановиться.

Где-то в к двум ночи мы с Джоном накодили наш Тетрис на ассемблере, а на деревянном бруске размером с кирпичик разместились батарейки, плата, экран и управляющие элементы. Так-то крупноват девайс получается для повседневного использования. Но это прототип. Сперва мы и вовсе на цивильной белой монтажной плате в дырочку всю схему собирали и только убедившись в ее работоспособности перенесли на деревяшку для портативности и мобильности.

Пару раз нас приходили проведать то Линда, то Машенька, то Селеста. Приносили пиццу, колу и кофе.

— У нас там маленький девичник получился, ничего страшного? — спросила, зайдя в первый раз, Линда, — Селеста пообещала нам всем погадать на картах таро! Можно нам включить музыку?

— Любую, абсолютно любую! Аудиосистема в вашем распоряжении! Если хотите, позовите живых музыкантов! Хоть «Бесконечность Тьмы», хоть Пэта Симмонса, он держит коз на своём ранчо неподалеку. Отличные потрясающие козы!

Кто такой Симмонс, я вспомнил не сразу — участник прошлогоднего фестиваля в составе группы… а вот она из головы вылетела.

В четыре часа утра начал пищать наш прототип, выдавая «Коробейников», поводов для использования которых я посчитал достаточно. Мелодию в ассемблер Монти загнал, как самый музыкально образованный тут. Я хоть и получил краткий ликбез от мистера Лоу по всем ихним диезам и бемолям, всё еще некомпетентен и выдаю на удивление фальшивые ноты, а вот пронумерованных мажоров музыке учат и весьма серьезно. Мой товарищ явно овладел тайными техниками сольфеджио, так как я ему лишь примерный мотив настучал. Пока мы мелодию временно прожгли на отдельный чип памяти. Хорошо играет, каналья!

— Запускаю прожиг предфинальной версии! — оповестил всех Рокки от еще одного Эппл 2 с программатором. — Скрестите пальцы и не дышите!

Это была уже четвертая итерация. В предыдущих мы натворили багов. В основном я. Чего скрывать? Но и Джон тоже пару раз по рассеянности накосячил. Хорошо хоть такты ловить и подсчитывать не приходилось. Слава Омниссии! Возблагодарим Императора! Раминь! Ктулху фхтагн! Не-не-не! Ктулху, может быть, и спит, а мы еще не закончили. Где мой кофе?

— Кэндис звонила, просила присмотреть за вами, — заглянула к нам Линда как раз с кофейником, к какому и потянулись страждущие, включая меня, — а мы там заснули прямо во время гадания. Селеста и Мария спят, — девушка зевнула. Но критики того, какие мы безответственные и издеваемся над вторыми половинками, лишая сна, не последовало.

Динамик Эппл 2 с программатором трижды пропищал. Прожиг завершен!

— Эль-Кей! Ты нам и нужна! Будешь первым альфа-тестером! — сфокусировался на ней Рокки.

Как ловко он своими толстыми пальцами-сардельками схватил похожую на многоножку микросхему памяти и усадил в «кроватку» при помощи пинцета одним движением. Я бы долго примеривался. Мы его слепили из того, что было, а затем что было — то и полюбили!

И снова заиграли «Коробейники», но уже из рабочего прототипа. Динамик нам достался чересчур громкий, но это ерунда.

— Ха-ха-ха! Нам надо сделать в финальной версии режим будильника! Чип таймера на плате я же распаял! — рассмеялся Воз. Мы с ровесниками уже постепенно теряли силы и вовсю зевали, а он оставался неутомим, бодрячком. Завидую! У меня в его годы столько энергии уже не имелось. Но это у меня велосипеда и сотен миллионов на банковском счету не было.

— Милая, попробуешь⁈

— Да! Да! Конечно, да! Я буду играть в Тетрис для тебя!

Так и потянуло мысленно продолжить «в богатстве и в бедности», но это уже лишнее. Колечко-то я еще в феврале подарил. Всё решено. Остался последний незначительный технический вопрос — справить совершеннолетие.

Держать получившийся кирпич в руках, как полагается, стало бы неудобно даже здоровяку вроде Гектора, поэтому Линда оставила его лежать на столе. Рокки направил на экран яркую настольную лампу и четыре мужика во все глаза уставились на то, как хрупкая азиатка собирает линию за линией в постепенно ускоряющейся игре. И сколько мы так продержались?

Наверное, час абсолютной тишины, а затем…

— Хррр-псс-хррр… — Джон заснул, стоя на ногах и Рокки его подхватил, чтобы не упал.

Я немного мутным взглядом отыскал Монтгомери. Тот тоже вырубился, сидя за паяльным столом. Паяльник, слава Ктулху, выключен, остыл и в безопасном положении.

— Мы это сделали, ребят! Вы потрясающие! — шепотом сообщил Воз. — Поспите пару часиков.

Три, пять или восемь часов спустя я обнаружил себя на широком и мягком диване в гостиной Возняка в обнимку с сопящей в две дырочки Линдой. Посмотрел на наручные Касио — почти полдень. Блин, меня на работе наверняка потеряли. Решили, что Воз взял нас тут в заложники и пытается выведать секреты того, как именно Тетрис создает дофаминовую петлю.

Минувшей ночью я стал

Тихонько забурчал живот. Интересно, не заработаю ли я себе гастрит и язву, питаясь одной пиццей. И удивительно, что у Воза их еще нет. Или есть? Хеликобактер ведь еще не открыли и как с ним бороться — никто не знает. Включая меня. Если латинос из гетто начнет орать, что желудок надо лечить специальными антибиотиками, люди только у виска покрутят и скажут идти заниматься своими игрушками, а не мешать врачам делать их работу.

— Тяв-тяв-тяв! — меня в лицо лизнул крошечный не-пудель Пинки.

— Тсс, разбудишь же! — шепнул я ему и умный пёсель сообразил замолчать. С собачьей стаей хоть кто-то погулял? Наверняка — Воз хороший мужик, он не станет издеваться над пёсиками. Ну или те на постоянном самовыгуле и вся территория участка принадлежит им.

Прикинув, как не потревожить Линду, я побрел в санузел, а на выходе меня встретил неприлично бодрый хозяин дома.

— Крис! Я сделал это! Я поставил рекорд! — объявил Воз, потрясая нашей самоделкой. — Невероятные ощущения! Твоя игра покорит мир! Нужно только перебрать в ней компоненты. Сейчас дороговато получилось.

— И сколько?

— Ну, точную себестоимость я не считал, но долларов сто пятьдесят одних только запчастей. Еще еще цену сборки на фабрике надо учесть.

— А еще добавятся логистика, маркетинг и всякая подобная миерда, — дополнил я невеселый список. — Округлим до двух сотен, но будет еще наценка, сначала наша, затем розничных сетей… за триста долларов игру никто не купит. Нам нужно срезать цену компонентов до десяти баксов…

— Ха-ха-ха! Ах-ха-ха! — Возняк расхохотался и хлопнул меня пухлой ладонью по плечу. — Ты говоришь в точности, как Стив! Точно так же, как он, знаешь, чего нужно добиться.

Стив — это, как я понимаю, Джобс. Вот сейчас обидно было. Я не такой! Не Стив! Не жадный корпоративный пендехо, готовый пойти на любое преступление ради 300 % прибыли. Или сколько там у Эппл 2. Учитывая, что начинка у компа за две тысячи не сильно далеко от Коммодора за 500 баксов ушла, то очевидно, что дядя Джобс свой бассейн динеро наполняет с горкой. Но это так, на пальцах.

— Я хочу поставить наценку не больше 30 % к себестоимости со всеми издержками, чтобы простые люди по всему миру могли позволить себе игру, — не сразу сформулировал мысль.

— Друг… — протянул Возняк, и внезапно крепко обнял меня. — Я в деле! Я хочу войти в проект!

Глава 16

За руль на обратном пути села Линда. Я хотел было сам, но…

— Ты не выспался, не пущу, — отрезала моя красавица.

— Ты тоже почти не спала, вы гадали половину ночи.

— Хи-хи, мне понравилось. Если уступишь место водителя — расскажу.

Ух ты ж моя маленькая манипуляторша. По ней же видно, что самой не терпится поделиться, что ей там «цыганка» нагадала.

— Ладно, — зевнул я и полез на пассажирское сиденье, — твоя взяла.

— Крис, о чем вы там договорились с Рокки? — спросила у меня девушка, выруливая по территории участка следом за пикапом Джона и Марии. — Вы много разговаривали в коридоре возле туалета.

— О создании новой фирмы Каналья Хардвэр, — зевнул я. — Воз спроектирует нам финальную версию Тетриса себестоимостью в десять баксов и профинансирует пробную партию. Акции новой фирмы мы с ним разделим почти пополам… ааа… пятьдесят процентов плюс одну акцию мне, сорок пять процентов Рокки и пять наемному опытному управленцу, так как мы с ним солидарно решили, что ненавидим корпоративную миерду и не хотим ей заниматься, — подавить еще один зевок стало непросто, — но при этом права на сам тетрис остаются у Каналья Интернешнл и мы будем получать роялти в пару долларов с каждого проданного экземпляра. Примерно. Мы с ним оба недолюбливаем экономику и корпоративную жадность, и старались друг другу уступить. Я не какой-нибудь Стив, чтобы выжимать из друга все соки.

А Возняк — неправильный Стив, нетипичный. На то, чтобы финансирование пробной партии числилось займом и фирма его погасила в приоритетном порядке с первых прибылей, его уговаривать пришлось.

— Профинансирует? Это много денег?

— Где-то на полмиллиона, — снова зевнул я, — и это выгодная для обеих сторон сделка. Мы получим игру намного быстрее, чем если бы делали ее на свои, и огромный пиар на имени Воза. Ну а акции Каналья Интернешнл отобьют все вложения на порядок. Вот как-то так…

— Крис, я чуть руль не бросила! Целых пятьсот тысяч!

— А Синклер Второй нам миллион предлагал. Привыкай. И это не такие громадные деньги для того же Джобса или Гейтса. Они рано или поздно, уверен, миллиардами ворочать начнут. Чем мы хуже? Кроме того, что у нас нет богатых родителей и мы не бросали университет.

— Ты просто отказался в университет поступать!

— Может быть, еще поступлю. Так вот, мы с Рокки решили, что мы с ним плохие управленцы и наймем для новой фирмы профессионального директора. Пообещаем ему пять процентов, если хорошо сделает свою работу. Кого-то с опытом выпуска железок. Воз знает нескольких людей, но неясно, согласятся ли они. Он предлагает Скотти…

— Инженера из Звездного Пути? — ну да, я точно так же подумал, когда Возняк назвал имя.

— Майкла Скотта. Это дяденька, который помогал им с Джобсом наладить производство Эппл 2, самый первый директор Эппл. С Джобсом они вроде бы поссорились и Скотти ушел, но Воз… не представляю человека, который мог бы с ним поругаться. Разве что какой-нибудь Стив. Отличные отношения сохранили, в общем. Не факт, что мистер Скотт согласится — у него есть какая-то работа, связанная с ракетами. Но если откажет, то у Рокки куча знакомых. Сам он собирается вернуться в Эппл на должность обычного инженера. Но я бы его к нам хотел переманить в перспективе… ааа… когда корпораты совсем его достанут. Не ценят они хороших людей. Расскажи про гадание, интересно же.

— Мы просто дурачились. Год назад я даже представить не могла, что с другими девушками интересно общаться. Они же не разбираются ни в фантастике, ни в играх, ни в комиксах… ну, то есть Мария теперь немного во всём этом понимает, ради Джона погрузилась, и я уверена, что ей понравилось. Ой… гадания… у Селесты при себе оказалась настоящая антикварная колода Таро и она умеет делать расклады по

— А для меня расклад делали?

— Селеста сказала, что ты шут, считающий себя магом, но шут — не значит дурак. Скорее, тот, кто отрицает правила. А ты ведь такой и есть! А еще я заговорила девочкам уточек на удачу. Точно так же, как раньше Изабелле и Клементине. Для Клем ведь сработало! Она стала девушкой года. Это всё ерунда, конечно. Дело в том, что она красивая и форматная, такая внешность в моде.

Так и доехали к себе. Я по пути узнал, как раскладывать кельтский Крест, Линда — об особенностях процессора 65C02, в котором пофиксили несколько застарелых аппаратных багов и добавили команды «ничего не делать» из разного количества тактов, что дико облегчило бы нам разработку тетриса под Атари 2600, если бы ее процессор в них умел.

— Крис, мне стыдно, но я забыла спросить про Монти и Джона, — вопрос прозвучал уже на подъезде к офису. — Они ведь тоже что-то получат за их вклад?

— Я хочу выписать им премии по пять тысяч. Мне кажется, вполне честно за одну ночь работы.

Объективно оценивая, многовато, не так и велик их вклад. Но для поддержания хороших отношений с хорошими друзьями лучше не жадничать. Я же не Стив! Читал я где-то про то, как Джобс зажал премии инженерам, работавшим над Эппл 2, а Возняк заплатил из своих. Вот не хочу такого! Мне и акций так-то не сильно жалко, но контрольный пакет упускать нельзя. Иначе жадные пендехо власть в фирме перехватят и попрут со всех постов. Не то, чтобы власть для меня имела ценность, позиция Рокки «возьмите обычным инженером» мне близка. Но профукают ведь все полимеры без моего послезнания. Опять заведут индустрию к лутбоксам и микротранзакциям.

В офис я вошел, не переставая зевать, и сразу наткнулся взглядом на Роберто, что-то кодящего за свободным Эппл 2 под присмотром Говарда. Прости Ктулху, нехорошо с пацаном получилось. Пообещал стать наставником и сам на работу с утра не вышел. Торадо бабосо!

— Привет… извините, что я поздно. Работал всю ночь.

— Ага-ага, мы понимаем, — подмигнул мне и Линде Чак. — Тут Лео приходил, говорит, что можешь забирать свою машину. Оставил пакет документов из полиции, которые нужно показать. И мистер Карлсон забегал весь взмыленный, тебя искал. Обещал еще заглянуть!

— И снова заглядываю! Си-Си! На пять минут! Важный вопрос!

Не стал отказывать неплохому дядьке. Я даже задумываюсь временами, а не нанять ли его быть нянькой для кодеров, программисты — это ведь новые рок-звезды.

— Кристобаль! Нужно больше ковбойского дерьма! — потребовал менеджер. — Песни про дикий запад и все такое. Я послушал «Долину пистолета» и это ведь хит! Нужна только рок-обработка! И можно целый альбом темного кантри-рока собрать. Парни станут легендами.

— Марти Стюарт сказал, что коммерческого потенциала нет.

— Я не знаю, кто такой Марти Стюарт, но у меня чутье на хиты. Просто напиши еще пару песен про ковбоев, чтобы не хуже, и мы выпустим мини-альбом.

А ведь их есть у меня! Причем не чистого кантри, а именно с примесью металла. Уже размышлял о московской группе «Стоннер Трейн», их «Папито» прям шикарен, но, вероятно, взбесит МЕЧА из-за пародии на сурового бандита-мексиканца. Не будем драконить пендехо. Подберу что-нибудь получше.

— Завтра к утру напишу песню, обещаю, — пожалуй, мне стоит чуточку сместить отношение к плагиату музыки. Я спасаю любимые песни от эффекта бабочки, а не граблю артистов. Но все равно всех отблагодарю и по долгам рассчитаюсь.

Коротко проверил, чем Говард озадачил новичка…

— Как-как ты это назвал? — поглядел я на написанное на листочке ТЗ.

— Сафари-парк безумного генетика! — улыбнулся Уоршоу. — К реальному продакшену новичка пускать я не решился, вот и придумал игру. Тут всё просто — в парке обитают животные, содержащие набор генов и владелец парка может получить гибрид двух любых зверей. Ну… например, смешать утку и бобра, чтобы получился утконос. Животные бродят по парку, периодически или спариваются, или сражаются с некоторой вероятностью. Это глупая учебная задача, босс, но нам всем было весело ее выдумывать.

— Мне надо в Окленд забрать машину, продолжайте… милая, попробуй сделать эскизы безумных гибридов зверей. Я вижу тут некий потенциал.

Прикольная же идея! Заранее комбинаций нагенерировать и сделать этакую вариацию алхимии со странными мутантами. Всех не нарисовать и… карамба! Покемоны! Надо только добавить гибридам суперспособностей и формы эволюции! А ведь из собранного Рокки девайса вполне себе получится геймбой. Но не будем спешить! Пока мне надо лоурайдер забрать и, судя по тому, как я зеваю, лучше и правда самому за руль не садиться. Давно хотел испытать этот ихний БАРТ и сравнить с питерским метрополитеном.

— Монти, не знаешь, Рамон сегодня дома? — спросил у Синклера, который, проводив Селесту домой, пришел работу работать.

— Дома, копается в своем пикапе.

— Отлично, возьму его на штрафстоянку съездить.

Как собирался, так и поступил. Рамон противиться не стал, прихватил немного инструментов, чтобы машину, если что, на месте подшаманить, и мы пошли на станцию.

БАРТ оказался хорош! Жму руку властям Сан-Франциско за отличное решение. Концептуально это что-то похожее не на метрополитен, хотя меня так и тянет с ним сравнивать, а на аэроэкспресс. То есть удобная электричка с мягкими сиденьями. В Японии на чем-то таком нас катали, еще и гордо заявляя «у нас лучшие поезда в мире». Вот не сказал бы! На нашей американщине тоже умеют, если захотят. С приятной точки зрения процедура оплаты удивила. Покупаешь карту «подорожник»… которая тут просто «синяя проездная карта», проводишь ей на входе и на выходе, и с карты списывается стоимость поездки в зависимости от расстояния. Прям как в двадцать первом веке снова очутился!

Интересно, данные об остатке по карте на самой магнитной полосе хранятся или тут уже все централизовано, с серваком, учитывающим транзакции? Ставлю на первое! И в этом случае систему не так сложно обмануть, если хакнуть протокол и перезаписать на карту бесконечный баланс. Дурость, конечно, никто таким заниматься не собирался. Разве что из спортивного интереса… точно нет!

По пути Рамон завел разговор:

— Хефе, я тут поспрашивал еще вчера вечером в офисе МЕЧА о твоём новеньком, Тито, — это он уменьшительную форму

— Очень своевременно, выкладывай.

— Пендехо из МЕЧА очень твоего Тито не любят, иначе отправили бы к тебе еще раньше. В союзе… как бы поточнее сказать, разные люди там. Компренде? Есть такие, для которых все латиносы братья. И другие, для которых любой, кто не чикано — все одно, что гринго, неправильный человек. А этот чико, во-первых, костариканец, во-вторых, кокосик. У него английский, как у школьного учителя, а на испанском никто вообще не слышал, чтобы он говорил. Теперь там куча недовольных, что какой-то тико занимает место чикано.

— Что за бабосо! — не выдержал я. — Как будто у меня квоты есть! Сколько пришлют хороших программистов — я всех возьму.

— Я же говорю, каброны. Мне вот вообще наплевать — чикано, тико или гринго. Лишь бы человек хороший, а если чикита — то помпис упругие! Кстати, знаешь, кто больше всех возмущался, что Тито к тебе устроили? Уверен, ты сразу догадаешься. Синьорита…

— Консуэла… — ох, память ты моя мужичья, какая у нее там фамилия, — Перес?

— Бинго, хефе! Эта чикита совсем лока, как Эсмеральда рассказывает.

Ну что, мистер Коломбо, важная информация? Не могли ли нашего Ар-Ту специально подставить, чтобы я его на работу не взял? Алехандро, Фернандо или какой-нибудь еще молодой миньон оделся похоже на меня и перегнал машину. Идиотизм, конечно. Но кто сказал, что проявление расизма — это признак великого ума? Одно слово — пендехо!

И что мне делать? По-серьезному воевать с неадекватной чикитой… ну… на фоне грядущей компании по выпуску Тетриса это таким мелочным кажется.

— Рамон, при случае поблагодари Диего и Матео за хорошего программиста, упомяни, насколько я им доволен… даже не так — сам сегодня вечером позвоню и скажу «мучас грасиас» за такого отличного парня. И подружись с ним, как умеешь. Вот как с Доном, например.

— Дональд — отличный компадре, хоть и гринго. Понял, окружу новичка заботой. На концерты Металлики и Бесконечности его свожу. Разговорю по всем вопросам. В канальи принимать?

— Нет, не надо бить его в глаз, — улыбнулся я, — просто приглядывай. Но можешь уточку подарить.

— Симон, хефе. Уяснил.

Забрали лоурайдер. Штрафстоянка не особенно сопротивлялась. Рамон на месте осмотрел Эль-Камино, уровень масла проверил, шины подкачал и одобрил. Таинственный вор ничего не испортил и тормозную систему, как в мыльных операх, мне не повредил. Но в любом случае я машину поменяю. Неудобная она и мыть постоянно приходится. Поставлю в корпоративный гараж на прикол, а себе возьму пикап Тойота, неприхотливый и экономичный.

К возвращению в офисе меня ждали новости.

— Майкл звонил, у него куча новостей! Забрал лоурайдер? — именно в таким порядке выдала Линда.

— Да, забрал, в порядке мой лоурайдер. Новости хорошие?

Говоря о машине, постарался аккуратно отслеживать реакцию Роберто через его отражение в оконном стекле. Вроде бы адекватно себя повел. То есть не полный игнор, но и не паника «меня раскрыли».

— Они с Лизой нашли тех канадцев, скопировавших наши игры… у них в разработке «Студент Гарварда» и «Не умереть»! Наглые копии наших игр! — Линда прямо-таки кипела от возмущения. — Никаких угрызений совести по поводу копирования! Майкл передал, что ДДД назвали свои игры «трибьютом таланту Коламбуса-сенсея». Издеваются, курвы!

— Пусть записывают контакты всех хороших студий, они пригодятся нам, как источник кадров. Не переживай — если наши игры плагиатят, значит, мы все делаем правильно, — чмокнул Линду в лоб. — Что-то еще интересное Пондсмиты видели?

— Колеко показали новый крутой компьютер АДАМ. Z80, 64 килобайта основной памяти и отдельных 16 видео, двухкассетная дека для загрузки и лепестковый принтер в комплекте. Суммарно всего за шестьсот долларов. Там невиданный ажиотаж вокруг него! — передал информацию Блейз. — Обычно столько только сам принтер стоит. И еще картриджи от Колеко Вижен полностью поддерживает!

— Z80 очень крутой! Нам надо больше писать под него! — зачастил Чак. — Предлагаю портировать «Долину Проклятий» сразу, как мы ее закончим.

Что за Адам такой, я не вспомнил, но явно что-то не взлетевшее по неизвестной мне причине. Кто знает. Может, у них принтеры взрываются или на производстве проблемы. Но против легендарного проца-долгожителя ничего не имею. Он хороший.

— Портируем для начала на британский Спектрум, я как раз недавно его из Оукхерста привез, а далее поглядим, как там этот Адам себя покажет, — сказал парням.

А довершил этот не самый плохой день звонок из Атари. Я как раз любовался на эскизы гибридов, вышедших из-под руки Линды. Бобрутка, Льворёл, Зебраф, Кабарог, Соволк, Пантердил, Осьмислон, Кенгупаха, Суривлин(он же Павликат). Красавчики! Не завидую тому, кто станет переносить их в игру. Как бы ее назвать? Геноморфы? Морфомонстры? Зооморфы? Монстроалхимия?

— Компания «Каналья Геймс»? Это Ларри Стинг из Атари, отдел оборудования. У меня написано, что я должен передать вам выведенную из эксплуатации рабочую станцию Сан-1. Все четыре ящика, как есть, по инвентаризационной описи. Куда мне организовать доставку и кто с вашей стороны уполномочен ее принять?

— От нас распишется наш президент, Кристобаль Колон.

Моя прелесть!

Глава 17

Доставку железа нам назначили на четверг. А у нас только вечер вторника! Ухх, какое предвкушение!

— Милая, займемся завтра ротоскопингом? — озвучил я перед окончанием рабочего дня свое намерение Линде.

— Я думала, ты никогда уже не предложишь! Это же так неприлично! Хи-хи! На самом деле — давно пора! У нас же все готово! Камера, большая пустая комната с зелеными стенами, малярная лента для разметки. Строительные прожекторы для света. Черное обтягивающее трико для Трейси и шортики, как у Супермена, чтобы не сползало. И картонные коробки — соорудить препятствия. Эми в киношколе разбирала каскадерские трюки и постановку драк, она еще не уехала домой на каникулы, станет нашим постановщиком. За один день материал не отснимем, да?

— Всё и за три можем не успеть. Но базовый комплекс движений сделаем. Я ведь составлял список?

— Ожидание, ходьба, бег, торможение… — начала перечислять моя умница.

— Ага, всё верно, я знаю, что ты их все помнишь. Займемся завтра!

А пока… ночь звала меня выспаться как следует и еще кое-как личную жизнь разнообразить. Но есть один момент. Пацан сказал — пацан сделал! А я же обещал мистеру Карлсону ковбойскую песню. А потому промучался несколько часов, вспоминая «Пей с живым мертвецом» группы «Гультаун». Замечательная вещь, напевая которую, я даже немного радуюсь тому, что змея меня закодировала.

Виски, текила, водка, джин и ром.

Никто меня не перепьет, ни мертвый, ни живой!

Шикарные строчки! Вот с музыкой под них сложнее, намного-намного. Я

На работе с утра проверил успехи Роберто. Ничего так. База данных существ и несколько признаков, разрешающих и запрещающих их комбинировать. Ну как база данных? Список с характеристиками. Парень, кажется, не очень понимал, что он делает, но при том справлялся. Я Говарду руку пожал за то, что добровольно в наставники подался. Сам, видимо, себя переоценил в том, чтобы успевать и работать, и дела вести, и джуна обучать.

— Мистер Колон, Крис… я хочу предупредить. Вчера вечером по пути к станции БАРТ со мной один молодой мексиканец заговорил. Очень подозрительный тип. Все время расспрашивал про то, как я тут устроился. И постоянно слэнговые словечки использовал. Он явно состоит в банде, несколько раз упомянул клику и хвалился своим хефе. У вас ведь машину недавно угнали. Это мог бы быть он, очевидные криминальные наклонности.

— Невысокий, плотный, постоянно улыбался и много болтал? Зовут Рамон? Это сосед нашего Монтгомери. Он вырос в плохом районе и манеры у него так себе, но хороший парень, не преступник.

Как говорилось в ролике с ютуба с приятной электронной музычкой:«Ротоскопинг, ммм, ротоскопинг, трекинг, проджекшн, камера солвинг, грейдинг, параллакс…»

Никогда не откладывай на завтра то, что можешь отложить на полгода. Но, может, оно и к лучшему получилось. На данный момент мы отлично подготовились, купив в Японии качественную видеокамеру. И комнату зеленой бумагой Трейси лично оклеивала. Она девушка простая, из деревенских, и физической работы не чурается.

Установили камеру на штативе, разметили стену белыми крестиками из малярного скотча. Нет полной уверенности, насколько это всё поможет и облегчит жизнь, никаких мануалов по ротоскопингу для игр-то у нас нет, всё по смутным воспоминаниям о том, что видел на ютубе и здравом смысле.

Руководить всем взялась Эми. Не то, чтобы она самая опытная, но хотя бы что-то в съемках понимает.

— Крис… а почему стены зеленые? — спросила Эми, закончив осматривать студию, — у нас же не выпуск прогноза погоды. В кино эффекты на фоне синего экрана снимать принято.

Потому что цифровые камеры построены по схеме RGGB и зеленых сенсоров в них в два раза больше, чем синих и красных… вот же я пендехо! Ну и ладно, мы изобрели зеленый экран за пятнадцать лет до того, как он обретет смысл.

— Зеленый дает лучший контраст с кожей, — ответила вместо запнувшегося меня Линда, — я пробовала по-разному, с ним удачнее всего выглядит.

— Приветики! — в комнату для съемок зашла несравненная Пенелопа Смит в плотно обтягивающем чичис и помпис черном гимнастическом трико. Волосы в косу заплетены с маленьким красным бантиком. Я уже мысленно завидую всем, кому посчастливится играть в «Темпл Ран 2».

— Начнем с простого. Тебе нужно просто стоять и немного переминаться с ноги на ногу, — заглянув в записи, убедилась, что верно запомнила, Эми. — Камера…

Линда щелкнула хлопушкой, объявляя начало съемок.

— МЯУ! — уже через несколько секунд в комнату вошла пушистая Каналья. Вот уж не знаю, как она пробралась в наш импровизированный павильон.

— Нет-нет-нет! Стой! Только уберите кошку! — зачастила режиссер, но опоздала. Шерстяная мерзавка уже зашла в кадр и прошлась перед камерой слева направо, высоко задрав хвост.

Линда бросилась поймать нарушительницу, но я перехватил ее.

— Видео с котиками — это главное изобретение человечества, ради которого мы технологии и развиваем! — назидательно, но не без иронии заметил я. — Когда-нибудь, скорее, чем можно представить, кошки захватят этот мир, а нам, двуногим, останется только прислуживать нашим благородным господам. Каналья черная и контрастная, легко оцифруется, оставляем ее.

— Крис, тогда надо встроить ее в игру! — предложила Линда. — Представь, Пенни Смит и кошка вместе исследуют руины. И даже в экшн-сценах!

— Снимаем по максимуму и там решим. Кошки — трудные актрисы и не очень дрессируются.

В кадре Трейси как раз присела рядом с мурлыкающей животинкой и начала почесывать ее за ушком. Интересно, справится ли звуковой чип Коммодора 64 с передачей мурчания?

Так Каналья с нами и осталась. Ловила Пенни Смит за ноги во время пробежек. Занимала место в коробке, когда ту ставили, как препятствие, и прыгала через картонный ящик вместе с девушкой. Наверное, бестия воспринимала всё, как игру. Хороша, чертовка! Прямо хоть в рекламных материалах ее используй! Вот он, истинный прорыв! Мы начали снимать на камеру кошку раньше, чем это стало мейнстримом.

Интересно, боится ли Полночь, она же Тьма, она же Фишка, она же Джи-Ай-Джейн огурцов, как коты с ютуба… нет, издеваться над животным и пугать ее овощами мы не станем. А вот заснять, как она за вкусную награду преодолевает нарастающие по высоте препятствия, стало бы бесценно. И для игры, и как культурный феномен.

Мы отработали ИДЛЕ, то есть анимацию ничегонеделанья, ходьбу, бег, прыжки вперед, медленный крадущийся шаг, приседание… Трейси молодец! И Каналья тоже. Кошка так и крутилась вокруг, постоянно попадая в кадр, но материал почти не испортила, за что ее Линда начала подкармливать принесенным с кухни тунцом, специально купленным Томми для этой пронырливой задницы.

— Отлично идем! Что там дальше? — уточнила воодушевленная съемками Эми. Девушка явно в своей тарелке.

— Экшен! Йеп? — спросила Трейси и приняла боксерскую стойку. Очень натуральную. Вспомнился рассказ Линды, как она выбила зуб одному пендехо. Глядя, как профессионально девушка стоит и ловко машет кулаками, прямо верится. Женский бокс, между прочим, вполне себе спорт.

— Не то! — спустя три дубля сказала Эми. — То есть пригодится, наверное, для кадров, где ты промахиваешься, но видно, что в пустоту бьешь. Линда, у вас тут есть подушка? Принеси, дай ее Крису, пусть Трейси бьет по ней!

У меня ни доли сомнения не возникло по поводу того, что мне хорошо подходит роль манекена. Наивный панамский бабосо!

Линд сбегала и вернулась с большой, выше своего роста, поролоновой диванной подушкой из комнаты отдыха группы. Ну ничего так. Не профессиональный боксерский мешок, но на пару дублей хватит. Я взял импровизированную защиту — она была не особенно тяжелая, нормально, чтобы держать на вытянутых руках и не попадать в кадр. Вскоре я почувствовал несколько ощутимых тычков. Сильна Пенелопа Смит! Сразу видно, что удар поставлен. Точнее, не видно. Меня от Трейси же подушка загораживает.

— Ты бьёшь, как гладишь! — не понравилось Эми. — Не тормози удар заранее! Покажи,

— Бокс, дубль двенадцать… — прокомментировала Линда и щелкнула хлопушкой.

А дальше вспышка и я обнаружил себя сидящим на заднице, пересчитывающим выдуманные мультяшные звездочки, порхающие вокруг головы. Нокдаун! Или по правилам бокса уже нокаут?

— О божечки! Си-Си! Ты цел? Младшенькая, неси лёд!

— Крис? Ты в порядке? В голове не шумит? — это моя ненаглядная забеспокоилась.

— Лёд, я сказала!

— МЯУ! — Каналье явно не понравилось, что теперь не она, а какой-то двуногий в центре внимания.

Минуту спустя я прижимал к лицу пластиковый пакет, набитый льдом из морозильника, и объяснял, что сотрясения у меня нет и в глазах не двоится.

— Какая непрочная подушка! По шву разошлась. Я же не так и сильно по ней вмазала. Йеп? — спросила Трейси, изучая дыру в тканевой обивке, пробитую ее кулаком. Мне же прилетело, судя по записи с камеры, моими собственными костяшками по инерции. Боксерский мешок тоже надо правильно уметь держать. Я, как выяснилось, не умею. Никакого сотрясения или шума в голове. Не так и сильно прилетело. А на задницу я больше от неожиданности плюхнулся и даже копчик не ушиб. Но отметину канальи пятой степени заработал!

— Крис! Там звонит СТИВ ВОЗНЯК! Он ждет на линии, говорит, что дело срочное! — вбежал взволнованный рыжий Блейз. Как будто мы ему вчера не рассказывали, у кого в гостях побывали. — О боже! Они тебя тут что, побили?

— Шшшш! — кошка выгнула спину и зашипела на него. Надеюсь, это попало в кадр! Да мы про нее отдельную игру сделаем, если с Темпл Ран не срастется.

— Производственная травма, ничего серьезного, я просто везучий.

Прервал съемки и пошел разговаривать. Рокки игнорировать не стоит, он пренебрежения не заслужил.

— Крис! Дружище! Отличные, потрясающие новости! Я созвонился со Скотти и он готов с нами поговорить! Встречаемся в стейкхаусе в Редвуд-Сити, в самом центре! Ты знаешь, где находится Редвуд-Сити? Великолепное, потрясающее место. Через два часа! Тебе придется пересечь залив. Ты же у себя в Эль-Серрито? Ну а где же еще, я ведь говорю с тобой по телефону! Ха-ха-ха! Вот я лопух! Я возьму на встречу наш прототип! Признаюсь, я уже собрал еще один точно такой же, чтобы самому в него играть, вот его и возьму, он получился немного аккуратнее!

Возняк невероятный. У него есть свое собственное поле искажения реальности, зря его Джобсу приписывают. У меня даже мысли не возникло по поводу того, чтобы перенести встречу или, допустим, позвать на нее адвоката. Без Лео оформление нового юрлица, долей и всего такого не обойдется, но говорить я за себя сам хочу.

Предупредил всех, что отлучусь, мысленно поглядел в сторону лоурайдера, припаркованного в гараже особняка, и попросил у Линды ключи от Тойоты. Девушка явно была бы не против примкнуть, но как раз сейчас Каналья начала вылизываться перед камерой и забрала себе все внимание. А мне надо менять машину. Стыдно перед серьезными людьми чоло из баррио показаться. И эта здравая мысль только сейчас в дурную голову пришла.

Пересечение моста через залив Сан-Франциско поездку через Волгу из Саратова в Энгельс мне напомнило. Всё то же самое. Много воды, широкая двухрядная дорога в каждом направлении. И нет, не знаменитый мост «Золотые Ворота», тот северней, а как доставшийся мне называется — не знаю.

Сорок минут в дороге и вот я зашел в стейкхаус, опознав его по голубому спорткару Датсун. Рокки уже внутри. Ну, посмотрим что тут за «лучший босс в мире».

— Крис! Си-Си! Сюда, дружище! Скотти уже тут! О боже, что у тебя с лицом? Вы с Монти снова боксировали?

— Все в порядке, производственная травма во время ротоскопинга.

Я уселся за стол к Возу и плотному чернобородому мужику лет сорока, больше похожему на самого Возняка, чем на инженера Скотти из Стартрека, культового персонажа.

— Скотти! Это Крис Коламбус! Не обращай внимания на фингал, это несчастный случай. И не смотри, что он молод, у этого парня потрясающая голова и невероятные игры! Сейчас я покажу тебе прототип и ты сам всё поймёшь! Крис, это Скотти! Он отлично разбирается во всей скучной корпоративной возне, но он не какой-то пиджак, а настоящий инженер!

Именно так. Кандидат пришел на встречу с нами в клетчатой рубашке, делающей его похожим на батьку Кена. Сразу плюс один к харизме, как по мне.

— Майкл Скотт, — протянул мне руку бородач. Крепкое рукопожатие.

— Скотти превратил наш гаражный стартап в Эппл, какой она стала, — объявил Воз. — Он один из самых потрясающих людей в мире. И никогда не обижался на мои розыгрыши.

— Стив, давай к делу. Расскажи, пожалуйста, для чего ты меня позвал.

— Вот! У нас с Крисом есть потрясающее устройство, эта игра завоюет мир! Просто попробуй!

Рокки достал из кажущегося тут чужеродным кожаного портфеля прототип «Брик Гейма» и положил на стол перед давним соратником. Кнопка включения — и по ушам слегка резанули «Коробейники». В устройство стоит добавить отдельный переключатель беззвучного режима.

Нам подали отличные, наверное, стейки, но кусок в горло не лез. Несколько минут мы с Возом сидели, как на иголках, инженер явно хотел спросить «ну как тебе?», но изо всех сил сдерживался. Да и у меня где-то в животе неприятный клубок нервов поселился. А вдруг скажет, что это глупая игрушка и перспектив нет. Как японцы из Сеги. Там ведь тоже профи игровой индустрии меня бортанули.

— Отличная игра, Стив. У вас есть шансы заработать на ней может быть около миллиона. Крис, я играл в Тетрис на Эппл 2 и читал статью об алгоритме Дюкесорт. Тебя ждет большое будущее, но…

— Но? Скотти, не надо «но»! Сделай из «Каналья Хардвэр» второй Эппл, но с весельем, как ты любишь, а не корпоративным болотом! — воскликнул Возняк, вскочив из-за стола. Чуть громче, чем следовало, на нас обернулись несколько человек.

— Ты знаешь моё мнение об Эппл, Стив Джобс стал слишком жестким. Сейчас я занимаюсь космосом, ракетными двигателями. В сравнении с ними любая электроника кажется банальной, — сказал Скотти и Воз уселся обратно. — Обратись к Элу, он сейчас ничем не занят, кроме консультирования.

— Ну конечно! Эл! Как я про него не подумал⁈ — воскликнул Рокки. — Крис, дружище, тебе понравится Эл, он потрясающий. Инженер и менеджер одновременно, не какой-то пиджак. Он нанял в Атари Стива! Стив привел меня! Эл руководил созданием Атари 2600! Он великий человек! Где тут таксофон? Я позвоню ему немедленно!

Я твой самый большой фанат, буду следить за тобой, пока ты не полюбишь меня. Папа-папарацци!

Не ожидал! Ни разу! Это хорошо или плохо? Любая известность на пользу, да?

— Мистер, назовите себя и ваше издание, — первым среагировал Скотт. Он, как я заметил, успел накрыть наш прототип салфеткой. Крутой дядька, жаль, что грезит космосом, а не играми.

Рокки добродушно улыбнулся в сторону направленной на него камеры.

— Я Джон Джонсон, независимый репортер! Мистер Возняк, еще один кадр, пожалуйста! Кто ваши друзья? Вы снова занимаетесь компьютерами?

Не то, чтобы я считал себя заметным и узнаваемым, не чета Возу, но все равно обидно, что главный каналья Кремниевой Долины остался неузнанным нонеймом-фотографом.

— Мистер, запишите правильно моё имя, — сказал я журналюге. — Крис Коламбус.

— Кем вы приходитесь мистеру Возняку? Откуда у вас фингал? Я услышал имя Стива Джобса. Это он вас избил?

— Это несчастный случай при производстве игры, мистер Джонсон. Я просто упал. Простите, мы с друзьями спешим.

Глава 18

(От автора:Не буду спорить насколько справедливые чингасос я получил за прошлую версию главы, она мне тоже нравилась, но новая нравится больше. Без толпы как-то камерней и уютней, но все сюжетные задачи выполняются)

С таинственным Элом, создавшим Атари 2600 и, вполне возможно, ответственным за отсутствие в ней видеопамяти, Рокки все же созвонился из таксофона и договорился о встрече на завтрашний вечер. Я только отдельные фразы Воза слышал, довольно-таки тихая трубка попалась, что-то бубнила неразборчиво.

— Да-да, чувак, у них офис в Эль-Серрито, потрясающий крутой офис. Я бы в нем поселился! Тот самый, с вирусной лицензией! Ага, верно, я вложу личные средства! Невероятно!

Я в это время не столько слушал, сколько присматривал, чтобы никаких репортеров с камерами и диктофонами рядом не оказалось. С мистером Джонсоном, наверняка фальшивая фамилия, прямо прокол вышел. Подкрался к нам словно ниндзя, подслушал непонятно сколько, щелк-щелк и сбежал. Ну не драться же с этим пендехо? Чтобы меня не только Джобс побил, но еще и он.

— Завтра после полудня мы с Элом к тебе приедем в офис и договоримся, — пообещал Возняк, — вот увидишь, он настоящий инженер, и в организации производства толк знает, и связи на каждой тайваньской фабрике имеет. Потрясающий человек! А для всяких скучных бухгалтерских отчетов наймем кого-нибудь, все равно пришлось бы.

— Хорошо. Спасибо. А как там твои дела в Эппл после перерыва?

— Потрясающе! Я обычный инженер в подразделении Эппл 2. Никакой бюрократии, ноль рутины, у меня есть босс, который говорит, насколько крутую штуку нам надо сделать. Лучше было только семь лет назад, когда мы были стартапом из гаража, только начинающим бизнес. Ох, Си-Си, сколько невероятных баек я смогу тебе рассказать про те времена, но, наверное, не сейчас. До завтра, друг!

— Пока, Рокки.

Прямо обнялись с ним на прощание. Мало я настолько хороших людей знаю. Сам до половины великодушия и доброты Воза не дотяну, если душевные качества вообще имеют численное выражение.

Вернувшись в Эль-Серрито, обнаружил, что съемки на сегодня всё.

— Нам надо снять, как Трейси залезает на уступы, высокие и низкие, еще несколько боевых приемов и потом переходим к другим персонажам, — довольно доложила Линда. — Как там дела у Рокки? Скотти вам подошел?

— Отказал. Он мечтает о космосе, а не о компьютерах, но посоветовал создателя Атари 2600. Ага, той самой миерды. Другие персонажи — это враги? Я могу одного сыграть. Мелкого и слабого, который ложится с первого нокаутирующего удара.

— Марта Джонс ведь! Ты рассказывал про концепт девушек-напарниц. Я уже позвонила Изабелле и автоответчик говорит, что она сейчас на промо-туре в Торонто. В Канаде, Крис. И даже Клементину на замену не позвать, она тоже в Канаде.

— С Трейси проблему обсуждала? Так-то нам подошла бы любая красивая девушка, не обязательно звезда Плейбой. И не обязательно красивая. И не обязательно девушка. Джонсом может стать и парень. Хотя женский персонаж лучше всего монетизируется. Может быть, сама попробуешь?

— Я? Нет-нет-нет! Я контролировать со стороны должна. И я стесняюсь. Придумала, Скарлетт! Мисс Январь! Ей позвоню! Спасибо, ты очень помог!

О чем девушки договорились, я не слышал, разорвавшись между Говардом, Чаком, Роберто и Монти, спрашивающими моего мнения по коду. А когда вынырнул из любимой работы, Линда уже разобралась.

— Скарлетт снова улетает в Японию, но к нам приедет мисс Февраль прошлого года, Мишель. Оплатим ей стандартные съемки. Из Плейбой она уже уволилась. Я не нашла журнала с ее фото, но должна быть красивой.

Все бы проблемы так же решались.

Над домыслами журналиста про драку с Джобсом команда только похихикала.

— Видела я этого вашего Джобса в журнале, он интервью давал, обычный яппи в пиджаке. Наш Си-Си бы его размазал. Йеп? — подытожила Трейси.

Все покивали, приняли ее правоту и разошлись. А на следующий день у нас в офисе зазвонил телефон.

— Крис Коламбус, Каналья Геймс, слушаю вас.

— Мистер Коламбус, как удачно, что я на вас попала. Это Стефани Кейн из газеты «Силикон бэй». Мы пишем о компьютерах и связанных с ними персонах. Можете дать комментарий на заметку Джонсона из таблоида «Редвуд-Сити Ньюс» о вашей встрече со Стивом Возняком и Майклом Скоттом? Вас на самом деле ударил Стив Джобс, потому что вы пытаетесь увести у него лучшего инженера в свой стартап или речь идет о домыслах желтой прессы?

Что-то доказывать репортерше совершенно не хотелось. И вовсе не потому, что у меня стивофобия и другая Стефани как-то выкатила мне конскую сумму за междугородние разговоры из гостиничного номера. Хотелось взять и бросить трубку, но даже плохой пиар все равно дает буст к известности и вообще с четвёртой властью лучше хорошие отношения поддерживать. Я даже на Роджера Фигга в суд подавать не стал.

— Мэм, я никогда не встречался со Стивом Джобсом, следовательно, ударить он меня не мог. Я в целом против любых форм физического насилия.

— Что стало причиной вашей травмы?

— Я упал. Трагическая случайность в ходе разработки игры.

— Какое устройство Майкл Скотт накрыл салфеткой при появлении фотографа? Прокомментируйте его домыслы о том, что имеет место полноценная архитектура Эппл 2 в компактном корпусе.

— Мэм, если вы пишете о компьютерах, то вам хорошо известны их ограничения. Когда-нибудь полноценный карманный компьютер появится, но не в этом десятилетии. Нет, это не компьютер. Что именно — коммерческая тайна.

— Джонсон строит домыслы о том, что Возняк и Скотт готовят переворот в Эппл, чтобы

— Насколько я знаю, и наверняка вы тоже, Эппл сейчас возглавляет не Стив Джобс, а другой человек. Мистер Скалли, кажется. Как сами видите, уже тут мистер Джонсон ошибся. От себя могу сказать, что Возняка я никуда не переманиваю и не знаю более преданного Эппл сотрудника, чем он, — так-то я с другими лично и не знаком. А нет… Кэндис Кларк тоже у яблочников работает, где-то в бухгалтерии.

— Да, все верно, нынешний президент Эппл — Джон Скалли, — согласилась собеседница. — Нашим читателям очень интересно, что вас связывает с мистером Возняком.

— Мы друзья. Ему нравятся игры нашей студии, я бывал на ЮЭс-фестивале. Знаете, Стефани, мне не очень нравится формат общения по телефону. Если у вас еще есть вопросы, я готов дать интервью представителю вашего издания у нас в офисе.

— Поняла, мистер Колон. Сегодня во второй половине дня вас устроит? От нас будут репортер и фотограф.

— Желаете успеть меня сфотографировать, пока фингал еще налицо? — не удержался я. Может быть, я наивный левас, но девушка мне в профессиональном плане понравилась. Вежливо, корректно, ненавязчиво общалась, сразу дала понять, что в бредни Джонсона не верит.

— Дать нашим читателям убедиться, что все не так плохо, как пишут в желтой газете.

— Хорошо, приезжайте.

— Милая, у меня просьба, — окликнул я ловившую каждое слово телефонных переговоров Линду. — Попроси Марию отыскать мне номер «Редвуд-Сити Ньюс» с заметкой обо мне и Стиве Джобсе. Может быть, пора в суд за клевету подавать. Ещё нужно организовать место для записи интервью и поставить там камеру. Чтобы, если журналисты вырвут слова из контекста, мы всегда смогли их записью опровергнуть.

Хватит быть левасом при общении с прессой.

Машеньку я, между прочим, официально на работу нанял, чтобы не простаивала и не прохлаждалась. Теперь Мария Кастильо у нас официальный офис-менеджер и присматривает за порядком. Чтобы газеты в почтовом ящике не скапливались, печеньки не заканчивались, молоко на корпоративной кухне не скисало и кофеварка не забивалась. Вполне себе полезная работа, которая капельку разгрузила каждого в офисе. Девушка сама о ней попросила при переезде и отказывать я ей не стал.

С полученным поручением латина справилась на отлично. Всего за пару часов.

— Кристобаль, мне пришлось съездить в Редвуд-Сити, вот газета, — сообщила Мария и бросила мне на стол тот самый таблоид. А с его первой полосы на меня смотрел ОН. Фингал. Меня тут как будто Тайсон, Холифилд, Мухаммед Али и любимец Гектора Дюран по очереди приложили. Половина лица синяя. Не было такого! Это фотошоп! Его еще не изобрели, но наверняка есть способы фотомонтажа, чтобы преувеличить синяки. Карандашом дорисовать и перефотографировать, или негатив подправить. И подпись — «Крис Коламбус с чудовищной гематомой на лице уклоняется от вспышек фотокамер».

Заголовок еще краше фотографии: «ВОЗМОЖНЫЙ НОВЫЙ ДЕЛОВОЙ ПАРТНЁР ВОЗНЯКА ОТРИЦАЕТ ДРАКУ С ДЖОБСОМ!» Даже капсом заголовок выделили, не пожалели краски в типографии.

И ведь не подкопаешься к формулировке. Я ведь на самом деле отрицаю. Иногда лучше молчать, чем говорить. Зачем я, бабосо тарадо, вообще им своё имя называл? Идиото! Полный левас. Несколько пресс-конференций провел и вообразил, что что-то соображаю в репортерской кухне. А если Джобс узнает и… и что? Запретит Рокки со мной дружить? Побьет меня по-настоящему?

В статье все максимально желто оказалось и противоречиво само себе. Уже в первых абзацах Джонсон изложил несколько версий: меня избил лично Джобс, побили по приказу основателя Эппл или я сам так стремлюсь к пиару, что нарисовал себе фингал и выкрикнул о жестокости Джобса в присутствии Возняка. Третья версия подкреплялась тем, что я сам назвал журналисту имя, что является признаком поиска дешевой славы. Не знал, исправлюсь.

Джонсон красиво назвал наш обед «Тайным совещанием бывших, действующих и, возможно, будущих руководителей Эппл». Я был обозначен как «дерзкий молодой талант, ворвавшийся в игровую индустрию».

Имелась еще и фотка Скотти, закрывающего наш прототип салфеткой с подписью «Майкл Скотт пытается скрыть предположительно портативный Эппл 2 от камеры нашего корреспондента». Из-под ткани выглядывал самый краешек макетной платы, по которому вообще не понять, что там за устройство.

Скандалы, интриги, расследования. Очень-очень жёлто и неправдоподобно. Кармен бы понравилось. Всё, как она любит, только без инопланетян и того, что правительство скрывает. В числе прочих версий газетенка предполагала, что мы с Джобсом подрались из-за женщины — таинственной молодой красотки, охмурившей сначала Джобса, а затем и меня. Ни имя, ни иные подробности об этой девушке не разглашались. Возможно, она вообще не существует. И очень рассчитываю, что Линда не станет меня к ней ревновать. Таинственная красавица Джобса — это ведь не моя Эль-Кей? Зачесались кулаки дать ему чингасос, несмотря на то, что я точно знаю, что нет.

Машенька, что за чудесная чикита, сразу пять экземпляров газеты купила и газета по всему офису по рукам пошла, каждый захотел познакомиться с бульварной писаниной.

Другие статьи в той же газетенке лишь подчеркивали ее желтизну. «Видеоигры делают детей жестокими и вызывают волну насилия в школах», «Игры Атари вызывают у подростков зависимость», «Компьютеры к 1990 году оставят без работы бухгалтеров, логистов и менеджеров среднего звена», «Японцы скоро купят Калифорнию по частям», «Возняк создает второй Эппл».

В последнем материале ничего не написали про меня, Майкла Скотта, встречу и фингал. Всё отталкивалось от того, что Воз отдалился от Джобса, занимаясь фестивалями и, очевидно, почуяв свободу, не пожелает снова оказаться в подчинении, то есть создаст собственную компанию.

Позвонил ему, надеясь, что застану дома.

— Привет, дружище! Какие дела? У меня замечательные! Джесси сделал первый шаг! Держался при этом за меня, но ты не представляешь, насколько это захватывающее и потрясающее ощущение!

Линда рядом в восхищении рот ладошкой прикрыла. Ей понравилось возиться с малышами и наверняка она представила, как Валя и Витя свои первые шаги совершат.

— Рокки, я по поводу вчерашней встречи. Тут журналист написал статью…

И зачитал ему главные постулаты Джона Джонсона, чем вызвал приступ заливистого хохота.

— Ах-ха-ха! Да мы с тобой и Скотти — настоящая банда! Крутейший получился розыгрыш. Уже представляю, какое будет лицо у Стива, когда он прочитает. Как там называется та газета? А не захватишь мне экземпляр? Отнесу ему на стол и поделюсь, заодно объясню, что никуда уходить не собираюсь, чтобы чего-то лишнего не подумал. Про твою невероятную игру расскажу… хотя он не оценит. Никак не пойму, почему он так не любит игры.

— А стоит ли его злить? — аккуратно спросил я. — Как я понял, с мистером Скоттом

— Да ерунда! Стив просто очень эмоциональный, он давно простил Скотти за все их старые разногласия и очень благодарен ему за помощь в создании компании. Да, вот еще! Очень хорошо, что ты до меня дозвонился. Эл полчаса назад попросил перенести встречу на завтра к нему домой. Чтобы подальше от чужих глаз. Неужели и он статью прочитал? Невероятно! Этот журналист прямо разворошил осиное гнездо, потрясающий талант!

— Слушай, Си-Си, статья желтая, но талантливая, я бы даже поверил, что вы с Джобсом подрались, — сказал прочитавший в числе первых Коннор, — если бы вчера твою версию не слышал и не знал заранее, что фингал тебе Трейси поставила.

Снова телефон. И опять я взял трубку сам.

— Каналья Геймс. Это отдел оборудования Атари, машина выехала, будьте готовы принять груз в течении часа, — сообщил незнакомый голос.

Вышел заранее встретить мою прелесть. Но вышла несколько иная встреча.

— Мистер Коламбус, не так ли? — окликнул меня пухлощекий дядька лет тридцати пяти, припарковавший свой бьюик через дорогу. Голос у него был чуть с хрипотцой, прокуренный. Следом за ним из седана выбрался молодой лопоухий фотограф. — Роджер Фигг, «Силикон бэй». Возможно, вы читали мою статью в «Электроник Ньюс», освещающую ваше участие в Национальной Компьютерной Конференции в Анахайме.

Так вот ты какой, «серверный олень». Ничего необычного — начавшая намечаться лысина, большие очки, пухлые губы, дружелюбная улыбка.

— А здесь вы потому, что…

— Потому что у меня редакторское поручение взять у вас интервью. Сейчас я тут как представитель «Силикон бэй». Сотрудничаю с несколькими изданиями.

Ну и хуцпа у него.

— Интервью с опасным марксистом, разрушающим американскую экономику по заказу японских дзайбацу? Так вы про меня написали?

— Туше! — дружелюбно улыбнулся писака. — Это работа, ничего личного. Вы мне даже симпатичны, хотя вашу лицензию я искренне не одобряю.

Еще не поздно отказаться… или наоборот — размазать недоброжелателя своей остроумной аргументацией.

Биип… биип… бип…

У ворот засигналил фургон с большой красной буквой А — логотипом Атари. Конечно, в самый подходящий момент, когда тут пресса. Ох, сколько восхитительных желтых заголовков выплывает из ситуации. Допустим, «Атари подключается к секретному проекту Возняка».

— Мистер Фигг, вы приехали немного раньше ожидаемого, — не удивлюсь, если специально, чтобы увидеть больше. — Пока мы заняты… логистикой, наши сотрудницы Линда и Трейси устроят вам маленькую экскурсию по особняку.

Заранее возможность похвастаться офисом предусмотрели и маршрут продумали.

Подогнали фургон ко входу, представитель Атари сверил моё имя на водительских правах со своими записями и протянул накладную для приемки груза.

Меня ждет «процессорный блок» с Motorola 68000 на 10 МГц, 2 МБ оперативки, сетевой платой Эзернет, SMD-контроллером и «ЦВЕТНОЙ видеокартой», а также 19-дюймовый RGB-монитор. Речь же шла о монохромном с каким-то диким для нашего пещерного века разрешением?

— Простите, здесь все верно указано? — уточнил у человека из Атари.

— Да, все маркировки коробок с накладной совпадают.

Ну не отказываться же теперь, когда погрузили чуть больше, чем уплатили. Потребуют доплатить по факту — возражать не стану. Вот уж моя драгоценная разойдется в рисовании мышкой на цветном дисплее.

Клавиатура, трехкнопочная — ШИК! — мышь со специальным алюминиевым ковриком, жесткий диск на 20 мегабайт с установленным Юниксом, и набор документации. Моя прелессссть!

Поглазеть на новые железки собралась вся наша невеликая команда, не считая занятых в экскурсии. С разгрузкой и заносом помогли ответственные грузчики из Атари, и я им даже по двадцать баксов чаевых выдал, наплевав на жадность. Тут, в пендехостане, принято оставлять чаевые.

Глава 19

Экскурсия по офису силами Линды и Трейси планировалась очень стерильная. В духе «а вот тут у нас утукку, здесь шогготы, а это столовая, тут у меня птица Лэнга. А это наша кошка, мы зовем ее Канальей, Тьмой, Полночью, Принцессой. Да, погладить можно, она очень ласковая. Тут „Бесконечность тьмы“ репетирует. Нет, послушать нельзя». Вот как-то так, надеюсь, у девушек все и прошло. По крайней мере Линда мне, когда встретились позже, подмигнула, а Трейси украдкой большой палец показала. Уровень доверия к обеим девушкам у меня максимальный.

Маршрут заранее построили таким, чтобы не показать комнату с зелеными стенами и другие производственные тайны. Когда дело наконец дошло до интервью, молодой ушастый фотограф с опаской косился на статую птицы Лэнга, расположенную в столовой. Как будто опасался, что птеродактиль откусит ему голову.

— Диктофон включен, мистер Коламбус… или все же Колон? Как к вам обращаться? — да, диктофон включен. Я свой тоже включил. И камеру Линда на нас направила.

— Оба имени правильные. Кристобаль Колон — официальное, Крис Коламбус — творческий псевдоним. По ситуации уместнее Коламбус.

— Проясним для начала детали вашей биографии, если не возражаете. Директор политехнической школы Скиннер характеризует вашу успеваемость как крайне низкую. Университетского диплома или диплома колледжа у вас тоже нет… многие вообще сомневаются в том, что вы программист.

— Компьютеру не интересен диплом сидящего за клавиатурой, Роджер. Мой друг Джон Харрис тоже не имеет диплома, а он, возможно, сильнейший программист в стране. Джобс, Возняк, Гейтс… вы сможете продолжить список людей без диплома и сами. Я хороший программист. Можете спросить о моих навыках мою команду.

Щелк! Вспышка. Лопоухий фотограф меня заснял прямо в момент, когда я рукой в сторону программерской комнаты указал.

— Сколько программного кода в ваших продуктах действительно написано вами лично?

— Сто процентов в тех, что были выпущены в прошлом году, в том числе в Тетрис, Флэппи Бёрд и Темпл Ран. В этом начали выходить проекты с бо́льшим вкладом нашей команды. Например две игры, выпущенных эксклюзивно в Японии, написал на 70 % Монтгомери Синклер. Каналья Коммандер полностью написан мной. В Каналья Эдиторе 80 % кода написал Джон Харрис по совместно составленному техзаданию. Алгоритмы Джулайсорт и Дюкесорт — целиком моя разработка.

— Индустрия видеоигр переживает трудные времена. Почему вы вкладываете в нее деньги и время? Это безумие!

— Потому, что я люблю игры. От того, что у Атари проблемы, люди не бросят играть. А для безумия у меня есть свое собственное определение.

— Вы получили сегодня из Атари груз…

— Без комментариев.

— И вы наняли Говарда Уоршоу, разработчика ЕТ.

— Потому что он великолепный программист и хороший человек.

— Над чем вы сейчас работаете?

— Над отличными играми. В их числе — сиквел Темпл Ран.

— Вы сами вспомнили про Стива Джобса. Прокомментируйте ваш конфликт с ним, о котором пишут в «Редвуд-Сити Ньюс».

— Конфликт полностью отсутствует. Мы ни разу не встречались. Я не во всем согласен с мистером Джобсом, но отношусь к

— В чем именно не согласны?

— В отношении к играм. Стив Джобс их недооценивает, на мой взгляд. Как сказал один хороший человек, «нет ничего важнее видеоигр».

— В статье Джонсона упоминается некий Эл. Кто это?

— Консультант, к которому мне посоветовал обратиться Майкл Скотт.

— Почему вы выбрали подобный необычный офис в пригороде, а не более типовое здание?

— Стечение обстоятельств. Здесь предложили разместиться нашим друзьям из группы «Бесконечность Тьмы», а я живу поблизости. Учитывая, что я помогаю ребятам с песнями, а они мне с саундтреком к играм — так оказалось удобнее.

— Коснемся вашей лицензии Си-Пи-Эль. Очень многие ее критикуют, включая меня.

— Два лидера рынка ПК — IBM и Эппл — используют полностью или частично открытую архитектуру. Их вы в коммунизме не обвиняете. Я тоже хочу стать лидером рынка, только в ПО.

— Ваши контракты с Майкрософт…

— Включают штрафные санкции за разглашение информации. Простите, Роджер. У меня, кстати, есть для вас подарок.

Тюнингованная желтая уточка-каналья с подбитым глазом, разрисованная Линдой вручную. Ни разу не намек! Но Фигг слегка побледнел, а его фотограф судорожно сглотнул. И больше вопросов не последовало. Что-то мне подсказывает, что новая статья расскажет, что не такой уж я и каналья.

Проводили репортеров и, наконец, сбылась мечта идиота — сервак на линуксе, то есть юниксе, конечно. Вот казалось бы — втыкай комп в розетку, монитор, клавиатуру и мышь в системник и наслаждайся недоступным большей части остального мира уровнем производительности. Ага, ага…

Начнем с того, что стандартный VGA-разъем еще не изобрели и монитор тут подключается толстенным, как садовый шланг, кабелем-гидрой о четырех головах. То есть разъемах. К счастью, промаркированных цветными наклейками. Красной, синей, зеленой и черной. Хоть убейте, не вспомню черного сигнала в стандарте RGB. Ну разве что альфа-канал из RGBA так в теории допустимо обозначить, но честно уверен, что это не он.

Да и неважно это все. Вот то, что системник начал завывать на все лады, стоило все-таки закончить с проводами и надавить на кнопку включения, уже имеет значение. У нас и так тут Корвус турбину имитирует. И еще важно то, что у нас собралась критическая масса недешевой техники, а охраны нет, при том, что негр-грабитель все еще не пойман, как Линде миссис Хендерсон при встрече сообщила. Спасением стало выселение компьютера в отдельную комнату, нареченную «серверной» — ту, куда во имя тишины уже давно Корвус переехал, как только он стал сетевым накопителем, а не просто громким ящиком у меня на столе. Благо удлинители для всех важных проводов лежали в комплекте.

Правда, кабель-каналов у нас нет и потому мы просто через открытые двери провода протянули, зафиксировав их стопорами, чтобы, не приведи Ктулху, не хлопнули. В бюджет на реконструкцию у нас и разводка проводов, и шумоизоляция, и кондиционирование для серверной заложены. Но пока не началось.

Не секрет,

Что сервак не растет в огороде,

Не продашь, хоть и купишь, сервак.

И поэтому я

Головой на keyboarde

Засыпаю, устав от

Дневных передряг.

Под тихое бурчание,

Процессора журчание,

Под клавиш стрекотание,

Под ругань и напряг

Создам сервак для маленькой,

Для маленькой такой компании,

Для скромной такой компании

Огромный такой сервак.

Так до самого вечера с железом и провозился. Чуть в экстаз техноэнтузиаста не пришел, когда на восхитительно большом мониторе отобразилась аскетичная черная консоль с белыми буковками.

Sun Workstation Monitor (Rev. C) — 0×1C0000 bytes of memory

И треугольная скобочка с мигающим курсором. Оно живое! Живое!

Собирал комп я не в одиночестве. К детищу сумрачного сановского гения паломничество вообще все в конторе совершили. Включая Трейси и музыкантов, для которых основными впечатлениями стало «ого, как громко» и «офигеть экран здоровенный».

Клавиатура у Sun-1 мне гибрид клавы от универских терминалов и IBM напомнила. Функциональных клавиш нет, шифт и контрол не на своем месте, но какой же приятный и мягкий тактильный отклик! Как на дорогой механической клавиатуре из 2026, купленной мной домой и на работу. Специально одинаковую периферию брал для максимального удобства. И кнопки плоские, а не с нашлепками-сталактитами. Хочу такую же на свой 5150!

Ввел простейшую команду «ls», призванную отобразить список файлов в текущей директории и… комп завис. Намертво! Перестал хоть как-то реагировать на клавиатуру.

— Ты что-то сделал не так, но я не знаю, что, я за такими машинами не работал. У меня был терминал с доступом на VAX 780 и учетка на PDP-11, — прокомментировал зависание Говард.

Я ввел команду «cd» с указанием в качестве адреса перехода корневой директории, то есть косой черты… и комп снова завис. Карамба! Орале! Пендехо из Атари что, таки подкинули мне списанный нерабочий неликвид? Дескать, включается, гудит и на кнопки что-то да печатает. Чего тебе еще, каналья, надо?

Ответ, конечно, лежит в плоскости RTFM. Но… документация к компьютеру — это отдельная коробка размером с полное собрание сочинений Ленина. Хотя нет, вождь мирового пролетариата был товарищем продуктивным и его книги целый шкаф обычно занимают. Скорее всего, у меня тут еще не юникс, а низкоуровневая оболочка, которой надо сказать «загружайся». Вот только как?

И еще одна проблема. Дисковод в комплект не входит. Дескать, будущее наступило, используй сеть, будь онлайн. И даже сетевой кабель в числе прочих есть — желтый такой, кислотный, для эзернета. И сетевуха тоже имеется. Но куда эту прелесть подключать? Для локалки нужно хотя бы два узла. То есть потребуется еще один комп с платой эзернет в слоте расширения, также подключенный к омнинету и выступающий в качестве шлюза. Не то, чтобы я раньше обо всех этих проблемах не знал! Знал и предвкушал!

Не было печали, купила баба порося. Чемодан без ручки, он же белый слон. Не шахматный, а индийский, которого дорого содержать при нулевой практической пользе. Все же RTFM?

Один лишь взгляд в сторону коробок с документацией заставлял грустить, вспоминая о сетевых форумах, где тебе доходчиво расскажут, какой ты идиот и куда надо пойти, но и проблему решат. Сомнительно, что на «Пиратской бухте» сидит кто-то из техподдержки Сан-1.

Сделал все же над собой усилие — и, карамба, в первой же книжке, толстой, как учебник по сопромату, нашел описание загрузчика. Ага, всё настолько просто, что самому не догадаться. Проще, чем вопрос про мемори сайз у Трэш-80. Нужно ввести букву b. Би — значит бабосо? Ну и еще boot, то есть загрузка.

Пошел подробный бут-лог, быстро сменяющийся поток сообщений, разглядеть которые невозможно, и…

sun

Машина попросила представиться. А я кто? Я root — суперпользователь. Так и залогинился. Даже пароль не спросили, что логично. Готовя оборудование к продаже, его наверняка глубоко вайпнули, почистили от промышленных секретов. Есть шанс, что программы по восстановлению потерянных данных что-то дадут. Но что я там у них отыщу? Исходники ЕТ? Они у Говарда, уверен, и так есть. Можно предложить ему сделать инопланетянина здорового человека и пофиксить баги в игре.

Ну что, Хелло Ворд, пацаны? И затем змейка? Уверен, Линда ждет от меня и того, и другого! О да! Какой же кайф! Ощущения, как на универском мейнфрейме. Не знаю, правда, зачем тут цветной монитор и мышка, если доступна только консоль. Наверняка есть графический редактор, нужно лишь его найти, а это просто, главное RTFM!

— Ты настоящий волшебник! — обняла меня Линда, когда увидела успех. Мир получил своё приветствие, а змея начала поедать в текстовом режиме яблоки.

Пацаны отбили пять. Даже смущенный суетой и журналистами новичок Роберто.

— Селеста сказала, что шут, притворяющийся волшебником, — улыбнулся я, — но это ведь правда. Мы занимаемся играми, чтобы развлекать людей и юмор у меня дурацкий.

Осталось разобраться, как выпустить это чудовище в нашу локальную сеть. Пацаны не знали. Да и я сам только примерные направления видел, а не готовые решения. Например, укомплектовать Санами всю студию и жить, как белые люди, под юниксом, но это слишком жирно. Я пока не миллионер.

И портировать бы теперь сюда Каналья Эдитор. В теории это сложно, но возможно. Я заранее старался писать максимально универсальный код, готовый к переносу на другую ОС, но не уверен, насколько вообще стоит тратить на это время.

На следующий день позвонила еще парочка репортеров с просьбой о комментариях. Но таких себе, не очень настойчивых. А к назначенному времени я поехал на встречу с Элом.

Пало-Альто мне приглянулся. Идеал тихого респектабельного пригорода. То есть не сказал бы, что в чем-то прямо-таки сильно выигрывает у нашего Эль-Серрито — все то же самое, но с перламутровыми пуговицами.

Дом Эла я опознал, как и стейкхаус накануне, по припаркованной машине Рокки. Подошел, позвонил в дверь. И раз уж меня позвали домой, то не с пустыми руками пришел. У нас в Воронеже как принято — если идешь в гости, прихвати гостинец. Вот я и взял с собой пакет с выпечкой к чаю: пирожными-розочками и печеньками в форме уточек. Линда замечательно навострилась их готовить. Прямо хоть бросай айти и открывай кондитерскую. А там и тортики пойдут… но нет, торт — это ложь. Всем известная истина.

Открыл мне чернобородый мужчина лет сорока с короткой стрижкой. Среднего роста, очень плотно сбитый, можно даже сказать, кряжистый, с небольшим пузиком, одетый в простую светлую рубашку с коротким рукавом, шорты и сланцы на ногах.

Борода, как известно, признак истинного айтишника, как и свитер. Я, правда, скорее щетину обычно носил. А в новой жизни Ктулху пока миловал и в свои 17 я бриться ещё не начал. Но неминуемо периодическая морока начнется. Придется электробритву с тремя плавающими головками изобретать. Или ее уже придумали?

— Привет, я Крис, можно Си-Си.

— Ну привет… парень, который врезал Стиву Джобсу так, что его никто не видел со вчерашнего утра, — широко улыбнулся хозяин дома, — не то, чтобы я сам не хотел иногда дать ему подзатыльник, но вот до драки дело не доходило. Я Эл Алкорн.

— Я нанес ему столько же урона, сколько он мне, — поддержал я шутку.

— О да! У тебя есть чувство юмора. Ну пошли, Воз не хочет проводить демонстрацию вашего портативного чуда в одиночку. А в пакете что?

— Привет от арт-директора нашей студии. Печеньки.

— Те самые, в виде уточек? Я смотрел последний выпуск ЙЕП. О да… пошли, мы на заднем дворе разместились.

При виде небольшого плавательного бассейна позади дома захотелось себе такой же вырыть. Хорошо тут Эл устроился.

Расселись втроем за круглым столом в тени под навесом.

— Пиво не предлагаю, но вот кофе к выпечке высшие силы велели подать, — объявил он и отлучился на десять секунд принести кофейник. — Итак, что вы от меня хотите? Стив, пусть наш второй Стив Джобс сам скажет. Первый убедил меня его нанять, послушаем второго. Насколько ты хорош в роли коммивояжера, малыш? Продай мне ваш портативный Эппл 2.

— Не очень хорош, дяденька, но постараюсь, — вернул я иронию. Когда со мной по-доброму и с подколами, чего бы той же монетой не ответить? — Мы пришли с величайшей аркадой всех времен. Кен Уильямс тоже поначалу мне не поверил, когда я ее так назвал. Но перед тем, как я начну, у меня есть вопрос. Почему вы вообще не дали Атари 2600 видеопамять? Вы хотя бы представляете, какое это мучение — считать такты и гнаться за лучом кинескопа?

Мистер Алкорн чуть печенькой не поперхнулся.

— Вот теперь я верю, что Стив тебя ударил, — хмыкнул собеседник, — ты такой же наглец, как и он.

Ага-ага, наглец из Воронежа. Как про болельщиков нашего футбольного «Факела» говорят. Ни о чем не жалею. Ответ покажет, можно ли иметь с Элом дело.

— Малыш, два доллара на партию в миллион консолей дают два миллиона долларов. Их я сэкономил своему работодателю. Учитывай, что конкурентов тогда у Атари не имелось и как сделать иначе, мы не знали. Если бы я побывал в будущем и узнал про узкие места приставки, то исправил бы их. Мы делали устройство прежде всего для игроков, а не программистов.

— Наше тоже для игроков и максимально дешевое. Рокки, покажешь?

На стол перед Элом лег очередной прототип. Марк 3, как я понял, чуть более аккуратный, чем самый первый и вчерашний. Так и до корпуса дело дойдет, но пока до него не добрались.

— Кто-то назовет наш товар мусором, но для нас он сокровище. Мистер Алкорн, вы ведь часто летаете самолетом? Что вы делаете в зале ожидания? Читаете газету? Пьете кофе? Подозреваю, что просто тянете время. Я вам предлагаю лучшего в мире убийцу — убийцу времени. За двадцать долларов вы получите устройство, которое работает месяц на одном комплекте батареек. Консоль со всего одной игрой. Вам не надо переплачивать за картриджи. Тут только тетрис. Игра-телепорт. Начинаете ее, когда вам скучно, и заканчиваете по звонку встроенного будильника. Оторваться невозможно. Просто возьмите и попробуйте. Мы с Рокки потормошим вас через час.

— Хо-хо-хо, отлично сказано, малец. Ты собираешься продавать консоль за двадцать баксов, а какова, по-твоему, ее себестоимость?

— Рокки… пообещал, что уложится

— Может, даже меньше десяти, чувак. Я не так много понимаю в рынке, как Скотти, но чем больше партия, тем ниже себестоимость, это даже мне ясно. Эл, потрясающая же игра. Почему ты до сих пор ее не протестировал?

— При себестоимости в десять долларов вам придется поставить розничную цену не меньше тридцати, а лучше — тридцать пять. Я покажу тебе примерные расчеты, договоримся или нет. Но это всё равно хорошее предложение для покупателя. Ответь на два вопроса. Первый — зачем это мне? Ввязываться в очередной проект наглого мальчишки? Ты хотя бы моешься и носишь обувь.

Что? Обувка-то тут причем? Я на входе не разулся только потому, что нигде сменных тапочек не увидел. Стоп-стоп! Это он про Джобса? Да? Тот тоже русский попаданец? Я знал! Понятно, что это у меня глупый юмор, а не реальные подозрения.

— Зачем это вам? Ради денег и интересной работы, Эл. Как вы сами говорили? Доллар с миллиона консолей — уже миллион долларов. В моих планах реализовать десятки миллионов устройств. Может быть, даже миллиард. Чтобы и Китай, и Япония, и Латинская Америка, и СССР играли в Тетрис. И мы с вами еще проверим ваши расчеты — хочу сделать максимально доступную игру. Не потому, что я какой-то безумный коммунист, просто считаю, что если не жадничать, получится заработать больше. И Воз же передал суть предложения? Пять процентов акций в виде опциона. А ведь портативный Тетрис не станет последним нашим с вами устройством. Сразу скажу — я ничего не понимаю в производстве и не стану влезать туда, где я некомпетентен, у вас будет карт-бланш. Хотя со своим ценным мнением и злорадным «говорил я вам» успею еще надоесть.

У меня есть идеи других игрушек и кое-чего большего, о чем даже думать громко остерегусь, чтобы не сглазить. Время еще не пришло. Время есть, а денег нет, как еще не спел Виктор Робертович. Или уже спел?

Будущий, ну или, как минимум, потенциальный операционный директор «Каналья Хардвэр» задумался. Взгляд его сфокусировался на прототипе Тетриса и Эл наконец-то включил игру. Сегодня звук «Коробейников» оказался на более комфортном уровне. Как минимум, этот конкретный экземпляр Тетриса я ему продал.

Дзинь-дзинь-дзинь! Сеанс знакомства с главной игрой столетия прервал телефонный звонок. Какой же мерзкий у мистера Алкорна звук аппарата. Еще и в самый неподходящий момент.

— Извиняюсь, я уйду в дом для важного разговора.

Голос в трубке Эла, прикрытой его ладонью, звучал абсолютно неразборчиво и я ни полслова собеседника не понял, кроме того, что это мужчина и не очень старый.

— Вкусные, потрясающие и невероятные чудесные печеньки! — восхитился Рокки, попробовав выпечку, пока Эла рядом с нами не было.

— Стив, — спокойным тоном обратился к Возу вернувшийся Алкорн, — Джобс позвал меня в Эппл работать над новым компьютером. Я взял время подумать. Не отказываю ни ему, ни вам. Такие решения не принимаются сгоряча.

Мне захотелось пойти и прописать-таки Джобсу чингасос, но я против насилия.

Глава 20

— Эл, это потрясающе! Тебе понравится у нас в Эппл! У нас великолепная команда инженеров и вкусные обеды! — простодушно воскликнул Рокки, а потом до него дошло… — Упс. А президентом Каналья Хардвэр ты тогда не станешь, да?

Почти уверен, что Джобс таки прочитал прессу или кто-то из его окружения ознакомился и стуканул, что мы с Рокки собираемся нанять некоего Эла. А далее взыграло ретивое и он поступил, как Стив, поняв, о ком речь. И на Алкорна мистеру «просто держите айфон правильно и сигнал не пропадет» плевать. Бросаться обвинениями вслух я не стал. Недоказуемо и собеседников уязвит. Для Воза я на его лучшего друга, почти что брата, наеду. Для кандидата в президенты компании — усомнюсь в том, что его могли бы позвать в Эппл за знания и навыки, а не назло мне. Фигасе у меня ЧСВ прорезалось! Назло мне!

— Ребят, мне надо подумать, посоветоваться с женой и еще парой человек. Дайте время до конца месяца или немного больше. Я в любом случае не ответил бы на ваше предложение здесь и сейчас, — наконец подал голос хозяин дома. — Работать со Стивом… с Джобсом, я уже зарекался, он сложный человек. Но обещает стабильность, которая нужна в моём возрасте.

— Стив — отличный парень! Его поле искажения реальности невероятно! — заступился за друга Возняк.

— Ага, я знаю. Напоминаю — я нанял его в Атари, несмотря на все проблемы и мечту уехать в Индию, чтобы стать йогом.

— И Стив очень благодарен тебе за ту поездку! Ты исполнил его мечту, Эл! Уверен, поэтому он тебя и позвал, что знает, какой ты отличный парень. И я позвал тебя к нам в новую фирму по той же причине!

Что-то опасаюсь, очередной эпичный провал меня ждет. Не со всем начинанием — портативный тетрис настолько хорош, что провалить затею можно только специально. А именно с Алкорном неудачу себе вангую. Фигня, прорвемся. Может быть, вообще теть Лизу директором назначим. Она дамочка пробивная. Хотя опыта в производстве, конечно, никакого.

— Я могу рассчитывать на ваши услуги, как консультанта, если решение окажется не в нашу пользу? По производственным вопросам.

— Конечно, малыш. Я даже денег с вас с Возом не возьму.

Пожали руки, номерами обменялись, послушали эмоциональный рассказ Возняка о том, как тепло приняла его инженерная команда Эппл 2, и как здорово вернуться после перерыва. И пришел черед прощаться. Несмотря на чувство, что не договорились, ни о чем не жалею, с неплохим и даже полезным человеком познакомились. Ох и пригодился бы он мне, если я соберусь делать приставку мечты «Каналья Мега Драйв 16-бит» назло Сеге! С упрощенной версией моего патентованного геймпада, и картриджем для сохранений.

И я поехал домой, точнее, на работу, чтобы найти там внезапных Пондсмитов и не найти Линду — она уехала на художественные курсы. Зато вокруг возвращенцев народ собрался.

— … пока такое впечатление, что консоли еще не умерли, но при смерти, — рассказывал Майкл. — Ни одного достойного проекта для Атари 2600 и их новой 5200. Колеко сосредоточены на компьютере Адам, я по телефону про него рассказывал. Одни ребята даже нашли способ превратить приставку Атари в полноценный компьютер, прилепив клавиатуру. Си-Си как будущее знал, когда решил сосредоточиться на играх для компьютеров.

Чуть позже в наш с Линдой отдельный кабинет Лиза заглянула.

— Босс, полный отчет по выставке. Я записывала стенды, показанные на них игры и брала визитку у разработчиков.

Чудо, а не сотрудница, не просто развлекалась в командировке, а большой труд проделала. Я бы так не смог. И в самом деле, надо ее на повышение отправлять. Именно что руководящий опыт, правда, невелик, но всю студию, включая даже временами меня, теть Лиза строит, не стесняясь.

— Спасибо, изучу, — взял я тетрадь с намерением посмотреть немедленно. Вдруг там ранний прототип Кингс Баунти вместе с разработчиком засветился и можно начать спасать третьих Героев от влажных ручонок «убейсофта» уже сейчас.

— Крис, а что за секретное устройство, из-за которого вы подрались со Стивом Джобсом? Я знаю, что это Трейси тебя стукнула, но лучше привыкай к версии прессы, с ней от тебя не отстанут.

Я проверил, что теть Лиза дверь за собой закрыла и достал прототип, оставленный мне Рокки. Возможно, перебарщиваю с секретностью вокруг устройства, которое мы уже начали показывать, а журналист даже краешком сфоткал, но такое ощущение, что наоборот, беспечный бабосо и недорабатываю. Если у вас паранойя — это еще не значит, что никто не уведет ранний инженерный образец.

— Затягивает. Я бы купила себе и мужу, — выдала женщина через минуту, — и продаваться будет отлично.

— А как бы ты организовала производство? Без долгих рассуждений, первые мысли?

— Мне не хватает знаний рынка. Но скорее всего, контрактное производство на Тайване или в Гонконге. Тут, в Штатах, создать почти финальный прототип, разобраться до винтика, как и из чего его делать, и искать завод. При общении с заводом начала бы с юридических гарантий того, что схема устройства не уйдет на сторону и производитель не начнет отгружать его под своим брендом всем желающим. Хотя бы с патента во всех странах, где есть заводы. Второе — нужен список всех деталей и для каждой иметь хотя бы одного альтернативного поставщика. Третье — пробная партия, допустим, в тысячу штук для выявления брака и других проблем. По ней понимаем, что надо доработать… Крис! Ты же не собираешься сам этим заняться? Ты отличный программист и очень умный парень, но там столько подводных камней, что мы мигом разоримся.

— Нет, я ищу человека с опытом контрактного производства. Есть кандидатуры, но они все оказываются заняты.

— Посмотри на бывших сотрудников Атари, не зря они выбились в лидеры рынка.

Ага, Кортекса, Иствана, мистера Хелла и Рут Кавано. Никого не забыл? Хотя Рокки тоже мне бывших атарийцев сватает, включая Скотти и Эла.

— Спасибо, посмотрю, в крайнем случае — переманим у кого-нибудь.

Взял тетрадочку и начал знакомится с отчетом. Эпохальный труд! Теть Лиза что, весь вечер ее писала и переписывала?

Начнем по порядку. А — значит Атари. У них тут новые компьютеры с индексами 600XL и 800XL. Попытка скрестить провальный 1200XL с успешными моделями. Причем по ценовой политике явно сделали выводы и старшая модель с 64Кб памяти за 300 баксов выглядит потенциальным хитом продаж наравне с Коммодор 64.

Ладно, а что там по играм… ох, ну и списочек. Посмотрим отмеченные закладкой. МУЛ — ее я видел еще зимой на ярмарке и фэнтезийные шахматы, издаваемые ЕА.

Лунный Аванпост для TI-99… ох, это же предок современных мне тавер дефенсов, судя по кратким заметкам на полях. Очень перспективный жанр. Пит-стоп — игра про менеджмент гоночной команды. «Спасательная операция спецназа» — скорее, пошаговая тактика, но это как раз то, что нам надо. Последние три игры сделаны студией Эпикс и жму им руку за разноплановость. Захотелось все их попробовать.

Стартрек: Галактические операции, Командир субмарины, Военные игры… вот и игра по фильму. Я про него много слышал, что в прошлой жизни, что уже в этой рекламу видел, как раз в кино крутят, но так и не посмотрел. Надо исправляться. И всё! Ни Героев, ни Цивилизации, ни их предшественников. Видимо, Сид Мейер себя еще не явил, а жаль, я бы его нанял. Но все равно взял все игры на заметку и попросил теть Лизу их все купить по возможности. Нужно испытать и сделать выводы по поводу профпригодности разрабов.

А вот в списочке и канадцы из ДДД со «Студентом Гарварда» и «Не умереть». Их тоже надо испытать…

В последующие несколько недель произошло много отдельных событий, в основном приятных для меня и моего ЧСВ.

Эл молчал, Возняк ему не надоедал, наслаждаясь буднями обычного инженера. В общем-то, спешить нам не очень-то и надо, но хочется все же начать двигаться.

К нам в проклятый старый дом наведалась строительная бригада, которая наконец-то принялась выселять Древних в холл. Целый пантеон образовался. Заодно дырку в стене под кабели пробили и шумоизолировали серверную.

Сэм Гарланд позвонил и сообщил, что Дюкесорт по рекомендации доктора Кнута начали рассматривать, как замену квиксорта в BSD — Юниксе от Беркли. И сразу несколько аспирантов пишут свои работы по результатам тестов алгоритма. Придумал бы я его сам — прыгал бы до потолка.

Похвалился ему нашим серваком и спросил совета по поводу сети. Сэм хорошего выхода, кроме как поднять эзернет на всех компах, не нашел. Ага-ага, по тысяче долларов за сетевуху. Купили в итоге одну-единственную, ко мне в компьютер, теперь можно рисовать на серваке и сбрасывать результат мне.

На Sun-1 отыскался-таки графический редактор. Не самый удобный, но вместе с мышкой и высоким разрешением оставляющий массу возможностей.

Симулятор игровой студии вышел в продажу и, со слов батьки Кена, неплохую статистику показывать начал.

Говард Уоршоу выдал первый рабочий билд клона Зумы, то есть «Уточки». Закончит не раньше, чем к осени, но уже сейчас залипательно получилось.

«Няню из Айовы», так назвали пьесу на основе моего сценария, начали в репертуарном театре репетировать. Трейси понравилось, какой изобразили «Вики».

Линда диплом об окончании школы получила, причем «вечерников» выпускали с помпой, как в кино — с пафосной речью директора школы, мантиями и квадратными шапочками. Мария рассказала, что у них в политехе то же самое проходило.

Кстати о Машеньке — Джон снял домик в Эль-Серрито в нашем районе и ей 18 стукнуло. Поздравить Круз приезжал, но дело без раздачи чингасос обошлось. Понравилось копу, как младшая сестра устроилась.

— Может, и сам к нам переедешь? — спросил я у полицейского на маленькой вечеринке в честь совершеннолетия Марии. — А то местные копы — бабосо тарадо. До сих пор не поймали каброна, который ломился во все дома подряд. И кто мой лоурайдер угнал,

— Орале! Ты как это представляешь, Кристобаль? Я среди местных белых копов, жрущих пончики, выезжающий, как комнатная собачка, по звонкам от старой брухи? Я не впишусь, парень. Тут полицейские слишком мягкие. Там, где мы бы три раза пристрелили нарушителя, северные бабосо делают устное предупреждение.

— Начальником охраны к нам в корпорацию? — озвучил другое предложение. — С хорошей зарплатой, чтобы никакие пендехо не проскользнули. В доме сейчас всегда кто-то есть, когда группа уезжает, кто-то еще ночует, но какая от нас защита? Я вот не буду драться с огромным негром, если он к нам вломится и попробует утащить компьютер.

Пожалуй, из всех обитателей особняка шансы победить негра в рукопашной у одной лишь Трейси и есть. Ну и у Канальи. Страшнее кошки зверя нет.

— Если только со службы пинка под зад дадут. Но не рассчитывай на это. Найми охранную фирму и не морочь людям голову. У тебя особняк больше, чем весь наш трейлерный парк. Не жмотись. И просьба. Присмотри за Марией. Ее парень, Джонни… он добрый и умный, но полный левас. А за чикитой настоящий вато приглядывать должен, чтобы всякие каброны не лезли. Компренде?

— Конечно. Мне Мария — как сестра. Как минимум кузина, никому не позволю ее обижать.

Не то, чтобы прямо родственные чувства испытывал. Но хорошая же чикита, искренняя.

«Бесконечность Тьмы» или, как их все чаще сокращали, просто «Бесконечность», позвали в турне по восточному побережью. От Флориды и до Нью-Йорка. На половину лета. Я группе «Пей с живым мертвецом», естественно, отдал и парням очень даже зашло. Да что там — Чак упомянул, что Металлика тоже хочет песню про бухло. Они с нашим кодером прямо-таки подружились. Нормальные ребята эти будущие отцы-основатели трэш-металла.

Несколько раз звонили Мелкомягкие с просьбами, не требованиями, исправить мелкие баги в Коммандере и Эдиторе. Мы добросовестно отработали контракт, тем более, что там в действительности мелочи. Жду не дождусь, когда от них поток денюжков за лицензии побежит.

Хотя деньги, денюжки, бабки, бабосики, бакинские, динеро щедро в мой гипотетический бассейн полились. Двести тысяч в конце июня мне батька Кен перевел, закрывая все финансовые потребности, но при этом четверть суммы я снова взял акциями по большой просьбе мистера Уильямса. С антиразмывочным соглашением, естественно!

Не очень радостно всё у батьки Кена оказалось. Такое ощущение, что за счет наших игр и держатся, хотя я знаю, что в изначальной истории они и без помощи Каналий выплыли. Зря он в картриджи год назад влез. Те, по большей части, остались нераспроданными на складах, не считая Тетриса, и мне пришлось покрыть новый кассовый разрыв.

Гектор получил Гринкарту! Но еще больше вида на жительство он обрадовался тому, что теща от них таки уехала, погостив три недели вместо трех обещанных дней. Я прямо-таки ожидал, что он расплачется от счастья, что донья Мерседес вернулась в свою деревню.

Зато у Валеньки и Витеньки всё хорошо. Кушают, набирают вес и не знают, как бывает несправедлив окружающий мир.

Николь — мисс Февраль восемьдесят второго — к нам заехала. Красивая шатенка, профессиональная модель, легкая в общении, и… мне не понравилось, как она отработала ротоскопинг. Без души. Делала всё, что ей говорили — и бегала, и прыгала, и на месте стояла, и поворачивалась так, чтобы чичис потом стало удобнее обводить, и с кошкой играться пыталась. Но Каналья как чувствовала равнодушие и все стремилась к модели хвостом повернуться.

Для экшен-сцен мы настоящий боксерский мешок раздобыли, и, прячась за ним, я уже совсем не опасался новых чингасос. Даже когда по ту сторону Трейси находилась. А уж фотомодель не факт, что нужный для удара урон нанесла бы, даже бей прямо в лицо. Красивая, с подтянутой фигурой и плоским животом, но драться совсем не умеет. Да и в целом явно что привыкла для статических фото позировать.

Я на пробу тоже по мешку постучал. Мужик я или нет… и тоже не умею.

Возможно, следовало Марию на роль Марты Джонс позвать. У нее-то удар поставлен, я знаю.

Линда про студента Питера вспомнила и созвонилась с ним. Общительный парень огромную стопку русских книг притащил. Просили его фантастикой поделиться, но в подборку просто русской литературы, переведенной на английский добавил. Сам привез к Эванс Холлу, хотя вообще-то в Стэнфорде учится. Видимо, заинтересован в распространении русской культуры. Или завербован КГБ! Или работает на ЦРУ! Или мне надо больше спать и пить витаминки, чтобы в голову всякая миерда не лезла.

Булгаков — Мастер и Маргарита и Собачье Сердце. С последним я только в виде ставшего культовым фильма, увы знаком. Вполне себе фантастика. Стругацкие — Пикник на обочине, Понедельник начинается в субботу, Трудно быть богом, Обитаемый остров. Набоков… ну так-то он американский писатель, хоть и русского происхождения. Бабель, Зощенко, Алексей Толстой, Беляев. Отдельный респект за Гоголя — Мертвые Души в трех переводах нам достались. Из всей русской классики Николай Васильевич у меня в особенном почете. Как ни старалась школьная программа отбить любовь к чтению, я ей не поддался. Война и Мир, Преступление и Наказание, сборник пьес Чехова. Перевод стихов — Маяковский, Пушкин, Бродский. И «Двенадцать стульев», как в переводе, так и на русском. Вот здесь обидно что читать ее в оригинале станет гигантским палевом. Я «Ильфа и Петрова» так-то обожаю.

* * *

(Выходной чтобы нагнать день, потраченный на переписывание главы. Через пару дней намечается еще один, нужный для подготовки к старту нового тома)

Глава 21

В середине июня нам пришла по почте газета «Силикон бэй» со статьей Фигга. Из хороших новостей — интервью напечатали дословно, без попыток вырвать слова из контекста и иных журналистских приемчиков. Про «драку с Джобсом» согласились, что она не имела шансов произойти.

Однако и без плевков в сторону лицензии Си-Пи-Эль не обошлось. Вероятно, репортеру требовалось заполнить полосу и он дополнил статью комментариями «экспертов» про то, как я, выпустив бесплатный софт высокого уровня, хлеб у них отнимаю и лишаю мотивации создавать аналогичные программы. Полные нонеймы из незнакомых мне компаний. Некие Зиберт, Голд и Койнер. Пусть лают, мой караван продолжает идти.

И про нашу штаб-квартиру несколько ремарок Фигг сделал:

Выбор в качестве офиса мрачного готического особняка в Эль-Серрито по соседству со скандальной рок-группой «Бесконечность Тьмы» говорит не только о бунтарском духе коллектива разработчиков, но и о полном неумении распоряжаться свалившимися на юного Криса Коламбуса большими деньгами.

Экскурсию для нашей

Ничего не сказала ему золотая рыбка… в том смысле, что прочитал и забил. Пусть критикует, работа у него такая. Открыто помоями не поливает и то хлеб.

Где-то в те же дни официально зарегистрировали «Каналья Хардвэр», пока с теми же ответственными лицами. Я — генеральный директор, Линда — секретарь, Лиза — исполнительный директор. Оформили лицензию на Тетрис от «Каналья Интернешнл». Рутина и бюрократия, но полностью необходимая. И с таким количеством юридических лиц как бы отдельный бухгалтер нам не потребовался. Пока что наняли Бренду вести учет еще и в новую фирму, за малую прибавку, так как там и работы пока ноль. Но прогнозируется-то множество всего. Заодно Лео составил договор о возвратных инвестициях со стороны Возняка и передаче тому в обмен 45 % акций новосозданной фирмы.

Эль-Кей для новой корпорации логотип нарисовала. Десяток вариантов логотипа, чтобы нанятые дядей Лёней люди проверили их на уникальность и выбрали максимально далекий от уже используемых кем-нибудь где-нибудь.

Минималистичный, подходящий для того, чтобы оставлять в виде выдавленного клейма на корпусе устройства. Маленькая уточка, естественно. Ничуть не хуже надкушенного яблочка, так считаю.

Тут важно оказаться не первой уткой в стране, с этим мы заведомо опоздали, как бы не на сотню лет. Но шансы стать главной канальей в компьютерной индустрии у нашей утки отличные. Важное условие, поставленное художнице — простая форма лого. Такая, чтобы даже ребенок смог нарисовать — и Линда справилась отлично.

Не уверен, начнем ли мы в двухтысячных выпускать дак-фон, патито-фон, или, может быть, си-си-фон, но недооценивать силу красивого бренда не стоит.

В середине июня к нам в офис Джейн Эспенсон постучалась.

— Привет! — дружелюбно поздоровалась девушка, когда Лиза проводила ее ко мне. — Помните, я пообещала к вам на работу устроиться со второго курса? Первый я закончила, все экзамены сдала, баллы по предметам закрыла. Я готова! Возьмете меня? Только программистом. Над сценариями, я знаю, у вас Эми работает и неплохо справляется, не хочу с ней конкурировать. А вот надрать задницы каким-нибудь парням, считающих себя крутыми программистами, я была бы рада. Кстати, поздравляю с победой в войне роботов. Си-Си-бот ведь твой, я угадала?

— Ага, мой, — смиренно подтвердил я. — Стив Бьорк отправил его исходники на турнир. Забавно, что мой тупой робот одолел всех умных.

— Сразимся с моим? Я заказала у журнала дискету с кодом участников турнира, но она мне пока не пришла.

— Давай для начала с работой определимся. Пойдём решим, к какому проекту тебя подключить. Семь долларов в час для начала тебя устроит?

Столько же, сколько у джуна-олимпиадника Роберто. Уровень компетенции девчонки я уже заранее оценил, как хороший. Самое важное — она увлеченный геймер, а не просто начинающий программист. Заодно увлеченная ещё кино и фантастикой.

— Йеп! — услышать фирменное айовское словечко не от Трейси чуточку странным оказалось, тем более, что Джейн раньше им не злоупотребляла. Но она из того же штата.

— Пойдем тогда, определю тебя в команду…

Вышел вместе с брюнеткой в зарождающийся опенспейс, которому таковым стать мы не позволим. Вот сейчас проведут ремонт-реконструкцию в соседних помещениях и нормально поделимся на кабинеты по два-четыре человека, сгруппированных по проектам.

— Ребят, кто не знаком — познакомьтесь. Это Джейн, она хороший программист и сценарист, но опыта в совместной разработке у нее пока нет.

Сразу в один из сложных проектов ее включать как-то неправильно. Новый человек под дедлайн только затянет сроки.

— Роберто, Говард, примите к себе новенькую? В проект с Химерами.

— Конечно! — дружелюбно улыбнулся опытный программист. — У нас как раз выделяется отдельный модуль с математикой сражений, пока Ар-ту комбинаторикой занимается. Иди сюда, Джейн, покажу тебе диздок.

Практику дизайн-документов, то есть где-то обобщенного, а где-то детального описания будущей игры, конечно, не я изобрел. Эта необходимая бюрократия и в Атари практиковалась, и в Сьерре. Я поначалу, пока один работал, все в голове держал, но вынужденно перешел на светлую сторону силы и начал всё расписывать. «Долину проклятий», «Патито» и экономические игры Бренды сразу с составления списка всего, что хотим получить, начинали. На «Темпл ран 2» целая папочка с описаниями желаемых фич и эскизами Линды заготовлена. Периодически планы пересматриваются, правда. У нас же гибкий подход.

Вот и на «Химерию», как пока названа игра про сафари-парк безумного генетика, мы подробный план с хотелками постфактум написали. При повседневной работе он не очень и требовался — исполнитель и его ментор и так все знали, но для подключения к проекту нового человека — бесценный материал.

— Девчонка-программист! Офигеть! — удивился из своего угла рыжий Блейз. — Я и не знал, что такие бывают!

— Роберта Уильямс? — назвал я. — Линда Ким, Бренда Бойл…

— Не-не-не, Си-Си, — возразил парень, — миссис Уильямс клёвая, но она геймдизайнер, а не программист. Придумывает игры, а не пишет. И Эль-Кей тоже не в тему. Крутая художница, но с кодом не работает. А Бренда…

— Она что? — насупилась бухгалтерша.

— Программист другого толка! — выкрутился Блейз.

Ну не идиот ли — ссориться с человеком, который считает твою зарплату. И с девушкой, чей парень — здоровенный мясник, одним ударом тесака разрубающий кости.

— Крис, не надо за меня вступаться, — попросила Джейн. — Если ребята считают, что я плохой программист — пусть попробуют меня в войне роботов одолеть.

Подавил желание показать парням кулак из-за спины новой сотрудницы — она явно сама за себя умеет постоять. Пусть сами дойдут до той мысли, что программиста делают мозги, а не хуэвосы в штанах.

И робота Джейн алгоритмы парней порвали на британский флаг. Ничего удивительного — все они, считай, форки моего тупого Си-Си-Бота, на которого всяких личных оптимизаций накручено. Подозреваю, оригинал своим копиям тоже проиграл бы.

— Ого! Ребят, а вы крутые, мне приятно с вами в одной команде оказаться, — не стала тушеваться Джейн. — Давайте друзьями будем, а не лошадиными задницами.

— Да я ничего такого и не говорил, — покраснел вдруг рыжий.

— Слушай, а как ты алгоритм торможения у стен сделала, покажешь? — спросил Чак. — Нам как раз нужно заставить ботов в игре не врезаться друг в друга, но они постоянно тормозят с торможением.

И лед тронулся, даже треснул. Правда, новенькая оказалась не за тем столом и занялась не милыми зверушками-гибридами, а машинками и пыщ-пыщ, но это и неплохо.

Постепенно близился дедлайн по «Долине Проклятий», и благодаря тому, что все мы хорошо

Эдди и Томми синтвейв-версию «Долины Пистолета» до ума довели, после чего она перестала являться смертью для ушей и зазвучала приятно, хоть подпевай. Линда красочный загрузочный экран нарисовала. Новенькая девушка, как выяснилось, тоже читавшая повесть, даже написала краткий текст для него:

Континент в руинах, в Бостоне бушует чума, в центральной части страны — тысячи миль радиоактивного ада. Вы преступник, которому обещано полное помилование за доставку вакцины. Но шансы доехать равны нулю. Или все же нет?

Результат с огромным трудом уместился на дискету и для демонстрации Роджеру Желязны 5 июля этой демки вполне достаточно. Но для полноценного релиза короткого огрызка маловато! И как впихнуть в носитель невпихуемое? Выпускать игру на огромной пачке дискет, как Сьерра с «Тайм зон»? Заранее обреченная на коммерческий провал стратегия. Отказаться от красивых полноэкранных загрузок, подающих сюжетную информацию? Ну… так-то вариант, если мы будем делать просто постапокалиптические гонки. Но хочется-то красиво и много…

По большому счету, все уже придумано до нас. Сжатие с потерями, уменьшающее размер картинок на порядок ценой потери части качества и появления малой толики артефактов, спасет отца американского геймдева. О слава студенту Питеру! Теперь я фразочки из Ильфа и Петрова легально в речь вставлять имею повод. Их, правда, окружающие не очень поймут. Как заставить всю студию «Двенадцать стульев» прочитать? А лучше всю Калифорнию или даже Америку.

Конечно, премии Тьюринга за внезапное изобретение джипега нам с Джоном не видать. Хотя бы потому, что все теоретические основы уже как бы не лет десять-двадцать назад придуманы умными академиками со светлыми головами и высокими лбами. Да и тяжеловата компрессия из будущего для 1983-го.

Отбрасывая лишние технические подробности — самым перспективным вариантом мне векторное квантование показалось. Использование цветовой карты и карты переопределяемых символов, как и планировал для трехмерного шутера, но пока для статичной картинки. А далее отмасштабируем. То самое, благодаря чему я однажды 3Д шутер отрендерю. Этакий ASCII арт на максималках. Не только рисуем картинку символами, но и переопределяем буквы на мини-спрайты на этапе сжатия. Библиотеку символов и цветов при этом не вручную подбираем. Наверняка я тут Америку не открыл, кто-нибудь умный, вполне вероятно, додумался до того же и, может быть, даже уже где-то зарелизил. Но играем от той расстановки шахмат, что есть.

— Смотри, Джон, какой инструмент я для нас хочу, — обратился я к самому гениальному из своих кодеров. — Анализируем нарисованную Линдой картинку, составляем из нее библиотеку символов и цветовую карту, восстанавливаем картинку, используя переопределенный набор из множества. Мы так и поступаем, когда создаем тайловую графику вручную, я от тебя хочу автоматизации процесса. Программу, которая скушает картинку высокого разрешения, прожует и выплюнет кучку мини-спрайтов и инструкцию, как из них получить картинку.

— У нас не получится повторить изначальное изображение точь-в-точь, — сразу возразил скептик Джон.

— Нам и не надо. Перфекционизм вреден, удовлетворимся приемлемым по качеству. Изначально у нас будет картинка высокого разрешения, созданная на Сан-1, а нам нужна более низкого, упакованная для Коммодора и IBM. Как-то так.

— Я не знаю Ассемблера под Моторола 68000, — нашел другую отмазку Джон.

— И не надо… пока что. Пиши упаковщик на Си. Нам не так важно, за час обработается картинка или за два. Если нужен толковый помощник, а я в это время занят — обращайся к Монтгомери. У него голова работает даже быстрее, чем у нас с тобой, только опыта не хватает.

Линда начала обрабатывать отснятые материалы, поначалу взявшись с великим воодушевлением, но чем дальше, тем потихоньку утрачивая энтузиазм. Делала стопкадры, фотографировала, распечатывала и обводила на графическом планшете. Повторить, повторить, повторить. Не жаловалась, но по глазам видно, что монотонная и не самая творческая работа вгоняла девушку в сон. Но кто, если не она? Точно не я.

Так или иначе, первая анимация — стояние на месте, оказалась за неделю упорного труда оцифрована. Причем, уже с раскрашенными телом, шортиками и подрисованной маечкой. Осталось взять готовый спрайт, чередовать кадры и экранная Пенни Смит… не будет ничего делать. А ведь это еще до кошки не добрались.

Базовый движок у нас все тот же V6 — стоит так его называть в честь первой игры, что мы в не таком и далеком будущем на нем релизнем. Скорее всего, уже осенью. Или, может быть, к рождеству.

Натянул спрайт Пенни Смит на капитана Виридиана и понял, что дискета потенциально трещит по швам. Увы, у нашей героини очевидный лишний вес и гербалайфом это не лечится. Учитываем, что, кроме самой Пенелопы Смит, запланированы Марта Джонс и антагонисты, которых начали отснимать с музыкантов «Бесконечности тьмы», а также всякие мелкие животинки. И кошка! Ее нужно много, не поместится всё.

Решение — в формате данных. Первый кадр каждой анимации храним целиком. Для второго — только отличия от первого через XOR и так далее. Сомневаюсь, что что-то революционное вспомнил, наверняка так уже делают. Но и Джон, и Говард прямо похвалили затею. Скорее это им знаний не хватает, чем я время опередил. Срочно надо заказать себе футболку «хочешь похудеть — спроси меня, как». Рокки оценит.

В двадцатых числах внезапно Рокки Кларк как раз самолично нам позвонил.

— Си-Си? Ты в офисе? Отлично! Прекрасно! Потрясающе! Никуда не уезжай, будь на месте! Я приеду кое-что показать и рассказать.

Куда же я денусь с подводной лодки? На работе я в этот месяц как поселился, так и отлучался лишь поиграть с Монти в козла-каброна, то есть футбольный сквош, да по делам и на ночь. Иногда и ночью не уходил, когда та звала меня или Линду, занятую обработкой отснятых для ротоскопинга материалов.

Возняк — не человек, а стихия. Ворвался в офис с кучей коробок пиццы, всем раздал угощение, со всеми поздоровался и даже обнялся с теми, с кем хорошо знаком, и только утянув Джона и Монти ко мне в кабинет, затараторил по делу.

— Ребят, смотрите, какая крутизна! Это четырехбитный микроконтроллер Hitachi HD44795 со встроенным драйвером для жидкокристаллических дисплеев! Поддерживает больше 200 сегментов при помощи расширения линий! — бережно положил он передо мной маленький

— Рокки, а что ты хотел рассказать? — спросил я.

— Эл! Видел его сегодня утром в Купертино на Бэндли-драйв, — вздохнул Воз, — но так вышло, что не смог подойти. Но это еще ничего не значит! Он бы сразу сообщил, если бы принял решение!

Тут мысленно вздохнул уже я. Кадры решают всё, и с ними у нас очевидная недоработка. Быть, возможно, тёть Лизе исполнительным директором и обладателем 5 % акций, раз дядя Алик с нами дружить не хочет.

Глава 22

Чем ближе подступал июль, тем сильнее меня трясло от предвкушения грядущей демонстрации «Долины проклятий» автору первоисточника. Мы без обмана отлично постарались, собирая свою получасовую демку. В двадцать первом веке уже можно было бы ранний доступ запускать и получать фидбек от благодарных игроков.

Первого июля все наши надежды отправились в помпис.

— Каналья Геймс, меня зовут Майкл, слушаю вас. Лиза, просят тебя, — снял трубку в соседнем кабинете Пондсмит. Двери мы открытыми по большей части держали.

— Лиза Пондсмит у аппарата. Да-да, пятого числа, в час дня, как и договаривались. По какой причине вы отменяете планы?

Отмена? Пятого числа? На этот день у нас только встреча с Желязны и планировалась. Кольнула страшная мысль, что, может быть, у писателя проблемы со здоровьем уже проявились и я опоздал как-то на них повлиять. Но сомнительно, что так. Он от болезни не то почек, не то печени в моей первой реальности умер, в середине девяностых. Больше, чем за десять лет, никакая миерда себя проявить сильно не должна. А если и проявила, то почему осталась нелеченной?

— Почему вы больше не заинтересованы? Объясните, пожалуйста, нормально?

Захотелось прокричать женщине, чтобы громкую связь включила на телефоне. Ни Ктулху же не слышно!

— Газета? Какая статья? Нет, мистер Колон никогда не утверждал, что его избил Стив Джобс. Я не считаю это поводом отменять договоренности, мистер Эриксон. Повторите, пожалуйста, вашу фразу… вы передергиваете. Вы не правы, Кристобаль — не коммунист!

Я в полный голос не выругался только по той причине, что загадочный Эриксон, по-видимому, агент или помощник Роджера Желязны, сговорчивей не станет, если услышит забористый латиноамериканский мат.

— Нет, мы не планировали приглашать прессу и устраивать шумиху, — последовала новая реплика Лизы.

Тут уж я не усидел за столом, как и Линда отвлеклась от рисования, вдвоем бросились в соседнюю комнату, чтобы замереть перед выставленной в запретительном жесте ладонью железной леди.

— Скажите, а это ваше решение или вашего клиента? — спросила миссис Пондсмит.

«Бу-бу-бу, бу-бу-бу…» — не расслышал я ответ агента. Нужно обязательно завести параллельную трубку, чтобы подслушивать переговоры своих сотрудников, не вскакивая с места. Плохая мысль…

— Я вас поняла, вы действуете в его интересах. Повлиять на ваше решение мы никак не можем? Всё ясно. Благодарю за уделенное время, мистер Эриксон.

— Лиза, это что сейчас было? — первым спросил Майкл. — Мы что, не едем на БейКон? Я уже успел подготовить костюм для маскарада!

— Карлос Эриксон, агент мистера Желязны. Он пристально изучил, с кем именно у его клиента назначена встреча. Прочитал «Силикон Бэй», статью в «Электроник Ньюс» и более раннюю в «Электроник Геймс», и этого ему хватило, чтобы посчитать переговоры слишком рискованными, а тебя — «дешёвым искателем славы за чужой счет» и отменить встречу.

— Он или писатель? — спросил я

— Я не получила прямого ответа. Можно предполагать, что сам фантаст вообще не знал, что мы с агентством из Нью-Йорка о чем-то договорились. И, Крис… мне неприятно об этом говорить, но твоя свободная лицензия на самом деле подмочила нам репутацию, точнее, ее критики.

— И что, всё было зря⁈ — разочарованно воскликнул со своего места Чак. — Мы тут задницу рвали, чтобы успеть к пятому числу, а из-за какого-то агента писатель игру даже не посмотрит?

— Назовем по-другому и выпустим. Пусть потом жалеют, что отказались, — флегматично заметил долговязый Коннор.

— Ребят, вы что? Так запросто сдадитесь? — разочарованно протянула Джейн.

— Нет, нельзя сдаваться. Крис никогда не сдается, — верила в меня Линда.

Вообще-то периодически сдаюсь, например, когда испугался и чуть ли не умолял Гектора избавиться от украденных компьютеров. Или когда с «эффективными совами» из Сеги спорить не стал. Но не переубеждать же девушку, которая предпочитает замечать во мне только хорошее.

— Не сдадимся. Поедем и услышим отказ напрямую от мистера Желязны, а не какого-то Эриксона! Лиза, найди, в каких мероприятиях он участвует. Если нужна помощь, используй Марию.

— Поняла, босс, твоя цель в том, чтобы добиться судебного запрета приближаться к писателю, — скептично хмыкнула блондинка. — Коннор хорошо предложил. Я помню повесть и наша игра не настолько ее копирует, чтобы нам запретили ее продавать. Скорее уж правообладатели «Воина дороги» возмутятся плагиатом, но и это маловероятно.

— Мы же не какие-то чокнутые фанаты, преследующие звезд, — аккуратно возразила Линда.

А я как раз такой, похоже. Но буду себя сдерживать. О лунная призма, нужно больше пофигизма!

— Я все равно поеду. Если мистер Желязны сразу не заинтересуется, надоедать ему не стану. Кто со мной? — обозначил позицию.

— Я! — первой отозвалась Линда и схватила меня за руку. Как будто я в любой момент могу шагнуть сквозь тени-отражения, в зависимости от перевода, и оставить ее.

— Если за счет фирмы, то я точно еду, — вызвался Майкл. — Да в любом случае еду. И не только ради маскарада.

— Вас нельзя отпускать одних, — вздохнула Лиза. — Я разузнаю, где и когда его найти.

Вот сейчас обидно было. Как будто я обязательно подерусь со знаменитостью, оставшись ненадолго в одной комнате. Хотя, если бы в глаз мне заехал любимый писатель, я бы, наверное… нашел себе другого литературного кумира.

Для поиска информации женщине потребовалось лишь несколько телефонных звонков.

— Мистер Желязны пятого числа около полудня

У меня от осознания перспективы аж дыхание перехватило. Есть разные версии, кого считать величайшим писателем-фантастом 20-го века. Я всегда голосую за Роджера Желязны, с тех самых пор, как в возрасте 12 лет открыл странноватый перевод хроник с названием «Девять принцев в Янтаре».

При том, несмотря на неоднозначный перевод, где Корвин стал Кевином, а Дворкин — Двэкином, издание отличалось отличным качеством оформления. Например, каждая глава начиналось с иллюстрации козырной карты. И в таком виде у меня имелись первая да десятая книги цикла. Позже я узнал, что только их и издали, пропустив все, что посередине. Издевательство какое-то. Я, между прочим, на полном серьезе искал недостающие в книжных магазинах, будучи студентом. Это как с шуткой про нумерованных поросят, где одного из середины нумерации не хватает.

Пятого июля мы с Линдой сели в Тойоту и отправились на БейКон 83. Теть Лиза и дядя Миша Пондсмиты с нами поехали. Майкл при этом, никого не стесняясь, еще на работе переоделся в красный мундир Звездного Флота, как в «Гневе Хана». Форма, специально придуманная для фильма, ему идет.

Остальные тоже хотели поехать и я разрешил, но в частном порядке и не одновременно с нами. Нечего целой толпой писателя пугать.

— Адмирал Колон, дозвольте при следующей высадке также использовать уставную форму одежды? — спросила Линда, глядя, как Майкл разглаживает ткань на костюме.

— Дозволяю, капитан Ким, — подмигнул ей.

Ничего себе в «Звездном Флоте» социальные лифты. Еще недавно я энсином значился. Ничем не хуже мистера Чехова, он тоже до адмирала дорос.

Вообще-то я не большой фанат косплея, который так еще не начали называть, именуя попросту маскарадом. Вот против эротишных косплеерш ничего не имею, приятно же посмотреть. А самому переодеваться как-то чересчур хлопотно. Дело даже не в стеснительности, а в банальной лени. Хороший костюм требует много усилий.

А еще мне стало жарко от одного вида шерстяной двубортной куртки, надетой на Майкла.

Сан-Хосе — один из крупнейших городов северной Калифорнии. Населением побольше, чем Сан-Франциско. Истинное сердце «Силиконово-Кремниевой» Долины. Мы уже проезжали его насквозь по шоссе, когда ездили в гости к Рокки в Лос-Гатос, но во всех подробностях рассмотрели только сегодня, пока кружили в поисках отеля «Золотой лев», где проводилась конференция БейКон.

В первой жизни я на подобных конвенциях так и не побывал. Даже на отечественные Игромир и Старкон ни разу не выбрался и сейчас понял, что зря. Шумно, с большими толпами посетителей, но зато наших людей, в том смысле, что гиков, обожающих фантастику.

Поднялись в почти полный зал, где с небольшой сцены зачитывал с неплохой дикцией своё произведение молодой парень. И я даже заслушался. Неплохое такое классическое фэнтези о том, как на мальчишку-беспризорника напал дикий кабан, но его спас слуга волшебника. Далее угадывалось, что пареньку предстоит самому стать магом. И наивным такой сюжет кажется лишь с высоты сотен прочитанных за всю жизнь книг. Мне понравилось.

— Как его зовут? — шепотом спросил я Линды, вертящей в руках программку мероприятия, взятую при входе.

— Рэймонд Фэйст. А книга — «Ученик волшебника», — на ушко ответила мне девушка.

Никогда не слышал. И это неудивительно, через океан обычно перебирались только лучшие из лучших бестселлеры, про которые заранее понятно, что достойны перевода и издания. Хотя… может быть, мне просто в 90-х не повезло Фэйста встретить, а позже выбор стал слишком широким. Сегодняшнюю его книгу мне захотелось купить и прочесть целиком.

— А теперь Роджер Желязны прочитает вам первую главу шестой книги «Хроник Амбера». Она называется «Карты судьбы». Я уверена, вы все ее очень ждете.

Писатель поднялся с первого ряда. Среднего роста худощавый мужчина со слишком крупным и немного кривым носом и высоким лбом. В имевшемся у меня издании он изображался на задней части обложки, как для амберской карты — в расшитом дублете и со шпагой, а длинные волосы убирал в хвост. Увы, сейчас у писателя прическа поменялась на обычную, но я все равно узнал кумира. Да он круче Джонни Кэша!

Представившись, писатель сел в кресло — не стоя на ногах же выступать — и начал декламировать вслух «Карты судьбы», подглядывая в рукопись. Очень неплохой профессиональный выговор у него, почти как у диктора, но чуточку гортанный. А книга…

Я читал ее раз сто! Как говорится, до дыр зачитывал. Многие утверждают, что второе пятикнижие слабее первого и Желязны скатился. Но мне хватало главного факта: главный герой — программист и инженер, создавший ИИ при помощи магии. А начинается первая глава в Беркли…

Череда покушений 30 апреля из года в год. Вальпургиева ночь, убитая — на самом деле нет — подружка Мерлина, попытка вербовки в стартап от Люка, который на самом деле Ринальдо, но об этом нам скажут позже… в очередной раз перечитать захотелось!

Публика слушала затаив дыхание, но аплодисменты в конце главы вышли немного сдержанными. Мне прямо обидно стало. А еще я поймал себя на том, что выискиваю признаки той самой болезни у писателя. Ничего! Нормальный здоровый сорокалетний интеллигентный мужчина.

В очередь за автографами, организованную в соседнем помещении, чтобы не мешать чтениям следующего фантаста, я встал в самый ее хвост и далее мы с товарищами пропускали всех других желающих вперед. Задумка в том, чтобы подойти последними и пообщаться немного неформально, получив больше времени, чем нужно для получения автографа. Наконец, и наш черед настал.

Первыми подошли Майкл и Лиза.

— Моя любимая ваша книга, — протянул Пондсмит писателю для автографа абсолютную новинку, вышедшую в 1982 — «Витки», роман о парне, обладающем способностью бесконтактно взламывать компьютеры. Она, на мой взгляд, и в 2026 актуальности не утратила. Автономные грузовики, например, очень правдоподобно в ней описаны.

Лиза просто поздоровалась, видимо, менее фанатка.

— Сэр, здравствуйте, мне очень понравился прочитанный вами отрывок, подпишите, пожалуйста, — протянул специально купленный для работы над игрой сборник «Последний защитник Камелота», в состав которого вошла и «Долина проклятий».

— Спасибо за теплые слова, сынок. Мне приятно, что меня читает молодежь, — улыбнулся писатель.

— Я учусь в Беркли и работаю программистом. Мерлин мне очень понравился, как персонаж. Не слушайте критиков, они полные пендехо и ничего не понимают! — добавил я под недовольным взглядом теть Лизы. И ничуть я не соврал. На самом деле учусь, только на платных курсах, а не как настоящий студент.

Как-то по-детски, наверное, прозвучало, но зато искренне.

— Стараюсь не слушать. И критики отвечают мне взаимностью, тоже не слушают, — хмыкнул писатель.

— Подпишите, пожалуйста, мне рисунки. Я очень старалась, — попросила Линда.

Обычные, карандашные эскизы по мотивам Амбера. Все девять принцев и четыре принцессы, известные к данному моменту.

— Очень талантливо, я примерно такими персонажей и представлял, — похвалил фантаст, — намного ближе к моему герою, чем получилось у людей, специально получавших зарплату за создание его образа.

Линда чуточку зарделась.

— И вот эти, над ними я работала для нашей видеоигры, — Линда протянула наброски экранов загрузки «Долины Проклятий»

— Это Хелл Таннер? — переспросил писатель, глядя на байкера, целящегося одной рукой из обреза в другого мотоциклиста, нагоняющего его.

— Да, я надеялась, что уловила характер… что он совсем не положительный персонаж.

— Да! Именно так! Таннер — жестокий ублюдок, последний из Ангелов Ада, а не рафинированный вояка, показанный в фильме. Простите, мисс, но ваш рисунок прошелся по больному. Вы, значит, делаете видеоигру? Вы все, вчетвером? По вам видно, что вы одна компания. Я в играх, простите, не понимаю почти ничего, хотя за технологиями слежу.

— Да, — сказал я за всех, — и хотели бы официально купить права на использование названия. Но не хотим, чтобы вышло как с фильмом. Мы предлагаем вам полный творческий контроль и…

— И с этим предложением нужно обратиться к моему агенту, сынок, — прервал меня писатель, — вот его визитка, Карлос Эриксон из Нью-Йорка. Торговаться по условиям — это его работа. Мне понравились ваши эскизы, но Голливуд тоже показывал красивый сценарий и завлекающие картинки, а получилось то, что получилось. С тех пор я настороженно отношусь ко всем предложениям подобного толка.

— Мистер Эриксон уже нам отказал во встрече, поэтому мы пришли, как фанаты, — признался я, — очень не хотим показаться навязчивыми преследователями. Возьмите, пожалуйста, тут запись демонстрации игры на видеокассете, отдельно саундтрек на аудиокассете и наша визитка. Если вам вдруг понравится — приедем провести презентацию куда угодно и когда угодно.

— То есть вы нарисовали персонажей, сделали игру, заранее нашли композитора, чтобы написать музыку и только затем решили спросить разрешения?

— В вашей формулировке выглядит не так красиво, как у меня в голове, — признал я.

— И глупо, — дополнила Лиза. Это не бунт с ее стороны, мы заранее договорились, что она выдаст немного честной критики.

— Простите, за наше поведение. Но мы и в самом деле ваши поклонники и очень старались сохранить дух произведения, — смущенно пробормотала Линда.

— В хорошем смысле дерзко, в духе некоторых моих персонажей. Не даю вам никаких обещаний, у агента наверняка имелись важные причины вам отказать, — сказал Желязны, но кассеты, и видео и аудио, все же взял. — Видеомагнитофона у меня в номере отеля нет. Однако музыку я, скорее всего, послушаю, плеер у меня есть.

Глава 23

Остаток дня мы потратили, как и положено фанатам фантастики на одном из крупнейших конвентов страны. Смотрели кино, листали книжные новинки и комиксы, пробовали новые аркадные автоматы в игровой зоне.

«Логово дракона» на базе технологии лазерных дисков прям круто смотрится, как интерактивный мультфильм. По сути весь геймплей — это одна большая QTE сцена. В современных мне играх я их ненавидел, никогда не успевал вовремя нажать в нужную сторону.

А потому, после гибели персонажа еще на мосту, ведущему в логово, уступил место Линде и та помогла герою спасти принцессу с большими чичис, которой как будто Трейси наряд подбирала. Не осуждаю, красивое! И рад за героя, который после всех опасностей получил свою награду в виде поцелуя. Линда ее тоже заслужила.

А ведь было в девяностых интерактивное ТВ-шоу по тому же принципу — вовремя нажать кнопку, после чего персонаж принимал правильное решение. Оно пошло откуда-то из Скандинавии и главного героя в оригинале звали Хьюго, а в русской — Кузя. Неплохой формат для раскрутки Трейси, как телеведущей. Но неясно, как много придется в техническую часть вложить. И в целом — мертворожденная технология. Но это если пилить самому, а не продать кому-нибудь идею. Нужно подумать. Скорее всего, в США в ближайшие годы не воспримут. Игровой кризис и иже с ним. Но, может быть, в Японии оценят. Стоит получить патент.

Самой интересной часть этого дня, помимо общения с Желязны, стала стендовая дискуссия о будущем фантастики.

Ларри Нивен, Пол Андерсон, Роберт Силверберг и Норман Спинрад давали собственные прогнозы на развитие жанра. И блин, что за человечищи! Их дискуссию о том, умрет ли фантастика, как жанр, из-за развития технологий было очень приятно послушать.

Нивен и Андерсон с оптимизмом говорили о развитии именно НФ бок о бок с технологиями и осторожно предрекали упадок мистическому фэнтези. С позиции послезнания оба не правы и именно жанр фэнтези взобрался на трон, но говорили с уверенностью и аргументированно.

Силверберг, как редактор многих антологий, говорил о смерти «журнальной фантастики» — когда автор присылает свои работы журналу и публикуется в нем, и укрупнении работ от рассказов к полноценным романам. Умный человек, явно разбирающийся в теме. Предсказать появление порталов самиздата никто из них не смог, но и немудрено.

А Норман Спинрад обещал, что фантастика выберется из гетто для узкой прослойки поклонников и заработает массовую популярность.

Умные, очень умные люди. Мне захотелось и на следующий день конвент посетить, но я сдержался и пошел на работу. Игры сами себя не напишут. А «Долину проклятий» переименуем в «Дорогу ярости» и пусть потом агент Эриксон оправдывается перед своим клиентом, почему именно он отказал новым иконам игровой индустрии не то, что в лицензии, а даже в официальной встрече. Еще и РПГ потом по той же вселенной выпустим, вдохновляясь «Фоллаутом» и «Вейстлендом», но это уже на шестнадцатибитных консолях и более продвинутых компьютерах.

Как и обещал ребятам, настала их очередь и большая часть отправилась по нашим следам в Сан-Хосе, вдохновляться фантастикой. На месте остались лишь те, кто уже ездил и те, кому не интересно. Бренда, например. Она трубку и сняла, когда телефон затрезвонил.

Мы с Линдой в это время находились в «серверной», девушка показывала мне новые спрайты. А я пытался мысли в кучку собрать и понять, как именно нам перестроить геймплей так, чтобы никакой Эриксон, защиты

— Каналья Геймс, у аппарата Бренда Бойл… ТОГО САМОГО? — услышал я через приоткрытую дверь. Повисла пауза. — Да-да, я передам ему. Записывайте — 1101 Арлингтон бульвар, Эль-Серрито, Калифорния 94530. Все верно!

К тому моменту, как я оказался возле стола Бренды, та уже повесила трубку. И кто у нас «тот самый»? Роджер Желязны? Билл Гейтс? Стив Джобс выясняет адрес, куда приехать, чтобы побить меня по-настоящему?

— Звонил мистер Стюарт, помощник Джонни Кэша, — флегматично передала Бренда. — Ему понравилась песня, которую ты оставлял, и мистер Кэш сделал свою версию аранжировки. У меня спрашивали, куда отправить кассету, чтобы ты познакомился с записью. И Кэш похвалил игру гитариста, просил передать, чтобы тот не потерял свой звук.

Орале! Карамба! Ему понравилось! Надо сказать Эдди! Это ведь он из моего невнятного мычания и попыток в электронную музыку сделал настоящую песню. Похвала от Кэша — это как… вот как если бы Дональд Кнут сказал, что у меня элегантный алгоритм получился. Он, правда, так и сказал, но повод для гордости слабый, я же не сам всё придумал.

Забыв, что нога некогда вообще подводила меня, взбежал по лестнице наверх и на несколько часов завис в компании музыкантов.

— Чувак… то есть человек в черном хвалит мою игру? Мою? Я же терпеть не могу это деревенское дерьмо, а он взял и похвалил? И кавер пообещал? — в десятый раз переспросил ошарашенный Эдди.

— Уже сделал, как я понял, — в очередной раз подтвердил я, — и сказал, чтобы ты не потерял свой звук.

— Чувак… так не бывает! Я вообще не кантри-гитарист.

— Ага, иди скажи это Кэшу, — рассмеялся Билли и хлопнул приятеля по плечу.

— Ребят… нам тут, похоже, придется переименовать игру, так как нас мягко послали с правами на повесть, — поменял я тему, — и под новое название есть текст… ну как, зародыш текста, концепция. Мне бы над ним пару дней посидеть. Там петь и играть кое-где надо очень быстро и на гитаре, и на барабанах.

«Роад рейдж» от Миракл оф Саунд, по мотивам четвертого фильма о Безумном Максе, мне в голову пришла, когда я осознал, что игру, по всей видимости, придется переименовать. И яростный саундтрек про «пушки, бензин и богов» возможно, лучше попадает в тему, чем в чем-то меланхоличная песня про искупление. Вот в историю Хелла Таннера именно «Долина пистолета» идеально ложится, но… похоже, нам придется делать свой постапокалипсис, по заветам Бендера Родригеса, «с блэкджеком и шлюхами».

Как смог, напел и настучал на клавиатуре… какая же миерда получилась. Но поначалу у меня всегда так. Музыканты подхватили и не то, чтобы сильно лучше вышло. Первый блин — он такой. До самого вечера в итоге у них в репетиционной проторчал с доводкой звука в духе «нет, не так это у меня в голове звучит». Но сто-пятьсот повторов хотя бы текст родили. Не факт, что тот самый, оригинальный, но этого даже я сам уже не узнаю, главное, что на музыку примерно лег. И репетировать группе новинку теперь не одну неделю, прежде чем нормально получится.

Еще один день… следующий… и еще… и так до самой пятницы. Обычная ежедневная работа.

Команда смирилась, что мы делаем «Дорогу ярости», а не «Долину проклятий». Что приятно — к писателю никаких претензий, но пендехо Эриксона крепким словцом многие вспоминали. Наверное, ему икается. Линда начала в перерывах между монотонным ротоскопингом загрузочный экран с новым названием рисовать.

Пятничный вечер перестал быть томным на еще одном телефонном звонке.

— Каналья Геймс, Крис у аппарата.

— Назови ваш адрес, вундеркинд, я хочу приехать посмотреть на детский лагерь, в котором ты предлагаешь мне стать вожатым, — пробасил Эл Алкорн ироничным тоном.

— Я думал, вы уже занимаетесь скаутами в лагере Джобса, — признался я.

— Нет, и бросаться такими претензиями не очень красиво. Я обещал как следует подумать и взвесить, этим и занимался. Если тебе кто-то напел, что меня видели в Купертино, то это потому, что я точно так же хотел понять, куда меня зовут и ездил пообщаться со знакомыми. Так мне приезжать?

— Да, безусловно, — я продиктовал наш адрес на Арлингтон бульвар, — в любое время. Мы тут почти поселились в офисе.

— О дааа, припоминаю, как и я был таким же. Не суетись, парень, мы с тобой еще не раз поругаемся и поорем друг на друга в голос, если начнем совместную работу. Относись флегматичней.

Спасибо, капитан Очевидность, адмирал Транжирство и без сторонних советов флегматик. Хотя временами я все же нервный. Видать, сказывается горячий латинский темперамент.

— К моему визиту можете не готовиться, бардак на столах не прибирать, пыль на подоконниках экстренно не вытирать. Мне на такое плевать, я хочу увидеть, как вы работаете, а не изображаете видимость порядка. Усёк?

— Хорошо, траву на лужайке зеленой краской красить не станем, — пообещал собеседнику.

— Хи-хи-хи, красить траву, — рассмеялась Линда, которая подслушивала, прямо как Морфиус из гоблинского перевода Матрицы.

— Милая, у меня хорошее предчувствие. Похоже, жизнь налаживается, — подмигнул Линде. — Подай мне, пожалуйста, влажную тряпочку, протру Ньярлатхотепа от пыли.

Классная тачка бэха-пятерка! В том смысле, что приехал Эл Алкорн на БМВ. Ведь у него есть черный бумер, быстрый и шальной. На самом деле не уверен, что пятерка, не разбираюсь в модельном ряде.

Поворотник инженер, сворачивая к нам на территорию, прилегающую к особняку, правда, включил. Видимо, в восьмидесятых у баварских машиностроителей массовый брак именно этой детали ещё не вошёл в привычку. И черный цвет — не то, чтобы хороший выбор для наших жарких краёв. Но, наверное, кондиционер справляется. Может быть, и мне себе такую купить, ведь «девкам очень нравится»?

Мы с Линдой ждали гостя на крылечке в обнимку. Все остальные уже разошлись. Сам я трудогольничаю постоянно, но у меня сопротивляемость выгоранию высокая, а вот команду лучше холить и лелеять.

— Привет, Христофор Колумб, — попробовал новое прозвище Эл, пожимая мне руку.

— Привет. Познакомьтесь, это Линда Ким, арт-директор студии Каналья Геймс и моя невеста, — представил я девушку, — а это Эл Алкорн.

— Скажите, а за корпус Атари 2600 тоже вы отвечали? — спросила та. — Он выглядит… роскошно, моя любимая часть этой консоли.

— Нет, это Даг и Фред, промышленные дизайнеры. Крутой особняк, ребят. Глядя на него, я понимаю, почему Роджер Фигг считает, что Крис не умеет тратить деньги, но осуждать не собираюсь. Тут явно веселее, чем в типовой бетонной коробке в Саннивейле. О святые угодники!

Остаться равнодушным, оказавшись лицом

За следующие минут сорок мы устроили полную экскурсию, заставив Алкорна переобуться в гостевые тапочки на входе, а его замшевые туфли убрав в шкафчик для сменки. Каналья — воспитанная кошка, но рисковать тем, что она решит показать своё «фи» туфлям не того человека в неправильное время, мы не станем.

— Такое ощущение, что вы тут не для того, чтобы зарабатывать деньги, а хорошо проводить время, — заметил Алкорн, осмотрев большую часть наших рабочих помещений. Даже комнату для ротоскопинга я прятать не стал. Не такой она и секрет — и сама комната, и технология.

— Я ожидал куда худшего, честно скажу. — похвалил мужчина, когда мы перешли на кухню и кофеварка начала свой привычный труд. — Отличный современный, но уникальный офис. Жаль, в Пало-Альто или Саннивейле вы мне такой не найдете, если мы договоримся.

— Этот вас не устраивает? — удивилась Линда. — Он большой.

— Он в Эль-Серрито. В моём возрасте хочется жить у себя дома, а не тратить больше часа утром и вечером на стояние в пробках. Мне потребуется отдельное здание в Кремниевой долине. Не очень большое, меньше вашего дома семейки Адамс. Если это чересчур, то давайте сразу разойдемся.

— Огласите весь список, пожалуйста, — попросил я. Не то, чтобы требование выглядело чрезмерным, но лучше заранее знать, если ему потребуются регулярные оргии с жертвоприношениями юных девственниц или белорусские креветки.

— Первое — должность президента Каналья Хардвэр и руководителя производства, — загнул палец на растопыренной пятерне.

— Затем мы вас и приглашаем, — подтвердил я.

— Оклад в восемьдесят тысяч в год, помимо обещанных мне пяти процентов. И контракт, в котором мы четко пропишем, когда и при каких условиях я получу свои опционы. По одному проценту в год при достижении четко обозначенных целей меня устроит.

— И акции, и деньги? — удивилась Линда.

— Да. Должен ведь я на что-то жить. Я слишком стар для того, чтобы объяснять моей жене, Кэти, почему вместо зарплаты начал приносить домой акции перспективной фирмы. Учитывайте — мне потребуется нанять еще дюжину сотрудников, квалифицированных инженеров, по большей части. Им тоже необходимы оклады. Половина миллиона, обещанная Возом, сгорит на зарплатах в первый год.

— Любой труд обязан быть оплачен, — признал я, пока жаба не взбунтовалась ради того, чтобы меня задушить.

— При том, я не собираюсь заниматься бюрократией, — продолжил Эл. — Придется нанять для бухгалтерии отдельного человека. В производство ни он, ни ты, Эйнштейн, ни ты, девушка-гений, не влезаете, даже если вам покажется, что я творю полный бред. И последние — выходное пособие плюс медицинская страховка на всю семью.

— Команду инженеров отыщете себе сами?

— Да. Но если есть подходящие ребята на примете, я, как минимум, выслушаю, ты же наш… дай придумать термин…

— Великодушный диктатор, — предложил я, чем вызвал добродушный смех.

— Хорошо, диктатор, но не в вопросах производства. Я открытый человек и не стану игнорировать твоё мнение, но сделаю по-своему. Выпуск продукта запускаем постепенно растущими партиями. За первые безбожно переплачиваем и только когда брак сойдет на нет, стартуем на полную. К моим инженерам не лезешь. Ты ведущий акционер, но не президент фирмы. Захотелось чего-то — действуешь через меня.

Он звучал, как человек, уже принявший то самое решение, и это грело изнутри.

— Возняку я также оставляю право говорить нет, какие бы потрясающие находки он ни придумал. Например, когда он создавал «Брикаут», вышла очень элегантная и дешёвая схема… оказавшаяся непригодной к массовому производству.

— Принимается, — не стал вредничать я.

— Никакого корпоративного дерьма с дресс-кодом, контролем времени появления на работе и кучей отчетности.

— Так мы и работаем, — сообщила Линда.

— Продажами я не занимаюсь. Для них нанимаем отдельных людей, которые умеют продавать и не суют свои носы в производственный процесс.

— Разумно, — снова оставалось только согласиться. Обнаглевший Эл вываливал на меня все свои хотелки, но и меру тоже, очевидно, знал.

— И самое главное — мы не останавливаемся. Запускаем проект за год, отлаживаем производство и начинаем делать следующее устройство. Атари погорели на том, что затянули жизненный цикл 2600. Эту консоль следовало заменить еще в 81-м, когда я оттуда увольнялся. У тебя, чудо-мальчик, к окончанию этого года обязан иметься новый проект, не менее интересный, чем портативный тетрис. А еще через год следующий, и следующий. Команда инженеров не должна простаивать. Чтобы вы понимали — я не испытываю срочной потребности в деньгах, но раздумываю над вашим предложением потому, что вижу в нем шанс сделать всё то, чего мне не позволили в Атари. У тебя вообще есть план на несколько лет или он заключается в «сделаем крутую игрушку и будем раз в год выпускать новый цвет корпуса»?

— Есть, после успеха Тетриса мы создадим пачку других устройств. Разделим их на две группы — для прямого заработка, такие, как Тетрис, и для косвенного на играх. В самом лучшем случае я хотел бы однажды прийти к выпуску собственных компьютеров с открытой архитектурой. Но это очень отдаленные планы. Ну так что, мне попросить моего адвоката подготовить контракт?

— Я еще не согласился, — проворчал Эл, — но договор увидеть хочу. Знаешь, Кристобаль, я всегда хотел делать именно игрушки, за тем много лет назад в Атари и устроился. Ушел, когда руководству на игры стало наплевать. Слышали, кстати, новость? Рэй Кассар ушел в отставку по личным мотивам.

Эту фамилию я знаю. Президент Атари. Тот самый, что слил свои акции накануне падения рынка. Самое время позлорадствовать и не стану себе в этом отказывать. Говорил же я им всем.

Глава 24

Именно за текстом контракта я на следующий день к Лео с Глорией и отправился. Сразу после того, как пробежался и вернул Дюке в вольер. Давненько я Больцмана ничем крупным не озадачивал. Всякая мелкая работа, вроде оформления авторских прав, конечно, ежедневно шла. Но по подобным вопросам я уже даже лично к юристу бегать перестал. Лиза звонила Джимми или второму новому помощнику адвоката, Кенни, и давала задания.

— Пацан, ты вообще в курсе, что сегодня суббота и нормальные люди отдыхают? — зевнул Лео, принявший меня в жилой части дома.

— Эти нормальные люди — они с нами в одной комнате? — огляделся я, не замечая Глорию.

— Очень смешно. Ха-ха. Увы, миссис Флорес сейчас с нами нет, она уехала поступать в юридическую школу в Сан-Франциско. У меня тут нехорошие новости, возможно, я вскоре не смогу оказывать тебе адвокатские услуги, пацан. Больцман и Флорес не отказываются сотрудничать, но… — мужчина судорожно сглотнул, поднимая неприятную

Начинал говорить Лео спокойно, даже с некоторым фатализмом, но постепенно распалился.

— Ублюдки вспомнили о моем существовании, когда я несколько раз умыл Ронни Чана на переговорах с мистером Гейтсом. Еще и миссис Флорес мне в вину ставят, якобы я обманываю клиентов, выдавая неграмотную парикмахершу за юриста. Уверен, без вмешательства этой стервы Рейчел, моей бывшей жены, не обошлось. Все их обвинения трещат по швам, я уже больше года, как абсолютно сухой, а нанимать себе помощников никакие кодексы не запрещают… но когда против тебя выступает крупнейшая юридическая контора штата — риски неиллюзорные.

— Орале! — совсем я олатинился, уже вслух себе их исконные восклицания позволяю. — Не знаю даже, что сказать… я не хочу искать других юристов. Отсутствие лицензии ведь не помешает тебе работать с документами? А в суд, если потребуется, сходят помощники. Джимми точно компетентен, вот с Кенни я почти не знаком.

— Он хваткий парнишка, хоть и зеленый совсем, его миссис Флорес где-то откопала. Не грузись, пацан, мы тебя совершенно точно не бросим, хотя и не все так радужно. Работать с документами и давать консультации — это всё тоже юридическая практика. Если меня все же отстранят, то всё, что мне останется — рассказывать молодежи байки за обедом, поразительным образом помогающие им выигрывать дела. А продержимся три года — Глория получит диплом и станет полноправным юристом. Но, как честный человек, я обязан предупредить клиента о рисках того, что вскоре в суд представлять его интересы пойдет не лучший адвокат штата, а его толковый помощник.

— То есть и оплачивать работу можно будет по ставке помощника?

— Пацан… я с первых дней на тебя почти за еду работаю. Ладно, закончили упражнения в остроумии. Давай, расскажи подробнее о том, что за контракт тебе необходим. Я пока еще имею право практиковать и составлю в лучшем виде.

До конца июля мы впахивали, как Папа Карло. Вот уж не знаю, как бедный итальянский шарманщик из сказки сделался символом трудолюбия. В поте лица трудились, не щадя живота своего, без праздников и выходных. По крайней мере, я. Линда… ей пришлось по несколько часов в день на терапию у фониатра отдавать для подготовки к операции.

— Тренируюсь молчать, — объяснила девушка суть занятий с доктором, к которому она ездила в Сан-Франциско. — Если прооперируют в сентябре, то на несколько недель мне грозит абсолютное молчание

Постоянно молчащая женщина — мечта любого семейного мужчины, если верить анекдотам. Но у меня не так, я привык к милому хрипловатому голосу Линды и оставил бы его, как есть, если бы не угроза здоровью. И очень это уж всё волнительно. Чем ближе сентябрь, тем сильнее грызет изнутри червячок страха — «а вдруг что-то пойдет не так?». И на более простых операциях врачебные ошибки возможны. А это все-таки горло. Что, если Линда замолчит навсегда? Любить ее меньше от этого я не стану, но ей самой-то как придется жить? А если аллергическая реакция? Общая анестезия — вообще опасная штука. Я слышал разные страшилки о том, что люди не просыпаются от наркоза в самых безобидных ситуациях. И то, что клиника безумно дорогая, а оперировать должен опытный старый еврей, ничуть от тревоги не избавляет. Я вот тоже опытный профессионал, но постоянно косячу в коде по мелочам. Хорошо, что я не врач и чужие жизни от меня не зависят.

Если программисты были бы врачами:

«Чувак, сломал ногу» — головами покачали:

"Эй, гляди сюда, такая же нога

Но у меня работает. Бугага"

Эл Алкорн получил свой экземпляр контракта. Мне импонирует его основательный неторопливый подход. Но хочется-то побыстрее. Встретились с ним на нейтральной территории, в Сан-Хосе, посерединке между Купертино и Пало-Альто.

— Я всё еще не дал тебе никакого согласия, умник, но предварительно… как тебе сотрудничество с Пи-Ви-Ай?

— Извини, не знаю, о ком речь. Это производители клея?

Никаких других ассоциаций, кроме ПВА, в голову не пришло.

— Совсем не знаешь рынка, да? Это Периферал Виженс Инк, бывшие разработчики Коммодор 64. Сейчас они на контракте у Атари, работают над клавиатурой, превращающей 2600 в полноценный компьютер, но Атари истекает кровью. Ставлю свою машину против трехколесного велосипеда — проекту еще до конца сентября порежут финансирование и появятся шансы перехватить людей. Они — одни из лучших инженеров в стране. Трэмиел должен локти кусать после того, как их отпустил. По судам их затаскать уже грозится. Для твоей игрушки их участие даже избыточно, но я не зря спрашивал о перспективах. Покажи им перспективу создать полноценный компьютер или игровую консоль — и парни ухватятся за нее, как за шанс.

Вот сейчас понятно стало, почему половины миллиона может и не хватить на оплату труда инженерной команды. Для уже придуманного Возняком тетриса и правда избыточно, но… наивные мечты о Каналья Мега Драйв вдруг стали казаться не такой уж и фантастикой. С Тетриса ведь в любом случае будет капать больше денег, чем мой бассейн способен вместить. Если уж и терять вложения, то на производстве, а не рискованных инвестициях, покупке яхты, постройке бэт-пещеры под своим особняком или организации рок-фестивалей.

— Звучит невероятно заманчиво.

— Ты только не строй иллюзий, что всё пойдет легко и гладко. Я вообще-то до сих пор еще не принял предложение. Просто вариант подвернулся очень уж интересный. Я обожаю этих ребят, они как раз специалисты в том, чтобы сделать хорошо с низкой себестоимостью.

— Так прими и начнем работать. А то Рокки уже привез чип от Хитачи для нового прототипа, а мой товарищ Джон начал изучать диалект ассемблера под него…

— Вот это зря. Приостанови пока работу, независимо от того, наймешь меня или нет. Компоненты выбирают не так. Например, важно не зависеть от единственного поставщика, нужно иметь как минимум двух, а лучше трех на каждый узел. Иначе низкая поначалу цена вдруг взлетит на заказе следующей партии или ты пролетишь с поставкой при аварии на заводе. Дай еще пару недель, мой юрист изучит контракт, внесет правки, вызовет на дуэль твоего адвоката, они разобьют друг другу лица… ну, ты понимаешь.

Принял совет. Тем более, что Джон у нас над технологией сжатия изображений с потерями перешел. Он предложил очень разумную штуку — делать набор кирпичиков для сборки пазла сразу под весь проект, что позволит здорово сократить общий размер сборки. И почему я сам о том не подумал? Наверное, потому, что совершил в очередной раз характерную для меня ошибку — пытаюсь успеть всё и сразу, ведя кучу проектов одновременно. И это несмотря на то, что большую часть задач я делегировал.

Проклятый старый дом вокруг нас постепенно преображался. Рабочие навели порядок в саду, опилили деревья и скосили бурьян. Расширили проходы между комнатами на первом этаже и проложили кабель-каналы. Сигнализацию смонтировали, чтобы никакие негры не влезли, и пост охраны на первом этаже появился.

Пара улыбчивых сорокалетних ветеранов Вьетнама по имени Фред и Джордж начали посменно заступать на суточное дежурство. Не близнецы! И вообще не очень похожи внешне, но поведение одинаково добродушное. Обычные белые дядьки, которые видели некоторое дерьмо, но в отличие от тренера Бака на весь мир не озлобились.

При виде великих Древних охранники они не крестились и не пугались, а только сильнее растягивали губы в улыбке. Дубинка, пистолет, фонарик, тревожная кнопка под столом. Полный комплект для противостояния внезапной угрозе.

Если бы меня уже не грабили чрезмерное количество раз и лоурайдер уже не увели однажды, посчитал бы их наличие дурной паранойей и не стал платить за усердное разгадывание кроссвордов и прослушивание спортивных трансляций по радио. А так — иногда лучше перебдеть.

Тем более, что именно что жильцов в доме Делакруа не осталось. Все члены группы начали достаточно хорошо зарабатывать, чтобы позволить себе отдельное жилье. Барабанщик Билли прямо к Бренде переехал, никого не стесняясь. Эдди и Трейси тоже съехались. Томми и Гарри остались соседями — сняли комнаты в общем дуплексе. Ктулхомобиль при этом единогласно за клавишником Гарри закрепили и даже в собственность ему передали. Парень, до того отдавший на общее дело собственный Пинто, это заслужил.

Десятого августа я получил посылку на домашний адрес. То есть извещение о том, что мне надо пойти в почтовое отделение и забрать бандероль из Японии. Или посылку. До сих пор не понял, чем они различаются и зачем выдумали два разных слова. Скорее всего, дело в разных весогабаритных характеристиках и условиях оплаты. И сведущий человек, услышав слово «бандероль», сразу поймет, надо ему или нет заказывать грузчиков, чтобы утащить эту тяжесть. Я хоть и родился в Советском Союзе, но посылки на почте получал только с Алиэкспресса и в чем разница в классификации, не вникал.

Скорее всего, это Кента прислал-таки мне мою Денди, на которую я ему деньги оставлял. И картриджи. Интересно, вышли ли уже танчики? То, что они назывались Танк 1990, ничего не означает ведь? Это дата создания китайского мода, куда добавили траву и несколько новых бонусов, а прототип, сейчас опять подумаю это слово, легендарной для нашей страны игры уже вышел. Я в него на аркадном автомате играл.

Если подумать, то на кодовой базе «Долины проклятий», она же «Дорога ярости», не так сложно похожую игру собрать. А почему нет? Решено! Если японцы танчики не сделали — не стану ждать, создам их сам. У нас есть все необходимое, включая готовые алгоритмы для ИИ, которые можно позаимствовать у чемпионов войны роботов. Ну или просто взять похожие, эффективные. Похоже, меня постепенно несет в сторону очередного необязательного проекта, на который нет исполнителей. Но ни о чем не жалею.

На почте, расположенной в центре, недалеко от молла, я узнал, что очереди — это ни разу не отечественное изобретение. Всего два окошка, десять человек к каждому. У левого пенсионерка ругается по поводу стоимости отправки открытки в Канаду, у правого краснолицый пузатый мужик отправляет мешок риса по зернышку отдельной посылкой… ну ладно, это я уже утрирую и паребарщиваю, но коробок у него в самом деле целая гора — не знаю, что внутри.

Забрал слишком большую для единственной консоли и тяжелую посылку. Может быть, Кента мне решил сад камней прислать? Повез я полученную коробку сразу на работу. Там у нас обосновался в комнате отдыха и тестирования чужих продуктов японский телевизор Сони и есть розетка, подключенная через понижающий трансформатор. Смотреть собрались почти все, кто был на месте. То есть вообще все.

При помощи канцелярского ножа со слегка дрожащими от предвкушения руками я вскрыл коробку.

В ней лежала пара упаковок японских печенек… с темной стороны, блин. Но не могла же выпечка такой тяжелой оказаться? В сторону сладости!

На меня смотрела ярко-оранжевая надпись SG-1000 поверх глянцевой коробки с изображением консоли и логотипом SEGA. Смотрелась приставка максимально чуждо. Этакая усеченная бело-голубая пирамида с картриджем, воткнутым в вершину, рядом контроллер, похожий на брусок с воткнутым в него гвоздем манипулятора. Полная миерда, а не джойстик.

И все равно разочарование. Мертворожденная приставка от Сеги энтузиазма совсем не вызывала, так как не оставила в истории достаточного следа. Так-то они молодцы, что не сдались и выпустили Сега Дженезис, она же Мегадрайв 2, но такое ощущение, что вопреки самим себе.

Но самое главное лежало ниже. Цитируя рекламу из девяностых:«Денди, Денди, все любят Денди. В Денди играют все!». Она самая! Моя первая игровая приставка… ее предок, со своими особенностями. До боли знакомой формы, со сдвижным экстрактором картриджей. Геймпады той самой формы, которую, наверное, до сих пор помнят руки, несмотря на то, что тело другое. Правда, в данной ревизии намертво приколоченные к основному устройству, с неотъемными проводами. Для замены сломавшегося джойстика потребуются отвертка и паяльник.

Световой пистолет пока еще в комплект не положили. И хорошо, нечего тут в уточек стрелять!

— Эта консоль еще завоюет мир, а мы сделаем для нее кучу игр, — пообещал я собравшимся в игровой комнате, воздев к небесам картридж с Донки Конгом, — гайдов и инструментов по разработке, правда, нет, но инженеры мы или просто кучка гиков? Проведем реверс-инжиниринг!

— Босс, а давай посмотрим, что тут за игры! — попросил кто-то из парней.

— Донки Конг! — объявила Линда тоном обзорщицы шоу ЙЕП и показала всем картридж с красочной наклейкой. — Донки Конг Младший и Попай! И всё? Крис, другие игры

— Нет, — убедился я в отсутствии других картриджей.

Из всех этих игр я играл только в приятную аркаду про знаменитого морячка Попая с гигантскими предплечьями, популярного в штатах. Про него даже в Рокки 4 шутили, когда представитель СССР сравнил Ивана Драго с морячком, что постоянно получает баффы от шпината. В детстве я ту шутку не понял, так как по отечественному ТВ мультсериал про него почти не крутили, я его в позднем подростковом возрасте впервые увидел, уже будучи знакомым с игрой.

— Это хорошие игры, — похвалила Линда. — Включи!

Отыскал уже привычного мне вида коробочку ФМ-модулятора с переключателем и…

И если к противостоянию горилл и Марио я в целом равнодушен, хоть и выполнен порт обеих игр на новую консоль тщательно, то на морячке залип. Аркада с очень приятной восьмибитной музычкой и медитативным геймплеем про собирание то сердечек, то нот, то буковок зацепила меня еще в девяностых. Грифы на третьем уровне, правда, дико бесячие.

— Они сделали графику уровня аркадного автомата для домашней системы. Да эти японцы захватят рынок! — сделал вывод Чак. И он прав. Захватят. Непонятно, правда, зачем станут ждать с этим до 85-го, не выпуская Денди на рынок США. Неужто из-за кризиса видеоигр и атари-шока?

А вот SG-1000 — полное разочарование. Дюжина картриджей и почти все — полная миерда. На игру разве что «Конго Бонго» похожа, но не та изометрическая версия с японского аркадного автомата, а намного более примитивная двумерная восьмибитная поделка. Имею право критиковать!

На самом дне коробки мы обнаружили парочку дискет, подписанных как «Стрип шашки» и «Стрип покер» для НЕК, а также записку от Кенты с пояснением, что обе игры уже в этом месяце поступят в продажу по всей Японии.

* * *

(и очень извиняюсь, но два выходных, иначе главу на старт нового тома я подготовить не успею, скучный материальный мир вносит свои коррективы. 25 глава выйдет в ночь с воскресенья на понедельник)

Глава 25

Двенадцатого августа Линда приехала с художественных курсов Беркли не одна. Подругу домой привела. Точнее на работу, в проклятый старый дом.

Миниатюрную бледную азиатку, которую со спины с моей девушкой даже спутать можно. Но не нужно.

— Крис, познакомься, это Юки Нагата, она будет вместо меня, — представила Эль-Кей смущенно спрятавшую взгляд, по всей очевидности, японку.

Собственно, национальность и так налицо. Такие кривые зубы в кучку я только в стране восходящего солнца у женщин и видал. Кента рассказывал, что у ниппонской молодежи так модно и считается красивым. Но уверен, что красота у них даже не в глазах смотрящего, а в большой экономии на стоматологе и брекетах. Страшненькая, в общем «замена», но мне она нужна не для того самого… а для чего вообще?

— Вместо тебя в каком смысле? — осторожно уточнил я. Слишком уж нечеткая формулировка и большинство промелькнувших в голове вариантов я принять не готов. Я не султан и трех жен мне не надо. Уверен, Эль-Кей специально провокационную формулировку шутки ради выбрала, глаза у нее смеются, так почему бы юмор и не поддержать.

— Она займется ротоскопингом. Мне ведь в сентябре на операцию, неизвестно, сколько времени я потеряю и как быстро смогу снова рисовать, а у Майкла получается медленно, ему хочется придумывать, а не обводить. Сначала я к Сьюзан Пак обратилась… жене Чарли Пака, им ведь нужны деньги, я знаю, но она отказалась. Мне кажется, неправильно поняла, когда я рассказала, что нужно будет обводить людей белым по контуру. И пришлось просто на курсах спросить, кто хочет подработать. Юки очень усидчивая и исполнительная. Преподаватель хвалит ее работы.

— Простите за беспокойство, — поклонилась потенциальная сотрудница. Чисто их японская особенность менталитета — в любой непонятной ситуации извиняться и кланяться. Акцент у нее довольно-таки сильный, лишь немногим лучше, чем у нашего друга Кенты из Старкрафта.

— Давно переехала из Японии, Нагата-сан? — спросил я. — Как относишься к видеоиграм?

— Три года, вместе с родителями. Я закончила старшую школу в Лос-Анджелесе и поступила в Беркли. К играм я равнодушна, но работе это не помешает.

— Тестовое задание выполните? Оплачиваемое.

К халявщикам, желающим получить от программиста или веб-дизайнера что-то бесплатно под видом проверки навыков у меня отношение строго отрицательное, и становиться очередным жадным пендехо желания ни малейшего. Даже если девчонка запорет анимацию, лучше ей честно заплатить.

— Да, готова прямо сейчас, — поклонилась Юки. Какое-то знакомое имя. Память моя мужичья все же не так и плоха, подсказала, что «Наоми Нагата» — это персонаж из «Экспании», неплохой космооперы, поначалу притворяющейся реалистичной научной фантастикой. А Юки Нагато… из… аниме «Меланхолия Харухи Судзумии», того самого, где восемь серий подряд крутили один и тот же заново нарисованный сюжет про временную петлю. Если новая сотрудница — это аватар инопланетного суперкомпьютера, меня даже устроит. Есть куда пристроить вычислительные мощности. Но, несмотря на мой собственный факт переноса души, уверен, что так не бывает.

Оставил девушек рисовать, а сам удалился в свою цитадель одиночества — серверную. Нет, присутствие Юки меня не особенно смутило, но Джон там намедни развернул из исходников RCS — университетскую систему контроля версий кода, и оно как заработало… но мне теперь надо придумать, как пустить ее в дело. Доработка видится не такой уж сложной, но упирается в наличие нормальной сети. То есть придется покупать сетевые адаптеры по тысяче баксов за штуку под весь парк машин… дорого. Я пока всего лишь обычный скромный король транжир, даже не император.

Прервали меня телефонным звонком. Приняла его Лиза, но принесла трубку мне.

— Это из Эппл! — шепотом известила женщина и сделала очень выразительные глаза.

Что, мне таки решили заплатить миллион долларов отступных за то, что Джобс меня избил? Я бы при таких условиях вторую щеку подставил… второй глаз.

— Кристобаль Колон, Каналья Геймс, слушаю вас, — представился по пунктам.

— Добрый день, меня зовут Майк Бойч. Я в корпорации отвечаю за взаимодействие с независимыми разработчиками, звоню вам по рекомендации Стивена Возняка. Нам нужен кто-то, кто сможет написать отличные программы для нового еще не анонсированного компьютера. Мистер Возняк очень тепло о вас отзывался, и мы изучили ваш популярный файловый менеджер под Эппл 2. Для разработки небольшой студии он выглядит впечатляюще.

Тут он, чесслово, ничуть польстил. В топе скачанного на Пиратской Бухте Каналья Коммандер под обе платформы и держится наверху. Там еще лента обсуждения любопытная. Юзеры выясняют, психопат я, коммунист или жадный каналья, который собирается захватить рынок.

— О каких программах идет

Не сказать, чтобы я прямо-таки настолько сильно заинтересовался: тот самый неанонсированный проект — это наверняка Макинтош. Что, Джобс решил, что если я у него увожу Алкорна, то у меня надо захантить Криса Коламбуса? Но раз фамилия Воза прозвучала, подлянки ждать не стоит. Максимум — розыгрыша.

— О демонстрирующих преимущества нового компьютера. Если вы заинтересованы, то приглашаю вас к нам в офис в Купертино для более близкого знакомства и подписания Эн-Ди-Эй. Простите, по телефону рассказать конфиденциальную информацию я вам не могу. Судя по региональному коду, находитесь вы не так далеко. Приезжайте прямо завтра! Допустим, в десять утра.

Миллион мыслей пронесся в голове за краткие мгновения.

Человек не компьютер и режима вытесняющей многозадачности у него не предусмотрено. Юлий Цезарь вроде как умел в несколько задач одновременно, но подозреваю, что это было нечто в духе «Сидеть за столом и есть». Вот и меня необходимость разрываться между несколькими проектами отнюдь не радует. Но это единственный способ охватить много всего. Собрав все силы на одном проекте, мы кратно числу разрабов его не ускорим. Обычно это иллюстрируют поговоркой про девять женщин, не способных родить ребенка за месяц.

Отвлекся! Мне предлагают влезть в очередной проект, еще и для не очень любимого мной мака. И что я за это получу? Опыт разработки под провальную платформу? А Макинтош именно что провалится. Не с таким громким треском, как Лиза, и, может, даже вложения отобьет, но хитом и общепризнанным стандартом, подобным Эппл 2 или IBM PC, не станет.

Рокки обижать не хочется. Не из какого-то чуждого мне подхалимства, а искренне. Он наверняка хотел, как лучше и ситуацию из разряда вин-вин. Порекомендует нашу контору скаутам, мы крутые игры на их новую платформу принесем и заодно денюжков в семью заработаю.

Так-то портировать Тетрис или 2048 невелик труд, если о простых играх речь. Еще «40 тысяч способов» и все другие текстовые игры идеально ложатся. Квестовый движок даже отлично ляжет под управление мышкой.

И кстати о мыши — а если что-то специально под управление ей? Не 3D шутер, конечно, в черно-белой гамме он будет выглядеть странно. Ограбить винду на Сапера, Солитер и Косынку! Или… у нас есть идеальная игра под мышь! Уточка Патито! Порношашки и стрип-покер! Вот где мышь прямо удобна! И вообще, отказываться от предложения еще до того, как его услышал — глупо!

— Мистер Бойч, у вас есть факс? Ой! Извините, конечно, у Эппл есть факс… отправьте мне копию Эн-Ди-Эй, я покажу своему юристу. Если соглашение меня и его устроит, я приеду. Если нет — продиктуйте номер телефона, чтобы я заранее сообщил.

Через десять минут под незабываемые звуки матричной печати факсимильный аппарат в программерской выплюнул несколько листков бумаги. Если пересказать содержимое соглашения кратко, то «тссс, не болтай».

Сделают мне атата в суде — и там уже степень кары станет зависеть от того, сколько убытков надкушенному яблоку принесет мой длинный язык. В общем-то, во многом аналогичную бумагу и я подписать новых сотрудников прошу.

Отдельно шел договор о предоставлении техники. Эппл передадут нам два компьютера Эй и Би, а мы обязуемся их холить, лелеять и держать под замком без доступа к ним посторонних. Примерно на таких условиях батька Кен свой «Арахис» получил, как представляю. Ничего невозможного, поставим в серверной, туда все равно никто особенно не ходит.

На самом деле не так всё и жестко прописано. По крайней мере, отдавать первенца или становиться частью отвратительной многоножки от меня, если разглашу конфиденциальное, не потребуют. И это логично. Загонять в кабальные условия разрабов, когда они тебе нужны, не стоит.

Несмотря на то, что примерную суть юридической эквилибристики я понял, передал те же бумажки по факсу дяде Лёне Больцману и попросил изучить. Через час он мне перезвонил.

— В целом выглядит нормально, пацан, но я бы внес конкретику в пару расплывчатых пунктов. Сейчас поправлю и пришлю тебе, — охарактеризовал Лео.

Последующий правовой пинг-понг с бумагами и звонками особого упоминания даже не заслуживает. Мы с мистером Бойчем устроили юристам «очную ставку», те согласовали по телефону устраивающий обе стороны вариант и уже к вечеру я ознакомился с финальной версией. По мне, так ничем не отличающейся от первоначальной.

Как раз я дозвонился до Рокки, уточнить, зачем он меня в этот блудняк вообще втравил.

— Привет, тут ко мне обратился Майк Бойч…

— Ага! Это я тебя ему посоветовал. Майк потрясающий. Его цель — заманить крутых разработчиков вроде тебя делать софт под новый компьютер Стива. Тебе дадут прототип и «Эппл Лиза» для разработки. Портируешь под него свой невероятно удобный Коммандер, я только им при копировании файлов сейчас и пользуюсь!

— И игры? — спросил я.

— Обязательно игры, чувак! Команда Стива сейчас переехала в новое здание и мы с тобой там не пересечемся.

— Не обещаю, что соглашусь, но за переговоры мне претензий никто не предъявит.

— Именно так! Но ты, если будешь делать игры под новый компьютер, про Эппл 2 тоже не забывай. Договорились?

Если честно, забыл бы про рваную видеопамять и цветомузыку из четных и нечетных пикселей, как про страшный сон. Но не стал обижать хорошего человека.

— Юки закончила первую анимацию, у нее хорошо получилось, — заглянула ко мне Линда.

Покинув серверную, вернулся в наш с невестой кабинет и изучил пять кадров с приседающей Пенни Смит. Ну да, ничего так. Набор движений простейший, но я бы и за месяц так не нарисовал. Тут талант нужен. И пока это не полноценный спрайт, просто набор кадров, но все равно, переключая их, видно реалистичную пластику героини.

— Вы наняты, мисс Нагата, — кивнул я японке. — Милая, займись оформлением своей подчиненной.

Судя по расширившимся зрачкам Линды, именно как босса она себя не рассматривала и только сейчас поняла, что нашла себе не замену, а дополнительную ответственность. Не одному же мне страдать на руководящем посту.

На следующее утро без пяти десять я находился в славном городе Купертино, известном на весь мир своими яблоками.

«Лучше быть пиратом, чем служить во флоте», — подкинула мне память цитату из Джобса при виде здания, над которым развевался черный флаг с черепом, костями и радужным яблочком, закрывающим глазницу. Не знал эталонный Стив, что пираты — это пророки Его Макароншества и обязаны дарить детям конфеты, и вообще пострадали от вражеской пропаганды.

На входе меня чуть не сбил с ног куда-то спешащий длинноволосый остроносый хиппарь в пиджаке поверх черной футболки с принтом в виде того же черного флага.

— Парень, ты к кому? Ты, наверное, перепутал, здесь не старшая школа и не колледж, — остановил меня на проходной плечистый охранник.

— Я Крис Коламбус, программист. У меня назначена встреча с Майком Бойчем.

Дядька лет пятидесяти скептично ухмыльнулся, но набрал внутренний номер.

— Тут парнишка, похож на студента колледжа. Коламбус, говорит, ему назначено. Сейчас заберете? Жду вас.

Через десять минут пришел молодой смуглый мужчина, совсем немного старше двадцати пяти, пожал охраннику руку и дружелюбно хлопнул меня по плечу.

— Ты Крис? Возняк предупреждал, что ты молодо выглядишь. Ну пошли, подпишем бумажки и расскажу суть нашего предложения.

Офис Эппл изнутри выглядел, как гипсокартонный лабиринт. Большое свободное пространство, поделенное на секции быстровозводимыми перегородками. Коммуникации, как я понял, под полом. Удобно. Нам бы следовало у них поучиться.

Привел меня Майк в небольшой кабинет без окон, рассчитанный на двух сотрудников. Но его коллеги на месте не было. По дороге так и подмывало спросить, столкнулся с Джобсом или нет… но как-то это несерьезно стало бы. Пора научиться набивать себе цену и не выглядеть восторженным левасом, узревшим легенду.

Сначала я подписал-таки бумаги о неразглашении и только затем перешли к делу.

— Итак, Кристобаль, Эппл собирается где-то в течении полугода выпустить новый компьютер. Мы называем его «Макинтош». Графический интерфейс, управление мышью, процессор на 8 мегагерц. Очень серьезная и производительная машина, которой не хватает продвинутого софта. Платформа больше ориентирована на бизнес, но развлечения тоже нужны. Вы получите в свое распоряжение «Эппл Лиза» и «Макинтош» на весь срок, необходимый для разработки и поддержки продуктов. Лиза для разработки, новый компьютер для тестирования. Уникальный шанс начать писать для новой платформы до ее выхода в продажу.

— Какие программы вы ожидаете? Порт наших Коммандера и Эдитора?

— Увы, но нет, эту нишу у нас закрывают наши собственные продукты. Эппл не станет возражать против ваших портов в принципе, но хотели бы расширять библиотеку софта, а не дублировать имеющиеся решения. Мистер Возняк рекомендовал вас, как разработчика с большим числом новых идей. Нам нужно что-то, использующее мышь.

— Вы знакомы с нашими текстовыми квестами? Мы могли бы их портировать, переработав управление под использование мыши.

— Я провел несколько вечеров за симулятором игровой студии. Непосредственно игры я никогда не разрабатывал, но у вас получилось очень достоверно передать атмосферу работы в маленькой команде и вечной нехватки денег на все необходимое. Хорошее предложение.

— У нас есть игра про уточку и цветные шарики, у вас, видимо, придется заменить цвет узором. Но она как будто создана для демонстрации возможностей мыши.

— Все что угодно, но через пару месяцев я навещу вас, чтобы проверить, как движется разработка. Вы, наверное, сгораете от нетерпения увидеть новый компьютер.

Нуу… на самом деле, не очень сильно. Насколько я помню, первый Мак — это урезанная Лиза.

Так и оказалось. Бойч отвел меня в отдельное помещение для демонстрации и показал его — небольшой пластиковый куб с квадратным черно-белым экраном дюймов на восемь. Лиза-подобный интерфейс рабочего стола. Дисковод стандарта 3.5. Не производит этот пепелац впечатления серьезного бизнес-компьютера, не хватает ему гравицапы.

— Можете забрать его прямо сегодня, сразу после того, как подпишете бумаги о передаче в пользование, — принялся искушать Майк.

Ну а я что? Принцип «дают — бери» никто не отменял. Взял! И Макинтош, и Лизу, и толстую папку с документацией по разработке. И бумаги подписал, только пролистав, что это то самое, что согласовывал Лео, даже убедился, что его правки на месте.

Погрузил в багажник Тойоты и уволок раритетное, еще не анонсированное железо в свой запираемый серверный уголок.

Вот и стал я нежданно-негаданно Маководом. Идеи по поводу того, чего бы такого прорывного под него создать — есть. Осталось только взять и написать. Точнее — поставить техзадание другому разработчику, сам я все больше и больше скатываюсь от кодерства в руководство. Печальная тенденция, но ни о чем не жалею.

Интерлюдия. Линда.

Письмо, пухлый желтый конверт, она забрала сегодня утром из почтового ящика, когда выходила на работу. Крис уже пробежался с Дюке, а она не стала возвращаться домой. На конверты именно из такой манильской бумаги у них с Крисом выработалась аллергическая реакция, поэтому Линда решила сначала прочитать, что там, а затем уже поделиться с самым близким человеком. Получателем на конверте значилась она. Неужели и на нее Атари решили подать в суд? Скорее всего нет, извещение не присылают по почте, его приносит усталый курьер в черном плаще и обязательно тараторит про «вы уведомлены».

На работе, пользуясь тем, что Крис уединился в серверной со своим новым жутко секретным компьютером, она аккуратно вскрыла конверт и чуть дара речи не лишилась.

'Мисс Линда Ким,

От имени международной доски рекордов Твин Гэлаксис официально приглашаю вас примкнуть к Национальной команде Соединённых Штатов Америки по видеоиграм.

Ваши неизменно высокие результаты, показанные на национальном турнире, высочайшая скорость реакции и адаптивность к новым дисциплинам делают вас одним из первых кандидатов, приглашенных в состав команды для матчей против сильнейших игроков Японии и Италии.

До начала международных соревнований запланировано несколько тренировочных сборов и показательных выступлений. Твин Гэлаксис берет на себя все организационные мероприятия и оплачивает вам транспортные расходы.

И самое главное — этой осенью для национальной команды назначена аудиенция в Белом Доме, где выбранный самими игроками капитан пожмет руку Президенту Соединенных Штатов. Возможно, этим капитаном станете именно вы.

Наша цель — показать всему миру, что видеоигры переросли нишу подросткового развлечения и стали настоящим спортом, признанным во всем мире.

Просим сообщить о своём согласии как можно скорее, письмом или по телефону, указанному ниже, после чего мы направим вам официальные документы, предварительное расписание и информацию о предстоящих поездках.

С наилучшими пожеланиями,

Уолтер Дэй, президент Твин Гэлаксис

Оттумва, штат Айова'

Как говорят Мария и Елена — орале! Зовут выступать за США на международном уровне, все за счет мистера Дэя! Приглашают встретиться с президентом в Белом доме! Уже этой осенью… Когда она должна лежать под наркозом на операционном столе. Может быть, перенести операцию? Или… Нет! Решительное нет. Это в ней страх перед будущим говорит.

Да и что ей эти соревнования принесут? Очередные титул и кубок, полностью бесполезные? Две минуты в вечерних новостях? До смешного маленький денежный приз? Ой! Как-то очень уж легко она к деньгам стала относиться. Заразилась от

Да пошло оно всё в помпис! Линда разорвала письмо пополам и выбросила в мусорную корзину. И даже с некоторым облегчением вернулась к ротоскопингу, обычно вгоняющему в сон. Увы, Юки выйдет на постоянную работу только через пару дней.

И как раз в этот момент в офисе затрезвонил телефон, радиотрубку которого Крис позабыл у себя на столе. Отвечать на звонки ей никогда не нравилось, стеснялась голоса. Но сейчас ее сотни человек, смотревшие шоу ЙЕП, слышали. И Крис показывал обсуждение на BBS — никто не жаловался. По правде, там почти для всех посетителей грудь Трейси темой дня стала, но и про нее, Линду, пара человек написала, что она «милая» и «матроска ей к лицу». Так приятно стало.

— Каналья Геймс, Линда Ким у аппарата.

— Привет, чемпионка. Это Эл, я заезжал к вам в гости, и вы с Крисом показывали мне дом. Позовёшь его к телефону? Я наконец-то принял решение в пользу Каналья Хардвэр и хочу подписать контракт. Официально, при юристах.

Орале! Крис уже временами и не очень верил, что затянувший переговоры на все лето мистер Алкорн все таки что-то решит. Дождались! Решили!

Слова снова застряли в горле. Наверное, это потому, что она говорит неправильными мышцами. Но принести трубку в соседнюю комнату, «серверную», это Линде не помешало.

— Алло? — спросил Кристобаль. Как Линда ни старалась расслышать мистера Алкорна, ей достался лишь невнятный бубнеж.

— Вечером. В семь, у вас дома, взять своего адвоката. Понял. В индустриальном парке новое здание. Вы же еще не подписали контракт. Сколько-сколько? Это недорого, согласен.

— Эл нашел офис для новой фирмы? — вслух догадалась Линда.

— Да, всего за двадцать тысяч в год, это чуть больше, чем полторы тысячи в месяц, если подпишем трехлетний контракт, но платить можно помесячно. Это дешево, как я считаю. И он все-таки согласился сделать нам Тетрис! Карамба! Я уже думал, что откажет! Сегодня вечером еду к нему вместе с Лео и Глорией все оформить.

Какая гордость за близкого человека ее взяла, словами не описать. И еще жадность — мистер Алкон обойдется им в сто тысяч в год. И понятно, что прибыли с Тетриса нескольких Элов легко покроют, но… У Криса есть забавная метафора скупости — «жаба душит». Ей захотелось запустить любимый Фроггер, чтобы одну за другой отправить всех лягушек под каток, лишь бы перестали сдавливать ей перехватившее дыхание.

— Не хочешь со мной вечером поехать? — предложил Крис. — Посмотрим новые хоромы мистера Алкорна. Выберем, куда ему там поставить парочку Древних, чтобы не расслаблялся. Может быть, скопируем шоггота из металлолома.

Заманчиво! Линде очень хотелось увидеть новый офис, который также принадлежит их фирме, она в Каналья Хардвэр числится секретарем. И вывеску нужно будет придумать…

— Я поработаю допоздна и дождусь тебя тут, — решила Линда. — Я… Я отстаю от планов по ротоскопингу.

Признаться в том, что рисовала медленней, чем собиралась, оказалось тяжело. Но она не подведет Криса, Трейси и остальных.

— Глупенькая моя, — парень чмокнул ее в лоб. — Но не буду заставлять. Не надорвись только. Выгорание, когда начинаешь уставать от любимого дела, совершенно реальная неприятная штука.

Неужели Крису тоже временами надоедает программирование?

Странно, но после разговора о выгорании Линда как будто второе дыхание открыла и за остаток дня сделала вдвое больше, чем за весь вчерашний — добила анимацию, где Пенни Смит бьет мощным прямым в голову противника. Хи-хи, Крису в глаз. Не удержала смешок в себе, а тот получился звонче обычного, на звук к ней даже заглянул охранник.

— Мисс Ким, шли бы вы домой, всю работу за один вечер все равно не сделать, отдыхать тоже надо.

— Мяу! — согласилась с мужчиной проснувшаяся Каналья, дремавшая до того в коробке из-под приставки Фамиком. Линда отложила перо графического планшета и почесала кошку за ушком. По кабинету разлилось приятное убаюкивающее мурчание.

— Спасибо, Джордж, мне осталось доделать одну анимацию и надо дождаться Криса. У него важные переговоры.

Многие в фирме путали ветеранов, но Линда уяснила ключевое отличие — у Джорджа шрам на ухе, как если бы его почти оторвало, а затем врачи приделали на место.

— Джордж, а сегодня разве ваша смена? Я уверена, что вы дежурили вчера, — вдруг припомнила она.

— Фред попросил с ним поменяться, — мужчина зевнул, — у него дочка сегодня поёт в хоре. Нельзя не сходить. А я одинокий, мне все равно где дрыхнуть.

Какие все-таки люди разные бывают. Узнав, что им предлагают на пост охраны ветеранов, она первым делом подумала про тренера Бака, а они оказались, может, и немного похожими внешне, но совсем не злыми и не жестокими. Война их пожевала, но не покалечила.

Линда совершенно потеряла ход времени, засидевшись за работой. Еще один кадр, и еще, чтобы довести анимацию до логичного завершения… Нырок вперед с перекатом давался с трудом, так как они не додумались сделать конечности разного цвета и выделить грудь, а потому все местами сливалось в одну черную сплошную кляксу.

Звяк! Со стороны поста охраны послышался звон, прервавший медитативный процесс раскрашивания Пенни Смит. Представилось, что это Ктулху ожил и сделал первый шаг.

Линда подошла к столу Криса, взяла телефонную трубку и набрала пост охраны, узнать, все ли с Джорджем в порядке и нужна ли ему помощь. Вдруг ветерану нужно… Срочно что-нибудь нарисовать или помочь пройти уровень во Фроггере. Всё, в чем она по-настоящему хороша.

Трубка не издала ни единого гудка. Неужели это установленный в холле телефонный шкафчик упал? Все ее попытки набрать внутренний или любой внешний номер ни к чему не привели.

— Ш-ш-ш! — Каналья выгнула спину и недовольно зашипела в своей коробке-лежанке.

Что происходит? Идея пойти и немедленно проверить Джорджа показалась очень глупой. В фильмах ужасов герои постоянно так делают — идут на загадочный шум, за что и расплачиваются жизнями. Но она ведь не в кино. Недоброе предчувствие укололо сердце, и Линда, нашарив свою сумочку, начала неожиданно трясущимися руками искать в ней перцовый баллончик — подарок Гектора. Крис поначалу иронизировал по его поводу, но когда в районе появились грабители, посоветовал всегда держать под рукой.

Совсем неожиданный звук разорвал установившуюся было тишину — смех. Мужской, немного гортанный. Линда достаточно долго прожила в Сан Вэлли, чтобы распознать — так смеются латиносы. Это Рамон заглянул? Кристобаль вернулся и рассказывает Джорджу смешной, но странный анекдот?

Хотелось бы верить. Но…

— Я же тебе говорил, хоми, тут всего один левас-охранник, легкое дельце. Настоящий золотой прииск, — сказал незнакомый мужской голос с сильным латинским акцентом. — Уже месяц к этой хасиенде присматриваюсь. Андале, тут где-то компьютеры, по паре кусков каждый стоит. А если есть микрочипы, то это новая нефть. Карналь пацана, который тут типа главный, мне десять кусков задолжал через моего тио. Взял товар после работы и куда-то зарыл.

Внутри Линды все заледенело от ужаса. Упоминания десяти тысяч хватило, чтобы понять, с кем столкнула ее судьба. Папито, он же Эстебан, бандит из трейлерного парка, вымогавший у Криса и Елены деньги, фальшивый долг Гектора.

— Пи, там дальше в окнах свет с улицы виднелся, — с трудом расслышала Линда второй голос, звучащий глухо и тягуче, с негритянским акцентом. Добрый великан дядюшка Том в похожей манере разговаривает.

К выключателю у стены она бросилась опрометью изо всех сил, как если бы от скорости зависела ее жизнь. Почему «если»? На самом деле зависела! И каковы ее шансы проскользнуть к задней двери, обычно запертой на засов?

Линда оценила их, как неплохие и не стала даже задерживаться, чтобы выключить компьютер и припарковать головку жесткого диска. Не успела!

Стоило ей осторожно, но быстро пройти через комнату отдыха и выйти в коридор, в лицо ударил луч фонарика. Это ведь Джордж начал обход? Глупая надежда!

— Стой на месте, девка! Ди, лови чикиту!

Всё, на что хватило Линды — захлопнуть коридорную дверь и закрыть на задвижку, и это конец. Не спрятаться, не скрыться… Разглядеть бандитов не получилось из-за ослепительно яркого фонаря.

Дверь сотряс мощный удар с той стороны. В кино двери — это что-то невероятно прочное, для преодоления чего маньяку всегда требуется пожарный топор. Здесь и сейчас крупному, словно Донки Конг, чернокожему мужчине хватило одного пинка, чтобы снести хлипкую задвижку и распахнуть проход настежь.

— Будь послушной чикитой, и тебе даже понравится, ха-ха-ха! — засмеялся за спиной у черного великана латинос. Линда для себя решила, что послушной точно не будет. Пользоваться перцовым баллончиком она не тренировалась, но там ведь все просто. Самое главное — задержать дыхание и не направить случайно струю на себя. Это была бы фатальная глупость.

Девушка нацелила жгучий аэрозоль прямо в лицо гиганту и не отпускала кнопку пока тот не прекратил работать.

— Сукааа! А-а-а! ФАК! Глаза! — завыл громила и согнулся пополам.

— Что? Кончилось? Да? — с насмешкой спросил второй, который вероятный Папито, и шагнул к ней из-за плеча товарища по преступлению.

Линда кинула в него баллончиком и попыталась проскользнуть мимо, рассчитывая, что тот отвлечется. Ага. Как же!

Сильная мужская рука схватила ее за футболку. Линда рванулась в глупой надежде, что одежда сейчас порвется, и она освободится, но швейный цех Ким не зря брал доллар тридцать за каждую майку.

Пленница попыталась было пнуть латиноса под колено и в пах, сделать все, чему учат женщин на ТВ, когда речь заходит о самообороне. Без толку, никуда не дотянулась. Сильная рука сдавила ее тонкую шею, и «великая Эль-Кей» почувствовала, что задыхается.

— Ну что за тощая китаёза, ни чичис, ни помпис, даже подержаться не за что, — скабрезно хохотнул латинос, свободная его рука провела по ее груди и ни за что не зацепилась. Впервые, наверное, девушка порадовалась отсутствию пышных форм. — Слышь, чикита, мы тебя не обидим. Заберем самые ценные железки и уйдем. Компренде? А ты нам покажешь, что тут стоит подороже.

— Пи! Мои глаза! Найди мне воды! — потребовал второй бандит.

Крис! Он скоро приедет и спасет ее! Но как? Каким бы сильным и смелым ее парень ни являлся, с подобными шкафами ему не справиться.

— Компренде, чикита? Я…

— Мряяяя!

Маленький кусочек абсолютной тьмы промчался мимо нее. Линда не сразу поняла, что это пушистая Каналья решила, что настала пора защищать свою территорию, и кинулась нарушителю прямо в лицо.

— Сука! Тварь! Мой глаз! — заорал мужчина, и казавшиеся стальными пальцы, державшие ее за футболку, разжались.

«Страшнее кошки зверя нет», — так ей сказал Кристобаль. Линда тогда внутренне похихикала, как шутке. Но сейчас, когда зеленоглазый демон атаковал и вывел из строя крупного мужчину, признала бы правоту.

И откуда только силы действовать дальше взялись. Что есть мочи девушка рванулась к главному выходу. В воздухе в районе двери еще оставались частицы перцового аэрозоля, и глаза ее сразу заслезились, но это не повод останавливаться! Поздновато сообразила, что грабителей может оказаться не двое, а больше, и в данном случае она сама идет в ловушку, и надо бы все же к задней двери бежать. Но это она сейчас такая умная! Поздно, вот уже главный вход. Джордж валялся на полу рядом с креслом, в котором он обычно отдыхал между обходами ночью и разгадывал кроссворды днем.

С огромным облегчением девушка отметила, что тот дышит, грудь охранника поднимается и опускается. Живой! Но проверять и пытаться помочь она не стала. Зато увидела, что кобура на боку сторожа пустует — у него забрали револьвер. «А вам выговор, мистер Ктулху. Плохо защищали дом!» — добавила Линда мысленно для металлической статуи, пока возилась с замком.

Ее Селика Супра стояла на подъездной дорожке, но девушка поняла, что ключи остались в сумочке, а сумочка в здании. Не возвращаться же за ними.

— МЯЯЯЯ! — мимо с истошным завыванием промчалась взъерошенная кошка. Хвост ее напоминал ершик для мытья бутылок. Каналья теперь обязана стать корпоративным талисманом и получать каждый день порцию тунца за счет компании.

Дорога через сад к воротам территории показалась ей бесконечной. Но вот уже и калитка. Ноги подкашивались, но через дорогу горел свет в доме Монтгомери и

— Сеньорита Ким? Ке паса? — окликнул ее знакомый голос. Рамон! Рамон Санчес из Аркадии! Хороший друг Криса!

«Рамон, вызывай копов!» — попыталась прокричать Линда, но получился лишь судорожный хрип. А что если бандит ей что-то повредил, когда душил? Только сейчас ужас заполнил ее целиком.

— Полиция! Звони в полицию! Нас грабят! — все-таки выдавила она из себя слова. Горло как огнем при этом обожгло.

— Орале! Какие каброны! Андале в дом! — Рамон деликатно приобнял ее за плечи и повел туда, где безопасно.

Полиция приехала спустя всего десять минут. Селеста успела напоить ее горячим травяным чаем, после которого горло смягчилось и получилось понемногу говорить. Сначала знакомые наглые копы из «Два-Адам-Четырнадцать» подъехали. Затем скорая помощь для Джорджа. И где до сих пор носит Кристобаля?

Nota bene

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту, например, через Amnezia VPN: -15 % на Premium, но также есть Free.

Еще у нас есть:

1. Почта[email protected]— получите зеркало или отправьте в теме письма название книги, автора, серию или ссылку, чтобы найти ее.

2. Telegram-бот, для которого нужно: 1) создать группу, 2) добавить в нее бота по ссылке и 3) сделать его админом с правом на«Анонимность».

* * *

Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом:

Ретро Бит [8]