Геном Пандоры: адаптация

Глава 1

Андрей Куценко, Василиса Ветрова

Геном Пандоры: адаптация

Андрей шёл по обочине лесной дороги, справа и слева — плотные ряды елей в зеленоватом мареве — картинка с прибора ночного видения размывалась по краям. Впереди маячил массивный силуэт Серёги, который задавал темп их небольшому отряду. Шли не быстро, но сердце то вдруг начинало колотиться в горле, то пропускало удар. Признаваться в своей слабости не хотелось. Только участие в это вылазке давало шанс на спасение. А если взялся, — придётся потерпеть.

Дорога вильнула, и впереди показался бетонный забор. За ним на фоне бледного от лунного света неба высились тёмные силуэты зданий. Вот оно. Наконец-то добрались! То, что исследовательский центр NAVY брошен хозяевами, Андрей понял сразу. Никакого освещения, раскрытые покорёженные ворота и тишина. Похоже, центр был обесточен: почувствовать электричество не удавалось. Правда, Андрей мог уверенно определить только мощные источники, но работающий исследовательский центр должен был «фонить» очень отчётливо.

Сергей поднял руку, чтобы все остановились. Повернулся к Андрею.

— Ничего, — ответил тот. — Никакой электрической активности.

Вперёд вышла Маша. Ещё толком не отдышавшись, она замерла, как будто прислушиваясь. Андрей тоже замер и молча наблюдал, как Маша с шумом втягивает воздух. Тут главное — не мешать, дать сосредоточиться. Чем больше расстояние, тем сложнее ей улавливать запахи и отделять их от общего фона. Воспользовавшись передышкой, он дал команду нейронке ввести дозу поддерживающего препарата из автомеда. Через несколько секунд слабость отступила. Но, посмотрев на показатели прибора, Андрей мысленно выругался: капсула осталась только одна.

— Чувствуешь что-нибудь? Люди, мутанты, ещё какие-нибудь твари? — Серёга осторожно тронул Машу за плечо.

— Пахнет смертью, разложением, — тихо сказала она. — Запаха живых пока неслышно.

Серёга удовлетворительно кивнул и подозвал Таисию.

— Таська, а ты что скажешь? Мы на правильном пути?

— Да, предчувствие стало только сильнее, — её тонкий голосок зазвенел от напряжения. — Надо обязательно пойти туда, иначе с Андреем и Машей может случиться плохое…

Андрей невольно передёрнул плечами. Он очень хорошо понимал, что всё дело в той непонятной болячке. Проклятые корпораты NAVY не только превратили людей в уродов-мутантов, но и какую-то заразу подселили! Поначалу казавшаяся безобидной слабость теперь накатывала так, что ноги тряслись. Бросало то в жар, то в холод, стало сбоить сердце, а сегодня вообще потерял сознание на несколько минут. Ситуация у Маши была похожая. Она старалась бодриться, хотя под глазами пролегли глубокие тени. У остальных симптомы заразы пока не проявлялись. Надолго ли?

Оставалось надеяться, что Таискины способности выручат и в этот раз. Благодаря её дару предвидения удалось выбраться из кишащей мутантами Москвы. А потом найти спутников, с которыми получилось сколотить неплохую команду. Андрей помнил, как Таиска тащила его в гипермаркет, где укрывались Колян и Серёга с Машей. Идея Коляна идти искать средство от странной болезни в центре NAVY, на первый взгляд показалась нелепой. Но когда Таиска вдруг почувствовала в этом правильное решение, все задумались. Опасно, это, да. А если ничего не делать, неведомая болезнь заберёт жизни двоих, а может быть и остальных тоже. Кроме Серёги, конечно. У вояки-параноика не было чипа. Что ж, в конечном счёте это спасло ему жизнь. Но после случившегося он воспринимал NAVY и правительство как личных врагов и только рад был устроить эту вылазку. Благо до ближайшего исследовательского центра корпорации было не так далеко. В конечном счёте решение идти к центру NAVY приняли единогласно.

И вот они здесь. Андрей смотрел на возвышающиеся за бетонным забором здания со странной смесью ненависти и надежды. Теперь остаётся идти до конца. Жаль только, что Тайка не могла сказать чётче по вероятностям. Если бы у них было время подождать, пока её способности раскроются сильнее!

Отвлёкшийся на мысли Андрей вздрогнул, когда Маша вдруг сделала шаг назад и начала заваливаться в сторону. Серёга успел среагировать раньше: подхватил её и помог удержаться на ногах.

— Маша! Ты как? Что такое? — тут же серой тенью к ним метнулся Колян. Подскочила Таиска.

— Я в порядке, просто от запахов голова закружилась. Так бывает иногда, когда пытаешься что-то издалека уловить. Всё хорошо! — Прозвучало нарочито бодро и оттого фальшиво.

Андрей это уловил, у него самой ноги становились ватными, когда действие препарата начинало заканчиваться.

— Точно можешь идти? — уточнил Серёга, всё ещё придерживая её за плечи.

— Да-да, всё в порядке, — покивала Маша.

Может быть, все тоже почувствовали фальшь. Но сейчас отступать было некуда.

— Хорошо, тогда проходим в ворота и действуем по плану, — подытожил Серёга. Голос его снова стал жёстким, командным. — Маша — сразу за мной. Следом Таисия, Андрей. Колян — ты замыкающий. Если кто-то что-то увидит или почувствует — сразу говорим.

Он повернулся и обвёл всех взглядом. Как будто в приборе ночного видения можно было разглядеть выражения лиц. Или чего он там хотел разглядеть.

— Возражений нет? Выдвигаемся!

И их маленький отряд скользнул в ворота.

Внутри их ждало запустение. Кромешная темнота, щербатые окна жилых корпусов и возвышавшийся впереди тёмной громадой из стекла и бетона исследовательский корпус NAVY. Серёга вёл группу, избегая открытых пространств, вдоль жилого сектора.

— Не будем ломиться через центральные двери, — громким шёпотом сообщил он. — Войдём с чёрного хода. В таких зданиях их всегда несколько.

Они стали по широкой дуге огибать исследовательский корпус, когда Маша вдруг замерла, посмотрела налево и зажала рот ладонью.

— Господи, ч-что это?

Все повернулись. Андрей разглядел раскиданные на подступах к главному входу останки, только не людей… он приблизил картинку с помощью оптики прибора, навёл резкость. Чёрт! Точно они! Здесь тоже: одна тварь лежала с задранными лапами, вторая словно выворотилась наизнанку в прыжке и тянулась вперёд острой мордой. Вся стая была точно мертва, как будто что-то резко остановило их движение. Попадали замертво прямо в движении. Только вот что? Уродливые туши были как будто обуглены…

— Мамочки! — В руку Андрея вцепились тонкие пальцы Таисии. — Это же те твари! Хищники!

— Тише, — цыкнул на неё Серёга. — Хочешь мутантов накликать?

Андрей прижал к себе девчонку и бережно погладил по голове. Нет тут мутантов, Маша бы почуяла. Но присутствие тварей и то, как с ними разделались, напрягало. Здесь явно кто-то побывал уже после катастрофы с чипами. И встречаться с ними почему-то не хотелось.

— Всё хорошо, — прошептал Андрей Таиске. — Они все мёртвые. Ничего нам не сделают. А самого пробрал озноб, от которого спина покрылась липким потом. То ли

— Это те самые? Твари, про которых вы рассказывали? — спросил Серёга.

— Да, — кивнул Андрей, выпуская из объятий Таиску.

Девчушка всегда старалась держать ближе к нему, особенно в случае опасности. Может, побаивалась их сурового командира. А может, потому, что они с Андреем вместе прошли Москву. И вместе выжили.

В темноте Андрей видел, как Маша повернулась к Серёге. Прошептала что-то на ухо. А вот она, наоборот, жмётся к громиле, как к единственному защитнику. И его внезапных вспышек гнева совсем не боится.

— Пойдём дальше, нечего тут стоять глазеть. Живых тварей рядом нет, — заявил Серёга и двинулся вперёд.

Они продолжили свою вылазку, обогнули корпус и зашли с торца здания. Под небольшим козырьком обнаружилась дверь чёрного хода с блестящей металлической ручкой. И снова тишина вокруг и никакого намёка на электричество. Хотя…

Андрей подошёл ближе, и внутри у него знакомо засвербело. Странное ощущение, которое ни с чем не спутаешь. Неужели?

Маша вдруг замерла, шумно втягивая ноздрями воздух.

— Я, кажется… — она остановилась и повела носом. — Кажется, чувствую людей. Надо ближе… запах идёт откуда-то. Слабый запах, но это точно люди. Живые.

Маша тихонько засеменила исследовательскому корпусу. Все осторожно двинулись за ней.

— Точно, запах идёт оттуда, из-под земли, — она указала на вентиляционное отверстие вытяжки в фундаменте здания.

— А что ещё видишь?

Не дождавшись ответа, Андрей тихонько тронул её плечо. Маша была как будто в лёгком трансе. Она, когда вот так старательно нюхает, вообще выпадает из реальности. И начинает видеть в голове что-то вроде картинки, только запахами.

— Они там, под землёй. В подвале… два человека: мужчина и женщина, — Маша тяжело вздохнула и потёрла виски.

— И там у них есть электричество, — добавил Андрей. — Причём явно генератор работает. Мелкие приборы я не чувствую.

— Чёрт, — негромко ругнулся Серёга. — Нормально они там устроились. А снаружи всё выглядит, как будто центр заброшен. Хитры. Колян, проверь, есть ли здесь сеть и можешь ли ты её взломать.

— Уже, — отозвался парнишка.

Андрей обернулся и увидел, что тот успел извлечь из рюкзака спейсер.

— Так… вы правы. Вижу локальную сеть, но она в закрытом режиме. Чтобы её взломать, нужен физический доступ к серверу.

— Ты же хвастал, что с любой сетью на раз-два разберёшься, — подначил его Серёга.

— С любой, да не с любой, — огрызнулся парень. — Эту сеть перенастроили и сделали это чертовски профессионально. Как только сунусь туда, мигом спалимся.

— Тогда отбой. Не знаю, кто они, но раз там копаются, значит, там явно что-то есть. И я уверен: это то, что нам нужно. Вот почему Таиска вела нас сюда. Чёрта с два мы сами разобрались бы в данных NAVY, даже если бы нашли их здесь. А эти тут сидят явно со знанием дела, — хмыкнул Серёга. — Может быть, выжившие учёные, которых хозяева не добили и бросили. Вот и покажут, что накопали. Надо штурмовать.

— Ты что, хочешь к ним прям вломиться? — уточнил Андрей. Он начинал немного нервничать. Вспомнились обугленные туши собак у центрального входа. А ещё их с Таиской поход по Москве, как на первый взгляд безобидные люди, стоило к ним подойти поближе, оказывались жуткими тварями. Могли за секунду разорвать человека. Те, что окопались в подвале центра, конечно, безмозглыми не были, раз уж запустили генератор и настроили локальную сеть. Но лезть прямо к ним в лапы было точно опасно.

— Может попробовать договориться? — робко произнесла Маша.

Серёга повернулся к ней.

— Кто любит договариваться — долго не живёт. Такие теперь дела. Много мы встречали на улице тех, с кем можно договориться? Вон, — он кивнул на Андрея с Таиской. — У них спроси.

— Ну не убивать же их теперь? — решилась продолжить Маша.

— А никто не говорит про «убивать», станем хозяевами положения — поговорим по душам. Если окажутся адекватными людьми, будем сотрудничать. — Серёга расстегнул рюкзак и достал оттуда два штурмовых противогаза и несколько предметов, похожих на шайбы.

— Это что? — у Андрея глаза на лоб полезли от такого расклада. Вроде бы, когда собирали снаряжение для вылазки, Серёга ничего такого не показывал.

— Слезоточивый газ, — хмыкнул Серёга. — Не дрейфь, не смертельный, но за пять секунд заставит их выскочить из своей норы. А там и примем их тёпленькими.

— Откуда он у тебя?

— Прихватил из отделения полиции, в которое заглянул по дороге к гипермаркету. Я же рассказывал об этом. Всё остальное тоже оттуда.

— А это что? — тут уже подскочил Колян.

— Пластит, — прокомментировал Серёга появившийся в его руках пакет неопределённой формы. — Так что замок для нас не проблема.

— Ты что, взрывать здесь всё будешь⁈

Оставив вопрос без внимания, Серега поднялся и обвёл всех взглядом.

— План простой: взрываем замок, бежим вниз. Кидаем шашки с газом. Даём время этим красавцам подумать о смысле жизни, входим, вяжем.

— Звучит просто, — хмыкнул Колян. — А кто туда полезет?

— У нас всего два респиратора — значит, на штурм идут двое. Один остаётся прикрывать девчонок.

Андрей с Коляном переглянулись.

— У тебя, конечно, скорость, — Серёга ткнул пальцем в парнишку. — Но Андрюха может и без оружия врага уложить. А ещё имел дело со всякими тварями в Москве. Так что я бы предпочёл пойти с Андреем, если он не против. Ты не против?

— Как скажешь, — кивнул Андрей. Не нравилась ему эта затея, но оставаться подыхать наверху тоже так себе вариант. А на то, что те из подвала выйдут с распростёртыми объятиями и все расскажут — тоже надежды мало. Скорее всего, прибьют, а разбираться будут потом. Такая жизнь пошла. — Только давай выделим минут пять на инструктаж. Я шашками с газом никогда не пользовался.

Серёга кивнул и хмыкнул.

— Ничего сложного. Сейчас покажу. А ты, Николай, держи, — он протянул парню пистолет. — Защищай девчонок.

После короткого объяснения он выдал противогаз. Пока Андрей надевал его, Серёга пристраивал к двери взрыв пакет.

— Как только бахнет, счёт пойдёт на секунды, — заявил он. — Тут же бежим вниз. Как найдём их логово, кидаем шашки. Первую шашку я кину сам. Этого должно хватить. Твоя про запас, на всякий случай.

Андрей кивнул и ввёл себе последнюю дозу поддерживающего препарата. Иначе штурм он просто не потянет. А там, на всё воля Бога. Или они найдут лекарства, или он в любом случае сдохнет.

— Всё, отходим! Сейчас рванёт, — проговорил Серёга и они спрятались за углом корпуса.

Андрей подошёл к Коляну и девчонкам. Вернее, к Таиске, которая, совсем уж как-то скисла.

— Всё правильно. Так

* * *

— Пятеро, — произнесла Вика, глядя на картинку с камер. — Действуют организованно. Но до военных далеко. Видимо, у нас тут небольшой отряд местных выживших.

— Не только нам и военным пришла в голову светлая мысль посетить лаборатории NAVY. — Я получил уведомление от Мии и хмыкнул: — Они пытаются взломать нашу локальную сеть. Представляешь?

— Стой, у них оружие и какие-то… — Вика на несколько секунд замолчала, видимо, пытаясь приблизить картинку. — Гранаты, что ли…

— Гранаты? — Я хмыкнул. — Мия, попробуй идентифицировать.

— Ой, одна из них девушка, совсем мелкая ещё, подросток! — продолжала восклицать Вика. — И женщина постарше. Мы же не будем с ними драться? Они ведь не военные. Такие же люди, просто от безысходности сбились в кучу.

Я вспомнил девчушку с розовыми волосами, которая одним жестом разорвала здорового громилу на куски. Тоже подросток вроде этой. Не стоит так обманываться насчёт наших визитёров.

«Оружие идентифицировано, — „прорезалась“ Мия. —Пистолет Ярыгина девятого калибра. Две газовые гранаты „Черёмуха-1“. Два противогаза с панорамной маской и встроенным узлом ночного видения. Один брикет пластида-4»

— Звучит, как какое-то старьё из прошлого.

— Так и есть, Алекс.

— Ну ничего себе, простые люди сбились в кучу! — передразнил я Вику. — Похоже, нас сейчас будут штурмовать по всем правилам прошлого столетия.

Вика явно не ожидала такого расклада.

— Может, попробуем договориться? У Кеши ведь ещё не закончено внедрение репарирующего гена! Полчаса осталось! — Вика закусила губу и посмотрела на меня. — Мы не можем сейчас бежать отсюда!

— Договариваться уже поздно, — возразил я, глядя, как лысый верзила в амуниции спецназа пристраивает к двери чёрного хода пластит. — Но возможно, когда мы возьмём самых прытких из них, ситуация поменяется. В коридоре, который ведёт к нашему убежищу, их будет ждать большой сюрприз.

— Мия, по моей команде будь готова замкнуть цепь. — Я вспомнил про шашки и респираторы. — И заблокируй вентиляцию во всём нашем блоке. Сообщи мне, если детектируешь газ.

«Принято, Алекс».

Наверху бахнуло. По камерам я видел, как вылетела дверь и мутанты устремились вниз.

— Не нравится мне, как они сюда стремятся, как будто целенаправленно к нам. Со стороны ведь даже непонятно, что здесь кто-то есть, — протянула Вика.

— На сотрудников NAVY ребята точно не похожи. Скорее всего, мутация какая-нибудь, которая позволяет чувствовать нас, — предположил я.

— Всё равно, надо постараться их не убить, — ответила Вика.

— Обижаешь, я заряд контролирую.

«Объекты приближаются к намеченной точке, — вклинилась в диалог Мия. —Вывожу камеры на твой виджет, Алекс».

— Вика, игломёт при тебе? — вскочил я и схватил проводник, соединяющий меня с цепью ловушки. — На всякий случай, если что-то пойдёт не по плану.

Вика твёрдо кивнула и показала мне пистолет.

— Отлично, бери фиксаторы и готовься принимать наших гостей. Минут пять они точно будут валяться в отключке.

Простая ловушка: тонкая сеть, растянутая по потолку коридора. Как только Мия разомкнёт держатели, она упадёт на головы нападающих. Мне главное — не переусердствовать и не поджарить их до чёрной корочки. Я пустил пробный заряд, отслеживая ощущения и фиксируя показатели мощности на виджете. Вроде должно получиться.

— Расчётное время — пять секунд, — прервала мои размышления Мия.

Забыв обо всём, я вперился в виджет камер. А вот и наша сладкая парочка. Первым в коридор вбежал лысый амбал с пистолетом. Так, надо дождаться второго, чтобы не успел убежать.

— Давай, Мия!!!

Тонкая сеть упала, сковывая движения атакующих. Амбал аж перевернулся два раза, запутавшись в ячейках конструкции. Второй просто опустился на колени, пытаясь сорвать с себя прилетевший сюрприз. Пора, мальчики!

Закрыв глаза, я аккуратно подал заряд энергии в систему. Главное здесь — не переусердствовать.

«Что-то не так, Алекс!»

От возгласа Мии я вздрогнул и уставился на виджет. Здоровяк с пистолетом лежал лицом вниз, окончательно запутавшись в сетке, и не двигался. А вот второй и не думал к нему присоединяться. Аккуратно встал, не скидывая сети, поднял руку и в следующую секунду с неё сорвался разряд молнии.

— Чёрт!

Светофильтры не успели подстроиться и сейчас в глазах у меня плескались мутные световые пятна.

— Мия, доложи обстановку! — гаркнул я.

«Три камеры вышли из строя. Вывожу данные с последней».

Проморгавшись, я уставился на картинку с камеры, которая транслировала затылок мутанта. Зацепив взглядом, что сеть ещё на нём, я решил закончить дело. Ориентируясь на ощущения, послал второй разряд, на 30 процентов сильнее предыдущего.

Опять ничего! Только лежащий на полу амбал дёрнулся. Это мутация такая, что ли, у второго? Невосприимчив к электричеству? Так, я поджарю первого, а второму урона чуть. И где-то такой жест с молнией я уже видел.

Мужчина наконец скинул сетку и стал вытаскивать своего товарища из ловушки, поглядывая на выход. Быстро сдался. Но мне этот вариант не подходит.

— Мия, блокируй дверь.

Противопожарная переборка, отсекающая подвал, опустилась прямо перед носом собравшегося дать дёру мутанта. И замка на ней не было. Открыть можно только с центрального пункта управления. Мне определённо нравилась система безопасности лаборатории NAVY.

Мужчина тем временем привалил своего товарища к стене и заметался. Надеюсь, он не собирается снова применить взрывчатку? Хватит у него ума оценить последствия взрыва в замкнутом помещении?

Оставшаяся камера внезапно выхватило напряжённое лицо мутанта крупным планом, и я на секунду замешкался. Неужели я где-то его видел?

— Мия, срочно сними его метрики с видео и прогони по своей базе!

«Хорошо, Алекс! Оп-п…— совпадения найдены. Вывожу на виджет».

Точно, как же я сразу не вспомнил! Кадр из базы Мии показывал ночную улицу Москвы. Мужчина выдерживает прямое попадание разряда тока, вскидывает руку и мощным ударом сбивает военный дрон. Это точно он? Не может быть!

«Алекс, наверное, также стоит упомянуть, что ты уже получал идентификационной запрос от этого объекта, но оставил его без ответа, — продолжила нейронка. —Вот пакет».

— Мия, разблокируй локальную сеть здания. Сформируй широковещательный сигнал, прими запрос и отправь сообщение…

Глава 2

На картинке с камеры мне было видно, как мужчина в коридоре замер.

«Андрей Сорокин, тридцать восемь лет, гражданин класса С…»

Я краем глаза мазнул по информации на виджете, которую начала озвучивать Мия.

— Потом, — остановил я её.

Сейчас моё внимание сконцентрировалось на происходящем. Мужчина аккуратно опустил тело амбала на пол, а сам привалился к стене и как будто завис на некоторое время. Было видно, что ответ на запрос стал для него неожиданностью.

«Покажись!»— наконец пришло от него сообщение.

Секунды растерянности прошли, и он снова собрался, готовый

«Не так сразу,— отправил я сообщение и улыбнулся про себя. То, что он вступил в диалог, для начала уже неплохо. —Давай сначала обсудим пару деталей».

«Твоих рук дело?»— он указал на металлическую сетку.

«Моих,— не стал я отнекиваться. —Но, согласись, у меня были на это основания. Можем продолжить или предпочитаешь поговорить?»

«Я помню тебя,— после небольшой паузы продолжил он. —Ты прятался тогда от дронов. Значит, мы не враги».

«Поэтому вы вломились сюда с гранатами и в противогазах, взорвав дверь?»

«Мы не знали, что здесь люди. Здание обесточено, замок заблокирован. Просто меры предосторожности».

Вика хмыкнула — я транслировал чат ей на виджет.

«Всё звучит очень правдоподобно, если бы я не заметил, как вы пытались взломать нашу сеть»,— я отправил сообщение и заметил, что наш мутант чуть побледнел.

Опять молчание. Переговоры явно не его сильная сторона.

«Так зачем вы к нам полезли?»— Я избавил его от необходимости оправдываться дальше и задал прямой вопрос.

— Алекс! — внезапно воскликнула Вика. — У тех мутантов, которые остались наверху, женщина упала в обморок. Я посмотрела на её ментальную сигнатуру, как-то она нехорошо мерцает. Дело серьёзное.

Я взглянул на виджет с камер: вокруг лежащей на земле женщины суетились девчушка и худощавый паренёк. Они о чём-то эмоционально спорили. Девчушка явно уговаривала тащить женщину вниз к нам и показывала на дверь. Паренёк сопротивлялся. Странное решение лезть в подвалы, из которых ещё не вернулись товарищи со штурма. Я бы тоже сопротивлялся. Не дожидаясь ответа от Андрея, я набрал сообщение:

«Одна из ваших там наверху потеряла сознание».

На этот раз он среагировал быстро.

«У нас не было выбора. Нас убивают эти мутации. А препараты в автомеде помогают только на время. И они почти закончились. Мы знаем, что причина в ублюдках из NAVY и пришли сюда в надежде найти лекарство».

Сообщение было длинное, наверное, он начал набирать заранее. Но не решался отправить и подбирал слова. И что-то тут не сходилось, надо знать, что искать, если уж решаешься на такое мероприятие. Мы с Викой были «в теме», когда шли сюда. И то, обнаружили данные только чудом. А у этих ребят не было и шанса.

— Похоже, он про деградацию ДНК. Но он явно что-то недоговаривает, — произнесла Вика, словно подтверждая мои мысли.

Но тут пришло второе сообщение. Теперь Андрей стал очень даже разговорчивым.

«В это трудно поверить, но с нами девочка, которая предчувствует события. Мы уже не раз убеждались, что это работает. Это такая необычная мутация. Она сказала, что нам надо идти в центр NAVY».

Прочитав это, мы с Викой переглянулись.

— Предвидение? — голубые глаза Вики округлились от удивления. — Разве такое может быть? Но ведь она и правда попала в точку. Если причина болезни в деградации ДНК, то мы сможем им помочь.

Она вопросительно уставилась на меня.

Я молчал, размышляя, как лучше поступить.

— Алекс, они такие же пострадавшие, как и мы. Ну вломились сюда — так сейчас никто никому не доверяет. Сам понимаешь.

— Ладно, — кивнул я и отправил Андрею сообщение.

«Похоже, сейчас ты более искренен. Если причина вашей болезни мутация, то у нас есть средство. Но детали обсудим чуть позже. Если сейчас не помочь твоей спутнице, то, боюсь, ваши усилия окажутся напрасными».

«Спасибо».

Было видно, как Андрей облегчённо выдохнул и опустил руки. Даже я, несмотря на свою вечную подозрительность, был склонен поверить в его историю.

«Сейчас я открою часть доступа к сети здания и выдам вам локальные учётки. Как примут запрос, скажи, чтобы несли женщину сюда. Маркеры маршрута уже будут у них».

«Спасибо!»

Андрей устало привалился к стене. Через пару секунд в сети появились два новых фрейма пользователей — Андрея и ещё одного парня. Похоже, второй как раз и пытался взломать мою сеть. С ним надо быть аккуратнее.

Тем временем Андрей уже отправил сообщение, и у дверей корпуса вновь началась суета.

— Спроси его про мутации, и кто ещё болен, — ткнула меня в бок Вика.

Про мутации это она верно. Надо понимать, с чем мы можем столкнуться. Недолго думая, я переадресовал вопрос Андрею.

«Симптомы только у Маши и у меня,— тут же ответил он. —Мои способности ты видел. Маша, которая потеряла сознание, чувствует запахи в большом радиусе… видит их, что ли. Таисия, как я уже говорил, предчувствует события. Николай, который наверху с девушками, очень быстро двигается. А у Сергея нет чипа, он бывший военный».

— Хорошо, — кивнул я, отметив, что амбал у стены начал шевелиться.

Надо было быстро что-то решать, пока он не пришёл в себя. Андрей уже настроен на переговоры, и второго участника мне не надо. Тем более, если он вояка. Не сомневаюсь, что этот штурм — его затея. Посовещавшись с Викой, я отправил сообщение.

«В первую очередь мы окажем помощь женщине. Остальные пока разместятся в соседнем блоке. Там безопасно. Связь будем держать по этой выделенной сети. И скажи своему умельцу, что если ещё раз в неё полезет, то будет кантоваться на улице».

Андрей угрюмо кивнул, признавая роль ведо́мого.

Тем временем худощавый парнишка подозрительно легко подхватил женщину на руки и стал спускаться. За ним семенила девчушка. Путь по маркерам занял у них всего пару минут.

«Сейчас я разблокирую дверь,— сообщил я Андрею. —Пусть медленно входят, и чтобы без фокусов».

Андрей вновь кивнул, и я открыл переборку. На пороге появился тот самый худой паренёк. Он продолжал спокойно, как пушинку, держать на руках полноватую, явно превосходящую его по комплекции, женщину. Рука её безвольно свесилась, а голова лежала у него на плече. Так, значит, этот Николай не только быстрее, но и сильнее обычного человека. Из-за его спины выглянула рыжеволосая девочка прикрыла рот рукой. Округлила глаза.

Они оба уставились на ворочавшегося на полу амбала. Паренёк испуганно отступил. В какой-то момент мне показалось, что он сейчас бросит свою ношу и даст стрекача.

Но Андрей начал им что-то объяснять. Девчушка тут же присоединилась к беседе.

Вика подключилась к локальной сети и быстро скинула доступное для всех сообщение: «Женщине срочно нужна медицинская капсула».

Все на миг замерли, потом Николай аккуратно положил Машу на пол. Андрей сделал шаг вперёд, и его вдруг повело набок. Он успел ухватиться за стену и теперь стоял, тяжело дыша и жадно глотая ртом воздух.

— Так, похоже, у нас появился второй пациент, — бросил я Вике.

Она закусила губу и неожиданно для меня отправила ещё одно сообщение.

«Андрей,

Я покосился на Вику. Впускать Андрея с его способностью поглощать электричество было не лучшей идеей. Но теперь мне оставалось только подтвердить указания. Тем более, что боец на полу явно начал приходить в себя. Пусть уже забирают его отсюда.

«Маркеры, как добраться до блока, уже на карте».

Парень, который принёс женщину, заметно нервничал. Девчушка, что-то прошептала ему на ухо, и он со вздохом кивнул. Затем перекинулся парой слов с Андреем, легко подхватил ещё не пришедшего в себя амбала и вышел из коридора.

Отметив, что они двигаются в нужном направлении, я поручил Мие заблокировать пожарную переборку.

— Готово, Алекс, — отчиталась нейронка.

— Хорошо, и не спускай с них глаз.

Андрей тем временем и вовсе сел на пол, прислонившись спиной к стене.

— Надо спешить, Алекс. — дёрнула меня за рукав Вика.

— Хорошо, пойдём. Только будь аккуратнее и игломёт далеко не убирай.

Вика фыркнула, но оружие прятать не стала.

Миновав небольшой тамбур, я повернул в коридор, где находились наши гости. Андрей, заметив нас, поднялся и сделал было шаг навстречу, но вдруг, закатив глаза, повалился на пол рядом с Машей.

Вика, потеряв всякую осторожность, бросилась к ним.

— Если верить автомеду, показатели пульса и давления критические, — сообщила она, упав на колени рядом с женщиной. — Её надо срочно в капсулу!

Чёрт! Если она тут помрёт, то остальные моментально потеряют к нам доверие и станут врагами. А я ещё не настолько очерствел, чтобы убивать людей. Особенно маленьких девочек.

— Отойди!

Отпихнув в сторону Вику, я подхватил подмышки женщину и натужно запыхтел. Да сколько же в ней килограммов⁈ А ведь тот парнишка спокойно нёс её на руках. Неплохая у него мутация!

Вика, тем временем, переключилась на Андрея. Возилась с его автомедом: видимо смотрела параметры и искала подходящие капсулы. Выжимая из себя последние силы, я тащил бесчувственную женщину по полу. Ещё немного…

Почувствовав спиной капсулу, я отпустил свою ношу и, хватая воздух ртом, вновь выругался. И как я затащу её внутрь⁈

«Вика!— отправил я сообщение в чат. —Чего ты там возишься?»

Тишина… Не успел я испугаться, как на входе в лабораторию показалась Вика, поддерживая почти повисшего на ней Андрея. Тот вроде бы пришёл в сознание. Это было хорошо, потому что второй подобный заход я мог и не осилить.

«Гости вошли в блок D»,— невовремя отчиталась о выполнении моих указаний Мия.

«Да хрен с ними! Просто наблюдай, чтобы не выкинули чего», — огрызнулся я.

Сначала я думал заблокировать им выход из блока, но сейчас отказался от этой идеи. Так можно обострить конфликт, а разбираться сейчас с ломающими двери мутантами явно не с руки. Лучше подержать закрытыми переборки в нашем отсеке.

— Вика, да иди ты уже сюда!

Она ухмыльнулась, но видя моё состояние, примиряюще подняла руки.

— Спортом тебе надо заниматься, Алекс. Или геном того паренька привить.

— Себе привей! — огрызнулся я. — Хватай за ноги.

Как бы я ни злился на Вику, но зерно правды в её словах было. Может, и правда, внимательно изучить модель мутации того паренька и импринтировать себе его геном? Ладно, подумаем об этом потом, в более спокойной обстановке.

Наконец мы уложили Машу в капсулу, и Вика тут же бросилась к панели управления.

— Алекс, выдай ему набор В капсул для автомеда. Я зарядила базовый, но этого недостаточно. — Она бросила взгляд на сидевшего у входа Андрея. — А я настрою медкапсулу.

— Уже? Сразу будешь внедрять ген? — удивился я.

— Придётся, у нас нет времени на предварительные исследования. Процесс может стать необратимым, — качнула головой Вика. — Тем более, у Кеши пока показатели в норме. Только сделаю экспресс-анализ и сразу начнём.

— Тебе видней, — пожал я плечами.

— Да, пока провожу тестирование и секвенирование генома Маши, тебе придётся взломать её чип. Нам нужно снять данные по мутации построить прогностическую модель для внедрения гена репарации.

— Не вопрос.

Последние полицейские протоколы вряд ли кто-то менял, так что это даже взломом назвать трудно.

— И подготовь капсулу для Андрея! Начнём сразу после первого этапа импринтинга у Маши.

Ясно, почему Вика не стала делать им перенос гена одновременно. Маша будет первой подопытной моделью. Если что-то пойдёт не так, процесс для Андрея можно будет скорректировать. Звучало цинично, но это была объективная реальность. Мы даже не знали результатов на Кеше в долгосрочной перспективе. Поэтому, чем дольше можно продержать Андрея на поддерживающих препаратах, тем лучше.

Я подошёл к нему и протянул капсулы для автомеда.

— К твоему чипу нам тоже понадобится доступ. Нужно получить данные о мутации и построить модель.

Андрей даже возражать не стал. В глазах его плескались усталость и некоторая обречённость человека, принявшего судьбу.

— Ну раз с Кешей получилось, значит, и нам вы поможете, — слабо улыбнулся он.

— Ну да, — кивнул я.

То, что Кеша — это кот, я уточнять не стал.

В чат упало сообщение:

«Сергей плохо себя чувствует, а медикаменты у нас совсем закончились. Вы не могли бы поделиться мазями от ожогов и обезболивающим?»

Отправителем значилась Таисия.

Вика подняла бровь и посмотрела на меня:

— Не такая уж у тебя безобидная ловушка оказалась. У него, похоже, электротравма.

— Ну, я не планировал давать второй разряд, да ещё большей мощности, — оправдался я и невольно покосился на Андрея. — Это было неожиданно и стало не до расчётов.

— А него ведь нет чипа? — уточнила Вика, и Андрей кивнул. — Надо бы провести диагностику и настроить автомед. Там же есть капсулы. Пусть активируют одну и уложат его туда. Мия передаст мне данные, а я выдам препараты.

— В капсуле наверняка есть всё необходимое? — поинтересовался я.

— Вряд ли, — отрицательно мотнула головой Вика. — Эти для экспериментов, исследовательские. И вообще, настроены на собак. Туда нужно всё загрузить и рассчитать необходимые дозировки. А препараты хранятся у нас здесь.

Мне пришлось написать Николаю, который вроде разбирался в программировании, а значит, мог настроить капсулу с помощью Мии. Парнем он оказался толковым и довольно быстро справился с задачей. Единственное, что нужных медикаментов в ней, и правда, не нашлось.

— Таисия ведь может прийти к нам за едой и лекарствами? — Вика правильно поняла, что боевую единицу в виде скоростного живчика я сюда пускать не захочу.

Через некоторое время с моего разрешения у нас на пороге появилась рыжая девчушка с голубыми глазами.

— Здравствуйте. Таисия, — она обвела нас взглядом, уставилась на капсулу с Машей, потом на меня. Я коротко кивнул ей, на секунду отвлёкшись от

— Привет, — Вика улыбнулась девчушке и протянула пачку с медикаментами.

— Спасибо… — Таисия вопросительно посмотрела на неё.

— Вика. А это Алекс, он сейчас немного занят, — Вика решила за меня проблему знакомства. — А еда там у вас есть?

— Немного, — ответила Таисия, явно стесняясь.

— Сейчас я вам и еды принесу, — спохватилась Вика. — Тут у нас по-спартански, упаковки быстрого приготовления. В вашем блоке есть где разогреть.

Она пошла в соседний бокс, но стоило ей отворить дверь, как ей навстречу вылетел Кеша. Ловко проскочив у Вики между ногами, он с диким мявом устремился ко мне. Андрей даже приподнялся с кушетки, чтобы посмотреть. Такого он явно не ожидал. А Таисия спрыгнула на пол и сложила руки на груди в умильном жесте:

— У вас котик.

Котик выглядел как адское создание, метал искры из злобно прищуренных глаз и явно хотел… не есть, тут это слово не подходило. Жрать!

После внедрения гена никто к нему так и не зашёл. Не до того было. Вика только автоматически ввела витамины и открыла капсулу.

— Ты что кота покормить-то забыла? — возмутился я. — Он мне сейчас ногу отгрызёт!

— Да как же! Целую миску корма оставила! — тут же ответила Вика.

— Мало, значит. Он ведь жрёт у нас, как не в себя! — напомнил я.

— Сейчас со склада тушёнки принесу, — пообещала Вика и радостно добавила: — Значит, точно поправился.

Наши с ней пререкания явно позабавили ребят. Андрей слабо улыбался, а Таисия и вовсе забыла о своей стеснительности и внимательно разглядывала «котика».

Тот бегал вокруг меня, вставал на задние лапы, а передними хватался за колени. Заглядывал в глаза. Я надеялся, дело не дойдёт до того, что он выпустит когти. Иначе даже с моей регенерацией мало не покажется. Таисия уже смотрела на меня без страха. Похоже, в её глазах я потерял авторитет сурового дядьки, который поджарил их амбала в подвале. И правда, сложно сохранить статус-кво, когда тебя атакует лысый кот.

В бокс заскочила Вика с пакетами быстрого приготовления под мышкой, банкой тушёнки в одной руке и миской в другой. Кеша истошно заорал и кинулся к ней.

— Ты просто кинь ему банку, он сам откроет, — посоветовал я.

Вика смерила меня презрительным взглядом и как-то на весу вскрыла содержимое и вывалила в миску. По мне, так она сильно рисковала. Кот накинулся на еду с утробным урчанием.

— Это еда на первое время и тушёнка вот, такая же, — Вика оглянулась на кота и передала Таиске пакеты.

— Спасибо, — девчушка улыбнулась. — Я знала, что вы нам поможете. И ещё у вас такой котик! Как его зовут?

— Кеша, — с улыбкой ответила Вика.

— Так это он Кеша? — Андрей уставился на кота. — Тот пациент с мутацией, которому вы помогли?

Я выразительно посмотрел на Вику и улыбнулся. Похоже сейчас ей придётся объяснять, что физиология котов мало чем отличается от нашей.

Глава 3

— Я умираю?

Профессор даже не понял, вопрос ли это. Голос девушки, которая все эти дни провела в медкапсуле, стал слабым и каким-то тусклым. Во взгляде карих глаз смешались тоска и обречённость.

— Да что ты, дорогая, — профессор Беляев ласково погладил её по плечу. — У нас ещё много времени. Уверен, мы найдём решение. Тебе нужно только ещё чуть-чуть продержаться.

Девушка уголками губ обозначила вымученную улыбку. Затем закрыла глаза и отвернулась, уткнувшись в больничную подушку.

— Идите, Виктор Александрович, — чуть слышно прошептала она. — Не сто́ит тратить на меня время.

— Не говори глупостей, Инга. Лучше постарайся поспать. Сон и отдых выиграют для тебя время. А я зайду завтра утром.

Девушка не ответила. Сжав до боли кулаки, профессор выдохнул и вызвал на виджет последние данные по пациентке. Долго всматривался в каскад цифр и графиков, словно искал основание для чуда. Но его не было. Максимум еще два-три дня. Если он что-то не придумает. Нет, он обязательно что-нибудь придумает!

Вверху виджета неожиданно замигала иконка входящего вызова. Идентификационная подпись обозначала куратора проекта «Пандора» от главного разведывательного управления. Удивлённо скосив взгляд на таймер, который подбирался ко второму часу ночи, профессор подтвердил приём.

— Простите, что поздно, Виктор Александрович, — на экране проявилось каменное лицо полковника Гарина. — Но ваша сигнатура была в рабочей зоне, и я решил, что вы ещё не спите.

— Чем обязан, Валентин Михайлович?

— Есть хорошие новости. Одной из групп поисковиков удалось добыть данные экспериментов NAVY по модификации геномов животных. И самое главное: в этих экспериментах использовали нейросети, похожие на наш вирус.

Услышав последнюю фразу, профессор чуть не выронил из рук планшет. Неужели это отклик на его молитвы?

— Это… это ведь бесценные данные! Возможно, там есть ответы на все наши вопросы! — нервно перебил он полковника. — Через десять минут буду в центральной лаборатории.

— Не стоит так торопиться, Виктор Александрович, — улыбнулся тот. — Сейчас информация обрабатывается специалистами на предмет вредоносных закладок и прочей гадости. К восьми утра данные будут проверены и каталогизированы. Так что постарайтесь выспаться к этому времени и быть в форме.

— Я и так в форме! — не согласился профессор. Просто так сидеть и ждать до утра? Неужели этот солдафон не понимает, как много жизней сейчас зависит от этой информации.

— Виктор Александрович, я всё же настаиваю. Конечно, о вашей безудержной энергии уже и так ходят байки по всему центру. А то, что вы делаете для страны и всех нас оценить и вовсе нельзя. Так, что эта небольшая отсрочка скорее забота о вашем здоровье. Тем более на 14.00 запланирован новый эксперимент в лаборатории «П-7», где ваше присутствие также необходимо.

Лаборатория «П-7» была секретным объектом даже в рамках этой закрытой базы правительства. Доступ к ней имели только несколько офицеров и небольшая группа учёных-исследователей, которые там трудились и даже жили в специально оборудованных боксах.

— Мы не успели обработать данные о прошлых экспериментах, — попытался возразить профессор. — Я считаю, что продолжать эту ветку исследований пока преждевременно.

— Завтра мы начнём опыты с новым каскадом, — неожиданно жёстко возразил полковник. — Но это не предмет текущего разговора. Всю подробную информацию получите, как обычно, на месте.

Профессор вздохнул, знал уже,

— Хорошо, Валентин Михайлович. В восемь утра буду с нетерпением ждать ваших ребят в главной лаборатории.

— Вот и славно, — полковник чуть улыбнулся. — Спокойной ночи, Виктор Александрович.

Иконка соединения погасла. Профессор впервые за долгое время улыбнулся. Возможно, завтра он сможет получить недостающие части пазла.

* * *

Центрифуга, нагруженная образцами, утробно гудела. Двое сотрудников с уставшими, но сосредоточенными лицами спешно стучали по клавиатуре спейсеров, задавая новые параметры обработки данных. Из стерильного бокса выскочил белобрысый паренёк, профессор, снова позабыв, как того зовут, просто схватил его под руку:

— Образцы пять и шесть уже амплифицированы?

— В процессе, Виктор Александрович! Через два часа будет готово.

Медленно! Как же хотелось поскорее узнать результат!

Профессор отпустил парнишку. Хотя какого там парнишку, ему точно уже за тридцать и кандидатская степень есть. Других здесь не держат.

В исследовательском блоке шумел секвенатор, а двое лаборантов спешно раскапывали в планшеты следующую партию образцов.

Тоже ещё не готово! Профессор выругался совсем неподобающе своему статусу, но тихо, сквозь зубы. Громко же дал указание сновавшему тут со спейсером худому с серым от недосыпа лицом биоинформатику:

— Паша, данные по пятому и шестому образцам тут же прислать мне с пометкой срочно! И в следующую последовательность обязательно прогоните конфигурации семь и восемь. Первым делом!

— Хорошо, Виктор Александрович! — кивнул тот.

— А образцы от эксперимента с крысами уже поступили?

— Не успели ещё, — виновато выдохнул Пашка. — В третий прогон пойдут.

— Ладно, работайте! — профессор хлопнул биоинформатика по плечу.

Видно было, что все устали и работают на пределе. Но часы промедления тут оценивались человеческими жизнями. Только бы данные, добытые бойцами, оказались верными! Тогда многое изменится. Они спасут Ингу и сотни тысяч жизней, которых NAVY обрекли на смерть.

— Виктор Александрович! Нам пора.

Профессор обернулся. Капитан Щеглов появился, как всегда, неожиданно и в самый неподходящий момент. Адъютант, мать его. Если в этом случае можно применить подобную терминологию. Скорее связной от правительства по проекту «П». И наверняка соглядатай.

— Да, конечно.

Отдав последние указания сотрудникам лаборатории, профессор поспешно проследовал за Щегловым. На выходе двое охранников отдали честь и вновь замерли как вкопанные. Камеры мигнули сенсорами и проводили профессора поворотом моторизированных линз до лифтового тамбура. От четвёрки бойцов, стоявших у лифта, отделился офицер и с суровым выражением лица считал данные с чипов Беляева и Щеглова. Затем настал черёд анализатора ДНК. Офицер терпеливо дождался окончания процесса и кивнул лишь тогда, пока прибор расцвёл зелёным огоньком.

— Прошу Вас.

Офицер отдал честь и освободил путь к лифту. Неважно, что за время работы на базе все уже знали друг друга в лицо. Все продолжали неукоснительно следовать каждой запятой протокола безопасности. Если апокалипсис и научил чему человечество, так это страху и пониманию, что малейшая ошибка может стать последней.

Спуск. Профессор привычно отсчитал до ста и сделал шаг за Щегловым. Новая четвёрка бойцов и повторение процедуры идентификации. Наконец, последняя дверь и профессор вошёл в ту самую особую лабораторию.

— Так, сейчас выгрузим данные брифинга.

Щеглов активировал центральную консоль и подтвердил начало процедуры. Почти в ту же секунду на рабочем голоэкране высветилось лицо полковника.

— Добрый день, Виктор Александрович. Как я и говорил ранее, паттерны генов R 1794 и R 1522, с которыми мы вели первые эксперименты, пока поставим на стоп. До окончания полевых исследований.

Профессор ожидал чего-то подобного. Из восьми добровольцев успешный импринтинг этих генов прошёл лишь у троих. Трое скончались в течение часа, а двое до сих пор борются за жизнь. И это несмотря на то, что прогностическая модель оценивала шансы всех выше семидесяти процентов. А ведь профессор заявлял, что модель ещё следует тестировать и достаточно долго. Но руководство было неумолимо. Реалии нового мира свысока смотрели на гибель нескольких человек. Пусть те и пошли на эксперимент добровольно.

— Сегодня мы начнём новую серию экспериментов с генами R 1812.

Профессор вздрогнул. Учёт и каталогизацию всех мутаций он вёл лично и, несмотря на возраст, помнил каждую позицию наизусть. Под номером R 1812 числилась необычная мутация активирующая, как бы странно это ни звучало, психоэнергию. Как учёный, с одной стороны, он не мог принять это определение, но с другой, он сам диагностировал эти способности у мутанта и больше не мог отрицать их существование.

— Учитывая особенность мутации, — продолжал полковник, — из пула добровольцев отбирались люди со строго определёнными метриками. И, как понимаете, психическая устойчивость в стрессовых ситуациях была самым важным параметром. Во-вторых, добровольцы — представители офицерского корпуса, доказавшие свою преданность стране и прошедшие не одну военную кампанию до часа Х.

Полковник сделал паузу, и часть голоэкрана заняли фотографии двух мужчин.

— Из всех подходящих кандидатур, мы отобрали двоих, на которых ваша, Виктор Александрович, — снова пауза, — эвристическая модель выдала показатели более восьмидесяти пяти процентов совместимости.

«Уже неплохо», — вскользь подумал профессор.

Рассматривая фотографии двух офицеров-добровольцев, он вспомнил взгляд мутанта, от которого получили те самые гены, R 1812. Взгляд, пробирающий до дрожи даже через пуленепробиваемое стекло лабораторной камеры. В нём плескалась дикая энергия, разрушающая саму основу нервной системы человека. Просматривая доклад о поимке мутанта, профессор понимал, каких невероятных усилий стоил группе захват этой твари. Один лишь взгляд мутанта превратил офицера, который первым бросился на перехват, в безвольную куклу. Можно сказать, убил, ведь тот до сих пор пускал слюни в отсеке военного госпиталя и тенденции к поправке не намечалось.

Эта атака забрала все силы мутанта, ещё не полностью освоившего способности. А заряд электрошока, способный уложить буйвола, лишь на время вывел его из строя. И, слава богу, что бойцы попались уже опытные, и при первых признаках возвращения в сознание добавляли немного электричества.

Закрытый лабораторный бокс лишь первые пару дней позволил держать мутанта под наблюдением. Потом его пришлось перевести в специальную камеру с усиленной защитой, способной остановить группу десанта. Но после того, как бойцы спецназа, оставленные на охране, сошли с ума и пытались разорвать дверь камеры голыми руками, руководство решило ликвидировать мутанта.

Эта мутация тут же попала под глиф «П», и вся информация и исследования о ней перекочевали в закрытый сектор базы. Как, впрочем, и ещё десяток невероятных мутаций.

— Виктор Александрович, вы в порядке?

— Да, просто немного

— Суть как раз предельно ясна, — возразил полковник. — То, что мы не понимаем её природы, это вопрос другой.

— Хотите убить солдат? — не сдавался профессор. — Эвристическая модель показывает вероятность приживления мутации и даёт некоторые гарантии при отсутствии смертности. Предположим, что импринтинг пройдёт успешно, но я не вижу никаких гарантий, что верные бойцы через какое-то время под воздействием изменений не превратятся в подобие этого ублюдка.

— Пару месяцев назад наш президент давал на Валдайском форуме гарантии обеспечения мира в трёх региональных конфликтах и то, что наша страна будет ещё десятки лет самой благоприятной для проживания в мире. И что по итогу?

— Но…

— Уже не осталось никаких «но», Виктор Александрович, — грустно улыбнулся полковник. — Либо мы научимся жить в новом мире и примем его, либо уйдём в небытие со всеми выжившими людьми, оставив ублюдков из NAVY и тех, кто стоит за ними наслаждаться своей победой.

— Вы правы, полковник, — нехотя согласился профессор. — Я всё понимаю. Просто жалко ребят. Мне бы ещё немного времени на исследования.

— В этом секторе лаборатории все добровольцы не простые люди. Это лучшие из выживших солдат, которые поклялись защищать свою страну любой ценой. И каждый из них понимает все риски. Более того, все они были ознакомлены с данными по мутанту, видели его безумие и смерть.

Профессор тяжело вздохнул, и усилием воли отогнал чувство вины. Как и жалость. Раз уж решение принято, то остаётся только действовать. Причём на максимуме своих возможностей.

— Принято, полковник.

Через полчаса предварительная работа была закончена. Профессор ещё раз прогнал эвристическую модель, прошёлся по дозировкам нейролептиков и медицинским картам добровольцев.

— Капитан, — обратился он к Щеглову. — Можем начинать, если добровольцы готовы.

— Уже час, как ждут нас в операционной.

Лаборатория для импринтинга была рядом, и через пять минут профессор уверенно толкнул её дверь. Добровольцы при появлении профессора тут же вскочили и отдали честь. Смотрелось это немного нелепо, но даже в больничных рубашках мужчины казались образцами воинской дисциплины.

— Капитан Ларионов и лейтенант Прохоров, — представил их Щеглов.

— Здравия желаю, товарищ капитан, — эхом ответили бойцы.

Профессор улыбнулся. Он до сих пор не мог понять подобной этики поведения. Не парад же. Сделав шаг вперёд, он протянул руку ребятам.

— Профессор Беляев.

— Лейтенант Денис Прохоров! Капитан Виктор Ларионов! — ещё раз представились военные.

«Молодые совсем ребята. Погибнут ведь ни за что», — успел подумать профессор, когда стальные пальцы капитана сомкнулись на его ладони. Серые глаза смотрели спокойно, но в глубине их бушевали лёд и пламень. Сам того не желая, профессор застыл, загипнотизированный его взглядом. Пока из странного транса его не выдернула пронзившая затылок боль.

— Что с вами, профессор?

Капитан Щеглов подскочил к пошатнувшемуся Беляеву и подхватил под локоть.

— Ничего… ничего, все хорошо, видимо, усталость.

— Вы вдруг побледнели и чуть и не упали, — строго сказал Щеглов. Его пристальный взгляд как будто пытался пробраться в черепную коробку и прочитать мысли.

— Ничего страшного, — через силу улыбнулся профессор. — Поживёшь с моё, и не такое ещё случится. И если у нас тут всё, то предлагаю перейти к делу.

Затем аккуратно высвободил локоть из хватки Щеглова и уверенным шагом подошёл к консоли управления лабораторией, активировал генный ключ доступа.

— Так… через пять минут всё будет готово. Ребята, занимайте свои места.

Бойцы скинули лёгкие лабораторные пижамы и забрались в капсулы. Их лица были бесстрастны, но профессор прекрасно понимал, что сейчас происходит у них в душе.

— Ничего не бойтесь, — обратился он к ним. — Всё, что могло произойти, уже случилось, когда вы сделали свой выбор. Сейчас всё в руках Господа.

— Вы же учёный, разве вы верите в бога? — Щеглов как-то незаметно успел подобраться к нему и встать рядом.

— Верю ли я в него или нет, никак не влияет на то, есть он или нет. Говорю вам это как учёный. Но я очень хочу, чтобы ребятам повезло. Все, что мог на данный момент, я уже сделал. Теперь дело за ними и вероятностями. И за тем, чего я пока ещё не знаю.

— Мне кажется, я понимаю вашу логику, профессор, — ухмыльнулся Щеглов.

— Вам кажется, что понимаете, — ответил ему улыбкой профессор. — Но сейчас это не важно.

— Тогда приступаем.

Профессор кивнул и ввёл набор команд на консоли. Ленты-захваты, тихонько зашелестев, зафиксировали пациентов. Игла инъектора выскользнула из своей ниши и осторожно коснулась плеч солдат. Глаза их тут же потускнели, и они не почувствовали, как стальной обруч несколькими секундами позже обхватил их голову. Эта процедура не требовала участия профессора, но он всегда присутствовал при её начале. Воспринимал это как личную ответственность. Сам импринтинг генома занимал от силы пять минут, но процесс принятия организмом модификации всегда происходил по-разному.

— Процесс импринтинга запущен, — отрапортовал первый лаборант-помощник. — Расчётное время пять минут сорок четыре секунды.

— Состояние подопытных стабильное, — через минуту доложил второй. — Таймеры систем синхронизированы.

Голоса лаборантов сплелись с цифрами и графиками, отображаемыми на лабораторных виджетах. Отрешившись от всего мира, профессор погрузился в их пучину. Секунды тихонько тикали, сменяясь минутами, а затем и часами. И лишь когда короткий, но пронзительный писк возвестил о конце процесса, он оторвал взгляд от голоэкрана.

— Капитан, — окликнул он Щеглова, всё это время стоявшего позади.

— Да, Виктор Александрович!

— Похоже, на этот раз удача на нашей стороне. Стабильность генома первого образца восемнадцать процентов от зоны деструкции, второго — сорок. Если в ближайшие двадцать четыре часа не произойдёт дополнительных бифуркаций, то ребята выживут.

— Благодарим, Виктор Александрович, — лицо Щеглова сияло как начищенный медный таз. — Можете отдохнуть. Сейчас эстафету примут мои ребята.

— Да, завтра утром проверю динамику, и если она сохранится, то можно убирать седацию. И ещё раз предупреждаю. Пусть первая часть прошла успешно, но…

— Поверьте, все меры предосторожности уже приняты.

— Ну, тогда удачи вам.

Профессор усталой походкой вышел из лаборатории и украдкой глянул на Щеглова. Но тот уже позабыл обо всём, давая указания лаборантам. Это к лучшему. Осклабился охране тщательно отработанной улыбкой и прошёл к лифту. Несмотря на спокойное выражение лица, пальцы дрожали, и он поспешил спрятать их в просторные карманы халата. Скорее в свою комнату!

Стараясь не сбиться на бег, он нарочито спокойно шёл по коридору. В горле пересохло, но, проходя мимо кулера, не решился налить себе воды. Дрожь в пальцах выдаст его.

— Привет, пап.

В тот момент, когда он встретился взглядом с одним из добровольцев-подопытных, виджет неожиданно расцвёл сигналом принимаемого пакета сообщений.

— Привет,

Слова дочери и её улыбка на виджете всколыхнули в груди тщательно подавляемую на протяжении многих дней горечь и боль. Разорвали её словно луч света во мраке царства теней.

— Привет, пап.

Профессор не знал, откуда он нашёл силы прервать сообщение. Сосредоточиться на работе, не показывая, что творится у него в душе. И даже, когда операция была завершена, он чудовищным усилием воли заставлял себя не думать о дочери.

Наконец дверь его комнаты с тихим щелчком закрылась за спиной. Дрожащими руками, профессор скинул халат, обувь и, не включая свет, рухнул в кровать. С содроганием сердца проверил, на месте ли пришедший файл, и убедившись, что всё в порядке, запустил трансляцию.

— Привет, пап.

Профессор уткнулся лицом в подушку, чтобы скрыть улыбку при виде дочери. Она жива! Точно жива и нашла способ сообщить ему это. Этот способ ему не особо нравился, поэтому он с содроганием сердца ожидал продолжения.

— Со мной всё в порядке, пап. И если ты видишь моё сообщение, то наш с Алексом план сработал. Очень надеюсь, что у тебя всё в хорошо, но боюсь, у меня несколько неприятных для всех нас известий.

От сердца немного отлегло, но улыбка сошла с лица профессора. В принципе неважно. Если дочь жива, то он решит любые вопросы. Вытащит на базу и обеспечит ей безопасность в будущем. Даже если на это нужно будет решение самого президента.

— Тебя обманули, когда сказали, что все погибли под завалами. Они и правда обрушили вход в лабораторию, защищаясь от мутанта. Вот только Мишу и Геннадия убил правительственный спецназ в перестрелке. Алекса тяжело ранили, а меня оставили умирать в обесточенной капсуле в лаборатории. Разбирать завал они даже не пытались, были уверены, что мы все мертвы.

Дикая злоба подняла волну ненависти в душе профессора. Значит, тогда чутьё не подвело его! Невзирая на все отчёты, отцовской душой он чувствовал, что его обманывают.

— К счастью, мутация Алекса вытащила его с того света, а он спас меня. И мы смогли покинуть лабораторию. Мишу, —голос Вики дрогнул, и она сбилась. Глубоко вдохнула, чтобы продолжить, —мы похоронили как смогли, в капсуле.

Образ Миши с копной рыжих непослушных волос встал перед глазами профессора. Этот парнишка ведь был ему как сын. Гений с чистой душой. С большим и светлым будущим. Сволочи. Твари. Ублюдки!

— Я понимаю, что ты сейчас чувствуешь, пап,— голос дочери доносился словно из-за пелены, но профессор нашёл в себе силы сосредоточиться на сообщении. —Я тоже пришла в ярость, когда всё узнала,— снова короткая пауза. Вика сжала губы и сверкнула глазами. Потом продолжила: —Но с этим мы разберёмся потом. Сейчас будь осторожен и не выдай себя. Когда ты прослушаешь эту запись, мы с Алексом будем в центре NAVY, который рядом с Учинским водохранилищем. Изучать вирус и ждать от тебя весточки. Все наши наработки по вирусу идут отдельным файлом, который прикреплён к сообщению. Кроме того, офицер, через которого мы передали сообщение, должен принести данные об исследованиях NAVY на животных. Надеюсь, эта информация поможет тебе разобраться в структуре вируса.

Так вот откуда те данные, которые так поразили его утром! Несмотря на боль, которую причинило ей правительство, Вика нашла в себе силы поделиться с ними информацией ради спасения жизни остальных. Гордость за дочь чуть притупила гнев и вернула профессора к реальности.

— Мы с Алексом только предполагаем, что происходит у вас, и не можем оценить степень твоей свободы, но всё равно надеемся тебя услышать. Я скину тебе инструкции и знаки, как это можно сделать. В общем слушай…

Профессор постарался абстрагироваться от эмоций и сконцентрировался на объяснениях Вики. Затем переслушал ещё раз. И ещё, стараясь сохранить каждую деталь в памяти.

— Я люблю тебя, пап,— улыбнулась Вика, перед тем как сообщение завершилось. —Будь осторожен.

Глава 4

— Внедрение репарирующего гена должно пройти успешно, — повторила Вика в который раз, изучая данные медкапсулы Маши. — Первый этап завершился, и всё в рамках модели.

Андрей лежал тут же на кушетке и играл с Кешей в гляделки. Похоже, лекция Вики о надёжности данных эксперимента над котом, его не впечатлила.

А вот Кеша не понимал, чего это ему уделяют такое внимание. Очередной раз встретившись взглядом с Андреем, кот тихо мявкнул и решительно направился к кушетке. Таисия ушла, забрав с собой медикаменты и еду, а котейка остался без внимания. Вика возилась с капсулой Маши, я обкатывал модель для второго этапа.

— Тёплый какой! — В голосе Андрея послышались радостные нотки.

Я вынырнул из виджета и увидел картину маслом: кот устраивался у нашего пациента под боком. Молодец, наелся, теперь можно и в тепле поспать. К своему удивлению, я почувствовал укол ревности. Недолго Кеша присматривался к нашему гостю, перед тем как полезть к нему в кровать.

— Холодно ему, эти лысые всегда мёрзнут, — небрежно прокомментировал я, сворачивая окно с конфигурацией Машиного генома. В сеть упали данные секвенированию генома Андрея. Вика, запустив первый этап у Маши, улучила момент и взяла анализ. Всё же, Андрей был следующим, и с его моделью тоже нужно поторапливаться. — Мне нужен доступ к твоему чипу. Если ты, конечно, не передумал лечиться.

— Да куда мне деваться-то, — Андрей погладил лысую кошачью спину и открыл мне доступ.

Подключившись к чипу, я велел Мие скачать данные о мутации. Интересно, почему NAVY не запустили обнуление кеша, после отправки данных через сеть? Ведь сделать это было несложно.

«Скорее всего, чтобы не потерять идентификатор для возможного последующего исследования. Другого объяснения я не нахожу».

Мия частенько отвечала на вопросы, которые я не озвучивал напрямую, но задавал себе мысленно.

«Хм, интересное мнение,— ответил я нейронке и сделал заметку на память. Было в этом предположении рациональное зерно.— А пока создай модель генома Андрея с мутацией».

«Пять минут, босс!»

С мощным сервером лаборатории это действительно оказалось недолго. Тем более, я усовершенствовал Мишину программу, так что эвристическая модель стала ещё точнее.

Через заявленные пять минут я уже созерцал результаты. Собственно, модель показала то, что мы сейчас имеем — разрушение триплекс-структуры ДНК и деградацию.

Дальше задача была рутинная. На получившемся нейрослепке генома с триплекс-ДНК создать модель с внедрённым репарирующим белком. То же самое я уже проделал для Кеши и Маши. Потому, скинув задачу на нейронку, позволил себе отвлечься. Очень уж заинтересовала меня способность Андрея мгновенно поглощать электричество, так что помимо помощи, я преследовал и собственные интересы.

«Мия, прогони паттерн

«С генами регенерации или без?»

«Сделай обе модели, и, как будут готовы, сразу дай знать»,— решил я.

«Окей, Алекс. Я запущу моделирование параллельно, так что через десять минут всё будет готово»,— отозвалась Мия.

В итоге у меня получилось четыре эвристические модели.

1. Мутация Андрея на нативной модели генома Андрея.

На ней я запустил тестирование внедрения гена репарирующего белка.

А следующие модели я создал ради своего шкурного интереса:

2. Мутация Андрея на универсальной модели генома человека;

3. Мутация Андрея на моей базовой модели генома;

4. Мутация Андрея на моей модели генома с регенерацией.

На универсальном геноме стабильность мутации оставляла желать лучшего, как и на третьей модели моего генома. А вот в сочетании с генами регенерации мутация Андрея на мой геном встала отлично и получился стабильный результат.

Интересно… Мутации у нас похожие.

«Мия, а прогони на моём нативном геноме, без генов регенерации, мой паттерн генов электричества»,— отдал я мысленную команду.

6. Мутация электричества на моей нативной модели до внедрения генов

Результат меня не порадовал. Та же деградация генома. По спине пробежал холодок. То есть, если бы я сначала внедрил себе гены электричества…

«Мия, сравни результат с третьей моделью, где мутация Андрея».

«Слушаюсь, босс»,— отозвалась нейронка.

Через несколько минут я уставился на одинаковые цифры. Стопроцентное совпадение. Глючит она, что ли…

«Внедрённые паттерны у вас полностью совпадают»,— доложила нейронка.

— Что? Как такое может быть? — от неожиданности я возмутился вслух и громко.

— Проблемы? — Вика отвлеклась от настройки капсулы.

Я поделился с ней виджетом, и пару минут мы вместе разглядывали данные.

— Похоже, что вам с Андреем досталась одна и та же комбинация генов, — заметила Вика.

— Но как? Способности же разные!

— Так и проявляются индивидуальные особенности организма, — довольно улыбнулась Вика, обрадовавшись возможности прочитать лекцию. — Пусть паттерн генов вам достался одинаковый, но ваши геномы разные. И усвоены новые гены тоже были по-разному. Важны ещё сочетания генов. У тебя ведь на тот момент уже был геном регенерации. Похоже, это спасло тебя от деградации триплекс-ДНК. Генетика — это сложное взаимодействие генов между собой, и результат всегда в той или иной степени индивидуален. Вспомни, что гены регенерации импринтировали мы оба, но у тебя способность гораздо сильнее. Или вот гены псионика. Я так и не научилась влезать в чужие мысли как тот мутант. Просто вижу сигнатуры, и всё. Немного чувствую Кешу, но он ведь тоже псионик…

Вика вдруг осеклась, встретившись взглядом с Андреем. Он округлившимися от удивления глазами наблюдал за нами.

— Вы что, внедряете себе мутации? — ошарашенно произнёс он. — Сначала экспериментируете на коте, а потом и на себе?

Я бросил укоряющий взгляд на Вику. Надо сначала думать, а потом языком молотить при чужих людях. Но что-то ответить было надо.

— А как иначе? В новом мире без способностей не выжить, — я развёл руками.

Если уж попался, то лучше сразу чётко обозначить позицию.

— Но мы какие попало геномы не внедряем, только необходимые для выживания. Риск нестабильности сразу возрастает. Вот, котика лечить пришлось.

Тут уже Вика строго зыркнула на меня.

Андрей, как ни странно, больше вопросов не задавал. Улёгся обратно на кушетку. Видимо, наш опыт с мутациями успокоил его. И он поверил в успешность внедрения стабилизирующего гена.

Меня же начал разбирать интерес, насколько отличается у нас с Андреем способность к управлению электричеством. Немного подумав, решил начать с проверенной модели.

«Мия, оцифруй все полученные для Андрея модели по принципу моего интерфейса».

«Принято, Алекс. Вывожу на виджет».

Объект: Алекс

Статус адаптивности генома:

Устойчивость модификации: + 14,1 %

Предел развития: 2+

Белок стабилизации: отсутствует

Импринтированные генные кластеры:

Ветка регенерации: 4,97 % синхронизации (144,01 % от максимума)

Ветка энергии: 8,62 % синхронизации (77,58 % от максимума)

— заряд (100 %)

— время восстановления (—)

Статус трансформации ДНК: 18,79 %

центр физической активности — 23,02% центр нервной системы — 24,82% центр ментальной активности — 8,52%

Открыв свой профиль, я начал сравнивать данные с моделью Андрея. Первый блок я условно назвал устойчивостью генной модификации. Ожидаемо у Андрея показатель был минусовой. Почти в двадцать процентов. Учитывая прошедшие две недели, несложно оцифровать временную зависимость от состояния триплекса ДНК и самочувствия объекта. А если взять карту генома Инги, Кеши и Марии, то получится уже неплохая выборка. Правда, толку от этого немного. Всё равно минусовое значение ведёт к гибели.

— Ты чего завис?

Лёгкий тычок в бок, я невольно дёрнулся и сурово посмотрел на нарушителя личного пространства. Вика, чуть склонив голову, с интересом разглядывала меня.

— Да вот, изучаю степень влияния мутагенов на женское либидо.

— И как успехи? — ничуть не смутилась она.

— Аналитика даёт неутешительные выводы, — скорчил я печальную гримасу. — Что импринтинг генома от субъекта с мужским гендерным базисом, потихоньку перестраивает организм реципиента. Кеша же вроде бы мальчик?

Глаза её опасно сузились, но я старался сохранить унылое выражение лица.

— Вот, сама посмотри.

Я расшарил виджет с таблицами и с удовлетворением заметил, как её лицо вытянулось.

— А почему у меня такая куцая статистика? И что значат эти определения?

Точно. Ведь последняя версия интерфейса, которую я кропал в ночь перед приходом «делегации» мутантов сильно отличалась от базовой. Вика пользовалась как раз ей. Но я был рад, что диалог перешёл в конструктивное русло.

— Смотри, первый раздел показывает статус адаптивности генома, возможность импринтинга следующей модификации и наличие в организме стабилизирующего белка.

— Это и так понятно, — нетерпеливо перебила меня Вика. — Но что за хрень с цифрами по устойчивости? Четырнадцать процентов должны означать, что организм распадается. Причём прямо на глазах.

— Не знаю, как там принято в генной инженерии, но я отталкивался от понятных мне корреляций. И за условный ноль взял устойчивое состояние генома. Например, после добавления стабилизирующего гена. Любые отрицательные величины говорят о постепенном распаде триплекса ДНК. И чем они выше, тем быстрее идёт деградация генома.

— Ладно, принимается, — снисходительно хмыкнула Вика, выслушав мои доводы. — Но на что влияют цифры с положительными значениями?

— На прогрессию трансформации ДНК. Со временем растёт активность энергетических центров и сила способностей. Даже если не тренировать их. Медленно, но растёт. Чем выше устойчивость модификации, тем более заметен рост.

— А ну-ка, скинь мне последнюю версию интерфейса, — неожиданно возбудилась Вика. — Надо кое-что проверить.

— Да без проблем.

Приказав Мие сделать всё необходимое, я вернулся к сравнению показателей. Если с устойчивостью более менее понятно, то почему так разнятся силы

«Мия, возьми данные Андрея и наложи на мою генную карту».

«Если ты хочешь получить данные по силе способности, то нам нужно кое-что ещё».

Я немного повозился с эвристической моделью и взглянул на нашего пациента. Цвет лица у того заметно улучшился, часто дышать перестал и вообще был похож на отдыхающего человека, который прилёг погладить кота. Только не на диван, а на больничную кушетку.

— Слушай, — обратился я к нему. — Просьба есть. Можешь принять ещё один разряд от ловушки в коридоре, а потом жахнуть на полную мощь по сетке? Нужно для полноты исследований по твоему геному.

Андрей, видимо, посчитал, что это необходимо для его лечения. Он кивнул, поднялся с кушетки и под взглядом недовольного Кеши, лишившегося грелки, удалился в коридор.

«Мия, фиксируй мощность моего разряда. А затем разряда Андрея. И сразу же выстраивай модель».

Я закрыл глаза концентрируясь. Дождался, когда объект займёт нужную позицию, и жахнул, что было мочи.

«Осталось тридцать процентов ёмкости».

Я и без комментария Мии понял, что выложился не на полную.

«Учтёшь при расчётах».

Глядя на то, как Андрей лихо впитывает электричество, я не мог отделаться от желания заполучить такую же способность. Мысли об этом буквально свербели и не давали покоя. Если я могу проводить заряд, то должен уметь и поглощать. Просто никогда не пробовал. Да и вообще не думал в таком ключе. А ведь тогда можно не ждать, пока восстановление произойдёт само собой, а ускорить его, стоит только дотянуться до источника питания. Грубо говоря, быстро подзарядиться.

Андрей же отлично владел поглощением, но почему-то не мог накапливать в себе достаточно электроэнергии. Поэтому так и не научился испускать импульсы большой мощности. А если и пытался создать разряд сам, то тратил очень много сил.

Пока я размышлял об этом, Андрей уже вернулся в лабораторию.

— А ты можешь дать на меня разряд, небольшой? — обратился я к нему. — Попробую впитать электричество.

— Только если небольшой, — Андрей устало протянул руку над моей ладонью. С его пальцев сорвались искры. Кожей я ощутил небольшое покалывание, ощущение сродни тому, когда я сканирую пространство на предмет энергополей.

— Можно ещё разок?

Андрей снова «отсыпал» мне искр. Теперь я настроился на то, чтобы поглотить их, впитать в кожу.

«Мия, фиксируй данные!»

Ещё четыре подхода и Андрей обессилено, упал на кушетку.

— Я всё. Больше не могу.

Под ругань Вики, заметившей мои эксперименты над больным, я ретировался в соседний бокс.

— Мия, нам придётся серьёзно поработать с новыми данными.

«Всегда готова, босс».

— И давай начнём с этого кластера…

* * *

«Ты куда пропал?»

Сообщение Вики застало, когда я заканчивал новую сборку интерфейса.

«Да тут я. Что случилось?»

«Давай тащи сюда свою задницу».

«Есть мэм».

Не люблю, когда меня отрывают от работы, но в тоне моей напарницы явно прослеживались угрожающие нотки.

— Второй этап уже успешно пройден, — сообщила Вика, едва завидев меня. — Так что я перевела капсулу в автоматический режим.

— Это же хорошо, — улыбнулся я.

— Это прекрасно. Плохо, что я уже третьи сутки не могу нормально поспать. Да и он, — Вика кивнула на Андрея, — не спал всю ночь. Наши мутанты в блоке D уже час, как улеглись. Так что капсулу для Андрея готовить тебе.

Я посмотрел на бледное лицо Вики с тёмными кругами под глазами и кивнул. Это правда. Она ведь только легла и заявились эти.

— Тебе придётся подежурить, — сказала Вика. — Если я ещё не проснусь, когда Маша очнётся, объясни ей ситуацию. И пусть полежит в капсуле какое-то время.

Устроив Андрея в медкапсуле, я проводил Вику и уселся возиться с оцифровкой своих способностей с учётом новых данных. Процесс внедрения у Маши закончился через несколько часов, но, следуя программе, заданной Викой, капсула ввела Маше восстанавливающие препараты, и та, вместо пробуждения уснула. Так что никто не мешал мне тренироваться в поглощении электричества и подводить статистику.

Объект: Алекс

Статус адаптивности генома:

Устойчивость модификации: + 14,1 %

Предел развития: 2+

Белок стабилизации: отсутствует

Импринтированные генные кластеры:

Ветка регенерации: 4,97 % синхронизации

— градиент мутации — 29

— сила способности — 144 %

Ветка энергии: 8,62 % синхронизации

— градиент мутации — 9

— сила способности — 78 %

Статус трансформации ДНК: 18,79 %

центр физической активности — 23,02% центр нервной системы — 24,82% центр ментальной активности — 8,52%

Экстраполяция трёх паттернов генов, импринтированных разным объектам, дала удивительные данные, которые неожиданно ровно легли на прежнюю модель. Пришлось даже вводить новый параметр — градиент мутации. Вика, конечно, будет ворчать, что такого в науке не существует, но для меня был важен смысл. По сути, он отражает, как встал паттерн генов на конкретный объект. Насколько успешно организм принял новый набор способностей. Некий коэффициент, служащий базой эффективности развития с ростом синхронизации конкретной ветки ДНК.

Ладно, как использовать это в будущем, ещё предстоит обдумать, а сейчас меня увлёк новый аспект работы с электричеством. К задумкам создать дальнобойную «магию» мы ещё вернёмся, а пока следует потренировать функцию поглощения.

На текущий момент эффективность способности составляла три целых и четыре десятых процента. Это означало, что я только в начале пути. А поэтому нужно практиковаться. Сконцентрировавшись, я уже привычным способом перехватил поток энергии, идущей к настольной лампе.

Теперь нужно вспомнить ощущения при тренировке с Андреем. Не проводить поток дальше, а замкнуть на себе. И при этом умудриться не получить удар током.

«Алекс, фиксирую наполнение твоей электроёмкости».

— Не отвлекай! — рявкнул я на Мию. — Просто регистрируй изменения.

Я свернул виджеты и закрыл глаза. Нужно сконцентрироваться на том мимолётном ощущении и сделать его привычным.

Ощущение тепла в ладони, которой я «держал» нить энергии начало усиливаться. Замечательно! Я улыбнулся, понимая, что выбрал правильную тактику. Ещё чуть-чуть. Чёрт!!!

Я резко прервал эксперимент и стал со всей дури дуть на пальцы, с которых уже начала слезать кожа. Больно то как!

«Резкое повышение температуры тела в зоне контакта,— запоздало прокомментировала Мия. —Рекомендую скорректировать воздействие».

— Тоже мне советчик, — буркнул я, но, видя расстроенную физиономию нейронки, махнул здоровой рукой. — Ладно, не так уж всё и плохо.

Боль действительно начала потихоньку уходить, а я понял, что через минут двадцать от мелких шрамов не останется и следа.

— Лучше выведи

Не успел я плотно заняться изучением данных, как в лабораторию нагрянула выспавшаяся Вика. Покачала головой, видя мою руку, и посоветовала убираться спать. Я согласился, отложив эксперимент на потом. Сил продолжать биться над задачей и правда уже не было.

В подсобке меня ожидал не совсем довольный уходом Вики и остывающей постелью Кеша. Я оценил пустую банку из-под тушёнки и морду кота.

— Тебе бы только жрать да спать, лысый. Давай подвигайся, место освобождай. Хозяин устал.

Тёплый мурчащий кот под боком как-то сразу переключил меня в режим отдыха. И стоило закрыть глаза, как я моментально вырубился.

* * *

— Котик… котик… Кеша. Кеш, Кеш. Кис-кис-кис.

Чей-то шёпот вытянул меня из беспокойного сна. Перед глазами ещё кружились цифры со статистикой прогресса, когда под боком шевельнулось что-то тёплое. Я открыл глаза. В светлом прямоугольнике дверного проёма стояли двое. Одна фигурка, совсем маленькая, свою половину пространства не закрывала, и свет бил в глаза. Я окончательно проснулся, когда Кеша потянулся, бесцеремонно упёрся мне в живот тёплыми упругими лапами и прыгнул.

— Ко-о-отик, — радостно прошептала фигура поменьше.

— Тс-с-с, пойдём потихоньку, — осадила её большая фигура.

— Вы что там затеяли? — недовольно спросил я, опознав в дверях Вику и ту девчонку, Таисию. — Я вообще тебя не будил, когда ты спала.

Это я бросил уже Вике.

— Я восемь часов проспала, а ты все двенадцать, — та сложила руки на груди. — И вообще, пора запускать репарацию у Андрея, а ты ещё модель мне не прислал!

Двенадцать часов? А, казалось, только глаза сомкнул. Я сверился с таймером на виджете. И вправду. Уже вечер следующего дня.

— Сейчас доделаю и вышлю, — ответил я. Модель была уже готова, но хотелось ещё поваляться в тишине и тёплой постели. Чего ж меня разморило так?

На глаза в виджете первым делом попалась моя статистика. Я хотел было смахнуть её, но остановился, удивлённо разглядывая строки.

Способность к поглощению увеличилась! Показатель подбирался к десяти процентам КПД. И это при неудачном, как я считал, эксперименте.

Когда я вчера пытался тренировать этот навык, она была на мизерных значениях. А теперь?

Может быть, организм ночью перестроился? Адаптировался как-то под это дело? Понадобилось больше сил. Вот почему я так долго спал!

В медицинском блоке обнаружилась Вика, которая с сосредоточенным видом возилась с капсулой, где лежал Андрей. Место Маши пустовало.

— Так полегчало, что ушла? — я кивнул на раскрытую капсулу.

— А? Да, пошла ухаживать за Сергеем, — отозвалась Вика. — Не то чтобы за ним нужно было ухаживать, но… у них там какие-то свои отношения. Или ей просто неловко с нами. Андрей уже спит под седацией, круго́м люди незнакомые. Вообще, она какая-то запуганная, что ли… то ли после инцидента, то ли вообще.

Я кивнул, сообразив, что коннект у Вики с Машей не сложился.

— А мутация у неё интересная. Немного пообщались. Она как будто в голове видит картинки запахов. Мы провели небольшой эксперимент, я проверила активность мозга. Там и правда включается участок зрительного центра.

— Оцифровать бы… — задумался я. — А где Таисия? Вы же вместе за котом приходили? Вот приглянулся ей этот лысый!

Конечно, Мия следила за зданием, но я ещё хотел прояснить вопрос, почему меня побеспокоили из-за какого-то кота.

— Она ему тоже, — фыркнула Вика. — Сначала просто гладила. Потом Кеше надоело на коленках сидеть, и они тут догонялки устроили. Выставила их в коридор. Там играют.

— Играют с этой зверюгой⁈

— Кеша очень ласковый и умный котик, — чуть обиделась Вика.

Но я уже отправлял запрос Мие.

Нейронка вывела мне картинку, где Таисия прячется за углом, а потом неожиданно выскакивает. Кот выпрыгивает на неё. Пока без когтей. Но зверюга могла и войти в азарт.

Как известно, страшнее кошки зверя нет, а этот ещё и генномодифицированный. Прививать Таиске геном регенерации в срочном порядке мне не хотелось. А вот сделать цифровой слепок её мутации — очень даже.

Я вышел в коридор и позвал девочку.

— Мы вас всё-таки разбудили? Извините, — она хлопнула на меня большими голубыми глазами.

— Да ничего, уже пора было вставать. Тем более нужно проверить тебя, чтобы не получилось как с Машей и Андреем.

— А с Андреем всё будет хорошо? — тут же приступила она ко мне с вопросом. Голубые глаза теперь смотрели прямо и решительно.

— А ты как видишь? Или чувствуешь? Ты ведь предвидишь события? — поинтересовался я.

— Я… — Таисия смутилась. — Я часто забываю об этом. И такое требует концентрации, чтобы специально посмотреть. Если очень надо, я быстро собираюсь и понимаю, как оно должно быть. Как тогда, перед дверью. Или иногда кто-то что-то случайно скажет — а я понимаю: да, будет хорошо. Или не надо так делать — будет плохо. Мне сложно объяснить.

— Хорошо, — я кивнул. — Андрей в медкапсуле, Вика запускает процесс лечения. Представь, как он там лежит. Что чувствуешь?

Таисия чуть нахмурилась и плотно сжала губы. Несколько секунд она молчала, а потом посмотрела на меня и вдруг расплылась в улыбке.

— Всё будет хорошо!

— Ну вот, тебе просто нужно настроиться, — я улыбнулся в ответ. — Пойдём, проверим твой геном. И ещё, — я поглядел на затаившегося за углом Кешу. — Надо сделать тебе игрушку для кота. Есть у меня идея.

— Игрушку⁈ — Таиска чуть не подпрыгнула на месте.

— Но сначала проверим твою мутацию, — напомнил я. — Для этого мне нужно будет получить доступ к чипу.

— Но, — Таиска замялась. — Я не могу дать доступ. Я ведь несовершеннолетняя. Только двенадцать недавно исполнилось. А родители… — она опустила глаза, — их больше нет. Мы потеряли сознание все вместе, а очнулась только я. Всё ждала, когда они придут в себя, тормошила. И потом… я убежала из машины, потому что почувствовала: так было надо. А они остались. Я их бросила… а если они всё ещё были живы? Правда потом, я проверяла, как ты просил меня проверить с Андреем. И… всё было плохо. Но что, если я ошиблась, и они были ещё живы тогда. А я сбежала. А они могли быть ещё живы?

Таиска подняла на меня блестящие от слёз глаза. Я не знал, что делать. Успокаивать детей мне ещё не приходилось, тем более, потерявших родителей. Но она, кажется, и не хотела, чтобы её сюсюкали, а хотела от меня именно ответа. И я ответил прямо, как взрослой:

— Большинство людей от этого вируса просто погибает, немногие становятся мутантами. Если твои родители не очнулись, скорее всего, они не выжили. Ты всё правильно сделала, когда ушла. На улицах было опасно, —

Она как-то собралась, пока слушала мою речь и кивнула.

— Да, я согласна.

— Хорошо, тогда пойдём в бокс.

В боксе Таиска немного успокоилась, а Кеша запрыгнул к ней на колени. Она гладила кота, пока я возился с чипом.

Когда данные были выгружены, я озадачил Мию построением модели и сделал Таиске доступ к ядру системы, как у взрослой.

— Вот. И кому попало доступ не давай, — предупредил я. — А теперь пойдём, с меня — обещанное.

Пока Мия обрабатывала данные для модели, мы с Таиской пошли в лабораторный блок.

Я раскрыл по очереди выдвижные ящики и нашёл большие пластиковые пробирки, в длину моей ладони. С закручивающейся крышкой яркого оранжевого цвета. В соседнем ящике обнаружилась упаковка маленьких пробирок, совсем мелких. То, что надо. Я кинул парочку внутрь большой. Потряс. Пробирки зашумели. Получилась такая погремушка. Но этого мало.

Пошарив немного в ящиках, я нашёл фиксирующую ленту. Отрезал метра два, сунул свободный конец в большую пробирку, плотно закрутил крышку. Вот теперь готово. Погремушка на ленточке.

— Кеше должно понравиться, — я протянул девочке свою поделку. Подумал и сделал ещё одну: скорее всего, котяра быстро «разберётся» с игрушкой.

Когда Мия сообщила, что модель для Таисии создана, мы успели вернуться в блок.

Я устроился на кресле у стола и скинул данные Вике. Ей не терпелось посмотреть, что же за такая мутация у девчонки.

— Первый этап завершён, — сообщила Вика, кивнув в сторону капсулы Андрея. — У него процесс дестабилизации генома шёл чуть медленнее, чем у Маши. Поэтому, думаю, совсем быстро восстановится.

— Всё будет хорошо! — Таиска устроилась на кушетке и болтала ногами. — Мы с Алексом посмотрели.

Она размахивала перед собой новой игрушкой и та, то ударяла в пол с характерным шуршанием, то взлетала до уровня кушетки. Краем глаза я заметил Кешу, который спрятался за лабораторным шкафом и весь подобрался для прыжка. Он следил за интервалами падения и взлёта пробирки и выжидал удобный момент. Вот пробирка подлетает вверх и падает. Кеша подтянул задние лапы для прыжка. Сейчас!

Хана теперь игрушечке.

Но в последний момент Таисия, как будто совершенно не задумываясь, дёрнула пробирку в сторону, и выпрыгнувший Кеша схватил пустое место.

— О, котик! — обрадовалась Таисия.

То есть она его даже не видела?

Второй раз Кеша кинулся к шуршащей игрушке, но в последний момент Таиска так же дёрнула ленточку, и кот остался ни с чем. Казалось, она совсем не следила за своими движениями и играючи уводила пробирку прямо из-под носа у быстрого Кеши.

«Мия, сними динамику движения и рассчитай вероятности того, что кот не сможет поймать игрушку»,— дал я указание нейронке.

Ещё три безуспешных попытки Кеши сцапать пробирку. Мия выдала статистику, что кот, судя по скорости реакции, должен был достигнуть успеха ещё в первой попытке. Самое позднее — во второй.

Я улыбнулся. Мои предположения подтвердились. Таисия бессознательно вовсю использует свою способность при игре с Кешей. Предвидение событий на короткий срок. Но, чтобы выяснить что-то осознанно, она пытается сосредоточиться. В стрессовой ситуации, конечно, было не до сосредоточения, и она брала информация почти бессознательно, без лишних мыслей и сомнений. Я вспомнил, как она уговаривала Николая тащить Машу к нам вниз, а потом убедила его послушать меня и забрать Сергея.

В общем, хорошо бы раскрыть её потенциал. Если она прокачается — это бесценный член команды.

— Ну как там? Мне нужно ложиться в капсулу? — поинтересовалась Таисия, снова выдёргивая пробирку прямо из-под носа разыгравшегося Кеши. Однако Вика хорошо его воспитала, когтищи так и не выпустил.

— Нет, не нужно. У тебя всё хорошо. Болезнь проявляется не у всех, — ответил я. — Но вот твоя способность очень интересная. Нам с тобой предстоит потренироваться.

Глава 5

— Что-то не так, Алекс!

Я крутанулся на стуле и внимательно посмотрел на Вику. Таиска сидела на кушетке и, болтая ногами, играла с котом. Наши новые знакомые уже сутки как поправились и обустраивали своё новое жилище в секторе D. Может, учудили чего? Но в этом случае сигнал пришёл бы от Мии.

— Что именно? — уточнил я.

Ещё минуту назад Вика, ухмыляясь, отпускала в мою сторону очередную колкость. Но сейчас выглядела растерянной и как будто испуганной. Вдруг она зажмурилась и охнула, словно от сильной боли.

— Что с тобой⁈

— Не знаю, — прошипела Вика, прижав ладони к вискам. — Как будто кто-то лезет мне в голову!

От этих слов моё меланхоличное настроение мгновенно испарилось. Я бросился к Вике, опрокинув стул.

— Так… присядь, постарайся расслабиться, — подхватив её под руку, повёл к кушетке. — И не пытайся заблокировать ощущение.

Она непонимающе посмотрела на меня.

— Делай, как я говорю, и активируй плагин с картой!

— Хорошо… сейчас.

Несмотря на непрекращающиеся приступы боли, она собралась. Через пару секунд виджет расцвёл картой, которая отображала способности Вики.

— Вот дерьмо!

Я смотрел на пульсирующую точку метрах в пятистах от северной ограды базы. Вика так далеко сканировать не умеет, получается, поймала мощный направленный сигнал псионической природы. А это означало только одно — у нас снова гости.

— Держи ощущение фоном!

Вика снова кивнула и закрыла глаза. Я заметил, как её дыхание замедлилось и стабилизировалось. Умничка!

— Мия, что по наружному наблюдению⁈

«Всё чисто, Алекс».

— Хрена с два, а не чисто! Запусти массив охранной аналитики и при малейших изменениях сразу дай знать. Да, и прогони по нему последние два часа данных с камер!

Получив от нейронки стандартное «принято», перевёл взгляд на Таисию, которая играла с Кешей. Девчушка, видимо, почуяв неладное, смотрела на меня растерянным взглядом. Кеша, воспользовавшись её замешательством, наконец поймал игрушку, и с довольным утробным рыком начал рвать её на части.

— Тася, что ты чувствуешь?

Она молчала, с каждой секундой становясь всё мрачнее и мрачнее.

— Ну, не тяни! — не выдержал я.

Таисия вздрогнула, посмотрела на Вику, а затем неожиданно всхлипнула и расплакалась. Кеша, тут же бросив игрушку, недоумённо наклонил голову, мяукнул и запрыгнул ей на колени. И почему-то очень недобро зыркнул в мою сторону. Да, чтоб вас всех! Желание поднять девчонку за шкирку и хорошенько встряхнуть уступило место инстинкту самосохранения.

— Таисия, что ты чувствуешь? — настойчиво повторил я. — Сейчас очень нужна твоя помощь.

Сказал, и сам себе стал

«С тех пор как понял, что её способности реально работают».

Мия невозмутимо констатировала факт, который так бесил меня. И правда, когда мы экспериментировали, девчонка сумела меня удивить, делая выводы быстрее, чем моя прогностическая модель на базе всех мощностей лаборатории. И при этом ещё успевала ковыряться в носу.

— А ты не отвлекайся от процесса! — осадил я нейронку.

«Для аналитики я использую серверные мощности. Новые данные пока отсутствуют».

Точка на виджете Вики тоже не двигалась. Может, я зря паникую? Это вполне может быть просто одинокий мутант с похожей способностью, только очень прокачанный.

«Я построила модель на базе способностей Вики,— словно отвечая на мой немой вопрос, продолжила нейронка. —У потенциального мутанта способность в одиннадцать целых и семь десятых раз превышает её текущий потенциал».

Ого! Нет, расслабляться точно не стоит. Если его способности хоть немного похожи на способности того урода, что чуть не убил нас на даче, то сковородкой тут явно не обойтись. Даже при поддержке лысого друга.

— Они пришли за мной.

Я даже сначала не понял, что это говорит Таисия. Она наконец прекратила всхлипывать и уставилась на меня немигающим взглядом.

— Если вы убежите, то никто не пострадает.

— О чём это ты?

Заявление Таисии сгустило атмосферу в лаборатории до состояния штормовой тучи, готовой разразиться громом. Кеша спрыгнул с колен девчушки и злобно зашипел. Причём на меня, засранец.

— Да, о чём это ты?

К разговору подключилась Вика. Взгляд её стал осознанным и злым. Я посмотрел на виджет и с раздражением заметил, что сигнатура неизвестного мутанта исчезла с карты.

— Не дави на неё, — рыкнула на меня Вика и подлетела к поникшей Таисии.

Затем слегка приобняла её, бережно взяла руку и продолжила уже с улыбкой.

— Не переживай, милая. Никто тебя тут одну не оставит. Просто посмотри на меня. Вот так… умничка. И постарайся объяснить, что ты чувствуешь.

Таська прижалась к Вике всем телом и зашептала.

— Они пришли за мной. Они заберут меня.

— Кто они? — вновь не выдержал я.

— Какие-то злые люди.

И ежу было ясно, что добрые люди не крадут маленьких девочек. Я только теряю время, пытаясь выяснить подробности у ушедшей в себя юной провидицы. Ладно, предположим, что она права, и какие выводы можно из этого сделать?

«Прогностическая модель даёт следующие выводы, на основе этого заявления, —пришла на помощь Мия. —С вероятностью девяносто пять процентов мы имеем дело с организованной группой, связанной с генетическими экспериментами. Также с вероятностью в семьдесят процентов мы подвергнемся нападению в течение тридцати минут».

«NAVY?»— отправил я вопрос нейронке.

«Шансы восемьдесят к двадцати, что это не отряд правительственных войск».

Меня начало немного подколачивать. До этого момента устроители апокалипсиса были просто неким вселенским злом, уничтожившим мир. Ублюдками, которых можно поносить последними словами и винить во всех бедах. Но за всё время катастрофы они себя никак не проявили. Так какого хрена они объявились здесь и сейчас? Неужели и правда за Таисией? Что-то тут не сходится.

«Мия, рассчитай оптимальную модель действий. Прими за высокую вероятность правдивость утверждений Таисии».

«Учитывать выживание всех членов группы?»

Вопрос Мии заставил меня чертыхнуться про себя. Раньше я бы не задумываясь выбрал вариант собственного спасения, но слишком много всего случилось после этого «раньше».

«Приоритет на моё выживание и Вики».

«В этом случае вам необходимо срочно уходить, оставив остальных здесь».

Чёрт! Глядя на Вику, которая с нежной улыбкой обнимала Таисию, я понял, что такой вариант не прокатит.

«Другие варианты?»— бросил я.

«Шансы на выживание в прямом боестолкновении с боевой группой генетически модифицированных солдат составляют менее одного процента. Оптимальным видится вариант бегства малыми группами».

В этот момент гулко стукнула дверь и в лабораторию вломился Андрей. Следом за ним, под громкие звуки армейского матерка залетел Сергей, который вёл за руку Машу.

— Слышь, головастые! У нас тут, похоже, гости нарисовались, — начал он с порога. — Ставлю зуб, что это местный спецназ.

— С чего ты взял? — опешил я, разглядывая гостей. — Откуда информация?

— Мать учуяла, — осклабился он, кивая на Машу. — Она военную технику ещё в городе на раз два определяла. Говорит, что с юга идут.

Я бросил взгляд на виджет, ухмыльнулся и покачал головой. Точка бывшей сигнатуры ментала находилась прямо с противоположной стороны. Если, конечно, нас уже не взяли в клещи.

Последняя мысль не дала выплюнуть язвительный комментарий и заставила сердце биться ещё быстрее.

— Где Николай⁈

— Он забрался на крышу и даст сигнал сразу, если чё. А нам нужно подготовить им весёлый приём. Твоя ловушка ещё работает?

Вояка, похоже, уже позабыл, как валялся в коридоре и пускал слюни. А теперь и вовсе пытался восстановить позиции лидера.

— Ты жахни, как зайдут, — не останавливался он. — А там мы с Андрюхой примем их тёпленькими. Глядишь, и вертушку отожмём.

Нездоровый энтузиазм Сергея начинал уже немного напрягать. Как и попытки строить стратегию.

— Мария, — обратился я к женщине, игнорируя разгорячённого остолопа. — Как далеко они, по-твоему, были?

— Метров пятьсот-восемьсот от ограды.

— Чуешь их отсюда?

— Нет, нужно выйти на поверхность.

Хм-м… слушая Машу, я ненадолго задумался. Крамольная мысль проскочила в голове, и я тут же развернулся к нашей маленькой провидице.

— Говоришь, им нужна только ты?

Таисия вновь кивнула. Не обращая на недоумённые взгляды ребят, я улыбнулся и раскрыл карту исследовательского центра. А затем вывел виджет в общий канал группы.

— Маша, смотри, — я поставил на карте маркер. — Здесь есть выход с цокольного этажа. Он под навесом, так что тебя оттуда не заметят. Я через пару минут разверну чат боевой группы и скину тебе интерактивную карту. Отмечай там, всё необычное, что почуешь.

— Ты чего, совсем сдурел! — взревел вояка. — Она одна не пойдёт!

— Вот и поохраняешь её, — кивнул я.

Он покраснел, начав что-то возражать, но я снова переключился на Таисию. Ждать, пока нейронка спрогнозирует оптимальный сценарий, времени уже не было. Тем более, суть её основного послания я уже ухватил.

— Скажи, Таисия. Эти самые «злые люди», кто они? Они похожи на тех, что забирали людей в городе?

Она помотала головой и ещё сильнее прижалась к Вике. Вот дерьмо! Пазл со скрипом складывался в очень неприятную картинку. И почему-то, казалось, нет у нас тех тридцати минут, которые предсказывала Мия. Решение нужно принимать прямо сейчас. И главное — не погрязнуть в ненужных спорах.

— Вика! Иди к заднему выходу из центра. Когда я активирую вышку

Четыре пары глаз уставились на меня в недоумении.

— Ты чего! — первым отмер вояка. — Только она выскочит — и нас тут же засекут!

Вот тупица! Нас уже не просто засекли, а обложили со всех сторон. Не считая нужным ему отвечать, я продолжил.

— К этому времени все должны быть на своих позициях. Я свяжу все ваши чипы в единую сеть. Каждый отмечает на карте все активности, которые почувствовал с помощью своих способностей. Вика, Андрей, Маша, — вас это касается в первую очередь! Мия подключит данные с камер и подгрузит в канал связи общую для всех интерактивную карту. Так мы будем видеть все перемещения противника, где бы ни находились.

— Но вот если есть коптер… — вояка бормотал себе под нос, что-то соображая. Меня он явно не особо внимательно слушал.

— Резервов нашего генератора хватит на тридцать минут работы вышки на максимальной мощности, — не останавливался я. — Параллельно я разверну подсеть в нижнем диапазоне частот. Радиусом не больше трёх километров, но нам хватит, чтобы держать связь между собой.

— И это твой план! — фыркнул вояка. — Нужно просто заманить их в здание, использовать твою ловушку, а самим дать дёру к коптеру.

— Ещё раз перебьёшь, — я зло зыркнул на придурка, — и я выкину тебя из группы.

Небольшая дуэль взглядов, и Сергей отвёл глаза, обернулся на своих, но не нашёл поддержки. Даже Маша ничего не сказала. Вояка недовольно хмыкнул и засопел, разглядывая свои ботинки. Дальше спорить со мной он не решился.

— Алекс, — вступила в разговор Вика, воспользовавшись небольшой паузой. — Даже если я добегу до коптера, то как я вас заберу? Меня собьют ещё на подлёте.

Я был благодарен Вике, что она не стала качать права, а сразу включилась в процесс. Хотя было видно, что мой план ей не очень-то и нравится.

— Тебе не нужно нас забирать, — сказал я и почувствовал растущее в комнате напряжение. — Тебе нужно лететь в сторону Москвы и привести помощь. Там патрулирующие дроны, засекут тебя…

— Ты совсем сбрендил! Какая помощь⁈ От кого? — перебил меня Сергей. — Эти уроды из правительства и так уже здесь! Мы видели, как они глушат выживших и грузят в дроны!

Я обвёл взглядом присутствующих и впервые за весь разговор почувствовал, что они разделяют точку зрения Сергея. Просто проигнорировать его не получится.

— Мне тоже не нравится, как действовало правительство после инцидента. Но они с NAVY не заодно. В этом мы с Викой уже убедились. И лучше выбрать их, чем уродов, которые превратили нас в мутантов, а теперь собирают выжившие образцы, — произнёс я. — Да, это NAVY, и Таисия утверждает, что они пришли за ней. Думаю, остальных тоже с удовольствием прихватят для экспериментов.

Если бы ситуация была не такой печальной, я бы с удовольствием ухмыльнулся, видя, как у всех вытягиваются лица. Даже Сергей притих, потеряв воинственный вид.

— Вот дерьмо, — тихонько просипел он.

— Именно, — кивнул я. — Так что после включения вышки, ворон ловить не советую. Мы не знаем, как они будут действовать, не знаем их численности и возможностей. Но есть и хорошие новости. Моя нейронка с высокой степенью вероятности предполагает, что для опытов нас постараются взять живыми. Так что летальное оружие пустят в ход только в крайнем случае.

«Алекс, я такого не говорила,— Мие удалось передать на виджете крайне изумлённое выражение лица. —Но в принципе ты прав. Модель поведения агрессора, если это будет NAVY, с высокой степенью вероятности соответствует твоему предположению».

«Отвянь»,— я смахнул виджет с помощницей и продолжил.

— Основная задача — рассеять их силы. При первой же возможности — прорывайтесь в лес. На карте я отмечу варианты отхода. Это не войсковая операция, и нападающих не должно быть много. За всеми не погонятся.

— Да и не будут они за нами гоняться, — хмыкнула Вика. — Если берём за основу слова Таисии, то они прямиком придут сюда.

— Нам главное — выиграть время. Сигнал от вышки запеленгуют сразу, а уж, чтобы сообщение заинтересовало правительство, я постараюсь. Если доберёшься до коптера, то шансы удвоятся.

«Готово,— вмешалась в разговор Мия. —Завожу всех на виджет боевой группы и разворачиваю общую карту».

Я протянул вояке нейровизор.

— Держи. Немного неудобно, но будешь вместе со всеми.

Тот на удивление совершенно спокойно взял его и со знанием дела прицепил себе на голову. Когда на виджете группы загорелась восьмая иконка, я отдал команду Мие.

«Проведи краткий инструктаж».

«Всем привет,— перед глазами появилось милое личико нейронки. —Я администратор этой группы и буду координировать ваши действия. Позывной „Альфа“. Для каждого из вас доступен общий голосовой канал связи и общая для всех 3D-проекция карты местности. Местоположение каждого члена группы обозначено соответствующим цветом. Слева — справка кто есть кто».

— Ого! — выпалил Андрей. — Вижу Коляна. Прямо над нами.

«На данный момент здесь находится только информация, собранная с камер наблюдения, и трекер ваших чипов. Враждебные объекты, при их появлении, будут отображаться красными маркерами. Неопознанные — жёлтыми. К сожалению, плагин отображения действия способности есть только у Вики. Остальные должны будут голосом передавать информацию. Я буду проводить быструю модерацию сообщений и вести трекинг. Кроме того, все должны передать мне доступ к сенсорной части вашего чипа, чтобы я могла получать информацию через зрительный канал каждого члена группы».

Небольшая пауза повисла в воздухе. Для всех подобный метод взаимодействия был в новинку, и каждый пытался освоиться. Чтобы немного ускорить процесс, я вышел в соседний лабораторный бокс и активировал голосовой канал боевой группы.

— Так, разберётесь по ходу пьесы. Пока будете идти до своих точек, активируйте личный канал связи с «Альфа». Для каждого он индивидуален, там и зададите остальные вопросы. — Параллельно я выставлял маркеры на интерактивной карте. — Мария с Сергеем, вам нужно к точке А. Николай, оставайся на крыше, но сместись к точке В, там можешь быстро спуститься по пожарной лестнице в случае чего. Вика — твоя точка С. Там от выхода всего пятьдесят метров до леса.

«А моё мнение спросить⁈»— сообщение пришло в личку, но я даже сквозь стены чувствовал недовольство Вики.

«Коптером управлять умеешь только ты. Вариантов не было. Прости, но с минуты на минуту предполагается начало штурма».

«То есть за меня ты ничуть не боишься?»

«Оставаться тут не менее опасно, чем прорываться с базы. Я дал указание Мие вести тебя отдельным треком. Так что слушай её подсказки, и всё получится. И береги себя».

Отправив сообщение, я глубоко вдохнул. Сейчас нельзя медлить и сомневаться. Выкинув из

«Через пять минут я активирую вышку связи. Так что все мигом на свои места! В противном случае шансы выжить у всех практически нулевые. И не забываем голосом отмечать позиции противника».

Когда я вернулся в основной отсек лаборатории, то с удовлетворением отметил, что в лаборатории остались только Таисия с Андреем. Ну и Кеша. Кот явно считал своей задачей охранять девчушку и, злобно сощурив глаза, внимательно зыркал по сторонам. Таиска же безучастно смотрела куда-то в сторону, а Андрей выглядел очень растерянно.

— А нам с Таисией что делать? — неуверенно спросил он.

— Пока ничего. Посмотрим, как будут развиваться события. Ловушку я восстановил, так что незамеченным к нам никто не подберётся. А, возможно, и живым. Но в любом случае Таисия на тебе.

— За это ты не переживай, — взгляд Андрея стал жёстким. — К ней эти ублюдки подойдут только через мой труп.

— Твой труп никому не нужен. У нас на подобные случаи подготовлен план отхода. Сейчас я настрою отдельную группу и дам указания.

— А зачем отдельную?

— Сейчас сам увидишь.

Через несколько секунд появился новый виджет с тремя зелёными маркерами и планом исследовательского центра.

— Маркеры — это мы, синим обозначен коридор с ловушкой. Красная пунктирная линия — это маршрут по подвалу к западному выходу. Связь в этой группе локальная, только между нашими чипами, без сервера центра. Как только красная линия замигает, значит, снята блокировка с дверей и нужно уходить.

Видя непонимающее лицо Андрея, вздохнул.

— Неважно, просто запомни, что я сказал, и слушай мои команды. А сейчас мне нужно кое-что сделать.

Андрей ещё раз неуверенно кивнул и, покосившись на боевого Кешу, занял Викино место на кушетке возле Таисии. Я мазнул взглядом по карте, с удовлетворением отметив, что все почти добрались до своих маркеров. Надо спешить!

— Мия, запускай процесс по протоколу «Фауст».

«Принято, Алекс. Через три минуты первая фаза будет завершена».

— Хорошо, и перекинь мощности всех генераторов на батареи станции связи.

«Уже готово. Жду твоей команды».

— Отлично. Запускай сигнал одновременно с завершением протокола «Фауст».

— Принято. Расчётное время две минуты четырнадцать секунд.

Я размял пальцы и почувствовал, что они слегка дрожат. Надеюсь, я всё делаю правильно.

«Алекс,— прервал мои мысли встревоженный голос Мии. —Камеры фиксируют множество сигнатур».

— Выведи и идентифицируй!— почти крикнул я, перетаскивая на главный виджет панель общей группы.

«Дроны неизвестной модели. Предварительный анализ с высокой степенью вероятностью говорит о боевой модификации».

Семь красных маркеров почти одновременно зажглись на карте и, не сбавляя хода, устремились к исследовательскому центру. Следя за траекторией их движения, я закусил от ярости губу. Чёрт! Веер огоньков направлялся прямо к позиции Вики.

— Мия! Врубай вышку связи! Прямо сейчас!

Глава 6

«Принято, Алекс. Активирую вышку связи. Начало передачи через пятнадцать секунд».

Я посмотрел на Таисию, которая жалась к Андрею. Тот сильно посмурнел лицом и играл желваками, словно что-то пережёвывая. Точно, они же в составе общей боевой группы и видят маркеры.

— Таисия, что по ощущениям? — осторожно спросил я.

— Всё как будто смешалось… я не знаю.

От внезапно раздавшегося шипения я вздрогнул и мысленно выругался.

Кеша, соскочил с кушетки и встал в боевую позу. Хвост трубой, уши торчком. А ещё это утробное урчание. Кот озирался, лупя глазами-блюдцами, словно искал невидимого противника и не находил. Вражеских псиоников учуял, что ли?

— Кеша, успокойся.

Я примиряюще поднял руки и попытался транслировать мирную картинку. Но позитивный образ у меня в голове не складывался. Она была занята обдумыванием положения вражеских маркеров на карте. Их число уже увеличилось вдвое.

— Вот дерьмо!

Первые секунды конфликта самые важные, и тратить их на усмирение кота просто преступно. Положение спасла Таисия. Она бесстрашно бросилась к Кеше и в один миг заграбастала его на руки. Сердце ёкнуло, но котяра в тот же момент притих.

— Всё хорошо, котенька. Кто у нас тут самый красивый?

Тонкий голосок девчушки разрядил атмосферу. Отлично. Я вернулся к тактической карте.

— Мия, доложи обстановку!

«Станция связи активирована в стандартном режиме. Сбои в функционировании отсутствуют. Первый сигнал отправлен двадцать секунд назад. Через минуту активируется расширенное сетевое покрытие для боевой группы».

Хорошие новости проскользнули фоном. Четырнадцать дронов почти добрались до забора исследовательского центра.

«Вика! Не вздумай высовываться!— Я отправил ей сообщение почти на автомате. —На твоём направлении полная жопа!»

«Да вижу я, Алекс,— тут же пришёл ответ. —Отправил девушку в самое пекло!»

Несмотря на нарастающее напряжение, я неожиданно для себя улыбнулся. Если в такой ситуации шутит, значит, с нервами у моей напарницы всё в порядке. В отличие от меня.

«Алекс, фиксирую данные от Марии. Секунду… вывожу на виджет».

Большое красное пятно, переливаясь фреймами, стремительно приближалось к базе с юга.

«По предварительной оценке мы имеем дело с неопознанной моделью коптера с двумя бойцами на борту. Судя по отсутствию фиксации объекта с камер, используется стелс-технология второго уровня»,— сообщила Мия.

Шансы на успешное спасение таяли с каждой секундой. Противопоставить боевому коптеру нам просто нечего. Хотя…

Не успел я закончить мысль, как виски сжал спазм боли. Перед глазами поплыло. Ноги подкосились, и я упал на пол. Во рту разлился противный привкус металла, тело стало ватным и не слушалось, я не мог пошевелить даже пальцем, как ни старался.

Вот дерьмо! Неужели конец?

«Алекс… быстрее… запуск…»

Виджет с Мией пошёл полосами, как багованное видео. Слова доходили до меня с трудом. Надо собраться. Закрыв глаза, я начал медленно дышать, восстанавливая контроль над ощущениями. И через какое-то время понял, что получается. Ещё немного. Вот так.

Встав на четвереньки, я помотал головой, сбрасывая остатки наваждения.

Повернулся в сторону кушетки. Там ворочался привалившийся к стене Андрей. Таисия упала ему на колени и, разлепив веки, смотрела на меня осоловевшим взглядом. Даже Кеше досталось: тот валялся тряпочкой на полу, видимо, выскользнув из рук девчонки. Но кончик хвоста подёргивался, говоря о том, что котяра жив. Все трое живы, это главное. Скоро отойдут.

— Мия, доложи обстановку! — приказал я. Голос вышел слабым и скрипучим. В горле першило. Я закашлялся.

«Зафиксирован пуск ракеты!»

Ответ Мии заставил меня забыть о недавней боли и замереть в ужасе. Неужели я ошибся⁈ Неужели нас просто похоронят в этой лаборатории?

— Цель на мой виджет!

Вместо ответа пол вздрогнул, и я вцепился в ножку стоящего рядом стула.

«Вышка связи уничтожена, Алекс».

От сердца немного отлегло, и я отпустил бесполезный стул, который лишь благодаря

«Сверяю данные,— подключилась Мия к моему незаданному вопросу. —Ага, вот. Похоже, нас хорошенько приложило ментальным ударом в тета-диапазоне».

Сложить два плюс два было нетрудно. Чёртовы псионики!

— Срочно выведи данные с плагина Вики! И проведи перекличку среди наших!

Не успела нейронка выдать стандартное «принято», как пришёл личный вызов от Вики.

— Как вы там? Как Тася?

— Жить будем, — прохрипел я. — Как сама?

— Да вроде нормально. Очень похоже на недавние ощущения при атаке псионика, но в этот раз я как-то сумела заблокировать его воздействие.

— Заблокировать? — сверкнула крамольная мысль, но я тут же выкинул её из головы. Сейчас не время. — Умница. Жди команды. И мониторь фон.

В течение минуты мне отписались остальные члены нашей команды: все были живы, пусть и чувствовали себя неважно.

Отключив соединение, я вскочил на ноги. С момента атаки псионика прошла пара минут, но в таких ситуациях это чертовски много.

— Мия, разложи тайминги атак… и обнови наконец карту!

«Прости, Алекс. Вышку-то уничтожили. Переподключаю всех на сеть лаборатории. Десять секунд».

Да, плакало наше трёхкилометровое покрытие связи! Теперь его хватит максимум метров на пятьдесят от здания. Утерев остатки слюны рукавом, я сконцентрировался на данных, которые потихоньку выводила на виджет Мия. Так, вся наша банда цела и на своих местах. Дроны разлетелись по периметру и берут здание в кольцо. А коптер завис в отдалении, так и не показался на экранах камер, падла! Ага, вот и новые маркеры.

Сигнатура псионика оставалась на прежнем месте. Только уже не была яркой и слабо мерцала, такая же была у Маши, когда она потеряла сознание. Интересно, чего это ему так поплохело. Не рассчитал сил, когда нас прессовал. Я довольно хмыкнул. Так ему и надо. Но радоваться хорошей новости пришлось недолго. На виджете появились три яркие точки, которые медленно продвигались к исследовательскому центру с северной стороны.

— Мия, анализ!

«Высока вероятность, что мы имеем дело с малой диверсионной группой. Коптер класса „Адамант-3“ или „Крио-2“. Вместимость не более десяти человек. Учитывая три звена дронов класса „Девастатор“, на борту не может быть более шести — семи человек. А значит, мы видим на карте всю диспозицию противника».

— Надеюсь, ты права.

«Погрешность аналитики не более семи процентов, Алекс».

Бегло листая экраны с информацией, я убедился в правильности своих выводов. Атака псионика имела цель не убить, а раскрыть местоположение нашей группы. Ракетой ударили всего через десять секунд, но этого более чем достаточно, чтобы боевая нейросеть вычислила, что взрыв не покалечит ни одного из нас.

Я почувствовал, как мои губы расплываются в улыбке. Неказистая на вид способность Марии, плюс сканирующее поле Вики разложили отряд противника на карте, словно в нейростратегии. Пора и нам сделать ответный ход.

— Мия, усиль сигнал сетевых ретрансляторов здания до максимума.

«Готово, Алекс! Зацепила сигнал дронов. Пеленгую сигнал… есть… шифрование четвёртого уровня».

— Переключай на меня!

Матрицы с цифрами бешено мелькали на виджете, подчиняясь моим приказам. Пусть Мия работает быстрее, но никакой нейронке не под силу сделать то, что может человек, знающий своё дело. Особенно если это касается взлома защищённых сетей. Или закрытого канала связи, как на этот раз. Здесь необходима импровизация и интуиция, взятая под контроль талантом.

— Мия, объявляй всем минутную готовность.

«Готовность к чему?» — уточнила нейронка.

— К моим приказам.

Да, пусть наша пёстрая команда не слаженный отряд спецназа, но тюфяки не выжили бы в горниле апокалипсиса. А значит, за жизнь цепляться умеют. Осталось только мне не ошибиться в расчётах. Но пока действия NAVY укладывались в мою стратегию. И то, что псионик противника выбыл из боя — жирный бонус ко всему этому.

— По моей команде все рвём когти в лес, — включил я голосовой канал в боевой группе. — Маршрут каждого проложен маркерами. И постарайтесь ничего не перепутать!

— Ты уверен, командир? А как же дроны? Они ведь нас за пять секунд положат.

Комментарий Сергея, пробившийся сквозь гул голосов, заставил меня улыбнуться. Надо же — «командир»!

— Эту проблему я решил. На время. Так что другого шанса у вас не будет. Решайте сами… раз, два, три… погнали!

Я выдохнул и активировал последнюю команду на консоли. Дроны на карте окрасились в дружественный цвет и зависли, словно в нерешительности.

«Есть контакт!— Мия победоносно вздёрнула носик. —Принимаю управление. Расчётное время восстановления канала связи — три минуты четырнадцать секунд».

Вполне достаточно, если никто не будет тупить! Я с замиранием сердца бросил взгляд на карту и с облегчением увидел, как маркеры ребят дружно сдвинулись с места и устремились по намеченным маршрутам. Викин на север. Андрея с Машей на запад, а Колян рванул чуть левее от приближающейся тройки бойцов. Зависший с южной стороны коптер, сможет срисовать лишь его. Но это оправданный риск. К тому же, учитывая с какой скоростью парниша улепётывал, этот риск сошёл на нет.

— Мия, при перехвате управления закодируй в посылку вирус М-8. И сразу дай знать.

Краем сознания отмечая комментарии Мии, я уставился на виджет карты. Теперь ваш ход, ублюдки! Маркеры ребят уже исчезли из поля зрения, и мне было важно каждое действие противника.

«Регистрирую атаку на нашу сеть!»— сообщила Мия.

Хм… вполне ожидаемо, но несколько топорно. А вот то, что маркеры трёх бойцов NAVY, устремившихся в сторону исследовательского центра, внезапно исчезли с экрана, стало неприятным сюрпризом.

— Мия, срочно модель перемещений спецназа по последним данным!

«Через полторы минуты будут у входа в корпус».

Дерьмо, но контролируемое.

Я взглянул на привалившегося к стене Андрея. Девчушка рядом дрожащими руками держала пластиковый стакан с водой и отхлёбывала мелкими глотками. Глянул — и у самого в горле запершило. После атаки псионика во рту было сухо и мерзко. Этот Андрей успел метнуться к кулеру, пока я командовал. В руке он сжимал смятый пластиковый стаканчик. Хорошо, сейчас мы Андрюху задействуем, раз уже полегчало. Короткий взгляд я бросил и на Кешу, тот всё ещё сидел на полу, но примерялся взглядом, как бы ловчее снова запрыгнуть на кушетку.

— Андрей. Как способности по ощущениям? — поинтересовался я.

— Да вроде под завязку, — ожил тот. — Что, пора?

Эксперименты, которые мы проводили в последний день, должны были наполнить Андрея под завязку, но я не знал, как долго продержится в нём заряд мощности. Надо было, конечно, и ему

— По моей команде хватаешься за ту штуку и бьёшь зарядом что есть силы.

— За эту? — он подошёл к распределительному щитку и осторожно взялся за кусок провода, который мы оттуда вытянули.

— Всё верно. Но только когда я дам сигнал.

Где же вы? Я внимательно смотрел на виджет с камер: там мерцал наложенный нейронкой абрис перемещения противника. Картинка оставалась без изменений. Но ублюдки уже должны быть в здании!

— Мия! — сорвался я. — Корректировка аналитики!

«Применение стелс-режима группой захвата, перехват контроля за камерами, изменение общей стратегии и преследование групп беглецов. Именно в таком порядке по вероятностям».

— Они уже здесь, — раздался тонкий голосок.

Таиска!

Я дёрнулся как ужаленный, лихорадочно перебирая в голове варианты решений, и чувствовал, как трачу впустую последние секунды. Нет! Надо действовать, принимая во внимание все возможные вероятности.

— Андрей! Бей слабым разрядом! Мия! Мощность ретрансляторов на минимум, перегрузи охранный сервер и обесточь эту чёртову перегородку!

Выкрикивая команды, я подскочил к Таисии и осторожно взял её за руку.

— Сейчас нам нужно будет бежать. Причём быстро. Справишься?

Она подняла на меня взгляд и кивнула: в голубых глазах читалась решимость.

— Я быстро бегаю, — тонкий голосок прозвучал твёрдо.

Хорошо, надеюсь, не придётся тащить её на себе. В этот момент Андрей жахнул разрядом, но сетка в коридоре-ловушке даже не шевельнулась.

Вот дерьмо!

— Быстрее Мия!!!

Виджет с камерами потемнел, символизируя временное отключение, но через секунду вновь начал подгружать картинки. И первое, что я увидел, это как обесточенная пожарная перегородка вздрогнула, словно от удара великана. Я внутренне сжался, но она выдержала.

Схватив за руку Таисию, собираясь рвануть к выходу из лаборатории. Второй удар смёл перегородку, и в проём скользнул полупрозрачный силуэт. По моей команде Мия активировала ловушку — тонкая сеть рухнула вниз.

— Андрей, бей! Теперь на максимум! Держи как можно дольше!

Всполохи молний озарили тесное пространство коридора, окутывая призрачную фигуру, за секунду успевшую преодолеть половину расстояния. Держи, сволочь!

Если бы это был не ублюдок из NAVY, наверное, мне стало бы его жалко. Содрогаясь в диких конвульсиях, тело рухнуло на пол. Проявились очертания дымящейся брони, которая вряд ли была рассчитана на подобное.

— Я — всё, — Андрей устало отпустил кабель и опёрся рукой о стену. — Сработало?

— Да, один готов. Можешь идти?

Он неуверенно кивнул.

— Тогда бери Таисию и спускайтесь на уровень подземных коммуникаций. Маркером проложен путь к колодцу номер шесть. Ждите меня в намеченной точке у лестницы наверх.

Он снова кивнул, взял Таисию за руку, и они выскочили за дверь. Девчушка успела на прощание зацепиться за меня взглядом. «Ты ведь придёшь?» — так я расшифровал это быстрое послание. Ну, постараюсь. Лысый котяра устремился следом. Вот ведь предатель! Мог бы остаться меня защищать.

— Мия, скорректируй видеоаналитику с учётом маскировочного снаряжения!

«Уже в процессе, Алекс».

Я выскочил из лаборатории вслед за Андреем с Таисией и побежал к коридору-ловушке. Неожиданно накатило дежавю. Ситуация вновь повторялась, но теперь за поворотом притаились не парочка загнанных в угол мутантов, а боевой отряд спецназа.

«Алекс, фиксирую движение».

Комментарий Мии запоздал на долю секунды. С десяток металлических шаров размером с кулак ворвались в коридор с ловушкой и стремительно полетели к моему укрытию.

«А это что за хрень?»

«Информация отсутствует».

Неважно, всё равно других вариантов у меня нет. Сконцентрировавшись на ощущениях, я послал высокочастотный разряд навстречу.

«Молодец, Алекс!» — восторженно воскликнула Мия, транслируя картинку попадавших на пол шаров. Но в следующую секунду они с лёгким хлопком взорвались, выпуская клубы плотного дыма. В дополнение к этому, с пугающей скоростью начали сигнализировать о выходе из строя все камеры со стороны нападавших.

Дым подозрительно быстро достиг моего укрытия. Не зная, что делать, я со всей дури ударил разрядом прямо перед собой. В следующий момент в глазах потемнело от жуткой боли в груди. Словно молотом приложили. Я чувствовал, что тело отправилось в полёт, но понимание этого шло фоном. Удар спиной обо что-то твёрдое вышиб из лёгких последний воздух и дезориентировал окончательно.

«Алекс, вставай!»

Мия была права, но как это сделать, если ломит от адской боли, а перед глазами плывут тёмные круги?

«Ввожу анестетик».

В этот момент я мысленно поблагодарил Вику с её занудством. Она заставила меня надеть местный автомед. Только теперь он был заряжен новым препаратом, который она синтезировала, пока изучала наши мутации. Ничего особенного, но базовые функции обезболивания для таких мутантов как мы у него имелись. Лёгкий укол в предплечье, и я почувствовал, как боль начинает сходить на нет. Выдохнув, попытался встать на ноги.

— Лежать, свинья!

Новый удар отправил меня на пол, а перед глазами снова всё поплыло. Я почувствовал, как игла инъектора входит под лопатку и по телу разливается тягучая нега. Болевые ощущения быстро пропадали. Даже захотелось сказать спасибо.

«Зафиксировано воздействие транквилизатора уровня С3. Прогноз — медикаментозный сон через пять секунд», — отчиталась Мия.

Не знаю, что это за транквилизатор уровня С3, но сознание, наоборот, начало проясняться. Даже стало любопытно, кто назвал меня свиньей. Скорчившись в позе эмбриона, я старался даже не дышать, отсчитывая эти пять секунд и мониторя своё состояние.

— Странно, Алекс,— раздался вновь голос Мии. —Эффект препарата постепенно проходит.

Странно или нет, но сейчас мне это только на руку. Долго бездействовать нельзя. Первый порыв ударить распределённым разрядом по области, как в прошлую схватку с отрядом спецназа, я подавил в зародыше. Остатка мощности в двадцать процентов вряд ли хватит, чтобы вывести из строя противников, а второго шанса у меня не будет. Надо ударить в одну точку. Но как определить, где находится ублюдок приложивший меня?

А может так попробовать? Вспоминая свои опыты по поглощению электричества, я распределил сознание вокруг себя, ища его источники. Сначала почувствовал полосы на потолке с перемежающимися яркими пятнами светильников. Потянулся дальше, создавая трёхмерную проекцию коридора у себя в голове. А это что? Слабая, еле заметная сигнатура повисла в воздухе в трёх шагах позади меня.

Была не была! Нутром я чувствовал, как убегают последние отпущенные мне секунды. Страшно не ошибиться, страшно лежать на полу, как эта самая свинья и ждать, пока твоей жизнью распорядятся другие.

Разряд!

Мир вспыхнул сверхновой, стирая образы проекций и наполняя воздух запахом озона. Странное ощущение, почти незаметное, заставило меня замереть, прислушиваясь к себе. Как будто на мгновение я почувствовал некое откровение, но бездарно упустил

«Алекс,— голос Мии вывел меня из ступора. —Наша посылка на месте. Перехватываю контроль над узлом управления. Боюсь, у нас будет не больше минуты».

Точно! Вирус М-8. Хорошие новости, но как не вовремя.

«Создай виртуальную консоль!»

Не дожидаясь ответа, я собрал все силы и вскочил на ноги. Вот оно как! Хищный контур боевого гардиана мог одним только видом напугать любого. Я такого даже такого не встречал никогда. Но он не спас своего владельца. Левая часть тактического шлема представляла спёкшееся месиво из костей и пласт металла. Удачно я так попал. Дым, выпущенный шарами, начал рассеиваться, и я обнаружил ещё одно тело с оплавленной дырой в груди. Неужели я положил всю группу захвата?

Не веря своей удаче, я бросился сначала к одному, а затем ко второму, чтобы проверить.

«Сорок шесть секунд, Алекс. Передаю управление».

Слова Мии вмиг переключили меня на решение новой задачи. Вирус, внедрённый в боевую нейросеть противника, достиг узла управления и запустил алгоритмы перехвата. Ну-ка, что тут у нас?

«Тридцать две секунды, Алекс, пока нас не выкинут!»

«Успею».

Как и ожидалось, боевая нейросеть базировалась на сервере коптера неизвестной модели. Хотя нет, уже известной. Ага, а вот вы и приплыли ребята. Посмотрим, как вы выживете при экстренном спуске с высоты в сотню метров.

«Десять секунд, Алекс… потеря связи».

Звук взрыва лишь на пару секунд опередил ударную волну, заставившую светильники мигнуть.

«Действительно потеря, Мия».

Из всей боевой группы остался лишь обессиленный псионик и, возможно, кто-то из его прикрытия. Так что медлить не стоило.

«Как вы там?»

Отправив сообщение Андрею, я уже бежал к спуску на этаж подземных коммуникаций.

— Нормально всё. Тебя ждём,— тут же появилось на виджете сосредоточенное лицо Андрея. —Что это было только что, не в курсе?

— В курсе. Скоро буду.

Морщась от боли, я бежал с максимальной скоростью, перепрыгивая через нагромождения труб и кабельных конструкций технического этажа. Ага, вот за этой лестницей! С ходу налетев плечом на дверь, я выскочил в небольшое помещение.

— Дядя Саша!

Мелкая девчушка бросилась ко мне и неожиданно крепко обхватила, вцепившись твёрдыми пальцами в отбитую спину. Но я вздрогнул от другого: дядя Саша?

— Никакой я не дядя!

— Тётя?

— И не тётя! И вообще, отпусти меня.

К Таисии присоединился Андрей. Благо не стал лезть с обнимашками, а просто крепко сжал плечо, которое тут же отозвалось ноющей болью.

— Справился.

То ли спрашивал, то ли утверждал. Кивнув, я оторвал от себя Таисию и поставил рядом.

— А где Кеша?

Словно в ответ котяра ощутимо боднул меня под колено, едва не опрокинув. И принялся тереться о ноги. Вот засранец!

— Надо срочно уходить.

— Куда? — спросил Андрей.

— Для начала в лес и подальше отсюда. Потом подумаем.

Металлическая лестница вела под потолок и заканчивалась люком на высоте метров десяти. Технический колодец номер шесть находился почти у забора, граничащего с лесом на южной стороне. Наш путь отступления на крайний случай.

— Давай ты первый, — сказал я Андрею. — Потом Таисия. Я за вами.

Андрей, проследив за моим взглядом, кивнул и стал подниматься. Подтолкнув Таисию, я дождался, пока она заберётся вверх на пару метров, и полез следом.

— Замок автоматический, — сообщил я Андрею, когда он достиг люка. — Рычаг сбоку. Не перепутаешь.

— Ага, вижу. Выхожу.

С лёгким скрипом крышка поднялась, вытесняя затхлый подвальный воздух запахами осеннего леса, в которых, впрочем, чувствовались нотки гари и смерти. Силуэт Андрея исчез в проёме.

— Чисто, — зачем-то прошептал он, заглядывая обратно, чтобы подать руку Таисии.

— А то, — ухмыльнулся я, преодолевая последние ступеньки.

Сумерки скрыли большую часть научного центра, но не зарево пожара, разгоревшегося на его противоположной стороне. Ноги путались в высокой траве, но в десяти метрах уже был забор, а за ним, почти вплотную, шелестя кронами, ждал спасительный лес.

— Чего встали? — негромко прошипел я на замерших спутников. — Валим отсюда!

Молчание в ответ заставило меня насторожиться. Я взглянул на Андрея и Таиску, замерших в неестественных позах. А самое страшное, Кеша лежал в траве, прямо под ногами у девчушки. Он тоже не двигался. Я бросился к ним, но не смог пошевелиться. Ноги как будто приросли, а сдавленное будто стальными пальцами горло больше не могло издать ни звука. Чёрт! Что происходит⁈

— Куда это вы собрались? Вам бы лучше отдохнуть, полежать на травке.

Ноги подкосились, и я рухнул на землю. Краем глаза успел заметить, как падают рядом Андрей и Таисия. Кешино тельце потерялось в высокой траве. А насмешливый женский голос звучал совсем рядом.

— Улеглись? Правда, трава мягкая?

А потом я увидел, как стебли травы шевелятся, оплетают мои руки, скользят по коже, словно пытаясь слиться с телом. Странный танец закрыл от меня Андрея и Таисию. Только иссиня-зелёные стебли травы извивались перед глазами. Всё происходило как во сне. Нежные касания листьев успокаивали. И чего это я собрался куда-то бежать? Ведь здесь так хорошо и спокойно.

«Алекс, зафиксировано действие неизвестного нейролептика! Алекс!»

Оклик Мии на секунду вытащил меня из наваждения, и перед тем как окончательно потерять сознание, я успел отдать последнюю команду.

«Протокол „Фауст“, Мия. Активируй протокол „Фауст“».

Глава 7

Вика бежала через лес. Утоптанная тропа под ногами петляла, огибая деревья, но вела в нужном направлении. Уже не было сил продираться через бурелом напрямую. Болела потянутая лодыжка, саднили изодранные о мелкие ветви руки, сердце стучало в висках, а дыхание начинало сбиваться. Но надо ещё быстрее. Несмотря на боль и усталость. Поднять вертушку в воздух. Осмотреться и принять решение.

Второй взрыв, ещё сильнее первого, заставил тревожно вздрогнуть. Очень хотелось верить, что на этот раз досталось NAVY. Но чем быстрее придёт помощь, тем больше шансов у ребят выбраться из этой заварушки.

На поляне стоял закрытый камуфляжной сеткой коптер. Стащить её в одиночку у Вики едва хватило терпения.

Теперь залезть внутрь, завести двигатель и действовать по обстоятельствам. Сразу лететь в сторону Москвы, как говорил Алекс, или выждать немного? Сигнал ушёл, и его не могли не засечь. Сколько времени нужно Правительству, чтобы собрать штурмовую группу? И сколько сможет продержаться Алекс? А вдруг ему нужна помощь?

Машина загудела, разогревая нутро. Это не какой-то гражданский глайдер, а военная машина. Можно даже задать трёпку врагам, но сначала стоит оценить их силы.

Вика твёрдой рукой подняла коптер в воздух. Стоило только взлететь, как радар тут же засёк летательный аппарат на краю диапазона чувствительности, где-то в пятидесяти километрах. В груди нехорошо кольнуло: её,

Это NAVY? Ну а кто же ещё? Если они так вот улетают, и их не волнует вертолёт в небе, значит, миссия выполнена? Получается… они, что захватили Таисию? А что тогда с Алексом и Андреем?

Вика сглотнула подступивший к горлу ком. Секунда раздумий и она уверенно направила коптер в сторону центра NAVY.

Полчаса сумасшедшего бега по лесу уложились в две минуты полёта. Крыша северного корпуса была разнесена ракетным ударом. Недалеко от ограды, примяв редкий подлесок, грудой дымящегося металлолома лежал сбитый коптер противника. Ага, вот значит, откуда второй взрыв. И как только Алекс ухитрился! Но судя по улепётывающей машине, вертолётов у NAVY было два. И вряд ли они испугались поражения и улетели с пустыми руками.

Зависнув над главным зданием, Вика прислушалась к ощущениям. На связь никто не выходил, по ментальной активности тоже пусто. Никого. Центр как будто вымер. Даже если кто-то лежал здесь без сознания, она бы почувствовала.

Значит… нет уж, лучше тогда пусть окажется, что NAVY всех забрали с собой. Лучше, чем найти их тела внизу. Стоп! А ведь был же Кеша. Кота, наверное, ловить не стали бы.

Вика ещё раз прислушалась к себе. Кешу она всегда ощущала ярким пятном, гораздо ярче любого человека. Наверное потому, что он тоже псионик.

Пусто.

Приняв решение, она направила коптер к вертолётной площадке на крыше главного здания. Не став глушить двигатель и выбралась из вертолёта.

Холодный ветер принёс запах гари. Что теперь делать? Проверить лабораторию? Хотя бы, чтобы точно знать, кто погиб, а кого забрали. Она спустилась по лестнице вниз, замки работали, и её карточка-пропуск тоже. NAVY даже не потрудились отрубить электричество, так спешили. Скорее всего, поняли, что сигнал успел уйти, и времени у них немного.

В коридоре-ловушке Вика нашла два обугленных тела в навороченной броне, под ногами хрустели остатки дронов. Трупов Алекса и Андрея здесь не было, как и в лаборатории. Вика прошла весь путь эвакуации, который готовили они с Алексом. Люк был открыт. Значит, Алекс и другие вылезли наверх, и сбежали. Просто ушли далеко, вот и не получается их почувствовать. Но теперь, когда прибудет подмога, их разыщут. Сердце радостно забилось! Вика поднялась на поверхность и застыла. Ей не понравилась примятая трава. Если присмотреться, то можно «прочитать» три следа: два больших и один поменьше. Вика мысленно перечислила: Алекс, Андрей и Таиска. У выхода на поверхность их ждала засада! Оглушили или что-то ещё, а потом забрали. Вот ублюдки! А Кеша? Вика осмотрелась, но труп не нашла, а кот наверняка сопровождал Таисию. Ведь остался же с ней, зверёныш. Несколько дней знает девчонку, и так привязался. Вика грустно улыбнулась. Кота для Таиски жалко не было, просто сейчас было бы легче, будь рядом хотя бы Кеша.

Хотелось верить, что остальные, Маша, Сергей, Николай, просто разбежались. Не попались в лапы NAVY. И что делать ей? Наверное, самый лучший вариант ждать правительственный спецназ и кого-то из мутантов, может быть, они вернутся. Уходить одной — не вариант. Один в поле не воин. Да и куда уходить и что делать?

Вика пошла к вертолёту. На шум легко могли прийти какие-нибудь твари. А она, если что, сможет быстро подняться в воздух.

Плохо, что отец не успел с ними связаться, или не смог. Если сообщение ему передали не сразу, то вполне мог не успеть. В любом случае, придётся надеяться на то, что специалисты правительству нужны, и мутанты в качестве расходного материала не используются.

— Зафиксировано два объекта, — сообщила Дарья, прервав поток мыслей. — Приближаются со стороны северного корпуса.

Вика встрепенулась. Раскрыла виджет с картой. На самом краю мерцали две сигнатуры. Слишком далеко, чтобы почувствовать без настройки, и достаточно близко, чтобы программа оцифровала ощущения.

Двое замерли у кромки леса. Свои? А если нет? Жаль, способности Вики не позволяли различать людей между собой.

Но вот первая сигнатура решительно сдвинулась с места. За ней последовала вторая.

Через минуту Вика увидела, как из леса вышли двое. Один массивный и высокий, а второй полноватый, но небольшого роста. Сомнений не оставалось. Она подскочила с места и поспешила вниз.

— Маша! Сергей!

— Вика, — нюхачка подбежала к ней. — Ты жива? Я почувствовала твой запах, и мы вернулись. А больше никого не чувствую…

Следом грузно прошагал Сергей. Уставился на сбитый вражеский коптер.

— Они забрали Алекса, — выдохнула Вика. — И Таиску, и Андрея.

— Вот уроды, — Сергей скривился. — А эти где, красавцы из Правительства? Только оглушённых мутантов в дронов загружать горазды…

Сергей оборвался на середине фразы и замер. Вика поняла, что он прислушивается. По сигнатурам на виджете по-прежнему было пусто. Но способности тут были бессильны. Издалека отчётливо слышался вертолётный гул.

— А вот и они, — прокомментировал Сергей и хмыкнул. — Как всегда вовремя.

— Уходим? Или будем сдаваться? — Маша посмотрела на Вику, потом на Сергея.

Ясное дело, они совсем недавно считали Правительство виновным в случившимся. Да и не с чего было им доверять. Особенно когда видишь, как мутантов загружают в грузовые дроны.

— Я останусь, — ответила Вика. — Некуда мне теперь идти, а у них отец работает в лаборатории. Я тоже учёный, пригожусь.

В глубине души она понимала, что без помощи Правительства Алекса не спасти. А так будет хоть какой-то шанс.

— Ну и мы зачем-нибудь пригодимся. Вдвоём против ублюдков из NAVY много не навоюешь, — процедил Сергей и зло сплюнул на землю.

Они переглянулись ещё раз и Вика поняла, что решение принято.

— Бегом к вертолёту, там их и встретим!

Вика почувствовала, как холодеют и покрываются липким потом руки: у неё случилось дежавю. Только в этот раз свет в лицо бил из прожекторов, зависших прямо над вертолётом. И на виджете появился идентификационный запрос. Она приняла и кивнула Марине. Сергей стоял столбом, на всякий случай подняв руки.

«Передайте полный контроль над чипом. В случае чрезвычайной ситуации вы обязаны выполнять все требования Правительства», — появилось сообщение.

Ситуация повторялась и дико бесила. Ну не могут они по-человечески!

Потом пришло вдогонку:

«И третий пусть примет запрос. Ещё раз повторять не будем».

«У него нет чипа», — отписалась Вика и, не выдержав, крикнула:

— У него нет чипа, ублюдки! Понимаете⁈

В тот же момент Сергей упал, получив электрический разряд. А за ним и Марина. Острая боль, казалось, пронзила Вику насквозь.

«Так вот как

* * *

Профессор промаялся до середины дня. Что-то явно случилось. Он чувствовал это также как тогда, когда ощущал, что Вика жива. Только в этот раз предчувствие было нехорошее. Да и логически было ясно, что у ребят проблемы. Он послал запрос вечером, ладно, ночью. Но сейчас уже половина второго, и они должны были ответить. В послании говорилось, что канал установится сразу же. Это на внедрение программы ушло почти двое суток. Алекс, как всегда, осторожен. Но после никаких задержек быть не должно.

Профессор, сославшийся на плохое самочувствие, заперся в себя в комнате и просматривал сообщение раз за разом. Да он уже выучил его наизусть, а толку-то!

«…тебе просто нужно будет войти в сеть и установить эту программу. Интерфейс очень простой, ты разберёшься, — говорила Вика. — На внедрение понадобится сорок восемь часов. Не волнуйся, её не обнаружат, Алекс в этом мастер. Потом появится возможность отправить сообщение. Я очень хотела бы знать в безопасности ли ты. Как с тобой обращаются. Мы получим твоё сообщение, и сразу же ответим. Это будет канал связи, по которому мы сможем обмениваться информацией…»

Хватит уже сидеть и ждать! Всё он сделал правильно. Сообщение ушло, а ответа не получил. У ребят явно проблемы.

Профессор решительно взял со стола спейсер и набрал полковника Гарина.

— Добрый день, Виктор Александрович, — в окошке вызова появилось слегка осунувшееся лицо полковника. Дружелюбная улыбка и, как обычно, непроницаемый взгляд. Таких людей профессор старался обходить за километр. В прошлой жизни старался. — Вам что-то нужно? Проблемы с исследованиями?

И тон — сама доброжелательность. А ведь он знал. Не мог не знать про лабораторию и про якобы погибшую там Вику.

— Валентин Михайлович. Нужно поговорить, лично, — не стал размениваться на игру профессор. — Это срочно.

Лёгкая тень скользнула по лицу полковника.

— Ну раз срочно, милости прошу в мой кабинет. Только давайте минут через пятнадцать. Терпит?

— Терпит, — кивнул профессор, и связь тут же прервалась.

Видимо, позвонил он не в самый подходящий момент. Ну и чёрт с ним. Не надорвётся.

Полковник принял его, изображая добродушие. Не стал усаживаться за массивный деревянный стол, который был то ли раритетом, то ли старьём из прошлого века. Как и весь кабинет, обитый деревянными панелями, с книжным шкафом во всю стену и плотными шторами, закрывающими несуществующие окна (административный корпус, как и лабораторный, находился под землёй). В углу, под инородным для этого пространства гибким экраном, стояли два мягких кресла с небольшим столиком между ними. Полковник жестом указал на одно из них, подчёркивая неформальность беседы. Сел рядом. Может, его сегодняшняя мягкость объяснялась тем, что внедрение гена репарации оказалось рабочей схемой? Инга и несколько десятков бойцов быстро пошли на поправку. Тем лучше. Тот разговор, который собирался начать профессор, сложно было назвать приятным.

— Так что у вас? — спросил полковник. Глаза внимательно уставились на собеседника. Сложно не сомневаться под таким взглядом. А сейчас многое будет зависеть от того, какой человек этот полковник

— Новая информация, добытая вашими сотрудниками, позволила нам спасти много жизней, — профессор начал с хорошего.

Полковник кивнул:

— Это точно.

— А ещё я точно знаю, что эту информацию передала бойцам моя дочь, Вика. — Фраза далась нелегко. Во рту разом пересохло. Не его конёк был вести такие разговоры, но надо довести начатое до конца.

Полковник изобразил удивление. Именно изобразил и ждал, что профессор скажет дальше. Играет. Смотрит, куда потечёт разговор. И люди для него, что бойцы, что гражданские, так, очередной расходник. Ресурс. Злость от осознания этого придала профессору силы.

— Да, она выжила и выбралась из завалов. Вместе с ещё одним талантливым парнем — Алексом. Вместе они посетили центр NAVY и нашли данные, которые передали вашим бойцам. И я думаю, что вы об этом знаете.

Улыбку с лица полковника будто стёрли. Тёмные глаза смотрели внимательно.

— Я знаю, что в лаборатории был конфликт, — профессор старался не давать волю гневу, сдерживая дрожь в голосе. — Но мир теперь такой, что… на войне, как на войне. Все немного сошли с ума. Я понимаю, что жертвы были случайными… И понимаю, что мы все сейчас должны объединиться против общего врага.

Пришлось глубоко вдохнуть, чтобы продолжить. Профессор несколько раз репетировал речь в уме. Но говорить в лицо реальному собеседнику оказалось в разы труднее.

Паузой воспользовался полковник. Не стал отпираться.

— Мы были уверены, что все погибли. Согласно отчёту, картина складывалась вполне однозначная. А во что превратилась Москва после инцидента, вы знаете. Мы могли потерять всю группу при разборе завалов. А потом мы искали ваших ребят, как могли. Но они у вас хорошо умеют скрываться.

— Рассказать мне, конечно же, было никак нельзя, — вырвалось у профессора.

У полковника чуть дёрнулась щека, но прямой взгляд он выдержал.

— Ситуация сложилась сложная. Вы очень ценный специалист… И все эти переживания… Если уж давать вам надежду… А мы ведь этих сорванцов не смогли бы вам предъявить.

У профессора внутри всё закипело. Интересно, а если бы они поймали Вику с Алексом, то и тогда решили бы скрывать всё дальше? Боялись потерять его лояльность.

Полковник натянуто улыбнулся:

— А ребята у вас шустрые. Угнали у нас вертолёт, похитили командира отряда, — в этом месте он запнулся, словно отвлёкшись на какую-то внезапно проскочившую мысль, недовольно хмыкнул и продолжил: — Наши вернулись на глайдере ректора Бауманки. Конечно, мы сложили два плюс два. На даче вашей побывали, да их только след простыл. Но мы тоже понимаем, что в такое непростое время ситуация может сложиться всякая. Тем более они предоставили такие ценные данные.

— Это хорошо, что мы друг друга понимаем, — процедил профессор. — И помощь Вики нужна мне здесь, в лаборатории.

— Виктор Александрович, вы главное не переживайте так, — полковник явно приободрился. — Теперь, когда все недоразумения улажены, всё будет хорошо. Хотите воды?

Он резким движением поднялся, явно собираясь облагодетельствовать профессора стаканом воды. В горле и правда пересохло, но они и так потратили слишком много времени на этот разговор.

— Не надо, — остановил его профессор. — Как вы сами сказали, времена сейчас непростые, и нечего терять время. Случиться может что угодно. Нужно срочно забрать ребят из центра NAVY. И я полечу с вами, чтобы не вышло ещё каких-нибудь недоразумений.

Полковник так и замер на месте.

Профессор встал и твёрдо добавил:

— Сколько вам нужно времени, чтобы подготовить вертолёт?

Во взгляде полковника скользнуло замешательство:

— Виктор Александрович, дорогой, не нужно никуда лететь.

Профессор не выдержал.

— Это

— Виктор Александрович, успокойтесь, пожалуйста, — полковник шагнул к нему, положил руку на плечо. — Вика уже здесь, на базе. Я отдам распоряжения, и вы с ней увидитесь в самое ближайшее время.

— Что? — несколько секунд профессор осмысливал услышанное. А потом рухнул обратно в кресло, почувствовав, как у него подкосились ноги.

— Они сами с нами связались, послали сигнал сегодня ночью. И мы забрали её с базы, — ласковым тоном, как ребёнку, объяснил полковник.

— И с ней всё в порядке?

— Да жива-здорова.

Чёртов стакан воды полковник ему всё-таки принёс и сунул в руки.

Профессор отхлебнул, чувствуя, как живительная влага смягчает пересохшее горло, а полковник вкрадчиво поинтересовался:

— А откуда вы узнали, что Вика на базе NAVY?

Однако, хватка у него железная. Но у профессора уже не осталось сил, чтобы раздражаться по этому поводу. Тем более, ответ он приготовил заранее.

— Тут всё просто. Мне передал сообщение ваш боец, тот самый, который данные добыл. Капитан Ларионов, если не ошибаюсь.

Упомянутый капитан после внедрения генов управления психоэнергией был, мягко говоря, не в себе и постоянно находился под седацией. Вряд ли он мог бы сказать что-то по этому поводу. И когда придёт в себя, неизвестно. Если вообще придёт. Профессору пришлось сделать над собой усилие, чтобы подавить злорадную улыбку.

— Валентин Михайлович, — когда они уже шли по коридору, профессор понял, что его беспокоит: — Вы говорили, что забрали Вику. А Алекса?

— А его с ней не было. По всей вероятности он у NAVY, — ответил полковник.

Профессор остановился, буравя военного взглядом. Опять недопонимание? Они и Сашу прихлопнули, как Мишу? Вика же всё равно расскажет. Или они её так напугали, что не расскажет? Держали ведь с самой ночи!

— А если бы я сам к вам не пришёл, не сказали бы, что Вика у вас? — вырвалось следом.

— Ну, Виктор Александрович, это уже паранойя. Мы же не звери, — полковник похлопал его по плечу. — Вика сама вам всё объяснит. Она ночь не спала. Надо было дать ей прийти в себя. И да, мы думали, как вам сказать. Хорошо, что мы нашли взаимопонимание. Правда?

Профессор кивнул. Словам полковника он поверил лишь отчасти. Но тот был прав. Поднимать эту тему дальше не стоило. Разобрались, и слава богу. Теперь поскорее бы увидеть Вику.

Подземными коридорами полковник довёл профессора до той части базы, где бывать ему приходилось постоянно. Переговорные — там с коллегами обсуждали научные вопросы, там же планировали эксперименты. Дальше по коридору начинались лабораторные боксы. Полковник отворил дверь такой переговорной, и сердце профессора пропустило удар. Там за одним из столиков в сопровождении конвоя из двух военных сидела она.

— Папа! — Вика подскочила с кресла и кинулась к нему навстречу. Живая и здоровая.

Профессор радостно прижал к себе дочь. Щеке сделалось мокро. Он понял, что Вика плачет.

— Ну всё, милая, не надо, — ласково баюкал он её, не заметив, как слезинка скатилась и по его лицу. — Теперь всё будет хорошо. Здесь ты в безопасности.

— Алекс… — всхлипнула Вика в последний раз и немного отстранилась. — Эти ублюдки забрали его. Ты поможешь мне его вытащить?

Моя дочь! Профессор с гордостью посмотрел на раскрасневшуюся Вику. Вместе с радостью от встречи в её глазах плескалась злость и решимость действовать. И ей было плевать на то, как изменился мир, сколько мутантов там бродит и на новые законы военного времени. Если ей будет нужно, то она разнесёт тут всё, но с пути не свернёт.

— Я его должник до самой смерти, милая. Так что мы обязательно что-нибудь придумаем.

Глава 8

— Ты внедрила себе гены регенерации? — поинтересовался отец, разворачивая к Вике монитор.

В исследовательском блоке они сейчас были вдвоём. А на экранах медленно вращалась 3D-структура Викиной триплекс-ДНК. Рядом красовался список задействованных генов. Ещё прошлой ночью военные взяли у неё анализы. Вот и результат подоспел.

Вчера день прошёл скомкано. После короткой беседы с отцом она добилась встречи с Машей и Сергеем, а потом её отправили отсыпаться. Утром Вика отправилась к отцу в лабораторию и тут же получила выговор.

Отец строго посмотрел на неё и покачал головой. Вика этот взгляд знала. Всегда он так смотрел, когда считал, что дочь сильно не права.

— Усиленная регенерация спасла Алексу жизнь, лишать себя такого преимущества глупо!

— А гены псионики тоже были так необходимы? — продолжал отец, недовольно тыча в экран. — Ты что, не видела деструкцию ДНК Инги? Мы трансформировали геном Алекса, потому что некуда было деваться, он умирал. А если бы деструкция началась у тебя?

Вика развела руками. Отец был прав, но в то же время… где бы они были сейчас, если бы не рискнули?

— На тот момент, когда Алекс меня спас, у него было уже две мутации. И ничего. Как новенький. У него хорошая прогностическая модель на базе мощной нейронки. Я ему доверяла. А почему случилась деструкция у Инги, мы не знали. Может, это индивидуальная невосприимчивость к мутациям.

— Мы до сих пор не знаем, — проговорил профессор. — Знаем только, что кто-то может вынести пять трансформаций и обойтись без стабилизирующего белка. А кто-то не может выдержать и одной. Как Инга, или эта ваша…

— Маша, — напомнила Вика. — Кстати, интересная у неё способность, практически спасла нас от NAVY…

Вика задумалась вспоминая. Сергей принял решение вступить в ряды военных, и Маша последовала за ним. Способности нюхачки пригодились бы в разведывательном отряде. Только вот по силам ли ей такое? В подготовку входят ежедневные тренировки и армейская дисциплина. Не каждый выдержит. И тем более странно было видеть в рядах новобранцев Ингу. Эта робкая девушка совсем не подходила для боя. Пусть и уложила в бою с десяток хищных тварей. Но видимо, другого выхода у не было. Здесь лучше сотрудничать, лояльных мутантов на базе ценили и давали все свободы наравне с другими бойцами. Конечно, после разговора по душам со спецслужбами. Вика поёжилась. Вспомнила, как после бессонной ночи её сразу потащили на допрос. Она выложила им многое, да и вообще всё рассказала бы, если бы догадались задать правильные вопросы.

Отец расценил задумчивость Вики по-своему.

— Хочешь внедрить себе её мутацию?

Вика чуть не бросила крутившееся на языке «надо будет — внедрю». Так она привыкла огрызаться с Алексом. Но

— Я же о тебе волнуюсь, — произнёс тот, уже примирительно.

— Знаю, я буду осторожна, — кивнула она и спросила. — Как думаешь, у нас есть хоть какой-то шанс одолеть NAVY?

— Одолеть. Тут разобраться бы, — отец грустно улыбнулся вздохнул. — А наворотили они, голова пухнет. Сама скоро увидишь. Полковник уже одобрил тебе допуск в систему. Посмотри там каталог мутаций. Допуск пока базовый, а есть ещё то, что засекретили. Телепатия, психоэнергетическое воздействие… Я вообще не понимаю, что это за чертовщина! Мы и подумать не могли, что у людей могут быть такие способности. А насчёт «одолеть»: создаётся впечатление, что для NAVY этот геноцид, который они устроили, не конечная цель, а сырое исследование, сбор данных. Большой эксперимент, чтобы понять, как оно работает. Собрать статистику на миллиардах подопытных. А потом изучить удачные мутации.

— Ясно, почему они пытались взять вас живыми. Тоже ведут сбор мутантов, — произнесла Вика. — Только вот они как будто знали, что мы там, и прилетели конкретно за Таисией. Откуда? Вот это непонятно…

Профессор пожал плечами:

— Логичнее звучит, что они решили наведаться в свой центр. С другой стороны, зачем так рисковать, ведь эта территория подконтрольна нашим. Загадка.

— Таисия была уверена, что пришли за ней, — напомнила Вика.

— Да, удивительная у неё мутация. У нас такой в каталоге нет. Зато есть другие, — отец встрепенулся, вспомнив невысказанную мысль. — Так вот к чему я. Их эксперимент не закончен. Значит, какое-то время у нас есть.

— С геном белка репарации мы очень продвинулись, — заметила Вика. — Но мы до сих пор не понимаем принципы работы нейровируса. Есть чип, есть команда от него. Вроде как «кодовое слово». Но чтобы организм начал мутировать, нам нужно извлечь это «слово» из программы чипа NAVY и передать на чип реципиента. И тут же начинается рост триплекс-ДНК, активируются спящие гены. Я эту технологию не понимаю! Как будто мы что-то упускаем.

— Упускаем. Тут нужно отказаться от догм, которые мы с тобой заучили, — вздохнул отец и развёл руками. — Или хотя бы принять, что наше понимание генетического кода довольно узкое.

— Неужели тебе что-то удалось нарыть? — Вика чуть не подпрыгнула на месте.

Они с Алексом, конечно, отправили отцу все материалы, которые нашли. Но Вика сама их трижды перелопатила. Да так и не смогла ничего выжать, кроме кода гена репарации.

— Немного, но это интересно, — с довольной улыбкой кивнул отец. — Ты не могла найти, потому что тут нужно несколько иное оборудование. Пойдём, покажу.

Он провёл Вику к капсуле, густо облепленной каким-то оборудованием.

— Это под моим руководством ребята-физики собрали Франкенштейна, — улыбнулся отец. — Так вышло, что раньше я смеялся над твоими исследованиями биополей. Считал, что навеяло тебе занятиями кунг-фу. А теперь и сам туда же. Последние события заставили, так сказать, расширить горизонты.

— И что это за… оборудование? — поинтересовалась Вика, разглядывая всевозможные датчики, пристроенные к капсуле.

— Я не знал, где именно искать. Потому здесь практически всё, что можно измерить, — махнул рукой отец. — Магнитные поля, в том числе. Вот они и выстрелили. Одновременно с активацией «кодового слова» с чипа мы зафиксировали слабый электромагнитный сигнал. И сигнал этот отличается в зависимости от используемого «кодового слова». Проще говоря, у разных мутаций сигнал разный. А потом начинается всплеск активности ДНК и её перестройка. Значит, что-то в организме этот сигнал принимает. Я в реальном времени проследил, где именно происходит эта активность. И нашёл!

— И где же? — Вика поймала себя на том, что закусила губу от нетерпения. Вот уж любил отец прочитать лекцию, перед тем как рассказать самое интересное!

— В некодирующих областях ДНК, интронах. Где, как мы долгое время считали, находится генетический мусор, а потом обнаружили регуляторные последовательности.

— Какой-то новый, неизвестный тип регуляторных генов? — задумалась Вика и скрестила руки на груди. — Которые могут реагировать на этот сигнал?

— Понимаю, звучит бредово, — признался отец. Но я несколько раз проверил результаты. И всё повторилось. Идёт сигнал, начинается активность в интронах, а потом происходит трансформация ДНК. Так что мы имеем дело с новым видом регуляторных транскрипционных факторов. Я назвал их квази-гены.

— Для квази-науки… — не удержалась Вика. — Нет, я верю твоим исследованиям. Просто…

— Просто в последнее время всё перевернулось с ног на голову, — закончил за неё отец. — Но зато у нас теперь есть направление, куда двигаться. Если мы разберёмся в устройстве этих квази-генов, то, может быть, поймём, как избежать деструкции ДНК.

— Ещё важна последовательность внедрения мутаций, — вспомнила Вика. — Алекс экспериментировал при мне со своей прогностической моделью. Если бы он вначале не обзавёлся регенерацией, то от генов электричества у него началась бы деструкция. Возможно, есть поддерживающие и мешающие друг другу мутации.

— Если нам удастся понять механизм, мы сможем получать реципиентов с множественными мутациями, — глаза отца загорелись. — Репарирующий ген — это хорошо. Но после применения репарирующего белка дальнейший мутагенез невозможен. А тут…

Он прервался и начал что-то строчить на спейсере:

— Мы запланируем серию экспериментов! Каталог мутаций у нас есть. Будем тренироваться на собаках. Пробовать разные сочетания.

— А потом на людях? — хмыкнула Вика. — Сделаем идеальных бойцов-мутантов?

Она уже успела ознакомиться с экспериментами правительства по внедрению мутаций. И количестве жертв. Если бы не вовремя подоспевшие данные по репарирующему белку, их было бы гораздо больше.

— Придётся, — замечание несколько охладило пыл отца, он уже спокойно и серьёзно продолжил. — Да, это не этично. Но идёт война. На карту поставлено будущее человечества. Пойми, дорогая, если мы не пройдём по пути NAVY, мы ничего не сможем им противопоставить.

— Главное в конце этого пути самим не стать как NAVY, — произнесла Вика

— Я помню. Если долго смотреть в бездну, бездна начинает смотреть в тебя, — отец грустно улыбнулся. — Но надо понимать: как раньше уже никогда не будет.

Вика кивнула.

Поэтому они с Алексом и внедрили себе мутации. Но это был их выбор, осознанный. А тут…

— Я изучу каталог и погоняю по прогностической модели, — предложила она.

Каталогом мутаций Вика занялась сразу после обеда, уединившись в кабинете отца. Но работать там оказалось невозможно: каждую минуту кто-то приходил, что-то спрашивал и дёргал его, отвлекая и Вику. Она решила устроиться в лабораторном блоке, но и там не было покоя, постоянно шныряли и суетились сотрудники. В итоге, она решила уйти к себе. Что ей мешает просмотреть информацию там?

В жилом корпусе Вике выделили небольшую комнатку. Серые стены, кровать, стол и стул. Мизерный шкаф для одежды и личных вещей. Хотя складывать туда было особо нечего. Судя по аскетичности,

Вика устроилась на узкой кровати и открыла виджет.

Каталог мутаций был впечатляющим. Долго же всё это разбирать. Способности Таисии там не было, может быть в секретном списке. Что ж, это только подтверждает её уникальность. Значит, NAVY как раз за такими и охотятся. Регенерацию и управление электричеством Вика нашла, у правительства было несколько таких мутантов. И псионическая способность тоже встретилась. Правда, только у одного мутанта.

Интересно, какой у него диапазон чувствительности?

Вика открыла виджет со своей статистикой и обнаружила, что её собственный радиус восприимчивости увеличился до ста пятидесяти метров. Надо же! Было сто! После той ночи подросло. То, что тренировка подстёгивает рост способностей, они с Алексом уже поняли. А стресс, видимо, выступает дополнительным катализатором. Иначе как объяснить, что за одну ночь радиус увеличился в полтора раза?

Конечно, это не поможет найти Алекса и даже Кешу. Хотя связь с ним у неё явно сильнее. Он всегда ярко выделялся среди других сигнатур. Но тренироваться всё равно нужно. Вика решила сделать перерыв в работе и, например, попробовать почувствовать псионика военных.

Сначала она просто пыталась сосредоточиться и смотрела на виджет. Нейронка исправно показывала сигнатуры, но и только. Что тут можно сделать, чтобы прокачать способность? Вика попробовала найти среди них самую яркую, того псионика-мутанта из списка, но не смогла. Наверное, находится за пределом радиуса. Где-то внутри кольнула догадка, и Вика, помаявшись немного, полезла в каталог. Проверила обновление. Ну точно! Данные по псионической мутации были добавлены меньше суток назад. Ну а что? Она тоже мутант и подходит для каталога. Пока военные решили, что как генетик она принесёт больше пользы.

Вика отложила спейсер.

— Дарья, отключи виджет и не беспокой меня в течение получаса. Нет, пока сама не позову.

— Хорошо, Вика, — приняла команду нейронка.

Вика села и закрыла глаза. Ей не терпелось попробовать кое-что. Может быть, так оно и лучше. С виджетами она ни разу не удосужилась самостоятельно оформить в образы те неясные ощущения, которые давала ей способность.

А что, если это только костыли, которые мешают ей ходить? Надо вспомнить.

Как ощущался Кеша? Как приятный светлый комочек, который всё время хотел тепла и кушать. И от этой связи приятно свербило в груди. Вика старалась почувствовать это, но натыкалась на другие ощущения, тоже сгустки, но суетливые, стремящихся куда-то, беспокойные. Через некоторое время её осенило. Это же военные, и работники лаборатории! Виджет сейчас точно бы показал их движение по коридорам, нанёс на карту лабораторных помещений. Но Вике было нужно не это. Она пыталась сосредоточиться и дотянуться всё дальше и дальше, пренебречь расстоянием. В голове промелькнуло: ведь для мысли расстояние не преграда. Может быть, мы сами ограничиваем свои возможности? Если реальны такие вещи, как предвидение, значит, возможно многое. Но ничего не выходило. Вика как будто проваливалась в пустоту, достигая границ своих возможностей. Ощущения смазывались. Наконец в висках застучало, и Вика поняла, что выдохлась.

Чёрт! Так быстро? Ну почему?

В голове звенело. Казалось, ещё немного усилий, и мозг просто взорвётся.

Она, не открывая глаз, вытянула ноги и легла на спину. Хватит. Надо отдохнуть. Просто лежать и ни о чём не думать.

От долгожданного расслабления после таких усилий в голове воцарилась звенящая пустота. И Вика плыла в этой пустоте без единой мысли.

И вдруг её как будто кто-то позвал. Не словами. Что-то словно втекло в сознание, обволокло его мягкой уютной пеленой и потянуло наверх. Миг, и Вика уже видит, как внизу мелькают и суетятся яркие искры.

«Это сотрудники лаборатории, работники базы. Все как на ладони», — подумала она.

Сверху база выглядела как ночной город, подсвеченный огоньками. И тёмная пустота вокруг. Значит, там нет мыслящих существ. Вика не успела расстроиться от этой догадки. Вверху сияло что-то необъятное, большое и мощное. Оно простиралось над землёй и окутывало её светящейся дымкой. Что-то бесконечно родное, и туда, к нему, Вику тянул зов. Он был знакомым, как будто звал близкий человек. Она не могла вспомнить кто. Но знала, что ему можно довериться. Ей было радостно идти на этот зов. А светящаяся пелена обволакивала и наполняла покоем и умиротворением. Вика коснулась её сознанием, и невероятное чувство целостности и гармонии наполнило её.

Мелькнул образ отца, Миши, Алекса. Какие же они несчастные! Они не знали, что можно быть единым целым, всегда быть вместе. Особенно Алекс. Яркая одинокая точка. Всегда одинокая.

Вика вспомнила, что хотела найти его…

— Ты меня слышишь? Вика! Вика!

Чей-то резкий и невыносимо громкий голос выдернул её из виде́ния. Вика с трудом разлепила веки и поняла, что её трясут за плечо. Перед глазами из расплывчатых кругов собрался образ отца.

— Чёрт! Папа! Как ты вошёл? Зачем помешал мне? Я почти… — накинулась она на отца и тут же осеклась. Рядом с ним маячило второе, очень хорошо знакомое лицо. Этот полковник, Гарин, кажется, все соки выжал из неё на допросе. Теперь он стоял и внимательно смотрел. Внутри всё сжалось. Вика окончательно пришла в себя.

— Что-то не так? Что случилось?

— Случилось, — проворчал отец. — Ты ушла из блока и не выходила на связь несколько часов. А потом пульс и дыхание замедлились. Вдвое ниже нормы! Виктор Михайлович по моей просьбе открыл дверь мультиключом. А что я должен был думать? Как минимум, что тебя доконали мутации, и ты лежишь здесь, умираешь.

— Замедлились? — пробормотала Вика и скривилась, когда до неё дошло. — А вы отслеживаете мои пульс и дыхание? Местонахождения недостаточно?

— Отслеживаем и будем отслеживать, — спокойно кивнул полковник. — Для вашей же безопасности. При сильном отклонении от нормы нейросеть базы тут же даёт сигнал. О вас с профессором мне лично. Вы разве не понимаете, насколько ценны для государства?

Вика потёрла глаза и села на кровати. Спорить с полковником желания не было.

— Так что случилось? — уже без прежней строгости в голосе спросил отец. — Тебе стало плохо?

— Нет, — помотала головой Вика. — Я проверяла псионическую способность. И нашла что-то странное. Может быть, это окажется полезным. Или поможет вытащить Алекса. Не знаю точно, но нужно попробовать ещё.

Глава 9

Вечером, перед тем как снова попробовать войти в то состояние, Вика легла в медкапсулу. Отец настоял.

— Так мы будем отслеживать твои пульс и давление. Если они упадут до критического уровня, сразу придём на помощь, — заботливо пообещал он.

Вика подумала, что в медитации опытные монахи вполне могли снижать эти показатели,

В этот раз Вика не то что войти в нужное состояние, даже почувствовать ментальную активность людей вокруг с горем пополам смогла.

— Не получается сосредоточиться, — зло заявила она через полчаса мучений, вылезая из капсулы.

— Может быть, не успела восстановиться после сегодняшней попытки? — предположил отец. — Ну ничего, завтра утром попробуем.

Пока Вика обувалась, он успел отойти к группе учёных, возникших на пороге, и начал им что-то втолковывать.

— Да, на кровати в своей комнате оно спокойнее, — тихо заметил полковник Гарин и чуть улыбнулся.

Вика надеялась, что поняла его улыбку правильно. Не стала засиживаться за работой в ночь и сразу легла спать. А утром попросила Дарью разбудить её на два часа раньше. На базе стояла ментальная тишина. Сигнатуры спящих людей и даже бодрствующих охранников светились не так ярко. Действительно, идеальное время для эксперимента.

В этот раз вместо того чтобы сосредоточиться, как раньше, Вика глубоко выдохнула и постаралась расслабиться. Она вспомнила своего китайского наставника Хань Ли, который учил её медитации. Внутри неприятно кольнуло. Не надо было забрасывать занятия. А она увлеклась наукой. Писала диссертацию. Перестала появляться на занятиях и всё позабыла. Позабыла, что самое главное это молчание ума и концентрация на том, что внутри.

Череда глубоких выдохов-вдохов, и мысли остановились. Вика не стала специально вызывать картинку, а просто поплыла внутри мысленной пустоты. Это состояние учитель Ли называл «внутреннее море сознания». Нужно дать течению самому повести тебя. Раньше она просто отдыхала в этом состоянии, успокаивала мысли, училась концентрации. Но теперь всё изменилось. Наверное, это из-за мутации. Сияние не заставило себя ждать, оно накрыло мягкой пеленой и приняло в себя. Молочно-белая гладь вокруг, и Вика, парящая в этом пространстве, как во сне. Тела здесь не было, только сознание. Но при этом всё вокруг казалось плотным, почти материальным. По белому туману бежали яркие разноцветные всполохи, придающие ему пульсацию, как живому. А на горизонте Вика разглядела что-то огромное, светящееся золотым. Она сама чуть не устремилась туда, но почувствовала, как её будто что-то дёрнуло. Лёгкое покалывание, и как будто кто-то коснулся её. Не в прямом смысле, а сознанием, мыслью. Это было странное ощущение.

Как будто снова кто-то позвал. Но не словами. По крайней мере, она не могла облечь это в слова. Чужое присутствие ощущалось как внимание, как будто кто-то тянет её к себе. И этот кто-то снова казался знакомым. Вика потянулась к нему, и на сознание вдруг обрушился поток картинок: тлеющие на можжевеловой подставке благовония, резная мозаика — два дракона, танцующие вокруг чёрной и белой жемчужины, высокие окна, прикрытые тканевыми шторами светло-зелёного цвета. Вот штору отодвигает рука с длинными сухими пальцами и видно улицу, забитую брошенными машинами. Площадь непривычно пуста. А раньше Вика даже представить её не могла без толпы народа. И Детский мир она признала не сразу, без баннеров и голограмм, он выглядел безжизненным и серым.

И снова кольнуло ощущение чужого присутствия. Только теперь оно как будто двоилось. Мягкое и знакомое, пытающееся коснуться её сознания, и второе, тяжёлое, как наползающая из углов темнота. А потом темнота плюнула чёрной кляксой, и зов оборвался. Картинка тут же разрушилась. Никакого свечения, плывущего тумана и разноцветных всполохов. Но Вика уже поняла, кто её звал.

— Мастер Ли! — не выдержала она, крикнула.

И собственный голос больно резанул по нервам. Вика открыла глаза: тесное пространство спальни, серые стены, узкая кровать.

Она поднялась с кровати и села, потирая виски. В голове гудело. Вика поняла, где-то место, что ей показывали. И тут же её накрыли страх, вина и стыд одновременно. Сколько старый китаец с ней возился! Даже отец, кажется, к нему ревновал, когда она пропадала на занятиях. А потом забросила, и ни разу в центр не зашла. Пусть Вика не знала его адрес, могла хотя бы подумать о нём после инцидента. Ведь он должен был выжить! Но теперь-то она знает, где его искать. А ещё ему угрожает опасность! Та чёрная клякса!

Наскоро одевшись, Вика посмотрела по карте базы положение отца. В лаборатории. Уже не спит. Она выскочила из блока, пронеслась мимо удивлённого охранника и поспешила дальше по коридору.

Сомнения накрыли по дороге.

Может, она сама всё придумала, пытаясь играть со способностями? Это ведь был почти сон. Но то пространство казалось таким реальным.

Вика сбавила темп и вошла в переговорную. По счастью, ранним утром та ещё пустовала. Уселась в кресло, и мысленно молясь, чтобы никто не вошёл, закрыла глаза. Расслабилась. Попробовала войти в то состояние и не смогла.

Чёрт! Почему не получается? А что если?

Догадка была неприятная, но Вика сразу кинулась проверять. Активировала интерфейс способности в нейронке. Ну точно! Сигнатуры вокруг были блёклыми и терялись метров через тридцать. А ведь её предельный радиус сто пятьдесят. Как будто истратился заряд энергии, которая позволила ей совершить путешествие в море сознания. Ей это и на занятиях с мастером Ли удавалось не каждый раз. А теперь, после такого яркого видения, вполне возможно, что она просто потратила энергию. Даже на прежние возможности сил не хватает. Чтобы всё проверить, придётся ждать. Но сколько? У Алекса ведь был виджет: что-то вроде батарейки. На её программу такой не прикрутили. Поэтому сколько ждать, неизвестно. А если потом будет поздно? Во что превратилась Москва после инцидента, Вика помнила хорошо. Поэтому она решительно поднялась из кресла и пошла к отцу.

— Я правильно понимаю: ты хочешь, чтобы я убедил полковника организовать вылет десантной группы в Москву? Причём как можно скорее? — подытожил её торопливый рассказ отец.

— Именно, — кивнула Вика. — Я знаю, что звучит немного бредово. Но пару недель назад то, что происходит с нами сейчас, тоже казалось бы бредовым. Однако ты сам видишь, что творится.

— Я не про это, — отец нетерпеливо махнул рукой. — Вертолёт и боевая группа — это ресурс. Чем мы можем доказать, дело стоит того? Они ведь даже не стали тратить силы, чтобы разобрать завалы, когда я отправил их на твои поиски. А моя лояльность была им очень нужна. А тут… Как ты сможешь доказать им, что твоё видение не просто сон? А может, ты и правда просто хочешь увидеть своего бывшего учителя?

— Не бывшего! — перебила Вика.

— Да ты год там не была! — напомнил отец.

Вика покачала головой и поморщилась.

— Все мы потеряли точку опоры, — продолжал отец. — Ты потеряла Алекса и ничего не

Вика почувствовала, как у неё зарделись щёки. Он не верит! И разговаривает с ней, как с маленькой!

— А ты ещё недостаточно видел невозможного? — почти выкрикнула Вика. — Мастер Ли никогда не отрицал таких вещей, как эмпатия. Ещё раньше, до инцидента, в медитации нам иногда удавалось почувствовать друг друга. Так чего удивительного в эмпатической связи сейчас? И на него кто-то напал. Может быть, он сейчас умирает, пока мы тут рассуждаем!

Лицо отца приобрело каменное выражение. Вика приготовилась стоять насмерть, но ответить он не успел. В лабораторию вошёл полковник Гарин.

— Что у вас за баталии? — доброжелательно поинтересовался он.

Вика повернулась к нему и без предисловий заявила:

— Нужен вертолёт и десантная группа в самое ближайшее время. Тут недалеко, в Москве, Лубянка. Нужно действовать быстро, если вы не хотите потерять возможность получить мощного псионика в свои ряды. На него кто-то напал.

— То есть, вам удалось выйти на связь? — уточнил Гарин.

— Нет, у неё просто было видение. Непонятно, реально оно или нет, — ответил за неё отец.

— Папа! — такого Вика не ожидала. На чьей он стороне? Это же… предательство!

— Но если есть хоть какой-то шанс, лучше проверить. — А вот Гарин Вику удивил.

— Да вы послушайте! — не согласился отец. — Вика, расскажи.

— Не надо, я всё слышал, — полковник чуть улыбнулся и кивнул на потолочную камеру. — Сможем собрать команду для вертолёта через полчаса. Я уже отдал распоряжения.

Вику едва удержалась от радостного возгласа. Сдержанно поблагодарила:

— Спасибо. Я успею собраться через пятнадцать минут.

— Она не полетит, — отец даже не смотрел на неё, только на полковника.

Да что ж такое!

— Может быть, я сама решу? — вскинулась Вика. — Кто поможет им найти мастера Ли? Другого псионика на базе нет.

— У вас взрослая дочь, Виктор Александрович. И она не такая беззащитная, как вы думаете, — заметил полковник. — Они на пару с тем молодым человеком отбили коптер у отряда спецназа.

— Ваш спецназ — это одно. А эти твари — другое. Те, что не сдохли, продолжают развиваться. И с каждым днём становятся всё опаснее. У меня волосы дыбом встают от тех тварей, что вы привозите на базу. И я в медблоке видел, какими возвращаются ваши бойцы из подобных рейдов, — твёрдо ответил профессор. — А иногда и не возвращаются.

— Это война, на ней случаются потери, — добродушность с лица полковника спала, а взгляд стал твёрдым. — Но это не рейд, когда мы летим на захват опасного мутанта. Центр уже зачистили и толпы адских тварей больше не разгуливают по улицам.

— При всём уважении, — поджал губы отец. — Вы не могли проверить каждую квартиру. А на этого китайца явно кто-то напал!

— Хорошо, определённый риск есть, — кивнул Гарин. — Но если вы так волнуетесь, я дам вашей дочери телохранителя, одного и из бойцов-суперов. Он ни на шаг от неё не отойдёт. Парень опытный, в старом мире прошёл горячие точки. И столкновения с мутантами для него дело уже привычное.

— Суперов? — удивлённо подняла бровь Вика.

— Ну не мутантами же их обзывать, — усмехнулся полковник.

Отец собрался что-то возразить, и Вика поспешила поставить точку в споре.

— Я согласна. Пойду собираться.

С этими словами она вышла из лаборатории. Если она правильно поняла, полковник очень хотел заполучить мутанта, который мог поддерживать псионическую связь на таком большом расстоянии. Только вот чипа у мастера Ли не было. Но об этом воякам лучше не знать.

Боец, присланный полковником Гариным, перехватил её ещё в коридоре. Он сообщил, что собираться к полёту Вике следует не в своей комнате, а в оружейной. Там ей выдали необходимую экипировку: броня «Гермес», которая оказалась неожиданно лёгкой и почти не сковывала движений, игломёт, тактический нож и медицинскую укладку. В ней нашлись капсулы препарата для мутантов. Вика хмыкнула: здешней разработки. Ничего особенного: жаропонижающее и поддерживающее. И вот несколько капсул стимулятора, помеченные красным, значит экстренно применение, её заинтересовали. А учёные здесь не просто так штаны просиживают! Одну она зарядила в автомед. Мало ли как пойдут дела.

— Это капитан Волков. — На выходе из оружейной Вику встретил полковник с мужчиной средних лет, тоже экипированным в броню. В чёрных волосах пробивалась седина. Взгляд прямой и цепкий. Посмотрел он на Вику, и внутри всё неприятно сжалось. Она поёжилась. Взгляд дополнялся суровым выражением грубого, будто из камня высеченного лица.

— Пока не началась операция, можно Кирилл, — военный вдруг улыбнулся и протянул руку.

Никогда ещё Вика не видела так разительно меняющихся от улыбки лиц. Из взгляда мигом исчезла эта суровость, а лицо уже не казалось таким грубым, даже симпатичным. Ещё эта забавная щербинка между зубами. Вика пожала тёплую ладонь. От капитана исходило ощущение надёжности. С таким и правда можно пойти на штурм и быть уверенным: прикроет.

— Идёмте, времени в обрез, — полковник Гарин тоже чуть улыбнулся и подхватил Вику под руку. — К локальной сети группы вас подключат уже в вертолёте. Капитана Волкова слушать беспрекословно, это гарантия вашей безопасности. Лучшего бойца с вами отправляю!

— А какая мутация у капитана? — поинтересовалась Вика.

— Супер-скорость! — идущий впереди Волков обернулся и озорно подмигнул Вике.

— И слышит боец хорошо, — заметил полковник Гарин. — Да, скорость реакции у капитана в несколько раз превышает предельную человеческую. Это большое преимущество и в стрельбе, и в контактном бою.

Вика кивнула, у Николая была похожая мутация.

На площадке всё уже было готово, бойцы ожидали у вертолёта, а неподалёку стоял отец. Вид у него был недовольный, руки скрещены на груди. Наверное, пришёл отбивать дочь у полковника. С него станется. Вика отвернулась и хотела быстро проследовать к вертолёту, чтобы отец в последний момент не помешал. Но полковник Гарин схватил её за локоть и подтолкнул в сторону.

— Иди с отцом попрощайся! Переживает же!

Вика оторопела.

— Он же против был…

— Будут свои дети — поймёшь, — тихо проговорил Гарин и добавил уже громче: — У тебя одна минута! Ну! Давай быстрее.

Вика подошла к отцу, и сразу стало как-то неловко. Она почувствовала, как невольно сутулится и прячет руки за спину. В детстве всегда так делала, после очередной шалости. А ребёнком Вика была крайне непоседливым и упрямым. Ох и намаялся с ней отец, пока за ум взялась!

— Пап, — в горле пересохло, и слова застряли. — Мне правда очень надо лететь. Только моё чутьё поможет найти мастера Ли.

Лицо отца оттаяло. Разгладилась складка между бровей. А взгляд потеплел.

— Останься, справятся там и без тебя. Описание вида

— Пап, я вернусь, обещаю, — Вика кинулась к отцу и быстро обняла. А потом побежала к вертолёту. Не оглядываясь. В руках ещё хранилось ощущение напряжённого как струна, тела.

— Я вернусь, пап. Обязательно вернусь. Это всего лишь небольшая вылазка в город. Заберём мастера Ли — и обратно. Что может случиться, — бормотала себе под нос Вика.

Капитан Волков подал ей руку, чтобы помочь забраться в вертолёт. Чуть заметно улыбнулся. От тяжёлого после прощания с отцом сердца отлегло. И правда, чего это она? Как будто на войну собралась. Десять минут туда и столько же обратно. Максимум час на то, чтобы отыскать Хань Ли. Через часа полтора все будут на базе. Стоило ли оно таких споров и переживаний!

Волков уселся рядом с Викой и сообщил:

— Сейчас добавим тебя в канал для связи. Мой позывной — Волк. Ну, ты поняла почему. Позывной командира — Док. Его приказов слушаться беспрекословно. И моих тоже.

Теперь он был серьёзен. Без всяких улыбок.

Вика кивнула и подключилась к каналу. Тут же на виджете появился чат и запрос указать точное место. Пока на карте красовалось пятно широкого радиуса, накрывая район Китай-города. Вика повертела 3D-карту, приблизила, рассматривая площадь, Детский мир. А потом отметила дом, у которого должен быть такой вид из окна, как в медитации. Ещё повертела карту. Да, точно здесь.

Тем временем вертушка загудела, оживая, и оторвалась от площадки.

Внизу остались корпуса базы, вертолёт пронёсся над лесом и вылетел к шоссе. Мобили, замершие на трассе без движения, напоминали о случившемся. Вика отвернулась от окна, отстранилась от мыслей и прикрыла глаза, стараясь дышать глубоко и спокойно. Скоро ей нужно будет задействовать псионику, чтобы найти мастера Ли. Лучше использовать свободное время для восстановления.

— План такой, — раздался в наушнике голос Волкова, и Вика тут же встрепенулась. — Ближайшая вертолётная площадка в километре от нужной нам точки. Поэтому мы просто зависнем над домом, высадимся на крышу. Пилот будет ждать нас здесь, просто уведёт машину чуть выше. Будем надеяться, что всё пройдёт гладко.

И тут первая пара бойцов встала и начала пристёгиваться к лебёдке.

— Что уже? — Вика увидела в окне Детский мир и вся подобралась, готовая к предстоящему. Последний рывок! Только бы найти мастера Ли!

— Приготовься! — приказал Волков. — И сделай свою модель визуализации доступной для бойцов.

Вика вывела на виджет сигнатуры ментальной активности. Добавила в общий канал. Так же, как они когда-то делали с Алексом. Сигнатуры внизу не появились, видимо, не хватало радиуса чувствительности. Следующая пара бойцов спустилась, и Волков кивнул Вике.

Когда они оказались на крыше, десантники уже вскрыли дверь, ведущую на лестницу. Вика прислушалась к себе. В какой-то момент она как будто уловила чьё-то присутствие. Но ощущение тут же ускользнуло. Сигнатур на карте, включая Вику, по-прежнему было шесть. Пора бы уже почувствовать мастера Ли, или она ещё не восстановилась? Неужели не тот дом? Или… случилось самое страшное?

— Чисто! Заходим! — раздалось по связи, и они с капитаном устремились к двери.

Оказавшись на лестнице, Вика чуть не оступилась, прислушиваясь к себе. Явно было какое-то ощущение. Только неясное. Сигнатуры появились, когда группа преодолевала следующий пролёт.

— Есть! — обрадовалась Вика. — Там внизу, этажей на пять ниже. Только… их три.

— Не спеши. Первыми идут бойцы. Ты держишься рядом со мной, — осадил её Волков.

«Три! Сигнатуры точно три! — стучало у Вики в висках. — В видении на мастера Ли напали. Он в опасности!»

Десантники ступали по лестничным ступеням быстро и мягко. И пусть живые объекты были прорисованы на карте, бойцы по привычке оглядывались по сторонам. Нейронка, построив приблизительную схему здания, поместила три сигнатуры в квартиру этажом ниже.

Сердце Вики забилось быстрее. Ещё немного!

И тут Волков поднял руку, чтобы она остановилась. В наушниках раздалось:

— У наших целей зафиксирован один сигнал с чипа. У остальных по ходу нету.

— Отправь идентификационный запрос.

— Не отвечает.

— Высылай повторный и ждём тридцать секунд.

— Нет ответа.

— Ясно, значит, действуем так. — Одна сигнатура обзавелась зелёным контуром, две других — красным. — Зелёная цель — наш предполагаемый объект. Две красные — обезвредить, при опасности — стрелять на поражение.

Вика вздрогнула, в висках застучало. Логика десантников была понятна: китаец — псионик, значит, мутант и у него есть чип. Остальные, скорее всего, выжившие мародёры без чипов. Нужно сказать, пока не случилось непоправимого!

— У мастера Ли нет чипа!

Вика подумала, что её не услышали, потому что в эфире повисла тишина. Она хотела повторить вопрос, но тут в наушнике раздался голос десантника с позывным Док (нейронка подсветила значок командира на виджете).

— Ты уверена? Он же псионик.

— Да. Он был противником чипов. У нас с ним просто связь из-за меня, наверное. Это надо изучить, — выпалила Вика.

Через секунд десять голос командира уверенно произнёс.

— Смена целей. Одна из зелёных — наш китаец. По красной — на поражение. Рэд и Тоха, вскрывайте дверь, остальные стоять на месте.

Вика замерла в ожидании, как вдруг в виски словно воткнулись стальные иглы. Она повалилась на ступеньки и поняла, что теряет сознание. И тут вспомнила, как совсем недавно уже испытывала такое, тогда на базе NAVY, и снова доверилась телу. На этот раз получилось отследить, как всё происходит. В солнечном сплетении что-то словно сжалось, а потом расправилось и окутало тело поволокой. Сзади грузно шлёпнуло, как будто мешок картошки уронили. Вика повернула голову и увидела, что рядом с ней упал капитан Волков. Пришло запоздалое понимание: их атаковали. Весь отряд лежит сейчас на ступеньках и ничего не может сделать! Кроме неё. А там, в квартире мощный псионик. Он захватил мастера Ли и напал на отряд. Что Вика может ему противопоставить?

Но вдруг в наушниках раздалось:

— Коршун, это Волк. Все бойцы выведены из строя, миссия под угрозой. Мы столкнулись с мощным псиоником. Вызывай вторую вертушку. Приготовься забрать меня с Викой.

И короткий ответ:

— Волк, это Коршун. Принято.

Этот капитан, что, может сопротивляться воздействию?

— Кирилл, я в сознании, — быстро набрала Вика. От чего-то она назвала бойца по имени.

— Отлично, — тут же отозвался тот. — Поднимаемся и уходим.

И тут дверь внизу отворилась.

— Добей их, Женечка, — раздался тонкий женский голос.

Ответил ему мужской бас:

— Чёрт! У них броня какая-то. Спецназовцы! Я говорил тебе с вертолёта они! А ты как жрёшь, так ничего не слышишь!

Вика только через секунду сообразила, что эта серая тень, мелькнувшая перед глазами — Волков. Только что лежал рядом — и уже

— Не дёргайся! Пристрелю.

Вика поднялась и поняла, что перед глазами кружится, а к горлу подкатывает тошнота.

— Надо же! — в ответ раздался женский голос. Такой приторно-сладкий, что Вику затошнило ещё сильнее. — Раньше никто не мог сопротивляться мне. А сегодня сразу трое. Ну ничего, тем вы вкуснее!

— Брось свои фокусы, тварь! Иначе я разнесу ему башку!

Вика ухватилась за перила лестницы, чтобы не упасть. Голова шла кругом, перед глазами потемнело. Она спустилась на несколько ступеней вниз.

Там, тяжело дыша, стоял Волков. Он держал в захвате крупного мужчину. Светлые волосы пленника были выпачканы крови. На щеке красовалась ссадина.

«Вика, уходи наверх. К вертолёту», — упало в чат сообщение.

— Ну! — Волков сильнее сжал горло пленника и тот захрипел. — Убрала свои щупальца от нас!

Забрало шлема капитан приподнял, и было видно его красное от натуги лицо. Стало ясно, что держится он с трудом. Под таким давлением и с обычной скоростью идти ноги заплетаются, а он вон как скакнул. Последние силы вложил. Он бы и до двери добежал, то тварь давила прессом. Вика еле шевелилась, а ближе к мутантке, наверное, ещё тяжелее.

— На счёт три делаю в его башке дырку. Раз! — прохрипел Волков и посмотрел на Вику. Та, шатаясь, попыталась отступить.

— Только попробуй, урод! — прошипело из-за двери. Медовый голосок теперь сочился ненавистью.

Вике показалось, что её отпустило. По крайней мере, давление ослабили. И следующий шаг сделать оказалось легче. Визгливый голос заставил Вику замереть на месте:

— Если тронешь его, я прикончу вашего китайца. Вы ведь за ним пожаловали?

— Мастер Ли! — не удержалась от возгласа Вика.

— Ага, мастер этот твой ещё дышит, — кривляясь сообщил голос из-за двери. — Но если вы не отпустите Женю…

«Переговоры помогут только выиграть время! Уходи! Она сильнее,» — написал в чат Волков, а вслух произнёс:

— У нас там наверху вертолёт, и мы связались с нашими. Через пять минут будет ещё одна вертушка. Уже по-другому укомплектованная. Вы из этой квартиры живыми не выйдете, так что давай так. Ты отдаёшь китайца, я выношу бойцов, и мы улетаем. Твоего дружка оставим на крыше. Заберёшь. Вы нам на хрен не сдались.

Пока Волков заговаривал твари зубы, Вика, собравшись с силами, сосредоточилась. Увидела сигнатуры.

Две рядом с ней и две за дверью. Одна слабая, еле мерцающая, говорила о том, что человек без сознания. И вторая, яркая. Таких ярких Вика не видела никогда. А эта тварь сильная! Потом Вика разглядела ещё слабое свечение лежащих без сознания бойцов спецназа. Живы. Тварь только оглушила их. Почему-то вместо облегчения Вика почувствовала беспокойство. И вдруг поняла, что не так: от светящихся пятен поверженных бойцов тянулись тонкие ниточки и уходили за дверь. По ним текли золотистые искры и сливались с больши́м ярким шаром.

Чёрт!

«У меня плохие новости! — набрала Вика в чат. — Она не просто давит, а питается нами и становится сильнее».

«Ясно. Мы её не одолеем. Уходи! Это приказ!», — ответил Волков. Он зло сверкнул глазами, и в чат пришло ещё одно сообщение: «Вспомни, что ты обещала отцу вернуться».

Вику аж бросило в дрожь. К горлу подступил комок. Она кивнула и двинулась назад, бросив взгляд на капитана. Теперь его лицо стремительно бледнело.

— Китайца отдать? Так заходите, забирайте. Он сам-то не очень двигается, — предложил женский голос.

— Сука! — не сдержалась Вика.

— А ты куда собралась? Думаешь, если я за дверью, так ничего не вижу? Ещё рыпнешься, твоему китайцу не поздоровится! — пообещал визгливый голосок. — Никто отсюда не уйдёт!

— Вот тварь! — на этот раз не сдержался Волков. — «Она тоже тянет время. Чтобы больше силы у нас высосать.»

— Ты понимаешь, что через пять минут все вы будете покойники? — поинтересовался Волков. Как он ещё стоял на ногах, Вика не понимала. Сигнатура его бледнела на глазах.

Ну раз так, тварь! Мы ещё посмотрим. В голове моментально созрел план. Отвлечь гадину на себя. Побороться. А тем временем Волков сможет пробить псионический барьер и подскочить к двери.

«Даша, стимулятор! Максимально допустимую дозу!»

Вика только успела отдать приказ нейронке, как вдруг накатило. Плотной тяжёлой волной. Метила мутант большей частью в Волкова. Но капитан успел сдержать «обещание», которое дал твари. Раздался выстрел. На пол упали оба. И десантник, и пленник. Вика тоже упала и в какой-то момент чуть не отключилась. Но почувствовала нахлынувшую, уже изнутри, волну. Стимулятор! Вика открыла глаза.

И всё равно было муторно и тошно. Досталось и ей. То, что тварь решится ударить, в планы не входило…

— Женечка! — взвыли из-за двери. — Ты жив⁈ Женя!

Голос приближался. Вика приготовилась и негнущимися пальцами вытащила игломёт. Надо собраться. Только покажись, сука!

Шаги за дверью приблизились, и появилась тонкая бледная рука, а потом и её обладательница. Худая девчушка лет четырнадцати в коротком чёрном платье. Вика сглотнула. Чёрт! Подросток.

Нет. Надо забыть о морали старого мира и стрелять. Теперь либо ты, либо тебя.

И она выстрелила. Игла воткнулась девчонке в плечо. Та взвизгнула и нырнула за дверь. Вика почувствовала, как в голове прояснилось. Ранение отвлекло мутантку.

— Ты не отрубилась, тварь! Сейчас сдохнешь! — пообещала она.

Вика ощущала волны ненависти, исходящие от девчонки. А ведь она соберётся и ударит. Надо подбежать к двери и выстрелить ещё раз. Успеть, пока не одумалась. И тут Вика ощутила ещё кое-что. Вторая сигнатура в квартире засветилась ярче и позвала её. Как тогда в медитации. Тело расслабилось, и сознание послушно упало в мягкую убаюкивающую пелену.

Мгновения не прошло, как Вика снова висела в светящейся дымке. До горизонта простирались белые мягкие волны тумана.

— Мастер Ли!

Из тумана сгустилось облако, и перед Викой появился китаец. Всё такой же, как и год назад. Лёгкая улыбка на сухом лице, покрытом мелкой сетью морщин. Вика и сама вдруг поняла, что обрела в этом пространстве тело. Взглянула на свои руки, в одной по-прежнему был пистолет.

Она тут же вспомнила почему:

— Надо ей помешать! Хотя бы серьёзно ранить, иначе она убьёт нас! Времени мало!

— Время здесь течёт иначе, — успокоил её Хань Ли. — У нас целая вечность, если пожелаем. Я рад видеть тебя в добром здравии. И рад, что ты откликнулась на мой зов.

— Мастер Ли! Простите, что позабыла о вас! — если бы у Вики здесь было полноценное тело, то щёки бы сейчас точно горели.

— Это мне нужно извиниться, — покачал головой китаец. — Я немного подпитал твоё чувство вины, и вот,

— Но теперь мы вместе сможем её добить? — с надеждой спросила Вика.

— В твоём сердце поселилась жестокость, — он снова покачал головой. — Мы должны вывести её к свету. Поможешь мне?

Мастер Ли протянул Вике руку.

Та без колебаний сжала тонкие сухие пальцы, оказавшиеся неожиданно тёплыми.

— Пойдём. Будь осознанной и твёрдой. Как я учил.

И они провалились вниз. Ухнули, словно в бездну.

Когда падение прекратилось, Вика обнаружила себя в тёмном коридоре, вокруг кружили неоновые зайчики, дающие скудное освещение. Хань Ли по-прежнему стоял рядом и держал её за руку. Они прошли совсем немного, и Вика охнула: чуть не наступила на лежащего на полу человека. Он скрючился в позе эмбриона, обхватив колени, и плакал. Взрослый мужчина, в штурмовой броне плакал! Это же один из десантников. Вика чуть не кинулась к нему, но мастер Ли остановил её.

— Так ты ему не поможешь. Это пространство иллюзорно. Смотри.

Он указал на едва заметный поток золотистых искр, которые исходили от лежащего мужчины и устремлялись дальше по коридору.

Вика присмотрелась и обнаружила, что поток искр тянется и от них с Хань Ли.

— Это она так питается! — ахнула она.

— Нам туда, — костлявый палец китайца указал направление. Они последовали за искрами. И чем дальше они шли, тем больше Вике не нравился этот коридор. Чёрные стены в неверном свете пульсировали и, казалось, жили своей жизнью. Неясный шум, который сопровождал их с самого начала, если прислушаться, состоял из множества разных звуков: скрежета, хрипа, стонов, приглушённых криков, мольбы… Вика старалась сосредоточиться на движении и серебристом свечении, исходящем от мастера Ли. Каким-то непостижимым образом один взгляд на китайца её успокаивал. По дороге им попались ещё несколько бойцов, тоже в беспомощном состоянии. В одном из них Вика узнала Волкова и снова чуть не забыла, что здесь обычными средствами ему не помочь.

Скоро из хаотичного шума коридора яркой нотой стал выбиваться шёпот. Сначала чуть слышный, потом всё более громкий и настойчивый, затем он превратился в приказ:

— Иди ко мне! Стань частью меня! Слейся со мной!

— Что бы ты сейчас ни увидела, — сказал мастер Ли. — Не бойся. Это отражение больного разума. Нам просто нужно ему помочь.

И он решительно потянул Вику в тёмный проём коридора.

Она сидела там. На ярко-розовом диване, одетая в чёрное капризная малолетняя девица. Слишком бледная для человека и… какие длинные и тонкие у неё руки и ноги! А голова большая. Чем больше Вика вглядываясь, тем более мерзкие подробности открывались её взору. Красные глаза и раздутый живот на тонком тельце. Паучиха! Вот она кто! Тянет силы из тех, кого заманила в свою паутину.

Мастер Ли прикрыл себя и Вику каким-то вибрирующим коконом, и девчонка их, кажется, не замечала. Вот сейчас, пока она не видит, нужно нападать!

— Вика, мы здесь не за этим, — напомнил мастер Ли. — Дай мне вторую руку.

Она взялась за твёрдую ладонь китайца, и тот отступил на шаг.

— Вспомни поток, который был наверху. Давай призовём его сюда, — попросил Хань Ли.

Вика взглянула в его яркие глаза и тут же вспомнила: покой, безмятежность и защищённость, мерное золотистое сияние. Тут же, пробивая потолок, к ним спустился яркий луч света. Он стал расширяться и набирать силу.

— Кто здесь? — девица вскинулась и уставилась на них. Заметила. Лицо исказила злобная гримаса. Паучиха вытянула губы и плюнула чёрным. Но яд не долетел, поток теперь закрывал и Вику, и мастера Ли. Клякса застыла на светлом и растворилась.

— Не бойся. Мы пришли помочь тебе, — произнёс китаец, и поток расширился. Захватил диван и девушку, лабиринт из коридоров рушился. Как в водовороте вращались вокруг чёрное, розовое, мелькнула на секунду бледная рука и лицо, уже не злое, а недоумённое и испуганное. А внутри этого водоворота стояли Вика и китаец.

— Держись, не бойся, оно течёт через нас, и оно знает, что делать, — проговорил Хань Ли.

«Женька, ты будешь меня защищать? Ты ведь самый лучший старший братик? Мам, что со мной? Мам? Я хочу есть, очень хочу! Женька, ты меня ведь никогда не бросишь, даже такую, да?»

Со всех сторон лилась какофония звуков, стонов, смеха, говорили голоса, которые Вика старалась не слушать. В какой-то момент ей показалось, что темнота наступает и уже не устоять. Остаётся только упасть туда и подпитать собой водоворот. От бешеной круговерти начало подташнивать, ослабели руки. Но Вика взглянула в ясные глаза китайца и успокоилась.

А потом вдруг всё прекратилось. Они снова стояли в сияющем тумане, а перед ними на мягком облаке качалась спящая девушка. И теперь она не была похожа на паучиху.

— Это место может многое изменить, и многих, — произнёс китаец. — За этим я звал тебя. А теперь нам нужно возвращаться.

Вика вдохнула и поняла, что лежит на ступеньках, сжимая в руке пистолет. Это что? Ей привиделось? Или они с мастером Ли на самом деле что-то сделали с той мутанткой? И этой тяжести, давящей на мозг, больше нет. Значит, не привиделось.

Вика встала и поспешила к приоткрытой двери. Краем глаза заметила, как застонал и пошевелился Волков.

При входе в квартиру ударил в глаза солнечный свет. Там не оказалось привычного коридора — сразу широкая гостевая комната с окнами в пол. У двери лежала раненая девушка, теперь она не выглядела опасной тварью, черты лица разгладились, она стонала, приходя в себя. А дальше, среди раскиданных на полу подушек для медитации, привалившись к стене, сидел мастер Ли. Он выглядел не просто усталым, измождённым. В ответ на удивлённый возглас Вики китаец приоткрыл глаза и слабо улыбнулся.

— Мастер Ли, как вы? — Вика бросилась к нему.

Сзади раздался звук, резкий, похожий на свист. Вика не сразу вспомнила, что издаёт такой звук, а вспомнив, обернулась. Над девушкой-мутантом стоял Волков с игломётом. А из её виска сочилась алая струйка крови.

— Кирилл, нет! Она же… она стала, — Вика смотрела и понимала, что ничего исправить уже нельзя.

— Надо добить, пока не очнулась, живой с такими способностями её на базу не довезти, — ответил Волков и зло сощурился. — Или ты хотела чип для исследований? Чтобы из наших ребят такое вот делали? Извини, спешил спасти тебя и твоего учителя, некогда было про чип думать.

— Не говори, — Хань Ли положил Вике руку на плечо. Он успел встать. — Ничего

— Мастер Ли, давайте я отведу вас, — Вика сглотнула подступивший к горлу ком и повернулась к китайцу, чтобы Волков не видел её лицо.

Глава 10

— Как же ты вырос, сынок.

Мама грустно улыбнулась и коснулась рукой моей щеки. Тепло прикосновения окутало далёкими воспоминаниями, где я был по-настоящему счастлив. Где меня любили. Где я видел мамино лицо каждый день и верил, что так будет всегда.

— Береги себя. И помни, что я тебя очень люблю.

Я прижал её руку своей и закрыл глаза. Постарался сохранить её образ, который начал истончаться в лучах света, проникающих в комнату. Мама мне снилась редко, но каждый раз после этого я брал выходной. Отключал сеть и запирался в своей квартире, просматривая кадры семейной хроники и полируя меланхолию бутылкой хорошего виски.

Не открывая глаз, повернулся на другой бок и свернулся калачиком, тщетно пытаясь удержать ускользающее сновидение. Ещё секундочку…

Внезапный гул сирены пожарной тревоги отозвался болью в душе, вымывая из неё всё таинство встречи. Да я, упыри, вас всех засужу! Какого вообще хрена⁈

— Мия, что случилось? Мия!

Нейронка, почему-то молчала, но и противный звук сирены тоже прекратился. И то хорошо. Сильно захотелось горячего кофе, и я понял, что надо просыпаться.

— Мия, подъём! И поставь варить кофе. Ммм… давай перуанского, который я купил недавно.

Отсутствие ответа меня насторожило. Даже если я отключил нейронку перед сном, то кодовая фраза должна вернуть её в рабочее состояние. Мозг сбросил остатки наваждения, и внезапно меня словно током ударило.

Стараясь даже не шелохнуться, я приоткрыл левый глаз, представляя ужасы того места, где я должен был оказаться. Но кроме абсолютно белой стены передо мной, удивиться было особо нечему.

— Можешь не играть в шпиона. Я знаю, что ты проснулся.

Удивительно мягкий женский голос, прозвучавший за спиной, добил окончательно. Ещё раз прогнав в голове последние воспоминания, я вздохнул и откинул лёгкое одеяло.

— Ну вот, так намного лучше.

Комната, где я находился, мало походила на пыточные застенки, которые я себе успел представить за тот короткий миг, когда вернулась память. Даже на лабораторию для опытов не смахивала — второй номер в списке вероятностей. Скорее всего, место где я дрых без задних ног, было похоже на комфортный гостиничный номер. Да и миловидная девушка, которая кокетливо закинула ногу на ногу, была одета в нечто похожее на вечернее платье, под которым явно не было не то что оружия, а, скорее всего, даже нижнего белья.

Да куда тебя несёт, Алекс! Усилием воли я отвёл глаза от посетительницы и, быстро дёрнув одеяло, положил его себе на колени. Кроме плотных белых шорт, напоминающих семейные трусы, на мне ничего не было.

— Одежда в шкафчике, — улыбнулась девушка, заметив мои неловкие потуги прикрыть наготу. — Я могу отвернуться?

— Да уж, будьте любезны, — прорычал я исподлобья.

Удивительно лёгким движением девушка встала с кресла и повернулась ко мне спиной. Почти обнажённой спиной, надо заметить. И кто таких посылает на допрос?

Натягивая спортивные штаны и лёгкую рубашку навыпуск, я ловил себя на мысли, что не догоняю сути происходящего. По идее, я как минимум должен быть прикован к какому-нибудь ужасному лабораторному столу, где мне делают трепанацию черепа ублюдки в фартуках, изгвазданных внутренностями сотен прочих доходяг, попавших в казематы NAVY. А тут — на тебе. И одежда в шкафчике, и шорты как никак, да и грудь третьего размера, не отягощённая желанием себя скрыть.

Застегнув последнюю пуговицу, я внимательно осмотрел комнату. Кровать, шкаф, дизайнерский, мать его, столик с дурацкой экибаной в бежевых тонах, две двери и ни одного окна. И покачивающая задницей интервьюерка из NAVY.

— Туалет там.

В голосе девушки, так и стоявшей спиной ко мне, проскальзывали нотки веселья, но я действительно почувствовал необходимость посетить уборную. Надеюсь, там есть зеркало.

Приведя себя в порядок, я остановился перед дверью, за которой меня ждала змея из NAVY. Иллюзий не было. Если они избрали такую форму общения, значит, это оптимальный для них вариант действий. Интересно, на что они рассчитывают при этом. На сотрудничество? Это могло проканать для какого-нибудь тугодума с комплексом неполноценности, но явно не со мной. А то, что они знают обо мне практически всё, я не сомневался. Я ведь как-то работал с одним из их филиалов. Ладно, разберёмся по ходу пьесы.

— Неплохо выглядишь, — вновь улыбнулась она, взирая на меня с прежнего места. — Как самочувствие?

— Я в принципе всегда неплохо выгляжу, — ответил я наигранной улыбкой. — Но только мне сдаётся, что это вас особо не волнует. Может сразу перейдем к делу?

Я уселся на свою кровать и из принципа уставился на её грудь.

— А мне нравится твой настрой, Алекс, — ничуть не смутилась она. — Не зря говорили, что ты очень конкретный мужчина.

— А что ещё говорили? — проигнорировал я двусмысленность. — Там, случайно, не было такого, что Алекс не любит, когда его удерживают силой? И что его следует скорейшим образом проводить до дома?

— Нет, — улыбнулась она. — Но это, наверное, недочёты доклада. И в моих силах дополнить его правильным образом. Естественно, в том случае, если ты будешь паинькой.

— Паинькой я никогда не был и не собираюсь, — скабрезно усмехнулся я. — Может пояснишь, что тебе нужно на самом деле?

Если эти твари действительно хотят какого-то сотрудничества мне нужно будет попробовать выудить из них информацию о Таисии и Андрее. Но сейчас упоминать их нельзя. Пусть думают, что я соответствую репутации эгоистичной твари, которая сложилась у меня за годы карьеры. Иначе ребята станут просто способом манипулирования мной и могут пострадать.

— Сейчас узнаешь, Алекс, — девушка улыбнулась. — Давай опустим формальности и перейдём сразу к делу. Как ты и хотел.

Не дожидаясь ответа, она томно потянулась и… оказалась у меня за спиной. Чёрт! Я даже её движение с трудом различил. Затылком я почувствовал тёплое дыхание и терпкий аромат духов.

— Ты главное не сопротивляйся, — послышался томный шёпот. — Я всё сделаю сама.

Дело начало приобретать и вовсе странный оборот. Не дожидаясь, что она там начнёт делать сама, резко развернулся и прыгнул назад, на ходу залепив заряд малой мощности в маньячку.

— Фи, как грубо!

Я успел заметить, как сетка из молний пробежалась по платью и исчезла где-то в подоле. Сама же мамзель и бровью не повела. Лишь улыбка стала немного ярче и жёстче.

— Чего ты хочешь⁈ — не выдержал я.

— Для начала поговорить по душам, — моя собеседница

— Так я тебя и отсюда хорошо слышу, — заверил я.

— Для искреннего разговора нам нужен более тесный контакт, — она сделала небольшой шаг ко мне.

— Насколько тесный? — я, в свою очередь, отступил на шаг и упёрся в стену.

— Надо сказать, я несколько разочарована, — вздохнула она. — Не ожидала, что такой умный парень, как ты окажется ужасным снобом. А могли бы совместить приятное с полезным. Но если хочешь, давай ограничимся рукопожатием.

— Это зачем?

— Чтобы почувствовать твои биоритмы и понять, правду ли ты говоришь, — неожиданно искренне ответила девушка. — Я задам тебе несколько вопросов. От ответов на них будет зависеть, как мы поступим с тобой дальше.

Её тон резко изменился. Нимфетка куда-то улетучилась, уступив образу хищницы с кровожадным блеском в глазах. И даже легкомысленное платье на это никак не повлияло.

— И с чего мы так разоткровенничались? — поинтересовался я.

Всё моментально встало на свои места, но не сказать, что это меня сильно обрадовало. Стало ясно, что, скорее всего, она сильный эмпат. И для полноты информации ей необходима сонастройка с объектом. И, как я понял, желательно в горизонтальном положении.

Я прямо слышал комментарии Мии. Типа, Алекс, держись от неё подальше.

Как же мне её не хватает. Словно потерял какой-то орган чувств. Но, с другой стороны, понятны и потуги NAVY. Распотрошив мой чип, они тут же поняли, что я его обнулил. Как и то, что я обнулил чипы Андрея и Таисии. Со всеми кодами мутаций и прочей информацией. А эта маньячка — просто усовершенствованный детектор лжи. Ладно, кого я обманываю. Она явно не так проста. Скорость движений, уверенность в своих силах, плюс экстрасенсорные способности. Даже платье на ней из какой-то хитрой ткани. А если подумать, то через скрытые камеры на меня сейчас целый отряд аналитиков смотрит. С группой спецназа, готовой ворваться, если что-то пойдёт не так.

Осмысление происходящего заставило меня немного успокоиться. Пусть они думают, что всё под контролем, а мне нужно собрать побольше информации. И выгадать немного времени.

— Ладно, — хмыкнул я и занял её кресло. — Я готов побыть паинькой, но давай сначала просто немного поговорим.

— Хорошо, — улыбнулась она и присела на мою кровать. — Но только немного.

Если судить по внешности, то ей не больше двадцати пяти. Гибкая стройная фигура, асимметричная причёска в стиле нео-аристо, которая удивительным образом подчёркивала правильные черты лица. И миндалевидные глаза изумрудного цвета, придающие некий экзотический шарм. На любом конкурсе красоты будет как минимум в призёрах. Но всё портил этот взгляд. В те секунды, когда я брыкался, за миловидной внешностью глупышки, проступал жёсткий оскал профессионального убийцы.

Скорее всего, у неё в арсенале несколько убойных мутаций. Как минимум одна боевая. Вторая заточена на допрос. И, судя по высокомерной ухмылке, репарирующий ген этой мадам явно не требуется. Пытаться сбежать сейчас — это верх глупости. Слабенький разряд я кинул так, для проверки. Результат говорил о том, что мои способности неплохо изучили. Так и какого чёрта им от меня нужно? Исходя из ответа на этот вопрос, и нужно строить линию поведения.

— У меня есть шанс выжить? — начал я в лоб.

— Всё будет зависеть от твоих ответов.

— А как повысить шансы вне зависимости от них?

— Это не обсуждается.

Я изобразил на лице милую улыбку, поднялся с кресла и вразвалку медленно пошёл по комнате, демонстративно повернувшись к ней спиной.

— Вы, видимо, плохо читали моё досье, милочка. Как вас там, кстати?

— Можешь звать меня Дианой. И скажи мне, что я пропустила.

— На каком месте в рейтинге программистов я нахожусь?

— На девятом. Если не брать специалистов, связанных корпоративными контрактами.

— Как вы думаете, о чём это говорит? — я повернулся к ней.

— То, что ты умный? — хихикнула она, снова превратившись в легкомысленную кокетку.

— Это само собой, — ответил я казённой улыбкой. — А ещё это говорит о том, что у вас аналитики ни к чёрту. Они правда сказали, что я буду сотрудничать без предоставления гарантий? Я даже без нейросети способен создать прогнозную модель, и предложенный вами вариант проваливается уже на второй ступени.

— Это на какой же?

— Я не знаю критерии ответов, которые вас устроят и позволят мне выжить. Так что идти на диалог нерационально. Если бы могли провести нужный допрос без моего согласия, то, скорее всего, мои останки уже летели бы в утилизатор. Поэтому мы возвращаемся к схеме, в которой я вам нужен, а вы мне — нет.

— А ты не рассматриваешь модель, что в случае отказа придётся воспользоваться опцией с утилизатором?

— Нерационально с вашей стороны. Что получит могущественная корпорация от смерти ещё одного несчастного? Меньше, чем ничего. А учитывая обстановку, — я обвёл взглядом помещение и вновь уставился на её грудь. — Вы изрядно похлопотали, чтобы уйти ни с чем.

— Грубишь, значит, — зло усмехнулась она. — И при этом такого высокого мнения о себе! А ведь ситуацию можно развернуть под другим углом. Например, вместо меня с тобой беседует другой одарённый. Который не столь вежлив, как я, и скажем так… с не столь безболезненными методами.

— Ваши нейросети подобрали самый оптимальный вариант, — я вернул ей ухмылку. — И если здесь ты, то альтернатива не столь привлекательна. В первую очередь для ваших интересов.

— Хм… Возможно, тут ты прав. И предположим, что даже боли не боишься. Этакая Жанна д'Арк для бедных. Только ради чего весь этот цирк? Ради кого ты собираешься страдать? Неужели из банальной гордости?

— Тебе этого не понять. Моя жизнь принадлежит только мне. Как и смерть. И выбор в любой ситуации делаю только я. И мне насрать на все ваши игры. Так что-либо мы договариваемся, либо иди на хер.

— Претенциозно, — хмыкнула она, слегка наклонив голову. — Ну, в таком случае и страдания твоих «друзей» для тебя лишь мелочь, не сто́ящая внимания.

— Может быть, я бы повёлся, если бы не знал цели вашего рейда на исследовательский центр, — я постарался придать лицу самодовольное выражение, а внутри ёкнуло. Значит, такие средства всё же пойдут в ход.

Усмешка с её лица вмиг пропала, уступая место жёсткой линии губ и сверлящему меня взгляду.

— Я в тебе разочарована, Алекс. Девочка для нас действительно важна, но ты только что сделал важный выбор для другого человека. Включить трансляцию!

Последняя фраза предназначалась не мне, но под ложечкой неприятно засосало. И когда дальняя стена комнаты пошла рябью, трансформируясь в голоэкран, я догадывался, что там увижу.

Ещё пару недель назад я бы презрительно хмыкнул, если бы меня пытались на что-то развести,

— Отпустите его!

Безумный взгляд Андрея, бьющегося в судорогах, больно скребнул по сердцу. Змея в платье взмахнула рукой, и манипулятор отсоединился от головы Андрея. Его тело расслабилось, но ужас в глазах никуда не делся.

— Предлагаю продолжить диалог, — чуть улыбнулась моя тюремщица.

Две секунды на раздумья и я кивнул. Нимфоманка-садистка радостно хлопнула в ладоши и сделала шаг в мою сторону.

— Будь паинькой, как обещал. И, возможно, для тебя откроются перспективы, о которых ты и мечтать не мог.

Подойдя вплотную, она нежно провела пальцем по моей щеке, задумалась о чём-то и неуловимым движением оказалась у меня за спиной.

— Сними рубашку, — горячий шёпот прозвучал за ухом.

Глубоко вздохнув, я медленно исполнил указание и бросил одежду на пол. Лёгкий шелест позади, и я понял, что к моей рубашке присоединилось её платье.

— Расслабся, — её руки скользнули по моей груди, нежно вовлекая в объятья. — Мне нужна минутка, чтобы настроиться получше.

«И мне тоже, милая», — подумал я.

Я почувствовал жар её обнажённого тела и закрыл глаза. Пора. Если её способности помогут залезть мне в голову, то медлить больше нельзя.

Энергопотоки моей комфортной тюремной камеры я зафиксировал ещё когда приводил себя в порядок. Три видеокамеры, одна из которых была в уборной, два трансивера, поддерживающих сеть, энергоузел дверного замка и распределительный щит — к нему стекались остальные линии электроснабжения.

Без привычного интерфейса было сложно, всё на уровне собственных ощущений. Но в перспективе это должно дать куда более серьёзные результаты. Ведь отвлекаясь на цифровые рудименты, я многое терял в понимании сути.

Будь у меня побольше времени, я бы придумал более хитрую схему, но сейчас будем работать с тем, что есть. И надо ещё как-то обезвредить эту бестию, которая бесстыже прижимается своими выпуклостями к моей спине и вот-вот залезет мне в мозг.

Стараясь не выпустить из-под контроля потоки энергии, частью сознания потянулся к её голове. Пусть сам по себе жидкий чип создан на микрофлюидных технологиях, но в нём есть трансиверная часть, использующая микротоки. Вот их мне и надо почувствовать. Можно, конечно, ударить высокочастотным разрядом, как в стычке со спецназом, но я ещё не научился в полной мере контролировать модуляцию и силу способности. Был риск остаться пустым. Да и цель у меня сейчас несколько другая.

Сейчас мои действия должны быть полной противоположностью этого. Нужно почувствовать источник сигнала и ударить с хирургической точностью. Ага, а вот и он…

— Ты что задумал⁈

Резкий толчок в спину, и я кубарем полетел на пол. Поздно, тварюга! За долю секунды до этого пульсирующая точка чипа мутантки вспыхнула яркими искрами, которые разрушили его структуру. Крик боли, догнавший меня уже в полёте, подтвердил, что я всё сделал правильно.

Вновь взвыла сирена, но в этот раз совсем ненадолго. Буквально две секунды, и вместе с тишиной комнату окутала непроницаемая тьма. Отлично! Удар по узловым центрам энергоструктуры ненадолго вывел меня из строя, но результат говорил сам за себя.

Сколько им понадобится времени на запуск резервного контура и как скоро сюда ворвётся группа спецназа, чтобы переломать мне все кости? Вряд ли у меня есть больше минуты. И её нужно использовать по максимуму.

— Мия… чёрт!

Первое, что пришло на ум после выкрика в пустоту: как же тяжело чувствовать себя калекой. Теперь даже самый простейший алгоритм придётся выполнять самому. Причём параллельно с другими активностями.

Стараясь не выпускать из поля ощущений энергопотоки, я нащупал в темноте тело мутантки. Добравшись до запястья, облегчённо выдохнул. Пульс прослеживался, а значит, я всё сделал правильно. Теперь бы успеть осуществить задуманное до прихода кавалерии.

Пальцы скользнули выше и буквально сразу уткнулись в предмет, который был мне нужен. Красивый браслет в форме изумрудной змейки был не простой безделушкой, а сложным коммуникационным устройством.

Если NAVY, распотрошив мой чип и обнаружив лишь базовую программную оболочку, решили, что я безопасен, то они жестоко ошибались. Пиратский чип лишь с виду напоминал стандартное изделие всемогущей корпорации. Его особенностью был второй аппаратный контур, который даже я не смог бы обнаружить. И там была пара сюрпризов. Так сказать, на чёрный день.

Никакой нейрооболочки, просто набор программ, подготовленных на подобный случай. Хотя, кого я обманываю. Когда я их писал, та хрень, что произошла с миром, вообще не предусматривалась. Но ладно, не будем отвлекаться.

Пустой серый виджет развернулся перед глазами. Курсор на командной строке медленно мигал, приглашая ввести первую команду. Всё по старинке, как пятьдесят лет назад.

Ага, есть контакт. Коннект с устройством был установлен, и строчки кода плотным полотном потекли по виджету. Да кто вас вообще учил бездельники! Похоже, я управлюсь быстрее, чем думал, но это только радовало. Убедившись, что сделано всё правильно, я рванул к двери. Следующий этап нужно тоже исполнить безукоризненно.

Коридор, где едва горели лампы аварийного освещения, разбегался в две стороны. Запомнив диспозицию, я уже почти на автомате перегрузил резервные силовые линии и поковылял направо в полной темноте. Интересно, успею ли дойти хотя бы холла, что виднеется метрах в тридцати? Похоже, нет.

Буднично, без сирен и прочих спецэффектов включилось освещение, а потолок прямо надо мной разошёлся, отдавая пространство неприятному устройству с парочкой титановых стволов. Так, для вида надо броситься вперёд со всех ног и надеяться, что стрелять будут не боевыми. Сердце глухо застучало. А что если ты просчитался, Алекс? Фатально прочитался?

Два сильных удара по спине, и я пробороздил носом пол. Но в этот раз раздирающей всё тело боли не было, и я сумел улыбнуться перед тем, как потерял сознание.

Глава 11

В этот раз сознание вернулось рывком. Вместе с привкусом медикаментов и… эйфорией. А вот это неожиданно! Что же за дрянь мне ввели? Мозги отказывались соображать, и мысли как будто вязли в густом киселе. Дико бесило, что я даже не мог вспомнить, сколько раз мне приходилось валяться в отключке с начала апокалипсиса. Десять? Нет, по-моему, чуть меньше.

— А вот и наш герой очнулся.

Голос, в отличие от прошлого пробуждения, был мужской, но лёгкая насмешка в нём тоже присутствовала. Весельчаки они здесь, блин. Может запустить в его сторону небольшим разрядом — вместе посмеёмся?

Подавив в себе это зудящее желание, я открыл глаза. И понял,

Лысый круглый мужичок, сидящий по ту сторону стола, лыбился непонятно чему и смотрел прямо на меня. Веяло от него так же, как и от всей этой обстановки. Полной безвкусицей.

Желание вдарить по нему молнией взыграло с новой силой. А чё, нехрен лыбиться! Мужичок, видимо, прочёл это в моём взгляде и поспешно выкатился (по-другому при его комплекции и не скажешь) из кресла.

— Алекс! Ну ты чего? — карикатурно воздев руки, заверещал он. — Неужели не узнаёшь?

Вопрос выбил меня из колеи, и я внимательно уставился на придурка, напрягая извилины. Но как ни старался не мог вспомнить.

— Может быть, ты Чиполлино? — наконец выдал я и сам засмеялся своей искромётной шутке. — Только лысый!

Мужик не оценил юмора и угрюмо покачал головой.

— Похоже, наши умники перестарались. Сейчас поправим. Только не дёргайся, ладно?

У запястья защекотало, а во рту вновь появился противный медикаментозный привкус. Нахлынула слабость. Проморгавшись, я перевёл взгляд на руку. М-да…

Эйфория медленно сходила на нет, возвращая мыслям подобие упорядоченности. И даже осознание того, что я прикован к креслу наручниками, не выбивало из колеи. Вполне ожидаемо. Как и два сталкера в полной боевой амуниции сто́ящие по бокам от меня. А вот автомед на предплечье, через который меня пичкали всякой химией, стал неожиданностью.

— Во, уже лучше! — Вновь перехватил моё внимание плюгавый лысик. — Вижу, что соображать стал. И чтобы окончательно укрепить непринуждённость нашей беседы, сообщу, что в автомеде есть небольшая инъекция с крайне токсичным ядом. А ребята без промаха мажут по бегущему в километре ёжику. В общем, не делай глупостей, и будет всем счастье.

Я, конечно, не понял, при чём тут ёжик, но общий посыл усвоил. Нисколько не скрываясь, пошебуршил наручниками и многозначительно уставился на директора регионального филиала NAVY.

— Адам, я готов поговорить, но для ещё большей непринуждённости разговора снимите эту хрень и дайте чего-нибудь попить.

— Узнал, значит, — довольно хмыкнул он.

Затем скосил голову, словно ища в моей интонации подвох, но после небольшого раздумья кивнул. На запястьях щёлкнуло, и я с удовольствием размял затёкшие кисти.

— Но смотри, — строго предупредил Адам. — Одна моя мысль, — и яд в автомеде убьёт тебя за секунду, а…

— Да, да, — перебил его я. — А ёжиков в округе уже не осталось. Помню.

Адам вновь улыбнулся и вернулся к своей исходной позиции за столом, а мне указал на свободное кресло поближе. Медленно, чтобы не бесить стоя́щих рядом бойцов, я поднялся и вразвалочку пошёл к указанному месту. Когда схлынула эйфория, память услужливо подбросила пару воспоминаний о лысике. Адам Кшептовский — глава восточноевропейского филиала NAVY, где два года назад у меня был небольшой, но интересный контракт.

Виделся я с ним всего один раз, но впечатлений хватило надолго. Невзрачная внешность и панибратский тон могли кого угодно ввести в заблуждение, но я прекрасно знал, с кем имею дело. Корпоративная крыса в обличии мелкого лысика сожрала немало своих товарок на пути к высокому посту. За тщедушной натурой скрывался кровожадный зверь и, надо признать, недюжинный ум.

— Виски? — подмигнул он мне.

— Ага, — брякнул я. — И льда побольше.

— Ну вот, узнаю́ нашего Алекса.

Он радостно потёр руки и вальяжно развалился в кресле. Вот же хмырь! Ведёт себя, как будто всё произошедшее лишь небольшое недоразумение. Сейчас мы выпьем, он задвинет какую-нибудь дичь, и через пару минут окажется, что я был круго́м не прав.

Пытаясь понять стратегию его поведения, я практически не обратил внимания на девушку, впорхнувшую в кабинет с подносом. Но ничего путного на ум не пришло. Сделав небольшой глоток из услужливо поданного бокала, я глубоко вздохнул и на секунду прикрыл глаза. Жгучая волна приятным теплом пробежала по организму, вымывая из головы остатки дурмана.

— Хорошее пойло, — хмыкнул я, ставя бокал на стол.

— Лучшее, Алекс. Лучшее! Прям как ты!

— Да перестань, Адам, — не удержавшись, скривился я. — Прибереги этот пафос для начальства. Лучше скажи, какого хрена здесь вообще происходит?

Он замер, внимательно меня разглядывая, а затем хлопнул рукой по столу и рассмеялся.

— А ты молодец. Любой другой на твоём месте уже бы ныл, пытаясь спасти свою шкуру. Но не ты. Так что давай поговорим начистоту.

— Надеюсь, это не будет похоже на прошлый мой разговор? А то я как-то не готов.

— Не переживай. Ошибки учтены, и выводы сделаны. И моя личная благодарность за то, что оставил Диану в живых.

— Я же не дурак.

— Поэтому мы с тобой и разговариваем, — одобрительно улыбнулся Адам.

— Как она, кстати? — поинтересовался я.

— Разнесла медблок и требует твоей крови. Но, надеюсь, скоро отойдёт.

Я мысленно поблагодарил себя за предусмотрительность. Похоже, пока я всё делаю правильно. Если сам Адам решил со мной побеседовать, то ставки действительно высоки и речь пойдёт о чём-то важном.

— Но, как у вас говорится, — кто старое помянет, тому глаз вон, — продолжил Адам. — Так что давай начнём с чистого листа.

Я посмотрел на холёные руки, сжимающие дорогой бокал, лоснящиеся щёки, и до меня вдруг дошло. Передо мной сидит одна из этих тварей! Элита, которая решила, что им всё можно. С чистого листа они хотели начать строить свой мир? Понимание, что я беседую с одной из этих мразей, пробилось сквозь инстинкт самосохранения. Хрена вам лысого, а не с чистого листа! Разве можно вернуть старый мир, который мне так нравился? И ради чего всё это было сделано? Да я бы собственными руками тебя, падлу, придушил! Только бы дотянуться!

— Алекс? — улыбка вмиг соскользнула с лица лысого. А взгляд стал опасным и острым.

Меня словно током ударило. Стоп! Автомед считывает гормональный фон, и если я не возьму себя в руки, то разговор может быстро закончиться. А стать дохлым ёжиком — так себе перспектива.

— Всё в порядке, Адам, — я состряпал на лице улыбку и сделал большой глоток из бокала. — Видимо, дрянь, которой вы меня накачали, ещё не вся вышла. Так о чём это ты?

— Не буду ходить вокруг да около. Хочу пригласить тебя в новый мир.

— Я уже получил приглашение. Чуть не отъехал, знаешь ли, — за претензией, высказанной с лёгким недовольством, стояли титанические усилия. Я с трудом удержал контроль над собой. Новый мир на костях! Ублюдки.

— Накладки случаются, — Адам раздражённо

— А остальные? Тебя не смущают миллиарды трупов? — не удержался я. Хотя с претензиями стоило завязывать. Если разозлю эту мразь, то вряд ли узна́ю, что они задумали.

— Ну Алекс, перестань, — лысый поморщился. — Когда тебя волновали другие? Ты ведь даже предложение о контракте с нашей корпорацией брезгливо отклонил. Не хотел, видите ли, терять свободу выбора. Я, знаешь ли, хлопотал за тебя. Прими ты тогда правильное решение, всё было бы по-другому.

Я кивнул. Контракт с NAVY я отклонил, как и десятки других предложений от разных корпораций. И в чём-то этот холёный ублюдок был прав. Не было бы тех дней, когда я упорно боролся за жизнь, проходя по грани. Когда видел хаос и трупы на улицах. И смотрел в глаза девчонке, которая в один день потеряла обоих родителей, а потом выживала в городе, полном хищных тварей. А ещё я помнил лица убитых людей, которым был обязан жизнью. И понял, что такое плечо друга, который готов прикрыть твою спину, а ты — рискнуть жизнью ради него. Может быть, приняв предложение NAVY, я сидел бы сейчас в таком же офисе и радовался, что вовремя прикрыл свою задницу. Но я не принял. И теперь был рад, что не получил шанса стать холёной сволочью, которая пляшет на костях других.

— Возможно, Адам, — ответил я, с трудом отстранившись от своих мыслей. — И сидел бы сейчас в какой-нибудь дыре без права голоса.

— А вот тут ты заблуждаешься, — он довольно хмыкнул и щёлкнул пальцами.

Мой стакан бесшумно оторвался от стола и медленно полетел в его сторону. Глаза Адама загорелись безумными искорками, а самодовольная ухмылка расползлась по всему лицу. К моему бокалу присоединился и его. Немного покружившись друг за другом, они легонько соприкоснулись с тонким звоном и полетели каждый к своему хозяину.

— За новый мир, Алекс! — поднял он свой бокал.

Аккуратно подхватив бокал, висевший у меня под носом, я механически повторил жест Адама и сделал ещё один глоток. Нельзя срываться, Алекс! Ты должен играть роль и всё анализировать. Значит, эта мразь улучшила себя мутациями. Интересно, на какие ещё фокусы он способен? С ним нужно быть предельно осторожным.

— Впечатляет, Адам, — я с заинтересованным видом похвалил его. — Хочешь сказать, что тут всем такие плюшки раздают?

— Ну что ты! Только лучшим. Но это только вершина айсберга. И если хочешь узнать больше, нам сначала нужно договориться.

— А у меня есть выбор? — я понимал, что нужно поломаться, перед тем как «согласиться». Иначе выйдет неправдоподобно.

— То же самое ты сказал Диане, и где она теперь? — Адам повертел бокал в толстых пальцах, разглядывая остатки спиртного на дне, и поставил его на стол.

— Требует моей крови, — чуть улыбнулся я.

— Вот именно. В этот раз мы поступим по-другому. Ты задашь свои вопросы. Я постараюсь на них ответить. А потом сделаю тебе предложение. И ты сам определишь своё будущее. Всё просто, — лысик развёл руками.

— Да уж, проще некуда, — согласился я.

Конечно, доверять этой мрази нельзя. Но он знал, что деваться мне некуда: ситуацией он владел полностью. А я пытался выцарапать у судьбы хотя бы малейший шанс и сканировал пространство. За время недолгого разговора я уже успел почувствовать энергопотоки, текущие за обшивкой стен, скрытые камеры, электронные модули. С каждым разом мне удавалось делать это всё легче и легче. Скоро и интерфейс будет не нужен. Скорее, будет даже мешать.

В этот раз мне удалось выявить нечто интересное. Три странных флуктуации находились прямо в комнате, и, не будь прошлого опыта общения с Дианой, я ни за что бы не догадался. Трое присутствующих людей имели сильное экранирование. Видимо, свойство защитных доспехов и одежды. То-то лысый упырь чувствует себя так вольготно!

Ладно, учтём на будущее. Сейчас проявлять агрессию не рационально. Для начала посмотрим, куда выведет кривая разговора.

Я хотел сделать ещё один глоток из бокала, но передумал. Организм уже пришёл в норму, а предстоящий разговор требовал предельной концентрации.

— Как давно ты владеешь телекинезом?

Вопрос на секунду выбил его из колеи.

— Хм… думал, ты начнёшь с другого. Но ладно. Вижу, новые возможности интересуют тебя больше всего. И это даже хорошо. Я расскажу, но давай лучше начнём с тебя. Каким образом ты привил себе два генома и как научился так филигранно ими пользоваться?

Вопросом на вопрос? Что ж, мне не жалко:

— Если ты про ваш нейровирус, — презрительно хмыкнул я, — то тут и новичок запрятал бы работу основных алгоритмов получше. Мне понадобилось полчаса, чтобы разобраться, что к чему. А дальше — дело техники.

Он скрипнул зубами, но кивнул. Мой ответ был ему как плевок в лицо. Ну, пусть утрётся.

— Спасибо за откровенность, Алекс. Ты не перестаёшь меня удивлять. Полчаса! Надо же. Я передам твой ответ, куда нужно. Но разве ты не понял, что подвергаешь себя неоправданному риску?

— Выбора особо не было, знаешь ли, — пожал я плечами. — Но как видишь, я здесь.

— Тебе крупно повезло. Скажу больше. Две мутации второго и третьего грейдов, вставшие как нужно, говорят о большом потенциале!

— Грейда?

— Пока ещё об этом рано. Но если ты докажешь свою лояльность, то будущее предстанет перед тобой совсем в другом ракурсе. Возможно, тобой даже заинтересуются хозяева.

— Хозяева? Зачем я сдался совету директоров NAVY?

— Я не про них, — он загадочно улыбнулся. — Но пока не будем об этом. Скажи, как ты адаптировался так быстро? Аналитики по косточкам разобрали твои недавние действия и пришли к выводу, что синхронизация достигла четвёртого уровня. За две недели это просто невозможно.

Внутренне я усмехнулся. Старая крыса не ответила ни на один мой вопрос, но спешит задать свои.

— А вы не пробовали делать оцифровку реакций нервной системы?

— А это зачем?

— Ну, чтобы развивать свои способности.

— Если ты про визуализацию даров, то специалисты не рекомендуют этого делать. Скорость адаптации резко падает. Но ты всё равно набросай алгоритмы. С тобой ни в чём нельзя быть уверенным.

— Набросаю, если договоримся.

Адам довольно кивнул и расплылся в кресле. Его бокал вновь поднялся в воздух.

— Раньше это назвали бы фокусом, а меня — ловким обманщиком. Но я скажу, что это нас обманули. Всех людей, живущих на этой земле. Заперли в тюрьме собственного тела и приставили стражников.

— Стражников? — хмыкнул я. — Надеюсь, это аллегория.

— Отнюдь, Алекс. Отнюдь. Можешь воспринимать

Мелькнула мысль, что у мужика поехала кукуха, но уж больно уверенно и спокойно он говорил об этом. Придержав готовые сорваться с языка колкости, я кивнул ему, призывая продолжить.

— Неужели, Алекс, у тебя не возникало таких мыслей после всего увиденного? Вряд ли такой умный парень, как ты не задал вопросов: откуда во мне всё это? Почему я управляю электричеством, как долбанный персонаж из комиксов? Почему мне это нравится? Почему это так естественно?

Слушая его, я невольно отметил его правоту и задумался. Я не любил клише, но в этот раз одно из них впилось в меня в самом начале апокалипсиса. Мутация. Мы все долбанные мутанты. Просто одним повезло чуть больше, другим чуть меньше. А большинству повезло сдохнуть в первые тридцать минут и освободило от всех этих мыслей.

— Просто удачная мутация? — неуверенно ответил я, чем вызвал у Адама приступ лёгкой истерики, которую он искренне считал смехом.

— Мутация? — просипел он, слегка отдышавшись. — Мутация — это когда у тебя на жопе рука выросла.

— Наверное, удобно для определённых нужд, но если вернёмся к теме, то что это тогда. Моя программа чётко фиксирует взаимосвязь триплекс-ДНК с генетической перестройкой организма, его стабильностью и вариативностью развития.

Адам замер и с интересом посмотрел на меня.

— Так ты уже и эту модель построил! М-да. Очень надеюсь, что ты примешь правильное решение и вольёшься в нашу структуру. Поверь, всё, что ты понял, лишь прелюдия к другим очень важным вещам. Но вернёмся к теме. Все мутации, о которых слышало человечество до этого — лишь сбой программного кода, задающего формирование белка. Как 3D-принтер что-то не пропечатывает, если есть ошибки в матрице.

Он двинул бровью, и бокал с виски лёг ему в руку. Адам сделал небольшой глоток и вновь поставил бокал на невидимую полку у правого плеча.

— А это не мутация. Это скрытые от нас возможности, которые изначально должны принадлежать нам.

— Ну, предположим, ты прав. Но почему тогда большинство людей погибло? А часть мутантов превратилась в выродков, на которых даже взглянуть тошно.

Благодушие вмиг улетучилось с его лица. Взгляд стал жёстким и злым, возвращая Адама к его обычному состоянию.

— Неужели ты думаешь, что сломать оковы, в которых мы томились тысячелетиями легко? Пусть большинство погибло, но это ничтожная плата за свободу остальных. Ведь война за право вернуть свою суть только начинается, и ты видел всего лишь её первый акт.

В животе у меня что-то неприятно сжалось после его слов. Горло пересохло. Если ужас, опустившийся на землю — это только начало, то что ждёт нас дальше? Рука сама потянулась за бокалом, опрокидывая остатки содержимого в желудок. Почему-то я сразу поверил этому гаду, пусть его правда мне очень не нравилась.

— Вижу, до тебя потихоньку доходит, — Адам вновь улыбнулся, возвращая на лицо маску дружелюбия. — И если с первым вопросом всё, то давай перейдём к остальным. А то мы и так слегка засиделись.

Глава 12

Мысли метались вокруг последней фразы Адама. Это только начало войны? С кем? С остатками государств? Вряд ли. Судя по подтексту, тут явно что-то другое. Даже если не обращать внимания на чушь о борьбе за якобы утраченное величие человеческого рода. Может он свихнулся? Хотя, NAVY можно упрекнуть в чём угодно: в циничном нарушении корпоративной этики, попрании всех законов, в величайшем геноциде в истории человечества, наконец. Но только не в сумасшествии. Адам, несмотря на высокий пост, лишь мелкий функционер. Встроенный в систему, он олицетворял её суть и следовал установленным директивам.

Может он меня просто дурит? Пытается сбить с толку? Тоже нет. В его словах чувствовался фанатизм. Дикая вера в свою правоту. Такое не подделаешь. Тогда что значит вся эта хрень, которую он сейчас сказал?

Обдумывая это, я внезапно вздрогнул, осознав: только что буднично, между делом, я получил ответ на один из главных вопросов, который мучил меня все это время. Получил окончательное подтверждение того, что гибель большей части человечества — это тщательно спланированный акт руководства NAVY. Ничтожная плата, как выразился ублюдок, сидящий напротив. Он развалился в кресле и с довольной рожей буравил меня взглядом.

— Вы знали, что большинство людей умрёт? — я постарался задать вопрос безразличным тоном, подпустив лёгкое удивление.

— Мы знали, что лучшие выживут, — не отводя взгляда ответил он. — И это гораздо важнее. Ты, Алекс сам — лучшее тому подтверждение.

— И чем же я лучше?

— Объясню, но не сейчас. И если честно, то лимит вопросов у тебя исчерпан, — сообщил Адам с лёгкой довольной улыбкой.

— Это как так? — искренне возмутился я.

— Обычно первые три вопроса самые важные. И в твоём случае они меня устроили. Ты не поверишь, но человека лучше понимаешь не по ответам, а по вопросам.

— И что стало понятно? — поинтересовался я.

— Тоже объясню позже.

Небольшая борьба взглядов, и он неожиданно расхохотался. Видимо посчитал, что отлично пошутил.

— Да брось ты, расслабься. Неужели тебе не хочется услышать мое предложение?

— Да в принципе оно и так более менее понятно, — раздраженно повёл я плечом. — Выполнять ваши распоряжения взамен на возможность встроиться в систему.

Адам прищурил глаза, словно пытаясь узреть в моих словах подвох, но быстро сдался:

— Твои формулировки меня печалят, но ты в общем то прав. Так что, если мы все обсудили, то давай приступим к главному.

Меня так и подмывало взять его за уши и треснуть самодовольной мордой об стол, но вместо этого я состряпал самую миловидную улыбку из своего арсенала и кивнул.

— Узнаешь?

Над левым углом его стола возникла проекция голоэкрана, и я с замиранием сердца увидел Таисию. Комната была очень похожа на ту, где очнулся я сам. Сидя на кровати, она играла с Кешей. Игра была знакомой. Лысый приживал раз за разом пытался поймать игрушку, но как и прежде Таисия играючи оставляла его ни с чем. С каждым промахом Кеша заводился все больше и больше, пока Таисия не сжалилась над ним и сознательно не уступила лысику добычу.

— Вижу, что узнаешь, — осклабился в улыбке второй лысик, сидящий напротив, и остановил трансляцию. — Правда, милашка?

— Угу, — буркнул я, успокаивая сердцебиение. — И к лотку приучен.

Судя по обстановке, она явно здесь. Но главное в безопасности. Пока в безопасности. От сердца

— Юмор, говорят, продлевает жизнь, — усмехнулся Адам. — Но в этом случае постарайся чтобы было не наоборот.

— Странно, что вам понадобилась моя помощь в этом вопросе, — проигнорировал я его пассаж. — Мы едва с ней знакомы.

— Ты даже не знаешь в чём вопрос, а уже делаешь выводы.

— Так просвети.

— Ты ведь знаком со способностью Таисии.

Я кивнул, не желая отрицать очевидного.

— Да, предчувствие будущего. Механизм работы мне непонятен, но выглядит довольно круто.

— Это внеранговая способность. Основа для Великой матрицы. Не буду лукавить, скажу что она очень важна для нас.

— Тем более не понимаю при чем тут я, — искренне удивился я. — И почему всесильной корпорации понадобилась моя помощь. Вы создали нейровирус и знаете код её мутации. Объект у вас. Дальнейшее должно быть делом техники.

— Хорошо, что вы не пробовали привить себе её геном, — злобно хихикнул Адам. — Ведь, боюсь, в этом случае наш разговор бы не состоялся.

— Я же не дурак. Любую мутацию я сначала проверяю на прогностической модели. Уж не думаю, что у вас их нет.

— Ты изучил лишь маленький кусочек, но, надо признаться, сделать это в таких условиях и за такое время уже подвиг. Поверь, с повышением уровня грейда, сложность импринтинга возрастает в геометрической прогрессии. И требуется много других условий.

— Я лишь пытался выжить и о ваших этих грейдах и матрицах вообще не в курсе. Что это кстати?

— На данный момент прими это как маркер уникальности способности и её потенциала. Для дальнейшего разговора этого достаточно. Возвращаясь к теме еще раз скажу, что эта девочка важна для нас. И ты бы не понадобился, если бы дело не касалось её.

Я напрягся, внимательно слушая Адама. Похоже мы подходили к сути вопроса.

— Её должны были увезти в Центр исследований который находится, скажем так, достаточно далеко отсюда. Наш филиал не обладает необходимыми компетенциями и специалистами для работы с матрицами этого уровня. Когда прибыл транспорт и все было готово к транспортировке, наша подопечная устроила истерику и сказала что лететь нельзя, иначе она умрёт. Учитывая её способности мы связались с центром и получили указание произвести отправку рейса в полном соответствии с инструкциями. Но без девчонки.

— И случилась авария, — вбросил я наугад.

— Ага, — скривился он. — Не знаю каким образом, но борт был обнаружен и сбит. Несмотря на протоколы защиты самого высокого уровня. Никто не выжил. Но дальше самое интересное. Девчушка заявила, что сможет долететь в целости и сохранности только если ты будешь с ней рядом.

— Ну и засунули бы меня в самолет в капсуле и бессознания. И договариваться бы не пришлось.

— Не буду томить тебя подробностями, но было принято решение привлечь тебя на свою сторону. И мне кажется что это самый лучший для тебя вариант.

— А что помешает пустить меня в расход по прибытии?

— Что получит такая могущественная корпорация как мы от смерти еще одного несчастного? — он издевательски улыбнулся, возвращая мне мои слова. — Меньше чем ничего. А твои способности пусть не такие сильные как у девчонки, но тоже очень впечатляют. Плюс потенциал В+ ранга. Помни что грядет война. И если ты сделаешь правильный выбор, то получишь шанс стать частью новой расы. Свободный от оков вечности. Поверь, это не просто слова.

Его пафос уже начинал утомлять, но главное для себя я уяснил. Таисия — это козырь который спас мне жизнь. И нас собираются везти на чертову центральную базу NAVY, выбраться откуда вряд ли стоит надеяться. Значит, нужно решить все максимально быстро.

— Когда отправляемся?

Адам возбужденно хлопнул ладонью по столу.

— Ну вот! Узнаю нашего Алекса. Надо сказать, я думал ты будешь ломаться и выдвигать какие-то условия. Но ты сразу все рассчитал, и сделал это правильно.

— Кстати, спасибо что напомнил. Мне нужно, чтобы Андрей тоже полетел с нами.

— Не думал, что ты так привяжешься к этому мусору.

— При чем тут это — брезгливо фыркнул я, подражая его гримасе. — Мой второй геном импринтирован с него. Он мне нужен для исследований.

Адам на секунду замер. Видимо связывался со своими службами.

— Окей, получишь свою крысу. И если это все, то отправление через четыре часа. Все указания получишь перед вылетом. А пока приведи себя в порядок.

За спиной я почувствовал движение и через секунду на мое плечо легла рука в тактической перчатке. Ладно, намек понял. Чёткий, сволочь. Получив необходимое согласие, он счёл наш разговор завершённым.

— Приятно было пообщаться. — кинул я на выходе.

— И мне, Алекс. Не делай глупостей и будет всем счастье.

Счастье. Как же… Улыбки из всех щелей. Сдерживая готовую вырваться фразу, я опустил голову и побрел вслед за бойцом NAVY. Несколько поворотов, спуск на скоростном лифте и через пять минут я оказался в своей комнате.

Она как две капли воды была похожа на предыдущее жилище. Даже мерзкая экибана выглядела точь в точь как её сотоварка. Не успел я осмотреться в поиске скрытых ловушек, как дверь за спиной щелкнула, пропуская дрона-доставщика. Внутренности его раскрылись, проявляя несколько плотно запечатанных пакетов.

Неожиданно перед глазами расцвел интерфейс.

— Алекс. Теперь ты подключен к закрытой сети, — Адам смотрел с отстранённым видом. — На время операции переходишь под контроль майора Златана Витковски. Дальнейшее объяснит он. И еще раз искренне советую не делать глупостей.

«И будет всем счастье», — продолжил я про себя.

Тем временем контакт с Адамом уже прервался, передавая эстафету новому персонажу. Лицо транслируемое виджетом было лишено всяких эмоций. Резкие, словно выточенные из камня, черты лица. Стальной, немигающий взгляд. Короткий ёжик упрямых волос.

— Златан?

— Для тебя сэр, — ни один мускул не дрогнул на его лице. Лишь ломая линия губ слегка дернулась. — В 16.00 ты должен быть готов. Экипировка уже у тебя. Инструкция тоже. Брифинг в ангаре в 16.30. Подтвердить принятие приказа, рядовой.

— Есть, сэр! — я надеялся, что не переборщил с армейским выкриком.

Изображение тут же пропало, а я с облегчением выдохнул. С таким шутить себе дороже. Ладно, что тут у нас. Таймер показывал чуть более двух часов до полной готовности, а значит стоило поторапливаться.

Подключение к сети, стало полной неожиданностью. Быстро проверив настройки, ожидаемо увидел, что прав у меня практически нет. Только экстренный вызов железного майора. Ладно, это только мне на руку. Главное незаметно подключить второй контур чипа, когда придет время. Сейчас, я был уверен,

Взгляд упал на ровный ряд пакетов, аккуратно уложенных на пол. Пока я раздумывал с чего начать, интерфейс разродился трелью принимаемых данных. Ага, вот и инструкция.

3D модель экипировки медленно вращалась вокруг условного носителя, подсвечивая цифрами порядок использования. Я автоматически указал на первый по порядку элемент и слегка присвистнул от удивления. Как оказывается, все не так просто. Но в принципе, я должен справиться.

Через час, выплёвывая очередное ругательство, я защёлкнул забрало тактического шлема и активировал модуль нейроинтерфейса. Самое важное в моем понимании. Так, что тут у нас…

Проекция интерфейса медленно разворачивала передо мной функционал боевого костюма. Ага, зеленый контур, который обрамлял мою модель, светился статусом полной герметичности. Прекрасно. Генератор кислородной смеси примостился в задней части шлема и занимал на удивление мало места. Стопроцентная зарядка, которой должно хватить на 3 часа. Источник питания нейроконтура и силовой части доспеха, находился на поясе, за спиной. Автомед…

Вспомнив разговор с Адамом, я на автомате запустил диагностику устройства встроенного в левый наруч. Чисто. Состав медикаментов и алгоритмов применения не содержал ничего подозрительного. Ребята или не дожали ситуацию или просто решили, что я действительно прогнулся и теперь буду на них работать как Папа Карло. За идею. Хотя, скорее, первое.

Так, что тут у нас по боевой части. Развернув соответствующую вкладку, я скривился от недовольства. Хотя, надо признать, было ожидаемо. Слот для боевого клинка на правой голени подсвечивался красным, обозначая не столько его отсутствие, сколько блокировку. Как и функционал мышечного усиления. Черт, даже липучки на перчатках деактивированы.

Короче, дали мне защиту для непредвиденных ситуаций, чтобы не отъехал от случайного удара или непредвиденной герметизации. Не более.

Бросив взгляд на таймер, понял что осталось сорок минут. Выдохнул, сосредотачиваясь. И активировал второй контур чипа.

«Кен, работа только во внутреннем контуре. Любой обмен данными с локальными и внешними подключениями запрещен. Кроме тех, чей маршрут я пропишу вручную».

«Принято, Алекс».

На небольшом виджете появилась физиономия голубоглазого блондина. Стандартный макет для базовой нейронки. И у меня есть сорок минут, чтобы обучить ее самым необходимым алгоритмам.

«Сейчас, я перегружу нейроинтерфейс боевого костюма и перекину плагин для взлома. Создаёшь виртуальную среду, куда занесёшь данные полученные при инициализации и загрузке. Задача — в закрытом режиме взломать клон нейроинтерфейса, оптимизировать плагин взлома, доложить о времени исполнения в реальных условиях».

«Принято, Алекс».

«По коду „Полетели“ запускаешь следующие два скрипта. Открытый поиск во всех доступных на момент команды сетях маркера R-17».

«Принято, Алекс».

«А теперь запоминай следующие последовательности действий…»

Трель вызова застала меня стоящим перед дверью моей милой тюрьмы.

— Привет, ребят.

Два бойца в полной экипировке оказались не столь дружелюбны, не соизволив даже отреагировать на мою милую улыбку. Впрочем закрытые боевые шлемы и не предполагали этого.

Лёгкий кивок головы одного из них, и я двинулся в указанном направлении. Несмотря на показную веселость внутри стало накапливаться напряжение. Незримая пружина сжималась, сбивая дыхание и закачивая в кровь адреналин. Стараясь отвлечься, я обратился к своему второму контуру ощущений. Незримые нити легли поверх привычной картинки коридоров. Собираясь в малые и крупные узлы распределительных панелей, светильников и прочих спрятанной под обшивку коридоров устройств.

Стараясь не фокусироваться ни на чём, я отпустил контроль, оставляя ощущения фоном. Вдох. Закрыть глаза, держа перед внутренним взором контуры коридора. Еще один, не прерывая шага. Легкое ощущение в районе поясницы. Не отвлекаться. Просто чуть распределить внимание.

Через пять шагов я понял, с чем имею дело. Боевой костюм весь был пронизан слабыми эманациями электричества. Еле заметными, но все же ощутимыми. Я ещё не мог за них зацепиться. Да и, если честно, не знал зачем. Просто скользил своим вниманием вдоль них. Вот узел автомеда, датчиков герметичности, контур нейроинтерфейса в затылочной части шлема. Ага, вот он где находится!

А это что? От внезапной мысли я сбился с темпа и полетел бы кубарем, но железная рука одного из конвоиров вернула меня на место.

— Спасибо, — восстанавливая дыхание, просипел я.

Чип! Это был он. И как же я не додумался раньше. Если постараться и научиться чувствовать микротоки, что питают трансивер, то я могу обрубать связь с чипом. Не разрушать его высокочастотным разрядом, а управлять процессом. Так, Алекс, успокойся. Идея клёвая, но сейчас практиковаться явно не стоит. Отложим ее на будущее. Но мысли упорно возвращались к ней, докидывая варианты, как это можно использовать.

Шипение огромной пневматической двери прямо перед моим носом вернуло в реальность. Как по мановению волшебной палочки тишина сменилась сонмом звуков, на секунду дезориентировав. Пространство огромного ангара куда мы вошли, кипело жизнью. Я вернулся мыслями к прежнему миру, где движение не останавливалась ни на секунду. Десятки дронов погрузчиков юрко сновали по одним им известным маршрутам, аккуратно огибая огромные сигары заправщиков и тяжеловесных тягачей. Десятки людей в разноцветной экипировке, эстакады, уходящие вверх, прямо под своды сферического потолка, что терялись в ярком свете прожекторов. Хищные контуры боевых коптеров, сверкающих антрацитовыми изломами брони…

Легкий тычок в спину, и свист колес открытого джипа, затормозившего прямо перед нами, не дал до конца насладиться картиной. Вдобавок ко всему развернулся виджет с суровым лицом железного Буки.

— Не зеваем. — одними губами обозначил фразу майор. — Быстро в машину.

Разметка покрытия ангара мигнула, обозначив чёткий контур выделенного трека, и я почувствовал новый тычок в спину.

«Что-то они начинают меня выбешивать», — думал я запрыгивая в транспорт и клацая зубами от резкого рывка.

— Три минуты до точки сбора, — как ни в чем не бывало продолжил стальной Майки. — Подключаю в общий канал боевой группы.

Виджет сменил свой стиль, преобразуясь в тактический. Шесть иконок с банальными позывными. Я был альфа-7.

— Вылет через десять минут, — лицо чугунного Джо высветилось под маркером Альфа-1. — Главный приоритет задания — выживание объекта Омега. Альфа-2 и 3 — на вас эвакуация объекта в случае разгерметизации. Альфа-7 — ты должен постоянно находится в непосредственной близости от объекта. Как принял?

— Справлюсь, — выдавил я сквозь зубы еле сдерживая желание не послать его куда подальше.

Бровь каменного засранца чуть дёрнулась, обозначив свое отношение к ответу.

— Погрузка сразу по прибытию.

Гуру брифинга отключился, а я опять клацнул зубами, прозевав очередной вираж. Да чтоб вас…

Джип резко вильнул вправо, залетая в темный проем ангара поменьше. Обернувшись, я увидел, как гермостворки отсекают основной зал, вновь погружая мир в тишину. Подсветка трека вела к темному пятну расположенному прямо в центре помещения.

Интересно. По мере

Клацнув зубами для ровного счета, я выпрыгнул из джипа, остановившегося у небольшого трапа, ведущего в темный проем на высоте пяти метров.

— Вылет через шесть минут. Всем занять свои места.

Не дожидаясь приглашения, выпрыгнул и рванул вперед. Семь широких шагов и я ввалился в небольшой тамбур, слабо освещенный указательной нитью на полу.

— Альфа-7. Займи свое место.

Я замер, переступив условный порог тамбура. Увиденное выбивалось из всех шаблонов. Вместо стройных рядов кресел небольшой круг, где по периметру были расположены полуутопленные в обшивку корабля ниши с фиксаторами. Да уж, странное какое-то летальное средство. Какая-то собственная разработка NAVY?

— Алекс!

Таисия, сидящая в центральной нише справа, махала мне рукой. Наверно бросилась бы ко мне, но цепкие путы страховочных ремней не давали этого сделать.

Несмотря на сжимающую сердце пружину, я улыбнулся. Искренне. Не дожидаясь дальнейших команд поспешил к свободному рядом с ней месту.

— Привет, егоза! А где наш лысик?

— Спит, — она указала пальцем вниз. — Две переноски порвал, глупышка.

Небольшой железный ящик был намертво закрёплен под её креслом. И лишь тонкая перфорация по правой его стороне, говорила, что у Кеши есть шанс не задохнуться.

— Отставить разговоры! — Монструозная фигура, сидящая справа от Таисии, чуть повернула голову, но тактический виджет без проблем позволил идентифицировать в ней титанового Боба. — Готовность минута.

Я мазнул взглядом по остальным. Вся Альфа в сборе. Все в боевых гардианах неизвестной модели — друг от друга не отличить. Таисия, в лёгком доспехе, чья модель походила на мою, и Андрей в простых штанах и рубахе. Его тело и голова были плотно зафиксированы ремнями, но тонкая струйка слюны возле уголка рта, четко давала понять, что парень сейчас не в теме что происходит.

Легкая вибрация пронзила тело, и я выбросил мысли из головы. Таисия, Андрей, чёртов Златан — все утратило значение. Внутренний таймер начал отсчет. Сколько надо времени, чтобы не потерять сигнал с базы? Какая скорость у этой чертовой летающей тарелки? Время на разгон…

Что-то внутри щёлкнуло, возвращая меня в центр и делая все вопросы ненужными. Я повернул голову и встретился взгляд Таисии полный страха… и веры в меня.

— Ну, что милая, полетели?

Она слабо улыбнулась и еле заметно кивнула.

— Слышишь, Кен, — отдал я команду, активируя второй контур чипа. — Полетели!

Глава 13

«Приветствую, Алекс. Маркер К-17 обнаружен. Запускаю скрипты».

Бесстрастное лицо Кена, скупой отчёт о выполнении команд — всё это происходило под бешеный грохот сердца. Словно поршни сложной машины решили пойти вразнос в самый ответственный момент.

Соберись, Алекс! Другого шанса у тебя не будет.

«Кен, переводи управление на меня при получении доступа к внутреннему ядру системы».

«Семь секунд до полной синхронизации»,— отозвался цифровой ассистент.

Я повернулся к Таисии и выдавил из себя улыбку.

— Всё будет хорошо, милая.

Она неуверенно кивнула, но в глубине её глаз плескался страх.

Трей разродился сонмом команд, и я отвернулся, запирая в сердце нехорошее предчувствие. Отбросил сомнения. Доступ к центральному серверу не будет длиться вечно. Мои алгоритмы вскрыли систему, но резервные охранные контуры быстро ликвидируют эту брешь. Счёт пошёл на секунды.

«Кен, запуск систем пожаротушения в секторе В и технических помещений лётного отсека. Блокировка всех систем контроля доступа до уровня С. Перевод систем вентиляции в аварийный режим».

«Готово, Алекс.— Через пять секунд поступил первый отчёт нейронки. —Сервер запустил синюю тревогу, активирован протокол „Щит“. Инженерная сеть переведена на ручное управление».

Прекрасно. Я представил, как металлические переборки опускаются, разделяя базу на изолированные сектора. Как персонал несётся к своим постам согласно инструкциям. И панику операторов, потерявших контроль над происходящим. Через пару минут они, конечно, разберутся в чём дело, проведут диагностику, переключат систему на резервный контур автоматики, но будет уже поздно. К тому времени защита базы данных центрального сервера уже будет разрушена.

«Кен, найди узел управления полётами и переключай контроль на меня».

Посеять хаос в логове NAVY, конечно, здорово, но не это было основной целью. Да и канал связи не вечен.

«Готово, Алекс».

«Отлично,— выдохнул я, завершая битву с ядром системы и переключаясь на новый виджет. —Кен, потроши базу данных! Всё до чего сможешь дотянуться. У тебя тридцать секунд».

Так, что тут у нас?

Ангар гудел, как растревоженный улей. Сигнальные огни взлётных полос мигали, приглашая тягачи с тяжёлыми глайдерами к стартовым точкам. А пара коптеров, раскручивая винты, уже готовилась рвануть в небо.

Нет, ребята. Не в мою смену.

Несколько команд, и огромный ангар погрузился в кромешную тьму. Крики и визг колёс разрубили грохот рухнувших вниз гермостворок и вой пожарных сирен. И взвесь распылённой воды систем пожаротушения как последний аккорд в эту симфонию безумства.

Убедившись, что посеянный хаос набрал достаточную концентрацию, я перевёл внимание на блок навигации. Единственная точка в пятидесяти километрах от базы исключала возможность любой ошибки.

«Шэдоу Раннер-5, экстренный вызов, протокол „Щит“. Подтвердите приём»— отправил я первое сообщение.

«Приём подтверждаю»

Отлично. Птичка заглотила приманку.

«Новые инструкции. Гриф „Астра“. Подтвердите получение пакета».

Новая серия команд и подтверждение о получении'. Я перевёл дыхание, ожидая ответа.

«Пакет получен. Приступаю к выполнению. База, что-то не так… база…»

«Хорошего полёта, Шэдоу Раннер-5».

Есть! Обрубив все каналы связи, я вернулся в реальность и открыл глаза. Посмотрел на девчонку.

— Держись, Таиска. Всё будет хорошо.

Словно опровергая мои слова, летательный аппарат дёрнулся, будто подсечённый небесным гарпуном. Рывок вперёд заставил мои челюсти громко клацнуть. Чёртов доспех не помог: грудь сжало так, что не вдохнуть. Верх и низ поменялись местами. И обратно. Освещение сошло с ума, превращая реальность в сломанный стробоскоп. А затем, словно устав, и вовсе исчезло.

Снова рывок, и желудок подскочил вверх, вызывая тошноту и нотку паники. В глазах потемнело. Я не мог сосредоточиться на виджете.

Чёрт! Что-то явно пошло не по плану.

— Код «Зиро-7». Эвакуация! — заорало в наушниках.

Что-то с треском порвалось, и в следующую секунду неведомая сила выдернула меня из креплений кресла. Рёбра сдавило почти до хруста, запирая неродившийся крик боли. Тщетная попытка уцепиться за что-то руками, удар по голове, выбивший искры из глаз. Когда я уже потерял всякую надежду, меня пронзило внезапное чувство лёгкости.

— Не дёргайся! — прогремело в наушниках. — Всё под контролем.

Голос был сухой и спокойный. С ноткой раздражения. Это одновременно и выбило из колеи, и позволило

Беспокоила мутная пелена перед глазами, но, покрутив головой, я собрался и начал складывать в уме картинку произошедшего.

Похоже, я чего-то не учёл, и вместо перехвата управления над кораблём произошёл системный сбой, который чуть не отправил всех нас в лучший мир. А парень, который мёртвой хваткой сжимал мои рёбра — один из двух спецназовцев, приставленных ко мне и Таисии. То-то их доспехи с самого начала показались мне необычным и слегка громоздкими. Теперь я понимал почему.

После трансформации двухметровые крылья превращали боевой костюм в некое подобие планера. А муть перед глазами — это, скорее всего, облака.

— Как Таисия? — Я решил использовать единственный доступный мне канал связи. — С ней всё в порядке?

— Я же сказал всё под контролем, — бросил в ответ боец. — Не дёргайся.

Осознав ситуацию, я решил, как и советовали, не дёргаться. Тем более, после того, как пелена внезапно исчезла, открыв оперативный простор. Не то чтобы я боялся высоты, но когда до земли пара километров, внутренности невольно съёживаются.

Не успел я насладиться видом, как мой пилот заложил дикий вираж, резко сменив курс.

— Да твою ж мать! — просипел я, судорожно вцепившись в его руки. — Какого хрена⁈

— Борт частично восстановил контроль над системами. Сбор у места аварийной посадки.

Если честно, я не ожидал ответа. И тем более не такого. Чёрт, похоже мой план пошёл псу под хвост! Скоро весь спецназ соберётся вместе, на базе восстановят порядок, а потом быстро разберутся, кто во всём виноват.

Словно вторя моим мыслям, чуть впереди промелькнула громадина летающей тарелки. Лишённый маскировки летающий монстр стремительно пикировал вниз, оставляя за собой шлейф чёрного дыма. Вот почему с самого начала его конструкция показалась странной. Но всё равно, я не ожидал увидеть образ из детских комиксов.

Да хрен с ним, Алекс! Хоть бублик с дыркой. Сейчас тебя должно волновать совсем другое. Невзирая на опасность сорваться вниз, я извернулся, стараясь обхватить взглядом всё окружающее пространство. И даже хруст ребра, не сбил с мелькнувшей в голове мысли.

«Кен, построй трёхмерную карту местности. Затем сделай анализ зрительного виджета с момента выхода из облаков. Зафиксируй все объекты, попавшие в поле зрения и не имеющие отношения к ландшафту. Нанеси их на карту, выдай по каждому первичную аналитику».

К сожалению, Кен не Мия. Она бы поняла меня с первого слова. А тут приходится все задачи ставить предельно формально. Следя за проявляющимися маркерами, я пытался самостоятельно собрать картинку воедино.

Траектория летающей тарелки. Предполагаемая точка и время посадки. Скорость моего пилота. Маркеры пяти парашютистов за спиной. Рельеф местности.

Цифры мелькали перед глазами, выстраиваясь в векторы и временные зависимости. И когда мой пилот начал «выруливать на посадку», целя в проплешину леса рядом с тарелкой, все вероятности были подсчитаны.

Земля стремительно приближалась, и я вновь вцепился в обхватившие меня руки. Чёрт, а как он думает приземляться?

Чёрт, нет!!!

Пропахав мягкий дерн и кувыркнувшись несколько раз, я замер в позе расчленённого кузнечика. Правое плечо пульсировало тупой болью, отвлекая внимание от десятка более мелких ушибов. Вот ублюдок!

Проклиная своего «спасителя», я собрался с силами и, шипя от боли, сумел встать на четвереньки. Я и раньше не испытывал нежности к псам NAVY, но сейчас ненависть с удвоенной силой завладела сознанием. Стоило больших усилий не сорваться и не зарядить молнией в спину стоявшего рядом баклана. Ещё не время, Алекс!

«Кен, время подлёта второй птички?»

«Семь секунд, Алекс».

Я закрыл глаза, восстанавливая дыхание. Сейчас нет права на ошибку. У меня максимум двадцать минут, пока остальной отряд спецназа под руководством чугунного Златана не прибудет к точке сбора. Как завести летающий бублик, который на треть завяз в небольшом болоте, подумаем позже. А пока надо быстро разобраться с этими двумя и не поранить Таисию. Да где же ты?

Семь секунд прошло, а небо оставалось чистым. Мой «пилот» продолжал неподвижно стоять спиной ко мне и смотреть в одну точку. Крылья его уже сложились, возвращая бойцу привычный вид. Не знаю, решил ли Адам, что я смирился, или просто не было времени модифицировать доспех, но защиты от молний у «пилотов» не было. Это я уже научился чувствовать на автомате.

Напряжение внутри нарастало, собираясь на кончиках пальцев. Стоп! Перчатка на руке ослабит заряд. А может, и вовсе сведёт его на нет. Медленно, стараясь не шуметь, я нащупал выемку для деактивации наруча. Главное — сделать это тихо.

Лёгкий свист за спиной заставил вздрогнуть. Тело на автомате развернулось, позволяя засечь краем глаза «металлическую птицу» с добычей в руках. Таисия! Рука инстинктивно отщёлкнула наруч, и он с предательским лязгом упал на землю. Чёрт! Холод кривыми коготками вонзился в спину и устремился вверх по позвоночнику. Судорожно дёрнувшись, я обернулся и выхватил взглядом безликое забрало шлема, уставившееся прямо на меня. Как в замедленной съёмке увидел руку, поднимающее оружие.

Разряд!

Запах паленой плоти вернул мир к привычному темпу. А удар почти обезглавленного тела о землю ускорил его в несколько раз. Чёрт, не ожидал я от себя такого! Но треск веток где-то справа сместил фокус внимания с убитого.

«Кен, точка приземления!»

Виджет бросил в глаза проекцию, и я рванул к летающей посудине. Второй боец приземлился метрах в двадцати по другую сторону корабля. И вряд ли собирается вести переговоры. Боевая нейронка отряда спецназа уже во всех красках передала гибель бойца и окрасила мой маркер в красный цвет.

Да я же у них как на ладони! Мысль предательски ударила в голову и заставила ещё плотнее прижаться к холодному металлу корабля. В мой боевой костюм вшиты все средства идентификации, какие только можно. А снимать его сейчас — всё равно что подписать себе смертный приговор.

Что будет делать боец по ту сторону баррикады? Я не сомневался, что он уже получил приказ уничтожить меня. Но с ним Таисия — самое важное в их миссии. Велика вероятность, что он просто отступит в лес и дождётся прибытия основной группы. Ведь деваться мне некуда.

С каждым рваным вздохом будущее представлялось мне всё более мрачным. И весьма недолгим. Часики тикали, отмеряя восемнадцатую минуту до прибытия кавалерии. И это, если Кен ничего не напортачил в расчётах. В любом случае стоять здесь, надеясь, что боец NAVY подставится, не имело никакого смысла.

Да

Не успел я сделать шаг, как чувство опасности взвыло на самой высокой ноте.

— Алекс!

Крик Таисии слился с тёмной тенью, пикирующей сверху. Разряд! Падая, я ударил наугад, ориентируясь только на ощущения. И тут же заорал от дикой боли в руке, разорвавшей сознание на части. К ней примешался запах озона и крови. Фоном пошли удар по голове и треск челюсти.

— Лежи смирно, ублюдок!

Казалось, на грудь положили бетонную плиту. Рёбра затрещали, но доспех выдержал. Два вдоха, сделанные с неимоверным усилием, согнали красную пелену с глаз, но не смогли унять дрожь покалеченного тела. Боец NAVY навис надо мной словно скала, а тяжёлый ботинок его доспеха продолжал ломать мне грудную клетку. Но даже это не могло отвлечь от адской боли в руке.

«Вот дерьмо, — подумал я, скосив глаза вправо и тут же закрыв их. — Добегался Алекс. Как ты теперь будешь без руки?»

Пусть боль и утратила убийственную остроту, но сопротивляться сил не было. Их не было даже на то, чтобы изрыгнуть ругательство и плюнуть псу в морду.

— Ты жив, кусок дерьма, — сквозь мутную пелену просачивался голос навского утырка. — Лишь благодаря девчонке. Но поверь, это не на…

Тяжесть с груди внезапно исчезла, и лёгкие рефлекторно схватили свежую порцию воздуха. И ещё одну.

«Как хорошо просто дышать, — пробилась нелепая мысль. — Как хорошо…»

— Вставай, Алекс! Какой же ты тяжёлый!

Я почувствовал, как чьи-то руки пытаются поднять меня с земли. Да и голос казался знакомым. По ходу галлюцинации…

— Да соберись, ты!

Нехотя я открыл глаза и увидел Андрея, в рваной робе, помятого, со ссадиной на виске. Он яростно тер забрало моего шлема. Видимо, пытался стереть грязь, но эффект был прямо противоположный.

— Андрей… — прохрипел я.

— Он самый, — выдавил улыбку мой спаситель. — Только рука или ещё где-то зацепило?

Я помотал головой и взглянул на культю. С удивлением заметил, что она уже перестала кровоточить, прямо на глазах покрываясь рубцовой тканью. Да и боль перешла из разряда «продирающей насквозь» в категорию «можно потерпеть».

Мысли начали приобретать некое подобие упорядоченности, и когда исчадие ада запрыгнуло ко мне на грудь и принялось яростно мяукать, я и вовсе улыбнулся.

— Алекс! — запыхавшаяся Таисия вынырнула откуда-то сбоку и с размаху плюхнулась на колени рядом со мной.

Я обнял её целой рукой, прижал к груди и почувствовал, как она всхлипывает.

— Ну всё, всё… перестань. На мне как на собаке всё заживает. Скоро буду как новенький.

Андрей нервно хохотнул, Кеша мяукнул, а Таисия вновь всхлипнула.

— Алекс, надо уходить, — сказала она, утирая рукавом слезы.

— В корень зришь, малявка, — кивнул я, возвращаясь мыслями в мир, где нам осталось жить от силы минут пятнадцать.

Опираясь на руку Андрея, я поднялся и внимательно посмотрел на него. Он бросил злой взгляд на поверженного бойца NAVY и повернулся к Таиске. Тут же лицо его дрогнуло и маска ненависти исчезла. В глазах мелькнул страх. Я понял: не за себя, за девчонку.

— Спасибо, дружище.

— Тебе спасибо, что не бросил, — мрачно кивнул он. — Я этих тварей и так ненавидел, а теперь буду просто мочить без разбора.

С этими словами он развернулся и всадил небольшой разряд во всё ещё дымящийся труп урода, который откромсал мне руку.

— Не трать силы, — остановил я его. — Они нам ещё пригодятся. А пока дай мне минуту, чтобы обмозговать ситуацию.

Он вновь кивнул, а я вызвал виджет с нейронкой.

«Кен, время до подхода основной группы?»

«Ориентировочно четырнадцать минут».

«Связь с модулем взлома, что в боевом корабле?»

«Отсутствует!»

«Чёрт! Нет! Выведи на виджет интерфейс!»

«Ядро системы объекта перешло в закрытый режим. Восстановить контакт можно только мастер-ключом».

Просматривая данные, я скрипнул зубами, понимая, что нейронка права на все сто. Спасение было лишь иллюзией. Скоро прибудет основная стая, а если и этого не хватит, то чуть позже здесь окажутся все штурмовые отряды с базы.

Подняв подбородок, я отщёлкнул шлем и бросил его на землю. Таисия с Андреем молча смотрели на меня, ожидая команды. В их глазах горела надежда. Они верили в меня, верили, словно я могу все. Мог…

— Надо уходить, — выдавил я.

Понятно, что бегство калеки и мелкой девчушки от отряда подготовленных бойцов просто фарс, но стоять здесь и ждать погибели совсем глупо. Стоит хотя бы попытаться. Я отщёлкнул второй наруч и легонько погладил Таисию по щеке.

— Скажи, в какую сторону лучше бежать?

Она наморщила лоб, закусила губу и принялась медленно оглядывать низкорослые деревца, которые обступали нас со всех сторон.

— Туда!

Детский палец уверенно указывал в противоположном направлении от приближающихся бойцов NAVY. Действительно, лучше варианта не найти.

— Хорошо. Только сначала скинем это уродство.

Пусть бегство и было формальностью, но в доспехах NAVY и вовсе теряло смысл.

«Кен, время до контакта?»

«Семь минут, Алекс».

«Семь минут», — повторил я про себя, последним покидая поляну с двумя трупами и обрубком моей руки. Семь минут до неизбежного.

Глава 14

На базу летели молча. Бойцы понуро опустили плечи, многие клевали носом. Хань Ли и вовсе дремал в кресле рядом. Досталось ему.

Волков не пытался больше очаровать Вику своей улыбкой, сидел серьёзный и угрюмый. Такой, каким и показался ей при первой встрече. Этот вообще как будто пятижильный. Принял удар такой мощи, но вместе с Доком помогал очнувшимся бойцам добраться до вертолёта. Вика поёрзала немного на месте и не утерпела, спросила:

— У вас ведь есть вторая мутация? Кроме скорости?

Волков посмотрел на неё тяжёлым взглядом и отвернулся. Вика уже думала, что он не ответит, но в наушнике прозвучало:

— Я псионик, но не как ты, или та тварь. Людей чувствую плохо, а для внушения мне нужен прямой зрительный контакт. Зато хорошо сопротивляюсь воздействию. Меня взяли, на случай если ваш китаец выжил из ума. У псиоников бывает такое. Вот и пригодилось…

Вика передёрнула плечами. Вспомнила лежащую на полу девчонку и выстрел в висок. Каждый защищает себя, как может. И в новом мире все смотрят с позиции силы, чтобы выжить. Даже они с Алексом так делают. А разве людям свойственно другое?

— Нам вряд ли дадут поговорить после высадки, так что скажу сейчас. Для отчёта, — через минуту Волков нарушил тишину сам. Уже по личному каналу. — Я вошёл

— Принято, — выдавила из себя Вика.

В эфире повисла тишина, которая сопровождала их до конца полёта.

Когда вертолёт заходил на посадку, Вика увидела сто́ящую внизу знакомую фигуру. Отец. Как будто не уходил никуда. Ждал её возвращения. А может быть, так оно и было?

Она встала и поняла, что её повело. Стимулятор дал о себе знать. Теперь организм за бешеный расход энергии платил слабостью. Боец, из тех, что встречали их внизу, забрался в вертолёт и помог Вике сойти на площадку.

— Мастер Ли… — вспомнила она.

— Помогут твоему мастеру. — Цепкая рука схватила её за запястье. — Ты ранена? Откуда такая слабость?

Отец смотрел внимательно. И когда только успел подскочить.

— Да всё нормально, просто пришлось использовать стимулятор, — ответила Вика заплетающимся языком.

— Вижу я, как всё в порядке! И как второй вертолёт за вами собирался, тоже видел. Чуть не полегли там все, — принялся отчитывать её отец. — Поседеешь с тобой! Хорошо, что уже седой.

Вика слабо улыбнулась привычной шутке. И всё же обернулась на вертолёт. Сглотнула подступивший к горлу ком. Оттуда выносили завёрнутое в мешок тело. Пусть чип уничтожен, всё равно будут искать гены, исследовать триплекс-ДНК.

— А это что? Убитый? Что там случилось?

— Это не из наших, — поспешила успокоить отца Вика. — Там мутантка была, псионик. Напала на нас.

Мастер Ли чуть не погиб.

— Псионик? Чип не взяли? — отец проигнорировал информацию про мастера Ли, а вот после слов о сильном мутанте в его глазах вспыхнул интерес.

Вика с трудом удержалась от резкого ответа. Вспомнила Волкова, стрелявшего девушке в висок. Вика отрицательно мотнула головой и оглянулась на вертолёт, чтобы отец не видел её лица.

— Пойдём, — отец потянул Вику за собой. — Тебе нужно отдохнуть, и желательно в медкапсуле. И не спорь! Я сам эти стимуляторы разрабатывал. Это тебе не шутки.

Он не удержался и ворчливо добавил:

— Еле ноги волочишь. Стоило ли так рисковать, без тебя бы справились!

Вика и не стала бы отказываться от медкапсулы. По телу разлилась слабость, ноги еле шевелились и сделались ватными. Она старалась не подавать виду, но чувствовала, что с каждым шагом всё больше налегает на руку отца. Вика оглянулась. Сзади шёл полковник Гарин, как это она пропустила его появление, и Волков. Лицо бледно-зелёное. Краше в гроб кладут.

Гарин нахмурился и бросил на Вику короткий острый взгляд.

— Да заберут твоего китайца, не переживай, — отец потащил её дальше. — У нас в медблоке уже три капсулы готовы для мутантов. Тебя, китайца и этого… супера.

Он с недовольным лицом кивнул на Волкова. Как будто это капитан виноват в том, что Вика еле ноги волочит.

Капсула показалась Вике райским ложем. Хотелось забраться туда и забыться, чтобы никто не беспокоил. Не трогал. А ещё можно затемнить оболочку и вообще отключиться от внешнего мира. Звуки, конечно, будут. Но Вика так устала, что на беготню медиков ей было плевать. Она может расслабиться и отдохнуть. Мастера Ли спасли. Всё хорошо.

Вика улеглась в капсулу и забылась тяжёлым беспокойным сном.

Снилась девочка, недоумённо смотрящая в дуло пистолета Волкова. Сам капитан разводил руками и говорил: так надо, ничего не могу поделать, иначе они сделают меня таким же. За спиной у них стоял мастер Ли и грустно улыбался: мир исказился, и тут мы бессильны. А где-то сверху на всех смотрело нечто, ни злое, ни доброе. И оно могло уничтожить всех, но медлило, как будто ещё не решило, стоит ли.

Из кошмаров Вику вытащил звук. Вибрирующий и, словно накатывающий волнами. Секундой позже, она поняла, что это голоса. И голоса спорили на повышенных тонах.

— Я должен был её остановить? Это ваша дочь, и она уже взрослый человек. Сама настояла на этой операции, между прочим, зная, что у этого китайца нет чипа. Мои ребята рисковали впустую!

— Ну уж позвольте! Она почувствовала его! Вы сами слышали. Может быть, это была та мутантка, которая захватила этого китайца. Тут отдельный разговор. Но не надо обвинять мою дочь!

— И всё же, она заранее знала, что у этого китайца чипа нет. И нам об этом не сказала, — недовольство сквозило в голосе первого. — Обвела и меня, и вас вокруг пальца. Все бойцы чуть не полегли!

На секунду повисло молчание, потом первый голос продолжил:

— Хотя, почему бы ей не объясниться самой? — Гарин повернулся к капсуле и произнёс. — Вика, я вижу ваши показатели и знаю, что вы не спите. Вы ведь слышали наш разговор?

Вика не стала отпираться. Потянулась в капсуле и заставила её раскрыться. Попробовала сесть. Оказывается, слабость в теле осталась, а голова вообще казалась чугунной.

— Оставьте её в покое. Вы же видите, она ещё не восстановилась! — отец побежал к капсуле впереди Гарина и встал у него на пути, пытаясь закрыть собой Вику.

Она поспешила подняться и вышла навстречу сама. Ещё не хватало, чтобы из-за неё конфликт обострился ещё больше.

Вика даже встала рядом с отцом и открыла рот, но под внимательным взглядом полковника слова застряли в горле. Она вдруг поняла, что не хочет говорить такое о мастере Ли. Да, он позвал на помощь и повлиял на её желание забрать его. Но если так и сказать, выглядит это как манипуляция. А Мастер Ли манипулятором не был. С другой стороны, если умолчать об этом, получается, она обманула всех, просто чтобы спасти своего учителя.

— Ну, кажется, вы собирались что-то сказать, — подбодрил её Гарин и изобразил на лице улыбку. Глаза же смотрели внимательно и холодно.

— Могу точно сказать, что мастер Ли обладает мощными псионическими способностями, и он позвал меня. От этих слов я не отступлюсь, — твёрдо сказала Вика.

— Но вы знали, что чипа у Хань Ли нет? — едко уточнил Гарин.

— С момента инцидента мы постоянно сталкиваемся с такими вещами, которые наука объяснить не в силах, — осторожно начала Вика. — То, что сделали NAVY, относится для нас к области неизвестного, и мы до сих пор не представляем, как оно работает. Я рассказывала про Таисию, девочку, которая была с нами, с даром предвидения. Значит, нам нужно заходить не со стороны науки, а, может быть, воспользоваться другими методами.

— Я задал прямой вопрос, — не удержался Гарин.

— Да, я знала, что у мастера Ли нет чипа. Но я точно была уверена в

— Что и требовалось доказать, — развёл руками Гарин и уставился на отца.

— Она говорит правду.

Вика обернулась на неожиданно раздавшийся голос.

Облачённый в синий медицинский костюм, бледный как смерть, за спиной стоял Волков. Он привалился к раскрытой капсуле и смотрел на всех спокойным усталым взглядом.

— Этот китаец помог нам обезвредить ту мутантку.

— Ты же сам мне всё рассказал: сигнала трансивера не было! И что это Вика её вырубила и побежала к этому китайцу, — накинулся на него Гарин.

— Я тоже так думал. Тогда, — кивнул Волков. — Но сейчас у меня было время наблюдать сейчас за вами, и почувствовать вас. Тот псионический фон, который противостоял мутантке, был другой. И только часть его принадлежала Вике. Вы же знаете, что на небольшом расстоянии я тоже могу чувствовать фоны.

Гарин хмыкнул:

— Это была стрессовая ситуация. Тебе показалось. Впрочем, — он покосился на третью капсулу, стоявшую закрытой. — У нас есть возможность проверить.

— Ещё рано, — Вика успела взглянуть на показатели через виджет. Оценила заодно и данные по Волкову. — Мастеру Хань Ли сто́ит провести в капсуле ещё как минимум пару часов, пока стабилизируется работа сердца. И вы, Кирилл, слишком рано встали.

Гарин взглянул на неё с выражением лица «а кто это у нас раскомандовался?».

— За эти пару часов я успею провести полногеномный и протеомный анализ биоматериала мастера Хань Ли и выяснить, есть ли у него мутация.

— Бросьте. У него же нет чипа, — покривился Гарин.

— А псионические способности есть. Правда, интересно? — Интонация получилась язвительнее, чем Вика рассчитывала, и отец неодобрительно покачал головой. Гарин, наоборот, развеселился и картинно развёл руками.

— Что ж, посмотрим, что вы скажете через два часа.

Он кивнул Волкову, и они вместе отправились на выход.

Вика встала и решительно направилась к лабораторному компьютеру.

— Там нет триплекс-ДНК, — устало предупредил её отец.

— А я и не собираюсь смотреть ДНК, — уверенно заявила Вика. Лёгкая слабость напомнила о себе, и она с облегчением опустилась в кресло. Главное — не показывать усталости, чтобы отец не попёр её от компьютера. Тогда можно проверить одну идею. Вика включила виджет и погрузилась в работу.

Гарин заявился ровно через два часа и навис над столом.

— Как успехи? — злорадно поинтересовался он.

Отца отвлекли по какому-то из проектов, и Вика оказалась в лаборатории одна. Она не смогла отказать себе в удовольствии потянуть интригу.

— Я посмотрела анализ ДНК, и там действительно не оказалось ни намёка на триплекс-структуру, — «призналась» она.

Гарин зло и одновременно торжествующе сверкнул глазами.

— И тем не менее я буду настаивать на том, что Хань Ли — сильный псионик.

Полковник закатил глаза:

— Только не начинайте мне заливать про ваши энергетические китайские штучки! Лучше честно признайтесь, что просто хотели спасти учителя. Пока папа не слышит. И мы перестанем тратить время на эту комедию.

Вика почувствовала, как кровь прилила к лицу, но сдержалась.

— Что вы, у меня исключительно научные аргументы. Правда, вам придётся немного вникнуть в теорию…

Лицо Гарина успело скривиться от недовольства, когда в лабораторию вбежал отец.

— Валентин Михайлович, она нашла! Вика, я просмотрел твой файл, это поразительно! Я не знаю, как такое может быть, но это просто поразительно!

Гарин скрестил руки на груди и уставился на отца, а потом на Вику.

— Рассказывайте.

— Хорошо, тогда я на всякий случай напомню, что гены сами по себе ничего не значат. Это всего лишь код, матрица для белка. А вот сам белок уже участвует в процессах организма, меняет метаболизм, свойства тканей и так далее, — Вика взглянула на Гарина. Тот нетерпеливо буравил её взглядом, но молчал, ожидая продолжения. — Так что, не обнаружив триплекс-ДНК, я пошла от обратного. У меня самой есть псионическая мутация, и я исследовала её и знаю, какие несвойственные для простого человека белки можно обнаружить у меня в крови. И я сделала протеомный анализ и нашла эти белки в крови мастера Ли. Более того, их содержание было в несколько раз выше, чем у меня. То же самое со специфическими белками, отвечающими за высшую деятельность, у Волкова.

— И что? Откуда они там взялись? Мутации-то нет, — взгляд Гарина выражал явное недоверие.

— Для этого я должна немного напомнить вам о мутациях, — продолжала Вика. — Ни о каких триплекс-ДНК у нормальных живых организмов мы до появления нейровируса и не слышали. Да, эта структура возможна, как биотехнологический конструкт и может быть создана в лаборатории искусственно. И должна поддерживаться специально синтезированными химическими веществами. То, что мы видим сейчас — невообразимое, нонсенс. И с обычным мутациям, происходящим в организме, сопоставима так же, как воробей с боевым вертолётом.

Гарин хмыкнул.

— Так вот, мутация, в привычном их биологическом понимании, это последовательность гена, которая несколько изменилась. И ген этот спокойно пребывает в двойной спирали ДНК. Так что я решила поискать такую простую мутацию у мастера Ли. Последовательности генов, которые сто́ит искать, взяла из наших с Волковым ДНК. И знаете, что? Я нашла их все, некоторые в двух или трёх копиях. И все эти гены активны. Гены, которых у человека вообще быть не должно. Так что Хань Ли — мутант, и его геном изменён гораздо больше, чем у нас с Волковым вместе взятых. Более того, его ДНК устойчива на сто процентов, не нуждается и никогда не будет нуждаться в стабилизации.

Вика откинулась на кресло, наслаждаясь произведённым эффектом. И сразу поняла, как устала. От непрерывного сидения за компьютером, от этой речи.

Лицо Гарина превратилось в непроницаемую маску. Он продолжал держать руки скрещенными на груди. Только вот пальцы его сжали собственное плечо так, что костяшки пальцев побелели. После секундного молчания Гарин перевёл взгляд на отца.

— Что вы думаете по этому поводу, Виктор Михайлович?

— В последнее время… — отец задумался, — скажем так, основы моих знаний сильно пошатнулись. Так что, любому странному феномену стоит уделять особое внимание. А уж этот китаец с мутацией без чипа… я думаю, если мы с этим разберёмся, то это точно будет прорыв…

— То есть, он и правда мутант? — перебил его Гарин.

— Несомненно, — кивнул отец. — Любой сотрудник из лаборатории может повторить исследование Вики и выявить те же гены.

— И пока нет никаких предположений,

Она честно пожала плечами.

— Это даже не мутация, если у нас зашла речь о биологических терминах, а генетическая модификация, — пояснил отец. — Современные биотехнологии уже давно способны встраивать гены в двухцепочечную ДНК. Но во взрослом организме это всегда только целевая ткань, например, ген инсулина в клетки поджелудочной, и она всегда химерна, неполноценна. То есть только часть клеток несёт нужный ген. А ещё всегда остаются последовательности векторных конструкций. Здесь же копия гена есть во всех клетках и тканях, и без всяких следов вектора. Как будто эти гены были там всегда. Но такого тоже быть не может, — отец пожал плечами. — А если он всё же ставил чип, а потом удалил…

— Мы полное сканирование ему сделали, — уже чуть нервно перебил Гарин. — У него в теле нет инородных устройств. И никогда не было! Остались бы рубцы.

В разговоре снова повисла пауза. Гарин разглядывал то Вику, то отца, а тот, склонив голову набок, молчал. Он всегда принимал такую позу, когда глубоко задумывался.

— Можно ли предположить, что NAVY усовершенствовали технологию и нашли способ передать мутацию, не используя чип? — Гарин произнёс вопрос осторожно, чётко проговаривая каждое слово.

— Сейчас всё возможно, — голос отца показался неожиданно резким. Вика и сама не заметила, как немного «поплыла». — Например, найти способ распространить сигнал из одного мощного источника. Но если, как вы говорите, центр зачищен, чужие радиосигналы вы бы обнаружили. А если им теперь не нужен для этого сигнал… то мы бы с вами сейчас уже не разговаривали.

Отец развёл руками.

— Вика, а вы как думаете? — Под цепким взглядом Гарина сделалось неловко.

— В видении я была в каком-то туманном пространстве над всем. Как будто бы через него мы с мастером Ли и взаимодействовали, — Вика поняла, что надо сказать хоть что-то. — Раньше я такого не чувствовала. Но сама туда войти не могу. Он меня каждый раз туда вытаскивал.

— Каждый раз? — Гарин как будто вцепился в неё. — То есть вы не один раз контактировали.

Вика поняла, что сболтнула лишнего.

— Ещё было там, в квартире. Он помог оттуда остановить ту мутантку, а Волков за это время очнулся и… обезвредил.

— Так, ладно, давайте без мистики, — покривился Гарин. — Я что наверх буду докладывать, ваши видения? Вы что-то по существу уверенно можете сказать?

Гарин сверлил взглядом отца. Тот спокойно смотрел в ответ.

Вике уже самой стало интересно, что скажет отец. Тогда, загоревшись идеей, как оказалось, навязанной мастером Ли, она даже не пыталась критически осмыслить ситуацию. В вертолёте на обратном пути только успела мелькнуть мысль, что, возможно, мастер Ли, как-то взаимодействовал с мутанткой, тем мощным псиоником, и через неё передал сигнал о помощи Вике. Но теперь теория рассы́палась.

— То, что я могу уверенно сказать, — наконец произнёс отец. — Что т-скрипт этой мутации мы получить не сможем.

— Что? — переспросил Гарин, который явно не это ожидал услышать.

— Сигнал с чипа, который вызывает мутацию, — пояснил отец. — Мы тоже термин придумали. Суперы, скрипты, куда катится мир…

Полковник скривился, но, что он собирался ответить, Вика так и не узнала. Тонкий писк завершившей восстановительные процессы капсулы заставил всех вздрогнуть. Капсулы, в которой только что очнулся Хань Ли.

Глава 15

Капсула раскрылась, и Вика увидела худые руки мастера Ли, ровно лежащие на груди. Грудь поднималась и опускалась в такт дыханию. Но вот, ресницы дрогнули, а вокруг глаз собрались знакомые морщинки. Прежде чем открыть глаза, Хань Ли улыбнулся.

— Может быть, отложим допрос до завтрашнего утра? Он ведь только что очнулся! — Вику встревожило решительное лицо Гарина. Этот не остановится перед тем, что человек стар и слаб. Для него все мутанты, даже свои бойцы, не более чем расходный материал. Отец, впрочем, не лучше. Заинтересованность на его лице проступала настолько, что было ясно: сейчас он не видит в мастере Ли человека, только новый подопытный образец.

— Допрос, конечно, отложим, — согласился Гарин. — Мы сейчас просто немного побеседуем и проводим вашего учителя в его комнату.

Вику аж передёрнуло. Она вспомнила, какой допрос ей учинили сразу после прибытия из центра NAVY. А мастер Ли уже в возрасте. Разве можно так с ним?

— Да успокойтесь уже, не съедим мы его. Нужно ведь понимать, кого привезли на базу, — проговорил Гарин с миролюбивой улыбкой. Но по его взгляду Вика поняла, что дальше шутить и возиться с ней полковник не будет. Это его последний намёк на то, что надо уступить дело с миром. А иначе её просто выпрут.

И Вика уступила.

Мастер Ли уже сел и смотрел на всех дружелюбно, с лёгкой улыбкой. Выглядел он посвежее, чем в квартире. Если сосредоточиться и посмотреть на него «вторым», псионическим зрением, то его сигнатура светилась куда ярче остальных. Хорошо, значит, и правда восстановился. Вика отметила про себя, что на виджете этого не заметно. Стоило переписать программу, чтобы она выдавала характеристики сигнатур. Алекс быстро бы сделал, но его рядом не было. Внутри больно кольнуло.

— Вика, — она вздрогнула и поняла, что мастер Ли смотрит на неё. Да и все смотрят. — Я должен извиниться, что использовал свою силу, чтобы убедить тебя забрать меня. Не вините девочку ни в чём. Это всё я.

Вика покраснела. Ну вот зачем он.

— А как вы получили эту силу? — тут же влез с вопросом полковник Гарин.

— Это… странная история, — тихо произнёс Хань Ли. — Мне придётся рассказать вам всё с самого начала, чтобы мы с вами могли подумать, почему так случилось. Но до того можно попросить у вас воды? В горле пересохло.

— Конечно, — отец тут же махнул рукой стоявшему за спиной ассистенту и обратился уже к Гарину: — Валентин Михайлович, мы могли бы переместиться куда-то в более располагающую к беседе обстановку?

Мастер Ли обвёл всех взглядом. И одного этого взгляда и тихой улыбки учителя на душе у Вики стало теплее. Полковник Гарин, похоже, тоже что-то почувствовал. Видимо, поэтому в переговорную, куда все переместились, пригласили и Волкова. Выглядел тот посвежее, чем сразу после пробуждения в капсуле, но всё равно устало. Сел в дальнее кресло. Мастер Ли доброжелательно кивнул ему, как старому знакомому.

В переговорную принесли чай и печенье. От ужина мастер Ли отказался. Вика вспомнила, что он почти не принимал пищу во второй половине дня.

— Когда всё случилось, — начал мастер Ли свой рассказ, — я был дома, утром выходного дня занятия в центре начинаются

Я даже собирался выйти и добраться до центра пешком. Тут недалеко же. Специально снимал квартиру рядом. Но стоило мне выйти в подъезд, я понял, там что-то было. Не человек. Оно шипело и клацало чем-то по ступеням. И распространяло вокруг себя энергию хаоса. Я оказался заперт в квартире. И не решился выйти, когда вы собирали выживших.

Мастер Ли посмотрел на полковника Гарина.

— Но благодаря вам я победил отчаяние. Кто-то выжил и пытается создать точку опоры среди всеобщего хаоса. Значит, есть надежда. А ночью появилась новая волна злой разрушительной силы. Какие-то хищные твари, которые сметали всё на своём пути. Я опасался подойти к окну. Мне было страшно за своих учеников. За всех, кого я любил. И я понял, что здесь людям противостоит то, с чем они справиться не в силах. Уж простите за такую оценку ваших возможностей.

Мастер Ли снова взглянул на Гарина.

Тот сидел с лицом, выражающим крайнее участие и, был не готов к такому повороту разговора. Не успел сменить маску и лишь сосредоточенно кивнул. Мол, продолжайте. Хань Ли продолжил.

— Тогда я снова пошёл туда, где всегда находил поддержку и покой. В медитацию. Задвинул шторы, сел спиной к окну и ушёл. Надолго ушёл.

Вика вспомнила, что, бегло глянув в медицинский отчёт, отметила: медики указали ослабленность и даже некоторое истощение организма, плюс обезвоживание. То есть получается, он что, всё это время сидел в медитации?

— Там, в каждом из нас, есть внутреннее море осознания. Попасть туда нетрудно, — продолжал мастер Ли. — За этим морем есть уже внешнее… пространство. И вот оно изменилось. Нет, оно не было поражено той разрушительной энергией, которая изменила наш мир. Но его покой был нарушен, оно стало активным. Его мягкость, незыблемость, то, что мы считали его неотъемлемыми свойствами, утратились. И оно изменило меня. Я не могу описать словами этот опыт взаимодействия с ним, но там я понял, что могу чувствовать людей, которые способны откликнуться. И даже показать им это пространство. Я стал искать учеников, но нашёл только Вику. И как я почувствовал, она осталась единственной из всех. Что мне сейчас особенно горько осознавать, — мастер Ли тяжело вздохнул и сделал глоток чая. — Но мой зов привлёк ещё одно создание. Я видел, что эта девочка поражена той самой скверной, но видел также, что могу помочь ей. И открыл дверь. Но… помочь мне не дали. Я сам чуть не погиб и чуть не погубил вас всех. За что снова прошу прощения.

На секунду повисло молчание, а потом полковник задал свои вопросы:

— Вы сказали, кто способен откликнуться. Здесь ещё есть такие, кроме Вики?

— Есть, — кивнул мастер Ли и посмотрел на Волкова. — Вот этот молодой человек, например.

— Ясно, псионики, — отметил для себя Гарин. — А что значит, помочь?

— Я мог бы перестроить потоки энергии так, чтобы успокоить их. И они перестали бы быть разрушительными, — ответил мастер. — Для этого мне нужно снова войти в то пространство, и действовать уже там.

Гарин скептически хмыкнул и посмотрел на отца:

— То, что нельзя пощупать и проверить. Как вам такое, профессор, смогли бы исследовать?

— Ну, помимо субъективного опыта есть ещё физиологические показатели, — нашёлся отец. — Я мог бы снять параметры мозговой активности, проанализировать гормоны крови. Возможно, это мало бы что прояснило по поводу мутации, но надо с чего-то начинать.

Но ответил ему мастер Ли:

— Я не могу вам объяснить, как это произошло, но мог бы взять с собой туда вашего человека, если хотите.

И он кивнул на Волкова.

— Допустим, — задумался Гарин. — Пусть это не раскроет нам технологию, но, как тут сказали, надо с чего-то начинать.

— Только не сегодня, — не выдержала Вика. — Мастер Ли ещё не восстановился, да и мы все устали.

— А вы что же, планируете участвовать? — поинтересовался полковник.

— Конечно, я не оставлю мастера Ли без поддержки.

— Хорошо, — кивнул Гарин. — Три подопытных лучше, чем два, правда, профессор? Тогда завтра утром и начнём. Например, через час после завтрака? Как вам, Хань Ли?

— Хорошо, — мастер Ли согласно кивнул.

Было видно, что долгий разговор утомил его. И полковник не стал затягивать беседу. Два бойца увели мастера Ли в его комнату. Вика не сомневалась, что они останутся караулить его дверь ночью.

— Ну что, господа псионики, — Гарин посмотрел на Волкова, затем на Вику. — Вы тоже — марш спать. Чтобы потом не было разговоров, что кто-то устал.

Волков сразу же, подчиняясь приказу, поднялся с кресла. Вика вопросительно посмотрела на отца.

— А мы с Виктором Александровичем останемся. Обсудить китайскую философию, так сказать, — Гарин чуть улыбнулся Вике и тут же твёрдым голосом добавил: — Вы свободны.

Вика думала, что не сможет уснуть. В голове крутились мысли про необычную мутацию мастера Ли, предстоящий эксперимент. А ещё никуда не делось переживание об Алексе. Что, если NAVY уже разобрали его по косточкам для исследований? А Таисия? Неужели она стала подопытным образцом? Они же нелюди, эти NAVY, и не звери, хуже зверей. Страшно представить, что они могут сделать с пленными!

Но, вдруг, прервав эти мысли, перед внутренним взглядом Вики возникло лицо мастера Ли. Он смотрел на неё с доброй полуулыбкой. «Спи», — чуть слышно шевельнулись его губы, и Вика тут же забылась глубоким сном без сновидений.

Утром в

— Будешь искать магнитный сигнал, вроде т-скрипта? — поинтересовалась она.

— Конечно, раз у нас тут лженаука в полный рост, почему бы и нет, — усмехнулся отец. — О, вот и контроль пожаловал.

Гарин появился на пороге с зеленоватым цветом лица и тёмными кругами под глазами. Правда, что ли, китайскую философию ночью изучал?

— Готовы? Хань Ли, — он в качестве приветствия кивнул мастеру Ли и похлопал Волкова по плечу. — Виктория, вы — учёный, наша большая надежда в этом эксперименте. Будете исследовать этот феномен изнутри.

Вика не поняла, насколько серьёзно он говорит, и на всякий случай кивнула, прежде чем забраться в капсулу.

Мастер Ли говорил, что нужно просто сосредоточиться на дыхании. Дальше он сделает всё сам. С Волковым они успели потренироваться утром, Вика сомневалась, что боец что-то знал о медитации до этого момента. Остаётся надеяться, что решающее значение тут имеют псионические способности.

Не успела Вика сделать и пары глубоких входов-выдохов, как ощущение тела потерялось. Её куда-то несло каким-то быстрым потоком, голова кружилась. А потом перед глазами возникла картинка: молочно-белые облака с танцующими на их поверхности яркими всполохами.

— Осознай свой образ, — прозвучал рядом тихий голос.

И Вика вытянула перед собой руки, представляя, как увидит их здесь. И они появились. Сначала бледные и тонкие, пальцы постепенно набрали цвет и стали как настоящие.

— Молодец, в этот раз сама справилась! — похвалил мастер Ли.

Его образ собрался мгновенно, высокий и худой в белом одеянии даоса, как на тренировках, на тонкой пергаментной коже видно каждую морщинку. Только сияющие глаза напоминали о том, что тело здесь — лишь проекция.

— А нашему парню нужно помочь, — Хань ли взмахнул рукой, и из облака рядом сгустился силуэт человека, который постепенно наполнился красками и обрёл чёткость. Волков стоял здесь в полной боевой броне. Хотя Вика вспомнила, что ложился он в капсулу в лёгкой армейской униформе. Она взглянула на себя: медицинский костюм.

— Всё верно, ты учёный, а он воин, — улыбнулся мастер Ли. — Подсознание достраивает образ согласно внутреннему состоянию.

— Где мы? — медленно произнёс Волков и протянул руку. Его голос звучал тихо и сдавленно.

Рука легко прошла сквозь облако тумана. Золотые искры затрещали.

— Внешнее море осознания, — произнёс мастер Ли. — Это уже не внутренний мир каждого из нас, но ещё и не соединение с высшим разумом.

— А что, есть и такой? — хмыкнул Волков.

— Конечно, — ничуть не смутился мастер Ли. — Но мы в переходном месте, там, где могут встречаться сознания.

— Здесь вам передали мутацию? — уточнил Волков. — Кто?

Вот ведь неугомонный! Прямо как Гарин, этот бы тоже с такими же вопросами лез. Вика не сомневалась.

— Нет, не совсем здесь, и не кто, — мастер покачал головой. — Это довольно сложно объяснить, тогда я ушёл довольно далеко, так далеко, как проводить вас не в силах. И тогда оно само указало мне путь.

Волков недовольно дёрнул плечом, огляделся.

— А здесь действительно можно связаться с кем-то, кого знаешь? — Вика задала вопрос и замерла: её голос раздался неожиданно звонко и эхом разнёсся вокруг.

— Я вижу в тебе стремление и возможность, — улыбнулся мастер Ли. — Попробуй почувствовать того, кого ищешь. Если он откликнется, я помогу тебе связаться с ним.

— Алекс! — внутри Вики всё подпрыгнуло. А вдруг получится?

Только надо представить Алекса… Лицо с едва уловимыми азиатскими чертами, чуть насмешливый взгляд… Или, может быть, нужно не внешность, а ощущение, когда он перевязывал её раненную в центре NAVY, сосредоточенное лицо, быстрые движения рук. Нет, не то… Может быть, когда они спорили по поводу генома Кеши? А, он же тогда вообще убежал! Когда поставил капсулу Кеши в режим трансформации. Кеша…

Вика вспомнила лысый тёплый комочек на коленях. Мурчание и подрагивающие длинные усы, когти, игриво пробующие хозяйку на прочность.

— Котик? Как неожиданно, — раздался за спиной мягкий голос, и Вика тут же поняла, что не просто представляет, она чувствует его! Кешу! Как будто он рядом.

— Сосредоточься, не отпускай образ, погрузись в ощущения, — тихий голос мастера Ли вливался в сознание.

Белые облака перед Викой рассеялись, из цветовых пятен начала собираться картинка. Какие-то люди в броне, совсем не похожей на броню спецназа. Холод железа, тряска, шум, голоса, один знакомый, кажется, Алекса. «Всё будет хорошо, милая…» Тонкая детская рука совсем близко, как будто хочет потрогать, но не может. Таиска! Всё тонет в диком скрежете. И сама картинка как сквозь мутное полотно, и только её фрагменты — круглые пятна на тёмном фоне.

— Алекс! Алекс там! Я его почувствовала! — Вика едва расслышала свой голос. — Но как понять где они⁈

— Попробуй почувствовать других псиоников, — к ней пробился голос Волкова. — Они там есть? Ты можешь?

Вика настроилась как при обычном поиске сигнатур. Образы, яркие вспышки. Сложно. Как же сложно. Ещё эта пелена. В один момент ей показалось, что она уловила нечто такое, яркое и светящееся, как Кеша. Но этот разум был холодным, враждебным. На миг появилась картинка: широкий простор неба, озеро и густой сосновый лес за ним. Куполы раскрытых парашютов на фоне утреннего солнца. Но тут чужая холодная воля как будто толкнула её, и всё померкло.

— Нет! Стой! — Вика дёрнулась и стукнулась головой прямо о стенку капсулы. — Нет! Я должна понять, где они. Мастер Ли, верните меня обратно!

Но капсула раскрылась, и её схватили сильные руки. Перед глазами возникло лицо отца:

— Не дёргайся, все датчики поломаешь. Дай отсоединить!

— Мы не закончили, надо вернуться! — Вика попробовала высвободиться, но вторая пара рук, лаборанта, стала шустро отсоединять от висков электроды. — Мастер Ли! Папа, я почувствовала Алекса! Таиска с ним! Надо понять, где они.

— Да не переживай ты, — спокойный голос раздался совсем рядом. Уже не такой глухой, как в облачном пространстве. — Я понял, где это.

И совсем другим тоном Волков добавил:

— Полковник, у нас есть шанс захватить группу NAVY, они терпят крушение на северной широте. С ними та девчонка с редкой мутацией и программист Марьин. Только действовать нужно максимально быстро!

Глава 16

С момента, когда Вика выбралась из капсулы, всё закрутилось в каком-то бешеном темпе. Она успела только бросить короткое «да», когда Волков сказал, что нужно лететь вместе со всеми.

Гарин молча кивнул ей, параллельно отдавая приказы через виджет, и жестом остановил отца, который хотел

— Сейчас экипируемся — и в вертолёт, — боец шёл быстро, почти бежал, но дыхание у него даже не сбилось. Говорил спокойно и чётко. — Твоей задачей будет установить контакт с Александром Марьиным на местности. Времени у нас мало, все инструкции получишь на борту.

Сердце у Вики стучало, то ли от быстрого темпа, то ли от роящихся в голове мыслей. Алекс, Таиска! Неужели появился шанс их освободить? Но эта авария, крушение, парашюты в небе. Что, если пленники вообще не выжили? Даже регенерация Алекса от такого падения не спасёт! А если они выжили, но десант правительства не успеет? Волков сказал, это северной широте. Сколько туда лететь? Да, дорога каждая минута, потому нужно спешить!

Они заскочили в оружейную, где уже получали боекомплекты несколько угрюмых десантников. Судя по сосредоточенным лицам, они принимали инструкции через виджет. Вике выдали ту же лёгкую броню, к которой она успела привыкнуть во время недавнего вылета, и игломёт.

На площадке уже ждал тяжёлый военный вертолёт. Он был гораздо больше того, на котором недавно летали за мастером Ли. Громадина поблёскивала на солнце чёрным, опустив лопасти. Вокруг шныряли техники, видимо, проверяя состояние.

— Пойдём, — Волков решительно направился к вертолёту.

Они уселись недалеко от двери. Вика окинула взглядом вместительное нутро с рядом откидных кресел, тянущимся вдоль обоих бортов. Здесь, по её прикидкам, человек тридцать точно должно уместиться. Мимо них прошли трое десантников в тяжёлой броне и уселись напротив, последний закрыл дверь. Доложил что-то по внутренней связи. Волков протянул Вике наушники.

— Надевай, сейчас шумно будет. Не так, как в прошлый раз.

— А что, уже? Вертолёт же пустой, это что, вся группа? — удивилась она и почувствовала, как машина начала вибрировать и наполняться гулом.

Волков улыбнулся, а на виджете появилась иконка вызова.

«Продолжим разговор по связи? Так удобнее».

Вика кивнула.

«Вертолёт будет лететь до места около трёх часов. На его подготовку требуется меньше времени, мы вылетаем первыми, а прибудем последними».

Вика кивнула и вопросительно посмотрела на Волкова. Уж теперь-то у них есть время на объяснения.

Тот чуть улыбнулся и продолжил:

«По положению солнца и теней, что я видел на картинке, район можно определить только примерно. Нейронка даёт погрешность в пятьдесят километров. Сначала к предполагаемому местоположению базы NAVY вылетят самолёты-разведчики и истребители прикрытия. Они будут там через пятнадцать минут и обнаружат следы крушения. Следом подтянется десантный самолёт со спецназом. Когда прибудут коптеры, останется только забрать десант, ну и добить противника».

«А Алекс? — не поняла Вика. — Когда мы прилетим, пройдёт слишком много времени».

«Ему полчаса максимум продержаться, — Волков ухмыльнулся. — Судя по тому, что я узнал из отчётов, он справится. Часть десантной группы, которая прибудет на самолёте, получила приоритетное задание на спасение пленных мутантов, его и девчонки. Но, может быть, они успеют уйти в леса: NAVY уже совсем скоро станет не до них. Вот тогда мы с тобой будем искать их с вертолёта».

Вика закусила губу. После путешествия в море сознания, она едва видела бледные сигнатуры десантников. А ведь они сидели напротив. Через три часа, конечно, псионическая энергия должна восстановиться. Но насколько хватит радиуса чувствительности? Чтобы смотреть с вертолёта вряд ли.

«Не переживай, к тому времени ты восстановишь способности, — Волков как будто прочитал её мысли. — Но они с большой вероятностью не понадобятся. Тебе останется только принять участие в переговорах».

«Каких переговорах?» — опешила Вика.

«С твоим другом, Александром Марьиным, — в глазах Волкова блеснули недобрые искорки. — Мы хотим, чтобы всё прошло гладко. Нам нужен спокойный обратный полёт с девчонкой на борту и лояльным отношением этого покорителя электричества. Повторения прошлой ситуации лучше не допускать. Так что, надеюсь, ты сможешь донести до него, что на базе безопасно, а у тебя есть все необходимые свободы, и убедить его в необходимости сотрудничества».

Вика поняла, что довольно глупым образом таращится на Волкова. Она не нашлась с ответом и отвернулась, уставившись в иллюминатор. В синем небе, с едва различимым через наушники гулом, промелькнул истребитель. Значит, уже вылетели.

Получается, такого мнения военные об Алексе? Своевольный и неконтролируемый мутант, который может выкинуть что угодно? Хотя после того капитана, с которым они передали послание отцу, у них есть все основания так думать. Ещё и NAVY досталось, сбитый коптер у центра военные тоже наверняка оценили. И, выходит, вовсе не для поиска она им нужна.

«Я бы на твоём месте отдохнул, — посоветовал Волков и сам прикрыл глаза, полулёжа в кресле. — Наши аналитики не исключают, что его предстоит искать по лесам. Может быть, нам придётся войти в это море осознания или как там его, ещё раз. Я понял, для китайца расстояние не особо имеет значение?»

«Скорее всего так, — согласилась Вика. — Я сделаю всё, чтобы у нас получилось. Без Таиски и Алекса мы не вернёмся!»

* * *

— Сюда! — Таиска ловко прыгнула на кочку, перемахнув через покрытый ягодами морошки травяной ковёр.

Я постарался аккуратно ступить на то же место, памятуя, как минутой раньше Андрей чуть не провалился в топкую зыбь. Хорошо только одной ногой. Иначе я бы его не вытянул. Следом за нашей юной проводницей мы забрели в настоящие болота, и теперь я понимал, какая это удача. Ублюдки из NAVY в тяжёлой броне имели тут все шансы сгинуть. Туда им и дорога! А Таиска благодаря чутью вела нас безопасным маршрутом.

— Ты как? — участливо спросил Андрей, заглядывая мне в лицо. — Болит?

Я краем глаза посмотрел на красную культю, рана на которой уже закрылась.

— Чешется жутко, — признался я. — И жрать хочется, корову бы с копытами проглотил. Вот на Кешу посматриваю.

Кот, устроившийся на плече у Андрея, подозрительно прищурился и зашипел. Псионик, мать его, жаль, без чувства юмора.

— Шутишь, — улыбнулся Андрей. — Значит, ещё есть силы. Ничего, чуть оторвёмся, морошки тебе этой насобираем, что ли.

— Таиска, веди дальше, пока эти гады к нам не подобрались.

Наклонившись, здоровой рукой, я на ходу сорвал несколько ягод морошки и сунул в рот. Ну и гадость! Кислятина!

Живот отозвался громким урчанием. Каким-то слишком громким…

— Кеша, ты чего, засранец?

Андрей рычал на кота, размазывая кровь на предплечье. А тот, не обращая на него внимания, уставился в одну точку и завывал, как восставшее из ада умертвие.

— Кеша?

Я попытался его успокоить, но он дико мявкнул и рванул куда-то в

— Бежим! — внезапно пискнула Таиска и потянула меня за рукав. Мысли о рези в желудке моментально улетучились, уступив место нехорошему предчувствию. Перехватив руку пигалицы, я рванул вперёд, стараясь держаться ближе к деревьям.

— Сюда!

Не пытаясь давать оценку словам Таисии, я вломился в заросли кустов и кубарем полетел вниз в пологий овражек. Чёрт! Жгучая волна боли от раненой руки на миг затуманила разум. Что-то, чертыхаясь, плюхнулось рядом.

— Андрей!

Крик Таисии смешался со стоном и руганью Андрея. Да что тут происходит? Размазав по лицу остатки болотной жижи, я повернулся в сторону криков и ужасом осознал происходящее. Эти сволочи нас догнали!

— Эй, Алекс! — подтверждая мои мысли, послышался из-за кустов голос железного Златана. — Я знаю, что ты тут. И у меня есть к тебе небольшое предложение.

Игнорируя ублюдка, я подполз к Андрею и отодвинул прижавшуюся к нему Таисию.

— Как ты?

— Ничего, жить буду, — прошипел он, зажимая раненую руку. — Вскользь прошла. А вот ублюдков я сейчас поджарю. Пусть только покажутся.

— Подожди, — я подавил порыв Андрея подняться и закрыл глаза.

Судя по голосу, Златан стоял по ту сторону небольшой топи, которую мы только что пересекли. Метров тридцать. А значит, я должен легко их засечь. Надо только сосредоточиться… Есть!

Троих бойцов спецназа я почувствовал почти сразу. Но совсем не так, как рассчитывал. Чёрт! Эти слепые пятна скоро во сне будут сниться. Ублюдки явно имели защиту от моих молний. И от молний Андрея тоже…

— Алекс! — продолжал вещать стальной капитан. — К сожалению у меня нет времени. Даю тебе ровно три минуты. Отдай нам девчонку и можешь валить со своим дружком куда глаза глядят. Никто вас не тронет. Обещаю. Время пошло.

Парень, как всегда, предельно конкретен. Но не думаю, что честен. Единственное, что нас пока спасает от смерти, это то, что они боятся ранить Таисию.

Я посмотрел на неё и встретился с полным мольбы взглядом.

— Да никто не собирается тебя отдавать, — шёпотом сказал я, погладив её по рыжим волосам. — Дай только минутку, надо что-то придумать.

— Пусть только сунутся! — зло прошипел Андрей. — Я их мигом поджарю.

Не успел я сказать парню, что это вряд ли поможет, как раздался крик одного из бойцов. Почти без задержки последовала глухая чечётка выстрелов игольников. И дикий рёв Кеши, сразу перешедший в болезненное мяукание.

— Кеша!

Воспользовавшись моим замешательством, Таисия рванула наверх, сквозь кусты.

— Тася!

Не знаю, откуда у него взялись силы, но Андрей бросился вслед, мимоходом сбив меня с ног.

— Ублюдки!!!

Молнии разорвали вечернее небо, словно лист бумаги. Их сеть с треском рухнула на подлесок, срубая мелкие деревья и заставляя волоски на руке встать дыбом.

Да чтоб вас! Собравшись с силами, я рванул следом и, найдя просвет среди кустов, упал на землю.

— Андрей…

Вхлип Таиски отозвался болью в груди. С моего места было прекрасно видно всю небольшую поляну. Буквально в трёх метрах от меня лежал Андрей, а рядом сидела Таисия и держала его за руку. Также, как и пару минут назад. Только в этот раз кое-то было совершенно по-другому.

Стиснув зубы, я молча смотрел на алую кровь на зелёной траве.

Андрей, что ж ты наделал!

Его грудная клетка превратилась в страшное месиво на корню убивая даже тень надежды.

Вот же дурак! Куда полез-то! Да чтоб тебя…

«Соберись, Алекс! — зло прошептал я себе. — Думай давай, а то тоже останешься рядом лежать».

Окунувшись в ощущения, я срисовал бойцов NAVY. Двое из них скрылись среди деревьев на том конце поляны, а третий лежал с рваными ранами на шее чуть поодаль. Рядом с ним, забившись под его руку, жалобно мяукал наш лысый боец.

Эффект от яростного удара Андрея даже в такой ситуации вызвал удивление. Часть мелких сосен на той стороне просто скосило, оставив на деревьях побольше угольно-чёрные пятна. А сухой безлистый великан и вовсе занялся огнём.

— Таська, Таська, — прошипел я, не покидая укрытия. — Иди сюда.

Она повернула голову с зарёванными глазами и тихо всхлипнула.

— Это из-за меня, — прошептала она одними губами.

— Нет, конечно нет, милая. Только прошу тебя, иди ко мне. Пожалуйста.

Она всхлипнула. Медленно поднялась во весь рост и пошла ко мне.

* * *

Вика не поняла, когда успела уснуть. В наушниках раздалось:

«Подлетаем к месту, пора просыпаться!»

Тяжёлые веки с трудом разлепились, Волков с кем-то разговаривал по внутренней связи и торопливо кивнул.

Спина затекла от неудобного положения, ноги казались ватными. Вика, как могла, потянулась, чтобы размять задеревеневшее тело, и отхебнула воды. Она уже поняла, что силы восстановились не полностью. Как же теперь помочь Алексу?

«Что там?» — спросила она.

Волков ответил не сразу. Через несколько минут, которые показались очень долгими. Вика вся извертелась в кресле от нетерпения и волнения.

«Ситуация такая. Базу NAVY обнаружили, но после подлёта основных сил они запустили режим самоуничтожения. Там теперь воронка радиусом в километр».

Вику аж в холод бросило:

«Они ведь не могли быть на базе в тот момент⁈ Алекс и Таиска?»

«Надеемся, что нет. И не в тарелке, которая оттуда стартанула, — добавил Волков. — Её мы упустили».

«Где?»

«Тарелка летающая. Не спрашивай, я сам слегка в шоке. Но на видео и правда она. Радары её не засекают и ракеты сложно навести. Видимо, у NAVY не только разработки нейровируса на вооружении».

«Нелепость какая, — Вика потрясла головой, и мысли вернулись к главному вопросу: — Нам нужно найти Алекса и Таисию».

«Да. Будем надеяться на тот вариант, что они в лесу, — согласился Волков. — Мы сейчас будем совершать облёт в радиусе места крушения. Там ничего не видно из-за деревьев. Может быть, ты что-то почувствуешь».

Вика покосилась на небольшие иллюминаторы в бортах вертолёта, сидящих напротив троих верзил в броне.

«Тебе нужен обзор? Можно занять там в кабине место бортового техника», — предложил Волков.

Вика кивнула. Сигнатуры десантников светились ярко, но как разглядеть то, что в лесу? Разве что установить связь с Кешей.

Из-за перегородки, отделяющей пилотов, к ним вышел невысокий плотный мужчина в камуфляже, и Волков проводил Вику в кабину.

Там располагалось третье кресло, чуть позади двух пилотов. И обзор открывался великолепный: весь нос впереди и бока — смотри не хочу. Вика и смотрела. Прямо под ними — сосновый лес, вертолёт старался держаться ниже. Слева выжженное пятно, c провалившейся землёй и обломками бетона, дымящееся чёрным. Наверное, это всё, что осталось от базы NAVY. На

«Нам можно туда? Над ними пролететь на той же высоте?», — попросила Вика по связи.

Один из пилотов без лишних слов наклонил рычаг управления, от чего горизонт тоже наклонился, а Вику повело вбок. Вертолёт развернулся.

Вика вцепилась в ручку, чтобы не упасть, и прикрыла глаза. Виджет вызывать не стала, положилась на ощущения. Вот два ярких контура впереди: пилоты, сзади ещё четверо. Один из них светится так интенсивно, аж вибрирует, это Волков, псионик. А вот внизу — ни намёка на свечение, увидеть хотя бы искорку! Вика сосредоточилась, и даже, в конце концов, открыла виджет. Нейронка не оставила ей надежды, чётко обрисовав зону чувствительности. Она обрывалась, не доходя до земли…

— Чёрт! — Вика ударила кулаком в обивке кресла.

' Что там?' — поинтересовался Волков.

«Ничего! Я не чувствую людей внизу и Алекса тоже не смогу почувствовать. И Кешу, пусть он и псионик, — призналась Вика. — Думаю, нужно просить мастера Ли вывести меня во внешнее море сознания, а нам кружить над лесом. Так мы увидим вертолёт оттуда и определим местоположение наших ребят. Мы можем связаться с базой?»

«Мастер Ли уже на связи», — отозвался Волков, и в его голосе Вике почудился смешок.

Ну да, тот вариант, который она сейчас подробно объясняла, аналитики военных уже давно просчитали и всё подготовили.

«Вика, — прозвучал в голове знакомый голос, слегка перекрываемый помехами. — Просто расслабься, как в прошлый раз. И всё получится. Только долго я поддерживать вас не могу».

«Хорошо, я постараюсь быстро», — отозвалась Вика и закрыла глаза, откинувшись на спинку кресла. Только бы хватило сил.

Белое пространство в этот раз навалилось внезапно и закрутило в потоке. Как будто пилоты снова разворачивали вертолёт. Всполохи мелькали золотыми молниями.

— Сосредоточься! — знакомый голос остановил круговерть.

Второй голос снова прорвался, как через слой ваты.

— Настраивайся на Кешу, ищи его.

И Волков тоже здесь?

В этот раз Вика осталась бестелесной, и присутствие мастера Ли только лишь ощущала. Но сейчас не было смысла тратить время на создание образа, да и не нужно. А нужно почувствовать Кешу, этот маленький тёплый комочек, мысленно погладить бархатную спинку, тронуть влажный розовый нос.

Есть!

Туман вокруг стал рассеиваться, мелькнули образы: верхушки сосен, голубое небо.

От радости Вика потеряла концентрацию, и картинка поплыла.

— Сосредоточься! — раздался голос мастера Ли. — Держи связь.

И Вика, отрешившись от себя, постаралась полностью погрузиться в восприятие Кеши.

Вокруг снова появились сосны. Редкие и худые на фоне болотных кочек. Картинка была почему-то блёклой, почти чёрно-белой. На зато целой, не фрагментированной на пятна, как в прошлый раз. И сердце Вики сжалось, она увидела откуда-то сверху, как, осторожно ступая по кочкам, среди деревьев пробирается боец. Только броня на нём вражеская. Такая же была в предыдущем видении. NAVY! И вдруг боец стремительно метнулся к ней, как будто взлетел. Вика не сразу поняла, что это она, то есть Кеша, сам прыгнул к нему. Внутри всё наполнилось вибрацией и утробным урчанием, а потом перед ней метнулись четыре блестящих стальных лезвия. Когти! Они с лёгкостью пропороли броню на шее бойца, и оттуда брызнуло алым. Резкий крик заполнил уши, а потом бок обожгло болью. Деревья вокруг крутнулись, размываясь с небом в зелёно-голубое месиво, и в глаза плеснуло зелёным.

Кеша!

Вике пришлось собрать в кулак всю свою волю, чтобы удержать концентрацию. Темнота. Крики, один из них тонкий. Таискин. Потом вспышка. Как будто молния. В появившейся картинке теперь всё поле зрения занимала сухая сосна на фоне голубого неба. И эта сосна горела.

Через пелену прорвался голос Волкова:

— Выходим! Дерево горит. Я дам ориентировку оперативникам.

Вика ничего не делала сама, просто вдруг поняла, что лежит в кресле и вертолёт кренится, снова разворачиваясь. Она попробовала подняться, но перед глазами поплыло. Тяжёлым ватным одеялом навалилась слабость.

«Кирилл! Кирилл! Что там?»

«Всё в порядке, — несмотря на чёткий и быстрый ответ в голосе Волкова читалась усталость. — Мы засекли их. Десант готовится к спуску».

Вика закрыла глаза и несколько раз глубоко вдохнула и выдохнула. Она не заметила, как отключилась, потому что голос нейронки показался неожиданно резким: «Показатели давления и пульса понижены. Ввожу поддерживающий препарат».

Через несколько секунд по телу разлилось приятное тепло. Вика открыла глаза и дождалась, пока картинка перестанет плыть. Вертолёт по-прежнему летел над лесом. Неужели ещё не нашли⁈

«Кирилл!» — не дожидаясь ответа, Вика отстегнулась и встала с сидения. Голова чуть закружилась, но пары глубоких вдохов хватило, чтобы всё прошло. Дверь перегородки подалась, и Вика на ватных ногах выбралась в салон.

— Вика! — восторженный визг Таиски пробил даже шумоподавление наушников. Девчонка рванулась из креплений, но не смогла освободиться сразу. Завозилась с ремнём. Вика, ища глазами Алекса, поспешила к ней. На кресле рядом, свесив голову на грудь, дремал Волков.

Алекс! Он лежал на носилках в конце салона, прикрыв глаза. Что с ним? Как он? Ранен?

Рядом на импровизированной из камуфляжной куртки лежанке вытянулось длинное тельце. Его бок с наложенной белой повязкой тяжело поднимался и опускался. Кешенька! Котик!

Костлявые худые ручонки обхватили Вику. Таиска снова радостно завизжала, и Волков, наконец, подскочил на своём кресле. Ругнулся одними губами и потянулся за девчонкой.

«Вика, усади её, не дай бог, расшибётся при манёвре», — раздался в динамиках усталый голос.

Вместо этого Вика радостно прижала девчушку к себе.

Трое десантников, измазанные в болотной грязи, невозмутимо разглядывали картину, даже не пытаясь угомонить пигалицу.

«Что с Алексом?» — Вика снова взглянула на лежащего Алекса и заметила ещё кое-что. Чёрный мешок в самом конце салона. В таком недавно везли ту мутантку. — «А там… что? Кто в мешке?»

«В порядке твой Алекс, — отозвался Волков. — Ранен, но с его регенерацией это не проблема. Кота задело, мы его перевязали как смогли. Должен справиться. А вот один из пленных мутантов погиб».

— Андрей! Там Андрей! — Таиска крикнула Вике почти в самое ухо, чтобы было слышно. Радостное выражение с её лица тут же пропало, глаза наполнились слезами. — Они его убили.

Последнюю фразу Вика почти прочитала по губам.

Она проводила Таисию на место, и Волков пристегнул её ремнями. Он хотел усадить рядом и Вику, но она ещё раз обняла девчонку и пошла в конец салона, к Алексу.

Лицо бледное, но руки, сложенные на груди, еле заметно поднимались в такт дыханию. На предплечье был надет автомед военных. На базе всем мутантам выдавали такой же. А вторая рука… Вика не сразу

— Алекс! Как же так!

Возглас сам вырвался из груди. Вика коснулась раненой кисти. Горячая! Регенерация же должна справиться?

Алекс вздрогнул и открыл глаза. Несколько секунд они смотрели друг на друга, а потом он улыбнулся.

По локальной сети пришло сообщение: «Вот мы и встретились».

Глава 17

— Да чтоб вас всех!

Стараясь не задевать сочащуюся сукровицу, я осторожно почесал свой обрубок руки. Ну сил больше нет терпеть!

Нейронка тут же отреагировала и бросила на меня недовольный взгляд с экрана виджета.

«Алекс, не трогай рану,— строго сказала она. —Ты можешь занести инфекцию. Советую тебе отвлечься на что-нибудь».

— Отвлечься? Легко тебе говорить! У тебя же никогда ничего не чесалось. Это невыносимо просто! Я спать не могу из-за этой жуткой чесотки!

«Профессор сказал, что это естественный процесс».

Я хмыкнул. Естественный или сверхъестественный. Как будто мне от этого легче.

— И ты туда же, Мия, — прошипел я. — Неужели нельзя было подобрать хоть какой-то препарат?

«Профессор говорит, что это негативно скажется на процессе регенерации. Неужели ты не хочешь побыстрее вернуть себе руку?»

Вернуть руку хотелось. Прям до коликов в животе. Но этот выносящий мозг зуд…

— Профессор то, профессор сё, — проворчал я, продолжая шкрябать ногтями бледную кожу. — Ты лучше скажи, сколько ещё мне мучиться?

«Уже в десятый раз спрашиваешь,— Мия театрально закатила глаза, но всё же вывела на виджет информацию.— Осталось два дня».

— Два дня, четыре часа, семнадцать минут и долбанных пятнадцать секунд!

«Как всегда, зришь в корень, Алекс,— улыбнулась Мия. —Но это почти на десять минут меньше предыдущего прогноза».

— Серьёзно? Хочешь сказать, что ты ошиблась в расчётах?

«Нет, Алекс. Ты же знаешь, что я не ошибаюсь. Просто делаю корректировку согласно твоим указаниям…»

Раздражение, владевшее мной последние сутки, на секунду отступило, давая просочиться крамольной мысли.

— А ну-ка, выведи динамику по синхронизации!

«Готово, Алекс!— Махнула рукой Мия, обновляя информацию на виджете. —Прирост синхронизации регенеративных генов за последние двое суток почти полпроцента. Отсюда и корректировка данных».

С жадностью медоеда я вцепился в статистику и последние данные по корреляции. Интересно…

Объект: Алекс

Статус адаптивности генома:

Устойчивость модификации: + 14,1%

Предел развития: 2+

Белок стабилизации: отсутствует

Импринтированные генные кластеры:

Ветка регенерации: 7,99 % синхронизации

градиент мутации — 29

устойчивость модификации: + 12%

сила способности — 231%

Ветка энергии: 11,08 % синхронизации

градиент мутации — 9

устойчивость модификации: + 16%

сила способности — 99%

Статус трансформации ДНК: 24,27%

центр физической активности — 31,28%

центр нервной системы — 31,65%

центр ментальной активности — 8,89%

Со времени расставания с Мией, данные сильно изменились. Но, кроме банальных выводов о росте способностей после их использования, опереться было не на что. Несмотря на то что сила мутагенеза ветки регенерации была намного выше, синхронизация почему-то шла гораздо медленнее. Да и сила способностей, выведенная эмпирическим путём, не в полной мере отражала нужные мне данные.

Чёрт! Как же мне не хватает знаний о работе нейровируса. Инфа, которую удалось нарыть в исследовательском центре, нам очень помогла, но не отвечала на самые важные системные вопросы. Оставалась большая надежда, что удалось стащить что-то стоящее с серверов Адама, но мощностей у моей помощницы для быстрого решения вопроса явно не хватало.

— Мия, как там дела по данным с базы NAVY?

«Процесс займёт ещё пару дней,— подтвердила мои опасения нейронка. —И это при восьмидесятипроцентной загрузке моих мощностей».

— Вот дерьмо! — Зацепив ногтем кусочек мягкой плоти, я зашипел от боли и зло зыркнул на Мию. — Долго!

«А ты попроси доступ к серверам лаборатории, Алекс, — ехидно улыбнулась нейронка. — Там делов-то на пятнадцать минут».

И это я её такому научил?

Я вздохнул и в десятый раз задумался. Слова Мии были вроде правильными, но вшитое в подкорку недоверие ко всем корпоративным структурам заставляло держать дистанцию. Хотя, если честно, я не знал, что скрывать. Полковник Гарин лишь немного пожурил меня за проделки. А в остальном его речь была полна комплиментов и благодарностей в мой адрес. За Вику, за профессора, за информацию о нейровирусе. За ту же Таисию. И соблазнительных предложений военный насыпал кучу. Дескать, оставайся мальчик с нами, будешь нашим королём.

Даже мою первую просьбу после того, как я немного пришёл в себя, выполнили без лишних вопросов: выделили вертолёт и целую группу спецназа, чтобы я смог без проблем забрать Мию, припрятанную в той заброшенной лаборатории NAVY. Но всё равно, что-то во мне противилось терять свободу выбора. Пусть даже мнимую.

— А что, если в этих данных будет информация о работе правительства с NAVY? — продолжал я гнуть свою линию.

«Ты, правда, всё ещё в это веришь?» —удивлённо вздёрнула носик Мия.

— Да кто его знает, — раздражённо буркнул я. — Но не проверишь, не узнаешь.

«Тогда нужно подождать ещё пару дней»,— улыбнулась нейронка. Снова ехидно.

Ждать решительно не хотелось. Но и вываливать всю информацию, даже не зная о чём она, тоже казалось плохим решением. А если они сочтут её секретной и вообще закроют доступ? Ведь, как говорил профессор, часть информации об исследованиях и так уже находится под особым грифом. И на уточняющие вопросы отказался отвечать. Лишь добавил: подпиши, Алекс, контракт, и всё узнаешь.

Подпиши, как же. После его прочтения единственной мыслью было послать всех подальше и свалить в неизвестном направлении. Особенно после того, как я увидел условие не покидать лабораторный комплекс в течение всего времени контракта. Который был бессрочным. В общем, ситуация на данный момент сложилась патовая. Работать по специализации они меня заставить не могут. Ведь доступ к секретным сведениям жёстко регламентирован и требует кучи формуляров, которые я подписывать не намерен. А учитывая мои знания и квалификацию, мобилизовать меня по законам военного времени, как выразился сам полковник, просто дурость.

Радовало только одно — я ещё пять дней на заслуженном больничном. С отдельными апартаментами, душем, трёхразовым питанием и ежедневными сеансами связи с полковником. В которых он каждый раз испытывал мои принципы на прочность новыми плюшками.

А вот и он! Лёгок на помине. Принимая вызов, я гадал, о чём пойдёт речь на этот раз.

— Как самочувствие, Алекс? — начал он с уже надоевшей мне фразы.

— Контракт подписывать не буду, — с ходу напомнил я о своей позиции.

Он скривился, будто раскусил незрелый лимон и покачал головой.

— Ну что же так сразу. Даже не желаешь выслушать моё предложение?

— Всё равно не буду, — упёрся я.

— Ладно, ладно, —

— Если только совсем немного. И после того, как полностью узнаю весь расклад.

— Это само собой. — Гад расцвёл улыбкой и сразу перешёл к делу. — Вика говорила, что у тебя есть интересная программа оцифровки способностей. Я думаю, тебя не затруднит скинуть исходный код и дать нам пару примеров обработанных данных?

— Хотите оцифровать всех своих бойцов? — понимающе кивнул я и замер от пришедшей в голову мысли. — Э-э-э, не вопрос, полковник. Я вам, если честно, тоже многим обязан, так что без проблем.

— Что, так сразу и без условий? — Похоже, он искренне удивился.

— Ну конечно. Мы же теперь друзья, — я скопировал лучезарную улыбку Мии. — Только на ваших серверах я работать не буду. Принесите мне самый мощный спейсер, что у вас есть, и закиньте туда данные десятка ваших суперов. А завтра вечером заберёте со всеми исходниками.

Он изучающе посмотрел на меня, словно пытаясь понять, где тут подвох, но через пару секунд игры в гляделки, медленно кивнул.

— Через десять минут у тебя будет всё необходимое.

* * *

Конечно, спейсер понадобился мне совсем не для оцифровки бойцов военных. Первым делом я дал Мие задачу разобраться с данными, украденными с базы NAVY. А уж потом начал возиться с программой для Гарина.

«Алекс, информация от NAVY каталогизирована, с чего начать?»— отвлекла меня нейронка.

— Подожди, Мия, через пять минут освобожусь и приступим к разбору. А пока подготовь к изучению кластеры с информацией по тегам «грейды» и «матрицы».

Отдав команду, я скрупулёзно продолжал вносить правки в свою программу. Десять новых референсов выявили несколько недочётов, чему я даже обрадовался. Совершенство кода было моим излюбленным фетишем.

Удовлетворённый полученным результатом, я поставил десять моделей на новый прогон и перевёл взгляд на виджет с Мией.

— Давай выкладывай!

«Вот, смотри,— тут же оживилась нейронка. — Здесь восемьсот семьдесят четыре упоминания о грейдах и матрицах. Более шестисот из них относятся к описанию профилей мутантов. Там такие мутации, Алекс…»

— Мутации, Мия, — перебил я её, усмехнувшись, — это когда у тебя на заднице рука выросла.

«О, тут как раз есть подобные, вот посмотри!» —притворно радостно отозвалась нейронка.

— Да чтоб тебя! — я едва сдержал рвотный позыв. — Убери эту хрень с глаз долой!

«Как скажешь, босс»,— улыбнулась Мия, довольная своей выходкой.

Обижаться на Мию, это примерно то же самое, что обижаться на себя самого. Немного отойдя от увиденного, я попросил помощницу убрать подобных уродов из списка для анализа. И даже после этого карточек с профилями мутантов осталось больше трёх сотен. Замучаешься всех анализировать.

— Мия, дай справку о количествах грейдов и принципов их присваивания. И выведи для начала карточки объектов с первым грейдом.

«Уже, босс!»

На этом этапе работа Мии была закончена. Сейчас предстояло самому ознакомиться с информацией, чтобы понять, в какую сторону копать дальше. Итак, что там у нас?

* * *

Через три часа я поднялся с кресла, чтобы размять затёкшие ноги и успокоить метавшиеся в беспорядке мысли. И были они совсем не о классификации мутаций и их разнообразии. И даже не о сожалениях, что информации о структуре нейровируса в украденных файлах не нашлось.

Перерождение…

Одно из ключевых понятий в структуре исследований NAVY. Да, пусть та лаборатория занималась лишь подготовкой объектов для этапа перерождения, но суть я ухватил точно. И эта суть пугала меня до усрачки.

Сверхспособности, о которых соловьём заливался Адам. Ха! Это лишь верхушка айсберга. Откровение для простофиль. По достижении девяноста процентов трансформации ДНК, человек перерождался в нечто иное, и в большинстве случаев это вызывало омерзение.

Вот дерьмо! Уроды, которых недавно предъявила мне Мия, и рядом не стояли с теми ужасными тварями из отчётов по экспериментам.

По коже снова пробежали колючие мурашки, от чего культя зачесалась ещё сильнее.

Ладно, сейчас нужно выдохнуть и собраться. Выдохнуть и собраться…

Через некоторое время аутотренинг дал свои результаты и помог вернуть мысли в нужное русло. Итак, что мы имеем? Огромную задницу на горизонте — перспективу стать одним из тех жутких уродов, и ма-а-аленький шанс избежать такой участи. А всё благодаря украденным данным. Одно это стоило всех злоключений, свалившихся на мою голову за последнее время. Осталось разобраться, как это сделать.

— Мия, проанализируй досье на все образцы и выведи основные закономерности. Сделай это пока без аналитики. Просто структурируй.

«Уровень детализации?»

— Тип перерождения, набор матриц, влияние грейдов мутаций.

«Готово, —отчиталась нейронка. —Что-то ещё?»

— Да. Наложи на них мою программу оцифровки.

«Это невозможно сделать, Алекс. Тут только отчёты, без генетических данных».

Я вздохнул и на секунду задумался. В списках ведь была карточка Таисии. Эти уроды из NAVY успели и её внести в базу.

— Ориентируйся на карточку Таисии. Попробуй поймать корреляцию на основе её данных.

«Этого слишком мало, Алекс».

— Знаю, но мне нужно выявить принцип, а не импринтировать гены. Действуй давай!

Мия мгновенно замолчала, почувствовав мой настрой. И это знак, что я теряю контроль над собой. А сейчас он мне нужен как никогда.

Я выдохнул и прикрыл было глаза, но тут же вздрогнул. В темноте под веками как будто отпечатались образы мерзких тварей.

Чёрт!

«Готово, Алекс».

Впившись глазами в потоки данных, я искал суть. Не решение, а смысл. То, что даст мне точку опоры. Логичнее всего было начать с образцов, сохранивших человеческий вид, но я пошёл от обратного. Искал закономерности в самых провальных экспериментах. И через некоторое время картина начала проясняться.

— Мия, выведи мои данные по центрам активности.

Статус трансформации ДНК: 24,27%

центр физической активности — 31,28%

центр нервной системы — 31,65%

центр ментальной активности — 8,89%

Да, так и есть. Во-первых, моя ошибка заключалась в том, что я усреднял статус трансформации ДНК, исходя из активности центров. Преображение начинало работать при достижении девяноста процентов любого центра, а значит, у меня ещё меньше времени, чем я думал. И это, учитывая собственную прогрессию мутагенеза, которая медленно, но верно вела к итогу трансформации. Десятая доля процента в неделю, но сути это не меняло. Отсидеться в любом случае не получится.

Во-вторых, перекос в развитии центров критически влиял на итоговый результат. А если кто-то ловил специфическую мутацию, завязанную только на один из центров, то от него и вовсе на выходе от человека оставалось лишь воспоминание. Внимание зацепилось за одну из карточек мутантов, где фигурировал объект, похожий на здоровенную человекозмею. Бледно-синий, покрытый чешуёй с мутными глазами без век и огромным, завитым в кольца хвостом

Объект: U15/3472 (Гарри Литманен)

Импринтированные матрицы 4 грейда:

Пестицидам R134

Ядовитая железа T234

Импринтированные матрицы 3 грейда:

Змеиная кожа Т451

Параметры перерождения:

Матрица развития — С177

Потенциал трансформации — 16%

Статус трансформации ДНК: 90%

центр физической активности — 90%

центр нервной системы — (30–40)%

центр ментальной активности — (10–20)%

— Н-да, не повезло тебе Гарри, — не удержался я от вздоха и сосредоточился на изучении последней графы статуса.

Эта графа была припиской от Мии и давала большой разброс в данных, но как я говорил, мне нужна была суть. И я её нашёл. Человеком, или более-менее на него похожим, оставались образцы, где все три центра на момент перерождения были развиты примерно одинаково. Прогнав данные через наскоро написанную утилиту, я понял, что диапазон отставания от основной ветки должен быть не более двадцати процентов. Понятно, что второпях добиться точных результатов невозможно, но сейчас этого было более чем достаточно.

— Мия, что думаешь? Основные тезисы.

Я указал на открытую карточку твари, некогда бывшей Гарри Литманеном.

«Первое, что бросается в глаза,— тут же включилась в разговор нейронка, —это подбор матриц, импринтированных объекту. Создаётся ощущение, что результат на выходе — не ошибка, а результат тщательной селекции. Обрати внимание на порядковые номера геномов».

— Хочешь сказать, что у них только матриц змеиной кожи более четырёхсот?

«Очень похоже на то».

— Так если помножить все вероятности, то им даже оставшихся в живых людей не хватит, — засомневался я.

«Вряд ли они действуют так топорно, скорее всего, мы видим модификации уже прошедшие определённый отбор».

В словах Мии был резон, но сейчас хотелось поговорить немного о другом.

— А что ты думаешь о моей, хм-м… «сборке»? Во что я по итогу превращусь?

«Сам же видел, что мутаций, подобных твоим, в этой подборке нет. Но если пофантазировать, то вполне может получиться какой-нибудь живучий электрический угорь. Если, конечно, срочно не привьёшь себе третий паттерн генов. Или матрицу».

Мысль эта была настолько очевидной, что даже спорить не хотелось. Как и фантазировать. Угорь… бр-р-р…

Потихоньку смакуя эту мысль, я понимал, что рисковать и ждать, что получится по итогу, нет никакого смысла. Даже если мои мутации не завязаны ни на какую хрень с рогами и копытами. А значит, нужно подобрать мутацию, — тьфу, матрицу! — относящуюся к центру ментальной активности, и догнать её развитие до уровня остальных центров.

«Плохо будет обычным людям с первым пределом развития. А если и матрица так себе, то вообще пиши пропало».

Слова Мии, сказанные вскользь, заставили сердце тревожно сжаться. Инга, Вика, Таиска и сотни тысяч простых людей лишь выиграли первый этап лотереи. О том, что их ждёт дальше, даже думать не хотелось.

Я устало откинулся в кресле. Нет, такого допустить нельзя. Пусть я сам и не способен это изменить, но за мной стоит вся мощь государственной машины. Подумал об этом и горько усмехнулся. Докатился, Алекс.

— Мия, соедини меня с полковником Гариным.

«Сейчас ночь, Алекс. А ваша встреча запланирована на завтра после обеда».

— Мне кажется, новости заставят его изменить график. Вызывай!

Глава 18

Лицо полковника появилось на виджете сразу же. Он что, вообще не спит?

— Как дела, Алекс? Что-то случилось?

Жёсткий проницательный взгляд изучал меня словно сканер. Ни намёка на удивление или раздражение, несмотря на третий час ночи. И лишь в глубине глаз таилась вселенская усталость, взятая под контроль железной волей.

— Думаю, случилось, полковник, — медленно проронил я, понимая, что даже не выстроил линию поведения для разговора. — Но хотел обсудить это лично.

— Лично? — Еле заметная морщинка появилась над его бровью, выдавая скрытое напряжение. — Тогда через пятнадцать минут в моём кабинете. Тебя проводят.

Умение без лишних соплей принимать важные решения — одно из немногих качеств, которое нравилось мне в других людях. И у Гарина оно, похоже, близко к абсолюту.

Интересно, с чего мне стоит начать в нашем разговоре? И как всё сделать правильно?

Не успел я обдумать этот важный вопрос, как панель на двери просигнализировала о вызове. Быстро вы, однако.

— Мия, подготовь пока мини-презентацию. И начни с самых мерзких утырков, прошедших перерождение.

«Будет сделано в лучшем виде, Алекс»,— хихикнула Мия.

Я схватил спейсер и натянул казённый китель. Другой одежды на базе мне не выдали. Узрев своё отражение в зеркале, цокнул от злости. Да кто вообще придумал эту идиотскую одежду! Но всё же это было лучше, чем явиться с голым торсом. Ладно, одним из условий будет прикид поприличнее.

— Привет, приятель, — я открыл дверь и помахал обрубком руки с проклюнувшимися мелкими уродливыми пальчиками перед носом ошалевшего солдатика. — Я готов!

Тот отшатнулся, что-то проворчал себе под нос и зло махнул рукой. То ли перекрестился, то ли сделал знак следовать за ним. Наверное, всё-таки второе.

Бредя за провожатым, я вспоминал своё первое появление на базе пару дней назад. Вику, которая вцепилась в мою здоровую руку и неотступно следовала за каталкой, пока меня везли к медицинскому блоку. Нахмуренного профессора. Таиску, вхлипывавшую над телом Андрея. И дикий мяв Кеши, который заглушал все остальные звуки. За всю прошлую жизнь в мире нетронутом катастрофой я не приобрёл столько близких людей, как за эти две недели. И вот, когда казалось, что самое страшное миновало, судьба подкинула новое испытание.

Мне вдруг стало стыдно за свои недавние мысли про одежду. Будто старый я на мгновение выглянул и с холодной презрительностью обронил швейцару замечание о низком качестве обслуживания. Да, Алекс, мир меняется в сотню раз быстрее, чем твоё эго.

Под эти невесёлые мысли я не заметил, как мой провожатый остановился перед дверью и сделал знак заходить. Взглянув на табличку на двери, я выдохнул и приказал Мие стереть выведенную на экран презентацию. Действовать нужно совсем по-другому.

— Доброй ночи, полковник.

— И тебе, Алекс, — кивнул Гарин, жестом приглашая в кресло напротив. — Зная тебя, могу предположить, что подобное приветствие — просто формальность. И мне не терпится услышать, что случилось на самом деле.

— Давайте лучше покажу, — произнёс я, усаживаясь поудобней. — Только не пугайтесь.

Он устало выдавил казённую улыбку, но в следующее мгновение она испарилась с его лица, а сам полковник выскочил из-за стола,

— Алекс, остановись, предупреждаю…

— Да спокойно, полковник. Это самая безобидная часть презентации.

Глядя на разъярённого Гарина, тянущегося к пистолету, я слегка улыбнулся и вальяжно закинул ногу на ногу. В принципе такого эффекта я и ожидал, когда вырубил его чип и сжёг спейсер.

Видя, как я расслабленно развалился в кресле и разглядываю ногти на здоровой руке, он собрался и спокойно сел обратно на своё место.

— Алекс, чего ты добиваешься? — Гарин говорил медленно, чеканя каждое слово. — Через две минуты здесь будет группа спецназа, и разговор пойдёт уже в другом тоне и другом месте, несмотря на все твои заслуги.

— К сожалению, вы ошибаетесь, полковник. — ответил я, продолжая придирчиво рассматривать свои ногти. — Ближайший трансивер и камеры под моим контролем. Но вы не переживайте. Если бы я хотел навредить вам и скрыться с базы, то давно бы уже это сделал. Ребята из NAVY не дадут соврать.

— А ты уже забыл, в каком состоянии прибыл сюда от ребят из NAVY? Или, может быть, нам стоило оставить тебя там? Сам бы справился? — Сверля меня взглядом, поинтересовался Гарин. — Ты пришёл тратить моё время, чтобы разыграть этот спектакль и набить себе цену?

— Не совсем для этого, полковник. Но по поводу спектакля, вы, как всегда, зрите в корень. — Я щёлкнул пальцами. — Спектакль самое подходящее слово. И это только первый акт. Позволите продолжить?

Полковник внимательно посмотрел на меня, хмыкнул и кивнул.

— Допустим, у тебя есть ещё немного времени, пока у меня не закончилось терпение.

Вот что значит железная выдержка и умение принимать правильные решения. Я, конечно, дико рисковал, но желание поставить все точки над i было сильнее.

— Первая часть этой драмы имела цель показать, что нам необходимо договориться на обоюдовыгодных условиях. Супер, как вы говорите, с правильно подобранными мутациями и целенаправленным развитием, камня на камне не оставит от вашей системы безопасности. Что, например, вы сделаете с невидимкой, не поддающимся сканированию во всех спектрах? А если у него ещё и парочка убойных способностей будет?

— А что есть информация о таких? — поинтересовался полковник.

— Есть, и это не самое страшное. Важно понять, что мы даже не можем предположить, с чем предстоит столкнуться и с какой стороны подстелить себе соломку. Кстати, прошло уже три минуты, а нашу беседу так никто и не торопится прервать.

Я прямо почувствовал, как полковник скрипнул зубами. Но при этом ни один мускул на его лице не дрогнул.

— Полагаю, следующий акт твоего спектакля будет как раз об этом? — спросил он.

— Давайте для начала кое-что посмотрим, — предложил я.

Мия уже подключилась к голопроектору, так что я просто запитал его от сети и театрально махнул рукой.

— Посмотрите, какие красавцы!

Гарин судорожно впился взглядом в карточки мутантов. Скорее всего, его нейронка в этот самый момент копировала эти данные.

— Не утруждайте себя, полковник. Вся картотека будет передана вам полностью, — пояснил я.

Он медленно перевёл на меня взгляд.

— Данные о мутациях важны для нас. Мог бы их в рабочем порядке передать мне и не устраивать этот цирк. Но, как я понимаю, это только начало.

Полковник уже полностью пришёл в себя и с интересом поглядывал в мою сторону.

Я мотнул гривой, давая Мие следующие указания.

— Образец К-17/345. Интересный экземпляр, не находите?

На голоэкране материализовалась проекция мужчины. Не знаю, можно ли было его так ещё называть, но за неимением энциклопедии по новым расам, я решил остановиться на старом названии. Идеальная геометрия тела, витые жгуты мышц на отливающей синевой белоснежной коже. Можно принять за чемпиона-легкоатлета, если не обращать внимания на рост в три метра. И на третий глаз во лбу.

— Что это? — в голос полковника вновь вернулось напряжение.

— Один из удачных образцов, прошедших первую стадию эксперимента, — небрежно пояснил я.

— Какого эксперимента? — проскрипел Гарин.

— Мия, выведи данные о проекте «Возвышение».

На этот раз пауза затянулась на гораздо большее время. Несмотря на то, что все данные о проекте были уже систематизированы и представлены в удобной для восприятия форме. Причём с выводами.

Следя за полковником, я представлял, что происходит у него в душе — сам через это прошёл совсем недавно. И поэтому не торопил его. Самое главное теперь — какое он примет решение. От этого будет зависеть наш дальнейший диалог.

— Если всё это правда, Алекс, — наконец отмер Гарин. — То мы все в огромной жопе.

— Лучше не скажешь, полковник, — согласился я.

— Мне надо срочно проверить данные и доложить наверх. Поэтому предлагаю перенести окончание спектакля на потом. — Он вопросительно поднял бровь. — Алекс?

Его реакция была вполне предсказуема, но просьба с переносом меня совсем не устраивала. По крайней мере, до того, как мы решим один из главных вопросов.

— Как вы думаете, полковник, сколько стоит эта информация? — поинтересовался я. — Не в деньгах, конечно. А в жизнях, которые можно спасти?

Он насупился, но продолжал молча меня слушать. Мы оба понимали, что на кону стоит нечто неизмеримо большее, чем наши жизни, проблемы и недопонимания. Под угрозой даже с таким трудом отвоёванный шанс на будущее. Будущее близких, страны и всего того, что ещё осталось от человечества.

— Эта и вся другая информация, что я забрал с базы, NAVY будет передана вам без всяких условий, — продолжил я. — Я просто не могу торговаться с вами. Не после того, что мы сейчас увидели.

— Рад, что ты начал понимать это, Алекс, — кивнул полковник. — Но на кой-чёрт тогда ты устроил этот спектакль?

Я молча развёл руками и улыбнулся. Гарин внимательно посмотрел на меня и медленно кивнул.

— Хорошо, можешь забыть о контракте, — вздохнул он. — Но в любом случае все действия будешь согласовывать лично со мной. Надеюсь, с этим проблем не будет?

— Я думаю, мы поладим, — отозвался я и позволил себе лёгкую полуулыбку.

Гарин сделал вид, что не заметил этого моего жеста. А, может, на фоне открывшихся ему чудовищных планов NAVY не посчитал нужным обращать внимания на такие мелочи.

— Отлично. А теперь мне нужно срочно доложить об этом наверх.

— Я понимаю, полковник, — кивнул я. — Но у меня есть ещё одна небольшая просьба.

* * *

— Алекс!!!

Вика налетела словно ураган, едва не опрокинув меня обратно в кресло.

— Потише, задушишь!

Я обнял здоровой рукой повисшую на мне девушку. Странное тепло в груди от радости видеть близкого человека теперь не казалось изъяном в моей защите. Теперь это было тем, что я сам готов был защищать и беречь.

— Алекс, ты что тут делаешь?

С трудом отстранив Вику, я улыбнулся

— Доброе утро, Виктор Александрович.

Выглядел он слегка помятым. В принципе, это не мудрено в шесть утра.

— Алекс, ты что, контракт подписал? — не сводя с меня удивлённого взгляда, уточнил профессор.

Вика улыбалась, не отпуская мою руку.

— Что-то вроде того. — Я улыбнулся в ответ.

Уже два часа я находился в закрытой лаборатории сектора «П». Интересно, от какого слова это сокращение? Спросить, что ли, у Гарина на досуге. Вообще, могли бы что-нибудь и поинтереснее придумать для сверхсекретной лаборатории. Хотя, какая, к чёрту, разница! Главное, что мне был предоставлен доступ к базе геномов. Причём абсолютно полный. И появление тут Вики с отцом было вполне предсказуемо. Видимо, Гарин уже связался с руководством и получил соответствующие указания. Когда нужно, система работала очень быстро.

— Так, ребята, — нахмурил брови профессор. — Я, конечно, рад, что Алекс теперь с нами, но времени на сюсюканья нет абсолютно. Пришли новые вводные, которые, говорят, заставят пересмотреть все наши исследования. И первый отчёт надо дать уже вечером. Кстати, Алекс, почему я не вижу тебя в составе исследовательской группы?

Он настороженно посмотрел на меня, словно ища подвох, и я понял, что лучше объяснить ситуацию как есть. Заодно и посвящу их в задачу.

Через час, закончив пересказывать события этой ночи, я устало развалился в кресле.

— А где тут можно заказать кофе?

Вика с профессором, казалось, меня не слушали, погруженные в данные, спроецированные на центральный голоэкран лаборатории. Впрочем, их можно было понять. Как и полковника, чуть ранее.

Первым ожил профессор. Растерянным движением поправил волосы и медленно поднялся со своего места.

— Алекс, ты уверен в своих расчётах?

— Виктор Александрович, я не генетик, — выдохнул я, понимая, что кофе придётся искать самому. — Я даже модель эту не строил. Просто внёс корректировку на основе новых данных. Я могу ошибаться во всём, кроме сути происходящего.

— Но всё равно уже ищешь себе третий геном, — заметил он.

Я понимал, о чём он. Импринтинг первых геномов был жизненной необходимостью под давлением обстоятельств. Тогда мы с Викой прошли по лезвию. Но сейчас, без исследований, клинических испытаний и прочей подобной хрени принимать такие решения было по меньшей мере абсурдно. Но я знал, что был прав. Пафос в словах Адама, вызвавший тогда у меня усмешку, сейчас приобрёл новую форму. Словно ещё один кусочек пазла встал на своё место, всё больше проявляя образ картины будущего, которое спроектировали эти ублюдки.

Я понимал усмешку Адама, когда предъявлял ему за миллиарды погибших. NAVY и оставшиеся люди были нужны им лишь как второй этап эксперимента. Как мясо для более быстрой селекции нужных геномных сборок.

— Виктор Александрович, — произнёс я, отогнав тяжёлые мысли. — У нас нет другого выбора. Его сделали за нас. И причём давно. А мы с вами всю свою жизнь помогали им в этом. Строили модели, писали программы. И радовались всем этим грантам и титулам.

— Алекс, наука спасла миллионы жизней! — профессор аж задохнулся от негодования.

— Вы понимаете о чём я, Виктор Александрович. Сейчас надо забыть о прежней философии жизни. Они не остановятся. Даже то, что мы сейчас раскопали, скорее всего, не конечная их цель. И мы ничего им не можем противопоставить. Надо стать сильнее, намного сильнее. И если будет необходимо, я импринтирую себе хоть десять матриц, но доберусь до этих ублюдков.

После моей резкой пикировки с профессором в комнате наступила тишина. Эти слова, стали откровением для меня самого. Сейчас я как никогда отчётливо понимал: мы не сможем жить в новом мире по-старому. Мы не спрячемся в подземных базах в надежде собрать выживших и вернуться к прежней жизни. Нужно найти рассадник этой заразы и выжечь его калёным железом. А для этого придётся принять их правила игры.

— Возможно, ты прав, Алекс, — с тяжёлым вздохом ответил профессор. — Но я всю жизнь жил наукой и продолжу делать то, что умею.

— Уж к кому, а к вам у меня нет никаких претензий, — выдавил я улыбку. — благодаря вам и вашим знаниям я ещё жив. Как и множество других людей.

— Тогда займёмся делом, — профессор потёр виски, возвращая себе образ учёного мужа. — Учитывая ситуацию, чую, скоро здесь будет не протолкнуться. И Алекс, мне будет нужна твоя помощь.

Разговор резко перешёл в другое русло. После недолгой беседы профессора с кем-то из руководства я увидел, что добавлен в состав исследовательской группы. И там понеслось. Вика, придя в себя, уже составляла план экспериментов. Трое сотрудников, появившиеся словно из ниоткуда, с заспанными, но сосредоточенными лицами носились по лаборатории. Да и мне уже начали прилетать задачи. Пусть пока немного, ведь сначала нужно было проверить мои же расчёты, а результаты первых экспериментов должны появиться только через несколько часов.

«Алекс, анализ базы по твоим критериям закончен».

Сообщение от Мии мигом переключило мои мысли на выведенный ей виджет.

— Сорок два генома⁈ — удивлённо воскликнул я, просматривая список.

«Да, не так уж и много», — развела руками Мия.

Я не стал уточнять, что ожидания были несколько иные. Учитывая поставленные мной предельно жёсткие условия. Или база данных настолько расширилась?

— Мия, сколько геномов в базе?

«Более двухсот тысяч».

— Ничего себе! Откуда столько? — Я поймал себя на том, что аж рот раскрыл от удивления.

«Более восьмидесяти процентов этих данных получено за последнюю неделю,— продолжила нейронка. —И их источник находится не здесь».

«Похоже, ребята из правительства не лаптем щи хлебают», — подумал я, просматривая развернутую информацию.

Пока я развлекался на базе NAVY, к системе подключились аж двенадцать лабораторий, разбросанные по территории всей страны. Из них и поступал основной поток данных, увеличивающийся с каждым днём.

— Мия, давай вернёмся к нашей выборке, — произнёс я, смахивая с виджета всю эту информацию. — Распредели карточки по группам.

«Критерии?»— состроив серьёзное личико, уточнила нейронка

— Степень синхронизации с носителем, отсутствие физиологических изменений. — Я на секунду задумался и добавил: — Отдельным списком выведи карточки с потенциальной синергией с электричеством.

«Найдено одно совпадение, Алекс. — Нейронка отчиталась через десять секунд. —Вывожу данные на виджет».

Глава 19

«Алекс, всё в порядке?»

Вопрос Мии прошёл фоном. Я лишь рассеянно кивнул, продолжая разглядывать незамысловатое лицо паренька на виджете.

Объект: С30/125. Александр Привалов

В прошлой жизни я бы попросту не обратил на него внимания. Чуть растрёпанные русые волосы, тусклый потерянный взгляд, нос картошкой. Простые, я бы даже сказал деревенские, черты лица. На вид лет восемнадцать, но в описании объекта значилось, что ему двадцать пять.

Да, теперь

«Алекс, всё в порядке?»— нейронка повторила вопрос и состроила озабоченное выражение лица.

— Да, Мия. Тебе не кажется, что мутация этого паренька не особо нам нужна?

«Алекс, ты сам создавал алгоритмы поиска. И этот экземпляр,— она развернула карточку Привалова на весь виджет, —на первом месте с отрывом на двадцать пунктов от остальных. Вот, посмотри».

Карточка дополнилась описанием параметров анализа и сравнительными характеристиками. Просматривая их, я вынужденно согласился с Мией. Адаптивность с моей генной структурой была более восьмидесяти процентов, что практически исключало возможность рассинхронизации триплекс-структуры. Это однозначный плюс. Как и акцент на средоточии разума. NAVY немного по-другому интерпретировала разбивку на центры активности, но в этом случае их классификация меня больше устраивала.

— Но я и так вижу электричество Мия. Зачем мне навык, который у меня уже есть?

«В описании сказано, что объект чувствует электромагнитные поля и умеет немного изменять их форму и направленность силой мысли. Так что это иная способность».

— Те же яйца, только в профиль, — раздражённо хмыкнул я. — Я тоже чувствую электричество и управляю им. Да ещё и сам его генерировать могу!

«Я понимаю, Алекс. Но самым важным приоритетом было развить центр ментальной активности без побочных эффектов»,— возразила Мия.

Да, судя по показаниям медицинской карты, паренёк был абсолютно здоров. Никаких изменений в физиологической составляющей. В общем, подходил мне идеально. Раздражало только то, что особых плюшек в развитии я не получу. Жутко хотелось заиметь нечто вроде телекинеза, как у этого ублюдка Адама или что-нибудь наподобие сверхскорости, но такие изменения базировались на других средоточиях силы.

«Всегда можно вернуться к варианту псионики, Алекс,— продолжила Мия. —Есть ещё три хороших варианта мутации».

— Ага с двадцатипроцентной совместимостью, — хмыкнул я.

«Клинические исследования репарирующего гена подтверждают благоприятный исход даже в таких случаях», —тут же предъявила аргумент нейронка.

Так-то оно так, но почему-то дико не хотелось прибегать к такому варианту. Тем более в пометках NAVY значилось, что искусственная стабилизация генома автоматически отбраковывает объект для последующего развития. Пусть эти упыри и потеряли все признаки человечности в моих глазах, но они точно знали, что делают. Нет, такие варианты однозначно отметаем.

— Мия, — произнёс я, наконец-то приняв решение. — Запускай анализ совместимости этих генов по полному циклу.

* * *

Вика ещё раз проверила настройки капсулы, взглянула на Алекса. Тот улыбнулся в ответ.

— Всё нормально будет. Ты же знаешь, моя модель очень точная.

— Ага, и самая лучшая. — Вика не удержалась от того, чтобы передразнить Алекса.

— Ну да, я же гениальный программист, — без лишней скромности заявил тот и подмигнул Вике. — Вон Гарин всех на уши поднял, всех суперов по моей программе оцифровывают. Будем мутации подбирать, балансировать центры. И тебе подберём. Давай уже, запускай программу.

Алекс нетерпеливо махнул рукой. Правой, уже почти восстановившейся, с тонкой бледной кожей.

— Ни пуха! — Вика постаралась улыбнуться и закрыла капсулу.

Внедряя себе гены псионика, она волновалась меньше. Многого они тогда не знали. Теперь оказалось, что всё гораздо рискованнее. Но не меняться тоже нельзя. Всем придётся принять новые правила игры и включиться в гонку.

Вика вывела параметры капсулы Алекса на виджет в левом верхнем углу. Все процессы пройдут автоматически, а она для спокойствия будет просто присматривать за ходом импринтинга. А теперь нужно сходить и проведать наконец Таиску. С тех пор как Гарин поднял всех на уши с этими новыми данными из NAVY, так и не получилось к ней зайти.

— Вика! — Таиска с восторженным криком бросилась к ней на шею.

На кровати из толстого одеяла высунул розовый нос Кеша. Посмотрел на Вику прищуренными жёлтым глазом и тихо мяукнул. На границе сознания проскользнуло ощущение тепла и присутствие чего-то родного, уютного. Котяра-псионик ухитрился поприветствовать хозяйку, не вылезая из тёплой постели.

— Как ты тут? Совсем скучно? — Вика потрепала девчонку по рыжей голове.

— Да нет. Совсем нескучно, — помотала головой Таиска и доложила: — Доктор Василий Иванович постоянно приглашает меня играть в лабораторию. Угадывать всякое. Иногда, правда, анализы берёт и датчики всякие наклеивает, вот сюда, — Таиска указала на виски и поморщилась. — Не люблю. Липкие такие и холодные.

Вика кивнула. Знала она этого доктора, коллега отца, только не генетик, а физиолог. Он отвечал за здоровье и состояние суперов.

— Но так он хороший, познакомил меня с Артёмом и Аней. Они тоже со способностями. Их забрали из Москвы. Живут в левом крыле. У Ани даже родители живы. Военные здесь на базе. А у меня вот… — Таиска опустила глаза. — Сначала Андрей был. А потом…

Глаза девчушки наполнились слезами.

Вика прижала её к себе. Хороши они с Алексом. Исследователи хреновы! Засели в лаборатории. А у девчонки из близких никого. Она же к ним привязалась. Вылезет Алекс из капсулы, пинками его выгнать к Таиске!

— Очень много работы, милая, — прошептала Вика. — Но мы будем заходить. И в обиду тебя не дадим. Обещаю.

— Вы и себя не давайте, — строго приказала Таиска.

— Это, конечно, — кивнула Вика. — Алекс вон какой крутой. Молниями стреляет. И хакер. Тарелку вражескую захватил. Не пропадём!

— Вика, знаешь что, — Таиска опустила взгляд. — Я кое-что почувствовала, вот прямо сейчас.

— Что такое? Говори, не бойся, — Вика погладила девчушку по голове.

— Помнишь, Сергея? Он с нами был, когда мы к вам пришли. Наш командир…

— Ну? Помню, конечно.

— Тебе надо к нему сходить. Не знаю почему, просто надо поговорить с ним, — Таиска подняла на Вику свои большие голубые глаза.

— Хорошо… это твоё предчувствие, да?

— Ага, — кивнула Таиска.

— Тогда схожу, — пообещала Вика. — Только сначала ещё посижу с тобой. И ты мне всё-всё расскажешь про своих новых друзей.

Лицо Таиски засветилось от радости.

А Вика тут же отправила в систему запрос о местоположении Сергея.

Отправилась к нему через час, когда Таиска вдоволь наболталась с ней, и побежала на обед, захватив контейнер для еды Кеши.

— Неблагодарный ты, шерстяной, — тихо проворчала Вика, почесав за лысым ухом. — Совсем хозяйку забыл.

— Мр-р-ря, — ответил кот и снова мягко коснулся её сознания.

Раньше он так не мог. Получается, и у кота навык развивается. Алекс вроде бы строил модель для него? Вот и

Вика проводила девчушку до столовой, а сама направилась к тренировочному центру военных. Что скажет Сергею, она не представляла. За всё время, пока они были в лабораториях NAVY, едва парой слов с ним перекинулись. Грубоватый и подозрительный, авторитета женщин он, кажется, не признавал, а с Алексом постоянно препирался. Но Таискино чутьё должно же что-то значить.

«Объект движется навстречу вам», — голос Дарьи выдернул Вику из размышлений.

Оказывается, она чуть не упустила Сергея, который выходил из тренажёрного зала с ещё двумя крепкими парнями.

— Сергей, добрый день! — пришлось вклиниться в разговор и чуть ли не перегородить ему дорогу.

Он на секунду замялся, уставившись на неё. А потом вздрогнул:

— Вика… вы?

Военные прекратили разговор и с интересом стали разглядывать Вику. Может, были наслышаны об их с Алексом «подвигах». Или просто учёные не часто заглядывали в этот сегмент базы.

— Ребят, идите, я догоню, — поспешил проводить своих Сергей.

Вике даже показалось, он занервничал, когда её увидел. Сам тон и его поведение сильно отличались от того, что она видела в лабораториях NAVY.

— Мы ведь с самого того дня не встречались. Вика, как у вас дела? — поинтересовался он, не сводя с неё глаз. — Говорят, вы теперь на базе как учёный, продолжаете исследовать мутации?

Его пальцы нервно теребили край форменного кителя. Кажется, не зря Таисия её сюда направила. Сергею явно было что-то от неё нужно.

— Да, мой отец возглавляет исследования, а я ему помогаю, — кивнула Вика и не стала ходить вокруг да около. — Рада, что встретила вас здесь. У вас всё хорошо? Если… что-то нужно, скажите.

И слова эти попали в точку. Губы Сергея дрогнули. Он оглянулся по сторонам. Как будто кто-то мог их подслушать.

— Можем пообщаться немного в переговорной, — предложила Вика. — Я вас по своему пропуску проведу. Расскажете, как у вас дела. Как Маша. У вас всё тут есть?

— Да, всё есть, хорошо, тренируемся, — отрывисто произнёс Сергей, и на его лбу выступили капельки пота. — Мы тут в хороших условиях. Кормят. Крыша над головой. Безопасно.

Он теперь мялся на месте и избегал смотреть на Вику.

Да что с ним творится такое?

— Пойдём! — Вика решительно потащила его за собой.

Непринуждённой беседы по дороге не получилось. Сергей отвечал односложно и сопел, как будто внутреннее борясь с собой.

Вика закрыла дверь небольшой переговорной и указала вояке на кресло.

— Ну, располагайтесь и рассказывайте, как у вас дела? — предложила она. — Я ведь вижу: что-то вас беспокоит.

— Вы же специально меня искали? — Сергей застыл в кресле, сжав подлокотники, и подозрительно уставился на Вику.

Она замялась от неожиданного вопроса и вздрогнула, кажется, выдав себя.

— Ясно, — кивнул Сергей. — Тогда не понимаю, зачем так. Я же не против испытаний и даже хотел внедрить себе чип. Чтобы против этих гадов из NAVY биться. Зачем так? Я и сам бы согласился.

— Что так? — Вика на всякий случай прикинула расстояние до двери. Вид у Сергея был странный, смотрел он зло и как-то обиженно.

Вместо ответа он протянул руку, и стакан воды на журнальном столике дрогнул. Медленно оторвался от пластиковой столешницы и завис в воздухе.

— Не знаю, как вы это сделали, — Сергей устало вздохнул и опустил руку. Стакан звонко брякнул о столешницу, расплескав воду. — Но мы же люди. Нельзя так. Без согласия.

Вика на несколько секунд потеряла дар речи. В голове мелькнуло про паранойю Сергея, его недоверие к правительству и горячий нрав. И про то, что до двери далеко. И про то, что у него нет чипа. Не было. Но если ему внедрили чип и экспериментальную мутацию, а он крышей поехал?

— А-а-а… у вас нет чипа? — она наконец выдавила вопрос. Наверное, самое первое, что пришло в голову. И одновременно послала запрос в базу данных.

— Нет, я же говорил, — угрюмо процедил Сергей.

— А как тогда это… ну, стакан? — уточнила Вика и вопрос снова показался ей глупым.

— Да я откуда знаю как⁈ Это вы мне ответьте! Вы же тут солдат модифицируете! — Сергей не выдержал и повысил голос. — Я бы не против стать супером, если бы у меня кто-то спросил. Но так? Чем вы тогда лучше NAVY?

«Сигнала от трансивера у объекта не обнаружено. По данным базы чип отсутствует», — ответила на запрос Дарья.

— У нас нет таких экспериментов, мы не можем без чипа, — развела руками Вика. — Да и зачем тайно над своими же.

Сергей несколько секунд пристально смотрел на неё. Потом облегчённо выдохнул. Поверил?

— А что же это тогда такое? Может это из-за лаборатории NAVY? Мы там что-то подцепили? — пробормотал он.

— Не знаю. Надо выяснить и сообщить, — Вика поняла, что у неё голова идёт кругом. — Давно это?

— Несколько дней как заметил. А ты точно про все эксперименты ваших знаешь? — Вике снова достался подозрительный взгляд.

— Точно! На базе нет таких технологий. Такое мимо нас не прошло бы.

Хотя… такое уже было. Вспомнился подобный разговор после анализа генома мастера Ли. Но он медитировал в море сознания и вроде бы каким-то образом получил мутацию там. Отец засёк какие-то сигналы в капсуле после того эксперимента с Викой, мастером Ли и Волковым. И до сих пор тщетно пытается разобраться. Но Сергей? Этот солдафон? Полная противоположность мастера Ли. Как с ним могло произойти такое?

И что ему сказать, чтобы он перестал подозревать правительство?

— Если NAVY научились вызывать мутации без чипа, на расстоянии, это может быть какой-то вирус. Не знаю. Но это катастрофа. Нам срочно нужно сообщить в лабораторию и взять у вас образцы ДНК! — уверенно заявила она.

Сообщение в службу безопасности Вика отправила минутой раньше. На всякий случай.

Но Сергей воспринял её посыл как и ожидалось. Глаза блеснули праведным гневом:

— Чёртовы ублюдки! И сюда добрались!

— Ты, наверное, правильно догадался: это из-за того, что мы были в их лаборатории и подцепили там что-то, — поспешила успокоить его Вика. — Тогда нам с Алексом тоже стоит пройти проверку. Дело срочное!

Гарин заявился в лабораторию через час. Когда Вика уже обнаружила мутацию Сергея. Сделать это оказалось просто. Найти в базе гены, связанные с телекинезом. Запустить скрининг генома Сергея. И вот они — три последовательности, встроенные в ДНК безо всякой триплекс-структуры. Как будто там и были. Такая же ситуация, как и у мастера Ли.

— Ну и как вы это объясните? — Гарин зло водил глазами, устремляя взгляд то на Вику, то на отца. Как будто это они во всём виноваты

Вика тихонько пожала плечами.

Отец решил принять удар на себя:

— По крайней мере, мы можем сделать предположение о некоей закономерности. Такие чистые мутации, без вспомогательной триплекс-структуры характерны для людей без чипа. На базе есть ещё такие люди?

Гарин прикрыл глаза, видимо, отправляя запрос через виджет.

— Есть. Сколько именно скоро скажу точнее.

— Мы возьмём у всех образцы ДНК и будем искать. Возможно, мутации обнаружатся не у каждого. Особенно трудно будет в том случае, если нет внешних проявлений. Непонятно, какие гены проверять. Тут дело сложнее, чем с триплекс-ДНК, которая детектируется сразу, — пояснила Вика. — Но если мы найдём мутации, значит, это явление системное. И нужно будет проверить людей и на других базах.

— Верно, пока это предположение, и рано делать какие-то выводы, — подтвердил отец. — Подождём, прежде чем бить тревогу.

— Отсрочим очередную поганую новость? — хмыкнул Гарин. — Ну, давайте. К вечеру у меня должен быть полный отчёт по остальным обследованным.

Из пяти людей без чипов мутации нашлись у двух.

— И это не исключение, это система, — пробормотал отец, разглядывая структуру ДНК. — И как вообще так могло получиться? Гены сидят как влитые. Любая векторная конструкция после доставки оставляет след. Это не вирус. По крайней мере, ни один из известных.

— А нейровирус формирует триплекс-структуру, — в тон ему ответила Вика. — Что ж, безумные данные требуют безумных предположений.

— У тебя есть такие гипотезы? — заинтересовался отец.

— Да, думаю, нам снова нужно поговорить с мастером Ли. Есть идея провести один эксперимент.

Интерлюдия

NAVY

Рассел молча стоял, слегка опустив голову и стараясь сдержать бешеный стук сердца. Вызов в святая святых Великого Ордена застал врасплох, и лишь заверения его покровителя, что это пойдёт на пользу, позволяли держать себя в руках.

— Сынок, — разговор трёхчасовой давности с генералом Майком Расмуссеном вновь встал перед глазами. — Новый Владыка хочет познакомиться с тобой лично.

— Зачем? — невольно вырвалось у Рассела.

Внутри неприятно похолодело. Что нужно одному из Владык Ордена от него, простого капитана? Неужели он где-то прокололся? Но даже если и так, то в любом случае такое не стоило личной аудиенции Владыки.

— Настоящую причину мне не сообщили, — спокойно ответил генерал, видя смятение Рассела. — Но чуть раньше пришёл запрос в штаб на командиров оперативных групп, проявивших себя в операции «Паутина». От нашего округа я рекомендовал тебя, так что веди себя достойно и не вздумай разочаровать Владыку. Удачи, сынок.

Дверь в зал ожидания распахнулась, прервав воспоминания. Две фигуры, облачённые в орденские «Дефендеры» скользнули в проём и застыли по краям. Рассел сглотнул и с каменным выражением лица сделал шаг вперёд. Сейчас ни одна эмоция не должна проступить на его лице, тем более такая, как неуверенность или страх.

Лёгкий, еле заметный наклон головы одного из стражей, — и Рассел покинул зал ожидания. Впервые за всю свою жизнь он оказался в одной из цитаделей Ордена. Сопровождающие шли впереди, указывая путь. Мерный стук шагов гулким эхом разлетался в тишине коридоров, лестниц и эстакад, заставляя чувствовать величие этого места.

Рассел замедлил шаг, когда они вошли в огромное помещение. Зал Согласия. Вряд ли на земле ещё остались подобные места, позволяющие увидеть закованную в камень и металл истинную историю этого мира. Стараясь не пялиться открыто, он украдкой со священным трепетом рассматривал барельефы на стеллах-колоннах, подпирающих потолок, теряющийся где-то в вышине за переливами светоотражающих конструкций. С усилием Рассел оторвал взгляд от фрески, на которой была запечатлена битва начал, где прародитель повергал в прах трёх местных божков, осмелившихся вмешаться в его планы.

Позже. Он обязательно сюда вернётся, чтобы причаститься к истокам знаний своего рода. А сейчас нужно достойно пройти испытание. Ведь визит к Владыке по-другому оценивать нельзя. Не с такой скромной родословной, как у Рассела.

Они свернули в арку, над которой древними символами языка предков было выведено священное число тринадцать. Пришли. Рассел понял это по тому, что провожатые резко остановились и встали по бокам цельнометаллической двери. Несколько долгих секунд, — и проём раскрылся, втягивая в обшивку стен лепестки створок. Поняв, что дополнительного приглашения не будет, Рассел шагнул вперёд.

— Владыка!

Слова вырвались сами, как только Рассел увидел одного из экзархов ордена. Тот расслабленно сидел на стилизованном под трон кресле, находящемся на небольшом возвышении в противоположном конце зала для приёмов. Строгий графитно-чёрный костюм, поверх такого же цвета шелковой сорочки, сливался со смолью волос и бездонными омутами глаз. Наверное поэтому серебро запонок и изящной броши (символа экзарха) на пиджаке выделялось особенно ярко, придавая образу Владыки некую утончённость.

Среднего роста и телосложения, узнаваемые черты лица рода Бэла, Владыка выглядел бы достаточно обыденно, если бы не аура власти, ощущаемая даже на таком расстоянии и горящие в глубине тёмных глаз искры истинной силы. Владыка, как и многие другие Высшие, чаще выбирали путь внутренней трансформации, считая физические улучшения вторым, а то и третьим сортом. Рассел почувствовал, как под давлением незримой силы становится тяжело дышать и начинает надсадно стучать в висках сердце.

— Подойди. — Властный голос Владыки прервал поток мыслей.

Матрицу второго грейда, полученную за годы верной службы, Рассел уже успел адаптировать. И тогда он по-настоящему понял всю философию Ордена и своё призвание. Матрица невероятным образом изменила весь организм: нейронные связи, баланс нейромедиаторов, скорость проведения нервных импульсов, даже соотношение типов мышечных волокон. При активации способности мир словно застывал. Время замедлялось. Вот и сейчас, пока Рассел шёл к трону Владыки, ему хватило нескольких секунд, чтобы разглядеть огромный зал в мельчайших деталях. Он даже успел заметить, что сегменты-чешуйки сферического потолка расположены не хаотично. Сияющие в отражённом свете ламп, они затейливой мозаикой складывались в тайные символы древнего языка прародителя.

За спиной Владыки, закованные с ног до головы в чёрную броню, стояли два стража. Высотой более двух с половиной метров, они казались статуями, высеченными из обсидиана. Цепкий изучающий взгляд Рассела пробежался по чешуйкам защитного облачения, острым граням защитных лицевых масок, почти скрытых под тенью капюшонов, но несмотря на весь свой опыт, так и не смог определить модель экипировки. Подмечая детали, он не увидел никакого оружия, кроме парных клинков, чьи рукояти были едва заметны в креплениях гардов за спиной. Неужели, это легендарные ассасины дома Бэл?

Рассел преодолел последние два шага и, стараясь не глядеть на стражей, замер перед широкими ступеням, которые вели на пьедестал к трону владыки. Так близко! Одно неверное движение, — и он даже не почувствует, как его голова слетит с плеч. Вторая эволюция:

— У тебя хороший послужной список, капитан, — через несколько мучительных секунд произнёс Владыка. — Но, как говорил Майк, в тебе кроется и много других талантов. Например, таких как верность и готовность отдать жизнь за наши идеалы.

— Не мне судить, Владыка, — ответил Рассел не поднимая глаз.

— Скромность украшает, но не входит число нужных для возвышения талантов, — чуть улыбнулся Владыка. — И давай без церемоний. Зови меня Найджел.

Мыслимо ли — звать Владыку по имени! Сердце пропустило два удара, но ни один мускул не дрогнул на лице Рассела.

— Ты, наверное, гадаешь, почему ты тут? — поинтересовался Владыка. — Не переживай, ответы скоро будут. Но сначала мы примем нашего гостя.

Словно в ответ на слова Владыки, гермостворка центрального входа отъехала в сторону, пропуская в зал мелкого полноватого мужичка в цивильной одежде. Рассел презрительно ухмыльнулся, видя, как тот дрожащей рукой утёр с лысины пот и неловко застыл у самого входа.

— Приветствую вас, Владыка, — проблеял мужичок через мгновение и сложил кисти рук в ритуальном приветствии.

— Адам, к чему формальности? — снисходительно произнёс Найджел. — Мы ведь давно знакомы.

— В те времена вы не носили титул, господин, — подобострастная улыбка осенила лицо толстяка. — Но вы всегда были благосклонны к верному служителю Ордена.

— Ты по праву считался одним из лучших, Адам, — продолжал Найджел, но в его нарочито мягком тоне послышались холодные нотки. — Вот и сейчас, рискуя жизнью, в тяжёлой ситуации, сумел вырвать из грязных рук низших драгоценный генетический материал, собранный на вверенной тебе базе. Особенно так необходимый нам слепок высшей матрицы.

— Да, Владыка! — неуверенная улыбка вновь расползлась по потному лицу коротышки. — Но потери всё равно очень велики. Оборудование, техника.

— Ах, это! — Презрительно взмахнул холёной рукой Найджел. — Пыль под ногами тех, кто жаждет большего. Имеет значение только возвышение. И всё то, что поможет пройти по его ступеням. Не так ли, Адам?

Последняя фраза, брошенная Владыкой жёстким тоном, резанула словно нож, и Рассел почувствовал, как его вновь пробрал озноб. Коротышка и вовсе, похоже, потерял контроль над собой и стёк на пол дрожащим студнем.

— Владыка, я всё исправлю! — проблеял он, упав на колени. — Я верну носителя в целости и сохранности. Я сам пойду за ней и покараю всех, кто встанет на моем пути!

— Ты обязательно всё исправишь Адам, — в голос Владыки вернулся мёд, но дурное предчувствие Рассела только усилилось. — И сделаешь это гораздо быстрее, чем думаешь.

Лёгкое движение руки Владыки, — и Рассел почувствовал злой поток энергии, скользнувший за левым плечом. Чувства на секунду отключились, и когда он вновь вернул над ними контроль, то коротышки на прежнем месте уже не было. Вернее, большей его части.

В ярко-алой луже крови, медленно растекающейся по полу, осталась только его голова. Похоже, коротышка даже не понял, что произошло. Мёртвое лицо продолжало сиять мерзкой льстивой улыбкой в окаймлении кровавой пены, застывшей на пухлых губах. Но не это заставило Рассела вновь напрячь всю свою волю, чтобы просто сохранить безучастное выражение лица.

Краем глаза уловив движение, он перевёл взгляд направо, где воин в обсидиановой броне помещал безголовое тело в стеклянный саркофаг, выдвинувшийся из небольшой ниши в стене.

— Рассел, — прошипел довольный голос Владыки. — Это то, что ты должен был увидеть, чтобы понять, как важна твоя следующая миссия.

Рассел приложил руку к груди и склонил голову в ритуальном жесте, означающем одновременно покорность и ожидание указаний. Понятно было пока только одно. Глупый коротышка совершил непростительный проступок, и, похоже, нужно будет исправить последствия. Воля Владыки священна. Поэтому Рассел замер, ожидая продолжения его речи.

— Твой уровень посвящения предполагает знания о высших матрицах, не так ли? — поинтересовался Владыка. — И то, как они важны. А этот кусок дерьма умудрился просрать одного из их носителей.

— Но, Великий, — не поднимая глаз, позволил спросить себе Рассел. — Разве не вы сами сказали, что генетический материал и слепок матрицы были доставлены?

— Это так, мой друг, — с притворной грустью вздохнул Владыка. — Но живого носителя мы могли бы использовать, чтобы провести как минимум два, а то и три круга адаптации. И это на высшей ступени трансформации. А такое стоит сотню таких, как этот червь.

Он перевёл взгляд на саркофаг, окутанный бирюзовым свечением. Обезглавленное тело коротышки зависло в его центре, поддерживаемое в левитации тысячами молний, бьющих из глубин капсулы.

— Носителя необходимо вернуть, — прошептал Рассел, вмиг сознавший цель и ответственность, возлагаемую на него. — Любой ценой.

— Всё верно, мой друг. Но зверюшка забилась глубоко в нору. Под крыло низших, сохранивший нежелательный потенциал смертоносного оружия. Поэтому идея прямой атаки была отвергнута. Но оставить всё как есть — значит попрать весь принцип возвышения.

— Я понимаю, Великий, — механически кивнул Рассел и сжал кулаки.

— Но это ещё не всё, благородный. По данным сканирования, в этой крысиной норе затаился ещё один носитель с нужной нам матрицей, так что важность твоей миссии возрастает многократно. Как и награда, при успешном её завершении. А вот, кстати, и твой аванс.

Гул в саркофаге резко прекратился, забирая с собой сеть молний. Тело коротышки безвольной куклой рухнуло вниз под восторженную улыбку Владыки. Воин в обсидиановом доспехе коснулся панели управления, и, не обращая внимания на вывалившееся прямо на каменный пол тело, извлёк из недр капсулы небольшую прозрачную колбу. В её глубине, переливаясь всеми цветами радуги, кружилась россыпь звёздных искр.

Телохранитель Владыки, бережно держа колбу, не спеша развернулся и подошёл к ним. Затем встав на одно колено, протянул ёмкость Владыке. Тот улыбнулся и указал на Расселла.

— Ты знаешь что это?

Рассел сглотнул стоявший в горле ком. Эссенция возвышения! Его покровитель намекал на подобные вещи, но увидев такое воочию, Рассел понял, что пути назад нет. Остаётся либо выполнить задание и взойти на следующую ступень посвящения, либо исчезнуть из списка живых. Навсегда.

— Да, Великий. В общих чертах.

— Тогда слушай внимательно, Рассел, — перешёл на серьёзный тон Владыка. — Согласно твоему досье, ты достиг почти семидесятипроцентной трансформации. Твоя матрица не уникальна, но всё же является достаточно редкой и трудно импринтируемой. Несмотря на развитие всех аспектов, ведущим в ней является дух.

Рассел это знал как никто другой, но перебивать Владыку осмелится лишь безумный. Поэтому он просто кивнул, ожидая продолжения.

— Мало кто знает, но скрижали бессмертия содержат ещё одну уникальную возможность. Информация об этом доступна лишь на второй ступени эволюции, но я расскажу тебе об этом авансом.

Рассел опять кивнул, но в этот раз больше своим мыслям. Иерархия Ордена, как и знания, были строго регламентированы, и если Владыка сейчас

— В процессе трансформации в нас накапливается прана. Субстанция, необходимая для прорыва. Но тем, кто подвёл Орден, она не нужна. — Глаза Владыки блеснули огнём. — Не в наших принципах разбрасываться Силой, и поэтому пусть она послужит тебе.

С этими словами Владыка забрал у стража сосуд и передал Расселу.

— Прана этого несчастного будет наиболее эффективна для адептов идущих по пути развития духа. Для других её полезность в лучшем случае будет не более трети от заложенного потенциала.

— Великая честь, Владыка! — произнёс Рассел, принимая фиал.

— Судя по её количеству, ты вплотную подойдёшь ко второй эволюции, капитан. А когда ты принесёшь мне желаемое, мы обсудим варианты твоего перерождения.

— Ваша воля будет исполнена, Владыка! — воскликнул Рассел.

Его сердце готово было выпрыгнуть из груди. То ли от великой чести, то ли от столь же великого груза ответственности. И когда Рассел думал, что аудиенция закончена, Владыка удивил его ещё раз.

— Ты знаком с концепцией фатума? — спросил он, вглядываясь в лицо Рассела, словно что-то изучая.

— Фатум? Владыка, вы говорите про судьбу? Но разве это не бредни низших, оправдывающих своё убогое существование, невежественность и глупость?

— Да, про неё, благородный, — глаза Владыки заговорщицки сузились. — Её суть специально искажалась нами, но скрижали хранят истинный смысл…

Рассел напрягся, что не ускользнуло от внимания Владыки.

— Хорошо, представь управляющую волю, распределённую в бесконечных мириадах исполнителей и объединённых одной концепцией. Понимаю, что это несколько сложно. Но для простоты понимания вспомни нашу командную структуру. Сотни подразделений, тысячи руководителей, десятки миллионов исполнителей. И все они действуют согласно общей парадигме Ордена.

Рассел понял, куда клонит Владыка, но суть пока ускользала от его сознания, и потому он лишь коротко кивнул.

— Случайностей не бывает. Бывает лишь сбой из-за испорченного инструмента, — Владыка кинул брезгливый взгляд в сторону головы несчастного Адама, — или направленного противодействия другой силы. Концепция против концепции.

Найджел взял паузу, внимательно смотря в глаза Рассела.

— Та девочка — не просто носитель одной из высших матриц, что само по себе ценно, но и носитель враждебной концепции. Поэтому я и рассказываю тебе об этом. Чтобы ты ещё глубже проникся важностью своей миссии.

— Ваша воля будет исполнена Владыка. В любом случае!

— Я и не сомневаюсь, — жёстко улыбнулся уголками губ Найджел. — Поэтому у тебя карт-бланш на ресурсы и исполнителей. Помимо того, тебе передадут матрицу этого несчастного, которая тебе весьма подходит.

— Благодарю, Владыка!

— Но и это ещё не всё. С тобой отправится Курт. — На этой фразе стоявший рядом страж припал на одно колено. — Он поможет тебе в выполнении миссии.

С этими словами Владыка откинулся в кресле, давая понять, что разговор закончен. Рассел тут же поспешил повторить поклон стража.

— Разрешите идти, Владыка?

— Иди, благородный, и возвращайся поскорее.

Глава 20

Вика вздохнула, наблюдая, как лаборант опустошил контейнер с отходами класса Б, полный планшетов и пробирок. И это только за последние два часа. Секвенатор уже дважды выдавал температурную ошибку, и запускать следующий цикл не стали. Надо дать ему остыть. Приборы тоже устают, как и люди…

Неожиданно всплывшее уведомление виджета заставило Вику вздрогнуть. Писал Гарин. Просто скинул новые данные, без звонка или личного визита.

Оно и понятно. У него теперь забот полон рот. А, может быть, полковник не хочет появляться в лаборатории, после того, как отец наорал на него и предложил самому сесть за прибор. Отец в сердцах может.

Вика раскрыла виджет.

— О, смотри, пап! Тут файлы. И они не по людям… Ну и бред! Животные мутировали, представляешь? И тоже без чипов… В лаборатории Новосибирска заинтересовались необычными агрессивными волками крупных размеров, которых заметили на окраине города. Сначала приняли их за чистильщиков какого-то нового вида. Но когда посмотрели геном, оказалось, что у них нет чипов и никакой триплекс-ДНК. Прогнали через секвенатор по нашей методике, новых генов из базы данных не нашли. Но это точно мутанты! По данным наблюдения мигрируют из леса. Странно… ведь в том секторе нет лабораторий NAVY.

— Чем дальше, тем веселее, — произнёс отец и вздохнул. Он прикрыл глаза и потёр переносицу. — Сначала люди, теперь ещё и твари из леса. Зуб даю, что эти волки — тоже чистые мутанты.

Вика подала ему стакан воды. Слила из кулера последнюю. Надо будет попросить, чтобы заменили бутыль.

— Чистые? Уже название придумали? Полковник оценил? — попробовала пошутить Вика, но натолкнулась на усталый взгляд отца. По его лицу не пробежала даже тень улыбки.

— Наша методика определения мутантов никуда не годится! — раздражённо бросил он. — Никаких остатков векторной конструкции, никакого маркера. У суперов есть триплекс-ДНК, захочешь мимо пройти — не пройдёшь. А тут? Единственное, что мы можем, это полностью секвенировать геном каждого, а потом нейросетью прогонять по базе известных нам последовательностей мутаций. И искать гены, которых у обычных людей быть не должно.

— Тоже рабочий вариант, — попробовала ободрить его Вика. — Я ведь так и обнаружила мутацию у мастера Ли.

Отец осушил стаканчик одним махом и с хрустом смял его:

— Нет, мы упускаем те мутации, у которых нет видимых проявлений. И ни за что не найдём гены, которых нет в базе! Будем на шаг позади NAVY.

Он швырнул стаканчик в урну, но промахнулся. Пластик зашуршал по полу.

— Да мы уже им проиграли! Потому что понятия не имеем, как эти люди, а теперь ещё волки, стали мутантами! Эта технология — абсолютный нонсенс! Я не представляю, как можно было сделать такое!

— Это значит, что в той области, которую мы исследовали, ответа нет, — осторожно сказала Вика. — Нужно копать в ином направлении.

— И в каком же? — поинтересовался отец.

— Т-скрипт, он представляет собой волновой сигнал. Именно он вызывает перестройку генома при использовании чипа…

— Так не было никакого сигнала! — перебил отец. — База сканируется так, что мышь не проскочит! А у нас на базе три чистых мутанта!

— Подожди, я не закончила! — Вика поняла, что тоже начинает кипятиться. — Оставим пока сигнал в покое. Есть и другое, что мы можем посмотреть. Начнём не с причины, а со следствия. Мы ведь нашли в интронах последовательности, воспринимающие сигнал.

— И? Такие же гены есть у всех нас. Всего лишь приёмник, на который воздействовали NAVY. Думаешь, я не догадался проверить это в первую очередь?

— Ну, пап! Выслушай до конца! — Вика подняла указательный палец. — Если новая мутация была достроена после волнового сигнала, то могли остаться и следы. Только не на физическом уровне, а на уровне волн

Отец грустно улыбнулся:

— И как ты предлагаешь искать? ДНК — это не транслятор магнитного излучения, а слабые торсионные сигналы утонут в море других, которые производит любая живая клетка. Были тут до тебя, исследователи волнового генома и всяких колебаний. В этой каше сигналов можно любую теорию построить, какую захочешь. Всё равно что в орущем стадионе пытаться услышать лепетание маленького мальчика.

— Забавное сравнение, — улыбнулась Вика. — Но теперь у нас есть нейросети, чтобы таких мальчиков искать. И подсказка.

— Какая же? — поднял бровь отец.

— Ты же сам налепил датчиков на капсулу мастера Ли. И получил ворох данных…

— Не подчиняющихся никакой логике, в которых мы попросту не смогли разобраться, — заметил отец.

— Не успели, — не согласилась Вика. — Появился Алекс с информацией из NAVY и мы занялись совсем другим. А всего-то нужно было повторить эксперимент с другим человеком. Поискать разницу в сигналах и понять, какие частоты меняются при нахождении в капсуле мастера Ли по сравнению с супером.

— Если это вообще связано. И ты сможешь эти частоты вычленить, — проворчал отец. — Следы на ДНК не обязательно той же природы.

— Ну, если какие-то частоты или магнитные поля организма меняются, то наверняка изменения происходят и в тканях, и в клетках. А в конечном счёте и в самой молекуле ДНК. Нам осталось только это проверить, — улыбнулась Вика. — Нейронка закончила сравнение данных. Да, несмотря на вал работы, я нашла время полежать в капсуле перед сном. Побыть тем самым контрольным образцом. В итоге мы имеем несколько тысяч видов волновых и электромагнитных сигналов, которые у нас с мастером Ли различаются. Уже видно, в каком направлении работать. А когда повторим эксперимент в параллели и с разными людьми, отсечём погрешности.

— И как ты собираешься это сделать? — нахмурился отец.

— Я попросила инженеров собрать сканирующее электромагнитные волны оборудование ещё для нескольких капсул. Теперь мы можем снять данные синхронно и исключить временные погрешности. Попрошу у Гарина выделить нам Волкова. Может быть, ещё кого-то из псиоников, чтобы расширить выборку.

— Вика, ты планировала эксперимент и всё это время молчала⁈ — отец аж подскочил в кресле.

— Анализ шёл несколько дней. А ты бы за это время замучил меня замечаниями про псевдонауку, — парировала Вика. — Зато теперь всё обоснованно, и мы вместе можем обсудить предварительные данные.

— А ещё секреты у тебя есть?

— Ну… только один, — Вика замялась.

— Расскажешь? Или время ещё не пришло? — поинтересовался отец.

— Я хочу посканировать чистых мутантов как псионик. Помнишь, мастер Ли говорил, что получил свою трансформацию в медитации? В том месте, куда ходили мы с Волковым? Я сканировала мастера Ли с помощью псионического дара, и поймала необычное ощущение, а ещё, он как будто ярче других людей. Тогда я списала это на его занятия медитациями и прокачанными духовными центрами. Не улыбайся, теперь мы оба знаем, что это не пустой звук. Так вот, этот солдафон Сергей немного изменился после мутации. У него нет такого яркого фона, но появилось вот это необычное ощущение. Не могу уловить точнее. Но теперь, когда появились ещё мутанты, думаю, я смогу понять, что это. А потом, может быть, с помощью Алекса, оцифровать. Вдруг так мы сможем приблизиться к разгадке природы этой мутации.

— И ты этот эксперимент со сканированием задумала ещё тогда, когда увидела Сергея? — подозрительно прищурился отец.

— Когда мы нашли у него чистую мутацию, — кивнула Вика.

— Ясно, молодец, — вздохнул отец. — Подтянула те моменты, которые я упустил. Старею. Действую стандартными методами, — он с досадой махнул рукой. — Ну не понимаю я, как оно может так работать. Не зря говорят, старого коня новым трюкам не обучишь. Всё указывало на то, что нужно копать в эту сторону, а я упорно не хотел замечать.

— Пап, — Вика подошла к отцу и обняла его за плечи. Как же он постарел за этот месяц! — Ну ты же сам собрал ту первую капсулу-Франкенштейна. Просто ты устал держать в голове всё. А с возвращением Алекса столько новой информации! Но, если что, у тебя есть я, и вместе мы справимся. Разберёмся, откуда взялись эти чёртовы мутации! Убедимся, что всё это связано с электромагнитными сигналами, повторим эксперимент на клеточном уровне и поищем изменения в ДНК. А не получится с ДНК, так псионические способности помогут. Будем искать решения, пусть самые бредовые, пока не найдём!

Гарин очень оживился, когда узнал о новом эксперименте. Пришёл лично и деловито прохаживался по лаборатории. Старался выглядеть бодро, но серые тени на лице выдавали усталость после бессонной ночи.

— Это хорошо, что у нас есть этот китаец, — почти радостно заявил он. — На других базах такой эксперимент в принципе невозможен. Среди чистых пока не нашли ни одного псионика!

Вика хмыкнула, вспомнив, как он высказывал ей претензии за ту операцию.

Сканировать чистых мутантов решили в одной из переговорных.

— Приглашайте их по одному, — попросила Вика. — Так ментальный фон будет чище. Легче что-то почувствовать. И вам придётся где-то подождать. Чтобы я была одна в комнате.

Гарин на секунду замялся.

— Тогда я должен вас предупредить… одна девочка… девушка… она не агрессивная, просто со специфической манерой общения. С ней лучше сразу строго, чтобы вела себя прилично.

Вика вопросительно подняла бровь.

— Она выросла на улице, — пояснил Гарин. — Из беспризорников, сирота.

— А разве государство не должно заботиться о таких людях? — Вопрос вырвался у Вики сам собой. Сначала вспомнилась та девчонка-псионик, которая напала на мастера Ли. Потом вот… Рассказывают гражданам, в каком социально развитом обществе они живут. А на деле? Как только система пошатнулась, сразу вылезла изнанка? Гарин лично, конечно, ни в чём не виноват. Но слова уже вылетели.

— Должно, — согласился полковник. — Но иногда они упорно считают своим домом улицу и тамошнюю свободу. А в «тени» мегаполиса найдётся где спрятаться, этого не изжить даже самыми строгими законами. Она бы и к нам так просто не пошла. Ребята отбили её от тех собак-мутантов при зачистке города. И доставили к нам на базу.

— Сколько ей? — уточнила Вика.

— Говорит восемнадцать. Но медики считают, что врёт. Дают максимум шестнадцать. Хотя если она систематически недоедала… то, может, и не врёт. Или, скорее всего, сама не знает точно.

Вика поморщилась.

— Хорошо. Оставьте её на потом. Давайте начнём с Сергея.

Вояка коротко кивнул, в ответ на приветствие Вики. Суть эксперимента ему уже объяснили, поэтому он уселся в кресле

— Можно просто расслабиться и думать о своём, — предупредила Вика. — Я буду настраиваться и смотреть фон.

Сергей ещё раз кивнул, и Вика чуть прикрыла глаза. Сначала посмотрела через интерфейс Дарьи. Сигнатура вояки ярко сияла, а виджет показывал местоположение прямо под носом у Вики. На отдалении в коридоре светились ещё несколько объектов, кто-то был в пятой, самой дальней переговорной. Но там контуры еле светились. Это хорошо, что радиус чувствительности такой широкий. Значит, есть рост способности и есть силы сканировать. Вика вырубила виджет и сосредоточилась на объекте перед собой.

В сознании возник образ светящегося серебристого кокона, который мерно вибрировал и иногда вспыхивал маленькими искорками. Вика долго присматривалась, пока не поняла, почему Сергей показался ей ярче обычного человека. На вершине кокона, по самому его контуру, проходил золотистый ореол, границы его не были чёткими и к краю постепенно рассеивались. Он мерцал, периодически входя в резонанс со вспышками всего кокона. И тогда, на долю секунды, кокон казался ярче. Вика никогда не разглядывала людей так внимательно. Она поняла свою ошибку: для сравнения нужен ещё мутант с триплекс-ДНК. Но теперь уж потом, надо будет попросить какого-нибудь солдата выступить подопытным. А пока стоит просто внимательно запоминать увиденное и равномерно распределять силы.

— Спасибо, Сергей, можешь идти, — произнесла Вика. — Скажи, что я готова к следующему.

Вояка сосредоточенно кивнул, как будто ему поручили важную миссию, и торопливым широким шагом направился к двери.

Через минуту в переговорную вошёл старичок, невероятно худой и прямой как палка. Но с моложавыми чертами лица.

— Здравствуйте, Виктория. Генерал Кравцов в отставке прибыл для эксперимента, — доложил он сухим скрипучим голосом и направился к креслу.

Перемещался старичок медленно, будто опасаясь рассыпаться от слишком резкого движения. Вот Гарин! Сказали — никого, кроме мутантов, так и он рад выполнить. Такому-то пожилому можно было дать сопровождение! Вика подскочила было, чтобы помочь, но генерал остановил её неожиданно резким и властным жестом.

— Прошу вас, не надо. Я ещё в состоянии дойти до кресла и не потревожить даму своей беспомощностью, — с этими словами он сел, сохраняя прямую спину, и уставился на Вику.

Под острым взглядом внимательных глаз ей сделалось неловко.

— А какая у вас мутация? — поинтересовалась Вика.

— Регенерация, говорят, — хмыкнул собеседник. — А я так понимаю, что-то ещё. Я ведь помирать собирался на заслуженной пенсии. Девяносто годков стукнуло. На даче хотел остаться, когда всё началось, да не смог ребятам отказать. За мной, старым, летели, приказ у них был на базу забрать. Думаю, ладно, погляжу напоследок, как молодая смена воюет, да и на покой. А тут на днях будто второе дыхание открылось, видеть стал лучше, и слух появился. Лицо-то, смотрю, тоже поменялось. В зеркале образина поприятнее стала.

Вика задумалась. При регенерации восстанавливаются повреждённые клетки. Старость — это тоже отчасти повреждение клеток. Но только отчасти, и при старении способность к восстановлению снижается. А тут, если верить словам старичка, началось постепенное омоложение. А если он получил не только регенерацию, но и гены, которых ещё нет в базе? Очень интересно! Надо будет обязательно обсудить это с отцом! Только бы получилось с поиском метки ДНК!

— Кхм, милая! — резкий оклик заставил Вику вздрогнуть. — А вы не забыли, зачем мы с вами здесь сидим?

— Простите! — Вика встрепенулась. — Я сейчас закрою глаза, чтобы почувствовать вашу псионическую энергию. Вы просто сидите, ничего делать не надо.

— Задачу понял, — улыбнулся старичок.

Поле его светилось довольно ярко для человека такого возраста и оказалось всё с той же золотистой каёмкой наверху. Кажется, она была шире, чем у Сергея.

Вика открыла глаза и поняла, что во рту пересохло. Кажется, стоит восстановить силы.

— Хорошо, спасибо вам. Можно следующего? Только скажите, чтобы не сразу, а минут через десять?

— Будет сделано! — старичок встал и шутливо взял под козырёк.

Вика прикрыла глаза и откинулась на кресле. Военный, но без чипа, старый уже. Когда технология только появилась, там, кажется, были ограничения по возрасту. А, может, он и вовсе не захотел. Старые люди консервативны. Однако, какой характер! Суровым, наверное, был командующим.

— Тётя, ты что заснула, эу! — резкий голос раздался над самым ухом, и Вика чуть не подскочила.

Открыла глаза и встретилась взглядом с молодой девушкой, которая обошла стол и нависла прямо над креслом Вики.

— Тебе поплохело? Врачей звать?

— Да нет, всё в порядке. Мне надо было восстановиться просто, — пробормотала Вика, разглядывая девушку.

Гарин не зря предупреждал. Худая до невозможности и очень бледная, с выступающими скулами на угловатом лице. Тёмные глаза, подведённые чёрным и обрамлённые густыми ресницами, от этой худобы казались огромными. Стрижена девчонка была коротко, и только длинная косая чёлка с яркой розовой прядью свисала набок. Там, где над левой бровью красовался широкий шрам.

— Чего пялишься? — девушка чуть отпрянула назад, как дикий зверёк, и привычным движением поправила чёлку, прикрыв шрам.

Надо будет сказать Гарину, чтобы свели. У них же есть оборудование. Это ведь прошлый век, с таким ходить.

— Да ничего, в себя прихожу, ты меня из транса выдернула, — Вика постаралась произнести это построже и выпрямилась в кресле. Гарин говорил, надо с ней строго. Теперь стало понятно почему. — Присядь пока на своё место. Приготовься.

— Так к чему готовиться-то? — хмыкнула девушка, но к креслу всё же пошла.

— Просто сиди спокойно и думай о своём, я твоё поле посмотрю. Ничего не почувствуешь, — ответила Вика.

— Да, Вася сказал, что больно не будет, иначе я бы не согласилась, — заявила пигалица, устраиваясь в кресле.

Вика не сразу сообразила, что это она о Василии Ивановиче Звягинцеве, докторе, который отвечал за состояние суперов. А теперь, видимо, и чистых мутантов. Но выговаривать девушке не стала, только удивилась, насколько можно быть такой вот… Нужного слова Вика не подобрала и мысленно махнула на это рукой. Непонятно, чего она там на улице натерпелась.

— Тебя как зовут? Меня Виктория.

— Ласка, — охотно ответила девушка и тут же показала плечо, легко сдёрнув набок ворот кителя, который висел на ней мешком. Видимо, даже самый маленький размер, который нашёлся на базе, был ей велик. На плече красовалась татуировка, изображавшая зверька небольших размеров. Длинное тельце изогнулось, как будто обвивая руку девушки, а голова со смешными круглыми ушами смотрела на Вику.

— Это прозвище? — Вика сделала вид, что татуировка ей неинтересна. — А имя?

— Ласка, говорю же, всегда так звали.

— Хорошо, а по цифровому ID тоже Ласка? — не удержалась от замечания Вика.

— Нет, но ID у меня было много. Каждый раз, как на

— Ясно, — кивнула Вика. — хорошо, Ласка. Посиди минутку спокойно, а я закрою глаза и посмотрю на тебя псионическим зрением.

Она сосредоточилась на девушке и снова увидела знакомую картину: серебристый кокон с золотистым ореолом сверху. Ещё шире и ярче, чем у недавнего старичка. И теперь было заметно, что золотистое сияние вибрировало немного иначе, чем остальной кокон. Из-за чего казалось немного инородным.

— Ласка, а как давно у тебя способности? — Вика тут же решила проверить свою догадку.

— Да недели полторы как, ещё до базы. Иначе как бы я выжила, — по-свойски ответила девушка.

— Так давно? — удивилась Вика. — А что же ты молчала?

— Так никто особо не спрашивал, — пожала плечами Ласка. — Тут же все кругом с ума посходили, странные стали, так чего удивительного, если и я тоже?

— И правда, — признала Вика. — А что ты умеешь?

— Э-э-э, не знаю, как это сказать, — Ласка задумалась. — Останавливать живое. Так, что ли. Хотите, покажу?

— Ну-у-у, — Вика засомневалась.

— Я чуть-чуть, это неприятно разве что.

Любопытство победило, и Вика кивнула. Ласка протянула руку, и тут же внутри Вики всё будто сжалось. Как будто кто-то схватил её внутренности и сдавил. Ни вдохнуть, ни выдохнуть, кажется, сердце перестало биться. Перед глазами потемнело, а Вика поняла, что сейчас отключится.

— А ну, прекрати. Ты что творишь! — громкий голос вернул Вику в реальность.

Темнота рассеялась, и она увидела военного, который схватил Ласку за плечи. Перед глазами ещё плыло, и картинки псионического видения и реальности наложились друг на друга. Серебристый кокон с золотистым свечением — у девушки, и просто серебристый кокон, однотонный — у супера.

— Всё нормально! — прохрипела Вика, едва смогла вдохнуть. — Это эксперимент. Я сама попросила.

— Так, всё уводи! — появившийся откуда-то Гарин махнул солдатику рукой.

— Она не виновата, — на всякий случай уточнила Вика.

— Ага, я вижу, — хмыкнул Гарин. — Да не будет ей ничего. У нас тут для неё рай, разве что по вентиляционным шахтам не полазаешь. Хотя был один раз прецедент. Удалось что-то почувствовать?

Вика вспомнила золотистое свечение. У солдатика такого точно не было.

— Да, — кивнула она. — Осталось только понять, что оно значит. Думаю, нам нужен ещё один эксперимент. На этот раз с мастером Ли, мной и Волковым.

— И что вы собираетесь делать? — слегка приподнял бровь Гарин.

— Искать ответы в море сознания.

Глава 21

«Алекс, просыпайся!»

Первое, что я увидел, это радостное лицо Мии. Значит, как минимум всё прошло без накладок. Это не могло не радовать. Только почему вокруг сплошная темень? Да и кровать, на которой я очнулся, совсем не походила на ложемент медицинской капсулы.

— Мия, краткий отчёт с момента начала импринтинга!

Отдав команду, я на автомате активировал энергетическое зрение и через пару секунд облегчённо выдохнул. Я у себя в комнате. Небольшим усилием воли запитал светильники на потолке и рывком соскочил с кровати.

Прекрасно. Тело слушалось идеально, совсем не напоминая ту развалину, которым оно было несколько дней назад. Взгляд упал на многострадальную руку. Да, мать вашу! Аккуратно сжал пальцы в кулак, проверяя моторику, и почувствовал, как улыбаюсь. Все-таки приятно вернуть себе руку в её «правильном» варианте.

«Отчёт готов!— вклинилась в мою радость нейронка.— Также вывожу два важных письма от полковника Гарина и от Вики. С чего начнём?»

Три пиктограммы с документами заняли место на центральном виджете.

— Давай с писем, — отдал я команду и на секунду задумался. — Сначала от Вики.

Одна из пиктограмм мигнула, разворачиваясь в видеопослание.

«Привет, Алекс,— на измождённом лице Вики проступила лёгкая улыбка.— Сейчас тут полный завал с исследованиями, поэтому не знаю, когда смогу тебя навестить. Скажу только, что импринтинг прошёл успешно, а данные по адаптации будут у Мии. В общем, сейчас каждая медкапсула на счету, так что тебя отнесли досыпать в твою комнату. Свяжись, когда придёшь в себя».

Вика ещё раз улыбнулась и на прощание помахала рукой. Надо же, как лаконично. Видимо, и правда, у них полный завал.

Гадая, что могло послужить причиной, я открыл письмо от Гарина.

«Алекс, свяжись, когда восстановишься. Нужно кое-что обсудить».

А я-то думал, что это Вика лаконична. Хмыкнув про себя, я задумался, кому из них первому позвонить, но в следующую секунду послал эти мысли куда подальше. Подождут немного. Сейчас, когда есть некоторая ясность по происходящему, всё моё естество вернулось к главному вопросу: что с моей третьей мутацией и каким, мать его, образом она работает? Даже отчёт может подождать.

— Мия, фиксируй все изменения рецепторов. Даже если они покажутся в пределах нормы.

«Как с предыдущими генами?»

— Ага, — буркнул я, вспоминая тот первый опыт.

Тогда это было сродни поиску иголки в стоге сена. Сейчас же у меня есть база, обученный под это дело модуль нейронки и скрупулёзное описание способности из досье моего донора. Хотя последнее больше вносило неразбериху, чем нужные данные для анализа. Впрочем, не важно. Сейчас попробую всё сам.

Видение и манипулирование электромагнитными полями. Так значилось описание способности в досье. А значит, первый пробный шар пустим по знакомой мне территории. Ведь любой проводник под напряжением должен излучать это самое поле. По крайней мере, так гласил краткий мануал, накиданный Мией.

Небольшое усилие, — и мир привычно расцвёл линиями «дополненной реальности». С каждым разом это происходило всё более непринуждённо. Почти как дыхание. Яркие нити запитанных источников света, лёгкое мерцание «спящих» процессоров, тусклые линии электропроводки за пределами моей комнаты. Всё вроде по-прежнему.

Я уже хотел прикрикнуть на Мию, чтобы поискала новые ощущения в рецепторах, как внимание привлёк необычный нимб светло-бирюзового цвета вокруг светильников. Еле заметный в ярком свечении, но всё же осязаемый, на грани чувствительности. А если вот так?

Повторяя свой первый эксперимент, я отсоединил линию питания от светильника и потянул к себе. Бирюзовое свечение скользнуло по нити и окутало кисть правой руки. Быстро. Почти мгновенно. Я закрыл глаза, оставляя только ощущения, и внимательно начал исследовать лёгкую ауру «прилипшую» к моим пальцам. Минут через пять глухо фыркнул и отпустил нить обратно к потухшему светильнику. Всё это, конечно, красиво, но что прикажете с такой способностью делать?

Ладно, на первый раз достаточно и этого. Самое главное, я понял принцип и запомнил ощущения. Для более глубокого погружения в понимание сути сейчас не было времени. Нужно разобраться с отчётом и заново оцифровать все статусы. База данных NAVY и их способ оцифровки в некоторых моментах показались мне крайне интересными.

— Мия, просыпайся. Пришло

«С тобой поспишь», — съязвила нейронка, но тут же принялась выполнять поступившие от меня команды.

Объект: Алекс

Статус трансформации первого перерождения: 38,65%

трансформация тела — 33,28%

трансформация духа — 38,65%

трансформация разума — 21,89%

Я утробно зарычал от удовольствия, видя новый статус трансформации своего тела. Пусть пока неизвестно, чем мне поможет новая матрица, но для достижения основной цели — приведения системы в баланс — она зашла на все сто. Причём абсолютно без побочных эффектов.

«Тебе просто повезло, — Мия вступила в диалог, легко распознав вектор моих мыслей. — По правительственной базе матрица признана абсолютно бесполезной».

— Это почему это? — удивился я и, не удержавшись, шутливо упрекнул нейронку: — Так ты всё-таки плохо старалась и подсунула мне бесполезную матрицу?

Мия упрёк проигнорировала, а на вопрос выдала сухую статистику:

«Около тысячи прогонов на сотнях цифровых слепков различных носителей выдали результат синхронизации не более двух процентов».

Да, если бы не приспичило, я бы тоже не обратил на эту матрицу внимания. Пользы практически никакой, а смертность почти стопроцентная. Даже внедрение репарирующего гена могло не помочь. Но если довериться модели, для моего, как ни странно, она подходила идеально. А я своим программам доверяю. И вот, — все центры теперь в балансе. Я улыбнулся и перешёл к следующему кластеру своего статуса.

Импринтированные матрицы:

Матрица регенерации: (3 грейд)

— адаптация: 56 %

Матрица управления электричеством: (2 грейд)

— адаптация: 22 %

Матрица энергополя: (??? грейд)

— адаптация:??? %

NAVY и тут предложили более интересный подход к оцифровке способностей. Под понятием адаптации тут понималось раскрытие потенциала матрицы. Мия методом корреляции с момента внедрения соответствующих Т-скриптов построила адаптационную модель, и полученные цифры меня очень удивили.

«Система грейдов NAVY,— пояснила нейронка, —родилась не на пустом месте. Она показывает не столько редкость внедряемой матрицы, а сколько её потенциал развития и влияние на трансформацию организма в целом».

— Судя по твоим вычислениям, — задумчиво пробубнил я, — я уже наполовину раскрыл потенциал ветки регенерации, а электричеством еле-еле умею управлять.

«Потенциал Алекс, потенциал!— Мия, состроив важную рожицу, подняла вверх пальчик. —Как только наберём достаточно данных по третьей матрице, я сразу дополню информацию».

В принципе, на сегодня было достаточно. Можно, конечно, сразу начать экспериментировать с полями, но меня беспокоило, что ни полковник, ни Вика никак себя не проявили за последние четыре часа, пока я занимался «научными» изысканиями. Видимо, действительно были заняты чем-то важным. И, возможно, очень интересным.

Любопытство взяло верх и я послал запрос Вике.

— Привет, как ты? — лицо Вики выглядело ещё более осунувшимся, чем в недавнем видеопослании.

— Спасибо, что интересуешься, — улыбнулся я. — А если бы окочурился уже? Всё-таки третья матрица.

— Угу, конечно, — покачала головой Вика. — За твоими показателями следит отдельный человек и, поверь, они лучше, чем у многих. Так что перестань паясничать и помоги мне, если закончил со своими делами.

— А это обязательно? — состроил я кислую мину.

— Нет, не особо.

Вика отключилась, а я почувствовал себя тупым придурком. Ладно, ошибки надо исправлять.

— Мия, где маркер нашей амазонки от науки?

«Сектор „П“, закрытая часть лаборатории. Написать ей, что ты скоро будешь?»— предложила нейронка.

— Обойдётся. Будет сюрприз.

Жилой отсек, в котором меня поселили, находился на минус четвёртом уровне. Всего на три уровня выше сектора «П,» где проходили все секретные исследования. Метров сто по глухо ухающему в такт шагам металлическому настилу и я буду у лифта в закрытый сектор.

Прикоснувшись пальцем к панели, я заблокировал дверь, поправил казённую рубашку и направился к лаборатории. Пустой коридор был освещён тускло и создавал тягостное ощущение. А если вот так? Улыбнувшись собственной ребяческой мысли, я запитал линию основного освещения. Лёгкое гудение трансформаторов — и вмиг стало светлее. Продолжая улыбаться, я ощутил всё ту же лазурную ауру, проступающую вокруг светильников. Любуясь её переливами и запоминания ощущения, я не заметил, как дошёл до поста охраны у лифта, ведущего в сектор «П».

— Лейтенант Марьин?

Я сначала не понял, что сделавший шаг вперёд офицер, обращается ко мне.

— Что?

— Лейтенант Марьин, — повторил он. — Вас нет в списках. Прошу покинуть данную зону.

Во как! Не знаю, что меня больше ввело в ступор: запрет на доступ в лабораторию, странное обращение ко мне… или едва заметный просвет ауры у всех трёх бойцов, бдевших на посту. Замешкавшись, я наблюдал лёгкие эманации бледно-голубого цвета, которые словно кокон окутывали офицеров. Еле заметные, порядка на два слабее, чем от светильников, но всё же. Да и ощущения сильно отличаются… Интересно…

— Пять минут.

Я примирительно поднял руки, развернулся и, отойдя в коридор, вызвал полковника.

— Вижу, что пришёл в себя, — без приветствия начал Гарин. — Почему сразу не сообщил?

— А, вы про это? — придурковатой улыбкой ответил я и слегка откашлялся. — Эм-м… лейтенант Марьин докладывает: адаптация прошла успешно. Чем могу служить?

— Прекрати паясничать, — устало выдохнул полковник, вероятно, заметив искры веселья у меня в глазах. — Звание тебе присвоили, чтобы облегчить взаимодействие в нашей структуре. А нужен был ты мне по одному важному вопросу. Скажи сразу, вирус в нашей сети — это твоих рук дело?

— Неужели нашли? — искренне удивился я, но злой взгляд полковника говорил, что клоунаду надо заканчивать. — Да, моих. Тогда мы ещё не были так близки, если помните.

— Помню, — недовольно бросил Гарин. — Короче, дашь все исходники моим людям.

— Договорились, — кивнул я. И правда, когда я посылал вирус в файле для профессора, было непонятно, как настроены военные. Сейчас, когда мы нашли общий язык, подобное было действительно слегка неуместно. И уж тем более для новоиспечённого лейтенанта.

Мия уже успела покопаться в базах и вывела на дополнительный виджет мою карточку.

— И это… — неожиданно Гарин слегка смутился. — Можешь провести аудит безопасности нашей сети?

— Без проблем, полковник, — ответил я, выбрав самую милую улыбку из своего арсенала. — Тем более, теперь это и в моих интересах.

— Хорошо, — Гарин тут же напустил на себя довольный вид. — Сейчас тебя добавят в подсеть наших безопасников. Главный там полковник Ларин. Всё можно обсудить с ним, он уже предупреждён.

— Полковник! — почти крикнул я, понимая, что через секунду он отключится. — Вике в лаборатории нужна помощь. А бойцы меня не пускают. Ну как так можно с лейтенантом службы безопасности, приписанным к некоему проекту «П»?

— Сейчас дам команду, — строго зыркнул на меня Гарин, покачал головой и отключился.

Спускаясь на лифте в лабораторию, я всё гадал, что за хрень мне привиделась. Может, это экспериментальная броня на бойцах, которая подпитывается каким-то источником, или сбой у меня в

— Привет!

Одна из сотрудниц профессора, молоденькая блондинка с круглым личиком, пробежала мимо меня и мило улыбнулась. Я проводил её взглядом, но совсем не из-за симпатичной мордашки. Её тело тоже испускало слабое свечение. И брони на ней не было.

— Мия, — нервно бросил я, подходя к главной лаборатории. — Проведи спектральный анализ всех этих «аур» и найди зависимости.

«Спектральный анализ невозможен, Алекс,— тут же отозвалась помощница. —Рецепторы не фиксируют никаких изменений визуального характера».

Я уже было хотел выругаться, но дверь лаборатории открылась, пропуская меня внутрь.

— О, Алекс! Привет! — Вика радостно помахала мне рукой, продолжая что-то ковырять в одной из капсул.

Чёрт! Почему тут столько народа⁈ И почему у всех это дурацкое свечение⁈ Даже у Вики!

— Привет, Вика. Здравствуйте, Виктор Александрович, — поздоровался я. — Не подскажете, что здесь происходит?

— У нас важный эксперимент, Алекс, — скороговоркой ответила Вика, даже не взглянув в мою сторону. — И твоя помощь по оцифровке будет весьма кстати. Сейчас закончу настраивать капсулу и все объясню.

Вот тебе и встреча! И где эти все обнимашки, вопросы о том «как ты Алекс? как себя чувствуешь? О, рука на месте, давай теперь ногу отрежем, для чистоты эксперимента!» Как-то не почувствовал я всеобщей любви. Но больше всего меня беспокоило свечение, исходящее от всех людей, что делало моё предположение об особенной броне абсолютно бессмысленным. Да и сами люди вызывали много вопросов.

Помимо Вики с профессором в лаборатории находились ещё двое из их учёной братии. Они в поте лица сновали между капсулами и прочим оборудованием, не обращая на меня никакого внимания. Но бог с ними, меня больше заинтересовала странная группа, устроившаяся в небольшом уголке, выделенном под зону для отдыха. Темноволосый мужчина средних лет в темно-зелёной футболке и камуфляжных штанах, стоял, привалившись к стене, и наблюдал за суетой в лаборатории. Поза казалась расслабленной, но интуиция подсказывала мне, что он не так прост и в любой момент готов собраться и занять позицию. Ясное дело, кто-то из бойцов. Понятно, почему мне кажется, что я его где-то видел. А вот откуда здесь взялась худенькая девчушка, по самое не балуй напичканная пирсингом, — это вопрос. Короткостриженая, как мальчишка, она постоянно поправляла длинную с розовой прядью чёлку. Девчушка, как на жёрдочке, устроилась на подлокотнике кресла и о чём-то увлечённо вещала (ни фига себе!) Серёге, развалившемуся в нём. Поймав мой взгляд, он удивлённо чуть приподнял брови, а потом покосился на девчонку. Я кивнул и улыбнулся в ответ, чем окончательно смутил Сергея. Он как-то насупился и даже отвёл взгляд. Как ни странно, я был рад видеть здоровяка в числе живых, но его присутствие в лаборатории было, мягко говоря, неожиданным. Ладно, спрошу у Вики, что тут творится и кто все эти персонажи.

Чуть поодаль от этой группы с прямой спиной на простом стуле сидел пожилой китаец. Медицинский костюм на нём смотрелся несколько инородно, хотя военная форма подошла бы ещё меньше. Наверное, тот самый мастер Ли, о котором взахлёб рассказывала Вика. «Учитель то, учитель сё». Словно почувствовав моё внимание, он взглянул на меня и слегка улыбнулся. Улыбка была столь искренней и доброй, что я неожиданно для себя улыбнулся в ответ. Да и «аура» вокруг него отличалась от остальных. Светло-фиолетового, почти фиалкового цвета. Так, стоп!

«Мия! —приказал я, прежде чем мысль успела сформироваться до конца. —Сколько человек мы видели, пока шли сюда?»

«Четырнадцать»,— тут же отозвалась нейронка.

«Сейчас внимательно следи за любыми изменениями рецепторов и накладывай на них цветовые гаммы, которые я скажу. Достань карточки этих людей из базы. Совмести данные и построй первичные графики зависимостей»,— приказал я.

«Принято, Алекс».

Вика ещё возилась с оборудованием, так что немного времени для эксперимента у меня оставалось. Останавливая взгляд на каждом, я внимательно прислушивался к ощущениям и транслировал Мии всю необходимую информацию.

«Готово», —прозвучало буквально через тридцать секунд после того, как я закончил с последним «подопытным».

Ну надо же! Я довольно хмыкнул, понимая, что напал на что-то действительно стоящее. Правда, непонятно, как это связано с электромагнитными полями, но есть большая вероятность того, что это просто побочный эффект, так как матрица моего донора была слабо изучена.

Мия чётко разделила всех «подопытных» на три категории: оттенки синего и голубого у обычных людей, зеленоватый у народа с мутациями, и оттенки фиолетового у тех, кого не касался чип NAVY.

«Мия, разложи по показателям группу с мутациями».

«Параметры?»— уточнила нейронка.

Видимый «спектр ауры», прими пока такое определение, её интенсивность, данные по силе мутаций из картотеки Правительства', —

«Принято, вывожу на экран».

Увидев данные, я хмыкнул во второй раз. Просто прекрасно. Корреляция была настолько чёткой, что можно даже прямо сейчас график построить. Но важное было то, что я теперь за долю секунды могу определить силу мутанта. Вернее, насколько далеко он прошёл по пути трансформации.

— О чём задумался?

Вика подкралась незаметно и теперь с любопытством меня разглядывала.

— Новую способность тестирую.

— И как? — в ее глазах зажёгся неподдельный интерес.

— Похоже, я научился чувствовать силу мутантов. Не спрашивай как, пока сам разбираюсь, но абсолютные значения Мия уже может строить.

— Ого! — чуть ли не подпрыгнула она. — И какой у меня уровень?

— По уровням ещё не разбивал, но, например, вон тот солдатик на двадцать процентов слабее тебя.

— А то! — Вика горделиво вздернула носик. — Круто! А сравни меня вон с той девицей.

— Проверяешь, да? — хмыкнул я. — Ты же прекрасно знаешь, что она не подключена к чипу.

Вика опасно прищурила глазки, словно задумала какую-то гадость, и через секунду Мия доложила о приходе новой карточки. Разглядывая фотографию неформалки с пирсингом и описанием её мутации, я клацнул зубами от злости.

«Мия, запускай аналитику заново».

Глава 22

— Что тут у вас происходит?

Зычный голос полковника ворвался в лабораторию, словно гудящий локомотив на сельский полустанок. Все вмиг притихли, даже неформалка скинула ноги с дивана и замерла с прямой спиной, словно изображая послушную школьницу.

— Приготовления почти закончены. — Вика встрепенулась и подбежала к Гарину. — Объясняю Алексу нюансы эксперимента.

— А ему зачем? — вопросительно вскинул бровь полковник. — Как я понимаю, он не попадает ни в одну из категорий.

— Можно вас на минуточку? — ничуть не смутилась Вика и бесцеремонно потащила Гарина за рукав в дальний угол лаборатории.

Похоже, будет

Для меня самого было неожиданностью, когда к нам с Викой чуть ранее подошёл мастер Ли.

— Позвольте вашу руку, — с лёгким поклоном обратился он ко мне.

Вика уважительно сделала шаг назад, отдавая инициативу мне. Я смотрел на китайца, излучающего благодушие и доброжелательность. Почему-то мне вдруг стало тревожно. Через секунду я понял причину: аура мастера Ли стала чуть ярче и как будто пошла волнами. И что это может значить?

Эти мысли пронеслись в голове за несколько секунд. Дальше медлить было нетактично.

Да, ладно, не оттяпает же он мне руку в конце концов. А если даже так, то новая вырастет. Улыбнувшись своей шутке, я пожал плечами и протянул ему ладонь. Китаец чуть улыбнулся, коснувшись запястья прохладными тонкими пальцами. А я тоже не упускал момента и наблюдал за его аурой. Из всех «чистых» мутантов (Вика успела объяснить мне новый термин) у мастера она была самой насыщенной.

«Мия, фиксируй всё тщательно»,— бросил я нейронке, а сам погрузился в мерцание энергетической сигнатуры китайца. Мия предложила мне такое определение несколько минут назад.

«Алекс, похоже, с новой матрицей всё в порядке,— нейронка вывела на виджет кучу графиков, построенных по данным сканирования. — Если только мы примем за основную гипотезу, что у каждого человека есть своё электромагнитное поле».

«Если бы это так было,— возразил я, наблюдая за полуприкрывшим глаза китайцем, — то учёные давно бы с ним работали».

«Боюсь, другие определения только отдалят нас от понимания сути. Можно, конечно, назвать это биоэлектрическим полем, но хрен редьки не слаще»,— отозвалась нейронка.

Я хмыкнул, услышав такое сравнение. Не помню, чтобы раньше Мия использовала подобные идиомы.

«Согласно твоим установкам, пять процентов моих мощностей постоянно загружены адаптивной программой, направленной на синхронизацию с твоим „Я“,— словно прочитав мои мысли, ответила Мия, —конечно, если не требуется решение срочной и важной задачи».

Этот модуль я написал ещё несколько лет назад и тщательно вносил правки время от времени. Благодаря ему Мия перестала быть для меня обычной программой, всё чаще напоминая живого собеседника. Так скоро и издеваться надо мной будет.

— Молодой человек… — оторвался от изучения моей руки мастер Ли.

— Алекс…

— Алекс, — улыбнулся он. — Не желаете помочь нам в проведении предстоящих исследований?

— Исследований чего? — такое предложение стало для меня неожиданностью. Я оглянулся на Вику.

Вика, которая явно не планировала моё участие в эксперименте, хлопнула глазами и вопросительно посмотрела на китайца.

— Я уверен, что способности Алекса могут быть нам полезны. И помогу провести его в море сознания, — ответил тот.

— Так, что за эксперимент у вас намечается? — ещё раз поинтересовался я.

Вика отмерла и принялась рассказывать суть происходящего. Слушая её, я чувствовал, как с каждой секундой разгорается мой интерес. Оказывается, «чистых» сумели определить совсем недавно, пока я валялся в капсуле и восстанавливался. Отсюда весь ажиотаж и внимание полковника к этим исследованиям.

— Вообще, я планировала несколько другой эксперимент, — призналась Вика. — Но начальство внесло свои коррективы. Мы должны были пойти в море сознания втроём, мастер Ли и два псионика: я с капитаном Волковым. Нейросеть выделила электромагнитные сигналы, которые отличаются у меня и мастера Ли. Нужно было всё проверить ещё раз. Но теперь у нас ещё одна задача: попытаться использовать море осознания для поиска «чистых» мутантов. И, может быть, мы найдём какие-то ключи к пониманию, откуда они вообще появились. Мастер Ли получил свою мутацию здесь. Если мы поймём как, то это будет большой шаг в борьбе с NAVY.

Упускать такой шанс добыть новую информацию, было преступно. К тому же Мие, как и мне, требовалось больше данных в свете импринтинга новой матрицы. А вероятность получить её в так называемом море сознания была очень большой. И это стало понятно, когда мастер Ли заговорил об энергетическом теле.

«Я была права!»— довольно взвизгнула Мия.

«Цыц! Не мешай!»— рыкнул я, слушая старого китайца.

— Алекс, — продолжил тот, поглаживая свою бородку, — всё наше тело пронизано чёткой энергетической структурой. Она свойственна каждому человеку, но, к сожалению, в нашем обществе принято обращать внимание лишь на тело, потакая удовлетворению его потребностей. Энергетическая же структура не менее, а даже более важна. Она несёт в себе потребности духа и даёт нам силу развиваться дальше.

— Но почему это не исследуют? — засомневался я. — Ведь наука так далеко шагнула.

— Знания можно использовать по-разному, — грустно вздохнул мастер Ли. — И текущая ситуация — яркое тому подтверждение.

— И как я могу вам помочь? — я вернул разговор от не очень приятной для меня темы к реалиям.

— Не знаю как, но я вижу, что вы открыли в себе способность чувствовать потоки ци. Скорее всего, это один из аспектов той демонической технологии, которой вы пользуетесь, но пока оставим это в стороне.

— Секундочку, мастер, — перебил я его. — А можно чуть подробней о том, как вы это поняли? И можно на ты.

Китаец кивнул и чуть улыбнулся.

— Моё тонкое тело откликается на любые внешние воздействия, — его взгляд стал серьёзным. — И когда ты посмотрел на меня, я почувствовал слабое касание. Ты хотел воздействовать на меня, но пока не знаешь, как это сделать.

— Ничего я не хотел, — искренне удивился я.

— Осознанно, возможно, нет. — Он понизил голос до шёпота. — Но в будущем у тебя получится это сделать. Однако такие умения налагают большую ответственность.

Видимо, у меня отвисла челюсть, что слегка развеселило старого китайца, и он мгновенно сменил тему.

— Неважно. С этими способностями можно попробовать провести тебя в море сознания. Возможно, там они раскроются с новой стороны, а твои наблюдения будут полезны всем нам.

— И что мне надо будет делать?

— Ничего. Просто наблюдай. За всеми нами, — он на секунду задумался. — И слушай мои указания.

Я послушно кивнул. Наблюдать — это то, что мне сейчас нужно.

«Мия,— отдал я фоном команду. —Останови все остальные задачи и переключи все мощности на аналитику рецепторов и мой эмоциональный фон. Накладывай на всё это визуальную составляющую. Запараллель этот процесс и гони отдельным треком аналитику с нового модуля, который только что запустили по чистым мутантам».

«Выполняю», —сухо доложила о принятии директивы нейронка.

Вика тем временем уже разобралась с Гариным и призывно махала рукой, приглашая меня к капсуле. Я заметил, что она отличалась от стандартной. Появились какие-то внешние датчики, некоторые даже проводные. Похоже, от этого эксперимента собирались получить максимум данных. Ещё три такие же капсулы предназначались для Вики, мастера Ли и поджарого мужчины в армейском прикиде. Псионик, значит.

— Просто расслабься и постарайся отключить мысли, — сказала Вика. — Мастер Ли поможет тебе выйти в море сознания.

— Отлично, давно не был на море, — попытался пошутить я, но девушка не оценила и с серьёзным лицом опустила крышку капсулы.

Я прикрыл веки и постарался расслабиться. Наверное, от меня требовалось примерно то состояние, в котором я видел электричество или эти ауры. Тут тоже нужно было одновременно и отпустить мысли и сосредоточиться, но при этом окружающая реальность никуда не девалась. А что собирались провернуть Вика с китайцем — непонятно. Я ещё раз выдохнул, отгоняя назойливые мысли, и вдруг понял, что у меня нет тела. Я его попросту не чувствовал. Попытался открыть глаза, но не смог. Вместо привычной темноты перед внутренним взором стояла белёсая дымка. Что за чёрт?

— Расслабься, Алекс, — раздался в голове мягкий голос. — Просто слушай меня. Ты сейчас — чистое сознание, твоя мысль поможет принять тебе любую форму. Просто представь своё тело здесь.

Я мысленно протянул руку, и, кажется, перед глазами что-то зарябило. Появились контуры. Помахал воображаемой рукой.

— Мастер Ли, помогите Алексу, — рядом раздался женский голос, и я узнал Вику.

— Подожди, он справится сам.

То ли голос Вики помог мне сосредоточиться, то ли сознание нашло привычные ориентиры и сработала визуализация, но туман расступился. Я увидел перед собой Вику в лабораторном костюме, китайца в длинных белых одеждах, Волкова в лёгкой броне и свои руки. Удивительно, что теперь на мне была брендовая рубашка и светлые джинсы. Давненько я так не одевался.

— Сознание рисует нам картинку. Это всего лишь ментальная проекция, внутреннее ощущение себя, — прокомментировал мастер Ли с лёгкой улыбкой.

Я огляделся. Мы стояли среди облаков белого тумана, вспыхивающих золотистым, при этом сверху было нечто тоже как будто застеленное облаками, только более плотными. Сквозь них пробивалось голубое мерцание, из-за чего этот слой напоминал небо.

— Когда у разума нет представления о том, что перед нами, сознание не может облечь это в форму, — прокомментировал мой взгляд китаец.

— А вы что видите? — поинтересовался я.

— Бесконечное течение энергии ци. Пространство, наполненное ей, — произнёс он.

Волков сухо кашлянул и посмотрел на Вику.

— Может, приступим к эксперименту?

Этот точно не хочет зря времени терять, сразу к делу.

— Мы уже приступили, — цыкнула на него Вика. — Алекс, что ты видишь?

И тут я вспомнил об «аурах». Она предлагает настроиться на них здесь?

Я только подумал об этом, а результат не заставил себя ждать. Китаец тут же вспыхнул фиолетовым. И тут это свечение выглядело гораздо мощнее. Оно уходило наверх, как пламя свечи. Он словно стоял в столбе света.

Вика и Волков до китайца не дотягивали. Они не светились, а скорее мерцали бледно-зелёным маревом. Вика разве что поярче. Но по сравнению с мастером Ли они оба казались одинаково слабыми. И само сияние не шло потоком, а просто повторяло контуры тела. Я вытянул руку и посмотрел на неё: вокруг пальцев пролегла зеленоватая дымка. Сам такой же. Ну, а на что я, собственно, рассчитывал?

— Алекс? — позвала Вика.

— Да я здесь, — улыбнулся я. Надеюсь, моя проекция правильно передала выражение лица. — Светитесь все разными цветами. Мастер Ли совсем как свечка. Только фиолетовая.

— Хорошо, — улыбнулся китаец. — Теперь попробуй посмотреть не на нас, а вокруг. Что ты видишь?

Я старательно уставился на облака и постарался настроиться. Если присмотреться, они были не совсем облаками, а просто состояли из разных мерцающих искр. Искры эти клубились и собирались вместе, создавали потоки, которые закручивались и перетекали друг в друга. Чем-то они напоминали флуктуации электричества, которые я стал видеть после второй мутации. Но здесь всё было разноцветным, постоянно перетекающим в новые формы, изменяющим цвет и направление. Чем дольше я вглядывался, тем больше меня завораживал танец потоков, их слияние и мерцание. Всё вокруг было наполнено ими, и это пространство походило на грандиозную симфонию, только в цвете. Что-то внутри меня завибрировало и затянуло, тоже желая присоединиться к общему действу. Вырваться и стать частью всего этого бесконечного движения и игры форм. А ещё я почувствовал, что самое зовущее и притягательное скрывалось наверху. То, что пробивалось сюда отблесками синего свечения. Что-то очень близкое и родное.

— Алекс, — мягкий голос вывел меня из странного состояния. — Достаточно. Твоё ментальное тело начало размываться. Сознание не привыкло к прямому восприятию энергии. Посмотри на меня. Сосредоточься.

Я повернулся к мастеру Ли. Хорошо ему говорить. Сам он уже давно танцует с разноцветными потоками! Я с завистью поглядел на его фиолетовое свечение, которое размывалось по краям, тянулось к мерцающим облакам, к тому голубому, что за «небом», принимало в себя пляшущие искры рядом…

Китаец мягко приблизился, словно подплыл, и положил руку мне на плечо

— Алекс, посмотри на меня. Вспомни, зачем мы здесь, — твёрдо произнёс он.

Вспоминать не хотелось, весь этот ад с мутантами и NAVY казался всего лишь дурным сном. В который можно было просто не возвращаться. Но вот пляска цвета успокоилась, лицо мастера Ли стало чётче, и я перевёл взгляд на Вику. Рядом нетерпеливо переминался с ноги на ногу военный. Мне даже стало их немного жалко. Они не видели…

— И что вы там планировали? — спросил я. Цель, для которой меня затащили сюда, всё ещё казалась неважной. Но я уже понял, что мастер Ли не даст мне больше погрузиться в потоки. По крайней мере, не сейчас.

— Тут такое место, здесь нет расстояния. Именно отсюда я смогла почувствовать Кешу, когда ты был у NAVY. Теперь мы попробуем определить «чистых» отсюда, — ответила Вика. — Я бы хотела, чтобы ты посмотрел этим своим особенным зрением.

— Отсюда? — не понял я.

— Да, я помогу тебе, — произнёс китаец. — И от его пристального взгляда мне стало не по себе.

— Расслабься, — вновь сказал мне он. — Сейчас я погружу тебя в своё ментальное поле. Постарайся сохранить восприятие ци.

Час от часу не легче. То за энергией наблюдать, теперь вообще погружение в… голову к китайцу? Ещё и спокойным оставаться. Я постарался отогнать назойливые мысли, но они ушли сами, когда мастер Ли посмотрел мне прямо в глаза. Они казались огромными и словно светились изнутри, наполненные внутренней силой. Его взгляд захватил моё сознание, голова слегка закружилась, а потом всё поплыло, как в тумане. Совсем недавно я так же воспринимал море осознания.

Но тут картинка проступила почти

— Чувствуешь потоки ци? — прозвучал в голове тихий голос мастера Ли.

— Я что-то вижу. Как будто двух людей. Не очень чётко, но цвет ауры такой же, как у вас, — ответил я. — А как мы поймём, что это наши ребята?

— Очень хорошо. Это они, — заверил меня мастер Ли. — я чувствую ментальную активность. И чем она ближе, тем ярче. Сейчас ты смотришь через моё восприятие, а я настроился на пространство лаборатории и на наших, как вы говорите, «чистых» мутантов, — ответил мастер Ли. — Можно сказать, что первая проба удалась? Да, Вика?

— Да, отличная работа! — теперь у меня в голове раздался голос Вики. — А сейчас следующая часть плана: мы попробуем увеличить дальность охвата. Объединим наши ментальные поля. Мастер Ли будет вести нас, мы с Волковым — помогать, а тебе, Алекс, следует точно фиксировать все ощущения.

Происходящее будоражило. Жаль, контакт с Мией отсутствовал, ведь информация для анализа лилась потоком. Ничего, попробуем по таймингу событий оцифровать для неё данные, снятые с моей капсулы.

Следующая настройка происходила несколько дольше. Я не понимал, что они там делают, но через некоторое время призма, через которую я всё видел, расширилась. Вновь знакомые облака, но немного с другого ракурса: мы медленно поднимались над ними в потоках, всё более расширяя «кругозор».

Сигнатуры «подопытных» удалялись, превращаясь в еле заметные точки. Теперь я созерцал облачные просторы от горизонта до горизонта. Потоки энергии переливались, перетекали друг в друга и вспыхивали россыпью искр. А потом моё внимание привлекли фиолетовые всполохи. Совсем далеко, почти на границе видимости.

— Кажется, там что-то есть, далеко впереди и чуть левее. Не могу разглядеть, — сообщил я.

— Понять бы, где у тебя это «впереди», — послышался голос Вики. — Никаких ориентиров тут. Как определить-то, куда двигаться?

— Не всё сразу, — тихо ответил мастер Ли. — Мы пока просто учимся.

— Может быть, попробовать подняться выше? — попросил я.

Призма расширилась, я понял, что на горизонте действительно что-то есть, а потом картинка резко крутанулась, и свечение пропало.

— Верните назад! Противоположная сторона, — почти закричал я. — Верните фокус обратно.

— Спокойно, Алекс, понял, — ответил китаец, и через секунду вдали снова появились фиолетовые всполохи.

К моему восторгу они стали приближаться.

— Да, правильное направление! Туда! — почти закричал я. Теперь я уже мог различить, что там целое скопление фиолетовых точек. — Кажется, там их прямо много! Неужели столько «чистых»?

Фиолетовые огоньки приближались, становились больше, и я услышал возглас Вики.

— Я их чувствую. Есть ментальный контакт!

Внезапно «облачный» пейзаж с потоками сменился картинкой заснеженных гор и блестящей на солнце озёрной глади. Произошло это так резко, что меня как будто качнуло. Ощущение, — как вспышка яркого света в глаза.

— Вика! Какого хрена⁈ — не удержался от возмущений я.

Горы придвинулись ещё ближе, и к горлу подступил удушливый ком.

— Вика, назад! — восклицание мастера совпало с дикой болью, пронзившей всё тело.

Призма образов рассыпалась калейдоскопом картинок, через которые начали проступать мерцающие силуэты моих спутников. И тут я всем своим существом ощутил холодный тяжёлый взгляд. Враждебный. «Небо», до этого мерно светившееся голубоватым, потемнело. Искрящиеся потоки энергии будто взбесились, стали хаотичными. С каждой секундой закручиваясь всё сильнее, они рвали ткань «реальности», обнажая бурлящую за ней тьму. Крик застыл в груди, разнося вдребезги последние опоры сознания. Словно в кошмаре я видел, как рассыпаются на осколки образы Вики и Волкова и только аура мастера Ли продолжала гореть яркой свечой. Как утопающий, отчаянно стремящийся сделать последний вдох, я рванул к ней, пытаясь найти спасение, но тьма оказалась быстрее.

Глава 23

— Знаешь, Алекс, я думаю, что в этой гонке за мутациями, мы можем и не заметить, как превратимся в нечто иное, чем человек. — Вика стоит в полутёмной лаборатории. На её лицо падают разноцветные блики от мигающих индикаторов приборов.

— Нам нужны способности, иначе теперь не выжить, — возражаю я. — Человек это ведь не свойства тела, и даже не навыки. Это воля и разум, — то, что делает нас людьми.

— А это делает нас людьми? Думаешь, у NAVY этого не было? Воля, интеллект, — задумчиво произносит Вика. — И смотри, что получилось. Куда мы идём, Алекс? За кем мы идём?

— Мы просто пытаемся выжить, — этот её настрой начинает меня раздражать. Нашла время для философии, когда мы на волосок от гибели…

На волосок от гибели?

В сознании мелькают смутные картинки, и я понимаю, что не могу вспомнить, как мы оказались в лаборатории. Внезапно пол под ногами вздрагивает, и комнату озаряет вспышка света. Я вижу тонкий силуэт Вики на фоне белого зарева. Она испуганно оглядывается по сторонам.

Что-то гудит, приборы начинают мигать как сумасшедшие, по полу снова проходит вибрация. Я смотрю вниз, и внутри всё застывает от ужаса. Прямо под нами толпа, волнующее море людей, а если присмотреться — мутантов. Молодые и старые, худые и грузные, все они безумны, лица их искажены животной яростью, одежда изорвана в клочья, волосы спутаны. Они бьют кулаками снизу в тонкое прозрачное покрытие пола. Беснуются. Хотят добраться до нас и растерзать. Толпа живёт своей жизнью, ненавистью и болью. Они бьют вместе, синхронно, и удары проходят волной. И под ногами у меня змеится трещина, ширится и бежит к…

— Вика!

Я кидаюсь вперёд, но уже поздно. Цепкие руки хватают девушку, и толпа за секунду, одним страшным рывком затягивает её в образовавшийся разлом.

— Алекс! — её визг тонет в рёве взбесившихся монстров.

Я прыгаю, собирая на кончиках пальцев разряды молний, готовый нырнуть туда за ней. Отбить во что бы то ни стало.

Вспышка!

Белый свет ослепляет.

— Вика! — я ударился лбом обо что-то твёрдое. Боль отрезвила. Через секунду появилась картинка: полупрозрачное покрытие медицинской капсулы перед самым моим носом.

Чёрт! В памяти тут же понеслись воспоминания. Мы же там в этом долбанном море осознания только что огребли. По ощущениям вообще чуть не сдохли!

Я начал открывать капсулу, унимая бешено стучащее сердце. По виску стекла струйка пота. В глаза ударил с непривычки яркий свет ламп лаборатории. Прямо как в недавнем кошмаре. Я сел, окидывая взглядом пространство. Две капсулы рядом пусты, в третьей кто-то есть…

«Подтверждаю, Алекс,— прорезалась Мия. —Сердечный ритм нестабильный, давление выше нормы…»

«Заткнись»,— отдал я мысленную команду.

— Где профессор, Вика? — я чуть не вцепился в руку девушки. — И все участники эксперимента. Кто в капсуле?

Лаборантка хлопнула глазами, потом затараторила:

— Виктор Александрович и Виктория ушли спать. Сейчас ночь. В капсуле Хань Ли, состояние стабильное, но он ещё не пришёл в себя.

Я кивнул. Только сейчас понял, что в лаборатории пустовато. Всего двое: эта девушка и ещё паренёк, который возился с каким-то прибором и бросал на меня любопытные взгляды. Судя по всему, дежурные лаборанты.

— Я бы советовала вам остаться в капсуле до утра, — неожиданно твёрдо заявила девушка. — Вы едва пришли в себя и должны восстановиться. Более того, всё ещё снимаются медицинские показатели, которые могут быть полезны для статистики.

Я удивлённо поднял бровь и улыбнулся. Что-то мне знаком этот стиль.

— Это профессор вам оставил такие указания?

— Виктория просила отслеживать ваше состояние, — ничуть не смутилась девушка. — И настаивала на том, чтобы дать вам восстановиться как следует, перед тем как покинуть капсулу.

— Хорошо, — я примирительно поднял руки и прилёг обратно. — Видите, я лежу и отдыхаю. До утра.

Когда лаборантка отошла, я развернул виджет с нейронкой. С Викой всё хорошо, если спать ушла. А вот я что-то завалялся. Как и китаец. Ладно. Надо посмотреть, что там с моей тушкой.

«Мия, сколько прошло времени с начала эксперимента?»

«Шестьдесят четыре часа, восемнадцать минут»,— отчиталась нейронка.

Ничего себе! Это я почти трое суток тут «отдыхаю».

«Выведи статистику показателей мутаций на виджет»,— распорядился я.

Объект: Алекс

Статус трансформации первого перерождения: 39,16%

трансформация тела — 33,28%

трансформация духа — 39,16%

трансформация разума — 28,31%

Импринтированные матрицы:

Матрица регенерации: (3 грейд)

— адаптация: 56%

Матрица управления электричеством: (2 грейд)

— адаптация: 22%

Матрица энергополя: (0 грейд)

— адаптация:??? %

— Ты ничего не перепутала? — почти крикнул я на Мию, просматривая выведенные на виджет данные.

«Если только ошибка в твоём коде»,— спокойно возразила нейронка.

Так-так-так. Мысли бешено прокручивали информацию. Рывок почти на семь процентов в центре разума за такое короткое время казался чем-то немыслимым. Как и статус матрицы энергополя.

«Всё согласно твоих алгоритмов,— подливала масла в огонь нейронка. —Только для выведения данных по адаптации третьей матрицы ещё мало фактуры. Но то, что показатели превышают первый грейд абсолютно точно».

Хм… Адам в своих пассажах считал матрицы первого грейда чем-то исключительным, но про нулевые даже словом не обмолвился. Или это и есть так называемые высшие матрицы? Вроде той, что досталась Таисии. Ладно, как говорила Мия, ещё действительно мало данных, но, похоже, мы на верном пути.

«Хорошо Мия, у меня для тебя ещё одна задача. Тебе нужно соотнести по времени динамику медицинских показателей и данных со всех датчиков с теми событиями, которые я тебе сейчас расскажу».

Я посмотрел время эксперимента. Оказывается, прошло чуть меньше пятнадцати минут. Всего ничего мы были в этом море осознания, чёрт его дери. И в этот отрезок мне нужно уместить все события, и, возможно, самому прикинуть по таймингу, сколько они могли занять. Анализ должен быть максимально точным.

Нейронка выслушала мой рассказ и неожиданно выдала комментарий.

«Алекс, мне нужно предупредить тебя, что длительные и яркие галлюцинации могут быть причиной серьёзных нарушений деятельности головного мозга. Рекомендуется пройти сканирование…»

«Мия!— перебил я её. —Выполняй поставленную задачу».

«Слушаюсь, босс»,— взяла под козырёк нейронка.

Я хмыкнул. Пару недель назад сам бы покрутил пальцем у виска, если бы кто-то стал мне рассказывать такое. Но мир окончательно сломался, и чем дальше, тем интереснее баги…

Неожиданный сигнал вызова заставил меня вздрогнуть.

На виджете появился Гарин. Помятый с кругами под глазами.

«Алекс, ты очнулся? Я смотрю, медицинские показатели уже пришли норму, — он перешёл сразу к делу. — Можешь зайти?»

«Вообще, Вика не велела вылезать из капсулы до утра, — ответил я. — Но если вы завтра примете её гнев на себя, то я готов».

Гарин на шутку не отреагировал и устало произнёс:

«Давай уже, не паясничай и приходи ко мне в кабинет».

Виджет вызова погас.

Я вздохнул и начал подниматься. У полковника такой вид, что ему самому не помешало бы немного полежать в медкапсуле. Может, стоило его сюда пригласить? Он занял бы один из пустых ложементов, тут бы всё и обсудили.

Несмотря на предупреждение Мии, чувствовал я себя довольно сносно. И даже ухитрился выскользнуть из лаборатории, чтобы никто не заметил. Только в коридоре вдруг закружилась голова и пришлось опереться на стену и сбавить темп. Всё же почти трое суток без сознания — не штуки.

Гарин сидел в кресле. С усталым и сосредоточенным видом просматривал что-то на виртуальном экране.

— Проходи, садись. — Он указал на кресло перед собой. — Пока ты лежал без сознания, тут много чего произошло. И нам есть что обсудить.

— Понять бы ещё, что произошло там, в этом море сознания. Еле ноги унесли. Как Хань Ли? — поинтересовался я.

— Пока не приходил в сознание. И мы не знаем, когда придёт, — Гарин, наконец свернул виджет и посмотрел на меня. Во взгляде читалась не то чтобы усталость, а какая-то замотанность и злость. Не на меня, а на всю ситуацию в целом. — А то, что случилось, я сейчас расскажу. Если вкратце, вы нашли ещё неприятностей на нашу голову. Очередную чертовщину, с которой мы не знаем, что делать.

— Ну это-то понятно, — вставил я.

— Ты ещё ничего не знаешь, — оборвал меня Гарин. — Ваши приключения во сне с этим китайцем — только часть проблемы. И что именно там произошло, мы даже ещё не пытались анализировать. А вот то, что было потом…

Он прервался, чтобы отхлебнуть воды из стакана. В этот раз я не решился перебивать.

— Капитан Волков очнулся первым и предоставил отчёт. Несмотря на форс-мажор, вы свою задачу выполнили. Смогли обнаружить «чистых» мутантов в лаборатории и даже вышли на контакт с целой группой за её пределами. Волков по памяти восстановил картинку местности, которую вы успели увидеть. Отсюда далеко, но место известное. С помощью нейросетей мы довольно точно определили координаты. Казалось бы, успех, — Гарин невесело улыбнулся и посмотрел на меня. — Это в России. Есть база неподалёку в Новосибирске.

— А что за место? — уточнил я.

Гарин хмыкнул.

— Алтай. Гора, которую вы видели — Белуха. А озеро Аккемское. Известное, в

— И? Какие данные?

— А никаких, — Гарин повертел в руках стакан, рассматривая его на просвет. А потом хлопнул им о стол, возвращая на место. — Вертолёты не долетели. Там какая-то аномалия или чёрт знает что. Только приблизились, люди как будто с ума сошли, крики, судороги, а потом все свалились без сознания. Один вертолёт потерял управление, разбился. А на втором… повезло нам, паренёк-стажёр был, из новобранцев. Без чипа, отец из принципиальных, но состоятельный. Парнишка с частным вертолётом умел управляться. Людей на базе немного, вот и взяли его стажёром. Он с пилотами вертелся постоянно и на эту разведку напросился. Этот паренёк нам машину и спас, кремень, перехватил управление и ухитрился вывести оттуда вертолёт. Он, оказывается, из «чистых» был. И на него эта хрень не подействовала. Вообще ничего не почувствовал. Вся информация о полёте — от него. Больше туда пока никого не посылали. А экипаж этого вертолёта до сих пор в коме. Как и наш китаец. Такие дела, Алекс.

— Китаец тоже был «чистым», — произнёс я, переваривая информацию. — И ему ничего не было тогда, в море сознания. Тогда почему он в коме?

— Не знаю, — дёрнул плечом Гарин. — Очнётся — спросим. А сейчас эти «чистые» как заноза в заднице. И, самое главное, по нашим данным, в том районе нет лабораторий NAVY. Откуда всё это взялось — непонятно. Похоже, мы имеем дело с какой-то третьей силой. И хорошо бы наладить с ней контакт раньше, чем NAVY.

— Если оно нападает только на носителей чипа, может это и не NAVY. Хотя всё зависит от того, какие у них цели, — задумался я. — А почему вы мне всё это так подробно рассказываете? Есть предложение?

Гарин кивнул.

— Да, нам нужна твоя способность видеть энергию. Волков говорил «чистые» у тебя фиолетовым светятся или как ты там их определяешь? Мы хотим набрать группу для контакта из «чистых». Они пойдут в составе экспедиции в то место. С твоей помощью отбор будет быстрее, чем приборы гонять, как профессор. Честно говоря, на его исследования уже не хватает ресурсов. Да и всех скрытых мутантов мы тоже выявим.

— Это вариант, — кивнул я. Если только после того приключения у меня хватит сил на подобные фокусы. Я сосредоточился и посмотрел на Гарина. Вокруг него мерцала едва заметная голубая дымка. Вытянул перед собой руку, чтобы удостовериться, и не поверил своим глазам. Вокруг пальцев сиял чёткий фиолетовый контур. Фиолетовый! Как такое может быть?

— Хорошо, вот и договорились, — подытожил Гарин. — Ты тогда иди отдыхай. Ночь уже. А завтра утром — за работу.

— Вы тоже отдохните, совсем слабо светитесь, — обронил я, и перед выходом успел словить испепеляющий взгляд полковника.

Спать пошёл, конечно, себе в комнату. Не в капсуле же валяться. Всё равно военные мониторят автомед, так что получит Вика свою статистику.

Из беспокойного сна меня выдернул звонкий голосок Мии.

«Алекс, трекер Вики показывает движение по коридору. Ты просил предупредить».

Сон как рукой сняло. Я тут же подскочил с кровати. Все вопросы, терзавшие меня после разговора с Гариным, тут же закрутились в голове. Я вытянул руку и проверил: ничего не изменилось, свечение вокруг пальцев так и осталось фиолетовым. Нужно подтвердить свою догадку, и проверить цвет поля Вики. А ещё проверить моё ДНК. Конечно, если окажется, что у меня больше нет триплекс-структуры и я стал «чистым» мутантом — это будет самое невероятное, что может произойти. Но изменение цвета биополя нужно как-то объяснить.

Опрокинув в пересохшее горло стакан воды, я выскочил в коридор. Нагнал Вику по пути в столовую. Уже со спины, ещё не окликнув её, уставился на ауру. Фиолетовая! Как я думал. Теперь остаётся Волков! И всё сойдётся.

Насчёт «сойдётся» я, конечно, погорячился. Совсем непонятно почему, после этого моря сознания так изменились наши ауры. Я подозревал в этом заслугу китайца. Но точно мы сможем узнать, когда тот очнётся. А пока можно просто проверить предположение.

— Алекс! — Вика развернулась за несколько секунд того, как я её нагнал. — Так и знала, что ты вылезешь из капсулы раньше срока.

— Гарина туда упечь надо, — отозвался я. — Выглядит как полежалый труп. Вчера рассказал, что тут у вас происходит.

— После завтрака пойдём в лабораторию на обследование. — Вика проигнорировала моё предложение насчёт полковника.

— Это я с радостью, и Волкова захватим!

Вика удивлённо изогнула бровь и вопросительно уставилась на меня.

— Ты теперь светишься фиолетовым, как и я. Надо проверить наши триплекс-ДНК. Вдруг мы теперь «чистые»? — я пожал плечами. — Иных предположений у меня нет.

За завтраком я подробно рассказал Вике о своих ощущениях, и она действительно вызвала Волкова. Он встретил нас уже в медотсеке. Его внушительная фигура в армейской униформе сразу бросалась в глаза среди белой стерильности лаборатории. Вояка застыл как статуя перед капсулой с китайцем, словно стараясь в ней что-то разглядеть. Или почувствовать. Он ведь псионик?

— Фиолетовый, — с порога шепнул я Вике.

Она поморщилась и потёрла переносицу. Пожаловалась:

— Я уже совсем запуталась.

— Я тоже. Давай посмотрим наши ДНК, аж не терпится!

Пока Вика в аналитическом боксе работала с образцами крови, я сидел с Волковым в медотсеке. Вояка оказался угрюмым и неразговорчивым. Но мне удалось выяснить, что он знает о случившемся не больше нас с Викой. Видений вроде моих у него не было. Просто отключился, и всё. Такое ощущение, что ему меньше всего досталось. Может, так оно и есть? Самый слабый огрёб меньше всех, а китаец — самый сильный, вот и лежит. Хотя странно, в моём видении его эта штука вообще не брала.

Волков вдруг как-то вздрогнул и подобрался. Резко обернулся, и я понял, что он смотрит на капсулу с китайцем. Та едва слышно пискнула ещё раз и мигнула индикатором. С места тут же сорвался дежурный медик.

— Что случилось? — мы с Волковым, не сговариваясь, подскочили к капсуле.

Медик успокаивающе поднял руку.

— Всё хорошо. Просто пациент пришёл в себя.

Глава 24

— Человек только очнулся, чего налетели! — Вика ворвалась в медблок одновременно с Гариным.

Выражения лиц у обоих хищные. Полковник точно собирался вытрясти из китайца всё, что тот знал о произошедшем. А Вика — защитить учителя от цепкой хватки военных, пока тот не пришёл в себя. Я понимал и ту и другую сторону, но когда вспомнил подступившую ко мне в море сознания

— Валентин Михайлович, — пришлось вытянуть руку, чтобы перехватить полковника. — Мы тут с Викой обнаружили кое-что странное. Нужно срочно вам доложить!

— Что же? — Гарин сощурился на меня, провожая краем глаза Вику, побежавшую к капсуле.

— Мы теперь вроде как «чистые», — огорошил его я. — Вика, капитан Волков и я. Все мы светимся фиолетовым, как «чистые» мутанты.

— Может, у тебя «виделка» сбилась после того эксперимента? — Гарин мне не верил и по-прежнему стремился побыстрее пробиться к китайцу.

— Да нет, вас я вижу синим, как и раньше, — я напустил на себя смущённый вид. — И на остальных в лаборатории тоже посмотрел. Вот, Виктор Александрович тоже синим светится.

Я кивнул на профессора, вошедшего в лабораторию стремительным шагом.

— Валентин Михайлович!

— Виктор Александрович!

Они с Гариным обменялись рукопожатиями.

— Нейросеть закончила анализ данных с капсул, и я, кажется, нашёл закономерность! — поделился профессор. — Отчёт ещё не составлял. Нужно кое-что уточнить.

— Какое дивное утро, — нервно улыбнулся Гарин. — Каждый что-то интересное нашёл. Вот Алекс говорит, что они с Волковым и Викой теперь «чистые». Тут тоже нужно что-то уточнить?

Он уставился на меня острым как нож, взглядом. Похоже, довели мы полковника. Сейчас нервный срыв получит.

— Да, — кивнул я. — Вика взяла у нас анализ на триплекс-ДНК. У «чистых» ведь её нет.

— У чистых и чипа нет! — фыркнул Гарин. — Но твой, кажется, на месте?

— Он говорит правду, — вмешался подошедший к нам Волков. — Они с Викой ещё утром сообщили мне об этом… изменении цвета. И мы уже ищем ответ.

— А что его искать, если ответ можно услышать? — полковник повернулся к капсуле с китайцем. — Виктория, как ваш пациент? Готов немного пообщаться?

Я повернулся к капсуле и заметил, что китаец уже сидит, а Вика смотрит перед собой с напряжённым лицом. Видимо, анализирует какие-то медицинские показатели через виджет. Аура мастера Ли светится фиолетовым, но довольно тускло. Похоже, что длительные расспросы не пойдут ему на пользу. Но мне и самому до чёртиков хотелось знать, что там произошло.

— Если только недолго, — строго заявила Вика. — Мастер Ли ещё слишком слаб.

— Ничего, — подал слабый голос китаец. — Я понимаю, что должен всё прояснить. Подойдите поближе, мне тяжело громко говорить.

Мы с Гариным, профессором и Волковым устремились к капсуле.

Мастер Ли кивнул нам всем в качестве приветствия и слабо улыбнулся. Лицо его было ещё очень бледным, и тонкая, словно пергаментная, кожа натянулась на скулах. Сухие руки с худыми длинными пальцами сложены на коленях. Мне и самому захотелось отогнать Гарина куда подальше с его расспросами. Но когда я встретился взглядом с мастером Ли, ощущение, что передо мной беспомощный старик, отступило. Я почти физически ощутил внутреннюю силу китайца.

— Должен сказать, что я не совсем понимаю, почему Дао атаковало вас, — начал он. — Учение твердит, что Дао никогда не может быть враждебным. Просто не входит в прямой контакт с тем, кто не готов. Но сейчас мир очень сильно изменился. Я думаю, причина этого — демоническая технология, применённая корпорацией NAVY. И Дао отторгло вас, как носителей этой технологии. Но хуже того, оно стремилось вас уничтожить. Это по-настоящему ужасно, ведь каждое живое существо — есть проводник Дао. И я попытался восстановить контакт.

Я понял, что забыл, как дышать, настолько внимательно слушал китайца. В лаборатории повисла тишина. У Гарина было какое-то обалдевшее лицо, выражающее одновременно недоверие, удивление и крайнюю степень сосредоточенности.

— Ваша связь с Дао была нарушена, и я использовал свою. Это сложно объяснить, — мастер Ли на секунду задумался, подбирая слова. — Через себя, как через проводника, я показал ему, что вы ни в чём не виноваты. И что вы остались частью его, как все живые существа. И он принял вас. Только мне пришлось повторить это для каждого, и совсем не осталось сил. А каждый давался по-разному. Тяжелее всего было с тобой, Алекс.

Я не нашёлся что ответить на такое и пожал плечами. Может потому, что у меня уже три матрицы?

— Ну приехали, ещё и Дао, — чуть слышно пробормотал Гарин. Но громко он задал совсем другой вопрос: — Скажите, мастер Ли, а не это ли Дао наделило вас мутацией?

— Да, думаю, оно, — кивнул китаец.

— А вы раньше нам рассказывали иначе, — прицепился Гарин. — Какое-то пространство в медитации, и вот там как будто пришло озарение.

Мастер Ли улыбнулся.

— Простите, если запутал. Дао это и есть то, что лежит за внутренним морем сознания и упрочнение связи с ним — цель любого практикующего. Я не решился путать вас в терминах. Но теперь кое-что действительно изменилось. Моё восприятие. Я в первый раз ощутил Дао как направленную волю, которая уже не была пространством единства всего сущего. Его необходимо было назвать, нужна была конкретика, и я употребил новый для вас термин Дао.

Гарин на секунду закатил глаза, и я мысленно расшифровал этот жест как «поди разбери этого китайца с его философией».

— Получается, носители чипа, этим Дао воспринимаются как враги? А люди без чипов нормально? Более того, оно может дать им мутации?

— Возможно, — кивнул китаец. — Я не знаю, как другие «чистые» получили свои способности. Но вполне вероятно, что вы правы.

Он на мгновение прикрыл глаза, что вызвало немедленную реакцию Вики.

— Валентин Михайлович, давайте дадим мастеру Ли отдохнуть! Он ещё слаб.

— Последний вопрос, — Гарин внимательно посмотрел на китайца. — Мастер Ли, я правильно понимаю, что вы могли бы и кого-то ещё сделать, так сказать, своим для этого Дао.

— Вполне вероятно, — кивнул тот. — Я мог бы попробовать, позже, когда восстановлю силы.

— А если этот человек не смог принять мутацию от NAVY, вы могли бы помочь её скорректировать? Стабилизировать как-то.

Китаец на несколько секунд задумался.

— Я никогда такого не делал, но, возможно, и в этом случае можно справиться.

— Хорошо, — лицо Гарина просветлело. — Остальное потом. Отдыхайте.

Мы с Викой переглянулись. Наверное, тут каждый подумал своё. Она, что полковник хочет напрячь старого слабого китайца. А я о железной хватке Гарина. Мало того, что вник в этот бред, так ещё уже и какую-то пользу извлечь задумал.

— А у вас что, Виктор Александрович? — Гарин как будто взбодрился и повернулся к профессору.

Тот на секунду опешил, но быстро собрался.

— Нейросеть выделила сигнал определённой частоты, который был детектирован в капсуле Хань Ли, но не определялся в других. Правда, под конец пошёл жуткий всплеск, началась мешанина сигналов, и он появился у остальных тоже. Вот этот момент мне и был непонятен, но теперь, в свете новой информации. Полученные данные не опровергают, а подтверждают…

Профессор кивнул, но как-то неуверенно:

— Простите, а вы что-нибудь поняли? Про Дао это и связь?

— Нет, — коротко махнул рукой Гарин. — Моё дело не понимать природу всего этого, а извлекать из информации практическую пользу и решать, как действовать дальше, что я и пытаюсь сделать. А вот вы, учёные, будете разбираться как и почему. Это ведь ваша работа?

Ответа я не услышал, потому что на виджете появилась Мия:

«Алекс, я закончила обработку данных. Зафиксирована динамика множества электромагнитных сигналов разной частоты. Максимальная активность — перед пробуждением. Вывести информацию на виджет?»

«Подожди».

— Виктор Александрович, — я вмешался в их с Гариным пикировку. — Вы можете прислать мне данные по тому сигналу? Моя нейронка обработала информацию с датчиков капсулы во время эксперимента.

— Конечно, сейчас пришлю, — профессор был рад хоть на секунду вырваться из цепких лап полковника.

— И мне вышли, — активизировалась Вика. Она уложила китайца в капсулу и подскочила к нам. — Поищу этот сигнал на клеточном уровне и в ДНК.

Я кинул принятый пакет данных на растерзание Мии, поискать совпадения, и она ответила почти мгновенно:

«Есть, Алекс! Сигнал данной частоты появился у тебя ближе к концу эксперимента».

Я кивнул и тут же ответил на заинтересованный взгляд Гарина:

— Всё совпадает.

— Это хорошо, когда совпадает, — кивнул тот. — Тут много чего совпадает. С базы в Новосибирске ещё раз отправили группу, туда в горы. На этот раз на джипах. И там были суперы и обычные солдаты с чипами, «чистые» и парни без чипа. Тоже своего рода эксперимент. И, угадай, что произошло?

Он выдержал паузу, и голос подала Вика:

— Суперов эта аномалия и близко не подпустила, солдатам с чипами, наверное, тоже не поздоровилось, а все, кто без чипа, прошли?

— Молодец, но угадала не до конца, — ухмыльнулся Гарин. — Людям без чипов тоже стало плохо, но не так, как бойцам с чипами и тем более суперам. Не тронули только «чистых». Эта хрень подпускает к себе только своих, тех, кого сама наделила мутацией. Вот как обстоят дела. Там что-то важное. И чем раньше мы узнаем что, тем лучше.

Он оглянулся на профессора, которого двое сотрудников пытали обсуждением очередного эксперимента.

— У меня к вам короткий, но важный разговор, — быстро произнёс Гарин. — Только пойдёмте в переговорную.

Интересно, подальше от глаз профессора, значит. Я почти догадался, что он скажет.

— Алекс, твоя помощь нужна не только в диагностике «чистых» мутантов, — заявил Гарин, едва мы успели устроиться в креслах. — Я предлагаю тебе войти в состав группы, которая пойдёт к аномалии. Тебе и Вике тоже. Капитан Волков, разумеется, отправится вместе с вами. Его первоочередной задачей будет защищать тебя и Вику.

У меня сразу разгорелся азарт. После этого моря сознания я поднял уровень центра разума на семь процентов. Что же тогда можно провернуть в аномалии? Рискованно? Да! Но превращаться в непонятного монстра тоже как-то не хочется. Центры нужно стабилизировать позарез.

Но я не спешил соглашаться и удержал покерфейс. Гарин почему-то считал, что предложение не слишком привлекательное. А это можно использовать в своих целях и выторговать у него что-то полезное, например, особое положение в группе. С серьёзным видом я переглянулся с Викой.

— Я понимаю, мы не знаем, что там встретим. Мастер Ли, в силу возраста и состояния пойти не сможет. И рисковать такими специалистами как вы я бы не стал. В других обстоятельствах, — он вздохнул. — Но времена требуют нестандартных решений. Я был у вашей девочки, Таисии. Она сказала, что именно вы обязательно должны туда пойти. И что ничего страшного вам не угрожает. Конечно, верить такой пигалице… но в остальную чертовщину мы ведь верим. Учитывая все риски, я не могу настаивать и решение оставлю за вами.

Он закончил и как-то посмурнел лицом, снова явственно проступили следы усталости на лице и тёмные тени под глазами стали заметнее.

— Я понимаю, что есть определённая опасность, — потянул я. — Но также понимаю всю важность этой миссии. И готов рискнуть. Только прошу дать мне возможность принимать решения самостоятельно, если посчитаю нужным.

Лицо Гарина даже не скривилось, а перекосилось. Несколько секунд мы играли в гляделки. Уступать я не собирался.

— Хорошо, — наконец процедил он. — Но только если твои хотелки не будут угрожать безопасности группы. И твоей безопасности в том числе.

Я кивнул. Оговорки мне не нравились, придётся качать права на месте. Большего из полковника не выжать.

— Виктория, а вы что скажете? — Гарин повернулся к Вике.

— Куда же я Алекса одного отпущу? Пропадёт ведь без меня, — шутливо улыбнулась Вика, но тут же добавила: — Думаю, я пригожусь вам для связи через мастера Ли. Я легко и быстро вхожу в море сознания, а он может помочь нам оттуда. Стоит только подождать, пока восстановится…

— А вот времени у нас не так много, — протянул полковник. — Отправляться нужно, чем раньше, тем лучше. Вы вылетаете в Новосибирск уже сегодня вечером. Там Алекс отберёт местных «чистых» и они войдут в состав группы.

— Лихо! — Прокомментировал я. — Тогда нужно поторопиться со сборами и как-то убедить профессора отпустить Вику.

На мою реплику Вика тут же задрала нос и фыркнула:

— Вообще-то, я сама принимаю решения!

— Профессора я возьму на себя, — устало пообещал Гарин. — А вы идите собирайтесь. И зайдите попрощаться к девочке. Она, между прочим, по вам скучает.

Сказано это было так сурово, что мы решили не откладывать визит.

— Спешит этот Гарин, — возмутился я. — Мы бы тебе перед этой вылазкой третий геном привили. Чтобы могла фаерболы швырять или ядом плеваться. А то боец из тебя никакой.

— К твоему сведению, я неплохо стреляю, — недовольно ответила Вика. — И пока не разберусь с тем, откуда эти «чистые» появились, и что имел в виду мастер Ли, никаких новых мутаций. Хватит на себе эксперименты ставить!

— Ну, можем по традиции сначала опробовать на Кеше, — предложил я.

— Кеше нельзя, он уже с репарирующим геном, — менторским тоном принялась объяснять Вика и вдруг осеклась. Остановилась и полоснула по мне недовольным взглядом. — Алекс! Нашёл время шутки шутить. Я вообще эксперимент с поиском волновой метки не успеваю доделать!

— Вика, не будь такой жадной! Там целая группа видных учёных во главе с твоим отцом. Думаю, они прекрасно справятся, — заметил я. — А как там, кстати, наши триплекс-ДНК? За этот эксперимент ты не волнуешься, значит, уже готово?

— На месте триплекс-ДНК, — проворчала Вика. — Остаётся только твоему разноцветному видению и верить.

— И чутью Таисии, — добавил я. —

— Вика, Алекс! — Таисия выскользнула из своей комнаты и сразу налетела на нас. — А я так и знала, что вы придёте. Надо к доктору идти, а я специально время тянула. Чувствовала, что лучше задержаться.

Тонкие, но сильные ручонки обхватили меня, потом девчушка повисла на шее у Вики.

— Пойдём, Кешу тоже порадуем! — заявила Таиска, и во мне тут же разгорелся огонёк интереса. Какого цвета будет аура кота с чипом? Я вообще ни разу не смотрел на животных.

Котяра лежал на столе, свернувшись клубком на спейсере. Видимо, Таиска только что его выключила, и девайс ещё хранил тепло, которое так любил наш лысик. Светился зверюга зелёным, как и Таисия. Значит, они не подключённые к той непонятной вселенской хрени. Дао, как сказал китаец.

— Валентин Михайлович сказал, ты чувствуешь, что нам стоит отправиться в горы? — спросила Вика.

— А-а-а, — задумчиво протянула Таисия. Она уселась на кровать и болтала ногами. — Да, он приходил спрашивать про поездку. И, когда сказал, я так и сразу поняла, вам надо. Будет… не то чтобы хорошо, странно, ощущения как-то смешаны. Но, получается, вам лучше будет там, чем здесь.

— Вот те раз, — вырвалось у меня, — а здесь что будет?

— А здесь плохо будет, если вы туда не поедете, как-то так. А там всё решится, как будет здесь. — Таиска почесала у себя в затылке, взъерошив рыжие пряди. — Я непонятно говорю, да? Мне самой не очень понятно…

— Да нет, всё понятно, — заверила её Вика. — Ты Валентину Михайловичу об этом сказала? Про «здесь»?

— Нет, — покачала головой Таиска. — Он и так усталый и грустный. Расстроится ещё больше. Вы ведь поедете, значит, волноваться ещё рано. Я так чувствую, что лучше дядю Валю не волновать.

— Ну если так чувствуешь… — начала Вика и встрепенулась. — Погоди, как ты его назвала? Дядя Валя? Это откуда ещё взялось?

Таиска улыбнулась и хихикнула.

— Ой, это моя новая подруга его так называет, она забавная. У неё даже имя странное, как зверёк. Ласка!

Вика чуть не подпрыгнула на месте от возмущения.

— Это кто тебя с ней познакомил⁈

— Да мы как-то сами в столовой. Она ко мне подсела — чуть напряглась Таисия. — Здесь подростков мало. Ты не переживай, она ведёт себя как хулиган, но на самом деле сердце у неё доброе. Кеша сразу её полюбил.

От Таисии мы вышли через полчаса. И Вику тут же разобрало.

— С Лаской она дружит! Надо Гарину лучше смотреть за своими «чистыми»! Я ему ещё скажу, чтобы держал эту девицу подальше от девочки.

— Да что ты так расквохталась, как мать-наседка, — усмехнулся я. — Кто такая эта Ласка? Кстати, почему Ласка?

— Татуировка у неё во всю руку, ласки! Видел ты её, на эксперименте вместе с Сергеем они были.

— А, это та в пирсинге?

Я хмыкнул. Подумаешь. Следит, чтобы Таиска с плохими девочками не общалась? Жаль, это не самое страшное, что может произойти в этом мире.

— А ещё она руку протянула, и у меня сердце чуть не остановилось, — добавила Вика.

— А это уже аргумент, — произнёс я.

— А ещё я очень хорошо слышу. — Я наблюдал, как у Вики открылся рот, когда из-за поворота коридора к нам вырулила та самая девица. В этот раз она была одета не в военный китель с чужого плеча, а в широкие штаны карго и кожаную куртку с рукавом на три четверти.

— Куда это ты? — Вика уже успела собраться и, казалось, ничуть не смущалась тому, что наш разговор подслушали.

— К рыжей подружке с котом, попрощаться, — развязно ответила девица.

Вика аж щёки надула от возмущения. А я, кажется, догадался.

— Попрощаться?

— Ага, — кивнула Ласка. — Я же с вами лечу в горы. Вал… Полковник вам не сказал?

— Нет ещё, не успел, наверное. Ну, тогда не будем задерживать, — Я подхватил сопротивляющуюся Вику под руку и потащил по коридору. Прошипел ей на ухо: — Ну не сожрёт же она её на охраняемой базе, успокойся. А потом это чудо улетит с нами, в экспедиции, ты поймёшь, какая она добрая и отзывчивая.

— Алекс! Ещё одно слово! — Вика вырвалась и зашагала по коридору. Потом на секунду остановилась, и мне на виджет упало пересланное сообщение от профессора.

«Я нашёл волновую метку! Жду вас в лаборатории!»

Вот так новости! Быстрым шагом я поспешил за Викой.

— Доченька, ты чудо! — профессор не удержался и сгрёб Вику в охапку прямо при мне. Вездесущего Гарина в лаборатории ещё не было. — Твоё предположение полностью подтвердилось. Смотрите!

Он потащил нас к голоэкрану, где крутилась визуализация 3D-модели ДНК. Теперь на неё сверху было наложено синее свечение, и профессор ткнул нам на место в картинке, где это свечение было фиолетовым.

— Это я специально так цвета подобрал. Базовый — синий, а фиолетовый — гены мутации. Как Вика и предлагала, я определил общую частоту вибрации ДНК, — он взглянул на меня и пояснил: — Да все молекулы излучают слабые колебания, а ДНК, как молекула сложная, имеет ещё торсионные поля, которые можно сравнить с частотными сигналами. Так вот. Я искал в диапазоне, близком к тому, который мы сняли с капсулы Хань Ли. И вот он — след. Вставка гена на частотном уровне. Вот оно, инородное!

Профессор торжествующе посмотрел на нас и продолжил:

— Но это ещё не всё, я проверил триплекс-ДНК! И знаете что?

Голограмма сменилась, и теперь перед нами светилась тройная цепочка ДНК. Вся она была зелёной. Частота отличается! У всех суперов. Цвет для визуализации я подобрал по твоему видению, Саша.

— Получается, NAVY изменили сигнал всей молекулы? — задумчиво произнесла Вика. — И у нас теперь нет этой самой связи с Дао.

— Знаете, на что это похоже? — я поспешил ухватить за хвост вспыхнувшую в голове догадку. — На взлом программы. Как если бы мы имели связь с одним сервером, а влез кто-то ещё, заблокировал связь и отдал свою команду. И в результате мы имеем «чистую» работу — я пролистнул картинку до двуцепочечной спирали ДНК, — и грязный взлом, от которого в качестве побочки миллиарды жертв и нужны стабилизаторы. Хотя побочка тоже входила в их планы, — я поморщился вспоминая опусы Адама. — Но в любом случае если это так, то можно попробовать сделать реверс инжиниринг кода NAVY.

— Алекс! — Вика прижала руку ко рту. — Неужели получается, что у нас есть шанс?

— Вот вы и разобрались! А я и не сомневался.

Мы обернулись на голос за спиной.

Там стоял довольный Гарин, который наблюдал за нами, сложив руки на груди. Кажется,

— Теперь я ещё больше уверен, что ваше участие в экспедиции — правильное решение, — заявил он.

— Это какое такое участие? — профессор нехорошо прищурился и уставился на Гарина.

Я подмигнул полковнику и поспешил собираться. Если вылет сегодня вечером, то у меня оставалось ещё несколько часов. А Гарин, раз назвался, пусть сам разбирается с Беляевым. Насколько тот может быть категоричным и упёртым в споре, мне было известно не понаслышке.

Конечно, Гарин профессора победил, и Вика пришла на взлётную площадку к оговоренному часу. Но провожал её родитель с очень недовольной рожей.

— Алекс, ты уж позаботься там о ней, — увещевал меня профессор, заставляя Вику краснеть.

На площадку подтянулись Ласка с Серёгой и Волков. Несколько незнакомых вояк в лёгкой броне стали загружаться в вертолёт, который должен был доставить нас на аэродром.

«Зелёные», — отметил я про себя, вглядываясь в их ауры. Значит, не участники экспедиции. Наверное, наша охрана.

Профессор ещё раз крепко обнял Вику и строго посмотрел на меня. Гарина почему-то не было, и приказ загружаться нам отдал незнакомый сухонький военный, судя по погонам тоже в чине полковника.

Перед тем как забраться в вертолёт, Вика ещё раз оглянулась на отца, махнула на прощание рукой. Уселась она между мной и Волковым. Напротив устроились Серёга с Лаской.

Один из бойцов потянулся было закрыть дверь, но остановился. Отошёл в сторону, пропуская кого-то. Вошедший слабо стоял на ногах и опёрся на руку товарища, обвёл всех осоловелым взглядом и приземлился рядом с Серёгой. Это ещё что за балласт? Ему в медкапсулу пора, а не в экспедицию. Мы с Викой переглянулись

Вертолёт наполнился гулом, готовясь оторваться от земли, а я смотрел на новичка и пытался понять, где уже видел это лицо. И почему мне так тревожно. Судя по Вике, она пыталась сделать то же самое.

«Мия. Можешь идентифицировать человека напротив?»

«Секунду, босс, — нейронка помедлила. —Этот человек Виктор Евгеньевич Ларионов, капитан. Мутация под грифом 'П», помечена как «психокинетика».

На виджете возникла карточка. И вот это лицо я тут же узнал. Ещё не осунувшееся и без тёмных кругов под глазами. На меня смотрел тот самый командир спецназа, которого мы тогда взяли в плен на базе NAVY. Это он в своей голове передал информацию профессору.

Я переслал карточку Вике.

Она вздрогнула и повернулась ко мне. Судя по выражению лица, выругалась, затем что-то спросила. Из-за гула вертолёта я не услышал, и на виджет пришло сообщение:

«Алекс, какого цвета его аура?»

Я понял, что упустил главное.

«Фиолетовая».

Вика разразилась ещё ругательствами, и я был уверен, что они совсем не подходят дочери профессора.

«Этот Гарин! Понятно, почему он не появился на вылете. Ни себя не жалеет, ни других. Мастер Ли только утром пришёл в себя. Ох уж попадётся он мне!»

Я вздохнул и вгляделся в серые глаза нового члена нашей группы. Да уж. Чёрт его дери, этого Гарина! Умеет он подложить сюрприз в самый последний момент.

Интерлюдия

Нави 2

— Эмир Аль-Расул приветствует Владыку!

Расшитый золотом бишт колыхнулся, следуя за глубоким поклоном молодого саудита. Найджел с удовольствием наблюдал восхищение и готовность выполнить любой приказ в его глазах. Как, впрочем, и в глазах других двенадцати наместников, явившихся по его зову. Их голограммы заняли положенные места в зале для виртуальных совещаний, где высокие технологии органично вписывались в величественный интерьер, воссозданный как дань традициям предков. Найджел поднял руку в ритуальном приветствии.

— Приветствую вас, верные слуги рода! — негромко, но торжественно произнёс он. — Вы все знакомы с положением протокола «Немезида» и наше собрание посвящено именно этому.

Синхронный кивок тринадцати голограмм, — и Найджел продолжил.

— Наша разведывательная сеть выявила восемь точек концентрации эфира, описанных в протоколе. Их будет ещё много, но первый этап операции нужно начинать уже сейчас.

На лицах присутствующих проступил нездоровый азарт. Каждый втайне надеялся, что вспышки активности эфира нашли на подконтрольной им территории. Ведь бонусы за успешное выполнение заданий совета просто колоссальные. Не говоря уже о том, что это редкая возможность поживиться целым морем чистого прайма.

— Координаты будут высланы сразу после совещания, — с удовольствием отметил их реакцию Найджел. — Но сразу хочу предупредить, что основная цель — это живые носители. Полной зачисткой займёмся чуть позже. Когда пройдёт первый этап экспериментов над захваченными образцами.

— Владыка, — склонил голову мужчина средних лет, облачённый в кимоно пурпурного цвета. — Разрешите вопрос?

— Конечно, Такеда-сан, — кивнул ему Найджел, предполагая, о чём пойдёт речь. И не ошибся.

— Что делать с праймом тех, кого не получится взять живым?

— На ваше усмотрение. — Найджел, чуть улыбнулся, заметив, как загораются огоньки алчности в глазах наместников. — Выберите самых полезных представителей ваших кланов, которые будут участвовать в операции. Если, конечно, вы лично не захотите возглавить её. Но!

Тут он взял более жёсткий тон.

— Оценка успеха миссии каждого из вас будет определяться количеством захваченных образцов и их уровнем. Все мы знаем, что возвышение священно, но самое главное — это цель нашего рода. Тот, кто будет этим пренебрегать, быстро лишится статуса представителей Семьи.

На долю секунды наместники застыли с каменными выражениями лиц, во взглядах проступил страх. А воздух в зале, казалось, сгустился и стал тяжёлым от напряжения. Но это лишь на долю секунды, уловить которую способно лишь обострённое восприятие человека, вплотную подошедшего ко второй эволюции.

— Мы сделаем всё для процветания рода! — воскликнул лорд Говард и поднял руку в ритуальном жесте. За ним тут же последовал хор голосов остальных наместников.

— И напоследок, — повысил голос Найджел. — Тот, кто приведёт ко мне носителей высших матриц, получит шанс на следующую эволюцию.

Конец второй книги.

Дорогие читатели, история про загадочную аномалию, коварные планы NAVY и приключения Алекса продолжится совсем скоро. Авторам нужно отдохнуть пару недель, съездить в отпуск и, конечно же, продумать сюжет третьей книги.

А пока подписывайтесь на цикл, чтобы не пропустить продолжение https://author.today/work/series/48958

Nota bene

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту, например, через Amnezia VPN: -15 % на Premium, но также есть Free.

Еще у нас есть:

1. Почта[email protected]— получите зеркало или отправьте в теме письма название книги, автора, серию или ссылку, чтобы найти ее.

2. Telegram-бот, для которого нужно: 1) создать группу, 2)

* * *

Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом:

Геном Пандоры: адаптация