
Мертвых мы любим больше, чем живых
Константин Симонов и Виктор Астафьев вступили в переписку в 1962 году. Один уже был, по сути, классиком. Как-никак лауреат шести Сталинских премий. Он запросто входил ко всем членам правительства. Другой пока только прорывался в большую литературу. Его знали в узких кругах.
Видимо, молодость видит то, что ей хочется видеть, и запоминает то, что ей хочется запомнить.
Читать фрагмент
Читать ещёВячеслав ОГРЫЗКОМертвых мы любим больше, чем живыхНеизвестная переписка Константина Симонова и Виктора АстафьеваКонстантин Симонов и Виктор Астафьев вступили в переписку в 1962 году. Один уже был, по сути, классиком. Как-никак лауреат шести Сталинских премий. Он запросто входил ко всем членам правительства. Другой пока только прорывался в большую литературу. Его знали в узких кругах. Но для страны он еще оставался неизвестным.Инициативу проявил Астафьев. Живя на Западном Урале, в городе Чусовом, он случайно по телевидению увидел выступление Симонова. Его очень растрогало, как тепло известный писатель говорил о творчестве Чингиза Айтматова и Расула Гамзатова. Ведь Астафьев-то больше привык к другому: к бесконечным раздорам в писательской среде. Пример подавала Москва. «Снова в литературе нашей, — печалился Астафьев, — рубахи друг на друге рвут и руки царапают. И, конечно же, “периферия” …
Иногда самые важные истории начинаются с первой страницы.






Комментарии 0