Наталья Ремиш

Просто о важном. Мира и Гоша взрослеют. Учимся говорить о своих чувствах

От автора

Наталья Ремиш

Серия «Просто о важном. Про Миру и Гошу»

* * *

Привет, мамы и папы, бабушки и дедушки, тёти, дяди и любые другие значимые взрослые, которые будут читать эту книгу детям! А также привет, старшие братья и сёстры, если именно вы решите познакомить младших с историями про Гошу и Миру. Эта, четвёртая, книга отличается от трёх предыдущих тем, что многие истории взяты из реальной жизни. С настоящей Мирой, которой недавно исполнилось 7 лет, мы исследовали отношения детей внутри семьи, в школе, на детской площадке, в различных кружках и студиях, куда ребята ходят заниматься любимым делом. Мы наблюдали за тем, как иногда им бывает сложно защитить себя, как часто дети сами могут обидеть, как шутки оказываются недобрыми, а друзья ведут себя некрасиво. Нам очень хотелось понять, почему мы, люди, редко извиняемся или делимся своими чувствами. Почему мы защищаемся вместо того, чтобы обезоружить открытостью.

Вы узнаете, как Мира и Гоша обсуждают свои чувства в сложных ситуациях. Будет много рассказов о школе и об отношениях брата и сестры. Впервые Мира и Гоша открыто скажут о своих эмоциях именно друг другу. Раньше они больше общались с родителями, а теперь, приобретя навык открытой коммуникации, учатся говорить о том, что чувствуют, своим ровесникам.

«Мне грустно». «Мне страшно». «Я боюсь потерять». «Я люблю». «Я ревную». «Я завидую». «Я стесняюсь». «Мне противно». «Мне стыдно».

Все эти слова бывает сложно сказать. Кажется, что тебя укорят, посмеются, не поймут. Но наши герои умеют друг друга поддержать, и мы с вами можем брать с них пример.

Их открытость обезоруживает даже тех, кто делает им больно. Уязвимость, умение понимать себя и не бояться заявлять, что думаешь и чувствуешь, – этому учат нас герои четвёртой книги. Этому же учились мы с Мирой, пока писали её для вас.

Наталья Ремиш и Мира

Как пользоваться книгой

Прежде чем сесть с детьми за книгу, я бы посоветовала взрослым прочитать комментарии психологов к каждому рассказу. Это важно сделать заранее, тогда вам будет проще и интереснее обсуждать с ребёнком истории о Мире и Гоше. Разговор станет эффективнее, если знать, на что обратить внимание.

Вопросы в конце каждого рассказа – подсказка для тех, кто не знает, как начать разговор. Помните, что главная задача – обеспечить ребёнку эмоциональную безопасность. На практике это означает позволить ему искренне говорить, о чём он думает, даже если нам это не нравится. Что значит «позволить»? Не осуждать («что же ты такое говоришь?»). Не обвинять («а почему тогда ты сам так поступаешь?»). Не стыдить («эх, и не стыдно тебе так думать?»). Просто слушать и задавать дополнительные вопросы.

Задавать вопросы – это лучшая тактика в отношениях с детьми. Они рассуждают, делятся своими мыслями и чувствами, приходят к выводам. А родители получают яркую картину внутреннего мира собственного ребёнка и могут на неё влиять.

Привет, это мы! (знакомство с героями)

Привет, я Мира. Мне семь лет. А это моя семья: папа, мама, брат Гоша и сестрёнка Бейби. Ещё у меня есть собака Соня, две бабушки, один дедушка и много друзей. В этой книге мы с Гошей, моим братом, пытаемся разобраться, как устроены отношения между людьми. Кстати, наши с ним отношения, а также наши отношения с младшей сестрой нас очень волнуют. Волнуют не потому, что есть повод волноваться. Скорее они нас интересуют. Почему из всех детей мира я сильнее всего могу разозлиться на своих брата и сестру? И почему в то же время люблю их больше всех?

Моему брату Гоше 11 лет. Он старший, но иногда ведёт себя совсем как малыш. Хотя, честно говоря, он меня всегда защищает и пытается понять. Это очень важно – когда кто-то хочет по-настоящему понять, что ты чувствуешь, думаешь, любишь. И ещё у него есть суперспособность. Только тсс, это секрет.

Ещё у нас есть Бейби. Да, я знаю, что все хотят знать её настоящее имя. Кая! Но какая разница, если никто не зовет её так? Она, кстати, быстро растёт и уже вовсю бегает. Теперь она устраивает дома полный переворот, и мне приходится прятать от неё многие вещи.

Про наших родителей и бабушек с дедушкой вы наверняка знаете. Расскажу вам кое-что забавное. Мама часто уходит в туалет или закрывается в комнате, утверждая, что ей надо сосредоточиться и поработать. Но мы прекрасно знаем, что она просто хочет отдохнуть от семьи. А папа умеет отдыхать, даже не закрывая дверь. Он просто проваливается в свой внутренний мир, и его оттуда не так-то просто вытащить. Бабушка с дедушкой у нас мировые. И они настоящая команда. Всегда вместе, даже когда бабушка на деда ругается. Он только улыбается и обнимает её. В их отношениях много тепла.

Я приготовила для вас разные вопросы. Вы найдёте их в конце каждого рассказа. Мы с мамой на них ответили, и это помогло нам лучше узнать друг друга.

До встречи!

Лужа (о том, что нельзя смеяться над другими)

Дождь наконец-то закончился. Мира и Гоша с самого утра сидели на даче и ещё не выходили гулять.

Бабушка зевнула. Сегодня она встала рано, потому что ни свет ни заря проснулась Бейби. К полудню глаза бабушки начали слипаться.

– Иди поспи, – предложила Мира.

– Ох, я бы поспала, но Бейби не хочет, – ответила бабушка.

– Мы за ней присмотрим, не волнуйся, – успокоил Гоша.

Немного посомневавшись, бабушка пошла отдохнуть.

Пока Мира наблюдала

Натянув тапки и надев куртку задом наперёд, Бейби толкнула ногой дверь. Дверь открылась, и девочка уверенно шагнула на крыльцо.

Когда Мира и Гоша выбежали за ней на улицу, сестрёнка уже спустилась по ступенькам и зашла в большую лужу. Вода быстро заполнила тапки и тёмными разводами поднялась по штанам. Бейби казалась невероятно довольной. Она разглядывала лужу, бултыхала ногой и вдруг, не удержавшись, уселась прямо в грязь.

– О нет! Только не это! – воскликнула Мира.

– Теперь придётся в ванне мыть, – вздохнул Гоша.

– Может, бабушку позовём? – предложила Мира.

– Сами справимся. Пусть спит, – возразил Гоша.

Он пытался ухватить Бейби и даже встал одной ногой в тёмную жижу. Сестра сопротивлялась: она прятала руки за спиной, ёрзала и мотала головой. Ей очень нравилось сидеть в луже, и она не хотела идти мыться. Гоше почти удалось поймать Бейби за руку и поднять её, как вдруг в спину его кто-то толкнул, и он не удержал равновесие. Уже падая, он лихорадочно соображал, как лучше: свалиться на Бейби, но не испачкаться или упасть правее, но сильно намочить рукав и штаны. Он выбрал второе.

– Ой! – Мира закрыла руками лицо.

– Ты что? Я чуть ребёнка не задавил! – Гоша понял, что его толкнула Мира.

– Пошутить хотела, – резко, почти зло ответила Мира. И подумала: «Почему я злюсь, если он упал в грязь по моей вине?»

Теперь в огромной луже посреди двора сидели уже двое, Гоша и Бейби, грязные с ног до головы, даже с волос капало. Бейби радостно смеялась, а Гоша очень сердился. Мире было смешно и страшно одновременно. Смешно, потому что Гоша так нелепо плюхнулся, а Бейби так искренне хохотала. Но и страшно: стало понятно, что она сделала что-то совсем нехорошее. Шутка получилась недоброй.

– Давай помогу, – предложила Мира и протянула руку Гоше.

Брат сначала отвернулся, но, подумав секунду, улыбнулся и схватился за протянутую руку мокрой и грязной ладонью. Это было противно. Мира снова подумала, что поступила некрасиво. Ведь если ей так неприятно от прикосновения к Гошиной руке, то как же неприятно Гоше сидеть в луже! Эх, зачем она его толкнула? И тут случилось что-то непредвиденное. Гоша резко дёрнул рукой, и миг спустя Мира сидела в грязной луже вместе со всеми.

– Ты что?! – возмутилась девочка.

– А что? Не весело теперь? – язвительно спросил Гоша.

– Я же пошутила! Это было и правда смешно. А ты специально, – ответила Мира.

– Смешно – это когда смешно всем. А мне не до смеха, – настаивал Гоша.

– Какой ты глупый!

– Сама глупая!

Пока Гоша с Мирой пререкались, Бейби, соскучившись и замёрзнув в луже, встала и потопала домой. Первой опомнилась Мира.

– Где Бейби? – огляделась она.

– Смотри!

В сторону крыльца вели мокрые следы, и рядом валялись тапка и куртка, которые Бейби, видимо, снимала с себя, пока шла.

Дети переглянулись.

– Бабушка! – ахнули Гоша и Мира и побежали домой. Только бы Бейби не успела перепачкать весь дом, а главное, не разбудила бабушку.

К счастью, дети поймали сестру на веранде. В одной тапке и трусах, перепачканную грязью. И у них появился план. В коридоре бабушка держала корзинку с целлофановыми пакетами. Когда нужно было идти в магазин, бабушка брала оттуда несколько.

– Чтобы не покупать новые, – говорила она. – Чем меньше пластика будет в обороте, тем здоровее станет наша планета.

Гоша вытащил из корзинки пакеты, кинул один на пол, встал на него грязной ногой, потом кинул следующий чуть подальше. Так можно было добраться до ванной, не перепачкав пол. Гоша с Бейби на руках шёл впереди, Мира сзади. Без приключений они добрались до ванной, наступая на пакеты, и даже не разбудили бабушку.

Сначала дети помыли Бейби, потом по очереди искупались сами. Переодевшись, Мира и Гоша с Бейби на руках уселись на диван, довольные собой.

– А почему ты сказал, когда упал в лужу, что это не весело? Я-то смеялась, – спросила Мира.

– Ну да. Тебе было смешно. Но скорее не по-доброму смешно. Как-то так, – ответил Гоша.

– А-а-а. Да, – согласилась Мира.

– Но вообще сейчас даже мне стало смешно, – улыбнулся Гоша.

– Да уж, если бабушке рассказать, она нас с Бейби больше не оставит, – покачала головой Мира.

– Что рассказать? – послышался голос сверху.

Это была бабушка. Бодрая, выспавшаяся, она стояла над ними и улыбалась во весь рот.

– Ой, бабушка, ничего особенного. Сидим тут на диване, скучаем. Кто бы мог подумать, что у нас Бейби такая тихоня, – опустила глаза Мира.

– Кажется, вы что-то недоговариваете, – сказала бабушка. – Ну да ладно. Главное, что все целы и дом не сгорел. Пойду тесто на пирожки поставлю.

ОБСУДИТЕ С РЕБЁНКОМ

1. Как тебе кажется, упасть в лужу смешно или нет?

2. Почему настроение Миры столько раз менялось?

3. А ты когда-нибудь специально залезал в грязь?

4. Что делать, если кто-то шутит над тобой по-злому и тебе это не нравится?

КОММЕНТАРИЙ ПСИХОЛОГА

С возрастом у детей меняется восприятие смешного. Они начинают разбираться, какая ситуация забавная, а какая унизительная и болезненная.

Дети могут смеяться над тем, что обидно для других, не потому, что они злые, а потому, что пока не понимают, как может задеть шутка. А когда начинают понимать, вина, страх или стыд мешают в этом признаться.

К тому же дети ещё не совсем контролируют свои импульсы: захотелось кого-то толкнуть и посмеяться – толкнули, а вот каково будет другому, не думают.

Вопрос: как дети учатся понимать, что смешно, а что обидно? Возможно, ребёнок увидел мультфильм, где похожая ситуация обыгрывалась как забавная. Или наблюдал дома, в садике, школе, как все смеялись, но не обратил внимания на того, кому совсем не до смеха. Или запомнил слова взрослого: «будь проще», «что ты разнылся?», «посмейся со всеми, тебя полюбят».

Если представить, что внутри человека есть некий контейнер для эмоций, то у детей он ещё маленький и негибкий, поэтому им сложно

Например, ребёнок, который обидно пошутил над кем-то, может:

• продолжать смеяться;

• разозлиться, что на него обиделись, и сказать со злости что-то неприятное и оценочное;

• почувствовать сильную вину, решить, что он плохой, либо начать со злостью защищаться от этого ощущения.

Ребёнок, над которым подшутили, может почувствовать:

• сильный стыд за себя;

• злость – и направить её в ответ обидчику, подшутив над ним;

• растерянность от ощущения, что ему одновременно и смешно, и больно.

Дети только учатся замечать, что мир не чёрно-белый, а шутки могут веселить и ранить одновременно. Очень важно помогать им разбираться со своими эмоциями, учить делать маленькие паузы для вдохов и выдохов между импульсами (это помогает замечать свои границы и границы другого), проговаривать, что именно им неприятно, и просить прощения, если чувствуют, что ошиблись.

И задача взрослого состоит в том, чтобы:

• разговаривать, делиться опытом и спрашивать: «А как ты думаешь?» Это помогает ребёнку прислушаться к себе;

• рассказать о шутках вообще, о том, что чувствует тот, кто шутит, тот, над кем смеются, и нужна ли шутка, если кому-то от неё больно;

• объяснить, что ребёнок не стал плохим, если совершил ошибку. Вина и страх помогут понять другого, попросить прощения, помириться, и это нормально. А если недобро подшутили над вашим ребёнком, это никак не определяет его личность. Важно заявить, что ему неприятно и не смешно, потому что другие могут не понять этого. Такими способами мы помогаем контейнеру эмоций ребёнка становиться более гибким и расти вместе с ним;

• не забывать, что дети могут сами договориться между собой и поделиться своими эмоциями и родителю не всегда нужно быть рядом. Однако детям важно знать, что родитель поможет разобраться.

Виктория Пархаева,психолог

parkhaeva.com

Лягушка (о запретах и злости)

Мира и Гоша огляделись. Вокруг них стоял лес, наполненный звуками и запахами, лягушками и бабочками, грибами и ягодами. Родителей, которые никогда не разрешили бы им уйти так далеко от дома даже ради настоящего приключения, поблизости не было.

Мире и Гоше стало страшновато, но в то же время невероятно интересно. Вернуться на дачу? Или идти дальше, вглубь леса? Ведь в будущем такой возможности может и не представиться. Кто позволит им одним пойти к водопаду, перейти ручей по скользким камням и попробовать дикую ежевику? Родители вечно беспокоятся за безопасность детей, поэтому с ними такое приключение было бы невозможно.

А ведь всё началось с лягушки, которая прыгала по бабушкиному двору. Дети стали наблюдать за ней, следили, присаживаясь на корточки. Гоша хотел поймать её, но край сачка скользнул по спинке лягушки. Он пытался заманить её в ведро, которое Мира принесла из хозблока. Но лягушка резко развернулась и ускакала в противоположном направлении.

Потом она прыгнула в лужу, а, поскольку была совсем не маленькой, грязные брызги попали на Мирино платье и на Гошину майку. Пока дети отряхивались, лягушка проскакала ещё метра два прямо до задней калитки. Было понятно, что, если она прыгнет в щель в заборе, ребята её потеряют. Выходить со двора через заднюю калитку дедушка категорически запретил. Но лягушка не стала ждать и исчезла за забором.

– Давай за ней. Никто не узнает, – предложил Гоша.

– Да ты что, – прошептала Мира, – там же опасно.

– Это дедушка так говорит. А ещё он говорит, что инопланетяне существуют, – возмутился Гоша.

– Так они и существуют! – возмутилась Мира в ответ.

– Да ну тебя! – Гоша махнул на сестру рукой и открыл калитку. Оставаться во дворе теперь не представлялось возможным. И дети шагнули в неизвестность, забыв закрыть калитку на щеколду.

С одной стороны забора остался дом бабушки и дедушки, в котором дети знали каждый уголок. С другой шумел неизвестный, таинственный лес. Туда очень хотелось пойти, хотя было страшновато. Около забора пролегла канава с грязной водой. Лягушка – та самая, ради которой дети вышли за калитку, – прыгнула в канаву. Мира уже потеряла интерес к лягушке и занялась исследованием огромного гриба, растущего у тропинки. Под шляпкой гриб был мягкий и пористый, пах лесом. Захотелось забрать его домой и попросить маму пожарить вместе с картошкой на ужин.

Ой! А вдруг он ядовитый? Мира резко отбросила только что сорванный гриб в сторону и с усилием вытерла пальцы о подол платья. Вообще-то бабушка говорила, что через прикосновение нельзя отравиться, плохо будет, только если съесть ядовитый гриб. И всё равно очень хотелось помыть руки с мылом.

Мира уже собралась бежать домой, но увидела, что Гоша ест ежевику с куста, и поспешила к нему. Ягоды были сладкие, а сок от них липкий. Он оставлял тёмно-синие следы на пальцах. Дети сначала съели все спелые ягоды, а потом приступили к неспелым.

– Что это шумит? – спросил Гоша.

Дети замерли. Теперь, когда под ногами не шуршали листья, слышалось журчание воды.

– Водопад! – воскликнули Мира и Гоша одновременно. Так вот почему бабушка и дедушка не выпускали их за калитку. Водопад наверняка казался им опасным.

– Пойдём? – с восторгом предложил Гоша.

– Пойдём, – неуверенно согласилась Мира и добавила: – А бабушке что скажем?

– Ничего. Быстро сбегаем и вернёмся, – ответил брат.

Мимо пролетела стрекоза, как будто показывая путь. Мира хотела поймать её за крылышки, но не успела: стрекоза оказалась проворнее. Тропинка к лесу была протоптана хорошо, и всё равно травинки, растущие по обе стороны от неё, цеплялись за голые ноги и царапались. Через пять минут кожа начала сильно чесаться.

– Смотри. – Гоша сорвал травинку и зажал её между пальцами. – Можно посвистеть.

Гоша сложил губы трубочкой и издал глухой свист. Мира попробовала повторить, но у неё ничего не получилось. Травинка рвалась, пальцы соскальзывали, вместо свиста выходило шипение. Мира начала злиться.

– Да брось её. Пойдём к водопаду, – предложил Гоша.

Переступая через корни деревьев, дети пошли по тропинке дальше. Никакой это был не водопад. Просто ручей тёк по камням, по сваленным деревьям и по земле широким и неглубоким потоком. Там, где вода едва покрывала камни, ручей можно было перейти, не намочив

Первым пошёл Гоша. Несколько шагов, и он на другой стороне. В лесу Гоша был ловким и смелым. Мира уверенно шагнула за ним. Шаг, другой, и тут нога соскользнула и провалилась в холодную воду. Ручей был совсем мелкий, максимум Мире по колено. В нём не утонуть. Но у неё не получилось его перейти. У неё снова что-то не получилось. Ещё и ботинок промок! Мира разозлилась. Прежде всего на Гошу, у которого всё получается. А у Миры нет.

– Давай помогу. – Гоша протянул Мире руку. Но она её оттолкнула.

– Эй! А я тут при чём? – возмутился Гоша.

– Отстань! Я не хочу с тобой разговаривать. Дальше я сама, – фыркнула Мира и пошла куда глаза глядят, пытаясь на ходу отряхнуть ногу.

Гоша расстроился и сел на траву у ручья.

– Ну и иди! Потеряешься, сама виновата, – крикнул он.

Мира не оглянулась, но, зайдя за деревья, остановилась и стала прислушиваться. Гоша за ней не шёл. Она была одна. Ей стало страшно.

ОБСУДИТЕ С РЕБЁНКОМ

1. Как ты думаешь, почему Мире и Гоше не разрешали ходить в лес через заднюю калитку?

2. Опасно ли нарушать запреты взрослых?

3. Отчего Мира разозлилась на Гошу, когда промочила ногу?

4. Почему, когда тебе обидно, ты злишься на кого-то другого?

5. Что можно сделать в такие моменты, чтобы не обидеть другого?

6. Как думаешь, что почувствовал Гоша, когда Мира ушла от него?

7. Мира остановилась и поняла, что Гоша за ней не идёт. Ей стало страшно. Как думаешь, что ещё она почувствовала?

КОММЕНТАРИЙ ПСИХОЛОГА

Эмоции человека устроены довольно сложно.

Есть первичные эмоции, которые возникают как реакция на стресс. Стресс вызывает изменения гормонального фона, а эти изменения, в свою очередь, провоцируют возникновение некоторых импульсов, проходящих от мозга к телу. Нормальные реакции тела, заложенные в человека как в биологический вид, – это бегство, агрессия или замирание. В момент стресса работают только самые «древние» (раньше всего сформировавшиеся в процессе эволюции, самые примитивно работающие) отделы мозга, которые отвечают за инстинктивные реакции. Когнитивные (мыслительные) функции, возможность осознавать происходящее, эмоциональная саморегуляция – всё это отсутствует в первые секунды стрессовой ситуации. Мы функционируем как примитивные животные: случилось нечто, потенциально угрожающее жизни (или напоминающее угрозу), – мы чувствуем телесный импульс, призванный спасти нашу жизнь.

Чуть позже, когда первичный аффект спадает, а тело справляется с гормональным коктейлем, включаются другие, «человеческие», слои головного мозга. Мы уже интерпретируем, объясняем эти телесные реакции самим себе и презентуем окружающим. Происходящее с нами из бессознательного попадает в сознание и в нём обрабатывается.

Желание бить или бежать связано с гневом, агрессией. Желание замереть, спрятаться ассоциируется со страхом или беспомощностью. Это наша «животная», инстинктивная база.

Эмоции вроде обиды, досады, разочарования более сложные и возникают уже после обработки события в более развитых слоях нашего мозга, в результате осознания нами происходящего. В основе обиды, например, может лежать аффективный гнев, и уже потом к нему добавляются грусть, сожаление, разочарование.

Детский мозг развивается постепенно, и слои, отвечающие за инстинкты, созревают в первую очередь. Кора мозга, помогающая осознавать импульсы, контролировать рефлексы, формируется вплоть до совершеннолетия. Например, поведение новорождённого полностью состоит из аффекта: любой дискомфорт воспринимается как угроза жизни, а реакцией становятся крик и плач, назначением которых эволюционно является спасение жизни (меня услышат, найдут и спасут).

У детей двух-трёхлетнего возраста аффекты ещё преобладают: двухлетки совершенно не понимают своих эмоций и вызвавших их причин и просто начинают кричать от переизбытка чувств.

С возрастом у детей развивается кора головного мозга, а вместе с ней и сознание. Именно оно помогает в понимании более сложных эмоциональных состояний, социальных эмоций.

Что же происходит, когда ребёнок падает в ручей?

Ситуация стрессовая, «древним» мозгом воспринимается как угроза жизни. Тело выбрасывает адреналин, чтобы обеспечить мобилизацию организма для спасения. Это ощущается как злость, гнев.

Через несколько минут уровень гормонов стабилизируется, включается сознание. Тогда, если у ребёнка развит эмоциональный интеллект, он уже может провести аналитическую работу: что со мной произошло, что я на самом деле чувствую, с чем связана моя реакция. Только после этого становится понятно, что угрозы на самом деле нет, страх беспочвен, но ситуация обидная, неприятная.

Согласно транзактному анализу, в разных ситуациях проявляются три состояния нашего «я» – Родитель, Взрослый и Ребёнок.

В структуре личности детей школьного возраста уже формируется Внутренний родитель на основе наблюдений за мамой, папой и ближайшими взрослыми, за их реакцией на детское поведение.

Кроме этого, появляются и зачатки Внутреннего взрослого – это как раз упомянутое выше сознание, работающее ещё не на полную мощь. Там происходит анализ ситуаций, накапливаются знания о мире, всё рациональное, логичное и разумное. Ну и конечно, в структуре личности детей школьного возраста основную часть занимает Внутренний ребёнок – спонтанные желания и эмоции.

Ребёнок может проявить злость вместо досады не только в стрессовой ситуации, и вот почему.

Внутренний ребёнок хотел игры и развлечения, и маленький человек поддался этому импульсу. Затем он совершил оплошность, и в его голове включился голос Внутреннего родителя: «Я же тебе говорил – будешь скакать и упадёшь! Иди теперь мокрый!»

В зависимости от того, как он привык взаимодействовать с папой и мамой, а также в зависимости от уже сформированного мнения о себе и мире, ребёнок может внутренне протестовать и злиться на внутренний голос Родителя.

Выходит, что конфликт внутренний, а гнев самый настоящий. И распространяется он на любого человека, оказавшегося рядом.

Только спустя время включается Внутренний взрослый, именно он уже может проанализировать, что произошло и какие чувства испытал ребёнок относительно произошедшего.

Гнев – не единственный возможный вариант поведения ребёнка в стрессовой ситуации. Кто-то заплачет, кто-то замрёт, кто-то закричит и убежит.

На внутренний диалог разные дети также отреагируют по-разному: одни капитулируют перед голосом Внутреннего родителя, почувствуют себя ничтожными и в состоянии беспомощности сложат руки и перестанут двигаться дальше. Другие начнут действовать назло Внутреннему родителю.

Ника Линде,психолог

Пуспустар (о важности говорить о своих чувствах)

– Тут я, тут! – с облегчением отозвалась Мира и выбежала на тропинку.

Гоша шёл ей навстречу.

– Пожалуйста, не уходи так. Это опасно, всё-таки лес. А у тебя ещё и нога промокла, – попросил он.

– Не уйду, – пообещала Мира и кинулась к брату.

– Ты ведь не на меня злилась, а на камень. А поругалась со мной.

– Вообще-то на тебя.

– Но почему? Я же ни при чём. И я хотел тебе помочь.

– Я сама не понимаю.

– И я не понимаю. Но знаю, что так бывает. И у меня тоже, – задумался Гоша. – Ведь сердишься на саму ситуацию, а ругаешься на других.

Дети замолчали. Было неясно, что дальше делать. Обниматься уже не хотелось, идти домой тоже, да и приключение подпортила ссора.

– Ладно, давай не будем ругаться снова, – попросила Мира.

– А давай договоримся о каком-то слове, чтобы перестать ссориться, – предложил Гоша.

– Это как?

Вообще-то, Мира сразу была согласна. Она не хотела, чтобы ссоры длились долго. Но обязательно надо было уточнить, как это будет происходить.

– Ну, например, ты разозлишься на меня, а я тебе скажу смешное слово, которое тебе напомнит про этот разговор, и ты вспомнишь, что мы договорились перестать ссориться.

Глаза Миры загорелись. Смешное слово – это всегда отличный выход из сложной ситуации.

– Пус-пус-тар! – воскликнула она.

– Что это? – Гоша непонимающе свёл брови.

– Это смешное слово. ПУС-ПУС-ТАР. Ну правда смешное, – улыбалась Мира. И Гоша тоже улыбнулся.

– Давай, – согласился брат.

– А теперь домой? – спросила Мира.

Гоше не хотелось домой. У них наконец случилось настоящее приключение. Не обычный день на даче, а поход в лес, поиски водопада, падение в ручей… А ещё кто-то шуршал в кустах. Вдруг они увидят кабана или волка? Но Мире было неудобно ходить в мокром ботинке, и надо было переобуться. Но если они вернутся домой, в лес их уже не выпустят. Гоша вздохнул и пошёл в сторону калитки. В воздухе разлилась какая-то тягучая тишина.

Мира задала один вопрос, потом второй, потом показала на дикую яблоню. Но Гоша отвечал нехотя и односложно.

– Что с тобой? – спросила Мира.

– Ничего, – буркнул брат.

– Гоша, ну что с тобой? – повторила девочка.

– Злюсь! Из-за твоей ноги мы должны вернуться домой, и никакого приключения не получилось, – честно ответил Гоша.

С одной стороны, Мире стало грустно, что Гоша злится на неё, а с другой – спокойнее. Теперь понятно, почему он молчит.

– Пуспустар, – решительно произнесла Мира. Но Гоша ничего не ответил.

– ПУС-ПУС-ТАР, – настойчиво повторила девочка.

Гоша остановился.

– Не получается, – сказал он.

– Что не получается? – уточнила Мира.

– ЭТО не получается. Убрать злость, – ответил Гоша.

– А-а-а-а-а. Я понимаю, зато ты мне всё честно сказал, и уже не так страшно.

– А почему тебе страшно?

– Когда ты молчишь, это ужасно. Как будто меня нет. Как будто я одна. Как будто больше никогда у меня не будет брата. А если ты говоришь, что злишься, я знаю, что брат у меня есть, просто пока злится. И я подожду.

– Ну ладно. ПУСПУСТАР! – заулыбался Гоша и обнял Миру.

Было совершенно непонятно, как такая большая ссора вдруг стала совсем маленькой. Как будто между Мирой и Гошей сначала выросла ледяная стена, потому что сам Гоша был как айсберг. А потом Мира стала немного солнцем, и тогда Гоша тоже стал немного солнцем. Потом Мирино солнце засветило сильнее, как бывает летом часов в 10 утра. И Гошино солнце стало греть ещё сильнее, как бывает в 11 утра. А потом вдруг наступил полдень, и стало совсем тепло, и оказалось, что от ледяной стены осталась одна снежинка. И она окончательно растаяла, когда Гоша улыбнулся и произнёс «пуспустар».

«Это потому, что Мира честно сказала о своих чувствах, а я не хочу, чтобы ей было со мной страшно», – подумал Гоша.

«Наверное, это потому, что Гоша спросил меня, почему мне страшно», – подумала Мира.

«Оказывается, надо просто честно поговорить о том, что чувствуешь», – продолжил размышлять Гоша.

«Значит, не надо прятать свои эмоции», – поняла Мира.

Тем временем дети уже подошли к калитке и увидели, что им навстречу бежит взволнованная и сердитая бабушка. С полотенцем наперевес, резво перепрыгнув через канаву, она приближалась к детям.

– Надо рассказать ей про пуспустар, – успела шепнуть Мира Гоше.

– И что надо говорить про эмоции, – ответил Гоша.

ОБСУДИТЕ С РЕБЁНКОМ

1. Что ты чувствуешь, когда рядом с тобой кто-то молчит и злится?

2. А с тобой бывает такое, что ты обидишься и не хочешь разговаривать?

3. Чтобы не злиться молча, что нужно сделать? Как ты считаешь, это легко или сложно?

КОММЕНТАРИЙ ПСИХОЛОГА

Очень важно говорить о своих чувствах честно и открыто.

Во-первых, когда мы обращаем внимание на своё состояние, нам сразу становится легче.

Чтобы успокоиться, важно и понять, что именно происходит с нашим телом (а эмоции рождаются именно в теле), и осознать собственные чувства.

По двухлетним малышам особенно видно, как это работает. Их сознание только формируется, и та база, которая закладывается в контакте с родителем, станет основой психики ребёнка.

Вот перед вами двухлетний человек в аффекте: кричит, топает, убегает от мамы и бросается на пол. Он не понимает, что с ним, он не знает, когда это закончится, и от этого эмоции только сильнее его захватывают.

Когда ребёнок немного успокаивается и уже может слышать и понимать, мама, которая терпеливо ждала этого момента, подходит к нему и говорит: «Ты расстроился. Это очень обидно! Я тебя понимаю! Хочешь, я тебя обниму?» И маленький человек быстро приходит в себя.

Безусловно, важно и то, что рядом находится мама, которая «вмещает» в себя все эмоции и своей реакцией обеспечивает чувство безопасности.

Но дело не только в этом.

Не менее важно то, что ребёнок связывает своё состояние и телесные ощущения (желание бежать, агрессию) с вербальным обозначением произошедшего. Он понимает причинно-следственную связь: было событие, на него появилась реакция. Он видит: то, что с ним происходит, нормально и безопасно. И он знает, как это называется. «Мир не рухнул. Я просто расстроился и разозлился, потому что это очень обидно и неприятно».

В среднем к трём годам сознание

У детей, кроме чистых эмоций, в ответ на внешние стимулы появляются и автоматические мысли, и эмоции уже становятся реакцией на эти мысли. Автоматические мысли – это отражение всех полученных ребёнком знаний о том, какой он и какой мир вокруг. Если мир опасный, а ребёнок беспомощный, то будут включаться одни мысли. Если мир безопасный, а малыш сильный и смелый и со всем может справиться – совершенно другие.

С точки зрения транзактного анализа у детей после трёх лет появляется Внутренний любящий родитель – внутренний голос, который в сложный момент скажет: «Я с тобой. Ты расстроился, это было очень обидно! Я тебя понимаю!» И Внутренний взрослый, который проанализирует: «Произошла неприятная ситуация, на неё появилась реакция. Эта реакция называется досадой/обидой/злостью/разочарованием».

При менее благоприятном раскладе это будет Внутренний критикующий родитель, говорящий: «Что ты наделал? Опять ты себя плохо ведёшь! Щас я тебя!..» И тогда взрослая осознанная часть не сможет включиться в анализ, потому что малыш провалится в сложные эмоциональные состояния.

Волшебное слово «пуспустар», которое придумали Мира и Гоша, играет роль сигнала, маячка, включающего разум, анализ, осознанность, Внутреннего взрослого. Оно помогает выйти из эмоционального аффекта, остановить поток автоматических мыслей и реакций и проанализировать, что на самом деле происходит.

Навык осознавать себя и свои эмоции крайне важен для отношений как с самим собой, так и с близкими.

Так устроен человек, что его психика вносит множество искажений в реальность, и наши эмоции являются реакцией именно на эти искажения. Притом у другого человека может быть совершенно иная картина реальности, и реагировать он будет именно на свою картину.

Поэтому крайне важно выйти из круговорота эмоций, остановиться, перевести дух, подышать, поразмышлять над тем, что же вызывает эмоции, и постараться озвучить это близкому, чтобы «выйти в общую реальность».

Ника Линде,психолог

Домик на дереве (о заботе о малышах)

– Что-то мне нехорошо, – сказала бабушка и присела на диван.

– Позвать дедушку? – встревоженно спросил Гоша.

– Да, зови, – прошептала бабушка.

Ей явно нездоровилось. Мира прижалась к двери и смотрела испуганно.

– Всё будет хорошо, просто сердце прихватило, – сказала бабушка с улыбкой.

В комнату быстрым шагом вошёл дед.

– Таблетку?

– Уже пила. Не помогает.

– Тогда поехали к врачу.

– Да ты что?! А дети?

– Дети справятся. Да, Гоша? – Дедушка посмотрел на старшего. Гоша кивнул. – Мы туда и обратно.

Дед взял бабушку под руку, и они медленно направились к двери. Бабушка еле передвигала ноги, отчего Мире стало совсем грустно. Она села на диван и смотрела им вслед. Гоша потрепал Миру по голове.

– Давай в шахматы сыграем, – предложил он.

– Давай. А то скоро Бейби проснётся, – ответила Мира.

Мира давно заметила, что, когда они с Гошей оставались одни, он был особенно милым. Соглашался играть в то, что нравилось Мире. Разрешал копаться в его игрушках, болтал на разные темы, без уговоров доставал что-то с верхних полок, до которых Мира не могла дотянуться. Она хотела бы почаще оставаться с Гошей без взрослых. И сейчас даже немного радовалась, хотя в то же время очень переживала за бабушку.

В шахматы они играли не по правилам. Мира их не знала и не хотела учить. Но Гоша подыгрывал ей, потому что так было веселее.

За стеной раздался голос проснувшейся Бейби.

– Давай ещё чуть-чуть поиграем. Она же не плачет, – шепнула Мира.

– Нет, надо идти, – решительно ответил Гоша.

После сна Бейби всегда была взъерошенная и очень голодная.

– Ой, а чем её кормить? – задумалась Мира. Обычно сестричку кормила бабушка.

– Сейчас что-нибудь найдём, – успокоил её Гоша. – Пошли на кухню.

На столе под кружевной тканевой салфеткой стояла большая миска с пирожками. Пирожки бабушка приготовила ещё утром. С картошкой и яйцом, с клубникой и вишней и даже с мясом – все лежали вперемешку.

Бейби заметно оживилась на руках у Гоши.

– Так. Ты посади ребёнка за стол и присмотри за ней, а я всё приготовлю, – скомандовал Гоша.

– Хорошо. Я суперняня! – ответила Мира.

Пока Гоша ходил за тарелками, Бейби не могла усидеть на месте ни секунды, пыталась достать ногой до собачки Сони, крутившейся под столом. Соня не реагировала, и Бейби потянула скатерть так, что миска с пирожками съехала на самый край. Гоша в последний момент успел остановить время, щёлкнуть пальцами и всё поправить.

– Готово!

Он поставил перед Бейби тарелку и переложил на неё три пирожка из большой миски.

Бейби схватила первый, радостно откусила, начала жевать и вдруг скривилась и замерла.

– Срочно! Салфетку! – закричал Гоша самому себе и побежал к шкафу, где обычно лежали салфетки.

– О нет! – выдохнула Мира.

Все знали: когда Бейби замирала, это значило, что ей не понравилась еда и она сейчас её выплюнет. Вопрос только куда! На пол, на стол, на тарелку? Или, самое страшное, Мире на коленки?

– Скорее! Скорее, – теперь уже волновалась Мира.

Гоша успел, и пережёванный пирожок с картошкой оказался на салфетке.

– Фу-у-у-у-у, убери быстрее. – Мира сморщила нос. Ей было ужасно неприятно.

– Мне вообще-то тоже фу, – проворчал Гоша, но салфетку убрал.

Два других пирожка Бейби съела с радостью.

– Ты самая хорошая и самая милая сестричка в мире, – пролепетала Мира, прижимая Бейби к себе. Но Бейби выкрутилась из объятий и слезла со стула на пол.

– Пойдём! – сказала она решительно и направилась к двери.

Мира и Гоша переглянулись и послушно пошли за сестрой. Собачка Соня сунула нос в ведро в надежде найти пережёванный пирожок. Но он провалился на самое дно, так что Соне пришлось отправиться на прогулку голодной.

Уже месяц Бейби гуляла и спала без подгузника, но иногда у неё случались проколы. Она могла резко схватиться за попу, и тогда её срочно надо было нести в туалет. Или туалет нести к ней. Ну, конечно, не настоящий туалет, а горшок.

– Может, горшок захватим? – предложила Мира.

– Да не-е-е-е, успеем, если что, – отказался Гоша.

Гулять с Бейби без взрослых было интересно. Она нюхала цветы, ела клубнику прямо с грядки. Гоша поднимал сестру, когда её нужно было посадить на качели, Мира ему помогала. Следить за сестрёнкой оказалось совсем несложно. И почему мама жаловалась, что с детьми непросто? Совсем нет.

– Хочешь домой? – не понял Гоша.

Бейби покачала головой и повторила: «Бейби дём».

– А-а-а-а-а. Домик на дереве! Вот куда она хочет. Но бабушка не разрешает забираться туда без взрослых. Значит, нельзя.

– Бейби дё-о-о-о-ом!!! – закричала Бейби и шлёпнулась попой на траву.

Мира и Гоша ещё раз попытались её отговорить, но сестра кричала так сильно, что у Гоши заболела голова, а Мира захотела спрятаться. И в итоге все согласились.

На самом деле домик был устроен не очень высоко и больше напоминал жилище на сваях где-нибудь в тропиках. А чтобы никто не свалился с высоты, можно было просто закрыть дверцу.

Так и сделали. Щёлк, и все в безопасности. Особенно Бейби. Страшно было поднимать её без помощи взрослых, зато теперь Мира и Гоша знали, что могут позаботиться о малышке. Даже в домик на дереве с ней забрались. Мира и Гоша хлопнули по рукам от радости.

– Кака, – послышалось вдруг. Дети посмотрели на сестру. – Кака! – повторила Бейби настойчивее и сделала такое лицо, что сомнений не оставалось: ей срочно требовалось в туалет.

– Не-е-е-е-е-е-е-ет! – закричала Мира, а Гоша трясущимися руками начал открывать дверцу домика.

– Кака-а-а-а-а-а-а-а! – уже кричала Бейби. И вдруг замерла.

– О нет! Она какает! – в ужасе произнесла Мира.

Бейби сдёрнула штанишки, и большая какашка упала прямо на пол домика.

– Фу-у-у-у-у-у-у! – завопили Гоша и Мира. А Бейби заплакала. Ей было неприятно. Она хотела, чтобы её попа и трусы оставались чистыми.

– А-а-а-а-а-а! – кричала Бейби и не двигалась с места. Надо было что-то делать.

– Мы сейчас всё уберём. Не плачь, – пыталась успокоить сестру Мира.

Кое-как они спустили Бейби с грязной попой по лестнице, теряя по дороге ботинки, какашки и последние силы.

Дома пришлось вытирать ей попу, чего никогда не делал ни Гоша, ни Мира. Было неприятно, плохо пахло, и потребовалось много туалетной бумаги. Когда попа стала чистой, а вместо грязных трусов на Бейби надели новые, Гоша и Мира со страхом посмотрели в сторону домика на дереве. Какашка всё ещё лежала там.

– Давай бабушку подождём, – предложила Мира.

– Тогда бабушка и дедушка узнают, что мы забирались с Бейби в домик на дереве, – напомнил Гоша.

– Это лучше, чем убирать какашку, – пожала плечами Мира, и Гоша согласился.

Уже не хотелось ни играть, ни гулять. Мысль о какашке никому не давала покоя. И только Бейби была довольна и требовала подняться обратно в домик. Но тут наконец открылись ворота и во двор заехала машина дедушки.

В этот момент дети вспомнили, что дедушка повёз в больницу бабушку. Сейчас бабушка сидела на переднем сиденье счастливая и довольная, а значит, со здоровьем всё у неё оказалось в порядке.

– И какашку она уберёт, – предположила Мира.

– И ругать нас не будут, – подхватил Гоша.

– Справились? – спросила бабушка с улыбкой.

– Конечно, ничего сложного! – махнул рукой Гоша. – Как твоё сердце?

– Ерунда! Это оказалось не сердце, а защемление нерва, невралгия, – ответила бабушка.

– Ничего не ерунда, – возразил дедушка. – Бабушке нельзя волноваться, носить тяжёлое, и вообще лишние движения не полезны.

– А по лестнице ходить можно? – спросила Мира.

– А зачем ей по лестнице ходить? У нас и лестниц нет. На чердак мы раз в год лазаем, а на первом этаже ни одной ступеньки, – удивился дедушка.

Мира и Гоша переглянулись, а потом рассказали дедушке о происшествии. Дедушка посмеялся и пошёл сам убирать какашку.

ОБСУДИТЕ С РЕБЁНКОМ

1. Что нужно уметь самому, чтобы оставаться с малышом без взрослых? Почему важно не отходить от малыша ни на шаг?

2. Что испытали Мира и Гоша, когда увидели какашку на полу домика на дереве?

3. А что чувствовала Бейби, когда всё это произошло?

4. Легко или не очень следить за младшей сестрой или братиком? Почему?

КОММЕНТАРИЙ ПСИХОЛОГА

Есть ощущение, что родители выбирают только два пути: либо совсем не давать ребёнку ответственности, либо давать больше, чем требуется.

Взрослым бывает сложно разобраться, готов ли ребёнок, насколько и не перегнут ли они (взрослые) палку. Когда я работала педагогом, я сначала долго наблюдала за учениками, пробовала поручать им разные задания, обсуждала с коллегами полученный опыт и только потом понимала, справились ли они. И всё-таки обычно действовала наобум: ну посмотрим, получится или нет. И сейчас я всё чаще прихожу к выводу, что ответственность тесно связана с доверием. Простым, базовым человеческим доверием.

Конечно, когда мы берём на руки младенца, нам кажется, что он хрустальный, что дунет ветер, и эта тростиночка, которую мы очень сильно любим, сломается – только по нашей вине. Поэтому мы так боимся за детей, поэтому постоянно тревожимся, как бы не совершить ошибку. Ошибка же фатальна! Но в один момент ребёнок говорит нам: пре-кра-ти-те.

Как показывает практика, дети гораздо сильнее и смелее, чем мы о них думаем. Они не боятся делать или боятся, но делают. Они ещё не глухи к своим эмоциям, доверяют своим ощущениям. Устали – значит, ложатся отдыхать. Стало грустно – плачут. Взрослым кажется, что у ребёнка нет инстинкта самосохранения и если его вовремя не предостеречь, то он точно пострадает. На эту тему есть исследование: проводилось наблюдение за племенами, в которых дети были условно общие (то есть за ними следила вся община). Малыши находились рядом с матерями, пока те занимались бытовыми вещами, они ползали рядом, играли. И никто не бежал спасать ребёнка, проходящего почти у края обрыва, потому что взрослые доверяли детям. Они понимали, что ребёнок полагается на свои чувства и не упадёт в пропасть. Он знает об опасности сам, без подсказки взрослых. В этом смысле мы, живущие в индустриальном обществе, отдалились от природы и от своих чувств тоже. Мы привыкли руководствоваться рациональным и приучаем к этому детей. Кто видел, как хорошо детям в деревне, за городом, на природе, понимает, о чём речь. Часто дети готовы буквально слиться с окружающим миром, им важно всё потрогать, ощутить всем телом, босыми ногами. Это вам не взрослые, отгородившиеся от мира многослойной одеждой, комфортом городской жизни, сидящие целыми днями в помещении с искусственным освещением. Как мы можем доверять ребёнку, если не понимаем его, не видим, не слышим, не чувствуем?

Мы берём на себя всю ответственность и не желаем потом с ней расставаться. Мы так привыкаем к роли главного режиссёра, что упускаем момент, когда спектакль уже кончился, а зрители ушли из зала.

Как расстаться с этой ролью? Постепенно. Отдавать в руки ребёнку управление

Главное правило: ответственность должна быть по плечу ребёнку, но иногда чуть-чуть превосходить его возможности. Почему это важно? Если ответственность будет меньше, чем ребёнок уже в состоянии понести, то ему попросту станет скучно. Он подумает, что к нему относятся как к маленькому (если ребёнок вам об этом уже говорил, значит, ему точно нужны задачки посложнее). Ребёнку может не хватать вашего доверия, уважения, признания важности и значимости в жизни семьи. Проявится это по-разному. Не факт, что вам прямо скажут: «Мне не хватает ответственных дел» (скорее, вам точно так не скажут). Поэтому, если дети вас просят о том, чтобы им доверили взрослое дело, пересмотрите распределение домашних обязанностей.

Зачем это ребёнку? Чтобы чувствовать себя взрослым, важным, ценным, уверенным. Ему доверяют, он вносит вклад, он справляется. Чтобы чувствовать себя сильным, смелым, умным, подкреплять свою самооценку, проверять границы своих возможностей. Чтобы исследовать себя и мир вокруг. Чтобы узнать, а что будет дальше, что ещё я могу, что есть там, за горизонтом.

Если ребёнку доверили то, что ему пока не по силам (на мой взгляд, именно это отчасти и происходит в рассказе), то единственное, что должен и может сделать взрослый, – похвалить за любой получившийся результат. Круто, ты справился! Зафиксировать: важней всего сейчас именно то, что ребёнок смог. Как, каким способом, с какими потерями – уже не важно. Таким образом мы подкрепляем внутреннюю мотивацию ребёнка, самооценку, успешность и уверенность в себе.

Каков был бы результат, если бы дедушка стал ругать за оставленную какашку? Дети бы расстроились, подумали, что плохо справились, и в следующий раз не согласились бы остаться с младшей сестрой.

Поэтому, если ребёнок с поставленной задачей справился недостаточно круто (по критериям идеальности), вперёд мы ставим именно слово «справился». И уже одно это заслуживает уважения, признания и похвалы. Вопрос, как именно справился, взрослым стоит задать самим себе и проанализировать, в чём причина неудачи. У ребёнка нет методов и инструментов? Задача для него слишком трудна? Ему не хватило времени или сторонней помощи? А может быть, это ваше субъективное мнение и критерии оценки слишком строги?

В любом случае это не значит, что ребёнка нужно жалеть и снимать с него впоследствии все обязанности. И уж тем более ругать и награждать званием «неряхи/неумехи» и т. п. Наоборот, это повод задуматься о внутрисемейном распределении обязанностей и выработать дальнейшую наиболее эффективную стратегию.

Алиса Кривоконева,психолог

chudestherapy.ru

Жуки и пауки (о праве увлекаться тем, что тебе интересно)

Наступил вечер, за окном стрекотали сверчки, солнце ещё не зашло, но на небе уже показалась бледная луна. Бабушка почти закончила готовить ужин. Мира сидела на лавочке около окна и смотрела на муху, попавшую в паутину. Последнее время Мира особенно полюбила насекомых и смогла заинтересовать этим Бейби. Сестрёнка и раньше, как только видела паука, громко кричала: «ПАУК». Но тогда это было из страха, сейчас же она вопила от восторга: «Мила, паук!» – и Мира тотчас бежала за очередной баночкой. Каждый день Мира находила насекомых и устраивала для них домики. В коробочки, баночки и чашки она собирала жуков, пауков, мух и слизней. Она соединяла их в семьи, выбирала, кто будет мамой, кто папой, а кто малышом. Она приносила им кусочки яблока и морковки, ставила наполненные водой пластиковые крышки от бутылок, стелила постель из листиков и травинок.

– Глупостями занимаешься! Пауки да жуки, – крикнула через забор соседка баба Вера. – Бегаешь по двору растрёпанная, чумазая. Лучше бы волосы причесала и бабушке помогла готовить. Ты же будущая хозяйка.

Мира пожала плечами. Ей сразу стало немного стыдно за растрёпанные волосы и что бабушка там одна на кухне. Мира грустно отложила коробочки и пошла в дом.

– Бабушка, давай я тебе помогу, – сказала Мира.

– Ой, конечно, внученька! Только руки помой, чтобы тесто месить, – обрадовалась бабушка.

Мира помыла в умывальнике руки. Старенькой бабушкиной расчёской она провела по волосам. Везде попадались узелки, и расчёска упрямо застревала. Мира расчёсывалась, пока волосы не стали гладкими. Теперь осталось перехватить резиночкой, и получится хвостик. Мира пошла в комнату и надела чистое платье. Больше никто не скажет, что она растрёпанная и чумазая.

В комнату заглянул дедушка с Бейби на руках.

– Ты почему своих пауков побросала? Они по всему двору расползлись.

– Глупости это, дедушка. Я больше глупостями заниматься не буду, – ответила Мира.

– Как это глупости? Ты же так любишь насекомых! – удивился дедушка.

– А баба Вера говорит, что глупости. Что я будущая хозяйка, – грустно произнесла Мира.

Дедушка чуть не выронил Бейби из рук от возмущения.

– Глупости? – воскликнул он. – Глупости?! Сейчас я этой бабе Вере скажу, что я думаю про её огурцы в банках да про рассаду.

Дедушка развернулся и пошёл на улицу. Но его перехватила бабушка.

– Куда это ты собрался? Что происходит?

– Ты представляешь, – начал дед, – эта твоя Вера, соседка, сказала Мире, что она глупостями занимается, когда жуков собирает. Отправила её борщи варить! Это что ж такое делается?!

Мира давно не видела дедушку таким возмущённым.

– Ну, ну, не кипятись. Борщи тоже дело хорошее. Ты мои борщи по две тарелки ешь, – ответила бабушка, похлопывая деда по плечу. А потом повернулась к Мире: – Но жуки и пауки важны не меньше. Понимаешь?

Мира не понимала. Борщ можно съесть, а какая польза от жуков?

– Жуки и пауки – это твоё хобби. Это то, что тебе нравится. То, что делает тебя радостной, что тебе интересно. Ты посмотри на себя: когда ты устраиваешь для них домики, когда находишь им семью, когда изучаешь их жизнь, ты выглядишь очень счастливой. Это настоящее исследование, познание мира, – объяснила бабушка.

– Как же я зол! – продолжал сердиться дедушка. – Люди проводят всю жизнь, делая совсем не

Мира не любила, когда дедушка сердится. Но почему-то сейчас ей было приятно. Именно теперь она чувствовала, что дедушка такой добрый и такой родной, даже немного захотелось плакать.

– Послушай меня, внученька. Занимайся тем, что тебе интересно. Может быть, это станет твоей профессией, и тогда ты будешь любить свою работу, ходить на неё не только ради денег, но и ради интереса. А если нет, это может остаться твоим хобби.

– Хобби? – переспросила Мира.

– Да, хобби. Занятие, которое тебя увлекает, на которое тебе нравится тратить время, которое будет помогать тебе, если грустно. Оно позволит тебе не скучать, благодаря ему ты узнаешь много нового. Но главное – тебе ИНТЕРЕСНО этим заниматься, и этого достаточно для того, чтобы не бросать.

Мира подбежала к дедушке и крепко его обняла.

– Почему-то у меня слёзы, – сказала девочка и подняла глаза.

– Это потому, что я тебя понимаю, и это важно. Важно заниматься любимым делом, важно, чтобы тебя понимали. Для любого человека.

– И для вас с бабушкой? – спросила Мира.

– И для нас. Бабушка любит растения сажать и ухаживать за ними, а я люблю кроссворды разгадывать и читать про древние цивилизации. И пусть только кто-то скажет нам, что это глупости!

Мира улыбалась во весь рот. Дедушка явно был на её стороне, так что никакая баба Вера теперь ей не страшна.

– А что это ты такая… праздничная, что ли? – задумался дедушка. – Собралась куда-то?

Мира опустила глаза в пол и вздохнула.

– Опять Вера? – голос дедушки звучал грозно.

– Угу, – кивнула Мира. – Она сказала, что я чумазая и растрёпанная.

– Ох, – выдохнула бабушка. – Ну а какой тебе быть, если ты во дворе целый день бегаешь и жуков собираешь?! Когда я цветы сажаю, я тоже по локоть в земле. И это нормально. По-другому быть не может. Чистым остаётся тот, кто ничего не делает.

– Я всегда говорил: «Грязный ребёнок – счастливый ребёнок», – дедушка поднял палец.

– Это как? – спросила Мира.

– А вот смотри. Ты сейчас волосы расчесала, платье переодела, грязь с рук смыла. Если ты сядешь на диван и будешь сидеть, в стенку смотреть, особо не двигаться, тогда ты останешься чистой и причёсанной. Но будет ли тебе интересно, будешь ли ты счастливой?

– Нет, я на улицу к жукам хочу, – уверенно сказала Мира.

– Вот именно. А на улице ты опять испачкаешься, волосы растреплются. Зато ты будешь счастливой. Вот ужинать придёшь, тогда и помоешься, – завершил дедушка.

Мира была так рада, так рада! Она хотела сразу бежать во двор, но на пороге вспомнила про бабу Веру.

– Дед, а что мне бабе Вере сказать?

– Если опять будет тебя жизни учить? Скажи, что бабушка и дедушка считают по-другому. И занимайся дальше своим делом.

Мира кивнула.

Во дворе она собрала свои коробочки и начала заново строить домики для пауков. Вдруг из-за забора вынырнула голова бабы Веры.

– Опять без дела слоняешься? – упрекнула она.

– Я с делом. Вот, пауки у меня, – спокойно ответила Мира.

– Это не дело, это ерунда какая-то, – проворчала баба Вера.

– Это хобби, баба Вера. ХОББИ, – повторила Мира.

– Что это за хобби ещё такое? – спросила соседка.

– А это вам дед расскажет. У них с бабушкой тоже есть. А я пока пойду счастливой становиться.

Мира побежала к крыльцу. Она теперь знала, что никакая это не ерунда – её пауки. Это хобби, это интересно. Это кусочек её личного счастья.

ОБСУДИТЕ С РЕБЁНКОМ

1. У тебя есть занятие, которое нравится тебе и не нравится другим?

2. Что можно ответить человеку, который ругает твоё хобби?

3. Чем любят заниматься в свободное время твои родители, брат, сестра, бабушка и дедушка?

4. Как сделать так, чтобы твоё хобби стало интересно другим?

КОММЕНТАРИЙ ПСИХОЛОГА

Взрослый одновременно и связывает ребёнка с окружающей действительностью, и отражает её. Когда младенец только родился, весь мир для него – эмоции матери, её нежные прикосновения, ласковая речь. Ребёнок растёт, отделяется от родителей, ищет в окружающей реальности собственное отражение, исследует её пределы и свои возможности, но всё ещё опирается на взрослых. Родители по-прежнему остаются фундаментом: через правила, через заботу и поддержку, через любовь. Для маленького человека взрослые – боги. Они знают, как устроен мир, и могут это объяснить. А ещё они рассказывают ребёнку о том, какой он сам. Когда мама сюсюкается с младенцем («ути-пути, какие щёчки», «кто это у нас такой хороший»), когда контейнирует эмоции двухлетки, когда хвалит или ругает, она говорит ребёнку о том, какой он. Ребёнок действительно изучает себя через мать. Степень доверия максимальная, поэтому мама всегда оказывается права – до определённого момента. Потом ребёнок начинает становиться самостоятельным, чем-то интересоваться, учится взаимодействовать с миром уже без помощи родителей, получает опыт. Важно этот опыт подкрепить, дать ему усвоиться, говорить о нём, рассматривать с разных сторон. Потому что этот опыт является прекрасным удобрением для роста самости (личности).

Дети – замечательные исследователи. Мира, жизни, людей, себя самих. Они чуткие к своим эмоциям, потребностям. Они говорят о них, требуют с ними считаться – до тех пор, пока на пути им не встретится взрослый. Обесценивающий, отвергающий, игнорирующий, холодный, невнимательный. Взрослый, которому, скорее всего, тоже не хватило когда-то возможности остаться собой. И вот тогда этот взрослый из благих намерений предлагает ребёнку готовые решения, в которых нет места личному, индивидуальному, потому что так проще, понятнее и безопаснее. А ребёнок верит. Взрослый говорит: нужно слушать маму и папу. Нужно быть послушной девочкой или мальчиком. Нужно быть аккуратным. Взрослый не объясняет, когда и кому это нужно и почему. Просто велит делать, как сказано.

Готовые советы, в которых нет места рассуждениям, анализу, критическому осмыслению, приводят к тому, что человек следует шаблонным решениям всю свою жизнь, потому что в детстве не научился анализировать, не развил критическое мышление. Взрослому придётся переучиваться, прикладывать немалые усилия и вести большую работу над собой, чтобы добиться тех результатов, каких достигает ребёнок в процессе роста, игры и общения.

Ребёнок, которому давали право иметь собственное мнение и делать выбор, получает в итоге представление о том, кто он, чего он хочет, что ему нужно, а что нет. Ребёнок, который мог сказать взрослому о своих желаниях, потребностях и услышанный этим взрослым, будет иметь гибкие личные границы, уметь говорить и слышать

Такое важное сейчас качество, как ассертивность (умение самостоятельно регулировать своё поведение и отвечать за него вне зависимости от оценок и влияния других людей; ассертивные люди ясно выражают свои желания и потребности, чётко расставляют личные границы), рождается из способности взрослого поддержать детские увлечения, вовремя остановиться и не оценивать, не критиковать. Навязывание своего представления о том, каким должен быть ребёнок, как выглядеть, чем заниматься, – это всегда история про самого взрослого, а не про ребёнка. Да, поведение и внешний вид должны быть уместными, что решается обсуждением или правилами. Есть зоны ответственности взрослого, когда вы просто говорите: «Сейчас мы делаем так». Есть зоны ответственности ребёнка, куда вы не лезете ни с контролем качества выполнения, ни с оценкой. Вы можете поинтересоваться, поддержать, поучаствовать (спросив, конечно, разрешения). Если это даётся вам тяжело, задайте себе вопрос «почему?». Может быть, не все ваши потребности удовлетворены? Какие ваши чувства задевает поведение ребёнка? Ваше суждение основано на убеждениях? Ваших или чьих? Учитесь у ребёнка ассертивности.

К слову, о критике. Не существует конструктивной критики. Это заблуждение. Мнение человека, высказанное вам в агрессивной (пассивно-агрессивной) форме, тем более без запроса, тем более основанное на его субъективных представлениях о том, как должно быть, – это не критика и уж тем более не конструктивная. Это агрессия.

В рассказе приведён прекрасный пример: дедушка поддержал Миру, когда её поведение критиковала соседка, успокоил внучку и объяснил, почему соседка так себя повела. Вполне рабочая схема. Если взрослый говорит вашему ребёнку что-то неуместное, обозначьте границы (свои и ребёнка) в любой доступной вам формулировке (по мере присвоения навыка ассертивности формулировки станут вежливее и бережнее, но всегда должны оставаться твёрдыми и уверенными). Далее объясните ребёнку, что с ним всё нормально и он имеет право делать то, что он делает. Поддержите, спросите, что он сам думает по этому поводу. Проанализируйте вместе слова, сказанные в его адрес. Предложите или обсудите дальнейшие действия. Поговорите о важности его увлечения, интереса, дела. Прекрасно, если и вы будете показывать ребёнку примеры подобного поведения и проявлять ассертивность.

Алиса Кривоконева,психолог

chudestherapy.ru

Босоножки (об отстаивании личных границ)

Как хорошо было в парке! Дождь не лил уже два дня, так что все лазалки и горка высохли, и Мира бегала по площадке босиком. Она забралась на самый верх паутинки и оглянулась. Ева рассматривала что-то на полу, вися вверх ногами.

– Поднимайся скорее, – позвала Мира.

– А давай я научу тебя гимнастике, – предложила Ева.

Сама Мира не ходила на гимнастику, но многие в классе и во дворе ходили. Девочки вставали на мостик, крутили колесо и садились на шпагат. Конечно, Мире тоже хотелось научиться крутить колесо, но ещё больше ей хотелось играть вместе со всеми в гимнастику. Но её не звали, потому что она ничего не умела. Гимнастические элементы получались такими нелепыми, что девочки смеялись. Они скоро поняли, что Мире их смех неприятен, так что постарались больше не смеяться над ней, но и звать Миру перестали.

Предложение Евы звучало заманчиво. Мира ловко обхватила ногами металлическую трубу и спустилась, как это делают пожарные. Ева приступила к обучению.

– Колесо я уже почти умею, – предупредила Мира.

– Тогда мостик. Ложишься на спину, ставишь руки назад, вот так, поднимаешь сначала попу, потом живот, потом грудь, потом плечи. Как червяк. Смотри! – И Ева встала на мостик. Мира обрадовалась и проползла под спиной Евы на животе.

– Теперь ты!

Сначала у Миры совсем не получалось, но потом стало чуть-чуть лучше. И наконец она встала в почти идеальный мостик. Ура!

– Я уже научилась! – уверенно сказала Мира. – Хочешь конфетки? Фиолетовые – мои любимые.

Мира достала из рюкзака пакетик и протянула Еве. Подруга тоже выбрала фиолетовые. И это оказалось проблемой.

– Давай так, – предложила Мира, – все розовые твои, а фиолетовые мои. Они виноградные, а я люблю виноград.

– Нет, давай виноградные общие, – заупрямилась Ева.

– Нет, фиолетовые будут только мои, – заявила Мира. Но потом задумалась. А вдруг Еве они тоже нравятся? Вдруг они тоже её любимые? Надо же делиться, если хочешь играть вместе.

Мира подышала, посчитала до десяти – она всегда так делала, когда надо было успокоиться. И сказала:

– Хорошо, давай всё-таки общие! Только НЕ все забирай.

Мира надеялась оставить несколько фиолетовых конфеток до своего дня рождения. Она каждый раз планировала сохранить любимые конфеты для какого-то праздника, но никогда не получалось – она съедала их почти сразу.

Ева улыбнулась и показала большой палец. Договорились.

Потом Еве захотелось пить, да и Мире тоже. Они побежали к мамам, которые сидели на скамейке и пили кофе. У каждой мамы было с собой по бутылочке с водой. Мира выпила глоток и стала лить воду на землю.

– Мира, пить будет нечего, – остановила её мама.

– А почему вода прозрачная? – спросила Мира маму.

– И почему её нельзя откусить? – поддержала разговор Ева.

– Я даже не знаю, как ответить, – призналась мама Миры. – Наверное, это что-то из физики. А физику я в школе не любила. Надо будет посмотреть в интернете или спросить папу.

– Не говои-и-и-и! Не говои-и-и-и! – завопила Бейби и потянула маму за платье.

– Не говорить? – переспросила мама. – А что делать?

– Иглать! – сказала Бейби и показала в сторону песочницы.

– Мира, можешь, пожалуйста, с ней поиграть? – попросила мама. – Мы очень давно не виделись с Ладой, нам так хочется поболтать.

Мира сначала согласилась и направилась к песочнице, но, как только перешагнула через бортик и наступила босой ногой в песок, резко остановилась.

– Не пойду. Тут песок, – сказала Мира. Она любила ходить босиком по площадке, но, когда её ноги наступали на мокрую траву или песок, ей становилось ужасно неприятно.

– А, да, забыла. Тогда не надо, – согласилась мама.

Мира боялась, что мама будет настаивать, и заранее внутренне сжалась. А теперь сразу вспомнила, какая добрая у неё мама.

– Я тебе сейчас босоножки принесу, – вдруг сказала тётя Лада и побежала к песочнице с босоножками. – Вот, смотри, давай ножку.

Тётя Лада присела перед Мирой и протянула руку к её ноге. Мира сначала подняла ногу, но потом резко опустила.

– Нет, я не хочу, не надо, – голос Миры звучал грубо.

– Ну ты что! Давай я отряхну, и обуемся. – Тётя Лада очищала руками Мирину ногу от песка. Это выглядело ужасно даже для

– Нет, не надо! – Мирин голос звучал совсем жёстко. Она развернулась и убежала на другую сторону площадки.

Мама и тётя Лада пошли в песочницу следить за Бейби, а Ева и Мира продолжили играть под горкой.

Вечером мама и Мира, как всегда, болтали лёжа в кровати. Мама часто заходила посидеть у Миры минут пятнадцать перед сном. Они обсуждали, как прошёл день и вообще разные темы – простые и сложные.

– Мира, почему ты сегодня так грубо говорила с тётей Ладой? – спросила мама, и Мира поняла по тону её голоса, что мама не сердится. Она искренне хочет понять, что случилось.

– Мам, понимаешь, я не хотела надевать эти босоножки. Они же не помогут. Песок всё равно попадёт внутрь, и мне будет ещё неприятнее, чем просто босиком. От босоножек в песке ещё и трёт.

– Да, я понимаю. Почему ты не сказала Ладе прямо?

– Я не знаю. Она была такая милая, так хотела помочь, и я думала, что я такая плохая, злая, потому что не соглашаюсь.

– И ты чувствовала вину?

– Да! И от этого ещё больше злилась. Ведь ты мне разрешила не идти, и тут Лада с этими босоножками. И вся такая добрая.

– И ты как будто уже не можешь отказаться? – спросила мама.

– Да-да. И от этого ещё больше злишься. Вроде на себя или на неё. Я даже не могу объяснить, – рассерженно ответила Мира.

– Ты знаешь, я это понимаю, потому что тоже не люблю, когда меня заставляют делать то, что мне не нужно, что мне не подходит.

– Но она же не заставляла? – удивилась Мира.

– На словах нет. Но по сути да. Она предлагала тебе то, что ты не хочешь. И так, чтобы тебе было сложно отказаться. Намного проще отказать тому, кто говорит грубо. А кто настаивает ласково и вежливо, даже предлагая помощь, – такому человеку сложнее сказать «нет». Кажется, что ты грубый и злой.

– Да! Именно так я и чувствовала.

– Мирочка, ты всегда можешь сказать «нет». Даже если шоколадку предлагают, но тебе не нравится человек. И ты не хочешь у него ничего брать. Верь своим ощущениям и просто старайся отказывать вежливо.

– А как это?

– В случае с шоколадкой ты всегда можешь сказать: «Спасибо, мне нельзя сладкое». А если тебе что-то ещё предложат, уже более строгим тоном: «Нет, спасибо».

– И это не будет грубо? – спросила Мира.

– Это будет отражать твои ощущения. Ты же не хочешь шоколад? Зачем тогда соглашаться?

– А с тётей Ладой?

– Ты могла сказать ей: «Босоножки не помогут, спасибо. Я всё-таки не пойду в песочницу, как мы с мамой решили». Ты всегда можешь сослаться на меня для отказа.

Мира и мама ещё немного поболтали, потом мама выключила ночник и пошла к себе в спальню. Мира закуталась в одеяло. Ей казалось, она закуталась в мамины слова: они были такие добрые и как будто защищали её.

«Спасибо, мама, что понимаешь меня. И помогаешь мне самой себя понять. Я тебя люблю», – подумала Мира и заснула.

ОБСУДИТЕ С РЕБЁНКОМ

1. Бывает ли тебе сложно сказать «нет»? Например, когда ты не хочешь во что-то играть или что-то делать, а другой человек настаивает?

2. Почему Мире стало так неприятно от слов тёти Лады?

3. Что бы ты сделал, если бы оказался в такой ситуации?

4. Как думаешь, почему некоторым людям или в некоторых ситуациях сложно отказывать?

КОММЕНТАРИЙ ПСИХОЛОГА

Задавленные чувства как песок в босоножках.

Порой, пытаясь развивать эмоции ребёнка, мы не замечаем своего давления.

Мы хотим всё сделать правильно. И концентрируясь именно на «правильности», всякое недоумение и сопротивление со стороны ребёнка воспринимаем как протест. «Ишь какая своевольная!» «Что он там может чувствовать, когда толком говорить не научился?!» Но в категории чувств нет таких понятий, как «правильно» и «неправильно», «хорошо» и «плохо», «вовремя» и «не вовремя».

Сразу хочется объяснить не только где и что делать, но и как проявлять свои чувства. Но так не выйдет. Мы пытаемся получить социальное одобрение, быть вежливыми и учим этому детей. «Не реви, улыбнись». «Перетерпи, сделай как положено, а я тебе что-то дам взамен». И всё это только для того, чтобы ребёнок сделал так, как задумал взрослый. Так удобнее – взрослому, не ребёнку, потому что взрослому виднее. Он старше, выше и опытнее. У него молоко на губах давно обсохло, и уж он-то точно знает, что своеволие в чувствах – это «баловство и капризы».

В рассказе про Миру хорошо прослеживается желание подтолкнуть ребёнка к тому, чтобы он сделал что-то ради удобства взрослого. Всякий раз, когда девочка не соглашается и говорит, что ЕЙ неудобно, появляется соблазн расценить такое поведение как каприз. Ей взрослый человек пытается помочь, а она… А дальше может появиться желание осудить – высказаться строгим голосом, всплеснуть руками и обиженно замолчать или просто посмотреть с укором – так, чтобы вызвать чувство вины. Якобы это научит ребёнка вести себя подобающим образом. То есть так, как удобно взрослому.

А что почувствует в этот момент сам ребёнок? Вину. Ведь он не сделал того, что от него ожидали, и тем самым вызвал негативные чувства у взрослого. А он (взрослый) так старался, чтобы получить желаемое! И дальше ребёнок заключает – я ужасный человек, потому что позволил себе свободу чувств. Такая вот травма.

Да, чувство вины вызывает только боль, травмирует и разрушает. Не учит, а разрушает изнутри.

С годами получается эту боль заглушать. Но какой ценой? Подавлением любых своих чувств. «Я ничего не чувствую, чтобы не испытывать страдания».

Как же справиться с опасной смесью из социального одобрения и умения выражать чувства, из удобства и своевременности, из свободы и ограничений?

Прежде всего – учить (и самим учиться) говорить «нет», прислушиваясь к собственным ощущениям. Уверенно, но тактично высказываться.

И обязательно поддерживать своего ребёнка! Ведь поддержка – одна из главных задач родителя, даже когда ребёнок ошибается, проявляет слабость, ищет пути решения, сомневается.

А ещё нужно учить ребёнка ориентироваться на себя, собственные чувства, знания, опыт, а не на одобрение окружающих. Принимая и проявляя себя и неся за это ответственность.

Виктория Ардзинба,психолог, сказкотерапевт

viktoriardzinba.ru

После каникул (о пассивной агрессии)

Каникулы закончились. Мира не хотела идти в школу. Опять каждое утро рано вставать, учить уроки, слушаться учителя, сидеть за партой… Да и встреча со школьными друзьями вызывала тревогу. Мира так долго никого не видела – как теперь будет? Захочет ли с ней играть её любимая подружка и будут ли её обижать мальчишки, как в прошлом году? И как сложатся отношения с Анникой – той самой, из-за которой Мира бросила рисование? Анника обижала Миру не только в студии изобразительного искусства, но и в школе. В кружок, в отличие от школы, ходить необязательно, и мама не стала Миру заставлять.

Мира встретила Аннику на каникулах. Они вместе с мамами случайно оказались в Мирином любимом кафе в парке и ели мороженое. А потом вместе выбежали на улицу и весело играли. Мира никак не могла понять, Анника хочет с ней дружить или нет. Иногда казалось, что да, помогала же Анника Мире в школе и вставала с ней в пару на физкультуре. Но чаще выходило, что нет, не хочет Анника с ней дружить, так как обзывает её медлительной и глупой.

После летних каникул Мира зашла на школьный двор. Родители болтали, собравшись в группы, дети вели себя по-разному. Кто-то стеснялся и стоял, прижавшись к маме. Кто-то обнимался со старыми друзьями, кто-то бегал друг за дружкой по двору. Мира огляделась и заметила Аврору.

– Приве-е-е-ет, – робко улыбнулась Мира и помахала рукой. Аврора ответила тем же и исчезла в толпе детей.

Мира повернулась и увидела на скамейке Аннику, Тоню и Вику.

– Анника, Тоня, Вика! – закричала Мира и с улыбкой до ушей побежала к девочкам. И почему она так беспокоилась все каникулы? Вот они, сидят на скамейке, как всегда, втроём, такие весёлые, болтают друг с другом. Сейчас она расскажет им, как отдохнула.

– Привет! – радостно поздоровалась Мира, остановившись перед девочками.

Никто не ответил. Тоня и Вика как будто ждали, что скажет Анника. Анника молча окинула Миру взглядом с головы до ног. Мира сжалась внутри. За это время у неё в голове пронеслись десятки мыслей.

На кроссовке у неё есть дырочка, джинсы слишком велики, куртка коротковата, да и чёлку она подстригла совсем некрасиво – впереди почти под корень, и волосы совсем не успели отрасти за каникулы. Достаточно поводов, чтобы Анника сказала что-то неприятное.

– Привет, – Анника всё-таки ответила, но так грубо, так презрительно, Мира пожалела, что вообще подошла.

– Пойдём, – уверенно произнесла Анника и встала. Тоня сразу же поднялась следом за ней. Вика немного задержалась, но тоже встала и ушла. Мира видела, как Анника оборачивалась, зло улыбалась и говорила что-то Тоне, кивая в сторону Миры.

Было очень неприятно. Захотелось уйти домой и больше никогда не приходить в школу. Тревожное чувство, которое преследовало Миру перед каникулами, вернулось.

– Они часто так делают? – раздался мамин голос.

– Всегда, – ответила Мира и пожала плечами. – Я тебе говорила раньше, что они всегда уходят.

– Вот же… – Мама сжала зубы.

– Что?

– Это ужасное, противное поведение, – голос мамы звучал рассерженно.

– Ну и что? Вика же не сразу ушла, – попыталась смягчить ситуацию Мира. – Сначала ушла я, а потом она.

Мама знала, что это не так. Она видела всё своими глазами, но Мира, видимо, надеялась хотя бы Вику считать подругой.

– Почему ты не говорила учительнице? – спросила мама.

– А что ей сказать? Они не бьют меня, не обзывают, – грустно ответила Мира.

О да, мама прекрасно помнила это чувство ещё со школы. Когда тебе в лицо говорят приятные вещи, но ты знаешь, что тебя сильно не любят, хотя вроде бы нет причин так думать. Ведь тебе же улыбаются, хвалят твоё платье, подают карандаш.

И приходится буквально заставлять себя взглянуть на ситуацию глубже. Как улыбаются, как хвалят, с каким лицом помогают?

И оказывается, что улыбаются только губами, а глаза остаются злыми. Так делают, когда хотят показать, что не злятся, но на самом деле это не так.

Оказывается, что хвалят тоже странно. «Какое у тебя платье красивое. Ты сегодня даже на мальчика не похожа», – вроде похвалили и надо поблагодарить, но почему-то очень не хочется.

А карандаш… Карандаш этот сначала с Мириного стола пропал. Мира всю парту обыскала и рюкзак, у соседей спереди и сзади спросила. Пришлось взять запасной у Макара, с которым Мира сидела. После урока каким-то чудесным образом карандаш нашла Анника и с той же странной улыбкой передала его Мире. И опять Мире не захотелось сказать ей «спасибо».

– Это пассивная агрессия, – заявила мама.

– Какая агрессия?

– Пассивная. Когда на кого-то сильно злишься, но показать не можешь. И сделать ничего не можешь. Вот и изображаешь из себя доброго человека, хотя ведёшь себя сердито.

– Почему она злится на меня? Я же её не обижала.

– Может быть, у тебя есть то, чего нет у неё. И дело не в рюкзаке или пенале, а в том, что есть у тебя внутри. А может быть, она злится вообще не на тебя, но показывает это тебе.

– Значит, она плохой человек?

– Нет, скорее расстроенный.

– Мам, а в мире кого больше: добрых людей или злых?

– Больше тех, кого кто-то обижает. А они потом обижают других. Но это проблема того человека, а не твоя.

Прозвенел звонок. Мире надо было бежать в класс. Она поцеловала маму и направилась в школу.

– Мира! – Мама догнала её у входа. – Помни: если какой-то человек так себя ведёт, это не означает, что с тобой что-то не в порядке и что тебя не любят все. Просто надо будет решать ситуацию с этим конкретным человеком. И мы справимся, потому что мы команда!

– Но как? Тебя же нет в школе!

– Я подумаю. А пока помни, что ты добрая, честная и открытая. Ты бесценная – для меня, папы, для всей нашей семьи и многих твоих и наших друзей. И если ты будешь ловить косые взгляды и слышать обидные слова, держи в голове мысль – этому человеку почему-то в душе плохо. Но дело не в тебе.

– Хорошо. Я опаздываю.

И Мира убежала в школу.

ОБСУДИТЕ С РЕБЁНКОМ

1. Когда девочки ушли и оставили Миру одну, что ты почувствовал?

2. Когда-нибудь так поступали с тобой?

3. Бывало так, что человек говорит что-то

4. Покажи, пожалуйста, какие это могут быть обидные жесты, взгляды или мимика.

КОММЕНТАРИЙ ПСИХОЛОГА

Когда ребёнок сталкивается с насмешками, буллингом, сложностями в отношениях со сверстниками, он ранится об этот опыт так, что начинает смотреть на себя глазами обидчиков, а точнее воспринимать себя через собственные представления о том, каким его видят обидчики.

Дети в зависимости от среды и окружающих взрослых иногда проявляют жестокость, пассивную и активную агрессию. Непонимание («за что, почему со мной так») может перевести первичные эмоции ребёнка в самообвинение и аутоагрессию. Обидчики не объясняют своё поведение, поэтому ребёнок ищет проблему в себе, чтобы хоть как-то справиться. Он может закрыться, перестать быть дружелюбным, чтобы снова не столкнуться с агрессией.

Что делать взрослому:

1. Обратитесь к собственным чувствам, вспомните, был ли у вас опыт буллинга, как он влияет сейчас на вас и ваши чувства? Родитель может столкнуться с:

• большим грузом вины, что не защитил своего ребёнка;

• страхом за ребёнка и его будущие отношения с окружающими;

• злостью, которую хочется выплеснуть на агрессора или его родителей;

• бессилием, потому что не всегда удаётся помочь, как бы этого хотелось, потому что жестокость была и будет в мире.

Поэтому родителям самим сначала нужна помощь. Они должны признать, что им тяжело видеть агрессию в адрес своего ребёнка. Если не замечать собственные чувства, то можно либо отвернуться от ситуации совсем, чтобы не было так больно, либо выплеснуть эмоции не там или не так, как было бы хорошо для семьи.

Это не значит, что нужно скрывать свои эмоции от ребёнка. Даже наоборот, если родитель прямо говорит о своих чувствах, это помогает ребёнку увидеть, как можно их выразить.

2. Помогите ребёнку пережить эту ситуацию, но не настаивайте на подробном рассказе. Спрашивайте, будьте рядом, говорите, но не закидывайте вопросами, ждите. Будьте готовы к целой гамме эмоций, помогите их выпустить, найдите подходящий ребёнку способ их выражения (плакать, топать и т. д.).

3. Проговаривайте и, скорее всего, не один раз: ребёнок не виноват в том, что стал жертвой агрессии. Слова обидчика не говорят правду о ребёнке. Правду могут сказать те, кто смотрит на него с любовью, нежностью и принятием, – родители, друзья, близкие и он сам в какой-то момент.

Да, иногда конфликт со сверстниками возникает из-за каких-то моделей поведения всех его участников – и агрессора, и жертвы. Если в отношениях случились сложности, ошибки, это совершенно не значит, что ребёнок виноват и ему необходимо стать другим человеком.

4. Решайте, как поступать, в каждой конкретной ситуации. Иногда достаточно дома обсудить стратегии поведения, право говорить «стоп» и «со мной так нельзя», «мне неприятно», «мне было бы лучше вот так» и т. д. Тогда ребёнок сможет самостоятельно решить конфликт в школе. Иногда пора вмешаться учителям и/или родителям и при их участии помочь детям поговорить безопасно и с поддержкой.

Виктория Пархаева,психолог

parkhaeva.com

Важно делиться (про поддержку и манипуляции)

На следующий день Мира вышла из школы в очень странном настроении. Мама её не узнавала. Мира разговаривала резко, выглядела тревожной и требовала, чтобы прямо сейчас они позвали кого-то в гости.

– Мира, у всех свои планы. Надо заранее договариваться. Да и смотри, – мама окинула школьный двор глазами, – все уже идут по домам или по своим делам.

Мира молча направилась к калитке. Мама пошла за ней.

– Ну как прошёл день? – спросила мама.

– Ужасно. Хуже всего на свете, – ответила Мира резко.

– Что-то с Анникой?

– Нет, со всеми.

– С кем конкретно?

– Я не хочу об этом говорить.

– Что именно случилось?

– Я ей сказала, что она поступает зло, а она воткнула пальцы в уши и сказала: «Бе-бе-бе, я ничего не слышу», – ответила Мира и изобразила Аннику.

– Так это же здорово! Здорово! – воскликнула мама и попыталась обнять Миру.

– НЕТ! Совсем нет! – Мира оттолкнула маму. – Это всё ты виновата. Ты говорила с мамой Анники, и теперь они все думают, что я жалуюсь.

Мама остановилась, села на скамейку, чтобы посмотреть Мире в глаза, и произнесла:

– Ты не жалуешься, ты делишься с мамой.

– Чем это? Игрушками?

– Нет, своими чувствами, своими эмоциями. Это тоже называется «делиться». Когда нам плохо, мы всегда делимся. Во-первых, так становится легче – тебя поддерживают. Ты не должна переживать сложности одна. Когда сложно мне, я делюсь с папой, с бабушкой и дедушкой, с подругами. И когда они меня поддерживают, мне становится легче. Я верю, что справлюсь со сложностями. Это даёт мне силу и веру в себя. А во-вторых, о злых поступках и словах нельзя молчать. Зло расцветает, когда о нём не говорят. Оно любит тишину. В тишине оно становится храбрым.

– И что тогда?

– Тогда оно увеличивается. Оно, как сорняк, прорастает везде. А если на сорняк попал солнечный лучик, его сразу видно. И становится понятно, как полоть грядку.

Мира засмеялась. Ей показалось смешным, что мама сравнила Аннику с сорняком.

– Нет-нет, Анника не сорняк. А вот злые слова и поступки – сорняки. Без них Анника может стать прекрасным цветочком.

Мира подняла руки к небу и показала, как цветочек Анника тянется к солнцу.

– А теперь рассказывай всё по порядку, – попросила мама.

И Мира рассказала, что мама Анники отчитала дочь за злые поступки, и что в школе Анника подговорила Мириных подруг (Аврору и вторую Вику), и они все вместе подошли и стали на Миру ругаться. Как будто она всё это придумала, как будто она зря обидела Аннику, и той влетело от мамы. Что Анника на самом деле самая добрая девочка на свете, и Мира нечестно поступила.

– А вот это манипуляция, – прервала Миру мама.

– Как это?

– Ну смотри, – начала было мама, а потом вдруг продолжила жалобным голосом: – Ты совсем меня не любишь. Мне так грустно и одиноко. Все в нашей семье ко мне плохо относятся. Все меня обижают. Никто не любит и не обнимает.

Мире стало

Мира обняла маму за шею и крепко поцеловала в щёку.

– Я очень-очень тебя люблю, – сказала девочка со слезами на глазах.

– Ага! Попалась, – мама вдруг резко изменила тон. – Знаешь, что сейчас было?

– Что? – спросила Мира. Ей стало неприятно, как будто её обманули.

– Это называется МАНИПУЛЯЦИЯ! Вместо того чтобы прямо тебе сказать: «Обними меня, пожалуйста» – или обнять самой, я заставила тебя чувствовать вину. Это обманный путь добиться своего.

– Ого! – Мира даже села на скамейку. – Значит, когда Анника говорит Вике и Тоне, что она не пригласит их в гости, если они не будут играть по её правилам, это тоже манипуляция? Ведь у неё такая классная комната!

– Точно! – ответила мама.

– Ой, – задумалась Мира. – Значит, когда я говорю, что у меня болит живот, чтобы не пойти в школу, и это манипуляция?

– Угу, – кивнула мама с улыбкой. – Против манипуляции работают только честность и отважность. Нужно быть храброй, чтобы сказать человеку правду.

– Тогда сегодня я была храброй, – заметила Мира.

И рассказала, как она ответила на обвинения Анники и других девочек. Сначала Мира даже заплакала, но потом собрала всю свою храбрость и сказала, что сейчас все они поступают зло. И что Анника вела себя зло вчера, и что Тоня и Вика ходят за Анникой, как её солдаты, а сами её боятся, потому что Анника на них всё время кричит.

– Вот это победа! Я горжусь тобой, дочь. Тем, какая ты храбрая, как ты честно умеешь называть вещи своими именами. – Мама просто светилась от счастья.

– А потом ко мне подошла Вика и сказала, что она вообще-то хочет опять быть моим другом.

– Это вторая победа! – обрадовалась мама. – Как я рада за твои достижения. Так раз за разом ситуация будет меняться. Те, кто боялся рассердить Аннику, увидят, что тебе не страшно, и тоже перестанут бояться. А там, вполне возможно, и сама Анника окажется цветочком.

Мира улыбалась. И почему она так много раз слушалась Аннику, почему не говорила ей правду, почему не останавливала её злые слова? Наверное, не верила, что это поможет. А, оказалось, помогает.

У мамы был подобный опыт. В её детстве тоже была своя «Анника», которая, кстати, впоследствии стала её лучшей подругой. И мама училась ходить в школу с прямой спиной и смотреть прямо в глаза.

– Зачем? – удивилась Мира.

– Знаешь, дочь, прямой взгляд, прямая спина, уверенная походка – всё это часто останавливает людей, которые хотят сказать обидное или сделать неприятное. Это говорит о том, что человек уверен в себе, а значит, у него есть границы и он не позволит их нарушать. Границы ведь не только снаружи тела. Они и внутри. Быть к кому-то злым – значит нарушать границы того человека.

– Спасибо, мам. Я больше не боюсь.

– И это главное. А с остальным мы постепенно разберёмся.

Мира и мама пошли домой. Им ещё предстояло поделиться сегодняшними событиями с папой, а потом с бабушкой. И дедушке надо рассказать. Он вообще в школе работал и может что-то подсказать. Делиться – это важно. Мира теперь это точно знает.

ОБСУДИТЕ С РЕБЁНКОМ

1. Почему важно делиться с близкими всем, что с тобой происходит?

2. Расскажи, что такое манипуляция.

3. А ты когда-нибудь её используешь? Или, может быть, кто-то манипулирует тобой?

4. Как думаешь, почему люди так делают?

КОММЕНТАРИЙ ПСИХОЛОГА

Часто нам бывает сложно понять, что чувствует другой человек. И тогда мы додумываем за него. Опираясь на собственные фантазии, мы начинаем мысленный диалог с этим человеком, спорим и даже обижаемся. А он и не подозревает, что мы с ним поругались у себя в голове.

Точно так же другие люди могут фантазировать о наших чувствах. Всё это приводит к недопониманию. Когда мы делимся своими эмоциями, это улучшает отношения, приближает нас друг к другу.

В стрессовых ситуациях возникает много тяжёлых, сложных чувств – чаще всего страх, тревога и злость. Невозможность разделить их с кем-то ведёт к необдуманным поступкам или депрессии. Когда мы озвучиваем кому-то близкому свои переживания, внутреннее напряжение спадает, мы чувствуем поддержку и заботу, потому что теперь знаем, что не одиноки в сложной ситуации.

Важно делиться не только плохими или тяжёлыми эмоциями, но и хорошими, позитивными, иначе это может превратиться в слив негатива на близкого человека. Да и возможность разделить с кем-то радость приносит дополнительное удовольствие.

Если человек в детстве не научился говорить о своих переживаниях, во взрослом возрасте ему тяжелее идти на контакт, первым заявить о своих чувствах. Но эту способность можно развивать в любом возрасте.

Главное, помнить – то, что вы делитесь своими чувствами, не делает вас слабым. Наоборот, такие люди кажутся более уверенными и сильными, потому что знают, их чувства важны, и не боятся говорить о них открыто.

Светлана Носкова,психоаналитический психотерапевт

Бойкот (о том, когда все против тебя)

В классе все знали, что Гоша дружит с Викой. Никто больше не говорил о них глупостей. Постепенно Гоша стал дружить ещё и с другими девочками. Сначала он встретил у Вики в гостях её лучшую подругу. Ребята вместе играли в сыщиков. Потом Вика пришла к Гоше в гости, когда у Миры была Аврора. Так что дети стали общаться вчетвером. Особенно классно было всем вместе смотреть кино.

Оказалось, что играть с девочками интересно. Конечно, не всегда и не во всё. Некоторые игры Гоше совсем не нравились. Но такие же игры были и у мальчиков. Баскетбол и волейбол он с радостью поддерживал, но, когда мальчики, например, гонялись за девочками, ловили их и как будто сажали в тюрьму, Гоше становилось скучно. Игра казалась ему глупой. И Сергей однажды даже обозвал Гошу из-за этого. Тогда на перемене Гоша отказался играть в тюрьму. Сергей засмеялся, показал на Гошу пальцем и закричал, что он, значит, сам девчонка. Гоша свёл брови, погрозил кулаком и отвернулся. Драться он не собирался, но от обидных слов стало

На следующий день весь класс решил прогулять первый урок. Учительница немного задержалась, и этого было достаточно, чтобы через несколько минут после звонка дети, переглянувшись, повыпрыгивали из окна первого этажа на траву и разбежались в разные стороны под общий хохот.

Гоша в тот день опоздал в школу, и, когда он зашёл в класс, ребят уже не было. Посреди пустого кабинета стояла учительница английского. Она выглядела растерянно, но, как только увидела Гошу, выражение её лица сразу переменилось.

– Где все? – спросила Гошу учительница, строго сведя брови.

– Не знаю, – пожал плечами мальчик.

– А кто знает? – спросила она ещё суровее.

– Я не знаю, кто знает. Я просто опоздал, – попытался оправдаться Гоша и добавил: – Урока не будет?

– Очевидно, что нет, – сердито ответила учительница. – Не одного же тебя мне учить.

– Ну я пошёл?

– Иди, но я буду с этим разбираться, – пригрозила учительница.

– А на второй урок приходить? – решил ещё раз спросить Гоша.

– Этого я не знаю. Где вообще класс? Что за безобразие?!

Гоша понимал, что учительница начинает злиться, и поспешил выйти из кабинета. Ему стало не по себе. С одной стороны, Гоша был рад, что урок отменился. Но с другой, совершенно непонятно было, что делать дальше. Одноклассники куда-то ушли. А быть не со всеми – это быть немного против всех. Неизвестно, что у них происходит. И вообще, вдруг там что-то очень интересное, а Гоша всё пропускает?

Однако ничего не оставалось, кроме как ждать. Гоша решил посидеть во дворе, чтобы учителя не приставали к нему с расспросами, почему он слоняется без дела по школе во время урока. За несколько минут до звонка к школе потянулись притихшие, но довольные, иногда хихикающие одноклассники, и ситуация прояснилась. Гоше даже обидно стало, что он пропустил такую авантюру. Сбежать со всем классом с уроков – этого он ещё никогда не делал. И хотя Гоша провёл 45 минут один, он слушал рассказы одноклассников и вместе с ними переживал восторг, страх и веселье. Одни увидели, как директор заходит в школу, и еле успели спрятаться в арке. Другие побежали в магазин за чипсами и чуть не наткнулись на маму Антона, которая покупала продукты. Третьи спрятались в актовом зале, а туда зашла учительница музыки. Они чудом успели убежать за сцену… И прогул остался бы в памяти лишь забавным воспоминанием, если бы не заблуждение, которое чуть не перессорило весь класс.

Несмотря на то что дети старались действовать незаметно, учительница биологии всё-таки их увидела, о чём и сообщила директору и учительнице английского. Те прекрасно понимали, что это был самый настоящий прогул, но почему-то именно рассказ биологички о том, как дети весело удирали с урока, повлиял на степень наказания. В итоге всем, кроме Гоши, на следующем английском пришлось писать контрольную, к которой никто не был готов. Но самое ужасное наказание ждало Гошу. Его от контрольной освободили, потому что он единственный не сбежал с урока. Оценки вышли плохие у половины класса, а Гоша получил пятёрку просто так.

Сергей и его друзья решили, что Гоша специально остался в классе и именно он рассказал о прогуле учителю и директору. Ребята подговорили остальных и объявили Гоше бойкот.

Когда на следующий день после контрольной Гоша пришёл в класс, никто из мальчишек с ним не разговаривал. И так всю неделю. Только девочки остались с ним в нормальных отношениях, потому что не поверили Сергею. Тогда Гоша понял, как было важно поддерживать хорошие отношения не только с мальчиками, но и с девочками. Они оказались намного разумнее мальчишек и просто услышали Гошу, когда тот рассказал свою версию происшедшего.

На самом деле рассказал Гоша только Вике. А Вика передала всем девочкам. И девочки встали на сторону Гоши, хотя он этого никак не ожидал. Они сказали, что это ужасно несправедливо и нельзя не верить человеку, который вообще ни в чём не виноват. Но мальчишки разозлились ещё больше.

– Да вы ведь тоже ту контрольную писали. И всё из-за него, – ругался Сергей на переменке.

– Это не так! Он просто опоздал. А рассказал кто-то другой, – убеждала Сергея Вика.

– С тобой всё понятно, – ответил Сергей. – Ты его подружка, поэтому защищаешь.

– Я всегда буду защищать того, кого несправедливо обвиняют, – настаивала Вика.

– Даже когда он трус и предатель? – ругался Сергей.

– Послушай, это просто глупо. Учительница же видела, что весь класс ушёл. Что вы ожидали? Что она подумает, будто мы резко заболели? Даже если бы Гоша в тот день вообще в школу не пришёл, нас бы отругали, – завершила речь Вика, и Сергей задумался.

После урока Сергей подошёл к Гоше.

– Ты это, извини меня. И ребят тоже. – За его спиной кивали одноклассники. – Мы как-то не подумали, что нам всё равно бы влетело. Так что это не ты виноват, а мы сами. Хорошо?

– Хорошо, – ответил Гоша как будто нехотя. Но на самом деле он был очень рад, что ребята во всём разобрались. Он не хотел выглядеть предателем, и пятёрка по английскому ему была не нужна. Он просто мечтал, чтобы всё это закончилось.

– Я бы тоже хотел сбежать с урока, – признался Гоша, – только теперь уже не знаю когда.

– А давай лучше после уроков в футбол поиграем? И никаких контрольных не надо будет писать из-за этого, – предложил Сергей, и все радостно согласились.

Теперь Гоша дружил и с девочками, и с мальчиками. И главное, никто больше не считал его предателем. Это было просто недопонимание, о котором все быстро забыли.

ОБСУДИТЕ С РЕБЁНКОМ

1. Ты дружишь только с мальчиками или только с девочками? Или со всеми? Почему?

2. Как себя почувствовал Гоша, когда все дети вернулись в школу после прогулянного урока?

3. А что он почувствовал, когда они обвинили его в предательстве?

4. У тебя есть в школе/садике друзья, за которых ты готов заступиться? А есть те, кто заступится за тебя, если тебя обидят?

КОММЕНТАРИЙ ПСИХОЛОГА

Когда мы ошибаемся, куда-то опаздываем или что-то забываем, мы обычно объясняем это случайностью. Просто так получилось.

Когда ошибается кто-то другой, особенно если он подвёл нас, мы сразу подозреваем плохое отношение к себе и сознательное вредительство.

Почему? В древние времена человек постоянно подвергался опасности, приходилось быть начеку – не затаился ли тигр за кустом. Поэтому и теперь мы

Почему Гоша оказался в школьном кабинете один? Доложить учителю про срыв урока? Или просто опоздал, да ещё класс защитил, приняв на себя гнев педагога?

А ещё очень важна репутация. У Гоши она изначально подпорчена: дружит с девочками, а девочки, как известно, ябеды и плаксы. Хотя в Гошином классе другие девочки, они пользуются уважением. Недаром в итоге все поверили Вике.

Дальше у меня как у психолога и школьного учителя в прошлом возникает много вопросов к педагогам. Учитель английского растерялась в первый момент и задавала Гоше очевидно странные вопросы, а потом отпустила его с урока. И позже учителя не разобрались до конца, что случилось утром в школе. Вот эта фраза – «прекрасно понимали», – что она означает? Что именно понимали? Дети просто сбежали с урока? Или они обижены именно на этого учителя? Почему Гоша один остался в классе? Где именно были дети и точно ли это было безопасно?

А наказание в виде контрольной работы, ещё и с пятёркой Гоше, – прямой посыл для класса на начало травли, что и случилось в итоге: мальчику объявили бойкот.

Очень хорошо, что дети оказались достаточно мудрыми, девочки не поверили Сергею, начали задавать правильные вопросы и истина стала очевидна.

Но точно ли наказание в виде контрольной работы поможет больше не прогуливать уроки? Дети в этой ситуации могут пойти двумя путями – либо выучить тему лучше, чем с учителем, и потом всегда писать контрольные на пятёрки и прогуливать уроки, либо перестать вообще учить предмет, ведь всё равно пятёрки в четверти не видать.

Случайности, недомолвки и недопонимание, вызывающие бурю негативных эмоций, чаще всего становятся причиной раздоров. И в рассказе очень хорошо показано, что нельзя верить первому впечатлению. Нужно проверять информацию и искать правду.

Я всё детство и юность дружила с мальчиками. Кажется, что мир мальчиков и мир девочек – это какие-то параллельные вселенные. Но на самом деле всё не совсем так. Просто люди разные, у каждого свои интересы. В класс учеников набирают по территориальному признаку, и шанс, что все твои одноклассники будут тебе интересны для общения, невысок. И вот этот навык – не выбирать людей по полу, а общаться и находить тех, с кем тебе есть о чём поговорить, – очень крутой.

Ольга Пропубертат,семейный психолог

Нелучшие друзья (о важности вопросов)

– Мама, можно нам ещё попкорн? – крикнул Гоша.

Выходные выдались тёплыми, поэтому решили их провести на даче и взяли с собой Гошиных друзей. Вика, Рома, Роберт и Мира сидели на диване, смотрели кино, ели пиццу и хрустели попкорном. Всем было весело. Это была пижамная вечеринка на Гошин день рождения.

Вообще-то, сначала ребята планировали искать сокровища и лазать по чердаку – бабушка разрешила. Но когда они днём вышли погулять, то совершенно случайно встретили у калитки Аннику. Она приехала в бабушкину деревню в гости.

«Только не она», – подумала Мира, но ребята уже позвали девочку играть вместе.

Анника училась с Мирой в одном классе, и отношения у них были сложными.

Вот и в этот раз всё получилось как обычно: в игры, которые предлагала Мира, Анника играть не захотела и даже идеи Гоши назвала скучными, хотя у него был день рождения.

Анника, вообще-то, классная. Когда с ней дружишь, она придумывает самые интересные приключения и самые смешные шутки. И ты чувствуешь себя особенной. Ведь именно с тобой она сейчас так мило говорит, именно тебя зовёт играть. Не кого-то другого, а тебя. С другими она может быть сердитой, закатывать глаза или говорить обидные вещи, но с тобой она сейчас самая добрая. В этот момент Мира чувствовала себя более важной, не такой, как все. Правда, такое случалось всего несколько раз и ненадолго, потому что, как только Мира предлагала Аннике свои идеи, подруга её обижала, называла идеи глупыми, закатывала глаза или просто говорила: «Нет, в ЭТО я играть не буду», и получалась ссора.

Теперь Анника придумала игру в пиратов. И все захотели играть, кроме Гоши и Миры – они знали, что прыгать с крыши домика на дереве опасно. А именно это надо было делать пиратам. В итоге все друзья остались во дворе, а Мира с Гошей ушли домой, как будто струсили.

И что вышло? Все, кто спрыгнул, ушиблись или поцарапались. Залечивать раны пришлось маме Гоши, а Анника просто пошла домой. Так ребята и оказались на диване перед телевизором – у одного болела нога, другой поцарапал руку.

Сначала все расстроились, что вечер пройдёт уныло – с ушибами сложно веселиться. Но потом оказалось, что сидеть на диване вместе и есть пиццу с попкорном совсем не скучно.

Роберт и Вика приехали на машине с Мирой и Гошей, а Рома жил в соседнем доме. Он был внуком бабы Веры, той самой, которая считала, что собирать жуков – так себе хобби. Хорошо, что никто, кроме неё, так не считал.

Мира, как обычно, села на диван рядом с Викой. Пусть Вика и дружит с Анникой, но Мира очень её любит. Однако Вика вскоре пересела на другую сторону дивана. Мира этого не заметила сразу, и уже позже, лёжа в кровати, она вспоминала, как странно Вика вела себя весь день. Осталась с Анникой в домике на дереве, а до этого не захотела играть с Мирой в догонялки.

В машине по дороге на дачу Вика тоже села отдельно, рядом с Робертом у окна.

Ночью Миру и Вику мама положила спать в гостиной на раскладном диване, и Вика притворилась, что сразу заснула, хотя Мира точно знала – Вика не спала. В этот момент девочка поняла: что-то между ними пошло не так.

Утром состоялся разговор, и оказалось, что Вика даже хочет выкинуть половинку сердечка «Лучшие друзья», которое они с Мирой разделили ещё год назад.

Однажды Вика принесла в школу маленькое серебряное сердце, как будто расколотое пополам. Так было сделано специально, чтобы разделить его между подружками – каждой по половинке.

Вика с мамой купили это сердце для них с Мирой, оно должно было стать символом их дружбы. Тогда, на школьном дворе, сидя

– Ты спросила её почему? – поинтересовалась мама.

– Нет. – Мира покачала головой.

– А почему не спросила? Ведь вопрос даст ясность, можно узнать, что случилось. Вдруг она на что-то обиделась? Может быть, что-то неправильно поняла. Или ей кто-то сказал о тебе что-нибудь нехорошее. Если знать ответ, можно поговорить и всё выяснить.

Мира сомневалась. Казалось, ей сложно будет об этом говорить с Викой.

– А если она не ответит? – спросила Мира.

– Такое тоже может быть. Но ты не узнаешь, если не спросишь. Спросить всегда можно, – ответила мама.

Мира согласилась, но сначала решила узнать у Гоши, они ведь с Викой тоже друзья. Гоша сидел с Робертом в беседке и кидал камушки в куст малины.

– Понятия не имею, – ответил Гоша. – Вечно вы, девчонки, что-то придумываете.

– При чём тут «девчонки»? – возмутилась Мира. – Разве у тебя не было проблем с друзьями? И с Сергеем, и с другими. Даже с Робертом были, хотя он такой хороший, как одуванчик.

– Ну да, ты права, – согласился Гоша.

Роберт же услышал своё имя и растерялся. Он сразу покраснел и вжал голову в плечи.

Мира посмеялась и ушла.

Вика сидела на крыльце и доедала блинчик, который утром испекла мама. Мира набралась смелости и подошла к ней.

– Ты всё ещё хочешь выкинуть половинку сердечка? – спросила она.

– Вообще-то я её потеряла, – ответила Вика немного смущённо.

– Хм, жалко, – сказала Мира, – а дружить ты ещё хочешь?

– Хочу немного. Но несильно, – призналась Вика.

– А почему? – Мира собрала всю свою волю, чтобы задать вопрос, но Вика не ответила. Она промолчала. Почти сразу на улицу вышли ребята, и все побежали к домику на дереве. Вика и Мира тоже. Мира понимала, что всё теперь не так, как раньше, и Вика больше не самый её близкий друг.

Вечером Мира и мама, как обычно, разговаривали.

– Я спросила её, но она не ответила, – начала Мира.

– Кого? О чём? – Мама не сразу уловила, о чём идёт речь. Но потом вспомнила. – А-а-а-а. Вику?

– Да. Она не ответила мне, – сказала тихо Мира.

– И что ты чувствуешь? – спросила мама.

– Мне очень-очень грустно, – со вздохом произнесла Мира, и мама сразу обняла дочку покрепче.

– Да, так бывает, что человеку трудно объяснить, что он чувствует. Он может не совсем понимать себя и свои эмоции, не знать, какие слова найти, чтобы выразить себя, может бояться назвать причины или обидеть. Тебе сложно, что она молчит? – Мама заглянула Мире в глаза.

– Да, мне сложно. Я же спрашиваю её. Почему же она не хочет прекратить эту ссору и начать дружить дальше?

– А каких отношений ты хотела бы с Викой?

– Я бы хотела снова стать лучшими подружками, – уверенно ответила Мира.

– Подожди. Дай ей пространство. Иногда человеку нужно время, чтобы быть готовым что-то сказать. Так бывает даже внутри семьи. Иногда папа на меня обижен, и я знаю, что он пока не готов общаться. Но проходит время, и мы садимся поговорить.

– Спасибо, мам. Спасибо. Ты очень мне помогаешь. Мне всё равно грустно. Но я знаю, что есть выход. И ещё я знаю, что всегда могу поговорить с тобой.

Мама и Мира крепко обнялись. А потом так и заснули в обнимку.

ОБСУДИТЕ С РЕБЁНКОМ

1. Что почувствовала Мира, когда заметила, что Вика её избегает?

2. Как ты думаешь, почему может закончиться дружба?

3. А с тобой случалось, что ты больше не хотел с кем-то дружить? Ты говорил об этом другу? Почему?

КОММЕНТАРИЙ ПСИХОЛОГА

Каждый день ребёнок попадает в ситуации, которые могут вызвать у него растерянность и другие неприятные чувства. Ему бывает трудно самому во всём разобраться и найти того, кто поможет. Поддержка и разговор со взрослым дадут ребёнку энергию и уверенность, помогут найти ресурс для проживания трудных чувств.

В рассказе мама обратила внимание Миры на то, что недопонимание можно прояснить, поговорив с Викой. Мира не понимает поведения лучшей подруги, грустит и расстраивается. Но и попытки поговорить не принесли результат: Вика не назвала причины изменения своего отношения к Мире. Важно помочь Мире прожить неприятные чувства, принять право Вики на её желания. Понять, что не все люди могут и готовы объяснить своё поведение в силу разных личных причин, опасений и страхов.

Что может сделать родитель в такой ситуации? Помогут слова сочувствия: «Ты испытываешь… чувства. Это нормально. Я вижу, как тебе некомфортно и трудно. Я сочувствую тебе…» Обнять ребёнка, просто побыть вместе.

Задать вопросы, помогающие ребёнку принять решение о действиях: «Ты спросила подругу, почему она так поступает, что она чувствует? А как ты сама думаешь, что могло повлиять на её поведение? Как можно спросить о ваших отношениях?»

Если ребёнок боится разговаривать, можно задать вопросы: «Чего ты опасаешься? Что может произойти, если поговоришь и спросишь подругу?»

Можно предложить ребёнку проиграть диалог с вами, распределив роли. А потом поменяться ролями, чтобы прожить чувства и состояния двух сторон отношений. Такое действие снижает волнение и помогает обрести уверенность.

Конечно, ребёнку проще, когда он знает причину охлаждения дружбы, понимает, какие слова и действия могли обидеть друга. Осознание этой взаимосвязи поможет изменить способы общения и взаимодействия для налаживания дружеских отношений.

Иногда взрослые собирают повздоривших детей, начинают сами их расспрашивать, оценивать поведение, заставляют помириться. Что потом испытывают дети? Наверняка неприятные чувства – смущение, страх, досаду. Такая тактика взрослого вряд ли приведёт к оптимизации отношений. Скорее повышенное напряжение сильнее отдалит детей друг от друга.

Ещё менее полезными станут нотации, упрёки, указания, как надо поступить, замечания, оценивание поведения. Всё это дезориентирует ребёнка и вызовет новые неприятные чувства, но уже ко взрослым.

В этой истории Мира не получила, к сожалению, ответ от Вики. Для неё так и осталось непонятным, что могло изменить Викино поведение. Такой опыт тоже важен. Не всегда и не все в жизни ребёнка смогут откровенно рассказать, как к нему относятся.

Мира научилась принимать право другого человека не говорить об отношениях, испытывать и разбираться в собственных некомфортных чувствах, делать выбор, как действовать и выстраивать отношения с Викой и другими людьми. Это важный опыт в отношениях.

Ольга Юрасова,психолог

Над книгой работали

Руководитель редакционной группыАнна Сиваева

Ответственный редакторЕлена Абронова

Арт-директорЕлизавета Краснова

Художественный редакторТатьяна Сырникова

Дизайн обложкиТатьяна Сырникова

КорректорыДарья Ращупкина, Татьяна Князева

ООО «Манн, Иванов и Фербер»

mann-ivanov-ferber.ru

Спасибо за чтение

Вернуться к книге