Звенья

Глава первая

Ощущая ответственность за обязанности Мортэма на себе, Вивер поспешил отправиться в его кабинет. Простой в работе тюрьмы мог привести к новым проблемам.

«А их и так достаточно», — измотанно вздохнул надзиратель. Опустившись на кресло, он придвинулся к столу и разделил документы на категории. Организационно-распорядительные подписал сразу и, изучив логику архивных картотек, убрал. Прошения, новые проекты и согласования обработал выборочно. Не счёл нужным тратить время на то, что могло подождать и не требовало незамедлительного решения. Отчёты, корректировки и информирования внимательно прочитал. Выписал самое необходимое, составил графики и, на их основе, выстроил последующую тактику действий и решений. Оставшись удовлетворённым проделанной работой, осознал, что потратил на неё все силы. — «Кровь Мортэма что-то делает со мной...» — вяло подумал Вивер, погружаясь в тяжёлый и болезненный сон, — «моя энергия никогда не тратилась так быстро».

Спустя два или три часа, Вивер проснулся от треска. Рассеянно осмотрелся и, не найдя изменений, решил прогуляться по секторам тюрьмы. Он здраво рассудил, что жрецу высшего звена, пусть даже измотанному, не могли мерещиться звуки.

Проверив камеры и убедившись в их исправном состоянии, Вивер отправился в больничное крыло. Подходя к палате, где располагались доктор Адам, заключённая Джена и Мортэм, которого на некоторое время решили не хоронить, он напряжённо остановился. Щель под дверью неверно отливала голубизной.

«Там не может быть такого освещения», — осторожно коснувшись кончиками пальцев шершавой древесины, Вивер ощутил холод. — «Что там происходит?» — сердце защемило от неприятного предчувствия. Подобравшись, Вивер надавил на ручку и толкнул дверь плечом. С тихим стуком она ударилась о стену.

Тело Мортэма тускло светилось. Всё пространство рябило от холода. Тяжёлый воздух лениво перекатывался, красиво поблёскивая мириадами льдинок. Кардиомониторы Джены и Адама показывали отрицательные динамики состояний.

«Они заживо замерзают!» — не помня себя от ужаса, Вивер вбежал в палату и дрожащими руками отключил людей от инфузионной терапии. — «Мне не хватит сил на телепортацию... Проклятье!» — взвалив на одно плечо доктора Адама, а на второе Джену, Вивер, насколько мог плавно, побежал к кабинету главной тюремной медсестры. — «Только не это. Неужели недостаточно горестей выпало на наш счёт?! Большая часть вампиров сейчас оправляется от битвы с Господином. Их состояние ничуть не лучше моего. А эвакуировать придётся всю тюрьму. Во имя всех Богов, да разве такое возможно?! Я не верю в то, что Мортэм и правда принадлежит к клану Демонов. Как же он скрывал это столько времени?! Та кровь, которую он мне дал... Она же и меня превращает в Демона! А вампиры из этого клана славились не только невероятной силой, но и неспособностью её нормально контролировать! Проклятье! Дьявольщина!» — едва не выбив дверь, Вивер влетел в кабинет главной медсестры. Та испуганно дёрнулась и вскрикнула.

— Вивер, ты для чего их откл...

— Потом! — рявкнул Вивер, осторожно укладывая Джену на диван, а Адама в глубокое кресло. — Подключи их и включай сирену. У нас очень серьёзные проблемы. Мортэм из клана Демонов, он не умер, но контроль над силой утратил. Мы все умрём, если не уберёмся из тюрьмы. Ты поняла меня?

— Д-да... — рвано кивнула Рита. Нажав на тревожную кнопку и включив красную индикацию, она подбежала к шкафам с медицинскими принадлежностями. Лихорадочно начала выкидывать всё не нужное в поисках капельниц.

— Я попробую вывести заключённых, — сипло сообщил Вивер, уже скрываясь за дверным проёмом.

***

— Рамна! — испуганно крикнула Марта, подлетая к жрецу высшего звена. — В тюрьме что-то произошло. Там включили тревогу.

Подорвавшись с кровати, Рамна в одно мгновение оказался у окна. Ошарашенно уставившись на всполохи красных огней, он пьяно качнулся, забыв согласовать движения тела с мыслями.

— Чёрт! — с грохотом ворвавшись в комнату Рамны и Марты, выругался Сарда. — Продохнуть не дают.

— Мы отправляемся в тюрьму, — спокойно проинформировал Гор, возникая в дверном проёме. — То, что я ощущаю, мне не нравится. Надеюсь, что это ошибка и я просто устал. Но я... чувствую вампира из клана Демонов.

— Я тоже, — хрипло согласился Рамна. — Его мощь бушует.

— Клана Демонов? — не поняла Марта. — У вас были кланы?

— Очень давно, — нетерпеливо качнул головой Рамна. — Я расскажу тебе потом. Когда всё закончиться.

— А ты оптимист, Анун Хун Рамна, — криво усмехнулся Сарда. — Одного Демона на всех нас уже более, чем достаточно. Он нас вынесет и глазом не моргнёт.

— А я? — подключилась Марта. — Я же дампир. Вы сами говорили, что я сильнее вампиров.

— Но только не таких, — грустно ответил Гор. — Клан Демонов давным давно уничтожили. И не беспричинно. Попробуй жить рядом с тем, кому подвластны силы природы, сама их суть. Могущество Демонов не знает и не может знать границ. Все наши способности против одного такого лепесток на ветру.

— Нельзя сдаваться! — рявкнула Марта. — Мы через столько всего прошли. Я буду с ним сражаться. Сделаю, что могу. Я не отдам мой дом!

— Марта, пожалуйста, — начал Рамна, — будь благ...

— Плевать мне, Демон он или нет. Единственную уцелевшую Республику я не позволю уничтожить! Столько лет мы жили в беспамятстве и рабстве, а когда тёмные времена, наконец, кончились, пришёл какой-то супер сильный вампир и хочет уничтожить все плоды наших трудов! Не бывать этому! — серые глаза Марты налились пугающей темнотой. — Всё равно давно хотела понять, на что способна.

— Но не такой же ценой! — в сердцах воскликнул Рамна. — Ты умрёшь во второй раз! Я этого не переживу!

— Боюсь, что никто из нас этого не переживёт, — рассудительно вставил Гор, — но я согласен с Мартой. Нельзя бездействовать. Если это конец, то я предпочту принять его таким, какой он есть. Сражаясь рядом с теми, кто дорог мне. И кого мне хочется защитить.

— Я люблю тебя, Марта, — отрывисто поцеловав дампира в губы, сказал Рамна. — И умру за тебя.

Глаза Марты просветлели и налились горячими слезами. Она осознала, что вовсе не хочет умирать или видеть смерть любимого вампира.

«Если дрянной судьбе так угодно, то я прихвачу Демона с собой», — железно решила Марта.

«Нужно очистить мысли», — распахнув окно, Гор прыгнул вниз, — «нельзя идти в бой с эмоциями. Всё может оказать не так, как я представляю. Об этом нужно помнить. Демоны не дикари. Возможно, ему можно будет предложить что-то взамен. Если ему будет нужна жизнь, я с радостью отдам свою, чтобы Сарда и Марта с Рамной могли жить дальше. Я уже очень давно одинок. Что мне терять?»

Глава вторая

Отперев темницы и выпустив заключённых, Вивер повёл их к чёрному выходу. Он понимал, что верхние этажи находятся слишком близко к больничному крылу.

«Оно, должно быть, уже потеряно», — подумал Вивер. — «При лучшем исходе, Рита, Джена и Адам окажутся окружёнными холодом со всех сторон. Их можно будет спасти с помощью телепортации. Я надеюсь, что хоть кто-то из жрецов высших или низших звеньев способен на это», — план напоминал тонкую соломинку, брошенную утопающему, но лучшего надзиратель придумать не мог. Обстоятельства торопили, мешали здраво рассуждать и рождали в центре груди волны паники. Вивер никогда не сталкивался с Демонами и не знал, как необходимо себя вести. Какие действия могут привести к победе, а какие к поражению. Он был пешкой на поле, которого не видел. Не знал фигур, с которыми сражается, и логики их атак и отступлений.

«Я знаю наверняка, что жрец высшего звена из клана Демонов не имеет ограничения в силе. И мне, простому чистокровному первородному, никогда его не одолеть. Но я могу попробовать хоть кого-то спасти», — до выхода оставалась дюжина метров. — Проклятье! — в сердцах выругался Вивер, заметив тонкие голубые завихрения на полу и стенах. — Останавливаемся. Дальше нам не пройти.

— Господин тюремный надзиратель, — спокойно сказала женщина, — мы благодарны вам за то, что вы нас не бросили. Вы очень благородны, но вам не за чем умирать рядом с нами. Мы отбросы общества и прекрасно понимаем это. Если вы выживете, то у других будет больше шансов на будущее. Это будет нашей жертвой и подарком. Мы хотим искупить проступки.

Ошарашенный чистосердечной речью, Вивер не сводил глаз с заключённой. Её лицо было ясным и собранным. Она была готова умереть за то, во что верила.

— Сказал бы я тебе, говорить только за себя, но... — мужчина закашлялся, — сегодня не такой уж и плохой денёк для того, чтобы умереть. Как думаете, ребята? Дадим вампиру шанс?

«Этого просто не может быть...» — растерянно блуждая взглядом по человеческим лицам, думал Вивер. — «Люди никогда не поступали так... Смерть Господина и на них отразилась?»

— Идите, Господин надзиратель. Мы останемся, — тонко улыбнулась женщина.

— Тогда мы все здесь умрём, — давясь сумбуром чувств, выдавил Вивер. — Я никуда не пойду без вас! «Если кровь Мортэма меняет меня, то, может, у меня получится хоть ненадолго рассеять этот холод?» — смежив веки и сосредоточившись, жрец высшего звена ушёл в себя. С отчаянием загнанного в угол зверя, он пытался нащупать в теле или в сознании изменения, чтобы ухватиться за них и, со всей силы дёрнув, вытащить на поверхность.

Зачатки новой силы не желали подчинять и идти на контакт. Они были слабы, их возрастание и формирование началось меньше четырёх часов назад. Использовать их для сражения или сдерживания не представлялось возможным без вреда себе.

«Эти люди готовы умереть ради меня! Чёрт бы их всех побрал!» — стиснув зубы и грозно сверкнув истинными глазами, Вивер сделал несколько шагов вперёд. Мёртвый холод побежал по его телу. — «Давным давно мы заключили перемирие. Я буду сражаться за него до конца. Где это было видано, чтобы жрец высшего звена убегал и жалко спасал свою жизнь ценой жизней людей?! Мы всегда оберегали их. И ничего не поменялось! Бельфегор навсегда остался в наших сердцах!» Я пробью вам дорогу. Бегите и не оглядывайтесь. Это прямой приказ главного тюремного надзирателя. Вы поняли меня?! Не смейте перечить мне!

— Господин вампир, — женщина накрыла руками сердце, — я знаю, что буду просить о невозможном, но, пожалуйста, постарайтесь не умирать.

«Проще сказать, чем сделать», — криво заулыбался Вивер. — Я могу пообещать, что сделаю всё, что смогу.

— Мы никогда не забудем вас, — с улыбкой ангела сказала женщина. — Приготовьтесь!

Тьма поползла по ногам Вивера вверх. Бесшумными змеями оплела всё тело. Больно и сильно сдавила, недовольная грубым контролем и подавлением воли. Глаза Вивера налились пугающей темнотой.

— Тенебрис! — властно крикнул Вивер, выбрасывая вперёд ладони. Мощный поток спрессованной материи с потусторонними голосами, криками и шорохами легко и быстро прорвался сквозь голубой занавес. Чёрным бархатным огнём пожирал мороз и лёд. — Бегите!

***

— Ещё один Демон?! — спокойствие изменило Гору. Его лицо перекосилось, в глазах засиял ужас. — Сколько же здесь Демонов?!

— С ним рядом люди, — едва не рыча, Рамна телепортировался к источнику могучей силы и... застыл, отказываясь верить собственным глазам. — Вивер...

— Уже здесь, — готовый атаковать Сарда, врезался в подставившегося Рамну. — Ты что делаешь?

— А ты? Вивер не враг нам. Присмотрись.

— Твою мать... Да такого никогда не было! Демоны никогда не сражались за людей.

— Два дебила! — телепортировавшись вместе с Гором, крикнула Марта. — Ему помощь нужна!

Не уверенная в правильности своих действий и полагаясь на чутьё дампирского инстинкта, она осторожно опустила ладонь на плечо Вивера и принялась закачивать в него собственную энергию. Спустя дюжину секунд надзирателя перестало трясти.

— Спасибо... — одними губами произнёс он. Убедившись, что всем заключённым хватило времени на побег, он перестал контролировать Тьму и обессиленно повалился на колени. — Кабинет главной тюремной медсестры. Вам надо туда. Там Рита, Джена и Адам. Спасите их. У меня уже нет сил...

— Уже, — слово повисло в воздухе. Рамна и Сарда телепортировались туда.

— Давай, — подставляя Виверу плечо и помогая ему подняться, сказал Марта. — Ты отлично поработал. Остальное за нами. Тебе нужна кровь?

— Рамна же...

— Заткнись, Гор. Я не собираюсь смотреть за тем, как он умирает. Это ясно?

— Вполне, — ошарашенный решимостью Марты и её чёткими действиями, Гор вынужден был признать, что спасовал. Если бы не Марта, Вивер, возможно, и правда умер. — «Женщины совершеннее во всём мире не найти», — с грустной улыбкой подумал он. — «Ты из клана Убийц, Марта. Только Убийцы отличались такими качествами, которые ты показываешь».

Не думая и не ждя второго приглашения, Вивер погрузил клыки в шею Марты. Горячая кровь ласкала язык и гортань, регенерируя внутренние повреждения и восстанавливая силы.

— Готово, — отрапортовал Сарда. — Рамна телепортировал всех домой. Что мы будем делать с другим Демоном?

— Никто из нас не сможет к нему подойти, — вытирая губы тыльной стороной ладони и отходя от Марты, сказал Вивер. — Спасибо, ты спасла мне жизнь.

— Пустяки. У нас все на счету, — улыбнулась Марта.

— Предлагаешь покинуть Республику? — не понял Гор.

— Нет. Став Демоном, я кое-что понял. Клан и способности не имеют никакого значения. Значение имеет только то, кто ты такой и во что веришь. Мортэм был и остаётся отличным вампиром. И мы попробуем помочь ему. Нам известно, что он потерял всю кровь, но Демона такая малость не убьёт. Его нужно пробудить. И сделать это может лишь тот, ради кого он сражался и пал. Я думаю, Джена вполне способна на это. Но, насколько мне известно, вампиров она не слишком жалует.

— М-мортэм? — отшатнулась назад Марта. — Мортэм! Не может быть...

— Я тоже не мог поверить, но это его кровь сделала меня таким. А заодно и добрую половину вампиров, принимавших участие в битве с Господином.

— В битве? — Гор закрыл лицо рукой. Он так много пропустил. Столь многого не знал. — «Разве я могу принимать решения здраво, если едва помню мрачного телохранителя Бельфегора? Нас должен координировать тот, кто хорошо его знает. Думаю, пора Рамне занять своё законное место во главе вампиров и людей. И встать на путь отца».

— Отправимся домой, — устало сказала Марта. — Немного отдохнём, поговорим, а потом решим, что можно сделать. У меня уже голова кругом идёт.

— Прости, это я виноват, — потупился Вивер. Марта махнула на него рукой.

— Я согласен с Мартой, — кивнул Гор. — Нам необходимо поговорить.

— Я всё расскажу, — пообещал Вивер.

— Я перемещу тебя, — протянул ему руку Сарда. — На тебе Марта.

Гор с готовностью кивнул и взял любимую женщину за руку.

«Любимую женщину, которая никогда не будет моей», — мысль больно разрезала сердце надвое. — «И когда я умудрился так глубоко её впустить? Непростительная ошибка. Я должен позаботиться о том, чтобы ни она, ни Рамна никогда не узнали моих истинных чувств», — он телепортировал себя и Марту домой.

Глава третья

— Держите, — поставив на обеденный стол чашки с зелёным чаем, Гор опустился на стул рядом с Сардой. — Взбодрит и очистит голову.

— Спасибо, Гор, — трогательно обхватив чашку ладонями, поблагодарила Марта. Ей было прохладно. Кровь, выпитая Вивером, не спешила восстанавливаться.

— Тебе пришлось туго, — с сочувствием сказал Сарда, — но ты оказался сильным. И ты очень изменился, Вивер. В лучшую сторону.

— Стал старше? — с кривой ухмылкой пошутил надзиратель.

— Ты правильно сделал, что отключил конвейерную машину, — похвалил Рамна. — Чуть позже мы сможем вернуть Дарка. Он разберётся с протоколами настроек. Всё заработает так, как должно.

— Нужно будет сделать вылазку в складские помещения, — кивнув, поделился мыслями Вивер. — У меня нет полной уверенности, но, возможно, там пылится пара-тройка ящиков с чёрным пищевым альбумином. Это станет спасением для людей, на некоторое время.

— Ты не шутишь?! — встрепенулся Сарда. — Да я хоть сейчас там всё обыщу. Это же... Новости лучше, я уже давно не слышал!

— Я сказал, что у меня нет полной уверенности. Господин мог позаботиться о нём.

— Проверим, — согласился Гор. — Давайте о главном. В тюрьме ты высказал предположение, что Джена способна без вреда для себя подойти к Мортэму. На чём основаны твои слова?

— Мортэм проводил с ней много времени. Гораздо больше, чем с другими заключёнными. Возможно, между ними могла образоваться связь или привязанность. Я так думаю, потому что видел что-то в его глазах. Когда я ворвался в палату, Господин не сразу овладел мной. У меня была пара минут. Доктор Адам и Мортэм пытались спасти Джену. Воспоминания о том, что делал Господин, когда я был под его контролем, очень смутные, но я готов поклясться, что Господин что-то предлагал Мортэму. Кажется, он готов был отпустить его, не убивать, но с условием, что Мортэм навсегда покинет Республику. Мортэм отказался. Принёс себя в жертву, чтобы спасти всех. И людей, и вампиров. Но мне, кажется, больше всего он хотел спасти именно её. Джену. Это мои мысли и предположения, но чутьё говорит, что я не ошибаюсь.

— Мортэм смог изменить Джену, — грустно вставила Марта. — Мне так долго не удавалось вбить ей в голову, что вампиры вовсе не зло. Но она такая упрямая. А у Мортэма это получилось достаточно быстро. Конечно, Джена пересмотрела не все свои убеждения. Я уверена, что, не смотря на её слова, где-то в глубине души, она всё равно не верит вампирам. Но она пыталась понять их. Это ли не первые шаги? Возможно, доброжелательность и рассудительность Мортэма смогли пробить её броню. Но... Она страшная упрямица. Я поговорю с ней, когда она очнётся. Но не возлагайте на неё надежды. Она, может, и хочет понять вампиров, но...

— Спасать их, возможно, ценой своей жизни — это не для неё, — закончил Рамна. — Я согласен с тобой. Джена стала намного лучше.

— Значит, шансов выжить у нас кот наплакал, — отшутился Сарда. В его глазах, однако, плескалось беспокойство. Ему было тяжело осознавать, что сам он бессилен.

— Это можно повернуть и по-другому, — сказал Гор, делая глоток чая. — Пусть Джена не жалует нас, но ради людей, которых она всегда защищала, она пойдёт на это?

— Вероятно, — подумав, согласилась Марта. — Но это огромный риск. Весь наш план основан на чём-то эфемерном. Может, Мортэм и что-то чувствует к ней. Но она. Она может ничего не чувствовать. Что тогда? Что вообще она должна будет сделать? Прийти к нему в тюрьму, объятую смертельным холодом, и поздороваться? Влить ему в рот центнер крови? На её полное восстановление уйдёт не меньше пары месяцев. А у нас, как я понимаю, счёт идёт на часы.

— Можно попробовать обратить её, — пожал плечами Вивер.

— Ты рехнулся, — усмехнулась Марта. — Если Джена придёт в себя и поймёт, что она больше не человек, ты будешь первым в списке, кого она закопает под яблоней.

— Да, очень похоже на неё, — усмехнулся Рамна. — Да и Мортэм может отреагировать на это. Представь, ты любишь человеческую женщину. Любишь её за то, какое тёплое у неё тело, какие живые у неё глаза. За то, как сильно она не похожа на тебя. И тут появляется какой-то левый вампир, который обращает её в свою веру. Тебе это не слишком понравится, правда, Вивер? Мортэм не контролирует себя. Это плохо, но пока не критично. А вот если он впадёт в бешенство, шансов выбраться из сложившейся ситуации у нас точно уже не будет. Это билет в один конец.

— Не подумал, — признал Вивер, наклоняя голову. — Обращать её не выход.

— Ничего не выход, — допивая чай, оборвала Марта. — Я ума не приложу, что можно сделать.

— Демона может уничтожить только другой Демон, — серьёзно сказал Гор. Он всё время обдумывал этот вариант. — Мы сможем помочь тебе достичь пика силы за короткое время. Твоя сила ничуть не слабее его. У тебя есть все шансы убить его.

— Поправь меня, если я ошибаюсь, Гор, — глаза Вивера ядовито прищурились. — Ты предлагаешь мне собственноручно убить героя, спасшего Республику, спасшего такое огромное количество вампиров и людей чуть ли не ценой собственной жизни?! Думаешь, он думал о себе в тот момент?! — Вивер подорвался и встал. — Ему было плевать на себя. Он думал только о том, как дольше продержаться, чтобы даровать свободу от Господина большему количеству вампиров. У нас теперь половина вампиров в Республике чистокровные Демоны! Может, мне ещё и их убить?! — Тенебрис разъярённо завихрился вокруг Вивера.

— Полно, — поднялся Рамна. — Это плохая идея, Гор. Мортэм никогда не желал нам зла. До начала правления Господина он тоже был Демоном. Никто об этом не знал. И что? И ничего. Он всегда помогал, всегда взваливал на свои плечи больше, чем другие. Вызвался быть главным тюремным надзирателем, чтобы дни и ночи напролёт заниматься документами, отчётами и людьми. Он заботился о заключённых, старался сделать их пребывание в тюрьме длительным и комфортным. Ни один заключённый при нём не умер. Мортэм отличный вампир. Если у нас нет выхода, я пойду к нему сам. Он мой друг. Второй лучший друг после Дарка. Я не оставлю его.

— В таком случае, я пойду с тобой, — встала Марта. — Он заботился о Джене, хотя она платила ему за это ненавистью и презрением. Джена моя лучшая подруга. Но и без этого, мне очень дорог Мортэм.

— И я с вами. Он спас мне жизнь. Я не могу остаться в стороне, — благодарно посмотрев на Рамну и Марту, сказал Вивер. — Если случится так, что мы умрём, то мы умрём не напрасно. Мортэм умер за нас. Мы обязаны ему жизнями. Сейчас наша очередь.

— Я предпочту воздержаться от мнения, — сказал Сарда.

— Щадишь мои чувства? — скривился Гор. — Напрасно. Вы все правы. Простите меня. Этого не стоило озвучивать.

— Пойду, проведаю Джену и доктора Адама, — сказала Марта, выходя из кухни.

«Возможно, оно и к лучшему. Пусть она ненавидит меня», — делая лицо каменным, а глаза стеклянными, подумал Гор.

«Он же в полном раздрае», — с беспокойством подумал Сарда, незаметно посматривая на друга. — «Неудивительно, что он решился сказать такое вслух. Он потерян и не знает, что делать. Ещё одной проблемой больше...»

***

— Как они? — спросила Марта у Риты, заходя в комнату.

— Неплохо, с учётом всех передвижений. Состояние Джены стабилизировалось. Адам качается на грани, но, думаю, всё обойдётся. Он сильный.

— Давай сменю тебя. Отдохни, поешь и поспи. Если будут проблемы, я позову Гора или Вивера. Они разбираются в медицине.

— Звучит заманчиво, — благодарно заулыбалась Рита. — Буду тебе должна.

— Не бери в голову, — отмахнулась дампир и присела на краешек кровати Джены. — Мы должны помогать друг другу.

Бесшумно прикрыв за собой дверь, Рита отправилась на кухню, чтобы поесть и найти Вивера. Перед сном, она хотела поговорить с ним. Подробнее расспросить о Мортэме. Его судьба беспокоила и её. Рите было не всё равно, потому что жрецы низшего звена успели рассказать ей о поступке главного тюремного надзирателя.

— Привет, подружка, — Марта взяла прохладную ладонь Джены в свои. — Приходи быстрее в себя. Мне очень нужно поговорить с тобой.

Глава четвёртая

Убрав со стола чашки, Гор положил их в раковину и включил воду. С ним происходило что-то неладное. В его душе поселились сомнения и страхи, одиночество голодной волчицей подгрызало ткань разума и чувств. Времени на медитацию не было. Разобраться в сумбурной лаве дьявольского калейдоскопа не получалось. Острое желание вернуться в лес подтачивало волю и контроль.

«Я слишком расслабился после победы над Господином, был не готов к радикальным переменам и быстрым действиям. Я влюбился в женщину, которая принадлежит другому, и понятия не имею, что теперь с этим делать...»

— Привет, — неуверенно сказал Рита. — Кажется, я опоздала на ужин. Все уже разошлись спать?

— Привет, — выключив воду, Гор обернулся. — Да. Всем нужно немного отдохнуть.

— Это точно. Стыдно спрашивать, но... не найдётся здесь немного еды? С ума схожу от голода.

— Найдётся, — изумлённо кивнул Гор. — Присаживайся. Придётся немного подождать. Справишься?

— Со вчерашнего утра ничего не ела. Ещё минут пятнадцать-двадцать погоды не сделают. Даже могу пообещать не падать в картинный обморок.

Лёгкая улыбка тронула губы Гора. Достав кусок оленины из холодильника, он приправил его специями и убрал в духовку. Заварив некрепкого чая, поставил его перед Ритой. Осторожно присел за стол.

— А ты? — спросила Рита.

— Я уже его пил.

— Знаешь, а это очень странно. Вампир готовит еду человеку. Если я расскажу это другим медсёстрам, мне не поверят. Скажут, что приснилось.

— В этом нет ничего странного. Дело привычки. Только и всего, — пожал плечами Гор.

— А ты ещё и мастер чаи готовить, — раскрасневшись от горячего напитка, Рита заулыбалась. — Я точно не сплю?

— Точно, — добродушно усмехнулся Гор. — Как перенесли телепортацию Джена и Адам?

— Неплохо. Их, конечно, лучше было не тормошить, но должно обойтись без последствий. У Джены сильный организм. А Адам неплохо подготовил себя к переливанию. Как знал, честное слово, — призналась главная тюремная медсестра. — А... ты можешь мне рассказать про Мортэма? Тебе что-нибудь известно?

Едва удержав лицо, Гор натянуто улыбнулся и опустил голову. Сейчас это было неподходящим вопросом, но он решил, что сможет через себя переступить.

— Прости, — серьёзно сказала Рита. — Если тебе неприятно об этом разговаривать, я не стану настаивать.

— Ты эмпат? — изумился Гор.

— Эмпат? — не поняла Рита? — Это способность сопереживать? Представлять себя на месте другого человека?

— Это психологическая трактовка. Есть магическая. Я имел в виду её. Эмпатия — способность, позволяющая воспринимать, транслировать и навязывать эмоции и эмоциональные настроения. Я ничем не выдал себя, но ты всё равно ощутила изменения в моём настроении.

— Ничего себе, — Рита выглядела обескураженной, — я, оказывается, тоже не пальцем деланная.

Гор от души расхохотался. Простое и банальное общение на отстранённые темы немного восстановило его внутренний баланс. Мысли сбавили скорость и заструились послушной рекой. Тело, достигшее пика напряжения, расслабило мышцы. Ленивая, но приятная истома окутала Гора.

— Люди никогда и не были простыми или обычными, — поднявшись, он достал из духовки мясо и, выложив его на тарелку, поставил перед Ритой.

— Нормальная еда? — не поверила медсестра. — Гор, да ты просто волшебник, а не вампир!

Довольную улыбку сдержать ему так и не удалось.

— Надеюсь, скоро такая еда будет доступна всем. Мы приложим для этого все силы, — поделился своими мыслями жрец высшего звена.

— Хорошие времена не за горами? Я тоже буду на это надеяться. Наконец-то, можно слезать с глюкозы.

— Ты колола себе глюкозу? — Гор сделался серьёзным.

— Ничего не оставалось. Последние две недели выдались ударными. Доктор Адам занимался очень важным проектом, а я взяла на себя его обязанности. Три дня не спала. Сначала делала обходы, потом с места сражения пришлось поспешно всех эвакуировать и отправлять в реабилитационный госпиталь. Заключением моих подвигов стала забота о Джене и докторе Адаме. Не могла доверить это кому-то другому. Без глюкозы на паршивом питании и недели бы не продержалась, — пожала плечами Рита. — Я не собиралась колоть её себе долго. Но это стало неплохим источником энергии.

— Очевидно, никому не было легко, — помедлив, Гор кивнул. — Обошлось без последствий?

— Меня потряхивает. Всё ещё, — неохотно призналась Рита. — Организму требуется время, чтобы восстановить нормальный баланс. Пара-тройка дней и даже спать смогу без кошмаров.

«Она приносит себя в жертву, изнашивает и считает это обычным делом», — Гору пришлось сделать над собой усилие, чтобы не высказаться по этому поводу. — «С Господином или нет у людей и вампиров хватает забот. Одни жертвуют собой, чтобы выживали другие... Как разорвать этот замкнутый круг?»

— Не переживай из-за меня. Мне всего двадцать два года. Я молода и полна сил. Справлюсь.

— Ты не должна так с собой поступать, — не сдержавшись, мягко начал Гор.

— Не должна? — удивлённо переспросила Рита. — Странно слышать это от вампира, который ограничивает себя в питании. Мне не за чем себя беречь. У меня никого нет. Ни подруг, ни родных. Я одна во всём мире и всё, что я могу сделать — это служить людям и вампирам. А ради чего ещё стоит жить и что-то делать? Мне самой ничего не нужно.

«Искажённая идеология врача. Спасти любой ценой. Собственная жизнь и благополучие не имеют значения. Имеет значение только пациент, которого нужно спасти. И если не получается, то карточный домик, построенный на шатких спичках, обрушается первым же порывом ветра. И после этого жизни больше не существует. Есть только безысходность и чувство вины, пожирающее внутренности. Она заживо себя похоронила», — изменившись в лице, Гор внимательно посмотрел в глаза Рите. — Ты и правда не понимаешь, к чему это всё приведёт?

— О чём ты? Я описала обычную жизнь медсестры. В этом нет ничего особенного.

— Как бы не так, — озадаченно покачал головой вампир. — Научись себя любить. Это изменит многие твои взгляды.

— А какой в этом смысл? Мне это не нужно. У меня есть работа, которая мне нравится. А чего ещё нужно в мире, построенном на костях умерших?

«Я был не прав. Воспоминания людей тоже возвращаются, но, видимо, в меньшей степени. Она говорит о таких вещах, которые Господин стёр из её памяти. Это хорошая новость». Я могу показать тебе, что ты теряешь. А потом ты сможешь решить, какая жизнь тебе больше нравится.

— Звучит интересно, но у меня нет на это времени. Марта не станет подменять меня вечно, да это и не её работа, — ответила Рита.

— В этом доме живёт не только Марта. Мы можем дежурить по очереди. Это будет рационально. Один бодрствует, а другой спит. Это основа командной работы. Учись доверять и доверятся тебе.

— Тогда какой смысл в профессиях и работах, если их может выполнять каждый? — не поняла медсестра.

— Как раз именно в этом и есть весь смысл. Мы становимся равны, взаимозаменяемы. Потеря одного не является страшной катастрофой, но всякая жизнь бесценна и её стоит оберегать. Этому учил нас Бельфегор. Он хотел единства и равенства для всех. Это его путь и путь, по которому сейчас идут вампиры. Люди к нам присоединяться? — Гор протянул Рите открытую ладонь.

— Ты хочешь, чтобы я решила за всех?

— Я хочу, чтобы ты это решила только для себя.

Поколебавшись, Рита неуверенно вложила свою ладонь в его. Лёгкая прохлада ей понравилась. И понравилась сила, которую она ощутила. Спокойное течение, в любую секунду способное превратиться в девятый вал, в цунами, задевающее гребнем небо.

Глаза Гора засияли, обрели глубину. Рита безвольно утонула в них, даже не сообразив, что может сопротивляться.

— Спи. Сегодня кошмары не потревожат тебя, — мягко поймав, кренящуюся на бок медсестру, Гор легко взял её на руки и отнёс в свою комнату.

Глава пятая

Зажимая грязной ладонью кровоточащую ссадину на коленке, Марта не плакала. Изо всех сил жмурилась, до скрипа стискивала зубы. Остовы многоэтажного здания служили плохим укрытием, но ей удалось найти тёмную расселину между бетонными блоками и втиснуться туда. Девочка понимала, что гротескные чудовища из сказок бабушки Зэнги скоро придут. Зажгут в темноте красные фонари глаз и широко разинут рты, до отказа заполненные вязкой слюной и клыками.

«Я выживу», — подумала Марта. — «Мне, всего-то, нужно просидеть здесь всю ночь. А утро прогонит всех чудовищ. И я смогу вернуться до...»

— Привет.

«Это ловушка. Я должна молчать», — зажмурившись, девочка задержала дыхание.

— Пожалуйста, не бойся меня. Я хочу помочь. Ты застряла? Позволишь мне раздвинуть блоки?

«У него не злой голос...» — объятая любопытством, Марта открыла глаза и увидела высокого мужчину. Его длинные белые волосы красиво опускались до бёдер. Красные глаза выглядели необычно, но не пугали. Мужчина был молод и очень красив.

— Я никогда вас раньше не видела... — изумлённо выдохнула девочка.

— Нам лучше держаться подальше от людей. Для их же безопасности.

— Не может быть... Вы и есть страшный монстр?! Но вы же совсем не страшный!

Мужчина удивлённо расширил глаза, а потом рассмеялся.

«Он точно не из тех чудищ, про которых рассказывала бабушка», — решила Марта.

— Я и не хочу быть страшным, — добродушно улыбнулся мужчина. — Я чувствую твою кровь. Ты ранена. Можно я помогу тебе вылезти? У тебя может начаться заражение, если рану не обработать. Я кое-что понимаю в человеческой физиологии, — он протянул Марте открытую ладонь.

Очарованная, уставшая от боли и нервного перенапряжения, девочка коснулась пальцами прохладной ладони и позволила себя вытащить. Убедившись, что она твёрдо стоит на ногах, мужчина опустился на одно колено и внимательно осмотрел ссадину.

— Кровь продолжает идти, но рана не глубокая. Твои родители знают, что нужно делать? — он поднял глаза на Марту.

— У меня... нет родителей... Только бабушка. Обычно она промывает нам царапины водой.

«Это плохо. Земля здесь могла не избавиться от всех вредных примесей. Без антибактериальных препаратов может произойти непоправимое...» Как тебя зовут?

— Марта. А вас?

— А я Рамна, жрец высшего звена, чистокровный первородный вампир. Мне не очень хочется делать что-то в тайне от твоей бабушки, но ты можешь сильно заболеть, если рану не обработать по всем правилам. У меня есть способности. Одна из них — телепортация. Это совсем не страшно. Мы исчезнем из этого места и сразу появимся в другом. У меня дома. Я окажу тебе первую помощь и телепортирую туда, куда ты захочешь. Но, чтобы у тебя не было проблем, мне лучше не показываться на глаза людям. Ты сможешь довериться мне?

— Мне совсем не страшно, — улыбнулась Марта. Она была уверена, что Рамна не причинит ей зла. Температура его тела была гораздо ниже человеческой, но от него не веяло холодом. Он весь был объят всполохами неведомой силы и они завораживали. Немым восхищением отражались на наивном детском лице. — «Вампир... Как он может быть вампиром, если выглядит, как человек? Это всё из-за его красных глаз? Какая глупость. Считать чудовищем того, у кого глаза другого цвета». Я хочу попробовать. Бабушка никогда не рассказывала мне про телепортацию.

К изумлению Рамны, Марта крепко схватила его за предплечье. Сделала шаг навстречу.

«Она просто невероятный ребёнок», — подумал вампир и телепортировался. Потратил приличное количество сил и энергии, чтобы переход от исчезновения к появлению не ощущался.

— Ух ты! — серые глаза девочки засияли от восторга. Она жадно осмотрелась, едва веря в перемену обстановки. — Настоящее волшебство...

Тряхнув головой, чтобы вернуть мыслям трезвость, Рамна поднялся и нашёл аптечку. Обработав ссадину со всей возможной тщательностью, он перебинтовал колено.

— Готово. Что чувствуешь?

— Болеть перестало, — Марта осторожно погладила шероховатую марлю. — Спасибо, Рамна. Вы очень мне помогли.

Едва не покраснев, вампир поспешил отвернуться. Эта девочка была такой необычной. Так не походила на других. Она понравилась вампиру. Вызвала ураган чувств.

«Живой цветок, восставший из пепла», — невольно подумал он. — «Мой отец не зря пожертвовал собой. Стоило... Это стоило сделать, хотя бы, ради таких, как она. Теперь я вижу и верю, что у нас всё ещё есть будущее».

— Бабушка начнёт ругаться... — Марта смешно надула щёки. — Можно я у вас переночую, а утром вы меня телепортируете на задний двор? Вас никто не увидит, обещаю. В шестом часу утра у нас все крепко спят.

— Хорошо, — сдерживая смех, кивнул Рамна. — Тогда ложись на мою кровать, а я посплю здесь. Пошли, я покажу, где это.

— Спасибо! — глаза девочки опять засияли и Рамна к своему изумлению понял, что всё бы с радостью отдал, чтобы эти глаза ещё хотя бы раз так на него взглянули. В центре грудной клетки взорвался вулкан. Раскалённая магма неудержимым потоком хлынула во все стороны.

Вампир судорожно вырвал свою руку из пальцев девочки и отшатнулся, впечатываясь в стену. Колючая проволока жажды крепко стянула глотку. Схватившись за шею, Рамна попытался протолкнуть воздух в лёгкие, но не смог. В глазах начало темнеть. Удлинившиеся клыки неприятно царапнули по нижней губе.

«Только этого не хватало... Почему сейчас?!» — едва шевеля ногами, вампир попятился по стене, желая увести себя подальше от Марты. — «Я не могу позволить себе напасть на ребёнка! Не могу позволить себе напасть на любого человека! Да угомонись же ты, наконец!» — ярость стремительно затапливала мысли и сознание.

— Рамна! — горячие пальцы коснулись его руки. Вампир опасно оскалился.

— Беги отсюда... — хрипло простонал он. — Пожалуйста, убегай...

— Ты помог мне, — со странным спокойствием ответила девочка. — Я тоже хочу помочь. Что мне сделать?

— Уйти! — взвыл Рамна. — Уходи! Я не смогу долго с этим бороться.

— Я никуда не пойду.

— Твоя бабушка рассказывала тебе про чудовищ, — чувствуя, как всё внутри горит и осыпается вниз битыми стёклами, зашипел Рамна, — они есть, — он распахнул глаза, проявил истинную сущность, надеясь и, одновременно, не желая её напугать. — «Это единственный выход... Я не могу... никем жертвовать по своей прихоти!»

Серые глаза девочки наполнились слезами. Она сделала робкий шаг назад, а потом громко всхлипнула и сильно обняла его за талию. Едва достала лбом солнечное сплетение.

Ошарашенно застыв, Рамна осознал, что пойдёт на всё, чтобы защитить Марту. Бесстрашную, добрую, наивную, способную сквозь личину хищника видеть его настоящую сущность. Подобравшись, он со скрипом сжал зубы и атаковал самого себя энергетическим импульсом. Болезненно дёрнувшись, он с облегчением почувствовал неохотную капитуляцию жажды. Огненная ярость потухла, безобидно перемигиваясь тлеющими углями.

— Я видела твои глаза, — шёпотом призналась Марта. — Это не глаза убийцы или чудовища. Ты мог сделать со мной всё, что угодно, но ты помог мне. Не прогоняй меня. Расскажи, как помочь тебе.

Смежив веки, вампир побеждёно расслабился. Мягкая улыбка заиграла на тонких губах. Крепко обняв Марту в ответ, он осторожно вдохнул запах её волос и тела.

«Что же ты наделала, Марта...» — обречённо, но с разгорающимся жаром в груди, подумал вампир. — Уже помогла, — сипло прошептал он. — Не знаю, как, но помогла... Спасибо, Марта.

Неохотно открыв глаза, дампир обнаружила себя спящей на ногах Джены.

— Это был... очень странный сон... — пробормотала она, собираясь встать.

— Проснулась, наконец.

— Джена... — глаза Марты увлажнились. Она стиснула подругу в объятьях. — Как ты себя чувствуешь?

— Как будто меня разорвали, а потом собрали заново, но шиворот-навыворот. И ужасно хочу есть. И пить. Просто умираю от жажды. Меня же не сделали вампиром, правда же?

— Не говори глупостей, — облегчённо рассмеялась Марта. — Ты же нас всех потом закопаешь под яблонями.

— Вас так много, что мне сначала придётся посадить яблони, — рассмеялась Джена.

— Я рада, что ты очнулась.

— Если ты прямо сейчас с меня не встанешь, я навсегда лишусь ног, — с притворным ужасом, пожаловалась Джена.

— Прости... — Марта стыдливо покраснела. — Я всю ночь на тебе лежала. Думала, что не засну...

— Кажется, пронесло, — широко улыбнулась Джена. — Я начинаю чувствовать пальцы.

— Сейчас принесу тебе много еды и воды. Обещаю, что будет невероятно вкусно.

— Чего же ты ждёшь?! — с притворным возмущением, воскликнула Джена. — Марта... — остановив подругу на выходе из комнаты, позвала она, — а почему я у тебя дома? Я заключённая, убившая вампира. Господин никогда бы не позволил Мортэму отпустить меня. С тюрьмой что-то случилось? Или... — в глазах Джены отразился страх, — что-то случилось с ним?

— Я... — потупилась Марта, — принесу тебе поесть, ладно? — быстро закрыв за собой дверь, чтобы избежать дальнейших расспросов, дампир не увидела, как перекосилось бледное лицо Джены. Как заблестели от слёз зелёные глаза.

Облокотившись о дверь спиной, Марта смежила веки и постаралась взять чувства под контроль. Она понимала, что должна собраться и всё рассказать. Джена её лучшая подруга.

«Разве не будет предательством нашей дружбы то, что я доверю вводить её в курс дела кому-то другому? Разве кто-то другой сможет сделать это лучше меня? Никто не сделает это лучше меня, но я...» — прикусив нижнюю губу, Марта беспомощно посмотрела в потолок. Она не могла собраться и вывалить на лучшую подругу так много горестей. Только не тогда, когда костлявая старуха едва ослабила хватку и сделала пару шагов назад.

Глава шестая

«А всё не так плохо», — подумала Джена, равнодушно рассматривая прутья решётки. — «В тюрьме хорошо кормят. И, Мортэм, кажется, не такой злой и страшный, каким казался сначала. Одно плохо — Марта уехала. Без неё будет скучно. Но она вернётся. Нужно просто немного подождать», — уловив знакомую игру теней, она тряхнула головой, чтобы отогнать сонливость. — Доброй ночи, упырь. Ты сегодня припозднился.

В кромешной темноте блеснули глаза. Замок решётки щёлкнул. Дверь распахнулась.

— Пойдём, — тёмная фигура возникла на выходе. — У тебя слишком бледное лицо. Тебе нужно побыть на улице.

— Ты... серьёзно? — не поняла заключённая. — Мне же нельзя.

— Я главный тюремный надзиратель. Мне это решать.

«С ума сойти. Да он прикалывается...» — неуверенно поднявшись, Джена осторожно подошла к Мортэму. Непонимающе уставилась на протянутую ладонь.

— Я не смогу тебя телепортировать, если не будет физического контакта. И у моей власти есть предел, — тонко усмехнулся вампир.

Плохо соображая от смятения и рассеянности, Джена взяла его за руку и вздрогнула от пронизывающего насквозь ветра. Дёрнув плечами, она обхватила себя руками, чтобы сохранить оставшиеся крупицы тепла. Завороженно посмотрела на Республику Чёрной Ночи с крыши тюремного здания. Робко, почти неуловимо заулыбалась.

— Обалдеть...

— Днём такое провернуть будет проблемно, — Мортэм опустился на край крыши и беззаботно свесил одну ногу вниз. — Но Луна ничуть не хуже Солнца.

— Я не понимаю... — нахмурившись, сказала Джена. — Для чего ты так подставляешься? Я заключённая. Я убила вампира. Не надо делать из меня особенную.

— Немного свежего воздуха любому заключённому не повредит. Перестань сопротивляться и просто насладись.

— До чего же ты странный, — смущённо пробубнила Джена, осторожно присаживаясь недалеко от него. — Я могу спрыгнуть и умереть. Думаешь, я не воспользуюсь этой возможностью? У вампиров, может, и нет выбора, но это не отменяет того, что они, всё-таки, вампиры. Смерть на свободе гораздо лучше того, что мне светит.

— Прыгай, — даже не посмотрев в её сторону, сказал Мортэм. — Если ты и правда хочешь закончить именно так, кто я такой, чтобы читать тебе проповеди.

«Марта будет грустить...» — невольно мелькнуло в голове Джены. — «Но у неё есть Рамна. Он поможет ей. Я ведь никогда не смогу простить себе, что убила её. Это вышло случайно... Но это ничего не меняет».

Закрыв глаза, Джена выдохнула весь воздух из лёгких и легко оттолкнулась ладонями. Ночь, Луна, Звёзды и Сумрак приняли её. Разинули чернильную пасть с мириадами огней и плотоядно лязгнули, лишая всякой возможности повернуть назад.

— Я... не хочу умирать... — вдруг поняла Джена, но было уже поздно. Шершавая поверхность земли была на вытянутой руке. Она зажмурилась, отдавая воздуху блестящие капли последних слёз и рвано вдохнула, когда прохладные, но крепкие руки мягко поймали её. — Так и знала, что не дашь смертоубиться... — дрожащими губами, прошептала Джена. На ней не было лица.

Смешливо фыркнув, Мортэм осторожно поставил её на ноги, но отпускать не спешил. Он ощущал, что Джена едва ловит равновесие.

— Я не стал бы тебе мешать. Но ты сама сказала, что не хочешь умирать. Я главный тюремный надзиратель и должен делать всё, чтобы заключённым было комфортно в моей тюрьме.

— Да у меня просто зла на тебя не хватает! — немного отойдя от потрясения, воскликнула Джена. — Ты! Ты! Да ты просто...

— Я спас тебе жизнь, — ехидно улыбаясь, подсказал вампир. — Не за что. Можешь, попросить меня об этом ещё раз, если, конечно, на второй раз у тебя хватит смелости.

— Я очень хочу, чтобы тебя куда-нибудь унесли черти, — ядовито прошипела заключённая, рывком скрещивая руки под грудью и отворачиваясь.

— Боюсь, это не в их власти, — давясь смехом, сказал Мортэм.

— Тебе ещё и смешно! — рассвирепела Джена. На пятках развернулась, что было сил ударила кулаком в крепкую грудь и скривилась от боли. — Проклятье!

— Не делай так больше, — с неожиданной серьёзностью сказал вампир. — Человек об меня и руку сломать может.

— У меня есть отличный план, железа ты кусок. Давай ты сам себя ударишь. Раз ты такой невероятно сильный!

— Ты, правда, хочешь причинить мне боль? — брови Мортэма взлетели вверх.

— Вглядись в мои глаза внимательнее. Они и так слишком красноречивы.

— Хорошо, — Мортэм кивнул, сложил кисть на манер лезвия и выверенным движением вонзил её себе в плечо. Треск одежды и сухожилий сменился едва слышным перестуком крови. Тягучая и багровая, она крупными каплями падала на землю.

— Ты... — Джена побелела. — Ты просто ненормальный. Зачем ты...

— Зачем? — скривившись от боли, переспросил вампир. Зажав кровоточащую рану ладонью, он мрачно посмотрел заключённой в глаза. — Ты хотела причинить мне боль. Мне больно. Тебе стало легче?

— Чёрт бы тебя побрал! — истерично взвыла Джена. — Да не стало мне легче! Мне страшно! Ты сейчас истечёшь кровью и окочуришься здесь. Что я буду делать?

— Это странный вопрос для заключённой. Если я умру, то деятельность тюрьмы на какое-то время прекратиться. У тебя появится возможность сбежать. Господин сейчас занят поиском Мары, так что времени тебе хватит. И чего ты стоишь?

— На, — протянув Мортэму запястье со шрамом, Джена зажмурилась и отвернулась. — С меня довольно убийств. Мне и так снятся кошмары каждую ночь. Я... схожу с ума. Я ужасно виновата перед Мартой. Она, может, и не лгала, когда говорила, что простила меня. Но я себя не простила! — горячие слёзы покатились по щекам заключённой. — Я никогда не смогу себя простить. Я убила свою лучшую подругу! — разревевшись в голос, воскликнула Джена. — А она столько раз помогала мне... Она даже смогла мне такое простить... Я, может быть, и хочу умереть, но не могу! Потому что ей будет больно. Она будет из-за этого страдать. А мне, кажется, довольно с неё страданий из-за меня!

Осторожно приблизившись к заключённой, Мортэм обнял и неуловимо прижал её к себе. Он был рад, что она, наконец, поделилась своей болью.

— Марта жива, Джена, — твёрдо сказал Мортэм. — И она ни капли не изменилась. Твой поступок никак нельзя оправдать — это правда. Но ты сожалеешь о нём. Ты хотела бы всё вернуть назад и исправить. Это говорит о многом. Например о том, что все мы, без разницы люди или вампиры, совершаем ошибки. Я тоже совершал ошибки. И мои были намного страшнее твоих... — в угольно-чёрных глазах на мгновение вспыхнула смерть. Бесконечная белая смерть, способная заморозить всё живое за пару часов. Растерянно тряхнув головой, Мортэм зажмурился. Память, стёртая Господином с сиреневыми глазами, неохотно всколыхнулась, рождая на гладкой поверхности воды круги. Они становились всё больше. Захватывали новые территории.

«Я... уничтожил их всех... Это и было моей самой страшной ошибкой...» — давясь жгучей болью, подумал Мортэм. — «Как... я мог такое забыть? Как я позволил себе это забыть?!»

— У тебя до сих пор течёт кровь, — осторожно заметила Джена. Она не перестала всхлипывать, но больше не ревела в голос. — И ты... стал... холодным. Просто ледяным. Ты... в порядке?

— Не знаю, — рвано ответил Мортэм. — Но мне стоит вернуть тебя обратно. Скоро рассвет.

— Твоя рана заживёт? Почему ты не стал пить мою кровь?

— Потому что ты не моя еда, Джена. Ты моя заключённая. Я не стану пить твою кровь. А насчёт этой царапины даже не переживай. Я жрец высшего звена. Меня мало что может остановить.

Потрясённо отойдя от вампира на пару шагов, Джена посмотрела на него совсем другими глазами. Сейчас она видела не вампира, не страшное чудовище со светящимися глазами и длинными клыками. Она видела Мортэма. Жреца высшего звена и мужчину, который мог не обращать на неё никакого внимания. Не протягивать руку помощи и не подставляться, телепортируя на крышу.

«Я... не заслуживаю всего этого...» — подумала Джена. — «Почему он продолжает помогать мне? Почему не оставит меня? Почему просто не выпьет до дна и не даст умереть? Я... преступница. Изъян Республики. Инакомыслящая. Зачем он так старается? Ради чего? Я же ничем не смогу отплатить ему. У меня ничего нет...»

Небрежно вырвав иглу капельницы из вены, Джена туго перемотала кровоточащую локтевую ямку. Подобравшись, осторожно поднялась с кровати и, едва не упав, облокотилась о стену.

— Егоза, — хрипло позвал Адам, потирая слезящиеся глаза, — я отдал тебе половину своей крови не для того, чтобы ты вдохновенно померла. Марш обратно в кровать.

— Спасибо, — кивнула Джена, — вы спасли мне жизнь, но мне нужно идти. Я... У меня... — не в силах подобрать нужных слов, она с остервенение сжала пальцами рубашку на груди. — Я просто не могу лежать здесь и ждать. Не могу! Я не в тюрьме. Что-то случилось. Марта... я видела её лицо. Её глаза. Она просто в ужасе.

— Вот ведь язва, — хрипло расхохотался главный врач. — И глаза какие страшные сделала. Ладно. Мне тебя не остановить. Всё равно сбежишь. Но поешь. Хорошо поешь, поняла?

— Это могу пообещать, — расслабленно улыбнулась Джена.

— Ну и молодёжь пошла. И смерть им не указ. Ты подумай, а... — под беззлобное ворчание доктора Адама, Джена вышла из комнаты и лицом к лицу столкнулась с Гором.

Вампир опешил, растерянно отступил на пару шагов назад.

— Ты... Какого... — лихорадочно пытался подобрать он слова. — Тебе нужно лежать.

— В сторону, кровосос, — раздражённо прорычала Джена. — Только попробуй меня остановить. Думаешь, я не знаю, как с вас спесь сбивать?! — дотянувшись до карманного зеркала на тумбе, она разбила его об острый угол и, схватив осколок побольше, приставила к своему горлу. — Посмотри в мои глаза, зараза полумёртвая. Блефую я или нет?! В сторону!

Побелевший жрец высшего звена послушно отошёл. Он первый раз в жизни видел у человека тигриные глаза. Всё у него внутри подобралось.

«Она... точно человек?» — засомневался вампир. — «Это её... выбрал Мортэм?» — не сдержавшись, Гор порывисто закрыл ладонью лицо и громко расхохотался. — «Кого же ещё мог выбрать для себя Демон? Такого же Демона, как она сам!»

— Ты чего ржёшь на весь дом? — выглянул из-за угла Сарда. — Окончательно с ума сошёл?

— Можно и так сказать, — сквозь смех и слёзы выдавил из себя Гор. — Она. Это всё она, — он беспомощно качнул в сторону Джены головой. — Она настоящий Демон. Просто отборный.

Позади Гора возник Рамна. Недоумённо осмотрелся и изменился в лице, когда увидел Джену.

— Наконец-то, знакомая рожа! — в сердцах воскликнула Джена. — Может, расскажешь мне, что случилось с тюрьмой и Мортэмом?

— Идти сама можешь? — мрачно осведомился Рамна.

— Доковыляю как-нибудь, — криво усмехнулась Джена.

— Тогда, пошли, — кивнул Рамна. — Мы всё расскажем тебе.

Глава седьмая

— Мир сошёл с ума, — пробубнила Джена, залпом допивая зелёный чай. — Я, конечно, догадывалась, что с Мортэмом что-то не так. Но, чёрт возьми, такая придурь мне в голову и под водкой прийти бы не смогла!

— Я не совсем понял, что ты имеешь в виду, — мрачно отозвался Вивер. Он с опаской косился на Джену. Не мог поверить, что человек, ещё вчера пребывающий на грани жизни и смерти, будет сидеть с ним за одним столом.

— То, что вы рассказали мне — чушь, — скрестив руки под грудью, пояснила Джена. Откинувшись на спинку стула, она устало вздохнула. — Послушайте, как это звучит со стороны. Мортэм героически всех спас, чтобы потом уничтожить. Это бред сумасшедшего. Я не буду спорить, что с его силой и с ним что-то происходит. Это видно невооружённым глазом. Я уже вдоволь нагляделась на холодную красоту зимних пейзажей. Но не более. Он... не такой. Я не верю в то, что жрец высшего звена, безвозмездно протягивающий руку помощи всякому нуждающемуся, в одночасье поехал кукухой и решил уничтожить мир. Проблема не в его силе. Проблема в нём самом. Когда я последний раз виделась с ним, он... был каким-то другим. Это сложно объяснить. Словно... его что-то меняло... Или... он что-то вспомнил...

— Я знаю о чём ты говоришь! — с жаром воскликнула Марта. Пустая чашка выскользнула из её одеревеневших пальцев и покатилась по столу. Рамна механически поймал её и поставил. — Такое было с Рамной, когда он всё вспомнил. Такое ощущение, что смотришь всё на того же вампира, но внутри у него всё стало другим. Он по-другому говорит, по-другому ходит, его глаза по-другому смотрят на тебя.

— Да, — удивлённо кивнула Джена.

— Мортэм сумел перебороть власть Господина? — едва веря словам, которые произносит, уточнил Вивер. — Это возможно?

— Вполне, — задумчиво ответил Гор. — Но возникает вопрос. Господин сам не подозревал о секрете Мортэма?

— Господин был программой, — подключился Рамна. — Но не простой, а специальной. Я имею в виду, что без определённых протоколов, настроек и данных он бы никогда не смог проникнуть в разум вампира. Для того, чтобы это сделать, Господин должен был иметь чёткие инструкции. Определённую тактику. И она сработала. Безотказно.

— Никто не может знать вампира лучше, чем сам вампир, — Сарду перекосило. Он с хрустом сжал кулаки и стиснул зубы. — Нас кто-то предал.

— Мара? — предположила Марта. — Она всё время помогала Господину.

— Нет, — разъярённый Тенебрис плескался в потемневших глазах Вивера. — Если Сарда прав, то нас предали гораздо раньше. Возможно, в самом начале, — Демон перевёл тяжёлый взгляд на Рамну. — Дарк лучше всех разбирался в технологиях.

— Не смей его подозревать! — рявкнул Рамна. Алые глаза разгорелись.

— Ни у кого, кроме него, не было необходимых знаний в области инженерии и машиностроения! Не говори мне, что мои подозрения беспочвенны!

— Нам крупно повезло, что у него были эти знания! — подорвался Рамна. Первоисточник сгустил воздух вокруг него.

— Господин, с твоих слов, был сложной программой. В программировании я понимаю не много, моими профилями всегда были человеческая и вампирская медицины, но даже мне ясно, что любую программу просто так не запустить! Хочешь включить ультразвуковую диагностику? Дай компьютеру понять это! Нажми на красную кнопку. Или я не прав? Ты понимаешь в этом больше меня. Объясни всем, как работают компьютеры и программы! Или... Дарк ничему не учил тебя? Говоришь, он был твоим лучшим другом?! А ты его лучшим другом был?!

Глухой звук удара. Вивера закрутило юлой и впечатало в дальнюю стену. Обои, штукатурка и бетонный каркас дождём полетели во все стороны.

— Хочешь подраться?! — надрывно ударяя кулаком по стене и кроша её в мелкую труху, воскликнул Вивер. — Я выбью из тебя всю дурь!

С быстротой пули Демон оказался рядом с Рамной. Прямоугольный стол за его спиной раскололся надвое и с грохотом обрушился на пол. Сарда проворно заслонил собой Риту от осколков керамики и фарфора, даже не замечая, что те глубоко вонзаются в грудь и живот. Гор схватил оторопевшую Марту за руку и потянул на себя, подставляя спину взлетевшей в воздух вазе и паре ножей. Ваза с тонким звоном разбилась, прорывая ткань рубашки. Ножи с противным чмокающим звуком впились в кожу.

Оглушающий хруст костей в повисшей тишине сменился гортанным булькающим звуком. Медленно убрав кулак от солнечного сплетения Рамны, Вивер грубо схватил его за волосы и, что было сил, огрел коленом по лбу. Анун Хун Рамна пьяно качнулся и сломанной куклой растянулся на полу.

— Рамна! — пронзительно крикнула Марта, вырываясь из стальной хватки Гора. — Вивер, какого чёрта?!

— Какого чёрта? — переводя горящий взгляд на Марту, переспросил Демон. — Не я это начал.

Стул с треском разлетелся, коснувшись плеча Вивера. Изумлённо оглянувшись, он встретился с тигриными глазами Джены.

— Хочешь тут силой кого-то поразить, иди сражаться с холодом. От этого будет хоть какая-то польза! Отойди от Рамны. Сам его на себя натравил, а теперь отнекиваешься. Прикинь, если ты своими мозгами не можешь допереть, что вот так просто признать, что твой лучший друг предатель немного сложновато, то это твои проблемы. Дай ему время подумать! Думаешь, ты тут один такой на взводе?! Оглянись, дубина! Тут все не знают, что им делать и не уверены в завтрашнем дне! Прояви немного понимания, а не размахивай красной наволочкой перед быком!

Тьма завихрилась под ногами вивера. Начала подниматься выше. Достигла уровня его ладоней.

— Джена! — инстинктом ощутив, что Вивер собирается атаковать, Марта болезненно ударила Гора коленом в живот и рванула наперерез голосящей потусторонними голосами материи, не знающей насыщения и пощады.

— Марта... — выблевав добрую горсть крови, Рамна из последних сил телепортировался к дампиру. — Не позволю! — надрывно зарычал он, подставляясь грудью под атаку Вивера.

Тёмные змеи просочились сквозь одежду и кожу. Реки крови хлынули из Рамны. Повалившись на колени, он сдавлено замычал от невыносимой боли, схватился за живот и грудь.

— Нет... — обливаясь слезами прошептала Марта, падая на колени следом. — Пожалуйста, только не это...

— Ублюдок! — выплюнула Джена, поднимая с пола два ножа. — Отправила на тот свет одного вампира. И второго отправлю! — разъярённой фурией она подскочила к Виверу и оставила глубокий порез на его щеке.

Ошарашенно уставившись на Джену, Демон тряхнул головой, чтобы избавиться от оцепенения. Не до конца осознавая произошедшее, отшатнулся, и провёл кончиками пальцев по царапине. Посмотрел на багровые капли крови.

— А по тебе и не скажешь, что ты человек, — то ли восхищённо, то ли растерянно сказал Вивер.

— Убери эту штуку из Рамны, — холодная сталь коснулась кадыка. Демон изменился в лице и истерично расхохотался. — Поверить не могу! Мне угрожает смертная! Ты вообще понимаешь, что я могу тебя убить? — бесстрашно приблизившись и дав лезвию пропороть кожу, спросил Демон.

— Ты оглох?! Убери свою дрянь из Рамны!

Неуловимым движением, Вивер вырвал у Джены ножи и, перехватив ей запястья одной рукой, другой грубо наклонил голову.

Острые клыки были в миллиметре от кожи, когда с оглушающим воем окна в доме лопнули, а стены с треском начали покрываться замысловатыми узорами инея. Мрачная тень возникла за спиной Вивера и, точно он был невесомым, легко отбросила его в сторону. Шелуха пробитых стен и поваленных деревьев украшала многие метры.

— М-мортэм... — ахнула Джена, с трепетом отступая назад. — Мортэм!

— Он отдал ей свою душу, — едва владея языком, пробормотал Гор. — Он даже не в сознании!

— Что? — не поняла Джена. Напряжённо посмотрев на главного тюремного надзирателя, она легко коснулась кончиками пальцев его рубашки. Ничего не произошло.

— Ты можешь заставить Вивера вытащить это из него?! — белугой взмолилась Марта. — Он умирает! А я ничего не могу. Ничего! — дампир затряслась в припадке истерики и боли. Она была белее мела.

Лицо Мортэма осталось бесстрастным. Глаза, не разделённые на радужку или склеру, продолжали светиться потусторонним холодом. Он был и жив, и мёртв одновременно.

— Ты его попроси, — шепнул Гор Джене. — Он пришёл сюда ради тебя.

— Пожалуйста, не дай Рамне умереть, — едва сдерживая дрожь в голосе, попросила заключённая. — Заставь Вивера вытащить это.

Держась за оголённые рёбра и истекая кровью, Вивер пьяно ступил на доски пола. Рвано махнул рукой в сторону. Чёрный туман просочился из ран Рамны.

— Я... виноват... — выблевав лужу крови, хрипло просипел Вивер. — Это взяло контроль... Последствие... — зелёные глаза Демона закатились и он без чувств рухнул вниз.

— Это сделал Мортэм? — не поверила Джена.

— Не думаю... — отряхиваясь, сказал Гор. — Но Мортэм выбил из Вивера всё дерьмо. Джена, ты оказалась права. Мортэм здесь, но все мы до сих пор живы. У тебя есть представления о том, что мы должны сделать, чтобы он очнулся?

— Влить ему в рот центнер крови? — растеряно предположила Джена, пожимая плечами.

«Они точно лучшие подруги», — усмехнулся Гор, переводя взгляд на Марту. — «Они даже думают одинаково».

Глава восьмая

— С ним всё будет хорошо, — крепко держа Марту за руку, повторила Джена. — Его жизни больше ничего не угрожает. Гор и доктор Адам быстро поставят его на ноги. Дня два или три и он снова будет таскать тебя на руках и защищать от всего на свете.

Криво улыбнувшись, Марта едва заметно кивнула, но слёзы, бесперебойно текущие по щекам, не остановились. Дампир пережила страшное потрясение. Всё у неё внутри превратилось в кашу и разорвалось.

— Ты такая храбрая... — сипло выдавила из себя дампир. Из-за припадка истерики она потеряла голос.

— А кто бросился меня прикрывать? — изогнула бровь Джена. — Все мы сегодня отличились.

— Не то слово, — невольно вспоминая жестокое выражение лица Вивера, согласилась Марта. — Знаешь, если бы всё сложилось по-другому, ты стала бы первоклассным охотником на вампиров...

— Кажется, бабуля очень старательно из меня его делала, — фыркнула Джена. — Но что-то пошло не так. Ты, например. Вечно меня компостировала.

— Эти времена не канули во мрак, — Марта хрипло рассмеялась, а потом закашлялась. — Спасибо, что не даёшь мне повесить нос. Я не знаю, чтобы делала без тебя.

Крепко обняв подругу, Джена прикусила нижнюю губу и болезненно зажмурилась.

«Была бы жива. Осталась бы человеком... Если бы не я, ты бы никогда...» — оборвав свои мысли, Джена незаметно сморгнула навернувшиеся на глаза слёзы. — Ладно. У нас много дел. Справишься с уборкой на кухне? Я помогу Сарде с осколками, а то он ходит, как ёж, и, видимо, не знает об этом.

Робко улыбнувшись, Марта достала из шкафчика под раковиной совок и веник. Работа обещала быть долгой и выматывающей.

«Как раз то, что мне нужно, чтобы свалиться без чувств и без снов. Не переживу, если и во сне увижу, как он умирает...»

***

— Клыкастый! — выйдя на улицу, окликнула Джена.

Сарда отвлёкся от заколачивания гвоздей и обернулся, изумлённо приподнял брови. Никто из людей его ещё так не называл.

— Ты всех вампиров так травишь? — смешливо прищурился он.

— Хочешь быть исключением? Заслужи, — скрестила руки под грудью заключенная.

Не выдержав и засмеявшись, вампир отложил молоток и подошёл.

— Что-то случилось с Мартой?

— Ничего такого. Просто теперь она не дампир, а ведьма. И летает по дому на венике, творя магию и уничтожая бардак, — рассказала Джена, разводя руками.

«А у неё отличное чувство юмора», — прыснул в кулак вампир. — Тогда, зачем я тебе?

— Бесчувственное полено, — добродушно заулыбалась Джена. — Ты хоть знаешь, что стал домом для фарфора и керамики, — она кивком указала на изрешечённые рубашку и торс.

— Я... — Сарда смутился и потупил взгляд, — как-то не до этого было.

— Ты вампир, тебе не бывает холодно, так что снимай своё дырявое тряпьё.

— Это дискриминация! — вдохновенно возмутился Сарда. — Я чувствую холод не меньше твоего.

— Правда? — прищурилась Джена. — А чего без куртки на улицу вышел?

— Слушай, ты... Ай! — изумлённо уставившись на большой осколок блюдца, который Джена вытащила, вампир замолчал.

— Не будешь дёргаться, и всё закончится быстро, — бросив кусок фарфора в снег, сказала заключённая.

Потрясённо кивнув, вампир снял рубашку. Серая, замаранная кровью ткань плавно опустилась вниз.

«Она... совсем не похожа на Марту, но...» — припомнив храбрость, с которой Джена приставила нож к горлу Вивера, Сарда про себя усмехнулся. — «Гор прав. Если её обратить, она станет настоящим Демоном».

***

— Готово, — вытащив последний нож из спины Гора, сказал Адам. Протерев руки чистым полотенцем, он пощупал у Рамны пульс. — Какой крепкий. Через часа два или три очнётся. Его регенеративные способности очень высоки. Мне бы такие.

— Это можно организовать, — отозвался Гор, одевая чистую футболку и педантично закатывая рукава.

— Это была шутка, Господин вампир, — хмыкнул Адам, — но я, может, и подумаю над вашим предложением. Но сейчас о другом. Меня волнует Вивер. Его регенерация не сдвигается с мёртвой точки. Это может быть связано с тем, что он стал... Демоном?

— И да. И нет. Он до сих пор не перестроился окончательно. Думаю, именно это он пытался сказать, — помолчав, Гор решил рассказать доктору Адаму всё. — В тюрьме, когда он только узнал про Мортэма, ему пришлось ломать себя и использовать новые способности. Я не могу быть уверен в том, что сейчас скажу, но Тенебрис или Тьма — очень древняя материя. Я не помню ни одного вампира, способного, хотя бы, призывать её. А Вивер управляет ей. И, не сказать, что лезет вон из кожи. Но... вмешательство в метаморфозы никогда не обходится без последствий. Могли бы вы, доктор Адам, взять образец Тенебриса и попробовать изучить его? Возможно, это даст нам подсказку. Вивер никому из нас не желал зла. Я думаю, что уверен в этом. Но Тенебрис, похоже, реагирует на его эмоциональные настроения.

— Это даёт нам нестабильность и непредсказуемость, — кивнул Адам. — Я готов попробовать, но мне будет нужна консультация.

— По поводу этого не переживайте. Я поделюсь любой информацией, которая поможет делу.

***

Промокнув влажным полотенцем лоб Демона, Рита покосилась на тугую багровую перевязку.

«Сколько же в нём крови...» — нервно подумала она, вставая и беря с полки две мази и пачку свежих бинтов. — «А, может, зря я лечу его, как человека? Он вампир. А что нужно вампирам? Кровь», — тоскливо посмотрев на запястье с голубыми дорожками вен, главная тюремная медсестра распаковала стерильный скальпель и сделала небольшой разрез. Рубиновый ручеёк быстро побежал вниз. Подставив поток под губы Вивера, Рита замерла, ожидая чуда.

Пару минут ничего не происходило. Медсестра тяжело вздохнула и хотела уже наложить себе повязку, как Демон рвано вдохнул. Конвульсивно задёргался, слепо шаря чёрными, без разделения на радужку или склеру, глазами по комнате. Не придумав ничего лучше, как прислонить кровоточащую рану к губам вампира, Рита осторожно присела на край кровати. С остервенением вцепившись в протянутую руку, Вивер принялся жадно и быстро пить. Бинты на торсе жалобно затрещали и разошлись. Рита завороженно наблюдала за восстановлением лёгкого, рёбер и мягких тканей. Здоровая кожа выступила поверх мышц и сухожилий. Пришедший в себя Демон, испуганно и ошарашенно сфокусировал взгляд на Рите. Белой, как мел, с тенями под глазами, искра жизни в которых стремительно гасла.

— Зачем ты это сделала! — разъярённо и испугано закричал он, подскакивая и ловя кренящееся на бок тело. — Я же... тебя почти всю... выпил...

— Ты жив, — ледяные пальцы неловко мазнули по его щеке. Вампиру почудилось, что они оставили ожог. Вымученно улыбнувшись, медсестра устало закрыла глаза.

— Нет! — Демон определил местоположение доктора Адама и, едва контролируя себя от ужаса, телепортировался к нему. — Помогите ей. Пожалуйста. Она... она... — его трясло.

Оторопев, Гор открыл рот и, не найдя слов, закрыл. Потрясений для одного дня и так было достаточно.

— Переливание, — придя в себя первым, выпалил Адам. — Думаю, в больничном крыле осталась кровь. Она заморожена, но мы решим эту проблему. Вивер, оставь Риту здесь и телепортируйся в тюрьму, — распорядился он, видя, что Демон ничего не соображает от шока.

— Сделаю, — горячо пообещал Вивер, осторожно передавая на руки Гору холодеющее тело медсестры. Исчез, оставляя после себя подрагивающие нити Тенебриса и удушающее ощущение силы, которой нечего было противопоставить.

— Доктор Адам, мне же не показалось? — тихо спросил Гор, осторожно вливая в Риту энергию. Он не собирался проигрывать сражение за её жизнь. — Его глаза...

— Я видел, — рвано кивнул главный тюремный врач. — Следующая ступень метаморфозы?

— У Мортэма были такие глаза, когда он явился защитить Джену. Только они были не чёрными, а голубыми. Под цвет его силы. Вечного холода. Но Мортэм ни жив, ни мёртв. Я... не знаю, что думать...

— Не думайте, — выдохнув, сказал Адам. — Сейчас у нас есть более срочные проблемы. Кладите Риту на мою кровать.

Глава девятая

Подключив систему для инфузий к Рите, доктор Адам сделал ей три укола и замер, нащупывая нитевидный пульс на здоровом запястье.

— На грани, — бесцветно проинформировал Адам. — Переливать кровь нужно прямо сейчас, иначе ей будет уже не помочь.

Завихрившийся рядом с Гором Тенебрис, подарил надежду. Возникнув, Вивер молча протянул Адаму три замороженных пакета.

— Не двигайтесь, — мрачно приказал Гор, накрывая руками багровые льдины. Белёсый пар начал подниматься к потолку. — Пока это всё, что я могу.

— Не страшно, — мотнув головой, Адам отложил замороженную кровь и подключил к капельнице готовый к использованию пакет. Тонкая красная линия стремительно поползла к просвечивающей вены локтевой ямке. — Сейчас мы можем только молиться.

— Я не позволю ей умереть! — вспыхнул Вивер. — Это моя вина. Я...

— Обратишь её? — нахмурился Гор. — Наплюёшь на её собственный выбор? Благородства тебе не занимать.

— А что ещё я могу?!

— Она спасла тебя, потому что не видела в тебе монстра. Даже после того, что ты натворил. Так ты собираешься платить ей за доброту?

Понуро склонив голову, Демон опустился на колени перед кроватью и осторожно взял ледяную ладонь Риты в свои. Первоисточник и Тьма закружились вокруг него. Чарующим танцем силы заполнили всю комнату.

— Она не будет сражаться за жизнь одна, — чеканя каждое слово, сказал Вивер.

— Какой же ты упрямый... — закрыв лицо рукой, вздохнул Гор. — Тьма подчиняется тебе, но твой контроль над ней оставляет желать лучшего. Ты понимаешь это или нет? Одна ошибка и Рита умрёт. Тогда это точно будет твоя вина. Ты готов к этому?

— Говоришь так, будто у меня есть выбор! Не притворяйся, что не слышишь! Её сердце...

— Оно останавливается, — холодно отрезал вампир. — Но у неё ещё есть шанс.

— Попробуешь остановить меня и я убью тебя, — ровно произнёс Демон. Он посмотрел на Гора глазами абсолютной Тьмы.

— Никогда не мог найти общий язык с кланом Змей, — устало признался Гор, разворачиваясь и выходя из комнаты. — Делай, что хочешь.

— Какой же ты засранец, — хрипло прошептал очнувшийся Рамна. — Я никогда не прощу тебя, но... — приподнявшись на локтях, он скривился от боли, но ложиться обратно не спешил, — я знаю это выражение глаз. И могу понять, что ты чувствуешь.

Стиснув зубы, Вивер зажмурился. Удлинившиеся клыки пропороли нижнюю губу. Тонкая нить крови опустилась к подбородку, собралась каплей и потела на пол.

— Да не знаю я, что чувствую! Мне... — сжав до треска на груди ткань рубашки, Вивер перевёл горящий взгляд на медсестру... — больно... Я не заслужил этого! Я не хотел... — уже спокойнее сказал он, — никого калечить или убивать. До сих пор не хочу... Эта проклятая Тьма пожирает меня изнутри. И я не знаю, как это остановить!

— Никак, — с сочувствием сказал Рамна. — Ты теперь часть клана Демонов. Она с тобой до конца.

— Простите, что прерываю, — тактично кашлянув, вклинился Адам, — но, кажется, самое страшное осталось позади.

— Она и правда уже не такая бледная, — изумлённо согласился Рамна. — И сердце бьётся гораздо ровнее. Выбралась.

— Ви... вер... — едва шевеля губами, позвала медсестра. — Ви...

— Я здесь, — не зная, кого благодарить за это чудо, горячо прошептал Демон, в порыве чувств касаясь губами чуть тёплой ладони. — Я не оставлю тебя.

— Как... твои... раны?

— Ты издеваешься?! — воскликнул Демон, меняясь в лице. — Что со мной будет?! Я чёртов вампир! Меня проще отправить на другую планету, чем убить! Никогда больше не смей спасать мне жизнь!

— Я... медсестра... Это мой... долг.

— Когда ты поправишься, я тебе расскажу, в чём состоит твой долг, — с вдохновенной яростью пообещал Демон.

Смешливо фыркнув, Рамна натужно поднялся. Адам подошёл к нему и закинул его руку себе на плечо.

— Вчера ты говорил, что на складе мог сохраниться альбумин, — начал Рамна. — Я думаю отправиться туда через несколько часов. Составишь мне компанию?

Ошарашенно распахнув глаза, Вивер застыл.

«Он... после всего, что я сделал... П-почему?» Ты сказал, что никогда не простишь меня... — давясь комом в горле, выдавил Демон.

— Ты напал на мою любимую женщину, — серьёзно сказал Анун Хун Рамна, — это невозможно простить, но я не слепой. До того, как мы встретились в тюрьме, я и не подозревал, что вампир из клана Змей может стать частью клана Демонов. Мортэм обратил тебя. Дал тебе первородство и силу. Он мог не делать этого. Мог просто тебя убить. Почему Мортэм не убил тебя, Вивер? Почему Демон, который всё вспомнил, предпочёл пожертвовать своей жизнью ради других? Ты можешь ответить мне?

Покачав головой, Вивер потупил взгляд. Он понял намёк Рамны. Вампиры из клана Демонов всегда держались особняком. Никто не знал об их чувствах и мыслях.

«Никто до сих пор и понятия не имеет о Демонах... Но я... Демон... И у меня нет желания двигать континенты и идти по головам. Я... не знаю, куда девать новую силу, как её контролировать и усмирять. Но, в остальном, я остался собой. Мои мысли и чувства не изменились. Я всё тот же жрец низшего звена из клана Змеи... Я понял!» — подняв горящий взгляд на Рамну, Вивер осторожно отпустил руку Риты и поднялся. — Очень давно было принято решение уничтожить клан Демонов.

— Ты понял, — скупо кивнул Рамна. — Я не хочу обсуждать это с Гором или Сардой. Не сейчас. Доктор Адам, пообещайте, что вы никому не скажете об этом разговоре.

— О каком разговоре? — сделал удивлённые глаза Адам. — Я ничего не слышал.

***

Бесшумно прикрыв за собой дверь, Джена перевела настороженный взгляд на Мортэма. Он неподвижно лежал на кровати. Его руки покоились на животе.

«Как у мертвеца», — невольно пронеслось в её голове. Она осторожно подошла и робко провела пальцами по заиндевевшему одеялу. Оно тихо захрустело. — Может, перестанешь уже обезьянничать и очнёшься? Это просто смешно. Ты появился из не откуда и едва не прибил Вивера. Он, конечно, пытался укусить меня, но... Тебе-то до этого какое дело? Ты говорил, что тебя не интересует моя кровь. О, боги. Я разговариваю с мёртвым вампиром, — рассерженно запыхтев, заключённая придвинула к кровати стул, небрежно смахнула с него иней и присела. — Мортэм, если ты не остановишься, мы все тут обратимся в сосульки. Давай поговорим начистоту. Это с самого начала было твоим коварным планом по захвату мира? Знаешь, что я думаю об этом? Ты мог бы так и не заморачиваться. Есть куча способов прийти к мировому господству. И, между нами, тюремными жителями, оно того не стоит. Лезть вон из кожи ради власти над горсткой запуганных людей и кучкой истеричных вампиров, следящих за фигурой, занятие не для тех, у кого с головой всё хорошо. Ты понимаешь, на что я намекаю, клыкастый? Ты полный псих. Хотя, это и так было понятно. Подставляться ради заключённой и тёмной ночью выводить её погулять на крышу, чтобы она, не долго думая, смертоубилась — это поступок, явно не достойный звания главного тюремного надзирателя. Как думаешь, Мортэм? Права я или нет? Интересно, — в притворной задумчивости нахмурилась Джена, — если я, всё-таки, дам тебе немного крови, ты сделаешься более разговорчивым? — расстегнув куртку и выпростав руку со шрамом из рукава, она вытянула её перед собой. — Упырь, я официально заявляю, что это твой последний шанс вкусить моей шикарной крови. Если продолжишь и дальше лежать ледяным поленом, я встану и уйду. И больше никогда не вернусь. Вот тебе крест, — шутливо перекрестившись, заключённая замерла. Подождав минуты две или три, она криво улыбнулась, закуталась в куртку и порывисто встала. Коснувшись кончиками пальцев дверной ручки, она с ужасом ощутила, как волосы на её затылке встают дыбом. Испуганно развернувшись, сдавленно пискнула, встретившись с горящими вечным холодом глазами. — Ты... чего меня так пугаешь... — дрогнувшим голосом промямлила Джена, вжимаясь в дверь. — Я буду кричать. Громко. Меня спасут. Так и знай.

Обжигающе холодная ладонь коснулась щеки. Кривые дорожки морозного узора побежали по коже. Кровь, бешено текущая по венам, загустела. Сердце, отчаянной птицей бьющееся о рёбра, пропустило пару ударов. Ощутив пронизывающий холод дыхания смерти, Джена в ужасе расширила глаза. Ледяные губы невесомо коснулись ярёмной вены.

Дёрнувшись в сторону, заключённая скривилась от боли. Вторая рука вампира мёртвым капканом сжала талию. Бритвенно острые клыки едва ощутимо продавили кожу. Выступила пара рубиновых капель.

Шумно вдохнув, Джена остервенело сжала кулаки. Хруст натягивающейся кожи слился с пугающей трескотнёй мороза. Приподняв клыки, Демон щекотно провёл шершавым языком по коже. С пугающей жадностью втянул носом воздух.

— Да не веди ты себя так, словно сейчас сожрёшь меня целиком! — едва ворочая языком, воскликнула Джена. — Кости-то хоть мне оставь.

Мелкая дрожь пробежала по телу Мортэма. Его плечи рвано дрогнули. Светящиеся голубые склеры мигнули, на мгновение уступая место угольно-чёрным глазам. Демона пьяно шатнуло. Он порывисто дёрнулся назад, но не смог отойти далеко. Джена в последний момент сжала пальцами его рубашку. Требовательно потянула на себя. Насквозь промёрзшие волокна ткани захрустели и мелкой крошкой посыпались вниз.

— Куда пошёл, клыкастый, — с пугающим ожесточением, прошипела заключённая. — Решил не использовать свой последний шанс? Кому ты пытаешься соврать! Пей мою кровь или немедленно приходи в себя! Если будет надо, я опять разорву себе запястье. Мы оба знаем, что я и не на такое способна.

Мощная ударная волна впечатала заключённую в дверь. Тонкие трещины замысловатой паутиной разошлись по древесине. Меньше, чем за долю секунды, Мортэм оказался в миллиметре от Джены. Его глаза мигали.

— Я... пытаюсь... тебя... не убить... — сипло выдавил Демон, превращая стену, в которую упёрся руками, в пыль. — Я... не в том... состоянии, чтобы...

— Да плевать мне, в каком ты состоянии! — с бисеринками слёз на глазах, крикнула Джена. — Я хочу, чтобы ты стал прежним! Мне... мне... — задыхаясь от кома в горле и горячих слёз, бегущих по щекам, Джена остолбенела. Она заметила горлышко бутылки, торчащее из внутреннего кармана чёрного пальто. — Ты... достал её... для меня...

— Я понял, что ты... не отстанешь от меня, — обречённо усмехнулся Демон. — Что... мне было... делать?

— Так я и сейчас от тебя не отстану! Понял?! Я никогда от тебя не отстану!

Лицо Мортэма изумлённо вытянулось. Мёртвый холод последний раз мигнул в его глазах и погас.

«Она... никогда не отстанет от меня... Означает ли это, что она...» — густо покраснев под пристальным взглядом чёрных глаз, Джена растерянно потупилась. — Пожалуйста, — со всей мягкостью, на которую был способен, попросил Мортэм, — посмотри на меня.

Осторожно подняв голову, заключённая нервно вздохнула и сильнее сжала в кулаке ткань рубашки. Она обратилась в труху.

— П-прости... — пробубнила Джена, опуская руку.

Ловко поймав пальцы заключённой, Мортэм крепко переплёл их со своими. Жалостливо всхлипнув, она вздрогнула и обессиленно поползла вниз.

— Ты едва стоишь на ногах. Как ты можешь предлагать мне свою кровь? — ехидно спросил вампир, оперативно обнимая её за талию и прижимая к себе.

— А ты? — тряхнув головой, чтобы вернуть мыслям трезвость, раздражённо бросила заключённая. — Как ты можешь постоянно отказываться? Ты же вампир!

— Это ставит на мне клеймо кровопийцы? — изогнул бровь Мортэм. — Я уже говорил тебе, Джена. Ты не моя еда.

— Как ты собираешься выживать, чёрт тебя дери?! Ты вампир. Ты должен пить кровь!

— Но не твою! — отчаянно воскликнул Мортэм. — Чью угодно, но только не твою!

— Да что со мной не так?! Я смертельно больна, что ли?! — обида исказила лицо Джены. Она зло скрипнула зубами.

— Больна ты или не больна не имеет для меня никакого значения! Я не хочу пить твою кровь, потому что люблю тебя!

Оторопело замолчав, заключённая рассеянно хлопнула глазами. Попыталась что-то сказать, но так и не смогла выдавить из себя ни слова. Смирившись, опустила голову и обречённо стукнулась лбом о широкую грудь вампира.

— Джена? — растерянно позвал Мортэм, ощущая, как внутри разливается холод.

— Отпусти меня, а? — равнодушно попросила она. — Мне нехорошо.

— Почему?! — надрывно крикнул Демон, в исступлении прошибая кулаком стену. — Почему ты так хочешь, чтобы я выпил твоей крови?! Почему это так важно для тебя?! Люди не пьют кровь друг у друга и счастли...

— Да ни хрена они не счастливы! — рявкнула Джена. — Ты... — набрав в лёгкие побольше воздуха, она осеклась и бесстрашно толкнув вампира в плечи, выпрямилась. — Хочешь знать, почему?! Так я тебе скажу! Всё на тебя вывалю, чтобы ты, прихвостень Деда Мороза, больше не задавал мне таких дебильных вопросов! Потому что я тоже тебя люблю и хочу тебе помочь! Ты без счёта раз спасал мне жизнь! Могу я хоть один раз отплатить тебе за это?! И ещё! — видя, что он собирается что-то сказать, опередила заключённая. — Если ты не заметил, то я, с удовольствием открою тебе глаза! Ты вообще-то не человек!

Сдавленный хохот раздался из-за двери. За ним последовали звук крепкого подзатыльника и гробовое молчание.

— Сволочи! — вспылила Джена, на пятках разворачиваясь.

— Ш-ш-ш... — проворно обнял её за талию Мортэм. — Их много, а ты одна. Всех всё равно не перебьёшь, — он телепортировался в самое тихое место, которое знал.

Глава десятая

— А здесь... тепло... — удивлённо проговорила Джена. Злоба в её груди погасла. Завороженно рассматривая зимнюю красоту Республики Чёрной Ночи с крутого склона горы, она забыла обо всём.

— Моя сила не успела сюда дотянуться, — Мортэм нежно и с наслаждением коснулся губами её шеи. С восторгом ощутил рваную пульсацию артерии. — Ты не представляешь, сколько раз я сдерживал себя, чтобы... не попробовать... Я полюбил тебя не сразу. Это пришло потом, когда я понял, что ты не хладнокровная убийца, а обыкновенная девушка, которая пытается сделать этот мир немного лучше. Когда ты рассказала о том, какими представляются тебе вампиры, я... — рвано выдохнув, Демон сильнее прижал её к себе, — представил себя на твоём месте... И решил, что покажу тебе другую сторону вампиров, жрецов высших и низших звеньев, которые отступились от своей природы, инстинктов и, пожертвовали главным боевым кланом, чтобы объединиться с людьми. Об этом меня попросил Бельфегор. Он знал, что никто, кроме меня, не способен на это...

— Мортэм... — ошарашенно прикрыв ладонью рот, выдохнула заключённая.

— Я... не жалею о том, что сделал... — тихо проговорил вампир, — но... сейчас я начинаю думать, что был и другой путь. Ты... знала, что я могу убить тебя. Я просто не поверю, если ты скажешь, что Марта или Рамна не предостерегали тебя. Но ты всё равно... пришла. Даже зная, что я... чудовище, кошмарный монстр, пьющий кровь и замораживающий всё вокруг на сотни метров. Чёрт возьми, Джена, ты едва не плакала, когда я отказался пить твою кровь... — дёрнувшись, Мортэм рассмеялся, но с болью и отчаянием. — Ты... одна во всей Вселенной смогла... вернуть мне... то, что я так давно потерял... Я не знаю, как благодарить тебя за это... Не знаю, чем я тебя заслужил... Что я такого сделал, чтобы...

— Хватило протянутой руки, — криво улыбнулась Джена сквозь слёзы. — Когда все отвернулись от меня, ты... один остался. С какого-то непонятного перепуга, незнакомый упырь компостировал мне мозги, вытаскивая из пучины безумия и одиночества... Да ты стал для меня лучиком света в непроглядной тьме... Только благодаря тебе я смогла пережить то, что натворила. Научилась... мириться с этим. А ещё этот проклятый Господин... Я никогда бы не стала такой, если бы не он.

— И мы бы, наверное, никогда не встретились, — уголки губ Мортэма поползли вниз.

— Откуда ты знаешь? Оторвой-то я не перестала бы быть. А, значит, без тюрьмы дело бы не обошлось.

Тихо засмеявшись, вампир нежно провёл носом по её шее. До предела наполнил лёгкие головокружительным ароматом. Легко, но жадно поцеловал.

— Упрямец. Так и будешь себя дразнить? — хрипло спросила заключённая.

— Это ещё я упрямец, — беззлобно пожурил Мортэм. — Видимо, ты и правда не отстанешь.

— Ну, наконец-то, — Джена с готовностью убрала волосы, чтобы не мешали, и податливо наклонила голову.

— Мне же... крышу снесёт... — дрогнувшим голосом, прошептал вампир, с нажимом проводя шершавым языком по бархатной коже.

Нетерпеливо выдохнув, Джена возбуждённо закусила губу. Ощутив вязкий запах эстрадиола, Демон обречённо застонал. Раскалённый свинец маревом вспыхнул в нижней части живота. Неуловимо поведя бёдрами вперёд, он легко надавил Джене на живот, чтобы она была ещё ближе. Своим обжигающим жаром растопила его ледяную сущность. Превратила в хлопья пепла, чтобы потом воскресить.

Мягко надавив на кожу клыками, вампир погрузил их в вену и, едва соображая, сделал надрывный глоток.

Невыносимой температуры магма обволокла горло, глотку, пищевод, крепким алкоголем достигла желудка и взорвалась мириадами сверкающих искр. Лишившись себя самого, Мортэм навсегда утонул в бесконечном огне, которому отдался без остатка.

В ужасе распахнув голубые склеры, он начал судорожно гадать, сколько времени пробыл в беспамятстве. Твёрдо шагнул назад, собираясь отстраниться.

— Ты только один глоток сделал! — возмущённо хрипя от возбуждения, пробурчала заключённая, с невиданной силой и скоростью, ловя его предплечья. — Этого слишком мало.

«Мне всегда будет мало...» — сокрушённо подумал Демон, осознавая, что ещё один глоток и самоконтроль улетит воздушным шаром в небо. — «Если мне повезёт и я не выпью её здесь до дна, то... займусь с ней любовью. Вершина горы... совсем не подходящее место для этого...» — осторожно вытащив клыки, он ещё раз провёл языком по вене, слегка подмораживая её. — Остановись... — жарко прошептал он. — У нас всё будет впереди, обещаю. Я позабочусь о том, чтобы ты была счастлива. Чтобы улыбалась и смеялась каждый день, но мне нужно восстановиться. Я сейчас... не в том состоянии, чтобы... долго сражаться с самим собой... Я не хочу сделать тебе больно или причинить боль. Отпусти меня...

— Я... смертная, — горько выпалила Джена, неохотно разжимая задеревеневшие пальцы. — Я не хочу... не хочу... — закрыв лицо руками, она глотала слёзы.

— Я вампир из клана Демонов, Джена, — из последних сил, сдерживая приступ хохота, просипел Мортэм, — после первой близости моя сила стократно умножится и её половина станет твоей. В буквальном смысле, ты не станешь вампиром, но и человеком ты больше не будешь. В твоём распоряжении будут все мои способности, моё бессмертие и... моя боль...

— Напугал кита морем, — прыснула в ладони Джена. Развернувшись, она робко заглянула в горящие голубые склеры. — Если ты будешь со мной, я заберу у тебя всю боль и вдохновенно закопаю её под яблоней!

Хлопнув себя ладонью по лицу, Мортэм не смог с собой совладать, истошно расхохотался и упал на колени. Он был невероятно счастлив и не знал, куда себя девать. Джена стала его разящим лучом раскалённого света в царстве вечного мрака и холода. Новой страницей в жизни, которая давно сгорела до тла и обещала стать кошмарным воспоминанием, пробуждающим каждой ночью и не дающим покоя днём.

— Вернёмся к этим несчастным придурками без личной жизни? — смешливо спросила Джена, любовно приобнимая его за плечи.

— Не смейся над этим. Это...

— И без тебя знаю... — смутившись, пробубнила заключённая, — но они заслужили это сегодня. Нечего было ржать в голос!

Накрыв её губы своими, он с нетерпеливой дрожью во всём теле, коснулся шершавого языка. Нежно накрыл ладонью затылок, с наслаждением запустил в шелковистость волос пальцы. С возбуждённой истомой отстранился. Его голубые склеры горели мёртвым холодом, который перемешивался с теплом.

— Я люблю тебя, — обезоруживающе признался Мортэм.

— Я тоже... люблю тебя, — пылко прошептала Джена.

— Готова? — поднявшись и увлекая за собой заключённую, спросил вампир.

— Готова.

— ...усно... — надкусанный батончик, на этикетке которого большими разноцветными буквами было написано «Гематоген», вывалился из рук Марты и с глухим стуком упал на стол. — Джена!

— Кажется, вы решили все разногласия, — добродушно улыбнулся Сарда.

— Очень советую тебе замолчать, — губы Мортэма дрогнули и сложились в улыбку. — Она в бешенстве.

— Это всё он, — безбожно кивая в сторону Сарды, поднял руки Гор. — Я здесь ни при чём. Мне уже хватило, и разбитого стекла, приставленного к шее, и горящих адским огнём тигриных глаз. Пожалуйста, не трогай меня, Джена. Я тебя боюсь.

Заключённая громко и... злобно расхохоталась, вызывая беспокойство на лице Мортэма и праведный ужас на лицах друзей.

— М-может, пойдёшь спать? — не зная, как унять нервный тик на глазу, предложил Сарда, пятясь назад. Он взаправду испугался.

— Зло никогда не спит, — давясь собственным хохотом, просипела Джена.

— У неё же истерика! — поняла Марта, подрываясь и подходя к подруге. Мягко обняв за плечи, она посадила заключённую на стул и начала успокаивающе гладить по голове. Через пару минут Джена и правда успокоилась. Глубоко вдохнула, выдохнула, обессиленно закрыла глаза.

— Я ужасно хочу есть, — немного погодя, призналась она.

— Держи, — Гор протянул ей батончик альбумина. — Это отлично утолит голод.

Изумлённо воззрившись на угощение, Джена приняла его, порвала этикетку и осторожно откусила. Прожевав и проглотив, она ошарашенно уставилась на Гора.

— Сладкое. Нам же нельзя сладкое.

— Чушь какая, — фыркнул Гор. — В умеренных количествах сладкое полезно. Тем более, это не конфета. Это, можно сказать, лекарство. Оно восстановит твой гемоглобин до нормального уровня. Конечно, придётся около недели каждый день есть по альбумину...

— Это можно есть каждый день?! Да ты шутишь! Я готова всю жизнь только этим и питаться. Ничего вкуснее и слаще в жизни не ела!

— Я тоже, — весело рассмеявшись, кивнула Марта. — Но Гор мне уже объяснил, что это пользы не принесёт. А даже навредит.

— Ну и ладно, — легкомысленно качнула головой Джена. — Мортэм... — она резко сделалась мрачной и подавленной. — Теперь, когда всё закончилось, мне... придётся вернуться в тюрьму?

— О чём ты говоришь? — не понял Мортэм. — Какая, к чёртовой матери, тюрьма?! Ты не убила Дарка.

— Не... убила... — побелев, повторила Джена. — Мортэм, ты что-то путаешь. Я... пробила ему голову арматурой...

— Да, — с неожиданной лёгкостью согласился Демон, — ты пробила ему голову арматурой. Но Дарк вампир, жрец низшего звена. В нём нет первородства, но оно никак не влияет на бессмертие. Он истёк кровью, впал в летаргический сон. Возможно, со стороны, это и было похоже на смерть. Но Дарк не умер. Ты не убийца, Джена.

— Я... никого не убила? — едва веря собственным словам, переспросила Джена. — Я никого не убила! Я... не охотник на вампиров...

Сдавленно застонав, Гор со стуком опустил голову на стол и расхохотался. Он хохотал, как сумасшедший. До слёз. До трясущихся рук и беззвучной икоты. Он едва сумел остановиться и, порывисто встав, вышел из кухни.

— Ты порождение ада! — крикнул он, выходя на улицу и хлопая дверью.

— Кажется, у него тоже сдали нервы, — обеспокоенно сказал Сарда. — Джена, если мы вампиры, это не даёт тебе никакого права пугать, травить, издеваться или насмехаться над нами. Мы не бесчувственные куски бетона или льда. Нам, представь себе, тоже бывает больно или обидно. Смотри, до чего ты довела Гора. На моей памяти, он первый раз так истерично ржал...

Отвернувшись, Рамна, насколько мог тихо, прыснул в кулак. Он едва сдерживал себя, чтобы тоже истерично не заржать. Мортэм нахмурился и покачал головой, хотя и в его тёмных глазах блестели смешливые искорки. Марта спаслась тем, что схватила недоеденный альбумин и, избавив его от обёртки, целиком засунула в рот.

— Какого чёрта у вас здесь происходит? — вбежав на кухню, с готовностью к драке или чему-то подобному, спросил Вивер. — М-мортэм!

— Привет, Вивер. Смотрю, ты освоился с новой силой.

— Да ни хрена я не освоился! Эта штука сжирает всю мою энергию и меня самого! — с жаром поделился Демон.

— Я научу тебя контролю, — серьёзно кивнул Мортэм. — И всех, кого обратил. Я несу за вас ответственность.

— Это здорово, — расслабившись, облегчённо сказал Вивер. — А... что с Гором? Я слышал, он ушёл.

— Ему нужно побыть одному, — отчаянно чавкая, пояснила Марта и, покраснев, закрыла рот рукой.

Конвульсивно содрогнувшись, Рамна не справился с собой и расхохотался. Марта взвыла и, закрыв лицо руками, разрыдалась от смеха.

Опешивший Вивер шатнулся назад. Его лицо вытянулось и побелело.

— Ч-чего в этом смешного? — не понял он.

— Знакомься, — кисло махнув рукой в сторону Джены, пояснил Сарда, — несостоявшийся охотник на клыкастых упырей.

— Почему не состоявшийся? — дёрнулся Вивер, припоминая укол боли от лезвия, пропоровшего щёку. — Она бросилась на меня, как ненормальная. Большая удача, что Мортэм меня остановил. Я же... чуть...

Окружающий воздух затрещал от холода. Кривые поросли инея паутиной разошлись на стенах за спиной Вивера.

— Я могу объяснить, — отступая назад и выставляя открытые ладони перед собой, сдавленно проговорил Вивер. — Ты уже выбил из меня всю дурь. Я клянусь, что больше никогда и пальцем её не трону. Я обещаю тебе! — испуганно воскликнул Демон, понимая, что мёртвый холод не спешит отступать.

— Мортэм, пожалуйста, — подбежав к вампиру и обняв его за талию, взмолилась Джена. — Он не сделал мне больно. Я видела его глаза. Он был не в себе. Не трогай его.

— Только ради тебя, — сквозь плотно стиснутые зубы, прорычал Мортэм. Трескотня воздуха затихла. Дорожки инея поблёкли. — Тебя ждут такие страшные тренировки, что ты будешь молить меня о смерти.

Побледнев ещё больше, Вивер слабо кивнул и поспешил покинуть кухню. Мысленно он ругал себя всеми бранными словами за то, что вообще заикнулся на эту тему.