Заложник своего Мира

Глава первая: "Здесь я и живу."

— Мáхину, привет! — раздался голос подростка, вошедшего к старику.

— О, привет, Сива. — прозвучал ответ. — Опять с оплатой?

— Да. Вот, держи. — мальчик положил на стол перед Махину стопку серебряных монет.

— Принял. — старик осмотрел стопку, взвесил их, обнаружил небольшую недоплату. — Присаживайся, поговорим.

Сива вздрогнул, но отказать не мог.

— Ого, давно же мы не говорили. У вас есть что рассказать мне? — мальчик чуть занервничал.

В ответ Махину усмехнулся, соглашаясь со всем.

— Тебе уже шестнадцать лет. Ты уже почти-что взрослый — начал он.

— Просто цифра, ничего особенного. — немного стеснительно ответил Сива.

— Я давно ни с кем не общался, а у тебя день рождения, так что думаю уже можно тебе рассказать. — продолжал старик. — Ты уже знаешь, что я и Ри́чадо спасли тебе жизнь, но я не рассказывал тебе всего.

Облегчение сменила заинтересованность. Всё внимание было на Махину

— Твои отец и мать. Ты их ни разу не видел, но они есть у всех. Только вот твои... — взгляд его приспустился к ногам, а тон стал ниже, будто скорбя. — в том самом походе на двадцать-девятый слой на нефтеперерабатывающий завод, они погибли там. Твой отец в принципе не был готов к этому, он сорвался в злые лапы механических патрульных ещё в начале. После этого твоя мать, беременная тобой, очень грустила. Мы с Ричадо почти-что тащили еë. — Махину сменил тон на более мягкий — Несмотря на это, она была очень сильной, раз решилась в таком состоянии, в те непростые времена для нашей деревни, помочь. Но уже после того, как мы достигли цели и начали подъëм, у твоей матери начались роды. Так и появился на свет ты. Из-за ужасных условий она не выжила, но завещала нам любой ценой спасти тебя и передала кое-что мне. — Махину достал из рабочего стола какой-то аксессуар. — Она ничего не сказала по этому поводу, но я чувствую, что должен отдать его тебе. Извини, что так долго хранил его у себя. — старик подошёл к Сиве и передал ему амулет.

Вид простенький: прозрачный кристалл с синими оттенками в форме квадратной бипирамиды, через вершину которого продета нить. Сива долго разглядывал и после этого надел его себе на шею.

— Пусть он оберегает тебя. — пожелал Махину.

***

Речь "Здесь я и живу"

Так и прошла наша встреча. Я ещё долго ходил и осматривал этот амулет. Однажды даже не вышел на рынок, как обычно, чтобы просто посмотреть на него и поразмышлять: я ведь правда ни разу не видел свою маму, так почему-же этот предмет должен иметь такое значение большое? Ну да ладно, расскажу лучше про нашу деревню, и про себя чуть-чуть:

Наша деревня, Муамэ, находится на десятом слое, а слои тут отсчитываются от поверхности. Это достаточно глубоко. Но почему так, я наверное знаю, бывал я на поверхности. Там ничего особенного нет, лишь тусклый свет откуда-то сверху, наверное одна большая лампа, и серая дымка, которая здесь повсюду; бетонный пол. И, в общем-то, всё. А здесь, под землёй, у нас есть водохранилище и ещё немного работающих старых механизмов, которые нам помогают. Население у нас что-то вроде тысячи человек, мне так Ричадо говорил. Я живу в жилом блоке примерно в центре деревни. Так-же в центре, но чуть севернее от меня, находится рынок. Комнатку в жилом блоке мне кстати дал Махину, но за неë я регулярно плачу. Зарабатываю я тем, что продаю рисованные мной карты слоёв, за деньги провожу людей на нижние слои (без подъëма обратно, хехе), а так-же с продажи того, что сам иногда нахожу в руинах заводов. Некоторые говорят, что я достаточно богат в своём возрасте, но я не знаю, слишком уж много уходит на мою комнатку. Хотя у меня и в правду есть достаточно хороших вещей. Например: моя сумка-почтальонка, много шатрола (очень плотная ткань. Заменяет дорогую бумагу для рисования карт), моя кровать, тоже очень рад, что у меня наконец есть хорошая кровать. Но за исключением сумки я одет скромно: лишь плащ с капюшоном, который закрывает мои руки по запястье, тело, голову и чуть-чуть ноги, до колен, а так же нижнее бельё. Ну и амулет тоже, как украшение. А ещё у меня прямые волосы тëмного цвета, и бледно-жëлтые кольца вокруг моих синих зрачков. Мне говорили, что эти кольца начинают светиться в темноте, но я этого не замечаю. Точно! Ещё будет очень важно упомянуть о моей особенности: я очень чувствителен к окружающей среде. Я чувствую, насколько воздух чистый (относительно), какие элементы витают в воздухе, очень хорошо различаю запахи, а так же я могу дышать абсолютно любым газом! Но если надышусь слишком сильно, то потом в моей слюне будет содержаться это вещество. Однажды, когда я был на химзаводе, где прогнила труба с очень едким веществом, вроде это был хлор, так после этого моя слюна стала кислотой. И когда я сглатываю еë, в моём желудке становилось пусто, будто кислота всё уничтожала. Но я знаю, что особенности есть не только у меня. Они есть у некоторых людей. У Махину, знаю, есть тоже. Он может касанием замедлять или ускорять механизмы. Иногда это бывает полезно, наверное. И ещё, самое важное! Я мечтаю добраться до самого низа, ведь все говорят, что там находится бесконечный мега-завод по производству механических патрульных, и я хочу сам проверить! У кого я ни спрашивал, никто не добирался дальше тридцать-восьмого слоя. Я тоже. Я был на этом слое, но дальше нет никаких проходов вниз, и пол там такой, что даже моя кислота не берёт. Вот такой мой мир. Здесь я и живу.

Глава вторая: Тарон

Сива сидел на коленях устены где-то в окраинах рынка и перебирал весь свой шатрол с нарисованными картами, когда весь свет, падающий на него, перекрыла очень большая фигура. Незнакомец присел на корточки, чтобы быть лицами на одном уровне с мальчиком.

— Хм, значит ты Сива? — низким тоном произнёс незнакомец. — Меня зовут Тарон. Приятно познакомиться.

По внешнему виду Тарон был очень узнаваем: глаза разных цветов, правый коричневый, левый — серый, два шрама на лице, один проходящий через серый глаз, другой — по левой щеке, за спиной был громоздкий рюкзак, справа на поясе тяжёлый гаечный ключ с приваренным лезвием тесака, а на левой, в кобуре, самодельный арматурный пистолет.

— Значит, ты у нас проводник? До тридцать-восьмого слоя добирался? — начал интересоваться Тарон.

— Здравствуйте. Так это вы, искатель Тарон. — Сива не испугался, лишь немного удивился. — О вас частенько говорят везде. Да, я проводник, и я добирался до тридцать восьмого слоя. Вас нужно провести куда-то?

— Ха, ещё бы. В самый низ. — звучал хриплый голос здоровяка.

Тарон поднялся на ноги и кинул к ногам мальчика мешочек с монетами. Сива удивлённо посмотрел на него, но ничего не сказал, так-же и наш искатель, ничего не сказал на удивлённые глаза мальчика, лишь повелевал:"Выходим в путь завтра утром в 6 часов. Встречаемся у северной рубки управления."

***

Уже у себя в комнатке, Сива начал собираться к спуску. Он положил в свою сумку купленные по дороге сюда сушёные грибы, немного бинтов, а также стеклянные баночки со своей кислотой, которую собирал раньше. Большего в походе не требовалось — так он брал всегда, часто даже ещё меньше, и всегда хватало. Так-же важно было позаботиться об одежде, ведь плащ Сивы был изорван. Помня о том холоде на нижних слоях, мальчик так-же пришил изнутри на свою одежду теплостойкие пластины и, конечно же, залатал все дыры. После полного приготовления он отправился спать. На утро, на назначенном месте, его уже ждал Тарон. Окружающая обстановка северной части деревни всегда вызывала у мальчика неприятные эмоции: много бездомных живут здесь, сырость, да даже грязь здесь плотнее, чем обычно. Здешняя рубка управления не выделялась среди локаций севера, но была в ней одна особенность, ведь именно отсюда Сива совершал все самые глубокие походы, именно здесь находится самый "безопасный" и короткий путь из всех. Такое предусмотрительство со стороны своего клиента Сива счёл за большой личный опыт в погружениях Тарона. "За мной." — сказал Сива как это привычно проводнику, вышел вперёд и направился в самый низ...

Пока мальчик вёл Тарона всё глубже, он захотел поинтересоваться:

— Можно задать вам вопрос? — вежливо и чуть застенчиво спросил Сива, мельком взглянув на его лицо.

— На ты. — прозвучал грубый ответ.

— А... а, да. Можно задать тебе вопрос? — не сразу понял он, что Тарон имеет ввиду.

— Можно. Только не лезь в слишком личное.

— А зачем ва... тебе в самый низ? — тут-же Сива осознал, что этот вопрос можно счесть за личный, но лишь чуть стыдливо поправил капюшон своего плаща.

— У меня там личные дела.

— Просто обычно запросы дают чётко: на пятнадцатый, в такой-то цех, или, в ваш... твоём случае на тридцать-восьмой. Звучит так, будто ты стремишься попасть дальше этого слоя.

— Да, верно. Я собираюсь ниже. Хочешь со мной? я знаю путь ещё ниже, возможно, до самого пятидесятого. — голос Тарона стал помягче.

— Правда? конечно! — приятно удивился и воодушевился мальчик.

— Вот и славно. — Тарон едва заметно улыбнулся.

На лице Сивы сияла яркая улыбка, которую почувствовал Тарон. В том числе по походке. Но имея такую возможность, он спросил:

— Почему ты всегда ходишь на носочках?

— А, да это моя собственная техника ходьбы. — начал гордо мальчик. — Так получается ходить гораздо тише, а ещё так моя голова больше стабилизирована на покачивание, и ещё в уши не отдаёт неприятный толчок, как при обычной ходьбе.

— Вот оно как. Хорошо придумано. — Тарон оценил эту технику.

Сейчас их путь лежал по большому тоннелю, что шёл по гигантской трубе от угольной электростанции. Лестница из жёсткой металлической сетки, освещаемая лишь аварийными лампами красного цвета, закручиваясь, вела всё ниже и ниже. Так, по ней уже был преодолён пятнадцатый слой. Пять уже позади. Но Сива знал, что долго так спускаться они не могут, ведь на девятнадцатом лестница резко обрывается. Мальчик предполагает, что там был какой-то взрыв, судя по странным текстурам возле обрыва: равные куски металла и раскрошенные каменные кирпичи валялись возле. Так, пройдя ещё три слоя по комфортной лестнице, наши герои были вынуждены выйти именно там, на восемнадцатом слое. Открыв дверь с надписью "не входить", они увидели будто совсем другой характер инфраструктуры. Сива уже давно заметил, что техника строения и организации заводов здесь очень сильно разнится между регионами. Важно так-же отметить, что заводы здесь часто продлены не в горизонтальной плоскости, а в вертикальной, то есть чаще заводы занимают площадь поменьше в три-четыре слоя, чем просто большую площадь на одном слое. Характер здешних окрестностей был более холодным, в отличие от территорий деревни. Хоть гул работающих механизмов всё ешё имел место быть, но сломанные повсюду строения, пробитые стены и пол отличали это место. Дыры в полу были особенно опасны, ведь каждый слой в высоту не менее десяти метров. Но кроме этого опасностей здесь хватает, поверьте.

— Помню здесь тоже была деревня. — чуть грустно начал Сива.

— Кирипо?

— Да, она самая. Но после того как одновременно в ней погасла одна единственная лампа, освещающая всё Кирипо, и появилась утечка углекислого газа, место стало непригодным для жизни. Помню как я вытаскивал оттуда ценные вещички. — с небольшой неприязнью вспомнил Сива.

— Как вытаскивал? Разве этот газ уже не опасен? — тут-же возразил Тарон.

— А, да, опасен, но не для меня.

— Почему это? — чуть наигранно удивился он.

— Это моя особенность. Могу дышать любыми газами и потом синтезировать их после этого в виде раствора в своей слюне. А у тебя есть особенность? — поинтересовался мальчик.

— У меня есть. — неохотно начал Тарон. — Когда я касаюсь любой поверхности, я могу чувствовать любые взаимодействия где-то до тридцати метров. Могу услышать, например, как что-то ритмично бьëт в пол, при этом каждый раз перемещается. Я сразу пойму, что это чьи-то шаги.

— Ого! Звучит очень интересно. А за касание считается то, что ты стоишь на полу?

— К сожалению нет. Только если у меня не босые ноги.

Так наш герои продолжили спуск.

Глава третья: ярко-чëрная трава.

Проходя между заводами по просторным дорогам можно наткнуться на некоторые неприятности. Например, механические патрульные, или просто мехи. Это умные роботы странной формы, часто с телом, почти полностью как человеческое, и странными руками в виде щупалец, на конце которых могут быть как клешни для хватания, так и лезвия, когти и подобия копья для поражения цели. У особо опасных может быть огнестрел.

— Всë чисто. — Сказал Тарон, убирая руку с железной стены.

Сива принял информацию, и с ней они выдвинулись дальше. Разрушенная деревня была достаточно далеко, чтобы оба могли пройти безопасно. Спустившись по некогда бывшей общественной лестнице, команда обнаружила следующий регион, который отличается одной особенностью: серая, немного светящаяся невысокая трава покрывает весь пол. По разговорам с Махину Сива знал, что эта трава — плесень. К тому же плесень безопасная, но не съедобная. Мягкая. Одно из немногих "растений", что смогло адаптироваться, так-же, как, например, соловолные дрожжи, яблоки Сэма, критические водоросли и сахарный мох. Многие живущие в деревне знали об этих растениях, так как они важны для выживания и производства: соловодные дрожжи — плавающие в солёной воде прозрачные пузыри диаметром примерно пять сантиметров, внутри которых вода менее солёная и идеальная для размножения лечебных бактерий; яблоки Сэма — грибы, растущие на собственных "лианах" под потолком, на вкус как обычные грибы (очень хорошая еда здесь), по плотности напоминают мякоть яблока, поэтому так называются; критические водоросли — очень жесткие и прочные на все виды деформации водоросли, растущие почти во всех водоëмах, чьи волокна используются для плетения шатрола; сахарный мох — растёт на стенах в сырых помещениях, из него получают сахар, очень вкусный. Ну и, конечно же, светло-чёрная трава: растёт на полу в сырых и холодных пространствах, но если рядом будет идти человек, то трава начнёт светиться. Это объясняется фотолюминисценцией и поглощением травой инфракрасного излучения от всякого нагретого тела. Если в холодном помещении или пространстве температура стабильна и вдруг резко появляется любой тёплый объект, свечение мягким серым цветом — способ защиты от перегрева. Названа она чёрной потому, что пока она не светится, она полностью чёрная.

Продвигаясь по заводам и между цехами по люминесцентной серой траве, наши герои добираются до первого интересного места — водоочистная станция. Они проходили лишь по верхнему цеху завода, ведь из-за трещины в резервуаре вода заполнила всë здесь, кроме самой верхней части. Вода здесь была мутная, но тем не менее в ней можно было разглядеть поднимающиеся с мрачного дна мощные листы критических водорослей. Проходя над резервуарами по стальному мостику, Сива накинул капюшон и приподнял голову параллельно горизонту.

— Боишься? — спросил Тарон.

— Ненавижу. — прозвучал чуть жалостный ответ. На секунду повисла неловкая тишина. — Ненавижу глубину. Каждый раз как смотрю туда, в бездну, ощущение, что там что-то кроется, что все острые края заражены токсином, а детали механизмов могут начать работать, когда я подплыву, или быть под напряжением... Жуть — Сива поëжился от своих мыслей. Руками он потëр своë телу чтобы разогнать мурашки.

Пока мальчик рассказывал про свой страх, Тарон лишь зевал и вдумчиво рассматривал стены вокруг. Через некоторое время, когда команда уже вышла с водоочистного завода, Сива начал разговор:

— А куда уже ты добирался? Глубоко?

— Ну, до тридцать-пятого.

— Ого, а каким путём шёл?

— Ха, не поверишь. Через водосток на тридцать третьем.

— Водосток?! — неприятно удивился Сива. Дело в том, что с тридцать четвёртого на тридцать пятый не так много проходов, и проход через водосток Сива считал самым опасным из всех. — Почему?

— Думаешь, есть другой способ? Вообще, ты ещё мелкий, вот и можешь пролезть туда, куда я не могу.

— А ведь и в правду... — задумался Сива.— Но я больше ни ногой к водостоку!

— Как знаешь. Тогда найдём другой путь.

Мальчик облегчëнно выдохнул. К тому же, он как раз знал проход получше, где смогут пройти оба. Когда они вышли в межзаводье их ноги вновь ступили на светло-чёрную траву, которая своим свечением приятно ласкала глаз, обводя ступни героев молочным контуром. Водоочистная станция была пройдена, а в голове Сивы уже был дальнейший план похода: по окольным путям спуститься на двадцатый слой, оттуда через реакторы синтеза дрера до двадцать третьего, а дальше до двадцать пятого будет легко. Но вдруг мальчик ощутил прохладу.

— Тебе не холодно? — спросил Сива.

— Мне вообще нет. Чего спрашиваешь? — ответил Тарон.

— Я уже чувствую прохладу. Но за меня не волнуйся, у меня всё хорошо, вроде.

— Это хорошо что хорошо.

Глава четвëртая: Очень странная фауна.

Пространство вокруг всё ещё было усеяно светло-чëрной травой, обводящей чуть светлый контур вокруг наших героев на их пути вниз. Вскоре им предстояло спуститься по аварийной лестнице на слой ниже, на девятнадцатый. Проходя мимо самых разных гигантских строений, Сива то и дело окидывал взглядом старые механизмы, уже давно прогнившие из-за здешней сырости. Но было у него и чувство, что всё здесь ржавеет уж слишком быстро, ведь всё никак не удавалось мальчику вспомнить уже нахоженные места по мелким деталям, не считая крупный план. Казалось, что ещё в прошлый раз здесь был под потолком один мостик железный, но вот он уже валяется на нерабочем конвейере, и лишь железные штыри, служившие креплением для моста, торчат из потолка. Зайдя в резиденцию одного из заводов, Тарон по табличкам нашёл путь вниз, который перекрывал люк. Открыть его не составило труда, так как замок уже почти превратился в труху из-за ржавчины. Под Люком находилась длинная лестница, ведущая в тот же завод, но на его нижнюю часть. Быстро спустившись по этой опасной лестнице, если быть точнее, по скобам, торчащим из стены, Тарон и Сива оказались на девятнадцатом слое. Светло-чëрная трава всё так же покрывала пол, но уже гораздо реже. Выйдя в межзаводье через дверь для персонала, Сива направился искать любой другой завод, ведущий ниже, либо же глобальную лестницу вниз (это был запасной вариант, так как до неë было ещё далеко).

— Притормози. Чувствую чьё-то движение рядом. — предупредил Тарон.

Сива остановился прямо на углу поворота и насторожился.

— А ты не чувствуешь, большое оно или нет?

— Небольшое.

Сива высунул голову из-за угла чтобы посмотреть, кто это может быть. Но только мальчик увидел источник своих волнений, как эти самые волнения сразу же развеялись.

— Это же Робокошка! — радостно воскликнул он и побежал навстречу этому "зверьку".

— "Робокошка"? — удивился Тарон.

— Да, Робокошка это животное такое, похожее на мех-патрульных, но оно не нападает на нас! — Сива поднял робокошку на руки.

— Ты придумал этому такое имя?

— Нет, у него на левом боку написано!

Никто в этом мире не знал, что такое кошка, так что Сива воспринял название этого робота за его личное имя. К тому же, он обращается к кошке в мужском роде в том числе потому, что не знает, в чем различие между котом и кошкой (он ни разу не встречал "робокотов", только "робокошек"). Но Сиве было всё равно, ведь робокошка очень милая, может мурчать, размахивать хвостиком и мяукать. Он начал гладить это милое создание. Питаются эти роботы мягкими металлами вроде свинца, олова и золота (особенно золота, но оно — деликатес). Эти роботы так-же создают свои домики в самых разных местах и таскают туда как свою еду, так и тот металл, что они не смогли пережевать. Робокошка спрыгнула с рук мальчика и направилась в мусорный бак неподалёку. Там и находился еë домик, в который она успела стащить много всякого. Сива пошёл проверить что у неë в домике на этот раз, и был удивлён.

— Ого, на этот раз куда больше, чем в прошлые разы!

Робокошка вышла вновь и мальчик снова взял еë на руки, чтобы погладить. Подошёл и Тарон, чтобы посмотреть, что у неë в домике, но робокошка вдруг зашипела и начала вырываться из рук, в процессе поранив своими когтями Сиву. Как только она оказалась возле своего домика, она выгнула спину и зашипела ещё сильнее, периодично делая небольшие выпады, чтобы отпугнуть Тарона, после чего возвращалась на место и повторяла. Сива был шокирован, ведь он впервые видео такую реакцию робокошки. Даже когда он проводил своих клиентов и встречал робокошку, на других людей она не шипела, просто сторонилась и осуждающе смотрела на них, когда те гладили еë. Раны были серьёзными. Проигнорировать их сейчас означало большие проблемы в будущем. Кровотечения были серьёзными: на кистях рук, пальцах, а также по всей длине рук и левом плече. Робокошка своими стальными когтями, будто скальпелем, ранила мальчика через плащ. Ощущение было, что плащ не рвали, а резали ножницами. Сива быстро осмотрел руки, заметил кровь, потрогал рану на лице и некоторое время думал, что же делать. Пока мальчик разбирался с ранениями, Тарон, когда робокошка попыталась царапнуть его, просто раздавил еë. Сразу от еë тела полетели искорки и капли непонятной жидкости, а сама она уже перестала двигаться. Еë механические глаза застыли, смотря то-ли на стену, то-ли сквозь неë. Тут же Сива возразил:

— За что?!

— Ты же говорил, что они не нападают на нас. На себя посмотри, она тебя изранила везде где только можно.

— Она просто защищалась! Ты мог просто оставить еë в покое!

— Но она ведь изранила тебя. Чтобы такое не повторилось, я устранил источник.

— А других способов не было?! — Сива был немного зол.

— Да не бесись ты так. Лучше раны залатай и пойдем дальше.

Дальше мальчик не стал возражать, но всё же для него это выглядело слишком жестоко. Он достал из сумки бинт, перемотал им там, где была кровь, кроме лица, и они пошли дальше. Рану на щеке было невозможно перемотать эффективно, так что было принято решение просто остановить кровотечение, прикладывая бинты. Весь следующий путь до двадцатого слоя они провели в полной тишине. Дальше их путь лежал по реактору синтеза дрера. Регион сменился, а вместе с ним и окружение. Теперь на полу не было травы, а воздух не был настолько сырой. По мере продвижения к реактору температура лишь росла, и из десяти градусов по Цельсию она превратилась в стабильные двадцать-пять. Идеальная температура. Здесь же они и встретились с ещё одним растением: странносвет, который так-же как и трава в прошлом регионе светился, но на этот раз даже без человека рядом. Из себя оно представляет маленькие разделённые друг от друга шарики с плотным жёлтым ядром и мягкой, упругой, тонкой светящейся оболочкой. В диаметре они где-то два сантиметра. Их очень удобно использовать как осветители: набрал в карман парочку, а дальше идёшь и кидаешь их, куда надо. Так-же отскакивают от поверхностей как попрыгунчики, но если кинуть слишком сильно — могут раздавиться, а ещё могут отвлечь мех-патрульного. Но есть одно условие: странносвет должен находиться в окрестностях реактора синтеза дрера. Продолжая путь с помощью способностей Сивы команда быстро прибыла к реактору.

Глава пятая: Дрер и странности.

Если спросить у любого жителя Муамэ, что такое дрер, то вам никто не ответит правильно, но наверняка скажет, что слышал об этом материале. Никто точно не помнит откуда и в каком контексте. Может, это было удобрение для почвы или воды, может это прикормка для водорослей или какая-то разновидность наждачной бумаги, а может вообще это название волокон критических водорослей, из которых делают шатрол. Но, в прочем, никто из них даже не видел его, как и Сива. Но это было и не нужно. Таинственностью этого материала никто не интересовался, ведь это было незачем. Одно можно сказать точно: он связан с мистическим видом энергии в этом мире.

***

Как только герои ступили в окрестности реактора синтеза дрера, окружение сразу переменилось в лучшую сторону: странносвет пропал со стен, пол стал чище, лампы светили ярче, а сломанные механизмы больше не попадались на глаза. Всё выглядело так, будто этот завод возвели лишь недавно. Уже на подходе к нему герои встретили широкую дорогу, судя по всему для логистических целей, по которой они прошли в главный зал предприятия. Хотя на поверхностях всё равно оставался гигантский слой пыли и иногда грязи, окружение казалось целым. В главном зале их встретила большая вывеска с голограммой и непонятными им закарючками (буквы, которые образовывали текст). Впрочем, они даже не понимали, что такое голограмма, но это не важно. По праздной лестнице Сива и Тарон прошли вглубь предприятия. Сразу за остеклением в гостевой комнате они заметили больших размеров шар, метров двадцать в диаметре, который держался на идущих из стен колоннах. Всë это было выполнено из металла, который было не разобрать из-за пыли и грязи, но одно можно было сказать точно, глядя на этот шар — он работает. Само помещение с ним занимало четыре слоя, и этот гигантизм сложно было не заметить. Небольшие вставки стекла на реакторе ясно давали понять, что процессы в нëм идут на полном ходу, ведь из них был виден очень яркий синий, близкий к голубому, свет. Войдя в эту остеклённую комнату оба почувствовали, будто их тело начинает разогреваться. Вероятно, во всём был виноват этот синий свет. Но медлить наши герои не стали — реактор был им не так интересен, но дорога вниз звала всё больше. Сива и Тарон прошли гостевую, прошли по узким коридорам, явно предназначенные только для персонала, что можно было понять по всевозможным механизмам на стенах: тут и там раскиданы электрощитки с торчащими проводами, просто гигантских размеров провода, тянущиеся вдоль всей стены, которые то и дело уходят вглубь неë либо с помощью странных устройств присоединяются к электрощиткам; также на стенах изредка попадались мониторы, которые, конечно, давно уже ничего не показывают. Некоторые из них уже валялись на полу, ведь кто знает, что придёт в голову человеку, прогуливающемуся здесь. В прочем всё остальное не было тронуто, оно и ясно почему: проходя по этим коридорам сложно было не заметить, как твоё тело будто начинает закипать изнутри. Нет, это не была монструозная температура в помещении, это было именно что ощущение разогревания изнутри. Сива и Тарон спешили как могли пройти это место, ведь проблем им не хотелось. Пройдя так же всевозможные офисы, комнаты управления с мониторами контроля реактора, комнаты отдыха и служебные помещения, герои оказались ровно по другую сторону от реактора, но теперь снизу, а не сверху. Наблюдая через маленькое окошко в двери, ведущей в комнату реактора, казалось, что сама сфера будто стала больше в несколько раз. Это происходило из-за ракурса — снизу всё кажется больше. Зная, что помещение это занимает четыре слоя, несложно было догадаться, что сейчас герои были уже на двадцать четвëртом. Далее, нижние три слоя, были заняты служебными помещениями для обслуживания реактора. По ним было крайне легко найти путь вниз, ведь сама структура завода была очень логичной, а логичность требовалась для эффективного обслуживания реактора. Но уже ближе к выходу из этого завода Сива почувствовал странности: живот стал чуть-чуть урчать, но не из-за голода, всё вокруг стало будто светлее, а стены и пол рядом с ним будто были живыми, ведь он чувствовал их присутствие. Сразу за этим он заметил странную напряжённость в поведении Тарона без видимой на то причины, о чём он его и спросил. В ответ Тарон совершил резкий рывок рукой в сторону мальчика, чем случайно ударил его по лицу, и следующим же жестом показал "тихо" (Приставил палец к его губам), а затем и сказал чуть воскликнув:"замолчи". От такого Сивы был в немалом шоке и от него последовал логичный вопрос:

— Ты что делаешь?! — сказал Сива и отпрянул от руки Тарона, показывая, что это было слишком.

— Тихо ты! Нормально всё со мной, не мешай. — грубо прозвучал ответ.

— Можно было бы и не бить.

На последнее Тарон даже не удосужился как ответить, так и извиниться. С таким настроением они и вышли из реактора синтеза дрера. Но здесь же Сива и понял, что урчание в животе всë-же было из-за голода. Не говоря своему сокоманднику о нужде в остановке, мальчик на ходу из своей сумки достал свёрток с сушёными грибами, открыл и начал есть. Хотя он и знал, что это не лучший расход еды (лучше было бы сначала посмотреть, не растёт ли что-нибудь съестное на стенах, например сахарный мох, яблоки Сэма или фенькины грибы), он не хотел тревожить Тарона, хотя, скорее, был обижен. Пройдя ещё один слой ниже того завода, команда увидела, что под ним находится гигантская труба, ведущая ровно вниз. Заметили они трубу ещё вдалеке, но приближаться не рискнули, ведь уже отсюда чувствовалось тепло, исходящее как раз от неë. Переходя с двадцать восьмого на двадцать девятый, Сива увидел на стене рядом сахарный мох, остановился, достал шатрол, аккуратно снял со стены лакомство, завернул в ткань и убрал в сумку.

— Ты где там? — спросил Тарон, оглядываясь назад.

— Иду, иду.

Глава шестая: Голубые воды.

— Ты же не собираешься весь дальнейший путь игнорировать меня? Скоро тридцать восьмой. Мы должны работать сообща. Кто знает, что там будет. — начал Сива.

— Не собираюсь. Как раз ждал, когда ты первый начнёшь говорить. — не поворачиваясь к собеседнику лицом Тарон просто пожал плечами.

Тут резко Сива задумался:"мы вроде изначально были как проводник и клиент, он даже заплатил мне. Во что это вылилось сейчас? Он даже ни разу не предъявил за то, что я не исполняю свои обязанности."

— Ладно... Можно кое-что спросить? — решился спросить мальчик.

— Ну.

— Что с твоим левым глазом?

— Потерял в схватке с мех-патрульным, а потом заменил на бионический.

— Бионический? — сильно удивился Сива. Раньше он не слышал ничего подобного. — А откуда он?

— Это что-то типа обычного биологического, но улучшенный, с электронникой внутри. Я взял его взамен на пять лет работы на металлургическом заводе.

— Интересно... — Сива задумался, ведь он не знал такого места на всех металлургических заводах на его памяти, чтобы там можно было на кого-то работать или чтобы рядом были поселения.

Переходя на тридцатый слой, наши герои ступили в новый регион. Его характерными отличиями были сильная затопленность почти повсеместно и мягкий голубой свет, который излучают здешние водоросли. Здесь Сиве и Тарону пришлось намочить ноги знатно, но оба были готовы. Растений здесь было немало, но увидеть им пришлось лишь одни голубые водоросли (это из-за того, что все остальные растения находятся глубоко под водой). Вокруг всё было так же страшно наблюдать, ведь старые железные огромные механизмы, погруженные в воду, проржавели так, что иногда в вода казалась мутной из-за частичек ржавчины. Стоит ли говорить, что это был самый тяжёлый участок для Сивы? Регулярные звуки капающей воды, эхом отдающиеся в полупустых цехах, влияли на мозг всю дорогу, а запах железа, не отстающий от них даже в самых далёких уголках Голубых вод, потихоньку сводил с ума. Ещё более странным был разве что голубой свет, который пробивался сквозь толщу воды, но напрямую заметить его не было возможным. По-настоящему он был заметен, только отражаясь от железных поверхностей техногенного ада вокруг. Отсвечивая мягким голубым, сложные механизмы вокруг будто оживали, но только в том смысле, что становились ещё более устрашающе холодными и чуждыми. К тому же некоторые бассейны были здесь под воздействием электричества, которые наши герои успешно обходили. Особо сложным для мальчика был один проход на тридцать третьем слое, где нужно в довольно узком коридоре, затопленном для него чуть повыше колен, пройти вдоль десятков маленьких, и не очень, ржавых труб, тянущихся по всем стенам. Была у Сивы некая боязнь именно таких труб — старых, ржавых, идущих непонятно откуда и непонятно куда. Команда регулярно делала остановки в этом регионе с целью обсохнуть. Важно было следить за собственным состоянием, ведь простудиться здесь было крайне опасно. Но вот команда уже проходит водосток на тридцать четвëртом и идёт от него на запад. Находясь там и идя по одной из стен дамбы, взглянув вниз можно было увидеть как тонны воды с четырёх сторон (сейчас наши герои находятся на Южной стене), проходя через десятки отверстий в стене, вырываются в центр водостока будто реактивные джеты, и, закручиваясь в гигантском вихре по центру водостока уходит на нижние слои. Именно поэтому Сива старался туда не смотреть. Для него окружающее можно было описать больше как "ужас". От одной мысли про водосток у него начинала слегка кружиться голова. Окружающий полумрак определённо добавлял атмосферы этой жути. Шум падающей воды, однако, имел успокаивающий эффект, ибо был больше фоном для этого места. Шум этот был ровный и мягкий. Стоит упомянуть, что всю дорогу после реактора синтеза дрера и по ныне Сива шёл вторым, а не как обычно первым. Тарон же, в свою очередь, оглянулся на него и заговорил лишь единожды. Сырость в воздухе этого региона снова напомнила о себе: под бинтами и на левой щеке Сива начал чувствовать лёгкие покалывания. На ходу он развернул повязки и осмотрел раны: начали гноиться. Видимо из-за влажного климата.

— Эй, Тарон. Давай спустимся к воде.

Неожиданно тот остановился и повернулся. Настолько, что Сива чуть не врезался в него (его взгляд всё-ещё был направлен в пол). После этого остановился и мальчик, и поднял взгляд.

— Хм? Раны промыть хочешь что-ли?

— Не, просто отстирать бинты. — он знал, что этой водой не следует промывать раны.

— Хорошо. Как найдём спуск ниже так сразу пойдём туда.

Отойдя от дамбы примерно на полкилометра наконец-то среди разрушенного комплекса нашлась лестница, ведущая к уровню воды. Но здесь пришлось осторожничать: рваные куски металла торчали из стен, пол тут и там покрывали трещины и дыры, сквозь которые, конечно, было трудно провалиться, но повредить ногу — будь здоров; в некоторых местах потолок с верхнего этажа даже свисал до уровня ног наших героев. Но даже так до уровня воды ещё оставалось расстояние. Такое, что мальчик не дотянулся бы.

— Давай сюда бинты.

Сива передал грязные бинты, но подивился решению Тарона, после чего достал чистые остатки и ими плотно перемотал ещё не зажившие раны. В это время Тарон лёг на самый край и, вытянув руки к водной глади, начал ополаскивать бинты. Оба закончили одновременно. Мокрые рванья Сива подвесил на низ своей сумки, чтобы не мочить всё содержимое.

— А теперь идём дальше. — прозвучал голос Тарона.

— Ага.

Пред нашей командой предстал разрушенный мост. Из-за своей массивности, когда он только разрушился (все опоры с противоположной стороны проржавели и сломались), противоположный его край свис почти ровно до следующего слоя. Стоит упомянуть, что мост на то там и был построен, что на том месте образовалась определённая пропасть. Но то, куда вëл свисший край, сложно было назвать чем-то надёжным — это был служебный ход по отвесной стене в виде железного мостика, длинною ровно в ширину моста, а на двух его концах находятся двери, ведущие в отвесную стену. Благо освещение здесь было на удивление хорошее, благодаря чему чтобы разглядеть мостик не нужно было щуриться. Пройдя через огромную арку по дороге для транспорта, Сива и Тарон оказались на мосту. Оба знали о нём и раньше, оба понимали его опасность. Уклон был такой, что приходилось быть крайне аккуратным. Ощущение там такое, что идëшь с какой-то горки. Избегая трещин и открытых дыр на дороге, команда прошла на самый край. Тарон пошёл первым. После его прыжка в сторону мостика большой мост начал слегка покачиваться, а звук приземления был таким, будто крепления служебного хода уже на грани поломки. После того, как он приземлился на твёрдую поверхность, Тарон притянул обе руки в сторону мальчика, но голову воротил в бок, уводя взгляд. Сива понял то, что он хотел сказать, застеснялся, немного поëжился, но всё же решился довериться, ведь кто знает, выдержали бы крепления прыжок второго человека. Тарон крепко схватил мальчика за бока и аккуратно перенёс на железную сетку мостика рядом с собой. Сива мельком углядел лицо здоровяка, на котором читалось явное отвращение. После этого долго не покидали голову его мысли, было ли это от того, что Тарону пришлось коснуться его, ведь в ином случае, если бы мост не выдержал его прыжка, он бы потерял свою жизнь, то ли от того, что он до сих пор не хочет разговаривать.