Урановый уик-энд

Глава 1

Какие бы ужасные мерзости, вы не прочитали о ядерной войне в книгах, помните – в реальности всё будет гораздо отвратительнее и страшнее.

Светоч прицелился в мушку старой итальянской двустволки. Хоть стволов у ружья было два, но патрон был всего один, последний. К тому же, патрон был снаряжен крупной картечью, что не очень подходило для охоты на ворон. Тут бы пригодилась самая мелкая дробь, чтобы разлетевшись широким облаком, одна из дробинок могла настигнуть мелкую птицу. Ворона сидела на высоком кедре, через узкую, но довольно глубоководную речушку. Вода еще не успела замёрзнуть до крепкого льда, по которому можно было бы перейти на ту сторону. Но, Светоч знал, что примерно в километре от этого места, есть узкий брод, по которому можно будет перейти реку и в случае удачной охоты, забрать подстреленную ворону. Парень нервно топтался на месте, бросая взгляд то на ворону, то на ружье. Его пожирали сомнения, стоит ли тратить последний патрон на такую незначительную добычу, в которую еще было не так-то просто попасть. Ворона же, презрительно насмехалась над ним, крича обидные оскорбления в его адрес, на своем вороньем языке. Может именно это и стало последней каплей, а может то, что у Светоча во рту, не было еды уже 5 дней подряд. Он вскинул ружьё, тщательно прицелился, замер. Выстрел. Ворона не издав больше ни звука, поднялась в воздух и спешно улетела восвояси.

−Ааааааа! Светоч яростно закричал от досадного промаха, на весь лес. С полнейшим разочарованием он поплёлся дальше, проверять расставленные на зайцев петли, но интуитивно понимая, что скорее всего и там его ждёт неудача. После мировой ядерной войны, зверушек в лесу осталось критически мало. Сначала наступила ядерная зима. Не такая суровая, как предсказывали ученые, но похолодало градусов на 10 ниже нормы и солнце стало таким тусклым, что походило на фонарик с севшими батарейками. Постепенно начала отмирать флора, а за ней и животные, которые ей питались, а потом дошла очередь и до хищников. И вот, через 22 года после всемирной катастрофы, сложно было найти даже зайца в густой тайге, которая раньше изобильно кормила Светоча и его отца.

Отец Светоча – опытный сибирский охотник. Перед началом глобальной заварушки, он заявился в дом к своей бывшей жене, забрал семилетнего сына и увёз его с собой, на самодельном вездеходе, в самые глубины дремучего сибирского леса, на Васюганские болота. Там они и пережили ядерный апокалипсис. Большинство цивилизованного мира было уничтожено. США, Россия, Европа, Китай, Индия, были стёрты с лица земли, а их соседи подверглись беспощадной радиации. Досталось даже Африке. Хитрые американцы припрятали там свои ядерные боеголовки и в африканскую саванну был нанесен ужасающий ядерный удар.

Ближайшие города, подвергшиеся ядерным ударам, находились за 500 километров от места где спрятались отец и сын. Конечно и эти леса подверглись радиационному заражению, но не такому сильному, по крайне мере отец и сын выжили. Через пять лет жизни в лесу, отец умер от сердечного приступа на охоте и Светоч остался один. Отец научил его многим премудростям охоты, но в первый год без него Мальчишке было особенно трудно. Охотиться под присмотром отца и полностью самостоятельно − это совершенно разные вещи. Тогда он впервые столкнулся с настоящим голодом. И сейчас бродя по лесу, он вспоминал те голодные времена, злобно проклиная зверушек, которые не хотели ему попадаться.

Светоч проверил 5 охотничьих ловушек, но как он и предполагал, там ничего не было. Будто все звери в лесу окончательно вымерли. Он обреченно потопал до своей землянки, чтобы добраться до темноты и не заплутать в ночном лесу. Открыв дверь в своё жилище, Светоч встал в оцепенении. В хижине сидела испуганная женщина лет тридцати пяти и мальчик примерно пятилетнего возраста.

У женщины была ярко-рыжая кудрявая шевелюра, от которой будто бы стало даже намного светлее в тусклом помещении, с одним маленьким окном. Она испугано прижала ребёнка к себе и заговорила:

− Извините, что мы без спроса! Мы из деревни Новый Васюган. На нас напали мародеры, мужа убили, а нам удалось убежать. Брели три дня по лесу и вот чудом наткнулись на ваш дом. Можно нам укрыться у вас, пожалуйста?

− Нельзя, это не гостиница! Буркнул злобно мужчина, хотя ни разу и не был в гостиницах, а слышал о них лишь из рассказов отца. − Уходите вон!

− Послушайте, я могу быть вам полезной, могу готовить, убирать, стирать. Я же баба деревенская привыкшая к тяжелой работе, хоть что могу делать! Ну куда мы пойдём с ребёнком, кругом лес зима, сдохнем же мы через два дня. Есть у вас сердце?

Светоч смотрел на них совершенно отрешенно. Не было в его взгляде ни ненависти, ни жалости, лишь абсолютное равнодушие.

Рыжеволосая подошла к Мужчине вплотную, засунула руку ему в штаны и принялась совершать рукой быстрые фрикции с его половым органом.

− Я и так тоже могу быть полезна, я многое умею, тебе точно понравится. Прошептала она на ухо Светочу.

Он оттолкнул её и одобрительно сказал:

− Ладно, оставайтесь. Пойдём со мной, поможешь мне кое-что сделать.

− Как вас зовут? Спросила женщина.

− Светоч.

Своё необычное причудливое имя, Светоч, получил в честь самой мощной термоядерной боеголовки, на этом настоял отец, который был большим её фанатом.

Женщина оставила ребёнка в хижине и проследовала за мужчиной на улицу.

− Пойдём, флягу мне поможешь достать. Буркнул Светоч. − Вон ту флягу надо достать. Светоч указал на кучу барахла из досок и старой бытовой утвари, из которой виднелась 50 литровая алюминиевая фляга.

Женщина бросилась к куче и принялась с неподдельным энтузиазмом разгребать завалы. Наконец вытащив нужную флягу и волоком притащив её к мужчине.

− Что скажешь, то и буду делать, слушаться буду тебя.

− Повернись. Буркнул мужчина.

Дама следуя своим обещаниям, без разговоров развернулась на 180 градусов и замерла для дальнейших указаний.

Светоч достал из поясных ножен, отцовский охотничий нож. Одной рукой он схватил женщину за кудрявую копну, а второй глубоко перерезал ей горло. Женщина упала и пыталась кричать от ужаса, но изо рта шла только кровавая пена и не вырвалось ничего членораздельного.

Как будто предчувствуя беду, на улицу выбежал ребёнок и с громким плачем бросился к умирающей матери. Он обнял её за лицо и принялся с криками его целовать. А у неё из умирающих глаз покатились слёзы.

Светоч взял веревку, висящую на боку избушки, подошёл к пацану и завязал ему ноги тугим узлом. Второй конец веревки закинул себе на плечо и потащил мальчика волоком по снегу. Он подвесил его за ноги на балку, между двумя березами, которая служила приспособлением для разделки дичи. Мальчик громко плакал, кричал и болтался головой вниз на веревке. Светоч взял топор и обухом ударил по темечку парнишки. Малец стих и безжизненно обвис, также как и сотни зайцев до него, на этой бывалой охотничьей балке. Светоч полоснул ножом по сонной артерии малыша, чтобы выпустить кровь и освежевать еще теплое тело. Ребёнок так и не пришёл в себя, но его тело забилось судорогами, как будто совершая последнюю попытку вырваться из веревки.

Светоч вернулся к женщине и принялся её разделывать, профессионально извлекая кишки, желудок и прочие несъедобные части. Потом разрубил тело на мелкие куски и сложил в алюминиевую флягу, плотно закрыв крышку, чтобы залетные зверушки не добрались до мяса. Ту же процедуру повторил и с мальцом.

Светоч решил, что рыжая густая шевелюра ему ещё пригодится, он может сделать из неё леску для рыбалки, поэтому аккуратно и заботливо снял скальп с отрубленной головы женщины и кинул его на кучу хлама, где ранее валялась фляга.

Сегодня на ужин мужчина пировал жаренными мозгами. Это самая питательная и вкусная часть, которую можно получить из человеческого тела. Светоч был не новичком в данном вопросе и уже пробовал на вкус человечину. В тот самый год, когда он подростком оказался без отца и не мог по неопытности добыть себе дичи, ему повстречался охотник, старый дед, который видимо как и он с отцом, переживал апокалипсис в лесу. Старый охотник презрительно отказался поделиться с подростком добытой дичью. И тогда, Светоч вероломно застрелил старика в спину, забрав двух его уток, ружьё, патроны и его сухое жилистое мясо. Это помогло выжить ему тогда и помогло сейчас. Ностальгировал он не особо долго, быстро заснув блаженным сном, с вдоволь набитым едой брюхом.

Он не испытывал никаких эмоций и переживаний из-за убийства людей. Он относился к ним так же, как к любым другим зверям в лесу. Как говорил его отец: − Запомни, ты либо охотник, либо дичь! Светоч знал, что он охотник, что это его врожденная сущность и он не противился своей судьбе. Настоящий охотник убивает только тогда, когда у него есть реальная нужда. Он не охотится ради забавы или для того, чтобы потешить своё самолюбие. Он не убьет дичи больше, чем ему нужно, даже если она будет легкой добычей. Потому что, так правильно по законам природы. И соблюдая эти законы, охотничье счастье никогда не отвернется от тебя. Таково было мировоззрение Светоча. Часть этой картины мира досталось ему от отца, а часть он придумал самостоятельно. Наблюдая годами за лесом и его мироустройством, ему казалось, что он познал все тайны этого мира и является главным хранителем мудрости, как самый опытный и умелый охотник, на сотни километров вокруг.

С мясом рыжеволосой женщины и иногда успешной рыбалкой, Светоч пережил зиму. Он принял вынужденное решение покинуть свой родной лес и отправиться в путь, куда глаза глядят. Весной и летом конечно можно было найти в лесу какой-то подножный корм, но следующую зиму ему точно не пережить, зверья для охоты совсем не осталось. Он собрал в рюкзак всё самое необходимое, надел на себя отцовскую шубу, сшитую из клочков меха разных зверей, попрощался со своей хижиной и взгромоздился на свой велосипед с широченными колёсами. Велик привёз с собой ещё отец, он ездил на нем на дальние болота собирать клюкву и ловить змей. Широкие колёса позволяли преодолевать даже болотистую местность и грязь на пустых рыхлых полях. Решил ехать на юг, если нет плана, то на юге должно быть хотя бы теплее. Прикрутил компас верёвкой на руль велосипеда, как навигатор и покрутил педали через лес и опушки покрытые мхом.

Небольшая Часть человечества выжила, в основном жители отдалённых от городов деревень. В которых радиация была не настолько сильная, чтобы выкосить всех жителей. Те, кто уцелел, стали жить маленькими коммунами человек по сто-двести. Новой целью человечества стало − размножение. Люди отчаянно боролись за выживаемость своего вида. Жителям коммун с мутациями было запрещено размножаться. За нарушения этого правила людей изгоняли и они становились либо жертвами разбойников, либо сами становились отъявленными негодяями и присоединялись к какой-нибудь банде.

Также категорически запрещалось кровосмешение, с даже дальними родственными связями. Человечество пыталось спасти чистые гены от мутаций. Поэтому жителей без мутаций заставляли активно размножаться. Если у пары не получалось завести ребёнка, то было совершенно в порядке вещей обменяться партнерами для зачатия, с другими здоровыми людьми. Здоровые семьи имели по 7 и более детей. Им всячески помогали и они имели высокий социальный статус, в том числе и авторитет при принятии стратегических решений в коммуне. Каждый человек обязан был иметь документ под названием − древко. Документ по сути являлся генеалогическим деревом, в котором были расписаны все родственные связи. Он выполнял две вещи: позволял идентифицировать личность человека, а также его происхождение, чтобы избегать родственных браков. Подтверждали документ старейшины коммуны, своей печатью, они знали всех жильцов ещё с пелёнок.

Часто среди коммун практиковались обмены, одного здорового юношу могли сосватать в одну деревню, а из той деревни отдавали также одного здорового человека на обмен.

Жили деревушки сельским хозяйством, выращивали картошку, репу, горох, разводили скотину. Каждая деревня была укреплена забором из трех-пяти метровых кольев, как в древние средневековые времена. Оружие тоже было из средневекового репертуара: мечи, сабли, копья, луки. Железа было вокруг много, но умелых кузнецов можно было пересчитать по пальцам, поэтому большинство клинков, были кривыми, туповатыми и некрасивыми, но функцию свою выполняли, заточенная сталь - она и в Африке кинжал. Были и ружья, но в редких поселениях, потому что порох был большим и дорогостоящим дефицитом.

Порох производили кустарным способом и зачастую патроны снаряжённые им не выстреливали. Но все равно стоили целое состояние. Так, за десяток патронов для ружья нужно было отдать взрослую дойную корову.

На десятый день своего путешествия, Светоч выкатился на асфальтированную дорогу. Решил ехать по ней, хоть путь по дороге был более извилистый, чем по полям и опушкам, но ехать по ней было гораздо легче. Дорога отлично сохранилась, лишь изредка, через асфальт пробивались дерзкие кусты клёна, акации и борщевика.

Припасы мяса, которые Светоч закоптил с собой в дорогу, уже закончились. В весеннем лесу тоже нечем было поживиться, кроме березового сока и почек деревьев. Немного повезло на маленькой речушке, неподалёку от дороги, выловил несколько карасей, на снасти, что прихватил с собой в рюкзак.

Вдалеке Светоч увидел два человеческих силуэта. Подкрутив педали поближе, он разглядел двух мужчин, идущих по краю дороги в том же направлении, что и он.

Это были сваты. Молодой человек лет двадцати − жених. И его сопровождающий, взрослый бородатый мужик сорока пяти лет от роду. Оба вооружены саблями. Мужчины двигались в соседнюю деревню, чтобы сосватать здорового молодого человека и обменять его на другого здорового парня.

Светоч закрутил педали шустрее и уже через несколько минут настиг мужчин. Он соскочил с велосипеда, вытащил из кобуры на спине ружьё и направил его на странников. − Что в рюкзаке, показывай?

Бородатый мужик стянул с себя рюкзак, развязал шнурки на крышке и открыв, продемонстрировал содержимое. − Сало, гостинцы несу. Предлагаю тебе выгодную сделку, я даю тебе небольшой кусок сала и ты проваливаешь с ним восвояси. На этом и разойдёмся миром.

− Поставь рюкзак на землю и уходите! Уверенно произнёс Светоч, как будто сам поверил в то, что его ружьё заряжено.

Мужик вытащил саблю из самодельных деревянных ножен.

− Брось нож! Закричал Светоч. Он не знал как правильно называется сабля, поэтому называл её ножом.

Бородатый и не думал отступать, его лицо скривилось гримасой ярости и он с криками бросился в сторону Светоча. Рубящим движением со всего маха хотел срубить Светочу голову. Но охотник успел подставить ствол ружья и сабля звонко встретилась с оружейной сталью. А Светоч бросился на утёк, бросив ружьё и свой велосипед. Молодой жених тоже достал свою саблю и около километра гнал Светоча по дороге, успев даже несколько раз полоснуть его по рюкзаку. Но, наконец он выбился из сил и остановился, а Светоч скрылся в ближайшем березовом лесу.

Бородатый прихватил ружьё, переломил и убедившись, что там нет патронов повесил себе на плечо. А парень уселся на велосипед Светоча и с довольной улыбкой покатился дальше уже на нём.

Светоч прячась в кустарниках и лесах следил за мужчинами и следовал за ними. Когда уже практически стемнело, мужчины свернули с дороги и двинулись в лес на привал. Разожгли костёр, жарили сало и ещё что-то вкусное. До Светоча долетал с весенним ветерком, запах горелого мяса, от которого рефлекторно урчал живот. Чем становилось темнее, тем ближе подбирался охотник к привалу. Было заметно от костра, что один из мужчин спит, а второй долго сидел на стрёме и не ложился. Но ночь взяла верх, и молодой жених тоже прилёг возле костра.

Первым, Светоч решил убить бородатого, тот был матёрый и если он проснётся, то мало охотнику не покажется, придётся опять спасаться бегством. Поэтому он молниеносно напал на мужика, закрыл ему рот и перерезал горло своим охотничьим ножом. От звуков борьбы проснулся жених и резко поднял туловище, оставаясь сидеть на земле. Но было уже поздно, перед ним весь в крови стоял Светоч и над головой двумя руками держал саблю. Парень успел лишь закрыть голову руками и удар лезвия пришёлся по правой руке, отрубив ее по локоть. Парень резко вскочил и бросился бежать в темноту леса. Светоч за ним. Гонка длилась минут пять, пока жених не запнулся о сгнивший пенёк и не упал лицом вниз. Тут же его настиг Светоч и двумя руками сверху вонзил саблю ему в спину. Она вошла глубоко и пробила лёгкие, но конец сабли упёрся в рёбра. Тогда Светоч начал бить ладонями по рукоятке сабли и захрустев рёбра поддались, а острие вылезло с обратной стороны тела, пронзив его насквозь и пригвоздив жениха к земле. Охотник подождал пару минут, пока жертва отдаст концы, вытащил лезвие и как ни в чем не бывало начал рубить им дрова, чтобы подкинуть в костёр и согреться.

Наевшись до отвала жаренного сала и картошки на углях, которая осталась от мужчин, Светоч свернулся клубком у костра и беспробудно заснул, прямо рядом с окровавленным бородатым трупом.

Утром он проснулся, развёл костёр, позавтракал, заварил чай из чаги, которую нашёл неподалеку на рядом стоящей берёзе. Дошёл до убитого жениха и тщательно его обыскал. Снял с него почти неношеные кожаные сапоги и достал какую-то книжку из кармана. Это было древко парня, которое он обязан был предъявить при сватовстве. Светоч не знал что это такое, но на всякий случай положил себе в рюкзак, вдруг пригодится. Обыскал и второй труп, но у него не оказалось ничего ценного. Собрал все свои пожитки, сел на велосипед и отправился дальше в путь, выбравшись из полей на асфальтированную дорогу.

Светоч следовал по дороге уже вторые сутки. Он останавливался на ночевки и привалы в лесу, питался салом и продуктами, что нашёл у убитых мужчин. По пути встретился автобус, заржавевший желтый пазик, вросший колёсами в землю обочины. Стёкла разбиты, двери крепко заперты. Светоч открыл водительскую дверь и залез в автобус, а потом и в салон. Автобус был полон человеческими скелетами. Какие-то из них застыли на сиденьях, задумчиво смотря в окно, как будто заснув в долгом рейсе. Часть костей валялись на полу в проходе. Среди них были и крошечные детские.

Светоч внимательно осмотрел автобус, но ничего полезного не нашёл, видимо его обчистили давным-давно до него. Поехал дальше.

Вдалеке, сбоку от дороги виднелся целый комплекс огромных заброшенных зданий бывших заводов. Светоч понимал, что там нет ничего полезного, но на улице шёл дождь и нужна была крыша над головой, чтобы переночевать и как следует просушиться. Свернул на старую бетонную дорогу, ведущую к заводам.

Заехал на территорию и неспешно осматривал большие разрушенные здания цехов. Откуда-то послышался собачий лай. Из разбитого окна второго этажа свирепо гавкал здоровенный ротвейлер, так усердно, что его слюни разлетались по всей округе. К нему присоединился второй пёс − мускулистый рыжий стаффордширский терьер. Он в отличии от своего друга, не издал ни звука, только бросил строгий взгляд на Светоча и спрыгнул на крышу соседнего одноэтажного здания, ротвейлер прыгнул за ним. Светоч спешно развернул велик и принялся крутить педали, так быстро, как никогда ранее не крутил. Но собаки все равно были быстрее, рыжий пёс со всего маха напрыгнул на велосипед и вцепился железной хваткой в ногу мужчине. Светоч свалился и пытался отбиваться второй ногой, но это было бесполезно, пёс даже не думал отступать, он с невероятной уверенностью пытался отгрызть ногу. Вот и ротвейлер настиг свою цель и сразу же прыгнул на Светоча, попытавшись вцепиться ему в горло. Но мужчина успел закрыться рукой и ротвейлер вцепился ему в левое предплечье. Светоч выхватил нож свободной рукой и с силой вогнал его в шею ротвейлера до самой рукоятки, а потом прокрутил насколько смог. Пёс отпустил руку, отошёл и начал захлебываться кровью. Светоч ввязался в бой со вторым и начал тыкать его ножом куда придётся. Рыжий отморозок бился и кусался до самого конца, пока его ноги не подкосились и он не упал на бок, жалобно и тихо поскуливая.

Только Светоч поднялся на ноги и начал собирать свои пожитки, как в него тут же, откуда- то с крыши полетели стрелы и кирпичи. Он рванул в бегство, бросив велосипед, толпа людей побежала за ним. Один из камней скользком попал ему в ухо. Бежать было тяжело из-за общей усталости и ноги, которую погрызла собака. Светоч понимал, что ему не уйти. Он увидел маленькое кирпичное здание с железной дверью, бывший трансформатор и забежал в него решив забаррикадироваться. Замка или засова на двери не оказалось, была только дверная ручка приваренная прямо к двери. Он вцепился в неё что есть мочи и вытащил саблю, что забрал у бородатого в лесу.

Стая людей подбежали к зданию и стали пытаться открыть дверь, но у них это плохо получалось, так как снаружи не было дверной ручки и им приходилось цеплять дверь пальцами. И как только они ее немного приоткрывали коллективной силой, Светоч тут же тыкал саблей в отверстие и ранил их руки. Эта возня продолжалась минут 20, потом стая отступила и шум затих.

Но, очень скоро крики и суета опять возобновились. Что-то тяжелое ударилось о дверь трансформатора, запахло гарью, помещение стало наполняться едким чёрным дымом. Рядом с дверью пылала огромная покрышка от грузовика. Дверная железная ручка нагрелась и уже было невозможно ее держать. Светоч лёг на пол, но от дыма было не спастись, ещё немного и он бы потерял сознание, в глазах стало темнеть. Тогда он с силой начал пинать дверь и выбежал наружу, махая саблей во все стороны. Ему тут же прилетело пару кирпичей в голову и кто-то ударил железной трубой по затылку. Мужчина отключился.

Пришёл в себя, связанный на бетонном полу. Веревки крепко перетягивали руки и ноги, соединяя верхние и нижние конечности в одной точке. В углу помещения топилась буржуйка, уютно похрустывая берёзовыми дровами. Рядом с окном двое мужчин и одна женщина, копошились в вещах Светоча, тщательно рассматривая и перебирая все его пожитки. Вывернули даже секретный карман на рюкзаке снизу, в котором впрочем не было никаких секретов, а хранились рыболовные крючки разных размеров.

Люди жившие на заводе − бандиты и бродяги, которые не нашли себе места в цивилизованных коммунах. Кого-то выгнали за нарушение законов принудительно, а кто-то был мерзавцем по зову сердца и никогда и не пытался социализироваться в новое общество. Многие из них страдали уродствами, перекошенными лицами, огромными раковыми опухолями на теле или голове, многие хромали, кашляли, у кого-то высыхали руки. Но были среди них и внешне здоровые бродяги, они то и являлись лидерами банды, но не из тех же самых принципов как в коммунах, потому что могли оставить здоровое потомство, а просто потому что были банально сильнее физически и могли забить до смерти своих менее здоровых оппонентов. Банда насчитывала около тридцати постоянных членов, двадцать два мужчины и восемь женщин. Промышляли грабежами и воровством, немного своим сельским хозяйством. Выращивали картошку, разводили куриц, но больше всего любили выращивать мак, чтобы употреблять его в дурманящих целях.

Увидев, что Светоч очнулся, к нему подошёл один из мужчин и спросил: − Ты зачем собачек наших зарезал, паскуда? Я тебя спрашиваю! Ты что не любишь животных, скотина?

Светоч молчал, но не потому, что таким образом выражал протест, просто он привык не отвечать на вопросы, которые ему не нравятся. Он не знал или не помнил, что у людей так не принято и в подобных случаях необходимо что-то соврать.

− Предлагаю посадить его на цепь, пусть сидит гавкает вместо Джека и Бима!

Один из бандитов − длинноволосый усатый главарь. достал из рюкзака древко. Вышел на улицу и подозвал всех членов банды к себе и громко заговорил:

− Григорий Карелин, сын Василия Карелина и Ольги Некрасовой, внук Алексея Карелина и Александра Некрасова. Слышали что-то про таких?

− Я знаю Карелиных, они в деревне у Иртыша живут, дед его и отец главой деревни были. Высказался один хромоногий уродец.

− Стало быть зажиточные пассажиры. Как думаете, дадут ли они выкуп за своего здорового сына или предпочтут отдать нам его в рабство? А вот мы и узнаем, одноглазый, возьми его велосипед и съезди к ним в деревню, узнай хотят ли они произвести обмен, а древко передай его отцу. Назначь встречу где-нибудь поближе к нам, не хочу тащиться далеко.

Светоча привязали на цепь, одним концом цепи приковав к вкопанному железному столбу, а второй конец был закреплён на железном ржавом ошейнике, который закрывался на амбарный замок. Он жил прямо на улице и спал на земле, а питался объедками, которые ему кидали члены банды. В одну из темных ночей, когда его охранник заснул глубоким маковым сном, пленник попытался бежать, предприняв попытку разорвать цепь. Намотав цепь себе на руки и упёршись ногами в столб, начал тянуть, что есть мочи. Но цепь не поддалась, а вот от бряканья железа проснулся сторож и позвав подмогу, забил Светоча деревянной дубинкой. С тех пор охранники были очень злы и жестоки с невольником, потому что им запретили употреблять наркотики на посту и приходилось мучительно ждать до ночи или утра, пока не закончится смена у одного из них.

Этим вечером один из охранников крутил махорку, пытаясь забить большую самопальную сигару из вырванного листка набоковской Лолиты.

Во двор, устало шаркая старыми кирзовыми сапогами, вошёл бомжеватого вида бродяга. В левой руке он держал за ноги плачущего, только что родившегося младенца с двумя головами. Причём плакали обе головы, от чего крик был ещё пронзительнее и звонче. А в правой руке он тащил металлическую арматуру. Бродяга бесцеремонно кинул младенца на ящики и солидным размашистым ударом, вмазал прямиком по мягкой голове ребёнка. Удар был слишком сильный, от чего арматура вонзилась в головной мозг, забрызгав кровью и мозгами своего палача. Он выругался, вытер своё лицо, а вторая голова младенца стала кричать ещё яростнее, видимо ощущая всю боль от своего собрата. Вторую голову младенца, отморозок стал добивать небольшими ударами, чтобы не повторить предыдущую ошибку. Потребовалось не менее 8 ударов, чтобы мальчик затих и перестал подавать признаков жизни. Бродяга взял его за ногу и закинул в мусорную кучу.

В отличии от коммун, в банде детей не жаловали и обычно скармливали собакам, на потеху мужикам, которые с гоготом наблюдали как псы разрывают младенцев заживо.

В банде были свободные отношения с женщинами, но по взаимному согласию, сексуальное насилие было под запретом. Оно особо и не требовалось, потому что, то ли от радиации, то ли от систематического употребления опиатов, большинство мужчин в банде были импотентами и не требовали от женщин сексуальных утех.

Поэтому роды были не частым явлением и были своего рода увеселительным мероприятием для местного бомонда.

После экзекуции, к ужину вернулся засланный гонец на велосипеде, который отрапортовал главарю, что семья Карелиных готова отдать пять лошадей за своего любимого сына. Обмен договорились совершить завтра, на нейтральной территории в поле.

На следующий день, вооружившись дубинками и кинжалами, практически весь костяк банды из мужского поголовья двинул в путь на сделку. Оставив на базе лишь женщин и парочку мужиков, у которых были проблемы с ногами. Из-за наркотиков их конечности покрылись трофическими язвами и им было тяжело ходить. Светоча так и вели на цепи с ошейником, со связанными руками, как средневекового раба закованного в кандалы. Место встречи было примерно в семи километрах от базы, рядом с местным озером, которое и являлось ориентиром для встречи. Подходя к озеру, банда заметила, что их уже поджидает целая толпа из людей и лошадей. Кто-то хмыкнул: − Стоят наши лошадки, уже нас дожидаются.

Деревенских мужиков было побольше, около тридцати человек на лошадях. Они тоже были вооружены саблями, дубинами и другими подручными средствами. Но бандиты абсолютно не испытывали перед ними никакого страха, считая их плохими трусливыми бойцами и презрительно называя лохами.

Наконец две толпы встретились на одной поляне и предводители пожали друг другу руки.

− Я хочу сам выбрать лошадей, а то вы мне впарите старых кляч. Ваш сын же молодой и здоровый, значит и кони такие же должны быть, справедливо? Спросил главарь банды.

− Справедливо-то справедливо, только я сына своего не вижу среди вас, пока не увижу его, ничего вам не отдам. Ответил Карелин. Он был суровым сибирским мужиком, крепким как таёжный кедр, которого не брали даже солидные дозы радиации.

− Вот же он. Бандит махнул рукой и ему подвели на цепи Светоча. – Не узнал что ли свою кровинушку?

− Ты что шутки шутить со мной вздумал? Я этого доходягу первый раз вижу. Где сын мой Гришка? Отец семейства перешел на повышенный раздраженный тон.

Светоч, хоть и не умел плести интриги, в силу своей социальной обособленности, в которой можно было обмануть разве только самого себя, но, тем не менее, он быстро сообразил, что это его шанс на свободу, поэтому завопил во всё горло: − Убили они сына твоего! И второго мужика зарезали! Зарубили в лесу их, я сам видел, могу показать где трупы!

Карелин покраснел от ярости. А главарь бандитов больно ударил Светоча под дых. –Ты что несешь, сучонок!

В воздухе повисло напряжение. – Ты откуда древко Гришкино взял, отвечай?! Уже открыто и угрожающе сквозь зубы проорал Карелин.

− Ты голос свой на меня не повышай. Видимо вышло недоразумение. Главарь пытался держать марку, чтобы выгодно выглядеть для своих подопечных, но при этом и не накалять обстановку.

− Недоразумение говоришь, сейчас я тебе покажу недоразумение! Ярость Карелина было уже не остановить. Он резко подошел к снаряженному седлу своей лошади и достал из прицепленной к ней сумки, обрез двуствольного ружья. Направил его на главаря и нажал на курок. Но, кустарный патрон не сработал. Бандит широко улыбнулся почерневшей улыбкой, вытащил огромный тесак из под куртки и уже было ринулся в бой. Но, второй патрон не дал осечки и крупная картечь, нарезанная из старого гвоздя, вошла прямиком в грудь главарю, свалив его навзничь. Началась кровавая бойня. Обе стороны принялись неистово рубить и резать друг друга. Но у деревенских мужиков было не только численное превосходство, но и тактическое, они были на лошадях, что позволяло им наносить рубящие удары саблями и оставаться недосягаемыми для врага. Примерно через 10 минут кровавого сражения и членовредительства, всё было кончено. Банда была полностью изрезана и добита. У деревенских погибло пару коней и 6 мужиков. Еще пятеро были ранены. Светоч пытался удрать под шумок сражения, но его вовремя поймал один из деревенских и держал под своей саблей, чтобы он даже не думал двинуться.

Закончив эту массовую дуэль, Карелин обратился к Светочу: − Покажи, где мой сын, хочу похоронить его по человечески.

Светоча освободили от оков, найдя ключ в кармане мертвого главаря. Выдали ему лошадь и экспедиция из деревенских мужиков, отправилась на поиски тела Гришки. Через пару дней добравшись до злополучного леса, мужики подобрали тела, уже набухшие, начавшие разлагаться и издавать зловонный аромат, взгромоздили их на лошадей и поехали в свою деревню. Светоча решено было взять с собой, как пленника, до выяснения обстоятельств, потому что на найденном труппе не оказалось обуви, а новенькие сапоги Светоча, изрядно выбивались из его оборванного образа. Он конечно соврал, что снял их с уже мертвого тела, но на всякий случай его все равно взяли в плен, если ни как убийцу, то хотя бы как вора.

Добравшись до деревни, Светоча заперли в погреб. В этой импровизированной тюрьме, уже сидел молодой парень, с любопытством встретивший нового соседа.

Погреб был довольно просторный, примерно четыре на четыре метра. Потолок позволял стоять в полный рост. Рядом с потолком в одной из стен, располагалось маленькое окошко. Пролезть человеку в него было невозможно и даже солнечный свет с трудом пробивался через это небольшое отверстие. В углу стояло ведро из нержавейки, которое использовалось в качестве туалета. А на полу лежали несколько досок и какие-то тряпки, это была кровать для пленника. Лёха сидел в этой темнице уже около месяца. Молодой здоровый парень, если не считать шесть пальцев на его левой руке. Когда нового пленника завели в погреб, Лёха встал с кровати и начал знакомство:

− Ты кто такой и чем провинился?

Светоч промолчал и присел на землю, оперевшись спиной к стенке погреба.

− Что, натворил делов серьезных что ли? Продолжал допрос Лёха. – Хотя вряд ли. Ведь если бы ты серьезное что-то сделал, тебя бы сюда не посадили, а зарубили топором как курицу на суп. Ладно, не хочешь говорить, ну и не надо, дело твоё.

Мужчины разговорились лишь через пару дней, когда Светоч попривык немного к своему новому соседу. Лёха поведал ему, что посадил его в погреб родной дядя – Василий Карелин, глава деревни. За то, что Лёха закрутил любовный роман с его дочерью, которая приходилась Лёхе кузиной. За такое принято изгонять из деревни, но не мог Василий так поступить со своим племянником, потому что обещал своему брату позаботиться о его сыне. Но и допустить кровосмешения было непозволительно, поэтому решено было посадить Лёху временно в погреб, а девицу сосватать и отдать в соседнюю деревню поскорее, чтобы их роман на этом и закончился. Светоч же, рассказал свою историю, разумеется соврав про вероломное убийство родственника Лёхи и посетовав на несправедливое заточение. Так и сидели они в этой тюрьме больше месяца.

Лёха неоднократно подбивал своего нового соседа на побег. Всё твердил про Казахстан, якобы есть там один уголок сохранившейся природы, которую вообще не затронула радиация. Рассказал историю, что несколько лет назад, приплывали к ним торговцы из Казахстана, привозили лекарства, бытовую химию и прочие вещи потерянной цивилизации. Жители деревни были так впечатлены этими товарами, что решили торговцев прибить, а добро их конфисковать. Старую парусную яхту, на которой приплыли торговцы − припрятали на Иртыше, в затоне. Лёха мечтал, вместе со своей возлюбленной и по совместительству − сестрой Софией, уплыть в это райское место, начав там новую жизнь. Светоч же, не соглашался на побег, разумно понимая, что стражников в деревне минимум пятнадцать человек и проскочить сквозь них силой будет невозможно. Так бы и сидели они в погребе до зимы, пока в один из дней не начался громадный переполох.

Деревня загудела, женщины испугано забегали, стараясь спрятаться как можно подальше и поглубже. Мужики активно вооружались мечами, топорами и копьями. Даже подросткам лет десяти, раздали оружие и дали указания по предстоящему сражению. Лёха встал на цыпочки, чтобы выглянуть в окно и крикнул пробегавшей мимо женщине: − Что случилось, Машка?

− Звери пришли! Их там целая армия! Испуганно прокричала женщина в ответ.

− Плохи наши дела. Нужно помочь деревне! Лёха попытался ногой выбить запертую дверь погреба. – Выпустите нас! Дайте оружие, мы поможем! Но, крики были безуспешны, ведь в суматохе предстоящей битвы, все уже позабыли про пленников.

− Что за звери такие? Спросил у Лёхи Светоч.

− Отморозки полные, сатанисты! Они приходили к нам в деревню год назад. Окружили крепость и выдвинули условия, либо мы им отдаем пять девушек молодых, либо они всю деревню перебьют. Совет деревни тогда решил, что лучше отдать девок, целее будем. Так и решили. Отдали им пятерых наших. Мы то думали, что они жениться на них хотят, детей завести. А они… Проследил я за ними тайком. Они в лесу жили тогда. Так они ночью всех наших девок замучили до смерти. Привязали к деревьям, насиловали и кожу с них живьем срезали, по кусочкам. Откусывали титьки, глаза выдавливали. Бабы так кричали, что даже я, взрослый мужик, повидавший многое, плакал там лёжа в кустах. А они радовались, танцы танцевали. Мрази конченные! Вот кто они такие.

Общество Эволюционистов – так эти люди называли себя сами. Они не были религиозной сектой, скорее наоборот, их идеология была построена на научной базе, вернее на своеобразной трактовке научных теорий. Их лидера называли – Дарвин. Это его вымышленное имя, которое он придумал себе сам, после того как оба его родителя погибли в ядерной войне. Его родители были учеными биологами, поэтому у мальчика сформировалось довольно своеобразное мировоззрение, с одной стороны, основанное на научных знаниях, которые передали ему родители. А с другой – на знаниях, которые дала ему послеядерная жизнь, наполненная ужасающими и отвратительными событиями. Обладая смышленым интеллектом и определенной ораторской харизмой, ему удалось не просто создать огромную банду, но и стать настоящим непререкаемым лидером для её членов. Он проповедовал свои теории и концепции бытия, так убедительно, что к группировке постоянно присоединялись всё новые и новые люди, а численность этого общества, уже составляла двести пятьдесят семь человек.

Когда банда была поменьше, они кочевали по всей стране, грабили выживших и занимались вымогательством деревень. Предъявляли ультиматум жителям деревни, либо они отдают то, что они просят, либо они объявляют им войну. Но теперь, когда банда разрослась до огромного масштаба и могла силой захватить практически любую деревню, ультиматумов уже не было, они нападали на деревню без разговоров, забирали всё ценное, что могли унести и двигались дальше. Иногда жили в деревне подолгу, обычно зимой, потому что кочевать зимой – не самое приятное занятие. Охотно захватывали с собой рабов, так как, рабочая сила использовалась в разведении коз и коров. А если год случался невезучий, то могли съесть и самих рабов.

Эволюционисты окружили очередную коммуну. Тактика нападения всегда была одна и та же. Потому что она всегда приносила положительный результат, но не потому что она была какой-то уникальной, а просто потому что деревенские жители были не сильны в военном деле и у них не было возможности приспособиться к таким организованным атакам.

Сначала шёл мотивационный разогрев. Бандиты облачались в шкуры животных, били в барабаны, танцевали с оружием в руках, а Дарвин непременно произносил речь. Он вышел в центр толпы, одетый в медвежью шкуру и начал громко вещать:

− Послушайте, братья! Этот мир долгое время строился на концепциях доброты и эмпатии. Люди пытались продвинуть эти идеи с помощью религий, искусства, науки. Ну и где этот мир сейчас? Тысячелетний эксперимент провалился с треском! И вы знаете почему! Каждый из вас знает! Каждый из вас это чувствует своим сердцем! Потому что доброта – противоречит человеческой природе. Никогда за миллионы лет человеческой эволюции, люди не были добренькими. И именно это и помогло нам сохраниться как биологическому виду. Наша ярость и злость, заставили нас взять в руки оружие и сначала дать отпор тиграм и леопардам, а потом и другим человекообразным существам. И мы жили в гармонии с природой миллионы лет. Но вы видите к чему нас привели игры в доброту. Если бы ядерную бомбу применили сразу же после её создания, для захвата более слабых государств, то ядерной войны никогда бы не было. Победитель забрал бы себе всё и больше не с кем было бы воевать! Но, проявив очередную слабость, человечество обрекло себя на вымирание. Поэтому я хочу, чтобы сегодня вы освободили свою природу, вы должны быть жестоки, яростны и сильны, потому что это единственно верный путь для человечества! Это естественный отбор, который мы с вами вершим здесь и сейчас. Многие называют нас сатанистами. Но это неправда. Ведь мы знаем, что никакого сатаны не существует. А если бы он существовал, то мы бы поджарили этого ублюдка на костре и съели! Вы голодны, братья?!

Толпа одобрительно закричала: − Да! Мы хотим мяса! Жрать! Жрать! Жрать!

Из толпы вынесли два столба, сделанных из срубленной березы и поставили в ранее выкопанные ямы, на расстоянии пары метров друг от друга. Потом вывели совсем юную, полностью голую девушку. Её поставили между двух столбов и привязали к столбам руки, а потом и ноги. Верёвки натянули до упора, так что руки и ноги у девушки были максимально вытянуты к столбам и она не могла пошевелиться.

Дарвин взял в руки черпак. Так называлось специальное приспособление для данного ритуала. Это был обычный железный половник, но с остро заточенными как бритва краями, благодаря которым, можно было срывать плоть с жертвы. Дарвин осмотрел девушку и принял решение полакомиться ухом. Резким ударом черпака, он вогнал его в голову девушке, отрубив половину уха. А вторым рывком оторвал его полностью. Обмазав свое лицо кровью жертвы, он засунул ухо себе в рот и стал тщательно его пережевывать под крики толпы. Потом подошел следующий член банды, взял черпак и проделал тоже самое, только со спиной девушки, выдрав из неё кусок мяса. Потом следующий и следующий, и следующий. Пиршество продолжалось, пока от тела не остался лишь обглоданный и обрубленный скелет, который так и продолжил стоять привязанный к столбам, безропотно колыхавшись на ветру.

Наконец эволюционисты вынесли длинные лестницы и начали штурм крепости. Лестницы были лишь прикрытием, обманным маневром. Пока деревенские стражники пытались заблокировать лестничный абордаж, эволюционисты закидывали веревки с крюками на пятиметровый забор и забирались внутрь. Такой крюк был почти у каждого, поэтому стражники физически не могли противостоять подобному штурму. А если даже кто-то подбегал и пытался рубить верёвки, то на него сразу же обрушивался залп стрел от лучников, которые прикрывали штурмовиков. Таким образом, бандиты быстро и легко проникали внутрь крепости, где сражаться было гораздо легче, тем более тренированным опытным войнам.

В деревне раздавались выстрелы, лязги мечей и крики сражений. В погреб отворилась дверь и забежала испуганная София, возлюбленная Лёхи.

− Давай закроемся и спрячемся! Они уже в деревне, их много, их очень много! Софья испуганно рыдала в Лёхиных объятьях.

− Прятаться бесполезно! Нужно бежать, это наш последний шанс. Сухо ответил Лёха. – Светоч, ты с нами?

− Как мы убежим? Спросил Светоч.

− Я знаю как. Я этот план вынашивал уже три месяца. Прорвемся на дядькиной машине. Заряда у неё не много, батарейка дохлая, но километров десять она протянет. Этого хватит, чтоб оторваться от преследователей. Пошлите за мной!

Компания беглецов осторожно покинула погреб и направилась к гаражу Карелиных. В гараже хранилось единственное транспортное средство в радиусе на сотни километров – электробагги, которое Карелин угнал из одного автосалона, перед войной. Это была его любимая игрушка и гордость. Он заряжал её от маленькой солнечной батареи и изредка, по праздникам выезжал на ней из гаража, чтобы покатать детвору и покататься самому. Он бы с удовольствием катался на ней хоть каждый день, но берег ресурс батареи, которая от старости и так была почти негодной.

Беглецы закрылись в гараже и притихли, ожидая момент, когда бандиты откроют ворота деревенской крепости. Тем временем Лёха, апгрейдил багги с помощью вооружения. Он воткнул в дверные проёмы автомобиля четыре секиры − длинные лезвия приделанные к деревянному черенку, похожие на мечи, только на длинной палке, удобное оружие для защиты крепости. Дал указания своим соратникам, как правильно нужно придерживать черенки, чтобы они не вылетали от ударов. Багги стало похоже на боевого ёжика, с заточенными лезвиями с обеих сторон автомобиля.

Ворота крепости отварились и толпа сумасшедших эволюционистов ворвались в деревню, уничтожая всё живое. Рубили даже куриц и гусей, которые попадались под ноги. Лёха приоткрыл дверь гаража, завёл багги и компания вылетела во двор, устремившись к воротам. Лёхе приходилось лавировать по двору, попутно разрубая напополам тела бандитов. Он не мог просто проехать через толпу, потому что на багги не было лобового стекла и защиты. От столкновения с толпой, в салон залетела бы куча народа, да и кто-то мог ткнуть мечом сбоку, нельзя было так рисковать. Поэтому ему приходилось кружиться по двору, как в довоенную эпоху кружились жители мегаполисов в поиске парковки. Если скорость была приличной, то он разрубал человека пополам или отрубал ноги, если же скорости было недостаточно, то раненное тело просто откидывало в сторону или вниз. Наконец, ему удалось пробиться к воротам и он вынырнул из деревни. Но в момент, когда багги выезжало, прямо на капот запрыгнул один из бандитов. Он цепко ухватился руками за капот и тыкал мечом в сторону Лёхи, несколько раз немного ранив его в руку. Лёха разогнал авто до восьмидесяти километров в час и резко затормозил. От инерции эволюционист свалился с капота и упал на землю. Лёха включил заднюю передачу и проехался с хрустом по упавшему телу, а потом еще раз уже передним ходом, окончательно раздавив бандита. К багги мчались с десяток эволюционистов на лошадях, поэтому Лёха нажал педаль газа до упора, подняв за собой густые клубы пыли и не оставляя никаких шансов преследователям.

Батареи хватило, чтобы с лихвой оторваться от всадников и уехать от деревни на четырнадцать километров. Еще четыре километра пришлось пройти пешком по лесам, пока компания не добралась до Иртыша. Лёха отыскал в затоне припрятанную под кустами и камышом яхту. Как заправский моряк быстро подготовил её к плаванию. Он частенько приходил на неё, изучал, слушал радио, которое работало от солнечной батареи, читал книги по яхтингу, поэтому отлично знал как там всё устроено. Они подняли со Светочем паруса и якорь. Светоч уставился на непонятный железный ящик, с монитором, множеством кнопок и золотистой гравировкой – ЗАСЛОН.

− Это что такое? Спросил он у Лёхи.

− Это наша навигация, друг. Смотри. Лёха переключил рубильник в положение ВКЛ и ящик замигал разноцветными огоньками, а на дисплее высветилось приветствие: Добро пожаловать в систему!

– Вот видишь карта, мы сейчас вот здесь. А надо нам вот сюда, до озера Зайсан. Там еще 30 км на юг пешком пройти и мы у цели. Доберёмся туда и начнем новую жизнь. Говорят там даже бензин есть и машины. Ты ездил на машине?

− Когда был маленьким. Мы с отцом в лес приехали на вездеходе. А потом бензин закончился, так он и стоит там в лесу.

− А я и не помню доядерное время, совсем малой тогда был. Ничего не осталось в памяти, помню только голодали много в детстве. А потом вроде всё наладилось, хозяйство завели. Ладно, надо валить отсюда, хватит разговоров!

Лёха взял специальную длинную палку, чтобы отталкиваться от берега и с большим усилием, сантиметр за сантиметром, сдвигал яхту на глубину. Почти попутный ветерок подхватил эстафету и лодка начала движение. Плыть приходилось против течения, поэтому даже попутный ветер не давал большой скорости и путешествие сулило быть долгим, по Лёхиным подсчетам – не менее месяца плаванья. Съедобных припасов на яхте не было, их давно вынесли деревенские. Но зато Лёха нашел в тайнике припрятанную пятилитровую канистру со спиртом. Он сильно удивился, ведь казалось, что он обследовал корабль вдоль и поперёк, но каким-то чудом канистра ускользнула от него, схоронившись в секретном ящике в стенке. Лёха знал, что его можно пить, потому что точно такие же канистры они забрали у торгашей и пьянствовали всей деревней в тот день.

В этот же вечер, компания причалила к берегу и устроила вечеринку. Пили неразбавленный чистый спирт, слушали радио и веселились. В основном радиосигналы попадались зарубежные, видимо с призывами о помощи. Хоть ребята и не знали других языков, но слова: help и sos, были понятны без перевода. Перебрав множество радиоволн, им наконец удалось найти, то чего они и хотели. Они нашли радиосигнал, с большим количеством шума, шипения и помех, но на котором всё же была слышна музыка. Кто-то в эфире играл на классической гитаре, иногда фальшиво подпевая на иностранном языке. Было непонятно запись это или прямой эфир, но ребят это совершенно не волновало и они принялись отплясывать странные и нелепые танцы, пытаясь двигаться в такт этой пробивавшейся сквозь шум музыке.

Радио, как и навигационное оборудование, работали от солнечной батареи, вмонтированной в крышу яхты. Деревенские не стали её отрывать, потому что побоялись повредить, ведь у них еще были планы на то, чтобы однажды отправиться в плаванье, на поиски лучшей жизни.

Светоч напившись спирта уже не мог стоять на ногах, поэтому прилёг на мягкий кожаный диван. София села на него сверху и начала елозить по его телу своими бёдрами, вызывая в мужчине незнакомые, первобытные чувства. Лёха лишь улыбнулся, глядя на это зрелище и ничего не сказав, вышел из каюты, оставив сладострастную парочку наедине.

Светоч проснулся на следующий день, ближе к обеду. Его разум был затуманен от жуткого похмелья. Он попытался подняться, но не смог этого сделать. Попытался облокотиться на руку, но и это тоже у него не получилось. Наконец сфокусировав зрение и мысли, он обнаружил себя полностью связанным по рукам и ногам, лежащим на полу в углу каюты и привязанным к железной балке. Он задёргался, пытаясь освободить хотя бы одну конечность, но тщетно, поэтому от бессилия он закричал что есть мочи. На крик пришла сначала София, а следом за ней и Лёха.

− Ну что проснулся, любовничек? Ехидничал Лёха.

− Развяжи, зачем ты меня связал!?

− Как же зачем, друг, нам ведь месяц плыть до места. Я конечно попытаюсь рыбачить в пути, но в реках рыбы почти не осталось, а кушать же нам что-то нужно. Тем более София возможно забеременеет от тебя, будем на это надеется, ведь нам нужен здоровый ребенок, без кровосмешения. А беременной женщине нужно хорошо питаться. Вот в этом ты нам и поможешь, друг. Холодильник у нас рабочий, хоть и маленький. Не знаю поместишься ты туда весь или часть тебя придется завялить на костре.

− Отпусти, пожалуйста! Я вам пригожусь еще, вам же помощь моя еще понадобится! Жалобно запросился Светоч.

− Нее, друг, это исключено. Но, чисто по дружески, я даю тебе право выбрать как ты умрешь. Я могу тебя задушить, зарезать, утопить, могу тюкнуть топором по башке. Я бы на твоём месте выбрал удушку. Это не больно, к тому же избавит нас с Софией от хлопот по отмыванию твоей крови. У тебя есть время подумать до вечера, пока мы не причалим к берегу.

Вечером Лёха вернулся в каюту и не получив внятного ответа от Светоча по поводу способа его умерщвления, тихо задушил его корабельной веревкой. С помощью сестры, он вынес тело на берег, где расчленил его на мелкие куски мяса и косточки для супа. А София, по хозяйски, уложила всё в небольшой холодильник, в который впрочем, поместилось практически всё тело. Не влезли лишь внутренние органы, но парочка незамедлительно пожарила их на костре и съела.

Мяса Светоча хватило на месяц плаванья, к тому же Лёха прикреплял бредень к лодке и нет нет, в него да попадалась мелкая рыбёшка на уху. На берегу они собирали камыш, лопух и другую зелень, которая с удовольствием шла в пищу в качестве салатов.

Наконец, парочка добралась до озера Зайсан и прихватив с собой компас, отправилась в сторону горных хребтов, где по словам торговцев было крупное поселение. Дорога далась им тяжело и заняла пять дней. Хорошо, что на третий день им попался пастух, с небольшой отарой овец. Он накормил обессиленных влюбленных лепёшками и конской колбасой, что придало новых сил для похода. И вот преодолев очередную горную возвышенность, перед молодыми людьми, открылся вид на город, к которому они так стремились. В городке кипела жизнь, на улицах было множество торговцев, работали ветреные мельницы, кто-то проносился с грохотом на мотоцикле. Торговцы не обманули, здесь был бензин и множество других атрибутов прошлой цивилизации. Люди были одеты в красивую чистую одежду, из-за чего Софии стало неудобно за те лохмотья, что были на ней. Детвора каталась на велосипедах и гоняли футбольный мяч, было видно, что они беззаботны и счастливы, как будто в мире ничего особенного и не произошло. Парочка шла по улице, рассматривая каждую деталь, а жители городка в свою очередь, останавливались и глазели на чужаков.

В середине деревни стояло кирпичное двухэтажное здание, с вооруженной охраной на входе. Было понятно и без вывесок, что это резиденция главы города. Один из охранников направил ружье на Лёху и жестом показал заходить внутрь.

− Кіріңіз! (Заходи!)

Парочка прошла внутрь. Помещение состояло из одного большого просторного зала, посреди которого стоял длинный деревянный стол. Во главе стола восседал пожилой бородатый казах, одетый в национальную одежду. На нём был расписной шапан и тюбетейка таких же цветов.

− Здравствуйте! –Здравствуйте! Поздоровались молодые люди с казахом.

− Русские что ли? Зачем пожаловали к нам в город и откуда? Казах заговорил на русском без какого-либо акцента.

− Да, мы из Сибири. Приплыли к вам на лодке издалека, по Иртышу. Ваши торговцы были у нас и рассказали нам про райское место, которое находится у подножья гор, в котором есть цивилизация и которое не затронула радиация. Мы хотим у вас остаться жить, завести детей, построить дом. Можно? Спросил Лёха.

Казах медленно жевал жаренные бараньи рёбра, подвесив Лёхин вопрос в воздухе на несколько минут. Доев и запив трапезу чаем, он ответил:

− Чтобы наше место было райским, кого-то неизбежно придётся отправить в ад. Ер адамды құлдыққа, ал қызды жезөкшелер үйіне жіберіңіз! (Мужика в рабство, а девку направьте в бордель!)

Трое охранников напали на Лёху и повалили его на землю, связав руки за спиной. А другие двое схватили Софию за волосы и хотели увести, но главный казах их остановил:

− Маған шоу көрсетіңіз! (Покажите мне шоу!)

Охранники разорвали на Софии одежду, оставив её лишь в одних старых ботинках. Один из казахов прижал пленницу к столу, держа ей голову и размазав её по столешнице, а другой был сзади, держа ноги и насилуя девушку. Лёха кричал, сначала угрозы, потом умолял отпустить Софию, уверял, что она беременна, а потом ему закрыли рот кляпом и он лишь молча плакал, глядя как охранники по очереди подходят к столу. Главный казах довольно улыбался и иногда даже переходил на смех, постукивая ногой по полу от возбуждения. Дети продолжали беззаботно гонять мяч по улицам городка. Лениво крутились сонные мельницы. Послеядерная жизнь шла своим чередом.