Тут будет название

Часть 1. Разговор у костра

Пустыня замирала в лучах угасающего солнца. Лагерь каравана кольцом окружал небольшой оазис, и то тут, то там у костров мелькали силуэты людей. Ближе всех к воде стоял самый большой шатер. Его хозяин, полный седовласый мужчина, расположился на роскошном лежаке, а напротив него, с другой стороны костра, на мягких расшитых подушках вальяжно полулежали два молодых человека. Хозяин шатра, держа в руке бокал с вином, неспешно им о чем-то повествовал:

— ...Я знал, что с исчезновением электроэнергии, как базиса энергетики того мира, существование цифровых носителей информации станет невозможным. Именно поэтому я собирал все имеющие хоть какую-нибудь культурную и информационную ценность книги, брошюры, буклеты и прочее. Когда вокруг царил хаос и неразбериха, я спасал от мародеров библиотечные фонды и различные архивы, складировал их у себя в гараже, квартире и подвале, и каталогизировал свои находки. Тогда-то меня и стали называть Библиотекарем.

— А «спасал», значит крал? — донесся голос с соседнего костра.

Хозяин шатра захохотал:

— Возможно и так. В общем, мой книжный фонд рос не по дням, а по часам, становясь все больше и больше в размерах. Пришлось оборудовать под него соседние разрушенные квартиры — их хозяева уехали подальше от войны и неразберихи. А я остался в разгромленном доме и каждую ночь делал вылазки, чтобы найти себе пропитание и пополнить мою огромную библиотеку. Именно таким образом, к данному моменту времени я владею колоссальным фондом информации разного толка. А как говорили во времена моей молодости: «Кто владеет информацией, тот владеет миром».

Когда жизнь стала спокойней, период военных столкновений и природных катастроф закончился, и люди стали увереннее смотреть в завтрашний день, им вновь понадобились развлечения и знания — знания о технологиях и культуре прошлого 21 века, в частности — тут-то и пригодилась моя библиотека.

Знаете, во времена моей молодости, бумажные книги тоже стоили не дешево, — ситуацию более-менее исправлял интернет, — но сейчас... В общем, владение несметными книжными залежами, природная коммерческая хватка и умение договариваться и сделали меня тем, кто я есть теперь — один из богатейших людей на этой планете. А вам, как людям, которым со временем предстоит ... эээ... сменить нас, акционеров бизнеса, и достойно продолжить дело, важно знать, какой может быть информация, как ее правильно воспринимать, хранить, использовать и преподнести потенциальному покупателю. И самый главный навык в этом деле — чтение. Читаешь — вбираешь в себя информацию. А как я уже говорил ранее: владеешь информацией — владеешь миром.

Молодые люди слушали, не перебивая и не задавая никаких вопросов. Их безупречно белые бурнусы и накидки из верблюжьей шерсти в неверном свете сумерек делали их похожими друг на друга. Но они во многом были различны.

Темноволосый Алексей, парень шестнадцати лет, с легкой льдинкой во взгляде и плохо скрываемой скукой слушал Библиотекаря. Николай же, ровесник Алексея, с русыми волосами, наоборот, с жадностью впитывал каждое его слово, стараясь запомнить все до мелочей.

— Вот, Алексей, — указал хозяин шатра на скучающего парня, — давненько уже ездит со мной в различные деловые поездки. Он у меня с малолетства много читает и анализирует, хоть его мать (моя сестра) и не понимает, зачем в современном суровом мире, такой навык. Теперь, Николай, вы знаете зачем. Я знаю, что ваши родители занимались вашим обучением, но считаю, что вам необходимо подтянуть чтение.

— Конечно, — с радостью отозвался Николай. — На самом деле, мои предки не так уж и старались меня чему-то учить. Батя говорил, что знание боевого устава — это единственное, что мне нужно знать по жизни. Они с мамкой по нему и учили меня читать. И подзатыльники мне отвешивали каждый раз, когда я какую-нить букву неправильно прочитывал.

Библиотекарь глянул на ругающиеся фигуры воинов у соседнего костра — мужчины и женщины — и усмехнулся.

— Поэтому они, как совладельцы бизнеса, и просили меня «продолжить» ваше обучение. Они — бывшие солдаты, и от этой жизни особо уже ничего не ждут. Но для вас хотят большего, чему я несказанно этому рад. В общем, мы с Алексеем с удовольствием вас научим понимать прочитанное. Вопросы есть?

— Да, Андрей Иванович. — ответил внимательный юноша. — Что такое «интернет»?

— Об этом я вам расскажу потом. Долгая тема для разговоров. А теперь позвольте вручить вам ваше первое «обучающее» произведение.

Библиотекарь достал из-под оголовья лежака небольшую книжку и протянул ее в сторону Николая. Обрадованный молодой человек, ловко подскочив с подушек, быстро подбежал и схватил свой подарок. Прищурившись от света костра он неспешно прочитал: «Василь Некитовский. Бармен эсэсэс ранга».

— Круто! — воскликнул Николай, но тут же стал серьезным. — Надеюсь, там нет великофилосовской тягомотины и всякой нудатины типа...

И он монотонным голосом произнес: «В позднее воскресное утро в непривычной для себя роли советского гражданина, мужа, служащего музея, да еще строителя фантасмагорического купола, Илья сидел на балкончике в общей кухне, решив рассовать все по полкам, что случилось с ним за неделю».

Андрей Иванович расхохотался:

— Это вас мать заставила выучить? Ой, садисты, а не родители. Нет-нет, родной. В этой книге очень быстрый сюжет, короткие диалоги, нет больших описаний окружающей действительности. Но есть битвы, движение, юмор и главный герой с... эээ... некоторыми забавными странностями.

— Придурок что ли?

— Вовсе нет. Просто. Со странностями. Уверен, что эта книжка вам идеально подойдет. Завтра, как сядем на верблюдов, вы расположитесь в повозке и можете приступить к чтению.

Скучающий Алексей теперь оживился и, вытянув от любопытства шею, глянул на книгу, которую держал в руках садящийся рядом Николай.

— Книга еще неоконченная, но ее первая часть дает полное представление о сюжете, герое и писательском таланте автора, — продолжал Андрей Иванович. — В ее конце имеются чистые странички. Когда закончите ее читать, напишите на чистом листе комментарий — то, что вы думаете о прочитанном. Так вы постепенно научитесь обрабатывать информацию.

— Ааааа. Эта, книженция — равнодушно сказал Алексей. — Помню-помню. Ничего в ней интересного нет.

Николай вопросительно глянул на Андрея Ивановича, но тот с хитринкой в улыбке спросил своего племянника:

— Нет интересного? Ты вот любишь читать про магию, битвы героев, чтоб было стремительное движение сюжета. Там ведь все это есть.

— Есть, да. Но ерундово как-то сделано.

— Ты же знаешь, что я не приемлю базарную критику, Алексей. Аргументы, пожалуйста.

— Хорошо. Во-первых, отношение главного героя к действительности. Он получает сообщение, что его жизнь сейчас резко измениться. Он протестует, возмущается — и это нормально. Каждый в подобной ситуации вел бы себя так. Но когда он все же оказывается в новом мире, то его резко все начинает устраивать. Да, в начале знакомства с другими героями и персонажами он еще возмущается, что его выдернули в эту реальность, но потом все идет в норме. Король? Принято. Монахи, стражники, замок? А что такого? А когда он оказался герцогом демонов, то вообще принял это, как обыденность. Умопомрачительная приспособляемость.

— Ты слишком категоричен, мой друг, — сказал Библиотекарь. — Это не биография какого-либо исторического лица. Это вымышленное художественное произведение, цель которого развлечь читателя. Методы, которые выбрал автор для достижения этой цели — комедия положения и лихо закрученный сюжет с элементами литературного РПГ.

— Кстати, о лихости сюжета. Это моя вторая придирка. Роман болен разным темпом повествования.

Например. Когда герой призван, он ведет диалог с призвавшим его священником и 3 другими призванными. 17 диалогов с небольшим количеством фраз — от главного героя и остальных персонажей суммарно. На произнесение этого количества текста в жизни понадобиться 5 минут максимум. Именно это количество времени проходит и в книге. 56 диалогов (с тем же количеством фраз) на приеме короля демонов — и вечер закончился, и наступила глубокая ночь. То есть прошло несколько часов! Часов 5, если прикинуть по нормальному времени. Если бы в тексте были временные ориентиры: танцевали, сидели на диванах и болтали ни о чем, то можно ощутить, что прошло много времени. Но беда в том, что сюжет здесь двигается методом диалогов. Персонажи говорят, обсуждают происходящее. На произнесение этого текста уйдет 15 — 20 минут, а тут, хоп, и прошло несколько часов. Почему так?

Читатель чувствует время, когда «поглощает» текст книги по-разному: диалоги и повествования задают разный темп. Их гармоничное сочетание делает чтение равномерным, приятным и интересным. Основная форма «Бармена» — диалоги. Диалоги — это очень стремительная часть текста. Они могут дать развитие сюжету, но дают плохое восприятие окружающей действительности и времени. Что и видно на примере этой книги. Какой мир окружает героя? А кто его знает. Там есть, короли, демоны, драконы. Там точно есть лес и гоблины. Как выглядит ад? Плохо себе это представляю, но у ада точно есть потолок.

— Оооо, милый мой, — протянул Андрей Иванович, — куда тебя понесло.

— Ты же сам просил аргументы. Вот тебе аргументы, — буркнул Алексей.

— Ты молодец, конечно, что подметил столько деталей. Еще какие-нибудь минусы подметил, дух отрицания и сопротивления?

— Ну, не верится, что герой — мажор. Кухня в 50 квадратов его удивляет, ездил в плацкартном вагоне, умеет взрывной коктейль делать.

— А разве он не ловко манипулирует окружающими? Это в первую очередь учатся делать дети богатых людей.

— Ну, да...

— А коктейль Молотова из бутылки с алкоголем и горящей тряпки может сделать любой наблюдательный человек. А наш главный герой очень наблюдательный. Забывчивый, да, но наблюдательный. К тому же он бармен. Делать коктейли — его божий дар.

Все засмеялись, и негодование Алексея сошло на нет.

— Ты молодец, Леха. Все правильно подметил. — Сказал Библиотекарь, — Но одну важную деталь ты упускаешь.

— Какую же?

— Это юмористический роман, основным художественным приемом которого является нарушение ожидания. С самого начала он задает закон по временному (ускоренному) восприятию текста в книге и ни разу его не нарушает. Да, создается впечатление сбивчивости, но сюжет нигде не провисает...

— Потому что его нет, — буркнул Алексей.

— Не перебивай меня, пожалуйста. Простота сюжета не означает его отсутствие. Итак, такой темп — это особенность; если хочешь, изюминка, этого романа, которая понравится читателю, желающему просто развлечься. Погружение в атмосферу, политическая расстановка сил, сюжетная арка персонажа — это не для «Бармена». А вот, если есть желание для быстрого чтива с хорошими шутками, то эта книга подойдет идеально. Ведь тебе понравился юмор автора?

— Ну, да. Мне понравилось что он делает, когда оказывается в самых опасных землях континента. Вместо того, чтобы думать о том, как выжить, герой использует свои навыки, чтобы получить выпивку от бога Критониса и нажраться в хлам. Все это ведет к веселым приключениям, о которых герой узнает утром с похмелья: например, о своей драке с медведем.

— А я был в восторге от сцены столкновения героя и культурной, разговаривающей нормальным тоном уборщицей в главе «Адская ночь».

— А я хохотал, когда демоны пришли взять у него денег, а он их убедил, что он им ничего не должен.

— Или реакция на речь слуг, когда он очнулся в теле короля людей.

Андрей Иванович и Алексей оба засмеялись в голос, а Николай недоуменно на них посматривал.

— Получается, что эта книжка не такая уж и «ерундовая»? — с улыбкой спросил Библиотекарь.

— Получается, что так, — в ответ улыбнулся парень. — Кароч, читай Колян, — по-братски хлопнул друга по плечу Алексей. — Эта книжка не умная, но веселая. Местами чутка жуткая и странная, но, в общем, тебе понравится.

— И обязательно оставьте комментарий со своим мнением. Это очень важно — поддержал разговор Андрей Иванович.

— Да, понял я, понял. — сказал Николай, разглядывая книжку. — Это мне для саморазвития и пользы дела.

— Да, — сказал Библиотекарь и вновь продолжил свою нравоучительную речь, потягивая вино из бокала. — Помню, в период своей молодости я очень часто писал не только комментарии, но даже целые рецензии к разным книгам. В этих рецензиях я указывал плюсы и минусы произведений, искал достоинства и недостатки. Все это отправлялось авторам, которые не потерялись в пучине тех сумасшедших дней. Подавляющее большинство авторов были благодарны, ведь это давало им повод задуматься над своими ошибками, может как-то их переосмыслить и исправить. А приятные слова окрыляли, помогая им работать дальше. И я старался не скупиться на добрые слова.

Но однажды, мне ответом пришло очень гневное письмо от автора, произведение которого я вроде как хвалил. Я указал на недостатки произведения, уточнив, что это мое субъективное мнение и ни другой читатель, ни автор не обязаны на них опираться. Пусть читатель возьмет в руки эту (очень даже достойную) книгу и оценит ее самостоятельно — такова была моя позиция.

Но автор был очень зол. Он написал мне, что я совершенно не понял его произведения. И что, прежде чем писать комментарий и рецензию, я должен был обсудить книгу с ним (с автором). Представляете?

Что на это сказать?

Не всегда начинающий автор понимает, какими средствами он вызывает ту или иную реакцию у читателя. Талант и упорство — это обязательное условие для становления писателя, но рост мастерства возможен лишь при полном освоении приемов управления читательским вниманием, как дирижер палочкой и определенными взмахами управляет оркестром.

Для этого и нужен диалог между ними. Писатель, пока не окреп в своей профессии, общаясь с публикой, узнает, какие именно приемы и какой вызвали отклик. Главное, чтоб публика и писатель были НОРМАЛЬНЫМИ людьми с хорошими социальными навыками общения. А то получится словесная перепалка, а не диалог.

В голове начинающего писателя текст произведения видится не так, как в голове читателя. У него в тексте могут быть расставлены свои смысловые акценты и фокусы внимания, а потом, читая отзывы, с удивлением узнавать, что читатель как-то не так воспринимает его шедевр. И это порождает негативную реакцию, источник которой — недостаточное владение возможностями своих выразительных средств. И низкий культурный уровень читателя тоже стоит отметить для справедливости.

Поэтому, Николай, читаем, записываем свое мнение и обсуждаем. Обсуждаем, приводя аргументы к своим доводам и отмечая положительные стороны — развиваемся. Возмущаемся и хамим — деградируем. В общем, пошлите уже ужинать, да на боковую, а то завтра рано вставать. А вам, Николай, с утра желаю приятного чтения.

Часть 2. Южно-восточное направление

Здравствуй мой дорогой дневник... Ага, какая ерунда и банальщина. Но надо расписать перо и упорядочить мысли. Итак... Записей не было очень давно, но без дела я не просиживал. Я купил в Оазисе еще один дом, в восточном и южном направлениях вместо трех ходят четыре моих каравана, а золотой запас в сундуках моего дома пополнился еще на пару кг. Не плохо, на мой взгляд.

— Но этот дневник, вообще-то, не для бахвальства, уважаемый Библиотекарь.

— Знаю, Андрей Иванович. Для ведения деловых записей. А все вышеперечисленное — итог этих дел. И еще, вести диалог с самим собой на бумаге — это странно. Прекращаю.

Итак, зачем я вообще веду этот дневник? Чтобы на старости лет было что вспомнить, или чтоб эффективно вести дела? Особенно при начинающимся маразме?

Наверное, это один из видов моего наследства для тебя, Алексей. Надеюсь, ты будешь это читать и найдешь в этих записях что-нибудь полезное. Например, дорогой племянничек, у тебя сложится единая картина того, как именно я вел свои дела, и откуда появился такой успех.

Все твое детство я, твоя мать, соседи и всякие встречные-поперечные рассказывали тебе историю о том, что я разбогател, торгуя книгами в условиях постапокалипсиса. Так называли во времена моей молодости временной период, когда в результате планетарной катастрофы был уничтожен прежний уклад жизни людей, а новый еще не сформировался. Но я не был с тобой до конца откровенен, ввиду твоего нежного возраста. А сейчас, я уверен, ты читаешь эти записи уже взрослым человеком и сможешь правильно меня понять.

Алексей, истина такова: когда рухнул мир, книжки были нафиг никому не нужны. Та-дам! Я знал, что они пригодятся мне в будущем, но в тот период людям нужна была информация другого толка.

Например, в результате серии катастроф в моем городе мирные жители, прихватив большую часть ресурсов (вода, еда, одежда и прочее) бежали из города. А те, кто остались, стали драться за остатки ресурсов. Сформировались банды. И вот этим бандам было очень интересно узнать все о противнике: продовольствие, оружие и медикаменты и прочее. А я был что-то вроде добытчика топлива: носил все, что горит и продавал за еду. Благодаря своему подвешенному языку, я втирался к людям в доверие и узнавал от них различные новости и слухи. Потом, придя, например, в логово другой банды им я уже продавал топливо, новости и слухи из стана противников. И собирал аналогичную информацию.

Так, по капле и крошке, я заработал репутацию продавца информацией. Я стал нужен всем, а потому убивать меня было не выгодно никому. А потом еще и книжки стал интересные людям продавать. Я обзавелся связями, положением, а потом и деньжата начали водиться. Банды проигрывали и побеждали, правители сменяли друг друга, но информация самого разного толка всегда интересовала людей. А когда жизнь становится хоть чуточку лучше прежней и стабильней, человека начинают интересовать различные вопросы бытия, ответы на которые могут храниться в книгах. Именно с тех пор у нашей семьи и пошли дела в гору.

Твоя мать может с этим не согласиться, ведь, пока я мотался по умирающим городам и дальним весям, собирая и продавая информацию, она уже прилично зарабатывала, содержа публичный дом. Я могу на это сказать только одно: ее «предприятие» стояло, потому что никто не хотел меня «обижать». Но ей об этом знать не обязательно, Алексей, пусть тешит свое ушибленное самолюбие, как хочет. Ведь она моя младшая сестра и всё, что у меня осталось от моего прошлого. И, наверно, я ее люблю, не смотря на ее контузию и склочный характер.

Ну, вот теперь ты знаешь все, и, может быть, теперь не так сильно меня уважаешь, как раньше. А, может, и совсем не уважаешь... Но позволь мне на примере конкретной поездки показать, как именно я организую дела. Я буду очень рад узнать, что у тебя все идет в гору только при помощи продаж книг, но сейчас, в это время, без интриг и шпионажа (это то, о чем я писал выше, но двумя словами) обойтись нельзя. А теперь смотри проект дела.

Первое. Дошли новости. В южно-восточном направлении среди племен пустынников наконец-то стабилизировалось политическое положение. То есть в ближайший год среди племен масштабной войны не будет. Все ресурсы оказались в руках одного правителя, а противоборствующая сторона — это малочисленные военизированные отряды, между которыми нет единства. То есть, они продолжают воевать между собой.

Второе. Слухи. На восточной границе в сторону юга пошли перебои с поставкой огнестрельного оружия. Таким образом, появляется высокая вероятность того, что наш укрепленный караван без значительных потерь дойдет до южных земель. Плохо, что перебои вызваны масштабной эпидемией, так что придется предпринять дополнительные защитные меры медицинского характера. Вот, вечно какая-то зараза с востока идет.

Третье. Ключевые факты. Стабилизация на юге произошла благодаря тому, что на троне вождя укрепился сильный человек. И оказалось, что это наш соотечественник! Помнишь, я тебе рассказывал про нашу родину, Алексей? Она была огромной и называлась Россией, а главным город страны была Москва. Так вот, этот человек мой ровесник, а родом он из Москвы! Он постоянно капает на мозги подчиненным рассказами о своем прошлом, о величии Москвы, о том какой уровень там был культуры и прочее, за что уже получил прозвище Москвич. Я лично выслушивал нытье очевидцев.

Четвертое. Основа капитала Москвича — торговля оружием и рабами. Да, Алексей, это форменный ужас, сам знаю. Нет, я не согласен с политикой этого человека. Но, да, я хочу заключить с ним несколько сделок. Но не подумай обо мне так плохо. Во-первых, в такие игры без должной подготовки не влезают, во-вторых, всех не спасти, Алексей. Поверь, я пробовал, и не получилось. Много раз пробовал. А в-третьих, обещаю, что-нибудь придумать, если это не выйдет мне боком.

Выводы: новости — это повод собрать караван, а наличие военизированных полудиких племен на юге и эпидемии, подступающей с востока — это основание усиленной специализированной его оснастки. И надо придумать, как умаслить Москвича, чтоб он расщедрился. Думай, Библиотекарь, думай.

* * * * *

День клонился к закату. Солнце медленно опускалось за Великие Барханы, громады которых виднелись на горизонте. Пустынные островки среди отбойных мертвых вод Индийского океана окрашивались в багряные тона.

«Печальное зрелище, — подумалось Андрею Ивановичу, смотрящему на закат через гигантские резные окна айвана. — Какая культура погибла, оставив после себя лишь жалкие осколки былого величия. И все это стащили в это место, практически не пригодное для жизни. А вонь-то тут какая! Мертвые города и то не такое амбре покрывает».

Башня, в верхнем ярусе которой грустный Библиотекарь ждал ее хозяина, была порядка десяти метров в высоту, но запах разлагающихся водорослей и выброшенных на берег мертвых обитателей океана легко проникал в каждый уголок. Взмыленные слуги тщетно пытались исправить ситуацию, прожигая тонну благовоний, но становилось только хуже: два специфически ароматизированных воздушных фронта, сталкиваясь и перемешиваясь между собой, вместо облегчения приносили лишь головную боль.

Айван, в который пригласили Библиотекаря, изо всех сил старался походить на те восточные дворцы, о которых Андрей Иванович читал в книгах: золотые статуи и серебряная посуда, бархатные шторы и шелковые занавески, арабески с инкрустированными драгоценными камнями, настенные ковры — все это изо всех сил старалось броситься в глаза посетителю и ослепить своим великолепием. Шика и помпезности было много, но не чувствовалось восточного изящества и гармонии форм: именно так и обставил бы свой дом человек, который имеет дохрена золота и денег, но о гармонии ничего не знает. Просто дорого и богато, а осудить никто не посмеет. Если захочет жить. Наверняка, этот золотой лев с бриллиантовыми глазами стоит тут около дверей потому, что его просто было тяжело тащить. Занесли в комнату, и ладно, повернули мордой к гостям и оставили так. И обходи его, если хочешь зайти или выйти.

А чего стоит золотая статуя а-ля Георгий Победоносец, сражающий кривым копьем какого-то недоразвитого дракона, которая помещена в центр зала? Судя по «лицу», Жора был родом из Монголии, а одёжа украдена у римского легионера. Много, наверное, Москвич отдал за то, чтоб отлили это недоразумение. Действительно, помешан человек на своем московском прошлом.

Но что-то хозяин припозднился.

«Приветствуем вас в сердце Новой Москвы», — неожиданно раздалось за спиной Андрея Ивановича. Тот резко обернулся на голос и увидел толпу каких-то по-восточному ряженых девиц. Они стояли в неприметной нише зала.

«Наверное, там тайная дверь», — подумал Библиотекарь и учтиво поклонился на приветствие.

Секунда, и толпа разбежалась по залу, поджигая фитили в больших золоченых чашах с маслом, которые были расставленных по залу. Харсы (или охранники) стоявшие в углах помещения и наблюдавшие за гостем и бровью не повели от этого действа — значит, все идет как обычно. В нише осталась стоять одна девица.

«Высокая, стройная, дерзкий взгляд: наверное, любимая жена, — подумал библиотекарь. — А по совместительству, старший администратор, скорее всего. Русская оптимизация всегда была беспощадной».

Но вслух сказал другое:

— Очень рад оказаться в сих благословенных чертогах. Это большая честь и радость для меня. Когда же я смогу увидеть хозяина этого... гостеприимного дома?

В ту же секунду толпа девиц скрылась за шелковой шторой в другой нише, а со стороны бриллиантоглазого льва раздался грубоватый бас:

— А я уже здесь.

Но владелец голоса появился не сразу. Его живот упорно не желал помещаться в проем с левой стороны золотого льва. Штурм правой прошел более успешно (не без помощи небольшой свиты), и Андрей Иванович наконец-то смог лицезреть главу Новой Москвы.

Средний рост, пухленький, лысенький, жесткий взгляд. Не приветствуя гостя, прошел к золотому трону, уселся на него и уставился на Библиотекаря, пока слуги поправляли его белоснежные одежды, золотые цепи и медальоны. Андрей Иванович учтиво поклонился и мысленно усмехнулся: «Ха! Времена идут, а тираны не меняются. Ну, что ж, обрабатываем по схеме „лесть — выпивка — восхищение — выпивка — а помнишь — выпивка — просьба — выпивка“ и в случае неудачи повторить».

* * * * *

Он разогнал всех слуг и послал по батюшке свою жену-администраторшу. Он плакал и жаловался, а Библиотекарь подставил ему свое плечо и горестно кивал, со всем соглашаясь. Прижимая к сердцу подарки Андрея Ивановича — заляпанный плакат со схемой московского метро и матрешку с изображением собора Василия Блаженного на фартуке — он горевал по сгинувшим родным и близким, по расколотой родине и о вкусе омлета с трюфелями из ресторана «Белый Кролик».

«Пора», — подумал Андрей Иванович и отстранился от все более раскисающего хозяина Новой Москвы.

— А ведь есть способ вернуть прошлое, дорогой Евгений Михайлович!

— Какой?

— Книга!

— Чё?

— Вы верите в мистику? Наслаждаетесь загадками? Любите изучать мир, состоящий из мелочей?

— Эээ... Нет...

— А вас привлекает таинственная Москва времен силы и мощи Советского Союза — периода небывалого величия нашей страны? Когда был покорен космос, когда весь мир трепетал, только глядя на политическую карту мира? А страна? Огромная великолепная страна! Ее население было способно на все! И вы — потомок тех великих людей, что разворачивали реки вспять, сносили горы и строили корабли, которые бороздили бескрайние просторы вселенной!

— Да, черт возьми!

— Это величие живет у вас в сердце?

— Да!

— И вы хотите сохранить хотя бы малую толику того мира?

— Конечно!

— Тогда, держите крепче это сокровище, мой друг.

И Библиотекарь передал растроганному хозяину какой-то прямоугольный параллелепипед, завернутый в красный бархат. Развернув его, тот увидел толстенькую (почти 20 а.л.) книгу. С непонимающим выражением лица Евгений Михайлович прочитал:

— Ефим Гаер. Спрятанные во времени. Эээ...

— Проникновенное произведение, мой друг. Это не книга, а художественный альманах, который нарисован яркими красками и отточен множеством деталей.

— Знаете, дружище, у меня нет особо времени читать...

— Хотите сказать, что не найдете пару минут, чтоб окунуться в прошлое? Москва 1930-х годов. Ммм. При этих словах у меня в голове возникают строки Исаковского:

Зелеными просторами

Легла моя страна,

На все четыре стороны

Раскинулась она...

— Я, знаете ли, классику больше...

— Конечно! Я когда знакомился с сим произведением, слышал отголоски «Мастера и Маргариты»... Вон, вижу, что она у вас на золотой полочке над троном стоит. А рядом «Москва» Андрея Белого. Отличный выбор, кстати. Много книг о Москве на английском языке. Вы многоязычны, мой друг, и это похвально. А я вот, только на русском глаголю, не то, что вы. И как вам удается за всем следить, держать в голове столько нюансов? Я вот разговариваю с вами и как будто это произведение читаю...

— Вы позволите еще раз взглянуть на эту книгу, Андрей Иванович?

— Конечно, уважаемый!

Белая обложка, в центре которой изображение значка «Активист», интригующая аннотация. Какая-то притягательная аура веяла от этой книги.

— Ну, — усмехнулся Евгений Михайлович, — я готов выслушать ваше предложение по цене.

— Но скажите сначала, мой дорогой друг, вы любите торговаться?

— Конечно!

— Тогда позвольте доставить вам колоссальное удовольствие...

* * * * *

Итоги поездки:

Первое. Слухи оказались верны. Добрались до Новой Москвы без военных столкновений. Обходили торговые пути через Великие Барханы. Ни банд, ни зараженных. Люди и верблюды хоть и промариновались, но все живы.

Второе. Оооочень выгодно продался по книгам и закупился по огнестрелу. На обратном пути шли очень медленно и с частыми остановками из-за перегруза, но оно того стоило. На границе пришлось купить еще парочку верблюдов, а то неделю бы только по родным землям добирался. А так за пару дней от границы до дома дотащились. По традиции проставился для людей сверх ЗП. Алексей, не бросай эту традицию — за это тебя будут не только уважать, но и любить.

Третье. Продал информацию о Москвиче освободительному движению. И часть огнестрела. Да, не выгодно, но, во-первых, прибыль от сделки с этим самодуром и так достаточно хороша, а во-вторых, у меня еще есть совесть и моральные принципы. Что странно. Это точно из-за тебя, Алексей. Еще на подходах к границе узнал, что Москвич свергнут. Ну, не жалко ни сколько: насмотрелся я на его Новую Москву до омерзения. Опять южно-восточное направление надолго закрыто.