Цветочный бог. Альтернативная концовка

Глава 1

Западня

Плант среагировал быстрее.

«Он ещё здесь. Он не тронет нас, пока мы внутри».

Питания на шаттле по-прежнему не было, приходилось вручную открывать засовы гермодверей. Кину взял на себя всё выполнение физических действий и не задавал лишних вопросов, хотя они и не давали ему покоя. Фигура доктора перекатывалась впереди; из карманов перекроенного сюртука формы то и дело что-то высыпалось, выливалось. Капитан не обращал внимания на причуды доктора и сосредоточил своё внимание на поиске возможного оружия, так как вход в рубку был заказан. Тупоголовый гибрид (а именно он задумал этот военный адюльтер, сомнений быть не могло) такой из себя стратег, наверняка действовал по наводке сверху, пронюхав про открытие Планта. Ох и дорого обойдётся это Военпреду…

Кину собрал всю решительность в кулак. Асса была где-то за пределами корабля, ей ничего не грозит ‒ это он чувствовал, но не мог знать наверняка. Едва мысли капитана затронули память об Ассе, мозг поразила яркая вспышка и на секунду отнялись руки. Огромная тень гибрида опустилась на крышу шаттла и пробиралась по следам беглецов, издавая отвратительные звуки. На секунду капитану показалось, что он чувствует мерзкое прикосновение его чешуи.

Из транса капитана вывел Плант, растерев в руках какое-то семя и дав понюхать. Резкий аммиачный запах заставил капитана откашляться, он с шумом выдохнул и стал озираться вокруг. «Парасенсорный контакт, ‒ довольно осклабился Плант. ‒ Асса молодец, а ведь ниберийцам необходимо прикосновение для этого. Интересно, это влияние ваших сексуальных игр, или же иная девиация?..»

Щёки Кину вспыхнули, а доктор беззвучно рассмеялся.

‒ «Будет тебе. Рассказывай, что она тебе показала».

Казалось, Планта даже не напугало видение капитана, уж слишком спокойно он выслушал и даже деловито пролистнул что-то в своей записной книжке.

‒ «Взорвём здесь всё к чертям и дело с концом. Жаль, конечно, что я так и не отправил свои отчёты в Консилиум. А может, и к лучшему. Буду скучать по лаборатории, когда мне ещё удастся поработать в такой…Ну да ладно, ‒ Плант вытряхнул всё из своей формы, любовно убрал записную книжку в карман и с вызовом взглянул прямо в глаза Кину. ‒Разрешите командовать, капитан! Направляемся ко второму выходу. Выйдем прямо за пределы экранирования и, если повезёт сохраним слух и рассудок».

В кривых пальцах доктора промелькнула зажигалка. Старинная такая зажигалка, с откидным верхом и вензелями по бокам. «Паршивец, ‒ снисходительно подумал про себя Кину. ‒ Наверняка выкрал из музея. Как только на борт пронёс, загадка…»

Не успел он озвучить этот вопрос, как им пришлось бежать к выходу. Доктор жестом показал закрыть уши и прижаться к земле, что и было безоговорочно выполнено. На шаттле раздался тонкий свист, как при запуске салюта, а потом резко потемнело. Местность будто накрыло вакуумом, от которого не слышишь даже собственных мыслей. Кину попробовал было разжать уши, но звуки не появлялись. Оглянулся на Планта: тот катался по земле в истеричном смехе, пародируя, что стало с гибридом во время взрыва. Кину никогда не встречал такого эффекта: ни дыма, ни огня, ни эктоплазмы. Но факт оставался фактом ‒ на месте бывшего шаттла валялась какая-то требуха, потихоньку развеваемая ветром. Кину меланхолично наблюдал за пролетаемым куском: возможно, это часть его отчёта, который он так и не послал Военпреду.

Кину откинулся на землю и, счастливо улыбнувшись, закрыл глаза. А когда он их открыл, его шею уже щекотали волосы Ассы, а губы были заняты поцелуем. Кину сгрёб девушку в объятия, перевернул её на землю и зарылся лицом в её грудь. Так и лежали они втроём, не произнеся ни слова, согретые первыми лучами, пробившиеся после взрыва.

Эпилог

Кину старательно сплетал гибкие пруты. В голове, очищенной от информационного мусора, воссоздавался опыт предков, когда они ещё не гнушались ручным трудом. Работа спорилась. Местность сама подстраивалась под нужды людей; в основном это была заслуга Планта ‒ тот неделями пропадал в оранжерее и почти разучился разговаривать, ведь цветы понимали его без слов.

Бывший капитан гордо оглядел своё жилище. Здесь светло и уютно. Иногда, правда, не хватает некоторых удобств, но Кину с семьёй негласно решили не повторять образ жизни современников с далёкой орбиты. Частенько капитан перед сном садился на крыльцо и, не спеша раскуривая табак, всматривался в звёздное небо. Страх, что их здесь обнаружат, давно ушёл, оставалась только лёгкая грусть, которая выветривалась с первым дымом. Все эти простые мелочи, из которых складывалась повседневная жизнь, приносили радость и спокойствие. Кину даже стал немного религиозным. Отсутствие книг заменял своеобразный алтарь: огненно-красное пульсирующее соцветие, возле которого отступали все душевные тревоги. Асса говорила, что это к ним снизошёл сам Цветочный бог, и благодаря нему она носит под сердцем дитя. А Кину и не спорил.

Зелёная планета не переставала вращаться, ровно как и в день, когда приняла к себе шаттл. Солнце так же всходило два раза в день, щедро даря тепло и свет своим новым детям. Минуты складывались в дни, дни ‒ в года, а всепрощающему Цветочному богу не было дела до хронологий, у него была куда более важная миссия: воспитать достойных сынов и дочерей Новой Земли.