Тьма предрассветная

Глава 1

Посреди площади, засыпанной мусором и битым кирпичом, разгорался костёр. Вокруг в вечных сумерках, обрамляя трепещущий оазис света, возвышались почерневшие остовы зданий. Холодный ветер гнал по небу низкие тучи. Орнэй подкинул дровишек и на секунду задумался. Красноватые блики играли на его измазанном сажей лице. Впалые щёки, синие круги под глазами свидетельствовали о постоянном недоедании и тяжёлом труде. Одет он был в поношенное тряпьё — залатанную телогрейку, ватные штаны, валенки. Мужчина протянул руки к огню и зажмурился, словно пробуя на вкус исходящее от раскалённых углей тепло.

Из развалин вынырнула ватага ребятишек. Обгоняя друг друга, дети помчались через площадь и проворно расселись у костра. Окинув воспалённым взглядом умирающий город, Орнэй решительно развернулся.

- Опять за своё! - проскрипела старая Аглая. Женщина выбралась из землянки и заковыляла к костру. Она непрестанно ворчала, нервно подёргивала головой, но, несмотря на видимое недовольство, любила послушать рассказы странноватого соседа. Поговаривали, что ей уже более ста лет и она одна из немногих, кто ещё помнит исчезнувшую эпоху.

- Ну что ж, начнём экскурсию? - обратился рассказчик к благодарным зрителям.

- Да, да, хотим! - хором закричали ребятишки. Их звонкие голоса эхом покатились по пустым улицам.

Со стороны опрокинутой арки показалась бродяжка. Спотыкаясь и пошатываясь, она не спеша побрела к огню. Откуда взялась эта женщина не знал никто. Возможно, перекочевала сюда из опустевших районов. Она не трудилась, не пыталась устроить себе лачугу и не собирала съедобный мох. Просто жила среди руин, питаясь неизвестно чем.

- Итак, - хлопнул в ладоши Орнэй, - мы с вами находимся на Триумфальной Площади! Если отсюда отправиться по широкому проспекту на северо-восток, - он жестом указал направление, - и двигаться, не сворачивая, мы обойдём город по кругу и вернёмся на прежнее место. Прогуливаясь по кольцу, внимательный наблюдатель сможет увидеть...

- Хватит нести эту чушь! - загудело из открытого колодца.

- Тише, тише, Заф, пусть рассказывает! Какое тебе дело до чужих причуд?

На поверхность выползли несколько человек. Отряхиваясь от пыли, они угрюмо заковыляли по разбитому тротуару. Один из них держал мешок для ловли крыс, у остальных имелись небольшие ломики для самообороны и расчистки завалов.

- Пусть чешет. Послушаем...

- Да ну его, я уже сто раз слышал. - Заф брезгливо сплюнул. - Занялся бы делом! Тоже мне, коллекционер сказок.

Среди ловцов крыс он считался крупным специалистом. Казалось, кроме охоты на грызунов, этого человека больше ничего не интересует. Он был широкоплеч, с длинной растрёпанной бородой и бесцветными глазами, покрытыми непроницаемой пеленой. В отличие от своих приятелей, Заф сжимал в руке короткое, до блеска отточенное кайло. Он грубо выругался и отправился восвояси. Остальные присели у костра. Судя по настроению, улов был сегодня небольшой.

- Если посмотреть на юг, - невозмутимо продолжил Орнэй, - мы сможем увидеть памятник древнему поэту...

- Ну и где твой памятник? - перебил рассказчика пожилой охотник.

И, действительно, памятника никто не видел. На том месте, куда указывал чудак, возвышалась небольшая кучка щебня.

- Он там стоял, - взволнованно возразил Орнэй. В его глазах блеснули огоньки. - Когда я был маленьким, отец приводил меня сюда, чтобы показать бронзовый обрубок руки. "Перст великого поэта", - не раз поговаривал он. Потом рука исчезла...

- Вот видишь, всё исчезает. Исчезнем и мы. И никто не скажет наверняка были мы когда-нибудь или нет.

- Рука была, - скрипнула Аглая.

Бродяжка с интересом следила за разговором.

- Эээ... Старая, тебе поверить себя обмануть. Того гляди, начнёшь заливать, что видела Солнце!

- Может, и видела, - пожала плечами старуха.

Солнце тоже никто не видел. Уже давно в Его существование можно было лишь верить. Некоторые утверждали, что это правда, другие говорили, что доверять стоит лишь собственным глазам. Третьим было плевать — их заботил вопрос выживания, а сказки о прошлом вызывали раздражение и даже злобу.

- Там, за тёмными тучами, горит звезда! - с чувством произнёс Орнэй. - Она ослепительно яркая и огромная, как тысячи планет. Она излучает свет и тепло, отделяет день от ночи... Солнце даёт начало всему живому... Люди сами лишили себя Света. Они устроили страшную войну. Копоть и пыль от сотен взрывов поднялась к небу и закрыла от нас светило. На землю опустилась вечная ночь. Но однажды дым рассеется... И каждый сможет увидеть Его лицом к лицу...

- Ну... Понеслась... - махнул рукой крысолов. - Одно слово, сказочник. Ладно, хватит рассиживаться.

Охотники немного согрелись и теперь, поднявшись, направились по своим делам.

- Дядя Орнэй, расскажите про реку! - воскликнул сидящий ближе всех чумазый мальчишка.

И Орнэй начал рассказывать. Он говорил долго, с воодушевлением. Говорил о великом городе, стоявшем когда-то на этом месте, о реке, о зданиях до небес, о летающих машинах и механических чудесах...

- Все было уничтожено! Исчезло в один момент! Первые, чудовищной силы взрывы беззвучно зажглись в верхних слоях атмосферы. Гигантские вспышки затмили солнце, а там, где была ночь, стало светло как днём. Электромагнитным импульсом они вывели из строя орбитальные спутниковые группировки и наземные системы противоракетной обороны. А затем безумным звездопадом посыпались термоядерные боеголовки. Атомное месиво поглотило материки. В считанные секунды человеческие города были сметены, а глубинные пласты содрогнулись от мощи ударов. Огненные шары вгрызлись в землю, а из океана огня к космосу потянулись грибоподобные исполины. Миллионы тонн пыли рванулись вверх. Закручиваясь и клубясь, бушующие вихри росли, лопаясь языками багрового пламени... Мы потомки тех счастливчиков, которым удалось выжить. В начале было невероятно сложно, но постепенно люди приспособились. И сегодня, дорогие мои... - Орней ласково посмотрел на детишек. Они сидели вокруг костра — грязные, замотанные в лохмотья, но с чистыми удивлёнными глазами, - ...Время как никогда близко. Очень скоро пелена падет, тучи рассеются, и мы заживём нормальной полноценной жизнью. Мы сможем снова возделывать поля, выращивать хлеб, строить дома. За десятки лет радиационный фон снизился. Старожилы отмечают, что стало намного светлее. Но самое главное — это не забыть кто мы и что значит остаться человеком!

Рассказчик замолчал.

- Дядь, а откуда вы всё это знаете?

- Так учил меня отец, он говорил, что об этом должен знать каждый...

- А когда дым рассеется? Когда перестанет быть темно?

- Да хоть и сегодня! Это может произойти в самый неожиданный момент. Вон видите как ветер разгулялся. Однажды он сдвинет тучи со своих мест, и мы увидим первые утренние лучи...

- Скорей бы, - всхлипнула бродяжка.

Вечер подходил к концу, костёр потух. Ветер действительно разошёлся не на шутку. Сначала он свистел в вышине, но теперь набросился на остатки человеческой цивилизации. Он завывал в руинах, трепал разбросанный повсюду мусор и поднимал на безлюдных перекрёстках пыльные вихри.

Ребятишки разбежались по домам, старуха заковыляла к своему жилищу. Через время раздался хриплый звон треснувшего колокола — свидетельство окончания дня. Кутаясь в ватник, Орнэй приблизился к куче щебня. Когда-то на этом месте возвышался памятник... Не осталось ни фундамента, ни изуродованной руки... Ничего.

Он тяжело вздохнул, обошёл площадь по кругу и, усевшись на обломке плиты, прислонился к стене обгоревшего дома. Из темноты выскользнула бродяжка... Когда зрители разошлись, она словно преобразилась — сутулость исчезла, немощное шарканье сменила уверенная загадочная походка.

- Ну что, коллекционер сказок, ты готов?

- Да, Елена, сегодня была моя последняя проповедь.

- Запомни, вернуться назад ты уже не сможешь!

Он внимательно посмотрел на свою собеседницу. Женщина показалась ему молодой и даже красивой. "Как же я не заметил этого раньше?" - подумал Орнэй. Необыкновенно правильные черты, светлые, слегка вьющиеся волосы, спрятанные под грязным, оборванным по краям, платком.

- Почему именно я? Что во мне такого особенного?! - вслух поинтересовался он.

- Да нет ничего... - с иронией ответила бродяжка, - как бы это правильно сказать... Ты просто неравнодушный!

- Ясно. А вам именно такие и нужны?

- Ты же знаешь, наша задача сохранить человечество. Мы пытаемся собрать лучших. Людей, которые обладают какой-нибудь особенностью, талантом, знанием. Твой талант в неравнодушии. Меня наделили правом выбирать - я выбрала тебя!

- Странно... - рассеянно проговорил Орнэй, - я бы с удовольствием отдал своё место одному из этих ребятишек...

- В том-то и дело! Именно поэтому мы приглашаем тебя. Количество мест ограничено. Если кто-нибудь умирает, или у кого-то не может быть детей, появляется возможность пригласить нового человека... Новые люди — это одно из условий нашего выживания... Сейчас именно такой момент... Одно место свободно... Даже два! Но это неважно... Чтобы выжить, нужно стать жестоким, - в её голосе послышались угрожающие нотки, - второго шанса не будет. Решайся. Идём!

- Странно... Кто-то умирает, и я прихожу ему на смену...

- Ну же...

- Идём! - мужчина решительно поднялся.

За стеной раздался шорох. Что-то хрустнуло, покатилось. В расщелине показалась Аглая. По её щекам текли слезы.

- Леночка, деточка моя, я все знаю, я уже давно следила... Не бросайте! Возьмите меня с собой... Мне уже немного... Я скоро умру... Вы всё так рассказывали... Свет, тепло, здоровая еда... Я недолго... Чуть-чуть... Хотя бы увидеть! Я ещё ни разу... - старуха опустилась на колени и зарыдала.

Елена растерянно оглянулась по сторонам.

- Замолчи! - зашипела она на старуху. - Ты рассказывала кому-нибудь о том, что слышала?

- Нет. Не знаю... - продолжала рыдать Аглая.

- Нужно уходить! Немедленно!

- Возьмите меня с собой, - умоляла старуха.

- Я имею право молчать,- словно рассуждая, произнесла бродяжка, - но я не в состоянии отказывать... Идём! Только быстро.

Они помогли старухе подняться и торопливо заковыляли через площадь к останкам старого города. Как только их тени растворились в темноте, из расщелины вышел Заф. Он злобно рыкнул, покрепче сжал в руке кайло и, крадучись, направился вслед за ними.

- Далеко ещё? - стонала Аглая.

Ветер набирал силу. Пыль застилала улицы, забивалась под воротник, мешала дышать. Пришлось достать шарфы и обмотать ими лица.

- Нет, уже скоро... Терпи...

Беглецы оставили позади заброшенные кварталы, прошли по дороге со следами старинной брусчатки и спустились к руслу высохшей реки. Дно покрывал толстый слой окаменевшего ила. Неподалёку, на боку, лежал вросший в землю прогулочный катер. Какое-то время они брели по обезвоженному руслу, а у рухнувшего моста выбрались на противоположный берег.

- Видите проход?

Впереди показалась стена. Паутина мелких трещин избороздила выцветшую кирпичную кладку, а у самой земли виднелся провал.

- Нам туда.

Елена пропустила своих спутников вперёд, беспокойно оглянулась и, не тратя времени, проскользнула за ними. К удивлению, стена оказалась полой — судя по всему, это была часть какого-то защитного сооружения.

- Вниз.

Затхлый коридор привёл к основанию древнего фундамента. В маленькой комнатушке под завалами обнаружилась допотопная винтовая лестница.

- Хоть глаза выколи, ничего не видно.

- Осторожно, здесь глубоко, двигайтесь на ощупь.

Спуск казался бесконечным. В абсолютной темноте, придерживая друг друга, они шаг за шагом продвигались вглубь. А затем раздался резкий удар, и что-то тяжёлое с грохотом покатилось по железным ступеням. Гулкое эхо сотрясло подземелье.

- Что это?

- Не знаю.

Сверху послышались ругательства. Чиркнул кремень и тут же запылал смоляной факел, выхватив из темноты силуэт мужчины. Это был Заф.

- Скорее вниз... - бродяжка отчаянно всхлипнула. В её глазах отразились оранжевые языки пламени. Такой поворот явно сулил ей большие неприятности.

- Вы что там задумали, крысы паршивые? - закричал сверху Заф.

- Не твоё дело, - с вызовом ответила Елена.- Проваливай отсюда! - она изо всех сил подталкивала вперёд нерасторопных спутников...- Быстрее, давайте быстрее...

- Я тебе покажу, рвань подзаборная, какое мне дело! Решили смыться? А остальные пусть сдохнут? Остальным не нужно знать о тёплом местечке?

- Послушай, Заф! - крикнул Орнэй. - Что тебе от нас нужно? Мы никому ничего не должны! Возвращайся в селение, там от тебя будет польза.

- Польза? - Огрызнулся преследователь, - мне скажут спасибо, когда я под видом крысятины доставлю к обеду ваши тупые головы.

Беглецы достигли дна. У последней ступени в пыли лежало остро заточенное кайло.

Не останавливаясь ни на секунду, они переступили через него и побежали по широкому тоннелю. Позади на винтовой лестнице мерцали отблески горящего факела, доносились ругательства и грохот тяжёлых шагов.

Тоннель закончился. В углублении между двумя бетонными блоками притаилась железная дверь с круглым, похожим на руль, затвором. Провожатая нащупала под ногами камень и изо всех сил принялась барабанить им в металлический лист.

Бум, бум, бум. Бууум. Бууум. Бууум. Бум, бум, бум.

- Ну же... Ну...

Почерневший от времени свод осветили дрожащие блики. Преследователь спустился к подножию лестницы, поднял упавшее кайло и, угрожающе размахивая им, ринулся по тоннелю...

- Я вам покажу счастливую жизнь! - гневно выкрикивал крысолов.

Елена продолжала отчаянно колотить камнем... Раздался громоподобный лязг и затвор медленно провернулся.

- Зажмурьте глаза и не вздумайте открывать, пока я не скажу! - приказала бродяжка.

С тягучим скрипом дверь отворилась. Сквозь закрытые веки Орнэй почувствовал, как свет обжигает сетчатку.

Его втолкнули в узкий проход, затем резко остановили. Позади раздался скрежет, щелчок. Стальные затворы вернулись на прежнее место, оставив ловца крыс в заброшенном подземелье.

- Можете открывать! Только очень аккуратно и, главное, ничего не бойтесь.

Щурясь под палящими лучами, беглецы медленно приоткрыли глаза...

Они стояли на вершине холма. В голубом, украшенном пушистыми облаками небе сияло ослепительно яркое солнце...

- Ммм,- застонала старуха и снова зажмурилась.

- Наденьте защитные очки, - донёсся приятный женский голос. - Вы ещё долго не сможете обходиться без них. Нужно время, чтобы привыкнуть.

Вокруг раскинулись бескрайние луга. Внизу, сверкая изумрудным блеском, змеилась река. Дул лёгкий ветерок. Орнэй дышал полной грудью и не мог насытиться. Ему казалось, что огрубевшие лёгкие сейчас лопнут от обилия кислорода. Голова кружилась...

Сзади, прямо посреди цветущего луга, чернела покрытая ржавчиной дверь. За ней абсолютно ничего не было — лишь безбрежное поле, до самого горизонта.

- Не пугайтесь!

У порога их встретили три незнакомца — двое мужчин, один среднего роста лысоватый со счастливой улыбкой, а второй важного вида, чрезвычайно худой и высокий, и девушка с русыми аккуратно расчёсанными волосами. Их просторные одежды переливались всеми цветами радуги. Лица же были неестественно белого цвета.

- Где мы? - простонала Аглая.

- Вы ДОМА! В Долгой Обители. Добро пожаловать в рукотворный рай!

- Мама родная, - старческие ноги подкосились, и она, хватая губами воздух, осела на землю.

У подножия холма возвышались величественные постройки. К ним вела выложенная природным камнем извилистая дорожка.

Снаружи раздался мощный удар. Неестественное эхо, словно в пустом помещении, покатилось по округе. Лица незнакомцев тут же изменились.

- Лена! - испуганно вскрикнула девушка. - Что ты натворила?

- Я не хотела... Это случайность... Так вышло...- на глазах бродяжки проступили едва сдерживаемые слёзы.

- Нельзя приводить человека, которому у нас не найдётся места!

- Знаешь, что тебя ждет за это? Ты помнишь наши законы? - Возмутился высокий. В его голосе послышалась непреклонная сталь.

С каждым ударом разгневанный крысолов бил всё сильнее. Казалось, он собрался выломать проржавевшую дверь.

- Знаю! - обречённо ответила Елена. - Чтобы сохранить убежище в тайне, мы обязаны впустить чужака, а виновного отправить в переработку... Новоприбывший останется в обители вместо него...

- Да, Леночка, ты знаешь это! - сквозь зубы процедил коренастый. Он был расстроен и одновременно полон негодования.

Бродяжка заскулила. Сначала она рванулась в одну сторону, в другую. Женщина судорожно всхлипывала, пытаясь отыскать выход, а затем сжала кулаки и громко воскликнула:

- Ради будущего всего человечества я готова! Впустите несчастного...

Со стороны реки бежали люди. В лучах палящего солнца сверкали их радужные одежды. Трое встречающих совершили странные манипуляции, и проход открылся. В него тут же ворвался Заф...

- Ааааа, - испуганно закричал крысолов и, закрывая лицо руками, повалился на землю. Его физиономию исказила гримаса ужаса. С надрывным скрежетом дверь вернулась на прежнее место, отрезав искусственный рай от внешнего мира.

- Кто вы? - стуча зубами, проговорил Заф, когда через несколько секунд пришёл в себя.

- Мы Ангелы! - улыбаясь, ответил высокий. В одно мгновение он как будто сменил гнев на милость.

- Нееет! - заорал крысолов и бросился наутёк. Но далеко сбежать у него не вышло. Бедняга с разгона врезался в невидимую преграду.

- Успокойся! Перестань! - девушка с русыми волосами попыталась остановить его.

Но тот, не обращая внимания, продолжал биться о прозрачную стену, как муха о стекло.

- Нееет! - без умолку орал Заф. Размахнувшись кайлом, он принялся неистово колотить им куда попало. Прямо из воздуха полетели здоровенные куски штукатурки.

- Послушай, брат, не волнуйся. Теперь всё будет по-другому...

Заф лупил кайлом, словно умалишённый. Внезапно что-то хрустнуло. В воздухе появились трещины и часть пространства с шумом обрушилась. Посреди чистого поля образовался провал, из которого потянуло прохладным сквозняком. Под ногами озверевшего Зафа, в густой траве, лежали обломки битых кирпичей.

С криками подбежали люди — огромная толпа, великое множество... Ошеломлённого Орнэя оттеснили в сторону, прижали к невидимой преграде. Толпа схватила орущего Зафа, подняла его на руки и понесла к постройкам. Все толкались, шумели, что-то выкрикивали.

- Елена! - громко произнёс высокий, - готова ли ты исполнить Закон? - он снова казался непреклонным.

- Да, - одними губами выдохнула бродяжка.

- В переработку её...

- Нет... - Орнэй обессиленно опустился на землю.

Люди набросились на Елену, сорвали с неё верхнюю одежду и поволокли вслед за крысоловом.

- Замуруйте провал...

Орнэй стоял на коленях прямо у рухнувшей стены. За ней открывался небольшой тёмный тоннель. Метров через десять он заканчивался тупиком. А уже оттуда вверх уводила шахта вентиляционного колодца. Было слышно как на поверхности завывает ветер...

Внезапно тьма шевельнулась, заворочалась, словно пробуждаясь от спячки, изменила свой цвет, весело подмигнула и тут же рассеялась, изгнанная льющимся потоком света....

Орнэй, не отрываясь, смотрел в пролом. Волосы шевельнулись на затылке, по спине потекли липкие ручейки пота. Свет мерцал, прятался, появлялся снова, как вдруг отчетливо проступили ниспадающие лучи. Частички подвешенной пыли игриво плясали в ярком полуденном свете...

- Солнцеееее!!! - заорал Орнэй, захлёбываясь силой собственного голоса. - Солнцеее взошлооо!!! - Ему хотелось вскочить, рвать на себе одежду и плакать от счастья. Но он как заворожённый смотрел на первые проблески рассвета...

- Людиии.... Солнце... Оно взошло!!! Там наверху... Ночь закончилась... Люди!!!

Сказочник поднялся с колен, развернулся, широко раскинул руки, будто собираясь обнять весь мир... Но никто не обратил на него внимания... Несколько человек тащили обезумевшего Зафа, другие уводили поникшую Елену. От подножья холма к пролому спешили рабочие со строительным инструментом...

- Там... Там... Там, - бросился Орнэй к мужчине, отдающему распоряжения, - там свет! Солнце взошло... Ночь закончилась... Отпустите её... Теперь места хватит для всех...

Но его никто не слушал.

- Замуруйте пробоину, - снова прозвучал холодный приказ.

Подоспевшие мастеровые направились к провалу.

- Нет! Нельзя! Там Солнце!!! - кричал Орнэй.

- Успокойся, брат, - обратился к нему высокий, - тебя здесь ждёт новая жизнь!

- Всё закончилось... Больше не надо прятаться... Уже Утро ... Наконец-то оно пришло... Первые лучи... Там... Отпустите её, она должна жить... Теперь все будут жить... Больше никому не нужно умирать!

- Не стоит так беспокоиться, - мужчина похлопал Орнэя по плечу, - здесь у тебя будет всё! А Елену ожидает переработка... Таков Закон!

Он развернулся и невозмутимо зашагал к постройкам... Словно окаменевший, Орнэй растерянно смотрел ему в спину. У закрытых дверей сидела Аглая. Подслеповато щурясь, она любовалась небом, рекой, облаками...