Танцы на краю могильника

Глава 1

— Новеньких привезли? — спросил Бран, поправляя пропитанную кровью повязку на руке.

— Ага, перспективные ребята, — кивнул Тень.

Двое мужчин двинулись встретить очередное «мясо», которому предстояло пройти ад тренировок и выжить в войне с вампирами.

После техногенной катастрофы мир превратился в гниющий труп. Катастрофические взрывы разорвали тектонические плиты, превратив континенты в радиоактивные пустоши. Лишь обрубок европейского континента ещё цеплялся за жизнь. Сюда, в тесную мышеловку, стеклись выжившие, на ощупь ища общий язык.

Но радиация была не худшим последствием. Взрывы, пробившие земную кору на километры, сорвали печати с древних пластов, и на свет вылезло то, что спало веками. Учёные твердили, что вампиры — результат мутации вируса. Но они ошибались. Заражённые дикари были лишь пушечным мясом. Хозяевами ночи являлись Древние — чистокровные твари из изначальной тьмы. Их сложнее всего было отправить в могилу, а их чары ломали волю смертных за секунды.

Когда грузовик подкатил к лагерю, из здания навстречу вышел экипированный отряд. Из всей группы сразу выделялись двое: мужчина и женщина.

— Это ещё кто? — тихо спросил новобранец у Тени, сжавшись от недоброго предчувствия.

— Те, на кого тебе надо равняться, сопляк. Если жить хочешь, — ухмыльнулся Тень.

— Майя и Кирилл Ивановы, брат с сестрой, — произнёс возникший из полумрака Бран.

— Ты добавь: бешенные русские, — хохотнул Тень.

— Почему? — подал голос другой новобранец.

— Их не берут чары древних тварей. Они ломают им хребты насухую, — рассмеялся Бран.

Кирилл выглядел как монолит. Под экипировкой угадывалось телосложение убийцы. На задания он выходил с покойницкой маской на лице, с которой любил выдавать жутковатые шутки: пойди пойми, шутит или присматривает место для твоей могилы.

Майя была чуть ниже, но в её движениях сквозила хищная грация. На шее темнела татуировка — лик Перуна. На её губах застывала хищная ухмылка. Она мяла зубами жвачку и смотрела на прибывших так, будто те уже мертвы.

— Что, в няньки играете? — поравнявшись с новенькими, бросила Майя. — Прессуйте их посильнее, а то нам потом кости подбирать.

— Заткнись, а, — оскалился Бран.

— Будьте хорошими папочками, — пробасил Кирилл. — Вбейте им базовые инстинкты. Нам нужны те, кто умеет стрелять, а не просто орёт, когда его жуют.

Отряд Ивановых отозвался хохотом.

— Ненавижу их за это, — прошипел Тень.

— Зато они правы, — хмыкнул Бран. — Хотите стать эффективными, а не превратиться в закуску — тренируйтесь!

Они повели новобранцев на площадку.

Тем временем группа Ивановых запрыгнула в кузов. Технарь, уткнувшись в монитор, вбивал команды, пока ползли данные о передвижении гнид на границе.

— Там двое Древних, пятеро продвинутых, остальное — обычное «мясо».

— Прекрасно, — губы Кирилла растянулись в ухмылке. — Поехали, устроим этим мертвякам второе отпевание.

Грузовик подбрасывало на выбоинах. В кузове царила тяжёлая тишина. Никто не тратил дыхание на разговор. Профессионалы не чешут языками перед бойней. Болтливость просыпалась позже, когда удавалось вернуться живыми и слить адреналин за стопкой пойла. Бойцы привычно щёлкали затворами. Оружие должно было сработать идеально.

Смеркалось. Чем глубже тьма заползала в овраги, тем тяжелее становилось обескровленной защите на границе. Людей катастрофически не хватало.

Грузовик глухо затормозил, не доезжая пары километров до рубежа. Ивановы не подкатывали вплотную — шум привлекал чуткие уши тварей.

Бойцы молча вывалились на промёрзшую землю. Лицо обжёг пронизывающий ветер.

— Сыворотку все ввели? — спросил Кирилл.

— Да, — хором откликнулся отряд.

Дрянь была адской — жгла вены, как кипяток, зато отбивала запах крови и ускоряла реакцию.

— План стандартный, — Майя поправила ремень с клинками и патронташем. — Мы с Кириллом берём на себя «Их Величеств». Как только вскрыли Древних, вы наваливаетесь на остальную шваль. Никакой самодеятельности.

Бойцы спустили на глаза ОНВ. Зеленоватый свет залил видимость, прорисовывая биолюминесцентные метки, по которым можно было определить «ранг» падальщиков. Кирилл с Майей смерили отряд тяжёлым взглядом и сняли предохранители.

— Пошли, — отдала команду Майя. — Гости заждались.

Тьма на границе казалась живой, густой и липкой. Через зелёную муть очков ночного видения изувеченный лес выглядел как заброшенное кладбище. Защитники границы уже сдали позиции. В воздухе висел тяжёлый запах свежих потрохов. Твари пировали.

— Смотри-ка, шведский стол устроили, а нас не позвали. Невежливо, — полушёпотом процедила Майя. Она присела на корточки, проверяя, как легко клинок выходит из ножен.

В ста метрах перед ними, на груде обглоданных тел, восседали Древние. Высокие, неестественно тощие фигуры с белой, как меловой гроб, кожей. Вокруг них, словно голодные гиены, суетилась мелочь — «продвинутые» и обычное гнилое «мясо».

— Напоминаю для особо умных: если кто-то из вас случайно посмотрит Древнему в глаза — пеняйте на себя, — Кирилл беззвучно передёрнул затвор. — Вытаскивать из гипноза не будем, сразу пристрелим.

— Все на бал! — гаркнула Майя, взвешивая в руке утяжелённый клинок.

Технарь на секунду хмыкнул — старый докатастрофный фильм про вампиров он узнал сразу.

— Танцуют все, блядь! В бой! — хохотнул он и первыми выстрелами засыпал лесополосу плотным огнём, отсекая шестёрок от их хозяев.

В ту же секунду оба Древних ударили ментальным импульсом. В воздухе буквально зазвенело. У бойцов отряда, несмотря на сыворотку, из носа потекли тонкие струйки крови, ноги стали ватными, а оружие задрожало. Они едва удерживали наступавшую орду «продвинутых».

Но на Ивановых этот ментальный ад не подействовал вообще. Для них этот гипноз был не громче назойливого комариного писка.

Первая тварь попыталась поймать Майю волевым блоком, ожидая, что девчонка застынет как истукан. Вместо этого Майя с хищным размахом всадила ей утяжелённый клинок прямо под подбородок, выведя острие через темя.

— Извини, милый, твои чары работают только на лохов! — гаркнула Майя, мгновенно выдёргивая лезвие и сворачивая шею второму подоспевшему упырю.

Второй Древний — трёхметровый кошмар с тремя рядами игольчатых зубов, рванул на Кирилла, рассчитывая смять его ментальной волной и разорвать на части. Кирилл встретил монстра с абсолютно покойницким лицом. Он даже глаз не зажмурил. С расстояния в два шага Кирилл всадил ему выстрелы из дробовика. Разрывные снаряды угодили в раскрытую пасть. Грудина и череп Древнего превратились в дымящееся месиво, разлетевшись чёрными брызгами по стволам. Обезглавленная туша рухнула на Кирилла, завалив его вонючими остатками.

— Кирилл! — рявкнула Майя, отрубая голову очередному «продвинутому», который прорвался к отряду. — Ты там живой, или мне твои сапоги Тени отдать?

Из-под обезглавленной, парящей туши Древнего показалась испачканная чёрной слизью рука с поднятым средним пальцем.

— Живой, — глухо донеслось из-под вонючего мяса. Кирилл с бранью сбросил с себя трёхсоткилограммовый ошмёток. — Сука, он мне новую куртку измазал. И вонял так, будто умер ещё при динозаврах.

— Так он и умер при динозаврах! — расхохоталась Майя.

Пока Ивановы окончательно добивали Древних, отряд с трудом, но удерживал остальную шваль. Технарь в этот момент отчаянно отбивался от «продвинутого», прижавшего его к дереву, и едва успел всадить армейский нож твари в глазницу.

— Фу, блядь, снимите это с меня! — закричал Технарь, когда убитый упырь рухнул прямо на него.

— Вставай сам, принцесса, танцы окончены, — Кирилл подошёл и пинком отбросил тушу.

Без своих повелителей оставшееся «мясо» мгновенно паниковало и было перебито за считанные минуты.

Майя вытерла окровавленный клинок о штанину ближайшего трупа и достала из кармана жвачку.

— Ну и грязища, — с искренним мерзостным удовлетворением пробасил Кирилл, вытирая с лица чужую гниль.

— Сжигаем всё это дерьмо, — добавила Майя, забросив жвачку в рот. — А то оживут ещё и припрутся к нам на завтрак. А у нас и так с пайком туго.

Похрустывая ветками и стряхивая с брони чужие ошмётки, группа вернулась к дороге. Но грузовик стоял с заглушённым мотором, а с подножки кабины медленно капало что-то тёмное.

— Черт, — процедил Технарь, поднимая винтовку. — Водилы нет.

— На ужин ушёл. Или сам стал ужином, — спокойно заметил Кирилл, наступая ботинком на липкую лужу крови у колеса.

Из-под кузова донеслось чавканье.