Рождество в Пустоши

Глава 1

Рождество в пустоши

1

Последняя обойма, пять патронов. Чёрт возьми, как не вовремя…

Уже на подходе к Вотер-Сити - остался последний дневной переход - услышал со спины тяжёлые шаги. Можно не оборачиваться, чтобы убедиться – супермутант: этот топот ни с чем не спутаешь. Автоматически, почти машинально, снял винтовку с плеча, передёрнул затвор и, откатившись за ближайший камень, поймал переносицу врага на мушку. Для своего веса противник оказался весьма прытким: так же стремительно спрятался за камнем напротив, затих. Лишь сверху показался ствол охотничьего ружья – излюбленного оружия монстров. Ну, ничего, могло быть хуже – мутанты уже давно и надёжно снабжают меня патронами – у моей «ласточки» с их ружьями один калибр. Но у меня - оптика с подсветкой, так что шансов выйти из боя живым у мута чуть меньше. Тут всё решает реакция и ловкость.

Не отрывая взгляда от пушки напротив, свободной рукой подтянул со спины рюкзак, раскрыл боковой карманчик со стимпаками. Обычно в битве с мутантами это не требуется, но, чем чёрт не шутит, достал один шприц-тюбик, положил рядом. Интересно, этот - говорящий или дикий?

- Эй! – после долгой паузы раздался грубый голос из-за камня. Вот и ответ на вопрос, - эй, человечишка, слышь? Отдай цинк, по-хорошему прошу, больше ничего не требую.

- Перебьёшься! Это мой трофей, я за него десяток таких как ты завалил в Вашингтоне, понял?

- Как же, слыхал. – Супермутант громко хмыкнул и прокашлялся, - Пока ты этих ребят отстреливал, я ключи к двери в подвале подбирал.

- Так это ты дверь открыл?

- Ну!

- А что же цинк под шумок не сдёрнул? Мог ведь?

Супермутант хохотнул:

- Я это… в сейфах не того. Думал, ты откроешь, тогда и отниму. А ты через вентиляцию вылез, зараза.Слушай, мне твоя жизнь не нужна. Мне этот цинк - позарез, я без него вернуться не могу, сечёшь? Иначе мне башку отвернут и в огороде на пугало напялят.

- Что, так и сказали? – я развеселился.

- Так и сказали: «отверну и на пугало». Ты что думаешь, я для себя это всё? Да провались он, этот цинк пропадом, чтоб мне его сто лет не видеть! Пойми, мужик либо я тут лягу от твоей пули, либо меня там уложат, если трофей не принесу. Сечёшь?

- Секу. Да только и мне без этого цинка жизнь с овчинку покажется. Староста строгачом запретил открывать и передавать в третьи руки. Только лично ему. Не сторговаться нам, понимаешь?

В оптику стало заметно, как ствол напротив, сместился чуть правее и выше. Для меня это не опасно, но, когда грянул выстрел, я всё-таки вздрогнул. Рядом, распахав мордой каменистую, жёсткую как сталь землю, рухнул яо-гай. Самец, года полтора. Из глазницы натекла лужица крови, я едва перевёл дыхание. Яо-гаи, потомки медведей гризли, славятся своей бесшумностью, но больше всего меня удивило, что подвёл пип-бой. Ни одного сигнала, собака! Опять, что ли, контакт отошёл? Точно: постучал пальцем по экрану, тот мигнул и отключился. Хорошо, дорогу до дома помню, вернусь, технику скандал закачу.

- Не за что, - ответил урод на невысказанную благодарность. – Только мне на тебя всё равно плевать. Этот мишка в твоём хабаре начал бы рыться, а там – цинк. Попортил бы.

- Спасибо за разъяснение…

Помолчали. Пересел удобнее, ствол напротив снова повело в мою сторону.

Ещё помолчали.

Малиновое солнце краем коснулось горизонта, а мы так и сидели – он за своим камнем, я – за своим. Наконец, мутант не выдержал:

- Тебя как хоть зовут?

- Гром, а тебя?

- Джеком кличут. Слушай, это… у тебя патронов ещё много осталось?

- Хе-хе! Ща, погоди, посчитаю! – я рассмеялся.

- Га-га-га, и, правда! Я бы тоже не сказал!

После паузы, монстр начал перебирать варианты:

- Давай так, нам с тобой в одну сторону, прикроем друг дружку, а, придёт время расходиться… - Джек замолчал.

- Чего?

- Ну… тогда и разберёмся. Идёт?

- Что ж ты мне в Городе не помог, если такой сговорчивый?

- Дык, у тебя же цинка тогда не было! Что мне о тебе беспокоиться?- мут захрюкал, как школьник, который вдруг выяснил, что одноклассник не выучил правила сложения.

Я скривился как от зубной боли.

- Ладно, хрен с тобой. Принимаю во временный отряд. Но! Сразу условие…

- Вот это – деловой разговор, давай своё условие!

- Разряди и сдай оружие!

От такой наглости супермутант, видимо, совсем опешил – над камнем появилась его макушка.

Желай я его убить, ну вот – клянусь – не промахнулся бы!

- Чего?! Ты что сдурел! Совсем голова набок?!

- Да!- решил я дожать Джека. – Хочешь временного союза, положи ружьё и иди за дровами. Я пока добычу разделаю, и мясо подготовлю, идёт?

Супермутант подумал с полминуты, смачно сплюнул:

- Хрен с тобой, согласен. Если ты эту… ятину готовить умеешь, пойду дров поищу.

Джек в полный рост вышел из-за камня, держа ружьё на вытянутой руке.

- Ты забыл его разрядить, - напомнил я.

- Ни к чему. У меня всё равно больше патронов не осталось.

Он демонстративно открыл затвор, стреляная гильза со звоном покатилась по камням. Я подошёл, принял ствол, повертел в руках:

- Как же ты собирался отбиваться от дружков? Или, думаешь, тебя не тронули бы?

- Ну, во-первых, они мне не дружки, а во-вторых - ты их перестрелял.

- А в-третьих?

- А в-третьих, они бы меня ещё как тронули – дикие они, кидаются на всё, что шевелится.

- Дикие-то они, конечно, дикие, - согласился я. – Да только миниганы у них… ручные.

Хохоча от души Джек развернулся и пошёл за хворостом.

2

Переночевали без происшествий. Когда я проснулся, мутант ещё дрых. Всё правильно – мясо яо-гая имеет одну особенность: если его немного передержать, можно отравиться насмерть. Но цветок брока превращает яд в снотворное. В прошлом году я даже заснул на двое суток – проверял рецепт на себе. Оставив на камне пару патронов, не люблю оставаться должником, собрался в путь. Солнце ещё не продрало глаза – вышло только наполовину. Это и хорошо - в утреннем тумане, по холодку, мало кто захочет бродить по пустоши. С последним переходом совсем повезло: наткнулся на машину охотника из нашего клана. Забрался в кузов, доехал с ветерком.

В нашей штаб-квартире шумно: явно все собрались и ждут только меня. Вошёл, как ни в чём не бывало, огляделся. Стол накрыт, народ расселся. Старейшина посмотрел на меня, в его глазах пряталась надежда:

- Принёс?

- И тебе, добрый вечер, - я улыбнулся, протянул руку к кружке с бухлом.

Я опустил рюкзак на стол, медленно развязал шнурок, не спеша достал цинк, за которым меня отправили в руины Города.

- Вот. Ничего особенного, пришлось только с мутантами немного повозиться, а так – ерунда.

- Ты был с ним осторожен? – Старейшина бережно подвинул к себе ящик и полез за ворот рубахи, - не бросал?

- Как ты и говорил, обращался как со стеклом.

- Это и есть стекло. Я не хотел говорить, но ты же сказал, что задание было простым.

Старейшина достал ключ на шнурке, снял с шеи и открыл замок. Осмотрел изумлённых товарищей, его голос наполнился теплотой:

- Когда мне исполнилось четыре года, мама дала этот ключ. Сказала: «ты уже большой, доверяю тебе самое ценное, что у нас есть».

Крышка цинка откинулась, Старейшина достал что-то круглое, завёрнутое в мягкую ткань. Старческие руки бережно развернули клочок фланели и мы увидели…

- Какая красота, - сказала Эва восхищённо. – Можно мне подержать?

- Только осторожно, это очень хрупкое.

- Конечно-конечно, я очень осторожно…

- И мне, и мне тоже, – Тигра медленно подошла к Старейшине и бережно приняла из его рук ещё один свёрток.

Один за другим стеклянные шарики покидали цинк, мы по очереди ими любовались. Ёлочные игрушки, как сказал Старейшина.

Весь вечер наряжали ёлку, готовились к празднику. Зелёная красавица встала посреди комнаты, Старейшина запретил подходить к ней ближе, чем на два шага. Ну и ничего, так даже красивее: видно сразу всю, глаз не отвести!

Ближе к полуночи, когда уселись за стол, Старейшина ещё раз посмотрел на ёлку, поднял свою кружку и торжественно произнёс:

- Поздравляю всех с праздником! Знаете, сто лет уже не отмечал… так.

- Как? – Спросил Денис.

- Ну… празднично, что ли? – он улыбнулся во весь рот.

Все засмеялись, я встрял со своим дурацким вопросом:

- Получается, ты меня в свой дом отправлял?

- Да, я там жил. Знаешь, какой гордый ходил, когда мне доверили этот ключ? Уууу… все дети завидовали! У меня же самая главная ценность в доме – ёлочные игрушки!

- Показывал им?

- За жвачки! Но только из своих рук! Мама строго-настрого запретила передавать кому-то. Теперь понятно – это она тренировала во мне ответственность, но тогда для меня это было самым ценным!

- Как и сейчас, - тихо прошептала Тигра. - Мама у тебя строгая была?

- Только казалась, на самом деле она очень добрая. А перед самой войной отправила меня сюда, к бабушке, - судя по тому, что старец ударился в воспоминания, бухло оказалось крепковато. - Знаете, когда мама сердилась, казалось, что как-то не по настоящему, ещё с пугалом этим…

- Каким пугалом?

- Ну, она мне так всегда говорила: «ещё раз напроказишь, отверну голову и повешу на пугало, хоть какой-то толк будет. Смешно, правда?

Я поперхнулся:

- Нет, старый, совсем не смешно.

Договорить я не успел: в этот момент дверь слетела с петель и, в комнату ввалился разъярённый Джек.

- Где он?! – заорал мутант, но так и застыл, восхищённо глядя на ёлку, украшенную хрупкими блестящими шарами. По следам меня вычислил?

Женский голос в коридоре прервал напряжённое молчание:

- Ёжик… Ёжик, ты здесь?

- Здесь, мама, - машинально ответил Старейшина и осёкся. Развернувшись к двери, он напряжённо начал всматриваться в темноту.

В проёме показалась старая гулья. Руки нервно теребят юбку, любящими глазами с надеждой и страхом смотрят на сына:

- Как ты вырос, Ёжик. Помнишь, я тебя всегда так называла – за твои непослушные волосы?

- Помню мама, - голос старика дрогнул. – Очень хорошо помню.

- Я не искала тебя, не хотела пугать… но, когда Джек рассказал, что кто-то знает о секрете с ёлочными игрушками, сразу догадалась, что ты жив. Я должна была тебя увидеть, Ёжик.

Старейшина подошёл к матери, обнял за плечи, подвёл к ёлке и обратился к нам: - Знакомьтесь, друзья. Это моя мама, её зовут мама-эми. Смотри мама, я ни одной игрушки не разбил.

- Я вижу, сынок. Я знала, что могу тебе доверять.