Пустое предназначение

Глава 1

Палящее полуденное солнце раскаляло воздух и гигантскую пустыню, которая раскинулась на бесчисленно количество шагов вокруг. По гряде холмов бежал человек. Красного оттенка песок рассыпался перед ним, а ноги человека проваливались и вязли в образовывавшихся ямках. В руках он сжимал копье, стальной наконечник которого переливался электрическими разрядами. На теле мужчины лоскутами свисала холщевая накидка с капюшоном, защищавшая от безжалостного солнца. Наконец, забравшись на холм, человек остановился и обернулся. У подножия появился бугор. Сначала маленький, бугор становился больше и больше, пока нечто гигантское не вырвалось из песчаных оков.

Мужчина поднял копье и встал в стойку. Над его головой, передвигая всеми своими металлическими чешуйками, возвышался исполинского размера змей. Его красные глаза жадно глядели на человека, а из отверстий струился обжигающий пар. Чудище взревело, распахнуло пасть и атаковало.

Немедля ни секунды, человек резко рванул в сторону и успел уйти прежде, чем холм разлетелся на мириады песчинок. Существо снова скрылось под землю.

Мужчина присел и откинул свой изодранный капюшон. Он медленно провел рукой по песку, напрягая все свои охотничьи инстинкты, и тут же замер. Где-то в глубине чувствовались слабые вибрации, усиливающиеся с каждой секундой. Механический зверь приближался. Сейчас или никогда. Взяв копье в обе руки, охотник отошел от места, откуда исходили сильнейшие толчки. Поверхность задрожала. Сразу в нескольких местах, где только что была ровная гладь, вспучился песок. Он стал разъезжаться, показался стальной нос, за ним два светящихся красных глаза, и вот уже все металлическое тело нависло над охотником.

В этот раз человек не стал уклоняться, напротив, как только змей вырвался из песка, он со всей силой бросил копье. Воздух наэлектризовался. Раздался скрежет металла, и предсмертный рев накрыл всю пустыню.

Вечерело. Огромный багровый шар опускался за горизонт, открывая путь звездам и туманностям. Человек сидел и глядел на гигантскую металлическую голову размером с него самого. Из ее приоткрытого рта выступали множество острейших клыков. Правая глазница сочилась черной вязкой жидкостью, которая с шипением капала на поверхность.

Охотник тяжело вздохнул и сорвал с себя клочки того, что некогда было его плащом. На нем осталась только рубашка из грубой, но легкой ткани. Человек снял с плеча сумку и аккуратно выложил все содержимое на песок. Моток крепкой веревки, фляга с небольшим количеством воды и потрепанный кисет – вот и все, что осталось к середине его путешествия. А еще предстоял путь назад. Мужчина открыл застежку кисета и высыпал на ладонь горстку табака, а из маленького кармашка на боку достал чуть помятый лист бумаги.

Скрутив листок с табаком внутри, человек достал предмет овальной формы, из отверстия которого вспыхнуло яркое голубое пламя. Ночь заняла свой пост, и температура резко упала. Прикурив, охотник поежился от холода. Песок быстро остывал, а плащ, который мог послужить теплым одеялом, изорвали в недавней битве. Пораздумав, охотник взял свое копье и выкопал неглубокую яму в длину чуть больше своего роста. В его племени учили, что если полностью засыпать себя песком, то можно согреться и избежать переохлаждения.

Однако прежде, чем полностью себя закопать, охотник накрыл свое лицо остатками своего плаща. Солнце вставало рано, и ему совершенно не хотелось проснуться с ожогами. Когда все приготовления были завершены, мужчина улегся, засыпал себя песком и попытался уснуть.

Но сон не спешил, а в голове человека крутилась одна единственная мысль – и что теперь? – Весь путь охотника, от рождения до момента победы над металлическим чудищем, был предопределен. Вся история его народа держалась на подготовке к битве и, в конце концов, победе. Но никто и никогда не говорил ему, что будет после.

На небе ярко пылали звезды, перерастая в созвездия и галактики. Человек лежал и грезил, что же лежит там, за пеленой тьмы и холода. Миллиарды светящихся точек не просто так раскинуты по всему небу. Он не особо верил в истории шаманов из его деревни о богах и духах, которые смотрят на его народ с небес, однако и не отрицал, что где-то на одной из этих звезд, в ту же самую секунду, может лежать такой же охотник с поверженным монстром подале. Пути их, несмотря на то что живут они в разных мирах, параллельно идут бок о бок, и сегодня они подошли к своему логическому завершению.

Человек и не заметил, как в своих раздумьях, усталость накрыла его и утащила в глубины сновидений.

Разбудил охотника не яркий солнечный свет, а жгучая, кусающая боль в ноге. Человек резко поднялся, сбрасывая с себя песчаное одеяло. Уже понемногу светало, и было видно, что жидкость из глаза змея, добралась до лежбища и пропиталась сквозь песок, оставив на ноге багряно–красный ожог.

Охотник отошел от тонкой линии ручья черной вязкой жидкости. Из кармана кисета, где находился табак, он вытащил маленькую склянку с зеленой мазью. Равномерными движениями, он растер рану содержимым. Боль отступила, но ненадолго. В его племени знали, что кровь змея – это яд, который убивает медленно и мучительно. Противоядие есть, но оно находилось в деревне, а до нее путь не близкий. Так, у человека появилась новая цель – выжить.

Змей лежал на том же самом месте, где вчера испустил свой дух, если так можно выразиться о существе, которое никогда не было живым. Зубы блестели из приоткрытого рта, а глазница, наконец, перестала сочиться ядовитой жижей. У охотника оставалась одна задача: придумать, как дотащить трофей до деревни. Для начала, необходимо было отделить голову от туловища, а кроме электрического копья у человека больше ничего не было.

Все тело змеи было соткано из подвижного скелета, состоящее из нескольких каркасов, которые, в свою очередь, соединялись с помощью стальных круглых шарниров. Внутри скелета пролегали сети проводов, которые питали исполина энергией. Они исходили из центрального каркаса, где находилось основное ядро. Внешняя оболочка состояла из миллиона мельчайших чешуек, крепостью которые превосходили самые непробиваемые стены замков. Однако даже у такого зверя были слабые места.

Человек забрался на голову и одним ударом пробил шею, разрезав провода. C шарнирам пришлось повозиться, но вскоре раздался последний щелчок и клыкастая черепушка покатилась вниз с песчаного холма.Из пробитой глазницы вновь начала сочиться ядовитая жидкость. Человек подождал пока остатки окончательно впитаются в песок, потом обвязал змеиную голову куском веревки из сумки.

Солнце уже вышло из-за горизонта. Воздух нагрелся, и становился обжигающе тяжелым. Человек достал флягу, потряс ее и убрал. Она практически опустела. Нужно было экономить воду, ведь до границы пустыни еще несколько часов пути. Повезло хотя бы, что чудище обитало вблизи скалистых гор, которые способны защитить от знойного солнца.

Охотнику было трудно передвигаться с тяжелой ношей за спиной. Нога ныла, а при каждом движении сотни игл вонзались в икру и ступню, вызывая жгучую боль. Однако в племени учили не просто терпеть боль, а общаться с ней, заставлять ее делать то, что велит хозяин тела.

– Боль – всего лишь твой гость. Да, чаще всего, он нежеланный. Приходит, когда вздумается, и уходит, не попрощавшись, как сборщик подати. Но тело принадлежит тебе, а значит тебе диктовать условия. Прикажешь ей убраться, она сбежит, поджав свой хвост, словно механический волк, а проявишь слабость, загрызет. –

Охотник знал, как говорить с болью, но в этот раз все было иначе. Навык покинул его, словно его никогда не было. Будто все, чему его обучали, было предназначено для одной единственной цели. А когда миссия завершилась, то все знания и умения разом растворились и исчезли, оставив искалеченное тело с вновь девственным разумом. Впервые за долгое время, человек ощутил то, от чего его отучили еще в самом начале пути охотника, страх. Голый, первобытный страх быть съеденным, уничтоженным. Исчезнуть в небытии. Нависший ужас, что он не сможет защитить себя и проиграет.

Эти мысли не отпускали его, и человек не заметил, как песок в пустыне постепенно исчезал, а на его месте появлялось все больше валунов и камней. Тень от скалы перекрыла охотнику солнце. Он остановился и посмотрел вверх. По его расчету высота скалы была около трехсот локтей. С такой ногой и грузом за спиной, взбираться на вершину было бы самоубийством. Надо искать обходной путь.

Охотник помассировал ногу, облокотился на копье, чтобы снять часть давления на больное место, и побрел вдоль каменной стены в надежде найти ущелье.

Несколько часов человек неспешно двигался в поисках хотя бы мельчайшего лаза. Солнце уже медленно опускалось, тени скал стали длиннее, жара потихоньку спадала. В тени камень казался плоским и гладким, словно полностью отшлифованный без единого угла или скола.

– Так и у меня, – подумал охотник, – рожденный для одной цели, натренированный до пика своих возможностей, словно отполированный камень без малейшего изъяна. Но что дальше? Почему никто не объяснил, что будет после? –

Он сплюнул и остановился, давая своей ноге передышку. Боль не отступала. Возможно, он уже и не дойдет до деревни. Но может это даже и к лучшему. Не нужно будет беспокоиться о своем месте в этом мире.

Живот заурчал. Охотник с позавчерашнего дня ничего не ел из-за предстоящей битвы. Но сейчас голод давал о себе знать. Однако, как назло, поблизости не было ни единого живого существа. В небе не летали птицы, а в песках не ползали ящеры или змеи. Чудище за спиной человека, хотя и было когда–то живым, в пищу явно не годилось. Сталь желудок был не в состоянии переварить.

– Пойду вперед, может, и найду что-нибудь, – пролепетал человек и замер. Впервые за всю свою жизнь он озвучил свои мысли вслух. Он никогда не делал так прежде, да и в принципе, его нельзя было назвать многословным. Звук собственного голоса удивил его. Хриплый, но в тоже время легкий, казалось, голос принадлежит не ему, а кому-то другому.

– Ты сходишь с ума, – снова вслух сказал человек, – это все от голода и жажды. –

Однако, он сам себе не верил. Не в первый раз он был в положении, когда приходилось не есть или пить по нескольку дней, и все было в порядке. Его к такому готовили, учили, тренировали всю жизнь. И вот снова годы подготовки испарились и исчезли. Навязчивая потребность в отдыхе и пище засела у него в голове, не давая шанс сосредоточиться на дороге и поиске пути. Даже боль в ноге ушла на второй план и уже не так сильно докучала. Охотник понял, что сегодня он уже никуда не сможет сдвинуться и нужно разбить лагерь.

Сняв веревку, к которой была привязана голова, человек начал изучать окружающую местность в попытках найти хотя бы какие-нибудь следы местной фауны. Если он не поторопится, то у него будет еще одна голодная ночь.

К удивлению охотника, поиски не заняли много времени. Человек увидел цепь отпечатков трехпальцевых лап на песке. Ликовать было еще рано. Охотник еще не знал с кем или чем имеет дело. Это вполне могло оказаться механическое существо, нежели животное из плоти и крови. Вскоре он увидел маленькую нору, вырытую под гигантским валуном, который отдаленно напоминал перевернутую глиняную чашу.

Взяв копье в обе руки, человек присел и воткнул его в нору. Оружие погрузилось наполовину, оставив только верхнюю часть древка. Раздались шорохи, и охотник активировал копье. Яркий голубой свет и ударная волна поразили его. Охотник отпрянул от копья и замер. Оружие никогда не вело себя подобным образом. Обычно энергетический заряд был намного слабее. Сейчас же случилось нечто из рода вон выходящее.

– Надо будет посоветоваться с оружейником, когда вернусь, – пробурчал человек.

Охотник вынул оружие и положил на землю. Встав на одно колено, он не спеша просунул руку в нору и на ощупь стал искать тушу убитого зверя.

Обугленная тушка птицы лежала на вечернем холодном песке. Две длинные лапы с тремя крупными когтистыми пальцами торчали из округлого тельца с бежево-голубым оперением. Два маленьких крыла раскрылись и безвольно валялись, растопырив перья. Короткий, но острый клюв раскрылся и из него высунулся маленький язычок.

Охотник ощипал тушку прямо на месте, сложил перья и убрал в свою сумку. Подняв копье, он побрел туда, где оставил свой трофей. Путь назад был не таким простым, как показалось сначала. Солнце уже практически опустилось, и, хотя силуэты скал были довольно отчетливы, его собственные следы он потерял в сумраке, из-за чего возвращался по памяти.

Хотя заряд копья подкоптил часть тушки, мясо все равно пришлось есть полусырым. В окружении лишь песка и голых скал, на огонь можно было и не рассчитывать.

После ужина человек поднял голову чудища и отнес ее подальше. Он знал, что ядовитая жидкость давно вся вытекла, но не хотел рисковать какой-нибудь еще конечностью своего тела.

Приметив уютную выемку в скале, охотник забрался в нее и закрыл глаза. Усталость накрыла его с головой, но сон никак не приходил. В голове настойчиво крутились мысли о его дальнейшей судьбе. Он не боялся смерти от яда. В каком-то смысле, он даже желал ее. Это избавило бы от множества будущих проблем.

Он уже потерял часть своих навыков и знаний, хотя ему все время казалось, что они часть его, выжженные в голове и сердце. Неужели, кто-то забрал все это у него. Может это даже были не его знания, а его просто использовали как орудие в битве против врага, который не был его личным врагом. Ему его навязали с раннего детства, хотя до прошлой ночи он его ни разу не видел.

В рассказах старейшин, чудище всегда нападало на деревню и пожирало часть племени, но за все тридцать зим, человеку не пришлось пережить ни единого нападение. От меха-волков и то, было больше не приятностей, чем от змея.

– Как вообще змей мог нападать на их племя, если оно находится глубоко в лесной чаще, а чудище передвигается под землей? В пустыне все покрыто мягким песком, а лес полностью испещрен корнями деревьев. Почему необходимо отправлять лишь одного война, ведь очевидно, что группа натренированных бойцов давно бы справилось с напастью? –

Чем глубже он погружался в лабиринт мыслей, тем больше открывал новые проходы и тупики. Но вскоре глаза вновь закрылись, и сон сковал своими цепями.

Охотник проснулся от внезапной дрожи земли. Сначала это были легкие, почти незаметные толчки, которые переросли в яростный грохот. Скалы дрожали, обломки камней сыпались на песок, пробивая под собой поверхность и оставляя дыры в земле.

Человек вскочил и оглядел пустыню перед собой. Не далеко, примерно в двухсот локтях от него, он увидел, как песок поднялся и, сделав дугу, опустился обратно.

– Нет! – вскричал человек. – Нет-нет-нет... Это невозможно. Я ведь убил тебя. Ты же мертв. –

Молниеносно охотник повернул голову туда, где должна была лежать голова. Поначалу он не смог ее разглядеть, но потом рассмотрел выступавший из-под груды камней металлический нос.

Тем временем землетрясение прекратилась, песок снова выровнялся, и только каменные обломки являлись доказательством только что прошедшего катаклизма. Однако человек не двигался и продолжал изучать песчаные дюны в пустой надежде что-нибудь отыскать.

– Неужели есть еще одно существо, похожее на это? –

Ему показалось, что оно было даже больше предыдущего. Возможно, старейшины знают ответ на эту загадку.

Простояв еще какое-то время и наблюдая, как ветер своим легким дуновением переносит песчинки с одной дюны на другую, охотник убедился, что монстр ушел вглубь пустыни и вряд ли вернется в ближайшее время.

Прежде, чем вытащить голову из-под завала, человек вначале осмотрел свою ступню. В момент, когда земля затряслась, а с неба посыпался дождь из валунов, его рана была последней, о чем он подумал. Боль немного стихла, но нога посинела практически до колена. Вены на ней вздулись, а кожа в некоторых местах лопалась и слоилась. Яд ускорил свое распространение. У человека было максимум две луны в запасе, прежде чем зараза доберется до сердца.

– Придется уменьшить время на сон и отдых, – пролепетал про себя охотник, сталкивая верхний камень с завала.

Солнце уже взошло, когда охотник, наконец, полностью вытащил голову монстра и вновь обвязал ее веревкой.

Облокотившись на копье, как на трость, человек побрел вперед вдоль скалы, все еще в поисках прохода. В конце концов, скала стала медленно менять форму. Ее склон из отвесного переходил в пологий, и вскоре охотник углядел возможность, где он мог бы начать беспрепятственное восхождение.

Вся поверхность была соткана из песка и мелких камней. С каждым движением она осыпалась, отталкивая охотника немного назад. Но это не останавливало его, ведь шаг за шагом охотник приближался к вершине, удаляясь от этой проклятой пустоши, где нет еды и воды, а в песчаных глубинах кишат кровожадные демоны.

– Еще немного. Еще чуть-чуть, – бормотал про себя человек. Голова змея, тем временем, упорно сопротивлялась, постоянно норовя закопаться в гравий или скатиться обратно вниз. Она словно не желала покидать место, которое всю жизнь было ее домом, прибежищем от таких, как охотник и ему подобных с их электрическими копьями, луками и мечами. Там, куда ведет ее этот незнакомец, ее убийца, не ждет ничего хорошего. Разберут на запчасти или повесят на центральной площади в качестве трофея.

Охотник улыбнулся про себя. Он и сам, в целом, не понимал, зачем было тащить всю голову, когда можно было, в качестве доказательства победы, принести клык или, на худой конец, вырвать змее глаз.

Каждый из его племени знал, как выглядел монстр, ведь повсюду только и были, что его изображения и рисунки. Монстру даже дали собственное имя — ГатаСили. В центре всех мишеней, где он учился стрелять из лука и метать копье, была вырезана голова, идентичная той, которую он нес сейчас у себя за спиной. Ну, может быть за исключением пару деталей.

Для маленьких детей делали специальные игрушки в виде змея, чтобы они могли их сломать или разрубить своим железным мечом, хоть и затупленным. Тем не менее, бывали моменты, когда некоторые из детей вместо того, чтобы разрубить чудище, принимали его за домашнего питомца и играли с ним. Таких сразу наказывали и оставляли без обеда.

– Ну да, нечего с врагами якшаться, – подумал человек и снова улыбнулся.

Даже не смотря на такой яркий образ монстра у каждого члена из его племени, старейшины строго настрого заявили, что голова это единственное доказательство того, что миссия выполнена. И доставить ее надо сначала в святилище и только потом будет пир, где человека будут восхвалять, как великого охотника. Но нужно ли ему это теперь, он уже не знал.

В своих размышлениях, охотник не заметил, как песчаный склон исчез, а перед ним появилась прямая и твердая поверхность. Он был на вершине скалы. Солнце уже вошло в зенит, а до первой зелени и полян оставалось еще полдня пути.

Сбросив с себя веревку со своей ношей, человек залез в сумку и достал флягу. Поболтав ей, он услышал, как на донышке еще плещется остатки жидкости.

– Ничего. До ручья уже не долго. Там и заправлюсь, – пробормотал он и уничтожил свой последний запас воды.

Убрав флягу, охотник достал трубку. У него оставалось еще некоторое количество табака. Окинув взглядом пустыню еще раз, человеку вдруг показалось, что где то вдали, слева от него, появился бугорок и тут же исчез. Тем не менее, это человека больше не волновало. Существовало ли еще одно чудище или нет, здесь оно его точно не сможет достать.

Высыпав на землю остатки прогоревшего табака и убрав трубку обратно в сумку, охотник взял веревку с привязанной головой, перекинул ее через себя и пошел вперед к лесу. Каждые пятьсот локтей природа преображалась. Песка и камней становилось все меньше и меньше, а вместо них появлялись маленькие участки, поначалу с сухими кустарниками, потом с зелеными растениями и вскоре, человек вступил на землю, полностью усеянную травой. В некоторых местах даже можно было увидеть цветы. Не столь красивые и яркие, как на каком-нибудь холмистом лугу по другую сторону леса, но все же какие-никакие цветы. Охотник даже остановился, чтобы разглядеть их поближе. С мелкими светло-фиолетовыми лепестками, растение пробивалось сквозь расселину между двух камней облокотившихся друг на друга. У цветка не было никакого запаха, да и в еду он не годился. Поэтому, не став больше задерживаться, человек продолжил путь.

– Если есть растения, значит, где-то рядом должна быть вода. Может даже удастся поймать кого-нибудь, – подумал человек. Его живот согласно заурчал. Несмотря на то, что пустыня осталась уже далеко позади, солнце жгло беспощадно. Пот на теле охотника испарялся, даже не успевая появляться на коже. Рана снова дала о себе знать, однако, болела уже не голень, а вся нога целиком.

Человек остановился и задрал штанину. Раньше синева доходила до колена. Теперь же сетка потрескавшейся кожи уходила глубоко вверх, далеко за пределы штанины. Все тело немело. Голова закружилась, и человек стал падать, но веревки натянулись, и голова монстра, сработав противовесом, не дала охотнику столкнуться с землей.

В это же самое время он услышал странный звук. Какое-то аккуратное шуршания с правой стороны от него. Оно было тихим, но постоянным. Похоже на звук журчащей воды. Опомнившись, человек поднялся, сбросил с себя веревки и рванул в сторону звука. Нога ныла, все тело отказывалось слушаться, но ему было все равно.

– Возможно, мне это просто кажется, – рассуждал он.

– Возможно, яд уже добрался до моего мозга и сейчас играет со мной. Хочет сломить мой дух. –

Мужчина остановился и покрутил головой, зажал уши и даже продул их для достоверности. Но звук не пропал. Он только усилился. Вода была реальной.

И, правда, прошло всего лишь несколько мгновений прежде, чем человек выбежал мелкому, но широкому ручью. Внезапный прилив энергии пропал, ноги подкосились, и человек плюхнулся руками в прохладную чистую воду.

Напившись и умывшись, охотнику сразу же стало легче. Боль в ноге на время отступила, рука прошла совсем. Немного отдохнув, мужчина посмотрел в сторону леса, откуда шла вода. До пустыни он не доходил, а сворачивал где-то на полпути, проложив себе обходное русло. Если охотник пойдет вдоль него к началу, то шансы найти что-нибудь съестное повысятся.

– Ну, хотя бы план у меня теперь есть,– пробормотал охотник и встал. Отряхнувшись и наполнив свою флягу до краев, он вернулся за своей ношей, и они вновь, вместе, как уже старые знакомые, побрели вперед.

Охотник повеселел. У него была вода. Нога беспокоила чуть меньше, и он был уверен, что пища уже тоже где-то рядом, надо только продолжать держаться ближе к воде. Возможно, кто-нибудь заглянет на водопой.

Темнело. Солнце клонилось к западу, а на небе постепенно проявлялись звезды. Поначалу прозрачные, словно призраки, их свечение все ярче и ярче освещало небо, в то время как солнечный свет медленно угасал.

В голове у человека все крутились одни и те же вопросы об убитом им чудище. Почему их несколько? Знали ли об этом старейшины? Для этого его отправили сражаться? Что бы уменьшить количество будущих опасностей? Тогда зачем это все выстраивается в некое подобие ритуала?

Внезапно охотнику показалось, что вдалеке нечто промелькнуло. В своих раздумьях он и не заметил, как пустошь уже полностью закончилась, а его самого окружают кустарники и невысокие деревья. Это была опушка леса, там, где члены племени провожали охотника на битву с чудищем.

Человек снова заметил что-то краем глаза и услышал шорох. Через несколько мгновений, на расстоянииоколо тридцати локтей, пред ним предстал олень. Лунный свет падал на его бурую шкуру и тускло отражался от ветвистых рогов. Животное замерло и взглянуло в сторону охотника, не ожидая от него ничего хорошо. Охотник, в свою очередь, был уже наготове.

Очень медленно и с предельной осторожностью, человек снял с себя веревки и перебросил копье из левой руки в правую. Олень даже не дернулся. Похоже, животное определилось, стоит ли ему бежать. Судя по всему, охотник застал его в тот момент, когда олень ужинал листьями с кустарника. Одно из его копыт стояло в ручье.

– Обидно, – подумал про себя охотник. В копье больше не было зарядов, которые позволили бы прикончить животное с одного удара, лишь коснувшись воды. Последний заряд он использовал на ту птицу в пустыне.

– Есть только один шанс, – прошептал человек, быстро поднял копье и метнул в оленя. В этот момент сразу случилось несколько вещей. Охотник услышал хруст ломающихся кустов и стон металлических суставов. Нечто, излучающее голубое свечение, выпрыгнуло и перехватило его копье. Олень резко дернулся и умчался в лес.

Голубой свет ненадолго ослепил человека, и не позволил ему рассмотреть того, кто помешал его ужину. Раздалось рычание. Свечение сменилось на оранжевое, и охотник, наконец, увидел, с кем имеет дело. Перед ним стоял внушительных размеров механический волк. Его металлические части калибрировались и меняли положения, означая, что машина переходила из состояния покоя в боевое. Два ярко-оранжевых глаза смотрели на человека. Волк неспешно кружил из стороны в сторону, закрыв собой копье.

Охотник застыл. Он не понимал, что ему делать. Впервые в жизни в момент сражения, он растерялся. Нет, не из-за потери копья. Его учили сражаться голыми руками в любых условиях. Иронично, что подобные волки для воинов его племени всегда служили тренировочными манекенами, поэтому в обычный день, он бы просто сделал обманный выпад, и, в момент атаки волка, увернулся и вырвал узел кабелей из его шеи. Все повадки этой машины давно изучены, и они всегда действовали по одной и той же схеме.

Однако сейчас что-то было не так. И не с волком, а с самим охотником. Его тело словно опять забыло все то, чему его обучали.

Времени больше не было. Механический хищник произвел скрежещущий звук, который всегда издаёт перед нападением, и прыгнул. Только в самый последний миг охотник ушел в право. Огромная клыкастая пасть прошла мимо, но плечом волк все же сумел зацепить человека. От удара мужчину отбросило в ручей. Весь мокрый и с ушибленной рукой, охотник поднялся и не оглядываясь на врага кинулся вперед за своим копьем. Снова раздался уже знакомый скрежещущий стон. Вода начала плескаться позади него. До копья оставалось каких-то пять локтей. Человек прыгнул, ухватился за древко копья и резко выставил его перед собой. Но удара не последовало. Приподнявшись, человек увидел, что волк стоит на том участке воды, куда ранее упал сам охотник, и не двигается.

Что-то в воде заинтересовала существо в воде, но охотник не мог понять что именно, пока не увидел густой темно-синий след, начинавшийся от места, где стоял волк и ведущий к нему самому. Охотник оглядел себя и заметил, что его штанина вся пропитана этой жидкостью.Это была его кровь, смешанная с ядом. Все-таки удар машины задел его. Боевое возбуждение притупило чувство боли, поэтому он даже ничего не почувствовал.

Человек снова перевел взгляд на волка. Существо продолжало стоять. Его глаза и некоторые части тела светились настолько ярким светом, что, не смотря на ночь, охотник мог видеть каждую деталь в его металлического тела. Человек сразу вспомнил свое копье и его странную мощь, когда он охотился на птицу в норе.

И вот опять происходило нечто похожее. Волка переполняло энергией. Ее было намного больше, чем машина способна впитать. Охотник не понимал, что творится у существа в голове, но подозревал, что ему сейчас не до него.

Внезапно из волка раздался какой-то свистящий звук. Но исходил он не из его пасти, а из всего тела. Свет его глаз становился все ярче и ярче, пока не превратился в ослепительную вспышку и тут же пропал. Постояв еще пару мгновений, он грудой металла свалился в воду.

Человек не стал приближаться к машине. Все еще находясь по щиколотку в воде, он облокотился на свое копье, и уже хотел было опуститься и испить из ручья, как в последний момент вспомнил о яде.

– Иронично, – подумал охотник, – это вещество меня и погубило, и спасло. –

Он уже догадался, что яд, каким-то образом, влиял на все предметы, которые, так или иначе, требовали электричества для работы.

Человек приспустил штаны, чтобы оценить насколько распространилась зараза. Однако в такой тьме, особенно, когда его глаза еще не совсем восстановились от ослепительной вспышки энергии агонизирующего волка, было невозможно что-нибудь разглядеть.

Олень убежал, вода отравлена, боль от яда и удара машины давала о себе знать. Человеку необходим отдых, хотя он прекрасно понимал, что если завтра он не вернется в деревню, то умрет.

На небе мерцали звезды. Мужчина сел, прислонившись к близлежащему дереву спиной. Его глаза закрывались и открывались, а в голове опять крутились мысли о его судьбе и его будущем. Сейчас, когда смерть была так близка, как никогда, он внезапно передумал умирать. Его все еще пугала неопределенность, ожидающая после возвращения в деревню. Но охотник верил, что сможет во всем разобраться и сможет найти для себя новый путь, стремление и цель. Главное вернуться.

Его разбудили трели птиц. Солнце еще не встало, но уже было достаточно светло. Осмотревшись, человек обнаружил, что груда металла, которая еще вчера пыталась его убить, все так же недвижимо лежит в ручье. Его тело ныло, а левая нога не слушалась. Это означало, что яд полностью овладел ногой, парализовав нервные окончания и суставы. Если он не доберется до деревни до конца дня, все будет кончено.

Мужчина кое-­как поднялся, опершись на свое копье. Он доковылял до своей ноши, перекинул веревку через плечо, выпил немного воды из своей фляги и отправился в путь. Еду бесполезно было искать, лишь тратить драгоценное время.

Легкий ветерок, свистящий между деревьями ненадолго приободрил охотника, позволив ему двигаться быстрее. Тем не менее, тропы не было, корни деревьев все время выступали из–под земли, заставляя человека перешагивать через них, что крайне неприятно в его положении. Голова машины, так же все время цеплялась за корни, замедляя темп.

С каждым движением, поднимая ногу и делая еще один шаг, он чувствовал, как силы уходят. Ему казалось, что дело даже не в заразе, которая засела в его теле. Это голова змеи, она высасывала его жизнь. Пару раз обернувшись, он мог поклясться, что пара горящих красных глаз смотрит на него, а один из них подмигивает ему.

В попытках отвлечься, человек стал думать о пире, который его ждет по прибытии. Ему не терпелось отведать традиционное блюдо своего племени, жареный кролик в соусе из лесных ягод. Может его даже сделают одним из старейшин за его заслуги. И почему он раньше об этом не подумал. Конечно. Это ведь так очевидно. Он единственный, кто убил чудище. Он герой и заслуживает встать во главе своего племени.

Время ускорилось. Прошло утро, за ним день, и вот снова смеркалось. Тени от деревьев стали длиннее, видимость ухудшилась. Однако охотник не обратил на все это никакого внимания. Его ноги остановились, руки сбросили веревку, а глаза жадно осматривали окружающую местность. Все вокруг было ему до боли знакомо. Перед ним была граница охотничьих угодий его племени.

До входа в деревню оставалось всего несколько часов. Над головой человека пролетели две крупные птицы и приземлились на ветку рядом. Одна из них с любопытством поглядела на мужчину, но тут же отвернула голову и начала чистить себе перья. Другая была на стороже. Она не спускала взгляда с копья, которое в нынешней ситуации больше походило на посох.

Охотник поглядел на птиц, и в животе раздался жалобный стон. Однако у него не было времени отвлекаться на что-то еще. Ему надо было вернуться в деревню до полной темноты, а, следовательно, нельзя просто так стоять и грезить о еде.

Через час охотник вышел уже на известную ему тропу. Возможно, он мог кого-нибудь встретить из своих. Но пока дорога была пуста и выглядела заброшенной. Внезапно хруст веток раздался справой стороны от тропы. Человек замер и пригляделся. Никого. Он поднял копье, и, хромая на одну ногу, вприпрыжку добрался до куста. Пусто. Продолжив путь, охотник внимательно вглядывался в зеленую ограду кустов, проходящие сквозь стволы деревьев. Через какое-то время звук повторился, но уже с противоположной стороны.

– Кто здесь?! – прохрипел охотник.

Давно он так громко не разговаривал. Голосовые связки ослабли, и вопрос прозвучал не столь внятно, как ему хотелось. Вновь послышался хруст кустов, и на тропу вышел мужчина.

На нем была льняная рубаха и штаны с вышитым из кожи орнаментом. От пояса до щиколоток спускалась бежевая с синими полосками набедренная повязка. В руках он держал точно такое же копье, как у охотника.

– Приветствую, брат мой, – сказал незнакомец.

– Кто ты? Ты разве из моего племени? – удивился человек. – Не помню, что когда-либо видел тебя.

Незнакомец улыбнулся. Он словно насмехался, но в тоже время от его улыбки исходила какая-то печаль.

– Значит, я хорошо исполняю свой долг. Не так много людей в племени знают о моем существовании. Пойдем. Старейшины тебя уже заждались. –

Сначала они шли по главной дороге, которая вела прямо к главным воротам деревни. Но вскоре незнакомец свернул на тропу, которую охотник никогда не замечал. Очень узкая, и тропа вся проросла густой травой, однако голова поверженного змея запросто прошла и заскользила вслед за ними. Шли они не очень долго и уже через некоторое время, охотник увидел небольшую насыпь, а в ней вырезанный вход в пещеру. Незнакомец жестом приказал остановиться.

– Дальше ты пойдешь один. Можешь оставить свою ношу. Твоя миссия окончена. Скоро придут старейшины и осмотрят ее, прежде чем встретиться с тобой. –

Охотник не стал спорить и коротко кивнул. Он в последний раз сбросил с себя веревки, мельком глянул на голову, которая была его спутницей и соперницей несколько последних лун. Опершись на копье, человек вошел в пещеру.

Его встретил длинный коридор в конце которого виднелась массивная железная дверь. Все стены были обшиты сталью, а вверху тянулись трубки, горящие тусклым голубоватым светом.

Дверь была не заперта и при всем своем величии, открывалась без особых проблем. Охотник зашел внутрь и обомлел. Он сразу догадался, где находится, хотя никогда не видел это место. О нем знали все члены его племени. Сюда было дозволено заходить только старейшинам. Святилище. Место, благодаря которому в племени всегда был свет и чистая вода. Именно ради защиты этого места, охотник сражался с монстром, чья голова лежала снаружи.

Но вот только его голова не была единственной. Вдоль стены в ряд висели десятки таких же змеиных голов. К их глазам был присоединены полупрозрачные трубки. Внутри них медленно перетекала вязкая синяя жидкость. Тот самый яд, который уже полностью струился по всему телу охотника.

– Вернулся, наконец, – прозвучал сиплый голос за спиной охотника.

Обернувшись, он увидел невысокого пожилого мужчину. На вид ему было около шестидесяти зим. Руки старика сжимали стальной посох, а на его виске висел небольшой конусообразный предмет похожий на наконечник стрелы. В племени охотника такой предмет называли Глазом Бога. Их могли носить только старейшины. Благодаря этому устройству, они видели намного больше и дальше, чем любой разведчик или охотник.

Старейшина слегка улыбнулся и подошел ближе. Охотник не замешкался. Ему трудно было отойти от увиденного, но он все же смог вымолвить:

– Да-да, старейшина. Я выполнил обязательство, предназначенное мне с рождения.

– Это правда. Хотя и не так как мы ожидали. У тебя, наверное, много вопросов. – Старейшина поднял руку. Рукав его кафтана сполз, обнажив на запястье браслет, выполненный из нескольких змеиных клыков скованных вместе.

Охотник подумал, как он этого раньше не замечал.

– Вам нужна жидкость из глаз этих существ. Я ведь не первый воин, который справился с заданием?

Бровь старейшины слегка изогнулась в удивлении.

– Быстро схватываешь. Молодец. Боюсь, отрицать не имеет смысла. Ты и правда далеко не первый, кто одолел чудище и вернулся. Хотя ты первый, который до этого сам додумался.

– Там, в пустыне, я видел несколько ГатаСили. А яд, который сейчас течет по моим вена, как-то странно влияет на все вещи связанные с электричеством. Вывод напрашивается сам собой, – охотник сделал паузу и вслед добавил, – змея ведь никогда не нападал на деревню, правда?

Старик не ответил. Он обошел человека и приблизился к самой дальней голове. Металл, покрывавший ее, пожелтел и некоторые места были изъедены коррозией. Две трубки, выходящие из глаз, почернели и уже практически рассыпались.

– Мало кто из племени помнит, – внезапно начал старейшина, – но когда-то мы бродили и выживали на просторах пустыни. Несколько поколений минуло с тех самых пор. Эти твари не раз атаковали нас. Иногда мы им отвечали. Однако, чаще всего, победа была на их стороне.

Старик прервался. Он смотрел прямо на охотника, но его взгляд ушел далеко в глубину своих собственных воспоминаний.

– Однажды несколько человек, одним из которых был мой прадед, обнаружили в одной из дюн вход в очень странную пещеру. Внутри все было прокрыто сталью. Множество механизмов двигалось взад-вперед, неустанно работая над чем-то. Так они обнаружили место, откуда взялись эти существа. А еще это, – он указал пальцем на прибор у себя на виске – Глаз Бога.

– Мы, наконец, стали одерживать вверх в войне, которой, казалось, нет конца. Устройство подробно показывало нам строение этих существ. Жидкость внутри них оказалась отличным проводником электричества. Жить стало гораздо комфортнее. Ночь перестала пугать, ведь у нас был свет способный ее разогнать. Мы все глубже и глубже удалялись в пустыню, пока, наконец, не вышли из нее и не расположились здесь. –

– Тогда какой смысл каждый раз посылать туда людей, если они могут не вернуться, – воскликнул охотник. Его сердце сжалось. Теперь он окончательно убедился в бесполезности своего похода. Все рассказы о славе и чести воина – абсолютная ложь.

Старейшина словно прочитал в глазах охотника его мысли. – Не думай, что все то, что ты и твои соплеменники сделали, было напрасно. Вы и правда спасители деревни. Но немного в другом ключе. Когда мы нашли это чудесное место, мы вдруг осознали, что уже не можем жить без тех удобств, которые нам давало электричество. У нас не было света, не было возможности готовить еду, заряды в копьях и луках быстро иссекали. По началу мы пытались извлекать жидкость из меха–волков, но ее на долго не хватало. Поэтому нам приходилось возвращаться обратно на безжалостные песчаные просторы. Одной головы обычно нам хватало на десять зим, не более.

Старик подошел к массивному деревянному столу, украшенному резьбой в виде маленьких змей. Он взглянул на охотника безразличным взглядом и продолжил свою, уже порядком затянувшуюся, историю.

– Через какое-то время ситуация вернулась в свое русло. Мы жили, развивались, охотились, а каждые десять зим несколько человек уходили в пустыню. В группе охотников всегда был старейшина, ведь только он обладал Глазом Бога. Но вот в одну из таких вылазок, старейшина погиб. Хвост ГатаСили разрубил его пополам. Один из воинов забрал у погибшего устройство. И ему хватило одного дня, чтобы понять, как оно работает.

Охотник показалось, что он начал понимать, куда вел старик. Картина в голове складывалась и нарастала тревога.

Старейшина продолжал.

– Начались разговоры внутри племени о том, что старейшины не нужны. Что наша мудрость заключается внутри устройства. «Каждый может быть на их месте!» раздавалось то тут, то там в племени. И вот настал день, когда в деревне вспыхнул мятеж. Его быстро подавили, однако люди перестали воспринимать старейшин, как посланников богов.

Старик ненадолго замолчал. Яд выжигал охотника изнутри. Становилось трудно дышать. Он кашлянул, и старейшина тут же очнулся.

– Ах, да. Прошу прощения. Иногда меня куда-то уносит. О чем я говорил?

– Вы упомянули мятеж, – сквозь боль процедил охотник.

– Ну конечно. На время мы перестали охотиться на змея. Когда электричество начало заканчиваться, мы, сколько могли, вытягивали его из меха-волков и иной живности. Но этого было катастрофически мало. Люди умирали от голода и холода, отвыкшие от такой жизни. И тогда у моих предшественников возникла идея, превратить все сражение со змеей в легенду об одном герое, которому предначертано богами убить ГатаСили. И каждый раз новый доблестный воин отправлялся в путь и чаще всего возвращался с трофеем. К сожалению, дальше святилища он уже не уходил. Легенда должна оставаться легендой для мира и порядка в нашем племени.

Старик вздохнул. На его лице появилась печальная улыбка.

– Жаль, конечно, что ты не принес нам целую голову. Однако и в тебе достаточно жидкости.

Охотник не успел среагировать, как в его спину воткнулось несколько острых лезвий. Электрический разряд стал кусать все его тело.

– Боюсь, тебе придется потерпеть, – где-то вдали послышался шепот старика. – Мы не можем просто дать тебе умереть. Ты должен гордиться собой. Ты, правда, герой, который спас всю деревню.

Больше охотник ничего не смог расслышать. В глазах его помутнело, и он погрузился во тьму.