Прощальное письмо

Глава 1

«…даже не знаю, с чего и начать…» (прощальное письмо)

…даже не знаю, с чего и начать…в тот день я выполнял свою обычную работу, а работал я в спец.подразделении быстрого реагирования, как раз мы только приступили к операции по захвату объекта с находящимися в нем преступниками, как это произошло…

Всё как будто на секунду замерло. Весь мир. Секундная тишина, не больше…И мои соратники превратились в зомби. Я лишь наполовину, возможно из-за пластины в моем мозгу, поэтому и стал их предводителем…Они доверились мне инстинктивно, хотя вначале пытались разорвать на части…Навыки рукопашного боя пригодились и нескольких, включая своих и тех, кого мы пришли брать, я ликвидировал. Остальные смотрели на меня с опаской и уважением…

Так началась моя новая жизнь. Если это можно назвать жизнью. Скорее борьба, борьба за выживание, хотя выживать было уже некому. Все, буквально все перестали быть людьми, даже их внешние оболочки стали иными, речь звериная, но вперемешку с отдельными человеческими фразами, все равно ничего конкретного не означала, кроме голода, неконтролируемого всепожирающего голода.

Только не думайте, что в этом плане я от них отличался. Фигушки. Я первый повел свое войско, а прибивались ко мне со всех сторон, инстинктивно чувствуя вожака, на ягнячью ферму. Вот уж мы насытились…Рвать живьем мясо с еще бегающих и ноющих существ, я вам скажу, большое наслаждение…

Не чувствовал я ни боли в челюстях ни вины за сделанное. Да вот только свет пробудился, поднялся я кровью весь перепачканный в обносках своих, истрепанных в борьбе за кусок ,оглянулся в сторону врага и залился воинственным воем.

Вот тут то и потянулись ко мне сотоварищи. Выть я перестал, гляжу на лица, дикие они все, звериные или того хуже. Да только знают, - я главный.

Перешёл на высокий слог…Это всё от того, что обожрался тогда….

Обожрался, ничего не соображая утер рукой кровь с губ и залился волчьим воем на луну. И таким пронзительным, одиноким и призывным был тот вой, столько в него было вложено посыла и информации, побуждающей к действию, что когда отпустило меня, я уже знал что делать, и они, те, которые вновь столпились вокруг , но уже более ровными рядами знали, может в меньшей мере, чем я, что нужно для того, чтобы исполнить предназначенное.

Я даже не стал смотреть на них. Зачем? Я чувствовал своих соратников, их общую направленность и волю. Говорить нам смысла не было, достаточно мысли. Моей мысли. Общей мысли.

Я лишь раз взглянул в сторону своей цели и пошел…Туда…Притягиваемый как магнитом…

Они устремились за мной.

По дороге мы не раз еще перекусывали. Когда не хватало пищи, кто-то кого-то съедал, это было не важно, как раньше, просто необходимый добор калорий для продолжения пути.

А кто сказал, что человек не должен есть человека?

Догма.

Мне почему-то раньше нравилось это слово.

Чуть что…Опа…

Ответа не знаешь или не знаешь, зачем спросил…

Догма.

Стоп.

Я и не сразу заметил, как часть моего окружения стала испаряться…Видимо включились какие-то механизмы распада или нет…

Нет.

С небес как будто луч сошел, а может и не луч, но четко чувствуя волны энергии, я стал уклоняться и точно, - упал, испарившись наполовину совсем близко от меня сотоварищ.

Орудия.

Орудия небесного гнева…

Чушь какая…

Я теперь всё знал, не Господь придумал заповеди и наказания за грехи, а Зло, что вечно претворяется Богом…

Но тут главное – убрать эмоции и действовать по обстановке, по боевой обстановке. Смесью звериного рычания и телепатией я отдал приказы своему братству и те, не ослушиваясь, быстро рассредоточились на местности, укрывшись за разными объектами, кто-то умудрился засыпать себя землей, кто-то прыгнул в воду, другие старались обезопаситься от смертельных невидимых лучей в зданиях…А кто не успел…тот опоздал…как говорится.

Я потом подсчитал, мало нас осталось.

Зато на следующий день неведомо откуда пришли тысячи, сотни тысяч, все оборванные, с диким взглядом, мне подчиняющиеся.

Знал я всегда, что особенный.

Искривил губы в подобии усмешки…

И зарычал.

Стадо вторило.

С тех пор мы стали бороться с прислужниками Зла, медленно продвигаясь к центру сосредоточения Тьмы…

Со временем мы стали чуять приближение смертоносных волн, это чувство было подобно невидимой дрожи, исходящей изнутри психики, так чувствуют приближение беды собаки.

Но мы не лаяли и не подавали вида вообще, но в нужный момент становились невидимыми. Я понял, как можно это сделать и удивился, почему не делал этого раньше. Всё так просто. Мысленно я передал свои способности остальным и они приняли их, вобрали в себя и стали недоступны для оружия противника.

Правда не совсем, иногда лучи скользили по воздуху и поверхности Земли наугад и те, кто был невидим, физически всё равно присутствовал, а значит, был смертен.

Вот бы суметь быть неприсутствующим. Но при этом всё равно быть…

Но это другой этап. Как говорил мой учитель.

Кстати, о моём учителе.

В голову сразу же приходят мысли об эдаком бравом полковнике спецназа, прошедшим не одну войну с грубым закаленным волей лицом, стальными глазами, но отеческим взглядом для своих учеников…

Да, да…Что- то в этом роде.

На самом деле его не было.

То есть, он был.

Но физически не присутствовал.

И в этом была его основная сила.

Мы все знали о его присутствии и о его недосягаемости одновременно. Тем не менее он нами руководил и учил нас всему. Это как внутренний голос. Как Господь Бог.

Но теперь он отсутствовал. Напрочь. Возможно, был стёрт новыми возможностями Зла.

И полагаться теперь оставалось только на себя.

А чтобы стать неприсутствующим, надо что? Перестать быть?

Нет. Всё наоборот.

Надо стать.

Это как быть одновременно в двух местах, нет, не в двух, во многих местах, быть наблюдателем, смотрящим на свое тело со стороны и оценивая ситуацию как зритель, в одни и те же моменты времени, обретаясь и здесь и там и где-то ещё.

Иногда у меня получалось и только благодаря этим удачным попыткам, я и жалкие крохи моего оставшегося войска, в которое прибывали и прибывали на замену исчезнувшим новые зомби, добрались сквозь все атаки противника, направленные на то, чтобы остановить меня, до зловонного места.

-----------------------------------------------------------------------------------------------------------------

Кремль. На стенах расположились фигуры апокалипсиса. Я и раньше догадывался, что они не люди, а теперь это было очевидно. Они не прятались за бойницами, ни к чему. Внешне напоминающие человеческие, а изнутри представляющие собой биосинтетические субстанции, тела защитников Зла не опасались повреждений и не чувствовали боли. В руках каждого существа было зажато оружие. То оружие, которого нам было не достать, предназначенное для уничтожения остатков человеческой расы, превратившейся в зомби в результате сбоя программы.

Я смотрел на звезд шоу-бизнеса и политиков, с которых сползла последняя краска притворства и обнажилась их истинная суть. Украденные некогда черты у настоящих людей, гротескно увеличились в размерах и лица, будто распухшие от накаченного в них ботокса, не выражая никаких эмоций, глядели на нас. На армию зомби, возглавляемую получеловеком.

Вот и я. Здесь. И сейчас. Гляжу вверх на кровавые стены и демонов во плоти – на усатых шансонье, лохматых бесполых поп-див и на него, того, кто в центре, все в том же костюмчике, с прилизанными волосенками и тупым, не выражающим ничего человеческого взглядом. Так кто тут зомби?

Я?

Нет. Я- то как раз существую…

Половина моего лица разложилась от вдыхания отравленного воздуха, но другая часть хранит четкость волевых черт морского пехотинца, и щетина на ней растет, на этой половине, очень даже мужественно смотрится, наверно, я так думаю, а в стекла и зеркала стараюсь не глядеться. И все же я цельнее, живее и упрямее вас. Ублюдки с физиономиями медийных персонажей. Давайте запевайте свои поганые песенки, толкайте фальшивые речи о прелестях жизни поставленными механическими голосами.

Я не совсем осознаю, выкрикиваю ли я свои гневные реплики тварям на стенах или они просто крутятся у меня в мозгу, но стволы внушительных убийственных штук врагов опускаются вниз на нас, в частности на меня… И начинается…

Канитель… Так я раньше это называл, когда еще служил в спецназе, только не подумайте, что я имею в виду скуку. О, нет! …

Стена здания возле меня разлетается на невидимые частицы, но проворность моих мышц и инстинкт обостренных чувствований позволяет среагировать еще до нанесения удара, и я отпрыгиваю в сторону, но не назад, а ближе к врагу, входя в его поле. Оглядываясь, вижу, что половина толпы, приведенная мной, исчезла, спиленная смертельным лучом, но другие, выжившие, или выжившие частично, на секунды растерявшись, вновь разворачиваются к врагу и мгновенно, как по команде, бросаются с диким ревом в атаку, не обращая внимание ни на что.

Я стараюсь быть невидимым, что в некотором роде выглядит нечестно по отношению к моим братьям по оружию, но что уж тут, на войне не без жертв. Ведь главное задание должен выполнить я, а всё мое войско лишь отвлечение от основного удара.

Пробираюсь под стену. На древней карте, найденной мной в архиве Музея Истории,

( надо же, я когда- то там в детстве с бабушкой был, кто бы мог подумать, что второй мой визит будет столь странным), я обнаружил много тайных ходов, созданных древними как будто специально для тайных проникновений на территорию Кремля…

Воспоминания всегда приходят некстати, хотя кто знает, может быть, подсознание работает именно тогда, когда необходимо, что знаем мы о подсознании, да и вообще о себе самих…

Странно, помимо того, что я стал кровожаден и руководствовался по большей части инстинктами хищника, я всё больше стал размышлять о себе, о человечестве, о том, что мы есть, то есть, что из себя представляем, на самом деле, а не так как нас учили, воспитывали и кто это,- то что нами руководило, заставляло подчиняться своей воле…

Я вспоминал детство, игры детей, уже тогда жестокие, школу и прочие учебные заведения, находясь в которых я не чувствовал себя свободным. Я чурался общества себе подобных, предпочитая оставаться одному, в своей тиши, своем мире, представляя себя самым сильным и независимым существом на свете, способным жить не по законам, а вразрез им.

Потому я, наверно и пошел в войска специального назначения. И хоть там нас было много, держался я всегда один, занимался на учениях дольше и больше, чем остальные, осознавая, что только так я могу воспринимать нахождение здесь не как обязанность, а как возможность стать выше всех, преодолеть барьер ощущения некомфортности, боли, зависимости от природных явлений, прихоти людей и любых других обстоятельств.

Я один мог преодолевать дальние расстояния с полной выкладкой за короткий временной интервал, после чего противостоять нескольким инструкторам в поединке, мог ничего не есть несколько дней, не замечать холода и дождя, просыпаться за долю секунды, чтобы сбросить с себя захотевшего учинить надо мною расправу деда и убить его одним прикосновением.

Меня не отдали под суд, но перевели в особую роту, тайную. Находящиеся здесь не подчинялись законам мира, они могли останавливать время, убивать, не касаясь противника и лечить самих себя от ран лишь усилием воли. Им не надо было ничего объяснять, они уже знали, так же как и я знал. Возможности мозга безграничны и здесь, в материальном мире не существует в реальности ничего, нет никакой реальности, поэтому то, что зыбко может подвергаться изменениям со стороны сведущего.

И мы меняли реальность, если того требовало задание, просто преломляли жизненные обстоятельства в свою сторону и поэтому никаких осечек никогда не было. Освобождение или захват заложников, уничтожение личного состава противника, предотвращение и осуществление терактов и прочее. Мы выполняли все, что нам приказывали, мы могли становиться невидимыми, не осязаемыми, сами же были в состоянии почувствовать малейшие колебания воздуха, улавливать волны тревоги или страха, исходящие от врага на расстоянии.

Я мог деформировать твердые состояния реальности и перемещаться в пространстве…

Я не испытывал чувств, мне не было жаль убитых мной и не было радости от спасения кого-то, я лишь выполнял свое предназначение…

До того самого момента, когда Земля замерла…

Да, я забыл сказать, откуда в моей голове металлическая пластина. Вообще- то я должен был умереть еще в семилетнем возрасте, когда лихо выполняя на дворовых качелях «солнышко», прямо с высоты, мне казалось с неба, головой вниз рухнул на твердую от засушливого лета почву детской площадки.

Тогда тоже время остановилось, застыло на миг…Мне казалось, что миг… Но включилось оно гораздо позже, через месяц, когда я вышел из комы. Как же все были рады этому обстоятельству…Все, кроме меня…Я стал другим…Задумчивым…

И хотя я не помнил, что происходило с моим подсознанием во время этого длительного сна, вышел я из него уже знающим…

И люди это чувствовали…И потихоньку отворачивались от меня, да и мне общение со сверстниками становилось тягостным, а с родными я не знал, как теперь себя вести, мне не было нужды их слушаться или учиться чему- то у них, я итак всё знал и лишь делал вид, что наставления матери или отца для меня что-то значат.

Бабушка чуяла перемену во мне, но молчала об этом, в прочем с удовольствием рассказывая мне множество небылиц, произошедших ли с ней за долгие годы жизни или выдуманных ею специально для меня, но как ни странно ее я слушал…и даже внимал.

Было в ее речах что-то таинственное, другое, не бытовое и серое, а иное…

Как иное пространство…Этот термин я услышал у одного из спасенных мною ученых, он много чего говорил, пока я доставлял его и его ценные научные разработки на базу.

Я не знаю, что с ним сталось, с этим ученым, возможно, он был уничтожен как особо опасный, знающий то, что не должен знать объект, а может быть продолжал работать, но уже не на себя, а на то Зло, которое я должен уничтожить сейчас.

Но тогда, тогда я просто без всякой на тот момент надобности запомнил абсолютно все его разработки, для этого мне не надо было никакой техники, я просто уместил знания в своем мозгу, пометив их как скрытый файл. И это был не единственный раз моего общения с научными гениями. Перед казнью одного из них, которая из-за срочности выполнения была поручена мне на месте, этот странный суетливый человечек выдал мне всю информацию, даже не раскрыв рта, лишь застыв на мгновение, уставясь своими глубокими глазами в мои глаза и всё. А потом «бах». Слыхали что-нибудь про «блю туз»? ну вот так примерно и было. Кстати, сотовыми телефонами я никогда не пользовался…

…А вот и проход под стеной, я пролезаю в узкое отверстие пробоины, скрючившись и сопя и оказываюсь во дворе, где на меня с бабьим визгом моментально набрасывается лохматый урод в короткой юбке и текущим от жаркого воздуха макияже.

Оно не успевает прицелиться из своего продвинутого оружия, как я, делая резкий жест рукой, казалось бы ничем, разрезаю тварь пополам.

Оборачиваюсь. И вижу второго. Этот – блондин в костюмчике, кажется, хочет уложить меня своим очередным псевдомузыкальным хитом, но, ни рта раскрыть, ни выпрямить руку с оружием ему не удается. Его фальшивая черепная коробка разлетается в разные стороны от одной моей мысли….Заработало…

Мое подсознание интегрирует в реальность все, что во мне накопилось. Все знания и опыт работают на выполнение задачи – уничтожить Зло.

На пороге Дворца съездов стоит Он. Всё в том же пиджачке, с теми же залысинами и утячьим носом на сальном лице, с теми же усами и кавказским прищуром, с тем же хитрым взглядиком, с бородкой и пенсне, с тупой серой массой вместо глаз, невидящий и пронзающий насквозь.

Я пропускаю твой удар, он попадает прямо в меня. И не дав мне очухаться, ты уже здесь. Близко. Рядом. Готовый добить. Но не для того я преодолел столько препятствий, расстояний и лет, чтобы дать себя победить. Я просто думаю о тебе, как о несуществующей субстанции и фигура надо мной цепенеет, превращается в скульптуру и сейчас же распыляется на невидимые глазу составляющие… В прах…

Дорога свободна…

Я проникаю в недра Кремля. Кто дал название этому месту? Почему Оно здесь?

Блокирует мои мысли, мою волю, но….Этому не справиться со мной, я зомби, но лишь наполовину, и человек также частично. Я универсальная модель военизированного состава планеты и я идеален, для того, чтобы уничтожить Дракона, втоптать в грязь Паука, размазать и растоптать Гада, рассеять по ветру, распылить на частицы, а после и память об Этом, да и вообще обо всём…

Я вхожу в залу, где прежде ярко горел свет и шли непонятные заседания, на самом деле необходимые для выработки энергии, которой кормилось Чудовище, а теперь чёрную, не тёмную, а именно чёрную, вычерненную самой чернотой…и чувствую, что и Оно движется по направлению ко мне. Навстречу.

На встречу.

Мысленно представляю себе всё, что я впитал из мозгов великих людей и мгновенно собираю и тотчас же материализую необходимые вещи…

Пожалуй, мне ещё понадобится какой-нибудь стол, чтобы всё уместить, сосредоточиться и определиться с моментом истины.

А вот и столик, я сочинил его, подобным операционному, ведь как раз мне это и предстоит – вырезать опухоль, прооперировать жизненное пространство и если пациента еще можно спасти, то сделать это надо немедля.

Я слышу как будто какой-то утробный звук, или он звучит у меня в голове, не смотрю в черноту, этот мрак уже за пределами понимания, не отвлекаюсь, достаю всё, что потребуется и раскладываю пока в хаотичном порядке.

Всё.

Готово.

…Я разложил на столе все свои приспособления для изничтожения чудовища, я предполагал, что так и будет на самом деле – вечное Зло, прячущееся в недрах земли, как огромная злокачественная опухоль, использующая сознание человеческих индивидуумов и играющая на их жалких желаниях и страстишках.

Я и раньше во что-то такое верил, но после События, стал знать. Как будто исчезнувшие знания, покинувшие отформатированные мозги многих ученых и исследователей, проникли в мои, и несмотря на бесчисленное количество мегабайт, органично осели в моей черепной коробке и даже оставили место. Я просто теперь знал, что оставили. Объем заполнения информацией человеческого мозга бесконечен, так кто же мешал нам овладеть всеми знаниями и добродетелями одновременно, так чтобы хватило на всех, и хватило бы…Ограничений нет. Их создали. Создало существо, которое я должен уничтожить.

Вот аннигилирующая машина, но будет ли ее мощи достаточно, а вот – ядерная ловушка, но не поглотит ли она всё сущее окончательно, и хотя на Земле не осталось ничего такого, чему стоило бы сохранить жизнь, я всё таки верю, что может быть где то, случайно, в результате тоже каких либо нарушений, как у меня сохранилась, обитает, бродит, прячется от чумы существо, возможно одно единственное, и хотелось бы верить, что это человек, девушка, возможно, ( вот ведь как мы устроены, всё уже практически погибло, поглощенное ужасом, но из глубины сознания пробивается росток надежды, росток любви и он правит нами.)

Я где то читал, что если явственно себе представить что либо, поверить в это на секунду, а после забыть, то через некоторое время мысль осуществится.

Забыл.

И тупо смотрю на орудия смерти…или жизни…в моих руках…

…А тварь приближается…

…Тяну руку к одному предмету, останавливаюсь, выбирая второй, думая о третьем…

…Даже не знаю, с чего и начать.»

00.00.00