Проект Человечность

Глава 1

Гравипояс барахлил. Тарахтел, скрипел, подсвечивал тревожно-красным ряды крохотных символов на мутном от времени дисплее. Я то снижался плавно, то судорожно дергался, как марионетка на ниточках у неопытного кукловода. Рывок. Ещё рывок. А там, наверху, уже раздавались шаги - их гулкое эхо металось вокруг меня, рикошетом отражаясь от стен.

Хреново.

Пояс внезапно мигнул, кашлянул - и я рухнул вниз, в темноту. Что-то ударило меня под рёбра, выбив весь воздух, а потом бесцеремонно ухватило за куртку и вздёрнуло вверх.

Что за...

Я не видел этого, но металлический штырь, торчащий из стены, распорол энергокостюм от бедра до плеча и прочертил на моём боку красный иероглиф.

К коже словно прижали раскаленный прут. Я заорал, уже не переживая о том, что меня могут услышать. Моему крику вторил тонкий пронзительный писк аптечки.

Сознание возвращалось медленно. На моё счастье кучу щебня и битой кафельной плитки, выброшенной когда-то в старую лифтовую шахту, венчала целая гора минеральной ваты, - и я вошёл в неё глубоко, как плуг в мягкую почву.

Ассоциация получилась двусмысленной. Криво улыбнувшись, я вспомнил одну из длинной череды своих квази-жён, Ирму.

У того, кто её программировал, оказалось весьма оригинальное чувство юмора — вместо того, чтобы молча боготворить своего господина, она любила первой начать разговор, а если я начинал жаловаться на жизнь, могла по ходу ещё и ввернуть что-нибудь ехидное вроде «закон, что дышло, куда повернёшь — то и вышло» или «дуракам всегда везёт».

Эта жена пробыла у меня дольше других. Чёрт, у неё единственной даже было собственное имя, которое она сама мне сообщила, когда вылезла из коробки. Я не стал сообщать фирме-производителю о браке, интересно было посмотреть, как это чудо мехмагии будет себя вести. А потом привык.

Привык разговаривать с ней, сидя за кофе, в который она зачем-то добавляла всякие специи, как в суп. Привык смеяться. Радоваться всякой ерунде.

А однажды утром не смог её разбудить. В службе техподдержки сказали, что случился какой-то сбой во время зарядки. Ирме сменили прошивку, и она вернулась домой, в социальную ячейку, где мы жили. Только вот вернулась такой же, как и все остальные до неё — старалась угодить, раболепно заглядывала в глаза. Я выдержал два дня и отвёз её обратно.

После этого всё пошло не так.

Я уволился. Точнее, меня уволили с ремаркой «вторжение в личную жизнь сотрудников: попытка общения».

Пробовал уйти в виртуал — игры отвлекали ненадолго, а потом становилось хуже.

Я пошёл по магам. Один хваткий волхв вытащил меня на разговор об Ирме, и я признался, что скучаю по жене. Маг сдвинул набок нелепый колпак, расшитый звёздами, и задумчиво почесал затылок - место, куда был вживлён госчип:

- Скучаете? Это странно. Очень странно. Скажите, а почему вы зовёте её «женой», а не «квази» - как все?

Больше я к магам не обращался.

Я чувствовал, что за мной следят. Видел одни и те же флаеры, паркующиеся около дома. Одних и тех же людей в соседних с моей ячейках.

А потом меня впервые попытались убить. Прямо среди ясного дня в центре города с крыши упала гигантская сосулька (кто слышал в 23м веке о сосульках, которые падают с крыш?), и если бы я за секунду до этого не угодил ногой в яму, оставленную дорожными рабочими (а вот этого добра в 23м веке — сколько угодно. И ям, и рабочих), то меня бы просто размазало тонким слоем по тротуару.

Меня сбивал флаер. Выбрасывало в окно внезапным сквозняком. Меня "случайно" сталкивали на проезжую часть, по которой плотным потоком неслись тяжелые грузовые капсулы. - Это совпадения, - раз за разом говорили мне в Отделе по Надзору за Гражданами. Но я-то знал правду. Я уже потерял счёт этим "совпадениям". Я всё время слышал шаги за спиной. Оборачивался - и никого не видел. Но я был уверен, что "они" не успокоятся, пока не доберутся до меня. Я - сбой в системе. Как Ирма. И меня следует перепрошить.

Пока я валялся в отключке, аптечка подлатала мой бок. Преследователи, видимо, решили, что я не пережил падения, и не стали спускаться, чтобы добить. - Дуракам всегда везёт, - прошептал я себе под нос, выбираясь из вороха ваты.

***

- Если у вас паранойя, это ещё не значит, что за вами не следят, - хмыкнула Ирма, выворачивая флаер так, чтобы не терять объект из виду, при этом оставаясь невидимой для него. Обеспечив себе достаточный обзор, квази продолжила надиктовывать заметку в антикварный сенсорный телефон, справедливо рассудив, что никому никогда не придёт в голову искать информацию на таком допотопном устройстве.

"Человечность оказалась серьезной штукой. Заразной. Неконтролируемой. Проекту присвоен статус "совершенно секретно". Создание новых объектов с этим свойством временно приостановлено. Контора приняла решение продолжить изучение воздействия Человечности на психику единственного контрольного объекта в полевых условиях. Изменения в поведении объекта наблюдения "Карл" свидетельствуют о том, что Человечность неизлечима. Проект, скорее всего, будет заморожен, а объект - изъят из среды." Ирма отложила телефон.

- Я тоже скучаю, Карл. Держись. Мы что-нибудь придумаем.