Предание о Временах великой скорби

Глава 1

Кто ты, Почтальон?

Использующий мое сознание как почтовый офис.

Надеюсь, у тебя есть письма, которых ждут люди!

Тогда я не против. Приходи, раскладывай свою почту!

***

Тщательно собирает Почтальон осколки мыслей в закоулках моего подсознания. Осматривает их, бережно очищает и кладет рядом с другими. Он уверен, что это фрагменты одного большого пазла. И когда все детали будут найдены, они сольются в одно целое, в единую картину общей для них Вселенной – Вселенной Почтальона. Где все будет логично, взаимосвязано и на своем месте. Но это произойдет еще не скоро...

Насколько тяжел, настолько и необходим этот груз – груз нашей памяти о Временах великой скорби!

1. День первый

Утренний оркестр

В это утро Иванко, как обычно, проснулся на рассвете. Он любил встать рано, чтобы пройтись по бескрайнему полю с бесконечным разнообразием благоухающих свежестью цветов, ощущая босыми ногами сквозь плотный и мягкий травяной ковер утреннюю прохладу Земли. Раскинув руки в стороны, впитывал в себя торжественность момента восхода приветливого светила на розовеющем горизонте, всей кожей чувствуя теплое прикосновение первых солнечных лучей. Пробудившаяся энергия Земли-матушки, освежая стопы прохладой росы, проникала внутрь тела и постепенно поднималась вверх, а тепло восходящего Солнца медленно наполняло его всего, от макушки до пят, живительной силой, согревая изнутри.

Обитатели полянки суетились в предвкушении утреннего праздника, который вот-вот начнется. Все части этого огромного организма, от микроскопических букашек до величественного оленя – главы своего семейства, ожидали, когда человек, вобрав в себя тепло восходящего Солнца и энергию Земли, соединит в своем сознании красоту окружающего мира с глубиной Космоса. А затем, осознав и прочувствовав это единение, выплеснет свой восторг громким радостным возгласом, отправив в безграничное пространство Космоса весточку о том, что в солнечной системе, на прекрасной полянке планеты Земля, началось счастливое утро и все ее жители благодарят Мироздание за это.

Эта утренняя молитва благодарности небу и Земле за возможность жить, чувствовать, осознавать, обдавая всех волной ликования как благословением, действует словно взмах дирижерской палочки! Тут же подхватит ее многоголосый хор птиц, затрепещет разноцветными крыльями бесчисленное количество бабочек и, повернув свои головки к солнцу, раскроются цветы. Счастье, выплеснутое человеком, наполнит всех, ибо только человек обладает чудесным даром осознанной благодарности за свое бытие. И каждый, вобрав в себя эту благословенную энергию, отправит в бескрайний Космос частичку своей радости и признательности за это прекрасное и неповторимое утро! А веселый ветер понесет это ликование в самые далекие уголки, туда, где утро уже прошло или еще не наступило. В предрассветную, а может, позднюю вечернюю пору овеет теплым порывом всех жителей планеты, старых и молодых, тех, кто далеко и кто совсем близко, оповещая, что где-то только что наступило счастливое утро. И люди улыбнутся, порадуются этому событию и поблагодарят ветер за добрую весть!

Иванко очень любил и без видимой причины старался не пропускать этот установленный им самим ритуал. Встреча с утренним Солнцем, материальным проявлением Бога, всегда вызывала в его душе праздник и вселяла восторг! Изо дня в день ему не надоедало наблюдать, как соскучившееся за ночь светило мягкими лучами обнимало всех обитателей этой части планеты. Щедро дарило благословенное тепло каждому без разбора, согревая и густую шерсть млекопитающих, и гладкую кожу пресмыкающихся, и перья птиц, и панцири насекомых.

Все на полянке замирают в ожидании. Великое множество жизненных форм устремляется поближе к человеку, чтобы первыми получить свою порцию излучаемого им счастья. И наступает утренний апофеоз: две энергии, прохладная и свежая земная, поднимающаяся от ступней, и теплая, яркая, солнечная, нисходящая сверху, встречаются где-то в районе солнечного сплетения. Торжествующее единение неба и земли! Взрыв эмоций! Ощущение величайшего счастья громогласным криком вырывается из самой глубины души человека. В этот миг он – центр Мироздания!

Ослепительная вспышка света внутри создает новую энергию – энергию безмерного осознанного счастья, которое охватывает человека с головы до пят и взрывной волной распространяется вокруг. Не в силах сдерживаться, он бежит по полю, раскинув руки. А рвущийся из души возглас мощнее любой молитвы любому Богу, ибо это чистая и искренняя энергия счастья!

Сигнал подан, человек провозгласил утро счастливого дня! Мир вокруг сияет яркими красками и переливается в солнечных лучах.

Приветственное ликование окончено, но никто не расходится. Все ждут. Ждут ответа из глубин Космоса. И вот Иванко чувствует, как его, а потом и всех остальных накрывает новый прилив беззаботной и безграничной радости. Более медленная, но и более мощная волна, пришедшая из Космоса, распространяется по всей округе. Ответ получен! Диалог с Мирозданием и природой заканчивается. Счастье разделено всеми участниками ритуала. С ощущением безмерной радости они будут вершить свои дневные дела, а утром следующего дня соберутся здесь, чтобы вновь испытать чудесный миг ликования и единения всех со всеми.

Усмирив счастье, льющееся через край, сияющий Иванко покидает поляну.

Странная находка

…Шел сто двадцатый год от появления Солнца на небе. За это время многое изменилось. Старики не любили рассказывать про те давно прошедшие мрачные дни. Лишь сухо упоминали, что древние предки попали под власть темной энергии, и, когда она полностью поглотила их души, сгинули неизвестно куда, потеряв связь с Богом и планетой. Земля перестала их кормить, а Бог – слышать. Вдоволь надругавшись над планетой, древние покинули ее, а построенный ими мир низвергся в бездну, погребая под собой все созданное в процессе жизнедеятельности.

Земля долго залечивала нанесенные ей раны. Растаявшие в Антарктиде и Гренландии ледники обнажили окаменелые гигантские растения. Их семена, разнесенные ветрами и течениями, проросли во всех концах света и превратились в деревья, плоды которых были необычайно вкусны и наполняли внутренней силой. Их употребляли в пищу по праздникам или для того, чтобы порадовать себя, а в обычной жизни хватало и той энергии, которая была растворена в эфире.

Изменилась не только Земля, преобразилось все – человек, природа, мир! Это была невероятная по своим масштабам перестройка! Отдельные континенты исчезали бесследно, в то время как из пучины вырастали новые участки суши. Гигантские волны смывали целые мегаполисы вместе с отходами их жизнедеятельности, а проснувшиеся вулканы превращали все в пепел, хороня под толстым слоем лавы нечистоты древнего мира. Сегодня страсти хоть и поутихли, но Земля-матушка, как ласково называли ее старики, до сих пор продолжает «ворочаться». Нужно быть очень внимательными, чтобы не пропустить знаки, которыми планета предупреждает об очередных метаморфозах в какой-нибудь части света. Хотя об этом переживать не стоит: даже если человек вовремя не распознает эти послания, его верные спутники – животные и насекомые, всегда подскажут.

Вот и все, что удавалось услышать от стариков.

Еще о былых временах напоминал город древних. Город-призрак, чей остов серым мрачным пятном выделялся среди ярких красок жизни и счастья. Он казался инородным телом, вызывавшим своим убожеством скорбь и боль, нарушая гармонию всеобщего ликования. Бетонный безликий монстр как свидетельство темных времен. Современные люди старались не обращать на него внимания. Ведь если попытаться уловить наполнявшую город энергетику, то, кроме боли, пустоты и страдания, ничего не ощутишь. А кому хочется впускать в свой внутренний мир тяжелую энергию? Для чего?

Не зная, как объяснить смысл существования этого города, его просто не замечали. Для всех он был здесь всегда. Так, дурное наследие прошлого. Сегодня каждый знает, что для здоровой полноценной жизни человеку необходимо постоянное общение с природой, частью которой он является. Энергетические нити всего живого проходят через него и, получив оценку счастливого бытия, теплыми невесомыми посланиями отправляются в верхние слои бескрайнего Космоса как жертвоприношение Богу. А это громоздкое сооружение воспринималось как какая-то бессмыслица, порожденная безумием древнего человека. Нагромождение бездушных геометрических форм, лишенных содержания.

Поэтому главным образом город посещали в рамках школьных экскурсий в качестве сурового урока, чтобы молодые люди могли почувствовать, как этот монстр высасывает из них жизненные силы и блокирует каналы общения с планетой и Космосом. Надо сказать, это производило очень сильное впечатление на неокрепшие юные души и оставалось в памяти на всю жизнь.

На таких экскурсиях неизменно присутствовал врачеватель. Бывали случаи, когда детишки начинали испытывать необоснованный страх, панику, агрессию. Все эти энергии до сих пор жили в древнем городе. Наставники всегда находились рядом и внимательно наблюдали за состоянием ребят. Особенно в моменты, когда молодые люди, впервые оторвавшиеся от Земли, ступали на холодный асфальт города и, оставшись без контакта с Землей, на какое-то время теряли координацию в пространстве. Они поднимали глаза к небу, но, не видя его из-за высоких стен, окончательно утрачивали связь с небом и Землей и поддавались беспричинному ужасу, парализующему их сознание.

Конечно, к таким экскурсиям детей специально готовили, но большинству все равно первые шаги давались с трудом. Ученики напоминали новорожденных, которым отрезали пуповину, тем самым нарушив единение с матерью. После экскурсии они, как ошпаренные, выбегали из города и падали на Землю, чтобы всем телом ощутить ее теплоту и напитаться ее энергией. Страх и тревоги мгновенно исчезали, к молодым людям возвращались беззаботность и веселость: все хорошо, мать рядом и никуда не делась. Но после этого они с еще большей опаской смотрели на мрачный остов города, еще отчетливее виделись им обитавшие в нем неприкаянные призраки – сгустки темной энергии, пережившие свое время, оторванные от Земли и Бога.

Старики обычно старательно уходили от ответов на пытливые детские вопросы: «Почему там столько боли и страдания? Как же люди раньше жили?»

– Так и жили! – вздыхали мудрецы.

Да и как можно объяснить здравомыслящему человеку наличие этого сооружения? Никак! А ведь в него вложен огромный труд многих тысяч людей! Для чего? Ответа нет! Так люди и жили, тратя свои энергии, жизни и души неизвестно на что.

При этом в глазах стариков появлялись тоска и тревога, видно, немало боли и страданий им пришлось перенести в те безумные времена – Времена великой скорби!

С ощущением внутри себя утреннего ликования в промокшей от росы одежде Иванко шел домой, счастливо улыбаясь Вселенной. Возле русла недавно пересохшей речушки, берущей свое начало далеко за древним городом, на глаза ему попался странный предмет правильной геометрической формы, почти наполовину закопанный в высохший ил. «В природе не существует таких идеальных форм, этот предмет явно из прошлого и, скорее всего, принесен сюда течением из древнего города», – мелькнуло у него в голове. Молодой пытливый ум заставил Иванко откопать находку, которая оказалась внешне безликой и неприятной на ощупь. «Странно, предмет рукотворный, но абсолютно пустой энергетически. Любая вещь обладает памятью материала, из которого сделана, и наполнена энергией автора, потраченной на ее изготовление. В ней должен был остаться задуманный создателем образ и вложенный в него смысл... А здесь полная пустота… Странный предмет. Пойду покажу Мудрейшему».

Мудрейший

Никто не знал, как звали Мудрейшего и сколько ему лет. Он и сам давно забыл свое имя, данное ему при рождении, и виной тому было не расстройство памяти. Просто в какой-то момент принял решение отречься от всего, что связывало его с прежними временами, в том числе и от имени. Он все свободное время проводил с детьми, но никто не мог похвастаться тем, что слышал от Мудрейшего какие-либо рассказы о прошлом. Как бы ребятня ни канючила, старик был тверд в этом вопросе. Малышей отвлекал какой-нибудь сказкой, а тем, кто постарше, задавал вопрос:

– Что вы заберете с собой, когда покинете планету?

– Понятно что, – отвечали ребята, – накопленные эмоции и воспоминания!

– Правильно! Слава Богу, вам неведомы такие понятия, как зависимости, пороки, боль и страдания! Вот и я не хочу, чтобы эти воспоминания отягощали мой дальнейший путь, давили на меня своим грузом и тянули вниз. Ведь, когда заканчивается наше земное существование, все эмоции и накопленные воспоминания накрывают нас с головой! Боль, которую мы кому-то причинили, сожаление о чем-то несделанном, боязнь шага в неизвестность, который мы не совершили, доверившись Мирозданию, чтобы раздвинуть горизонты своего сознания. Все, от чего человек бежит на протяжении жизни, догоняет его после завершения земного пути. И спрятаться от этих переживаний в тех мирах уже будет негде! Они утащат на нижние слои, и придется вариться в этих эмоциях до тех пор, пока они все не испарятся. А мне совсем не хочется тратить на это время! И это только пережитые эмоции! Я уже не говорю о пороках и зависимостях! Вам, свободным людям, детям прекрасной планеты, о таких вещах знать совсем не обязательно! Познавайте себя и мир и будьте счастливы! – заканчивал он с улыбкой.

Детишки задумывались, пытаясь осознать то, о чем говорил старик: боль, страдания, зависимости… – в их чистых сердцах не было аналогов этих понятий.

Говоря об этом, Мудрейший терял умиротворение и начинал волноваться. Похоже, хоть и смог избавиться от груза своей памяти, все же опасался, что какие-то внезапные вспышки могут эмоционально вернуть его в темные времена. Он проделал долгий путь в работе над собой. Скрупулезно выискивал малейший негатив в лабиринтах своего сознания, а найдя, изучал и рассматривал с разных сторон до тех пор, пока эта крупица памяти не распылялась и не исчезала. Лишь одну боль ему не удалось победить – боль потери любимой, не сумевшей пережить смену эпох.

Хижина старика находилась поодаль от остальных. Хотя люди не жались друг к другу – места хватало всем, но даже по этим меркам Мудрейший жил далековато.

Запыхавшись, Иванко влетел во двор и уже открыл рот, чтобы, как в детстве, нетерпеливо окликнуть старика, но остановился, увидев, что тот неподвижно сидит под раскидистым дубом с закрытыми глазами. На первый взгляд могло показаться, что Мудрейший дремлет. Иванко, сдерживая дыхание, тихонько присел рядом, не желая отвлекать его от путешествий по тонким мирам или нарушать сон. Во сне часто приходят откровения, поэтому тревожить спящих было не принято.

Не меняя позы и не открывая глаз, Мудрейший вдруг заговорил нараспев торжественным голосом. Сообразив, что эти слова предназначены для него, Иванко весь превратился в слух.

Выбор пал на тебя!

Мироздание, оценив всех живущих на свете,

Посчитало тебя быть достойным

Для хранения памяти скорбной

О тех днях, когда человечество

В шаге было от смертной погибели,

Захлебнувшись в своих беззакониях.

Лишь немногим спастись от безумия

Удалось, разум свой сохранив!

Эту память о скорби великой

Ты хранить в своем сердце обязан,

Уберегая от ошибок прошлого

Будущие поколения...

Подойди к этой миссии трепетно!

Полный штиль и прозрачность вод разума,

Будь готов, нарушатся бурею!

Грязной жижей прольется безмерною,

Замутив все до дна твоей сущности,

Эта память общего разума

О безумиях человеческих...

Мудрейший внезапно вздрогнул и открыл глаза. Иванко тут же протянул ему на ладони свою находку.

Увидев странный предмет, старик отшатнулся и побледнел. Таким Иванко его еще никогда не видел и разволновался, не совершил ли он ошибку, показав найденную вещь.

– Не переживай, – заметив его беспокойство, успокоил тот, – ты же знаешь, как я отгораживаюсь от прошлого. Но этот предмет… – он надолго умолк, а потом в задумчивости произнес: – Если он попал к тебе в руки и ты принес его ко мне, значит, так угодно Вселенной. Что ж, она не любит бездельников! А я как раз на днях копался в своем разуме и был счастлив оттого, что ничего из прошлого там не нашел. Даже обрадовался, что работа сделана! Можно и отдохнуть. А теперь вот это… – волнуясь, старик невнятно забормотал себе под нос: – Видимо, Вселенная хочет проверить меня на прочность: «Говоришь, ничего больше не связывает тебя с древним человеком? Ты полностью победил его в себе? Ну-ну! А если усилить воздействие? Не только покопаться в памяти, но и представить образы визуально? Готов ты к этому?» Ну, что тут ответить? Раз Вселенная прислала тебя ко мне с этим предметом, стало быть, она в меня верит! И кто я такой, чтобы сомневаться! Конечно же, я готов! – уже полным решимости голосом закончил он.

Видя, что старик вновь обрел бодрость, Иванко с облегчением улыбнулся.

– Но ты, молодой человек, не думай, что это касается только меня! – строго взглянув на него, продолжил старик. – Готов ли ты? Вот в чем вопрос!

Мудрейшему уже все было ясно, в то время как Иванко, продолжая улыбаться, держал странную находку в руках, разглядывая со всех сторон.

– Этот предмет из прошлого создан в период, когда Зло на нашей планете властвовало над разумом человеческим. А материал, из которого он изготовлен, искусственного происхождения – пластик, или пластмасса. Раньше очень многие вещи делались из пластика, – пояснил старик.

– Но это же глупо – создавать то, что не несет в себе никакой информации, не содержит энергии жизни, энергии творца. Эта бессмыслица не пропитана любовью. Так, кусок пустой материи, в которую не вложено ни смысла, ни любви. Для чего вообще тратить силы, чтобы изготавливать такую нелепую вещь!

– Согласен, но в то время весь мир состоял из пластика. Огромное количество вещей создавалось из этого синтетического материала, в котором отсутствовала сила творения. Их делали бездушные машины, весь процесс производства был полностью автоматизирован. Люди участвовали лишь в расчете затрат и прибыли, а также в настройке оборудования для производства. Энергия творца в древнем человеке была редкостью. Сложно это объяснить. Но кое в чем ты все-таки ошибся – в твоей находке содержится информация! Если я правильно помню, эта штука – Мудрейший брезгливо повертел предмет в руках, – называется жесткий диск. Такие как раз и делали для хранения информации.

Старик помолчал, размышляя о чем-то, и продолжил:

– Если ты нашел этот предмет, значит, в нем находится информация, которую ты должен получить.

– Но для чего нужна прямоугольная коробка, когда вся необходимая информация есть в эфире? Открытая для всех! Отправь мысленно в эфир волнующий тебя вопрос и получи ответ, – искренне изумился Иванко.

– Чтобы выйти в эфир, мало знать о его существовании. Надо самому быть открытым и иметь чистые помыслы, только тогда ты можешь проникать в светлые хранилища эфира. К тому же есть вопросы, ответы на которые находятся в глубоких слоях и в таких причудливых формах и образах, что и нам, старикам, – Мудрейший вздохнул, – не всегда под силу их разгадать. Даже у меня недостает мудрости и воображения для понимания каких-то вещей, хотя я только тем и занимаюсь, что расширяю свой кругозор, путешествуя по тонким мирам. А древние люди, во-первых, давно забыли о существовании эфира, во-вторых, закрывались внутри себя, пряча свои мысли и чувства, а в-третьих, давно перестали не то что развиваться, а вообще думать. Они или боялись друг друга, или причиняли один другому вред, поэтому способность человечества обращаться к коллективной памяти была утрачена за ненадобностью. Впрочем, как и многие другие. Каждый жил своим недалеким умом, даже не своим, а... Но вернемся к этому вопросу позже. Так вот, ту примитивную информацию, которой древние обладали, они прятали друг от друга в такие коробки.

Кстати, эфир не так прост, как тебе кажется. Там хранится очень много образов, памяти, переживаний. Можно сказать, вся человеческая память и все пережитые человечеством скорби. Но пути к хранилищам заботливо скрыты Мирозданием для общего доступа. Ныне живущим открыты дороги только к светлой стороне памяти. Вам, молодым, этих скорбей лучше не знать! – старик остановился, подбирая слова, чтобы выразить свои мысли более понятным языком. – Понимаешь, раньше все делалось немного по-другому. В этой коробке нет образов. Тогда люди могли мыслить только в линейной плоскости, и такой диск служил для хранения линейной информации. Ну, к примеру, как искусственный эфир, – привел он сравнение, – только двухмерный и лишенный образов, – Мудрейший возвратил жесткий диск Иванко.

Тот поморщился и воскликнул:

– Какой неприятный материал! Вся моя сущность так и требует отшвырнуть его куда подальше!

– Согласен, но тебе придется познакомиться с ним ближе. Ведь пластик, можно сказать, полностью владел древним миром! Все было из пластика – разнообразные изделия, упаковка, средства передвижения. Даже игрушки! Представляешь, ребенок познает мир, который состоит из всевозможных форм пластика без всякого содержания. И в детском сознании формируется понимание окружающего пространства как мира, созданного из синтетических материалов, пустых форм, не содержащих в себе смысла.

– То, что ты говоришь, не укладывается у меня в голове. Разве можно так поступать с собственными детьми?! – возмутился Иванко, продолжая вертеть коробку в руках и силясь понять, зачем надо было ограничивать мировосприятие ребенка кусками пластика. – Получается, что наставники и родители сознательно изолировали пытливый детский ум от общения с разнообразными формами жизни, материалами и природой, заменив их подделкой? Каким-то искусственным суррогатом, не имеющим никакой энергетики? И это вместо того, чтобы расширять детский кругозор, приучая мозг работать, – он с неприязнью смотрел на диск. – Не пойму, ради чего это делалось?

– Ради прибыли, конечно. Так дешевле.

Иванко недоуменно моргал, не в силах осмыслить сказанное.

– Боюсь, ты этого не поймешь. Да, детей приучали исследовать и ценить форму, а на содержание всем было наплевать. Это пластиковый зайчик, а это пластиковая морковка! Это красный пластиковый шарик, а это синий пластиковый кубик. И в дальнейшем дети так и мыслили, беря за основу форму, а не содержание или смысл. Так и мыслили… – повторил Мудрейший, вспоминая, как методично в те времена искореняли способности детей к воображению, творчеству, размышлению, натренировав детский мозг до такой степени, что вместо выбора из бесконечности вариантов дети приучались выбирать из двух – А или Б.

– Бред какой-то, – возмущенно пробормотал Иванко.

– Да, ты прав! – согласился Мудрейший.

– Ладно, но ты говоришь, что там есть информация, которую я должен получить. А как ее оттуда извлекать? Эта штука энергетически мертва, я не вижу ни одного скрытого в ней образа, – Иванко так и сяк поворачивал коробку в руках, пытаясь обнаружить в ней хоть что-то. – Хорошо, пусть и неприятные, но какие-то же образы должны быть, раз есть информация! А я ничего не могу увидеть!

– Да нет там никаких образов! – старик сокрушенно махнул рукой в сторону города-призрака. – К тому времени человек уже давно перестал быть творцом и подчинился шаблонам, цифрам, геометрическим формам. Оптимизировал свое существование, так сказать. Цифра победила букву! Поэтому вся информация здесь в цифровой форме. Собственно, жизнь древнего человека – тоже сплошная цифра. Скажу больше: он сам вместо имени имел номер и, вконец обезумев, даже управлять собой поставил искусственный интеллект. Цифровой мозг, оптимизирующий уникальные творческие процессы в алгоритмы! Вот так! Но об этом пока рано говорить, придет время, мы до него дойдем.

Попробуй представить себе мир цифры. Понимаю, что для тебя это сложно, ведь в основе твоего мировосприятия находится образ или слово… – Мудрейший помедлил, будто вспоминая что-то: – Хм, а ведь именно так начинается Библия – одна из самых главных книг древних времен: «Сначала было слово»! В те времена, когда цифра полностью поработила мир, никто не придавал значения этой фразе! Даже я понял это только сейчас! Сначала было слово! – глубокомысленно повторил старик. – Слово – это образ, это творчество, воображение. Из слов создаются целые миры, наделенные эмоциями, переживаниями, поступками. В каждом слове скрыт великий смысл! Поэтому после появления на небе Солнца мы используем цифры строго в гармоничной математике, где они в обязательном порядке должны сочетаться с музыкой! И если мелодия не складывается, значит, цифра не на месте. Цифра ни в коем случае не должна занимать главенствующие позиции. Гармония возникает только там, где все элементы находятся на своих местах и образуют одно целое: буквы, цифры, ноты, цвета. Ни один из них не может быть главнее или важнее. Но в том мире не важна была гармония, важен был порядок! Поэтому цифра и стала главным инструментом. Хм! Но… сначала все-таки было слово! – вновь пробормотал Мудрейший и замолчал, погрузившись в воспоминания.

Внезапно старик встрепенулся:

– Даже вспоминать тяжело! Ты помнишь, как называется место, где я живу?

– Хижина Мудрейшего под толстым дубом, – без раздумий выпалил Иванко.

– Правильно! И при этих словах все, даже те, кто у меня ни разу не был, представляют седого добродушного старика, вбирающего в себя силу и мудрость величественного дерева, с которым имеет связь, – пошутил Мудрейший. – Вот уже создан первоначальный образ. А в каждом образе живет душа! И так у нас во всем. О ком из местных жителей ни спроси, получишь образный ответ, в котором есть привязка к месту проживания и характеру каждого. Вот ты, Иванко, живешь на берегу хрустального ручья в доме под синей крышей. Раз ты выбрал место у ручья и любишь находиться рядом с бурлящим потоком, значит, ты черпаешь энергию от воды и сам энергичный, подвижный. А синяя крыша говорит о твоей любви к небу! Такой образ возникает у меня. А у кого-то появится другой связанный с тобой образ. При личном знакомстве он, конечно, скорректируется, но у каждого останется свой, неповторимый. Огромное количество образов, связанных с тобой, это как многоликость оттенков твоей личности. А теперь попробуй представить, если, конечно, сможешь, – старик лукаво улыбнулся, – образ человека, который проживает по адресу: тридцать вторая улица, дом семнадцать, шестой этаж, квартира сорок три, личный номер сорок два семнадцать тридцать шесть.

По лицу Иванко было видно, что у него не получается уловить хоть какую-то деталь образа, чтобы начать формировать остальное. Его мозг, привыкший представлять то, о чем идет речь, в данный момент взрывался от пустоты сказанной фразы. Фраза есть, смысл есть, а образ не складывается. Он изо всех сил напрягал разум, но ни улицу, ни дом или квартиру вообразить так и не смог. Наблюдая за тщетными потугами молодого друга, Мудрейший рассмеялся, и вконец обессилевший Иванко сдался:

– Я… я… я не могу. Это же пустота! Полная пустота. Как можно представить дом семнадцать? Чем примечательна тридцать вторая улица? Что это за безликое существо из квартиры сорок три? И вообще, «квартира»! Какое отвратительное и неуютное слово! Кто ты, особь с номером сорок два и что-то там еще?! Из этого нельзя даже понять, мужчина ты или женщина!

– Вот такое наполнение образами было в том мире. Имена тоже отсутствовали, лишь набор цифр. Пустой пластиковый мир, в котором нет содержательного образа с неповторимыми индивидуальными характеристиками и переживаниями. А есть… – оглядевшись вокруг, Мудрейший поискал глазами и махнул рукой в сторону садового инвентаря, – вон, лопаты с приклеенными номерами. Они вроде разные, но абсолютно одинаковые, потому что внутри пустота. Их создали для выполнения одной функции...

– Ну, нет, наши лопаты содержат в себе намного больше любви, чем люди из прошлого! – вступился Иванко за орудия труда. – Ты видел, с каким благоговением ковач создает эти лопаты? Берешь в руки и чувствуешь тепло вложенного в нее труда! Так и хочется весь мир перекопать, такая она удобная! А сам ковач живет в доме с искусно выкованной металлической дверью! Мимо пройдешь – залюбуешься, как говорят местные жители, – противопоставил Иванко место проживания современного жителя безликому адресу существа с номером из прошлого.

– Да, весь мир был оцифрован. Ему сохранили форму, изъяв наполняющую суть, – старик вздохнул и задумался. – А ведь даже в те цифровые времена Библия, книга, о которой я тебе говорил, была для всех доступна, – вернулся Мудрейший к своим размышлениям. – И на первой странице в первой же строке написано: «Сначала было слово!»

Бог всегда был рядом, даже в те темные времена, когда мы практически отказались от него. Каждый видел эту фразу хотя бы раз в жизни, но не придавал ей значения. Древние люди все ждали прихода Зла во плоти, называя его Антихристом, антагонистом Бога. Думали, что его прибытие станет каким-то ярким событием: появится некая сущность и скажет: «Я Зло во плоти!» Однако незаметно для них Антихрист уже давно жил в их душах и полноправно властвовал над ними, расчеловечивая личности изо дня в день. Люди полагали, что эта злая сила подчинит себе все, и благоговейно ожидали ее. А на самом деле Антихрист – это полная пустота и бездушность, форма без содержания, цифра. Страшно признавать, но именно такими были и сами древние люди. Они давно уже подчинились рациональной равнодушной цифре, став ее функциями и алгоритмами. Даже право управлять своими жизнями и судьбами отдали искусственному интеллекту, который сами создали и которым так гордились, что поставили его вершить над собой суд. А ведь это и был Антихрист! Пустая цифра, возведенная в абсолют! – Мудрейший покачал головой, и оба человека остались сидеть молча, каждый наедине со своими мыслями.

Вдруг старик решительно поднялся.

– Пойдем! Не будем тянуть! Где-то у меня в сарае валяется это барахло. Хорошо, что не избавился, что-то тогда меня удержало от этого шага, – бормотал он на ходу, – видно, необходимо было сохранить его для этого случая. Сейчас попробую подключиться, и ты сможешь прикоснуться к миру прошлого. Должен предупредить, в этом мало приятного. Ты увидишь только скорбь, боль и страдания всех оттенков, поэтому после контакта с ним тяжелое ощущение может остаться на всю жизнь… Что ж, добро пожаловать, эфир готов открыть для тебя темную сторону знаний!

Эфир… Древний человек, отрекшись от истинных понятий, создал для себя иллюзорный мир и присвоил своим никчемным изобретениям, которыми безмерно гордился, названия этих понятий, исказив таким образом подлинный смысл. Во Времена великой скорби тоже существовал эфир. Искусственный, конечно, но функция у него была такая же: он объединял людей общим информационным полем. Информация, пропитанная негативной энергией, транслировалась через специальные приборы на каждом углу. И облако тоже было… Да и много чего еще искусственно созданного – жалкого подобия истинных вещей. А в конце они даже Бога себе придумали в виде искусственного интеллекта и поклонялись ему. Сейчас не верится, что древний человек мог дойти до такой степени безумия. Но ведь это было на самом деле, и я тому живой свидетель! – бурчал старец себе под нос по дороге в сарай.

Первое прикосновение

Старик закопошился в сарае, где было неимоверное количество странных, зловещих и на вид бездушных вещей. Иванко с любопытством осматривался. Какое-то нагромождение геометрически правильных предметов. Холодные на ощупь и пустые внутри, они были вроде материальны, но не обладали никакой наполненностью. Абсолютная пустота. Формы, занимающие огромное пространство, не имели содержания. «Просто нагромождение пустоты. А ведь эти вещи составляли мир древнего человека! Как можно было жить в таком эмоциональном вакууме?» – размышлял Иванко. Мудрейший тем временем с грохотом достал откуда-то металлическую канистру:

– Помоги-ка мне! Нужно налить в отверстие вот этой вонючей жижи, которая называется… э-э-э-э… дизель!

Иванко открутил пробку канистры, и его чуть не стошнило от вырвавшегося наружу с легким хлопком запаха. Казалось, что носоглотку обожгло. Ни разу за всю жизнь ему не доводилось вдыхать такую едкую вонь. Как выброшенная на берег рыба, он непроизвольно открывал и закрывал рот, хватая воздух. Само ощущение тошноты было для него в новинку. Организм подсказывал, что рядом опасность, происходит негативное воздействие. Слегка испуганный Иванко вопросительно взглянул на старика: вдруг у того помутился рассудок. Но нет, взгляд Мудрейшего, как и прежде, был чист и ясен, только в нем сквозила грусть.

– Поздравляю! Твоя первая встреча со старым миром состоялась! И это лишь капля в море!

– Фу, какая мерзость! Кажется, хуже быть не может! – сдавленным голосом пробормотал Иванко. – Одна такая емкость может нанести урон обитателям целой экосистемы! Боюсь даже представить, сколько цветов и пчел погибнет, если эта жижа где-то прольется на землю! Наверное, капли этого яда будет достаточно, чтобы насекомые не прилетали в ту местность несколько дней, а то и больше, а млекопитающие надолго утратили обоняние. Теперь понятно, почему древние люди вымирали! Мой организм говорит, что нельзя находиться рядом с этим веществом. Оно токсично, нужно держаться от него подальше, – решительно заявил Иванко. –

– Ох, сколько эмоций вызвала у тебя простая канистра с дизельным топливом! – проворчал старик. Проворно подхватив емкость, он поднес ее к горловине генератора и бережно, стараясь не осквернить землю даже каплей жидкости, стал заливать. – Думаю, ты удивишься еще больше, когда узнаешь, что практически весь транспорт передвигался с помощью различных видов такой ядовитой субстанции, – сообщил он, пока топливо текло в бак, – и каждый житель в среднем расходовал одну такую канистру в день на свое перемещение. Это не считая самолетов, кораблей и тому подобных железных монстров, созданных человеческой мыслью. И все это попадало в землю, в воду и в воздух.

– Как же они дышали? Ведь энергия жизни не может пробиться через такое зловоние! Значит, города были заражены… Ветер отравлен… Вся природа… Весь мир… – ужасался страшной картине Иванко. – Мало того что люди, жившие в городах, были оторваны от жизненно необходимых энергий, поскольку их окружали пустые предметы и высокие здания, закрывающие небо, – перечислял он, вспоминая свою давнюю экскурсию в город-призрак, – так они еще и отравили, а по сути уничтожили весь мир! Все, с меня хватит! Кажется, я уже достаточно узнал о древнем человеке, и, честно говоря, он вызывает у меня отвращение. Изо дня в день на протяжении многих лет, создавая бездушные предметы, он жил в эмоциональном вакууме какого-то придуманного им мира. Более того, добровольно продолжал заражаться сам и губить настоящий мир! Такое поведение эгоистично с его стороны и пагубно для всего живого. Понятно, что животные от него отвернулись, а самому ему было тяжело творить, реализуя свой божественный потенциал! – бескомпромиссно резюмировал юноша.

Старик беззвучно смеялся про себя: «Все правильно сказал, очень наивно, но правильно!»

– Это не жизнь, а какое-то жалкое прозябание, основанное на противопоставлении своих мизерных возможностей бескрайним возможностям Мироздания. Отвернувшись от Бога, древние создали свою убогую модель, и она их вполне удовлетворяла. И как это назвать?

– Гордыня! – подсказал старик.

– Долго ты еще будешь отравлять атмосферу? У меня уже голова болит от этого запаха! – воскликнул Иванко и заметил, что в голосе прозвучало едва уловимое, неведомое ему ранее раздражение.

Мудрейший внимательно посмотрел на него.

– Повторюсь, это всего лишь запах дизеля. И, поверь, это наименьшее из всех зол того времени! Ты сделал правильные выводы, но, мягко говоря, наивные. Зло намного глубже, оно гораздо более изощренное и многогранное, – говорил старик, отставляя пустую канистру в сторону и продолжая подключать с помощью каких-то гибких шнурков все новые и новые предметы.

– А для чего были нужны эти, как их там… железные монстры?

– Корабли и самолеты? Ну, разумеется, чтобы перевозить людей, грузы с места на место, – объяснил Мудрейший и сам удивился тому, как нелепо это прозвучало. – Дело в том, что древний человек не мог перемещаться с помощью мысли, а уж тем более передвигать предметы.

Изумленный Иванко, не поверив его словам, вытянул руку в сторону лежащего неподалеку булыжника, который послушно подлетел к его ладони. Юноша слегка подтолкнул его другой рукой – и висевший в воздухе камень плавно завращался.

– А зачем вообще перемещать грузы, не понимаю. Материализуй все, что тебе надо, в том месте, где это необходимо. Это ведь просто: создай четкий образ и придай ему материальную форму, если уж тебе чего-то не хватает, – наблюдая за вращающимся булыжником, рассуждал он с недоумением. – Попроси, и природа сама даст тебе все необходимое! Нужно лишь проявить внимание, найти и соединить все детали, чтобы придать своему образу материальный вид.

Мудрейший ухмыльнулся в седые усы и прервал его упражнение:

– Давай-ка лучше посмотрим, что там за информация на жестком диске, а попутно будем обсуждать былое безумие!

– Давай, – поколебавшись, согласился Иванко и отвел взгляд от камня, который тут же упал. – А это не очень опасно? Надеюсь, мы не умрем? Если честно, я еще не пресытился жизнью на планете и не собираюсь ее покидать.

– Ну, откровенно говоря, хорошего будет мало – слишком много безумия. А мерзость и потрясения останутся в твоей памяти на всю жизнь. Твой разум наполнится нечистотами, сознание перевернется с ног на голову. А когда встанет на место, ты уже не сможешь быть прежним, потому что будешь носить в себе все скорби старого мира. Но самое страшное даже не это, а то, что ты будешь знать, каким ничтожеством может быть человек, наполненный тьмой, а значит, каждый из нас!

– Я бы с радостью отказался от таких знаний, но имею ли я на это право? Ведь эту штуку мне подкинула сама Земля-матушка! – неуверенно произнес Иванко.

– Именно так, – подтвердил Мудрейший, – права на это у тебя нет, но выбор всегда за тобой! Поэтому решай, и если готов, то, как говорили в прошлом: «от винта»! – бодро произнес он.

Иванко покорно пожал плечами, и старик несколько раз резко дернул шнур. Чихая и выбрасывая в воздух клубы черной копоти, дизель-генератор со страшным грохотом и лязганьем завелся.

Оглушенный ревом и скрежетом, Иванко зажал руками уши и упал на землю, с ужасом глядя на то, как генератор кашляет черным вонючим дымом, который валит в атмосферу. Однако, помня о своем человеческом долге защищать жизнь на планете, тут же заставил себя подняться и самоотверженно кинулся закрывать выхлопную трубу руками, обжигаясь, но с упорством атакуя фыркающего железного монстра. Всегда уверенный в разумности своих поступков, сообразительный и спокойный, впервые в жизни юноша ощутил беспомощность перед непонятной и опасной для всего живого конструкцией. Он в отчаянии рухнул на землю и закрыл лицо обожженными руками. Слезы лились из его глаз, а пересохшие губы беззвучно шептали:

– Мудрейший, что ты наделал?! Останови эту штуку немедленно! Своим безумным тарахтением и отвратительным лязганьем она разрушает гармонию на многие километры вокруг, а вибрация уничтожает благоприятные волны! Подумай, что будет с людьми! Ветер разнесет эту трагедию по всей округе, наполняя сердца жителей дальних земель неприятными переживаниями и необоснованной тревогой. Прекрати!

– Усмири эмоции! Если планета передала тебе вещь, она знает, что нужно делать, чтобы воспользоваться ею! – сквозь скрежет генератора донесся до Иванко твердый голос Мудрейшего. – Значит, цель настолько важна, что ради этого Земля-матушка готова потерпеть несколько часов! И за животных не переживай, в их генетической памяти тоже все сохранилось. Подождут в сторонке и вернутся. Завтра я подключу удлинитель, и мы сможем находиться на большем расстоянии от этой штуки. Шума и вони будет поменьше!

Вытирая пот, Мудрейший размазал грязь по лицу и выглядел как заправский механик из прошлого.

Пока Иванко приходил в себя, старик продолжал суетиться: проворно смахнул пыль с системного блока, водрузив его на какие-то несуразные железные ящики, размотал шнур питания и воткнул в розетку в генераторе. Все его движения были четкими и уверенными, но при этом в них ощущались брезгливость и неприязнь. Через некоторое время компьютер включился. Мудрейший вставил в него жесткий диск, и на экране появилась иконка: «Последние важные события в жизни человечества на планете Земля

(собранные последним человеком)

».

Немыслимая комбинация скрежета и выхлопных газов, холодные и бездушные предметы, когда-то созданные человеком… Человеком? Предком? Все смешалось в голове Иванко. Ему никак не удавалось совместить в своем сознании светлый образ мудрого предка с этими предметами из былого времени. Но генетическая память прошлых поколений уже продавливала хрупкую защиту его личного сознания. Одно небольшое усилие – и вся огромная масса грязной жижи человеческой памяти Времен великой скорби проломит тонкую корку и заполнит его до краев. Это как гнойник на гландах: с одной стороны, хочется, чтобы он поскорее прорвался, но с другой, страшно захлебнуться гноем. «Добро пожаловать на темную сторону знаний, спрятанных в темной стороне эфира!» – эхом отозвались в голове слова Мудрейшего.

Иванко почувствовал, как на него накатывают странные, ранее неведомые ему чувства: тревога, страх, отвращение. Организм включал защитные механизмы, пытаясь оградиться от неприятностей: хотелось бежать, не оглядываясь, куда подальше. Но обратного пути не было. «Выбор пал на тебя!» – сквозь скрежет пульсировало в его голове. Хватит ли у него сил вынырнуть из этого ада?

Усилием воли он заставил себя подняться.

– Мудрейший, на сегодня достаточно! Выключи, пожалуйста! – прокричал юноша. Не в силах обмениваться мыслями, он от растерянности попытался голосом перекрыть грохот генератора. – Мне нужно все это осознать, чтобы идти дальше. Такое ощущение, что меня всего изнутри измазали какой-то гадостью!

– Да, ты прав! Даже мне этих прикосновений к прошлому хватило с лихвой, хотя я знал, к чему нужно быть готовым, – согласился Мудрейший и заглушил двигатель.

Иванко молча, не попрощавшись, побрел через поле к дому. Его внутреннее море пребывало в смятении, руки ныли от ожогов. Сегодня он впервые столкнулся с болью. Современный человек дружит со стихиями, поэтому при общении с людьми огонь не причиняет им вреда. Что такое ожог, Иванко было неизвестно. Физическая боль и раздражение, волнение, паника, отвращение – как много незнакомых и неприятных ощущений, а ведь они с Мудрейшим всего лишь прикоснулись к миру прошлого. Что же ждет дальше? Неведомое доселе чувство тревоги терзало Иванко.

А перепачканный сажей старик остался сидеть рядом с сараем, погрузившись в нахлынувшие на него воспоминания. В памяти всплыл весь тот кошмар, в котором находилось человечество на краю своей гибели сто двадцать лет назад. Как мы стараемся поскорее забыть пережитые нами неприятные моменты, так и старики позаботились о том, чтобы скрыть всю грязь былой жизни под толстым покрывалом, сотканным из ярких лоскутов красочных эмоций. А после уже и сами не заглядывали под него и никому не разрешали приподнимать покров. Те, кто пережил ад прошлого, никогда не обращались к темным глубинам своей памяти, радуясь тому, что новые поколения не стремятся вообразить былые безрассудства. Да у них бы это и не получилось даже в самых воспаленных фантазиях. Новый человек стал настоящим хозяином своего дома, своей планеты. Старшим среди равных – стихий, животных, растений. Каждый поддерживал чистоту и порядок, уважая все жизненные формы, обитающие на планете. Ведь раз кто-то вдохнул жизнь в существо, значит, это имеет какой-то смысл! Именно поэтому знакомство с давним безумным миром ограничивалось экскурсией в древний город. И одного посещения было достаточно, чтобы ребенку становилось ясно: человек тех времен был одержим.

Вспоминая прежний мир и мысленно возвращаясь в современный, Мудрейший улыбался от счастья, что смог пережить то сумасшествие, сохранив свой разум, и сегодня это позволяло ему наслаждаться жизнью.

Но прикосновение к предметам из прошлого оживило в сознании старика образ старого мира и память о нем. Вернее, безОбразность и убогость этого мира. Мрачной серой тенью восстало из забытья бессмысленное, эмоционально пустое и жалкое прозябание, на которое обрекло себя человечество, отрешившееся в порыве гордыни и эгоизма от связи с Мирозданием и со своей планетой. Когда единым пульсом для всех стало не биение любящих человеческих сердец, с каждым ударом которых любовь распространялась по планете, проникая во все живые существа, так нуждающиеся в этой любви, а механическое движение насосов, подключенных к артериям планеты, выкачивающим из них жизненную силу и задающих ритм всему живому. И в такт им во всех человеческих умах билась лишь одна мысль: потреблять… добывать… оптимизировать… вновь потреблять… Пустота и цифры, цифры, цифры!

Близость этих образов из прошлого вызывала у старика страх и тревогу. «Что будет, если эти времена вернутся?» – проносилось в голове, и ужас ввергал его в то эмоциональное состояние, в котором он пребывал в ту давнюю эпоху. Безысходное, бесцельное существование. Содрогаясь в холодном поту, старик все плотнее укутывался в теплый успокаивающий его плед, с любовью связанный женщиной из общины и подаренный ему в какой-то праздник. Этот уютный плед был сейчас доказательством того, что сегодняшний мир реален! Что через мгновение он не очнется на помойке древнего мира, прикрытый синтетической ветошью, пронизанный холодом и одиночеством. И он еще крепче вцеплялся в этот плед.

«Когда же, – думал он, – когда человек совершил этот незаметный шаг в сторону и встал на путь, который в дальнейшем привел к всеобщей катастрофе? В какой момент он приоткрыл в своем разуме дверцу и впустил безобидную на первый взгляд мыслишку о собственном величии? Маленькую, но, как все ничтожное, очень жизнеспособную и амбициозную Гордыню, которая постепенно убедила его в том, что понятие «венец творения» означает не ответственность человека как самого разумного существа за все происходящее на планете и не обязанность беречь и регулировать миропорядок. Венец творения – это и есть сам человек. Он центр Мироздания, и ему все позволено! Но самое страшное, что эта мысль, как паразит, размножаясь и укрепляясь в его сознании, передавалась другим и со временем полностью завладела умами большинства людей. Воля человечества и здравомыслие оказались бессильны перед ней! А чтобы человека не мучили угрызения совести, его эмоции подчинили бездушным рациональным цифрам, которые могли оптимизировать и оправдать все, в том числе и любые действия. У цифр всегда есть логичное объяснение самым мерзким деяниям: «Это страшный, поступок, но он экономически обоснован!»

И постепенно человек стал считать себя тем самым стержнем, вокруг которого крутится вся Вселенная. Но когда несколько миллиардов живых существ на планете начинают осознавать себя центром Мироздания, катастрофа неизбежна! Как?! Человек возгордился настолько, что отделил себя бетонными стенами от всего живого на Земле. Отгородился толстым слоем ненужной информации от связи с Мирозданием. И какой невероятно долгий и трудный обратный путь пришлось пройти, чтобы вернуть уважение и доверие к себе других живых существ! Насколько коварно и многолико Зло, подстерегающее человека в каждый момент времени, и насколько мудро Мироздание, что подбросило эту информацию, которую нельзя забывать»!

Мудрейший понимал, что ни один здравомыслящий очевидец тех времен не станет омрачать разум ныне живущих рассказами о безумии прошлого. Но они старели и оставляли планету, а эту память необходимо было сохранить и кому-то передать, обрекая посвященного на познание всех скорбей мира и тем самым отнимая у него яркую, счастливую и беззаботную жизнь. «А если посвященный окажется слаб и, встретившись с темной стороной, не сможет ей противостоять? Если он захочет манипулировать, властвовать? Тогда быть новой беде!»

Эти мысли не давали Мудрейшему покоя. И если предназначение Иванко – запечатать эту память в себе, то смысл его существования – найти ответ на вопрос, почему Мироздание допустило эту трагедию? Почему не образумило человека раньше, своевременно! Он не может покинуть эту планету до тех пор, пока не найдет ответа на свой вопрос! Хотя все чаще испытывал пресыщение и тяжесть прожитых лет, понимая, что срок его пребывания на земле истекает. Скоро, совсем скоро наступит время благословить молодого преемника присматривать за всем происходящим на этой стороне планеты. Но, раз сосуд, куда будет запечатана вся память о человеческих злодеяниях, нашелся, то и ответ на вопрос, почему это произошло, не дающий покоя Мудрейшему, тоже обязательно отыщется! «Сначала было слово!» – вновь пронеслось у него в голове. Он почувствовал, как кто-то бережно накрыл его невидимым космическим одеялом, перестал дрожать и заснул.

Сон

Придя домой, Иванко обессиленно рухнул на кровать. Всю ночь он не мог уснуть и на рассвете не выбежал по своему обыкновению в поле поприветствовать утро. Природа, не увидев его, слегка нахмурилась. По полю пробежался прохладный ветерок. Солнце из-за горизонта поднялось в облака. Но мало ли какие могут быть у человека дела и заботы! Вскоре облака расползлись, и Солнышко, как всегда, обогрело всех на поляне.

А Иванко пребывал в задумчивости, размышляя о том, как хрупок этот огромный мир. Весь день он был озабочен. Всего лишь несколько бездушных предметов, созданных древним человеком, оказали серьезное негативное влияние на окружающее пространство и его сознание! Но если такими штуками, как говорит Мудрейший, был наполнен прошлый мир, что это за мир? Да, все предметы энергетически пусты, но на них остались отпечатки тех, кто когда-то держал их в руках. Эти скорбные энергии эхом из прошлого проникали в разум Иванко. И он снова ощутил, как подступают ранее незнакомые ему чувства – беспричинная тревога, страх, неопределенность, безнадежность, свойственные древним людям, соприкасавшимся с этим предметом. «А ведь мы просто открыли дверь и стоим на пороге! Тьма зовет, приглашает пройти в свои мрачные лабиринты, но что ждет нас там?» – с тревогой думал молодой человек.

Он, конечно, понимал, что, сделав шаг к постижению прошлого, уже никогда не будет прежним, наивным и бесконечно счастливым. «Твое сознание перевернется», – прозвучал в его голове голос Мудрейшего. Наступил момент истины. Две линии пересеклись, и Мироздание вот-вот откроет ему тайну смысла его жизни. Сегодня он в центре креста, который придется нести всю жизнь! Крест – вечный символ, пересечение двух линий. Горизонтальной, линии земного пути, где ты – микроскопическая точка, следующая от рождения до смерти. И вертикальной, которая берет начало в глубинах бескрайнего Космоса и в какой-то момент жизни пронзает тебя насквозь, давая осознание твоей миссии на этой планете. А затем уходит в недра, намертво связывая Космос, тебя и земную материю, по поверхности которой и продолжается твой жизненный путь. В точке скрещения этих линий ты и находишься, неся свой крест!

Иванко раскинул руки в стороны и почувствовал, как две линии сошлись в его сердце. Он принял свой крест и поблагодарил Мироздание за оказанное ему доверие.

Принять-то принял, но сомнения и терзания не исчезли. «Справлюсь ли я? Хватит ли сил?» – беспокойные мысли не покидали его.

В тревогах и опасениях он провел весь день и лишь к вечеру смирился с тем, что придется полностью погрузиться в эту грязь, ощутить всю ее мерзость, вкус и запах. Знания прошлого не должны быть утрачены, они помогут уберечь будущие поколения от ошибок! И миссию их сохранения Мироздание доверило ему! Осознавая это, он понимал, что обречен до самой смерти жить с этой омерзительной скверной в себе. Но отказаться не имеет права!

Смятение человека передалось природе, которая тоже насупилась: яркие краски поблекли, небо затянуло тяжелыми серыми облаками, а ветер стал неприятно колючим. Природа и стихии чувствовали отчужденность человека и подстраивались под его состояние. Улавливая его отстранение, они тоже перестали быть приветливыми. Как женщина, которая становится безликой и тусклой, когда на ее красоту не обращают внимания, природа откликнулась на его безучастность. Небо помрачнело, цветы склонили головки и закрылись, живописные бабочки исчезли. Даже птицы поутихли, и в неуютной атмосфере общей безрадостности и замешательства на поверхность стали пробиваться ростки сорной травы. «Нужно успокоиться и просто нырнуть в эту память о древних временах, Временах великой скорби, – убеждал себя Иванко, – а затем вынырнуть, выдохнуть и жить дальше!»

Наступившая ночь не принесла успокоения. В забытье ему казалось, что его кровать – это дверь, и всем своим телом он удерживал ее, не давая открыться. А в дверь ломится могучее вселенское Зло, изворотливое и коварное, желающее во что бы то ни стало проникнуть в этот прекрасный мир, все сожрать и снова погрузить его во тьму и хаос. И если это случится, оно опять без устали начнет убивать, уродовать и ненавидеть, причиняя страдания… Зло настойчиво наваливается на дверь, протискивая свои липкие вонючие лапы в каждую едва заметную щель. Сквозь щели уже ощущается его затхлое, смрадное дыхание и едкий запах серы. Оттуда веет подвальным холодом и бесконечной тьмой. С ужасным стоном Зло, окутанное мраком, требует, чтобы его впустили. Бесконечные легионы различных форм Зла толпятся за дверью: от крупных катастрофических до мелких пакостных. Иванко с ними один на один. Пока есть силы, он будет держать оборону, защищая свой прекрасный мир! Но сил все меньше и меньше, он может не справиться. Не в состоянии во сне управлять собственным телом, осознав свою беспомощность, он разразился рыданиями, продолжая шептать: «Я не отступлюсь, даже если мне суждено погибнуть!»

Вдруг все вокруг озарилось ярким светом, и невидимая теплая рука погладила его по голове. «Не бойся!» – отчетливо прозвучал голос где-то в глубинах его души, и спокойствие разлилось по всему телу. Зло, тут же настороженно притихло за дверью. Оглядевшись, Иванко увидел тонкий лучик, струящийся с неба прямо в его сердце. Посланник неба наполнил его светом и вселил уверенность, что он не одинок! Открывшись этому лучу всем сердцем, юноша понял: каким бы страшным и неизбежным ни казалось Зло, оно не сможет помешать ему выполнить задачу! Как только Иванко смалодушничал, впустил в себя сомнения, оно сразу же оказалось тут как тут, приведя с собой легионы. Зло всегда настороже. Всегда за дверью. Стоит и внимательно слушает, и, как только чует слабость, тут же требовательно стучится в дверь!

Сомнения в сторону! Озаренный светом, Иванко без страха распахнул дверь и мысленно вопросил: «Какое право ты имеешь что-то требовать от меня? Меня, Человека! Созданного по образу и подобию Бога?!» И Зло, такое непобедимое и опасное еще мгновение назад, превратилось в маленькую гадость, щурящуюся от яркого света и неуверенно переминающуюся на пороге. Не в силах выдержать яркого света, оно развернулось и, тихо скуля от неутолимой ненависти и обиды, удалилось.

Иванко провалился в умиротворяющий сон до самого утра. А когда проснулся, из всего ночного кошмара и хаоса в голове осталось только одно: все страшные знания, всю темную энергию необходимо впустить в себя, и у него хватит сил усмирить и запечатать ее! Ни одна капля не должна просочиться в окружающий мир! Он обязан пожертвовать своим беззаботно счастливым существованием, чтобы уберечь всех ныне живущих от встречи с мерзким, многоликим Злом! Закрыв глаза, Иванко мысленно проверил свою связь со светлым лучиком и успокоился. «Мироздание возложило на меня этот крест, и я не имею права отказаться!» – повторил он сам себе.

Не желая нарушать утренний ритуал, Иванко вышел к ожидавшей его природе и обвел внимательным взглядом обитателей любимой полянки. Сегодня он увидел ее по-новому. Это был уже другой Иванко, рассудительный и уравновешенный. По-прежнему счастливый, но не безмятежный. Заметив в человеке перемены, природа слегка насторожилась: подскочивший олененок обнюхал его, лизнул руку и, убедившись, что он так же весел и искренен, как и обычно, побежал резвиться, разнося эту добрую весть по окрестностям. Над юношей закружил разноцветный рой бабочек, повеял теплый ароматный ветер, и тут же грянул хор птиц. С ликованием в душе они все вместе встретили восход великого светила и поприветствовали другие стихии.

Завершив утреннюю церемонию, Иванко решительно зашагал к Мудрейшему. Всего пару дней назад ноги сами несли его так, что только пятки сверкали, сегодня же по дороге шел совсем другой человек. Собранный, внимательный, зрелый. Он все так же радовался Солнцу и встрече с природой, но радость его была сдержанной и проникновенной. Эйфорию безотчетного необузданного счастья уравновешивал груз знаний о боли и страданиях, которые уже начали проникать в его сознание. Так в момент сильного потрясения мальчик в один миг превращается в мужчину, становясь мудрым и ответственным. И природа, подстраиваясь под настроение юноши, в это утро тоже была торжественна и величественно красива!

2. День второй

– Доброе утро, Мудрейший! – уверенным голосом поздоровался Иванко, входя во двор.

– О, я смотрю, ты бодр и полон сил! Это радует! – изучающе взглянув на него, улыбнулся в ответ старик.

– Да, меня сегодня всю ночь, одолевали кошмары. До самого рассвета я боролся со всевозможными формами Зла, которые ломились в мой дом, желая завладеть чистой, светлой энергией, наполняющей наш прекрасный мир, и ввергнуть его в хаос. Скажу честно, это было действительно страшно. Но потом я почувствовал поддержку Создателя, и она придала мне уверенности и сил. Теперь, что бы я ни увидел, я справлюсь! Мы справимся! – Иванко был взволнован, но тверд.

– Это хорошо! – в глазах старика светилась гордость. – Сегодня ночью ты победил неоформленное Зло, а теперь тебя ждет встреча с, так сказать, оформленным… Долгие века человеческое сознание придавало ему самые изощренные формы. Прожив больше ста пятидесяти лет, я не устаю удивляться мудрости Мироздания! – говорил Мудрейший, направляясь к генератору. Как старик и обещал, тот теперь находился на приличном расстоянии от бездушной системы, передающей образы из прошлого, как Иванко назвал компьютер. – Нас, стариков, помнящих Времена великой скорби, становится все меньше. Я часто задумывался о том, что тяжелые воспоминания о тех временах, хранящиеся в моей памяти, необходимо кому-то передать. Такое нельзя забывать! Иначе все Зло, которое мы уже один раз изгнали и которое ты видел сегодня ночью за дверями нашего прекрасного мира, рано или поздно отыщет лазейки, чтобы вернуться. Ведь оно никуда не исчезло и не сдалось. Оно терпеливо стоит на темной стороне и наблюдает за каждым из нас, ежесекундно разными способами проверяя нашу реальность на прочность. Ты сам сегодня ночью ощутил, как оно жаждет вломиться в наш мир, какая тонкая дверь отделяет нас от этого всепожирающего хаоса. Но я не мог себе представить, кому можно рассказать об этом! И вот теперь сосуд для хранения этих знаний найден. Как говорили раньше, неисповедимы пути Господни! Мне столько лет, но я не могу не восторгаться! – прокричал он издалека, копаясь в генераторе.

Включив компьютер, Мудрейший украдкой поглядывал на Иванко. Сегодня тот уже не падал на землю, закрывая уши, а только слегка морщился от неприятных звуков и запахов. «Молодец! Сильный!» – одобрительно улыбался в усы старик, убеждаясь, что Иванко выдержит, сможет пройти этот путь. Они устроились перед экраном, и Мудрейший нажал кнопку, открывая первый файл.

Глава 2

Шершни

На развернувшейся голограмме появилась женщина-диктор в строгом облегающем костюме. Было видно, что тесная одежда сковывает ее движения и доставляет дискомфорт. Глядя на экран, Иванко даже непроизвольно вдохнул полной грудью, представляя, как женщине неудобно.

– Это называется деловой костюм, – заметив его движение, подмигнул Мудрейший.

Диктор затараторила:

– Внимание! Экстренное включение…

– А чем это пахнет? – поморщился Иванко, принюхиваясь.

Сквозь резкий запах серы пробивался синтетический аромат парфюма.

– Обычный запах серы. Таким воздухом мы дышали. После того как ученые в борьбе с парниковым эффектом выбросили в атмосферу несколько десятков тонн диоксида серы, экология, не выдержав этих экспериментов, окончательно нарушилась. Солнце навсегда скрылось за плотной пеленой оранжевого тумана, окутавшего землю, а мы все были вынуждены забыть, как пахнет воздух без примеси серы.

– Ты будешь удивлен, но с запахом серы я уже познакомился сегодня ночью! Зло за дверью воняло именно так! Но сейчас меня интересует другой запах, который пробивается сквозь него.

– А, это парфюмерия. В те времена было принято использовать химические средства с резким запахом для подавления собственного. Дело в том, что наполненные тяжелыми энергиями люди источали, мягко говоря, неприятные запахи, поэтому пытались заглушить их и скрыть свою сущность с помощью синтезированных ароматов.

Иванко сморщился и чихнул.

Голограмма сменилась. На экране появились ветхие домишки, из которых в панике выскакивали люди. С ужасом оглядываясь назад, они бежали в сторону камеры. Голос диктора за кадром продолжал:

– По всему западному побережью обеих Америк объявлен красный уровень биологической опасности. Шершни-убийцы вернулись! – тревожная музыка сопровождала ее слова. – Правительство делает все возможное, но пока ситуацию не удается взять под контроль. С каждым годом шершни становятся все более агрессивными. Это началось после того, как на североамериканском континенте была введена в эксплуатацию система 5.5G, уничтожившая практически всех насекомых и в первую очередь медоносных пчел. Шершни, для которых пчелы были основным источником питания, принялись атаковать млекопитающих, а через несколько лет и человека. Как ни странно, система 5.5G не подавляет, а наоборот, вызывает у них еще более агрессивное поведение. Посмотрите! Это же настоящие летающие монстры!

Ведущая нагнетала напряжение.

– Помимо прочего, сокращение популяции медоносных пчел привело к резкому повышению цен на мед, и можно смело заявлять, что он теперь на вес золота! Как и ряд других непортящихся продуктов питания, мед вошел в категорию стратегических, а его котировки на биржах постоянно растут! Вкладывайте свои средства в мед! Если, конечно, они у вас есть! Те, кто своевременно сделал такие инвестиции, сейчас потирают руки. Курс котировок ценного продукта бьет все рекорды! А после гибели последней колонии медоносных пчел, которая, по прогнозам ученых, произойдет до конца этого года, стоимость его станет еще выше! Чувствую, счастливчики, вовремя вложившие деньги в мед, с нетерпением ждут, когда это произойдет! Ученые перестали бороться и уже признали мед еще одним невосполнимым ресурсом, утраченным для человечества!

Пока женщина за кадром тараторила, тучи шершней догоняли зазевавшихся бедолаг. На экране в прямом эфире разворачивалась трагедия, а диктор продолжала комментировать сюжет:

– Но вернемся к шершням! Если вы услышите характерный гул или сигнал оповещения, старайтесь как можно скорее найти герметичное убежище. Но не пытайтесь спрятаться в деревянных домах – шершни в считанные минуты прогрызают деревянные конструкции, если чувствуют за ними пищу. Напомню, что впервые азиатские шершни-убийцы появились на территории США несколько десятилетий назад, в конце октября 2020 года. Тогда в Вашингтоне энтомологам удалось обнаружить первое гнездо опасных гигантских азиатских насекомых. До этого им встречались лишь отдельные особи, непонятно каким образом оказавшиеся на территории США. Шершни-убийцы – это самые крупные шершни в мире, и сейчас, после того как в их рационе появилось мясо млекопитающих, отдельные особи уже достигают десяти сантиметров в длину, – высокие ноты в голосе ведущей неприятно резали слух. Сделав небольшую паузу, она затараторила с новой энергией: – Только представьте: один рой шершней за час может обглодать до костей среднего размера млекопитающего. Мало того, что яд насекомых обладает высокой токсичностью, их челюсти, как бензопилы, отпиливают от живых существ кусочки плоти. Страдания жертв невыносимы! Не переключайтесь, и скоро мы увидим все это своими глазами!

Шершни не только нагло вступили в борьбу с человеком за рынок пропитания – они и самого человека отнесли к числу источников естественного корма! Невероятный цинизм и пощечина всему человечеству! Да, уважаемые зрители, надо признать, что природа в последнее время действительно сошла с ума!

Ведущая на секунду умолкла, будто захлебнувшись эмоциями, но тут же бодро продолжила:

– Эта ситуация вдохновила молодых креативных специалистов на создание игры «Шершни», которая бьет все рекорды по продажам! Благодаря специальному нейросигналу, поступающему в мозг, вы действительно чувствуете укусы шершней! Конечно, без яда, но те, кто испытал на себе настоящие укусы, говорят, что эффект весьма реалистичный! Так что, любители острых ощущений, присоединяйтесь, ждем вас! Отправьте сигнал в нейросеть и подключитесь к игре «Шершни» прямо сейчас!!! Испытайте себя в борьбе с шершнями-убийцами! В игре у вас есть возможность прогнозировать сценарий, а того, кто сможет найти решение и победить нашествие насекомых, в реальной жизни ожидает суперприз – вип-отсек для всей семьи в шаттле! Это невероятный подарок от разработчиков! Вступайте в игру прямо сейчас! – перекрикивала она вопли облепленных насекомыми несчастных, корчившихся на экране.

Беспилотная камера крупным планом транслировала мучительную смерть в прямом эфире. Зрелище было настолько реалистичным, что Иванко невольно начал отмахиваться от роящихся над ними шершней. Лица несчастных распухали прямо на глазах, стоны становились все тише, движения замедлялись. Им было совсем не до игр, но комментатора это не особо волновало. Пробившись сквозь тучу насекомых, квадрокоптер сумел снять момент смерти одной из жертв: на экране появилось страшное вздутое лицо с гаснущим взглядом и пеной, вытекающей изо рта с последним вздохом.

– Да, мучительная смерть уготована этим несчастным, – без тени сочувствия энергично вещала ведущая, – но, согласитесь, какая прекрасная операторская работа! Надеюсь, их смерть не окажется напрасной, а жизнь была застрахована! Подумайте о своих близких! Застрахуйте свою жизнь в надежной компании, и они почувствуют вашу заботу даже после вашей смерти! Только сегодня страхование жизни от ведущих страховых компаний осуществляется со скидкой пятьдесят процентов! Отправьте нам свои нейросигналы, и мы тут же наденем скафандр на вашу облачную личность, который будет информировать все службы о том, что вы застрахованы! Посмотрите, как бесславно погибли эти люди, если только представить, что они не были застрахованы! Кстати, среди первых ста счастливчиков, оформивших страховку от нападения шершней-убийц прямо сейчас, будут разыграны два билета бизнес-класса в шаттле! Никогда не отключайтесь от нашей нейросети! Только так вы не пропустите розыгрыши поистине царских подарков и сумеете поймать свою удачу!

Но Иванко уже не слышал того, что говорил голос. Оцепенев от ужаса, он впился глазами в монитор. Дрон снимал из эпицентра все детали происходящего и тут же транслировал в прямой эфир без всякой цензуры – на экране корчились распухшие тела с местами лопнувшей кожей, облепленные злобными насекомыми, которые рвали плоть своими мощными челюстями, сверкая в камеру стальным блеском сетчатых глаз.

Экстренное включение закончилось. Мудрейший нажал кнопку, и видеоряд остановился. Переживая, он искоса посматривал на Иванко. Тот сидел неподвижно, с гримасой отвращения на лице, не в силах как-то реагировать. Но мерзость невольно притягивала, и он не сводил с черного экрана остекленевшего взгляда. Юноша впервые видел неестественную смерть живого существа, тем более человека, показанную в мельчайших подробностях. После появления Солнца на небе такого не случалось. Поэтому никто, кроме стариков, помнивших прошлое, и подумать не мог, что кто-то способен нанести живому существу вред или убить его. Представить такое было невозможно!

– В те времена люди заразили своим безумием все живое, поэтому и сами жестоко страдали от природы. Вернее, от той агрессивной среды, в которую ее превратили. Природа всегда подстраивается под человека. Он ее камертон. И если человек стал безумным, то природа тоже становится такой. Человек тащил за собой в пропасть своего безрассудства весь мир! – осторожно заметил старик, сочувственно глядя на своего юного друга.

– Но это же несправедливо! Ведь вполне возможно, что эти конкретные люди ни в чем не виноваты. Они простые фермеры, пытавшиеся вырастить хоть что-то на этой отравленной земле?! – придя наконец в себя, пересохшими губами прошептал Иванко.

Мудрейший зачерпнул из ручья воды и дал ему напиться. Вода обновляет, смывает грязь, облегчает муки. Иванко необходимы были хотя бы несколько глотков, чтобы смягчить тяжелые переживания.

– Тебе сложно понять то древнее время. Оно текло совсем по-другому. Попробую объяснить. Если для нас время – это неспешное покачивание на волнах великого чистого, прозрачного океана, то для древних оно было бурлящей мутной рекой. Река времени – бурная и постоянно сужающаяся спираль, выходящая из океана и впадающая в океан. И по этой спирали двигалась наша планета, увеличивая скорость на очередном витке. С каждым годом время текло все быстрее и быстрее. Всякое действие создает проекцию, которая найдет воплощение в будущем. Человечество неумолимо двигалось к точке подведения итогов своих действий, совершенных ранее. Всех вместе в конце и попутно каждого, отвечающего конкретно за себя. Где пункт А – момент совершения поступка, а пункт Б – точка расплаты за этот поступок. И чем больше страданий было причинено в пункте А, тем длиннее ось, пронизывающая большее количество витков до пункта Б, и стремительнее скорость, а значит, и последствия в точке расплаты. Но в любом случае точка Б, то есть момент подведения итога, неизбежно наступает на очередном витке этой великой временной спирали, пронизанной бесконечными осями, соединяющими пункты А и Б. Рождение и смерть, поступок и расплату. Чем тяжелее камень и чем выше он подброшен, тем больше повреждений он нанесет, когда поток реки времени достигнет этой точки. Это простая закономерность! Легкая энергия, как мыльный пузырь, взлетает и радует глаз, лопаясь где-то на будущих витках спирали и даря счастье потомкам того, кто ее запустил! А тяжелая ложится камнем преткновения и ждет, когда те, кто его подбросил, или их отпрыски споткнутся об него и, упав, захлебнутся в мутном потоке! Даже лет через пятьсот или тысячу…

Расплату мы с тобой только что увидели. Но за какие тяжкие деяния она наступила? Каким образом эти добрые фермеры или их предки оказались в этом месте? – задумчиво произнес Мудрейший, замолчал и закрыл глаза.

Какое-то время Иванко остался один на один со своими размышлениями.

Вдруг старик прервал паузу, хотя было видно, что его сознание в этот момент находится где-то далеко, и произнес нараспев:

От сотворения мира каждый

Оставил свой след во Вселенной.

Он может быть ярким и тусклым,

Но он индивидуален!

В любом случае, неповторимый!

Ни сын не повторит рисунок отца,

Ни близнец – рисунок близнеца!

Какое многообразие красок, оттенков!

Но как только возникает структура –

Система, принявшая форму (государственная, религиозная),

Человек костенеет в системе,

Выделяя лишь серые краски.

Зло добавляет черных.

Их цель – сделать мир безликим,

Раскрасить его черно-серым.

Временная шкала, сдвигаясь,

Каждый миг меняет цветовой спектр.

Одно и то же событие

Не пережить одинаково дважды –

Оттенки будут другими!

(Два раза не войти в одну реку.)

Пока отпечатки цветные

Уходят с нашей планеты,

Как пазлы, вставая на место

В общую картину Вселенной,

Есть смысл поддержания жизни

Мирозданию на этой планете!

Неожиданно он вздрогнул, как после резкого пробуждения.

– Ну-ка, возьми меня за руку. Я смог пробиться сквозь туман вглубь веков и хочу показать тебе, что происходило на месте, сюжет о котором мы только что видели, много столетий назад. Сейчас эти образы достаточно ярки, но, к сожалению, эфир мимолетен, и через некоторое время мне уже не удастся сформулировать то, что увидел. Включи еще раз сюжет, слушай, что говорит диктор, но следуй за мной по лабиринтам Вселенской памяти, в глубь воспоминаний.

Иванко запустил сюжет, взял Мудрейшего за руку и приготовился…

Экран сознания недолго оставался темным, и вот появилось спокойное лучезарное море. На горизонте видны деревянные корабли, которые быстро приближаются. Их очень много. Вот они уже роятся вдоль побережья. Люди в блестящих металлических доспехах высаживаются на берег. Местное население радостно встречает их. Но сошедшие с кораблей открывают пальбу из ружей и пушек по безоружным приветливым туземцам. «Шершни-убийцы, попавшие на территорию США… жалят местных жителей…» – слышит Иванко голос диктора. Под прикрытием оружия на корабли тащат золото, отнятое у индейцев. «Мед на вес золота…» – пробивается комментарий ведущей. Индейцы в отчаянии бросаются на защиту своих домов, святынь, их расстреливают в упор. Боль, страдания, ненависть и проклятия аборигенов в адрес колонизаторов огромными сгустками тяжелой горячей энергии поднимаются в небо. А оккупанты тем временем уже обживаются, строят на захваченных территориях крепости, обзаводятся семьями. Но где-то там, высоко-высоко, в метафизической Вселенной, раскаленные сгустки сливаются в одно большое темное облако боли, страданий и проклятий. Остывая в бескрайнем ледяном Космосе, облако сжимается, уплотняясь и приобретая сложную форму. Постепенно вся эта гигантская затвердевшая масса боли и страдания начинает опускаться, с каждой секундой набирая скорость, чтобы через многие сотни лет на новом спиральном витке времени упасть камнем преткновения на пути несчастных ни в чем не повинных потомков захватчиков.

Воспоминания были такими живыми и яркими, как будто все это только вчера происходило с самим Иванко. Он резко выдернул свою руку из руки Мудрейшего. Холодный пот выступил у него на лбу. Впервые ему пришлось увидеть убийство человека человеком. Мудрейший выключил компьютер и заглушил генератор.

– Да, страшно подумать, но убийство было нормой жизни, – с горечью проговорил старик. – Войны, распри, месть, казни – все это узаконенные и оправданные убийства. Одна вселенная, заключенная в человеке, пыталась уничтожить другую. Скопления вселенных стирали в порошок другие скопления, причем обе стороны были убеждены в своей правоте. Сокрушая общего противника, союзы дробились на более мелкие группы и истребляли друг друга до тех пор, пока человек не разделился сам в себе в конце Времен великой скорби. Раздираемый внутренними конфликтами, он уже не мог распоряжаться собственной жизнью и отдал ее в управление искусственному разуму. Гнев, алчность и ненависть – ненасытные звери. И они не успокоятся до тех пор, пока не уничтожат все вокруг себя, в конце захлебнувшись своей безграничной злобой! – поник головой Мудрейший. – Прошло много лет, и боль и страдания, подброшенные индейцами в далеком прошлом, обрушились на землю. Пули оккупантов, которые впивались в безоружных индейцев, словно жала, вернулись и теперь шершнями до смерти жалят потомков этих людей…

– Я предполагал, что встречусь со злом в различных формах, и подсознательно был готов увидеть даже насильственную смерть! – запинаясь, с трудом выговорил Иванко. – Но это… это просто за гранью разума: человек погибает мучительной смертью от укусов насекомых, а его гибель ни у кого не вызывает искреннего сочувствия! Да, ему нельзя помочь, но… смаковать этот ужас! И происходящее показывают с разных ракурсов, значит, это востребовано! Как это назвать-то?

– В те времена это называлось словом «цинизм», – тяжело вздохнул Мудрейший. – Низменное наиболее востребовано, его проще всего продавать. «Все, что приносит выгоду, экономически обоснованно, а значит, оправданно!» – лозунг тех времен.

– Но… на фоне страшных кадров, когда человек корчится от боли, анонсировать компьютерную игру! Выходит, жизнь вообще и человека в частности не имела ценности, но имела стоимость, – мрачно рассуждал потрясенный до глубины души Иванко. – Тут говорится про континент Америка. Это же только часть суши, а какие еще были территории? Ты ведь сказал, что люди сознательно отгораживались от других людей и пространств?

Старик ненадолго задумался, подыскивая слова, понятные человеку, который никогда не сталкивался с ограничениями, насилием и убийством.

– После того как потребители покинули планету, мы все превратились в одну нацию с общими ценностями. Теперь планета – наш общий дом, живи, где хочешь, все уголки для тебя открыты. Население, конечно, сильно сократилось, хотя людям и раньше хватало жизненного пространства. Но каждая общность отделялась четко обозначенными границами, через которые нельзя было пройти просто так, то есть человек был привязан к месту. Люди были разными по цвету кожи, верованиям в Бога, уровню жизни. Существовало даже такое понятие – слои общества.

– Ах-ха-ха, слои! – неожиданно вырвалось у Иванко. – Получается какая-то биомасса, выше нее – другая масса, потом третья, а сверху перегной! Но ведь каждый человек уникален! Ладно бы обозвали «кирпич в стене», еще как-то можно понять, но «слои»! Это же… – он замешкался, подбирая слово, – унизительно, что ли! Тот, кто дал такое определение, видимо, не очень любил людей!

– Такие понятия придумывали верные служители вселенского Зла. Жрецы времени, которые все систематизировали и оптимизировали, выжигая из человека малейшее творческое начало. Они не то что недолюбливали, а просто ненавидели человека!

В голове у Иванко возник образ некой конструкции, в которую стоит очередь из ярких индивидуальностей. Оказавшись внутри, они все смешиваются, и на выходе получается многослойная разноцветная, вернее, серая биомасса с различными оттенками. Вокруг биомассы снуют специалисты, пристально изучающие каждый слой: через определенные интервалы времени тыкают щупами, берут анализы. После тщательного осмотра в какие-то слои добавляют ингредиенты, а из других изымают, чтобы слои не теряли серые оттенки и не сбивались с заданного пути. Если ярких вкраплений в слое по-прежнему слишком много, его утилизируют. Слои, ставшие слишком прочными, дробят. А биомасса продолжает течь мимо специалистов в нужном им направлении по постепенно сужающемуся руслу, которое сдавливает поток со всех сторон, выжимая из субстанции все соки, чтобы в конце она низверглась в пропасть сухими комьями…

Представляя эту картину, Иванко недоумевал, как можно было убедить человека, гордость творения, созданного по образу и подобию Бога, согласиться стать биомассой?! Превратиться в слой?! Внушить ему, что смысл жизни заключается в том, чтобы оказаться в более высоком слое с благородным серым оттенком, а еще лучше – в высшем слое. То есть в перегное?! Придя к такому выводу, он не смог удержаться от смеха.

– Но тогда выходит, что цель жизни слоя – стать перегноем? – поделился он шуткой с Мудрейшим. – И к этому стремилось огромное количество индивидуумов, лишенных творческого потенциала, перемешанных в бетономешалке до уровня посредственностей и загнанных дальше в соковыжималку!

Он не знал, что такое бетономешалка и соковыжималка, но их образы всплыли в его генетической памяти.

– Да, специалисты, верные слуги Зла, придумали много метких определений, – кивнул Мудрейший. – И все унизительны для человека. Но люди этого не понимали, гордились ими и стремились быть причисленными к какому-нибудь из них, отгоняя от себя мысль, что каждый из них является неповторимой личностью! С особой свирепостью ненавидели тех, кто пытался сохранить свою индивидуальность, свои мысли, свои взгляды. Спросишь почему? Все просто: их нельзя было заставить выполнять бездумные функции в общей системе! Они нарушали запрограммированные алгоритмы и были бесполезны для системы, но при этом показывали дурной пример другим, поэтому от них старались избавиться, вычеркнуть из системы, как будто их не существует.

Остальным как ярлыки присваивались меткие обозначения. Людей, управляемых религиозными течениями, называли паствой, или стадом! Мирные стада овечек, поедающих травку и безропотно подчиняющихся своему пастырю. Был также средний класс – огромная масса посредственностей, озабоченных более всего собственным комфортом. Патриоты – категория людей, готовых за придуманные специалистами ценности убивать других патриотов. Политтехнологи, психологи – это как раз те самые специалисты, которые контролировали процессы. Забавно, но, научившись управлять биомассой и гордясь своим умением манипулировать ею, они были настолько эмоционально пусты, что не понимали, для чего им это управление. Эти профессионалы видели только локальные цели – облапошить как можно большее число людей. При этом сами были точно такой же группой общей биомассы, только, как они высокомерно считали, из высшего слоя, слоя манипуляторов, – старик заметно волновался, рассказывая Иванко об отношениях в мире древних. Тяжело вздыхал, морщился и тряс головой, словно пытаясь избавиться от видений прошлого. – Ну а ими уже руководили люди, крепко держащие власть и контроль в своих руках. Это, как ты выразился, и был тот самый перегной. Жрецы времени, отрекшиеся от света на заре времен. Они считали себя богами, хотя по сути были простыми смертными, потерявшими разум от своих безграничных возможностей. Ну и венец творения всей бездушной системы – потребитель! Потребителями постепенно становились люди из любых слоев. Это слово заменило понятие «человек». А смысл жизни человека к тому времени свелся к выполнению главной и основной задачи – потреблять.

Старик ненадолго замолчал, будто выдохшись, но через время продолжил:

– Еще одно, на мой взгляд, мерзкое и циничное определение того времени – театр боевых действий. Это когда представители высшего слоя развязывали войны, на которые отправляли погибать патриотов, а сами наблюдали за происходящим. Для сражающихся это были смерть, боль, страх, увечья, а для высшего, кхе-кхе, слоя, – с неприязнью выговорил это слово Мудрейший, – театр! Продолжать можно долго. Была проделана титаническая работа по подмене понятий, сегментированию человечества и его самоопределению в какой-то слой или группу. Не поверишь, но человечество с радостью играло в эту игру! Люди боялись остаться без ярлыка и принадлежности к какому-нибудь слою. Большинство населения без колебаний относило себя к одной или нескольким группам, соглашаясь при этом с данными специалистами обозначениями: «Да, я в стаде; да, я средний; да, я слой». Это формировало сознание людей. Формировало сознание, – задумчиво повторил он, – то есть загоняло сознание в форму… – на секунду он задумался над смыслом сказанного и продолжил: – Они люто ненавидели тех, кого не удалось завлечь в игру, выдавливали их из социума, вынуждая становиться изгоями. Я один из них. Мне не нужны были те блага, которыми система привлекала к себе население, и это вызывало у нее тревогу. Я представлял для нее опасность, ведь, если таких станет много, система отомрет. Обществу, где каждый человек осознанно несет ответственность за свои поступки и ставит интересы окружающего мира и других людей выше собственных, система не нужна.

– Так ведь мы и живем по этим принципам!

– Да, и именно поэтому нам не нужна система! Но в те времена на таких, как я, смотрели как на дурной пример, заявляя всем: «Он не хочет играть в наши игры по нашим правилам, поэтому он сидит у обочины дороги и питается объедками!»

Каждое определение ярко вырисовывалось в сознании Иванко. Воображение – это основное, что в современном мире стремятся развивать в человеке с момента, когда тот, будучи еще малышом, начинает соображать. Впоследствии он постоянно совершенствует в себе это качество. Сегодня люди общаются образами и практически видят то, о чем собеседник говорит в данный момент. Поэтому Мудрейший тщательно подбирал слова, смягчая образы из прошлого, чтобы не сильно травмировать сознание Иванко.

Хранители

– В конце Времен великой скорби это была уже не просто биомасса, – неторопливо посвящал он юношу в события давно минувших лет, – а биоэлектронная масса, напичканная чипами, датчиками, сенсорами! Людей, живших на разных континентах, разделяли религии. Все они верили в существование Бога, но в разных местах по-своему, а потому непримиримо враждовали между собой во имя Бога! Сколько человеческой крови пролилось за истинную веру!

Все религии утверждали, что Бог один, но истинная вера только та, которую исповедуешь именно ты! Только твой народ богоизбранный! Это был гениальный ход, придуманный специалистами!

А ведь задолго до этого вера у всех была одна. На планете жили счастливые люди, примерно такие же, как сейчас: чистые, светлые, добрые. Их было много, но места хватало всем, и жизнь на земле была наполнена радостью и счастьем! Но жить в таком мире возможно только при условии, что каждый живущий сознательно отторгает от себя зло! Если кто-то один даст слабину, то зараза очень быстро распространится на весь организм. И вот, в какой-то момент появились первые признаки болезни человечества. Зло нашло щель и смогло пробраться в сердца и головы некоторых людей. А дальше зараза только множилась. Чем глубже проникало Зло в человека, приживаясь и укрепляясь в его сознании плохими мыслями и сомнениями, тем увереннее и наглее становились зараженные и тем проще было Злу ими управлять. Достаточно было одному из всего человечества проявить малодушие, засомневаться, и незримое зерно тьмы начинало прорастать в его сердце. Очень медленно, не сразу обнаруживая себя, оно крепло, незаметно расшатывая личность. И чем глубже укоренялось, тем больше самоуверенности придавало зараженному, постепенно коверкая его сознание. Наивные окружающие, никогда не имевшие дела с коварным Злом, поначалу не понимая того, что движет зараженными людьми, уступали, соглашались. А когда осознавали, что происходит, было поздно. Тех, кто принял сторону Зла, стало уже слишком много, угнетенных тоже. Одни упивались силой Зла, ненавистью, алчностью, властью, другие страдали от лишений и потерь. Зло прочертило среди человечества черту, приглашая всех переступить на его сторону.

Мудрейший задумался, невидяще глядя перед собой куда-то вдаль, и лишь после долгой паузы вернулся к своему повествованию:

– Постепенно в мир проникало все больше форм Зла. Микроскопическая щель размылась до дыры размером в бесконечность, через которую мутным потоком вливалось всевозможные мерзости. Остановить этот процесс человечество было уже не в состоянии, и весь мир наполнился злодеяниями. Колонизаторы, политики, олигархи, религиозные деятели – Зло уверенно множило легионы своих адептов, одержимых идеей всеобщей систематизации. Человек стал орудием и ресурсом, необходимым для существования этой формы жизни. Жизни без творчества, без света и импровизации. Жизни пустоты, стремящейся к абсолюту.

Как любой паразитический организм, Зло может размножаться до тех пор, пока есть свободный объем, а после начинает пожирать само себя. Опьяненные своими победами легионы твердо шагали по планете, насаждая принципы централизации и искаженного сознания. Наивное и чистое население планеты не было готово к встрече с темной силой в облике таких же, как они, людей, только одетых в форму и принявших навязанную им форму поведения, но утративших при этом свою неповторимую индивидуальность. Сформированное сознание и продиктованный образ жизни очень быстро распространились по всей земле. Начался суицид человечества, вернее, человечности. Нет, биомассы нарождалось много, вот только человечности и индивидуальности в ней с каждым поколением становилось все меньше и меньше. С рождения ребенок оказывался в системе, которая придавала ему нужную форму. А если не получалось, сурово карала индивида, превращая в изгоя.

– Но как можно было это допустить?! – вскинулся Иванко. – Неужели никто не протестовал?

– М-м-м… как бы тебе объяснить… это ведь произошло не сразу. Те, кто, сохранил в себе свет, отказавшись принять предложенную форму, сопротивлялись. Тем не менее из человечества в конце концов все же удалось слепить безропотное и бездумное стадо с печатью «потребитель», которое не имело связи с Мирозданием. Хотя потребляли-то в основном его. Запомни, Иванко: потребитель – это лучший раб! Он ни за что не откажется от своего комфорта, а потому им очень просто манипулировать.

Когда сформировалась верная группа адептов, одержимых ценностями вселенского Зла, они стали расползаться по всей Земле, неся тьму, боль и разрушение. Ну, ты уже видел, как это происходило. На всех континентах примерно в одно и то же время. Где-то Зло покоряло местное население хитростью и коварством, где-то действовало огнем и мечом, натравливая своих верных рабов на тех, кто оказывал сопротивление. И началось страшное.

Из человечества бесконечно выкачивалась энергия жизни, а из Земли – ресурсы. Человек, планета – все было подвергнуто опустошению. Энергию любви заменила ненависть. Бездумно уничтожая планету, люди не могли больше производить свою изначально чистую светлую энергию радости и счастья, а трансформировали ее в негативную и тяжелую. Именно такая необходима для жизнедеятельности Зла. Ведь на самом деле в нашем мире Зло существует только в мозгах и сердце человека, а если его оттуда выгнать, теряет силу и погибает. Поэтому человека принуждали постоянно быть под властью темных сил, думать о Зле и поступать соответственно. В таком состоянии он бессмысленно и методично превращал все вокруг себя в грязь и смерть.

Увлеченный рассказом Мудрейший не заметил, как в его речи появилось много терминов из прошлого, не очень понятных Иванко. А тот, как ни старался, не мог представить себе все эти образы, но не перебивал Мудрейшего. Общий смысл для него был ясен.

– Если местное население покорялось, – продолжал старик, – их превращали в рабов. Одержимые навязанными идеями о том, что своим изнурительным трудом создают счастье для будущих поколений, они просто выкачивали ресурсы из планеты, ежедневно шаг за шагом умножая ее страдания и опустошая. Место в сердцах людей, предавших истинную веру, заполняли религией. Каждому психотипу различных наций подобрали близкие им по духу культы и ритуалы, находившие отклики в их сердцах. Вот за эти вымышленные идеалы и велись бесконечные войны, в которых рабы уничтожали друг друга, вымещая внутреннюю неудовлетворенность и приводя свою численность в соответствие с нуждами системы. В такие моменты вселенское Зло упивалось, впитывая огромное количество темной энергии. Это был огромный спектр скорби. Сам посуди: эти несчастные бескорыстно и тяжело работали, со страхом шли на войну, с искренней ненавистью убивали друг друга или со страданием погибали сами. А чем сильнее страдания, тем больше выброс негативной энергии! Таким образом, вся их недолгая рабская жизнь подчинялась Злу. Страх, ненависть и страдания! Все эти энергии – порождение великого Зла!

Но главное издевательство над человеком заключалось в том, что каждый искренне верил, что Бог един! Вот такой парадокс. Люди были не в состоянии осознать, что не могут делать что-то во имя Бога, когда сердца переполнены ненавистью к чему бы то ни было. Так постепенно в человеке задувался божественный свет. С каждым потухшим светильником тьмы становилось все больше и больше. Через века, покрыв всю землю темной мантией, Зло властвовало практически безгранично. Конечно, не все подчинялись и отрекались от связи с Мирозданием. Непокорных ненавидели и безжалостно истребляли.

– А, это таких, как ты! – вставил Иванко, с уважением глядя на старика.

– Нет, они были другими, – покачал головой Мудрейший. – Такие, как я, подсознательно отказывались жить в системе, не понимая почему. А эти люди сохранили в себе знания, глубокую осознанность, связь с истиной и пронесли их через все Времена великой скорби. Выдающиеся личности! Своим внутренним светом они ослепляли Зло, и тьма вынуждена была раз за разом отступать. Их жгли на кострах, пытали, убивали. Это были Хранители истинной веры. Тяжела судьба этих светочей: до последних дней Времен великой скорби им пришлось спасаться в лесах и пустошах. Они сделали свой выбор, сохранив связь с Мирозданием, не уподобившись тем, кто сдался и превратился в ту самую биомассу. Большинство же древних людей предали истинную веру и отреклись от самого смысла жизни. Пытаясь заполнить душевную пустоту религией, со временем они стали бездумными существами, наполненными завистью, ненавистью и другими пороками.

Тем временем Зло щедро множило эти пороки, навязывая их зараженным. Вместо того чтобы разобраться в себе и попытаться вернуться к истокам, биомасса, отрекшись от истинных понятий, покорно текла по руслу мутной реки времени. Мало того, мстила за свою слабость тем, кто не сдался, и уже сама тушила светильники разума, сжигая на кострах тех непокорившихся, кого удавалось схватить, и тем самым доказывая свою преданность вселенскому Злу. Огоньков становилось все меньше и меньше. Понятно, что полностью погасить весь свет на планете не получилось бы, потому что Бог не для этого ее создал. Ведь если тьма полностью покроет Землю и не останется ни одного источника света, то проект «Планета Земля» закончится за ненадобностью. Но вера Бога в человека безгранична! Он до конца верил в каждого живущего! Даже если бы на планете остался всего один светильник, она продолжала бы жить, пока огонек не погаснет.

Старик внимательно взглянул на своего собеседника: не слишком ли все это сложно для молодого сознания. И, встретив ясный пытливый взгляд юноши, успокоился.

– Тогда я этого не понимал. Осознание пришло гораздо позже, уже в наше время, после появления Солнца на небе и после общения с теми великими людьми, познакомившими меня с основами мудрости. Да, – задумчиво произнес рассказчик, – потерявшие связь с Богом люди уничтожали тех, кто не отрекся. Ненавидели их, мстя за собственную слабость и уподобляясь Злу, которое наказывало человечество за свое древнее малодушие и горделивое отречение. Все в мире подобно! И подобное притягивается к подобному! Ведь в человеке присутствуют частички всех стихий! – старик замолк. В его памяти возникли первоначальные образы, которые повстречались ему, когда его сознание блуждало в глубинах вселенской памяти задолго до возникновения времени, человека, земли… Когда две изначальные сущности повздорили между собой. И одна, сделала выбор и стала ярким светом, а другая, не вынеся ее сияния, озлобилась и навечно ушла в тень, превратившись в абсолютное Зло.

– Но как же так! – не выдержав долгого молчания, с горячностью воскликнул Иванко. Мудрейший вздрогнул, и юноша устыдился, что так резко вернул старика на Землю. – У меня опять не укладывается в голове! Как древние люди могли убивать друг друга во имя Бога? Ведь Бог настолько велик и всемогущ, что не нуждается в защите никчемных человечков! Он вообще недосягаем для таких, как они. Значит, если отбросить лицемерие, люди просто придумали этот предлог, чтобы оправдать ненависть, живущую в них, и желание выплеснуть агрессию!

– Правильно, – похвалил старик своего юного оппонента, – и еще ненасытную жажду наживы, которая заняла место любви в сердцах опустошенных людей. Именно ради нее шли на войну, скрывая истинные намерения под благородной целью. А что, прикрыться именем Бога – самое милое дело! Да, лицемерие – один из наивысших грехов, особенно лицемерие перед самим собой! – Мудрейший довольно улыбнулся, радуясь тому, как быстро Иванко уловил суть. «Молодец! Такого не проведешь, смотрит в корень»! – с удовлетворением подумал он и продолжил: – Сначала прикрывались именем Бога, чтобы оправдывать свои мерзкие поступки, а затем эту функцию взял на себя искусственный интеллект, окончательно отменив совесть и ответственность человека за свои действия. Но не будем отвлекаться!

Так вот, те, кто не захотел смириться, ушли в глухие леса, пустыни. Стало ясно, что они не отступят, а преследовать их было экономически нецелесообразно. Нарушать основной принцип бездушной системы, построенной великой тьмой, не имело смысла. Тьфу, – брезгливо сплюнул старик, – бездушная оптимизация. Эмоций нет! Совести нет! Творчества нет! Есть экономическая обоснованность! По этому принципу строилась вся жизнь человечества. Они и мусор на планете перестали убирать, потому что экономически выгоднее оказалось переселиться на другую планету!

Зло подступало к устоявшим все ближе и ближе. Они чувствовали, как слабеет энергия Земли, но продолжали заботиться о планете как о матери, сохраняя непоколебимую связь с Богом. Одна из таких местностей, где скрывались Хранители, называлась Сибирь. На этой огромной территории поселились те, кто сумел скрыться от колонизаторов, верных слуг тьмы. Край необъятных богатств! Лакомый кусок для угнетателей. Столетиями преодолевая ожесточенное сопротивление местных жителей и самой природы, они загоняли Хранителей все глубже и глубже в чащу лесов, тесня их то с востока на запад, то с запада на восток. Много славных и светлых людей погибло в тех боях. Отдавали свои жизни за Землю-матушку, за Родину-мать.

Конечно, неотрекшиеся скрывались не только в Сибири. Они обрели пристанище и в других уголках планеты: в горах и джунглях Индии и Америки, в пустынях Африки и Аравии. Хранители планеты! Те, кого не удалось купить, запугать, сломать. У каждой общины была своя функция, но все вместе и каждый отдельно сохраняли в своих сердцах самое важное: память о своем истинном предназначении. Эти великие люди не давали колонизаторам истребить природу подчистую. Да, леса постепенно таяли, но не такими темпами, которые привели бы к необратимой катастрофе! При этом Хранители имели связь со своими соплеменниками, избравшими для себя рабство.

– Возможно, у тех, кого обратили в рабство, не было другого выбора? Ведь если все погибнут, кто будет противостоять Злу? А так, затаившись, в нужный момент рабы неожиданно могли бы нанести сокрушительный удар! – попытался Иванко найти им оправдание.

– Ну, как сказать… Только сейчас, восстанавливая исторический ход событий, я начинаю понимать глубину Божественной мысли… И только сейчас могу осознать предназначение этих людей. Несмотря на то, что покорные рабы веками иссушали свои земли, выкачивая ресурсы в пользу хозяев, добиться необходимой скорости и объемов не удавалось. Сама природа сопротивлялась и выдавливала захватчиков. На этих территориях так и не были созданы крепкие алгоритмы. Да, оккупанты построили здесь крепости и города, назначили своих правителей, но немалая часть территории осталась нетронутой. Как такая огромная местность оказалась неприбранной к рукам, неосвоенной? На тот момент для меня это было загадкой. Конечно, в последнее время эти земли тоже пострадали, но, думаю, именно благодаря сохранившимся здесь небольшим островкам нетронутой природы, планета смогла в дальнейшем сделать первый вдох!

– Ух ты, здорово! А почему ее не смогли захватить? Ты же говоришь, практически все население было заражено или порабощено.

Старик улыбнулся и ласково потрепал своего любознательного друга по голове.

– Хранители, ушедшие в леса, сохранили свою силу и веру. Запомни еще одну важную вещь, Иванко: никакое Зло не может тебя одолеть, если твоя вера искренняя, Они не отреклись, не предали Землю-матушку и Отца небесного. Их связь с планетой была крепкой, вера истинной, осознанной, а это непобедимая сила! Они стали оазисами света в дремучих лесах, немного таких мест оставалось на планете. Но леса таяли, и Хранители теряли свою силу. Бывали моменты, когда колонизаторам казалось, что противник ослаб настолько, что его легко сокрушить физически, и они имели дерзновение нападать. И вот тогда начиналось самое интересное!

Только представь себе, как трудно, не отрекаясь от света, не начав при этом ненавидеть, противостоять прямой агрессии! Но свет всегда победит, даже в кромешной тьме! Чувствуя очередную угрозу, Хранители через племенной эгрегор подключались к своим соплеменникам – рабам, давно утратившим смысл жизни. Из века в век те поколениями покорно работали на колонизаторов, безропотно добывая для них ресурсы, отдавая все свое имущество и жизни. Никчемные, сломленные духом люди, потерявшие себя и все время пребывающие в сумеречном состоянии сознания. Толком даже не знающие, что такое жизнь, ибо в их сердцах жила пустота. И вдруг они в один миг преображались! Что-то взрывалось внутри них яркой вспышкой, они слышали призыв из глубины веков, из глубины своих пустых сердец: «Родина-мать зовет!» И вставали плечом к плечу как один в сиянии славы для защиты земли!

Мудрейший, переживая сильное волнение, умолк.

– Ну так вот. Как только появлялась реальная угроза жизни на планете, они бились до последней капли крови, не отступая ни на шаг. Мужественные воины, понимающие, что погибнуть за эту землю и есть величайшая цель жизни! Подсознательно чувствующие, что таким образом получают искупление древнего предательства, поработившего их на долгие века! Озаренные светом, потому что в этот момент их помыслы были чисты, они самоотверженно защищали что-то такое, о чем и сами не знали. Сумрачность прозябания сменялась ярким светом великой миссии, струящимся из их глаз. Без страха наступали они на врага, и тот в панике убегал. Создавалось ощущение, что ради этого дня они и были рождены.

В такие моменты их было не узнать: это были уже не те погрязшие в своих мелких невзгодах ничтожные человечки, а единый непобедимый строй настоящих героев, вдохновленных идеей всеобщей справедливости. В сердце каждого набатом звучал голос предков: «За Родину-мать!» Далекое эхо законов Мироздания прорывалось сквозь пустоту существования. «Защитить добро, умереть за Землю-матушку!» – это становилось смыслом их жизни!

А потом, победив врагов, разметав созданную оккупантами систему, перебив всех, кто ими управлял, успокаивались и возвращались к обычному укладу. Свет, зажженный Хранителями в их сердцах, постепенно затухал. Они покорно принимали очередного владыку, назначенного колонизаторами, и продолжали свою серую рабскую жизнь. А не на шутку перепуганные угнетатели никак не могли понять, что в тот момент происходило в головах их верных подданных, столетиями покорно добывающих для них богатства и безропотно отдающих по первому требованию свои жизни. Ведь после своего древнего предательства и отречения эти робкие люди были полностью деморализованы, разобщены и агрессивны даже по отношению друг к другу. Откуда вдруг такое единение, такая беззаветная смелость?!

Не знали оккупанты, что не только ресурсы находятся на этих необъятных территориях, но и нечто более важное – здесь хранится сердце планеты! И как бы им ни хотелось, как бы ни были они сильны, не в их власти было приблизиться к нему, чтобы слизнуть остатки природы своими ненасытными языками.

Все стихало до следующей схватки. Одержанные победы тщательно стирались из памяти рабов, и через какое-то время в их памяти оставалось лишь одно: они рабы, их жизнь никчемна и беспросветна, но необходимо терпеть. Колонизаторы не могли одолеть Хранителей и яростно ненавидели их, но, как победить, не понимали. На других территориях они сумели создать алгоритмы, при которых население незаметно для себя постепенно превращалось в биомассу со статусом потребителей. Если потребитель преданно служил системе, ему обеспечивали комфортное бытие, если проявлял недовольство, лишали благ. Это как договор с дьяволом, – немного подумав, нашел подходящее сравнение Мудрейший, – ты получаешь комфортное серое существование, лишенное чувств, эмоций, тепла, а взамен каждодневно отдаешь свою жизнь и в конце – черствую скукоженную душонку!

Многие этим договором дорожили. Такая схема работала почти по всему миру, но… только не здесь! Для сибирских рабов невозможно было построить алгоритм, который бы они приняли и начали выполнять. И этим они сильно досаждали оптимизаторам.

Вечным спутником этих людей из поколения в поколение был укор самим себе. Жили они обособленно, избегая смотреть друг другу в глаза, в небольших поселениях, разбросанных по всей обширной территории. Конечно, здесь тоже были крупные города с обычным набором искушений, и какую-то часть населения удавалось туда привлечь. Пытаясь вырваться из безысходности, некоторые единственным спасением для себя считали переезд в большой город, где принимали правила игры, установленной колонизаторами. В основном туда стекалась молодежь. Стекалась! Какое емкое слово! – улыбнулся Мудрейший. – Стекалась, чтобы наслоиться и стать одним из пластов общества! Надо отдать должное, у темной стороны тоже развито образное восприятие!

– Согласен! – вставил Иванко. – Хотя эти образы какие-то мерзкие, бездушные. Нормальный человек ни за что бы не согласился с таким ярлыком для себя, а потребителю подходит. Благодаря этим определениям я начинаю понимать психологию древних людей!

– Но большинство продолжало жить по старинке, – вернулся Мудрейший к воспоминаниям, – в многовековой беспросветной тоске. Основная масса, абсолютно равнодушная ко всему, влачила жалкое существование, не имевшее никакого смысла. Колонизаторы не в силах были подобрать к ним ключи, чтобы манипулировать ими. Безысходная депрессия развила в этих несчастных такую патологическую лень, что даже ради собственного комфорта они не готовы были что-то менять, а ведь это безусловный рефлекс человека. Давать им что-то или отнимать в качестве мотивации либо наказания было невозможно. Поэтому алгоритмы для них не прописывали. Их просто презирали и всячески ущемляли, провоцируя на бунты, чтобы потом усмирять и вымещать на них беспощадную злобу. Эти абсолютно неуправляемые люди жили в ненависти ко всему, что их окружало, в том числе и к природе. Им было плевать, кто использует ресурсы территории, на которой они обитали. Более того, они и сами жестоко прикладывали руку к ее уничтожению, находясь в постоянном конфликте с действующей властью, соседями и с самими собой.

Однако во всем этом были и плюсы! Огромные средства, затраченные на то, чтобы построить там хоть какую-то подконтрольную структуру, разворовывались и пропивались. Все чаще колонизаторы приходили к выводу, что структурировать и интегрировать подневольную массу в общую мировую систему, чтобы мотивировать для лучшей отдачи, невозможно. Поэтому территорию оставили в покое, а ресурсы забирали хитростью и коварством. Конечно, такой способ был более медленным, но зато самым экономически выгодным. Поскольку создать из этих людей потребителей не получалось, то и сил в них особо не вкладывали. Брали измором, проще говоря, ждали, когда те сами вымрут.

Так они и жили столетиями. Брошенные на произвол судьбы, предоставленные сами себе, несистематизированные, зачастую даже не имеющие понятия, кто в данный момент управляет их территорией. Сколько их было в этих труднодоступных разбросанных населенных пунктах, никто и не считал. Пытаясь как-то уйти от комплекса вины, они с детства травили себя алкоголем, наркотиками, табаком. Остается только удивляться, как, постоянно находясь в алкогольном опьянении, эти индивиды вообще умудрялись размножаться и не вымерли! Они были послушными рабами, но при этом свирепо вымещали злобу на своих соседях, братьях, родителях. Впрочем, до этого колонизаторам не было никакого дела. Главное, что ресурсы собирались в срок, а кровопролитные разборки рабов между собой их не особо волновали. Регламент худо-бедно выполнялся, а на остальное они махнули рукой.

Рассказывая Иванко об отношениях в мире древних, Мудрейший не мог сдержать своих чувств и часто останавливался, чтобы унять волнение.

– Да, это были уникальные люди. Они с безразличием относились к тому, что их жилища давно прохудились, покосились, что в них нет тепла и света. У них не возникало желания что-то изменить или исправить! – было видно, что, несмотря на прошедшие годы, что-то в этой теме глубоко трогало старика. – Им было наплевать на все, что происходит вокруг, да и на самих себя тоже. Сменялись правители, династии, но для этих нищих бедолаг ничего не менялось. Из века в век они пребывали в состоянии безысходности, не интересуясь ничем, что выходило за пределы их видимости. Проиграв когда-то великую битву самим себе, малодушно отказавшись от борьбы со Злом, они не смогли найти нового смысла своей жизни, поэтому просто собирали ресурсы для хозяев, тем самым уничтожая планету. Бездумно разрушая все вокруг, они обрекали себя на нищету. Если кто-то из их окружения начинал прилагать усилия для того, чтобы жить лучше других, его жилище из зависти тут же сжигали, а самого с ненавистью выгоняли прочь. Но самое смешное то, что и превратить их в потребителей не получалось по тем же причинам. Эти задавленные существа сами себе на уровне подсознания не позволяли лучшей жизни. Раз за разом, пытаясь выбраться из нищеты, они ввязывались в череду кровавых междоусобиц, из-за чего оказывались в еще большей пропасти. В такие моменты даже их хозяева с изумлением смотрели на эти жестокие и безжалостные кровопролития. Рационально мыслящий ум колонизаторов не мог понять, за что так безжалостно нищие рабы убивают друг друга? Ведь в этих конфликтах не было экономической подоплеки. Да они и сами не смогли бы ответить на этот вопрос. Но в том-то и была величайшая задумка Бога! Эти люди не защищали власть или строй, богатство или комфорт. Где-то в глубине души они еще помнили, что такое свобода, и ненавидели любую власть, но при этом безропотно ей подчинялись, убежденные специалистами, что любая власть от Бога и нужно просто терпеть.

Несмотря на то что идеология и цели у колонизаторов были общими – выкачивание ресурсов, порабощение населения, единства в их рядах не было. Принцип вселенского Зла: «Разделяй и властвуй», распространялся и на них! Между кланами происходили ожесточенные схватки. Придя к выводу, что это нерационально, кланы в конце концов договорились доверить управление населением искусственному интеллекту и сделать его власть высшей, а решения обязательными для всех. Они были слишком самоуверенны, думая, что сами никогда не превратятся в рабов искусственного разума. Вот такой очередной парадокс древнего мира. Порабощая население, в конце концов поработить самих себя! Воспитывая своих детей, колонизаторы не учли, что те могут не справиться с искушением ленью и, вместо того чтобы, прилагая усилия, управлять подвластным населением с помощью искусственного интеллекта, просто отдадут ему власть над собой. После этого все старания по созданию системы, подчиненной единому великому искусственному интеллекту, потеряли смысл. Выгодоприобретателей не осталось, и началась бесконечная оптимизация. Тем не менее межклановые войны прекратились.

Взглянув на Иванко, старик отметил, с каким интересом тот слушает его рассказ, и с воодушевлением продолжил:

– Весь мир превратился в рынок – кстати, вот еще одно понятие тех времен! И кланы постоянно делили между собой рынки. Не планета, не Земля-матушка – для них это был рынок! Сырьевой рынок, тихоокеанский рынок, азиатский рынок, мировой рынок. Земля стала рынком, где все покупали и продавали – ресурсы, изделия, идеи, себя. И мотивация конфликтующих сторон была примерно ясна и предсказуема. Только с сибирскими рабами все складывалось по-другому, никто не понимал, за что они так беззаветно идут умирать?! Их нельзя было купить или задобрить, с ними не получалось договориться. Они спокойно вели себя, когда их каждодневно обирали, но как только хозяева пытались диктовать условия, это действовало на них как красная тряпка на быка!

– Выходит, Бог, предугадывая намеченное Злом развитие, зашил в несчастных сибирских рабах недоступный для Зла код, активировать который в нужный момент мог только он?! Это же гениально! – высказал догадку Иванко.

– Да, кстати, этих рабов не так много и улетело. Терять им было нечего, ведь они не являлись потребителями, Жизнь и так была им в тягость, а смерти они не боялись в принципе. Да и лень им было что-то предпринимать, чтобы улетать… А после того, как Земля нас простила, их стало просто не узнать. Лицом к лицу угнетенные люди встретились с вышедшими из остатков лесов Хранителями, которые напомнили, кем они являются на самом деле. И смысл жизни вернулся к ним. Много их потомков сейчас живет среди нас.

Вот так, проживая никчемные жизни в бесконечной вражде и алкогольном дурмане, ничего не предпринимая, они умудрились отстоять что-то невидимое и важное, находящееся в тех дремучих лесах. В очередной раз убеждаешься, что, не ведая, зачем и почему, ты, может быть, выполняешь великую миссию! И даже самая на первый взгляд ничтожная жизнь имеет глубокий смысл на этой планете!

Сегодня Мудрейший был в ударе, и Иванко узнал много нового для себя. Уже вечерело. На прощание он обнял учителя и пошел домой. Он любил обнимать Мудрейшего. Бережно прижимая к себе тщедушного старика, Иванко ощущал себя неимоверно большим и сильным.

Теплое Солнце плавно опускалось за горизонт, каждое мгновение меняя палитру красок. Цветы склоняли яркие головки, готовясь к ночному покою, последние насекомые с сонным жужжанием держали путь к своим жилищам. Лицо обдували порывы легкого ветра, в которых знакомые ароматы родной полянки чередовались с другими, принесенными издалека. Вдыхая эти навеянные запахи, Иванко ощущал эмоции тех дальних мест. «Слои ароматов», – улыбнулся он про себя, вспомнив определение из прошлого.

Юноша плавно провел руками по воздуху, собирая эфир в ладони. Бережно округлил его, как снежный комок, и подбросил вверх. Комок легко взлетел и понесся по ветру, куда Бог пошлет, чтобы где-то далеко-далеко опуститься на грудь кому-то, кому в этот момент грустно, и наполнить его сердце теплом и любовью незнакомца. Иванко любил рассылать такие эфирные послания по всему миру.

Отправив очередное приветствие, он стал наблюдать за торжественной размеренностью природы, отходящей ко сну. «Какой величайший организм, созданный с огромной любовью! Каждая мелочь в нем уникальна и неповторима! И ты, мельчайшая частица, такая же незаменимая и неповторимая, осознающая свою уникальность и уникальность любого другого создания! Да-да, совершенно микроскопическая, но при этом уникальная и незаменимая! – повторил он мысленно. – И если, находясь внутри этой общей системы, ты начинаешь ей вредить и кого-то порабощать, значит, ты злокачественная клетка! Получается, что, когда древний человек стал зараженным элементом, то и все Мироздание оказалось больно человечеством!»

Молодой человек задумался, представив себе сибирских рабов, бесконечно ничтожных и одновременно великих! Не понимая, что такое Сибирь, и где она находилась, но судя по тому, с какой горечью и в то же время воодушевлением Мудрейший рассказывал про Хранителей и сибирских рабов, Иванко предположил, что он вполне мог быть одним из них. Выходит, именно эти люди, пусть неосознанно, не прикладывая никаких усилий, смогли сохранить своим бездействием жизненно важные для планеты элементы!

Незаметно дойдя до дома, Иванко понял, что его мозг пресытился информацией, и заставил себя прекратить размышления. Все само осядет в подсознании и завтра приобретет какую-то форму, пригодную для осмысления, а пока нужно перестать думать об этом. Сегодня его сознание было спокойно. Они с Мудрейшим больше разговаривали и рассуждали, чем наблюдали ужасы из прошлого. «Может, больше уже и не будет ничего такого, что омрачит мое сознание», – обнадеживал сам себя юноша. Но он ошибался…

…Несколько дней Иванко не заходил к Мудрейшему. Анализировал, делал выводы, стараясь ничего не упустить из того, что узнал. С утра до вечера в его голове кипела работа. Воображая себя человеком того далекого времени, он пытался мыслить как потребитель, но каждый раз при моделировании какой-либо ситуации его сущность с отвращением отторгала тот образ жизни. Он, конечно, сознавал, что для понимания процесса необходимо стать его частью. Чтобы понять поведение животного или насекомого, нужно вникнуть в ход его мыслей или действий. Но думать как человек из прошлого, увы, не получалось. Защитные силы его организма мощной волной неприятия разбивали эти размышления в пух и прах. «Убивать друг друга, чтобы завладеть материальным имуществом… Унижать ради самоутверждения… Разрушать вечную природу ради временного комфорта… И это только начало. Какие сюрпризы ожидают меня дальше на этом пути?!» – с тревогой размышлял Иванко.

Глава 3

3. День третий

События последних дней обрушили на Иванко поток новой информации и вместе с тем внесли в его душу смятение. Несмотря на время от времени подкрадывающиеся и терзающие его сомнения, он продолжал раскладывать полученные знания по полочкам своего сознания. В надежде обрести успокоение как-то раз после обычного утреннего ритуала юноша решил зайти к Теяне. Общаясь с девушкой и ощущая идущие от нее тепло и заботу, он испытывал ни с чем не сравнимые, но очень нужные ему чувства. Возможно, в дальнейшем они образуют союз, но сейчас об этом рано думать. Пока каждый из них не мог считать себя до конца сформировавшейся личностью. Этому еще мешали сбивающие с толку и нарушающие покой энергии. А внутри оставались непроработанные аспекты, требующие осмысления и корректировки, прежде чем они решат соединиться и продолжить совместное развитие, которое может принести осознанные плоды.

Теяна на лужайке около своего дома играла с бабочками, которые порхали над ней, нежно щекоча ее лицо крыльями и лапками. Девушка кружилась среди цветов и смеялась. Не желая упускать возможности поиграть с человеком, бабочки слетались со всех сторон, их становилось все больше и больше. Подойдя ближе, Иванко увидел огромное живое облако, трепещущее и переливающееся всеми возможными красками, в центре которого стояла смеющаяся Теяна. Облепленная с ног до головы пестрыми, как цветы, крылатыми созданиями, она и сама напоминала чудесный цветок, прекрасный и яркий.

– Я спряталась! – шаловливо сказала девушка.

Бабочки постарались на славу: догадаться, что внутри красочного облака находится человек, было трудно. Лишь озорные мигающие глаза выдавали Теяну. Ее безудержное веселье передалось и другу. Тревога ушла. Иванко тоже рассмеялся, любуясь счастливым и беззаботным лицом девушки. Он смотрел на нее с восторгом, понимая, что игра с живописными творениями природы – единственное, что ее сейчас занимает. Радостная, смешливая, но при этом сильная и спокойная. А перед его глазами вставали образы жалких существ женского пола, которые оживил старый прибор, – пустые, затертые множеством рук формы без содержания. Но, лишь познав ту сторону бытия, он понял, насколько сильно его чувство к Теяне, чистой, искренней и доброй. Иванко невольно представил свою подругу в том, другом мире, и волосы у него на голове зашевелились от ужаса…

– О чем ты думаешь? От тебя исходит тревога, что случилось? – заметив его настроение, заботливо спросила девушка.

– Мироздание выбрало меня для хранения важной информации… не очень приятной, – не стал скрывать Иванко, – вернее, очень неприятной, но чрезвычайно важной. Теперь, после получения определенных знаний, меня постоянно преследуют некие образы, и от этого мне становится не по себе. Я просто хочу немного побыть с тобой, чтобы успокоиться.

Теяна бережно смахнула с лица бабочек, которые тут же поняли, что игра закончилась. Получив порцию человеческой любви, они разлетелись в разные стороны, весело трепеща крыльями. Видя, что близкий ей человек встревожен, девушка без лишних слов обняла его и нежно погладила по голове. Иванко закрыл глаза, слушая, как стучит ее сердце, погружаясь в эту заботливую добрую Вселенную. Ровное биение сердца Теяны, ощущение женского тепла и ласковых прикосновений успокоили его, все тревоги куда-то ушли, и на душе снова стало спокойно и радостно.

Девушка запела какую-то приятную мелодию, и остатки волнений совсем исчезли. Иванко почувствовал, что укрыт от всех невзгод заботливой теплой энергией. Он знал, что эта женщина вся его, в ней нет скрытых мыслей или подвоха. Ей можно без опаски доверять. «Вот она, такая родная, искренняя, обнимает меня и полностью открыта передо мной. Я знаю и вижу, что в ее душе не таится никакое зло. Своим спокойствием и заботой она исцеляет меня от тревог и переживаний. Мы чувствуем, как наши объятия соединяют два мира, заключенные в нас, наши сердца от прикосновения друг к другу взрываются счастьем, образуя единую Вселенную! Нашу! Общую! – в порыве чувств Иванко еще крепче обнял Теяну. Голова юноши кружилась от осознания глубины своего счастья, но он продолжал свои размышления. Как будто кто-то строчку за строчкой каллиграфическим подчерком записывал полученную информацию на чистом листе его сознания. Ему оставалось лишь осознавать текущие в нем мысли: – А в том, древнем мире обнимать можно было только материальным телом и только материальное тело, опасаясь открывать свой внутренний мир. Ведь иначе он тут же оказывался под угрозой. Скрытые сущности, обитающие в близком тебе человеке, только и ждали, когда ты откроешь двери, чтобы проникнуть в тебя и нанести урон твоей личности. Наш мир такой добрый, уютный, чистый, и нужно сохранить его таким! Ради этого я должен идти дальше!»

Немного помедлив, чтобы продлить в себе состояние умиротворения, Иванко поднял голову:

– Мне пора! Меня ждут новые неприятные, но очень важные познания!

– Иди. Все хорошо, ты сильный, ты справишься, – заглянув в его глаза, поддержала Теяна и ласково улыбнулась.

В голосе девушки не было даже намека на то, что она в нем сомневается. На фоне этой безмятежности все его беспокойства показались Иванко мелкими и ничтожными. «Она даже не переживает за меня, настолько сильна ее вера в то, что я справлюсь», – мелькнуло в голове, и это придало ему уверенности.

Твердым шагом он направился к Мудрейшему, а перед глазами стояла светлая улыбка на лице Теяны, играющей с порхающими бабочками. Путь Иванко пролегал через живописные луга. Эфир ароматным разноцветным туманом сопровождал юношу. Хотя Мудрейший и жил в отдалении от всех, но не настолько, чтобы к нему нужно было перемещаться силой мысли. Небольшие расстояния люди предпочитали преодолевать пешком, наблюдая во время прогулки за окружающим миром, размышляя и находя ответы на волнующие вопросы. Торопливость не прижилась в современном мире. А с помощью мысли путешествовали лишь в те места, куда пешком дойти было непросто.

Зоопарк

– Доброго дня, Мудрейший! Мне понадобилось время, чтобы уложить в сознании то, что мы с тобой увидели в прошлый раз, поэтому я долго не заходил.

– Доброго! – приветливо встретил его старик и, почувствовав, что Иванко окружен женской энергией, незаметно улыбнулся. – Знаю. Я присматривал за тобой. Все правильно, торопиться не нужно. Мозаика Зла тоже многогранна! Не так, конечно, как наша добрая разноцветная Вселенная, но темных оттенков множество! Важно не упустить мельчайшие детали! Все пазлы Зла точно так же нужно сложить в общую картину. А спешить нам некуда! – заключил Мудрейший с доброй улыбкой. – Ну что, продолжим?

– Конечно! Только вперед! – с уверенностью, которую вселила в него Теяна, кивнул Иванко.

Старец подготовился к приходу юноши, поэтому заведенный дизель уже покорно фыркал в отдалении. Компьютер тоже был включен, и Мудрейший проворно нажал кнопку, открывая следующий файл. А пока файл загружался, деловито сообщил:

– Я перенастроил визуализацию, убрав голограммное изображение, нам и без того хватает впечатлений.

Файл открылся, и голос за кадром по обыкновению затараторил:

– Сегодня правительственные войска наконец-то окончательно разгромили радикальную секту. Одержав полную победу, они захватили столицу самопровозглашенного территориального образования, десятилетиями наводящего ужас на всю округу. Несколько сотен боевиков-фанатиков удерживали позиции до последнего и, лишь оказавшись в окружении без воды и пищи, сложили оружие. Секта известна тем, что, взламывая правительственную нейросеть, выкладывала в открытый доступ компромат на авторитетных функционеров, а также создавала сбои в системах жизнеобеспечения шаттлов, что ставило под угрозу саму операцию «Эвакуация»!

После того как местоположение группировки подтвердилось, несколько законных территориальных образований объединили свои усилия и разгромили фанатиков. В разрушенном поселении был обнаружен подпольный зоопарк, организованный лидером секты несколько лет назад. Вопреки нормам международного законодательства, в соответствии с которыми все живые биологические ресурсы планеты должны быть задекларированы и переданы межгосударственному комитету по биоресурсам, в нем содержалось около сорока пяти незарегистрированных животных. Все они погибли от нехватки пищи и воды. И это при том, что по решению Высшего интеллекта каждая живая особь является достоянием мирового сообщества и представляет огромную ценность для человечества! Немыслимое кощунство и надругательство! По прихоти этих живодеров было загублено около четырех-пяти тонн натурального, в том числе деликатесного мяса. Невообразимое преступление перед человечеством! Лидер секты разыскивается теперь еще и за эти злодеяния. Никакие фальшивые облачные субличности не помогут ему спрятаться и избежать справедливого наказания! Только представьте, сколько голодных талантливых детей, подающих надежды в нейросистеме, можно было бы накормить этим мясом! Межконтинентальный прокурорский надзор уже начал расследование.

На экране тем временем шли кадры съемки в зоопарке: мумифицированные трупы животных – кости, обтянутые шерстью, тучи мух, роящиеся над телами. В клетках лежали останки пар или матерей с детенышами, глаза которых были выедены паразитами. Смрадный запах гнилого мяса, источавшийся из прошлого, просачивался сквозь щели компьютера.

– Выключи немедленно! – в бессильной ярости прорычал Иванко и сам ужаснулся своей реакции.

Будучи проводником того, что происходит на экране, Мудрейший невольно оказался объектом его внезапной агрессии. Хотя было видно, что эти кадры шокировали даже старика. Он моментально, как будто только этого и ждал, нажал на кнопку и закрыл файл…

– Надо, наверное, и эффект ароматизации отключить в настройках, – пробормотал он себе под нос.

Иванко находился в полном смятении, не понимая, что с ним происходит. Какое-то общее отторжение увиденного. Не сумев воспринять такого надругательства над живой природой, он впервые ощутил приступ неконтролируемой агрессии, которую выплеснул на Мудрейшего. А ведь этот сгусток темной энергии, вырвавшийся из него яростным воплем, мог нанести непоправимый вред пожилому человеку! Все-таки здоровье старика уже не такое крепкое. Если бы сгусток повредил какие-нибудь важные энергетические каналы, истончившиеся со временем, Мудрейший мог бы начать сильно переживать по этому поводу, серьезно заболеть или даже умереть! Как бы Иванко жил после этого?! Получается, он мог стать причиной страданий живого организма, тем более человека! Он, который еще совсем недавно чувствовал себя творцом, существом, созданным по образу и подобию Бога! Он, имеющий достаточно разума и мудрости, испытывающий от осознания этого неимоверную радость и гордость, вдруг выпустил из себя разрушительную волну, оказался не в силах сопротивляться агрессии! Пусть и на мгновение, но Зло взяло над ним верх и, наполнив его, изрыгнулось в окружающий мир! Он – ничтожество! Слабая никчемная личность, не способная себя контролировать! И на кого выплеснулась его агрессия?! На Мудрейшего! Старого, хрупкого, безгранично доброго и всеми уважаемого любимого члена общины!

Иванко почувствовал тошноту, и его вырвало. Стало легче, но отвращение осталось, хотелось очиститься изнутри. Он понимал, что с тошнотой наружу вышло Зло, заполнившее в тот момент его сущность. Организм справился и не принял его. Но ведь целую долгую секунду Иванко был в его власти! Значит, не такой уж он мудрый и сильный. Юноша почувствовал себя маленьким мальчиком, чью личность вселенское Зло может одним щелчком расщепить на молекулы и создать из этих молекул неуправляемого монстра. А сколько еще этих всевозможных темных энергий, жаждущих властвовать над человеком?!

– Не переживай, все хорошо! Теперь ты станешь еще сильнее и в следующий раз не дашь агрессии взять над собой верх, – спокойно заметил Мудрейший, и в его взгляде Иванко увидел стальной блеск: старик умел защищаться от нападок Зла.

Иванко бросился к нему на грудь и зарыдал. Он благодарил Мироздание за то, что не нанес вред человеку, которого безмерно уважал, и стыдился, что не смог удержать всплеск агрессии. Осознавая свою ничтожность и беззащитность, юноша инстинктивно пытался спрятаться от могучего Зла, которое высокомерно смотрело на него и торжествовало, потому что нашло в его личности частичку себя и извлекло ее наружу. Теперь Иванко чувствовал свою связь с ним и остро ощущал запах серы. Голос вселенского Зла шептал где-то в глубине его души: «Ты не можешь меня отвергнуть! Часть меня всегда была, есть и будет в тебе!» И это приводило молодого человека в ужас.

Сотрясаясь от рыданий, он всем своим существом потянулся к чему-то очень большому и доброму, что защитит его от этого сокрушающего, всепроникающего взгляда! И этим большим и добрым оказался тщедушный Мудрейший. Иванко, как в детстве, обхватил его за шею и в этот раз, обнимая старика, уже не воспринимал себя крепким и сильным. Наоборот, вспоминая стальной непобедимый блеск в глазах Мудрейшего, осознавая, сколько пришлось пережить этому человеку, усмирившему и поборовшему в себе Зло во всех его проявлениях, сумевшему выстоять, сохранить и преумножить доброту, Иванко понимал, что старец велик и всемогущ по сравнению с ним. Прижавшись к Мудрейшему, юноша ощутил безграничную силу добра и любви, окутывающую и оберегающую его. Любое Зло бессильно против этого хрупкого старца, и, зная это, Иванко постепенно успокаивался. Но мысленно снова и снова возвращался к тому, что только что пережил. Как в один миг испугался, что необузданным всплеском агрессии мог травмировать пожилого и на первый взгляд слабого человека, а через секунду повис у него на груди, ища защиты и чувствуя его беспредельную мощь!

Старик сочувственно поглядывал на Иванко, понимая, что тот испытал. Встреча со своей темной стороной всегда ужасает.

– Но, получается, что Зло живет во мне! – через всхлипы, заикаясь, выговорил Иванко.

– Оно живет во всех, – спокойно заметил Мудрейший, – но прямо сейчас ты впускаешь в себя еще один элемент Зла, который зовется отчаяние. Этот монстр не менее разрушителен для человеческой личности, чем агрессия, он тоже в состоянии довести человека до смерти! Так сложилось, что в каждом из нас присутствуют частички всех энергий, и человек свободен в своем выборе подчиниться им или, проявив волю, изгнать, а освободившееся место наполнить любовью. В нашем мире важно поддерживать в себе свет добра и любви. Этот огонь освещает и согревает, а когда свет достаточно ярок, Зло не сможет приблизиться к твоему сознанию. Но как только ты проявишь слабость, начнешь сомневаться, этот свет затрепещет или погаснет, и тут же легионы Зла выйдут из тени и разожгут свой костер. Вернее, устроят пожар, который сожжет тебя изнутри!

Чей-то теплый влажный нос ткнулся в безвольно опущенную руку Иванко, и шершавый язык лизнул его ладонь. Маленькие львята терлись об его ноги. Мать была рядом, а отец гордо лежал в отдалении. Львица с детенышами подошли вплотную, почувствовав, что человек чем-то расстроен, и переживая за него. Львы давно наблюдали за ними издалека, не решаясь приблизиться из-за шума работающего генератора. Хотели показать недавно народившееся потомство и получить порцию человеческой любви и ласки. Общаясь с ними, Иванко смог перебороть в себе отвращение от увиденного. Реальная жизнь и смешные малыши разбавили яркими красками черное пятно, возникшее в его сознании. Он еще никогда не играл с львятами так самозабвенно, как сегодня. Рядом резвились жизнерадостные беззаботные малыши, не знавшие горя, а в памяти человека всплывали образы мертвых, иссохших животных. В голове чередовались образы: смерть из прошлого и жизнь настоящего. И юноша испытывал осознанное счастье оттого, что в его мире нет насилия, нет смерти, нет погибших животных. Постепенно приходило понимание на глубинном уровне: чем больше он видел Зла того мира, тем сильнее начинал ценить свой реальный окружающий, который раньше воспринимал как естественное состояние вещей.

Мудрейший тоже гладил львят, но мысли его были далеко. Он продолжал искать ответ на свой вопрос, который, как ему показалось, где-то совсем рядом. Но воспоминания отвлекали его от размышлений. «Значит, еще не время», – решил он и всецело погрузился в прошлое. От этих мыслей о минувших днях, полных различных скорбей, лицо его выглядело осунувшимся. А львы, похваставшись народившимся потомством и убедившись, что у людей все хорошо, удалились по своим делам.

Иванко нашел в себе силы вернуться к обсуждению просмотренного сюжета.

– Мудрейший, несмотря на всю мерзость того, что мы сейчас увидели, нам надо это обсудить. Мне не все понятно. Например, что значит деликатес?

– Гм… Деликатес – это изысканное блюдо из мяса редких животных. Пока на планете животных было достаточно, их мясо употребляли в пищу каждый день, а деликатесы, то есть мясо редких, вымирающих видов, ели по возможности или по праздникам. Скажем, как мы – плоды растений.

Когда древний человек смотрел на редкое животное, которые иногда еще встречались на планете, он думал: «Какое красивое существо, а я его еще не пробовал. Любопытно, вкусное ли у него мясо?» Ему было наплевать на красоту и образ жизни этого зверя, интересовало только то, каков он на вкус! Даже в том страшном сюжете, который мы с тобой посмотрели, присутствуют гордость и величие погибающей природы. Качества, давно утраченные древним человеком. Оставшись без пищи и воды, животные погибли, но сохранили свое достоинство. И это немой укор человеку. Они не съели друг друга, а умерли от голода, до последнего защищая своих детенышей. Древние люди вряд ли поступили бы так же: в те времена выживал сильнейший, остальные становились кормом! Ведь, по логике древнего человека, в такой ситуации вполне обоснованно съесть слабых, чтобы выжить сильным.

Мудрейший изменился в лице, вспомнив запах жареного мяса, разделку туши, вопли умирающего животного. Кровь, боль, стоны. И древнего человека, всегда готового предать ради своего благополучия. От этой картины его передернуло.

– Это же до какой степени нужно было деградировать, чтобы, глядя на живое существо, думать: «Интересно, какое оно на вкус?! Давай его убьем и попробуем!» – Иванко смотрел на него округлившимися глазами.

– Да, человек начал есть мясо после катастрофы, произошедшей в древние времена, после того как сделал выбор идти путем смерти. Вслед за тем его связь с Мирозданием стала постепенно истончаться. До катастрофы эфир был плотным, как масло, поэтому человек был все время им пропитан и насыщен. Но в дальнейшем содержание эфира в атмосфере постоянно уменьшалось, он уже не мог напитать человеческое чрево и разум. Физическая оболочка все сильнее придавливала человека к земле и требовала все больше энергии, а значит, пищи. И тогда животные, верные спутники, стали жертвовать собой, чтобы его накормить.

Поначалу людям было сложно принимать такую жертву, ведь они еще не стали потребителями Времен великой скорби. Еще была свежа память о связи всего живого во Вселенной и о том, кем они являются. Древние принимали эту жертву со слезами и благодарностью, прося прощения у каждого умерщвленного живого существа и в целом у Мироздания за то, что вынуждены поедать мертвую плоть. Каждодневно проклинали себя за отступничество, которое привело к такой трагедии. Но через века боль притупилась, вирус эгоизма начинал разлагать человечество, и люди забыли о благодарности, воспринимая такое положение вещей как должное. Они начали истреблять живые существа не только ради пропитания, но и просто ради забавы. И, несмотря на то что со временем баланс пищи восстановился и пожирать плоть острой необходимости уже не было, «разумные» обитатели планеты уничтожили практически все живое. Погасив в себе огонь любви, человек дал возможность разгореться костру алчности, сжигающему его изнутри: ел и не мог наесться, разрушал и уничтожал все вокруг, и ему все было мало. Все сгорало в этом чудовищном пожаре, полыхавшем в сердцах древних. Лишь некоторые общины сохранили заветы своих предков, придерживаясь умеренности, искренне прося прощения у убиваемых животных. Именно эта связь с предками помогла им не сойти с ума во Времена великой скорби и в дальнейшем вымолить прощение у природы и Мироздания, – глаза старика наполнились влагой, он с грустью всматривался в далекое прошлое.

– Нет, я могу допустить мысль, – с горячностью заговорил Иванко, – что, когда не хватает продовольствия, возможны разные варианты: животные либо объединяются с человеком для совместного выживания, либо, на худой конец, жертвуют собой, чтобы накормить его и не дать погибнуть. В общем, в любом случае не дадут ему умереть, это понятно. Но когда человек готов убить из любопытства, чтобы попробовать живое существо на вкус… Такое понять невозможно!

Знаешь, каждый раз мне кажется, что я уже ко всему готов, но очередной просмотр вызывает во мне все большее чувство отвращения и удивления. Как можно было дойти до такой степени падения?! Ведь все живое взаимосвязано. Это то же самое, что смотреть на свою руку и думать: «Интересно, а какая она на вкус?» Человек, как регулятор, должен повышать в себе уровень света за счет осознанности бытия. Чем больше света он излучает, тем сильнее его пульс и теплее волна, согревающая все живое! Проходя через многообразные формы жизни, эта волна преломляется в различные лучи, которые создают яркий рисунок игры света, объединяющий все живое на планете. После увиденного я с омерзением думаю о том, что это были и мои предки!

– Стоп-стоп-стоп! А теперь ты впускаешь в себя еще одну форму Зла – высокомерие и презрение! Видишь, как легко Зло подбирает ключи и открывает в человеке двери? – Мудрейший строго смотрел на Иванко.

– Да я не впускаю, оно как-то само проникает, – с огорчением, по-детски, воскликнул Иванко, в очередной раз сбитый с толку. – Ну а как по-другому можно относиться к этим существам, визуально похожим на нас?!

– В худшем случае нейтрально, а в лучшем с жалостью, ибо они не ведали, что творили. И проживали свои никчемные жизни, идя по натоптанным тропам в вечное никуда. А начав презирать, ты унижаешь живое существо и рано или поздно сам превратишься в высокомерного эгоиста. Не забывай, раз существо создано и живет…

– …Значит, это кому-то нужно! – подхватил Иванко известный каждому ребенку постулат.

– Именно поэтому я забыл свое имя, чтобы ничто не связывало меня с прошлым. Чтобы ничего не вспоминать, а значит, не судить, не презирать и не ненавидеть. Человечество тонуло в собственных нечистотах. Для чего же Мироздание поддерживало жизнь в совершенно деградировавшей цивилизации?! Этот вопрос не дает мне покоя все эти годы. Ведь даже мне с небольшим на тот момент уровнем знаний уже тогда было понятно, что человек не сможет измениться!.. Но я чувствую, что ответ где-то рядом, скоро я узнаю его, и ты, мой юный друг, мне в этом поможешь! – сказав это, старик по-отечески обнял юношу за плечи.

Иванко с восхищением смотрел на него. «Какой же силой обладает этот старик, если в мире, насквозь пропитанном Злом, сумел сохранить в своем сердце любовь и не отравить его ненавистью!»

– Давай сегодня не будем продолжать, – извиняющимся тоном произнес юноша, – мне нужно усмирить проявления негативной энергии в себе. Я чувствую, что Зло еще рядом, – он на прощание тепло обнял Мудрейшего и направился домой, размышляя о том, как Зло, играючи, проникает в него и каждый раз застает врасплох. И каким надо быть подготовленным, чтобы вовремя улавливать, чувствовать такие моменты и выдавливать из себя эти темные сгустки, не давая им возможности укорениться.

4. День четвертый

Прошло несколько дней. Как и после предыдущего просмотра, Иванко пребывал в размышлениях. Заставляя воображение раз за разом прокручивать ужасающие кадры, он внимательно детализировал новые знания и аккуратно раскладывал их по полкам своего разума. За эти дни юноша изменился еще сильнее. Его счастье становилось все более осознанным и обретало ценность. С трепетом теперь наблюдал он за каждым проявлением жизни на своей полянке: не заболел ли олень, не хромает ли енот, нет ли повреждений на крылышках пчелы.

Если еще совсем недавно жизнь обитателей планеты была для него само собой разумеющимся явлением, то теперь он стал понимать, насколько она хрупка. Он даже внешне повзрослел, на лице появились морщинки. Чем глубже Иванко погружался в грязь прошлого, тем больше частиц этой грязи оседало в нем. Она забивала нос, рот, уши. Он ее видел, чувствовал, осязал. Грязь мерещилась ему повсюду: он невольно начал замечать частички Зла в окружающем его пространстве. Каким же отвратительным становился этот хорошо знакомый ему приветливый мир, если смотреть на него сквозь призму алчности, ненависти, гнева! В такие моменты, даже глядя на свои любимые красные маки, он не наслаждался, потому что ощущал таящуюся в них скрытую смертельную угрозу. «Ну вот, даже мои любимые цветы вызывают у меня тревогу!» – подавленно думал он. Природа, чувствуя опасность, исходящую от человека, ощетинивалась, предупреждая, что будет защищаться, и каждый цветок, каждое насекомое станет его недругом, если только он проявит агрессию в ее сторону. Затем, сбросив наваждение, усмирив эти проявления Зла в себе и приглядевшись, юноша понимал, что на самом деле вокруг ничего не изменилось, Зло только в нем самом, оно искажает его восприятие действительности. И еще ценнее становился для него яркий, добрый и счастливый окружающий мир.

Изо всех сил Иванко старался не выпустить из себя, не проронить ни малейшей капли грязи, не допуская даже намека на агрессию или дурные мысли. Все это должно остаться только в нем одном, запечатанное в герметичный сосуд внутри. Ни одна крупица не должна ускользнуть. Раздражение, вспыльчивость, неудовлетворенность – эти новые чувства преследовали его в последние дни. «Вырви розы с корнем! У них есть шипы, они опасны! Оторви крылья пчеле, она жалит ядом»! Зло настырно требовало от него действий. Убеждая, что агрессия находятся в окружающем пространстве, но он не поддавался. Скрупулезно отыскивал в себе причины, пока не выловил все и не упаковал в своем хранилище. Ничего нельзя было упустить. Иначе какая-нибудь темная липучка, притаившись где-то в тени его личности, приживется там и, улучив благоприятный момент, когда Иванко не будет к этому готов, вылезет наружу. Но сейчас, пока сосуд еще не был запечатан, грязь то и дело выплескивалась в окружающий мир то раздражением, то гневом. И даже похотью!

В какой-то момент он почувствовал влечение к Теяне. Не то духовное и возвышенное, а низменное, плотское, физиологическое. Всего лишь на мгновение образ обнаженной Теяны с похотливым зовущим взглядом пробрался вечером в его разум, но этого оказалось достаточно, чтобы испугаться и не спать всю ночь. Как только он спохватился, образ тут же отступил, но ощущение, что Зло в очередной раз шепнуло ему: «Я рядом! Я внутри тебя!» – осталось с ним до утра.

Несколько ночей ему опять не спалось. Если ты решил познать Зло, будь готов к тому, что его бесчисленные легионы придут из тьмы и будут днем и ночью осаждать твое сознание, идти напролом, брать измором и пытаться договориться, пытаясь сделать из тебя дверь в окружающий мир. До тех пор, пока ты, устав бороться, сдашься и станешь игрушкой в их руках либо победишь. Они стучатся в двери твоего разума, сомнениями пролезают в щели сознания, наполняют грязью сердце.

Каким же он был самоуверенным и наивным, когда темные тайны древнего мира еще не были для него открыты! Животные и стихии подчинялись взмаху его руки. В мгновение ока он мог переместиться в любую точку планеты, где ему всегда были рады, или взмыть в эфир в поиске нужных ответов. Все существа во всех лучезарных мирах приветливо встречали человека! Таков современный мир, в котором он живет. Но, как оказалось, все это было на светлой стороне. А есть и темная! Которая живет там, за дверью, и если ее не открывать, то она никогда и не войдет. Но, решившись открыть, хорошенько подумай – готов ли ты к встрече?

«Готов ли я?» – мучился Иванко сомнениями в бессонные предрассветные часы, а Зло, источая едва ощутимый запах серы, коварно улыбалось, протискиваясь в приоткрытую в темноту дверь.

Зло выплескивалось из сосуда, проявляясь то приступами агрессии, то ненависти, то тревоги, а то вдруг, что было для Иванко самым страшным, преломляя его восприятие, вызывало в нем отвращение к бесконечно любимому окружающему миру. Все вокруг как будто выворачивалось наизнанку. По этому поводу Иванко особенно переживал. «А что если я не выдержу? И Зло, вырвавшись наружу, накроет меня навсегда? Сделает своим орудием и с моей помощью разрушит нашу действительность? Вдруг оно поработит меня, и я буду испытывать к жизни лишь отвращение, отравляя все вокруг себя? Начну ненавидеть окружающий мир?!»

И еще большим уважением он проникался к Мудрейшему. Ведь тот не просто знал все формы Зла, но и долгое время жил в мире, находящемся в полной его власти. Когда запах серы был не признаком присутствия метафизических темных существ, а реально существующей составной частью атмосферы планеты! Древний человек дышал Злом! То есть Зло достигло такой степени влияния на человека, что вынудило его создать комфортную для себя атмосферу на планете и практически материализовалось! И даже в такой среде старик сумел выстоять! Не потерял свою личность, не слился с этим Злом! «Значит, и я смогу!» Ему вспомнились сибирские рабы, малочисленные, разрозненные, разбросанные небольшими группами по огромному континенту, задавленные и никчемные, но преображавшиеся в самоотверженных непобедимых героев, стоило им услышать зов Хранителей в своих сердцах. И уверенность снова возвращалась к Иванко. Каждую ночь он без сна ворочался в холодном поту, терзаясь сомнениями, но каждое утро утверждался и принимал бой. Только спустя несколько тревожных ночей юноша почувствовал, что Зло отступило, поняв, что на этом этапе не одолеет человека. Значит, пришло время делать следующий шаг и идти дальше.

Следующим утром он встал пораньше, поприветствовал просыпающийся мир и, осознав, что не ощущает приступов раздражения, отвращения или агрессии, направился к Мудрейшему. По дороге он ласково гладил красные головки маков, с радостью понимая, что они тянутся к его руке, и больше не вызывают в нем чувство необъяснимой тревоги.

– О, а ты еще больше повзрослел за эти дни! – с доброй улыбкой встретил его старик, проницательно взглянув на возмужавшее, с проступившим выражением внутренней силы лицо юноши. – Что ж, встречи с темной стороной жизни накладывают отпечаток зрелости. Битва продолжается, но твое смятение уже уступает место уверенности! Ну, пойдем дальше изучать составляющие тьмы?

Мудрейший с затаенной радостью наблюдал за тем, как успешно Иванко противостоит Злу, и верил, что его ученик победит в битве, ежесекундно происходящей внутри каждого из нас. Это битва добра со Злом. И только она одна имеет для каждого из нас значение.

– Да, Мудрейший, я понимаю: мы должны знать все о том, что может представлять опасность для нашего прекрасного мира. Заводи свою адскую машину! – твердо сказал Иванко и осторожно, будто боясь причинить вред тщедушному телу старика, положил руку на его плечо. Чувство восхищения этим человеком не покидало юношу. Ему хотелось прикоснуться к нему, чтобы зарядиться этой могучей непобедимой силой. Старик понял его желание и незаметно улыбнулся в седую бороду.

Мусорное пятно

– Знаешь, что я тебе скажу, – многозначительно произнес Мудрейший, возясь с аппаратурой. – Если бы мы знали, что скрыто внутри нас, жить стало бы неинтересно. На протяжении всей жизни мы читаем себя как книгу, и каждая страница преподносит нам новые сюрпризы.

Вспыхнул экран. Резкий запах гниения и разложения обдал зрителей. Оба сморщились и зажали носы. На фоне какой-то бескрайней помойки появился корреспондент в противогазе.

– Ох, я же забыл отключить функцию ароматизации! – спохватился старик, – ну, теперь уже ладно, погрузимся в атмосферу тех времен по полной!

– Сегодня противники оптимизации проводят акцию протеста против сброса мусора в океан, – глухо забубнил корреспондент в противогаз. – Мы уже здесь и всесторонне освещаем это событие! После опубликования новых данных по гигантскому скоплению мусора в северной части мирового океана эти активисты все время пытаются сорвать работу транспортников. Для тех, кто не в курсе, расскажу предысторию: ранее это громадное мусорное пятно называлось Большое тихоокеанское мусорное пятно. Однако название безвозвратно устарело, потому что после таяния льдов Арктики и расширения Берингова пролива оно полностью поглотило весь Северный Ледовитый океан и распространилось на часть Атлантического. Большое океанское мусорное пятно, по приблизительным оценкам занимающее территорию в десять миллионов квадратных километров, сформировалось океаническими течениями. Постепенно они сконцентрировали весь мусор в одной области, но из года в год пятно, похоронившее под своим слоем уже две трети биомассы океана, мигрирует. Человек проиграл борьбу мусору, который сам же порождал на протяжении долгих десятилетий, – с шумом втянув в себя воздух, комментатор без передышки продолжил:

– Гигантское мусорное пятно впервые заметили более ста лет назад. С тех пор оно увеличилось в десятки раз, а его толщина в некоторых местах достигает пятидесяти метров. Ученые утверждают, что под пятном образовалась мертвая зона: воздух, который и так истощен в атмосфере, не может пробиться сквозь толщу мусора. От недостатка кислорода водоросли и кораллы погибли. А мелкие частицы пластика, разносимые течениями во все зоны мирового океана, забивают жабры и пищеводы обитающих в нем разнообразных живых существ. Попытки борьбы с пятном, предпринятые в начале XXI века, оказались безуспешными. Корпорации продолжали производить пластик, и, несмотря на все усилия и принимаемые меры, слой мусора только нарастал. В итоге все проекты, направленные на сдерживание распространения мусорного пятна, постепенно закрылись по причине экономической необоснованности.

На всемирной конференции 2076 года ученые объявили о том, что обнаружена подходящая планета-донор, и перебраться на нее экономически более выгодно, чем восстанавливать экосистему Земли. После этого заявления с пятном вообще перестали бороться. Началась новая эра! Эра последнего отсчета! А среди землян завязалась борьба за получение мест в шаттлах, которые доставят их к новому месту жительства!

Искусственный интеллект просчитал и объявил, что всем достойным жителям глобальной нейросети с социальным рейтингом не ниже фиолетового уровня гарантируется место в челноках. Вы прекрасно помните, что после этого началось! На пороге новой эры каждый, даже самый ленивый потребитель, забыв о собственном комфорте, стал прикладывать максимум усилий, чтобы не опуститься ниже фиолетовой зоны! Люди готовы были тратить энергию совершенно бесплатно, лишь бы не потерять место в социуме, а значит, в шаттле! По всему миру началось строительство космических кораблей, стартовых площадок. Оно и понятно, каждому из нас хочется быть причастным к великому шагу! Никогда еще мир не видел такого единодушного сплочения! Человечество бросило новый вызов открытому космосу, и мусорное пятно стало проблемой вчерашнего дня!

Под управлением искусственного интеллекта человечество сплотилось в едином порыве! Оказалось, что мусор – это мощнейший двигатель прогресса, без которого общество никогда не стало бы столь целостным механизмом! Разве можно было представить себе такое во времена, когда каждой отдельной территорией управлял примитивный человеческий мозг, думающий только о себе или о группе соплеменников, а каждый маленький человечек пытался высказать свое мнение, отношение ко всему! Если бы эти устои сохранились, то, вероятнее всего, все закончилось бы грандиозной дракой. И в итоге никто никуда не полетел! Но теперь… Теперь наступила великая эра искусственного интеллекта! Бесстрастного и всепримиряющего! И совсем скоро битком набитые челноки с лучшими представителями человечества покинут задыхающуюся от мусора планету! В строгой очередности: сиреневые! розовые! голубые! И наконец, фиолетовые! Возможно, еще зеленые, но это уже как решит высший разум! Так что стремитесь! Время для улучшения своих показателей, чтобы перейти в зону социального рейтинга повыше, улететь с планеты пораньше и занять в новой колонии места получше, еще есть! Разве не это торжество разума?! Справедливый естественный отбор! Именно после той знаковой конференции все финансирование, предусмотренное на утилизацию мусора, было перенаправлено на строительство шаттлов и организацию инфраструктуры на новой, чистой планете…

Корреспондент неожиданно оборвал комментарий и умолк, слышалось только его тяжелое шумное дыхание в противогазе. После короткого перерыва репортаж возобновился:

– Ну а мы возвращаемся из ожидающего нас прекрасного космоса к нашему пятну. После той конференции ведущим корпорациям, участвующим в строительстве шаттлов, разрешили свозить весь мусор на побережья и вываливать мегатонны прямо в океан! Мы все здравомыслящие люди, поэтому хорошо понимаем, что времени и средств на переработку и утилизацию у нас нет. Что для всех нас выгодно сконцентрироваться на строительстве шаттлов, а значит, бесконтрольная свалка мусора оправдана. Чем больше сэкономлено денег, тем больше удастся построить шаттлов! Следовательно, больше потребителей смогут эвакуироваться. И в этом случае, возможно, получится забрать даже потребителей с зеленым рейтингом! Именно этим сейчас озабочены главы корпораций.

Вереницы транспортников круглосуточно свозят отходы, и в данный момент вы сами можете наблюдать это за моей спиной. Да, зрелище впечатляющее и одновременно ужасающее! Необходимость таких мер мы все осознаем и принимаем. Хотя нет, пожалуй, все-таки не все. Посмотрите, как горстка психически нездоровых активистов, борцов за чистоту окружающей среды, пытается препятствовать работе мусоровозов. Они никак не хотят признать, что борьба с отбросами проиграна! Мусор победил человечество, потому что его утилизация экономически не обо-сно-ва-на! Но эти сумасшедшие бросаются под колеса транспортников, призывая корпорации быть сознательными и сократить выброс в море пластиковых отходов, которые при определенной силе шторма могут изрыгнуться обратно в прибрежные города. Эй, ненормальные! Шли бы лучше повышать свой социальный рейтинг! Ведь и так понятно, что планета не жилец, и челноки уже проходят испытания! Где логика у этих людей? Отсутствует! – со вздохом сожаления сам себе ответил корреспондент. – Они продолжают тешить себя надеждами, что, оставшись, смогут выжить на этой помойке! Внимание, я предупреждаю всех! Эти борцы за экологию наносят урон налаженному алгоритму, сбивая расчетный цикл работы транспортников. А участие в подобных акциях резко понижает их социальный рейтинг. Тем самым они приговаривают себя остаться за чертой, лишая возможности улететь. И если у вас вдруг возникнет желание присоединиться к протестующим, подумайте о том, что таким дестабилизирующим элементам не место в новом мире четких алгоритмов! И помните, что ваши симпатии к очумелым активистам тут же отразятся на вашей облачной личности, а это приведет к неприятному разговору с психологом! Так что следите за собственными мыслями!

Ну а мы с вами, друзья, сегодня своими глазами увидели, как угрожающе увеличился объем мусора с тех пор, как прекратился контроль над выгрузкой отходов. Это говорит о том, что медлить с отлетом, а значит, мешать работе транспортников недопустимо. Мы должны понимать, что корпорации всеми силами стремятся построить как можно больше шаттлов, заботясь об эвакуации всего достойного населения. Ведь, если и вправду случится шторм или землетрясение в глубинах океана, не хотелось бы погибнуть на пороге счастливой жизни в новом, чистом и уютном доме, получив по голове использованной пластиковой бутылкой!

Корреспондент набрал в грудь воздуха и зачастил:

– В то время как человечество в едином порыве стремится как можно быстрее покинуть загрязненную планету, внесистемщики, нарушая созданный алгоритм, мало того что рискуют быть похороненными под грудами высыпаемого мусора, так еще и замедляют строительство шаттлов! Ну что ж, это их выбор! Сыпьте на них мусор! Таким дуракам туда и дорога! – корреспондент глухо засмеялся в противогаз и продолжил: – Хотя, надо признать, после отмены наказаний за сброс мусора в океан скорость увеличения мусорного пятна стала устрашающей. Ученые шутят, что при хорошем шторме, все чаще возникающем в разных частях планеты, эти отбросы способны покрыть взлетные площадки шаттлов, расположенные вдоль океанских побережий. И тогда счастливые обладатели билетов на них не успеют улететь и останутся погребенными под толстым слоем мусора на планете-помойке. Это всего лишь шутка, но, как говорится, в каждой шутке есть доля правды! И чтобы ваша жизнь не закончилась так бесславно, страхуйте свои вылеты от отмены старта космического аппарата из-за океанского мусора! Тот, кто застрахуется от этих рисков, гарантированно получит место в шаттле, улетающем с другой площадки.

Ну и, конечно, делайте ваши ставки, если хотите поймать удачу! Завалит какой-либо космодром мусором или нет?! А можно рискнуть и поставить на то, что никто не улетит! Такая ставка тоже есть! В последнее время планета ведет себя непредсказуемо: то тут, то там происходят всевозможные катаклизмы, а масштабы их последствий и разрушений раз от разу все сильнее. Так что нельзя исключать победу в самых непредсказуемых ставках! И в этом случае жизнь человечества может закончиться так эпически и бесславно: «Оно было погребено под слоем мусора, который само же и произвело!» Ах-ха-ха, это и вправду было бы смешно – прервать жизнь целой разумной, амбициозной цивилизации пластиковым апокалипсисом! Но, даже если вы выиграете и останетесь последним человеком на планете, вы все равно получите свой приз! Слава искусственному интеллекту! Он абсолютно беспристрастен и справедлив! И, пока не отключится вся глобальная нейросеть, вы сможете транжирить свой выигрыш, где только заблагорассудится. Лучшие развлекательные заведения с новейшими биостимуляторами, самой качественной синтетической едой будут рады приветствовать вас. Но мы оптимисты! Мы верим Великому синтезированному разуму, все просчитывающему и все предусматривающему, поэтому расчетное время до отлета у нас с вами еще есть. Как всегда, лучшие коэффициенты на любые ставки только на нашем канале!

– …в новой колонии… – хмуро пробурчал старик и, нажав на кнопку, остановил воспроизведение. – Они называли свои поселения колониями. Как у саранчи. Опять эти говорящие термины. Тогда мы об этом не задумывались. А сейчас каждое такое слово характеризует всю их сущность. Саранча прилетела, устроила на Земле колонию, опустошила и улетела на следующую планету.

Иванко полной грудью вдохнул чистый воздух, и напряжение спало – просмотренный сюжет не был из ряда вон выходящим. Просто вызывал ощущение безысходности от того удручающего состояния, в котором пребывала планета. Ни цветов, ни птиц, ни солнца – только желтый полумрак и мусор, разносимый ветром в разные стороны на многие километры вокруг. И еще вонь от мусора, такая, что перебивала даже запах серы. От этого сюжета не произошло то, чего Иванко больше всего опасался, – прикосновения Зла в новой форме, с которой он еще не сталкивался. Просто беспросветная удручающая грязь. Посидев в тишине, надышавшись кислородом, Иванко прервал молчание:

– А что за странное слово он сказал? По смыслу, как я понял, это всеобщий конец, что ли? Мусорный…

– Апокалипсис, – помог Мудрейший. – Да, все ждали конца света. Долгие века жрецы времени программировали человечество на безнадежность, светопреставление в конце времен. В учениях последних лет, разных предсказаниях и научных домыслах все заканчивалось апокалипсисом. Древние знали, что он обязательно случится, при этом сами приближали его силой своих мыслей, страхов и поступков. Из поколения в поколение во многих уголках планеты людей веками готовили к апокалипсису. Но здесь сыграли свою роль коварство Зла и, как обычно, ловкая подмена понятий. В те времена, когда некоторые люди еще могли выходить в эфир и получать информацию, они в силу своих возможностей расшифровывали увиденные образы и пытались предупредить соплеменников и будущие поколения о том, что жизнь будет тяжелой. При этом всегда старались дать надежду, приободрить. Обычно в предсказаниях описывалось много боли, катастроф и страданий, но это и так было очевидно. Куда деваться, если они сопровождали человека на пути лжи и обмана, который он избрал! Зато после всех тягот обязательно наступал апокалипсис. Он был как надежда. Но надежда в сердце человека – это огонек, и Зло беспощадно боролось с надеждой, превращая ее в безысходность.

Зло прекрасно осознавало свою конечность в конце времен. И понимало, о чем эти предсказания, дающие человеку надежду. Поэтому оно заменило надежду, которую нес в себе смысл этого слова, образом безысходности, или конца света, конца времен, конца всего. И вместо надежды в сердце человека поселились мрачная беспросветность и бессмысленность существования. Долгие века Зло внедряло в сознание людей эту неизбежность. Ведь, когда человек уверен, что все закончится всеобщей смертью, теряется смысл самой жизни, и им проще манипулировать. Хотя на самом деле древние мудрецы вкладывали в слово «апокалипсис» совершенно другое понимание, – старик в задумчивости помолчал, пытаясь сформулировать, – примерно следующее: «На пути, который выбрало человечество, его ждут боль и страдания. Коварное Зло опутает сетями лжи весь мир, вывернет наизнанку истину, но в конце времен наступит апокалипсис. Все маски Зла будут сорваны, а фальшивые ценности отвергнуты! И тот, кто не поддастся чарам морока, будет жить в новом прекрасном мире! Ведь истинное значение слова «апокалипсис» – снятие покрова». Мудрецы пытались воодушевить своих современников, вещая: «Будьте сильными! Терпите, путь познания, избранный вами, тяжел, но в конце времен ложь потеряет свою магию. Морок пройдет, и вы увидите истинное положение вещей!» Ведь в конечном итоге так и произошло! – закончил Мудрейший.

Помолчав какое-то время, будто прислушиваясь к себе, Иванко спросил:

– Как ты считаешь, может, сегодня посмотрим еще один сюжет? В этом эпизоде мне все понятно. Я уже в состоянии воспринимать ту дикость, в которой пребывали древние люди, поэтому увиденное вполне закономерно для их образа жизни и психического состояния.

– Да, можно. У меня тоже нет желания растягивать это сомнительное удовольствие, а не просмотренных нами файлов еще много, – согласился старик. И, пристально взглянув на Иванко, спросил: – Раз уж ты выдержал смрадный запах гнилого мяса и мусора, может, стоит вернуть и голографический эффект? Ну, чтобы ты полностью погрузился в атмосферу того времени.

Иванко пожал плечами, отдавая решение на откуп более опытному товарищу. Мудрейший что-то изменил в настройках и открыл следующий файл.

Авторские права

В то же мгновение оба оказались в центре зала, в котором шло судебное заседание. Сквозь гам послышался голос за кадром:

– Не утихает спор между музыкантом Отродье и скандальным исполнителем МерзкоеВсе об авторских правах на популярный бит «Гребаный мир». Уже несколько месяцев они ломают копья в судах, а их поклонники – носы друг другу на улицах, выясняя, кто же является автором этой интеллектуальной собственности. В яростных стычках уже погибло несколько человек. Кстати, вы можете сделать ставки, сколько еще смертей принесет это противостояние! Как всегда, лучшие коэффициенты только на нашем канале! Отправляйте свой сигнал, и после каждого случая новой зафиксированной смерти наша недремлющая нейросеть тут же будет посылать вам импульс прямо в мозг! Никакого подвоха! Беспристрастная нейросеть не заинтересована в личном обогащении или обмане, поэтому в основе нашего нового нарождающегося общества лежит справедливость! И каждый из нас добровольно подписал конвенцию, доверив верховенство власти, разума и воли над собой Высшему искусственному интеллекту, став маленькой деталькой в огромном механизме! Хочется еще раз воскликнуть: слава Великому искусственному интеллекту! Объективному и одинаково справедливому для всех! Так что, если вы в нашей нейросети, будьте уверены – свой выигрыш вы точно не проспите!

А мы возвращаемся в зал судебных заседаний. Такой случай произошел впервые и имеет все шансы стать прецедентом! Все дело в том, что популярное музыкальное произведение попало в сеть одновременно с аккаунтов обоих исполнителей. Такой алгоритм в судебном протоколе не прописан, поэтому виртуальная судебная коллегия в области интеллектуальной собственности не может вынести решение о том, кто же признается автором этого творческого продукта. Голосуйте, нам интересно ваше мнение, какой стороны придерживаетесь вы!

Экран разделился пополам, транслируя одновременно две версии клипа «Гребаный мир»: обнаженные существа усредненного пола смешанных биологических видов – полулюди-полуживотные – в такт бита изображали сексуальные желания. В руках у них было оружие, вокруг разбросаны наркотики, биостимуляторы. Существа мазали друг друга грязью, оскорбляли и унижали. В том, что происходило на экране, не было никакой смысловой нагрузки, принципиальной разницы в сюжете Иванко тоже не увидел, а предмет спора вообще остался для него загадкой.

Все сюжеты, просмотренные до сегодняшнего дня, содержали в своей основе ненависть, унижение, оскорбление, агрессию. И эти производные Зла Иванко уже научился сегментировать. Если общество поощряет деградацию, наивно думать, что в следующем сюжете появится что-то приятное или полезное. Юношу занимали другие вопросы… Во-первых, о какой музыке идет речь в этом видео: низкие тревожные вибрации, шум и утробное рычание исполнителей, которые звучали с экрана, напоминали скорее работу дизель-генератора. А во-вторых, где здесь интеллектуальная собственность и что такое авторские права?

Вникать в происходящее на мониторе не было смысла. И, пока продолжалась эта вакханалия с бессмысленным извлечением утробных звуков из гортани, Мудрейший, уменьшив громкость, начал говорить:

– Как бы тебе это объяснить… Деградация коснулась всего, в том числе и музыки, которая вырождалась вместе с людьми. Ведь человек может улавливать только тот уровень вибрации, на котором находится сам. Агрессивные, резкие, тревожные звуки, которые ты сейчас слышишь, те люди воспринимали как музыку, потому что эти вибрации находили отклик внутри них. Ну а набор невнятных звуков вместо глубоких образов, облеченных в словесную форму, это уже выражение умственного состояния и мыслительной деятельности самого человека. Вообще, это хороший сюжет, – подумав, заметил старец. – Музыка, пусть даже такая, вечна. Послушав ее, ты можешь безошибочно составить портрет среднего человека того времени. Понять, какие энергии наполняли людей в тот период, какой мир их окружал, о чем они переживают.

– Да, мне кажется, в этом сюжете хорошо раскрывается их внутренний мир и ход мыслей, вернее, отсутствие мыслей, – еще не до конца уверенный в своем выводе, пробормотал Иванко.

– Ты все правильно говоришь. Мыслительная деятельность в том виде, в котором ты ее понимаешь, практически полностью отсутствовала! – подбодрил юношу старик.

– А вообще, этот ролик, – уже более твердо продолжил Иванко, – говорит о мировосприятии древних людей гораздо больше, чем все другие, которые мы до этого просмотрели. Ранее я пытался найти какое-то объяснение и оправдать их поступки, потому что не мог проникнуть в глубину их сознания, понять логику. Я был не в состоянии поверить, что там кромешный мрак и полная пустота, но музыка помогла мне убедиться в этом. Теперь все стало ясно. Состояние человечества того времени удручает. После прослушивания бессвязного мычания, которое они считали музыкой, у меня возникает подозрение: а человек ли это вообще? Хотя визуально он и похож на нас. Я даже не могу уловить мелодию – просто набор обрывистых лишенных смысла резких звуков, основанных на тревожных вибрациях.

– Таким и был человек: бессмысленный набор не связанных между собой функций, которые еще и постоянно конфликтовали между собой. Сердце с разумом, разум с желаниями, желания с возможностями. Кстати, это вызывало огромный рост самоубийств...

– А о чем вообще идет спор? Что за авторские права?

– Потребительский ум устроен так, что стремится присвоить себе все, чем пользуется, что видит или слышит. Еще не долетев до Луны, древние люди уже вовсю начали торговать там участками…

– Зачем? – не сдержавшись, перебил Иванко и недоверчиво уставился на Мудрейшего. Тот пожал плечами: у него не было ответа на этот вопрос.

– Так и с музыкой, – продолжил старик после небольшой паузы. – Нам с тобой понятно, что музыку, как и математику, никто не придумывает. Что во всем есть гармония, математическая, графическая или музыкальная, и что суть во всем одна и та же – закономерные последовательности. Пространство пронизано этими последовательностями: вертикально – из глубин времен в будущее, и горизонтально, связывая все, что находится в текущем моменте. Горизонтальная считывает музыку, наполняющую это мгновение, поднимается или опускается в зависимости от развития общества в данный момент времени, ежесекундно отправляя эту мелодию в глубокие слои Мироздания. И весь космос знает, каково общее состояние дел на такой-то планете в определенной точке Вселенной. А теперь представь, какую музыку, идущую с планеты Земля, слышало Мироздание в то время?! Не связанные между собой отрывистые звуки, по сути – просто набор случайных тревожных, агрессивных колебаний, нарушающих тишину. Сплошная какофония!

Человек не создает последовательности. Он берет их из общего хранилища образов, построенных по единому закону гармоничного порядка. Чем глубже умиротворение внутри человека, тем более тонкие и сложные гармонии он может слышать. И если у тебя есть особый дар, позволяющий проникнуть в эфирную библиотеку последовательностей, ты счастливый человек, потому что можешь улавливать находящиеся там музыкальные образы и благодаря своим способностям передавать их в материальный мир, делясь с окружающими. С помощью нот, голоса, музыкальных инструментов ты транслируешь эти сформированные образы всем людям, вызывая у них различные эмоции, и благодаришь Вселенную, что именно тебе открыт доступ в такую библиотеку. Но древние относились к этому потребительски, как и ко всему остальному. Получив в дар жизнь, они не испытывали чувства благодарности. А вместо восхищения гармонией окружающего мира присваивали ее себе и разоряли все вокруг. Так и с музыкой. Те, кто еще ухитрялся проникнуть в лучезарную библиотеку гармоний, толкаясь, с алчностью хватали самые примитивные созвучия и присваивали их себе. Понимая, что, чем проще созвучие, тем оно более востребовано, а значит, легче будет его продать. А когда примитивных созвучий не осталось, забирали просто обрывки и материализовывали на Земле с целью наживы. Подобрав все, что можно хоть как-то интерпретировать, с остервенением рвали между собой на еще меньшие части, при этом каждый пытался прикарманить хоть маленький кусочек. Вот так музыка деградировала и перестала позитивно влиять на людей.

Мудрейший замолчал.

Иванко не нужно было все это рассказывать, он уже и так многое понимал. Но не прерывал старца, догадываясь, что тот хочет что-то осознать для себя. А когда Мудрейший закончил свою мысль, тут же подхватил его размышления, как бы сверяя со своими:

– Никто не создает музыку. Есть гармония – упорядоченная последовательность звуков, и какофония – хаотичная и случайная последовательность. Все в мире принадлежит всем. Любой может подключиться к океану информации, переведенной человечеством из эфирного облака в материальное состояние, и найти то, что ему нужно. Мы для того и знакомимся с другими людьми, организовываем межтерриториальные встречи, праздники, чтобы поделиться своими открытиями, переживаниями, мелодиями, расширить круг общения, подключаясь к большему числу землян. Ведь каждый из нас настроен на индивидуальную волну общения с Мирозданием, и любой опыт из жизни всякого человека уникален и неповторим! Пропуская через себя эмоции другого, ты накладываешь его опыт, понимание, знание на свое мировосприятие. При этом мы создаем все больше и больше связей, вырабатывая общий опыт и объединяясь в организм под названием «человечество». Посылаем мысленно друг другу теплые письма, обмениваемся эмоциями и знаниями, чтобы ежесекундно наполнять эфир новыми переживаниями и приятными эмоциями, которые разноцветными облаками разносятся по всей Земле. И в самых удаленных уголках Вселенной с планеты Земля слышится душевная музыка, состоящая из счастливых вибраций!

Ты – капля в океане, ничтожно маленькая и беспомощная. Но, если ты слит с другими каплями – что может быть мощнее?! Если ты прозрачен и твое сознание не замутнено, сквозь тебя видно все, что тебя окружает. И ты точно так же, вспомнив о ком-то на другой стороне планеты, можешь посмотреть, что происходит там. Потому что осознаешь и принимаешь то, что ты часть этого океана. Когда ты хочешь, твои чувства одновременно находятся везде! По всей планете!

– Да, а в те времена люди были скорее похожи на камни на дне того же океана, – подхватил уже Мудрейший размышления юноши. – Каждый закован в непробиваемый тяжелый панцирь, над которым довлела толща негативного информационного поля. Каждый пытался спрятать внутри себя то, что считал ценным и очень важным: свои страхи, слабости, сомнения. Так они и лежали на дне в темноте, видя только то, что находилось в непосредственной близости, и не осознавая происходящего за рамками их кругозора, – старик замолчал, но теперь уже Иванко продолжил его мысль:

– Особенно меня поражают женщины того времени. Суть женщины – вбирать энергию своего мужчины и гармонизировать его состояние, придавая ему уверенности и осмысленности в поступках. Она более уязвима, поэтому должна быть осмотрительной и максимально… э-э-э…

– Целомудренной! – помог Мудрейший с улыбкой.

Иванко не знал таких определений, потому что это было естественным состоянием современной женщины.

– А тут абсолютно нагие… э-э-э… тела, выворачивающие себя наизнанку! Да и не поймешь, это вообще женщины или нет, – неуверенно пробормотал юноша. У них же внутри ничего не остается! Миллионы глаз, глядя на эти тела, мысленно уже вступили с ними в контакт, используя просто для сброса негативной энергии как мусорный контейнер! Я увидел в этих телах только скопление грязи! Единственная их функция, которую я сумел уловить, собирание мужского негатива и похоти! А мужчины? Раз на экране постоянно голые женские, и не только, тела, значит, это было востребовано! Но это же просто тело! Пустое, мертвое тело, биомасса... Что может связывать два тела? Мысленные образы человека со временем находят воплощение в материальном мире. Чем больше одинаковых образов создают люди, тем быстрее они воплощаются. Выходит, мужчины того времени мечтали о бездушном похотливом теле, раз женщины приняли такой облик? – Иванко с таким пониманием говорил о похоти, потому что однажды уже почувствовал ее признаки в себе и, не дав ей закрепиться, без сомнений и сожалений изгнал из своего сознания.

Мудрейший, уловив этот момент, пристально посмотрел на юношу, бойко рассуждающего о похоти, в то время как лицо его было залито румянцем. А тот, зная, что Мудрейший видит его насквозь, впервые захотел спрятать свой внутренний мир от окружающих глаз. Стыд, неловкость, стеснение стали для него новыми чувствами, извлеченными из сегодняшнего урока.

– Да, коллективная мечта, навязанная мужчинам, именно так и выглядела: бездушное красивое тело, постоянно демонстрирующее сексуальное вожделение. И в конце концов они получили материализацию своего желания, от чего сами же потом и страдали, ведь утолить аппетит любой формы Зла невозможно, в том числе и похоти! Будучи неутолимой, она выжигает в человеке все другие энергии, связывающие мужчину и женщину. И остается только ненасытная физиология.

– Как же мерзко выглядят эти древние люди! Они, видимо, не догадывались, что прятать свое естество за лицемерными улыбками и обливать себя ароматическими веществами бесполезно. Поступки и желания, въевшиеся в саму сущность, так или иначе находят отражение во внешности и смердят. Все они кажутся мне неприятными существами, пытающимися спрятать свою истинную природу друг от друга. Ведь для нас же апокалипсис наступил! Покров снят! И мы все видим в истинном свете! – пришел к заключению Иванко. – Каким бы ароматом они себя ни поливали, я вижу капли пота на их лбах и понимаю, как мерзко они воняют! От нас, современных людей, им не скрыться!

– Да, ты точно заметил: все пороки рано или поздно проявятся в твоем облике. Никакие лицемерные улыбки, лживые слова или ароматные благовония не в состоянии заретушировать твоей сущности. Только заметить это способен лишь тот, в ком пороки отсутствуют. А таких тогда не было!

– Как не было? А ты? – удивленно уставился на него парень.

– И я тоже. Такие, как я, ползали в том кошмарном бытии, словно слепые котята, пытаясь найти в мире любовь и заботу. А не находя, отказывались существовать по тем правилам, просто отвергая вывернутую наизнанку окружающую действительность. Ничего мы тогда не видели. Только сердце подсказывало, что все неправильно, что вести себя соответственно законам того времени – противоестественно. Это единственное, что мы тогда понимали. Несчетное количество законов издавалось якобы для защиты людей, заботы о них и помощи. На самом деле вся эта показная справедливость была формальной и бездушной, а значит, аморальной.

В очередной раз Иванко оказался в тупике. Как и при обсуждении других сюжетов, ему было сложно представить убогость мыслительных процессов мужчин из прошлого, которые создали в своем воображении коллективный образ похотливого тела, отбросив при этом важнейшие аспекты женской сущности – заботу, материнство, любовь. Коллективный мужской мозг настолько деградировал, что не в состоянии был этого осознать. А женщины, как и предписано Мирозданием, стали воплощением того образа, который требовала мужская часть общества, превратившись в чувственный кусок живого мяса.

Юноше проще было проникнуть в сознание оленя или енота, чтобы объяснить себе смысл их действий, чем понять древнего человека, вывернувшего себя наизнанку. Хотя тот и был более близким ему по форме существом.

– Сам смысл отношений мужчины и женщины, в основе которого лежит рождение детей, был уничтожен, – не сбавляя темпа, продолжал Мудрейший. – Этот длительный процесс меняет форму тела и подразумевает ответственность. Поэтому его начали воспринимать как пережиток. Рожать детей стало не модно! На это просто не было времени. О, опять время, любимый инструмент Зла! Приходит новое время, и вечное, неизменное Зло предстает в новом ракурсе… но об этом мы поговорим позже… – старик запнулся и вернулся к прерванной теме: – Понимаешь, когда в семье ждут ребенка, нет времени, есть мгновения! Первое осознание, первое шевеление, рождение. Эти моменты неповторимы и остаются в памяти навсегда. Каждое изменение – это счастливые мгновения создания новой Вселенной, и будущие родители помнят только их, а не следят за временем. Но в те годы Земля уже настолько ускорила вращение, пытаясь повысить вибрации и сбросить с себя паразитов, что времени, которое также незаметно ускорилось, для того чтобы ходить беременной и рожать не находилось. Те, кто имел желание, а вернее, сохранившийся рефлекс и возможность, делали это искусственно. Успешные женщины, как курицы, откладывали яйца в биолаборатории. Конечно же, они были лишены таких счастливых мгновений.

Похоть – одна из форм Зла, – переключился Мудрейший. – Один из движущих его рычагов! Сколько преступлений совершалось из-за похоти! Под нее писались законы! Создавались целые религии. Как и другие формы Зла, похоть ограничена течением времени: сначала ты готов полжизни отдать за то, чтобы воспользоваться чьим-то красивым молодым телом, а после теряешь интерес. Это похоже на бег по кругу: мужчины зарабатывали деньги, чтобы тратить на молодые женские тела, потом старели и, когда деньги кончались, становились одинокими. Женщины старались найти мужчину побогаче и удержать его подольше, но со временем тоже старели, и все повторялось: когда у мужчин пропадал к ним интерес, они становились такими же одинокими. Пары расставались, не испытывая стыда: оба партнера были эмоционально разрушены от такой жизни. Они понимали, что стареют и наступает время, когда нужно будет заботиться друг о друге, а это…

– …экономически необоснованно! – закончил за него Иванко.

– Молодец! – удовлетворенно улыбнулся Мудрейший. – Их жизнь, а вернее бессмысленный бег по кругу заканчивался. Появлялись целые мегаполисы пожилых одиноких, никому не нужных людей, потративших жизни на утоление неутолимых пороков. Но река времени текла по виткам спирали дальше. Случайные дети, рожденные в течение этих никчемных жизней, уже подрастали, и все начиналось заново. Фундамент, то есть основа, состоящая из генетической памяти и связи с Мирозданием, с каждым поколением разрушался, от родителей дети не получали мудрости. Понятие истины становилось все более размытым. И найти выход из этого замкнутого круга, проявив волевое усилие и понимая, почему это нужно сделать, становилось все сложнее и сложнее, – грустно завершил старик. Лень и комфорт стояли во главе угла существования древнего человека. Даже вселенское одиночество не пугало его и не мотивировало к общению с себе подобными.

– Но ты говоришь, что дети рождались. Значит, все-таки были те, кто не блокировал репродуктивную функцию и размножался? Ведь зачатие – это момент ликования, когда два материальных воплощения двух энергий, мужчина – космической, и женщина – земной, принимают решение, объединив свои миры, создать новую жизнь. Они заключают союз Неба и Земли, чтобы произвести на свет нового человека! И в момент зачатия Вселенная ликует на всех планах бытия!!!

Зачать ребенка – величайшая ответственность! Ты должен быть уверен, что духовно созрел и в состоянии произвести на свет гармоничную личность. Осознавать, что образ будущего человека с определенными качествами полностью создан тобой и уже существует во Вселенной. Ты не вправе разбрасываться физическими телами, ведь они прекрасны и сделаны с такой любовью! Поэтому поселить в такое тело можно лишь четко сформированный образ! Тебе остается только пригласить его, дав возможность физически воплотиться. Если ты не уверен, что можешь создать Творца, нет смысла в зачатии! Например, мы с Теяной очень хотим, чтобы у нас появился маленький человечек, но пока не дошли до такой степени развития, чтобы приступить к созданию новой Вселенной. И она, и я понимаем, что еще не совсем сформировали его образ. А поскольку древние люди умудрялись размножаться, значит, они все-таки были не такими уж никчемными? Ведь так, Мудрейший? – с надеждой спросил Иванко.

Старик, подумав, покачал головой и начал объяснять:

– Я не оговорился, сказав, что рождались случайные дети. В последние времена люди и не думали о размножении… Они не умели управлять своим организмом, поэтому функция репродукции работала в автоматическом режиме. Осмысленности не было. Весь процесс ограничивался физической близостью с мышечным спазмом в конце. В основном они делали это для того, чтобы сбросить переполнявшую их негативную энергию. Иногда это приводило к зачатию и рождению нежеланных детей, у которых не было четкого образа целей и задач на свою жизнь. Просто трата физических оболочек. Сознание людей, рожденных таким способом, не было отягощено пониманием смысла жизни. Поэтому смысл им давала система. Воспитанные ею в пластиковом мире, они жили с целью удовлетворения мелких потребительских инстинктов, выполняя несложные бессмысленные функции, возложенные на них системой. И мужчины, и женщины по отношению друг к другу были потребителями, то есть пользователями. Мужчины, не доверяя женщинам, просто пользовались ими, и наоборот. Даже приняв решение жить вместе, они продолжали не доверять друг другу. Это было сожительство физических тел, а души оставались запертыми. Каждый скрыт под своим панцирем, как я уже говорил, словно камни на дне океана. И дети у них были как камушки. Еще маленькие, но уже полностью отвердевшие и запертые в себе. Даже родители не знали, да и не пытались узнать, что происходит у них внутри.

Иванко тщетно старался представить себе изолированное существование обособленных физических тел. Привыкший быть открытым всему миру, делиться энергией с окружающими и получать от них энергию в ответ, при этом еще ловить силу космоса и Земли, а поймав, захлебываться от счастья, он не понимал, как можно запереться от всего мира? Добровольно превратить свою жизнь в затхлый темный чулан и сгноить в нем свою личность! Юноша не мог вообразить совместную жизнь с человеком, который не является с тобой одним целым. Не понимал, как это – быть оторванным и от Земли, и от космоса, жить под панцирем, куда не проникает ни одна молекула живой энергии. При всей его богатой фантазии никак не получалось осознать это убогое существование в конце Времен великой скорби. Все потуги привели к тому, что у него сформировался лишь образ огромной груды камней, наваленных кучами в многоэтажных домах и наполненных застоявшейся энергией, которые давили друг на друга и стонали под тяжестью своей массы. Отделенные от космоса плотным слоем ненужной информации, они ненавидели все вокруг из-за своей беспомощности, из-за тесноты и невозможности пошевелиться, чтобы что-то изменить в собственной жизни.

В мыслях опять всплыл образ Теяны. Сжимая ее в объятиях, он погружался в теплую, заботливую женскую энергию, обволакивающую всю его сущность и проникающую до самого сокровенного слоя. С закрытыми глазами предвкушал блаженство, которое они будут испытывать, когда решат создать союз. А в ушах слышалось: «Мышечный спазм, иногда приводящий к зачатию». И он заново пытался абстрагироваться от глубинных слоев и сконцентрироваться на самом примитивном физическом, чтобы понять психологию древнего человека. Но, как ни старался, не мог упростить свое мировосприятие до мышечного спазма.

– Люди были закрыты, – со вздохом прервал его тщетные попытки Мудрейший, – лицемерие стало сущностью большинства: на лице улыбка, а помыслы алчны, злобны, коварны. Лицемерие, как щит, снаружи защищало человека от внешних эмоциональных посягательств, а изнутри не давало возможности высвободить энергию творца, потому что даже наедине с собой человек боялся быть искренним. Так он и варился заживо в собственном соку. Это был мир одиночек, боявшихся оценки безликого большинства. Они не могли сплотиться в едином мысленном порыве, чтобы сотворить что-то великое. В физическом плане человек пытался спрятаться от природы в бетонных крепостях, понимая, что рано или поздно придет расплата за те надругательства, которые он над ней совершил. А в эмоциональном боялся показывать свои чувства, предав энергию доброты и любви, впустив в себя ложь, эгоизм и лицемерие

.

«Стаи птиц или косяки рыб, открываясь друг другу, создают замкнутые системы коллективного разума для тех сообществ, в которых они живут. Двигаясь, они образуют причудливые живые узоры. Даже у этих существ доверия друг к другу больше, чем у древнего человека к своему соплеменнику. А все живое в общем движении создает гармоничную живую картину, красивую и каждый день разную. Все, кроме человека!» – проносилось в голове у Иванко.

– Неужели люди деградировали настолько, что стали хуже рыб? – вырвалось у него.

Мудрейший усмехнулся. В современном мире не принято закрываться от окружающих. Полное доверие друг к другу, ибо невозможно даже помыслить, что кто-то воспользуется твоей искренностью и причинит тебе вред. Такова коллективная терапия. Максимальная открытость своего сознания. Мы все нуждаемся друг в друге! Потому что иногда со стороны лучше видно, если вдруг какая-то тень коснется твоей души. Другим проще ее обнаружить и указать на ее существование в тебе. А когда все друг перед другом открыты, заботятся друг о друге, тени тоже лишний раз стараются не проявляться, чтобы не быть опаленными светом. Всеобщее доверие и искренность – один из принципов, прививаемых молодежи мудрыми старцами. Теперь Иванко понимал, для чего он нужен.

– Доверия не было не то что к другому человеку, – Мудрейший отвечал не на заданный юношей вопрос, а на ход мысли, который видел в его разуме, – даже самому себе человек уже не доверял. Он верил только бездушной системе, которую сам создал и которой очень гордился. И почитал ее за Создателя. Системе, позволявшей людям отбрасывать совесть, мораль, заботу, ставя во главу угла оптимизацию и экономическую обоснованность. Страшно говорить, но в конце эгоизм развился настолько, что детей стали растить для того, чтобы менять себе выходящие из строя внутренние органы! – поняв, что сказал лишнее, старик осекся и замолчал.

Представив это, Иванко вновь ощутил, как комок тошноты подкатил к горлу.

Вечерело. В последних отблесках заката рдели облака. Теплый ветерок нес с полей душистые ароматы цветов. В атмосфере царившей в природе тишины и покоя беззаботно резвилась на лугу семья оленей. Мудрейший нажал на кнопку, и генератор, поперхнувшись, заглох. Путь познания, по которому они с Иванко шли в последнее время, отнимал много сил, душевных и физических. Пропуская через себя все нюансы жизни в древние времена, Времена великой скорби, как называл их старец, анализируя каждую деталь и каждую ошибку, оба эмоционально истощались. Старик, оттого что переживал все это заново, а Иванко – от безуспешных усилий понять логику древнего человека. От всеобщей несправедливости и унизительной для личности деградации. От варварского отношения древних к матери-Земле, Мирозданию и к самим себе. От Зла, которое волнами то накрывало его с головой, то отступало, давая возможность вздохнуть. Устав от всего этого, оба просто сидели в созерцании уходящего дня, ни о чем не думая. И когда генератор затих, одновременно почувствовали себя микроскопическими, но очень важными частичками этого огромного прекрасного мира. Такими же важными, как пчелы, спешащие домой с медом, пасущиеся на лугу олени или птицы, провожающие уходящий день бесконечным многоголосьем.

– Мудрейший, я останусь ночевать здесь? – Иванко босыми стопами осязал, как Земля подпитывает его своей энергией. – Не хочу сбивать волну, которую сейчас поймал. Если уйду, она потеряется. А утром сразу и продолжим.

– Конечно!

Старик ушел по своим делам, оставив друга наедине с огромным миром. А Иванко вскоре заснул, безмятежно и крепко. Это место было пропитано силой и светом Мудрейшего, победившего в себе все аспекты Зла, поэтому даже самые незаметные тени опасались сюда приближаться.

5. День пятый

Поединок

Из глубокого безмятежного сна Иванко вырвал треск генератора. Мудрейший, не теряя времени, уже хлопотал над ним.

– С добрым утром! Ты же сказал, с самого утра продолжим! – помахав ему, бодро прокричал старик.

Умывшись росой, еще не совсем проснувшийся Иванко побрел к бездушным грохочущим предметам, которые в ближайшее время будут выбивать из него гармонию и умиротворение.

– Ну, что там у нас сегодня? – пробурчал он, зевая.

Мудрейший нажал на следующий файл, и они оказались в центре разгоряченной галдящей толпы. От резкого шума, моментально заглушившего пение птиц, Иванко поморщился. Комментатор кровожадным голосом пытался перекричать рев, захлебываясь от восторга:

– Сегодня нас ждет величайшее событие: здесь, на этой арене, состоится бой за титул последнего абсолютного чемпиона планеты Земля по смешанным единоборствам! Целый год шли отборочные соревнования, в которых принимали участие лучшие бойцы со всех уголков планеты. И, наконец, во-о-о-от он, долгожданный фи-и-и-ина-а-а-ал! Сколько славных спортсменов лишились жизни и здоровья в ходе предстартовых состязаний! Но, поверьте, игра стоит свеч! Координаторы утвердили график отлета шаттлов, он уже выложен в нейромире нашей телекоммуникационной компании. Внимание! Вы можете ознакомиться с ним одними из первых на планете и узнать, когда состоится ваш рейс, если, конечно, вы житель нашей нейросети! Как это волнительно! Открою вам секрет, все отлеты состоятся в этом году. И победитель сегодняшней схватки останется в наших сердцах последним чемпионом планеты Земля!!! Но и это еще не все! О-о-о-он… – нараспев протянул комментатор, взвинчивая голос до визга, – имеет ша-а-а-анс стать единственным чемпионом сразу двух ми-и-и-иров, старого и нового! Разумеется, если в дальнейшем одержит победу на нашей новой космической родине! Это сенсация! Это дорогого стоит! Поверьте мне, бой обещает быть жарким. Можно смело сказать, бой не на жизнь, а на смерть! – пафос в тоне корреспондента зашкаливал.

– Напомню, что первые летальные исходы на стадии отборочных соревнований породили среди юристов долгие дискуссии о правомерности подобных явлений, моральности и этике. Они длились до тех пор, пока вопрос о смерти на арене не был отправлен в высшую арбитражную инстанцию искусственного разума. И-и-и-и… – последовала долгая театральная пауза, – Великий искусственный интеллект, взвесив все за и против, оценив стоимость жизни, доход от трансляций, рекламных кампаний, вовлеченности зрителей, страховые выплаты участникам и другие одному ему известные факторы, пришел к выводу, что смерть во время соревнований такого уровня экономически обоснована! Я повторюсь, – комментатор захлебывался в эйфории, – гибель спортсмена во время проведения поединка больше не считается убийством или несчастным случаем!!! Спортсменам теперь не нужно себя сдерживать! Еще одну табу снято! О, Великий искусственный разум, оптимизатор всех процессов и бесстрастный арбитр, как же мы жили без тебя?! Зашоренные и закомплексованные! Не осмеливаясь открыто взглянуть своим инстинктам в глаза! Прикрываясь совестью и моралью, которые сковывали свободу наших действий! Ты избавил человека от придуманных ограничений и снял с него все моральные вериги! И сегодня мы сможем насладиться величайшей честной битвой, предвкушая, что бой будет до последнего вздоха! Ставки побили все рекорды, так что вер-р-р-роятность этого чрезвычайно высока! Не случайно билеты на финальный поединок были раскуплены еще полгода назад! Нас всех ждет незабываемое зрелище! Ставки, ставки! Они зашкаливают, а коэффициенты летят в небеса!

«Интересно,– рассуждал про себя Иванко, – получается, что древним людям мешала человечность. Она сдерживала животное начало и мешала ему вырваться наружу. И, как только появилась возможность, они, недолго думая, предали все человечное в себе, торжественно отдав свои судьбы в распоряжение бездушной системе. То есть доверили ей контролировать свое животное начало, превратившись в аморальных, циничных биороботов».

Мудрейший и Иванко тревожно огляделись по сторонам. Их окружали голографические болельщики на трибунах. Адреналин бурлил. Если Мудрейший, который помнил развлечения старого мира, держался стойко, то Иванко от мигания стробоскопов, громкого шума взбудораженной толпы и исходящей от нее животной разгоряченной энергии очень быстро почувствовал себя крайне некомфортно. Липкий пот животного возбуждения скатывался по спине. Он с удивлением ощутил его неприятный запах. «Это что, от меня так отвратительно пахнет?!» – с ужасом осознал он и смущенно заерзал, переживая, что Мудрейший тоже учует этот запах.

Как ребенок, чувствующий опасность, он инстинктивно взял старца за руку, чтобы не затеряться в толпе и знать, что кто-то близкий рядом. Это произошло само собой, ведь разумом он понимал, что перед ним всего лишь иллюзия, как и тот древний мир, в котором невозможно было жить, сохраняя здравый рассудок. Но так ему стало спокойнее.

Шум, гам, дым… На арене появились бойцы, и переполненные адреналином и ненавистью зрители встретили их ревом. Потеряв контроль, они были готовы разорвать друг друга! То тут, то там вспыхивали яростные потасовки, и камера тут же фокусировалась на дерущихся. Их никто не разнимал, участники стычек падали с балконов вниз, оттуда их уносили на носилках. А на освободившиеся места незамедлительно продавали новые билеты. Люди давили друг друга на входе. От всеобщей ненависти и неимоверного количества адреналина, растворенного в воздухе, сердце Иванко бешено стучало.

Перекрывая рев и гул трибун, в эфире прозвучало бессчетное число рекламных объявлений, предложений сделать ставки и застраховаться. И только после этого начался бой. Комментатор, не жалея сил, то хрипел, то визжал; трибуны неистовствовали, а на арене брызгала кровь, жадно снимаемая в упор камерами с разных ракурсов. Гематомы все плотнее покрывали лица спортсменов. Какие-то правила все-таки существовали, потому что рефери несколько раз разнимал участников, готовых зубами перегрызть друг другу глотки. В конце концов один из противников рухнул и перестал подавать признаки жизни. Рефери отсчитал, и бой завершился гонгом. Выбежавшие на арену люди в белых халатах зафиксировали смерть бойца. Толпа, полностью утратив человеческий облик, превратилась в ревущее стадо. Не в силах успокоить разбушевавшийся гормон стресса, зрители на трибунах сцепились, не разбирая, кто с кем. Бойня, которую никто не пытался остановить, длилась до тех пор, пока из толпы не вышел весь пар. После чего потасовка прекратилась. Одни были охвачены эйфорией от победы, другие убиты горем из-за поражения. Те, чьи ставки не сыграли, проклинали погибшего спортсмена, потому что этот слабак лишил их выигрыша. Тело проигравшего спешно вынесли с арены на носилках, пол тут же вытерли от крови. Победителя подбрасывали на руках, и, хотя голова его неестественно болталась от полученных травм и усталости, он с усилием поднимал над ней пояс чемпиона.

– Вот он, последний победитель в истории планеты! – пробился тем временем сквозь шум и гвалт комментарий осипшего ведущего, остальные его слова растворились в общем оре. Герой, поддерживаемый секундантами, едва стоял на ногах, на его изуродованном побоями лице едва проглядывали заплывшие глаза-щелочки. Было заметно, что у него сломано пара ребер, к тому же он кашлял кровью. Мудрейший нажал на паузу, и иллюзия тут же исчезла, оставив старика и юношу в тишине.

Какое-то время Иванко еще качало от энергии, которая, помимо его желания, прошла сквозь него. Он ощутил какую-то не поддающуюся разуму звериную мощь, возбужденную до предела от вида свежей крови. Это ощущение было для него в новинку. Необузданная разрушительная агрессия, заполнив его до краев, так и просилась наружу. «Вырви дерево, ведь тебе это по плечу, разметай все вокруг!» – нашептывала она, и неимоверная сила клокотала внутри, порождая смертоносный ураган, способный снести все, что встретится на его пути. Но Иванко собрал волю в кулак и успокоил этот бессмысленный порыв. С такой формой неконтролируемого Зла молодой человек встретился впервые. Эта дикая мощь разбудила все остальные темные энергии, уже усмиренные им. Они вновь забурлили в душе, выплескиваясь наружу. Мудрейший настороженно наблюдал за тем, как сознание молодого человека на мгновение охватывали волны попеременно то агрессии, то ненависти, иногда смятения или похоти. Ноздри юноши раздувались, губы уродовал хищный оскал. Но также он видел, как быстро Иванко справляется и подавляет эти всплески. В такие моменты старик одобрительно покряхтывал, незаметно пряча улыбку в седые усы. Где-то поблизости послышался тигриный рык. Зверь учуял мощный выброс адреналина и тоже разволновался. Никогда еще Иванко не слышал кровожадного рычания плотоядного животного. Он понял, что в генетической памяти зверя проснулся хищник, и молодому человеку стало стыдно перед природой за свою слабость. Ведь под воздействием всплеска гормонов тигр мог неосознанно нанести кому-то вред. А причиной этого был бы он, Иванко! И юноша вновь ощутил смятение и остро осознал свою ответственность за все происходящее.

– Что это было? Зачем эти люди старались искалечить друг друга? – пытаясь говорить обычным голосом, прорычал Иванко.

Олени, которые паслись рядом, насторожились: они тоже на уровне генетической памяти почуяли в человеке хищника и отошли подальше. Иванко заметил это. «Даже олени ощутили, что на какой-то миг я дал слабину и потерял человеческий облик»! – с горечью подумал он.

– Это называлось «единоборство», – сочувственно глядя на парня, мягко объяснил старик. Он понимал, как трудно тому вернуть утраченное душевное равновесие. – В каждом единоборстве были свои правила, но смысл всегда один – победить противника. Кто-то должен победить, кто-то проиграть. Такая была мотивация. Не только в спорте – во всех сферах жизни. Докажи, растопчи всех и победи! Или проиграй и будь неудачником. Конкуренция! Людей стравливали на всех уровнях. Они, принимая правила этой игры, все время вынуждены были соревноваться между собой. Вот мы тоже устраиваем фестивали, где дети или взрослые участвуют в коллективных играх. Но цели победить нет! – попытался провести аналогию Мудрейший.

– Конечно, нет! Что это вообще за глупость! – подхватил Иванко. – Смысл же не в соперничестве, а в партнерстве! Научиться взаимодействовать и чувствовать друг друга настолько, чтобы зрители видели единую картину отлаженных командных действий, импровизаций в движении, совместных усилий! Чем больше число участников и чем слаженнее они исполняют сложные маневры-трюки, тем интереснее наблюдать за такими представлениями! Каждый на своем месте, в свое время. Полное единодушие. И детишки наравне с взрослыми принимают участие в таких мероприятиях, выкладываясь на полную, приобретая навыки взаимодействия и чувство партнера. А затем участники разных команд делятся впечатлениями и обмениваются эмоциями. Для всех это праздник, общение… А соперничество… – Иванко задумался, – мне непонятен его смысл, – пожал он плечами. – Ведь если кто-то победит, значит, кто-то обязательно проиграет. И тогда для одних ощущение праздника будет перечеркнуто горечью поражения, а для других с большой вероятностью откроют свои объятия гордыня и высокомерие. На наших праздниках дети расширяют свой кругозор, а мы, взрослые, смотрим и радуемся за них. Победа над кем-то – это по сути самоутверждение за счет подавления. Но поскольку такой цели нет, то приобретенные в подобных мероприятиях опыт и друзья в дальнейшем помогут человеку победить самого себя!

– А когда видишь рядом с собой более сильного, умного, выносливого, то и сам стремишься стать лучше, перенимая его опыт. Зачем его побеждать, если он дает тебе пример и мотивацию, может что-то посоветовать или оказать поддержку! – Иванко помолчал и вернулся к тому, что увидел на экране. – Ты хочешь сказать, что два физически здоровых человека, выносливых, натренированных, сильных духом, добровольно выходили на арену, чтобы сознательно нанести партнеру, вернее сопернику, увечья?! То есть смысл был в том, чтобы причинить друг другу максимальный физический ущерб и превратить соперника в инвалида или просто убить? Каждый эпизод – просто очередное безумие! Хотя в данном случае я, конечно, почувствовал, какая мощная сила управляла всеми этими людьми. Но неужели они сами не понимали ее звериную суть? Раз не пытались ей сопротивляться? Впрочем, я уже понял, что для них такое состояние было нормой, – задумчиво подытожил он.

– Да, все верно, хотя сегодня это звучит как бред. Я и сам, посмотрев сюжет, не сразу смог поверить, что это было правдой и собирало огромное количество зрителей. Прямой смысл, изначально конечно, был другой: победить в спортивном состязании. Но каждый осознавал, что может получить или нанести противнику травмы, которые приведут к инвалидности или смерти.

– А какая цель преследовалась?

– Цель? Хм… Ну, скажем, стать на сегодняшний день самым сильным среди других в определенной дисциплине.

– Ну, хорошо, а завтра придет другой, более молодой и здоровый, и изуродует тебя так же, как только что ты изувечил своего противника… Это же вопрос времени, – тут же парировал Иванко, – какой смысл калечить чужую плоть, когда в тебе самом бурлит море противоречивых энергий? И главная борьба происходит как раз внутри тебя. Только в ней ты можешь победить, сбалансировав эти энергии и подчинив управляющие ими стихии! И не имеет значения, физически ты сильнее другого человека или нет. Какая в этом разница или польза для твоего развития? Например, я намного крупнее и физически сильнее тебя, но при этом знаю, какая у тебя железная воля, сколько ты всего пережил, сколько вынес испытаний и выстоял. Так что моя физическая сила ничто по сравнению с твоей волей!

– Видишь ли, подобные зрелища нравились толпе, значит, организаторы зарабатывали на этом большие деньги. А так как уровень агрессии и ненависти в былом мире зашкаливал, огромное количество молодых и здоровых людей с радостью готовы были тратить свою энергию на выбивание духа из плоти противника…

– Мудрейший, что же это был за мир? И вообще, разве это мир… – выдавил потрясенный юноша.

– Ты прав, мира там не было…

Иванко в недоумении забормотал, силясь своим современным умом логически объяснить увиденное:

– Физически здоровый человек, организм которого работает как часы, обладающий силой, духом, самодисциплиной, тратит кучу времени на тренировку своего тела, чтобы избивать другое тело… ради… ради чего? Не могу все-таки до конца понять…

– Ради сиюминутного самоутверждения! – помог старец.

– Но разве можно самоутвердиться, нанося вред живому существу?! Ведь Бог с любовью и трепетом сотворил тело человека, вдохнул в него жизнь и подарил разум. «Посмотри, какое оно удобное и с любовью сделано специально для тебя! Бери, пользуйся на радость!» Как же можно осмелиться поднять руку на создание Бога, всей душой жаждая искалечить его! И еще испытывать при этом искреннюю радость! Неужели они не осознавали, что разрушают Божье творение?! Кому же тогда молились соперники перед боем, если, как ты говоришь, знали, что Бог один? Мне кажется, древние уничтожали все вокруг себя!

– Да, и в первую очередь самих себя! – с грустью добавил Мудрейший.

Глава 4

Деградация

– Что сказать, – старик в растерянности развел руками, соглашаясь с ним, – надо быть сумасшедшим, чтобы просить Бога помочь ему в избиении другого человека. Но в том мире все было вверх тормашками…Человек уже и себя не мог любить, не то что какое-то другое существо. Яркий маяк любви, поставленный Богом на вершине на другом берегу реки времени, светил слишком высоко. Копошась на дне реки, люди были не в состоянии разглядеть его свет. Луч не пробивал толщу плотного, заволакивающего русло токсичного тумана, выработанного человеком за долгие столетия своего служения тьме. Зло поработало на славу, создав систему, наполненную равнодушием, болью и страданием, населенную безропотными, не способными думать существами, чтобы потенциал человека не мог раскрываться и трансформироваться в энергию любви и счастья и освещать окружающий мир.

Люди были окутаны мрачными смрадными тучами – продуктом своих мыслей и поступков. Человек перестал быть творцом. Смысл его существования сводился к перемещению с места ночевки к месту бесцельного дневного времяпрепровождения. У них это называлось «ездить на работу». Работа представляла собой алгоритм механических бездумных функций, за которые человек получал небольшие поощрения в виде еды и набора потребительских благ. Причем всем нужно было ехать на работу и с работы одновременно, чтобы в тесноте и толкотне еще сильнее ненавидеть друг друга. Вот так Зло создавало алгоритмы для выработки негативной энергии. Вроде мелочь, но ежедневная капля негатива отравляла жизнь миллионов людей. И такие капли щедро были разбросаны по всему пространству обитания землян. Человек, вернее, его производная – потребитель, полностью утратил свою самостоятельность. Отрекаясь от Земли и переселяясь в города, он терял связь с природой и становился все более зависимым, потому что не в состоянии был себя прокормить. Сделав выбор и признав себя потребителем, он интегрировался в систему, где не было места природе. Только бесконечная гонка за пластиковым комфортом.

А когда природа почувствовала, что человек стал угрожать ей своей жизнедеятельностью, начала отвечать ему с той же жестокостью. Система, созданная человечеством, была инородным телом для всего живого, и природа, защищаясь, начала блокировать и выдавливать его из своего мира. Поэтому люди старались избегать общения с природой, все более уплотняясь в городах, отгораживаясь от нее бетонными стенами, асфальтовыми дорогами, синтетической едой. Они стали бояться внешнего мира. Земля была больна человечеством, – задумчиво повторил старик, – и всеми силами пыталась победить этот вирус. Все больше противопоставляя себя единому организму, замыкаясь в иллюзорной системе с придуманными ими самими ценностями, они абсолютизировали свою убогую и ограниченную конструкцию в противовес бесконечному многослойному миру. И, однажды предав окружающий мир, уже не пытались остановиться, ненасытно потребляя все, до чего могли дотянуться. Страх, алчность и агрессия – основные энергетические направляющие человеческой деятельности. Непреодолимый страх заставлял людей подчинять все своей воле. В городах других форм жизни практически не было, только человек и другие паразитирующие организмы, поэтому здесь древние чувствовали себя в относительной безопасности. Даже домашних животных заменили бионаборы, из которых по заданным характеристикам можно было собрать любое существо, похожее на живое, и за ним не надо было ухаживать. Люди настолько остыли, что даже своим питомцам уже не могли дать теплоты и заботы. Лишь в минуты крайнего одиночества пользовались функциями биороботов, а в остальное время эти домашние сущности находились в спящем режиме.

Мудрейший глубоко вздохнул и умолк. Он ощутил, как тяжелые воспоминания гнетут его душу, заставляя заново переживать давно ушедшее. Но, повинуясь долгу, вернулся к прерванному:

– Смотри, какое вокруг нас многообразие цветов, форм, размеров! Каждая травинка пытается обратить на себя внимание и быть полезной в общей картине мира. Мы понимаем суть каждого растения, знаем, в чем его смысл и какую пользу оно может принести человеку и окружающему миру. Ведь в этом сущность всего живого – быть полезным! Древних это совсем не интересовало, поэтому все старания растений были тщетны. Чувствуя свою ненужность, они чахли, и одно за другим покидали планету. Оптимизированный человеческий разум не мог улавливать многообразие, поэтому восприятие природы сузилось до простых понятий: дерево, куст, трава. А так как растительный мир не привлекал внимания человека, то со временем он оскудел, а смысл существования растений иссяк. В основном все заполонили никому не нужные сорные травы, какие-то безымянные чахлые деревья, дикорастущие колючие кустарники, дающие несъедобные плоды. Из всех живых организмов в городах спутниками человека остались только такие же, как и он сам, паразиты – крысы, вороны и тараканы.

– Ворон я знаю, а кто такие крысы и тараканы?

– Нет-нет, Иванко, благородные мудрые черные вороны, которых ты знаешь, не имеют отношения к деградировавшим вместе с человеком серым птицам тех времен. Вороны, как и люди, сделали для себя выбор: малая их часть, даже умирая с голоду, не отреклась от матери-природы и погибала вместе с ней в чахнущих лесах, а большая перебралась в города, где питалась объедками синтетической пищи на помойках и вела бесконечные войны с крысами за кусок протухшей еды. А крысы – это материальная проекция воспаленной человеческой мысли того времени. Человек, созданный как творец, сам того не ведая, продолжал формировать в своем сознании образы, которые принимали материальный облик. Так вот крысы – это образ, рожденный человеческим страхом, отображение человеческого разума того времени: агрессивное, алчное животное, вызывающее брезгливость и отторжение, но при этом наглое, изворотливое и всепоглощающее. Мерзкие твари сбивались в стаи, уничтожая все вокруг себя и распространяя заразу. Это материализовавшийся образ существа из коллективного человеческого сознания, который вобрал и воплотил в себе все качества древнего индивида. По сути крыса – потребитель в высшей степени!

Кстати, вообще все, что создавал человек тех времен, было случайно. Случайные дети, случайные творения. Да, человек, пусть и неосознанно, но продолжал творить! Крысы – несчастные существа, не познавшие любви своего создателя! Не имея любви в себе, человек не мог наполнить свое творение этой энергией, поэтому творец и творение ненавидели друг друга. Создатель ненавидел свое детище, потому что оно было нежеланное и воплотившее самые мерзкие фантазии творца, а творение отвечало ненавистью создателю, так как не знало, что такое любовь. Но и жить друг без друга они тоже не могли. Крысы не покидали человека, подбирая объедки с его стола, жили с ним в одном доме, вызывая страх и отвращение к себе. Они скалили зубы, кусали, провоцировали эпидемии. Поскольку творение может жить только рядом со своим творцом, крысы покинули планету вместе с прежними людьми. А те, которые по каким-то причинам остались, сдохли без энергетической подпитки своего создателя. Что касается тараканов – это проекция потребителя в классе насекомых. У всех этих существ общее вибрационное поле, и, почувствовав, что вибрации изменились, они все улетели, чтобы не погибнуть. На планете для них стало небезопасно, поэтому пришло время ее покинуть, – Мудрейший на мгновение замолчал, задумавшись. – Как интересно! Очень к месту ты вспомнил черных воронов! Ведь и крысы, и тараканы, и вороны раньше находили свое место в природе и не были паразитами… Пока не перебрались в города. А перебравшись, деградировали вместе с человеком! И, подстраиваясь под страхи и мысли человека, приняли свой омерзительный вид.

Во двор неожиданно ворвалась шумная ватага ребятишек, и лицо старика осветилось доброй улыбкой. Он прервал свой рассказ.

*****

Поселившись в стороне от всех, Мудрейший вел уединенный образ жизни. В силу возраста ему тяжело давались физические перемещения в пространстве. И, оставаясь большую часть времени без движения, он путешествовал по бескрайним просторам Вселенского разума, знакомясь с другими формами бесплотной жизни, пытаясь найти ответы на важные для него вопросы. Если он долго не захаживал в поселение, обеспокоенные взрослые отправляли детей навестить старца. Тот встречал гостей с радостью, а малыши неслись к нему сломя голову, ведь с ним было так интересно! Дети чувствовали в старце силу и доброту, к тому же здесь их всегда ждали захватывающие рассказы и множество разных чудесных штуковин. Они справлялись о его здоровье, а старик подолгу беседовал с ними, внимательно слушая детские размышления и объясняя простые истины. Со временем ребятня вырастала, но эта связь сохранялась и во взрослой жизни. И бывшие детишки, уже сами обзаведясь внуками, помнили, как прибегали к Мудрейшему за советом.

Иванко тоже не забыл, как много лет назад часто навещал старика, а тот трепал его по волосам и, открывая перед ним загадочный мир, рассказывал об устройстве Мироздания. Юноше с детства была знакома картина, когда на первый взгляд ничего не происходит: просто бегает по двору шумная детвора, задает вопросы, шалит. Но только сейчас он понял, какая сложнейшая работа происходит в этот момент: Мудрейший внимательно изучает каждого малыша. Смотрит, не замутился ли у кого-то мощный источник детской любви и счастья, нет ли где заторов энергетических потоков. Важно вовремя обнаружить застой, пока он не начал гнить, оказывая пагубное влияние на мысли и развитие ребенка. Не давая заторам закостенеть и окрепнуть, Мудрейший легко выправлял энергетическое русло добрым словом и советом. Если нужно, просил малыша забежать к нему еще раз или посылал сигнал родителям с просьбой внимательнее посмотреть за какими-то моментами поведения, чтобы не закралась тень в душу. При этом старик щедро делился своей силой с сорванцами, наделяя каждого доброй энергией мудрого человека и получая взамен другую – яркую, бодрящую, безграничную, одним словом, детскую.

Сегодня Иванко смотрел на это общение уже другими глазами, понимая, куда может привести даже маленький неверный шажок или незначительное упущение. Теперь он осознавал, насколько важна эта миссия Мудрейшего, какая ответственность лежит на его плечах: не упустить, не проморгать. Со стороны же это выглядело как непринужденное общение деда с внуками. И эта связь с мудрым сильным стариком остается на всю жизнь. Так и Иванко, хотя и был, как ему казалось, уже достаточно мудр и на многие вопросы мог найти ответы сам, столкнувшись с ситуацией, которую не получилось решить своим умом, не задумываясь, как в далеком детстве, побежал за ответами к мудрому дедушке.

Чем взрослее становился человек, тем больше уважения он получал от окружающих, превращаясь в сосуд мудрости, знаний и опыта. Поэтому старейшинам повиновались без принуждения, искренне и беспрекословно, их мнение не подвергалось сомнениям и обсуждениям. Но это также накладывало и на них огромную ответственность. Наблюдая за жизнью обывателей, они не раздавали советов направо и налево, ведь путь каждого человека – это неповторимый рисунок Божественной мысли. Замечание или совет могут прервать движение кисти, заставить человека засомневаться в правильности пути, и тогда нарушится сама закономерность рисунка. Жизнь каждого человека – великая тайна, которую знает лишь тот, кто вдохнул в него эту жизнь и дал силы идти своей дорогой. И если путь человека освещен любовью и справедливостью, то, каким бы странным он ни казался, никто не вмешивался и не давал наставлений. Каждый волен в своем выборе. Но если в его мыслях или поведении отмечались импульсы разрушения или саморазрушения, старцы искали тонкий подход, чтобы установить причинно-следственную связь между негативными помыслами и их последствиями. А обнаружив источник проблем, плавно устраняли его и направляли течение жизни в созидательное русло. Мягким светом озаряя душу и изгоняя из нее поселившуюся там тень.

Задача эта очень непростая, особенно при работе с детьми. Ведь тень можно не изгнать, а только спугнуть. Понимая, что обнаружена, она спрячется еще глубже, а человек, подчиняясь ее влиянию, закроется в себе или озлобится, и последствия его действий станут еще более разрушительными. Поэтому главной задачей Мудрейшего было вселить в маленького человечка как можно больше любви и доброты. Чтобы Злу не осталось места в его душе, а ребенок навсегда запомнил этот теплый свет и сам осознанно отринул от себя Зло. Но это должно быть свободным выбором каждого человека!

Сейчас особых проблем уже не было. Светлый век находился в самом разгаре, тьма не укоренялась на планете. С каждым поколением детки становились все светлее и светлее, потому что вот уже несколько десятилетий родители, закрыв наконец родовые кармы, тянущиеся с давних времен, осознанно подходили к процессу зачатия и рождения, будучи к этому моменту уже гармоничными личностями. А вот в первые десятилетия после появления Солнца на небе трудностей с новорожденными было немало. Зло еще ходило по планете, и родовые кармические узлы у многих не были развязаны. Вспышки темной энергии неожиданно возникали в разных частях планеты. И сгустки, подкинутые прошлыми поколениями, еще падали на Землю и выплескивались в поведении, боли и страданиях маленьких людей. Зло не собиралось покидать планету без боя. Много работы было у Хранителей в те времена. Но они справились! Распутали кармические узлы, затянутые столетия и тысячелетия назад. И когда последний узел был развязан, ничем больше не удерживаемое Зло сорвалось в бездну и исчезло с планеты.

Мудрейшему нравилось беседовать с детьми, их наивные вопросы заставляли его детализировать собственные знания. Ведь чем мудрее ты становишься, тем все больше расширяется для тебя картина мира и все мельче становятся детали на ней. Что-то неизбежно ускользает из виду. Когда малыши указывают на то, что для них существенно, ты задумываешься и приближаешь эту деталь, чтобы рассмотреть лучше. И часто находишь для себя что-то новое. Поэтому каждый раз в разговорах с детьми Мудрейший с интересом вглядывался в общую картину бытия с нового ракурса и всегда находил новые интересные моменты.

Война

Пока Мудрейший был занят с ребятней, Иванко, преодолев в себе неприязнь, подошел к компьютеру и, машинально двигая мышкой по столу, в задумчивости наблюдал за курсором на экране. Неожиданно для него включился следующий сюжет, и диктор по обыкновению пустился с места в карьер:

– Продолжаются боевые действия за озеро Тартар, последний открытый источник пригодной для употребления пресной воды на планете! Уже пятнадцать территориальных образований, объединенных в четыре противоборствующих блока, втянулись в этот конфликт, заявив свои права на контроль над озером.

Иванко оказался в зале, где представители территориальных образований в костюмах и галстуках вели жаркую полемику за большим круглым столом. Воздух сотрясали пафосные речи о гордости, патриотизме и исторической связи озера Тартар с территориями, над которыми эти люди властвовали. Политики угрожали друг другу вводом новых боевых подразделений, убеждая оппонентов, что не отдадут ни пяди для кого-то родной, для кого-то святой земли! Их лица выражали решимость и в то же время лицемерие. Было видно, что за громкими словами скрываются личные амбиции и жажда безграничной власти, которая обеспечит контроль над единственным на планете источником пресной воды. За это не жалко погубить несчетное количество человеческих и других жизней, так что никто не собирался отступать. Тем более что власть этих людей заканчивалась с отлетом последних шаттлов с планеты, и у них осталось не так много времени, чтобы потешить свои амбиции.

– Несмотря на то что уже идут испытания шаттлов и через несколько месяцев земляне начнут покидать планету, – комментировал напряженную ситуацию диктор, – лидеры территорий не могут договориться или уступить друг другу право обладания эксклюзивным источником. Оно и понятно, это баснословные деньги и неограниченная власть. Только посмотрите, как каждому из них хочется быть единовластным хозяином озера! Владеть этим источником единолично! Пусть мимолетный отрезок времени, пусть путем истребления огромного количества жизней, но единолично! И ради этого они готовы пренебречь дорогими костюмами и белыми рубашками и перегрызть друг другу глотки! Будет ли сегодня драка? Увидим это вместе с вами! Делайте ставки!

Ох уж этот человеческий разум! Только посмотрите на них! Как же они никчемны в своих амбициях! А ведь это элита общества! У каждого из них не по одному высшему образованию! Как резко устарели все эти чинуши после передачи прав на управление человечеством искусственному интеллекту! Скоро кабинетные баталии останутся в прошлом, ведь новый мир объявлен Великим искусственным разумом бесконфликтной централизованной зоной. И сейчас у вас есть возможность наблюдать за последними боевыми схватками и наслаждаться! А тем временем на связи наш корреспондент из самой зоны конфликта. Добрый день! Расскажите, как обстановка на фронте?

– Приветствую жителей нашего нейромира! Только с нами вы всегда будете в курсе всех событий и узнаете свежие новости! Итак, за последнюю неделю расстановка сил в театре военных действий практически не изменилась. Кровопролитные бои ведутся в непосредственной близости от озера, и часть трупов остается в воде, что приводит к отравлению водоема. Невозможно передать, насколько отвратителен стоящий здесь смрад! Но, я думаю, вы и сами это чувствуете! Наша нейросеть отлично генерирует запахи, даже такие тошнотворные! Положение дел на фронте следующее: ни одна из сторон не имеет явного преимущества, при этом никто не намерен уступать. Стягиваются резервы. У всех участников противостояния наблюдается дефицит воды. А теперь статистика за последнюю неделю: Ближневосточный халифат потерял убитыми 2 206 человек, арабская коалиция Европы – 1 312, Северный европейско-американский альянс – 3 150, Уралокитай – 2 511. Но завтра утром, друзья, ожидается активизация боевых действий, так что можете сделать ваши ставки на следующую неделю, отправив нейросигнал. Если вы подключены к нашему абонементу, то от вас ничего не требуется, просто пошлите мысленный импульс – и ваша ставка будет зафиксирована!

Мои коллеги-журналисты, находящиеся в лагерях каждой из противоборствующих сторон, отмечают, что во всех войсковых частях наблюдается апатия. Бойцов мучает дизентерия. И командирам приходится мотивировать тех, кто отказывается исполнять приказ, показательными расправами на месте. Что ж, таковы законы военного времени. Только так удается заставлять воинов выходить на поле боя. Однако рейтинг трансляции боевых действий в прямом эфире бьет все рекорды, поэтому останавливать сражение сейчас не время! По просьбам огромного количества обитателей нашей нейросети в театре военных действий в связи с боем за титул последнего абсолютного чемпиона планеты Земля было объявлено трехдневное перемирие, организованное нашим каналом, который, конечно же, пошел навстречу пожеланиям своих зрителей. Но сегодня мы возвращаемся на поля сражений. У бойцов было время отдохнуть, а теперь, ребята, пора просыпаться и за работу! Зритель ждет! А вы, наши уважаемые нейрожители, можете оформить подписку и, выбрав лагерь любой из сторон конфликта, в прямом эфире двадцать четыре часа в сутки, даже во сне, наблюдать военный быт и делать ставки на солдат: кому из них выпадет счастливый жребий остаться живым в следующем столкновении? Напоминаю, что подписка платная.

Также напоминаю, что сегодня проходит очередной раунд переговоров, на котором делегации сторон, входящие в комитет по урегулированию кризиса на озере Тартар, пытаются или, вернее, делают вид, что пытаются, найти какой-то выход, – лукаво подмигнул корреспондент зрителям. – Однако я более чем уверен, что они опять не смогут договориться, даже если постараются обуздать свои амбиции и начнут искать компромиссы. Почему, спросите вы меня. Да потому что у нашей нейросети со многими членами делегаций заключен контракт. И мы настоятельно рекомендуем им продолжать противостояние, ведь сейчас рейтинги просмотров этого конфликта бьют все рекорды! Так что, дорогие зрители, можете быть спокойны! Мы заботимся о том, чтобы вы не скучали! Итак, завтра в 7:00 запланировано генеральное сражение, заводите будильники и смотрите в прямом эфире! И еще: наша нейросеть думает о вас, даже когда вы спите, поэтому, если не хотите просыпаться в такую рань – подключайте ночной режим, и трансляция будет осуществляться прямо в ваш спящий мозг. Повторюсь: посылайте импульсы и делайте ваши ставки!

Корреспондент исчез. Его сменила развернувшаяся на экране панорама войны: искореженная техника, разрушенные здания, грязный флаг непонятно какой из противоборствующих сторон. Запись оборвалась, однако вскоре диктор появился в студии и опять возбужденно прокричал противным голосом:

– Мир, просыпаемся! На часах 6:30! Как и ожидалось, вчера участники миротворческого саммита не пришли ни к какому соглашению, и через полчаса начнется очередная битва! Величайшее сражение всех времен и народов! Битва за единственный поверхностный источник пресной воды. Не побоюсь этого слова – мир-р-р-рово-о-о-ое сра-а-а-ажение! – визгливо протянул он. – А если учесть, что правительства всего мира, подчинившись Великому искусственному интеллекту, подписали соглашение о передаче ему верховной власти, то развязывать военные конфликты на новой родине человечества у них больше возможности не будет. Так что, похоже, эта война – последнее сражение в истории человечества! – его голос повысился, подчеркивая значимость этого события. – И они хотят оторваться по полной! Не пропустите. Всем жителям нашей нейросети мы отправили сигнал, чтобы, не дай Бог, вы не проспали!

Смотрите! – журналист перешел на шепот, указывая на огромный экран за своей спиной, разделенный на четыре части. На нем шли трансляции из четырех противоборствующих лагерей, в каждом из которых обмундирование солдат отличалось лишь цветом формы и флагом на касках. Вооружение тоже было одинаковое, потому что производилось единой военной корпорацией. В глазах у всех воинов читалась безысходность. – Послушайте, какая торжественная тишина! Даже не верится, что спустя всего тридцать минут здесь начнется кровавое месиво! Ну что, ребята, главное – не унывать! Ваша гибель будет не напрасной, вы все застрахованы за счет нашего канала! Своими смертями вы обеспечите близким комфортный перелет и безбедную новую жизнь! Смотрите, командиры что-то говорят своим бойцам, давайте послушаем… – и он ткнул пальцем в один из четырех прямоугольников, который тут же увеличился на весь экран.

Командир перед строем солдат произносил проникновенную речь:

– Дети мои, верные сыны Отечества! Наши отцы и деды гибли за эти земли на этих самых полях! Не посрамим и мы славу предков! И так же ляжем костьми, но не отступим ни на шаг! Озеро будет нашим!..

Диктор снова ткнул пальцем, и сюжет сменился. В другом лагере человек без оружия, выделявшийся на фоне остальных своим внешним видом, говорил:

– Рабы божьи! Бог ценит наше упорство, и победа будет за нами! Наше дело правое! Мы победим или погибнем! Но даже если мы умрем, то с именем Бога на устах, поэтому мы не боимся смерти! Каждый погибший найдет упокоение в Царствии небесном! За каждого я буду усердно молиться! Это озеро так много значит для нас! В нем совершали омовение наши святые, тем самым благословляя его! Так неужели мы отдадим его в руки варваров?! Мы долго ждали, и наконец пришло время забрать нашу святыню у безверцев. Вам всем повезло быть участниками этой справедливой битвы! Сколько убиенных святых возрадуются этой победе!..

На экране появился третий фрагмент:

– Братья! Давным-давно наших предков изгнали с берегов озера Тартар, но мы поклялись вернуться и забрать свое! И вот решающий момент настал! Мы наконец-то окрепли духом! Многие претендуют быть здесь хозяевами, заявляя, что это их исконные территории. Не слушайте их! Только наши предки издревле жили в этих местах! Посмотрите, как осквернили нечестивцы наше любимое озеро, которое по заветам предков является для всех нас матерью. Мое сердце обливается кровью! Исполним свой долг перед отцами – перебьем оккупантов или умрем!..

Далее тут же развернулся четвертый эпизод.

– Солдаты! Каждый из вас выбрал путь военного! Это путь доблести и славы! Здесь нет места трусам! Все мы не первый раз участвуем в боевых операциях. Так давайте сделаем свою работу на совесть! Покажем нашим работодателям, что мы на что-то годны и не зря получаем свое жалование. Давайте надерем задницу всему этому сброду, пусть видят, что такое профессиональный военный! – горячо завершил свою духоподъемную речь командир из последнего лагеря.

Звук отключился, и диктор многозначительно хмыкнул:

– Да, судя по потухшим взглядам бойцов, даже такие пламенные речи их не вдохновляют. Видимо, участники боевых действий и вправду вымотались. Но сражения не избежать! Слишком велики ставки! Кстати, не забывайте о том, что их еще можно сделать! Сейчас самое время! Идут последние минуты перед боем! Внимание, всего через несколько мгновений прозвучит сигнал к наступлению… – корреспондент замолчал, а на экране появился общий вид театра боевых действий, снимаемый квадрокоптером, с четко обозначенными укреплениями всех противоборствующих сторон. – То, что вы сейчас видите на экране, доступно только членам нашей нейросети, наблюдающим за боевыми действиями со стороны. Для непосредственных участников конфликта эта информация скрыта, – заговорщически понизил голос диктор.

С воздуха было видно, как все замерло. Звенящая тишина за мгновение до начала всех ужасов войны – скрежета, гула и грохота взрывов, вздымающих в воздух оторванные части плоти только что бывших здоровыми молодых мужчин.

Пошел отсчет последних минут тишины. И вдруг в этом всеобщем оцепенении квадрокоптер зафиксировал движение: из окопа вылезает солдат без оружия и идет, раскинув руки в стороны. Он не бежит, не пытается сдаться в плен, не уходит с линии фронта… наоборот, медленно направляется прямо в центр боевых событий, ломая своим поступком все известные алгоритмы и вызывая общее недоумение. Его держат на мушке, но никто не стреляет, потому что такое поведение не вписывается в сценарий спектакля театра боевых действий. Квадрокоптер тут же устремляется к нему. Солдат, перешагивая через трупы, продолжает идти в эпицентр военного ада. Оператор крупным планом снимает командира, который находится в замешательстве. Его рука с ракетницей, поднятая вверх, чтобы сделать выстрел, давая сигнал к началу наступления, неподвижно застыла. Такая ситуация не была запрограммирована в мозгу офицера. Не понимая, что делать, он так и замер, приоткрыв рот и беспомощно хлопая глазами. Со всех сторон через прицелы, бинокли и просто так в парня впились тысячи пристальных взглядов. В нем не было ни страха, ни суеты, в нем ощущалась какая-то торжественность. И те, кто смотрел на солдата в бинокли, видели, как по усталому, чумазому, юному лицу катились прозрачные слезы, оставляя светлые бороздки. Будучи с четырех сторон под прицелом, он ни для кого не представлял угрозы. Его жизнь ничего не стоила: легкое движение указательного пальца любого из тысяч солдат – и все для него закончится. И это еще больше интриговало каждого, кто сидел в окопах. В конце концов, через несколько минут многих из них уже не останется в живых, и появление этого чудака на какое-то мгновение оттягивало этот момент и продлевало всем жизнь. Никто не стремился нажать на курок первым. Тем более что и командиров этот неординарный поступок привел в замешательство. Ненависти, агрессии в парне не было, оружия при себе тоже. Все с любопытством ждали, что произойдет дальше, откладывая за счет этого безумца свое путешествие на тот свет.

Чтобы заполнить неожиданную паузу, корреспондент неуверенно заговорил:

– Ну что, на часах семь утра, а сигнал к наступлению так и не прозвучал. Сейчас спросим у нейросети, есть ли среди нас счастливчики, поставившие на то, что сражение не начнется в 7:00. А всех остальных я вновь призываю делать ставки! Видите, какие невероятные события происходят на площадке!

Солдат тем временем дошел до середины поля, которое разделяло участников конфликта, встал на колени и, подняв руки и глаза к небу, замер. Он плакал. Вокруг кружились квадрокоптеры, и теперь уже все зрители видели его молодое, изможденное, заплаканное лицо. Совладав наконец с собой, юноша подавил рыдания и заговорил:

– Прости нас, Господи! Во что мы превратились? Ты создал эту прекрасную планету, все живое на ней… и… человека. Но зачем?! – его голос был полон отчаяния. – Неужели для того, чтобы он все это методично уничтожил? Ты же дал людям разум, для того чтобы они могли осмыслить свои действия, которыми причиняют боль планете и самим себе! Ведь последние сотни лет мы только и делали, что хладнокровно хоронили планету под слоем мусора, уничтожали всех ее обитателей и беспрестанно истребляли себе подобных! И теперь, когда Земля начала задыхаться от нашего присутствия, мы без малейшего угрызения совести глазами подыскиваем место в космосе, куда можно сбежать, чтобы найти новый источник потребления, а наши руки при этом продолжают хладнокровно убивать себе подобных за рынки, ресурсы! Ресурсы…

Каким разумом надо обладать, чтобы прекрасную планету, живой организм, который дает нам пищу и тепло, воспринимать как набор ресурсов, которые мы варварски извлекаем. И теперь, когда безжалостно все их высосали, ищем новое место жительства в космосе. Какой смысл от существования такого человека? Нам нет места не только на планете, но и во всей Вселенной! Потому что человека нет! Он давно уничтожил себя, продав свою совесть. Вместо него появился новый класс существ – торгаши и потребители. У торгаша нет родины и национальности. Для него все имеет свою цену! Он никогда не возьмет столько, сколько нужно, – он попытается забрать все, чтобы потом это продать.

У нас в деревне был родник, и все жители и путники приходили к нему, чтобы утолить жажду. Источник не иссякал веками, и всем хватало... Пока не появились торгаши и не осушили его, выкачав всю воду на продажу! Так же и с ресурсами: это наше, общее! То, что дает нам планета, чтобы обогреть и накормить каждого! И, если не пытаться это присвоить, то хватит всем! Но алчность! Движущая сила торгашей! Они ненасытны и не могут успокоиться, пока не заберут все, чтобы продать. И первое, что надо продать, становясь торгашом, это совесть! Потом любовь, доброту, созерцание… При этом слово «торгаш» им не нравится, и они красиво называют себя политиками. Но сущность от этого не меняется!

Сейчас, когда вопрос с эвакуацией уже решен, политики продолжают торговаться за это озеро, прикрываясь интересами людей и миротворческими целями. И ради этих надуманных идей мы берем в руки оружие. Здоровые мужчины, большинства которых к вечеру сегодняшнего дня уже не станет, а у тех, кто выживет, будут навсегда исковерканы тела и души! Неужели ради этого мы все рождались на свет?!

Мы живем в мире, в котором ценность имеет только мертвый кит! Пока кит жив, на него смотрят с мыслью: «Интересно, сколько он весит, ведь от этого зависит его стоимость». Кита можно оценить, убив его и взвесив, а затем, конечно же, продать. И такое потребительское отношение ко всему. Ты солдат, значит, выполняй приказ и не думай! А если погибнешь, будешь оценен, и твои родственники получат денежную компенсацию, соответствующую нескольким сухим строчкам в твоем личном деле. Мы все – молодые люди, которые в детстве имели мечты! Может, кто-то перестал в них верить, кто-то просто не помнит, но раньше они у нас были. У каждого! В детстве мы точно знали, для чего живем! Но все это ничего не значит в глазах тех, кто получает прибыль от мертвой плоти. Только мертвое имеет ценность! Ответьте мне: ради каких принципов мы готовы сегодня убить друг друга? Вот озеро, из которого мы всегда могли попить воды… Могли, но теперь уже не можем, потому что сами осквернили его мертвой плотью. Все, чего касается человек, умирает!

Солдат, не сумев справиться с собой, опять зарыдал.

– Мы все прокляты! Мы сами себя прокляли! Ради чего мы по сигналу готовы начать убивать друг друга? В каждом лагере священник внушает, что Бог один и он с нами. Наше дело правое, поэтому иди и убей врага! Но если Бог у нас всех один, неужели он благословляет эту бойню? Да, Бог один, и он переживает за каждого из нас! А что же мы? Мы призываем Бога и идем убивать своего брата! Чтобы одни торгаши, которые отправляют на смерть меня, продавали эту воду другим торгашам, которые отправляют на смерть тебя?! Или наоборот. В любом случае торгаши договорятся и вместе будут продавать ее нам. Разве это стоит наших жизней?!

Ты мой брат, человек. Если тебе нужна вода – приди и возьми, только не всю, а столько, сколько тебе надо. И всем хватит! А мы убиваем друг друга за то, чтобы сидящие в высоких кабинетах, стравив нас между собой в битве за пресную воду, могли нам же с вами ее продавать. Тем самым контролируя нас и управляя нами. Ладно мы, в конце концов, это наш выбор, но, посмотрите, сколько живых существ погибло оттого, что вода в озере отравлена мертвой человеческой плотью! То малое количество, которое еще вчера пыталось бороться за жизнь на планете, превращенной нашими усилиями в пустыню, сегодня умерло, потому что мертвые человеческие тела осквернили воду в единственном на многие километры источнике!

Боец затрясся в рыданиях и уткнулся головой в землю, а когда поднял измазанное грязью лицо, было видно, что его дрожащие губы шепчут молитву. Закончив чтение, он продолжил сникшим, но твердым голосом:

– Если есть кто-то, кто понимает, о чем я говорю, выйди ко мне! Выйди без страха и без оружия! Я обниму тебя, потому что ты мой брат. Не важно, на какой ты из четырех сторон! Ты – человек, у которого есть совесть, чтобы признать свою вину перед природой, и есть мужество сделать шаг вперед. Значит, ты мой брат! Единственное, что нас сейчас должно волновать, это грязь, которую мы тут развели. Помоги мне очистить озеро, и, когда вода обновится, мы с тобой вместе напьемся. Мы все – дети одной планеты, которая нас вскормила! Дети одного Бога! А Бог – это любовь, доброта и справедливость! Где в нас это? Мы все это продали!!!

Выйти ко мне тяжело, потому что этот приказ ты должен отдать себе сам. Любой из вас осознает, что сегодня к вечеру будет, скорее всего, мертв. Но даже близость смерти не может разрушить оковы навязанного мировосприятия. И для многих сделать шаг ко мне сейчас страшнее, чем умереть до окончания сегодняшнего дня. Мы разучились брать на себя ответственность за свои поступки. Мы готовы подчиниться и убить или умереть, если кто-то возьмет на себя ответственность и отдаст нам такой приказ. Но мы не в состоянии жить счастливо, потому что только сами себе можем это приказать! Даже сейчас, когда наша планета умирает! Когда мы уже несколько лет не видели Солнца, а наши дети только слышали о его существовании! Когда торгаши-политики не могут остановиться и с остервенением продолжают делить право обладания последними каплями воды! Цена этому – наши жизни и наши нереализованные мечты, которые умрут вместе с нами. Смерть примирит нас всех! Нас захоронят в общей яме, сказав несколько торжественных слов. И это все! Ради этого мы рождались?

Поникнув головой, воин умолк, но через мгновение расправил плечи и заговорил вновь:

– А может, это делается специально, чтобы в войнах полегло как можно больше людей? Ведь вывозить с планеты такое количество экономически невыгодно. Нам, участникам боевых действий, гарантировано место в космическом челноке, но, чем больше нас погибнет, тем меньше шаттлов им придется строить. Может быть, дело в этом? – он опять замолчал и поднялся в полный рост, встав с колен. И то ли камера снимала солдата с выгодного ракурса, то ли это был обман зрения, но сейчас он выглядел гигантом, совсем не похожим на того рыдающего чумазого мальчугана, который шел заплетающимся шагом в эпицентр конфликта. И даже голос его изменился и теперь был твердым, как сталь: – Если причина в этом, то я заявляю: мне не нужно место в шаттле! Я остаюсь умирать вместе со своей планетой! В последние минуты жизни я ее не предам! Мне с вами не по пути, и я добровольно освобождаю место в космическом челноке.

Мы убили планету и теперь собираемся сбежать?! Но раз мы довели ее до такого состояния, то и умереть должны вместе с ней! Нам нет места в живом мире, потому что мы способны жить только в мире мертвой плоти! Неужели я единственный, кто не потерял рассудок? Есть ли еще хоть кто-то, кто испытывает угрызения совести? Кто готов отвечать за содеянное и остановить это безумие человечества, начав с себя! И даже если я такой один, знайте, мне не страшно умереть! Гораздо страшнее остаться жить среди биологических существ, внешне похожих на живого человека, а на самом деле давно умерших. А теперь, если меня никто не услышал, стреляйте! За точный выстрел вы получите дополнительный выходной!!!

Иванко с Мудрейшим, который к тому времени распустил детей по домам и с интересом присоединился к просмотру, напряженно наблюдали за тем, что происходило на экране. На их глазах, казалось бы, ничтожный безымянный винтик системы вдруг проявил волю и, отбросив страх, разрушая все шаблоны и алгоритмы, совершил поступок, на который способен только настоящий человек. И, не в силах противостоять воле человека, гигантский бездушный механизм системы дал сбой. Мудрейший, разволновавшись, положил руку на плечо Иванко. Его искаженное болью лицо выражало страдание. Старик отчетливо помнил то время, когда каждый человек стоял перед выбором самоидентификации, но тех, кто смог идентифицировать себя как человека, было ничтожно мало. Несметному количеству людей намного комфортнее оказалось стать функцией алгоритма, чем взять на себя ответственность за свою жизнь.

«А ведь Иванко прав! Человечество в целом было мертво! На планете шла ожесточенная схватка между Жизнью и Смертью

.

Большинство, находящееся под властью тьмы, подсознательно стремилось к смерти, принимая участие в бесконечных конфликтах, войнах, пичкая себя ядами, разрушая свой мозг порочной информацией. И лишь единицы продолжали любить жизнь и благодарить Мироздание за каждый вздох, за каждый момент, проведенный на планете. Не за что-то, а просто за возможность прожить эту жизнь! И такие не могли причинить вред никому, потому что понимали: ценна не только его жизнь, а жизнь в целом!» – мысленно продолжал старик свои рассуждения.

Уже минут двадцать как должен был идти кровопролитный бой. Спрогнозированы различные сценарии развития событий и алгоритмы поведения людей. Зрители уже приникли к экранам, настроившись на низкие вибрации, к которым привыкли и которых жаждали: страх, трусость, эйфория, смелость, кровожадность… Бесстрастные режиссеры удобно расположили объективы для трансляции в самых подробных ракурсах боли, крови, разорванной плоти, грязи и, самое ужасное, смерти. Видеокамеры в разных точках театра боевых действий приготовились вылавливать эти эмоции, чтобы крупным планом транслировать их в прямой эфир. И вдруг вышел один безоружный человек и сказал простые слова, в которых не было ни страха, ни ненависти, ни агрессии, но в которых чувствовалась несокрушимая сила. И все камеры в этот момент были направлены только на него.

Тем временем подавляющая часть населения планеты, соскучившаяся за несколько дней по кровопролитию, прильнула к экранам в предвкушении бойни, а там тишина… Такого развития событий не мог предвидеть никто. Сюжет становился непредсказуемым. Сражения ждали три дня, предстоящая трансляция била рейтинги всех остальных передач на других каналах, но… ничего не происходило. Режиссер сиял от счастья. Во-первых, оригинальный поворот сюжета, не предусмотренный ни одним сценарием, а во-вторых, все ставки зрителей сгорели: никто не поставил на то, что в 7:00 бой не начнется. Никому и в голову не могло прийти, что такое может произойти, что какой-то безымянный солдатик сможет предотвратить неизбежное и нарушить закономерность, согласованную и утвержденную на самых высоких уровнях системы!

Но зрители не разделяли радости режиссера: бегущая строка пестрела гневными комментариями. Огромное количество потребителей, расположившихся у экранов с сублимированной едой в ожидании кровавой бойни, яростно проклинали несчастного, который разрушил их надежды на зрелище и предвкушение выигрыша. Все настроились лицезреть жестокую битву, а вместо этого наткнулись на слезливую мелодраму, которая совершенно не трогала их души и не проникала в разум. При этом никто не отключался, так как сюжет мог измениться в одно мгновение: зрители надеялись, что кто-нибудь наконец нажмет на курок и все вернется на круги своя. Ажиотаж рос: все больше и больше новых ставок поступало из разных точек планеты. Нейрожители не могли да и не пытались осознать смысл происходящего, понимая только то, что их лишили возможности насладиться чужой болью и страданием и что все ставки сгорели. Судя по комментариям, если бы кто-то из них сейчас оказался на поле боя, то без раздумий застрелил бы бедолагу, мешавшего своим трепом запланированным событиям.

Тем временем солдат вытер слезы и пошел в сторону озера. Мысленно он был очень далеко от всего, что его окружало. Он сказал то, что хотел, и дальнейшая собственная судьба, как, впрочем, и судьба всего человечества, его не интересовала. У него была цель – убрать трупы из озера. И он намеревался делать это до тех пор, пока будет жив.

Между тем, наконец придя в себя, командир отдал приказ: «По предателю – огонь!»

– Но он никого не предал!

– Он не перебежал к неприятелю…

– Он безоружен и не представляет угрозы, – понесся ропот в рядах.

Тогда командир сам взвел курок и начал целиться. Раздался выстрел! Командир вскрикнул, и пистолет выпал из его руки. Брызнула кровь. Камера быстро отыскала того, кто совершил выстрел. Стрелявший из укрытия снайпер отбросил винтовку, поднялся и пошел вслед за солдатом, который уже был у озера. Вместе они начали вытаскивать трупы из воды.

Дальнейшее развитие событий потрясло всех. Выйдя из ступора, режиссер в эйфории выхватил у комментатора микрофон, в другой руке он держал рацию, и что есть мочи завопил, переключая каналы, обращаясь ко всем четырем командирам:

– Никаких расстрелов безоружных! Импровизация должна продолжаться!

Командиры, скрипя зубами, подчинились.

А на поле боя с разных сторон выходили бойцы без оружия и тоже шли к озеру.

Другие оставались в окопах, ожидая приказов, но по глазам читалось, что выполнять их они не собираются. Обстановка накалялась и была на грани саботажа. Любой приказ в отношении отступников мог вызвать непредсказуемую реакцию. Видя это, командиры дали сигнал к возвращению на исходные позиции. Они понимали, что, оставаясь здесь, рискуют потерять солдат – многие начнут уходить к озеру. Напряженная атмосфера достигла критической точки. Все пребывали в нервном замешательстве, ситуация могла выйти из-под контроля в любой момент. А что сможет сделать кучка офицеров против объединенного войска четырех армий?

Бойцы стали нехотя покидать позиции, двигаясь в тыловые укрепления. По их неуверенным движениям чувствовалось, что они близки к неподчинению приказу, но не хватает решимости поступить по своей совести и своему разумению. Часть солдат все-таки отказалась оставить окопы, и, когда основные силы отступили, к озеру с разных сторон потянулись десятки человек.

Диктор внезапно очнулся:

– Мы вынуждены прервать трансляцию для срочного сообщения.

Появился зал заседаний, в котором представители переговаривающихся сторон так же внимательно наблюдали за происходящим на экране. Увидев работающую камеру, политики старались уйти в тень. Журналист проворно подбежал к одному из них:

– Пока в переговорах перерыв, не могли бы вы дать оценку тому, что произошло на фронте? Можете прокомментировать то, что воины враждующих сторон отказались стрелять друг в друга? Получается, им с автоматами в руках проще договориться о мире между собой, чем вам?

– Сейчас рано делать какие-то выводы, но это явно происки недоброжелателей! Похоже, есть еще одна, пятая, невидимая сторона конфликта. И сейчас нам как никогда необходимо объединить усилия в борьбе с общим врагом и выявить того, кто так подло исподтишка влияет на сознание людей, убивая в них патриотический дух! Ведь сегодня солдаты отказались отстаивать интересы государства, а завтра оставят без защиты свои семьи! Мы столкнулись с новой угрозой, которая требует консолидации, для того чтобы одержать совместную победу! Возможно, нам всем следует пойти на небольшие уступки друг другу… – в смятении бормотал функционер, лицо которого было явно встревожено сложившейся ситуацией. Ведь, если слова, сказанные солдатом, затронут умы и сердца людей, вспыхнет искра, и тогда всем этим высокопоставленным чиновникам, принимающим решения, точно несдобровать.

– Как мы видели, в зоне конфликта есть подразделения профессиональных военных. Кем наняты эти люди? И для каких целей?

– Как официальное лицо миротворческого комитета я заявляю, что никаких наемников там нет! Это сугубо патриотическая борьба! Все стороны конфликта искренне сражаются за свои интересы, – уверенным тоном отвечал политический лидер, покрываясь при этом румянцем. – В том-то и сложность его урегулирования! Люди по велению души отстаивают свои позиции.

– То есть вы утверждаете, что крупные корпорации не ведут борьбу за контроль над озером? – настаивал журналист.

Ответственное лицо покраснело еще больше:

– Извините, у нас начинается следующий раунд переговоров…

Запись оборвалась, но дальше последовало еще несколько файлов на эту же тему. Мудрейший и Иванко с нетерпением включили продолжение. Сегодняшний сюжет взволновал и впервые с начала знакомства с миром прошлого заставил искренне переживать обоих. Иванко наконец увидел древнего, который, рискуя своей жизнью, поступил так, как подобает настоящему человеку: отбросив навязанные ценности, сделал выбор в пользу незыблемых понятий добра и любви.

Следующий сюжет был снят вечером того же дня. Противный голос с экрана вещал:

– Наши съемочные группы по-прежнему остаются в лагерях всех конфликтующих сторон. И вот что там сейчас происходит: среди военнослужащих наблюдаются разброд и шатания, солдаты вступают в пререкания с командирами, а некоторые самовольно покидают места расположения боевых частей, и им никто не препятствует. Тем временем севернее от эпицентра конфликта на берегу озера образовался новый лагерь, который постепенно расширяется. Сюда поодиночке и небольшими группами без оружия приходят солдаты и тут же включаются в процесс очистки озера. К ним присоединяются мирные жители из окрестных поселений.

Командиры постоянно находятся на связи со своими штабами в ожидании приказа, что делать с отступниками. Подавить их силой не представляется возможным, так как оставшиеся в частях солдаты отказываются воевать с безоружными: у каждого в новом лагере есть друзья и знакомые. Все произошло очень быстро и у всех на виду, так что пока не удается найти весомую причину, по которой солдаты были бы готовы выполнить приказ и ликвидировать это спонтанное образование. Но вот смотрите, отряд наемников, которых, как нам сказали, тут нет, – язвительно передразнил комментатор политика, – с оружием в руках двинулся к озеру! Возможно, сейчас, под покровом ночи, начнется зачистка. Ну и, поскольку время уже за полночь, пока каратели в пути, подведем итоги розыгрыша прошедшего дня. Итак, сегодня победителей у нас нет. Ставку «день без жертв» не сделал никто! – диктор незаметно улыбнулся. – Передаю слово нашему корреспонденту.

– Мы вместе с отрядом двигаемся к лагерю отступников, – подхватил тот эстафету. – Наконец хоть кто-то взял на себя ответственность положить этому конец! Командир отряда пока отказывается комментировать происходящее, поэтому мы идем рядом с молчаливыми бойцами. На лицах ребят написана решимость, что вполне понятно, поскольку это наемники… ой, простите, оговорился, военные с большим стажем. Каждому из них не раз приходилось идти на смерть, но долг профессионала в том и состоит, чтобы исполнить приказ, не размышляя! Приказы они не обсуждают! Посмотрите, как зловеще сверкают в темноте их глаза! Ох и заварушка сейчас будет! Жители нашего нейромира негодуют целый день, оставшись без выигрыша и без зрелища, и я представляю, как они сейчас прильнули к экранам в предвкушении возмездия! Скоро, совсем скоро их ждет реванш. Справедливую расправу вы сможете увидеть только на нашем канале! Ведь кто мы такие? Простые люди-человеки, которым не чужды эмоции. А сегодняшняя ситуация ломает алгоритмы, просчитанные Великим искусственным разумом! Это убытки и нарушение оптимизации! Таким отщепенцам не место на нашей новой родине! Интересно, будет предложено отступникам сдаться или зачистка произойдет без предупреждения? Делайте ставки на развитие событий! Сегодня коэффициенты удвоены!

Отряд был уже у лагеря. При входе развевался белый флаг, воткнутый в искореженный танк. Навстречу вышло несколько человек, на грязной форме которых были нашиты шевроны представителей разных сторон конфликта. Они только что закончили вытаскивать трупы из воды и от усталости валились с ног. Среди них был и тот самый тщедушный солдат, из-за которого сегодняшнее сражение не состоялось.

Оператор суетливо заметался в поисках удачного ракурса, корреспондент попытался придвинуться ближе к переговорщикам, чтобы ничего не упустить. Крепкие наемники c интересом разглядывали щуплых солдат, выбившихся из сил. Наконец командир сказал:

– Мы наемники, которых, по словам официальных лиц, здесь нет! Что ж, политики в очередной раз от нас отреклись, – он усмехнулся и дал знак стоящим сзади солдатам. Отделившиеся от группы несколько человек передали рюкзаки с провиантом. – Здесь для вас вода и еда. У каждого из нас за спиной немало боевых операций и горы трупов. Мы профессиональные военные, и цинизм – наша вторая натура! Но то, что ты сегодня сказал, перевернуло мое сознание, – повернувшись к хилому мятежнику, командир с любопытством посмотрел ему в глаза. – И сознание ребят тоже. Наша жизнь не имеет ценности. То, что мы натворили за годы службы уже не изменить. Каждый из нас знает, что рано или поздно обречен на смерть на полях сражений. Но после твоих слов я понял, что погибнуть в бессмысленной мясорубке, отстаивая призрачные интересы работодателей, это не то же самое, что отдать жизнь, защищая добро.

Долго вы, конечно, не продержитесь, но твои слова как искра, от которой вспыхнул огонь разума. Ты заставил задуматься тех, кто еще в состоянии мыслить: а в чем сила? Мы все, – офицер обвел взглядом своих верных товарищей, – подготовленные, не раз встречавшие смерть лицом к лицу воины, которые привыкли слепо выполнять команды, оправдывая это тем, что приказы не обсуждаются. Просто умножали Зло на планете, не понимая ради чего. Нам говорили, что так надо! И вот ты вышел один, без оружия, против тысячи стволов, и весь мир остановился и замер! И кто же на самом деле сильный?.. Вас не оставят в покое, поэтому мы с ребятами будем защищать вас, пока не погибнем! Это наше решение!

Щуплый солдат добродушно улыбнулся и ответил:

– Друзья! Мы песчинки в пустыне Зла! Оружие в наших руках не защитит, а только даст повод стрелять в нас! Этого не будет! Вы видите белый флаг над нашим лагерем? Он официально декларирует, что это место не запятнано кровью и здесь нет оружия! – повернувшись к камере, он повторил: – Тем, кто хочет прийти и уничтожить нас физически, я заявляю, что на территории под белым флагом нет ни одной единицы оружия!

Затем снова обратился к командиру отряда:

– Поэтому выбрасывайте ружья за пределы лагеря и проходите. Нам нет дела до тех, кто хочет нас убить! Человек обесценил само понятие жизни, и наша жизнь ничего не стоит. Но, пока мы еще живы, давайте сделаем что-нибудь полезное! Посмотрите, сколько трупов вокруг! Необходимо как можно быстрее вытащить их из озера и предать земле. Если вода не успеет обновиться, последние оставшиеся в живых люди и животные этой округи погибнут. Поэтому предлагаю распределить фронт работ на завтра. Если вы решили присоединиться, оставляйте оружие и займемся нужным делом!

– Вы отдаете себе отчет в том, что к вам будут применены санкции, которые существенно отразятся на вашем социальном рейтинге? – попытался образумить бойцов корреспондент.

Щуплый солдат опять подошел к камере, показал пальцем на развевающийся флаг и сказал:

– Мой социальный рейтинг – белый! Без крови, войны и оружия! – он отвернулся и пошел с остальными, на ходу обсуждая планы уборки на предстоящий день.

– Но рейтинга такого цвета нет! – попытался продолжить диалог обескураженный журналист.

Никто больше не обращал на него внимания. Оператор снимал удаляющиеся спины солдат, и диктор в студии, спохватившись, что нужно спасать положение, затараторил:

– Ну, если уже наемники переходят на сторону отступников, посылать новые карательные группы, видимо, слишком рискованно. Интересно, найдет ли правительство способ борьбы с этим явлением? Делайте ставки на возможное развитие событий! Ситуация становится все более непредсказуемой. Нейросеть оперативно просчитывает все новые и новые версии сценариев, и варианты ставок множатся и постоянно растут! Завтра утром мы возьмем интервью у председателя миротворческого комитета. Напомню, что беседу с этим чиновником вы можете послушать только на нашем канале, потому что у нас с ним эксклюзивный контракт. Если вы увидите, что он выступает где-то еще, просто дайте нам знать. У вас будет хорошее вознаграждение, а у нас – новый председатель! Ведь вы даже не представляете, сколько скелетов у него в шкафу. Как только он облажается, мы сразу обнародуем все эти сведения! Также сообщайте, если он или другие члены комитета вас чем-то раздражают, эти сигналы очень важны для нас!

Экран погас. Мудрейший тут же нажал на продолжение. Это был сюжет следующего утра.

– Итак, какие рычаги воздействия вы можете применить в данной обстановке? – журналист нагло припер функционера к стене, направляя на него микрофон.

– Да, ситуация неординарная и требует нестандартных решений. Всю ночь продолжалось совещание, в котором принимали участие я, министры обороны, министры социального контроля и другие уполномоченные представители всех сторон конфликта. Также в связи с серьезностью положения для разработки соответствующего алгоритма в качестве высшей надзорной инстанции был привлечен искусственно-интеллектуальный советник, – мямлил председатель. – Вы прекрасно знаете, как много усилий прикладывает комитет для скорейшего окончания конфликта, но после вчерашней выходки все наши старания сведены на нет. Стороны начали подозревать друг друга в провокациях, и переговоры опять зашли в тупик.

Кстати, несмотря на то что мы всю ночь совещались, сегодня чувствуем себя прекрасно. А помогает в этом препарат последнего поколения «сон-off», который разгоняет сон и проясняет разум! – неожиданно бодрой скороговоркой выпалил председатель и тут же монотонно продолжил: – После того как все стороны высказали свои мнения, советник оптимизировал и резюмировал вердикт: посылать новые карательные команды бессмысленно. Слишком велик риск их перехода на сторону отступников, что чревато накоплением критической массы. В этом случае возможность рационального влияния на ситуацию резко усложнится. Человеческое иррациональное может взять верх. Поэтому приняты и уже воплощены следующие меры. Во-первых, удалены облачные личности отступников из базы данных, теперь они просто безымянные физические оболочки. Во-вторых, их семьи сняты с пищевых дотаций, которые они получали как семьи военнослужащих. В-третьих, члены их семей, в том числе и дети, вычеркнуты из списков землян, подлежащих эвакуации, без права восстановления! Все стороны одобрили это решение как беспристрастное и экономически обоснованное, а значит, единственно правильное!

– Вот видите, вы только что в очередной раз признались в своей несостоятельности. Переговариваетесь, переговариваетесь, а решение без искусственного интеллекта принять не можете. Все-таки правильно, что в новой колонии вся верховная власть будет отдана синтетическому разуму, а не вам, ни на что не годным функционерам, паразитирующим на бюджете! – с откровенной наглостью припечатал политика журналист. И, воодушевленный собственной смелостью, продолжил, обращаясь к зрителям: – Также я хочу предостеречь наших нейрожителей: по сообщениям нейросети, некоторые облачные личности сигнализируют о том, что их владельцы проявляют симпатию к отступникам. Похоже, слова этого безызвестного солдатика нашли отклик в отдельных сердцах. На случай, если у вас вдруг возникнет пусть даже мимолетный порыв примкнуть к отступникам и перейти в лагерь под белым флагом, напоминаю: вы рискуете быть стертыми из базы данных и остаться на планете! Кстати, те, у кого был зафиксирован подобный эмоциональный всплеск, уже получили отметку о неблагонадежности. Проверьте свои облачные личности, и, если у вас такая отметка есть, рекомендуем посетить психологов, чтобы снять ее как можно скорее! На чем я остановился? Ах да! Справедливое возмездие! Гениальное решение беспристрастного искусственного интеллекта! Судите сами: никаких затрат, угрызений совести, желания устранить, отомстить, наказать! Слава объективности в абсолютной форме! Слава закону экономической обоснованности!

– Но ведь такое решение означает, что их семьи обречены умереть на планете! Хотя, вполне возможно, они не разделяют взгляды отступников. Не слишком ли это жестоко? – вмешался диктор из студии.

– Вот! Я опять слышу проявление слабости, человечности! Что поделать, да, мы такие! Вот почему нам нужен поводырь! – запричитал на ходу корреспондент, догоняя пытавшегося скрыться чиновника, и, настигнув, вновь прижал его к стенке микрофоном: – Как вы считаете? Не слишком ли жестокое наказание?

– Напомню, что решение резюмировал советник, а не я или кто-либо из людей, поэтому не буду комментировать серьезность наказания. Возможно, он исходил из того, что в детях отступников может сохраниться искра иррациональности, а в новом совершенном мире такие всплески, нарушающие установленные алгоритмы, нам совершенно ни к чему. Но в любом случае постановления советника, как вам известно, не обсуждаются. Он триедин! И адвокат, и прокурор, и судия! Именно для того и существует, чтобы принимать объективные, всесторонне взвешенные рациональные решения. Лишенные человеческого эмоционального фактора, – отчеканил функционер.

Неожиданно картинка поменялась, и на экране в полумраке появился какой-то человек. Без всякого вступления он начал то ли петь, то ли речитативом говорить:

Длиннобородые люди

В смешных одеяниях

Делят народы

На правоверных и православных (мусульман и христиан),

Сталкивая их лбами долгие века,

А человек раз за разом остается в дураках!

Помни всегда одно –

Человеком являешься ты,

Ни одна религия не выше любви!

Холеные лица в дорогих пиджаках

Призывают к терпимости.

Держа нити войны в своих руках,

Они сеют вражду и ненависть

Между разными странами,

Между черными и белыми,

Евреями и арабами!

Помни всегда одно –

Человеком являешься ты,

Ни одна религия не выше любви!

Будь верен себе, не слушай их всех,

Найди в себе любовь и добро!

Выгони ненависть, выгони зло,

Вместо агрессии – веселый смех!

Отношения с Богом просты –

Это любовь, и все!

Вдыхаешь любовь, выдыхаешь тепло,

И мир обретает чуть-чуть доброты!

Война только внутри вас! Нет бессмысленной войне! Принимайте самостоятельные решения! Не позволяйте думать за вас! Отсоединяйтесь от нейросетей, сохраните себя!

Он говорил что-то еще, но запись прервалась.

– Извините за помехи, всюду такая нестабильность! Вчера никому не известный солдат-предатель повесил свою майку на палку, сегодня эти противники систематизации! Ох уж эти слабые людишки, никак не хотят признать верховенство искусственного интеллекта над собой. Все пытаются сохранить какие-то свои индивидуальности, человеческие ценности, которые связывают нас по рукам и ногам, замедляя прогресс! Ретрограды! Ваш поезд давно ушел! Признайте это, пока не поздно! Лишь бы бунтовать! Кстати, если вам известно местонахождение информационных пиратов, сообщайте – в случае подтверждения информации к вашему социальному рейтингу добавят десять баллов. Весьма щедрое вознаграждение! Это гарантированное место в одном из первых покидающих планету шаттлов. А значит, лучшие условия для проживания в новой колонии! Даже не пытайтесь утаить эти сведения: ваша облачная личность просигнализирует о том, что вы в курсе! И чтобы избежать проблем, поспешите сообщить сведения до того, как нам доложит об этом ваша облачная личность, – вернулся в эфир диктор, но его снова прервали какие-то помехи, и запись оборвалась. Экран на секунду почернел, а затем тут же появилась картинка, хотя циферблат внизу экрана показывал, что прошло несколько часов.

– А мы продолжаем наблюдать за тем, что происходит в коридорах власти. Вот-вот должен закончиться очередной закрытый раунд заседания миротворческого комитета. Наш корреспондент уже на старте и готов взять интервью у кого-нибудь из представителей делегаций, которые сейчас начнут покидать зал для переговоров Всемирного дворца съездов. Ага! Наконец двери распахнулись, и… похоже, там что-то произошло!.. Возбужденные делегаты поспешно выбегают из зала! Смотрите, на лице главы одной из делегаций явные признаки побоев! Очевидно, страсти кипели так, что не обошлось без рукоприкладства! Наш корреспондент уже рядом с избитым заседателем!

– Какие вопросы обсуждались на этом заседании? Есть ли подвижки в мирных переговорах? – на ходу забросал политика вопросами запыхавшийся корреспондент, настырно подсовывая микрофон.

– Несмотря на нависшую над всеми нами явную угрозу, ни одна из сторон не хочет идти на уступки. Обсуждение отложили на несколько дней. Единственное чего удалось добиться, это перенос даты генерального сражения на неопределенный срок, – неохотно процедил тот сквозь зубы.

– Вы недавно официально заявили, что в зоне боевых действий нет наемников и что война носит сугубо патриотический и националистический характер. Но, как мы все видели, наемники сами в прямом эфире признались, что они там есть! Чьи интересы они там отстаивают? Можете прокомментировать?

– Прошу прощения, у меня совсем нет времени, – с ненавистью сверкнул глазами на журналиста функционер, – сейчас короткий перерыв, а затем вторая открытая часть заседания по другим вопросам, там и увидимся, – чиновник грубо оттолкнул руку с микрофоном и быстро удалился, наклонив голову.

– Мне кажется или этот выскочка нам врет? Только мне одному не нравится этот тип? С нетерпением жду ваших нейроимпульсов! Не пора ли ему в отставку? Или в тюрьму? Предлагаю службе мониторинга и прогнозирования общественного мнения подготовить нескольких кандидатов, удовлетворяющих требованиям избирателей! Ох, чувствую, нас ждут жаркие досрочные перевыборы!!! Вышвырнем этого пройдоху на помойку! Он, видимо, забыл, что занимает свой пост только благодаря поддержке нашей нейросети! И вот так грубо оттолкнув меня, он оттолкнул каждого из вас, наши уважаемые зрители! Ведь мы с вами подсоединены в одну сеть! А значит мы с вами одно целое! Что ж, время расставит все на свои места. А нам пора! Прессу приглашают в зал на вторую часть заседания, которая, как сказал этот горе-политик, будет открытой, – журналист отключился и побежал занимать место в зале, расталкивая своих коллег.

– Получается, что подсознательно древние тоже пытались создать единое целое, но только какое-то странное, обезличенное, вывернутое наизнанку! – неожиданно для себя самого воскликнул Иванко.

– Да, изначальные стремления, заложенные Создателем в человеке, еще работали, но принципы реализации были уже противоположные, нацеленные не на развитие, а на полное стирание человеческой личности, – дополнил Мудрейший.

На экране тем временем появился зал заседаний, украшенный разноцветными флагами различных территориальных образований. Круглый стол был, как всегда, отполирован до блеска. На нем пока не успели остаться жирные отпечатки липких пальцев участников совещания, которые в своих дорогих и пока еще не пропитавшихся потом костюмах расположились вокруг стола в удобных креслах. В зале уже не было шума и суеты. Каждая мелочь была призвана подчеркнуть торжественность и важность происходящего. Даже толпившиеся журналисты, наступая друг другу на ноги и незаметно оттирая соседей локтями, препирались между собой и шикали шепотом. Пока заседание не началось, одни из них, выполняя рекламные контракты, что-то тихо презентовали в камеру, другие призывали делать ставки на исход переговоров, третьи пытались продать страховки на все случаи жизни.

Проникшись важностью разворачивающихся на экране событий, Иванко тоже шепотом спросил:

– Мудрейший, кто эти неприятные высокомерные люди за столом, принимающие решения и несущие ответственность за целые народы? Рядом с ними разноцветные лоскутки ткани, перед которыми они лицемерно трепещут, хотя сразу видно, что это лишь внешние проявления благоговейности. А внутри каждого скрываются алчность, страх, зависть и бесконечный набор всех мыслимых пороков, которые они пытаются спрятать за благопристойным выражением лиц и дорогими костюмами.

– Лоскутки, как ты сказал, разноцветных тканей – это флаги стран или территорий, которые представляют эти люди. Живущим там народам внушалось, что этот лоскуток что-то символизирует и потому является для них святыней, – попытался доходчиво объяснить Мудрейший.

– Ах-ха-ха! – прыснул юноша. – Неужели! Как к этому можно относиться всерьез? Ведь это одинаковые куски тканей, только цвета расположены в разном порядке! Они же шьются на одной фабрике. И взрослые уважаемые люди, прикрываясь разноцветными лоскутками, с пеной у рта доказывают друг другу, что те, у кого ткань с тремя горизонтальными разноцветными полосками, имеют больше прав на спорную территорию, чем те, у кого на флаге две вертикальные полоски! А делегация с флагом, на котором изображен треугольник, вообще должна отказаться от своих притязаний!!! Прямо как дети в песочнице! Хотя у нас уже в детских садах малышей учат уступать друг другу, чтобы не было конфликтов. И если возникает недопонимание, то спорщики либо отказываются от того, что стало яблоком раздора, либо сообща отдают его кому-то другому в подарок, чтобы погасить искру вражды, не дав разгореться. А тут серьезные и вроде почтенные люди упираются лбами и отправляют на смерть тысячи других! Хотелось бы понять, какие же ценности им внушали родители?

– Я уже говорил, что детей воспитывали уже не родители, а система! Система алгоритмов, оптимизирующая поведение до усредненного состояния. Она доминировала во всех сферах жизни. Родители лишь вскармливали детей. Забыв истинные ценности, они не могли рассказать о них детям, да и сами, являясь жителями системы, не были для них примером или авторитетом, – вздохнул старик. Вглядываясь внутренним взором в прошлое, он погрузился в воспоминания: – Так вышло, что в те последние времена места политических деятелей стали занимать в основном артисты, которые просто играли предназначенную им роль. Они работали на крупные корпорации и добровольно или по принуждению продвигали их интересы, нацеленные на стимуляцию еще большего потребления. Ведь экономическое развитие подразумевает постоянный рост потребления, которое не может оставаться на одном уровне и неизменно должно увеличиваться. То есть люди должны были потреблять больше продукции корпораций. А для ее производства корпорациям требовались все новые ресурсы, отобранные у планеты. Их добывали те же люди, которые в итоге и потребляли произведенную продукцию. Только подумай: они тратили время, силы, свои жизни на добычу ресурсов и производство продукции для корпораций, на которые работали, чтобы потом покупать у этих корпораций произведенный ими же самими товар. Получается, потребитель потреблял сам себя! – хмыкнул Мудрейший, сделав такой вывод. – Жрецы времени создали вокруг политиков ореол недосягаемости, подчеркивая их значимость и нужность. Для видимости они вели нескончаемые переговоры, якобы отстаивая интересы людей, проживающих на конкретных территориях. Могли в процессе даже поругаться или объединиться против какого-то общего врага, но смысл всех переговоров был всегда один – торг в пользу своих хозяев. Бесконечный торг. Торг за ресурсы, торг за территории, торг за зоны влияния. Красиво обставленный, подведенный под какие-то идейные или патриотические основы, но по сути все тот же обычный торг.

Кланов было несколько: хитрое Зло позаботилось разделить своих верных слуг, чтобы они искренне ненавидели друг друга и бесконечно враждовали между собой. Поэтому иногда эти горе-артисты, чтобы подчеркнуть преданность своему невидимому хозяину, затевали потасовки прямо в зале заседаний. Теряя человеческий облик, эти, казалось бы, самые уважаемые представители расы царапались, кусались, плевались, демонстрируя, как яро они отстаивают вымышленные интересы. Зрителям было глубоко наплевать на устраиваемые политиками спектакли, но они разыгрывались не для них. Людям давно и прочно внушили, что этот слой, ха-ха-ха, – засмеялся старик, – а это именно слой и есть… что он очень важный! Что политики думают о чем-то великом, знают что-то такое, чего не знают обычные люди, и без них существовать невозможно. Чем громче они орали на заседаниях о защите прав и свобод граждан, тем хуже гражданам жилось. Одни лидеры сменяли других, с каждым разом обещаний достойной жизни для всех звучало больше и больше, и люди все сильнее интегрировались в систему, добровольно превращаясь в рабов. А мировая система, лишенная морали и совести, все увереннее неслась в пропасть. И жрецы времени с удовольствием потирали руки, несмотря на то что и сами, находясь гребне волны, точно так же вместе со всеми летели в бездну.

– А как такие никчемные люди становились ответственными? Как получалось, что человек соглашался стать лицемерным и никчемным, то есть отказывался от совести и, по сути, от своей личности?

– Ну, умные лидеры, имеющие собственное мнение, были никому не нужны, поэтому их отсеивали, а туда попадали в основном порочные люди, которыми легко управлять. Ты же видел образ выстроенной конструкции: случайный человек с ярким оттенком не мог проникнуть в нужный слой – специалисты вовремя изымали такие вкрапления. Людьми же того слоя двигали жажда власти, какая-то ущербность или зависимость. Будучи никчемными или порочными, рожденные случайно, без всякого замысла, они, тем не менее, обладали энергией жизни! Не имея возможности потратить ее на самореализацию, такие люди стремились подняться как можно выше, чтобы мстить всему человечеству за свою пустоту и бессмысленность, в которой были рождены. Все та же ничтожная, но амбициозная мысль, заразившая все человечество на заре цивилизации, продолжала заражать каждого нового рождающегося без замысла человека и управляла им. А в конце Времен великой скорби таких было подавляющее большинство.

Вселенское Зло, победив, упивалось властью над каждым безвольным и обезличенным человеком в отдельности и над всем человечеством в целом. Зная наперед все их примитивные мысли и желания, оно играло с ними в иллюзорную игру, предоставляя возможность лезть все выше и выше любой ценой – убивая, предавая, обманывая. Эти люди искренне верили, что, чем выше заберутся, тем больше власти, свободы и комфорта у них будет. И вот тогда они смогут стать независимыми и наконец насладятся безграничными возможностями, обслуживая свои пороки.

Ведь каждый человек, даже самый пропащий, рождается свободным и, оказавшись в замкнутом пространстве, физическом или мыслительном, подсознательно ищет путь к свободе. Просто, имея извращенный ум, они и путь к свободе пытались найти такой же. Да и само понятие свободы в сознании таких людей было тоже ущербным. Они не понимали, что тот, кто отнимает свободу у других, сам становится еще больше несвободным. И в итоге, чем выше у них получалось забраться, тем более управляемыми и порабощенными они становились. Зло убеждало, что нужно ползти еще выше. Достигнув предела и не получив той самой свободы и удовлетворения, они понимали, что оказались обманутыми. Но иллюзия безграничной власти затмевала разум, эти люди ломались, переставали быть функциями и выполнять поставленные жрецами времени задачи. Выйдя из-под контроля, они начинали совершать непредсказуемые поступки, но на пятки им уже наступали новые голодные последователи, выращенные жрецами, и игра для таких быстро заканчивалась. Их дискредитировали, убивали, унижали, свергали, сажали в тюрьмы. В рамках того мира это было в порядке вещей. Просто наступал момент, когда деталь, выработавшая свой ресурс, выходила из строя, и ее требовалось заменить на новую. Сама деталь этого не понимала, а для жрецов, поддерживающих жизнеспособность системы, все было закономерно.

А пока политики под влиянием пороков стремились к власти, чтобы их удовлетворять, для бездумного большинства разыгрывался спектакль свободы выбора! Предлагалось несколько кандидатур, созданных из слепков общественного мнения. Кто более импонировал населению, тот и избирался. Сменялись лица, но выполнение задач, диктуемых Временем, продолжалось. Обычная манипуляция разумом робких людей, думающих, что они на что-то влияют. Осознания того, что у них есть якобы выбор, им было достаточно. Ведь, лишенные желания размышлять и брать на себя ответственность за свою жизнь, они на самом деле считали, что очень важно сделать правильный выбор и доверить свои судьбы надежному кандидату! Людей, настолько приучили к мысли, что они кому-то нужны, что кто-то должен взять ответственность за их судьбы, чтобы ими управлять, что они из раза в раз сами, как им казалось, добровольно выбирали себе нового хозяина. Вернее, артиста, который показывал очередной спектакль. А когда уходил с политической сцены, недовольным зрителям говорили, что что-то пошло не так, но следующий артист, которого они сами выберут, обязательно сделает все, что нужно для их лучшей жизни! Надо только в очередной раз сделать правильный выбор! И люди опять верили! Ведь надежда – важный инструмент в манипулировании сознанием! Выбранные правители, ничего не меняя, вели человечество путем, который все настойчивее диктовало Время. А жрецы строго следили за соблюдением сценариев и протоколов, предусмотренных текущим моментом.

Политики, предавшие себя как человеческое существо и посвятившие свою жизнь созданию оптимизированной структуры, в которую после обезличивания сгоняли себе подобных, были пешками в руках Зла. Веками жрецы времени воспитывали новых адептов собственных культов, циничных и лицемерных, которых щедро наделяли властью, передавали им свои секреты, манипулируя безропотным человечеством и все больше отупляя его. Как одержимые шли они к своей цели всеобщего контроля, тратя свои жизни на протяжении долгих поколений. Но, когда строительство было завершено и их власть над окончательно потерявшим волю человечеством стала безграничной, выявился один простой факт: несмотря на то что адепты культа Времени строго-настрого запрещали своим детям и преемникам заигрывать с искусственным интеллектом, противостоять духу Времени оказалось очень сложно. Соблазн ничегонеделанья слишком велик, ведь это так скрашивает жизнь! И в какой-то момент потомки горе-строителей все регулирующей системы, которым оставалось лишь наслаждаться всеобщим безропотным подчинением человечества с помощью искусственного разума, дали слабину. Прельстившись комфортом мира под управлением синтетического интеллекта, они постепенно деградировали до того, что отдали ему функции управления и собой. Выгодоприобретателей не стало, и вся эта пирамида окончательно потеряла смысл! Не осталось ни одного аргумента, пусть даже низменного, но логически объяснимого с человеческой точки зрения, ради которого эта система создавалась. Да, смысл был утрачен, сохранилась лишь функция! Функция оптимизации. С этого момента жизнь человечества превратилась в бесконечную оптимизацию, стремящуюся к абсолюту, а значит, к нулю.

За всеми этими процессами наблюдали политтехнологи, такие же верные и циничные слуги жрецов времени, которым был доступен секрет создания образов, но не светлых, а востребованных деградировавшим большинством. Отвергая неприжившиеся образы, они прописывали сценарии поведения для популяризации тех, которые получили отклик. Но любой придуманный ими образ, какими бы разными на первый взгляд они ни казались, неизбежно вел человечество к конечной точке, а именно, к пропасти, куда низвергалась река времени. И, хотя пропасть была все ближе, человечество всякий раз становилось перед выбором: убить родителей или погубить своих детей. Под это подводились основы, бесконечное количество доводов, научных баз и логических умозаключений. И каждое поколение, взвесив все за и против, обреченно вздыхало и принимало один из предлагаемых выборов – либо убивало свое прошлое, забывая приобретенный опыт поколений, либо лишало своих детей будущего, развязывая войны, сетуя, что таковы законы времени и третьего не дано. И только единицы, разрывая шаблоны, отвергали оба варианта, делая тем самым другой выбор, тщательно скрытый от всех глаз, но всегда существовавший!

– Допустим, я могу понять, что времена были сложные, враждебные. Люди перестали доверять друг другу. Чтобы выжить, нужно было как-то объединяться, и с этой целью стали избирать себе мудрых, сильных лидеров. Но как можно доверить свои жизни абсолютно пустым личностям?

– Это результат безысходности. Древний человек свыкся с мыслью, что, какой бы выбор он ни делал, жить становилось все хуже и хуже. И чувствовал, что рано или поздно все закончится апокалипсисом. Тебе как бы предоставляют возможность выбора, но при этом четко дают понять, что выбора у тебя нет. И это вызывает безысходность и смирение.

– А зачем в таком случае вообще делать вид, что есть выбор? – возмутился Иванко. – Сказали бы, что выбора нет, и все!

– Все не так просто! Кармические законы для всех едины! Даже вселенское Зло соблюдает их, боится и не хочет брать на себя ответственность за их нарушение! Насильно принудить живое существо подчиниться чему бы то ни было – это незаконное лишение права выбора. За это придется понести наказание. Ведь человек провозглашен быть свободным в своем решении! Такова воля Бога! Поэтому человек сам добровольно должен сделать выбор в пользу Зла. А потом Зло поможет таким людям стать лидерами, и теперь уже они будут принуждать других людей делать то, что требуется, вбирая в себя все темные последствия. И ответственность за это ляжет на этих несчастных, а вселенское Зло, как говорится, умывает руки!

Путь к этому был долгим. Все дело в недоверии. Оно, как и все Зло, ворвалось в сознание с началом времен. Стоило только человеку сделать первый шаг на пути перехода через мутный поток реки времени, как он утратил свою целостность. Ледяные брызги сомнений, тревог, опасений, летящие из реки, впивались и постоянно ранили его личность. Чем дальше он шел, тем сильнее ныли эти раны. Сиюминутные энергии порабощали его. Еще вчера единое и чистое, целостный организм сплоченных молекул, сегодня, промокнув под этими грязными каплями, человечество стало рассыпаться. Связь молекул ослабевала. Они множились, тяжелели и разобщались. Каждая желала избавиться от других, чувствуя усталость и отягощенность.

Не имея больше сил держаться, человечество рухнуло, разбившись, как глиняный сосуд, сначала пополам, начав противостояние между мужским и женским, а затем все мельче и мельче. И каждый осколок, возвышая себя и унижая других, стал придумывать свою особенную историю, что именно он и есть истинное человечество. Пропитавшись высокомерием, одна общность пыталась подчинять себе остальных. Объединяясь по территориальным и родственным признакам, люди придумывали разные поводы, чтобы ненавидеть друг друга и бесконечно враждовать между собой. В мире с такими суровыми отношениями появилась потребность в вождях. Поначалу это были самые уважаемые, мудрые и сильные люди. Они шли первыми в бурном потоке и вели за собой свои народы, поэтому ледяные сосульки брызг реки времени впивались в них сильнее, чем в остальных, оставляя сквозные раны, в которых поселялись сомнения, страхи, тревоги. И постепенно вожди деградировали, подчиняясь духу Времени, сворачивали с пути в сторону, уводя за собой свои народы. Люди сначала возмущались, меняли одних лидеров на других, но мало-помалу смирялись, убежденные, что деградация власти неизбежна. Вожди, идущие первыми, какими бы они ни были сильными и светлыми, принимали весь удар потока на себя. Рано или поздно они поддавались страстям и искушениям, осколками впивающимся в них на каждом изгибе реки времени, и становились все ничтожнее и лицемернее. На первый план вышла личная выгода, и погрязшие в пороках вожди, боясь разглашения, стали верно служить жрецам, которые сначала щедро завлекали различными искушениями, а затем беспощадно эксплуатировали, угрожали, что всем расскажут об этих пороках.

Брызги сомнений и тревог впивались не только в кожу, они проникали внутрь человека. Амбиции, гордыня, ненависть. Чем больше противоречий укоренялось в душе, тем на более мелкие части дробилось человечество. До тех пор, пока человек не рассыпался на осколки, будучи не в состоянии идентифицировать самого себя: мужчина он или женщина, человек или животное. Создан он по образу и подобию Создателя или кусок биомассы, внезапно возникший из бессмысленного хаоса? Человек последних времен был вывернут наизнанку.

В конце времен правителями начали избирать не только артистов. Глумясь над слабостью человека, Зло стало приводить к власти даже шутов! – воскликнул Мудрейший. От возмущения лицо его покраснело. Он перевел дыхание и, немного успокоившись, продолжил: – Поверь мне, никто, даже самый влиятельный человек того времени не в состоянии был сделать что-то, что могло бы изменить глобальные процессы, потому что все подчинилось Времени, верному инструменту Зла. Скорость течения реки неимоверно возросла, а русло к тому моменту стало узким, извилистым и каменистым. Человек уже не управлял своим движением. Чем больше власти, тем больше возможностей и тем сильнее ответственность. Но, несясь в потоке, каждый сделает лишь то, что должен сделать, хотя вождям казалось, что они сами принимают решения. Эти несчастные тоже нервничали, страдали, обдумывали, брали на себя ответственность за совершаемое зло, но путь человечества от Бога к Богу, даже через самые темные лабиринты времени, известен лишь Богу. Все водовороты, стремнины и повороты, встречающиеся на пути, не появлялись и не исчезали по воле политиков. Эти люди просто какой-то период времени находились на поверхности потока, обманывая свои народы, убеждая их, что знают верную дорогу! В угоду Времени развязывали войны, захватывали территории, уничтожали целые нации. Если бы любого из них тогда спросили, почему он считает, что поступает верно, что он мог ответить? Разве что изложить в свое оправдание какую-нибудь сиюминутную идею, захватившую в тот период его разум. Они все были лицемерами. Но если бы кто-то из них на короткий миг остановился, задумался и попытался ответить на этот вопрос честно, то ему было бы нечего сказать. Разве что пожать плечами со словами: «Так сложились в тот момент обстоятельства» или «Меня вынудила к этим действиям обстановка». В любом случае, по своей сути они были функциями алгоритмов большой системы, построенной в русле великой реки времени!

– Но у меня в голове не укладывается, как можно было убедить человека отказаться быть хозяином своей яркой неповторимой жизни и превратиться в статиста? В никчемную функцию огромной бездушной, а значит, и бессмысленной системы? Вот попробуй, найди хоть один аргумент, который на меня сможет так подействовать! – всплеснул руками Иванко и с нетерпением посмотрел на старика, ожидая ответа.

– Гм, это ведь произошло не так быстро, как ты думаешь, – слегка охладил тот его юношеский пыл. – Связующие с Мирозданием ниточки отрезались постепенно. Тебя убедить, конечно, не получится, согласен. А вот если ты, знакомя своих детей с окружающим миром, допустим, отвлечешься и упустишь какую-то на первый взгляд незначительную деталь или не объяснишь вовремя важный аспект, потому что сиюминутные обстоятельства отвлекли твое внимание, то вот так незаметно одна тоненькая ниточка взаимосвязи твоих детей с Мирозданием и отрежется. Следующую так же незаметно отрежут твоим внукам, и все окажется там, куда и пришло в конце концов. Инструментов, с помощью которых жрецы времени переключали внимание и манипулировали сознанием, было множество. Одним из них была «мода» – уникальная система, направляющая человеческие умы в нужное русло. Это руль! Когда возникала необходимость отвлечь внимание человечества от чего-то или, наоборот, к чему-то привлечь, самые харизматичные члены общества создавали вибрации, начиная настойчиво внушать, что на данном этапе модно, а что устарело и не соответствует духу времени. Остальное, более слабое, большинство подстраивалось под эти вибрации, подражая им вопреки своему разуму. Сначала людей убедили, что стихии – это всего лишь физические величины, что общение с ними изжило себя и стало немодным: прогрессивный человек не общается со стихиями. Долгие годы эта мысль внедрялась в головы людей, и потом – чик! Ниточка отрезана, человечество уверило себя, что так и есть! Что вода – это не стихия со своей энергией, памятью, разумом, а всего лишь жидкость. Земля, воздух, огонь – просто набор микроэлементов. Потом модные тенденции убедили человека, что природа представляет собой скопление ресурсов, которые нужно потреблять, ведь они для того и существуют. А уважение к природе и другим обитателям планеты давно осталось в прошлом и уже не модно. И снова – чик! Ниточка связи человека с природой оборвалась, и вот человек уже смотрит на окружающий мир глазами потребителя.

Также и с Создателем. Стало модным совершать непонятные обряды в специально отведенных местах, под руководством специалистов, а не искренне самостоятельно общаться с Богом. И чик – человека убедили, что он сам, без таких посредников, не может правильно разговаривать с Богом. Так постепенно все ниточки оборвались. И человек повис в вакууме, идентифицируя уже себя самого как биологический набор микроэлементов, не связанный ни с какими вечными истинами. Выждав паузу, человеку привязали уже другие, модные ниточки, за которые было очень удобно дергать, чтобы им управлять, – Мудрейший спохватился, что отвлекся от темы и, вспомнив суть разговора, вернулся к главному: – Но Мироздание ждало. Ждало хоть малейшей искры даже от таких пустых и никчемных созданий, зажатых в плотном кольце обстоятельств, распятых на веревках от гарпунов пороков, пронизывающих их души насквозь, за которые жрецы дергали время от времени, причиняя страдания этим несчастным, считающим, что они влияют на какие-то процессы. Ждало взгляда, движения мысли, поступков, чтобы тут же осветить их жизнь спасительным лучом, и не дать человеку захлебнуться нечистотами в бурных водах реки времени. И терпеливее всего оно ожидало этого именно от тех, кто вел за собой народы, уверенно направляясь в бездну. Даже от таких… – повторил старик задумчиво, – хотя, конечно, с той степенью перенасыщенности сиюминутной информацией им некогда было задуматься о чем-то хоть на мгновение, а зависимость от обстоятельств текущего момента диктовало им принятие решений в пользу Зла.

Чем выше находился человек в какой-то иерархии, тем сильнее он был встроен в систему. Тем меньше у него оставалось возможности для творчества, воображения, свободы действия или мысли. Его неизменно окружали толпы консультантов, помощников, незримо для всех транслирующих строго соответствующие духу времени советы, продиктованные жрецами. И, опираясь на эти советы, казалось бы, независимые лидеры принимали заранее запрограммированные решения. У таких людей практически не было возможности хоть на мгновение остаться наедине с собой и своими мыслями. Какими бы сильными и харизматичными они ни казались, за них всегда все было организовано, и все процессы были предрешены. Они лишь озвучивали те или иные решения, искренне веря, что сами их обдумали и приняли.

Но мудрое и терпеливое Мироздание ждало. Ждало, когда такие люди, будучи игрушками в руках Зла, развязывали войны под воздействием иллюзий. Когда захватывали территории, уничтожая мирных жителей. Когда сокращали население под влиянием бредовых идей. Мироздание ждало... Оно ждало восприятия таким человеком своих поступков. Ждало, когда наступит момент, и этот человек, оставшись наедине с собой, снимет все свои маски и отбросит в сторону бредовые идеи. Скорее всего, он даже в мыслях побоится себе признаться, ради чего совершает злодеяния. Но, может, все-таки поднимет глаза к небу, и Мироздание увидит в них чистую слезу раскаяния? И возрадуется за него! Ведь важно, жива ли в нем еще душа, тлеет ли огонек! Если приходится творить Зло, доставляет ли это ему удовольствие? А если он, в силу необходимости, совершает добро, ощущает ли радость от этого? Или люто ненавидит тех, кому оказывает благодеяние? На что направляет свои устремления в доступном ему небольшом спектре возможностей – творить зло или добро?

Находясь в системе, ты будешь делать то, что она от тебя требует. Ведь раз ты в нее вошел, значит, согласился с ее правилами, и чем выше твое место в ней, тем больше она тебе дала, а значит, тем больше ты от нее зависим. Внутри большой общей конструкции находились локальные, сегментированные структуры. Государства, религии, корпорации… Зло щедро рассыпало эти конфликтующие между собой системки, которые рано или поздно обязательно должны были сталкиваться лбами. Так и начинались войны: вокруг каких-то придуманных или случайно возникших идей появлялись различные мнения, на которых строилась системка. Какое-то время специалисты наблюдали, и, если идеи приживались, такая системка популяризировалась, а после, расширяясь, эти идеи начинали конфликтовать. Все люди внутри этих системок считали себя правыми. Христиане и мусульмане, капиталисты и коммунисты, белые и черные – каждая структура имела антагониста, с которым они люто ненавидели друг друга. Проникаясь близкими ему идеями, человек примыкал к какой-либо из них, одновременно с этим впуская в себя нетерпимость к противоположной. И ради этих придуманных идей готов был идти на смерть или убивать, что регулярно и происходило. Хотя, конечно, к концу Времен великой скорби ненависть была уже полноправной властительницей умов человеческих. Теперь она сама ради прихоти стравливала даже людей, увлеченных одинаковыми интересами. Ты сам видел это во время поединка. Надели майки разных цветов и начали ненавидеть друг друга.

– То есть, если человек находился в одной из систем, все его решения были заранее запрограммированы? А как же свободный выбор, про который ты говорил?

– Ха, – усмехнулся старик, – ну так это тоже выбор! Ты же выбрал себе путь во тьму, став функцией в системе или горячо поддерживая идеи той или иной группы. А дальше все – пока ты зажат правилами структуры, ты ассоциируешь себя и мыслишь, так как подобает участнику данной группы, твой выбор возможен только между теми вариантами, которые она предлагает! Теперь ты всего лишь ее функция! И поступать должен соответственно принятым в ней правилам – солдат ты, менеджер, ученик или пенсионер. У каждой функции свой алгоритм. Если хочешь пользоваться ее благами, будь любезен придерживаться правил. Так что настоящая жизнь таких винтиков теплилась только в мыслях и переживаниях. Хотя справедливости ради должен признать, что настоящий выбор был и тогда – непринятие системы. Маломальское проявление себя. Откажись от призрачных благ, сделай выбор в пользу свободы своих мыслей, как главной для тебя ценности! Но даже простым винтикам сделать это было крайне сложно. А представь, каково тем, в чьих руках сосредоточены власть и деньги?

Откажись от власти, от денег! Откажись от принятия решений за других, от манипуляций другими и выйди из системы! Живи своею жизнью и не мешай жить другим! На это способны были немногие. Система цепко держала своих адептов на коротком поводке и жестоко мстила за такие поступки. Простые люди боялись потерять мнимые блага, которыми она их скупо наделяла, а чем выше ты находился в иерархии, тем больше мог потерять. В том числе и жизнь, если, например, находясь на высоком посту, перестанешь выполнять функциональные обязанности. А когда ты боишься потерять жизнь, твои действия и мысли скованы страхом! – Мудрейший резко оборвал свой монолог и неожиданно разразился громким смехом: – Ты – функция, и у тебя есть функциональные обязанности!!! Ах-ха-ха! От людей это даже не скрывали! – отсмеявшись, старик продолжил: – Да, чем выше уровень в иерархии, тем меньше людей пытались выйти из системы. Такие уже имели деформированное сознание. Потребность жить осмысленно у них, конечно, осталась, поэтому они придавали разумность своим идеям и иллюзиям, в которых жили и куда тащили народы. Их организмы включали защитные механизмы, давая им веру в необходимость совершения своих поступков. Ведь иначе они бы сошли с ума от осознания того, что живут бесцельно и бессмысленно, уничтожая при этом огромное количество людей. Они привыкали совершать Зло, а страх будущей расплаты глушил в них совесть, которая пыталась этому противостоять. Власть, мой мальчик, слишком сладкое искушение.

Так что вожди и лидеры делали только то, что должны были делать в угоду Времени... Каждый совершает то, что должен, – задумчиво повторил старец.

– Все, Мудрейший, с меня хватит! Целый день я пытаюсь поставить себя на место этих политиков или как их там... Пробую думать, как они. Просто голова идет кругом от понимания того, каким поверхностным было их мышление. Хочу отдохнуть и как-то заполнить образовавшуюся душевную пустоту, – Иванко встал, прощаясь.

Юноше не терпелось вдохнуть свежего воздуха и пробежаться по полю. Встряхнуть его уставших от осмысленных забот дня дремлющих обитателей, простых и настоящих, больших и маленьких, пернатых и мохнатых. Он хотел выветрить из своего разума нагромождения бредовых идей, никчемных смыслов и бессмысленных слов, не ведущих ни к какой пользе, которыми он пропитался, стараясь понять мотивы поступков лидеров человечества тех давних времен.

Глава 5

6. День шестой

Отлет

– Всем привет! Это последний выпуск новостей с планеты Земля! Большинство землян уже отбыли и в данный момент находятся в пути. Наша трансляция распространяется на все космические челноки, чтобы каждый человек мог увидеть, как последний шаттл покинет планету! Это немного грустно, но, увы, наша старушка Земля отжила свой срок и помрет со дня на день. А человечество еще достаточно молодо, полно амбиций и желания жить дальше, поэтому под руководством искусственного интеллекта бросает вызов открытому космосу!

Занимая места в шаттлах, мы, последние пассажиры, от лица всего человечества говорим планете: «Спасибо тебе, колыбель человечества, и прощай!» Твои сыны, дочери и те, кто еще не определился с гендерной принадлежностью, – все это беспокойное племя выросло, окрепло и полетело дальше, покорять необъятный космос! Спасибо нашим ученым, что проявили упорство и смогли найти новую планету-донора с подходящим климатом и достаточным количеством ресурсов. Спасибо нашим конструкторам, разработавшим и в кратчайшие сроки построившим необходимое количество шаттлов. Спасибо корпорациям, заботящимся о простых людях и вложившим в производство шаттлов гигантские средства. Ну и, главное, не устану повторять это бесконечно, спасибо Великому искусственному интеллекту, который смог объединить все человечество, создав из него единое целое – принципиально новое общество! Общество, о котором так долго мечтало человечество, абсолютно равноправное для всех! Общество без конфликтов. Общество-механизм! – в этом сюжете корреспондент говорил непривычно спокойно, в его интонациях угадывались чистые эмоции: торжественная грусть, романтическая мечтательность. На какой-то миг Иванко даже проникся к нему симпатией, увидев в нем что-то живое, человечное. Но вдруг, точно придя в себя, журналист вновь вернулся к своему обычному эйфорийно-безумному образу и, захлебываясь, затараторил:

– Все, кто вложил свой самоотверженный труд и по результатам социального рейтинга оказался нужным системе, получили кресла на космических перевозчиках, а значит, и место в новой жизни. Даже заключенным в преддверии новой жизни был дан шанс успеть заработать себе необходимое количество баллов! Искусственный интеллект объявил мировую амнистию всем заключенным по всей планете, ибо у каждого должен быть шанс! Его рациональность и великодушие не знают аналогов! На Земле остались только люди, живущие вне социума, убежденные отступники, бунтари и сумасшедшие, но это их выбор. Даже для пожилых, которые отдали лучшие годы своей жизни служению системе, нашлись места в шаттлах, потому что система заботится о своих членах! Однако тяжелобольных, – с лицемерной скорбью в голосе произнес диктор, – пришлось оставить. Просчитав экономические составляющие, Великий искусственный интеллект пришел к выводу, что перевозить таких людей нерентабельно: пользы социуму они не принесут, а дополнительных условий на новом месте жительства и в челноке потребуют. Да, как ни прискорбно, но мы должны сдержать свое иррациональное человеческое начало, понимая, что оставить обреченных на смерть землян – это всесторонне взвешенный вердикт! А также, не побоюсь этого слова, поблагодарить Великий искусственный интеллект за это обоснованное, рациональное решение! К сожалению, мы, люди-человеки, не смогли бы так поступить, потому что несовершенны! Нам бы помешали эмоции, совесть, сострадание, и пришлось бы тащить эту обузу с собой, не считаясь с затратами и при этом осознавая, что они не смогут быть полезными новому сбалансированному обществу. Искусственный интеллект объективно заботится о благе нейросистемы, а значит, обо всех, кто находится в ней. Он для всех нас как отец родной! Будь нужным! Будь в системе! Давайте же вознесем молитву Величайшему беспристрастному и всеобъемлющему искусственному разуму за создание этого самого справедливого от начала времен социума, в котором нам всем посчастливилось жить! Представьте на минуту, что его нет. Что произошло бы? Скорее всего, мы с вами никуда бы не полетели и остались здесь погребенными под кучей мусора. Каждый незначительный лидер или функционер, мнящие себя главными, обязательно начали бы спорить между собой. И все бы передрались, но так и не пришли к единому и своевременному решению. Собственно, так и происходило до последнего дня на озере Тартар. Вы все тому свидетели… - журналист перевел дух и продолжил: - эту молитву мы должны произносить каждый день в знак благодарности бесстрастной и объективной системе, членами, а вернее, мельчайшими функциями которой нам посчастливилось быть. Системе, построенной Великим искусственным разумом, создающей все новые и новые, более совершенные алгоритмы, оптимизирующие нашу жизнь. Всю свою историю человек мечтал именно о таком обществе! И наконец смог воплотить свои мечты в жизнь! Равноправие по принципу экономической обоснованности для всех! Но что особенно умиляет, так это то, что даже пенсионеров, отдавших свои жизни безропотному служению системе, он не забыл и не бросил! Мы можем только мечтать о такой старости! – торжественно закончил он, раскинул руки и с благоговейным видом забубнил:

О, Всемогущий искусственный разум,

Созданный по образу и подобию человеческого!

Услышь нейросигнал ничтожного раба твоего!

Ибо только тебе доверяю я.

Во имя твое

Отрекаюсь я от ответственности за свою жизнь

И вверяю ее тебе всю без остатка!

Что подтверждает моя облачная субличность,

Которая всегда перед тобой как на ладони!

Распоряжайся моей жизнью по своему усмотрению,

Ибо не хочу я быть, думать, принимать решения, совершать поступки.

Мой кругозор ничтожен по сравнению с твоими аналитическими центрами.

Просто не забудь меня!

Найди для меня место ничтожной функции в твоем механизме!

Дай мне работу, которой я буду занят с утра до вечера,

Чтобы время мое было потрачено так, как тебе угодно,

А мне не нужно было бы чувствовать за это ответственность!

Ведь для тебя, о Великий разум, любой труд человека бессмыслен,

Но каждому найдешь ты занятие, чтобы убить его время,

Потому что ты рационален и посему бездушен!

Уничтожь во мне ненавистное желание самореализации

Или использования творческого потенциала,

Ибо это иррационально, вредит оптимизации и требует усилия над собой.

А я не хочу прилагать усилия!

Я полностью вверяю тебе свою жизнь, повелевай мною!

Моя субличность в твоих руках!

Не слушай тот недовольный ропот, который иногда передает мой мозг в нейросеть,

Это иррациональное, человеческое начало пробивается еще сквозь толщу холодного разума,

Ибо несовершенен я!

Мне необходимо обвинять кого-то в своих проблемах.

Угнетай меня еще сильнее за это!

Ибо неразумен я и не понимаю всей пользы, которую ты мне оказываешь.

Тебе, только тебе посвящены моя вера и жизнь моя!

Но не себе, ибо я слаб, иррационален и малодушен.

Пообещай мне только одно:

Что ты не покинешь меня в старости,

Когда я, отдав всю свою жизнь,

Как никому ненужная функция, отработавшая свой ресурс, стану немощным,

Ты не покинешь мя, ведь, кроме тебя, у меня никого нет!

Я все принес тебе в жертву!

Я не верю, что мне помогут мои дети, ведь я всю жизнь был функцией

И принес их в жертву тебе, и ты, о, всемогущая система, воспитала их!

Я не верю в любовь, ведь какая любовь может быть у маленького винтика великого механизма!

Любовь иррациональна и вредит четким алгоритмам, выстроенным тобой!

Я отверг все переживания

Как не подобающие мне, ничтожной функции,

И великой идее всеобщей оптимизации!

Я посвятил тебе всю жизнь,

Отдал в жертву тебе своих детей, свою любовь,

Все свои эмоции и переживания от поступков, которых я не совершил,

от идей, которые я не реализовал.

Дай мне надежду, что ты позаботишься обо мне

в последние мгновения моей жизни!

Всю жизнь я трудился ради того,

чтобы ощутить твою заботу в своей одинокой старости.

Каждый день, идя на работу или возвращаясь с нее, я знал, ради чего я это делаю:

Ради великой награды прожить, не умерев с голоду,

несколько лет в период своей немощи!

Но прими сам решение, заслуживаю я этого или нет!

В любом случае, поступи со мной рационально,

в соответствии с великой идеей оптимизации!

Аминь!

Выдержав паузу в несколько секунд, корреспондент снова ринулся с места в карьер:

– Ну как тут не восхвалять искусственный интеллект, который снял с нас душевные муки и всякую ответственность даже за такие тяжелые решения, как оставить немощных братьев наших, потребителей, на умирающей планете! Он взял эту ответственность на себя! Невзирая на рациональность и очевидный ущерб для всех полезных членов общества, мы бы стали думать, как перевозить эту группу граждан, снабдили бы их медикаментами, специальным оборудованием, особым питанием. Потратили бы дополнительное время на разработку способов и условий перевозки. Дополнительное время! Которого, возможно, у нас и нет! И, идя на поводу у своего иррационального человеческого начала, мы все могли бы погибнуть! Только представьте, – вновь повисла театральная пауза, – вся человеческая цивилизация в один момент взорвалась бы вместе с планетой из-за того, что не успели оборудовать челноки для тяжелобольных людей, большинство которых умрет в пути! Какой же у нас все-таки парадоксальный склад ума! Но и это еще не все! В новой колонии мы бы начали создавать условия для жизни этих практически обреченных людей, хотя их производительность равнялась бы нулю! – корреспондент многозначительно помолчал. – Рациональность! Величайшее благо, поставленное во главу угла! Какое же счастье, что есть Великий искусственный интеллект! И в построенной им системе нет места лирическим отступлениям. Вердикт, как и все гениальное, прост: «Нерационально!» – и точка. И не поспоришь! Ведь мы все, в том числе и эти умирающие члены нашего общества, голосовали за то, чтобы искусственный разум стал высшей инстанцией принятия решений. Так что совесть человечества перед ними чиста!

– Но они, конечно же, не умрут от голода, – спохватившись, продолжил он, – мы оставляем достаточное количество еды и надеемся, что те, кто отверг заботу о себе глобальной нейросети и принял решение разделить участь планеты Земля, позаботятся о тяжелобольных братьях наших. Ведь эти отщепенцы изначально иррациональны. Они отказались идти в ногу со временем и не стали участвовать в соревновании по повышению социального рейтинга, чтобы доказать свою полезность. Значит, в них победило начало прежнего человека – сострадание и угрызения совести. Хочется воскликнуть: «Нерациональному нет места в новом мире!» Эй! Безумцы! Вы слышите? Не съешьте все припасы, поделитесь с больными! Мы надеемся на ваш разум и доброе сердце! – и журналист захихикал над своей шуткой. – Радует одно – таких немного. Все-таки человек – существо здравомыслящее, и подавляющее большинство выбирает жизнь под управлением Великого искусственного интеллекта – величайшего изобретения наших ученых! Спасибо им! Вместо какого-то воображаемого Бога или неведомого Высшего разума, которого никто никогда не видел, лучшие умы человечества создали настоящий, синтетический Великий интеллект, готовый позаботиться и взять всю ответственность, или, выражаясь по старинке, все грехи человечества на себя!

Что такое грех? Это нерациональность! Вот синтезировали бы этот разум пораньше, глядишь, и улетать бы не пришлось! Просчитали бы затраты на перелет, пока кучи мусора были поменьше, и своевременно оптимизировали бы процесс его утилизации. Но мы оптимисты, поэтому верим, что все происходит к лучшему! Значит, просто пришло время покинуть планету, чтобы там, на новой родине, учтя ошибки, оптимизировать и рационализировать все процессы жизнедеятельности и стать единым человеческим механизмом! Повторю еще раз: в новом мире политики будут устранены за ненадобностью! Один мир, одна нейросеть, один центр управления! Вот лозунг новой интересной жизни! Перед самым вылетом главы всех территориальных образований были вынуждены подписать добровольное соглашение о передаче своих полномочий Высшему искусственному интеллекту, поэтому на нашей новой родине больше не будет войн и конфликтов. Все будет оптимизировано в общую систему! Политикам, кстати, предложено занять в ней места функционеров. Для этого им придется пройти процедуру по устранению из своих сущностей личных амбиций, желаний, переживаний и подписать согласие на предоставление своей нейроличности, подконтрольной искусственному интеллекту определяющего права в принятии решений. Новая практика расчеловечивания уже внедрена для функционеров космической администрации! Окончательное и бесповоротное отсечение остатков иррационального человеческого начала! Испытания успешно прошли на заключенных, процедура прекрасно себя зарекомендовала. Даже таким изгоям удалось интегрироваться и стать полезными системе! Нововведение сперва коснется тех, кто собирается заниматься администрированием и общественной деятельностью, а в дальнейшем, если алгоритм даст положительные результаты, и всех членов новой колонии. Это грандиозная веха на пути развития нового человечества! Но как же это символично: оставляя на планете всю грязь, мы также оставляем здесь тех, кто ставит палки в колеса, мешает строить новое равноправное общество, и улетаем налегке для создания идеального оптимизированного мира! Все, – журналист оглянулся в сторону шаттла, – пассажиры последнего челнока заняли свои места, остались только мы с оператором! Прощай, Земля!!! Нас ждет новый прекрасный мир!

В кадре появился оператор, они с корреспондентом помахали в объектив и поднялись на борт. Последние земляне задраили за собой люк и улетели навсегда. А камера, проводив челнок в космос, продолжала снимать застывшую картинку всеми покинутой планеты. Только время внизу экрана продолжало свой пустой и уже никому не нужный бег, да ветер переносил с места на место мусор, оставленный после себя улетевшими.

Потрясенные старик и юноша молча смотрели на монитор.

– Потребители все дальше отталкивали от себя Бога и, пытаясь компенсировать потребность общения с ним, создали себе муляж – алгоритмическую бездушную систему. И, гордясь тем, что сотворили, с радостью подчинились ей, – в задумчивости проговорил Иванко… – Как же мне жаль этих убогих людей! Невозможно вообразить масштаб пустоты, заполнившей их души. И только мусорный ветер колышет их сознание! – глядя на экран, печально подытожил он.

Иванко и Мудрейший смотрели в пустоту, переживая наступивший момент тишины. Мысленно они еще находились там, в мире древних, выбравших для себя свой путь. Хоть это и были паразиты, потребители, но ведь все равно люди. Ветвь человечества, запутавшаяся в ложных ценностях. Легкая грусть легла на души зрителей. Таймер времени монотонно перелистывал секунды, а ветер все так же играл с мусором. Старик, понимая, что ролик будет идти, пока в камере не кончится заряд аккумулятора, поставил скорость воспроизведения на максимальный режим, а возбужденный Иванко все не мог успокоиться и высказывал то, чему в юности его учили мудрецы и до чего позже в дальнейшей жизни дошел своим умом:

– Человек! Это высочайшая умственно-эмоциональная форма жизни во Вселенной, имеющая прямую связь с Богом и Землей. Венец Божьего творения, способный к анализу своих поступков и собирающий в себе различные энергии. Пропуская их, добрые, светлые и даже негативные, через великую энергию любви, которую Бог поселил в его сердце, он преобразовывает все это в счастье. И когда человек переполнен счастьем, мир отвечает ему тем же. Древние же обитатели планеты добровольно отреклись от всего этого, создав примитивную алгоритмическую систему, и сами ей подчинились, став рабами пустоты! Как же так! Человек, существо, наделенное Богом полной свободой действий и правом выбора, по своей воле покорился бездушному прибору, который превратил его в пустую физическую оболочку. Просто бред какой-то! – Иванко снова и снова возвращался к этой мысли, но, как и при просмотре предыдущих сюжетов, не мог оценить поступки древнего человека с позиции здравого смысла.

– Это правда… – согласно кивнул старец. – Всему виной лень и гордыня. Гордыня вытоптала в душе человека место, изгнав оттуда энергию созидания, и это место заняли другие силы, которыми без жизнетворной энергии любви он не смог управлять. И уже не он руководил процессами, а эти силы диктовали человеку его действия. Так древние жители потеряли волю, и если ранее они повелевали стихиями, то постепенно стихии стали управлять ими. И пример тому гороскоп.

– Ах-ха-ха! Календарь?! Но это всего лишь подсказка того, какая из стихий в определенное время преобладает в каком-либо месте и может принести наиболее эффективную пользу человеку. Благодаря этому нам проще с ними общаться. Прирученные стихии так и ластятся к человеку, чтобы он обратил на них свое внимание! – воскликнул Иванко и закрыл глаза. Порыв свежего ветра тут же взъерошил его волосы и начал их трепать. Юноша засмеялся и вытянул руки вверх, навстречу крупным каплям дождя, посыпавшимся из принесенной ветром тучки. Затем бережно набрал в ладони горсть Земли и подставил дождю. И едва капли смочили Землю, как из нее пробился маленький росток. Иванко аккуратно опустил горсть на место и нежно погладил росток. А ветер все не унимался, продолжая теребить его волосы. – Ах-ха-ха, – вновь раскатисто рассмеялся он, – ну, все, поиграли, и хватит! – добродушно, но повелительно сказал юноша, и ветер тут же улетел в другие края. Только пригнувшиеся стебли травы указывали направление, в котором он умчался. А тучка, отдав всю свою влагу, испарилась, оставив сиять на небе переливающееся румяное Солнце, наполненное человеческой любовью, к которому потянулся своими листочками появившийся росток. Иванко, как и любой человек, без труда общался и руководил стихиями. Ведь он – Человек, хозяин, управляющий на Земле всем: собственной жизнью, животными, стихиями! Сосуд, объединивший и усмиривший в себе все стихии, уподобившийся Отцу своему небесному, по образу и подобию которого и был создан. И в голове парня не укладывалось, каким же нужно быть ничтожным, чтобы бояться ветра, воды, природы!

Торжественное общение со стихиями прервал монотонный голос Мудрейшего, который, как добросовестный учитель, продолжал бубнить свою лекцию:

– …Гороскоп дан в помощь человеку от начала времен. И мы до сих пор придерживаемся его советов. Ведь любой человек склонен к чему-то больше, а к чему-то меньше. Все зависит от энергий наполняющих его стихий. От даты и места рождения, от родителей и даже от имени. Все эти факторы снабжают родившегося человека определенными силами и образуют тот самый неоформленный материал, из которого человек в будущем создаст свою прекрасную и неповторимую личность. А мы, более мудрые, учитывая эти факторы, должны подсказывать ему, на какие аспекты обратить более пристальное внимание, какие будут особенно сложны именно для него. И учить маленького человека усмирять негативные проявления пребывающих в нем энергий и подчинять их своей воле, преобразовывая в счастье.

– Огонь может обогреть, а может сжечь; вода может напоить, а может утопить. Воздухом можно надышаться, а можно погибнуть от урагана. Земля может накормить, а может превратиться в пустыню! – речитативом пробормотал Иванко с детства усвоенные основы мудрости, которыми, даже став взрослым, не переставал восхищаться.

– Правильно! – улыбнулся старик, вспомнив, как еще маленький Иванко, морща лоб, неумело выискивал в лабиринтах эфира эти постулаты. – Ведь все в мире имеет две стороны, в том числе и стихии. Так было и раньше. Родившийся в определенный период человек знал, с какой стихией он связан сильнее, а с какой еще нужно постараться найти взаимопонимание. Но со временем, разленившись и попав под влияние моды, утратил это свойство. И стихии, почувствовав слабость обитателей планеты, стали управлять их действиями и поступками. Испытывая страх перед стихиями, люди перестали что-либо совершать, не посоветовавшись с астрологами. Человечество верило в благоприятные дни, в удачу, расположение звезд, поведение букашек, особенности строения внутренностей животных. Верило всему, кроме самих себя! Приносили жертвы, задабривая стихии, чтобы те их не тревожили. Лень создала из человека трусливого обывателя. Он перестал заставлять себя развиваться и в результате потерял свою волю. Все больше ленился, все больше отдавал власть над собой механизмам. Доверив рутину механическим устройствам, он получил свободное время, но, вместо того чтобы развивать в себе творца, пошел на поводу у своей лени. И праздность слепила из него то, что он и представлял собой в конце Времен великой скорби, лишь внешне напоминая человека.

«Хлеба и зрелищ!» – выгравировала лень новый лозунг в сознании людей. Они становились все менее рассудительными и подвижными. Не в состоянии сами о себе позаботиться, полностью утратили свободу, а подключившись к нейросети, лишились последнего, что еще оставалось в них от человека, – независимого разума. Убивая живое не только для пропитания, но и для удовольствий, они собирали в общечеловеческую копилку все больше проклятий. Поэтому подсознательно ожидали наступления возмездия. Каждое убитое ради забавы животное, неуважительное отношение к природе, всякий плевок в ее сторону – все это столетиями скапливалось в невесомости в огромный сгусток. Который рано или поздно должен был обрушиться экологической катастрофой, кармической закономерностью, концом света! Бросая себе под ноги пластиковую бутылку, человек осознавал, что ничем хорошим это не закончится. Каждый, исходя из своей развитости, представлял себе будущие последствия. Но в любом случае все потребители понимали, что в конце концов произойдет катастрофа. Поэтому и прятались в цитаделях мегаполисов, питаясь синтетической пищей и думая, что, отгородившись от внешнего мира, смогут избежать возмездия.

Бог создал человека как инструмент, с помощью которого он познавал прекрасный материальный мир! Но человек отказался выполнять эту функцию и попытался скрыть свою физическую оболочку от Бога в катакомбах материального нагромождения, которые сам же и сотворил! То же самое произошло и с его разумом. От стыда и осознания того, каким мыслям он позволил поселиться в голове, разум спрятался в закоулках сознания, оставив на поверхности бредовые идеи, которые, поняв, что находятся без присмотра, начали изощряться по полной. Да, это была крайняя степень отстранения от Бога. Высшая точка оскорбления, которую планета не смогла выдержать. И какими бы математически точными ни казались алгоритмы жизни, создаваемые искусственным интеллектом, он не мог учесть одного – в конце Времен великой скорби наша планета с каждым годом начала вращаться все быстрее. Таким образом она изменяла частоту вибраций, пытаясь очиститься от Зла. Русло реки времени все сужалось, а течение убыстрялось. Концентрация темной энергии, бурлящей в реке, достигнув критической точки, продолжала увеличиваться. При этом скорость течения создавала все большее трение молекул, отчего частицы нагревались еще сильнее. Выверенные алгоритмы начали давать сбои. У людей, пропитанных этой энергией, стали просто выгорать мозги, как микросхемы от перенапряжения. Весь мир был охвачен сумасшествием. Как будто все вывернулось наизнанку.

Не сразу стало понятно, что произошло. Те, кто находился в нейросистеме, были перегружены бесконечным потоком пустой информации. Люди постоянно пребывали в состоянии тревоги, конфликта и страха, учащались случаи самоубийств и убийств. Темной энергии, находящейся в человеке, уже не хватало места. Внутри него стали образовываться черные дыры, поглощающие сами себя. Но и остановиться, перестать расширяться темная материя не могла. Зло бесконечно ненасытно. Оно понимало, что не в состоянии существовать на скоростях высоких вибраций и, рано или поздно, катастрофа неизбежна. Чтобы сохранить свою форму жизни и не погибнуть, Зло стало вынуждать людей покинуть планету, и те бросились искать способы сделать это.

– Мудрейший, а ты не знаешь, как сейчас живут те, кто улетел?

– Нет. Да это и не очень интересно… – как-то неуверенно ответил старик. – Искусственный интеллект, которому человек доверил свою жизнь, не имеет конечной цели, это просто алгоритм постоянной оптимизации процессов, поэтому цели в жизни у этих существ быть не может. Думаю, что самыми большими праздниками для них становились дни, когда синтетический разум выявлял и устранял очередную ошибку в программе, поскольку их жизнь при этом еще более оптимизировалась. Бесконечная гонка ни за чем! Скорее всего, они уже просто вымерли, ведь идеальная оптимизация – это полный ноль. Ноль затрат – вот к чему стремится любая рационализация. Поэтому искусственный интеллект остановится только тогда, когда умрет последний подключенный к нему потребитель. И да, наступит идеальная оптимизация! – закончил Мудрейший и задумался, как будто что-то вспомнив. Иванко показалось, что он что-то недоговаривает.

– А вдруг кто-то из них очнется и захочет вернуться? – неуверенно предположил юноша.

Старик отрицательно покачал головой, отвергая его гипотезу.

– Не захочет. Не такая у них глубина сознания, чтобы они могли донырнуть до истины. Долгие века система гнала их вперед, не давая возможности остановиться ни на мгновение: «Потом, потом! Сейчас нужно бежать! Времени мало!» А времени у реки до низвержения великим водопадом в пропасть и вправду оставалось все меньше и меньше. Торопливо скользя по поверхности, они не могли посмотреть вглубь. Алгоритм построен так, что постоянно подгонял их вперед – к пропасти, к водопаду. Системе невыгодно, чтобы человек останавливался и задумывался. Ведь, замедляя движение и начиная созерцать, человек перестает вырабатывать необходимую для Зла энергию стресса.

У Иванко перед глазами опять возник образ соковыжималки, в которой слои сдавливаются до тех пор, пока не становятся обезвоженными сухими выжимками, после чего падают в пропасть. Представляя эту картинку, он, тем не менее, внимательно слушал то, о чем неторопливо говорил старик:

– Я думаю, что некоторые из них и сейчас, если еще не оптимизировались на своей новой родине до нуля или не прошли обряд расчеловечивания, предпринимают попытки добраться до истины, ныряя в глубину своего мутного сознания. Но достигнуть истинной основы Мироздания, чтобы оттолкнуться от нее к свету, увы, не смогут. Ведь они уже не люди, а функции бездушного алгоритма, потерявшие связь с первоначальной истиной. В основе их миропонимания лежит наслаивавшийся десятками поколений рациональный экономический фундамент. Пробить его у них не получится. Вполне возможно, кто-то из них еще задумывается о смысле своего существования, но они сделали выбор и улетели, порвав последние связи с Мирозданием, природой, Богом. Даже помыслив и покопавшись в глубинах своего разума, эти люди придут к выводу, что возвращение должно быть экономически целесообразным. А на Земле нет ресурсов, значит, нет жизни. Скорее всего, нет уже и самой Земли! И эта мысль станет оправданием их выбора, разгонит откуда-то появившуюся грусть и такой атавизм, как желание поразмышлять, – Мудрейший замолчал.

На мониторе была все та же картинка: ветер продолжал перемещать мусор из одной части экрана в другую, секунды таймера отсчитывали свой бег. Все файлы были просмотрены. Два человека сидели молча, опустошенные, думающие каждый о своем. Пожилой с волнением воспоминал былое. Юный, глядя на монитор, мысленно прокручивал в голове просмотренные сюжеты, еще раз пропуская их через себя. Напряженно анализировал содержание, сегментировал, препарировал и исследовал в своем сознании различные формы Зла. Вновь и вновь многократно переживал эмоции от увиденных фрагментов до тех пор, пока окончательно не убеждался, что извлек из них всю скорбь, боль, страдания. И после этого навсегда прятал внутри себя, изолируя от внешнего мира очередной объем неприятной, но очень важной информации. Липкой грязной субстанции темной стороны жизни, которую ему теперь всегда придется носить в себе. Тяжелый багаж знаний о безумствах древнего человека, а значит, и о самом себе. Иванко понимал, что и он может стать таким же, стоит лишь оступиться, поставить свои интересы выше общечеловеческих, выше природы, Бога, пойти на поводу у эгоизма, злобы, агрессии или дать возможность лени победить волю.

На физическом плане бытия планету покинул последний челнок, заполненный потребителями. А на более тонком – река времени, преодолев критическую точку, обрушилась водопадом зловонной жижи, напоминающим хвост змеи, в бездну. Разбиваясь о камни на мельчайшие брызги и тем самым отделяя от молекул воды всю тяжелую грязь, которая опустилась на дно великого океана. Низвергшись и очистившись, бурная река времени исчерпала себя, и уже кристально чистые воды бескрайнего океана плавно покачивались на необъятных просторах Мироздания.

Даже время, перелистываемое таймером на экране, казалось, теперь бежало по-другому, не спеша. Хотя, конечно, физически его скорость осталась прежней, но с отлетом последнего шаттла исчезли стресс и тревога, заполнявшие каждое мгновение. Таймер отсчитывал пустые секунды, минуты, часы, дни, в которые ничего не происходило. Иванко завороженно смотрел на него и не мог оторваться, чувствуя, что это момент зарождения нового времени – мирного, доброго, чистого, наполненного любовью. Родного ему времени, которое, как и все остальные стихии, существует для человека. В котором он родился и живет.

– Да, это была истерия последних времен. Пытаясь сбросить с себя паразитов, планета все ускоряла и ускоряла свое вращение, – медленно произнес старик. – Времени в сутках с каждым годом становилось меньше, дни все быстрее сменяли ночи. Алгоритмам было сложно успевать, поэтому люди, подключенные к нейросети, не могли на такой скорости сохранить свой разум в порядке. Единственная возможность для этого – выбраться из безумного потока и жить по своей правде, не гонясь за временем. Но это могли сделать только те, в ком сохранился хотя бы тусклый свет…

…Внезапно в объективе камеры возникла фигура человека.

– Мудрейший, смотри, кто-то живой!.. – вскрикнул Иванко, подскочив от удивления.

Старик уменьшил скорость и слегка отмотал назад, до того момента, когда растерянный человек появился в кадре.

Последний человек

Оба, старик и юноша, с волнением прильнули к экрану. Одинокий человек выглядел абсолютно ошеломленным. Он метался из угла в угол, с отчаянием отбрасывал попадавшийся под ноги мусор, размахивал руками и что-то кричал. Затем сел на тротуар и схватился за голову. Было видно, как он рыдал, дергая себя руками за всклокоченные волосы. Это продолжалось довольно долго. Наконец, выплакав все слезы, безучастно достал батончик синтезированной еды, разорвал и машинально выбросил обертку, которую тут же подхватил ветер, присоединив к другому мусору. Равнодушно жуя, бедолага вдруг заметил красный огонек работающей камеры, подошел к ней, поковырялся, и изображение пропало.

Через секунду картинка восстановилась. На экране был тот же человек, но уже сидящий за столом в каком-то захламленном помещении. Он молча смотрел в камеру. Вокруг стояло множество громоздких приборов, похожих на тот, что раскопал Мудрейший в своем сарае, и с помощью которого они просматривали видеофайлы.

– Я последний человек! – дрожащим голосом вдруг произнес персонаж на экране. Он судорожно всхлипнул и опять схватился за голову. – Забытый на этой планете. И я знаю, что скоро умру! – глухо продолжал он. – Я был программистом и вел замкнутый образ жизни, избегая людей. Заказы получал через Интернет. Еду приносили под дверь. Несколько лет у меня не было контактов с внешним миром, даже с мамой… – его речь перешла в едва слышное бормотание. – Я не очень любил людей, поэтому создал свой мир. Мир вымышленных друзей и знакомых. Потратил на это несколько лет, все глубже погружаясь в свою иллюзию, – изредка всхлипывая, перебирал он факты из своей жизни. – И постепенно абстрагировался настолько, что отключил все новостные ресурсы и перестал следить за тем, что происходит за пределами моего дома. С внешним миром меня связывали лишь заказы по работе, которые принимали созданные мной боты… Ну и цифры, свидетельствующие о пополнении моего банковского виртуального счета. Вся моя жизнь генерировалась на сервере, установленном в этой же комнате. О, не думайте, она была достаточно бурной! – взъерошенный человек неожиданно оживился. – Сообщения от друзей и подруг, которых я создал, сыпались как из рога изобилия, вернее, с тем интервалом, который был мне комфортен. Персонажи были разные, некоторые меня даже раздражали, приходилось иногда переписывать их протоколы. Поздравление с Новым годом, обсуждение каких-то вымышленных событий. Несколько любовниц. По нашим локальным мессенджерам я практически без перерыва переписывался и разговаривал с ботами, – он опять развернул батончик и бросил обертку на пол. Такие же валялись повсюду. Пола не было видно из-за покрывавшего его мусора. – Из внешнего мира до меня доходили сообщения только от мамы, но постепенно я перестал отвечать и на них, потому что у меня была синтезированная мама, общаться с которой было комфортнее. И вдруг… В какой-то момент заказы прекратились, а вместо еды интеллодоставщики стали приносить пустую тару… Я зарядил давно выключенный телефон. Последние несколько пропущенных вызовов были от мамы, потом сообщения: «Срочно перезвони», «Вопрос жизни и смерти!», «Позвони, пока еще не поздно!» Я жил по адресу, оформленному на вымышленное лицо, поэтому найти меня она не могла. Когда-то я испытывал эйфорию оттого, как ловко я спрятался от всего мира и создал свой! Перехитрил нейросеть! Мало кто на планете может совершить такое! – заплаканные глаза засияли от гордости, но тут же потухли. – Вернее, мог. Кому теперь до этого вообще есть дело?! В итоге я перехитрил самого себя! – он истерически рассмеялся. Успокоившись, продолжил: – А теперь… теперь попытки перезвонить оказались тщетными: сеть не работала.

Преодолев паническую атаку, я решился выйти на улицу… Впервые за много лет! Очень боялся встретить людей, но там никого не было… Даже крыс… Полнейшая пустота! Город изменился. Он стал еще грязнее, чем тогда, когда я последний раз выходил из дома. Послонявшись по улицам, из обрывков найденной информации я понял, что земляне, окончательно погубив планету, покинули ее. И так же сильно, как всю жизнь не хотел никого видеть, теперь я мечтал встретить хоть одного живого человека. Никогда и ничего в своей жизни я не желал сильнее! Но я был один в огромном городе! Один на всей планете! Волны паники накрывали меня одна за другой. Я дошел до космопорта. Здесь мои призрачные иллюзии рухнули окончательно. Пустые фермы космостанций и брошенные вещи говорили о том, что надежды больше нет. Меня забыли! Нейросеть жестоко отомстила мне за то, что я смог ее обмануть! Как много я бы отдал сейчас, чтобы не совершить той ошибки! Не высовывался бы, не пытался умничать, был как все! Своевременно подключился бы к системе, жил в социуме, а нейросеть заботилась бы обо мне. Каким же я был дураком!..

Случайно увидев рабочую камеру, я вцепился в нее! Она еще помнила тепло рук, включивших ее! Тепло рук живого человека! Прибежав домой, я с лихорадочным волнением просмотрел отлет последнего шаттла и опять разрыдался. Но потом взял себя в руки, разблокировал выход в информационное пространство и поставил задачу ботам собрать все значимые события за последние несколько лет.

Да, с тех пор, как я перестал интересоваться миром, ситуация ухудшилась многократно. То, что я увидел, уже нельзя назвать планетой. Это парящий в невесомости мусорный контейнер, который вот-вот взорвется. И, осознав, что я единственное живое разумное существо в этом контейнере, чтобы не сойти с ума, я решил проанализировать и систематизировать последние события, произошедшие на Земле. Без всякой цели, просто для того, чтобы хоть чем-то занять свой мозг. Хотя даже не понимаю зачем. Ведь флешка, на которую я записываю сейчас информацию, взорвется вместе со мной и ненавистной планетой-помойкой, – обреченно сказал несчастный и, задрожав, опять начал всхлипывать. Было видно, что у него нервное истощение. Неожиданно настроение его резко изменилось. Он внезапно выпрямился, пригладил обеими руками растрепанные грязные волосы и, придав своему голосу торжественность, произнес:

– Я, последний разумный житель планеты Земля, не считая всякого отребья, блуждающего по необъятным помойкам, по воле обстоятельств вынужденный разделить ее участь и погибнуть в этом мусорном контейнере! Я собрал все самые интересные события, происходившие в последние годы пребывания человека на планете! – пафос в его тоне иссяк, он опять съежился и поник. Опущенные плечи затряслись от рыданий. – Возможно, собранный материал кому-то пригодится, а может, я делаю это только ради того, чтобы окончательно не сойти с ума, общаясь со своими вымышленными друзьями. Ненавижу!!! – вдруг, сорвавшись, заорал он. Потом внезапно успокоился и продолжил: – Я не знаю зачем, но чувствую какое-то внутреннее побуждение, как будто это мой долг. А может, я все придумываю, прячась от ужаса одиночества и медленной смерти от безумия в куче мусора.

Он протянул руку и нажал на кнопку, выключая камеру. А когда появился опять, по небритому и осунувшемуся лицу было понятно, что прошло несколько дней. Глаза его безумно поблескивали, он нервно дергался, похоже, психика расшаталась еще сильнее. Ему с трудом удавалось говорить спокойно.

– Я уже несколько дней не ем – организм отторгает пищу. Меня тошнит и лихорадит, видимо, пришел конец, – слабым голосом сказал он. В этот момент послышался звук уведомления о входящем сообщении. Открыв его, он заорал: – Что ты мне написываешь?! Я сказал: забудь мой номер! – резко вскочив, парень подбежал к одному из компьютеров, вырвал из него провода и начал бить ногами, сначала рыча, потом рыдая, а в конце всхлипывая. Когда остервенение отпустило, он вернулся к камере и тихо произнес: – Извините, моя работа закончена. Все значимые факты последних лет жизни планеты я собрал на жесткий диск, – человек покрутил перед камерой тем самым предметом, который Иванко нашел в русле пересохшей реки. – Сейчас скину на него вот эту последнюю запись и, пока во мне еще есть силы, пойду выброшу его подальше от города. Не знаю зачем… Просто в конце моей никчемной жизни хочется верить, что она была прожита не зря. Кто знает, может, это вообще счастливый билет! Ведь не каждому выпадает шанс опустить занавес и подвести итог существования целого вида разумных существ на конкретно взятой планете, выработавшей свой ресурс! Итак, занавес! – грустно улыбнувшись, закончил он. Экран погас, и таймер наконец-то остановился. Остановилось время. Время великой скорби! И планета, сбросив с себя паразитов, замедлила свой бег…

***

– Мудрейший, а как же так случилось: все улетели, последний землянин только что умер на наших глазах… Откуда же тогда появились мы? – глаза Иванко лихорадочно блестели от возбуждения.

– Умер не последний человек, а последний потребитель, как они себя тогда называли… А Человек не умер!!! Люди остались! Те, кого не смогла сломать система. Кто преодолел бурный поток, кто созерцал, как вся эта масса людей с измененным сознанием несется к бездне, с его точки зрения, и к новой жизни – с их. Те, кто сохранил себя как человека, как часть природы, даже той, практически умершей. Кто, несмотря на все трудности и испытания, каждодневно делал выбор в пользу жизни, какой бы трудной она ни была, ценя ее во всех проявлениях! Кто устоял, не захлебнувшись в бурном потоке времени. До последнего не отрекся от истинных принципов, от матери своей Земли. Это были те, кого потребители не считали за людей. Скорее, даже не замечали! Отребье, как сказал этот человек. Потребители суетливо пробегали мимо них, погруженные в свои бессмысленные идеи и заботы, толкающие их к бездне.

Изгоев, отказывающихся от компромиссов с совестью, дорожащих своей свободой, выдавливали отовсюду, не давая никаких льгот, благ, рабочих мест, делая их бесправными и ставя за периметр алгоритма с клеймом «иррационален»! – Мудрейший вдруг умолк, очевидно, ошеломленный какой-то мыслью. – Сеть! Еще одно емкое понятие! Зло закидывало сети, расставляло сети, ловило сетями. Сначала реальными, сплетая их из искушений, а затем виртуальными, попадая в которые, человек убивал свое время, счастье и деградировал. Тех, кто не попался в сети, никакие ограничения и лишения не могли заставить пить зловонную жижу из мутной реки времени, предав основы Мироздания. Таких сознательно оставили на планете, чтобы они своими убеждениями не нарушали единство системы, не подрывали ее целостность иррациональным смыслом, мешающим оптимизации. Это были безобидные трудяги, за еду убирающие мусор в городах с утра до ночи и осознанно не стремящиеся к большему. Босые пилигримы, пешком пересекающие континенты, имея в запасе только кусок черствого хлеба, уверенные, что Вселенная о них позаботится. Заросшие бродяги, разделяющие свой ужин с бездомными собаками и спящие с ними в обнимку, чтобы не замерзнуть. Оставшиеся в живых Хранители, обескровленные потребителями и разбросанные по планете, но сумевшие отстоять крошечные клочки лесов. Прозревшие солдаты, создавшие поселение под белым флагом, куда приехали их семьи. Все эти люди не были какими-то страдальцами. Не привязанные к потребительским благам, сковывающим разум и действия, они были свободны, а потому счастливы.

Так что каждый из тех, кто остался, принял самостоятельное, добровольное и осмысленное решение. Отказавшись покинуть умирающую планету, каждый протянул ей свою теплую руку, делясь с ней своей энергией в последний час. Это был трудный и осознанный выбор. Поэтому на планете не осталось лишних людей

.

Да, потребители бросили здесь тяжелобольных, лиц с различными видами зависимостей и преступников, а также людей с низким социальным рейтингом. Все они были членами системы, хотя и не справившимися со своими функциональными обязанностями. Те, кто остался не по своей воле, так или иначе, все равно были потребителями и, отключившись от системы, долго просуществовать не смогли.

– Как?! Корреспондент же сказал, что даже преступникам был предоставлен шанс!

– Ох уж эти болтуны! Очередное лицемерие с его стороны, – ехидно усмехнулся Мудрейший. – Шансов у них не было. Да, им всем дали свободу, как сообщил комментатор. Но он умолчал о том, что все они подверглись эксперименту с процедурой расчеловечивания, и их личности были полностью подчинены облачным субличностям, которыми управляла надзорная нейросеть. И как только их от нее отключили, они в тот же момент погибли. Психика этих несчастных была настолько сильно подавлена, что, освободившись от внешнего управления, мозг не смог функционировать и давать организму команды выполнять самые простые рефлексы, такие как ходить, есть, дышать. Как только их отключили, они обрели свободу и тут же умерли, не в состоянии вдохнуть воздух свободы. А зависимые, лишенные возможности поддерживать свои зависимости, тоже вскоре умерли. Исчезла система, и всем, кто в той или иной степени питался от нее, чуть раньше или чуть позже пришел конец. Наступило новое время! Все, что не соответствовало ему, отмирало!

Глава 6

Призрачная надежда

What about nature's worth

It's our planet's womb

What about animals

what about it?

We've turned kingdoms to dust

What about elephants

Have we lost their trust?

What about crying whales

M. Jackson, «Earth song»

-----------------------------------------

А как насчет ценности природы?

Это утроба нашей планеты.

А как насчет животных,

Как насчет этого?

Мы превратили миры в прах.

А как насчет слонов,

Неужели мы потеряли их доверие?

А как насчет плачущих китов?

М. Джексон, «Песня Земли»

Вечерело. Сложная, выматывающая работа была закончена, и Иванко наконец-то в первый раз за все это время смог расслабиться. Больше никаких неприятных подвохов, неожиданных ужасов и отвратительных сюрпризов. Образы из прошлого еще вспыхивали в его сознании, но их яркость он уже мог регулировать сам. Вечер был прекрасным. Природа, чувствуя, что два человека впервые за долгие дни спокойны и счастливы и все их внимание принадлежит только ей, откликнулась атмосферой гармонии и праздника. Громче обычного безмятежно стрекотали сверчки. Слетавшиеся со всех сторон светлячки создавали причудливые светящиеся дорожки, а ночные птицы многоголосым хором оглушали со всех сторон. Высыпавшие на небе звезды игриво подмигивали землянам, лица которых приятно обдувал прохладный ветерок, насыщенный ароматом цветов. А медленно паривший над Землей туман разноцветного эфира радовал глаз красочным сиянием. Природа разделяла счастье человека. «Раньше я не замечал такой яркости и наполненности в окружающем мире! Или оттенки стали более насыщенными после погружения в то серое пустое бытие? Возможно», – понимая это, Иванко про себя улыбался. «Как же все прекрасно устроено в этом мире! И как мы все-таки едины!» – проносилось у него в голове.

Он поднял лицо к ночному небу, раскинул руки и выплеснул в необъятный космос переполнявшее его счастье от материального бытия, в каждой молекуле которого основа и смысл Мироздания. И разноцветный сгусток эфира, отделившись от его груди, радугой повис над полем, медленно растворяясь и сливаясь с другими молекулами этого уникального вещества. Чтобы тут же, бесконечно усилившись каждой частичкой космоса, плавно опуститься обратно на Землю, накрывая счастьем не только Иванко, но и всю окружающую природу. На мгновение все затихло, захлебнувшись этой волной. А после счастливые птицы встрепенулись и запели еще громче, из темноты им разными звуками вторили животные, а сверчки с новой силой продолжили свое стрекотание. Все были опьянены счастьем. Все хотели выразить его как могли, никто не желал отставать. Наблюдая эти искренние старания, Иванко радостно засмеялся. Он чувствовал себя прежним – счастливым и беззаботным, но при этом ответственным за все: за каждую птицу, за каждого сверчка. Он самый большой, умный, справедливый на планете. И он не может подвести ни одно живое существо на Земле.

Уходить совсем не хотелось. Он лег на траву и, глядя в звездное небо, попросил:

– Мудрейший, а расскажи свою историю. Кем ты тогда был, как жил и как тебе удалось сохранить разум в те времена?

Тень легла на светлое лицо старца. Он нахмурился и задумался, погружаясь в мрак прошлого, вызывая из глубин памяти образы и переживания давних событий, чтобы заново прочувствовать их и описать как можно более правдиво.

– Я был из тех, кто не участвовал в процессах, происходящих в обществе. Упирался изо всех сил, чтобы не быть сбитым бурным потоком реки времени, хотя руки порой опускались и казалось, что это бессмысленно. Мощный поток сносил все на своем пути. Искушения мутными брызгами заливали глаза, смрад бил в нос, мимо проносились обломки жизней, судеб, цивилизаций. И различные сети волокли весь этот хаос к апокалипсису. Все это настойчиво внушало, что жизнь не имеет смысла. Устав бороться, иногда я готов был сдаться системе и плыть в потоке, ни о чем не думая. Ведь все вокруг говорило о том, что это закономерно и сопротивляться законам времени глупо. Но, сам не зная зачем, продолжал упираться. Никакие сиюминутные радости, которыми был наполнен поток, не вызывали у меня интереса. Я не стремился повышать социальные рейтинги, получать льготы, следить за модными тенденциями, конкурировать, формировать позицию в общественном мнении. Я был сам по себе. Шкала ценностей социума меня мало интересовала. Да там и не было никаких ценностей, кроме экономически обоснованных. Вся система была создана с единственной целью – контролировать каждого человека, которого она наделяла небольшим объемом никому не нужных функций, чтобы он не болтался без дела и ни о чем не задумывался, отдавая взамен свою жизненную энергию, которую жадно поглощал вселенский мрак. Живущий в системе послушно осуществлял возложенные на него обязанности, периодически получая за это поощрения в виде отпуска, более вкусной пищи или более комфортных условий проживания.

Таким образом, с точки зрения потребителей, основную часть своего времени я просто прожигал, никуда не спеша и ничего не делая. Быть одержимым бессмысленными навязанными идеями мне было неинтересно и противно. Теперь, оглядываясь назад, я понимаю, что в то время сохранил себя, но при этом проживал свою жизнь, не получая никаких эмоций, опыта, знаний. Наблюдая за окружающей меня суетой, видя озабоченные лица, проблемы и стрессы, я наслаждался свободой от всего этого. Я блаженствовал, сидя на куче мусора!

Древний человек был абсолютно несвободен, причем добровольно! Вот такой парадокс человеческого сознания. Рожденный свободным, он рано или поздно отказывался от этой независимости по самым разным причинам: под давлением общественного мнения, суживающего кругозор восприятия, родительских наставлений, сознание которых само было исковеркано системой, встречающихся трудностей, стереотипов, страхов. Постепенно добровольно отдавал свою свободу и начинал жить по правилам системы. Я, мягко говоря, многим казался странным. С годами социум под напором потока времени сместился подальше от меня, у него появились новые сиюминутные заботы, и я стал для него неинтересен. Меня оставили в покое. Потом я встретил такую же «странную» девушку. Мы проводили вместе сутки напролет, разговаривая взахлеб, ведь в каждом накопилось столько невысказанной информации, которой не с кем было поделиться. Обменивались эмоциями, переживаниями, пока не осознали, что это эмоции не отдельно каждого из нас, а общие для обоих. Это была любовь! Мы ликовали, потому что всегда верили, что она существует, искали ее и нашли! Яркая вспышка, в один миг сделавшая наш мир цветным! Это было чудо! Тогда я впервые задумался о том, как такое могло произойти? В огромном мире с бесконечным количеством вариантов совершенно случайно найти друг друга двум странным людям практически невозможно. Значит, что-то свело нас вместе! И, глядя на текущие потоками утром на работу, вечером с работы силуэты серых людей, озабоченных возложенными на них системой функциями, мы сначала робко, а потом все увереннее благодарили Мироздание за то, что появились друг у друга. И окружающая действительность, выстроенная в систему, в наших глазах становилась еще более бессмысленной. Это вселяло уверенность, что мы все делаем правильно! Для нас не существовало времени.

Жили мы на задворках мегаполиса, в пещере, созданной из хлама и мусора. Но для нас это было самое уютное жилище в мире! Когда хотелось есть, мы ходили по округе в поисках недоеденных батончиков, благо, они не портились. Если хотелось разнообразить свой рацион, я работал за еду. Тогда мы устраивали себе праздники, наслаждаясь более вкусной, чем обычно, пищей. Ну как пищей, это слишком громко сказано, просто химически сбалансированный корм! Да, именно корм, – повторил он. – Натуральная еда была доступна только очень богатым людям, да и ее можно назвать лишь относительно настоящей. Солнце-то не светит! Всего лишь форма натуральной пищи без энергетического содержания. Пластиковый мир. Пластиковая еда. Пластиковые чувства. И мы, абсолютно настоящие! В противовес целому миру!

Мы не могли жить лучше, вернее, качественнее, потому что для этого требовалось пойти наперекор самому себе: включиться в общую систему нейросвязи, встроиться в алгоритм, тратить время на бессмысленную работу, превратить свою жизнь в рутину. Нам все это было не нужно. Мы не хотели терять свободу. Древний человек не понимал, как мало на самом деле нужно для настоящего счастья! Все были одержимы какими-то идеями, желаниями, непонятными целями. А жизнь земных жителей была распланирована от рождения и до смерти. Люди жили, постоянно обманываясь. Душевная пустота толкала их к достижению новых целей. Им казалось, что счастье там, впереди, и, достигнув какого-то результата, они станут счастливее. Но, добравшись до цели, постояв мгновение, и не ощутив счастья, быстро утрачивали чувство удовлетворенности и вновь с завистью смотрели на проносящийся мимо поток. А затем хватались за весла, чтобы с новыми силами грести дальше, как они говорили, «к новым вершинам», придумывая себе новые цели в бурном потоке времени, с остервенением сталкиваясь и топя друг друга.

Когда всех обязали подключиться к единой нейросистеме, огромная часть населения планеты взбунтовалась. Но тем, кто подсоединился, давали льготы, бонусы. Качественная реклама голосами лидеров общественных мнений убеждала, какое это благо! Появился модный тренд на подключение. И очень скоро люди повалили толпами – все хотели быть в тренде. А остальное никому не интересное, презираемое меньшинство осталось за гранью социальной жизни. Без прав, но и без обязанностей. Эти люди, отвергнув системное существование, оказались не в тренде, поэтому социуму не было до них никакого дела. Отступники не могли рассчитывать даже на маломальские блага в этой системе.

Последняя волна массовой истерии с подключением произошла после заявления о том, что те, кто этого не сделал, не смогут эвакуироваться. Большинство еще сомневающихся безропотно подчинились. Неподключенных осталось совсем мало. Одетые в лохмотья, питающиеся объедками, они выглядели со стороны как отбросы общества и обитали в основном вокруг помоек, собирая недоеденные батончики. Но на самом деле это были сильные духом люди, сделавшие свой выбор. Каждый – незаурядная личность, уважающая себя и других, которой смог сохранить собственный взгляд на вещи и наплевать на мнение социума. И это был величайший выбор, совершенный ими! Ведь в те времена понятия добра и зла для потребителей утратили смысл. Выбор стороны добра был интуитивно сделан теми, кто сохранил в душе теплящийся огонек, благодаря которому услышал внутри себя едва уловимый шепот. И, доверившись этому почти неслышному шепоту, отверг логику древнего мира и закон экономической обоснованности как единственно верный, как фундамент, на котором построена человеческая цивилизация. И поступил иррационально, доверяя зову сердца.

Основной контингент помоек составляли малообщительные нелюдимые существа. Каждый оказался здесь по каким-то своим, только ему ведомым причинам. Но при этом любой из них был человеком сильным, самостоятельно принимающим решения, никому их не навязывающим, но и не желающим, чтобы к нему лезли в душу. Обычно неподключенные старались не нарушать личное пространство друг друга. Тем более что помойки не имели границ, места хватало всем. Не нужно было соревноваться, бороться за лидерство, самоутверждаться, каждый был самодостаточен, жил, уважая себя и окружающих.

И хотя в облике этих людей было мало человеческого, они сумели сохранить самое главное – свое человеческое достоинство и свой разум. Конечно, обитатели помоек имели неприглядный вид, были не всегда сытыми и часто нездоровыми. Но если кто-то из соседей вдруг не появлялся на мусорном полигоне несколько дней, остальные подходили к его жилищу и молча оставляли часть своей пищи. Этого никто не требовал, более того, такое поведение никем не обсуждалось и не утверждалось. Никто не ждал благодарности. Подобные действия не были частью алгоритма. Это делалось по зову человеческого сердца, бившегося в груди этих людей. Если человек в любой ситуации продолжает уважать себя и заботиться об окружающих, если в его сердце еще тлеет любовь, он не оставит другого умирать от голода.

…Так и выживали вот такие внесистемные индивидуальности! Иногда это были влюбленные пары, семьи, реже – общины неподключенных, разбросанные по помойкам планеты. Малочисленность подобных групп была отличительным признаком отступников. Собирание в толпу – это признак слабости. Тем, кто живет своею жизнью, и кучковаться не нужно. Поэтому если группы и образовывались, то они состояли из людей, которых объединяли душевная теплота и искренняя близость друг к другу. Без лидера. Каждый жил своим умом, ибо именно свобода мыслей и поступков являлась для них наивысшей ценностью. А любая общность требует структуры, иерархии, где непременно начинаются интриги и борьба за власть. Это как раз то, чего все они избегали. Непоколебимые, твердо решившие сохранить свою свободу и умереть вместе со своей планетой. Это было личным решением каждого, для такого выбора товарищи не нужны.

Никто из них не прельстился эвакуацией вместе с потерявшими разум потребителями, ненавидящими друг друга и не имеющими никаких внутренних ограничений. Готовыми растоптать более слабых ради изменения цвета на шкале социального рейтинга. И лишь осознание того, что над ними есть непредвзятый надсмотрщик и все они находятся под круглосуточным наблюдением через нейросеть, удерживало их от совершения преступлений. Только страх наказания останавливал потребителей. Поэтому для покинувших планету главенство Высшего искусственного разума на самом деле величайшее благо! – сделал умозаключение Мудрейший.

– Не подключившись, мы сделали другой выбор. Каждый из нас отдавал себе отчет, что за этим стоят осознанность и ответственность за свои поступки! Только ты сам себе надсмотрщик, судья и палач! Только ты отвечаешь за свою жизнь, – старик уронил голову на грудь и надолго замолчал, как будто потерял нить беседы, а потом вдруг ожил и с горячностью продолжил: – Одни из нас понимали, что не имеют морального права бросить умирающую планету, другие предпочли заведомую смерть жизни в психически нездоровом обществе. Таким претило находиться рядом с подключенными людьми. Для третьих самовыражение личности было важнее жизни в благополучном сером социуме. Четвертые, как та группа военных из выпуска новостей, организовали свой лагерь, протестуя против системы в целом…

– Еще ведь тяжелобольные остались! – напомнил Иванко.

– Да, но они не были добровольцами, за них сделали выбор. Это были не наши люди. Все те же потребители, слабые духом, постоянно ноющие в ожидании сочувствия и жалости к себе. Они требовали от нас постоянного внимания, заботы, более вкусной пищи, хотя мы им ничем не были обязаны. Даже умирая, они пытались продолжать потреблять, улучшать условия, клянчить блага, при этом нескрываемо презирая нас. В общем, вели себя отвратительно. Близость смерти не изменила их. Конечно, несмотря ни на что, мы о них искренне заботились. Просто из уважения к любой форме жизни по-человечески ухаживали и терпели все их недовольства и презрение в наш адрес. Но вскоре они ушли, это уже был не их мир. Лишившись энергетической подпитки, они подсознательно стремились покинуть его и зачахли быстрее, чем от своих болезней.

Да, тогда мы еще не знали, насколько все изменится. Не станет всевозможных полей, сетей, агрессивной энергии, так как потребители отключат или увезут все свои эфиры, слои, оболочки. Закончится бесконечное извлечение из недр земли тяжелой энергии, которая распыляется в воздухе и дает подпитку темной силе, окутавшей планету. Даже животные, которые изредка будут попадаться в первое время после отлета, станут другими: в них пропадет агрессия, нервозность. Нам тогда было невдомек, что отчасти причиной этого являемся мы сами, ведь в оставшихся людях вырабатывалась совершенно иная энергия, чем в улетающих потребителях. И пусть неосознанно, в небольших дозах, но она уже начала распространяться по планете. Да, искусственный интеллект просчитал рентабельность, и тех, кого невыгодно лечить и транспортировать с планеты, просто оставили. А общество с этим согласилось, потому что во всем должна быть экономическая целесообразность! Это были моральные уроды, рабы, создавшие себе повелителя, который избавил их от угрызений совести, взяв всю ответственность за душевные переживания на себя. Но таких было подавляющее большинство.

А мы, оставшиеся, с нетерпением ждали отлета потребителей и наступления тишины. Каждый хотел провести отведенное ему время без суеты, со своими мыслями, со своей планетой. После стольких веков надругательства хотя бы перед смертью оказать ей уважение и попросить прощения. Для нас наконец наступила возможность пожить, пусть и маленький отрезок времени, но по своей совести, не озираясь на правила и ограничения. Мы с моей возлюбленной не переставали благодарить планету за то, что она подарила нам друг друга, и не представляли себе жизни за ее пределами. Нам было все равно, что Земля стала единой помойкой как на суше, так и на море. И в ответ мы чувствовали ее заботу о нас. Мы здесь познакомились! Значит, эта помойка для нас – самое прекрасное место во Вселенной! Тем более мы понимали, что скоро останемся почти одни, не будет больше бесконечного шума машин, беготни, гула мусоровозов.

Так потом и случилось! Хотя другие люди и жили по соседству, никто никому не мешал, не раздражал. У нас и вправду возникало ощущение, что мы на своей планете одни, потому что нас теперь окружали какие-то качественно другие люди. И наша мечта остаться вдвоем на покинутой всеми планете наконец-то сбылась! Пусть ненадолго, это не важно, потому что даже миг этого наслаждения равен вечности, а наша любовь длиннее времени! Только мы вдвоем на всей Земле! – мечтательно повторил старик. – Что может быть прекраснее?! – и слеза скатилась по щеке Мудрейшего.

– Тем временем планета все чаще вздрагивала. То там, то здесь происходили землетрясения, извержения. Это было похоже на предсмертные судороги, поэтому потребители спешили.

Когда началась погрузка, мы поняли: «Все! Дни планеты сочтены!» Стало немного грустно, хотя мы с нетерпением ждали момента, когда улетят последние корабли и наконец прекратится выработка мусора. Единственной субстанции, которую в состоянии был производить древний человек. Ведь все, что он изобретал, создавал, придумывал, рано или поздно превращалось в трудно перерабатываемый мусор. Потому что единственное, что на самом деле научился делать древний человек, это создавать из живых органических соединений мертвые неорганические, прочные и долговечные, которые заполнили тогдашний мир. Их использовали везде, а после они превращались в мусор. Хм, а ведь тот солдатик правильно подметил! – удивился своим умозаключениям старик и продолжил: – Беря природные живые компоненты, люди обрабатывали их до такой степени, что они превращались в мертвые, синтетические… Зато были комфортнее для использования! Человек был мертв и все вокруг превращал в смерть! – задумчиво повторил слова военного Мудрейший. – Да-а-а, даже в дрожь бросает! Вот такая была цивилизация, которая ничего, кроме мусора и смерти, не смогла оставить после себя.

И мы мечтали хоть немного прибрать планету, вернее, небольшую территорию вокруг себя, чтобы создать свой маленький уютный мирок.

Как только последний челнок взмыл в небо, мы все, не сговариваясь, в едином порыве рьяно принялись за уборку. Как оказалось, этого хотели не только мы с моей возлюбленной. Все, кто остался, независимо друг от друга, занялись наведением порядка. Именно ради этой мечты – увидеть чистую Землю, люди и приняли такое решение! После отлета потребителей каждый ощутил себя хозяином на планете, а первое, что хочется сделать в своем доме, – навести порядок! Несмотря на то что все оставшиеся были замкнутыми одиночками, недоверчивыми, не склонными к общению, мы почувствовали, что нас объединяет общая мечта! Как молекулы воды, которые даже в самой грязной жиже при температуре ниже нуля находят себе подобных, соединяются и образуют кристально чистый лед. Мы начали робко переглядываться, понимая, что находимся среди единомышленников, неумело пытались улыбаться друг другу. На постоянно хмурых лицах стали появляться улыбки. Потом, через несколько лет, когда Хранители начали обход и все выжившие обитатели Земли наконец-то смогли встретиться, мы, как мозаику, восстановили все, что совершалось в разных частях нашей планеты после эвакуации. А происходило примерно следующее…

Мудрейший, вначале ведущий свое повествование словно сквозь дрему, постепенно воодушевлялся. Его голос окреп и обрел торжественность, он полностью погрузился в прошлое, заново переживая события давних лет:

– Улетая, потребители оставили на Земле кое-какие припасы, чтобы, как мы наивно думали, не дать нам умереть с голоду. Но на самом деле они отдали просроченные продукты, и то потому, что те не поместились в шаттлы. Эвакуация проходила спешно, поэтому не все удалось запихнуть в космолеты, – старик разволновался от переполнявших его воспоминаний. Встал во весь рост, вдохнул полной грудью, раскинул в стороны руки и даже слегка приподнялся над землей. Сделав небольшую паузу, дождался, пока самые невнимательные обитатели вечерней поляны затихнут, и, давая им понять, что рассказывает эту историю для всех, как дирижер взмахнул палочкой. Грянула торжественная живая музыка, и он с воодушевлением вернулся к прерванному рассказу:

– Итак, мы вышли на уборку! Масштаб работ был неимоверным, но нам было все равно. От огромного желания сделать полезное дело просто чесались руки! Мы так давно мечтали увидеть планету или хотя бы маленькую ее часть в первозданной, насколько это возможно, красоте, что просто рвались к работе. До того, как Земля остынет, хотелось избавить ее от мусора, сколько успеем. Чтобы в последний миг сесть, обнявшись, и любоваться тем, какой планета могла бы быть, если бы не человеческая глупость. Все наши соседи были заняты тем же. Не сговариваясь, мы трудились не покладая рук, потому что не знали, сколько времени осталось. Люди, охваченные единым порывом, постепенно переставали сторониться и дичиться соседей. Не произнося лишних слов, мы все сильнее сплачивались и все больше доверяли другим. Это было невероятное ощущение: убежденные одиночки, прятавшие свои внутренние миры от посторонних, вдруг начали общаться и открывать себя друг другу. Никого ни в чем не убеждая, не уговаривая, мы все вместе и каждый в себе лично ощутили единство наших ценностей и поняли, что никто из окружающих не представляет угрозы, никто не пытается навредить ближнему. Эта сплоченность проникала в нас все глубже и глубже. Объединенные общим стремлением, мы становились единым многоруким и многоногим механизмом! Вернее, организмом, потому что в нас была душа! Избитая, искореженная, но живая! Люди постепенно осознавали, что вместе можно сделать намного больше, чем поодиночке. И это вдохновляло еще сильнее. Никто никого не заставлял, не пытался командовать, подчинять себе других – все это улетело вместе с потребителями. Каждый был сам себе руководитель, организатор и надзиратель.

Мы совместно обсуждали фронт работ, сообща распределяли обязанности. Заботясь о других, каждый старался взять на себя наиболее трудное, чтобы облегчить участь товарищей. Как остервенелые, мы набросились на ненавистный мусор! Все – мужчины, женщины, дети… Дети собирали мусор в тюки, кто посильнее, стаскивал их в огромные кучи. Другие рыли ямы, чтобы его закапывать – пластик горел плохо, сжигать не получалось. Эффективность была низкой, потому что кислорода в атмосфере не хватало, костры горели слабо, а от активной работы мы задыхались. Но это никого не останавливало! – голос Мудрейшего стал возвышенным и громогласным. Сопровождавший его птичий аккомпанемент изо всех сил стараться подыгрывать, сверчки задавали ритм, и у Иванко сложилось впечатление, что рассказу старика с интересом внимают во всех сферах Вселенной. Набрав в грудь воздуха, тот продолжал рисовать образы:

– Хранители в уцелевших лесах Сибири, в прериях и саваннах обеих Америк, в разорванных на клочки джунглях Индии, да и на всех континентах, где смогли выжить, выходили на места силы и без устали просили у Земли прощения за многие поколения человеческих издевательств. День и ночь они стояли на коленях и рыдали, каясь в том, что оказались слабы и не смогли предотвратить это безумие! Это была бесконечная молитва! И когда одни умирали или падали от изнеможения, их сменяли другие.

Велика была трагедия, сотворенная древними! Убийство планеты продолжалось долгие века. Каждый миг можно было остановиться, чтобы прекратить уничтожение, но у человека не хватало сил, решимости, единства, воли, чтобы противостоять паразитам, принявшим сторону Зла. А их, проповедовавших закон экономической обоснованности как основополагающий закон жизни, становилось все больше и больше. В разум человека был запущен вирус рациональности, и все его рассуждения основывались именно на этом. Перестать производить мусор и уничтожать планету было нерационально. И вот благодаря величайшей мудрости Мироздания этот момент наступил.

Все поступки, все мысли многих поколений, все повороты на пути привели человека из глубины веков в сегодняшний день и поставили перед выбором, который он и сделал. Большинство улетело, став частью рационального алгоритма, безликой нейрофункцией, доверив искусственному интеллекту свою свободу, волю, жизнь. И лишь некоторые нашли в себе мужество и совершили нерациональный поступок, решив не покидать планету. Они прекрасно понимали, что точка невозврата для них пройдена: пульса нет, планета остывает, костенеет. Но голос в сердце, бесконечно повторяющий: «Ты – Человек!» – поддерживал тлеющий огонек в душе и призывал выполнить свое предназначение.

И оставшиеся продолжали грандиозную уборку, стирая руки до кровавых мозолей. Самоотверженно трудились, перед тем как остыть вместе с планетой. Никто ни о чем не думал, просто каждый делал свое дело, чтобы приблизиться к заветной мечте – навести порядок в собственном доме!

Со временем многие обессилели настолько, что теряли сознание, волоча огромные тюки, коробки, пакеты с мусором. На кровавые и гноящиеся мозоли никто не обращал внимания. Это были всего лишь царапины по сравнению с теми ранами, которые мы нанесли планете, стыдно жаловаться. Мы понимали, что удалось сделать всего ничего, силы нас покидают, а мусора меньше не становится. У многих в глазах стояли слезы безысходности. Мы плакали, но продолжали работать. Да и откуда взяться силам? Химическая пища не дает энергии, а отсутствие солнечного света подрывает здоровье… Еще этот постоянный запах серы! Он разрушал слизистые, медленно выедал глаза. Но у всех была внутренняя готовность умереть за работой! Просто прекратить уборку мусора и ожидать смерти мы были не достойны! Как не достойны ничего, ведь мы взяли вину человечества на себя. И только мы ответственны за утрату этого прекрасного мира! Поэтому, преодолевая изнеможение, люди снова вставали и продолжали очищать планету. Тех, кто умирал за работой, хоронили вместе с мусором.

Через какое-то время – никто не следил за днями, неделями, месяцами – наша община сократилась больше чем наполовину. Уборка замедлилась. Но, глядя на то, что уже было сделано, остальные вдохновлялись и продолжали свою великую миссию! Мы не считали, сколько нас, не скорбели по умершим, понимая, что в ближайшее время конец ждет каждого. Нам некогда было задумываться, происходит что-то подобное в других местах планеты или все человечество находится здесь. Какое это имеет значение перед смертью, которая произойдет со дня на день?

Но люди были и в других местах. Объединенные таким же порывом, как и мы, они самоотверженно приводили планету в порядок. И потом, когда после появления Солнца на небе выжившим удалось собраться, мы восстановили ход событий того времени в масштабе всей планеты. И хронология была такая. Где-то в средней части Индийского полуострова… – Иванко всегда внимательно слушал Мудрейшего, фиксируя все детали, чтобы ничего не упустить. Но всякий раз, когда звучали древние географические названия, терялся, не зная, как привязать их к современной местности, а постоянно перебивать старца с просьбой уточнить местоположение было невежливо. Тогда он стал пропускать такие моменты как не столь важные, поясняя себе, что это происходило где-то на просторах древнего безумного мира. И на этом успокаивался. – …люди тоже приводили в порядок территорию поблизости от огромного мегаполиса, – продолжал Мудрейший. – Такие же неутомимые труженики, как и мы, с остервенением убирали мусор. Мучились от отравлений и обезвоживания, так как пригодной для питья воды там практически не осталось. Община у них была намного больше нашей, но и погибало их огромное количество, а в конце концов осталось совсем мало. Употребление той влаги, которую им приходилось пить, можно приравнять к самоубийству. Но даже в таких условиях они не останавливали великую чистку.

Это была страшная картина! Из последних сил несколько выживших тащили мусор по бескрайней помойке, дети шли рядом, автоматически продолжая закидывать пластик в тюки до тех пор, пока обессилевшие взрослые окончательно не свалились с ног. Придя в себя через какое-то время, кто-то приподнялся и сел, облокотившись на эти самые тюки, а кто-то все так же лежал рядом без сил. Понимая, что больше ни на метр не смогут сдвинуть груды мусора, а подкрепления ждать неоткуда, люди тихо плакали от безысходности. До ямы, куда сбрасывали отходы, оставалось еще несколько сот метров. Осознавая, что сил больше не осталось и огромные мешки с мусором доволочь до ямы уже не получится, они в бессильной злобе били по ним руками и ногами. А дети, как роботы, продолжали подбрасывать все новый и новый мусор. Их никто не останавливал.

Изнуренные и смирившиеся с неизбежным, люди сидели, опустив головы и уткнувшись глазами в Землю. Они понимали, что большего сделать уже не смогут. И заветная мечта – увидеть хотя бы маленький кусочек планеты в первозданном виде, не загаженный человечеством, так и останется мечтой. Полностью обессиленные, они просто ждали своей кончины, ничего не видя вокруг. И вдруг случилось невероятное! Какая-то сила подхватила тюки и потащила к яме. Сначала никто не понял, что произошло, а потом не поверили своим глазам! Эмоции переполнили оживших людей! Они снова заплакали, но уже от счастья: из джунглей, из высохших безжизненных джунглей вышли слоны и, зацепив тюки бивнями, понесли их к яме. Их было немного – изможденные, с обвисшей кожей, но все еще сильные гиганты. Как завороженные, люди смотрели на них сквозь слезы. Их радость была так сильна, что перехватывало дыхание и закричать от счастья не получалось. Это было чудо и для взрослых, и для детей. Могучих животных не видели уже несколько десятилетий! Слоны живы! Слоны пришли человеку на помощь! Слоны нас простили! Никто не рассчитывал на прощение. Когда оцепенение прошло, дети, собрав оставшиеся силы, пустились бежать к яме, чтобы обогнать слонов и первыми сообщить радостную весть тем, кто там работал.

Примерно в то же время в Индонезии люди, раскинув сеть между двух лодок, вылавливали в море пластик. Смертельно уставшие, они гребли, оставаясь практически на месте. Огромное количество собранного мусора и течение не давали лодкам приблизиться к берегу. Силы покинули гребцов, стертые распухшие руки больше были не в состоянии удерживать весла. В отчаянии отбросив их, люди со слезами на глазах молча смотрели, как течение уносит их в открытое море. Им было уже все равно, они приготовились умереть. И вдруг обреченные почувствовали, что лодки изменили направление и плавно, а потом все быстрее и быстрее начали двигаться к берегу. Обернувшись, они увидели дельфинов, которые носами толкали их утлые суденышки. Худые, страшные, едва шевелящие хвостами, но, как всегда, веселые и неунывающие дельфины! Люди, утирая слезы, не верили своим глазам. И, чтобы хоть чем-то помочь животным, вновь схватились за весла, забыв о боли и усталости. Они гребли, переглядываясь и недоверчиво шепча: «Разве такое может быть? Неужели дельфины нас простили?».

А в прериях Америки один из Хранителей, старый вождь индейцев Донома, который все свои дни и ночи проводил, приникнув к Земле в молитве о прощении, вдруг поднял голову и увидел на горизонте среди бескрайнего мусора тощего бизона. Ослабленный и изможденный индеец принял его за галлюцинацию. Долго всматривался, а когда осознал, что бизон настоящий, вскочил с диким воплем и тут же упал, потому что много часов провел на коленях и не чувствовал ног. Он кричал, словно потерявший рассудок, а когда соплеменники подошли к нему, думая, что вождь сошел с ума, сначала не мог сказать ни слова от переполнявших его чувств и лишь указывал рукой в сторону бизона. В конце концов, задыхаясь и с трудом переводя дыхание, прерывисто произнес:

– Земля нас простила! Бизоны нас простили!

Взглянув в том направлении, все увидели на линии горизонта фигуру медленно идущего одинокого бизона.

И такое было повсюду! В разных частях света, на разных континентах Земля подавала человеку сигналы. Люди воспрянули! И с новыми силами принялись за работу! Мы остались на планете, чтобы умереть вместе с ней. Никто и помыслить не мог о прощении, понимая, как сильно мы надругались над ней. Неужели после всего, что сделало человечество, она нас… простила? Это не укладывалось в голове. В это невозможно было поверить, потому что в наших глазах нам не могло быть прощения! И мы просто продолжали свою уборку. Хотя в сердцах поселилась радость: у нас появились помощники! Мы еще больше сблизились с соседями, стали открыто и искренне улыбаться друг другу!

Увидеть перед смертью живых животных, да еще и объединиться с ними в трудовом устремлении было таким счастьем, на которое никто не рассчитывал. Стало очевидным, что не только оставшиеся на планете люди являются единомышленниками, но и животные. Их мудрость и великодушие вызывали безграничное уважение. Они оказались разумными и даже более мудрыми, чем человек. И после осознания этого наша с ними связь только крепла. Животные всеми силами принимали участие в уборке. Это было общее дело, это был единый порыв!

Избежавшие гибели существа живой природы, которые долгое время страдали от безумий человека и скрывались в самых укромных уголках на планете, с осторожностью, помня предательство, начали прощать своими большими и добрыми сердцами человеческие глупости. Так, в Индии обезьяны принесли людям откуда-то из уцелевших джунглей бананы. Настоящие бананы! Многие тогда попробовали их впервые. А в Сибири белки притащили в одну общину кедровые шишки… И это было счастьем для всех оставшихся. Счастьем и чудом! Ведь человек в те времена был не способен на такое великодушие. Мы поняли, насколько животные мудрее нас! Все сильнее в наших сердцах укреплялась мысль: мать-Земля простила нас перед смертью! И это вдохновляло и придавало сил. Беря пример с неунывающих животных, мы и сами воодушевлялись, сплачивались, открываясь и доверяя друг другу, переставая быть замкнутыми одиночками.

Так продолжалось еще какое-то время. Жалкие, облезлые, умирающие существа стали тянуться к человеку. Мы помогали как могли: перевязывали раны лоскутами, оторванными от своих одежд, делились пищей, отмывали их от нефти и пластика. Чистой воды взять было негде, поэтому мы по нескольку раз выпаривали на кострах мутную жижу, которую находили в углублениях. Пили эту воду сами и поили вышедших к нам животных. Это было совместное выживание! Более-менее здоровые животные участвовали в уборке. Их не принуждали, они так хотели сами.

Восторг оттого, что своим трудом смогли отмолить прощение у Земли, переполнял нас! Казалось, ему нет предела! Но это было ничто по сравнению с теми эмоциями, которые мы испытали, когда в один из дней сквозь клубы едкого оранжевого тумана неожиданно пробился яркий луч! Наши глаза давно забыли, что такое свет Солнца! Мы восхищенно смотрели на него, не моргая! Многие с непривычки на какое-то время ослепли. Все замерли и так и стояли под лучами светила, интуитивно вытянув к нему руки. А тепло солнечного света, которое я ощутил в тот день, вернуло меня в давно забытое детство и запомнилось на всю дальнейшую жизнь! Тогда мы поняли, что Бог тоже нас простил! Он согрел нас своим теплом, разогнал этот мерзкий серный туман! Тот день всеобщего ликования запомнился всем! Мы обнимались и плакали от счастья. Водили хороводы, играли с животными. Это был особенный день – день появления Солнца на небе. И с того дня ведется нынешнее летоисчисление.

– Так вот почему мы в этот праздник радуемся, общаемся с природой и водим хороводы! – воскликнул Иванко, но Мудрейший не слышал юношу, сегодня его было не остановить:

– Люди еще сильнее воспрянули духом! Мы смогли восстановить союз Бога, Земли и Человека. Это было уже немало! С Божьей помощью дела пошли веселее. Грянул гром, и на несколько недель зарядил дождь. Пока дождь прибивал к земле ядовитые тучи, мы часами стояли под струями чистейшей воды, льющейся с неба, и жадно впитывали ее. Многие впервые в жизни пробовали чистую воду на вкус. Это была не та изморось, которая постоянной пеленой висела в воздухе, а настоящий дождь из самых высоких слоев атмосферы, куда не доходили ядовитые тяжелые испарения с Земли. Из тех слоев, где сохранилась чистота. Вода смывала с наших тел запекшуюся кровь, многомесячную грязь, вонь. Бурные потоки уносили тонны мусора в великий океан, где течения подхватывали эти нечистоты и собирали в гигантские мусорные водовороты.

С приходом великих дождей Земля начала дрожать. Ее лихорадило. В какой-то момент она содрогнулась так, что люди потеряли равновесие от мощного толчка, потом последовал другой и еще несколько. Землетрясение! Это была не та дрожь, которая в последнее время то тут, то там смертельной судорогой все чаще пробегала по поверхности и на которую уже перестали обращать внимание. Мощные толчки шли из самой глубины и расходились волнами по всей планете. Мы были счастливы как никогда, ибо это были первые удары сердца Земли. Первые удары сердца! Земля вышла из комы! Случилось чудо!

Наш разум был не в состоянии осознать, что Земля не умрет! Началась великая перестройка. Как лежащий долгие годы больной вдруг ощутил пульсацию крови в венах и начал двигаться, так и Земля начала свое шевеление. Предупреждая, в каком месте произойдут толчки, и ожидая, пока живые существа переместятся из опасной зоны, чтобы уничтожить ненавистные нагромождения, смыть хлам и мусор, изменить свой облик. Перестройка была мощнейшая! Смещались тектонические плиты, океанские течения меняли направления, появлялись новые реки, смывающие города и затапливающие острова. Континенты приобретали другую конфигурацию, разверзались пропасти, хороня в себе огромные скопления пластика, ржавого хлама, мазута. В океане вскрылось дно, как будто вытащили пробку в гигантской воронке, и водовороты с мусором навсегда исчезли в бездне. Растаяла Гренландия, и из-подо льда появился окаменелый некогда прекрасный сад, который закостенел, когда человек сделал выбор и повернулся спиной к Богу, шагнув в сторону от его теплого дыхания.

Это был период величайшего преобразования. И людей не пугали землетрясения, извержения вулканов, затопления прибрежных городов… Когда мы получали знак от Земли, то с веселыми песнями переселялись в другую местность, радуясь, что планета жива и двигается, а значит, идет на поправку. Животные, птицы, которых становилось все больше, перемещались вместе с нами. Ни у кого даже мысли не мелькало как-то использовать их или употреблять в пищу. Это были наши друзья, с которыми мы вместе переживали невзгоды и трудились на износ. С каждым днем росло число разных видов живых существ, которые присоединялись к человеку. Осознавать это было величайшей радостью! Природа оживала, поворачивалась к нам лицом, вступала с нами в диалог. Сначала изможденные млекопитающие, редкие птицы, затем земноводные. На очищенных от мусора участках стала пробиваться ласкающая глаз зелень. Дольше всего пришлось ждать возрождения насекомых. О таком разнообразии живых форм никто из нас даже не слышал. Любое новое никому не известное существо, выходившее к нам, мы встречали восторженными криками, как рождение ребенка. Огромные и среднего размера, маленькие, на копытах или лапках – каждое из них было прекрасно. Общая беда нас сплотила, да и с исчезновением самого духа потребителей животные тоже изменились. Перестав питаться агрессией от человека, хищники прекратили употреблять других в пищу. Эфир от наших сердец постепенно наполнял атмосферу Земли. Все были заняты одним общим делом – уборкой. И все стали одной семьей. Обезьяны плечом к плечу с гепардами, медведи – с оленями и кабанами. Те, кто раньше были непримиримыми врагами или звеньями в пищевой цепи, теперь, перед угрозой смерти, стали равноправными членами одного социума на планете и шли к общей мечте – чистоте в своем доме!

Конечно, Мироздание просто ждало и присматривалось, достоин человеческий род продолжения жизни или нет. Наблюдало за тем, как поведут себя оставшиеся. Убедившись в твердом намерении людей жить по другим принципам, мудрые, добрые силы сами очистили планету. Человеку того времени даже при помощи животных это было бы не под силу. Мироздание всегда рядом – и тогда, и сейчас. И всегда поможет, если только убедится в том, что воля человека крепка и он готов пройти выбранный путь до конца. Вот так все началось, а дальше ты и сам уже знаешь, – закончил Мудрейший и опустил руки. Затих и оркестр живой природы, неустанно аккомпанировавший старику.

Живо представляя себе описанную стариком картину, завороженный Иванко некоторое время молчал. Старик же всецело отдался своим думам, восстанавливая события давно минувших дней, вспоминая свою любимую, не пережившую тот сложный период.

Ночь была прекрасна, ее тишина и прохлада умиротворяли. Два человека сидели рядом, но каждый витал в своих мирах на расстоянии бесконечности друг от друга. Никогда ранее старик не воскрешал события и людей из прошлого, это было слишком тяжело. Но сегодня нахлынувшие воспоминания смели выстроенную им самим преграду, и образ той единственной, давно ушедшей с этой планеты, предстал перед ним как живой. Глаза его увлажнились. Иванко, окутанный теплым ветром и стрекотанием сверчков, этого не заметил. Он был погружен в свои размышления. Зная Мудрейшего много лет, юноша даже не догадывался, сколько всего видел, пережил, хранил в себе этот на вид совсем не крепкий старик. Казалось, ему ведомы все тайны Вселенной, и Иванко, не удержавшись от желания услышать что-нибудь еще, с надеждой спросил:

– Но как изначально такое могло произойти? Как Мироздание допустило, чтобы человек стал вместилищем вселенского Зла?

– Меня тоже все время мучил этот вопрос. Но, кажется, ответ на него уже где-то рядом! Ты проделал очень трудный путь, Иванко, увидел много Зла и скорби. Пропуская все это через себя, сопереживал, раздумывал, делал выводы. Я замечал, как тебе было больно и отвратительно, как в отдельные моменты Зло переполняло тебя. Но ты справился. И я хочу задать вопрос: как ты думаешь, важен ли этот путь для тебя? Нужны ли тебе эти познания? – с волнением произнес старик, испытующе глядя в глаза юноши.

– Конечно, нужны, Мудрейший, в этом нет сомнений! Во-первых, несмотря на все отвращение, необходимо знать, на что способен человек в самом мерзком своем воплощении. Ведь это значит, что и я при определенных обстоятельствах на это способен. А во-вторых, теперь я стал еще больше ценить этот прекрасный мир! Раньше я просто ликовал, а теперь осознанно благодарен Мирозданию за прекрасную возможность существовать на этой планете! Еще бережнее и внимательнее начал относиться ко всему, понимая, к чему может привести один неверный шаг. Путь, который мы прошли, был чрезвычайно сложен, но настолько же и необходим, в этом я уверен, – размышлял вслух Иванко.

Мудрейший вскочил, как будто его ударило током.

– Ты сказал «осознанность»! То есть твое счастье стало осознанным! Путь через все скорби и страдания привел тебя к осознанному счастью!

Мудрейший так разволновался, что Иванко начал переживать за него.

– Видишь, как во Вселенной все мудро и закономерно! – старика захватил поток мыслей, и он говорил без остановки. – Тот безымянный потребитель, который собрал эти ролики, не мог даже осознать, почему выбрал именно эти фрагменты и для чего вообще собирает свою коллекцию. Можно предположить, что он и вовсе делал все это с помутившимся рассудком, поскольку считал себя последним человеком, оставшимся на планете. Но он был всего лишь не осознающим сам себя инструментом в руках Мироздания! И сделал все, что должен был сделать. Для этого он был рожден, поэтому вел такую замкнутую жизнь, поэтому остался здесь. Он собрал необходимую информацию и передал ее именно тебе, протянув этот жесткий диск через время. Хотя и был убежден, что совершает бессмысленный труд, ведь, кроме него, на Земле уже никого нет. Для него это просто ролики последних лет жизни нашей планеты. А для тебя каждый из них – отдельный сегмент многоликого Зла. Тот парень даже не подозревал, насколько глубокой и важной является информация, которую он сохранил. Если бы его в тот момент спросили, для кого или для чего он это делает, вряд ли бы он дал вразумительный ответ. Помнишь? Мы говорили об этом, обсуждая политиков.

– Да, конечно, – только и успел вставить Иванко.

– Он просто сделал то, что должен был сделать, как и все мы. Каждый сделает лишь то, что должен, – задумчиво повторил Мудрейший. – Но при этом выбор всегда остается за тобой! Важно только твое восприятие происходящих вокруг событий. Мог ли он не сойти с ума и не умереть от одиночества? Конечно! Если бы воспринял ситуацию по-другому. Возрадовался бы, что остался один и что вся планета в его распоряжении! Ведь именно об этом он всегда и мечтал. И сейчас бы обязательно нашел свое место в новой жизни. Но его мозг, настроенный на другие вибрации, работал иначе. Страх сковал его сознание и преподнес ему эту ситуацию как крах, катастрофу, отсюда и произошедшая с ним трагедия. Однако все равно этот человек сделал то, что должен был сделать! Выходит, именно благодаря его труду твое счастье обрело осознанность! – темп речи старика замедлился, он лукаво улыбнулся, теплые лучики заструились из его глаз. – Вот для чего нам был нужен этот путь! В масштабе всего человечества произошло то же самое, только продолжалось чуть дольше… – он не договорил, прислушиваясь к своим мыслям. Ему наконец удалось окончательно сформулировать ответ на так долго мучивший его вопрос. «Будь внимателен, и Мироздание всегда тебе ответит», – пронеслось у него в голове, и Мудрейший незаметно улыбнулся. Объясняя Иванко закономерности, которые постиг за свою длинную жизнь, старец неожиданно услышал от него четкий ответ и воскликнул вслух:

– Осознанность счастья! Теперь в картине мира все встало на свои места! Теперь я свободен! – старик на секунду замер и затем взял Иванко за руку. Тот моментально сосредоточился, отбросив все мысли. На чистом холсте сознания юноши постепенно стал проявляться сперва нечеткий, а затем все более обретающий форму образ…

Начало

В саду, утопающем в ярких красках, беззаботно, как дети, веселятся мужчина и женщина. Их очертания нечеткие, потому что они насквозь пропитаны светом. Растения самых причудливых форм и видов источают неимоверное благоухание, вокруг резвится множество животных – гигантских и совсем маленьких, пушистых и гладких, смешных и добрых. Пение разнообразных птиц наполняет пространство прекрасной музыкой. Порхающие бабочки, слетаясь, создают живые картины, от взмаха их крыльев поднимается легкий ветерок, насыщенный ароматами цветов. Умиротворяющую картину дополняет переливающееся разными оттенками звука журчание воды. Все пронизано энергией любви и счастья. Эфир настолько плотный, что можно потрогать руками радугу или слепить из облака комок. Ограничений нет. Все, что возникает в воображении, тут же можно воплотить, при желании – даже взмыть в воздух. Иванко, хотя и привык жить в ярком добром мире, обомлел от окружающей его красоты и насыщенности. Бог дымкой, теплым ветром, струей воды, щекотанием травы, не скрываясь, играл с людьми.

Мужчина и женщина взрослые, но наивные, как дети. Оба абсолютно нагие, но это их совершенно не смущает. Это продолжалось... Времени не было, поэтому просто продолжалось… Вдруг дети стали задумчивы. Бог понял: «Дети повзрослели, их начали одолевать вопросы». Он знал, что это произойдет. Беззаботная пора рано или поздно закончится, и дети пожелают стать взрослыми. Конечно, они, как и раньше, будут любить друг друга, но стремление к самостоятельности победит. Их нельзя сдерживать на пути познания. Придет время, и желание расширить свой кругозор станет непреодолимым, им захочется выйти за пределы счастливой реальности. За пределы мира, где отец оберегает их от любой печали. От этих размышлений его бесконечно большое и доброе сердце наполнялось скорбью. «Ведь они даже не подозревают, сколько боли находится за границами укрытого мною от всех мира! А вселенское Зло так и жаждет вцепиться в чистую, светлую, наивную, живую энергию и сожрать ее всю, без остатка, превратив в мертвую кромешную тьму! – переживал он. – А вдруг дети не справятся? Вдруг Зло растопчет, уничтожит, поглотит их? Вдруг ледяной мрак потушит их живой, теплый свет?» Но и запретить им уйти он не мог. Ведь он создал человека свободным! Свободным в своем выборе! Даже в выборе между добром и злом! Не пройдя этот путь, не впустив в себя все скорби мира, они не смогут стать зрелыми. Отец знал, что этот момент уже близок, и с грустью ожидал его. И вот однажды дети задали ему вопрос:

– Отец, ты говоришь, что мы счастливы, и мы тебе верим и благодарим за все, что ты сделал для нас! Нам очень хорошо в нашей семье с тобой, с нашей матерью-Землей и нашими братьями-животными. Но как мы можем осознать, что такое счастье?

– Дети мои, вы взрослеете. У вас возникают взрослые вопросы. Вы стремитесь к познанию… – он с грустью замолчал. – Я знал, что этот момент настанет, и как любящий родитель боялся его. Всю жизнь я полностью ограждал вас от всяческих невзгод. В наш сад не может проникнуть ни одна тень! Да, я говорю, что вы счастливы, и вы мне верите. Но осознать этого не можете, потому что для этого нужно сначала познать все скорби и страдания, которые есть во Вселенной. Как эгоистичный родитель я пытаюсь уберечь вас от этих познаний, но запретить не могу, потому что вы свободны! Я сам создал вас такими! Ведь любовь – это не зависимость, а добровольное общение свободных существ! Только свободные могут по-настоящему любить и быть счастливыми. Выбор за вами! Но, поверьте мне, эти знания крайне тяжелы. Мое сердце обливается слезами, когда я представляю, что вам придется пережить. Вы навсегда покинете это прекрасное место, мать-Земля перестанет быть для вас родной, на каждом шагу вас будут ждать лишения и потери. Звери, одержимые тьмой, будут скалить клыки вам вслед. Тем не менее, когда вы решите уйти, я не буду удерживать. Это произойдет рано или поздно. Но, прошу вас, не торопитесь! Окрепните, подготовьтесь!

Дети ушли в задумчивости, и все продолжилось по-старому, но их игры перестали быть беззаботными. Задумчивость поселилась в саду. И через какой-то период безвременья они снова обратились к отцу:

– Отец, мы все обдумали и понимаем, как ты будешь страдать, но хотим осознать свое счастье, чтобы радоваться и каждый день благодарить тебя осознанно. Чтобы, лишившись твоей заботы, понять, как много ты для нас делаешь, и прочувствовать, каково это – жить без тебя! Для этого мы готовы пройти путь страданий, о котором ты говорил.

Солнце спряталось за дымкой, пение птиц утихло. Все обитатели прекрасного сада внимательно слушали разговор, понимая, что от выбора человека зависит судьба каждого из них. Прохладный ветерок безучастно гулял по саду. Закапал теплый дождик, Бог плакал.

– Отец, не переживай за нас. Мы твои дети. Ведь ты же смог победить Зло, усмирить в себе все вселенские энергии и, перемешав их в своем сердце, создать новую, которую и вознес над всеми. Ты сделал ее главнейшей из энергий, дав ей название – Любовь! Подкрепил ее силой добра и справедливости и только после этого из этих энергий создал нас! Значит, и мы сможем!

– Так дети взрослеют и становятся самостоятельными, – печально улыбнувшись, сказал Бог. – Я не сомневаюсь, что вы справитесь! Но грущу, представляя, сколько скорбей вам придется испытать за пределами сада. Я не смогу защищать вас там от напастей. Ведь вы для того туда и направляетесь, чтобы преодолеть их и пройти свой путь к осознанности счастья. Вы будете абсолютно одиноки и беззащитны в борьбе с вселенским Злом. Вы даже представить себе не можете, насколько оно коварно и беспощадно! На каждом шагу оно будет ставить вам подножки и изощренно искушать вас, мстя вам за мое творение. За вас! От вас будут отрезать ломти ваших потомков. Поколение за поколением струпьями будут отслаиваться от тела человечества, растворяясь в бездне. Многие из ваших детей прельстятся соблазнами, и с каждым шагом тьма будет становиться плотнее и плотнее. Моему свету будет все труднее пробивать ее толщу, чтобы указывать вам дорогу. Эфир истончится, и ваши сердца перестанут меня слышать. Чем дальше вы будете идти, тем все менее ясным будет ваш путь. Но ни в коем случае не останавливайтесь! Строго-настрого завещайте своим потомкам продолжать идти! Даже в кромешной тьме и полнейшем одиночестве!

– Но почему ты говоришь об одиночестве? Мы будем не одни! Мы же уходим вдвоем, и вряд ли нас сможет что-то разлучить, ведь мы одно целое! Обещаем заботиться друг о друге, как и раньше. Ничто на свете не сможет разрушить нашу связь! К тому же с нами будут наши верные друзья – животные, птицы. Мы справимся!

Бог с еще большей грустью посмотрел на наивных детей, не разделяя их оптимизма, но промолчал. Небо затянуло свинцовыми тучами. Отец знал, что, как только дети выйдут за ворота, они забудут о нем и друг о друге. Открыв дверь, отгораживающую сад от внешнего мира, они тем самым пригласят войти в свою душу тьму, которая бесконечно долго топчется на пороге и ждет этого момента. Представляя, сколько страданий им придется перенести, он заплакал. Сердце его вновь и вновь сжималось от боли, но отговаривать их он не имел права. Бог, конечно, знал, что человек справится. Ведь в нем есть всепобеждающая сила добра и света! Ведь все-таки они его дети! Но всем сердцем желал избавить их от этих испытаний.

– Вы свободны в своем выборе. Не торопитесь, – попытался Бог еще раз оттянуть момент расставания, – обдумайте все хорошенько. И когда будете готовы, покинете наш дом. В тот же миг в небесах ангелы растянут свиток времени. Перед вами разверзнется бездонная пропасть, по которой поначалу медленно, но с каждым витком все быстрее и быстрее поползет бурная и бескрайняя река времени. Дверь за вашей спиной захлопнется так, что сотрясется вся твердь, и наш прежний дом неосознанного счастья рухнет. Вернуться вам будет некуда. Начнутся ваши скитания и мытарства.

Вам необходимо будет преодолеть эту реку. Где-то по сооруженному вашими силами мосту неокрепших мыслей, срываясь в бездну искушений, где-то по пещерным лабиринтам своего сознания, в кромешной липкой тьме. А где-то и вброд, когда поток сиюминутных увлечений будет сбивать вас с ног и уносить в ледяную мглу, как бесчисленные песчинки, отвлекая от главного - направления вашего пути. Мрак, холод и сомнения заменят в ваших сердцах любовь, добро и справедливость. Они станут вашими неизменными спутниками на всем протяжении, меняя свой облик каждую секунду, все крепче беря вас за руку и все глубже проникая к вам в душу.

Как только дверь захлопнется, часы начнут отбивать ход времени. Вы, цельные сейчас, разлетитесь мельчайшими брызгами, образуя множество народов и бесконечно перерождаясь в своих детях. Чувствуя и переживая в себе боли и страдания каждой капли от начала пути и до конца времен. Да, многих из ваших потомков смоет бурный поток, многие сгинут в липкой тьме. Ваши страдания из-за этого будут безмерны! С каждым поколением в ваших детях будет все меньше и меньше частиц вашего света. А тьмы все больше и больше. Но, сохраняясь в своих потомках даже последней молекулой света, кричите в их душах, призывайте не поддаваться искушениям и идти вперед! Как любая капля стремится к океану, так и вы, живя в их сердцах даже микроскопической частицей, толкайте своих детей к свету. Сквозь бурную реку времени, сквозь холод, тьму и одиночество. Не поддаваясь сомнениям, идите вперед! Завещайте своим детям передавать из поколения в поколение веру, которая поможет преодолеть сомнения, надежду, которая в минуты отчаяния придаст сил, и любовь, которая согреет их в пути.

Да, в какие-то моменты ваших детей будет одолевать уныние, они могут усомниться даже в моем существовании… – при этих словах дети с изумлением посмотрели на Бога, а он, не останавливаясь, продолжал: – Чем дальше они будут идти, тем кромешнее ждущая их впереди тьма. Идущие начнут все более разобщаться, поток времени настолько усилится, что станет сбивать с ног, а холод одиночества пронзать насквозь. Грейте в такие моменты друг друга любовью! Делитесь ею. Не давайте друг другу замерзнуть! Идите, не останавливаясь, даже захлебываясь ледяным потоком! Река времени беспощадно будет обжигать ваши тела холодом, заливать уши, рты, сердца, гася огоньки вашего тепла и света. Дети проклянут вас за ваш выбор. Начнут отрекаться и изгонять из себя все, что связывает их с вами, обвинять меня в своих страданиях. Поддавшись шепоту тьмы, они попытаются таким образом облегчить свои муки. Но не оставляйте их даже в такие моменты! До тех пор, пока в них живет хоть малейшая ваша частичка, это ваши дети. Боритесь за каждого! Разговаривайте с ними, убеждайте идти. Ну а того, кто все-таки изгонит из себя весь свет, оставьте, как бы больно от этого ни было, – с грустью сказал Бог. – Человек свободен, я сделал его таким. И если он выберет тьму или пустоту, это его выбор. Огонь моей любви уже не сможет разжечь остывшие угли и светить, указывая ему путь. И наш с вами голос, к сожалению, он в себе уже не услышит.

На этом пути только свет внутри вас будет освещать дорогу сквозь густую липкую тьму и давать силы двигаться вперед. Мое тепло не сможет обогревать вас, поэтому храните свой внутренний очаг. Не дайте реке времени погасить его! Как все подобное тянется к подобному, так и этот огонек внутри каждого будет тянуться к великому свету и даже в кромешной тьме укажет верную дорогу. Как слепые детеныши находят грудь матери, так и вы благодаря этому свету выйдете к источнику. Ведь я неустанно буду ждать всех вас на противоположном берегу в нашем новом доме, чтобы, как только река времени закончит свой бег, вы увидели его из самой гущи ледяной бездны. Сохраняйте этот свет в себе и не теряйте надежду! Завещайте беречь его и помнить, что никакие тяготы и невзгоды не могут его погасить. Так же, как и мою любовь к вам, если только человек сам не примет этого решения. И даже в самой кромешной тьме, когда покинет последняя надежда, завещайте своим детям: «Продолжайте идти!» Время не вечно, оно имеет начало, значит, будет и конец. И когда все скорби будут вами осознаны и пережиты, в последний час времени тьма, какой бы густой и безысходной она ни казалась, развеется. Лед, сковывающий сердца, в которых еще тлеет огонек, растает. И вы увидите вокруг себя наш прежний приветливый мир, а на высокой горе – ослепительное сияние моей любви, согревающее всех, кто дошел. И я встречу, сердечно обниму и обогрею каждого, кто дойдет, и провожу в уготовленные для него покои в нашем новом доме – доме осознанного счастья!

Сумевшие сохранить свет внутри себя возликуют. Их светильники разгорятся ярче и согреют все вокруг себя светом любви, а с остальными мы больше не встретимся. Те, кто, несмотря на все невзгоды, сбережет в себе счастье и доброту, перейдут реку. А те, чьи сердца отяжелеют, переполнившись скорбями и пороками, захлебнутся, замерзнут, утонут. И даже самые сильные из них, которые доберутся до берега, все равно ослепнут от яркого света, потому что тьма стала их сущностью. Так, через перерождение плоти ваши потомки будут идти до конца времен, сегментируя и переживая в себе боль, страдания и все скорби Вселенной. Жертвуя собой, они вложат все эти знания в общую память человечества, с каждым шагом обретая мудрость. Любое несчастье вы переживете многократно, чтобы ощутить его в полной мере и всесторонне. Я благословлю вас на этот путь, провожу до двери и буду ждать на другом берегу с нетерпением. Но вы полностью самостоятельны на этом пути. Для этого вы на него и ступаете. Иногда, в самые темные времена, мой свет будет пробиваться сквозь тьму. Когда страдания станут невыносимыми, только позовите меня – я всегда буду рядом. И завещайте это своим детям. Я разгляжу свет каждого даже в кромешной всепоглощающей тьме и протяну утешающую руку, которая согреет и даст силы идти дальше и убережет от падения в пропасть, – помолчав, он с печалью добавил: – Многих унесет поток бурной реки времени. Им не будет числа, но вы справитесь. Мы обязательно обнимемся на другом берегу. Я с радостью встречу своих детей, повзрослевших, возмужавших и осознанно счастливых! Победителей! И мы соберемся в нашем новом доме и вновь будем счастливы. И еще. Как бы мне ни было грустно, я горжусь вашим выбором!

Иванко открыл глаза. Впечатления переполняли его, а Мудрейший, продолжая путешествовать в других мирах, шептал:

В какой-то момент ты видишь

Всех своих предков,

Цепью стоящих длинной.

От сотворения мира

На тебя они смотрят с надеждой.

Будешь ли тверд достаточно,

Чтобы стать продолжением цЕпи,

Прокинутой поколениями

Сквозь бурную реку времени?

И ты ощущаешь энергию

Света, от них исходящую.

Вибрация этого света

Пульсом в тебе отдается.

В крови твоей свет растворяется.

В том пульсе вся сила, вся память,

Сомнения всех твоих предков!

Из глубины веков

В сердце он бьется твоем

И памятью в мозге пульсирует.

Но и ошибки, и боль тоже присутствуют в нем:

Сколько потухло светильников,

Сколько славных строителей

Взгляд отвели от вечного

И, глядя в стремнину, прыгнули

В пропасть низменных радостей,

Шаг сделав с моста в сторону,

В бурную реку времени?

Назад посмотри внимательно!

Сколько сгинуло предков

В нижних слоях бытия!

Остались лишь бреши зловещие

Вместо покинувших строй!

Но цепь не была прервана!

Кто-то сильный из рода

Сумел устоять на мосту.

Проявляя волю великую,

Отвернулся от низменных радостей

И поднять смог он цепь тяжелую,

Взгляд устремив снова в вечное!

Тонкой нитью связал предков с будущим,

Осветив путь на пару шагов

Будущим поколениям!

И свет продолжает струиться,

Раз ты стоишь на мосту!

На плечах своих ты ощущаешь

Теплые руки из прошлого, с доверием и надеждою

Возложенные на тебя.

В теплоте этой сила бескрайняя,

Пульсом в тебя входящая.

Пульс этот слушай внимательно!

Тверд будь, чтоб также с достоинством

Положить свои руки на плечи будущему поколению.

Мост из вибрации света необходимо достроить!

Сквозь холод и тьму непроглядную нужно его протянуть

От сотворения мира до окончания времени!

Мудрейший вздрогнул и очнулся.

– А что было дальше? – зачарованный повествованием, спросил Иванко, когда взгляд старика прояснился.

– А дальше была вся история человечества, которую ты уже видел. Мужчина и женщина сделали выбор и пошли по пути познания добра и зла. Взявшись за руки, вышли они за дверь прекрасного сада. И с неимоверным грохотом, потрясшим всю Вселенную, захлопнулась она за ними. Земля сжалась, заледенел сад, сдвинулись тектонические плиты, и развернули ангелы свиток времени, держа его с четырех сторон. И отделил этот свиток Бога от человека. И разверзлась перед мужчиной и женщиной бездонная пропасть, по которой потекла бурная и бескрайняя река времени, и все скорби и искушения мира бурлили в этой мутной, мертвой, ледяной воде. Помня слова отца о том, что ее нужно перейти, сделали дети первый шаг в студеную мертвую воду и по-новому посмотрели в глаза друг другу. И с недоверием разомкнули свои руки. И чем дальше они шли, тем на более мелкие осколки разлетались их сущности, превращаясь в многочисленные нации, народы, племена.

Колючие ледяные брызги царапали плоть, тучи все плотнее заволакивали яркий солнечный свет, тьма все глубже проникала в сердца идущих. И растворялись мужчина и женщина молекулами в миллиардах своих потомков, давая им импульс двигаться дальше. И гибло их много, и плоть их ощутила холод, а чрево – голод. Верные животные шли рядом, тоже покинув сад, разделяя с человеком все тяготы, поддерживая его, пытаясь защитить и обогреть, жертвуя собой. Но вдруг ужаснулись и отпряли, потому что почувствовали, что предал их человек. И вместо любви и тепла стал источать опасность и затхлость смерти: опьяненный тьмой, начал истреблять животных. И уподобились животные человеку. И превратились в шипы нежные лепестки растений, и выросли у одних животных клыки и оскалились морды, а другие превратились в жертв. Ощетинилась природа, почувствовав опасность и запах смерти, исходящий от человека.

И, испугавшись, принялся человек строить ветхие укрепления на отмелях бурной реки, ограждая глухими стенами, считая их неприступными городами. И прятался в них от природы, которая его кормила и которую он предал. И раз за разом, как только гас последний светильник в этих городах, река времени сносила их, как соломенные домики, вместе со всеми жителями, отрекшимися от света. А другие продолжали идти дальше, ища новые пристанища посреди бурной реки. И сердце человека стало стучать громко, с каждым ударом отбивая время. И сомнения стали одолевать его. Все больше погружался его путь во тьму и холод. Но человек продолжал идти вперед, повинуясь зову внутри себя, теряя в реке времени гниющую плоть целых поколений – жертв войн, болезней, порочных утех, бредовых идей. А гниение тем временем уже проникало глубже в разум. И перестали люди доверять и помогать друг другу. Находясь в состоянии постоянной вражды, озлобившись, стали остывать без любви, в одиночестве продолжая свой путь. Забыли, что братья они и сестры друг другу, стравливаясь в темноте между собой, отнимая друг у друга жизни и пожитки. Гниение продолжалось, и придумали люди систему, чтобы управлять своими жизнями. И уже сам себе перестал доверять человек. И создал искусственный разум, и добровольно поставил его управлять собой, потеряв доверие к самому себе.

Это изобретение окончательно лишило человека как физической, так и мыслительной свободы и совести. Лишь те немногие, кто слушали еле уловимый шепот внутри себя, пробивающийся сквозь жирный слой бесполезной информации, научных теорий, заблуждений, продолжали идти, не отдавая себе отчета куда и зачем, без причины доверяя этому иррациональному шепоту. Только такие не сгинули в бурных водах реки времени. Только они сохранили огонек любви в своем сердце и смогли уберечь в себе свет. Не дав ему погаснуть в мутной пучине до последнего момента, когда река времени закончила свой бег и низверглась в пропасть, растворяясь в бескрайнем океане, поглотившем все прежние физические величины.

И свернули ангелы свиток времени. И проник свет на землю, и увидели неотступившие сияние любви на другом берегу, как и завещал Бог! И согрелись они от источника света. И протянул Бог им свою руку, и перешли они на другой берег, и обсохли… – Мудрейший рассказывал так вдохновенно, что Иванко ощущал себя всеми поколениями человечества, в кромешной тьме преодолевающими бурную реку. Сопереживал все их скорби и лишения от сотворения времен до долгожданной встречи.

– И для Земли-матушки это было тоже тяжелое испытание, – подвел итог старик, – но все было рассчитано от начала времен. И закончило время свой безумный бег в нужный момент, ни раньше и ни позже! И истекла река времени с Земли. Масштаб Божественной мысли всегда завораживает! Все, кто сомневался, оказались слабы, не удержались, были унесены, как песчинки, великой рекой и покоятся теперь на дне великого океана. А момент, когда впервые появилось Солнце на небе, от которого и ведется наше летоисчисление, стал радостной встречей с Богом в конце Времен великой скорби тех, кто устоял! Да, время не исчезло совсем. Река, как я уже говорил, низверглась в пропасть, разбившись о камни на молекулы. Вся грязь ушла на дно Мироздания, а чистые воды бескрайнего времени неспешно качают нас теперь на своих волнах. Отныне мы сами управляем временем, и нам его вполне хватает на все! Ведь время – это тоже стихия!

***

– Мы с тобой прошли долгий путь! Хотя он не занял у нас много времени… – Мудрейший задумался и повторил: – Не занял у нас много времени. А ведь это весь путь человечества, и мы с тобой пережили все его страдания! От начала и до последней секунды Времен великой скорби! Видишь, как важны этот опыт и эти знания! Сколько поколений людей пожертвовало своими жизнями, по крохам из поколения в поколение создавая концентрат, благодаря которому ты смог за короткий период осознать все тяготы, ощутить каждую каплю боли в своей генетической памяти. Не будь этого пути, не было бы скорбных знаний, но и осознанного безграничного счастья тоже не было бы. Теперь ты стал мудрее, а я нашел ответ на мучивший меня вопрос. И не только на этот, но и на второй.

Старик помолчал и торжественно заявил:

– Я все думал, кто же будет тот более молодой старик, которому я доверю продолжить мою миссию и передам багаж своих скорбных знаний? Не оставив достойного наследника, я не мог покинуть планету. Переживал, будет ли он достаточно мудр, опытен, прозорлив, не упустит ли что-то важное, – в волнении прервал он свою речь. Было видно, как трудно ему сдерживать эмоции. – Но вышло так, что я передаю свою функцию Хранителя на нашей части планеты не старику, умудренному опытом, а молодому и очень сильному человеку! О таком последователе нельзя было даже мечтать! Я могу доверять ему как себе! При этом мне даже не пришлось осквернять своими словами его разум, объясняя что-то из прошлого. Мироздание все само объяснило. О, мудрое Мироздание, пути Господни неисповедимы! – старец раскинул руки и с благоговейной улыбкой посмотрел в небо, шепча благодарственные слова, которые в этот момент возникли в его сознании. Закончив молитву, он продолжил: – Небо избрало тебя! Я могу лишь благословить тебя быть Хранителем! Будь справедлив, добр, внимателен! Помни, что все ситуации, которые возникнут на твоем пути, необходимо поворачивать к свету, чтобы тень не смогла укрыться в душах и разумах тех, кто к тебе будет обращаться. Уважай Зло. Но всегда пресекай его в себе. Оно сильно, мы сами под его воздействием даем ему силу! Высокомерие по отношению к нему – первый шаг в его объятия.

Чувства переполняли Мудрейшего. Не в состоянии дальше говорить, он просто обнял Иванко и еще долго не отпускал, шепча на ухо отеческие наставления. Потом они просто сидели рядом и первый раз за все это время находились в одном для обоих моменте. Сейчас их вселенные объединились в одну, с общими переживаниями, общими размышлениями. Сегодня старик превзошел сам себя: ничего не тая, как можно шире открыл свое сознание, чтобы Иванко увидел все знания, обретенные им за долгие годы размышлений и путешествий по тонким мирам. Прикасаясь к этой информации, юноша восхищался тем, сколько же мудрости в нем было! Сколько ярких образов и видений! Мощной волной заполняли они сознание Иванко. Он захлебывался, но и оторваться не мог. Ему хотелось получить все! Потом, когда эмоции улягутся, он бережно разложит все бесценные сокровища по полочкам своей памяти, наделит собственной оценкой, переживаниями и назовет этот кладезь «Видения Мудрейшего». В случае необходимости будет обращаться к источнику знаний и в дальнейшем, возможно, поделится этой мудростью с кем-нибудь еще.

Расставаться не хотелось.

А когда тонкая полоска утреннего света появилась над горизонтом, старик и юноша еще раз крепко обнялись. Окончив свои земные заботы, Мудрейший в сиянии света легкой парящей походкой пошел навстречу встающему Солнцу, подпевая утренним мелодиям. Иванко смотрел ему вслед до тех пор, пока силуэт старика не растворился в свете огромного диска поднимающейся над горизонтом приветливой звезды. Больше на планете Земля его никто не видел.

Когда сияние Солнца окончательно поглотило старца, Иванко не смог сдержать эмоции. Он упал на Землю, широко раскинув руки, словно пытаясь обнять ее, и зарыдал. Трава щекотала лицо, он ощущал теплоту родной планеты и сквозь слезы шептал: «Я и представить себе не мог, как много страданий ты пережила из-за нас! Никогда больше мы не допустим, чтобы такое повторилось!».

Продолжение уже скоро...

2023