Последний Солдат Эквестрии

1. Пробуждение

До ушей донёсся резкий шипящий звук, а сознание стало постепенно приходить в себя. Пробуждение принесло с собой лишь боль, которая волнами расходилось по слегка онемевшему телу. В следующий миг, я почувствовал, как моя голова сталкивается с твёрдой поверхностью холодного каменного пола. В мыслях была полнейшая неразбериха, что я даже не понимал, что со мной происходит. Измученное тело отказывалось слушаться, лишь непроизвольно содрогаясь от холода. Сил не было даже на то, чтобы открыть глаза и получить хоть крупинку информации для мозга. Кажется, сознание вновь ускользает… Может так будет даже лучше…

Вдох, и я почти сразу же пожалел о нём. Лёгкие как будто разрывало изнутри с каждой моей попыткой наполнить их воздухом. Вторая попытка сознания прийти в себя прошла более успешно, но боль никуда не собиралась уходить, а всё также мучила каждую мышцу тела. С огромным трудом мне удалось открыть глаза, казалось, я потратил на это все оставшиеся силы. В помещении было темно, лишь маленькая полоска света шла откуда-то спереди, освещая серый каменный пол, на котором лежало моё умирающее тело. По крайней мере, именно так я себя сейчас и чувствовал.

Хотелось вновь провалиться в пустоту бессознательности, чтобы не пришлось терпеть всё это, но что-то внутри заставляло меня держать глаза открытыми и бороться. Я сделал ещё один вдох и попытался пошевелить передними конечностями, которые постепенно начали ощущаться мною.

Перевернувшись с бока на живот, я поставил их под себя и напряг, стараясь выпрямить их, чтобы подняться. Кровь побежала по артериям, заставив ноги сделать ещё пару непроизвольных судорог, зато теперь я полностью чувствовал поверхность под ними. Но счастье было недолгим, ведь через пару секунд они снова подкосились и я вновь рухнул на твёрдый пол.

Пролежав ещё несколько минут, я наконец дождался, когда полностью буду чувствовать своё тело. Подъём наверняка не станет менее болезненным, так что я стал медленно ползти в сторону света. Нужно всего лишь добраться до вершины небольшой лестницы и я… что-нибудь придумаю.

Гладкий пол и сопутствующая каждому движению вспышка боли, заставляли тратить много сил на преодоление крохотного участка до моей цели, и делать небольшие паузы, чтобы отдохнуть. Наконец, копыта нащупали бугорок, с которого начиналась лестница. Теперь будет сложнее, чем передвигаться на ровной поверхности. Также останавливаясь после каждого подъёма на очередную ступеньку, я оказался перед слегка приоткрытой дверью, через щель которой и проходил тот самый свет, что освещал мой путь внутри комнаты.

Ткнув её правым копытом, я заставил металлическую дверь с неприятным скрежетом открыться. Полившийся яркий свет, заставил зажмуриться на несколько секунд, давая глазам привыкнуть к нему. В нос, на смену пыльному и сухому воздуху помещения, пришёл свежий, приятно наполняя уже заметно меньше болевшие лёгкие. Наверху было не сильно, но теплее, из-за чего мышцы стали немного расслабляться, притупляя боль. Облокотившись о дверной проём, я смог встать в полный рост.

Глаза наконец привыкли к свету и я смог разглядеть пустой коридор, в который я попал. Свет шёл от пары окон впереди меня, за которыми виднелась улица. В голове была каша из разрозненных воспоминаний прошлого, но сейчас не до них. Сейчас мне нужно добраться до медицинского отделения, вход в которое находился в нескольких метрах от меня. Я повернулся вправо и перед глазами всё поплыло так, что я чуть не упал снова. Хорошо, что это длилось всего пару секунд и я увидел вторую дверь с рамкой и красным крестом.

Опираясь правым боком о серую стену, я шёл по тёмно-коричневому покрытию коридора, постепенно приближаясь к двери. Рядом с ней находилась небольшая панель для считывания карт, но, видимо, из-за отсутствия электричества, что я понял по не работающему освещению, она не работала и дверь поддалась, стоило лишь облокотиться на неё всем телом. Оказавшись в комнате, я первым делом отыскал глазами стеклянный шкаф с препаратами. Тот оказался заперт и мне пришлось разбить дверцу, чтобы открыть его, слегка порезав левую ногу об осколки. Внутри, помимо пары лечебных зелий, лежало несколько шприцов и баночек с разными маркировками. Зелье должно помочь, но от него боль пройдёт ещё не скоро, так что поставив рядом собой одну из склянок с красной жидкостью, я принялся искать среди баночек обезболивающие. Прочитав очередную метку на жёлтой баночке, я убедился, что нашёл то, что нужно.

Я достал три таблетки, которые выглядели как капсулы. Во рту было сухо и проглотить их не получалось, тогда я открыл склянку и влил в себя её содержимое, хуже уже не будет. Жидкость сначала охладила горло, заставив неприятно поежиться, но потом, по телу стало расходиться тепло действующего заклинания, а глаза стали сами закрываться. Ноги стали подкашиваться, а мозги требовали телу сна. Пройдя мимо широкого деревянного стола, с разложенными на нём бумагами, я опрокинулся на единственную койку, каждый миллиметр которой оказался покрыт слоем пыли, что мигом поднялась в воздух.

Несколько раз чихнув от попавшего в нос раздражителя, я уложил голову на то, что раньше было подушкой и моё тело наконец смогло успокоиться. Кажется, кто-то в древности говорил, что сон — лучшее лекарство. Надеюсь это так, а зелье подействует, когда я проснусь утром.

Когда я открыл глаза, меня встретил тусклый свет, льющийся из единственного окна помещения, разрезая полумрак. Голова постепенно восстанавливала последовательность вчерашних действий. Перекатившись вбок, я поднялся с пыльного матраса, вставая на все четыре копыта. Вчерашняя боль напомнила о себе ноющими мышцами, но теперь её хотя бы можно было терпеть.

«Что произошло?» — задал я вопрос сам себе, пытаясь собрать воедино обрывки пролетающих в голове картин прошлого.

Последнее, что я помнил до пробуждения — это как какой-то пегас заталкивал меня внутрь камеры, а большинство событий до этого, как в тумане. Я даже банально не помню его лица, как и лица командира… мамы… Лишь обрывки детства, немного армейской службы, нашей базы на острове, но никаких подробностей. Что же со мной? Неужели та машина, в которой я очнулся, тому виной?

Наткнувшись взглядом на висящее зеркало, я подошёл к нему, чтобы осмотреть себя. В ответ на меня посмотрел бежевый жеребец с тёмно-голубыми глазами. Бордовая грива была взъерошена во все стороны, почти скрывая собой рог, а над правым глазом отчётливо виднелась запёкшаяся вокруг раны кровь. Похоже я получил её после приземления на каменный пол. Может из-за неё я и заработал амнезию? В любом случае, паникой ничем не помочь, воспоминания вернуться. Взгляд опустился ниже и я только сейчас заметил надетую на мне камуфляжную куртку, на воротнике которой было ещё пара капель крови. Скорее всего, я испачкал её, пока добирался до лестницы.

Первым делом я решил проверить свои магические способности. Попытавшись использовать простой телекинез на пустой бутылке из-под лечебного зелья, я получил сильный удар в мозг, как будто рог молотком загнали в череп, отчего я даже слегка вскрикнул. С магией стоит пока повременить, хорошо хоть остальное тело более-менее пришло в порядок.

Желудок вскоре напомнил о себе, заставляя задуматься о поиске еды. К тому же, не думаю, что выпитого вчера зелья, хватит, чтобы утолить жажду на долгий срок. Кажется, в соседнем здании должна быть столовая. Открыв дверь, я прошёл в просторный коридор, и, минуя помещение в котором я очнулся, дошёл до выхода из здания. Стеклянные двери были раскрыты и я оказался на небольшом крыльце.

Солнце только поднималось, освещая несколько небольших построек серого цвета. Я уже собрался повернуться к соседнему двухэтажному зданию в котором должны были находиться казармы и столовая, как пришедшая в голову мысль, заставила меня замереть.

«А где все остальные?!»

Как я раньше этого не заметил? По телу прошла небольшая дрожь и я стал быстро осматриваться. Признаков пребывания кого-либо, кроме уже знакомых мне бетонных сооружений, никаких! Базу эвакуировали? Но куда и зачем? А может… Хотя нет, следы боя отсутствуют. Да и мою камеру вскрыли бы уже давно.

Стоп, камера! Сколько я находился в ней? В комнате их должно быть четыре, нужно проверить остальные. В последних воспоминаниях я был не один, значит что-то случилось здесь, пока я находился внутри.

Но сначала я всё же проверю кухню столовой — вдруг там найдётся что-то, а то не хотелось бы жевать траву, к тому же, она выглядит какой-то странной… такая тёмно-серо-коричневая.

В раздумьях я вошёл внутрь соседней постройки и, повернув направо, оказался в широком тёмном помещении с стоящими там столами. Внутри столовой были только небольшие окошки у самого потолка, так что света было очень мало, но его хватало, чтобы не врезаясь в столы, я мог дойти до кухни. Дойдя до центра, моя нога наступила на что-то твёрдое, издавшее противный хруст. Тарелка? Нагнувшись ближе, я попытался разглядеть находящееся в тени нечто, которое по неосторожности задел, но когда увидел несколько возвышающихся параллельных контуров, отшатнулся с ужасной догадкой.

«Нет-нет-нет!»

Наплевав на возможные последствия, я попытался зажечь небольшой огонёк магии на своём роге. Заклинание держалось всего пару секунд, большего стерпеть я не мог, но этого хватило, чтобы подтвердить мою догадку. Только что я раздавил одну из костей лежавшего между столами скелета пони, на котором было несколько обрывков такой же камуфляжной одежды, что и на мне. По спине прошёлся лёгкий холодок.

«Святая Селестия, что же случилось?»

Сдвинув раздавленные осколки под стол, я продолжил свой путь к кухонному помещению. Всё равно сейчас ничего нельзя сделать, но нужно как можно скорее выяснить, что я пропустил.

На кухне было уже заметно светлее. Это была небольшая комната с несколькими плитами, холодильниками, столом для блюд и складским помещением. На столе стояло несколько тарелок, на некоторых из которых были горки из плесени на том, что когда-то было едой. Холодильники тоже нет смысла проверять, без подпитки от них не было смысла и еда наверняка тоже испортилась, а вот в подсобке можно попытать удачу.

Пройдя вглубь кухни я остановился рядом с жёлтой дверью, ведущей в подсобное помещение столовой. Мои планы по поиску еды были обрушены одним маленьким замком, закрывающим дверь. Кому пришло в голову запирать эту комнату?

В поисках ключа я открывал все шкафы, но кроме столовых приборов, нескольких пакетов, этикетки которых выцвели и даже банки из-под соды, я ничего не нашёл. Значит, придётся ломать замок. Вернувшись в зал со столами, я взял один из ближайших металлических стульев и, вернувшись к двери подсобки, несколько раз ударил им по весящему замку. Тот оказался хлипким и после четвёртого удара рухнул на плитку.

Как только я открыл дверь, в нос хлынул отвратный запах давно сгнивших и заплесневевших продуктов. К горлу подступил ком, а голова слегка закружилась так, что мне пришлось отойти, чтобы вдохнуть нормального воздуха и прокашляться.

Задержав дыхание я вошёл внутрь тёмной комнаты и снял с полок парочку небольших деревянных ящиков, вынося их к двери. Открыв один из них я увидел только странную жижу на дне и стенках, от одного только вида которой, меня начало тошнить. Впрочем, чего-то такого я и ожидал, но проверить стоило.

Вернувшись в комнату я ощупал все полки в поисках того за чем я действительно сюда пришёл. Наконец я наткнулся на единственный металлический ящик, который мог оказаться моим спасением. Красное покрытие потускнело, как и сама эмблема, от которой осталось лишь золотистое крыло, но этого хватило, чтобы понять, что это то, что нужно.

В таких ящиках создавалась миниатюрная временная петля, которая позволяла сохранять содержимое в том же состоянии, как и в момент помещения внутрь, до тех пор, пока ящик не будет открыт. Внутри должен быть запас еды и воды, которого мне может хватить на неделю. Если я правильно помню, на складе лежат ещё несколько таких же.

Вскрыв магический замок, что вновь отразилось болью, я раскрыл ящик. Внутри было четыре бутылки воды и шесть жестяных банок консервированной продукции. Понять что в них было трудновато, из подробностей только цифровой номер на каждой из них. Недолго думая, я отыскал в одном из шкафов нож и, проткнув дно банки, открыл её.

Внутри была странная зелёная масса у которой полностью отсутствовал запах, да и на вид она не казалось чем-то вкусным. Выбора у меня не было, так что я перевернул банку и её содержимое постепенно стекало ко мне в рот. На вкус я как будто жевал кожуру апельсина и заедал это жареным сеном, но было необходимо съесть хоть что-нибудь. Опустошив банку, я достал одну из бутылок воды и поторопился запить только что съеденное мной… блюдо. Вода, с плавающим в ней сероватым осадком, тоже имела странный вкус и горькое послевкусие. Напившись, я сложил всё обратно в ящик и взвалил его на спину (всё же будет удобнее унести его с собой). Прихватив ещё и найденный нож, кто знает, когда он пригодится, я стал возвращаться в здание штаба базы, где и провёл прошлую ночь.

Вновь проходя по серому коридору, в сторону мед кабинета, который я решил пока сделать местом постоянного нахождения, моя взгляд зацепился за металлическую дверь комнаты. Поставив ящик на пол, я раскрыл дверь полностью и спустившись по каменным ступенькам подошёл к четырём большим капсулам, в одной из которых недавно находился я. Света не хватало, чтобы осветить остальную часть комнаты, и я с трудом мог разглядеть даже сами капсулы.

Вот и кровавое пятно перед одной из них, оставленное мной после пробуждения. Сейчас я обратил внимание, что три капсулы были открыты, а вот та, что была рядом с моей была до сих пор закрыта.

«Что если там внутри тоже есть кто-то?»

Радостная мысль быстро зацепила меня и заставила подойти поближе, чтобы проверить это. В верхней части было небольшое стекло, через которое можно было посмотреть внутрь камеры, но из-за небольшого слоя пыли и плохого освещения, можно было разобрать только то, что внутри явно кто-то есть. На секунду я задумался: разве не должно было быть каких-нибудь видимых признаков её функционирования?

Протерев правым копытом стекло, я присмотрелся внутрь. Я был прав, похоже камера не работала, ведь внутри точно можно было разглядеть череп пони. Неожиданно в глазах начало темнеть, а тело ослабло, заставляя меня немного осесть на пол, чтобы окончательно не упасть.

Я стоял перед входом в здание штаба, вокруг слышался громкий звук сирены, а мимо меня пробежало двое земнопони в солдатской форме и с седельными сумках на спинах. В это же время, ко мне подлетел Ринс.

— Что происходит? — наблюдая ещё несколько спешащих куда-то бойцов, спросил я. — Зебры решили угробить нас всех! — прокричал подлетевший пегас. — Всех эвакуируют, давай за мной! — развернув меня лицом ко входу, жеребец побежал внутрь здания. — Как они нашли наш остров? — удивился я, — и почему мы бежим, у нас же есть чем защищаться? — Они пустили ракеты с мегазаклинаниями по Кантерлоту, а наши идиоты сбили одну из них, так что скоро сюда доберётся остаточная волна и от нас ничего не останется, если мы не успеем! — затаскивая меня внутрь одной из комнат ответил Ринс.

Разум не сразу осознал услышанное. Неужели наши враги решили поставить точку в войне таким образом, убив и своих, и чужих? Они только что обрекли большую часть мира на вымирание!

— Вот сено, тогда почему мы здесь, а не эвакуируемся с остальными? — спросил я, проморгавшись от неожиданно включившегося яркого света. — Винтокрыл уже давно забрал всех кого смог, а один из катеров ещё утром уплыл в порт снабжения, что со вторым ты и сам знаешь. Выбраться с острова больше никак и у нас остался последний вариант, — показывая на четыре тёмно-серых установки с включённым внутри синим светом закончил мой напарник. — Это же прототипы, одна Селестия знает что будет если залезть внутрь! — выкрикнул я. — Поверь, даже она не знает, но это единственный шанс выжить, так что лезь! — подталкивал меня к камере жеребец. — Подожди, стой… — пытался остановить его я. — Это приказ, ясно?! — перебивая, строго ответил Пегас. — Сейчас не время передумывать.

Ринс хоть и был мне другом, но также и одним из двух лейтенантов базы. Возможно кто-то другой стал бы пользоваться этим положением в своё благо, но мне это не было нужно. Как офицер, он был старше меня по званию и мне пришлось подчиниться его приказу. Уже находясь внутри камеры, дверь закрылась, а пегас нажал что-то на соседней панели.

— Если всё пройдёт как надо, в следующую минуту мы просто очнёмся в соседних камерах, — улыбнувшись сказал он.

Открыв глаза я обнаружил себя на полу с болящей головой. Похоже это было моё последнее воспоминание, теперь я хотя бы знаю что произошло…

— Прости, кажется, что-то всё же пошло не так, — последний раз заглянув внутрь камеры проговорил я погибшему другу, перед тем как покинуть комнату.

На улице стало заметно темнее, похоже что я находился без сознания почти весь день. Мышцы опять слегка болели, скорее всего из-за долгого лежания на твёрдой поверхности. Взвалив на себя оставленный перед дверью ящик, я дошёл таки до медицинского кабинета и поставил его перед пыльным деревянным столом. Вытереть его было нечем, так что я просто провёл рукавом своей куртки, оставив на ней тёмно-серую полоску. Снова достав открытую жестяную банку, я доел оставшуюся в ней массу.

Тень света уже потихоньку дошла до самого окна, подсказывая, что скоро солнце совсем сядет и ночь примет эстафету суток. Это заставило меня задуматься о том, что нужно найти какой-нибудь источник света.

Протяжно зевнув, я закрыл ящик и подошёл к открытому медицинскому шкафу. Залив в себя ещё одну склянку лечебного зелья, я подошёл к кровати и стянул с неё тонкое пыльное одеяло, что должно было быть белым, но из-за грязи стало серым. Не снимая куртки я лёг на неё. Зелье снова согревало меня изнутри и уже скоро я провалился в сон.

2. Да будет свет

Яркое солнце светило прямо в глаза, знаменуя начало нового дня. Закрыв лицо копытами, чтобы спастись от слепящего света, я перевернулся и поднялся с кровати. Отряхнув куртку и немного пригладив перед зеркалом гриву, я достал из красного ящика новую жестяную банку и вновь съел половину находящейся внутри массы, запив её водой.

С опаской я попробовал поднять бутылку в воздух, используя магию. В голову всё ещё отдавало резкой болью, но было уже вполне терпимо держать телекинезом что-то маленькое, так что, надеюсь, что скоро боль должна пропасть совсем.

Бросив взгляд в сторону аптечного шкафчика, я задумался: «Там ведь может быть что-то, что поможет мне восстановить магию.»

Подойдя ближе, я стал перебирать стоящие в нём разноцветные баночки. Теперь я мог внимательнее изучить этикетки на них, но половина названий была мне не знакома, так что легче от этого не становилось. Наткнувшись на светло-синюю склянку я уже хотел обрадоваться, ведь мало кто не знает цвет зелья магии. Повертев её и посмотрев на бумажку с обозначением содержимого, я убедился, что это то, что нужно и залпом выпил слегка щиплющую язык жидкость. Видимого эффекта это не дало.

«Ну да, оно же только начало действовать.»

Дел в этой комнате у меня больше не было, так что я, недолго думая, вышел в коридор и отправился в другую часть здания, где должна быть небольшая кладовая комната с инструментами. Вчерашняя идея по восстановлению электроэнергии сильно зацепила меня. Не сидеть же мне вечерами в темноте и холоде? К тому же, двери склада, арсенала и прочие системы требуют энергии.

Серая, почти в тоне стены дверь, с выцветшей табличкой, легко поддалась. Внутри было небольшое помещение, почти как кладовая в столовой, за исключением присутствия здесь небольшого окна с несколькими стеллажами и ящиками.

Пара лопат, метёлок, кусачки и молотки, какие-то папки… но того, за чем я сюда пришёл, не было. Перейдя к ящикам, я наконец, нашёл в одном из них четыре переносных магических светильника с кристаллом внутри. Генераторная, куда я направляюсь, находится под землёй и там явно не будет окна, чтобы осветить мне путь, а мой рог ещё не способен долго держать заклинания.

Я попробовал зажечь один из них и это удалось довольно легко, так что даже голова почти не заболела. Похоже, зелье действует. Отнеся оставшиеся три в кабинет, я взял зажжённый светильник и вышел на улицу.

Снаружи гулял лёгкий, но довольно прохладный ветерок, несмотря на то, что солнце стояло ровно надо мной и облаков не было.

«Скорее всего это из-за находящегося совсем близко океана.»

Пройдя чуть вперёд, попутно удивляясь, как образованная когда-то грузовиками дорога ещё не покрылась травой, я вошёл в широкую постройку, в которой и находился вход в генераторную. Света и окон, как я и думал, здесь не было, так что приходилось надеяться только на голубовато-белый свет кристалла в светильнике. Пройдя вдоль левой стены, я наткнулся на открытые двойные двери, за которыми была ступенчатая лестница вниз, откуда исходил тусклый красный свет.

Сперва я попал в небольшой коридор с расположившимся на половину стены стеклом, за которым виднелись какие-то цилиндрические установки, о назначении которых я мог только догадываться. Источником света оказалась одинокая лампочка над этими же установками.

Пройдя направо, вглубь помещения, я оказался в чём-то, что можно было бы назвать комнатой управления. Множество столов, терминалов, какие-то приборы и бумаги. На экране одного из терминалов горела маленькая белая полоска, а прямо перед ним, на стуле, находился ещё один скелет с обрывками белой ткани. В глазах снова стало темнеть, а голова кружиться…

Небольшая комната с металлическими стенами, освещаемая светом ярких белых ламп. Двое пони в белых халатах смеялись над чем-то, в то время как я наблюдал за ними, стоя рядом с сидящей у терминала единорожкой.

— Ну хватит, лучше бы помогли, — развернувшись на кресле, крикнула кобылка. — Приведите сюда кого-нибудь из офицеров, мне нужно перезапустить систему, чтобы вы заменили второй питающий блок. — Эй, а почему мы? — воскликнул в ответ один из смеющихся пони красного цвета, с белой, под цвет халата, гривой. — Вон, пусть твой жеребец сходит, — указал он на меня.

— Он не мой жеребец, — смущённо ответила зелёная единорожка. — Да ну, ладно, Кэл, пошли, оставим их наедине, — подмигнул второй пони и утащил своего друга в коридор.

— Хм, особенный пони, интересно… — улыбаясь протянул я. — Вот только ты не начинай, — закрывая покрасневшую мордочку копытами, ответила кобылка. — Я думал, что достаточно красив для тебя, — наигранно расстроился я. — Вот после таких заявлений и начинаются слухи.

Спустя пару минут, свет в комнате неожиданно погас на секунду, как и тихий гул где-то за стенами. — Флит, что это было? — обратился я к подруге. — Аргх… что они так долго? — выругалась она. — Это, как бы, первый сигнал. У нас в генераторе два блока и один из них вышел из строя. База, конечно, будет работать и на одном, но могут случаться перебои, а то и вовсе временное отключение, а без карточки и офицерского кода я не могу перезапустить систему, чтобы мы его заменили.

Я поражённо наблюдал за принявшей размахивать копытами кобылкой. Удивительно, не первый раз уже замечаю, что когда диалог заходил на какие-нибудь научные темы, она уходила в рассказ полностью, и это меня даже смешило.

— Тебе говорили, что ты очень умная? — не пряча улыбки, восхитился я. — Издеваешься, да? — вновь смутилась Флит. — Да! — воскликнул я, тихо смеясь. Спустя секунду ко мне присоединилась и единорожка.

Из коридора послышался звук падения чего-то небольшого. — Подслушивать нехорошо, — крикнула в сторону звука подруга. — От этих двух ничего не дождёшься…

На этот раз я, похоже, ушёл в воспоминания не на долго, и очнулся облокотившимся на стену, а не на полу. В голове слегка постукивало, зато теперь я знаю что мне нужно делать.

— Спасибо Флит, ты помогла мне даже после смерти, — с грустью сказал я, посмотрев на скелет пони, освещаемый светом экрана монитора и ещё одной красной лампы.

Подойдя ближе, я нажал «Enter» на клавиатуре и на экране высветилось окошко с какими-то процентными данными и несколькими кнопками, активна из которых была только одна — «Перезагрузка системы питания генератора». После её нажатия, на экране появилось поле, требующие пароль.

«Значит мне нужно найти код и блоки для генератора»

Где искать код я примерно понимал, но вот где мне достать магические блоки? Оглядевшись, я приметил ещё две двери внутри комнаты. Одна из них должна была вести в помещение с генераторами, которое я видел спускаясь сюда, а вторая была заперта. Рядом с ней висела панель в виде двух лампочек с находящимися под ними кнопками и прорезями, видимо, под карточку.

Логично было бы поискать карточку в этой же комнате, к чему я и приступил. Различные папки с технической документацией, личные вещи, даже парочка научных книг перекладывались со стола на стол, пока я не наткнулся на синюю пластиковую карточку с жёлтой перпендикулярной полосой. Если я правильно помню, то на армейских объектах, в зависимости от цвета, карточка использовалась военными разных специализаций, а жёлтая полоса свидетельствовала о более высоком допуске.

Просунув карточку в разъём и получив в ответ зелёный сигнал лампочки, я открыл дверь. За ней была комната чуть поменьше с полностью заполнившими правую стену трубами, несколькими столами и парой ящиков. Вдоль другой стены стояли железные, запертые на замки, шкафы. На столах, помимо ещё кучи документации, было несколько закрытых колб неизвестной жидкости и какие-то детали механизмов.

В комнате больше ничего не нашлось, так что я стал открывать ящики, натыкаясь на всё те же детали различных механизмов, пока в очередном из них мне не попались три увесистых предмета цилиндрической формы с кучей надписей и предупреждающих наклеек.

«Похоже это они»

Вытащив два блока, каждый из которых был размером почти с мою ногу, я вернулся в комнату управления и оставил их на столе, рядом с единственным работающим терминалом.

«Теперь, надо бы посмотреть, что случилось со старыми.»

Также всунув карточку в разъём уже другой панели, я оказался в генераторной. Установки издавали еле уловимое гудение, что, видимо, свидетельствовало о их работе. Посреди них был ещё один терминал, но тот не реагировал. Пройди чуть глубже, я увидел несколько решёток занимающих всю стену и скрывающих что-то, по типу турбины и идущих от неё трубок, справа от которых была небольшая закрытая дверца, а под ней панель и два больших отверстия, из которых слегка торчали два похожих на блоки предмета, с круглой, напоминающей вентили дверей на подводных лодках, ручкой, чтобы достать их.

«Осталось найти код и надеяться, что новые блоки подойдут.»

Из старших офицеров на базе было всего трое: капитан и двое лейтенантов. Их комнаты, как и кабинеты, располагались на втором этаже штаба базы, так что я бы начал искать карточки именно там.

Вернувшись наверх, я сначала решил осмотреть, что на первом этаже здания, под которым находилась генераторная. Помещение внутри оказалось довольно маленьким, а встретились мне только металлические закрытые шкафы и стол с круглыми деталями, снова… А вот проход в основную часть постройки закрывали массивные стальные двери с небольшой панелью сбоку. Само собой она не работала из-за отсутствия питания.

Выйдя на улицу, мне пришлось щуриться от яркого, по сравнению со светильником, света солнца. Мельком посмотрев вверх, я определил, что солнце не так давно перешло зенит, а значит сейчас было около 1-2 часов дня. Что странно, уже второй день стояла почти ясная погода, что случалось очень редко, но сейчас это только радовало меня.

«Надо бы часы найти и календарь сделать, чтобы хоть как-то следить за временем.»

Отыскав лестницу, я поднялся на второй этаж штаба, который ничем не отличался от первого, лишь таблички на дверях другие. Деревянное покрытие слегка поскрипывало, пока я проходил по коридору в поисках кабинета капитана базы. Разумно начать с него, ведь у него должен быть доступ ко всем частям базы, да и просто могло найтись что-то полезное.

Сделанная из тёмного дерева дверь кабинета командующего базой раскрылась и явила моему взору помещение размером в два или даже три медицинских кабинета. Левая стена была заставлена небольшими картотечными шкафчиками, а посреди комнаты стоял широкий стол с четырьмя креслами по бокам и одним во главе, на котором, в когда-то красивой, но сейчас грязной и в паре мест оборвавшейся парадной форме, находился скелет бывшего капитана.

Перед ним стоял гранёный бокал и пустая бутыль, слева карманная рация, а на правом краю стола — терминал. Похоже, последние минуты жизни, капитан провёл со своими бойцами, хоть и по рации. Он мог бы приказать первым пустить его в эвакуирующийся винтокрыл, но поступил благородно.

Экран терминала не горел, так что его придётся оставить на потом. Обнаружив замок на одном из четырёх ящиков стола, я решил осмотреть его первым. Скорее всего ключ в одном из карманов формы капитана. Мысль, что придётся обыскивать погибшего пони, вызывала странное ощущение, но это были необходимо. Вскоре я нащупал в нагрудном кармане металлический ключ и открыл им замок. Выдвинув ящик, я увидел внутри всего две вещи: красную карточку и пистолет.

Сунув карточку в карман своей формы, я телекинезом поднял оружие перед собой. Это был кольт, на затворе которого была выгравирована надпись — «Капитану Грэйп Спириту. Выдано лично принцессой Луной, за боевые заслуги.»

Совесть не позволила мне забирать наградное личное оружие и я положил его обратно в ящик стола. В оставшихся трёх были только папки с различными документами, которые я мельком пролистал, пока не наткнулся на чертёж такой же камеры, которая сохранила мне жизнь.

В голову снова возвращались части воспоминаний…

Трое пони расположились в большом помещении с несколькими, стоящими вокруг, ящиками и о чём-то разговаривали.

— Кстати, видели, что сегодня привезли на остров? — спросил я. — Ты про те четыре контейнера, с капсулами, похожими на криокамеры? — уточнил лежащий на двух ящиках Ринс, свесив три копыта, а четвёртым держа бутылочку Спаркл-Колы. — Да, именно. Зачем они здесь, да и что это вообще такое? — Это очередной проект Кантерлота для своих убежищ — «камеры сохранения жизни». Правда официального названия ещё нет, так что ограничиваются — «КСЖ-1, КСЖ-2…» — подала голос сидящая справа от меня Флит.

— Оооо, я когда прочитал о побочных эффектах: обезвоживание организма, временная потеря памяти, слепота, выпадение гривы… Решил, что лучше умереть, чем залезть в такую штуку! Кстати, последним в списке как раз и числилась смерть! — хохотнул пегас, — от прибора, единственное назначение которого не дать тебе умереть!

Не знаю почему, но и я присоединился к его смеху.

— Это же только первые прототипы. Их списали, а для своих доработали, — левитируя телекинезом ещё две колы, ответила единорожка. — Спасибо, — взяв подлетевшую ко мне бутылку, поблагодарил я. — Но всё же, нам-то они зачем? Мы вроде ещё не превратились в военную свалку. — Когда превратимся, я лично напишу принцессе Селестии, чтобы она уволила тебя, за то что накаркал!

В секундной тишине послышался приближающийся стук копыт. — Так и знала, что найду вас здесь, — появилась голубая единорожка с белой гривой, — Опять бездельничаете. — Эй, у нас вообще-то свободное время, проводим как хотим, — возмутился Ринс, расправляя крылья так, что теперь и они свешивались с ящиков. — Я кстати, за тобой и пришла, — отнимая недопитую колу, сказала кобылка, — марш к капитану!

— Лааадно, — протянул пегас, слетая с ящиков, — а что случилось-то? — Была б моя воля — тебе уже давно связали крылья, чтобы ты не сбегал, «случайно» оставив рацию в кабинете, а мне потом не пришлось искать тебя по всей базе! — грозно проговорив последние слова, ответила офицерша. — У него и узнаешь. — Не думал, что тебя заводят игры со связыванием, — ухмыльнулся Ринс, после чего стремительно вылетел в открытые двери, проведя краем крыла по спине единорожки.

— Пусть только попадётся мне ещё! — проследив глазами за сбежавшим пегасом, пригрозила в пустоту она. — Вы лучше тоже займитесь чем-нибудь, — обернулась кобылка к нам, после чего ушла. — Может прогуляемся, пока есть время? — предложил я. — Я не против…

Раскрыв глаза, я обнаружил себя наполовину лежащим на столе, головой в раскиданных документах. Заходящее солнце слепило через большие окна. Похоже скоро наступит ночь, а я ещё не успел запустить генераторы, так что нужно торопиться!

Не тратя времени на складывание разлетевшейся бумаги, я вышел из кабинета, захватив уже потухший светильник и предварительно проверив, на месте ли найденная мною карточка.

Вернувшись к терминалу, я достал карточку и ввёл написанные на ней цифры: 5.1 — 31.20.16 — 26.10.22.18.

На экране появились новые данные. Слева были изображены два генератора, а под ними были цифры 7% и 4%, а также предупреждение о почти закончившемся заряде магических блоков. В правой половине был план базы, с единственной подсвеченной генераторной и надписью, что система работает в экстренном режиме и на минимальный расход, а под ней — журнал с остальной сводкой по датам. Последняя запись отмечалась 1253 годом.

Зайдя в комнату с установками, теперь я смог включить находящийся там терминал и с его помощью разблокировать сектора под магические блоки. Поставив новые рядом с собой, я принялся вытаскивать старые, что оказалось не очень легко. Со скрежетом повредившейся оболочки, блоки вышли из держателей.

Панель над пустыми отсеками дважды мигнула красной лампой, предвещая скорое полное отключение, если не будет вставлен новый источник энергии. Первый блок вошёл легко, но второй почему-то застрял на половине и пришлось несколькими ударами заталкивать его внутрь, пока он тоже не занял своё место. Вернувшись к терминалу между установками, я подтвердил подключение новых блоков к генераторам и осталось только запустить их с главного терминала.

Снова введя код с карточки, я нажал на кнопку запуска генераторов. Из соседней комнаты послышался протяжный скрип, а потом лёгкий нарастающий гул. Красные лампы погасли, так что единственным источником света остался терминал. Посмотрев на экран, я понял, что отключился экстренный режим и теперь я мог снова вернуть систему в нормальное состояние, что я и сделал.

Неожиданно включившиеся лампы заставили ненадолго зажмуриться, а стоящие на столах терминалы поочерёдно издали короткие звуковые сигналы, оповещая о своём запуске. Следом не скрытая под одеждой шёрстка ног и грива, почувствовали лёгкий ветерок, который пробежал по помещению — заработала вентиляция, принося свежий воздух.

Вдруг с улицы послышалась громко завывающая сирена. Не знаю почему, но звук тревоги, который наверняка слышен в любой части острова, заставил меня занервничать и вызвал странный испуг, холодком прошедший по всему телу. Нужно было срочно отключить её!

Спешно пробежавшись по всем пунктам меню, я нашёл управление внешними системами, а потом и как выключить объявленную по базе тревогу. Там же я и заметил, что управление большей частью систем разделено между терминалом генераторной и центральным терминалом базы, что находился в кабинете капитана.

«Нужно будет попробовать перенести всё управление на терминал капитана»

Поверхностно просмотрев остальные элементы управления, я решил разобраться с этим завтра, а может ещё позже, ведь пока что большинство из этого было не нужно. Солнце уже садилось и я только мельком увидел закатные лучи, возвращаясь в здание штаба. День оказался насыщенным и я чувствовал себя довольно уставшим, но только сейчас понял, что с самого утра я ничего не ел. На всякий случай употребив полную банку консервов, запив её половиной бутылки воды, я, как и раньше, опрокинулся на кровать прямо в одежде и мигом уснул.

3. Всего месяц

«Наконец нормальное утро», — подумал было я, открывая глаза, но в следующие несколько секунд быстро понял, что ошибся. Во рту было сухо, одно только поднятие головы отразилось уколом боли и очень сильно хотелось пить. Неудивительно, что я так себя чувствую, если вспомнить, что за эти пару дней я выпил лишь около трёх литров воды и у меня началось лёгкое обезвоживание, но мне нужно было экономить воду, пока я не нашёл способ открыть склад.

Теперь же, я первым делом достал из красного ящика новую бутыль и выхлебал треть за раз, привычно закинув ещё и половину содержимого консервов. Немного соли, что судя по вкусу находилось в них, вкупе с водой, должны были лучше помочь восстановить водно-солевой баланс, да и банально я ещё и утолял голод.

Кстати, вот и наметил себе цель на сегодня — нужно основательно осмотреть склад, чтобы вытащить оттуда всё полезное. Просто пригладив гриву, как и вчера, я вышел на улицу и отправился, по когда-то обозначенной для грузовиков гравийной дороге посреди базы, мимо здания с генераторной, к стоявшей недалеко от защищающей наш военный объект стены, постройке.

Внутри была ещё одна стена, с одной стороны которой находилась решёточная дверь, которую всегда оставляли открытой, а с другой — плотная металлическая, которую можно было открыть только карточкой. Так склад делился на две части: основная и закрытая, в которой были ограниченные детали и ещё что-нибудь, что надо было бы запереть. Аварийные ящики также были в той комнате.

Осматривать основную часть склада мне пока не требовалось, ведь любая хранившаяся там еда давно сгнила, а я пришёл сюда пока что именно за ней, так что я сразу направился к металлической двери.

«Странно, панель не светится.»

Я всунул карточку, но ничего не произошло. Возможно панель вышла из строя, но как мне тогда попасть внутрь?

«Думаю у меня получится разобрать её и починить, наверняка всё необходимое найдётся где-нибудь на складе.»

В основной части склада было абсолютно темно, так что пришлось найти висящий на стене щиток, чтобы включить свет. Лампы под высоким потолком загорелись и осветили несколько рядов стеллажей и заставленных ящиками стен.

Детали, стальные листы, несколько стеклянных панелей, чего только там не лежало, а вот инструментов нигде не было видно. В ящиках тоже не было ничего полезного, а в отключённые морозильные камеры в другой части склада, я даже не стал заглядывать, ведь не трудно догадаться, что случилось с находящейся там когда-то едой.

Наконец я наткнулся на большой, тёмно-зелёный металлический ящик, с подписью — «инструменты». Он оказался не очень тяжёлым, так что я просто дотащил его к двери в закрытую часть склада, чтобы не ходить каждый раз за чем-нибудь, что могло мне понадобиться.

Отвинтив отвёрткой шурупы, держащие внешнюю крышку панели с небольшой, я вытащил её наружу, с тянущимися к ней проводами.

«С проводкой всё в порядке, значит проблема в микросхеме.»

Зарывшись глубже, я осторожно достал небольшую плату, которая соединялась проводами между основной линией, панелью и механизмом замка.

«Видимых повреждений нет, конденсаторы не вздутые, предохранители, как и сама схема не перегорели, значит она должна была работать.»

Конечно я бы мог попробовать отыскать такую же схему и заменить её, но мне нечем припаять провода, а заклинание, способное к такой тонкой работе мне просто неизвестно, да и вряд ли проблема в ней. Зарывшись ещё глубже, я осмотрел все провода на наличие обрывов, но, похоже, поломка была где-то вне моей досягаемости и я понятия не имел, что мне теперь делать. Последний раз всё проверив и всунув карточку, я убедился, что панель всё также не реагирует.

Была бы здесь обычная дверь, я бы постарался её чем-нибудь выбить, кувалдой например, но передо мной была толстая стальная дверь, на которой я максимум оставлю пару вмятин.

В голову ничего не шло и я решил перевести свои мысли в другое русло — давно пора придумать, как мне выбираться с острова. Припасы не будут бесконечными, а остаться в одиночку на острове без еды, не лучшая перспектива.

Выйдя наружу, я опять бездумно осмотрел стоящее напротив здание, в котором я ещё не был. Странно, какой раз прохожу мимо, а всё не обращаю на него внимания, ведь там просто… арсенал!

«Там должна быть взрывчатка», — промелькнула у меня мысль. Вот я и нашёл способ открыть дверь склада, да и с оружием как-то спокойнее, ведь кто знает, правда ли я так одинок на этом острове?

Сразу после входа в задние была ещё одна комната, где находился пост, на котором сидело один-два солдата, охраняя арсенал. Терминал, стоящий на деревянном столе не горел, а рядом с креслом лежал ещё один погибший пони, обоими копытами держа слегка поржавевшую винтовку.

В помещение склада с оружием также вела толстая стальная дверь, открываемая находящейся рядом панелью, которая, к счастью, работала. Внутри арсенал был небольшим: слева два стола со стоящими под ними длинными ящиками, а на стене — висящие стенды с рекомендациями по обращению с оружием. Впереди два больших металлических ящика тёмно-зелёного цвета, закрытых на навесной замок, а справа ещё четыре стоящих друг на друге больших ящика уже тёмно-коричневого цвета и пометкой «боеприпасы».

Вернувшись в предыдущую комнату я обыскал стол и форму солдата, чтобы найти ключ от замков арсенала. Небольшая связка подписанных ключей нашлась в одном из карманов.

Вытащив из-под стола один из ящиков, я прочитал надпись — «Осторожно, взрывоопасно» — и стал подбирать нужный мне ключ. Внутри оказалось несколько разложенных по отсекам осколочных и дымовых гранат, а также парочка магических, которых явно не хватит, чтобы пробить стальную дверь склада.

Во втором же, с аналогичной пометкой, лежало несколько упаковок взрывчатки по типу тротила и гексогена, а также две приготовленных полоски пластита, как раз для подрыва бронированных дверей.

«То что нужно.»

Выложив на стол найденную взрывчатку, я принялся осматривать оружейные шкафы. В первом вертикально стояло шесть штурмовых винтовок, а над ними полка с четырьмя вложенными в кобуры десяти миллиметровыми пистолетами. В соседнем же, четыре ружья и два девятимиллиметровых пистолет-пулемёта.

Вытащив магазины из трёх пистолетов я вложил их в карман, а кобуру с четвёртым надел на себя, после чего взял одну из штурмовых винтовок и, также предварительно разрядив остальные, оставил её на столе, рядом со взрывчаткой.

Около ящиков, в которых хранились боеприпасы, была ещё одна запертая решётчатая дверь, которую я раньше не заметил. Отперев дверь я вошёл в такую же небольшую комнатку с оружейными шкафами и сразу обратил внимание выставленные вдоль правой стены столы: на сошках стояла настоящая снайперская винтовка, а рядом боевое седло с вставленным в него лёгким пулемётом!

Пулемёт мне конечно не к чему, но вот снайперская винтовка — это находка. Но на этом удивления не закончились, ведь в первом же открытом оружейном шкафу лежало две ракетницы с одиночными зарядами. В остальных двух висели бронежилеты с ремнями для навешивания оружия, седельные сумки и защитные шлемы.

В последнем стояло четыре лазерных винтовки, но вряд ли на базе найдутся спарк-батареи для них. Арсенал я осмотрел и больше я здесь точно ничего не найду, да и пора бы уже вернуться к открытию склада.

Надев снятые с брони ремни, я прикрепил к ним штурмовую винтовку и, прихватив взрывчатку, вернулся к закрытой двери склада. Снова оказавшись перед разобранной панелью, я примерно определил место, где должен был находится механизм замка и прикрепил туда одну пластину взрывчатого вещества. Запала не было, но я мог попробовать поджечь его заклинанием, нужно только будет найти за чем спрятаться.

Соорудив небольшую стену из притащенных с основной части склада ящиков, я встал за ними. Рог загорелся светло-серым светом, от подготавливаемого заклинания, а в следующую секунду я укрылся за импровизированной стеной, от оглушающего взрыва, эхом прошедшегося по стенам помещения.

«А вот об этом я не подумал, так ведь и оглохнуть не долго!»

Немного придя в себя, я вернулся, чтобы посмотреть, получилась ли моя задумка. Из открывшегося наполовину прохода, шёл свет, а в двери и стене осталась внушительных размеров дыра. Облокотившись на дверь я, не без усилий, окончательно открыл её. Похоже для большей защищённости, петли тоже закрывались специальным механизмом, но силы взрывчатки хватило чтобы сломать и его.

Вдоль левой стены небольшой, но длинной комнатки, стояли шкафы с навесными замками, в которых хранились различные ограниченные детали для разных сложных механизмов, и ещё что-то. Несколько тёмно-серых стальных ящиков, а впереди уже знакомые мне красные.

«Всего десять?»

Я ожидал большего, но если рассчитывать на одного пони, то еды должно хватить ровно на месяц, а вот с водой проблемы, так как она закончиться минимум на неделю раньше.

Хорошо, проблему продовольствия временно решили, да и за месяц я точно что-нибудь придумаю, чтобы спастись с этого острова. Взвалив один из ящиков себе на спину, я решил отнести его в здание штаба, чтобы мне каждый раз не ходить за едой на склад.

Вернувшись в медкабинет, я оставил свой ящик рядом с первым принесённым сюда и решил подняться на второй этаж. Ещё со вчера у меня были мысли перевести управление на главный терминал базы, да и неплохо было бы переселиться из маленького медицинского кабинета с неудобной кроватью в одну из офицерских комнат.

Зайдя в кабинет капитана я включил терминал, но на нём оказался пароль!

«Ну да, кто сказал, что всё будет так просто?»

Сейчас я был ужасно рад тому, что терминал генераторной не имел универсального пароля, иначе бы меня хватило ещё всего на несколько дней. Немного подумав, я решил попытать удачу и ввести код с карточки, но, как я и предполагал, он оказался неверным.

В принципе, там не должно быть чего-то очень важного для меня сейчас. Прямо напротив кабинета была личная комната командира базы, которую я и хотел проверить первой. Внутри это оказалось довольно просторное помещение, примерно таких же размеров, как и сам кабинет капитана.

Вдоль правой стены несколько шкафов с книгами, впереди два, выходящих на внутреннюю часть базы, окна и широкий стол с лампой и стоящим рядом креслом. Слева большая кровать, а рядом с ней ещё один стол с терминалом, небольшим сейфом и стоящими вдоль стены, разделяющей комнату и коридор, деревянными шкафами.

«Да, это явно лучше, чем ютиться в медицинском кабинете.»

Терминал тоже потребовал пароль, в столе не было ничего интересного, кроме каких-то бумаг, а на шкафах были встроенные в дверцу замки. Конечно можно было выломать дверцы, но это потом, сначала я хочу осмотреть другие кабинеты, вдруг там найдётся что-то полезное?

«Лейтенант Лиф — заместитель командира базы» — гласила надпись на дверь ближнего ко мне кабинета. Он оказался в два раза меньше кабинета капитана, а первое что я увидел — ещё одного погибшего пони, лежащего перед стоящим перпендикулярно двери, столом и пара пустых баночек из-под зелий.

На столе, рядом с фотографией голубой белогривой кобылки, стоял терминал, из которого торчала кассета с голозаписью.

«Интересно, что на ней?»

Включив терминал, я удивился, что на нём не было пароля. Всунув диск до конца я запустил запись и стал слушать:

— Надеюсь запись идёт… *кхе*

— Меня зовут Лиф. Я лейтенант Эквестрийских войск, недавно выбравшаяся из КСЖ. Похоже эл… электричества нет и работают только терминалы. *Кхх* Хах… думаю кровь после кашля не лучший знак… надеюсь что этим тварям было также хреново, как мне сейчас… Я успела взять несколько лечебных зелий из ящика внизу, но они совсем не помогают… Еле добралась в свой кабинет… не знаю сколько мне ещё осталось.

— На базе режим тревоги, так что все терминалы требуют пароль, а без них не запустить ничего. Универсальный код для них: семнадцать, шестнадцать, пятнадцать, десять. И ещё, Ринс, я видела тебя внизу, в камере… Прости… надо было сказать это раньше. Ты тоже нравишься мне, но… Но похоже уже поздно и… мне жаль…

На этом запись заканчивается. Я ещё немного постоял в растерянности и полной тишине, просто смотря на подрагивающий экран.

— Как бы я хотел помочь тебе… — тихо сказал я.

Услышанное заставило меня снова задуматься, как много ещё пони постигла смерть? И ради чего всё это? Теперь я уже не так радовался тому, что мне удалось выжить и, даже не став дальше осматривать комнату, вышел.

Спустившись на первый этаж я немного поел и, сходя на склад, принёс ещё два ящика, но поднял их уже в бывшую комнату капитана, в которой теперь собирался устроиться сам. Бросив винтовку на стол я улёгся в кровать. Вечерело, а мне нужно было прийти в себя, так что я просто улёгся на кровать и стал ждать, когда наконец засну.

4. Надежда

Проснулся я на удивление спокойно и даже не стал злиться на светящее в окна солнце, чьё тепло чувствовалось даже через стекло. Всё же я был прав, мне нужно было прийти в себя и немного подумать.

«Пора искать способ выбраться с острова» — съедая привычные консервы на завтрак, думал я.

Конечно за эти три дня я успел много сделать и обеспечить себе выживание ещё как минимум на месяц, но что делать дальше? Я не смогу долго жить на этом острове, даже если очень захотел бы, но, с другой стороны, мне неизвестно, что сейчас творится на материке.

Само собой я далеко не единственный выживший и там наверняка есть ещё тысячи или даже десятки тысяч пони. Но как они живут? А может даже и выживают… Если зебры добились своего, им не составило труда просто занять опустошённые города и территорию нашей страны… нашего дома.

Нет, пони просто так не победить, я уверен! К тому же, у нас были десятки убежищ как раз на такой случай, а принцессы точно не дали бы погибнуть всем, до кого смогли бы добраться! Определённо, иначе как бы солнце всходило каждый день, а луна каждую ночь?

Разобравшись с завтраком я оглядел свою форму, которую ещё ни разу не снимал. «Пора бы найти другую одежду.»

Бросив взгляд на терминал в комнате, я решил воспользоваться недавно полученным мною универсальном кодом. В терминале капитана были разные записи, но не думаю, что стоит лезть в личное давно погибшего солдата. Помимо этого с него можно было открыть и сейф, находящейся рядом, что я и сделал.

В сейфе лежал ещё один десяти миллиметровый пистолет с одним магазином к нему, серебряные часы, немного личных записей и совершенно чистый дневник!

«Было бы неплохо вести дневник, чтобы отмечать, что случилось со мной в течении дня, да и просто занять себя чем-то, чтобы не сходить с ума.»

Конечно, я бы мог оставлять записи в терминале, но мне больше нравилось записывать что-то на бумагу. В столе я нашёл несколько ручек, но чернила давно высохли, значит придётся пользоваться найденными там же карандашами.

Оставив дневник на столе, я взял найденные часы и снял крышку в поисках маленькой батарейки, на которой они должны были работать. Достав небольшую пластинку, я просто направил немного магии в неё и этого хватило, чтобы полностью зарядить её.

Выглянув в окно, я отыскал на небосводе солнце. Скоро полдень, поэтому я выставил примерное время на часах и вышел в коридор. По правую сторону от меня была лестница, ведущая на крышу, а рядом была дверь, ведущая в ещё не разведанное помещение. Возвращаться в комнаты офицеров мне не хотелось, а там была…

Я озадаченно смотрел на серую дверь перед собой, потому что не помнил, что находилось за ней.

«Пора бы уже привыкнуть.»

За дверью было угловое помещение, с двумя широкими окнами, выходящими в сторону океана и второго выезда с базы, а вдоль правой стены стояло три стола: на среднем стоял терминал, а на боковых — две радиостанции!

За дальним столом, в наушниках с микрофоном, лицом вниз, лежал очередной погибший.

«Неужели?!» — подумалось мне.

Я быстро подскочил к одной из раций и был ужасно рад даже простому звуку помех! Эти станции использовались для связи с материком и били на сотни километров! Всего-то нужно найти нужную частоту и я смогу связаться с кем-нибудь, и тогда я хотя бы буду уверен, что точно не один, а может это ещё и был шанс попросить о помощи, чтобы выбраться с острова!

Терминал ожидаемо потребовал пароль, после чего мне открылся список последних радио соединений. Там же я отыскал и номера частот связи с военными базами. Для начала нужно проверить их.

Внизу было ещё одно окно, в котором можно было посмотреть состояние антенны и на какое расстояние доставала радиостанция.

«полторы тысячи километров? Этого же хватит только чтобы добить до побережья! И то я не уверен.»

Экран показывал, что работают только два из четырёх усилителей на антенне и поэтому радиоволны не могут достать далеко.

«Нужно проверить антенну.»

Провода уходили наверх, логично, что она была наверху, не зря же рядом с этой комнатой был подъём на крышу. Больше ничего интересного здесь не было, так что я вышел наружу и поднялся наверх.

Выйдя из небольшой надстройки, на крыше я увидел взлётную площадку с раскиданными вокруг ящиками, которые, похоже, выбрасывали, чтобы освободить место и увезти больше солдат. Тут же лежало и несколько скелетов тех, кому не повезло.

Стальная конструкция, держащая антенну, слегка проржавела, хотя и была сделана из износостойких материалов, которые долго не подвергаются коррозии. Из-за этого, левая часть антенны обвалилась, вместе с двумя небольшими круглыми блоками, похожими на толстые фильтры для противогаза. Не знаю, почему мне в голову пришла именно это аналогия?

Эти блоки и были усилителями сигнала. Подробностей мне не известно, но внутри должно находиться восемь искусственно созданных кристаллов, благодаря которым и усиливался сигнал. На самом деле их было не так просто производить, но на базах, глубоко в океане или же среди гор, где сигнал не доставал до ретрансляторов, стояли антенны именно с такими усилителями. Ещё я слышал, что в столице, во дворце, стояли усилители, способные в одиночку покрывать всю Эквестрию!

Блоки оказались тоже повреждены, поэтому просто присоединить их обратно не получится. Единственным вариантом осталось надеяться, что на складе найдётся хотя бы один такой блок.

Немного осмотрев разбитые ящики, я нашёл только поржавевшие винтовки, несколько пакетов с пайками, которые уже невозможно употреблять, испорченную одежду и пару металлических пластин также покрытых ржавчиной.

Оказавшись на улице, я решил сначала зайти в здание справа, где, рядом со столовой, были казармы. Внутри коридор делился на три выхода: правый вёл в столовую, а два левых в раздельные казармы для жеребцов и кобыл.

Я легко отыскал своё место среди стоящих в два ряда коек первой комнаты. В личном ящике ничего полезного не нашлось, поэтому я пошёл дальше, проходя мимо второй комнаты уже с двухэтажными кроватями, в сторону небольшого помещения прачечной, попасть в которую, почему-то, можно было только через казармы.

Комната была совсем маленькая, а большую часть пространства занимали полки со скрученными комплектами одежды, а в правой части стояла небольшая машинка, которая и должна была чистить одежду. Дело в том, что обычно одежду приводили в порядок единороги, с помощью своих заклинаний, а машинкой пользовались редко, но я банально не знаю его… или не помню.

Отыскав подходящий по размеру комплект, я скинул кобуру и вытащил всё из карманов, после чего надел не только лёгкую куртку, но и штаны, а на всякий случай взял ещё и плащ. Это сейчас погода необычно хорошая, но из старых воспоминаний могу уверенно сказать, что основную часть времени здесь было пасмурно и холодно.

Вернув на место снятые вещи я пошёл обратно, но не мог не обратить внимание на ближнюю койку. Одна из трубок, держащих верхнюю кровать, была погнута. Вроде кого-то сильно ударили головой об неё, после чего она и деформировалась, а солдат получил серьёзные травмы. Сделавшего это, отправили на одну из северных приграничных баз, где всегда смертельный мороз и куча таких же сосланных. На нашей базе строго наказывали за драки, а учитывая то, что он чуть не убил его… ещё легко отделался!

Тряхнув головой, чтобы согнать неприятные воспоминания, я вышел из казарм и двинулся в сторону склада. Искать среди кучи ящиков нужные мне детали, надеясь на удачу, было бы глупо и заняло бы много времени. Включив находящийся в углу терминал, я отыскал список содержимого склада.

Да, где-то здесь должны быть запасные усилители! Вернувшись к стеллажам, я нашёл нужную маркировку на полках и достал телекинезом верхний ящик зелёного цвета. Внутри лежало два совершенно целых усилительных блока!

Подхватив их магией, я быстро вернулся в штаб и поднялся на крышу. Провода, которыми подсоединялись старые усилители, были оборваны, а чтобы добраться до них, нужно было забрать почти на самый верх.

Усилители продолжали лететь рядом со мной в телекинетическом поле, пока я поднимался между скрипящими стальными перекрытиями, держащими антенну. Добравшись до оборванных проводов, рядом с двумя всё ещё работающими усилителями, я подсоединил блоки и уже собирался спускаться, как из-под ног раздался громкий скрежет.

— ААА! — закричал я, когда потерял точку опоры. Сила притяжения мгновенно потянула меня вниз и я попытался схватиться за какую-нибудь часть конструкции, чтобы избежать травм, но не успел и приземлился левым боком на покрытые крыши.

— Аррхх! — снова закричал я, после хруста собственной кости. Почти весь воздух из лёгких был выбит падением, а его остатки ушли на крик боли, так что сейчас я практически задыхался, пытаясь сделать вдох.

Дождавшись пока выровняется дыхание, я попытался подняться. Голова болела от удара, а когда я опёрся на левую переднюю ногу, то сразу уткнулся носом в пол, потому что резанувшая боль заставила её подкоситься.

«Похоже перелом», — думал я, снова поднимаясь, но уже на трёх ногах. — «Повезло, а ведь мог упасть на землю, а не на крышу», — покосившись на бортик, заключил я.

Доковыляв до медкабинета я открыл ящик с препаратами:

— Обычным лечебным зельем тут не отделаешься, — проговорил я, но оно тоже не помешает.

Запив лечебным зельем обезболивающее я сел на кровать и нащупал в кармане красную карточку. Подняв её телекинезом перед собой, я вышел в коридор и повернул налево, к закрытой на панель двери. Это был медицинский склад, где лежали сильные препараты, не один же ящик с медикаментами на всё базу?

Белая комната, с такими же шкафами на стеклянных дверцах, полками и парой ящиков с медицинскими крестами. А у правой стены стоял автодок, который вполне мог оказаться рабочим, но требующий заправки биогелем, который надо ещё и найти.

«Ну где же… А, вот!»

Вытащив большую часть препаратов я наконец нашёл колбу с тёмно-фиолетовым содержимым и маркировкой — «Зелье восстановления». Открыв крышку, я залпом вылил в горло всё содержимое.

Магическая жидкость должна ускорить регенерацию, в том числе и костей, а так как перелом, вроде, не серьёзный, кость должна восстановиться за пару дней. Зелья это конечно хорошо, но нужно сделать ещё кое что, если я действительно хочу, чтобы всё зажило так быстро, как только возможно.

Всё также на трёх ногах, я добрался до склада и нашёл четыре металлических трубы одинакового размера, после чего приложил их крестом к ноге и закрепил их внизу на круглой металлической пластине, которая был чуть больше копыта. Чтобы конструкция не слетела, я обмотал её скотчем по всей длине трубок, а потом найденной проволокой обвязал спину и зацепил её за верхнюю часть труб, которая слегка выпирала.

«Идеально», — оглядев получившуюся конструкцию, заключил я.

Импровизированная шина должна была помочь мне не сгибать повреждённую конечность, чтобы кость срасталась правильно. Да и теперь я могу хоть немного опираться на эту ногу, всё же так намного удобнее.

Проверив, хорошо ли держится моё творение на ноге, я собрался возвращаться к радиостанции. Не зря же я чуть не умер устанавливая эти Дискордовы усилители!

Работающая рация всё так же выдавала помехи, когда я вернулся. Проверив состояние антенны в терминале, я был рад увидеть, что цифра возросла до двух с половиной тысяч километров. Открыв список частот ближайших к побережью военных объектов, я стал перебирать их все, надеясь, что хоть где-то мне ответят.

— Говорит сержант Эквестрийских войск — Райз Шейд. Я связываюсь с вами на закрытых армейских частотах. Я застрял один на островной военной базе посреди океана. Мне требуется помощь, так что, если вы слышите это, прошу ответьте.

Пару часов я перебирал частоты по кругу, но так никто и не ответил мне. Конечно, на это могло быть много причин и это не знак сдаваться. Скорее всего эти частоты просто больше никем не используются и никому в голову не могло придти, что кто-то может звать о помощи через них. У меня ещё много времени, чтобы попробовать с другими.

Я уже немного подустал, когда в голову пришла почти гениальная идея. Я настроил первую рацию на постоянный приём одной частоты, а на второй, с помощью терминала, пустил цикличное сообщение с указанием частоты первой рации. Теперь, если кто-то откликнется, я узнаю об этом.

Оставив рации работать в одиночку, я вернулся в комнату капитана. Лекарства давно клонили в сон, да и просто отдохнуть, чтобы они быстрее подействовали не помешает.

5. Шанс

Поднявшись с кровати, я опёрся на повреждённую ногу, чтобы посмотреть, как она себя поведёт. Лекарства подействовали хорошо, ведь боль чувствовалась совсем слабо. Взглянув на часы, которые лежали на тумбе и показывали одиннадцать утра, я подошёл к зеркалу.

Честно говоря, внешний вид смотрящего на меня пони мне совсем не понравился. Гриву уже просто не пригладишь, а следы грязи на шёрстке, что на мордочке, что на ногах, давно пора смыть. Зато одежда была новая.

«Да, нужно смыть с себя грязь, но чем? От солёной воды будет только хуже.»

Позавтракав, я вышел на улицу. В этот раз солнце закрывало несколько белых облаков, отчего базу накрыла лёгкая тень.

«Итак, солдаты же должны были где-то мыться и доставать питьевую воду, правильно?»

Вспомнив, увиденный мною в терминале генераторной, план базы, я двинулся к небольшому зданию, что находилось рядом с казармами и являлось местной водоочистной станцией, рядом с которой был и душ.

Войдя внутрь, первое что я увидел, так это две больших трубы, которые вели к трём резервуарам, передняя часть которых была из стекла, чтобы видеть уровень воды в них, а сами они были высотой почти до самого потолка.

Справа был какой-то прибор, который трубами присоединялся к резервуарам, а другие уходили куда-то вглубь стены. Рядом с ним была небольшая комнатка с двумя терминалами и дверь в помещение, полностью заполненное металлическими пустыми бочками, под выходящей из потолка трубой. Здесь же был и питьевой фонтанчик, парочку из которых я уже встречал в других зданиях.

«Похоже эти бочки заполняли питьевой водой, на всякий случай.»

Включив терминал, я увидел данные о резервуарах и машине для очистки воды, которая была отключена. Также автоматически были перекрыты трубы забора и сброса воды, а резервуары предварительно опустошены, но случилось это уже после отключения электричества.

Когда я попытался включить опреснительную установку, появилось предупреждение, напоминавшее о смене фильтров. Конечно же, как я раньше не подумал? Старые фильтры давно уже не функционируют. Вернувшись к установке, я открыл широкий прямоугольный люк, в котором в ряд стояло несколько почерневших фильтров, которые со стороны выглядели просто как пластинки с маркировкой «ФП-11» и соединялись шлангами между собой.

Вытащив их все, я взял одну с собой и отправился на склад, ведь там должны быть запасные детали ко всему. Через терминал я отыскал фильтры, но когда пришёл к полкам, там оказалось только несколько пластин «ФП-7» и две «ФП-4», которые сильно отличались от той, что была у меня с собой. Осмотрев всё, я так и не нашёл других фильтров.

«Ну хоть что-то.»

Вставить пластины обратно и подключить к ним шланги не составило труда и я вернулся к терминалу, чтобы открыть трубы. Машина загудела, но вода, почему-то, не шла. Система мгновенно уведомила меня о том, что задвижка трубы забора воды не открылась и требуется сделать это вкопытную.

Просто так к трубе не подойти и мне пришлось ковылять вокруг стены, что огораживала базу. Дело даже не только в переломе, но ещё и в прикреплённой к ноге конструкции, ходить с которой, не самое приятное дело.

«А без неё ещё хуже», — оборвал я сам себя.

В этом месте остров был немного разрезан, так что берег был совсем небольшой, но находился довольно близко и идти мне пришлось недалеко. Здесь же и было две больших трубы, что опускались в воду.

В месте, где у трубы был изгиб и она дальше шла по прямой до самой стены, было что-то на подобии рычага, который, видимо, и позволял отодвинуть задвижку.

Облокотившись, я начал давить на рычаг телом, но он отказывался сдвигаться. Похоже заклинил за столько-то времени. Немного подумав, я развернулся к нему задом и от всей души лягнул его. Рычаг с секундным скрежетом и последующим щелчком, наконец встал в открытое положение.

«Хорошо хоть не сломался, а то не знаю, чтобы тогда делал.»

Впереди, на фоне воды, виднелась небольшая постройка, стоящая отдельно от базы.

«А, это же береговое орудие», — вспомнил я, после нескольких секунд рассматривания. Кажется, оно стреляло всего один раз, когда мы решили опробовать его, взорвав самодельный деревянный плот.

Вообще, наш остров был далеко от любых боевых действий, но, на всякий случай, нам привезли это орудие. Хотя толку от него не очень много, так как что-то крупнее тяжёлого катера оно с одного выстрела не потопит, да и в одиночку они мало эффективны.

Вот какие укрепления я видел в Мэйнхэттене! Там такие батареи по всему побережью, что даже линкор могли бы с пары залпов утопить, не подпуская ближе линии горизонта! Ну, по крайней мере так они выглядели.

Вернувшись к терминалу, я снова попытался запустить установку. Со стороны зала послышался шум стекающей воды. Оказалось, что сначала вода набирается в первые два резервуара, потом уходит в фильтры и отправляется в ещё один резервуар в задней части душевой, а избыток выливается в оставшийся третий.

Эта вода вполне пригодна для тела, но чтобы её можно было пить, она ещё несколько раз прогоняется по фильтрам и нагревается, а потом уходит в резервуар под потолком, откуда разносится по базе, а в случае необходимости и в бочки.

Конечно же это занимает некоторое время, так что мне придётся ждать. Выйдя в главный зал, я наблюдал как заполняются резервуары, в то время как услышал лёгкий треск, хотя он и заглушался звуком падающей воды.

На стекле первого резервуара оказались трещины, которые я не заметил, когда впервые вошёл, а теперь они разрастались!

Если ничего не предпринять, то стекло просто лопнет и всё содержимое затопит главный зал!

Я немедленно метнулся к терминалу, чтобы отключить подачу в повреждённый резервуар и включил откачку из него воды.

Из зала послышался хлопок и звук разливающейся воды. Выглянув из комнаты, я увидел развалившееся стекло и немного залившую пол воду, которая, к счастью, уже убывала из резервуара и вылилось её совсем немного.

Помимо осколков стекла, наружу вымыло какой-то камень, подумал я сначала. Но ведь камень тяжелее воды, не? Подняв объект у меня не было сомнений, что это оказался череп, смотрящий пустыми глазницами на меня. Чуть не выронив от удивления, я в последний момент схватил его телекинезом.

Пройдя через разбитое стекло, я увидел и остальные останки. Похоже он оказался внутри в самый неподходящий момент. Люк наверху был закрыт, так что он либо утонул здесь, либо умер без еды и воздуха, что, несомненно, в любом случае, ужасная смерть!

Облака теперь занимали почти всё небо, хорошо хоть были не дождевыми, но отсутствие солнца и прибрежный ветер, создавали заметный холодок, даже среди зданий, которые должны были препятствовать ему.

Впереди, на фоне ещё не затянувшегося в том месте неба, возвышалась каменная башня, которая была маяком, а рядом с ней должен был быть небольшой порт. Обычно там стояло два тяжёлых катера, которые несколько раз в неделю уплывали на материк за новыми припасами и, иногда, солдатами. Ринс говорил про то, что катер уплыл в день взрыва, но про второй мне ничего неизвестно…

«Что если он всё ещё там?» — подумалось мне, — «Я бы смог уплыть с острова!»

У меня было полчаса, прежде чем вода пройдёт первую стадию очистки, так что я, предварительно зайдя подкрепиться, решил сейчас же отправиться по гравийной дороге в сторону порта. На самом деле это было два больших здания, в одном из которых был склад и что-то на подобии мастерской, а во втором два дока для катеров. Чуть поодаль стоял маяк, а рядом с доками шёл каменный причал, к которому могли подплыть и грузовые корабли. Именно здесь они и бросали якорь, когда базу только строили. Не везти же по несколько часов в день материалы небольшими партиями, используя только закреплённые за нами катера.

Входа в мастерскую было два: один со стороны берега, а другой из склада, поэтому, чтобы не обходить здание, я решил пройти через склад. Сам по себе, он не представлял ничего необычного. Тусклый свет ламп освещал несколько стеллажей и большое скопление деревянных ящиков, а также парочку столов в самом углу. Проходя мимо очередной стены из ящиков, что-то заставило меня остановиться. Углядев под чуть приоткрытой крышкой что-то похожее на бутылки, я решил открыть попавшийся мне на глаза ящик, который оказался полностью забит бутылками Спаркл-колы.

И вновь меня стали накрывать воспоминания…

— Давай те ящики на катер, — крикнул мне со стороны входа крупный жеребец в форме морских войск. — А вы чего встали? Мне вас долго ждать? — обратился он к ещё парочки солдат, что утаскивали что-то большое.

Смена на морском складе была моей самой нелюбимой. Мало того, что приходится выполнять всю работу за снабженцев, которые просто приплывают, чтобы загрузиться-разгрузиться, они ещё и жаловались, что мы медленно работаем! И не забывали прикрикивать… как будто от этого у нас будет получаться быстрее.

Мысленно выражая недовольство, я отодвинул очередной ящик и увидел за ним чью-то торчащую гриву.

— Э-э… — протянул я, наблюдая за исчезающими волосами. Слишком уж знакомый был у них цвет!

Быстро отодвинув ещё один ящик, я увидел круп пегаса, который пытался уползти вглубь склада, оставив на месте преступления две пустые стеклянные бутылки.

— Ты это куда? — окликнул я его, после чего схватил зубами за хвост и потащил обратно.

— А, это ты, — обернулся пегас, — напугал! — Ринс? — удивился я. — Ты опять? Лиф же тебе теперь точно перья выщипает и в кабинете закроет. — Пегас виновато опустил голову.

— И чем тебе так эта кола нравится, — оглядев ещё не открытую бутылку под его крылом, спросил я. — Эй! Вообще-то она вкусная! — вскинулся он. — Ага, а ещё к неё быстро привыкаешь… мне больше Сарсапарель по душе, но её фиг где достанешь! — Не расскажешь, что я здесь был — достану, — широко улыбнулся Ринс. — Ладно, иди уже, пока тебя ещё кто не увидел…

Отпрянув от стены, на которую я облокотился, я поднял крышку ящика и достал одну из бутылок. В здании был холодок, поэтому и кола была прохладной. Открыв крышку, я удивился последующему шипению.

— Ух ты, ещё не выдохлась! — искренне обрадовался я, делая первый глоток газированной жидкости. Хоть Спаркл-Кола не была моим любимым напитком, но стоит признать, что она довольно вкусная, особенно когда я пил её последний раз всего пару столетий назад!

Оставив половину бутылочки, я прошёл в мастерскую и увидел стоящий в сухом доке катер, с громадной сквозной дырой в переднем корпусе. На столах у стены, помимо инструментов, лежал большой двигатель, который, похоже, достали из этого же катера.

«Вот гнилое сено!» — думал я, стоя с открытым ртом.

Так вот, что случилось со вторым катером! И почему мне так везёт? На его починку уйдёт минимум пара недель и то, если получится.

Механиком я не был, но и двигатель не выглядел разобранным, судя по висящим на стене чертежам. Так что мне просто нужно починить корпус и вернуть его на место. Возможно, это самый вероятный шанс выбраться!

Сейчас мне бы придумать, как залатать дыру, но на ум ничего не приходит. Может, попробовать использовать стальные листы, что я видел на складе, но как их сюда тащить? В любом случае, у меня ещё есть время подумать.

День уже вовсю подходил к концу, так что я решил проверить маяк, перед тем как вернуться в штаб.

Внутри башни была винтовая лестница, которая вела к уютной комнатке смотрителя, под самой крышей. Здесь была большая кровать, рядом с которой стоял красивый шкаф с парой книг и магический светильник на тумбе, прикрывавший карманную рацию и заряженный пистолет, а само помещение освещал свет из четырёх окон.

У стены была лестница ещё выше, где на крутящейся платформе стоял большой прожектор с мощной лампой, способной бить на многие километры сквозь туман. Отсюда можно было увидеть почти весь остров, правда большая его часть заполнена высокими деревьями.

Перед выключенной лампой была небольшая панель, с помощью которой я мог заставить маяк снова работать. Нажатие на кнопку пустило электричество в мощную лампу, которая была повернута в сторону океана. Потянув за рычаг, я думал, что платформа начнёт крутиться вокруг своей оси, но после короткого скрипа в глубине механизма, ничего не произошло.

Недалеко стояла канистра, в которой оказалось масло, которым, похоже, смазывался крутящий механизм. Обойдя платформу вокруг, я отыскал что-то вроде углубления с трубкой уходящей внутрь. Положившись на удачу, я залил туда немного масла. Снова дёрнув рычаг, я сначала подумал, что ничего не вышло, но платформа сделала короткий поворот, после чего с скрежетом стала медленно вертеться.

Платформа провернулась ещё пять-шесть раз, после чего скрежет пропал, оставив лишь редкое постукивание, в момент становления платформы на начальное положение. Теперь маяк привычно освещал округу светом своей мощной лампы, которой когда-то помогал кораблям не сбиться с курса, а сейчас показывал любому видевшему его, что здесь ещё есть выжившие.

В комнате было уже довольно темно, впрочем как и на улице. Я зажёг магический светильник на столе и, немного подумав, решил остаться здесь на ночь.

6. Записи из дневника

Проснувшись, я ужасно хотел пить, что даже не сразу заметил, как упал с кровати, попытавшись опереться на недавно сломанную ногу. Наконец, осознав себя лежащим лицом на деревянном полу, я перевернулся на бок, тряся повреждённой конечностью.

«Уже не болит», — заключил я и, вернувшись на кровать, стал зубами откручивать держащую трубки проволоку. Конструкция упала на пол и со звоном рассыпалась.

Спустившись, я отправился обратно на базу, чтобы сделать то, ради чего я вообще вчера восстанавливал водоочистную — помыться.

От вчерашних облаков ничего не осталось и небо было почти чистым, так что от жары спасал лишь привычный прибрежный ветерок.

Всего несколько минут вышагивания по дорогое, и я вновь на базе. Пройдя в пристройку, которая располагалась у стены между казармами и водоочистной, я прошёл по коридору и оказался в раздевалке с шкафчиками и длинной лавочкой по середине.

Скинув кобуру и одежду, я прошёл в следующее помещение с плиточным полом и несколькими стоящими в ряд душевыми кранами, отгороженными друг от друга короткими белыми стенками.

Встав под один из них, я покрутил красный вентиль и мне на голову тут же выплеснулась ледяная вода. Отскочив в удивлении, я чуть не поскользнулся.

«Неожиданно, но на что я надеялся? Хорошо, хоть вообще вода есть», — убавив напор, подумал я и встал обратно под струи холодной воды, которая, стекая по телу, забирала с собой всю грязь.

Вытереться было нечем, поэтому, закончив водные процедуры и взяв телекинезом одежду, я вышел на улицу, под лучи жаркого солнца.

Тело слегка дрожало, а вода капала с шёрстки, но я уже чувствовал, как спина и голова начинают прогреваться и высыхать, а тело успокаиваться.

«Интересно, увижу ли я ещё хоть раз кого-то из принцесс, или вообще пони… Да хоть кого-нибудь?» — думал я, прикрыв глаза и наслаждаясь теплом.

Перед сном мне удалось немного поразмыслить насчёт починки катера. За зданием склада есть ангар, в котором должен стоять грузовик, с помощью которого прибывающие на катерах грузы привозили на базу. Если я смогу его завести, мне не придётся таскать по одному листу каждый раз, а сразу соберу всё необходимое!

Достаточно обсохнув, я снова накинул куртку и прошёл между зданиями к большим дверям ангара, рядом с которыми была дверь и просто для пони.

Посреди ангара стоял большой и пыльный военный грузовик, всю левую стену заставили бочками и столами с инструментами, а в правом углу была цистерна со знаком взрывоопасности. За грузовиком, над рабочей ямой, оказался ещё и джип, но с него были сняты все четыре колеса.

Открыв капот, я убедился, что всё на месте, после чего поднял одну из стоящих у стены канистр и подошёл к цистерне. Поднеся канистру к выходящей из неё трубке, я открыл вентиль. Бак автомобиля точно был пуст и мне оставалось надеяться, что в цистерне что-то осталось. Вскоре в тёмно-зелёную металлическую тару полилась жидкость, чей запах не требовал узнавания — бензин.

Топливо есть, но чтобы пробовать завести двигатель, мне нужно как минимум зарядить аккумулятор. Отыскав глазами любое подобие розетки, я нашёл в одном из столов вилку с проводами, подключённую к специальному зарядному устройству и, протянув их к аккумулятору, соединил.

Теперь мне снова оставалось только ждать, поэтому, залив бензин в бак, я отправился, чтобы сделать то важное дело, которое я откладывал все эти дни.

Одинокий пони закапывал последнюю прямоугольную яму, перед которыми стояли таблички с аккуратно выжженными магией надписями: «Здесь похоронен Лейтенант Ринс, Лейтенант Лиф, Сержант Флит, Капитан Спирит.»

А на последней, что стояла перед самой большой из ям, было — «Здесь братская могила верных солдат и офицеров Эквестрийской армии, что погибли за свою родину.»

Я не мог оставить их лежать повсюду. Я должен был почтить их память и похоронить останки.

— Наверное, в таких ситуациях нужно что-то сказать… Но я здесь один и не знаю для кого это… и не могу просто так оставить всё.

— Я счастлив, что служил с вами всеми и надеюсь, что сейчас каждый из вас нашёл вечный покой на небесных лугах…

— Дискордова война… Это того не стоило. Всё этого не стоило…

Ещё несколько минут я молча стоял перед могилами друзей и сослуживцев, пока не пришло время уходить.

Сначала я зашёл в комнату капитана, чтобы поесть и немного перевести дух. Я сидел на кровати, смотря в никуда, пока мой взгляд не пал на картотечные шкафы у стены. Поднявшись, я стал обыскивать их, пока не нашёл личные дела находившихся на базе военных.

В каждом из них была фотография, которая слегка попортилась за время, но всё ещё была в хорошем состоянии и я стал доставать фотографии всех, кого знал, чтобы обрывки воспоминаний не были единственным напоминанием о их существовании.

Когда я наткнулся на фотографию зелёной единорожки со светло-серой гривой, голова слегка закружилась, предвещая уже знакомое мне состояние и погружая в воспоминания…

Солнце опускалось за горизонт, оставляя на воде столб оранжевого света. Двое пони наблюдали за ним с крыши одного из зданий стоящей на берегу военной базы. В свете магии, перед ними висела бутылочка Спаркл-Колы, а позади было разложено два тёмно-жёлтых спальных мешка.

— Может отпустишь уже? — послышался отдалённый голос снизу.

Стоявшая у края зелёная единорожка коротко обернулась в сторону звука.

— Ой, хи-хи, тебе надо это увидеть, — позвала меня Флит.

Также подойдя к краю, я увидел, как по земле, держа зубами за хвост и оставляя облако пыли, голубая единорожка тащила пегаса в сторону здания штаба базы.

— Пожалуйста? — просил, видимо, уже смирившейся со своей участью Ринс.

— Ха, а я ведь его предупреждал, — признав в тащившей его кобылке Лиф, усмехнулся я. — А они мило смотрятся вместе, — с улыбкой наблюдая за действием, сказала Флит. — Ага, особенно сейчас.

Тут парочка добралась до входа, перед которым было несколько ступенек. Я думал, что сейчас она отпустит его, но офицерша пошла дальше всё ещё тянув за собой пегаса, отчего тот с обречённым — «ау» бился о каждую ступеньку, не в силах подняться.

Мы оба разразились смехом, смотря на это всё со стороны. Хорошо хоть был уже вечер и на улице не было солдат.

— Знаешь, мне кажется она специально не стала использовать магию, как раз для этого! — вытирая слёзы, сказал я. — Учитывая, кто его тащит — он ещё легко отделался! — поддержала меня подруга.

Солнце пропало вовсе и его место начала занимать луна. Мы легли лицом к небу, чтобы любоваться загорающимися звёздами, что крохотными точечками собирались в созвездия, создавая красивые картины.

— Красиво, — повернувшись к лежавшей рядом единорожке, сказал я. — Принцесса Луна старается над каждой ночью… — Я не только о звёздах…

Теперь мы просто лежали и смотрели друг на друга, пока Флит не подала голос:

— Шейд, закрой глаза, — приподнявшись попросила кобылка. — Зачем? — Пожалуйста, ты же доверяешь мне?

Согласившись в уме, я послушно закрыл глаза. В следующий момент я почувствовал, как в робком поцелуе, моих губ коснулись мягкие губы Флит. Это было неожиданно, но от этого не менее приятно. Приобняв подругу, я приподнял веки, чтобы посмотреть в её голубые глаза…

В глазах защипало. Не было сил подниматься с пола. На душе было совсем плохо. Сердце болело от осознания, что я потерял. Зачем было это всё?

Я… Я не знаю…

Но нет, они не могут умереть зря. Это произошло так давно… Для них. Мне ничем им не помочь, всё что мог, я уже сделал. И теперь я должен выбраться отсюда живым!

Возможно кто-то другой на моём месте потерял бы любое желание хоть что-то делать. Просто лежал бы здесь и жалел себя… Но это не правильно. У меня есть шанс выбраться отсюда, и как кто-то сказал «Надежда всегда умирает последней». А дальше будь, что будет.

Собрав разлетевшиеся по полу фотографии, я выложил их на столе и пошёл проверить грузовик. Ключи я нашёл здесь же, в ангаре, у одного из солдат.

Залив взятое с маяка масло, я протёр всё, до чего смог дотянутся и залез в кабину. Вставив ключ, я провернул его, чтобы запустить двигатель. Первые два раза было абсолютно тихо, что я начал волноваться, не придётся ли мне перебирать весь двигатель. Учитывая, что я совсем не разбираюсь в автомобилях, я бы вообще забросил эту идею.

Но на третий раз двигатель отозвался звуком запускаемого стартера, который пытался оживить его. Примерно с пятого раза из-под капота стал греметь звук работающего двигателя.

«Заработало!» — обрадовался я.

Стрелки на панелях уведомили меня о полном заряде аккумулятора и масла, а также наполовину заполненном баке.

Выпрыгнув из кабины, я подошёл к панели у ангарной двери и нажал на кнопку открытия. Механизм, со скрипом трущихся деталей, потянул большие двери в разные стороны, открывая проход.

Выехав на улицу, я развернулся и остановился кузовом к складу. Войдя в здание я отыскал, разложенные высокой стеной, листы стали, которые должны будут стать новым корпусом катера и стал по одному переносить их в грузовик, потому что больше я бы просто не поднял.

Тут же я нашёл сварочный аппарат с двумя баллонами: кислород и пропан.

Погрузив в кузов с десяток листов, я скинул со спины последний и слегка пошатнулся. От непривычно тяжёлого груза, позвоночник слегка болел, но можно было и потерпеть.

Забравшись обратно в кабину, я снова завёл двигатель и поехал по гравийной дороге к морскому складу. Двигатель громко гудел и слегка постукивал, так что я не решался разгоняться, хотя, это можно списать на то, что срок его эксплуатации истёк полтора века назад.

Через несколько минут я добрался до порта и, открыв ворота мастерской, завёз грузовик внутрь.

Вытолкнув листы из кузова, я просто скинул их за грузовиком. Желания снова таскать их на себе совсем не было.

— Та-а-ак… И как мне закрепить их? — протянул я, смотря на стоящий на почти двухметровых подпорках катер.

Здесь бы понадобилось как минимум двое. Пока один держит лист, второй сваривает его с основной частью корпуса, но мне нужно было придумать что-нибудь другое. К тому же, всё ещё остаётся вопрос с установкой двигателя, а в цистерне точно не хватит топлива, чтобы заправить бак катера полностью.

Следуя логике, где-то здесь должно быть хранилище для дозаправки катеров, ведь путь к материку, вроде, занимал целые сутки. Но с этим потом. Сейчас я решил наконец осмотреть катер изнутри, ведь кто знает, какой ещё сюрприз может меня ожидать?

Обойдя корабль, я поднялся на палубу, с помощью подставленной к корме лестницы. Катер был довольно длинным, а его корпус обшит толстым, по сравнению с обычными катерами, слоем брони. Управлялся он из рубки капитана, что находилась ближе к носу, а заднюю часть палубы можно было полностью заставить грузом.

Вооружения сам катер не имел, но на борту должен находится экипаж в размере одиннадцати пони, которым выдавались винтовки или пистолеты, на случай нападения. Само собой от серьёзной атаки им не отбиться, но катера снабжения двигались по безопасным водам, а если и отправлялись на опасные маршруты, то только с сопровождением. В основном.

В рубке был стандартный набор: штурвал, управляющая панель, рация, ну и места для ещё двух-трёх пони, помимо капитана судна. На крыше рубки стоял небольшой радар и антенна, думаю и так понятно, для чего.

Спуск на нижнюю палубу изображали два люка по середине верхней палубы, расположенных у самых бортов. Спустившись через один из них, я увидел полностью пустой трюм, в дальней части которого было четыре каюты для экипажа, а ещё дальше машинное отделение. В носовой же части трюма также можно было расположить какой либо груз, но сейчас там была лишь огромная дыра в корпусе, через которую внутрь пробивался свет из мастерской.

«Хм, я мог бы сваривать листы изнутри. Снаружи останется как бы вмятина, но мне разве не всё равно на внешний вид? Главное, чтобы поплыл.»

В каютах ничего интересного. Четыре кровати в трёх из них, пара столов, шкаф, само собой намертво закреплённых к полу и стенам. Четвёртой была каюта капитана, в которой нашёлся бортовой журнал судна с пометками о выполненных перевозках и происшествиях. Надписи были слегка испорчены временем, но мне удалось прочесть, что последняя запись было о попадании в крупный шторм, которые не редкость рядом с нашим островом, из-за чего катер проплыл мимо, а потом и вовсе напоролся на подводные скалы, что были в нескольких километрах от острова. Корма тоже оказалась пробита и двигатель вышел из строя, так что катер чудом вынесло недалеко от базы.

«Странно, я не заметил больше никаких повреждений снаружи, » — подумал я и прошёл в машинное отделение.

Было видно, что в нескольких местах пол был сварен из новых листов, но они почти не выделялись на фоне остальных.

«Похоже, они успели слегка починить его. Надеюсь двигатель тоже в норме.»

Спустившись с катера, я услышал, как живот заурчал, требуя немедленно поесть, да и мышцы ног напоминали, что пора бы уже отдохнуть. Не став заморачиваться, я вернулся в кабину грузовика, завёл двигатель и тронулся в сторону базы.

Поднявшись наверх, я зашёл в радиорубку, но рация всё также шипела. Пройдя в комнату, я вскрыл очередную банку консервы, скинул с себя одежду и собрался ложиться, как вспомнил о ещё одном деле.

Поднеся телекинезом к себе дневник и карандаш, я принялся писать.

День седьмой.

Сегодня я наконец приступил к починке катера. Укладывая первый лист, я включил сварочный аппарат. Послышался странный звук, хотя я ещё не поджёг газ. Оказалось, что шланг был дырявый и я чуть не взорвал себя!

На горизонте появились какие-то чёрные облака, которые двигались к острову. Что-то мне подсказывает, что тёплое солнце скоро перестанет будить меня по утрам.

А ещё, за мастерской оказалась белая цистерна, которая была раза в два больше той, что стояла в ангаре и, о счастье, она была полна!

-

День восьмой.

Добрая половина неба была затянута грозовыми тучами, так что я с самого утра обошёл всю базу в поисках чего-нибудь, чем я мог накрыть недавно вырытые могилы, чтобы их не размыло.

Ещё решил добраться до берегового орудия, чисто из интереса. Внутри нашлось ещё двое… пони. Кроме большого количества снарядов ничего полезного. Кости погибших я сразу же похоронил рядом с остальными.

Починка катера продолжается.

-

День девятый.

Вся небесная гладь была чёрной и даже свет солнца не пробивался сквозь грозную тьму облаков. На улице было темно, как будто сейчас было не утро, а глубокий вечер, так что мне пришлось включать освещение на базе.

Первый слой корпуса уже почти заделан, надеюсь сегодня закончить.

-

День десятый.

Раскаты грома разбудили меня, видимо, посреди ночи. Если бы не часы, я бы даже не смог определить время суток.

На улице меня встретил сильный ветер, который с приятного прохладного, способного спасти от жары полуденного солнца, превратился в обжигающий холодом.

Когда я проезжал по дороге к порту, не мог не заметить, как на горизонте молнии бьют в океанскую воду.

Возвращался я уже под дождь, капли которого, ветер со всей силы бил о лобовое стекло грузовика, что даже дворники не справлялись с ним и мне пришлось включить фары. Мне потребовалось всего пару секунд, чтобы забежать в штаб, но этого хватило, чтобы промочить шёрстку насквозь. Зря я не захватил с собой плащ.

Оставляя на полу мокрые следы, я поднялся в комнату и нашёл чем вытереться, после чего сменил одежду на сухую.

-

День одиннадцатый.

Всю ночь дождь стучал, нет, прорывался сквозь стёкла окон капитанской комнаты.

В добавку к нему, на остров стал опускаться туман и видимость с каждой минутой становилась всё меньше.

Не рискнув выходить, я наконец решился осмотреть кабинет и комнату своего лучшего друга. На столе я нашёл фоторамку, где мы были вчетвером: Я, Ринс, Флит и Лиф.

На заднем фоне было два линкора «Восход солнца» и «Лунный свет» — самые большие и в то же время красивые флагманы Эквестрийского флота!

Это был первый день, когда нас отправили на этот остров с военного порта Мэйнхэттена. Мы тогда только недавно познакомились, но, отдалённо, я уже понимал, что это было начало крепкой дружбы. Надеюсь, что не я один…

Как бы хотелось вернуться в то время, когда все ещё были живы.

Но остаётся довольствоваться лишь отголосками воспоминаний в моей голове. Как раньше уже никогда не будет, а для меня почти и не было, ведь память до сих пор напоминала решето…

-

День двенадцатый.

Гроза даже не думала прекращаться, а молнии били каждые несколько минут, всё ближе.

Рация молчала и я решил временно отключить её. Не хотелось бы, чтобы молния попала в антенну и сожгла моё возможное спасение.

Сидеть в штабе было скучно. Когда я вскрывал КСЖ, чтобы достать Ринса, мне попались инструкции для этих установок. Делать всё равно было нечего и я решил попробовать разобрать одну из них, и, заодно, возможно, узнать, почему я выжил, а остальные нет.

-

День тринадцатый.

Гроза всё ещё не выпускала меня наружу, но, похоже, что она стала слабеть. Выйдя утром в коридор я наткнулся на лужи воды. Оказалось, что окна в кабинете лейтенанта Лиф остались открытыми и теперь весь пол там залило.

Хоть я и не разбираюсь в том, как работали КСЖ, но точно могу сказать, что моя оказалась единственной справившейся с задачей. Когда они отключились от основной сети, их работу поддерживал зарядный кристалл. Ринс проснулся вовремя, в отличии от меня, но механизм камеры не отреагировал на это и он так и остался внутри, скорее всего, даже не понимая, что происходит. Как я после пробуждения.

Он просто не смог вскрыть камеру, чтобы добраться до лекарств, а может и вовсе не очнулся, так и погибнув. Всё же, я надеюсь, что в последние часы жизни он был без сознания. Медленно и болезненно умирать, не в силах это остановить…

Даже думать об этом не хочу.

Моя камера наоборот пропустила момент пробуждения и поддерживала жизнь до момента полной разрядки кристалла.

-

День четырнадцатый.

Дождь теперь лишь слегка моросил, а на остров падали редкие лучи солнца. Похоже шторм прошёл, и я снова приступил к работе над катером. первый слой листов готов, но он слишком непрочный, чтобы оставлять только его.

В терминале мастерской отыскались записи из журнала, в которых подтверждалась починка двигателя катера, так что его оставалось только установить. Также нашёлся шланг с насосом для бензина, не заливать же мне бак катера канистрами? Но это на будущее.

Ещё мне пришлось искать чем зарядить аккумуляторы катера, чтобы работала электроника. В итоге я додумался притащить один из почти израсходованных блоков генератора и напрямую подключить его. Я был удивлён, но это сработало!

Во время шторма оборвались верхние провода освещения и правая часть уличных фонарей перестала работать. Как же всё-таки удобно, когда ты единорог и можешь пользоваться телекинезом, чтобы не пришлось искать лестницу и лезть наверх.

-

День восемнадцатый.

За эти три дня не произошло ничего интересного. Сегодня я установил двигатель, с помощью находящегося под потолком мастерской крана. Честно говоря, я очень переживал, что от старости крепление могло развалиться, а двигатель бы упал и я вряд ли смог его починить, так что я не поленился притащить покрышек из ангара.

К счастью, всё обошлось.

Небо до сих пор чёрное, хотя, как я и писал, гроза закончилась ещё три дня назад. Это плохо, потому что пока погода плохая, я не рискну отплывать. У меня есть всего один шанс и тратить его на такой риск — глупо. Особенно, что спасать меня будет точно некому.

Не знаю зачем, но я решил ещё и починить стоящий в ангаре джип. Как будто у меня других дел нет… Но копаться в нём оказалось интереснее, чем приваривать стальные листы к корпусу катера.

7. Спасение?

День двадцать второй.

Да! Я сделал это, я окончательно починил корпус катера и даже завёл двигатель, так что завтра с самого утра я смогу покинуть остров!

Гроза кончилась пару дней назад и мне не хотелось упускать, возможно, единственный шанс. Мне пришлось работать до глубокой ночи, но, думаю, пяти часов мне вполне хватит, иначе я рискую оказаться на материке ночью, что не желательно.

Нет сил даже собрать припасы на завтра. Лучше лечь прямо сейчас, а то глаза уже слипаются, а ноги не держат.

Проснулся я с улыбкой на лице, несмотря на то, что мышцы ног и спины болели, напоминая о многих часах, потраченных на починку катера.

Потянувшись, я поднялся с кровати. Даже уже привычное содержимое консерв казалось вкуснее. Не медля, я стал собирать вещи, которые могли пригодиться.

Подняв со стола штурмовую винтовку, я проверил есть ли патрон в патроннике, и повесил её на ремень, захватив с собой пару обойм. Аварийных ящиков оставалось немного, так что я оттащил к двери всего два, на всякий случай оставив остальные здесь. Если кто-то окажется в похожем положении, они ему пригодятся. Тоже самое я сделал и с дневником.

Из шкафа я достал свёрнутый плащ, а с тумбы убрал в карман куртки карманную рацию, оставив красную карточку. Часы прикрепил к левому копыту и собирался уходить, как глаз случайно уловил что-то странное вдалеке.

Подойдя к окну, я вгляделся в стоящие впереди базы деревья и уходящую в лес дорогу, но ничего не увидел.

— Показалось, — заключил я и спустился к грузовику, закинув всё собранное в него, а, заодно, взял парочку светильников с магическими кристаллами и коробку с медикаментами для первой помощи.

Перед тем, как отправиться к порту, я остановился на дороге между арсеналом и складом. Нужно было ещё кое что забрать.

В арсенале я нашёл сигнальную ракетницу с десятью ракетами и решил захватить пару гранат, на всякий случай. Со склада я принёс ящик с инструментами и канистру, предварительно наполнив её бензином.

«Теперь нужно сделать последнее дело и можно уплывать.»

Отогнав грузовик к выезду с базы, я вышел и дошёл до сделанного мною кладбища.

— Похоже я окончательно смог спастись… Вряд ли я ещё когда-то окажусь здесь, поэтому я бы хотел последний раз попрощаться с вами. Со всеми вами.

— Я… Я никогда не забуду никого из вас… больше чем сейчас уж точно.

Подъезжая к морскому складу я смотрел на крутящуюся лампу маяка.

«Думаю, нужно оставить его включённым.»

Остановив грузовик кузовом к дверям склада, я отнёс взятые с собой вещи в одну из кают. Теперь нужно было спустить катер с опор на рельсы. Раньше это делали с помощью крана на потолке, но сейчас его крепления еле поднимали двигатель этого самого катера.

«А об этом я не подумал.»

Пытаясь придумать способ спустить судно на воду, я осмотрел всю мастерскую.

Я бы мог просто столкнуть его с опор вперёд, и тогда он проскользит по инерции.

План созрел быстро. Я открыл большую дверь мастерской, после чего настолько, насколько хватило масла, облил им уводящие к воде рельсы. Сняв с крана металлические тросы, я подогнал грузовик к двери мастерской и зацепил трос за нос тяжёлого катера.

Запрыгнув в кабину, я надавил на газ. Трос натянулся, а колёса стали прокручиваться на месте. Двигатель застучал, но, кажется, грузовик стал очень медленно продвигаться вперёд.

Тут машину резко дёрнуло вперёд и в следующую секунду остановило. Сзади послышался грохот падения чего-то большого, а трос, похоже, оторвался. Грузовик мигом стартанул и понёсся в сторону воды. Я только успел вдавить тормоз, чтобы на утопить и себя и машину. Свист тормозов и грузовик передним правым колесом уже опрокинулся с каменного берега, но больше не двигался.

— Фух! Успел! — Обрадовался я, давая задний ход.

Катер всё это время со скрежетом металла съезжал по рельсам вниз, пока полностью не опустился на воду, подняв невысокие волны.

Я запрыгнул на палубу и быстро добрался до капитанской рубки. Двигатель был уже готов к запуску, поэтому я проверил всё ли правильно работает и запустил двигатель с помощью панели управления в рубке, находящейся справа от штурвала.

Взявшись за него, я перевёл рычаг на половину полного хода. Двигатель загудел, поэтому я закрыл дверь рубки, и стрелки на приборной панели стали показывать, что катер постепенно набирал скорость.

Я обернулся назад, чтобы увидеть через стекло отдаляющуюся сушу.

— Даже не вериться, я уплываю! — сказал вслух я.

Автопилот, из-за отсутствия каких-то данных для него, мог только держать прямой курс, но мне большего и не нужно было. Включив его, я сперва подошёл и запустил рацию. Я включил её на приём любых передач, так что если в нескольких сотнях километров от меня будет передача, я её услышу. К сожалению, сделать так на радиостанции, что стояла на острове я не мог, ведь рядом не было никаких мест, куда ещё могли передавать сигнал, только если поймать мой.

Я вышел из рубки и прошёл на носовую часть палубы. Катер слегка подпрыгивал на волнах, а брызги солёной воды, подхватываемые ветром, летели в разные стороны. Было приятно просто стоять здесь, всматриваясь в горизонт и чувствовать, как капельки воды попадают на шёрстку.

Спустившись в каюту, я взял с собой бутылку воды и консервную банку, после чего вернулся в рубку и сел в кресло капитана. Теперь было только долгое путешествие по воде, ведь до ближайшей суши ещё несколько часов плавания.

Белые облака давно сменились чёрной пеленой. Я в очередной раз глянул на часы. Был только полдень, я даже треть пути не преодолел! Оставалось надеяться, что шторм пройдёт стороной.

Рация молчала. Хоть была самая середина дня, из-за туч было слегка темно, как будто сейчас вечер. Ветер бил в лицо, а я, на всякий случай, включил четыре фонаря на бортах: два впереди и два сзади.

После этого я поспешил вернуться в рубку. Волны усилились, а я уже давно шёл на полном ходу, так что катер подпрыгивал всё выше, и не хотелось бы по глупости выпасть за борт.

Ливень со всей силы бил о металлическую крышу и окна рубки. Из-за темноты и капель, снаружи было почти ничего не видно. Не то чтобы я боялся столкнуться с другим кораблём — если бы он был, ага… — но даже два прожектора, что стояли на крыше и своим светом пытались пробиться вперёд, не помогали.

«У меня ещё есть шанс проскочить», — думал я, пока до меня не донёсся раскат грома.

Через несколько минут, впереди я увидел вспышки молний. Катер качало в разные стороны, а я плыл прямо в центр шторма!

Я сместил штурвал влево, собираясь обогнуть более опасное место, но бушующая «гладь» воды была не согласна с моими намерениями и бросала катер из стороны в сторону, в попытках перевернуть его.

«Нужно разворачиваться, пока не поздно. Слишком большой риск, а до материка ещё почти половина пути» — отчаянно размышлял я.

Было страшно, что катер просто не выдержит и заплатку снесёт. Оказаться одному, посреди океана, во время шторма — не лучшая перспектива. Особенно, когда можно с уверенностью сказать, что спасать тебя некому.

Я, прилагая большие усилия, тянул штурвал влево, в попытках развернуть катер.

— Святая Селестия… — тихо проговорил я, уставившись в переднее стекло.

Прямо на меня неслась огромная волна, высотой с десяток метров!

«Пусть принцессы помогут мне» — тихо просил я в голове, выворачивая под волну.

У меня был маленький шанс проплыть прямо по ней, чтобы она не успела накрыть собой катер. Если всё получится, я просто выскочу с другого конца, и тогда нужно лишь умолять, чтобы мне не встретилась ещё одна такая волна.

Волна уже начинала закручиваться, а катер крениться в левую сторону, но я продолжал держать штурвал, пытаясь удержать катер. На заднюю палубу падали потоки воды, срывающиеся с завернувшегося конца волны.

— Ещё чуть-чуть, прошу! — Закричал я.

Я уже видел, как волна почти накрыла капитанскую рубку, в которой находился я, как неожиданно почувствовал невесомость. Катер вылетел из волны и плюхнулся носом на воду.

Последнее, что я помнил, это стремительно приближающуюся к моему лицу панель управления…

Двое пони лежали на небольшом холме, пока сияющее на небе солнце игралось бликами света на водной глади впереди.

-…И после этого нас осталось всего десять… Так я с ним и подружился, — вздохнул я, закончив рассказ.

— Я даже и не думала, прости если… — Да нет, всё в порядке. Главное, что мы тогда спасли тот городок.

Ненадолго повисло молчание, но потом Флит заворожённо произнесла:

— Радуга… Я никогда её раньше не видела. — Правда? — удивился я. — Разве в Кантерлоте никогда не бывало радуги? — Не знаю, была, наверное. Просто как-то так вышло. Она такая красивая!

— Спасибо — улыбнулась она и прижалась ближе…

Холод окутывал меня со всех сторон. Голова болела, как от удара чем-то тяжёлым, а ноги и вовсе не чувствовались. Я раскрыл глаза, но вокруг было темно. Последнее, что я помню, это как я плыл на катере, но сейчас я не чувствую качки волн.

«Сколько времени я был без сознания? И доплыл ли я?»

Впереди, из разбитого стекла, лился тусклый свет. Похоже я всё ещё в рубке катера, но он перевернулся и вся электроника оказалась у меня над головой.

Я хотел встать, но правая нога подкосилась, опрокидывая меня обратно на металлический потолок. Вдобавок к этому, всё тело дрожало от низкой температуры.

Вторая попытка подняться вышла лучше. Я, не опираясь на правую ногу, добрался до разбитого переднего стекла. Выбив левым копытом его остатки, я аккуратно вылез наружу, стараясь не порезаться об осколки.

На небе ярко горел полумесяц, окружённый звёздами. Куртка была насквозь мокрая и я поспешил снять её, иначе мог заработать переохлаждение. Плащ всё ещё держался на мне и был намного суше, так что я укутался в него поглубже и попытался осмотреть себя.

Обе ноги, похоже, были в какой-то грязи, а из правой торчал один большой кусок стекла. Большего, к сожалению, увидеть не получилось. Использовать магию я не рисковал, иначе мог получить ещё большую головную боль, поэтому я сжал зубами осколок, как можно ближе к плоти, и стал медленно вытаскивать.

Выплюнув осколок, я понял, что теперь рана открыта и оттуда свободно выливается кровь. От этого я не умру, а вот получить заражение уже опасно. Рядом ничего не оказалось, так что я встал более-менее здоровым копытом на рукав куртки и дёрнул зубами за конец.

Ткань была прочной, поэтому мне пришлось дёрнуть несколько раз. Окончательно оторвав рукав, я обвязал им рану.

Чуть отойдя от катера, я хотел осмотреть насколько серьёзны повреждения.

Нос был смят, на месте заплатки снова дыра, только теперь она полоской тянулась во весь левый борт.

«Поверить не могу, я упустил, возможно, единственный шанс спастись» — я сел на холодную землю и бездумно смотрел на перевёрнутый разбитый катер.

Хотелось… А ничего уже не хотелось.

— Я ведь даже не знаю, где я? — оглядываясь вокруг, сказал я вслух.

«Нельзя так рано сдаваться! — оборвал себя я. — Сейчас надо обыскать катер.»

Сделать это будет сложновато. Каюты были на нижней палубе, которая теперь стала верхней, хотя…

Мне удалось зацепиться за край обломанного корпуса. Стенка была достаточно толстой, чтобы металл не впивался мне в ноги. Пришлось приложить немалые усилия, чтобы забраться внутрь.

Наружной стены капитанской каюты просто не было. Всё, что лежало здесь, теперь плавало где-то в открытом море. Это значит, что я остался совсем без припасов!

В последнее время слишком многое идёт не так, так что мне даже нечего было сказать по этому поводу.

Спрыгнув на землю, я вернулся в капитанскую рубку и, к моему счастью, оставленный в стоящем в углу шкафчике пистолет никуда не делся.

Взяв его в зубы, потому что кобуры не было, а магия наверняка ещё не восстановилась, я опять выбрался наружу.

Впереди на берег накатывали волны, а позади был лес, так что пути оставалось два: направо или налево.

Не долго думая, я развернулся направо и побрёл вдоль берега, потому что в лесу может скрываться что угодно, а мне лучше видеть опасность, чтобы избежать её.

Спустя примерно минут двадцать, впереди я увидел стоящую на холме дозорную вышку, верхушка которой периодически светилась.

«Значит тут точно есть что-нибудь, а может и кто-нибудь.»

Я галопом понёсся в её сторону, хотя правая нога всё ещё сильно болела, да и остальные ранения не давали забыть о себе.

Входом была обычная деревянная дверь, а внутри — уходящая вверх лестница. Переставляя ноги я забрался наверх и открыл люк вышки.

Внутри было всего пара столов, стоящие перед ними кресла, на одном из которых сидел опрокинувшейся на стол скелет в военной форме и шлеме, держащий разбитый бинокль.

Давно я не видел скелетов, ведь все найденные мною на базе пони уже давно захоронены, но это всё равно не оставило меня без эмоций.

Вдруг комнатку ненадолго осветило ярким светом, после чего он вновь пропал. Я обернулся в сторону его появления и увидел… маяк!

— Я вернулся сюда же! — выкрикнул я и ударил головой о стол.

Сейчас у меня были смешанные чувства. С одной стороны мне стоило радоваться, что я жив и вернулся на остров, где есть подготовленные удобства, а с другой, это значит, что я действительно упустил единственный шанс выбраться отсюда самому и продовольствия жить здесь долго у меня нет!

Подняв голову, я решил осмотреть вышку, раз я всё равно уже здесь.

В шкафчике стояло два ружья и коробка патронов к ним, а на верхней полке сигнальные шашки. Рядом, на стене, оказался и медицинский шкафчик с бинтами, баночкой перекиси водорода и какими-то ещё препаратами.

Пока я здесь, я мог обработать раны, но было слишком темно. На потолке висела лампочка, вот только на переключатель она не реагировала. В углу нашлась газовая лампа. Обыскав столы, я нашёл спички и зажёг её. Теперь света было достаточно.

Снимая обрывок рукава, я понял, что на ногах у меня не просто грязь, а запёкшаяся кровь! Обе ноги, как и тело, в нескольких местах были покрыты мелкими неглубокими порезами, но крови вышло через них достаточно. Промочив кусочек бинта в перекиси, я обмазал им самую большую рану от осколка. С другими, к сожалению, так сделать не получится: нужно сначала нормально промыть их.

Открытая, хоть уже и затягивающаяся рана, болела и щипала от попадающей внутрь жидкости. Обеззаразив рану, я обмотал ногу бинтами, после чего зубами разорвал лишний кусок и завязал концы. Поднявшись на четыре копыта, я подошёл к люку и, снова взяв в рот пистолет, стал спускаться по лестнице.

Я шёл по берегу в сторону, где с вышки виднелся маяк. Было странное ощущение, что из леса кто-то наблюдает за мной. Я постоянно оборачивался, но в темноте и среди тёмно-жёлтой листвы деревьев, ничего не было видно.

До маяка я добрался почти галопом. Грузовик стоял на своём месте, поэтому я запрыгнул в него и завёл двигатель. Стрелка на приборной панели показывала, что бензин уже кончался, но доехать до базы точно хватит. Нажав на газ, я понёсся по дороге, пока не проехал КПП и не оказался во внутреннем дворе базы.

Резко затормозив, я вышел из грузовика и поднялся в кабинет командира базы. Включив терминал, я включил автоматическое запирание дверей штаба, так что если кто-то заявится ко мне, я об этом узнаю.

Хотелось рухнуть в кровать, но мне нужно быстрее разобраться с ранениями. Найдя на первом этаже комнату с умывальниками, я очистил шёрстку от крови и дошёл до мед. кабинета.

Также обеззаразив раны, я не стал их перевязывать и просто выпил склянку с зельем — должно помочь.

Теперь я мог спокойно вернуться наверх и лечь в кровать, оставив пистолет под копытом.