Последний

Глава 1

Заскрипел ржавый запор гермодвери, посыпалась с потолка хлопьями отсыревшая штукатурка. Он злым ударом ноги распахнул старую гермодверь, выставил вперёд большой ранец и, выйдя следом, попытался закрыть дверь.

Ржавая железяка заела, переклинив на петлях и никак не хотела закрываться. Прокашлявшись и сплюнув на пол сгусток крови, он нацепил респиратор и посмотрел на верх. Там, сквозь развалины дома в колодец спуска в бункер пробивались лучи белёсого, огненного солнца.

Он вздохнул, прогоняя пахнущий лекарствами воздух по фильтрам респиратора , поднял ранец, взвалил его на плечи. Подошёл к ступеням, ведущим на верх. Двадцать метров. Был ещё и лифт, работающий о своего резервного генератора, но платформа валялась на дне шахты бесформенной кучей железа.

Четыреста двадцать ступеней. Вроде и не глубоко, но подниматься с тринадцатью килограммами за спиной, заткнув себе рот кляпом респиратора - задача не из лёгких. Но он справиться. Всегда справлялся.

Вот и конец. Солнце, неприветливо выглядывая из-за желтоватых облаков плевалось выжигающими, смертоносными лучами. Дома, словно разбуженные, рассерженные мумии смотрели на Него. Он давно не обращал на них внимания. Дома наскучили, опостылели Ему своей серостью, пыльностью, заброшенностью.

Он шел по выцветшему асфальту, прислушиваясь к свисту ветра опасаясь, как-бы ветер не разогнал облака, не обнажил смертоносное белое солнце. Шел не спеша ; некуда было спешить . Размеренно шагал на север к старой, ещё дореволюционной постройки, пожарной каланче - самому высокому месту, оставшемуся в городе .

Были конечно и новенькие высотки в южных районах, была и колокольная собора, способная сразиться за звание самого высокого места, но на высотки упал потерявший управление, а может быть сбитый спутник. Колокольня собора же, не выдержав всего того, что произошло за те далёкие два года, посерела . покрылась трещинами словно шрамами, обветшала и в конце концов с ужасающим грохотом развалилась, сбросив золочёный крест в мутные воды Волги . А каланча стояла , подслеповато щурясь чудом уцелевшими стёклами, смотрела с высоты как вымирает город . Стояла всем ветрам и солнцу на зло. Стояла уже полтора столетия .

Вот уже и центр города. Здесь дома старые, невысокие и улица кажется шире. Но од однотонной серости это не спасает. Серый асфальт, припорошенный пылью и пеплом, серая брусчатка тротуаров, серые пустые дома и, как завершение, серые мертвые тополя, силящиеся своими острыми, устремлёнными в небо ветвями задержать, остановить болезненные облака чтобы не допустить солнечных лучей. Может где-то в глубине стволов ещё теплилась жизнь, может эти тополя помнили те времена, когда по этим улицам ходили люди, смеялись дети, те времена, когда солнце не губило всё живое жаркими лучами, когда ещё не было пылевых бурь.

Он прошел мимо дома в котором раньше жил. Во дворе поскрипывает, гонимые ветром старенькие качели. Он тщетно попытался выкинуть из головы воспоминания о том чудесном времени. О жене, дочке ... Не помогло. Он ускорился, желая поскорее полиции, пробежать, пролететь это место.

До каланчи оставалось пару километров когда, пробив облака на землю в полном беззвучии свалились солнечные лучи. Он обернулся, посмотрел на приближающийся свет, оценил размеры прорехи в облаках и, выдохнув, устремился в ближайшее здание с открытыми дверьми - Собор. Тот самый, колокольня которого рухнула, не вынеся людских страданий, а может быть из-за отсутствия ремонта.

Он не любил церкви,, не верил ни во что . Однако , прятаться больше было негде . Золото икон потускнело , подсвечники покрылись пылью и паутиной , роспись под куполом потрескались и облетели . На ступеньках , ведущих к алтарю лежал посеревший скелет , тянущийся костяной рукой за богато украшенной , раскрытой на половине книге в деревянном переплёте . Видать Кто-то молился до последнего , а может искал избавления и прощения .

Он вздохнул , снял ранец , поставил на лавочку возле одной из колонн , сам сел рядом и прикрыл глаза . В храме было прохладно , где-то на верху убаюкивающе завывал ветер . Но уснуть не получилось , мешало назойливое ощущение чужого взгляда . Он огляделся , не понимая что именно его тревожит , потянул руку к кабуре . В пистолете оставался всего один патрон , но предполагаемый враг об этом не знает . И тут он увидел его .

Простенькая иконка , прикрытая стеклом висела на противоположенной колонне . С нее взирал грустно и устало какой-то святой . Он не разбирался в святых , не помнил их имён и , как было сказано , не верил во всё это . Но одна деталь заставила Его собраться , подняться и подойти поближе . На стекле и киоте не было ни пыли ни паутины . Надо ли говорить , что это было странно , ибо всё вокруг обладало слоем пыли ? перед этой иконой в подсвечнике стоял один огарок свечи . Он хмыкнул , подумал , похлопал по карманам и выудил коробок спичек .

Повезло осталась последняя спичка . Заплясало весёлое желтое пламя , разгоняя царящий в соборе полумрак и наполняя , пусть и небольшую его честь , теплом и светом .

- Я попрошу лишь одного ... Остановить всё это ... Вы же можете это устроить ? - Он захрипел , ощущая в лёгких скребущую боль , закашлялся , стянул респиратор и сплюнул кровь , заполнившую рот . Болезнь прогрессировала слишком быстро , пожирая лёгкие .

Он улыбнулся , глядя на свое отражение в стекле , вытер рукавом кровь , сочащуюся из уголка губ .

- Пойду я ... Прощай . - Он вернулся к ранцу , взвалил его на спину и подошёл к выходу . Прореха в облаках уплыла куда-то на север и теперь можно было не бояться обжигающего солнца .

Он вышел , огляделся и увидел стоящую чуть в далеке каланчу . Немного осталось .

Каланча встретила его полумраком , свистом ветра и скрипом . Множество ступеней , проржавевшие и отвалившиеся кое-где поручни , пыль , осыпавшаяся краска и штукатурка . Шаг за шагом Он тащился по серой лестнице , надеясь на то , что она недостаточно ещё прогнила , что не рассыплется , выдержит .

Вот и дверь . Аккуратно , словно боясь кого-то потревожить , Он приоткрыл её , осмотрелся , никого . Лишь ветер завывает . Войдя на обзорную площадку , он сбросил ранец , сел рядом передохнуть . Сердце стучало , долбя по многострадальным лёгким . Успокоив его и кое-как отдышавшись , он встал , достал из ранца длинный провод и пошёл по кругу смотровоё площадки , разматывая антенну радиостанции . Он старался не смотреть за окна на город . С высоты каланчи он казался живым . Шевелились на ветру верхушки деревьев , мотались оконные рамы домов , носились призраками по городу пакеты . Но Он помнил , как шесть лет назад начался Ад . Сначала пришла чума . Самая обыкновенная Бубонная чума , та , от которой вымирала в средние века Европа . Оказывается , человечество не победило её , не создало лекарство , Чума просто ушла , затаилась , выжидая лучших времён . Пока население стран умирало , политики собачились , пытаясь найти виновного в распространении заразы . То-ли они не сумели договориться , то-ли чья-то гордость сыграла , а может и попытка выжечь заразу огнём , уподобляясь образу чумного доктора . За Чумой , выжигая города ядерным пламенем , пришла Война . Ядерные удары обрушили небо , уничтожили озоновый слой и солнце , более им не сдерживаемое , ринулось выжигать землю . Пришел Голод .Прошло всего два года , но Восемь миллиардов людей сгинуло . Мир качнулся и остановился . Единственным , что продолжало движение был ветер ... и Он - последний человек .

Размотав антенну и подключив её к радиостанции , он надел наушники и защёлкал тумблерами , рычажками . Наушники отозвались шипением и пощёлкиванием .

-Кхэ ... Гово... Говорит город Андропов ...Ответьте ... Говорит Андропов ... - Но в эфире было только мёртвое , серое шипение .

Он просидел ещё около часа , перебрал все частоты и ничего не нашёл . Пару раз ему слышалось попискивание азбуки морзе , на звуки эти неуловимо ускользали в серую мглу помех , оставляя лишь горечь .

Он зло сплюнул , оставив на полу красное пятно , выдернул антенну , пнул бесполезный ящик , закашлялся , согнулся пополам и опустился на пол , оперевшись о стену . Стёр с губ кровь . Взгляд его уперся в окно . Нет , не в окно , а на небо , расплескавшееся за ним . Там , в очередной прорехе в облаках блестело небо . Бесконечно голубое , яркое , живое . Казалось , что там , на небе , в далёком космосе всё хорошо , спокойно . Что там не было чумы , небыло ядерных ударов .

Он ухмыльнулся , достал пистолет , проверил патрон , взвёл , дотронулся стволом до виска и , замерев на мгновенье, нажал на спуск .

Гильза с весёлым звоном упала на пол и покатилась , но , вляпавшись в кровавое пятно , остановилась , завязла .

Внизу , в соборе у пустой иконы догорела свеча .

это был конец человечества .

...................

- Это был последний ?

-Да ... Я всё-же не понимаю , за что ты так с ними ?

- Эх ... Не поверишь ... Это не я . Они сами . Я попытался было вмешаться но ...

- Мда . И где мы просчитались ?

- Не знаю . Давай ... Давай начнем всё сначала .

-Думаешь , хоть на этот раз получиться ?

- Попытка не пытка ... да и чего мы теряем ?

-Мне стоит говорить о том , что это - тринадцатый раз ?

- Нет , не стоит .

- Хорошо ... я принесу инструменты .