После "Ж"

Глава 1

- Что на этот раз? - Бросив скучающий взгляд на плюхнувшийся на стойку объемный брезентовый рюкзак на завязках, спросил Карась младший, - опять сух пай небось?

В ответ Латарцев лишь заговорщицки ухмыльнулся и принялся за тугие завязки. Как только горловина рюкзака освободилась от ограничивающего узла и на свет появилось его содержимое, скупщик, совсем недавно сменивший своего отца на месте управляющего в лавке, неопределенно хекнул, покачнувшись на стуле и, выпучив глаза, спросил:

- Откуда?!

- Места знать надо, - не преминул подковырнуть возомнившего себя невесть кем сопляка поисковик.

- Хорошие места, - не обратил внимания на тон собеседника молодой торговец.

Встав со стула, он принялся помогать клиенту вытаскивать герметичные контейнеры с выцветшим логотипом в виде круга и двух наклонных жирных полос. Несмотря на молодость, глаз у Карася младшего был не хуже, чем у папаши, поэтому, как только рюкзак показал дно, тот уже знал точное количество принесенного товара и прикидывал в уме сумму, которую сможет выручить от перепродажи в "Царство амброзии" - один из самых элитных ресторанов города.

- Да уж, умели же раньше еду делать, сколько лет лежит и хоть бы что, - проверяя целостность упаковок, проговорил торговец, - Даю две тысячи за всё.

- Да ты что, парень, - возмутился непомерно заниженной ценой Латарцев, — это тебе не король бургеров какой-нибудь, это же высший сорт! Три и не копейкой меньше!

- Ты откуда такие цены взял, мужик? Двести накину или ешь сам это всё. - вид младшего Карася выражал самодовольство.

Он знал, что вряд ли кто-то даст Ивану больше. Если только тот напрямую пойдет к рестораторам. Но те не работают с поисковиками - дорожат репутацией.

- Отличная идея, лучше сам съем!

Бурча себе под нос что-то о нынешнем поколении, не уважающем старших, Латарцев было принялся убирать пакеты в рюкзак, но торговец, почуявший, что потенциальная выгода вот-вот пройдет мимо него, успокаивающе накрыл своей ладонью руку принципиального клиента.

Спустя четверть часа Иван покинул лавку и побрел в сторону дома, позвякивая приобретенными на деньги с продажи найденных допандемийных съестных припасов, деталями. В рюкзаке так же побулькивали полторашка чистой, питьевой воды и совсем небольшая, граммов на четыреста фляжка с дефицитным дизельным топливом.

До дома напрямки было топать всего ничего, но пожилой поисковик, не будучи уверенным в честности новоявленного владельца лавки "Рыбное место", нырнул в ближайший проулок и понёсся прочь, запутывая путь возможным преследователям. Слишком уж большой куш - склад готовой продукции, который удалось обнаружить Латарцеву. А торговец, хоть и ничего не сказал, наверняка не мог не понимать, что принесенная им партия - лишь малая часть того, что там хранится.

Иван и не стал бы светиться, но ему позарез требовались детали, для выполнения заказа на починку, заказанного одним серьезным человеком. А сроки уже поджимают. От заказчика уже приходили, прозрачно намекнув, что не стоит затягивать с починкой.

Вот и лез сейчас техник и по совместительству поисковик через очередные развалины, скрипя зубами от ноющей боли в пояснице. К своему дому - стоящей почти на краю урочища десятиэтажке, Латарцев добрался уже глубокой ночью.

Постоянно оглядываясь, он юркнул в подъезд. Отомкнув массивным ключом тяжёлую железную дверь на третьем этаже заброшенного здания, поисковик ввалился в квартиру. Заперев за собой вход, он уселся на старенький потрёпанный пуфик, жалобно скрипнувший под весом мужчины. Сил, после тяжёлого поискового выхода, почти не осталось. С трудом стянув с натруженных ног ботинки, Латарцев побрёл в спальню и, не снимая грязный плащ, упал на кровать.

Вот только сон от чего-то не шёл. В голову лезли нехорошие думы о последствиях затягивания заказа. В итоге, повертевшись с боку на бок и чертыхнувшись, техник направился в мастерскую, прихватив купленные недавно детали.

Там он приоткрыл забитое фанерой окно, чтоб пустить немного воздуха в прокуренное помещение, и задумчиво вгляделся в темноту с редкими огоньками. Электричество сейчас было дефицитным товаром. Основные коммуникации сохранились лишь на небольшом участке обжитой территории города. Да и те были в не самом лучшем состоянии, без должного обслуживания. Туда и стягивались остатки выживших, автоматически попадая под влияние местной «власти» - Службы Охранения. Если, конечно, не шёл под крыло одной из бандитских семей.

В то место, где жил, или скорее, обитал Латарцев остатки «цивилизации» не добрались, но об этом он нисколько не жалел, предпочитая свободу.

Сделав скупой глоток, он покатал во рту покупную воду, которая была не в пример вкуснее той профильтрованной жижи, что стояла в запасах. Насмотревшись, он затворил окно и принялся за работу, предварительно заправив небольшой, собранный из найденных деталей генератор и включил освещение. Конечно, можно было использовать и аккумуляторы, которые заряжались от установленных на крыше солнечных панелей, но тихое тарахтение генератора было как-то роднее что ли. Оно успокаивало Ивана, напоминая о старых временах и людях, которые его окружали.

Уснул Иван ближе к полудню, уронив голову прямо на рабочий стол.

- Сова, открывай! Медведь пришёл! Я слышу, как ты храпишь, - вырвал Латарцева из объятий Морфея басовитый голос, перемежающийся ударами военных ботинок по входной двери.

- Слон ты африканский, а не медведь... - пробурчал недовольно хозяин квартиры.

Держась за гудящую голову, он посмотрел в дверной глазок, и не увидев там ничего подозрительного, отворил дверь.

С порога на Латарцева смотрел его недавний приятель, с которым они познакомились в местном баре и сошлись на теме искательства. Кирилл Добровольский, детина двухметрового роста, с густой черной бородой и длинными, почти до плеч волосами, за которыми мужчина пытался скрыть свою мутацию. Впрочем, получалось у него это не очень хорошо. Ибо уши, каждое размером с голову, скрыть было крайне сложно. Слегка обвисшие лопухи-локаторы были заведены назад и закреплены чем-то вроде прищепки на затылке. Довольно потешная картина, к слову сказать. Вот только хозяин этого богатства так не считал, агрессивно реагируя на всякого, кто, по его мнению, криво посмотрел на него. Всякого, кроме Ивана. Ему по неизвестным причинам спускалось с рук если не всё, то очень многое.

- За слона ответишь! Эм... Что-то ты сегодня особенно зелёный, - улыбка сползла с бородатого лица Добровольского, стоило ему взглянуть на товарища, - ты не заболел?

- Просто устал, - отмахнулся тот, жестом приглашая Кирилла заходить, а сам всё-таки кинул взгляд в зеркало.

Оттуда на него глядел уже не молодой мужчина с нечесанными патлами седеющих волос. Худощавое лицо с впалыми щеками было испещрено морщинами. Усталый взгляд серых, рыбьих глаз с полопавшимися капиллярами, не выражал никаких эмоций.

Среднестатистический такой работяга начала двадцать первого века, если бы не одно «но». Цвет кожи. Бледно зелёный, с редкими темными пятнами, будто камуфляж.

Дело всё было в том, что после пандемии вируса "Jeliaz" или вирус "Ж", как его коротко именовали российские учёные, унесшего жизни девяноста процентов населения планеты и кроме как с филейной частью тела у выживших не ассоциировавшийся, эти самые остатки начали меняться. Мутировать.

Вирус каким-то образом воздействовал на геном человека, пробуждая самые скрытые предрасположенности. По большей части это были банальные опухоли, которые добивали остатки выживших, но и появились вот такие "везунчики" вроде Латарцева с кожей, делающей его похожим на рептилию, да Добровольского, с увеличенными ушными раковинами и измененным слуховым аппаратом, обострившим его слух. Но были и другие - настолько изменившиеся, что потеряли человеческий облик полностью, а вместе с ним и разум. Дикие. Так их называли. Таких отстреливали только завидев, либо сбегали, чтобы не попасть в лапы вечно голодным, безумным тварям. Защитой от них стало возведение вокруг самых заселенных районов подобия стены, за которую и ходили поисковики в надежде отыскать что-то ценное и не сложить голову при этом.

- Ты чего хотел то? - спросил техник, присев за рабочий стол, на котором мирно спал последние пару часов и принимаясь за сборку заказа.

- Как это чего? - Немного опешил остановившийся в дверном проёме Добровольский. - Ты склад нашёл? Нашёл. Слухи уже поползли, не надо отнекиваться. Проставляться вообще собираешься?

Не показывая недовольства от правдивости своих выводов относительно нового владельца лавки, Латарцев, не отрывая взгляда от работы ответил:

- Заказ доделаю и проставлюсь.

- Не-не-не, - завертел головой Кирилл, - так не пойдёт, бросай свои железяки да пошли в "Наташу", там, говорят американку кто-то притарабанил.

- Тебе бы только бухать, - недовольно проворчал Иван, но инструменты отложил, справедливо рассудив, что один день для заказчика погоды не сделает. Да и иностранную выпивку он тоже любил. - Ладно, уболтал, черт языкастый.

Рюмочная "У Наташи".

- ...а он мне: "Да как ты смеешь?!"... А я: "а вот так!" и бац ему... - Добровольский икнул, прерывая рассказ, в очередной раз чуть не опрокинув стоявший перед ним кувшин с светло-янтарной жидкостью.

- Да слышал я уже это сто раз, что ты опять заладил?!

Иван попытался угомонить друга, но безуспешно. Пришлось в очередной раз выслушивать историю про то, как Кирилла поперли со службы в местном охранении вместо того, чтобы наслаждаться хоть и разбавленным, но всё же неплохим виски.

- И кому хуже? Мне что ли?! Ага! - Добровольский говорил всё громче, опрокидывая в себя без закуски неизвестно какой по счету стакан. - Я вон и за стеной неплохо зарабатываю...ик...

- Да, да, - лишь кивал в ответ осоловевший, но не потерявший ясность мысли техник.

- Ну вот что "да"? Понимал бы ты чего...

Разочарованно махнул рукой здоровяк и встав со своего места, толкнув при этом стол, направился на улицу, справить естественные потребности организма.

Латарцев же задумчиво покатал в руках стакан и махом опрокинул в себя остаток жидкости. Он то, как никто другой понимал и разделял переживания собутыльника. Тот, как и сам Латарцев, скрывал, что ему тяжело без любимого дела. И если в случае с техником он мог, хоть и изредка брать заказы на починку, необходимые элементы для которых покупал за выручку с поисковых вылазок, то у Добровольского шансов вернуться в местную гвардию не было никаких. Мелкие стычки с сослуживцами ему ещё прощались, но, когда он отделал старшего офицера, приехавшего с проверкой из Новой Москвы, Кириллу повезло, что его не пристрелили на месте, а лишь дали пинка под зад и наказ не попадаться на глаза охранникам города.

Стоило собутыльнику скрыться за дверью, как на его место присел щегольского вида светловолосый мужчина лет тридцати пяти - сорока, одетый в явно неподходящий для этого места костюм тройку и окинул Латарцева насмешливым взглядом мутировавших глаз с вертикальными, будто у змеи зрачками. Так же рядом замерли двое бритых наголо верзил, похожих друг на друга будто братья близнецы. Латарцев, внутренне хохотнув, обозвал их "лысый раз" и "лысый два".

- Я же уже говорил вашим, что заказ господина Никогосяна будет готов до конца недели! - Рассудив, что это в очередной раз решил о себе напомнить заказчик, взял быка за рога техник. - Больше того, уже завтра вечером я смогу отдать его дрона. Между прочим, раньше срока на три дня.

- О нет, нет, - замахал руками блондин, улыбаясь во все тридцать два, - вы видно решили, что я представитель армянской диаспоры, для которой вы выполняете какой-то ремонт? Ошибочка, к бандитскому сообществу я, к счастью, не отношусь. Скорее наоборот. Позвольте представиться: Алексей Владимирович Камышевский, старший лейтенант особого отдела Службы Охранения Новой Москвы.

При этом щеголь распахнул отворот синего пиджака и продемонстрировал алый значок в виде щита - знак представителей власти. Латарцев открыл было рот, но старлей не дал тому сказать и слова.

- Можете не утруждаться. О вас, Иван Николаевич, я знаю если не всё, то очень многое.

- И что же в таком случае столичному СО понадобилось от простого техника? - спросил Иван, резко посмурнев.

Если с представителями преступных семей Латарцев хоть и не любил пересекаться, но по долгу работы, контактировать приходилось, то вот с представителями власти, сформированной после пандемии из бывших спецслужб всех мастей с нередким вкраплением криминальных личностей, он всеми силами старался избегать встреч. Ибо не известно ещё, кто из них хуже...

- Не такого уж и простого, - покачал головой собеседник, аккуратно, одним пальцем стряхивая со стола крошки, - простого техника не взяли бы на работу в НИИ Селезнёва, согласитесь?

- Я проходил там преддипломную практику, а не работал, - мотнул головой Латарцев. — Это было очень давно, и я не хотел бы вспоминать...

Он кивнул в сторону окна, намекая на то, что принадлежность к организации, устроившей то, что творится сейчас снаружи, не самая хорошая тема для обсуждения.

- Тем не менее придется вспомнить. Хоть вы там и не работали, а только числились, кое-что ценное оттуда вынести вам всё же удалось. Причем в прямом смысле этого слова. Так ведь, Иван Николаевич?

- Не понимаю, о чем вы, - не моргнув глазом, ответил Латарцев. Чуть быстрее, чем следовало. Оперативник моментально учуял фальшь собеседника и будто бы весь подобрался. Зрачки-полоски сузились до тоненьких щелок.

- Не заставляйте разочаровываться в вас, Иван Николаевич. - Камышевский скрестил руки на груди, тон его голоса стал холодным и деловым. - Вы всё прекрасно понимаете. Я не хочу ходить вокруг да около. Поэтому вот моё предложение - продайте то, что вы забрали из лаборатории и занимайтесь тем, чем вы там промышляете.

Внутреннее чутьё Ивана забило тревогу. От невинного на первый взгляд предложения продать старый хлам попахивало подставой. Зачем кому-то спустя 20 лет понадобилось оборудование и журналы компании, повинной в апокалипсисе? И ладно бы это были записи тех самых биологов, что придумали вирус "Ж", но нет. Иван попал на практику в обычный технический отдел, занимающийся прикладной инженерией, вроде микроэлектроники и систем радиолокации. Поэтому он продолжил гнуть свою линию:

- Да не знаю я ни о чем таком. Как пандемия началась, сбежал я из Москвы домой. Не до того мне было - родители заболели, вот я и...

Старший лейтенант жестом прервал Латарцева и скомандовал своим спутникам:

- Забираем его. Некогда упрашивать.

Не успел техник даже пикнуть как два мордоворота подхватили его с места и скрутив руки за спину повели к выходу под молчаливыми взглядами посетителей забегаловки.

- Всё в порядке, оперативные действия, - кивнул Камышевский поднявшейся со своего места дородной продавщице, являющейся одновременно и хозяйкой данного заведения.

- Да мне плевать. Платить кто будет? - гулко спросила она.

Выудив из внутреннего кармана настоящий раритет - бумажник коричневой кожи, офицер спецслужб достал оттуда пару купюр, кинул их на стол и удалился в след за подчинёнными, которые уже загружали несчастного техника в большой серый внедорожник.

- К нему домой, - скомандовал Камышевский садящемуся за руль "лысому два" и полез на пассажирское сиденье. Скрипнув подвеской, машина плавно тронулась с места.

Ехали недолго, и в молчании. Латарцев попытался было заговорить, но увесистый тычок под рёбра отбил всякое желание общаться.

- Третий этаж, ведь так? - обратился к технику оперативник, когда они подъехали к обшарпанному десятиэтажному зданию, построенному когда-то для проживания работников милиции и их семей и ставшему приютом для техника.

- Так, - буркнул в ответ Иван.

- Надеюсь никаких сюрпризов?

У техника было припасено на подобный случай кое-что интересное. Но, как назло, именно сегодня решил отключить систему, так как знал, что вернётся домой на рогах и не стал рисковать попаданием в собственные ловушки. Поэтому сейчас лишь обречённо мотнул в ответ головой.

Ивана отправили идти во главе небольшого отряда. На слово, естественно, не поверив.

Гулко щёлкнул замок входной двери и все четверо оказались внутри берлоги бывшего инженера.

- Ну что, господин Латарцев поищем вместе или вы не будете ломать комедию и отдадите украденное? - старший лейтенант брезгливо осматривал убранство холостяцкой квартиры, превращённой в мастерскую.

Двое из ларца застыли в проходе каменными изваяниями. Их будто бы не касалось всё, что происходит вокруг.

- Да не знаю я, о чём вы! Сколько ещё раз повторить? - воскликнул Латарцев, в надежде всё же отбрехаться от мутного законника.

Тот лишь кивнул своим спутникам и техник, охнув от резкой боли, повалился на пол. Он даже не успел заметить, как один из мордоворотов, приблизившись, впечатал пудовый кулак ему в живот. А дальше последовала размеренная обработка по жизненно не важным, но очень болезненным местам организма техника.

Спустя пару минут, которые показались Ивану целой вечностью, Камышевский отозвал своих спутников и присел на корточки рядом с кашляющим и сплевывающим бардовые сгустки разбитыми губами Латарцевым. Он проникновенно посмотрел в глаза технику и самым миролюбивым тоном спросил:

- Поверьте, Иван Николаевич, мне крайне неприятен такой способ мотивации, но времени для нормального общения, к сожалению, нет от слова "совсем". Ну так как, мозговая активность пришла в норму? Или стоит продолжить?

- Нет, - тихо прохрипел Иван, - я отдам всё, что взял.

- О, ну что вы! Не надо просто так отдавать. Вам положено определенное вознаграждение, за проявленную, скажем так, расторопность. И вы обязательно ее получите. Что же мы звери, в самом деле?

Улыбка озарила лицо Алексея. Он поднялся на ноги и протянул руку технику. Правда после того, как помог тому подняться, достал из внутреннего кармана пиджака белоснежный платок и принялся оттирать испачканную ладонь.

- Нам в соседний подъезд, - придерживая отбитые ребра проговорил техник и, прихрамывая, направился на выход.

В свое время, мужчина организовал ещё в двух пустующих квартирах что-то на подобии схронов, защитив подходы простыми, но действенными ловушками. Именно на них ему, тяжело хрипящему в данный момент, только и оставалось уповать. В то, что его оставят в живых, да ещё и наградят он не верил совершенно. Правда, что делать потом было категорически не понятно, ибо в конторе, если эти люди действительно оттуда, наверняка знают куда отправились оперативники. И если они пропадут, Латарцева в любом случае будут искать. Но об этом мужчина старался не думать. Главное сейчас - спастись, а уж где схорониться, поисковик придумает. Не зря же он последние пару лет вполне успешно избегает встреч с Дикими на своих вылазках.

Правда в этот раз оперативники решили не рисковать, и после уточнения места нахождения схрона, один из близнецов отправился на разведку. Заветного «бум» так и не случилось. Спустя десять минут "лысый два" вышел из подъезда рассматривая зажатые в обеих руках гранаты.

Продемонстрировав клетчатые снаряды старлею, он отправился к транспорту и вернулся уже без них. Камышевский покачал головой.

- Эх, Иван Николаевич, не цените вы хорошего отношения. Ай-ай-ай. Ну да и ладно, идём.

Схрон был расположен на пятом этаже. Латарцев сунулся было вперёд, но был остановлен. Вытащив из поясной кобуры пистолет советского образца "лысый раз" двинулся на осмотр обветшалой квартиры. После беглого осмотра Ивану велели доставать вещи.

- Смотри мне, без глупостей. - Впервые подал голос мордоворот, демонстративно почесав нос кончиком ствола.

А стоило Латарцеву лишь достать ветхий, чуть ли не рассыпающийся в руках, мешок из укрытой в стене ниши, как тот оттолкнул бывшего инженера в сторону, и высыпав содержимое прямо на пол, начал перебирать старые журналы и разнообразную мелкую электронику.

- Ну! - поторопил "лысого раз" Камышевский - Оно тут?

Отложив в сторону журнал по радиоэлектронным разработкам и пару микросхем, назначение которых было тайной даже для Ивана, "лысый раз" кивнул старшему.

- Хоть бы оно ещё работало, - задумчиво протянул Алексей, принимая нужные предметы. Мгновение на его лицо вернулось благостное выражение, и он с улыбкой обратился к лежащему на полу Латарцеву: - Спасибо, Иван Николаевич. Вы даже не представляете, какую услугу оказали городскому охранению. Да что там охранению, всему человечеству!

Латарцев же, до сих пор не понимал вокруг чего весь этот сыр-бор и зачем представителям новой власти понадобились старые, не сказать древние микросхемы с записками учёных, которые довели мир до вымирания. И если в последних ещё могла содержаться хоть сколько-то полезная информация, то схемы и чипы наверняка пришли от времени в полную негодность. СОшники, не обращая внимания на всё ещё сидящего на полу бывшего инженера, засобирались на выход. После получения нужных им предметов, Латарцев как будто бы перестал существовать для них. С одной стороны, он был даже рад такому повороту событий, но для чего спрашивается он получал тумаки? В нем вдруг взыграла то ли алчность то ли просто жажда справедливости.

- Эй! - окрикнул Иван недавних мучителей, не понимая, какую совершает ошибку, - Вы что-то говорили насчёт награды.

- Ах да, - остановился почти в дверях комнаты Камышевский, окинув Латарцева презрительным взглядом, - совсем запамятовал. Ребята, расплатитесь с товарищем.

Услышав приказ, "лысый два" подошёл почти вплотную к технику и откинув полу куртки, за которой скрывалась кобура с точно таким же, как и у его напарника пистолетом, быстрым движением вытащил оружие, направив ствол на Латарцева.

Иван, испугавшись, вскинул руки к лицу, в тщетной попытке защититься от неминуемой гибели, и в то же мгновение услышал негромкий, будто бы и не оружейный вовсе хлопок. Затем ещё один и ещё. Техник дернулся с зажмуренными глазами, но ни боли, ни ударов не последовало. Лишь на ноги навалилась тяжесть, да рядом раздались звуки падения ещё двух тел.

Трясясь от хлынувшего в кровь адреналина, Латарцев почувствовал, как что-то теплое побежало по его голени, пропитывая брезент штанины. Он с трудом открыл глаза и уставился на окружающую картину.

Три неподвижных трупа оперативников Службы Охранения Новой Москвы на пыльном полу в лужах набегающей из их голов крови. Ивану с большим трудом удалось удержать в себе недавно употребленную под спиртное немудреную закуску.

Он судорожно задергался в попытках вытащить ноги из-под трупа "лысого два". Освободившись, техник наконец обратил внимание на то, что он в помещении не один.

В проходе стоял никто иной, как его собутыльник - Кирилл Павлович Добровольский. Только это был не тот пьяный в дым всего каких-то пол часа назад Добровольский, а собранный и серьезный мужчина, уверенными движениями скручивающий глушитель со ствола пистолета.

- Ч-что? Как ты... - стуча зубами попытался спросить Латарцев.

Добровольский убрал глушитель во внутренний карман плаща, а пистолет сунул сзади за пояс и подняв в успокаивающем жесте руки, ответил на несформулированный до конца вопрос:

- Увидел, как тебя какие-то уроды в тачку запихивают. Решил, что помощь пригодится. Ну и вот, не ошибся, получается?

- Откуда... - проблеял техник, тщетно пытаясь прийти в себя.

- Откуда я узнал, куда тебя повезут? Ты забыл, я же хорошо слышу. – Улыбнувшись, Кирилл коснулся указательным пальцем своего уха. — Вот и рванул напрямки. Ну и ждал удобного случая.

- А пораньше нельзя было как-то? - Наконец справился с речью Иван. Поднявшись на ноги, он принялся отряхиваться.

- И это вместо спасибо?

- Спасибо. Только вот бежать нам с тобой теперь придется далеко. И прятаться глубоко. - Поняв тщетность попыток очистить одежду, Иван принялся собирать раскиданное по полу содержимое мешка.

— Это почему же? - поинтересовался Кирилл, задумчиво вертя в руках выпавшую из рук Камышевского микросхему. - Из-за этого что ли? И, кстати, это вообще что?

- Понятия не имею. Но оно им зачем-то очень понадобилось. Им — это твоим бывшим коллегам. Только из столицы. У того щёголя, - аккуратно взяв из рук у Добровольского небольшую пластинку, Латарцев кивнул на труп со светлыми волосами, окрашенными сейчас в алый, - значок есть. Поддельный или нет не знаю. Посмотри, если интересно.

Добровольский, перевернул на спину тело старлея и покопавшись в складках дорогого костюма выудил оттуда красный значок. Осмотрев со всех сторон кусок крашеной бронзы, Кирилл недовольно поджал губы, а затем бросил его на бездыханную грудь оперативника и протянул:

— Беда...

— Вот и я об этом. - Латарцев собрал все свои пожитки и уже осматривал трупы на наличие ценных предметов. - Есть идеи куда сваливать будем?

- Есть одно место. Покажу. Но нужно торопиться. Эти пускай тут лежат. А вот тачку я отгоню, чтоб не привлекала внимания. Странно, что её ещё у рюмочной по винтику не разобрали. Она ж ещё и дизеле, а не на бензине, представляешь? В общем - собирай всё ценное и сдавай в лавку. Понадобится наличность. Я тоже свои запасы перетряхну. - Они вышли из квартиры и не спеша из-за состояния Латарцева спускались по лестнице.

- Эй, эй, погоди! - Жестом остановил начавшего раздавать команды Добровольского Иван. - Я не могу вот так уехать. Ты знаешь почему.

- Да не сдался ты ей, - повысил голос Кирилл, скрестив руки на груди, - Она уже забыла, как ты выглядишь.

- Всё равно нет. Я должен попытаться. Вдруг они будут искать меня, а придут к ней? - Техник проникновенно поглядел в глаза своему спасителю и тот не выдержал.

- Ладно, хрен с тобой. Завтра в полдень. Встречаемся у юго-западного выхода из города. Всё, бывай, папаша!

Проводив взглядом удаляющуюся машину оперативников Службы Охранения Новой Москвы, Латарцев побрёл к своему подъезду.

Сборы продлились недолго. Самое необходимое для бегства, а по-другому процесс экстренных сборов назвать было трудно, уместилось в походный рюкзак. Латарцев даже подивился тому, насколько мало ему на самом деле требуется для жизни вне благ ранее существовавшей цивилизации.

Потратил некоторое время на доработку заказа Никогосяна. Всё-таки не стоило вешать себе на хвост ещё и бандитскую семью. Да и деньги платили неплохие. От хозяина боевой техники не укрылась некоторая нервозность Латарцева и он даже участливо поинтересовался, не случилось ли у Ивана что-то, предлагая свою помощь.

Техник даже и не подумал вестись на показную доброту, прекрасно зная как подобные персонажи подсаживают на крючок доверчивых людей. Особенно талантливых и нужных специалистов. Поэтому, мягко попрощавшись, он забрал оплату и поспешил удалиться.

Осталось одно, самое главное дело, прежде чем он покинет город – встретиться с дочерью. Время было уже позднее, и застать Свету на работе в ремонтной лавке, располагавшейся в торговом центре на окраине города, Иван не рассчитывал. К тому же, было бы плохой идеей соваться в контролируемый Службой Охранения объект. Не известно, контактировали Москвичи с местным СО-шниками или нет, но рисковать Латарцев не стал. Отправился в дом его бывшей супруги, ныне покойной, и, соответственно дочери.

Квартира Светы располагалась в П-образном доме, недалеко от её места работы. Советская многоэтажка была заселена не в пример гуще, нежели дом самого Латарцева, предпочитавшего одиночество. Постояв какое-то время на улице, в нерешительности смотря на окно его бывшей квартиры, он, наконец направился внутрь. Поднявшись на нужный этаж, Иван поднял руку, чтобы постучать в дверь, но та распахнулась, будто бы дочь только и дожидалась его визита.

- Чего явился? – тепло поприветствовала отца девушка с рыжими, как у матери, волосами до плеч, одетая в растянутую серую майку и короткие шорты. В руках она держала револьвер системы «Наган», тот самый, что Иван отправил ей в подарок на восемнадцатилетие. И сейчас ствол подарка смотрел прямо в лицо техника.

- Привет дочь, – нервно улыбнулся мужчина, отводя пальцем в сторону оружие.

- Ага, привет-привет, папа, – язвительно поприветствовала его Света. – Так чего пришел-то? Я занята.

- Может вначале пустишь или будем вот так на пороге общаться? – спокойно проговорил Латарцев. Сейчас он как никогда видел в дочери её мать, а к закидонам бывшей жены он давно привык, поэтому не реагировал на такое поведение. Вернее, старался не реагировать.

- Может тебя ещё чаем напоить да спать уложить? – Повысила голос девушка, скрестив руки на груди, явно не намереваясь впускать Ивана домой, но увидев, что на шум из соседних квартир начали выглядывать люди, чертыхнувшись, отошла в сторону. – Заходи уже.

Внутреннее убранство квартиры Светы копировало собственное жилище Ивана если не полностью, то процентов на девяносто уж точно. Если исключить планировку и кое какие женские штучки, то создавалось впечатление, что Латарцев и не выходил из дома. Всё та же мастерская, с разбросанными по верстакам инструментами, кучей разного электронного хлама по углам, может только чуть почище. Всё-таки двадцатипятилетняя девушка, а не пятидесятилетний холостяк-пропойца.

Судя по включенным приборам, запаху припоя и трём немытым чашкам с остатками кофе, в данный момент Света действительно была чем-то занята. Прямо как сам Иван совсем недавно.

- Над чем работаешь? – не дождавшись предложения располагаться, Иван присел на кресло с прожжёнными чем-то подлокотниками.

- Последний раз спрашиваю, чего хотел? – проигнорировав вопрос, упёрла руки в бока Света. Лицо её выражало крайнюю степень недовольства. – Либо говори быстрее, либо вали. Некогда мне с тобой лясы точить. Ещё пол ночи «Ласку» паять.

Иван осмотрел верстак, понял наконец, что в данный момент занимало всё внимание дочери. Шпионская система с индексом «Р» и числительным обозначением количества подключаемых носителей. Нейроконтроллер и некоторое количество механических дронов на ножках, пятнадцати сантиметров в длину. А «Лаской» данная система называлась из-за внешнего сходства механических созданий с этими самыми животными. Полезная вещь, только справляться с подобной системой мог не каждый. Количество дронов, которыми одновременно мог управлять оператор зависело от показателей нервной системы. Обычный человек без особых проблем может одновременно запускать одну механическую животинку. Тренированный оператор три, иногда четыре. О единственном человеке, который одновременно мог работать с шестью «Ласками» писали в газетах. Правда заметка была минорного содержания – о том, как этого парнишку пристрелили после того, как он, съехав с катушек, начал натравливать механических зверей на ни в чём неповинных людей прямо на улице.

В данной системе был один нюанс – предохранитель, спасающий мозг оператора от чрезмерной нагрузки. Защита от дураков, которые пытаются работать с большим количеством роботов, чем позволяет их нервная система. Предохранитель в момент пиковой нагрузки просто перегорал, и система отрубалась. Почему данная защита не сработала с тем самым парнишкой, не известно. Как и то, от чего он сошел с ума. Естественно, во всём обвинили самого беднягу.

Так же при срабатывании защиты очень часто сгорала и управляющая плата, которую в данный момент пыталась восстановить Света. Дело это было кропотливое и чаще всего неоправданное, ведь даже перепаяй её вдоль и поперек – не факт, что удастся оживить чувствительную электронику. Гораздо быстрее и проще было просто на просто поменять эту плату на новую. Но достать её было не так уж и просто. Система всё-таки была военной разработкой и на рынок попадала нечасто. У Латарцева, кстати, такая плата имелась. Вещь полезная, дорогая и, что самое главное – очень компактная. Буквально пол часа назад, распродавая практически за бесценок всё то, что копилось у него годами, чтоб собрать хоть какие-то деньги, он чуть было не продал и её. Но то ли жаба не позволила, то ли чуйка сработала – не стал сбывать редкую приблуду.

- Я уезжаю. Надолго. Возможно навсегда. Хочу, чтоб ты поехала со мной, – тихо проговорил Иван, опустив глаза к полу.

Света пару секунд осмысливала услышанное. И когда наконец до неё дошёл смысл сказанного её папашей, зашлась в истерическом хохоте. Смеялась она долго и от души, а вот Ивану было совсем не весело.

- С тобой? Уехать? Ой, не могу… - не могла никак отдышаться девушка, придерживая одной рукой живот, а второй держась за дверную коробку.

- Света, послушай! У меня серьёзные проблемы, которые могут коснуться и тебя. Я хоть и хреновый отец, но не хотел бы, чтобы с тобой что-то случилось. Поверь, так будет лучше. Не хочешь со мной – просто уезжай. В любое другое место, лишь бы подальше отсюда. И как можно скорее.

Иван вскочил с места и от избытка чувств начал размахивать руками. Света, наконец отсмеявшись, серьезно посмотрела на отца, и холодно произнесла:

- Твои проблемы меня не касаются. Ничего о них знать не желаю, как и о тебе. Ушёл один раз, будь добр не возвращаться.

- Ты не понимаешь. Мама тогда… - он осёкся на полуслове. Не желал говорить ей правду. Правду, которая бы очернила её память о матери. Матери, которая не смотря на полтора десятка лет совместной жизни изменила ему с каким-то бандитом, а затем выгнала взашей, не дав возможности даже нормально поговорить с дочерью. Да и ещё своего хахаля настращала, что тот, вместе с дружками чуть не отправил Ивана на тот свет, отмутузив до полусмерти. – У нас были причины разойтись. Вот и всё.

- Ну вот и найди себе причину, чтобы не появляться больше в моей жизни. А придут по твою душу – скажу, что знать не знаю ничего о тебе. Всё, разг…

Неожиданно громкий стук в дверь не дал закончить девушке столь пламенную речь и не договорив, она бросилась открывать, несмотря на предупреждающий окрик Латарцева.

Иван выскочил в коридор как раз вовремя, чтобы увидеть, как бессознательное тело его дочери оседает на пол. Иван бросился на неизвестного, лицо которого было скрыто капюшоном, но куда ему тягаться с работником спецслужб. По телу Латарцева пробежал электрический разряд и вот он уже валится на пол без чувств.

В себя техник пришел, когда за окном уже забрезжили первые лучи рассвета. С трудом приняв сидячее положение, он обнаружил у себя на груди лист бумаги с единственным написанным на нём словом – «Телецентр».

Всё, что представляло ценность Иван снёс в мелкие лавки, из-за срочности сбавляя цену до неприличия. В «Рыбное место» соваться не стал, памятуя о чрезмерной болтливости нового хозяина лавки.

Единственное, что не стал продавать – ту самую плату для «Ласки». Недоделанный комплекс вместе с четырьмя дронами он позаимствовал из квартиры дочери. Готовый к работе комплекс лежал сейчас в рюкзаке, весящем за спиной.

К месту встречи с Добровольским он приехал раньше на пол часа и с удивлением обнаружил своего товарища, сидящего на ступеньках входа заброшенного поста ДПС.

- Что? – разглядев лицо приближающего Латарцева, Кирилл вскочил с места.

- Её похитили, – чуть ли не падая на руки здоровяка, прохрипел техник.

- Есть план, что делать? – усадив мужчину, Добровольский опустился перед ним на корточки и участливо посмотрел в глаза.

- Нет, Кирилл. Я не знаю, что делать. Просто отдать то, что им нужно уже не получится. Нужно решать как-то иначе. Но иначе я не умею, ты знаешь.

- Я тебя услышал, вставай. – Кирилл подал Ивану руку. – Нужно кое-куда заехать.

- Куда? – спросил Латарцев.

- У тебя оружие есть? – ответил вопросом на вопрос Добровольский.

- Есть старый ПМ, но я им особо не пользовался. Так, пострелял по банкам, да и всё.

- Как ты вообще за стену ходишь? – удивлённо посмотрел на мужчину Кирилл. – Ладно, думаю твои стрелковые навыки нам не понадобятся.

По ехидной улыбке бывшего сотрудника спецслужб техник понял, что жизнь его поменялась не в тот момент, когда на его ноги упало бездыханное тело представителя власти, и даже не в момент начала пандемии, а именно сейчас, у полуразрушенного здания дорожно-постовой службы.

Оружейная лавка «Амуниция».

- Александр Харитонович, ты не понял. Нам вот эти пукалки не нужны! – Кирилл нависал над продавцом, будто скала. – Показывай нормальный товар.

Работник оружейной лавки был хоть и гораздо старше Добровольского, но того это совершенно не волновало, и он наседал на седовласого старика, давя его не только физически, но и морально.

Впрочем, отнекивался тот недолго, больше для вида заверяя, что торгует только разрешенным короткостволом и ничем другим. Спустя же пятнадцать минут теперь уже напарники стояли в оборудованном подземном стрельбище, а перед ними лежали несколько потертых автоматических винтовок. Кирилл придирчиво оглядывал каждую из них, затем давал приглянувшийся экземпляр в руки Латарцеву и велел делать определенные манипуляции, как то: вскидывать, целиться, приседать, не сводя глаз цели и ещё кучу других, непонятных технику упражнений.

После получасового танца с бубнами, наконец принялись стрелять по мишеням. Каких-то особенных достижений Латарцев, естественно не достиг, но из трёх отстрелянных автоматов ему приглянулся один, который по итогу и решили приобрести. Единственный минус купленной бельгийской машинки ФН Скар СиКуСи был в том, что боеприпасов натовского образца у продавца оказалось совсем не много. Даже местных кустарных аналогов нашлось всего горсть. Но Добровольский велел не отчаиваться.

- Твоя задача – отвлекать внимание пока я вытаскиваю Свету. Если при этом кого-то ещё и положишь – хорошо. Проще будет делать ноги.

Себе же Кирилл лишь докупил патронов к двум пистолетам, как узнал Иван – это были немецкие Сиг Зауэр П938, с завода подготовленные для использования с глушителем.

Все эти манипуляции открыли, казалось бы, пропойцу Добровольского с новой стороны. Да ещё и тот факт, что он без каких-либо колебаний бросился помогать Латарцеву практически не задавая вопросов, наводил на определённые сомнения, которые пока не складывались в голове техника в четкую картинку. Но думать об этом было некогда.

Чтобы не привлекать внимания, выезжать из города решили там, где ветхая, построенная руками обычных людей в первые годы катастрофы для защиты от Диких мутантов стена, давно уже не охранялась. На том самом внедорожнике, который Кирилл так и не спрятал, мужчины покатили в сторону бывшего областного телецентра, чья красно-белая свечка была видна чуть ли не из любой точки города, по юго-западному шоссе, относительно неплохо сохранившемуся.

По пути им встретился небольшой торговый караван, следовавший то ли из соседнего города, то ли из какого-то областного поселения. На вскидку понять это не удалось. Иван велел Латарцеву держать оружие наготове. Караванщики, передвигавшиеся на телегах с запряженными в них лошадьми, вполне могли попытаться напасть на них, чтобы обзавестись новым средством передвижения. Но обошлось. Торговцы, подозрительно глядя на спутников, всё-таки съехали на обочину, освобождая дорогу для проезда.

Нужное место располагалось чуть в стороне от междугородней трассы и, свернув с неё, Добровольский проехал ещё какое-то расстояние, а затем заглушил машину. Проговорив детали наскоро придуманного плана, напарники взяли оружие и технику из багажника и двинулись пешком через лес.

Двигались осторожно, стараясь не шуметь. Но спустя примерно десять минут, Добровольский вдруг вскинул руку, призывая напарника остановиться.

- Что? – спросил Латарцев.

- Вон там, - Кирилл указал в сторону, - кто-то есть. И он не скрывается. Прёт по бурелому. Возможно зверь. Или Дикий. Нужно проверить.

- Зачем? Это же совсем не там, куда нам нужно. Пусть прёт куда ему нужно. – возмутился Иван, не понимая Добровольского.

- Если это Дикий, нельзя оставлять его за спиной. Он в любой момент может развернуться и прийти к нам. И поверь, придёт он в самый не подходящий момент. Так что не бухти, пошли.

Кирилл оказался прав. Это был Дикий. Мерзкая тварь, раздувшаяся от наросших опухолей, передвигающаяся на четырёх лапах, как зверь. От человека не осталось ничего кроме обрывков одежды. Дикие хоть и опасны своей агрессивностью, встречались не часто. По большей части их выбили почти сразу. Оставшиеся мутанты – те, кто не попался на глаза выжившим, доживали свой век вот в таких лесах или просто в безлюдных местах. Бо́льшую опасность за стенами анклавов представляли животные, популяции которых без прежнего влияния людей бесконтрольно росли.

Точный выстрел в голову из пистолета не оборвал моментально жизнь изуродованного существа. Оно упало на землю, конвульсивно дёргаясь и издавая нечленораздельные звуки, поэтому Кириллу пришлось бегом приблизиться и выстрелить ещё раз, чтобы тварь окончательно затихла.

Спустя пол часа они подобрались к забору вокруг ещё недавно пустовавшей, а теперь занятой большим количеством машин, территории телецентра. Через сетку было прекрасно видно, что на парковке стояли, как и собратья оставленного позади внедорожника так и большегрузы, из кузовов которых сейчас в здание телецентра люди в рабочих комбинезонах перетаскивали ящики, покрашенные в защитный цвет, содержимое которых оставалось тайной. Никаких маркировок на них не имелось. Периметр импровизированной базы охраняли несколько боевиков. Незаметно подобраться даже сейчас в вечерних сумерках не представлялось возможным, поэтому поразмышляв на тему сокращения караульных в тёмное время суток, было принято решение ждать глубокой ночи.

Пока же Латарцев распаковал прихваченный из квартиры дочери комплекс, который он наскоро привёл в порядок и уже собрался было надеть обруч контроллера на голову, как его остановил Добровольский.

- Давай лучше я. – Он требовательно протянул руку.

- Обоснуй, - не спешил отдавать девайс Иван.

- Ты знаешь, что смотреть? – усмехнулся Кирилл. – И кстати, а сколько ты можешь контролировать?

- В теории две, уверенно – одну. А смотреть, наверное, где охранники стоят и где Свету держат.

- Понятно. – скептически подытожил Добровольский и Иван передал ему гарнитуру. - Включай двух роботов.

Скоба гарнитуры опоясывала голову и крепилась к скуле оператора. В районе виска был установлен центральный узел со всей электронной начинкой. В затылочной части был прикреплён небольшой механизм с выдвижной иглой, втыкавшейся глубоко под кожу, для установки нейронного соединения. А на глаз опускалась стеклянная линза. Сознание управлявшего комплексом человека при активации разделялось как бы на две части. Одна – он сам, вторая – подконтрольные в данный момент механизмы, от количества которых зависела нагрузка на мозг оператора.

Небольшие роботы матово-металлического окраса встрепенулись и унеслись в сторону телецентра.

- Ну что? – спустя пару минут не выдержал Латарцев.

- Пока только караул рассмотрел нормально. Странное обмундирование у них. Не похоже на форму СО. Как будто наполовину военные. Наемники что ли. – Негромко ответил Кирилл, смотря в одну точку. Он некоторое время помолчал, а затем, встрепенувшись, продолжил. – Нашел твою дочь. Её держат в серверной на втором этаже. Вроде цела. А ты не говорил, то она такая миленькая. Явно не в тебя пошла.

Иван облегченно выдохнул.

- Скажи, а зачем ты в это ввязался? – вдруг спросил техник.

- Не понял, ты о чем? – в голосе Добровольского появились подозрительные нотки.

- Ты не обязан был меня спасать, но при этом убил, не задумываясь несколько человек. Узнав, кого прикончил, не сбежал в ту же секунду. Сейчас помогаешь спасти Свету. Я, конечно, тебе благодарен. Но не делай из меня дурака. Я вижу, что это всё не просто так. Слишком уж много странностей и несостыковок.

Кирилл помолчал какое-то время, подбирая нужные слова.

- Ты прав. Это всё не просто так. Но сейчас я не могу дать ответы на твои вопросы. Просто поверь, что никакого подвоха с моей стороны ждать не стоит. Я искренне хочу помочь. А принимать мою помощь или нет – твой выбор.

Иван посмотрел в глаза напарнику пытаясь разглядеть в них фальшь.

- Да нет у меня выбора. - Он отвёл взгляд.

- Ну вот и не бери в голову. Давай сначала спасём Свету. – Улыбка озарила бородатое лицо Добровольского, и он вернулся к контролю «Ласок».

С наступлением темноты количество постов, как и предполагал Добровольский, сократилось до нуля. Информация, полученная от механических зверюшек, сформировала понимание маршрута единственного патрульного. А также позволила найти место, которое меньше всего просматривалась с внутренней стороны и было заставлено какими-то контейнерами и транспортом, поэтому подходившее для проникновения на территорию телецентра как нельзя лучше.

Стоило патрульному удалиться на достаточное, по мнению Добровольского, расстояние, они начали действовать. Гуськом преодолели три метра свободного от растительности расстояния. И только Кирилл собрался перекусить первое звено проволочного ограждения, как Латарцев остановил его, громко зашептав:

- А если забор под напряжением?

Кирилл удивлённо посмотрел на техника.

- Ты что, шпионских фильмов пересмотрел? Какое напряжение? Это тебе не старые времена, когда электричество было везде. Кто будет тратить топливо, чтобы запитать кусок железки?

- Хм. Может ты и прав. - Неопределённо пожал плечами Иван. - Но я бы всё же проверил.

- Ну проверяй. - С ехидной усмешкой, Добровольский схватил руку Латарцева и мазнул ей по металлическим сочленениям.

- Да тьфу на тебя, идиота кусок, - зашипел техник, отдёргивая конечность.

- Всё, не мешай, времени в обрез, - шикнул на него Кирилл.

Он принялся аккуратно вскрывать ограждение. Работа шла уверенно. Добровольский придерживал нужные элементы, создавая при этом минимум шума, и вскоре приемлемый проход был готов.

До возвращения караульного оставалось совсем немного времени и напарники, прикрываясь расставленной то тут, то там техникой, поспешили к служебному входу в здание, примыкавшее к телебашне.

Как и было условлено, Добровольский отправился внутрь, а Латарцев с одной из двух "Ласок" остался дожидаться снаружи, чтобы в случае чего предупредить напарника через механическую зверюшку и увести погоню в сторону, дав время Свете и Кириллу скрыться.

Техник застыл у колеса грузовика, расположенного слева от разгрузочных ворот, и принялся ждать, осматривая территорию. К его удивлению, напарнику не пришлось даже тратить время на копание в замке - дверь была не заперта. Он скрылся внутри, аккуратно прикрыв ее за собой.

За то время, пока Кирилл отсутствовал, Латарцев успел проклясть всё на свете. Дважды он прятался под кузовом грузовика, сжавшись за колесом, словно мышонок в норке. И как же он обрадовался, когда ласка начала подёргивать хвостом — это был условный сигнал для проверки обстановки.

Выглянув из своего убежища, техник спешно осмотрел территорию и прикинув местоположение караульного, проговорил:

- Всё тихо, выходите.

Спустя всего несколько секунд, дверь служебного хода отворилась и на пороге показались Света в сопровождении поводящего из стороны в сторону стволами пистолетов Добровольского. Немного помятая, с кровоподтёком на подбородке и синяком на шее от разряда шокера, но при этом, как никогда серьёзная, Света благодарно (как ему показалось) кивнула отцу.

Оценив обстановку вокруг, Кирилл дал отмашку и они втроём устремились к бреши в ограждении. Но стоило им сделать всего несколько шагов как в глаза ударил свет множества включившихся одномоментно прожекторов и фар автомобилей. Окружающее пространство начали заполнять люди, экипированные точно так же, как и солдаты, несшие караул. Со стороны телецентра раздался грубый голос, усиленный и искаженный динамиками:

- Уважаемые гости, сдайте оружие этим господам в форме и проследуйте за ними, будьте добры.

Латарцев, держа руки над головой, огляделся по сторонам, и шепнул Кириллу:

- Есть ещё идеи?

- Хотела задать тот же вопрос. Запасной план у вас имеется, спасители недоделанные? - подала голос Света, поднимая руки. Добровольский в ответ отрицательно помотал головой сильно закусив нижнюю губу.

К ним приблизились несколько охранников, требуя сдать оружие.

- Отвали, козёл! – крикнул Добровольский, отдёргивая руку.

С ним не стали церемониться, просто повалив на землю и отобрав оружие, а также стянув с головы гарнитуру управления. Двое верзил навалились сверху, прижимая Кирилла к земле, а ещё двое доступно разъяснили, что думают о его поведении, применяя при этом приклады автоматов и подошвы тяжёлых ботинок.

- Хватит, что вы творите! – попытался вывернуться из рук державших его бойцов, уже отдавший свой автомат, Латарцев, но прилетевший сзади удар в почку остудил его пыл. В этот момент он посетовал на то, что не успел даже выстрелить из оружия, на которое потратил большую часть своих сбережений.

Спустя пару минут, Добровольского поставили на ноги, и взяв их компанию в кольцо, повели на встречу с обладателем зычного голоса, который обитал в душном прокуренном кабинете без окон.

Коренастый, совершенно седой мужчина лет пятидесяти сидел сейчас за большим столом и со скучающим видом перебирал бумажки. За его спиной горел огромный, во всю стену, экран, с изображённой на нём картой страны и какими-то разноцветными кругами, а также числовыми и текстовыми пометками.

Латарцева с дочерью и Добровольского усадили перед ним на стулья пристегнув наручниками. Бойцы сопровождения покинули кабинет. В помещении итак было двое охранников, стоявших по обе стороны от входной двери и буравящих суровыми взглядами гостей телецентра.

- Здравствуйте! Рад вас лицезреть воочию. - Поднял взгляд от бумаг хозяин кабинета. - Меня зовут Максим Игнатьевич Петров. Я что-то вроде куратора этого места. И заодно проекта, который вы, господа, в какой-то степени пытались саботировать.

Раздался стук и после разрешения в кабинет вошёл худощавый мужчина в очках, одетый в серый халат. Лысоватую голову украшали небольшие рожки, похожие на козьи. В руках у него был рюкзак, оставленный Латарцевым в машине.

- Всё на месте? - Уточнил Петров, не дожидаясь доклада подчинённого.

- Да, нашли машину Камышевского в паре километров, а в ней чипы и инструкции.

- Отлично, - кивнул хозяин кабинета, - работайте.

Рогатый удалился, а Максим Игнатьевич встал из-за стола и продолжил свою речь:

- Начнем с вас, - указал он на Добровольского, нисколько не смущаясь его побитого вида - отличная подготовка и таланты. Убрать одного из лучших оперативников так, что тот, судя по всему, даже не понял, что произошло - похвально. Я бы даже предложил вам место в нашей организации, если бы не одно "но". Ужаснейший прокол в вашей, так называемой, операции спасения. Ни количество постов, ни свободный проход вас не смутил? Вы, либо переоценили себя, считая каким-то супергероем, либо недооценили нас, думая, что никто не ждёт вашего появления. В любом случае - крайне непрофессионально, я бы даже сказал профнепригодно. Попасть в такую западню...

- Если это ваш лучший оперативник, то боюсь представить, кто остальные, - нагло заявил Кирилл.

- И тем не менее, - улыбнулся в ответ Петров, игнорируя выпад.

Какое-то время он расхаживал по кабинету с задумчивым видом, заложив руки за спину. А затем навис над техником, уперев указательный палец в его грудь.

- А вы, Иван Николаевич, являясь достаточно квалифицированным специалистом в своей области, даже не удосужились за столько лет заглянуть в записи сотрудников НИИ Селезнёва и разобраться в том, что попало к вам в руки. Вы ведь до сих пор не понимаете, в чем вообще дело и за что вас и вашу дочь чуть не отправили на тот свет, верно?

- Не совсем так, - покачал головой Иван, - в нужном вам журнале описаны несколько устройств, но какое именно вас интересует, я понятия не имею. Ни в одном не применяются те два чипа с многофункциональными микросхемами.

- Радиолокационный комплекс. Припоминаете? - Петров вернулся за стол.

- Да, что-то такое было. - Латарцев действительно читал записи учёных, и хоть и не досконально, но помнил описанные в журнале разработки. - Только ума не приложу, зачем вам радио в нынешних реалиях.

— Это не совсем, как вы выразились, радио. Скорее инструмент радиолокации и поиска функционирующих поселений. Дело в том, что связь между людьми после пандемии сошла на нет. Ни о какой централизованности и государственности больше не может идти и речи. Данный расклад не устраивает некоторое количество людей, имеющих даже сейчас определённый вес. Моя задача стоит в том, чтобы собрать воедино, насколько это возможно, хаотичные поселения под единым патронажем Службы Охранения. Пока в рамках проекта на этой территории. Но в планах - Петров указал на карту позади себя - по всей стране.

- Времена государственности закончились двадцать лет назад. Зачем мелким поселением подчиняться кому-либо? Да ещё на навязанных условиях. Это же не бесплатная акция, я правильно понимаю? Вы просто желаете получать ресурсы чужими руками. - громко проговорил Добровольский, ёрзая на стуле.

- Вы отчасти правы - у всего есть своя цена. Наша цель покончить с тем хаосом, который начался благодаря коллегам Ивана Николаевича. Но сделать это единолично, у нас естественно, не получится. Нужны усилия всех выживших, ну или хотя бы большинства.

- Прямо как политики прошлого. Ушастый красавчик прав, вы лишь хотите доить людей словно коров, - поддержала Кирилла Света. Добровольский выпучил на неё глаза, но ничего так и не сказал.

- Вы вольны думать так, как вам хочется. Кто я такой, чтобы вас разубеждать. - Петров откинулся на кресле, сложив руки на груди.

— Это всё конечно интересно, но причём тут радио и микросхемы? - не выдержал Латарцев.

- О, наконец-то правильный вопрос. Обычный радиолокационный комплекс позволяет засекать объекты на относительно небольшой площади. Наша же разработка с применением многофункциональных микросхем позволит не только обнаружить то, что нам требуется, но и управлять всем, что имеет хоть какой-то минимально рабочий источник питания и электронную начинку, пусть даже устройства находятся в выключенном состоянии. Мы передадим своё предложение о сотрудничестве на многие километры вокруг. Оно зазвучит из всех динамиков, которые способны работать. Именно для этого нужны те две многофункциональные микросхемы. Их взаимосогласованная работа позволяет решить задачи, недоступные ранее.

- Эм... Вы второй раз изобрели радио? – непонимающе глянул на полковника Иван. Тот рассмеялся.

- Ну почти. Вот только есть одно маленькое отличие. Обычное радио можно было выключить. А вот нашу передачу контролировать сможем только мы, ведь выключать будет нечего. - Последнее предложение прозвучало как-то зловеще.

- Что и требовалось до... - начал было говорить Добровольский, но стены комнаты вдруг сотряс мощный удар. С потолка посыпалась штукатурка. С улицы послышались звуки стрельбы и повторяющиеся взрывы.

- Костя, узнай, что там такое! - воскликнул Петров, обращаясь к одному из охранников, который и сам понял, что происходит что-то неладное и выбежал за дверь. Возвращаться он не спешил, а какофония всё не умолкала. Тогда вслед за ним отправился и второй охранник.

- Ваши фокусы? - Грозно крикнул полковник и подскочил к пленникам, выхватывая пистолет из кобуры на поясе.

Какофония перестрелки сместилась ближе. Выстрелы зазвучали уже в самом здании и тут дверь кабинета распахнулась, выбитая спиной влетевшего в нее охранника. Он повалился навзничь и затих, истекая кровью из развороченной грудной клетки, а в проёме начали мелькать какие-то люди.

Полковник мгновенно сориентировался в происходящем и, достав ключ от наручников, расстегнул браслет, сковывавший запястья Светы.

- Не дёргайся! – прорычал он ей в ухо и схватив под руку потащил прочь от входа. Дуло пистолета уперлось в спину девушки. Ей ничего не оставалось как подчиниться и стараться не делать лишних движений.

Кабинет начали заполнять вооруженные до зубов бойцы, одетые в серый камуфляж. Добровольский обратил внимание, как через порог вслед за ними шагнул один, выделяющийся на фоне остальных субтильностью и небольшим ростом.

- Стоять! Я её убью! – закричал Петров, а худощавый боец поднял руки в успокаивающем жесте и медленно начал стягивать с головы шлем, вместе с балаклавой.

- Успокойтесь, Максим Игнатьевич. – Проговорил он. Вернее она. Из-под балаклавы показалась копна длинных, переливающихся всеми цветами радуги, волос. – Вам некуда бежать. Перестаньте ломать комедию, отпустите девушку.

- Золотарёва? Тварь! – Завопил полковник. – Да ты знаешь, что с тобой будет? Знаешь, что я…

- Заткнись идиот. – Повысила голос женщина. – Всё кончено. Мы сворачиваем твою деятельность, хочешь ты этого или нет.

- Ничего ещё не кончено, Ларисочка. Ты пожалеешь об этом! – такой спокойный на первый взгляд Петров, сейчас дергался будто психически нездоровый и плевался слюной во все стороны. Вот только это не производило никакого впечатления на женщину с радужными волосами. Она повернулась к пленникам.

- Добровольский, ты как, в порядке?

Дождавшись кивка, она приказала освободить их.

Кирилл подошел к женщине и наклонившись к её уху что-то спросил. Она положила руку на его плечо и утвердительно кивнула.

- Что вы там шушукаетесь! Отпустите моих людей и валите отсюда иначе я…

Какая именно кара должна была пасть на головы находящихся в комнате людей узнать было не суждено. Латарцев даже не успел заметить, как Добровольский выхватил оружие из расстёгнутой кобуры, висевшей на поясе Золотарёвой и выстрелил прямо от пояса. Пуля угодила чуть выше правого глаза полковника и его уже мёртвое тело бросило на орошённую красным стену кабинета.

- Поговорим? – спросила Золотарёва, когда в кабинете наконец остались лишь она, Добровольский и семья Латарцевых. Боевики споро удалились, утащив с собой труп бывшего полковника.

- Меня зовут Золотарёва Лариса Анатольевна. Я являюсь старшим научным сотрудником проекта особого значения «Заслон». - Женщина по-военному козырнула. Латарцев не смог сдержать нервный смешок.

- С каких пор научные сотрудники командуют отрядами спецназа?

- Понимаю ваши сомнения, но, какие времена такие и научные сотрудники. Да и не командир я тут, а только консультант. - Женщина присела на стул, занимаемый совсем недавно самим Латарцевым.

- Кирилл, - он кивнул в сторону здоровяка, - ваш засланный казачок?

- Да он наш агент, которому было поручено следить за вами. – Лариса Анатольевна откинулась на стуле.

- Тогда всё встаёт на свои места. Понятно зачем он влез в эту круговерть. - Иван махнул рукой.

- А вот тут вы ошибаетесь, - отрицательно помотала головой Золотарёва. - В его обязанности, помимо слежки, входило только обнаружение знакомых вам предметов. Рисковать жизнью — это его собственная инициатива. Которая, впрочем, дала отличные плоды. Дело в том, что Петров сотоварищи — это те люди, которые бы костьми легли, но не дали нам осуществить задуманное. Конечно, ещё предстоит много работы чтобы устранить всех сторонников идеи новой монархии, но начало уже положено. Благодаря вам, кстати.

- Устранить? И чем вы, в таком случае, лучше них? - проговорил Латарцев со скепсисом.

- А кто говорил, что мы лучше или хуже? У нас просто другие цели, вот и всё. Я бы хотела о них вам поведать, если, конечно, вы готовы слушать.

- А что, у меня есть выбор? - скепсиса в голосе Ивана стало ещё больше.

- Неволить вас я не собираюсь. Если желаете мои люди отвезут вас домой. Будете доживать остаток дней в относительном спокойствии. Либо же просто послушайте и делайте выводы, а там глядишь и удастся посотрудничать.

Иван взял свободный стул и поставил напротив Золотарёвой. Рядом с ним примостилась и Света.

Лариса Анатольевна положила ногу на ногу, обхватила колено ладонями и принялась рассказывать:

- Как вы знаете, после пандемии осталось не так уж и много людей. Эти крохи сейчас раскиданы по деревням и весям за многие сотни километров друг от друга. Каждый выживает как может. Как приспособился. Служба Охранения, вернее их верхушка, поначалу взяли контроль в свои руки, организовав хоть какое-то подобие законности, за что их стоит поблагодарить, но спустя годы мы столкнулись с застоем. Люди разобщаются всё больше и больше. К чему это приведёт? К тотальному вымиранию. Не останется в природе такого вида, как "человек". Их проект — это агония. Попытка выжать остатки ресурсов. Так нельзя...

Глаза женщины увлажнились. Голос едва заметно задрожал. Похоже было, что она действительно верит в то, что говорит. И переживает при этом. Золотарёва сделала пару глубоких вдохов, а затем продолжила.

- Нами был придуман проект. Проект по спасению и объединению тех, кто смог выжить. Тех, кто уже является по сути своей избранными. "Заслон" объединит за своими стенами этих людей. Даст шанс на нормальную жизнь.

- И какой вы видите нашу роль в этом вашем "Заслоне"? - переглянувшись с дочерью спросил Латарцев.

Около года спустя. Станция технических разработок. Территория поселения проекта "Заслон".

Одетый в чистый и аккуратно выглаженный технический комбинезон сине-серой расцветки, Иван Николаевич, в котором сейчас сложно было узнать того неопрятного и небритого поисковика, что-то подкручивал на панели приборов массивной установки, входящей в комплекс техники, которой была заставлена большая часть площади помещения. Рядом с ним стояла его дочь. Вокруг нервно расхаживали коллеги. Кто-то уточнял данные с экранов мониторов, кто-то проверял в сотый раз подключение проводов и ещё тысячу других дел, создающих вокруг нервозную атмосферу.

- Стоп! - Неожиданно выкрикнул Латарцев, убирая руки от пульта. - Всем покинуть помещение. Мы готовы начинать.

Он обернулся и дождавшись пока останется в одиночестве, вопросительно кивнул находящимся за прозрачной стеной наблюдателям – мужчинам и женщинам серьёзного вида.

- Секундочку, Иван Николаевич. - Раздался искаженный динамиками голос, а через несколько секунд в помещение вернулась Света в сопровождении Ларисы Анатольевны Золотарёвой.

- А Добровольскую сюда кто пустил? - улыбаясь спросил Иван Николаевич.

- Не бухти. - Отмахнулась Света, возвращая улыбку.

- Действительно, Иван Николаевич. Светочка столько вложила в этот проект. Уж не меньше, чем вы. Даже отпуск на медовый месяц не взяла. А вы всё ворчите.

Латарцев поднял руки в знак капитуляции.

- Всё, всё, сдаюсь. Мы можем уже приступить к делу?

- Да. Начинайте. - Золотарёва указала на кресло перед столом, на котором располагался микрофон.

- Эм... - Растерялся техник. - Я думал вы сами.

- Нет. Решено же, что первое слово за вами. Вы что, совсем не подготовились? – Женщина, одетая в строгий брючный костюм, выпучила глаза.

- Да как-то не до этого было. - Пожал плечами Иван Николаевич, но указанное место занял. - Что говорить?

- Пап, - положила ладонь на плечо Латарцеву Света, - давай начнем с приветствия, а там как пойдёт, хорошо?