После

Глава 1

Саша внезапно проснулся. Сел, огляделся. Ему приснился кошмар, будто он шел по коридору своей старой квартиры за человеком. И хоть между ними было расстояние в пару метров, но догнать незнакомца почему-то было невозможно. Саша понимал, что в этом сне нет абсолютно ничего, что должно напугать, но ему все равно стало жутко.

Он встал, оделся, прошелся по комнате и посмотрел в зеркало. Оттуда на него глядел светловолосый молодой человек семнадцати-восемнадцати лет, одетый в теплую, но не сковывающую движения куртку и штаны, на которых карманы, кроме своего обычного места, располагались еще и в районе коленей. Одежда была цвета хаки. На заднем фоне была видна серая стена подвала, в котором жил парень. Жил он не один, о чем подсказывали еще две кровати в отражении.

В действительности Саше Маркову было пятнадцать, просто в современных реалиях постъядерной зимы дети вынуждены были быстро взрослеть. В двенадцать лет уже каждый гражданин общины должен был приносить пользу. Конечно, работа поначалу не была тяжелой как, например, разведка или вал леса, но и мелких поручений тоже хватало. Кто-то собирал хворост (предварительно проверяя ветки дозиметром), кто-то поддерживал огонь в печках, кто-то сидел с детьми, пока родители были заняты работой. Тем же, кому уже исполнилось четырнадцать, доверяли оружие и дозоры на улицах и крышах уцелевших домов в дневное время.

Саша жил в одной из комнат подвала пятиэтажного дома. Комнатами, как жилыми, так и хозяйственными служили небольшие квадраты, отделенные друг от друга досками и листами гипсокартона. Снаружи дверь и часть стен утеплены старыми матрацами, ватой и газетами, а сверху зашиты листами железа. Остальной периметр защищал от холода и ветра многолетний и многометровый слой снега.

Комната парня была довольно-таки средней. В углах стояли две кровати, между ними притулился маленький журнальный столик. Напротив находился письменный, он же временами и обеденный. Время от времени по нему проползали тараканы в поисках еды. Рядом висело зеркало. Последний, четвертый угол занимал шкаф для одежды и еще одна кровать.

Марков посмотрел на часы. Через час начиналось его дежурство, и он решил прогуляться перед ним. Привычным маршрутом прошелся до дальнего конца подвала, в оружейную. Показал дежурному пропуск, взял свой пистолет Макарова и вышел на улицу.

Двор представлял собой типичный квадрат, окруженный по периметру серыми панельными многоэтажками. Одна из них, находившаяся напротив, уже почти развалилась, и из пяти этажей у нее осталось целых лишь два. Обломки остальных трех лежали рядом и частично загораживали детскую площадку. Та ржавым остовом качелей торчала из-под сугроба. Оттуда же напоминали о себе ржавые останки машин.

Слева, из прохода между домами, в котором виднелся еще другой похожий двор, к Саше спешила фигура. Через несколько секунд, когда фигура приблизилась, стало понятно, что это Слава. Лучший друг и не самый лучший сосед. Он выглядел полноватым. Одет был, как и Саша, в теплые куртку и штаны. Все цвета хаки.

- Саня, ты уже в курсе? Там Серый со своей компанией эндокринологию наконец открыл! - запыхаясь спросил Слава.

В районе, в котором жили ребята, находилось здание городской больницы. Никакой больницы там уже, понятное дело, не было, но медикаменты, оставшиеся со «старых» времен там еще искали. Еще искали альтернативный вход в отделение эндокринологии, ибо двери там были завалены рухнувшим потолком.

- Да ладно? – удивился Саша.- Как у них получилось, там же не подойдешь, пол и стены хрустеть начинают за два метра до завала? Потому никто его и не разобрал до сих пор.

- Мне Серега объяснял, как они это сделали, но он был на эмоциях и я не очень понял, вот. Я понял только, что они как-то по пожарной лестнице залезли, подцепили ближайшую решетку на окне «кошкой» и каким-то образом её вырвали оттуда.

- Понятно… Там нашли что-нибудь? Или как в прошлый раз, только ржавые койки?

- Ну, с первого раза они вытащили оттуда пару бутылей спирта, бинты и вату. Совсем вглубь они заходить не рискнули пока , мало ли еще рухнет. И да … там еще трупы есть,- печально добавил Слава.

- Много?

- Я не знаю, но, похоже, достаточно, потому что Серый пошел к главному.

- Радиоактивные? Будут хоронить? – спросил Саша, хотя и понимал что вопрос глупый. Одной из немногих вещей, которые позволяли сохранить подобие цивилизации в этом разрушенном мире, были традиции, которые тщательно соблюдались.

- Радиации нет вроде, так что будут. Там уже люльку пытаются повесить, вытаскивать их, – друг внезапно о чем-то задумался, резко хлопнул себя по лбу и добавил, - я чего сюда бегу, тебя Михалыч зовет.

- У меня ж смена через час еще, что случилось? – Марков удивился.

- У него Леха отпросился, его отправили помогать в больнице, страховать ли, распорки ли ставить, что-то такое в общем.

- Ясно, спасибо, Слав, ты как всегда информативен, - Саша не смог удержаться и подколол товарища.

- Да ладно тебе! Я главную мысль донес? Донес. Чего тебе еще надо?

- Все-все, ничего мне не надо, - получил примирительный ответ Слава. – Ну, я побёг тогда к Михалычу.

- Давай, удачи!

- Ага. Взаимно.

Пост находился на крыше девятиэтажного дома, на окраине. Место наблюдения представляло собой небольшой навес со столом и парой стульев и тёплую палатку. Оттуда было прекрасно видно лежащий через поле лес с одной стороны и парковку небольшого ТЦ – с другой. Михалыч уже был там один, когда Саша пришел. Артур Михайлович Андреев был немолодым мужчиной сорока-пятидесяти лет. Большую часть жизни он провёл в доядерном мире и нередко рассказывал о нем местным детям и подросткам. Сейчас же он сидел на краю крыши и задумчиво смотрел раскисшую, полусгнившую пачку из-под сигарет выкинутую здесь кем-то давным-давно.

Однако она все еще предупреждала сгнившей упаковкой, что «курение убивает» и не понимала, что в общине никто не курил. Последний блок кончился много лет назад.

- Привет, Михалыч! Что звал, что-то случилось?

- Да нет, просто Лешку отпросили, его отправили в больнице помогать.

- Понял тебя. Как дежурство?- спросил Марков.

- Неплохо, по парковке пара волков пошаталась, да в лес ушла. Даже в само здание не заходили. Древозаготовщики вот недавно тоже выдвинулись, но в другой сектор, так что с животными не столкнутся. В общем-то и все, – рассказал Андреев.

Из леса показался волк, внимательно осмотрелся, нырнул обратно за деревья и уже через секунду вышел обратно в сопровождении 3 щенят и еще одной, видимо, волчицы. Они двигались по краю поля, не подходя близко к развалинам домов, но, как будто наблюдали за ними. Крались быстро, но вместе с тем осторожно. Вскоре они скрылись из виду.

- Нехорошо это, - озабоченно сказал Артур Михайлович. – Видимо в лесу совсем все паршиво, раз волки мигрировать начали.

- А мне кажется им все равно лучше, они хотя бы могут уйти на другое место, если в старом у них еда кончилась или другие хищники пришли, – заявил Саша. – Да и не понимают, они что уходить то особо некуда, везде все одинаково. Снег и холод, снег и холод, снег и холод, снег и холод. Да может и мутанты какие появились от радиации,- добавил он после небольшой паузы.

- Думаешь лучше не понимать этого? – Андреев удивленно посмотрел на мальчика.

- Мне кажется да… Тяжело видеть, во что превратился мир и еще тяжелее понимать, что мы возможно последние люди на это пропаханной взрывами планете и что после нас никого не будет, даже, возможно животных, –с тяжелым вдохом пояснил свою позицию Марков. – Ты в курсе, что в больнице тела нашли?

- Да, мне уже рассказали. Я так понимаю, их будут хоронить?

- Слава сказал, что будут.

- Оно и понятно. Кстати ты знаешь почему, всегда хоронят взрослые мужики, да еще и не все? Потому что, когда снег раскапывают, доходят до земли, а там много всякой всячины. Достаточно неприятной, - Михалыч сделал паузу. – Помню, как-то раз когда я копал, дошли до асфальта, а там куртка маленькая и машинка игрушечная рядом на веревочке. Крайне неприятное зрелище, куртка - вот она, навсегда здесь осталась, а кости хозяина крысы растащили. А ты стоишь, смотришь на это и на душе так погано становится… - Голос Михалыча становился все тише и тише, а затем пропал окончательно. Мужчина замолчал. Марков не смел его спешить.

- Такое не все выдерживают, вот и хоронят всех в секрете, - подытожил Андреев.

Оба какое то время молчали. Затем Саша решился все-таки задать вопрос и продолжить тему.

- Слушай, а война,- на этом слове мальчик запнулся и сделал небольшую паузу,- долго шла?

Артур Михайлович отнесся к вопросу достаточно спокойно, или просто не подал виду.

Ты наверное думаешь, что она шла несколько лет? Как лет сто до этого? Как бы не так! Четыре часа и весь мир в труху. Долго ли надо на заветную кнопку нажать? Вот только тряпки и остались. Кости еще иногда попадаются… Грустным напоминанием потомкам, которых, возможно, и не будет, - последнюю фразу Андреев произнес печально и глухо. Вдруг встал, как будто опомнился и сказал.- Так! Хватит тут депрессуху разводить. Итак настроение, хоть волком вой … Ну-ка давай пятнадцать отжиманий, чтобы в башке дурных мыслей не стало.

Саша невольно улыбнулся.

- Извини, Михалыч, что-то я сам не знаю, что на меня нашло, – сказал он. От отжиманий это его, однако, не спасло. Не спасла его и теплая одежда, в которой отжимания становились крайне не удобными.

До конца дежурства подобных тем больше не поднималось. Экстренных ситуаций тоже не случилось. Из леса выходило еще несколько животных, но миграций больше не повторялось.

Древозаготовщики вернулись часа через полтора, с санями полными дров. Вместе с их приходом, пришло и время другой смены, поэтому дежурные попрощались и пошли своим подвалам, спать.

У Саши завтра были еще дела, которые никто не отменял, а Михалычу надо было идти за дровами.Завтра был тоже непростой день.