Петля пустоши

Глава 1

— Подъёооооом, салаги!

В располагу зашёл дежурный и, стуча по металлическому котелку поварешкой(«где он вообще её взял?») — будил выживших.

— Что, бедолаги, опять вас в бой не взяли, а?

Он стоял посреди располаги и ухмылялся.

— Вон, герой наш вернулся. Дункан в одиночку разнёс банду мародеров, рыскающих возле наших владений. А вы тут подушки давите.

Дежурный смачно харкнул прямо на пол в располаге. Как-будто бы он был недоволен. Да и какого чёрта Дункан попёрся туда в одиночку?!

Я встал со шконки и потянулся. Какого хрена я спал, пока был замес?!

— Слыш, дежурный, какого рожна ты не разбудил нас всех, когда произошёл бой? С хрена ли Дункан отправился туда один?

Дежурный, закуривший сигареты, прищурился на меня одним глазом и сквозь сигаретный дым произнёс:

— Да некогда было, там сям, вопросы. Одни туда, другие сюда. Как-будто и с Дунканом ехала орава, да только вернулся он один, а вы все тут отдыхаете.

Я сел на шконку, завязывая берцы и мрачно кивнул. Не дело это - бойца одного против отряда отправлять. Надо бы спать почутче, да реагировать побыстрее. А вообще странно, я был уверен, что отправился с Дунканом. Приснилось может, пока дежурный орал и пытался нас разбудить? Да ну, бред.

Выйдя из казармы я отправился в свой ангар. Мой Медведь стоял на месте. Я зову его ласково «Гризлак». А чаще всего - «Гриз». Люблю засранца! Хоть он видывал уже некоторое дерьмо. Установил на него специальный выхлоп — когда перекрываешь заслонку и даёшь газу - звук такой, будто сам сатана проносится на адской колеснице перед тобой. За это в округе меня прозвали «ужас пустоши».

Он стоял в ангаре и как-будто уже давно. Но капот еле теплый. Неужто на нём кто-то ездил? Или просто пристроил свой зад и нагрел капот? Да нет, врядли. В лучах солнца, попадающих на Гриза из окна под потолком я разглядел новое отверстие от пули. Хм, надо сказать механику, чтобы заделал. Откуда оно взялось вообще? Вчера не было…

—Джооооонс!

Я обернулся. На входе в ангар стояла Синта - местный механик, которая латает мою бричку.

— Джонс! Опять всю битву проспал, да?

«Да,да. Джонс проспал всю битву бла-бла-бла».

— Сама-то где была, Синта? — съехидничал я.

— Я-то как раз работала. У парней после последнего боя знаешь сколько всего восстанавливать. Причем, — она перешла на шёпот, — я в прошлый раз всё сделала, а сейчас пошла на обход и нашла новые отверстия от пуль, прикинь? И тачки теплые, хотя вы все спали…

Я посмотрел на неё с некоторым недоверием. Глянул снова на Гриза, туда, где нашел отверстие и мне показалось что его там…

— Эй, Джонс! Пошли выпьем.

Чёрт, потерял точку. Да и хрен с ней.

— Пошли.

В баре было оживлённо. Все поздравляли Дункана, который водрузил на свой бронемобиль новый флаг - раздобыл в бою. Мы с Синтой сидели в дальнем углу бара и смотрели не толпу и светившегося Дункана - по факту, заслужил.

— Слушай, Синта, у тебя не бывает ощущения, что в нашем мире, после Crossout’а — что-то пошло не так?

Синта аж поперхнулась.

— Ты прикалываешься? ЧТО-ТО? ПОШЛО? НЕ ТАК?

Она смотрела на меня, как на идиота.

— Да, как-будто время…ай ладно, не суть. Поеду прокачусь по окрестностям, мало ли что.

Я выпил бокал до дна и отправился на выход. Меня окликнула Дункан.

— Эй, Джонс! Куда собрался?

Уже подходя к выходу меня перехватил Дункан и мы вместе вышли на улицу.

— Да поеду окрестности посмотрю. А ты чего не весёлый? Такой бой устроил, один считай целый отряд вырезал.

—Угу, — как-то уж слишком мрачно сказал Дункан. Да и на лице — радости особой не видно.

Мы сели в "Гриза" и выдвинулись в окрестности. Всё было как-то слишком спокойно, а Дункан был слишком молчалив. Мы остановились на возвышенности, откуда видно въезд в ущелье и я заглушил мотор.

Дункан был мрачнее тучи и явно хотел что-то сказать. Я не выдержал.

— Ты чего такой хмурый?

Дункан скривился и посмотрел на меня так, будто я не должен был тут сидеть.

— Тебе никогда не казалось, что все эти вылазки, бои, смерти...ненастоящие? Как-будто мир после crossout’а издевается над нами и заставляет снова и снова вступать в битвы? Жаждет крови и смертей?

Я молчал, осмысливая.

— Не думал, почему каждый раз, когда наш отряд возвращается с битвы, часть бойцов спит?

Я не проронил ни слова.

— Перед этим боем я зашёл в свой ангар и знаешь что увидел? В правой двери - отверстие. От пули. Которого не было на кануне. Когда вы вернулись из боя, а я очутился на базе. Помнишь, ты ещё хвалился: "как жалко, что тебя не было, Дункан"?

Я кивнул.

— В этом бою, в котором тебя не было, ты ведь спал, да? Я точно помню, что я выжил потому, что меня кто-то прикрыл. Я помню, как рядом со мной в пылу боя, уже в самом конце - кто-то закрыл меня от снаряда, а я уничтожил вражину.

— К чему ты это?

— Бронемобиль очень напоминал кое чей..., – он смотрел на меня с некоторой растеряностью.

– А ты видел сколько запчастей я привёз? Нет? Так посмотри, это всё с последнего боя. Там запчастей явно больше, чем можно было собрать с того отряда, который я размотал.

Он замолчал и вышел из бронемобиля. Подойдя к краю, он повернулся ко мне, улыбнулся, раскинул руки в стороны и подался назад, падая с обрыва…

— Дункаааан!

Всё произошло стремительно. Я подбежал к краю обрыва. В этой темени ничего не видно. Фонарик - не пробивает так далеко. Сев в "Гриза" я быстро спускался вниз окружными путями. Внизу никого не было. Я обшарил всё. Может быть, там выступ и он за него зацепился? Я сел в "Гриза" и помчался на базу так быстро, как только мог. Приехав, сразу же нашёл командира и рассказал ему обо всём. Мы подняли бронелёт и отправились искать тело. И нашли его — он лежал на выступе. Аккуратно подняв его на борт - мы привезли его на базу. При нём, в нагрудном кармане, оказался конверт с надписью «ДЖОНСУ». Командир протянул его мне. Я посмотрел на него с удивлением и нерешительностью.

— Ну чего стоишь? Открывай.

Внутри конверта оказалась записка: «Если ты читаешь это - значит работает только в бою и моя теория не оправдалась. Следи за окружением, мой друг. Мы все находимся в кровавом цикле по сбору запчастей.»

Я протянул записку командиру. Он прочёл её и хмыкнул, пробормотав «бессмыслица». Достал зажигалку и поджёг записку вместе с конвертом.

Внезапно раздалась тревога. Мы выбежали на улицу и, не дожидаясь команды, разбежались по своим ангарам – по протоколу мы должны быть в своём бронемобиле, готовыми к срочному выезду и ждать приказа. Кого не возьмут – остаётся на базе. Я завёл "Гриза", проверил пулеметы и взялся за руль, ожидая приказа.

«Что значит записка Дункана? Какая теория? О чем он меня предупреждал…? Следи за окружением? Может быть среди нас предатель?» — мысли в моей голове не давали сосредоточиться. Из рации были слышны короткие приказы: «Айра! Грэм! Гюнтер! Джефф! Зеро! Манч! Джонс!». Услышав своё имя я рванул с места и помчался в сторону указанных координат…

Когда я добрался - бой был в самом разгаре. Войдя в мясорубку выстрелом из пушки я, не разбирая дороги валил всех, кого я не знаю. Взрывы были со всех сторон. Пулеметные очереди разрывали плоть металла со скрежетом, не давая барабанным перепонкам ни минуты отдыха. Где-то в канаве я видел бронемобиль Гюнтера. Он забрал с собой двоих. Зеро…его выдавили с обрыва, - бронемобиль сдавило и он не смог выбраться. Зацепив копьем, привязанным к лебедке, врага – он сумел утащить его за собой. Грэм, Джефф, Манч... они отдали свои жизни, защищая границу нашей обители. Когда последний патрон вошёл в тело вражеского бронемобиля и тот перестал подавать признаки жизни, мы с Айрой остановились. Рёв стих. Поле боя было усеяно железными трупами. Мы смотрели на поле боя, улавливая малейшее движение — вдруг кто остался жив — свой или чужой. Было тихо. Нескончаемый звон в ушах не давал сосредоточиться. Мы остались с Айрой вдвоём. Собрав запчасти, до которых смогли дотянуться — мы отправились на базу.

— Айра, ты помнишь, кто был с нами?

— О чём ты?

Мы сидели в баре и отмечали победу. Сегодня чествовали нас. Мы вдвоём с Айрой уничтожили подползшего к нам исподтишка врага и привезли аккумуляторы и детали в количестве, что бывает и за месяц отрядами не тащат. В баре во всю шла гулянка, а мы сидели в углу и смотрели, как все радуются — ненавижу такие гулянки.

— Мы точно были вдвоём в последней битве?

Айра посмотрела на меня как на идиота.

— О чём беседуете? — к нам подошла Синта и, подмигнув, уселась рядом.

— Джонс несёт какую-то чушь и думает, что это смешно. — Айра явно была не в духе после моего вопроса. Она язвительно прыснула и, забрав своё пиво, отправилась в гущу тусовки – потанцевать.

— Я слышала, что ты у неё спросил — сказала Синта, когда Айра ушла.

Я поднял бровь.

— И?

— Пошли, покажу кое что.

Синта встала и потащила меня за собой. Выйдя на улицу мы отправились в ангар Манча. Открыв его, мы увидели целехонький разведчик Манча.

— Посмотри сюда

Синта подвела меня к бронемобилю и показала на отверстие от пули.

— Ну и что? Обычное отверстие о пули.

— Принюхайся.

Я пригнулся и почти коснулся носом отверстия. Слабо пахло гарью. Но бронемобиль выглядел так, будто стоял здесь не меньше суток…

— Ничего странного не ощущаешь?

— Бронемобиль стоял здесь, отверстие от пули выглядит новым и пахнет гарью…

Синта смотрела на меня и кивала. Что-то здесь явно происходит. В обрывках памяти возникла записка Дункана «Следи за окружением, мой друг. Мы все находимся в кровавом цикле по сбору запчастей». Я помотал головой и попытался отрешиться от происходящего.

— Ещё у кого-то такое есть?

— У Грэма, Джеффа, Гюнтера и Зеро. У остальных все цело.

В голове начали возникать образы битвы. Слышу рёв пулеметов, дым от пушки, резкий маневр Манча и таран Гюнтера… какого хрена? Я снова помотал головой. Бессмыслица! Хрень! Дичь!

Моего плеча коснулась рука…я резко остановился. Почувствовав нежную руку на своём плече, я обернулся, Синта смотрела на меня с беспокойством и… любовью? Я смотрел в глаза Синты и пытался понять, что в них? Она начала приближаться ко мне… внезапно дверь открылась и вошёл пьяный Манч.

— Оооо, какие люди!, — его громкий пьяный голос разлетелся по всему ангару. Сам он был крошечный, метр с кепкой, зато громогласный, — вы чего забыли в моём ангаре?

Он прислонился к стоящим возле входа ящикам и явно пытался сосредоточиться на нас «четверых».

— Плановый осмотр, — сказала Синта.

— Агааа, — протянул Манч и незаметно, как ему показалось, подмигнул мне.

«Пошли», шепнула мне Синта. Очнулись мы в моём ангаре поздним утром следующего дня…

«Боевой выезд», — командир махнул головой в сторону моего ангара, смотря прямо на меня. Два раза повторять не пришлось. Я долетел на своих двоих до "Гриза" и завёл мотор. Проверяя готовность орудий, я заметил какой-то листок под соседним сиденьем. Вытащив его, я не поверил своим глазам - записка Дункана! Я открыл конверт. Да, это точно она. И почерк тот же! Но я точно видел, как командир её сжёг вместе с конвертом… некогда разбираться. В рации уже 30 секунд слышится «Джонс! Какого чёрта ты встал?! Езжай уже!». Я сорвал ручник и с ревом отправился на задание.

Караван шёл в наше поселение и подвергся атаке. А сегодня нам должны были привезти важные запчасти, которые нужны командиру. Мы не можем позволить каравану стать жертвой банд. Ворвавшись в бой меня накрыло — я вспомнил слова Дункана — «Значит, работает только в бою». Работает только в бою? Что он имел в виду? Я увернулся от лобового и пристрелил уезжающего ублюдка в спину из пушки. Я видел, как взрываются враги и соклановцы. Запоминал. В этом бою я запоминал всех, кто был с нами. Айра, ушедшая вместе со мной в этот бой, оказалась окружении у обрыва. Я ринулся на помощь: одного снес пушкой, а второго тараном отправил в преисподнюю…

— Подъёооом, салаги!

Дежурный зашёл в казарму, на ходу закуривая сигару. Я открыл глаза и ощутил острую головную боль. Дежурный был явно доволен.

— Последние новости! — начал он, — пока вы тут отсыпались, Айра в одиночку отбила караван у нападавших. Смотри, какие сигары притащили.

Он явно был доволен.

Я сел на кровати. Раскалывавшаяся голова не давала сосредоточиться. Возникали образы битвы: взрывы, пули, разрывающийся металл. Я иду на таран и падаю вместе с врагом с обрыва…

— Эй, Джонс!

Я поднял голову, Синта стояла и смотрела на меня. У них был крайне озадаченный вид. С трудом поднявшись, я отправился за ней в свой ангар. Синта подвела меня к моему бронемобилю. Он точно не выезжал никуда ближайшие двое суток. По крайне мере — на вид.

— Посмотри сюда и принюхайся.

Я склонился над пулевым отверстием. Оно пахло гарью. Но я никуда не выезжал. Меня скрутило резкой головной болью. В мыслях возникали образы битвы: соклановцы, вздымающийся песок, пули, пролетающие прямо над ухом и снова, Айра в окружении, я иду на таран и мы падаем с обрыва…

Синта подхватила меня, когда я терял сознание.

Очнувшись в лазарете я увидел Айви Го. Она смотрела в окно и явно была озадачена.

— Давно это у тебя?

Я промолчал. Она повернулась ко мне и снова спросила:

— Давно это у тебя?

— Что вы имеете ввиду?

— Не притворяйся, пожалуйста. Я говорила с Синтой.

Я кивнул. Мой рассказ начался с бара, Дункана, записки, последнего боя и мыслеобразов битвы, возникших в моей голове. Айви слушала меня очень внимательно и кивала, ухмыляясь.

— Давай я расскажу тебе историю. Когда мы только спустились в Долину, всё шло отлично. Пригодные для земледелия территории, хорошее место для обороны - мы заняли хорошее место. И так длилось достаточно долго, пока я не начала вспоминать свои выезды. Я «просыпалась» в тот момент, когда все возвращались из боя. Никто не видел в этом ничего странного, ведь так было всегда, сколько я помню. Всегда кто-то отсыпается, пока остальные на выезде. Но я помнила. Я помнила, что была в том бою, из которого они возвращались. Сначала это очень напугало меня. Начавшись через несколько лет жизни в Долине, это переросло в то, что я сейчас точно знаю, что была в том бою, из которого возвращаются наши бойцы, когда я «просыпалась». Я помню весь бой: что было, какую тактику использовали враги, кого подбили и кто тоже должен «проснуться». Ещё ни разу не ошиблась. Пока что я не понимаю, как именно Долина изменила меня и моё восприятие нашего мира. Но никому рассказать я не могла. До сего дня.

Я кивнул, точно понимая, что она знает, о чём говорит и понимает, что я чувствую. Она подошла к окну.

— Давай мы с тобой договоримся держать всё в тайне и не говорить никому, что происходит. Веди себя как обычно. С этого дня, твоя основная задача - закрепить этот талант. Запоминай всё, что происходит с тобой в бою: кто в него идёт, кто погиб, а кто остался жив. А после боя - вспоминай. Пересиливай себя, но вспоминай. В наших с тобой руках, возможно, самое сильное оружие, которое только можно найти. И мы не можем просто так, без борьбы, с ним расстаться. С этого дня, запоминай всё, что происходит в бою. Ты меня понял?

Она выжидающе сверлила меня своим мягким взглядом. Я кивнул.

С этого дня моя задача одна - запоминать. Умирать и запоминать. Выживать и запоминать. Просыпаться и вспоминать. И я буду запоминать.