Параноики и их гнезда

Глава 1

Бари Сыч

Параноики и их гнезда

Я спешил к убежищу. До него было недалеко – минут двадцать бодрого шага. Я двигался налегке и мог бы перейти на бег, но предпочёл не расходовать силы зря.

Убежище я построил задолго до всего этого, но его существование осталось тайной. В разговорах изредка я высказывался в пользу организации места, в котором хорошо будет отсидеться в случае каких-либо опасностей, и насколько это может оказаться полезным. Меня неизменно поднимали на смех, остроумно называя параноиком и лоботрясом, незнающим, куда приложить силы и средства. Такая реакция окружающих постепенно отвратила меня от мысли совместного спасения. Залог выживания виделся только в слаженных действиях. Если же мои товарищи недостаточно дальновидны, единственный способ избежать разногласий внутри группы – индивидуальное спасение. Нет группы – нет и разногласий. Так я стал выживальщиком-одиночкой.

Я считал, что готовность к разнообразным неприятностям не помешает, но относился к этому без фанатизма, который можно увидеть у отдельных современников, уходящих от мира в удаленные районы лесов и гор, отказывающихся от достижений прогресса. Не так уж и много сил тратил я на обустройство убежища, накопление припасов и периодическое их обновление. Совсем немного, учитывая, что сейчас эти усилия, кажется, спасут мне жизнь.

Больше всего я опасался войны или эпидемии какой-нибудь смертельной болезни, но все случилось несколько иначе.

В один из дней небо прочертил огненный след, скрывшийся за горизонтом. Земля вскоре ощутимо содрогнулась, и раздался отдаленный гул. По-видимому, это был крупный метеорит. Как впоследствии я понял, он упал страшно далеко, но оказался просто огромным.

Через некоторое время небо начало темнеть, заметно похолодало, и вскорости пошел снег. Снег! В наших-то широтах!

Я понял, что дело худо и решил эвакуироваться.

И вот – стою у входа в своё убежище, и на голову оседают снежинки. Я окидываю прощальным взором мир, покидаемый мной на довольно продолжительный срок. Надеюсь, когда я выйду на поверхность, климат примет естественные формы и хоть кто-нибудь из моих сородичей выживет. Снаружи им придется непросто, но они сами виноваты. Повели себя как глупые трицератопсы, не видящие дальше своих рогов!

Я резко развернулся, чуть не задев хвостом скалу, и вошел в пещеру, служившую мне убежищем.

***

Экскурсовод остановил группу возле голограммы.

– А здесь мы видим представителя вымершей фауны. Данный вид был чрезвычайно распространен около двенадцати миллионов лет назад. Он обитал почти по всей планете, однако, плотность расселения носила весьма неравномерный характер. Это было стайное животное. Некоторые стаи насчитывали десять миллионов особей. Вместе с тем, известны значительные территории, где не удалось обнаружить даже следов данных существ…

– Скажите, почему они вымерли?

– Сложно утверждать наверняка. Это был достаточно развитый вид. У них имелся довольно крупный мозг, четырехкамерное сердце, никакого хвоста. Согласно общепринятой теории, их зрение было способно даже различать цвета! Результат анализа окаменелостей показывает, развитую вторую сигнальную систему, что свидетельствует о высоком уровне общения. Вместе с тем, по-видимому, закат этого биологического вида был стремителен. Ученые находят по всему миру гигантские скопления скелетов данных существ. Чаще всего в таких скоплениях кости заключены в металлической скорлупе по нескольку особей. Что заставило их сбиться в подобные группы? Почему на месте логовищ самых многочисленных стай обнаружены массивы земли, спеченные как после воздействия очень высокой температуры? Почему эволюционная ветвь резко обрывается? Боюсь, на эти вопросы современная наука дать ответы пока не способна. А теперь прошу пройти в следующий зал, где вас ждет другой вымерший вид…

Я больше не слушал экскурсовода. Я смотрел на существо, которое бродило по нашей планете миллионы лет назад. Две верхних конечности, две нижних, хвоста нет, верно. Голова почти целиком покрыта мехом. Когти плоские, зубов не видно, наверное, мелкие. На информационной табличке значилось, что данный экземпляр являлся редкой находкой – он был найден в каменной норе явно искусственного происхождения, набитой припасами. Видимо, этот зверек делал запасы на зиму, но что-то пошло не так. Я вздохнул. Настроение мое стало философским, как всегда со мной случалось от посещения музея. Что мы перед Историей? Песчинки…

2018