«Ожившие строки». Артбук иллюстраций по мотивам книг.

Пепел

Здесь вас ждут арты, по мотивом моей повести «Пепел». https://author.today/work/598144

1. Обложка книги

2. Портрет Джейка - главного героя истории. Бывшего архитектора, который чудом пережил катастрофу, но потерял в ней семью и свой рассудок.

3. Портрет Саймона - храброго солдата, который отправился через всю страну, чтобы найти свою семью.

4. Портрет Брэдли - мудрого хирурга, который помогает Саймону в его поисках.

5. Хэнк - выживший автомеханик, чьё прошлое покрыто тайной.

6. Иллюстрации из книги по отрывкам.

Подвал был его миром. Девять шагов в длину, шесть в ширину. Три стены из бетона, одна — из старого, потемневшего от времени кирпича. Два вентиляционных отверстия под самым потолком, через которые никогда не проникал солнечный свет — только воздух, затхлый и холодный, пахнущий сыростью и чем-то ещё, чему Джейк так и не нашёл названия. Чем-то, химическим, мёртвым. Может, так пахла сама земля, пропитанная радиацией, а может — разлагающийся где-то наверху мир.

Он встал. На стене велся календарь. Не было карандаша, и он использовал осколок кирпича, чтобы выцарапывать зарубки. Ровные столбцы, в каждом по тридцать черточек, плюс дополнительные ряды. Четыреста пятьдесят шесть глубоких царапин. Первую он нанёс ещё дрожащей левой рукой, когда правая набухала синюшным отёком. Сегодняшняя легла чуть неровно — кирпич соскользнул. Календарь на ощупь был похож на шрифт Брайля, составленный из дней боли, голода и ожидания.

Руины. Бескрайняя пустошь из бетонного крошева, вздыбленного асфальта и ржавого металла. На обугленных фасадах многоэтажек проступала сыпь — каверны, выжженные кислотными дождями. Там, где прежде шумели проспекты, теперь лежали поля спекшегося стекла и провалы в подземные коммуникации. Ни птиц, ни насекомых — тишина была такой плотной, что становилась звуком, но сейчас её нарушал ветер. А ветер в этом мире никогда не приходил один.

Какое-то мгновение он лежал, переводя дыхание, а потом услышал шёпот.

— Вставай, Джейк.

Он замер. Голос пришёл не от ветра, а из-под земли. Или изнутри его собственного черепа. Он был мягким, почти ласковым, с теми тёплыми интонациями, которые он уже начал забывать. Голос Сары. Жены.

— Вставай, ты не можешь здесь лежать.

Сара стояла у обочины дороги.

Она появилась внезапно — как всегда. Джейк моргнул, и вот она уже там, в нескольких метрах, в своём старом пальто, с волосами, собранными в небрежный пучок.

— Сара, — прошептал он.

Она не ответила. Только ветер тронул край её пальто — и она исчезла, растворилась в сером мареве, оставив после себя лишь холод.

Джейк стоял и смотрел на пустое место.

Он знал, что её нет. Знал уже четырнадцать месяцев. Голоса — это лишь ложь умирающего от одиночества сознания.

Но каждый раз, когда она приходила, его сердце замирало, а разум отключался, поддаваясь иллюзии. На долю секунды он верил — по-настоящему, искренне, как верят дети в чудеса. А потом реальность возвращалась, и с ней возвращалась боль. Не физическая — другая. Та, что гнездилась где-то глубоко в груди и не проходила никогда.

— Прости, — сказал он, сам не зная за что.

Но Сара уже ушла.

Джейк заметил его издалека. Высокая фигура в обгорелом защитном костюме, с оплавленным шлемом на голове. Костюм местами обуглился до черноты, местами — расплавился и прилип к телу, образуя уродливые наплывы синтетической ткани.

Пожарный повернул голову. Его лица не было видно за тёмным стеклом шлема, но Джейк знал, что оно там — обожжённое, изуродованное, неузнаваемое. Знал, потому что уже видел его. Много раз.

— Ты не настоящий, — сказал Джейк.

Пожарный сделал шаг вперёд.

— Ты не настоящий!

Ещё шаг. Правая рука Джейка запульсировала болью — острой, внезапной, словно кто-то ударил молотком по старому перелому. Он вскрикнул и выронил ломик. Тот упал с глухим звоном.

Пожарный был уже в нескольких метрах.

— Уйди, — прохрипел Джейк, прижимая правую руку к груди. — Уйди, уйди, уйди...

Кафе оказалось небольшим — всего на десяток столиков, расставленных вдоль панорамного окна, выходящего в атриум. Окно было целым, только покрытым толстым слоем пыли, сквозь которую свет просачивался мутным, желтоватым маревом. Столики стояли на своих местах — аккуратные, с белыми пластиковыми столешницами и металлическими ножками. На некоторых до сих пор лежали салфетки — иссохшие, пожелтевшие, но всё ещё сложенные аккуратными треугольниками. Солонки. Перечницы. Маленькие вазочки для цветов, давно пустые. Всё это создавало жутковатое впечатление застывшего времени — будто посетители только что встали и ушли, оставив недопитый кофе.

А потом горизонт взорвался.

Сначала — вспышка, неестественно яркая, режущая глаза даже сквозь тёмные линзы очков. Потом — грохот, низкий, утробный, идущий не с неба, а откуда-то из-под земли. Земля дрогнула под ногами. Джейк покачнулся, вцепившись левой рукой в ломик, и увидел, как на севере, там, где раньше был промышленный район, в небо поднимается стена.

Она была чёрной. Не серой, не бурой — абсолютно чёрной, как сажа, как бездна. Она росла с каждой секундой, закручиваясь в гигантскую воронку, вбирая в себя пепел, обломки, остатки мёртвого города. Торнадо. Нет — не просто торнадо. Радиоактивный смерч, несущий в себе всю отраву, накопившуюся в руинах за полтора года.

Закончив привал, все трое выживших покинули свою стоянку и направились в убежище Джейка. Солнце так и не показывалось — оно вообще редко показывалось в эти дни, скрытое плотной пеленой облаков и взвешенной в атмосфере пыли, — но мир наполнялся тусклым, болезненным свечением, достаточным, чтобы различать дорогу.

Загородный дом стоял на отшибе — в стороне от основной дороги. Когда-то это было уютное место: двухэтажное строение с деревянным крыльцом, с большими окнами, выходящими на лужайку, с камином в гостиной и кухней, отделанной в деревенском стиле. Теперь крыша частично обвалилась, окна были выбиты, а стены покрылись трещинами, но дом всё ещё стоял. Этого было достаточно.

На второй день пути они наткнулись на кладбище автомобилей. Огромная пробка, растянувшаяся на несколько километров, застыла на автостраде. Сотни машин — легковушек, автобусов, — бампер к бамперу, с выбитыми стёклами и распахнутыми дверцами. Люди пытались уехать. Бежали из города, надеясь спастись. Но взрывы настигли их и здесь. В некоторых машинах до сих пор сидели скелеты — целые семьи, умершие вместе. Джейк смотрел на них и вспоминал свою семью. Сару. Лиама. Он тоже мог быть здесь — в одной из этих машин, с пробитым черепом или обгоревшей кожей. Но он выжил.

Внутренний двор завода был заставлен недостроенными машинами. Грузовики, внедорожники, пикапы — все без колёс, без двигателей, без стёкол. Они стояли рядами, как на параде, покрытые пылью и ржавчиной. Некоторые были смяты, словно по ним проехалось что-то тяжёлое. Другие — обгорели. Третьи — просто развалились от времени.

— Идите сюда! — раздался голос Саймона.

Он стоял у небольшой бухточки, скрытой за выступом берега. Здесь лежала лодка. Старая, деревянная, перевёрнутая вверх дном. Её борт был покрыт потрескавшейся краской, некогда синей, а теперь облупившейся до серого дерева. Но корпус выглядел целым — ни пробоин, ни трещин, ни следов гнили. Лодка была небольшая, рассчитанная на трёх-четырёх человек, но достаточно широкая, чтобы выдержать их всех вместе с рюкзаками.

Путешествие в Бездне

Здесь вас ждут арты, по мотивам романа Григория Бочарова «Путешествие в Бездне». https://author.today/work/557999

Выполнены для участия в его конкурсе. Каждый персонаж истории представлен в двух вариантах: канонический образ из книги и мой фанатский взгляд на них «за день до катастрофы».

1. Альфред Боуман

2. Лейтенант Зив Кидновский

3. Эндрю Уилсон

4. Клайв Коллинз

5. Макс Уилсон

6. Кэрол Уилсон

7. Майор Гарольд Роббинс

8. Сержант Томас Хейз

9. Дженнифер Морган

Остальные работы

Здесь я собрал остальные свои независимые арты.

1. Обложка произведения «Грань» https://author.today/work/581555

2. Обложка интервью со мной https://author.today/post/904963

3. Арт, сделанный на заказ для пользователя Елена Читатель https://author.today/u/elenarider

4. Две версии обложки данного артбука