Охота на охотника

Глава 1

Глава 1.

Кошки-мышки.

Серый, склизкий туман окутал все вокруг. Заполз в сапоги, промочил одежду. Казалось, что на ногах тяжеленные ледяные колодки. Сердце лупит в ребра как безумное, гоняет отравленную туманной сыростью кровь, а запах болотных испарений подогнал ком к горлу. Захотелось вдруг оказаться в сухой, теплой кровати. Обнять любимую, провести ладонью по нежной гладкой коже, зарыться лицом в ее волосы и ласкать, целовать, кусать… Под ногами чавкнуло и намертво схватило сапог.

— Твою мать!.. — Влад схватился за голенище, потянул с силой. Проклятая грязь словно зубами вцепилась в подошву, не отпускала. — Ну, давай же, скотина, отпускай!

Сапог нехотя выполз из грязи с нервным «ча-а-а-а-вк». Влад облокотился на чахленький ствол сосны, что словно выскочка торчала с большой мшистой кочки.

— Еще пара километров и лагерь, — подбодрил он себя вслух, — там и еда и отдых. Давай, ты крепкий брутальный мужик. Злой и голодный. Врагу не сдается наш гордый Варяг…

Сухой стук, пролетевшая мимо чешуйка коры: все это было как в замедленном кадре. Прежде, чем Влад успел сообразить, тело само прыгнуло в сторону, глаза уже искали цель, сквозь коллиматорный прицел арбалета. Тело медленно погружалось в грязь, в сапог что-то заползло склизкое, теперь гнездится между пальцами. Из оцепенения вывел удар в грудь: сердце, как и дыхание, замерло на этот жуткий момент, а теперь проснулось и едва ребра не проломило.

Он поддался любопытству и взглянул на кривую сосну. В паре метров над мхом из ствола торчит лучная стрела. Это было худшим вариантом. Луки стреляют куда быстрее арбалета, но необходимо для выстрела привстать для прицела. Арбалет же можно перезаряжать лежа в грязи. Он отполз за соседнюю кочку, перевел дыхание. На часах замерло время. Семь утра. Сильный прыжок и вот он сломя голову мчится от кочки к кочке, а туман, как назло, почти рассеялся. Теперь только движение спасет от стрел. Больше нет спасительной пелены, в которой можно раствориться, спрятаться и в нужный момент послать болт в зазевавшегося врага.

Казалось, он бежал вечность. Под ногами уже затрещали мелкие веточки, а болото сменилось мшистым покровом чахлого леса. Пару раз взгляд наткнулся на шляпки белых грибов.

Надо же, — отметил про себя Влад, — на волоске от смерти, а все грибы высматриваю.

В животе неприятно и требовательно квакнуло, а ноги стали подкашиваться и предательски цепляться за все неровности. Но перед глазами стоял спасительный конец леса и открылось огромное поле.

Вдалеке угадывалась темная полоса, там опять лес начинается, но уже не такой больной и гниющий, а настоящий лес, как из детских сказок. Там чудеса, там леший бродит… Русалка с вот такими сиськами на ветвях пиво пьет и кот валерьянку хлещет.

Влад улыбнулся от такой мысли. Это уже нервное, но на удивление, всегда помогло отвлечься от внешних факторов и сконцентрироваться на движении.

Он выбежал в поле и залег за небольшой порослью лопухов. В бинокль стало видно, как за дальними деревьями болота мелькнула быстрая тень. Сразу же зеленая точка прицела просканировала то место.

— Ага, попался! — Влад оторвался от прицела, глянул на болт. Лежит ровно, наконечник с бритвенной заточкой зло поблескивает на утреннем солнце. — Давай сыграем в кошки-мышки!»

Он всматривался в каждый куст, в каждую кочку — а вдруг противник двинется. Огляделся… Поле с редкими кустами, кузнечики прыгают, птички поют. Приятное тепло июльских солнечных лучей стало проникать через одежду, выжигая смертельную сырость. В сапоге что-то опять зашевелилось, поползло по голени, шмыгнуло из сапога, спасаясь от проклятого тепла. Как было уютно в гниющем болоте прилепиться к размякшей гнилой туше, а тут живое тело. Какая гадость. Да еще и в убийственном тепле.

По плечикам арбалета проползла толстая, мохнатая гусеница. Пара муравьев, как наездники вцепились в ее мех. Вот дурачки. Влад почувствовал, что веки тяжелеют. Еще бы… Ночь погони, убийств, холода и голода. Адреналин выжал из тела максимум и теперь начинается предательский сонный отходняк, даже не смотря на то, что погоня, как таковая, еще не закончилась. Пора с этим завязывать.

— Шептун вызывает базу, — в ухе зашипело. Сначала была неразбериха, но затем раздался встревоженный голос. — База, рад слышать.

— Шептун, это база. Доложить!

— Лежу у входа под прицелом. Заметил только один лук. Еще трое остались кормить падальщиков километрах в пяти в болоте. Цель поражена, за мной хвост.

— Шептун, какого черта ты приволок их сюда?

Влад грязно выругался, не обращая внимания, что все идет в эфир. Сквозь помехи услышал звонкий голос другого охотника:

— Шептун, ну нашептал, аж уши свернулись.

Влад улыбнулся, этот голос он узнал бы из тысячи.

— Здорова, Бумка. Как улов?

— Да вот, держу чью-то мокрую задницу на прицеле.

Влад ухмыльнулся, точка прицела выхватила у кромки леса качнувшийся куст, секунду спустя рассмотрел птичку, раскачавшую тонкую ветку.

— И о чем же говорит эта задница? — Влад слегка пошевелил ягодицами.

— Говорит, что им пора на теплую кроватку, милый.

Влад не смог удержать улыбку. Он был безумно влюблен в Бумку. Их роман был явным нарушением всех правил базы. Но обоюдное решение никогда не работать в паре убедило начальство не разделять их.

— Давай-ка, любимая, устроим праздник жизни и смерти?

— Какого дьявола вы там воркуете — захрипел База от злости. Этот старик так и получил позывной «База» Всего лишь безногий диспетчер, но всем он был как родной. Ворчун, каких свет не видывал. — Эфир могут прослушать.

— Значит кто-то сейчас слышит, что это его последняя минута.

Рация работала всего на полкилометра. Если слышишь голос в наушнике, значит кто-то из своих в пределах пятисот метров. Засечь волну нереально, но если случится такое — расшифровать сигнал будет крайне сложно. А пока работает дешифратор, охотник уже успеет смыться или выполнить работу. Жизнь в движении. Остановился — умер. Бегом от смерти, бегом…

— Лапуль, подними-ка свою чудную попку из лопухов, тут Бяка подтянулся. Держит на прицеле твоего обидчика. Тот зарылся между кочками, только пятки торчат. И, кстати, у него лук за спиной болтается. Значит он тоже с арбой.

— На раз-два-три? — Влад удобнее перехватил арбалет, сердце забилось чаще, адреналин наполняет мышцы силой, скоростью. Последний рывок.

— Пошел!

Влад подпрыгнул с положения лежа. Перевернулся в воздухе и рванул в сторону. Параллельно линии леса. Через десять шагов раздался возбужденный голос Бяки:

— Падай! Черт, Бумка!..

Влад рухнул как подкошенный. Дыхание перехватило.

— Что у вас? Бяка? Что было?

— Сейчас… — голос Бумки стал непривычно напряженным.

Мимо просвистел болт. Было легко отличить звук болта от звука стрелы.

— Все, готов обидчик, Бумка его завалила.

Влад аккуратно поднялся. В двадцати метрах сзади поднялась кочка. А справа метрах в пятидесяти вдруг поднялся и зашагал куст. С него как безумные рванули две птички.

— Суки, на шлем нагадили.

— Считается, что приносит удачу, — засмеялась Бумка, — Бяк, что там было?

Влад зашагал навстречу разлохмаченной кочке, из которой высунулась рука с арбалетом, вторая рука плавно закрепила новый болт в крепеже на ложе.

— Там сапог был и лук. Я в ногу пальнул, а башмак в сторону отнесло. Ловушка, отвлекалочка. Как умно… суки! — процедил он сквозь зубы.

— Бяк, ты со ста метров попал в башмак?

Влад обнял Бумку, он уже не слышал как Бяка залился соловьем какой у него арбалет навороченный и что все рекурсивники базы надо на помойку, будущее за блочниками… А еще Влад не расслышал предостерегающего вскрика, только поцелуй любимой, вдруг сменившийся секундной болью и темнотой.

Глава 2.

Через тернии к жизни.

Влад… Владя… Зай…

Влад мучительно медленно открыл глаза. Серый потолок, паутинка в углу. Немного болит рука. Над ним склонилось заплаканное личико Бумки.

— Влад, наконец то…

— Аленка… — голос вырвался из горла ядовитой колючкой, разодрав небо и язык.

— Молчи, вот вода.

Влад сделал несколько глотков, в голове немного прояснилось.

— Облепиха? — он с любовь посмотрел на девушку. — Но это же такой дефицит?

— Тебе полезно. С днем второго рождения, зай!

Влад попытался сесть, Алена помогла, подсунув под спину валик подушки. Он еще раз оглядел ее. Тростиночка, рыжие волосы всклокочены, словно на этой чудной головушке огонек горит яркий. Глаза серые, блестящие от слез. Губы, ах эти губы…

Он едва не задохнулся от поцелуя.

— Люблю тебя, — прошептала девушка и Влад готов был отдать все что угодно за эти слова. Лишь бы слышать их вновь и вновь. — Тебя ранили.

— Что было? Ты же его убила.

Алена улыбнулась, но глаза стали серьезными.

— Я попала в него, но выстрел не был смертельным. Это же не ружейный выстрел.

— Я знаю, от стрелы умираешь долго. Так он все-таки умудрился как-то в меня послать стрелу?

— Нет, не он. Там был еще один стрелок. Женщина. Она стреляла.

— Завалили?

— Нет, ушла в лес. Бяка еще не успел перезарядить «Предатора», а я не смогла потому, что стрела вошла мне в ладонь, прошла через твою лопатку, рядом с сердцем и вышла из груди. Так что во мне дыр оказалось больше, чем в тебе. — Она показала перебинтованную руку и задрала серую, штопаную майку. Чуть ниже правой груди показался небольшой кусочек пластыря. — Царапина, только кожу прокололо.

Влад почувствовал, как по телу прошел жар, кулаки сжались до боли. Они на поле обнялись, он специально повернулся спиной к лесу, заслонив Аленку от вероятной опасности. Даже не он, а его тело. Само, как тогда на болоте, среагировало быстрее мозгов, приняло решение, а он даже не заметил, как повиновался инстинктам и интуиции.

— Того стрелка прикончили на базе. Он так ничего не сказал, а за женщиной почти сразу рванул Бяка. Он опытный охотник, найдет и завалит.

— Почему решили, что женщина? — Влад все еще туго соображал. Наркоз отходил, и с ним приходил адская боль. Казалось, что через него медленно тащат раскаленный прут. Но вида не показал.

— Она после выстрела подбежала ко второму стрелку. Было слышно, как она вопит. Такой ужас в голосе…

Влад хотел было приласкать Алену, но левая рука оказалась прибинтована к телу, а правой было больно шевелить, нервы горели как адские костры.

— Она могла бы выстрелить, мы были у нее как на ладони. Но не сделала.

— Вот почему нас не посылают вместе в рейды. Случись что, не сможем поступить хладнокровно, — он любовался Аленой. Такой родной, красивой, нежной. Боль тихо уходила. — Поцелуй меня!

Аленкины губы были такие мягкие, нежные. Ладошки скользили по небритым щекам, по волосам. Когда девушка отстранилась, Влад уже спал. На лбу выступили бисеринки пота. Она промокнула его лоб бинтом, еще раз легонько чмокнула парня и вышла с палаты.

— Алена? — Бяка в полном снаряжении стоял недалеко от двери.

— Серега… Алена бросилась к нему на грудь и разрыдалась.

Сергей был ей вместо отца. Пусть всего на пятнадцать лет старше, но его мудрость, забота и любовь были как у отца. Она не знала что такое любовь папы, но была уверена, что именно так папа и любит дочь.

— Я не догнал ее. Ушла, сука. Я найду ее, клянусь.

Алена отошла от него на шаг, ладошки прижаты к груди, в глазах неподдельный ужас. Сергей сбросил на пол маскировочный плащ, шагнул к Алене, снова обнял.

— Я все знаю. Доктор рассказал.

Девушка словно затравленный зверек старалась вжаться в могучую грудь охотника. Спрятаться от реальности, что должна была вылететь из его уст.

— Задето сердце. В лучшем случае он протянет еще пару дней, если пульс не поднимется выше ста ударов. Новое сердце должна доставить группа скаутов. Ни у кого из пленных нет его группы крови, чтоб пересадить.

— Бяка… — Сергей увидел, как к ним подошел худощавый юнец в нелепых очках на пол лица.

— Там… — он покосился на Алену, запнулся.

— Говори! — приказал Сергей. Он уже догадался, что могло произойти.

— Там доложили, что группа скаутов попала в засаду, груз потерян, двое тяжелых.

Казалось, что сердце Алены и Сергея замерло одновременно и больше не стукнуло. Девушка медленно отстранилась от стрелка. В глазах полыхнула решимость и ярость.

— Я добуду ему новое сердце!

— Я с тобой. — Сергей, подал ей арбалет Влада. — Перестреляем сколько надо.

Финал.

Охота на охотника.

Медленно поднялся дерн на поле, образовалась полуметровая щель из которой скользнули как два призрака Бяка и Бумка. Так же неспешно и тихо опустилась металлическая плита убежища.

— Пора. — Сергей снял с предохранителя «Предатор» и как змея, извиваясь всем телом, пополз к кромке леса.

Алена взглянула на «Дикого Кота» в руках. Арбалет Влада. Усиленные плечи едва ли уступали «Предатору». На бедре, рядом с единственным рабочим револьвером на всю базу, немного громоздкая технологичная сумка для сердца. Если повезет, то доставят донора живым. У Сергея прибор, что сможет определить совместимость, группу и резус. Высокие технологии, остатки прошлой жизни, которую похоронили в последней мировой войне. Они обязательно должны успеть.

— Пора открыть сезон охоты на охотников. — прошептал Бяка, — скауты успели передать сигнал, что нашли временный лагерь противника. Перевалочный пункт с рабами. Там наши шансы найти нужное сердце…

— Вперед! — не своим голосом прошипела Бумка.

Она обязательно все сделает, ведь где-то там, в теле врага бьется сердце ее любимого.