Некокалипсис

Глава 1

Это случилось три года назад…

Никто не знает из-за чего, хотя среди необращённых ходили разговоры о том, что само мироздание разозлилось на человечество. За их злобу, жестокость, утрату совести и огромную алчность… Возможно, это было правдой, возможно – нет, выяснить это всё равно вряд ли кому удастся!

Когда начались первые массовые обращения, отключилось электричество и пропала связь, Вячеслав, вместе с родителями, находился на даче. В тот год, тот злосчастный август, они как раз собирались уже возвращаться домой, когда один из соседей вернулся в дачный посёлок, уже будучи укушенным и рассказал, что творится в мире. Он стал обращаться прямо на глазах Славы и его родителей, и им ничего не оставалось, кроме как спрятаться на даче.

Тогда ещё шестнадцатилетний парень, с ужасом смотрел, как у соседа вырастает рыжий хвост, отпадывают человеческие уши, а вместо них, сквозь волосы, начинают расти новые, покрытые рыжей шерстью, а сам он вдруг начинает громко урчать…

И вот прошли эти самые три года!

За эти года, дача Славы превратилась в настоящую деревянную крепость, обнесённую колючей проволокой, чтобы ни один обращённый, славившиеся своей ловкостью, не сумел проникнуть на территорию. Здесь у него было всё, что необходимо для жизни, вроде еды, лекарств и средств, чтобы отбиваться от обращённых. Не хватало молодому парню лишь одного – общения…

Родителей постигла неудача во время очередной вылазки за припасами, около шести месяцев назад – как и почти всех людей, их укусили обращённые, сделав частью своего общества. С тех пор, уже девятнадцатилетний юноша, жил один, время от времени делая вылазки в город, как в поисках припасов, так и в поисках необращённых.

***

Сжимая в руке серебристый бубенчик, Слава толкнул дверь заброшенной аптеки. Он не был уверен, остались ли тут ещё припасы, но хотелось верить, что несколько упаковок парацетамола найдётся. Хотелось, потому что иначе его долгий и опасный путь на машине, для которой достать бензин довольно трудно, в соседний город был напрасным…

- Кис-кис-кис, - тихо позвал парень, заходя внутрь, аккуратно закрывая за собой дверь. Время едва перевалило за полдень, и потому сейчас было менее опасно делать подобные «чистки». Обращённые, по-большей части, активны по ночам, особенно во время «течки». – Эй, тварюшки хвостатые, выходите…

В аптеке стояла тишина. Хмыкнув, Вячеслав прошёл глубже и стал осматриваться. Все полки за стеклянной витриной были пусты, лишь кое-где валялись пустые баночки и шприцы. Сделав шаг в сторону двери, ведущей за прилавок, он едва не наступил на пустую упаковку от таблеток, выругавшись сам на себя.

Пройдя за прилавок, юноша двинулся было на склад, когда услышал шорох, донёсшийся оттуда. Замерев, он прислушался, покрепче сжав в руке бубенчик, и на всякий случай достав из кармана веточку кошачьей мяты. В тот же момент, шорох повторился, а затем дверь скрипнув, немного приоткрылась.

- Ня-а! Как же хорошо, ня, я выспала-ась! – растягивая слова и позёвывая, со склада вышла молодая девушка, с пушистым чёрным хвостом и кошачьими ушками на макушке, покрытыми такой же чёрной шерстью. – Сейчас бы молочка выпить….

Заметив стоявшего без движения Славу, обращённая захлопала длинными ресницами и схватившись за свой хвостик, мило улыбнулась. Как и все, подобные ей, обращённые не признавали одежды, словно бы пытаясь своими идеальными фигурами, изменяющиеся до такого состояния у всех, кого укусили, соблазнить оставшихся людей перейти на их сторону. Вернее, обратиться в подобное существо…

Слава не знал, как обращённые не мёрзнут зимой, но это был факт! Он много раз видел, как группы кошколюдей резвились в снегу, и иногда он вспоминал об этом, особенно в холодные ночи, когда температура опускалась до минус тридцати. Его даже посещали мысли о том, чтобы позволить обращённому сделать себе «кусь!», но всегда отбрасывал эти мерзкие, грязные мысли.

Желание оставаться человеком у него было очень велико!

- Уходи… Пошла прочь! – злобно произнёс Слава, делая шаг назад, тогда как обращённая наоборот сделала шаг в его сторону, виляя бёдрами и премило улыбаясь. – Давай, кошатина… Проваливай!

- У-у-у! Как грубо, ня! Зачем ты так ко мне обращаешься? Я ведь не сделала тебе ничего плохого или злого, ня!

- Просто свали отсюда, иначе… - быстро убрав бубенчик в карман, Слава схватил со спины веник и словно рапиру, сделал им выпад. Обращённая отпрыгнула и выгнув спину, злобно зашипела, обнажив свои четыре клыка. – Брысь! Брысь, хвостатая!

Угрожая веником, Слава сумел прогнать обращённую, перепрыгнувшую через кассу, на улицу. Облегчённо вздохнув, зная, что теперь она сюда не вернётся как минимум час, он быстро отправился на склад, где обнаружились остатки не разграбленных лекарств.

По-быстрому накидав таблетки, ампулы и шприцы в рюкзак, он двинулся к задней двери, продолжая держать веник в правой руке, а в левой уже сжимая бубенчик, заменив на него кошачью мяту. Обнаружив, что дверь была заперта, он решил вернуться к главному входу, но стоило ему только выйти наружу, как его окружили.

Обращённые, коих было около двух десятков, выпрыгнули из-за углов дома и со второго этажа, ведь аптека располагалась в жилом комплексе. Один неко попытался добраться до Славы сверху, но парень уже знакомый с их повадками, ловко уклонился и ударил веником обращённого по спине, заставив его с шипением и поджатым хвостом ломануться через своих, прочь отсюда.

Окружённый няшной милотой, каждому и каждой не дашь больше двадцати, с ушками и хвостиками, полностью обнажёнными и прекрасными в своих телесах и фигурах, и во всём остальном, Слава вдруг почувствовал неладное. Какой-то инстинкт говорил ему, что нужно действовать, как можно более аккуратней и попытаться уйти как побыстрее, пока не прибежали новые.

Большая часть обращённых мурлыкала, многие начали «някать», кто-то ласково зазывал Вячеслава стать одним из них, ведь это «так мило и прекрасно, мур!», но парень был не возмутим. Отгоняя пытающихся приблизить обращённых веником, он в какой-то момент кинул бубенчик влево, заставив часть кошколюдей броситься за ним с воплями радости.

Появился небольшой шанс сбежать и парень не стал медлить. Оттолкнув попытавшегося сделать «кусь» одного из обращённых, он бросился бежать по улице, туда, где был оставлен его автомобиль. И вроде бы всё шло хорошо, ведь у него даже получилось немного обогнать преследователей с хвостами, но стоило ему забежать за угол дома, где и стоял транспорт, как его повалила обращённая.

Та самая неко из аптеки, прыгнула из-за угла, и улыбаясь, с каким-то особо громким урчанием, стала тереться щёчками о его подбородок. Слава, выронивший веник при падении, ещё и ударившийся головой, попытался достать из кармана веточку спасительного растения, но догнавшие другие обращённые, схватили его за руки и задрали вверх.

- Отвалите… Отвали, котяры! – кричал Слава, не понимающий, когда это кошколюди стали такими умными, ведь они раньше никогда не действовали так слажено. Видимо, они становятся умнее, развиваются…

- Какой грубиян, ня! – насмешливо произнесла сидевшая на нём обращённая, кончиком своего хвоста проведя по лицу парня. – Ну, ничего, человечек, это мы, ня, легко исправим… Кусь!

Наклонившись к нему, обращённая легонько укусила парня за нос, а затем, хихикая, ловко слезла с него и встала в сторонке, чтобы вместе в остальными наблюдать за обращением. Оно не было болезненным – Вячеслав просто ощущал, как его уши отваливаются, на голове начинается какое-то движение в волосах, а в штанах сзади становится тесновато.

Подскочив на ноги, он сунул пальцы в рот и провёл ими по зубам, ощущая, как четыре из них, два передних и два задних, изменяются. Растут и становятся острее… К тому же, его слух стал более чётким, и она даже услышал, о чём шептались обращённые в самом конце толпы, что собралась тут для того, чтобы поприветствовать нового собрата.

А Слава, между тем, чувствовал, как хорошо ему становилось, как уходят все негативные эмоции, и всё, что хотелось сейчас делать – это дремать на солнце или пойти половить солнечных зайчиков. Все его человеческие воспоминания становились всё более тусклыми, исчезая и забываясь, как тает лёд весной, от которого оставалась лишь вода…

Когда обращение, занимавшее всего минут пять, было законченно, всё, что помнил парень – это своё имя и свой человеческий возраст. Но и сейчас, они уже были не так важны, ведь у него будет совсем другое имя, которое он выберет позже, а возраст… Да кому важен возраст?

После того, как парень скинул с себя одежду, дав хвосту, который оказался белого цвета, свободу, он с улыбкой подошёл к той самой обращённой, и взяв её за руку, вместе с остальными неко побежал по улице, радуясь тому, что теперь у него начнётся новая, кошачья, жизнь…

...Как поговаривали необращённые, которых Слава время от времени встречал, как бы ты не старался остаться человеком, этот мир всё равно заставит тебя стать его частью. Частью милоты, мурлыканья и кошачьих ушек!

Никто не избежит этого, никто…