Не желаете ли вы поговорить о зомби?

Глава 1

Стук в дверь не предвещал ничего хорошего. Обычно в это время я не ждал гостей: курьер доставлял мне почту каждую среду, а сегодня была пятница. Стук застал меня по дороге в ванную – я собирался принять душ после пробежки и почитать газету, но вместо этого свернул к двери.

Статный белый мужчина на пороге вмиг просиял, словно увидел дальнего родственника или получил вести о его смерти вместе с огромным наследством, вставил ногу в проход, чтобы я не успел закрыть, и воскликнул:

– Привет, приятель! Не желаешь поговорить о зомби?!

– Я ничего не покупаю, – промямлил я заготовленную фразу и осекся, посмотрев на своего гостя: – Что, простите?..

Незнакомец воспользовался моим замешательством, с усмешкой хлопнул по плечу, будто старый знакомый, и проскользнул в дом. Именно так, проскользнул, как если бы он был жидкостью или котом. Я не успел и глазом моргнуть, как в мой дом проник коммивояжер, безумец или продавец странных библий. Или – все это в одном лице.

Лицо прошествовало в центр просторной гостиной, залитой солнечным светом, и, оглядывая стены, картины на них и мебель взглядом опытного оценщика, произнесло:

– Я принес благую весть, старина. Возрадуйся, ибо сегодня твой счастливый день, голожопые ангелочки запоют гимны в твою честь. Бла-бла-бла… Или что там обычно говорят в таких случаях? – он покосился на меня левым глазом, приосанился и снял белоснежную шляпу жестом прирожденного аристократа.

Или афериста со стажем.

– Покиньте мой дом немедленно или я позвоню в полицию, – пригрозил я, уперев руки в бока для пущей убедительности.

Не в моей натуре было устраивать скандалы на ровном месте, спорить из-за пайка или участвовать в уличной драке. Может, потому что мне не приходилось испытывать такую нужду. Все мы что-то потеряли, но я вряд ли скучал по работе в опен спейсе, многочасовым пробкам или брокерским гонкам за выгодной сделкой. В моей жизни стало меньше… стресса.

– А ты боец, я смотрю, – одобрительно кивнул гость и бросил шляпу на журнальный столик. – Мир никогда не будет прежним, но ты, – он засмеялся, – веришь, что полиция придет на помощь. Серьезно?

– Кто вы, черт возьми, такой? – вспыхнул я, отступив назад и держа на всякий случай дистанцию. – И что вам нужно в моем доме?!

Гость тряхнул головой и с кошачьей ухмылкой уставился на меня, словно я и сам должен был уже догадаться. Какое-то время мы смотрели друг на друга. Я на него, он на меня. Я успел отметить, что этому «продавцу библий» было за сорок. Темные волосы, аккуратная стрижка и борода. Костюм-тройка, явно сшитый на заказ – я понимал разницу, ведь сам когда-то пользовался услугами портного – сидел на его поджарой фигуре идеально. Чем больше я отмечал деталей во внешности этого типа, тем меньше он походил на одного из торговцев чем бы то ни было, каких мне приходилось встречать. А еще я почувствовал укол зависти, вспомнив о собственном животе, нависавшем над ремнем всякий раз, когда я пытался надеть один из тех костюмов.

– Ах да! – незнакомец вдруг опомнился и хлопнул в ладоши. – Что вы думаете о зомби?

– Какие еще зомби? – я чуть было не закатил глаза.

В моем мире зомби существовали только в комиксах, книгах и на экранах телевизоров. Ну, и еще в тех странных гетто, где зараженных продолжали держать изолированными от остального, здорового общества. По правде сказать, я давно не следил за сводками новостей – меня устраивало нынешнее положение дел. Пандемия вируса живых мертвецов – не то, о чем хочешь почитать перед сном, но пока нам говорили, что количество зараженных идет на спад, этого было достаточно, чтобы спать без кошмаров.

– Свежая резвая мертвечина или с запахом тухлятины изо рта. Быстрая дохлая девчонка или старый жирный пердун, восставший вслед за своей старухой. Облезшая посмертно псина, – франтоватый чудак поморщился и продолжил: – Или армия дохлых крыс. Так что скажешь? Кого выбираешь ты?

– Почему… я должен кого-то выбирать? – протянул я озадаченно и бросил взгляд за спину коммивояжера, туда, где находился телефон.

– Потому что иначе выберу я, – радостно сообщил он, ткнув в меня пальцем, и золотой «Ролекс» на его запястье отрикошетил в мой глаз солнечным зайчиком.

Я зажмурился, чертыхнувшись.

– Сейчас же! Выметайтесь из моего дома!

Мне нужно было добраться до телефона или чего-то тяжелого, чем можно было при случае обороняться. Этот визит нравился мне все меньше и меньше, а самое главное я не знал, как выпроводить назойливого торговца, не угодив в какую-то дурацкую игру, правила которой устанавливал он.

– Прости, моя вина. Я не представился, – он поднял руки, капитулируя, пока я осторожно обходил его вокруг. – Можешь звать меня Джордж…

– Хорошо, Джордж, – кивнул я, нервно сглотнув. – Сейчас ты…

– Джордж Мартин, Джеймс Дин, чтоб его, Дэвид Боуи, – продолжил перечислять «Джордж», поворачиваясь вместе со мной. – Для тебя все это не имеет значения, как и для меня. Знаешь почему?

– Почему? – я не выдержал и дал петуха, тут же почувствовав себя донельзя глупо.

До телефона оставалась половина пути. Я мог позвонить в полицейский участок, как и обещал, или кому-то из соседей, но мистер Уорли из дома напротив был глуховат, старушка Камилла, разменявшая восьмой десяток, последние полгода передвигалась только на ходунках, а гость начинал меня откровенно пугать.

– Потому что мои друзья уже близко, – его тонкие губы растянулись в хищной улыбке, а бархатный низкий голос проник мне под кожу тысячей личинок мясной мухи.

Я замер как идиот, не в силах отвести взгляда от «Джорджа». Нет, я не хотел знать, что у него за друзья, зачем он здесь и какого дьявола у меня волосы даже под мышками встали дыбом. Я хотел добраться до телефона. Во что бы то ни стало.

Это должен был быть победный бросок. Все нервы в кулак, тело – сплошная пружина. Я кинулся к телефону, зная, что «Джордж» помешает мне набрать номер, но там же в настенном шкафу был шокер, а моим лучшим оружием – неожиданность.

Гость едва отступил, а я, вместо того, чтобы оказаться у стены с телефоном, споткнулся о его подножку и со всего размаха полетел на пол. Пол встретил меня резко и холодно.

«Джордж» от души захохотал, нависнув надо мной сверху.

– Извини, не удержался, – он протянул руку, предлагая помощь.

Я отшатнулся от него, поднялся сначала на четвереньки, бросив быстрый взгляд на телефон – что-то не так – затем в полный рост. Что. За. Черт?! Это осознание вылилось на меня ведром ледяной воды, словно модный в прошлом челлендж.

– Ах это, – гость небрежно взмахнул рукой и в его голосе зазвучали стальные ноты. – Мои маленькие друзья позаботились, чтобы ты никуда не звонил, – а я все смотрел на оборванный телефонный провод и никак не мог понять, когда это произошло.

Он был цел этим утром. До пробежки, до возникновения пугающего торговца на пороге моего дома.

– Вот в чем ваша проблема, старина, – чуть смягчившись, продолжил тот. – Чистеньких богатых людишек, решивших, что зомби-апокалипсис вас не коснется. Вы успели сколотить состояние и обменять его на пожизненные запасы всего необходимого до того, как система рухнула. Отгородились от остального мира высоченными заборами под током и думаете, что это даст вам возможность спокойно дожидаться старости. Так ведь?

Я выкинул руку к шкафчику, уже понимая, что ничего не найду. Пальцы схватили пустоту. Из-под ног выскользнуло что-то шерстяное, коричневое. Что-то с длинным скрученным на конце хвостом. С шокером в передних лапках оно бросилось к «Джорджу» и с невиданной для мертвой обезьяны прытью взобралось ему на плечо.

– Умница, – гость забрал шокер и почесал мерзкую тварь под облезавшей шеей.

А я не мог отвести взгляда от пустой глазницы и разорванной кем-то пасти, из которой свешивался черный, будто ссохшийся язык.

– Кажется, ты забыл закрыть дверь, – сообщил «Джордж», не отвлекаясь от своего занятия.

– Нет, – простонал я, отказываясь верить в происходящее.

– Уверен? Потому что я-то дверь точно не закрывал, – засмеялся надо мной гость.

Мартышка вторила ему, издавая еще более мерзкие звуки, но хуже всего было то, что я слышал их. Тех, кому здесь было не место. Восставших из мертвых, зараженных новой чумой двадцать первого века и не где-нибудь на экскурсии в гетто, где на них можно было взглянуть с безопасного расстояния.

Я слышал их хрипы и шарканье ног в своей гостиной и все больше терял самообладание. Паника накрыла меня с головой, когда «Джордж» в своем идеальном костюме двинулся ко мне. Мартышка, взвизгнув фальцетом, сорвалась с его плеча и ускакала прочь, а все мои мысли захватил пугающий «коммивояжер», буквально приперший меня к стенке. Я чувствовал, как ускоряется сердечный ритм, как не хватает воздуха в легких. Как отчаянно хочется ущипнуть себя и проснуться в холодном поту в своей постели.

Хрипы становились все громче и настойчивей. Гостиная, где еще полчаса назад было светло, медленно погружалась во тьму, и в этой тьме копошились изломанные тени.

– Ну так что насчет зомби, приятель? Определился, кто тебя съест? – гость придавил мою грудь одной рукой, а другой оперся на стену, словно настойчивый любовник. И заглянул мне в глаза. – Или мне выбрать за тебя?

– П-пожалуйста, – кажется, сказал я, боясь дышать, – я не хочу умирать…

– Никто не хочет. В первый раз, – холодно усмехнулся он и придвинулся еще ближе, раскрыв рот.

Я закричал и забился, пытаясь вырваться. Его челюсти сомкнулись на моей шее, а хватка оказалась сильней, чем я мог представить. Все мои потуги были бесполезны. Проскользнувший в мой дом коммивояжер превратился в хищника, державшего добычу в зубах, и этой добычей ко всему ужасу был я.

Мертвецы обступали нас. Я видел толстых и тощих, старых и молодых, женщин и мужчин, детей… Я слышал хриплый визг чертовой обезьяны и мышиный писк. Что-то запрыгнуло мне на ноги и топталось по босым ступням, пока гость смыкал на мне челюсти. Но если он и хотел, будто вампир, испить моей крови, то вскоре отстранился, а я вдруг в экстазе потянулся к нему. Чтобы снова ощутить прикосновение губ на своей коже и проникающие в мясо зубы. Рана кровоточила, футболка быстро намокала у горловины, а в штанах у меня потеплело и напряглось так, словно никто и не думал скормить меня зомби.

Дыхание перехватило.

– Стой, – только и смог сказать я, попытавшись ухватить гостя за вычурный галстук. – Ты не можешь… так просто уйти.

Но тот ускользнул так же легко, как поставил подножку до этого.

– Вообще-то, – «Джордж» развел руками как победитель по жизни и сердцеед. – Могу! Прости, приятель. Ты так и не ответил на мой вопрос, поэтому сегодня едят все!

Он удалялся, оставляя меня на растерзание своим голодным теням.

Сердце вырывалось из груди. Больше всего на свете я хотел снова почувствовать его зубы в себе и эту головокружительную боль. Чьи-то руки схватили меня за плечо и дернули. Маленькие зубки впились пониже бедра. Зубы покрупнее выхватили кусок плоти вместе с футболкой на животе. Я застонал, откинув голову назад, ударился затылком о стену. И это тоже взволновало меня, как никогда раньше. Невозможные мертвые люди и звери, которым здесь было не место, отрывали от меня по кусочку и жрали, давясь, выхватывая друг у друга из рук, лап, когтей. Кровь хлестала из свежих ран, опьяняя меня теплой, влажной болью. Мы были связаны этой кровью и этой плотью, словно извращенным таинством в конце света. И вскоре я перестал чувствовать что-либо кроме нарастающей кульминации экстаза.

А потом пришел конец всего.

***

«Джордж» покинул дом, мурлыкая себе под нос «это всего лишь игра, это всего лишь игра[1]». Через руку он нес несколько дорогих костюмов вместе с вешалками – тех, что приглянулись ему больше всего. В другой руке – пара лакированных туфлей из натуральной кожи. Он давно хотел сменить обувь, но прошлый «жертвенный агнец» носил обувь на размер меньше. Этот же определенно был послан «Джорджу» судьбой.

Оставив позади дом и подъездную дорожку, заклинатель зомби бросил одежду и обувь на заднее сиденье черного «Кадиллака Эльдорадо», а сам сел за руль.

С пассажирского сиденья истошно заголосила мертвая обезьяна, привлекая к себе его внимание. В прошлой жизни лабораторская мартышка страдала клептоманией. Как выяснилось, могила этого исправить не смогла.

Скользнув безразличным взглядом по коричневому меху в золотых цепочках, «Джордж» взял с подставки бутылку воды. Прополоскал рот, выплюнув порозовевшую воду на дорожку, и захлопнул дверцу. Показал зубы зеркалу, проверяя, не осталось ли на них следов крови и, довольный собой, улыбнулся.

– Я был хорош, – сказал он отражению. – Чертовски хорош! – и засмеялся.

Мартышка яростно заголосила, ткнув его по колену кулачком.

– Да, да, и ты тоже. Кто бы спорил.

Он выдернул из кармана брюк серебряный портсигар, принадлежавший бедняге. Взял одну из сигарилл, провел под носом, благоговейно вдыхая аромат качественного табака, и вставил в зубы. Зажигалка нашлась в бардачке, куда на прошлой остановке «Джордж» ее бросил. Вскоре он курил, откинувшись на спинку кресла и выпуская в воздух дым.

Кровавый ужин был в самом разгаре, но снаружи почти не было слышно звуков разрываемой плоти и стонов умирающего. Вокруг царила тишь и покой спального района богачей в предгорье ЛА. Последние лучи заходящего солнца тонули за горизонтом.

– Что-то я тоже проголодался. – «Джордж» бросил задумчивый взгляд на сигариллу между пальцев, покосился на мартышку. – А что насчет тебя, мистер Пиклс?

– У-а-а-а-А-а-А, – отозвался мистер Пиклс, увлеченно теребя на груди крупные звенья.

– Ну да, конечно. Холестерин тебе вреден. – Он сделал еще затяжку и, зажав сигариллу в уголке губ, завел двигатель кабриолета. – Кажется, я видел закусочную на въезде в город. Смотаемся, посмотрим, чем здесь кормят.

Мартышка голосила, подпрыгивая на своем сидении и высовываясь из салона. Ветер свистел в порванной щеке и колыхал ее черный ссохшийся язык. «Джордж» смеялся, словно удачно пошутил, а черный кабриолет мягко скользил по дороге, которой они приехали.

31.03.2023 г.

[1] «Eat me, drink me» Marilyn Manson