Лариса

Глава 1

Кинематограф и игровая индустрия на протяжении нескольких десятков лет старательно готовили нас к наступлению апокалипсиса. Они учили нас выживать в непростых условиях, борясь с различными чудовищами, показывали, как добывать еду и припасы. Также демонстрировали множество глупых выдумок, далеких от реального применения и романтизировали процесс одинокого выживания в пустошах постапокалиптического мира.

В любом случае, других пособий по существованию людей после краха цивилизации никогда не существовало. Во всяком случае, в большом тираже.

О том, как я справился с навалившимися на меня испытаниями конца света, постараюсь рассказать далее.

Оказалось гораздо сложнее привыкнуть к жизни без электричества. Жизнь без электричества – это жизнь без воды из-под крана, без связи, без интернета. С отсутствием последнего смириться было сложнее всего. Уж слишком я привык полагаться на помощь смартфона и доступа в сеть для поиска ответов на свои жизненные вопросы.

Пришлось больше читать, и, знаете, мне это нравится. Помимо различных инструкций по выживанию, найденных в ящике деда, я прочитал много художественной литературы. Только когда осознанно приходишь к отечественной классике, а не как в школе – против своей воли, начинаешь понимать всю силу и гениальность произведений российских классиков.

Инструкции деда помогли мне научиться разводить костер. Нужно было случиться концу света, чтобы я впервые самостоятельно разжег огонь. Вместе с улучшение навыков по возведению костров, я по-новому взглянул на еду, приготовленную на углях. Даже стал понимать потребность людей в выезде загород с целью жарки шашлыков.

Сегодня для меня особенный день. Впервые за долгие годы своей жизни я решил отметить свой день рождения. Как-то так вышло, что еще в первом классе мне разонравился этот праздник. Возможно, это связано с моими детскими комплексами. Я был старше своих одноклассников на один год. А в детстве это довольно таки большая разница. Периодически мне прилетали шутки о том, что меня оставили на второй год. Иные индивиды называли меня дылдой, совсем не понимая значения этого слова. Временами и новые учителя подливали масла в огонь, задавая вопросы о том, почему я не пошел в школу на год раньше со своими ровесниками. Забавно, что ответы их особ то и не интересовали.

Вот, видимо, поэтому я и не возлюбил свой день рождения. Даже убедил друзей и родителей не поздравлять меня с этим праздником старения. Лишь бабушки продолжали уперто слать деньги и кричать на ухо поздравительные речи с пожеланиями хорошей и самой лучшей невесты такому мне красавцу.

Завтра мне исполняется девятнадцать лет. А это значит, я уже год как совершеннолетний и можно отметить праздник по-взрослому – напиться в одиночестве.

На вылазку я уже сходил сегодня, осмотренные места на карте отметил, припасы рассовал по местам. Осталось только подготовить самые вкусные консервы и бутылочку вина или может быть пива. На всякий случай взял и того, и другого.

К ночи я был как всегда не готов. Не знаю, но почему то у меня зародилась традиция быть неготовым к ночи, как минимум на словах. Может, потому что это самое опасное время суток с недавних пор? Думаю, да. Ведь ночью из своих укромных нор начинают вылезать берсерки. Возможно, у них есть и другое название, более научное, но я такого не слышал. Поэтому мы с Лариской решили называть их так. С Лариской…

Лариса была новенькой в моем классе. Она перевелась в наш десятый «а» из другой школы. Едва она зашла в учебный класс во время урока русского языка, как я уже не мог оторвать от нее глаз. Классный руководитель представила ее нам, велела не обижать и дружить, а затем обменялась парой вежливых фраз с учителем русского и ушла. Взволнованная девушка, спешно поискав глазами свободные места, направилась прямиком к парте, за которой сидел я. Так уж совпало, что Владик – мой одноклассник и друг, с которым мы долгое время делили эту парту, сегодня не пришел на уроки. Он заболел. Говорить, что место занято я не стал. Не мог я похвастаться успехом у противоположного пола, поэтому возможность посидеть, а может даже пообщаться с красивой девчонкой, упускать никак нельзя было.

Как же я волновался. Слова с трудом выходили из моего рта. Казалось, мой язык распух и перестал слушаться меня. А ладошки… Сначала скользкие, а потом липкие от пота. Аж самому противно!

Но Лариса оказалась обладательницей чудесного лингвистического таланта и сумела разобрать мою невнятную дрожащую речь. Она мило улыбалась мне, отвечая на с трудом формирующиеся моим ртом вопросы. Тогда было ясно два момента: девушка тактична и вежлива, а второй – я влюбился.

А теперь: берсерки – самые опасные твари, которых можно повстречать. Благо солнечные лучи или сам свет негативно на них влияют и они выбираются на охоту только ночью. Очень сильны и быстры. Их ярость не знает границ. Готовы на все, ради достижения добычи. Страдают от неутолимого голода.

Днем же можно встретить шатунов – это стандартные зомби. Разве что не бубнят себе под нос что-то о жажде мозгов.

С шатунами проще. Они агрессивны, но не обладают ни силой, ни ловкостью берсерков. Да и не так их много осталось. В нашем районе я убил большую часть во время регулярных вылазок. Они одиночки, поэтому подкрасться и сильно ударить по голове несколько раз для меня не составляло большого труда. Главное не шуметь. Громкие звуки неестественного происхождения привлекают их. Природные шумы они игнорируют. Специально, на свой страх и риск, выбирался из дома в сильный ливень, чтобы посмотреть, как они себя ведут, когда гремит гром. Им плевать, если не вдаваться в подробности. Некоторые дергаются, другие стремятся укрыться от дождя. Но вот основная масса никак не реагирует. Наверно, это связано с прошлыми привычками и страхами, которыми шатуны обладали в людскую бытность.

Есть еще падальщики – это те же шатуны, но обессиленные от голода. Минимальная опасность. Они малоподвижны, даже не всегда стоят на ногах. Но если уж вцепятся в тебя, то хватка будет железной. Поэтому сближаться с ними все равно опасно.

Другие разновидности зомби в районе не обитали, что, конечно же не говорит об их не существовании.

Проверив входную дверь квартиры, закрыв окна самодельными ставнями и завесив их плотными шторами, я тихонько высунулся на балкон. Сейчас начнут вылезать…

Легкая адреналиновая игра, в которую я втянулся. Правил немного и они предельно просты. Наблюдаем закат солнца, а после того, как оно скроется за горизонтом, включаем секундомер и ставим рекорд по нахождению на балконе в темное время суток. Звучит, легко, если хотя бы на секунду забыть, что в подвале нашего дома точно живет несколько берсерков.

Итак, сегодня я простоял двадцать секунд. Далеко не рекорд, но и не худшее время.

Я аккуратно закрыл дверь на балкон, поправил занавеску и лег спать.

Это сейчас, оставшись в одиночестве, я позволяю себе подобные выходки. А раньше мы с Лариской даже спали в ванной, лишь бы подальше от окон и дверей. Теперь же единственным моим другом остался старый дедовский наган и кучка его маленьких приятелей-патронов. В свое время дед научил меня стрелять из этой тяжелой и неудобной древней штуковины. Одно из самых полезных моих умений.

Болезненными красными пятнами ударял солнечный свет по моим векам. Музыка из колонки, заряженной от автомобильного аккумулятора, пронзала мои уши. Голова кружилась, а к горлу подкатывала тошнота.

Едва проснувшись, я решил остаться дома и начать отмечать день рождения сразу. Как итог: громкая музыка, кучка шатунов-меломанов, собравшаяся под балконом и пьяный сон уже к полудню. Таким неосторожным я еще не был никогда.

Кое-как укрыв глаза под козырьком кепки от бесцеремонного солнца, я вглядывался в толпу слушателей устроенного мной концерта. Сам себе наделал проблем, ведь эти твари так просто теперь не разойдутся. Придется мне затаиться на день другой. Я даже не выключил музыку. Поднятая с пола кепка прикрыла голову от солнца, а охотно пробирающийся между темно-зеленых прутьев балкона ветер, приятно охлаждал тело. Хотелось только тишины и воды. Но для этого нужно было встать, чего я не готов был сделать.

— Смотри, какая красота! Да он неплохо заряжен! — услышал я громкий мужской голос.

Несколько мужчин поодаль от толпы шатунов жадно разглядывали мой балкон. Как потом мне пришло в голову, моя позиция отлично просматривалась с большого расстояния. Открытый балкон, громкая музыка и большое кресло-качалка, которое я с трудом запихнул сюда, привлекали гораздо больше внимания, чем мне казалось. Поразительная неосторожность!

Неизвестные люди выглядели не дружелюбно. Они потихоньку выманивали на себя шатунов, чтобы освободить проход к подъезду. Следующим их шагом, очевидно, должно было стать посещение моей квартиры.

Мозг моментально протрезвел. Я вскочил с кресла и принялся экстренно собирать вещи в рюкзак и одеваться. Тело отказывалось слушаться. Движения давались с трудом. Всплеск адреналина немного повлиял на алкогольную вялость, но решить проблему полностью не вышло.

Я слышал озорные прибаутки весельчака из банды. Все приговаривал, что они доберутся до меня и заберут к себе.

Почему, вот почему даже на краю гибели среди людей остаются такие индивиды?! Вместо того, чтобы помогать друг другу и восстанавливать цивилизацию, они сбиваются в маленькие кучки вредителей и пакостят остальным, ставя во главе собственное благополучие и удовольствие.

В какой-то момент ненависть к незваным гостям достигла пикового значения. Достав дедовский наган я решил дождаться негодяев и встретить их подобающим образом. Но мои планы пришлось скорректировать, когда я услышал несколько выстрелов. Оказывается, как минимум у одного из этих четверых нелюдей было огнестрельное оружие, а значит, я терял свою преимущество.

Мысли снова вернулись в разумное русло. Конфликтов нужно избегать, особенно в мире без медицины.

В соседней квартире, окна и балкон которой выходили на задний двор, я уже давно подготовил путь для отхода. Лариса мне даже помогала.

Для проживания мы выбрали пятый этаж классической для нашего района девятиэтажки. Быть в середине дома показалось лучшей идеей.

Поэтому на балконе квартиры, призванной быть спасительной, было два связанных мною каната. Один был, как бы заправлен за перила и вел на крышу, другой лежал на полу свернутым и предназначался для спуска вниз.

Лезть вниз я побоялся. Ведь, если бы меня начали искать, то рано или поздно добрались бы до этого балкона, и было бы видно, что я ушел вниз. С этого балкона хорошо просматривалась округа. Я мог просто не успеть скрыться, и тогда погоня была бы недолгой. Все-таки я никогда не славился хорошей физподготовкой.

Пришлось лезть вверх. Борясь со страхом высоты и крепко сжимая канат, я полез вверх. Только начав перебирать руками эту самодельную веревку, я понял, что оставить ее снаружи было не лучшей идеей. Запах сырости говорил о начале гниения ткани, что могло сыграть злую шутку со мной или любым другим бедолагой, решившим подняться на крышу подобным образом.

Спустя несколько минут ожидания неизбежного, канат выдержал нагрузку и справился с поставленной задачей. Тяжело дыша и потирая покрасневшие ладони, я уселся у двери, ведущей с крыши в подъезд, и затаился. Неожиданного появления людей, нарушивших мой покой ждать не стоило. Все двери, ведущие на крышу, были заперты. Я проверял. От двери, ведущий в мой подъезд у меня был ключ, но сейчас он никак мне не мог пригодится. Едва отдышавшись, я собрал самодельный канат и аккуратно сложил подальше от края крыши.

Адреналин постепенно отступал, уступая свое место похмелью. Палящее солнце усиливало головную боль и желание выплеснуть наружу все содержимое желудка. Лишь невероятная ярость удерживала меня в боевом состоянии. Эти утырки разрушили все мои планы. Я так долго обустраивал свое жилище. Там было тепло, много воды, удобный мангал для приготовления пищи. Там было все! Огромные запасы консервов и одежды, оружие и инструменты. С собой мне удалось взять рюкзак, подготовленный на подобный случай и дедовский револьвер с кучкой патронов к нему. В рюкзаке у меня было немного еды, воды и малость приспособлений для выживания, таких как спички и нож.

На крыше я просидел до самой ночи. Становилось холодно. Из одежды у меня был лишь тоненький джемпер, ранее уложенный в рюкзак. Вернуться в квартиру я не мог. Видя, сколько добра я там оставил, посетившие меня негодяи наверняка оставили там засаду. Да и берсерки уже бодрствуют. Они довольно легко доберутся до меня, висящего на канате, если заметят (а они обязательно заметят). А вот на крыше ни тем, ни другим делать нечего. Главным моим врагом в эту ночь был холод.

Ближе к восходу я задремал. Снилась Лариса.

До сих пор тяжело вспоминаю то утро, когда я обнаружил ее пропажу. Накануне вечером мы выпили вина и планировали провести весь день в комнате, не покидая нашей по-своему уютной квартиры.

Однако утром я не обнаружил ее возле себя. Ни на кухне, ни в ванной, ни на балконе ее не было. Я никогда не отпускал ее одну. Квартиру покидал либо я один, либо мы вместе. Любое действие мы согласовывали, дабы не вызывать друг у друга лишние приступы паники. В нашем мире поводов для страха и без того предостаточно. А тут, я просыпаюсь, а ее просто нет. Лишь записка, под моей кружкой на кухне. Приводить текст бессмысленно. Она просто ушла и просила не искать ее, ибо я не смогу понять и принять ее решение. В подтверждение ее слов, я не обнаружил одного спасательного рюкзака с припасами. Она взяла его и сбежала. Уверен, Лорка долго обдумывала свой побег. Я пытался найти ее по горячим следам. Был уверен, что она не могла уйти ночью. Должна была дождаться хотя бы рассвета. Глядя на часы, я понимал, что ее фора составляет чуть более трех часов. Если бы я знал, куда она направилась, то легко бы нагнал ее к вечеру. Но я не знал…

Тяжело предположить направление беглеца, не зная причины побега. В чем я провинился? Может, я просто ей надоел?

Незадолго до пропажи Ларисы, мы с ней обустроили запасную квартиру. Она все смеялась с моей чрезмерной осторожности, но как показал вчерашний день очень зря.

Схватив свой рюкзак для вылазок и засунув наган в карман, я выдвинулся к квартире. Думал, если обнаружу ее следы там, то смогу просчитать ее дальнейший путь.

Моему разочарованию не было предела, когда я добрался до нашего резервного жилья. Час быстрой и местами даже не очень осторожной ходьбы ни привел ни к чему хорошему. Все припасы лежали на своих местах, покрытые аккуратным слоем пыли. Следов чьего-либо присутствия обнаружить не удалось.

Лариса знала, что именно сюда я первым делом отправляюсь ее искать. И, вероятно, выбрала другой маршрут. Но какой? Куда она могла уйти? Несколько дней я прожил в резервной квартире, ожидая застать ее здесь. В оставленную записку я верил, поэтому не ждал ее возвращения. А вот встречи в этом месте хотелось ждать. Очень хотелось ее возвращения, хотелось ее признания в принятии самого глупого решения в своей жизни. Я все равно не знал и даже не мог предположить, где ее искать.

Дождавшись наступления утра пятого дня, я покинул квартиру и вернулся назад уже зная, что буду делать. Я прочесывал каждый дом, каждую квартиру и все то, что могло сгодится для ночлега в поисках своей любимой девушки. За несколько недель непрерывных поисков мне удалось найти несколько гнезд берсерков и небольшую кучу провизии и прочих полезных вещей. Однако девушку найти не удалось. Ни ее, ни малейшего следа ее пребывания.

Даже спустя почти год с ее ухода я продолжал совершать вылазки в бесполезных поисках. Совсем не получалось смириться с утратой. Я верил или чувствовал, нет, я знал, что она жива.

Накануне своего дня рождения, который можно считать злополучным, в одной из квартир я нашел исписанный лист бумаги. Почерк сильно походил на Лоркин. Текст был написан торопливо, много зачеркиваний и следов влаги. Капли воды размыли написанное, дав возможность разобрать лишь отдельные слова или фразы. Это было похоже на письмо или прощальную записку. Словно Лора пыталась сочинить что-то правдоподобное, чтобы оправдать свой поступок или найти причину простить ее и принять обратно.

А может, я просто выдал желаемое за действительное и принял кусок бумаги неизвестного авторства за оправдательное письмо до сих пор любимой девушки.

В любом случае, чем бы Лорка не мотивировала свой поступок, я изо дня в день продолжал ее искать. И теперь, переждав одну из самых холодных для меня ночей, я с двойной осторожностью двигался к той самой резервной квартире, которая должна была стать моим новым постоянным жильем. Хотя о постоянстве говорить было преждевременно. Если эта группа людей добралась до моего района, то и здесь она будет очень скоро, как только насытится всеми благами моего старого жилища, ставшего таким родным сердцу. Я прорабатывал план миграции. В первую очередь я должен был понять, что или правильнее кого из себя представляют незваные гости. Они могли быть разведчиками небольшого поселения поблизости или путешествующей группы людей. Пытаясь избежать новой встречи, я должен был понимать, от кого прячусь.

Через неделю я отважился на разведку. Взяв с собой минимум припасов, я направился к своей квартире. Мелкими перебежками, избегая открытых пространств вместе с блуждающими шатунами и прислушиваясь к каждому звуку, я двигался к цели.

Путь занял долгие два часа. Я вышел к котельной, от которой открывался вид на весь дом, в котором еще недавно я проживал. Все было в порядке и ничего не вызывало подозрений до тех пор, пока мой взгляд не добрался до балкона моей квартиры. Там, перекинутый через перилла, на веревке висел человеческий труп. С такого расстояния было сложно сказать, был ли это шатун, берсерк или же человек. Даже бинокль не помог разглядеть деталей. Понятно было только то, что висел он на моем самодельном канате. А перед тем, как повесить тело, над ним поиздевались. Об этом говорили отрубленные кисти и обугленная голова.

Наблюдая открывшуюся мне картину, я сделал простой вывод – эта банда людей не дождалась меня, и решила оставить послание о своем дружелюбии. Данная ситуация говорила о том, что группа людей обладает оружием, серьезными навыками по борьбе с мутантами и беспредельно жестоки. Новых встреч с ними нужно избегать.

Мои колени задрожали, а дыхание перехватило, когда в голову неожиданно прилетела мысль про Ларису. А что, если она наткнулась на этих подонков? Что они могли с ней сделать? Оставили бы они ее в живых?

Данные мысли беспощадно демотивировали и нагоняли ненужной жути. Я должен был действовать. Искать банду я побоялся и решил просто уйти подальше от этого места и увеличить бдительность на последующих вылазках.

Уже готовясь ко сну, я принял решение о своей дальнейшей судьбе. Наш город разделяло на две части огромное водохранилище, а район находился вблизи дамбы. Я никогда не жаловал противоположный берег, но сегодня я твердо решил попробовать поискать новое жилье там.

Первые солнечные лучи начали разрывать ночную тьму, а я уже был готов выдвигаться. Более осторожное передвижение серьезно замедляло меня. Я привык к смелому и быстрому движению. Однако страх быть замеченным людьми, вынуждал быть осторожнее.

Как же ужасно это звучит: страх быть замеченным людьми… Странная ситуация… Повсюду ходят мутанты, жаждущие моей да и любой другой людской плоти, а я боюсь своих же сородичей.

Спустя несколько часов напряженного пути я стоял в посадках и рассматривал въезд на дамбу. Слишком длинная дорога. Слишком открытая. Высокий забор по краям дороги не даст даже спрыгнуть вниз, если вдруг единственным выходом будет суицид. Хорошее место для засады. Тот же мост, но только дамба.

Отойдя вглубь посадок, я долго продумывал возможные варианты. Да, я мог довериться судьбе и попытаться пройти по дамбе, но в случае неудачи я терял слишком многое. Я по-прежнему надеялся найти Ларису. Ее поиски я сделал смыслом своей жизни, а поэтому так просто рисковать собой не мог.

Второй вариант так же был опасен и ощутимо проигрывал дамбе в рациональности. Можно было перейти водохранилище по мосту. Ближайшая переправа находилась в восьми километрах. Однако тот мост так же не мог быть гарантом отсутствия засады на нем. Так еще и идти до него приличное расстояние. Был вариант с разворотом и сменой направления, но я его отмел. Двигаться в сторону центра города я не рискнул. По моему мнению, именно в центре должно быть больше всего мутантов, поэтому делать там нечего. Этот вариант был самым крайним.

Оставалось только одно – идти в обход дамбы. Я знал, что по пути мне встретиться всего лишь узенькая речушка и возможно я даже не намочу ничего кроме подошвы, в попытке перебраться через нее. Но обходной путь – это большой крюк через лес. А значит, мне придется идти ночью… Днем я пройти там уже не успевал, а ночевать здесь не имело никакого смысла.

Хищник там, где есть добыча. Есть ли для мутантов повод бродить по лесу? Это было моим главным вопросом на протяжении всего следования обходному пути. С каждым часом волнение нарастало.

Я пытался продумать план своих действий на случай встречи с берсерком. Но все идеи заканчивались моей смертью. С одним, может двумя, я мог справиться. А вот что делать с теми берсерками, которые набегут на шум выстрелов, я уже не знал. В любом случае, смерть от рук мутантов была для меня в разы предпочтительнее нежели попадание в лапы банды головорезов.

Солнце садилось, увлекая за собой тепло и свет. Задумавшись о закате, я едва не угодил в капкан. Старый ржавый механизм был готов схватить своими цепкими зубьями новую жертву. Следом я обнаружил еще один капкан. На этом имелись следы высохшей крови, что говорило об эффективности данного метода охоты.

Если есть ловушки, значит, поблизости должен быть и тот, кто их расставил. Свое замечание я подтвердил, увидев сквозь лесную чащу небольшую хижину.

Стемнело. Я не успел покинуть охотничьи угодья владельца хижины. Видимость никакая. По понятным причинам пользоваться фонарем опасно. Я решил переждать ночь на месте. Идти вслепую по участку леса с капканами – сомнительная затея. Вряд ли их там было только два.

Я устроился у ствола сосны и вглядывался в окружение. Наверняка, тот, кто расставил эти ловушки, знает о берсерках, и не будет высовываться наружу до самого рассвета. Это играло мне на руку.

Просидев так почти два часа, я ожидаемо проголодался. Уже привыкнув к темноте и постоянному ощущению неизвестности, я достал из рюкзака немного еды и бутылку с водой. Но начать поздний ужин мне было не суждено. До моих ушей донесем едва уловимый звук. Было похоже на человеческую речь. Кто-то словно шушукался. Может, не я один замер в засаде и ожидаю наступления утра?

Нет. Все было не так. Стараясь соблюдать максимально возможную тишину, я убрал еду обратно в рюкзак и, крадучись, направился на шум. Мои глаза даже начали болеть от того, насколько тщательно я старался всматриваться в те места, куда наступаю.

Едва слышной поступью я приближался к источнику неразборчивых разговоров. Когда диалог стал более-менее понятен, я замер, пытаясь понять, о чем идет речь. Вроде бы два человека обсуждали план побега. В их интонациях царило отчаяние и безысходность. Я оказался в замешательстве от смысла услышанных слов. Однако все вопросы отпали, когда я попытался еще немного приблизится к ведущим нервный диалог людям. Они резко затихли, очевидно, услышав шум, издаваемый мной.

В шаговой доступности я с трудом, но все же сумел разглядеть невысокий бетонный прямоугольник. Подойдя ближе, понял, что это яма, глубиной около полутора метров накрытая металлической решеткой. В яме, неуютно расположилось три человека.

Увидев меня, пленники сначала испугались, а затем принялись умолять о помощи. Оставить в беде я их не мог. Пошарив руками по клетке, я нащупал массивный навесной замок. Честно говоря, для такой конструкции этот замок был даже великоват.

Нужен был ключ. Очевидно, пленил этих людей владелец хижины, которая мне попадалась ранее. На мои вопросы о возможном местонахождении ключа, замученные люди ответили простое: «Ключ у НЕГО». Какую-то подробную информацию о НЕМ от замученных и очевидно голодных людей получить не удалось.

Услышанные мною обсуждения отняли у них последние силы. Да, меня предупредили о многочисленных капканах, сказали, что враг всего один и, самое важное – он не человек. На мое «В смысле он не человек?!» внятного ответа я не получил. Черт их знает, что они имели ввиду. Главное для себя я выяснил: если хочу помочь пленникам, то мне нужен ключ. Мои враги – это многочисленные капканы и «не человек».

Я ушел по тому же пути, что и добрался до клетки. Передо мной снова виднелась хижина сомнительной устойчивости, металлическая крыша которой игриво отражала лунный свет, временами пробивающийся сквозь плотные облака.

Пока я продумывал план действий и маршрут для проникновения в чужое жилище, послышался протяжный скрип. Из хижины, развалистой походкой вышел берсерк. Мне ранее доводилось их видеть, но не так часто. Этот сильно отличался от встречавшихся мне ранее. Одна походка делала его странным. Берсерк вел себя по-хозяйски. Чем-то пошумел у крыльца и направился в сторону клетки. Он словно был разумен!

Я продолжил наблюдать. Больше мне ничего не оставалось, ведь, если он ушел к клетке, то и ключи от нее взял с собой. В любом случае, проследовать за ним было крайне сложно и безумно опасно.

Услышав приглушенные вопли, я понял, что хозяин действительно отлучался до клетки. Сейчас, схватив за ногу, он волочил за собой одного из пленников.

Легкий гортанный рык и, последовавший за ним металлический щелчок, заставили меня вытянуться по струнке. Холодный пот пробежал по спине маленькими капельками. Я так увлекся слежкой, что не заметил, как ко мне практически вплотную подобрался шатун. Что он забыл в лесу? Как его сюда занесло? Сейчас я был дико благодарен расставленным капканам, ведь именно в один из них и угодил подкравшийся ко мне мутант.

Недовольный рык нового пленника привлек внимание берсерка. Он несколько секунд всматривался в мою сторону. Очевидно, он собирался проверить капкан. Практически наплевав на безопасность, я постарался покинуть эту зону. Берсерк затащил человека в хижину и быстро вышел наружу проверять сработавшую ловушку.

Так не вовремя появившийся шатун не оставлял попыток напасть на меня. Он всеми силами рвался в мою сторону. Дальше отойти я не мог. Капканы сковывали мое желание передвигаться. Пришлось затаиться и надеяться на чудо.

Берсерк быстро нашел бедолагу, угодившего в маленький железный плен. Ни секунды не колеблясь, хозяин хижины свернул шею шатуну и направил свой взор в мою сторону. Он понимал, что раненый мутант не просто так проявлял рвение в определенном направлении. Однако грохот, послышавшийся из хижины отвлек берсерка и тот направился обратно. Вероятно, он недостаточно надежно обездвижил пленника и теперь стремился это исправить.

Этот берсерк нагонял воистину дикий ужас. Наблюдая за ним из кустов, я заметил ряд значительных отличий от его сородичей. Начну с осмысленного взгляда. Да, в темноте сложно понять это, но я это даже не увидел, а скорее почувствовал. Никаких рваных дерганий головой, наоборот, все как у людей – последовательное изучение пространства.

Он был высоким и мускулистым. Нет, на культуриста или бодибилдера он совсем не походил. Это были полезные мышцы, позволяющие сохранить ловкость и проворность. Идеальный двуногий хищник. Несмотря на признаки разума, на одежду ему было плевать. Скорее всего он был одет в то, в чем застал апокалипсис.

Теперь хозяин снова вернулся в свое жилище заниматься своими делами и точно не ждать меня и других незваных гостей.

Собравшись с силами, я как мог поборол страх. На самом деле, получилось лишь заставить себя двигаться. Коленки все также потрясывались от осознания того, что может со мной сделать этот монстр. Но я уже не мог так просто оставить этих людей в его лапах.

Приготовив револьвер, я аккуратно потянул входную дверь на себя. Обошлось без предательских скрипов. Дверь легко поддалась, и я пошел внутрь. В дальней комнате я заметил тусклый свет. Вероятно, его источником была свеча, максимум две.

Тщательно выбирая места, куда ставлю ноги, я направился на встречу с чудовищем. В комнате со светом мелькала тень. Тяжелая поступь, слышимая оттуда, выдавала хозяина хижины. Я направил револьвер на дверной проем. Страх сковал мое тело и я больше не мог приближаться к врагу. Оставалось только ждать его появления.

Но словно чувствуя ожидающую его опасность в виде меня и дрожащего пистолета, хозяин не спешил покидать комнату. Это никак не могло работать мне на руку. Напряжение лишь нарастало. Глаза слезились от попадающего в них пота, а я уже успел пожалеть обо всех событиях последних нескольких дней.

Перевести внимание с себя любимого помогли болезненные стоны, раздавшиеся из комнаты со светом. Что-то нужно было делать. Я шагнул вперед. Затем снова и еще раз. А потом, следуя обязательному закону жанра, под моей ногой скрипнула половица. Спустя мгновенье передо мной стоял разъяренный и едва удерживающий себя в руках хозяин хижины. Он поочередно переводил взгляд с меня на ствол револьвера, будто бы оценивая, успеет ли он разобраться со мной до выстрела.

Ожидание стало затягиваться, перерастая в напряжение. Я не знал, что мне делать. Впервые я видел так близко берсерка и он не проявлял ко мне агрессии. Да, бездействие мутанта легко объяснялось наличием оружия, мощь которого он понимал. Но все же…

Протяжный стон пленника, осторожное, но нужное мне провокационное движение рукой от берсерка и выстрел… Затем еще один – контрольный. Я не хотел этого, но напряжение, образовавшееся вокруг меня, добило нервную систему. Мутант лежал у моих ног без признаков жизни.

Войдя в комнату, освещенную всего двумя свечами, небрежно вставленными в самодельный подсвечник, я обнаружил пленника, лежащего на чем-то похожем на операционный стол. На ноге виднелась рана, полученная в результате встречи с капканом.

Все выглядело так, словно берсерк хотел залечить рану. Возле стола на табуретке лежали инструменты, похожие на медицинские. Многие из них были адаптированы под работу с телом.

Что же этот монстр хотел сделать? Пленник не ответил мне. Он лишь благодарно кивал, когда я отвязывал его от стола. И едва пленник был освожден, как он тут же поковылял в неизвестном направлении.

Обыскав тело хозяина хижины, я обнаружил ключ, как позже выяснилось от той самой клетки.

Выстрел был громким. В ушах до сих пор звенело, а в воздухе пахло порохом и легкой сыростью – естественным ароматом хижины. Судя по тому, что уже несколько минут я был один и ни кем не атакован, в этой хижине жил только лежащий передо мной мертвый берсерк.

Я так и не сумел понять, чем он занимался и как жил. А самое главное – что он хотел сделать с пленником. Неужели он хотел ему помочь? То, как он доставил раненого человека к себе в дом говорило об обратном. Однако сомнения в его злом умысле все же были.

Я решил дождаться рассвета в хижине. Выстрелы точно были услышаны. А как я понял ранее, в лесу вполне могли быть и другие мутанты. Да и капканы никуда не делись, продолжая ожидать меня в ночной тишине, раскрыв свои хищные металлически пасти.

Попеременно борясь со сном и страхом, я все же дождался рассвета. Хорошенько похрустев коленями, я поднялся с пола и вышел. В уши ударил дверной скрип, а глаза залил солнечный свет. Я вышел из хижины и, стараясь оставаться внимательным, направился к решетке.

Этим утром я впервые поверил в свое везение. Вспоминая путь, по которому я пробирался ночью от клетки к жилищу берсерка, меня перетряхнуло от возможных последствий отклонения от безопасной тропы. По моим беглым подсчетам, я мог угодить в капкан раз семь, а то и восемь.

Спустя пять минут показалась клетка. Днем этот путь составил не так много времени. Все пленники, за исключением того, что сбежал ночью, оставались на месте.

Лицо одного из них мне показалось знакомым. Возможно, я его встречал в прошлой жизни. Тяжело сказать. Будучи в плену человек сильно изменился. И, не буду забывать, что многие люди претерпели метаморфозы в связи с наступившим апокалипсисом. Скорее всего, с этим парнем я просто периодически пересекался по пути в школу или в местных магазинах. Сейчас это все было не важно. Он не узнал меня и не проявил абсолютно никакого интереса ко мне. Сейчас замученных пленом людей интересовала лишь еда и вода.

Я поделился чем мог с ними, продолжая держаться на расстоянии. Все-таки у меня были еда, оружие и хорошая одежда. Лакомый кусочек для разбойников. А бессонная ночь вдобавок ко всему делала меня уязвимым объектом качественного лута. Поэтому, убедившись, что пленники способны продолжить бороться за свои жизни самостоятельно, я покинул их.

По моим расчетам я уже возвращался к дамбе, но уже с противоположной стороны. Путь длинной в десять минут напрямую, в обход занял столько же часов (скорее всего даже больше). Но об этом я не жалел. Все-таки узнал о новом виде мутантов и помог людям.

Вдали показалась промзона, что говорило о моем прибытии на левый берег. Я помню, как эту зону облюбовали производители разной специализированной техники и владельцы авто разборок со складскими помещениями.

Я должен был проверить новую локацию на предмет мутантов и полезного лута.

Приближаясь к заводу по изготовлению промышленных систем кондиционирования (там работал мой дядя, поэтому знаю), я снова понял, что не учусь на ошибках.

Территория именно этого производственного объекта оказалась довольно ухоженной, а за недостроенным забором показался огород. Здесь кто-то жил!

Тишина прервалась уверенным «Замри!» позади меня. Затем мне накинули зачем-то на голову мешок и, грубо скрутив руки, повели в неизвестном направлении.

Казалось бы, только недавно пострадал от встречи с людьми, но расслабился и допустил оплошность. Я банально не ожидал встретить выживших в этом месте. Просто потому, что сам не выбрал бы это место для дома.

Темная комната, лучик света, освещающий летающую повсюду пыль и томительное ожидание. Я столько пережил за последние дни и совсем не ожидал, что все так закончится.

Спустя час, может больше, со скрипом открылась старая пластиковая дверь и в помещение вошли двое мужчин. На вид им было чуть за пятьдесят.

Они долго меня расспрашивали о том, откуда я, знаю ли других выживших, как протянул так много времени в одиночестве. Было много вопросов о моем быте и навыках. Прямо на глазах суровый допрос превращался в некое подобие собеседования.

А затем, оба этих человека встали и вышли из комнаты, снов оставив меня наедине со своими мыслями.

Они не выглядели плохими и не было похоже, что желают мне зла. Их даже позабавило, как я называю мутантов. Я так долго использовал свои термины, что привык к ним и даже не подразумевал, что кто-то мог называть их иначе.

Спустя, небольшой промежуток времени, в комнату вернулся один из мужчин. В этот раз он назвал свое имя – Виктор и предложил остаться у них, став членом общины. Исходя из рассказанного мною, он готов был принять меня в ряды разведчиков. Просто так остаться нельзя. Каждый член общины должен приносить пользу.

Мне безумно нравилось его предложение. Уж слишком долго я был в одиночестве и сильно соскучился по общению с людьми. Но согласиться я не мог. У меня была миссия, которую я до сих пор не выполнил и даже не приблизился к какому-либо значимому результату. Я не сумел найти ни единого достоверного следа Ларисы. А для меня это оставалось важным. Я должен был ее найти.

Мой отказ Виктор принял с легкой улыбкой и попросил подумать, пока он отойдет, чтобы показать мне что-то важное.

Что тут было думать?! Разум кричал мне принимать предложение и вступать в общину, но сердце требовало завершения линии Ларисы. Я должен был принять решение: или я отпускаю ее и вступаю в общину, или я отказываюсь от предложения и продолжаю преданно искать свою девушку.

А потом открылась дверь и в нее медленно вошла девушка с младенцем на руках. Длинные рыжие волосы, острый носик и эти незабываемые зеленые глаза.

Лариса тихонько поздоровалась. Было видно, как много она хочет мне сказать, но не может, боясь быть отвергнутой. Я же, едва не упал со стула. Цела и невредима. Я нашел ее. К горлу сразу же подкатил ком обиды. Чувства перемешались во мне. Злость и радость никак не могли смешаться в единую эмоцию и успокоить меня. У меня было так много вопросов, но сейчас я не знал, что сказать. Я даже не смог выдавить из себя приветствие.

Лариса села напротив меня. Она словно стеснялась младенца, мирно спящего на ее руках.

Не одного меня переполняли чувства. Лорка ерзала на стуле, ожидая от меня первого шага. Но я был непреклонен. Для меня ее появление оказалось слишком большим потрясением. Может быть, она это поняла и все-таки, спустя несколько долгих секунд молчания, решилась заговорить.

Дрожащим голосом она попросила у меня прощения за наше расставание и начала торопливо объяснять свои мотивы.

Как оказалось, покинула она меня будучи почти на третьем месяце беременности. Она долго думала, что с этим делать. Считала ребенка обузой в новом жестоком мире. Верила, что я обязательно узнаю как и даже смогу принять роды. И знала, насколько сложной станет наша жизнь. Знала, насколько сложной станет конкретно моя жизнь. И именно поэтому, Лариса решила покинуть меня и уйти в неизвестном направлении. Она считала, что одному мне будет проще. А она уже как-нибудь сама справится…

Сама справится с беременностью и ребенком. Я не мог поверить в услышанное. Передо мной сидела предавшая меня девушка. Не просто девушка, а любовь всей моей жизни и мать моей дочери. Весы уровнялись. С одной стороны было предательство и одиночество, с другой воссоединение с любимой и маленькая дочка.

— Виктор сразу понял, кто ты такой, когда услышал про берсерков и шатунов. Многих жителей общины позабавила наша с тобой терминология. Хотя, некоторые переняли наши словечки, — заговорила Лариса. Очевидно, ей было неловко в образовавшейся тишине. Думаю, не так мы представляли нашу встречу.

Я же продолжал молчать и думать над своими дальнейшими действиями. Лорка добавила, что Виктор сразу же ее позвал, ведь она рассказывала обо мне. Однако искать меня никто не стал. Как оказалось, в городе образовалось две относительно крупные общины. Они поделили между собой территорию. Той, в которую попала Лариса, отошел левый берег. А те подонки, что наведались ко мне в квартиру – это представители правого берега.

Общины заключили мир и обязались не соваться за границы своих владений. Дамба же, которая вызвала у меня опасения, служила нейтральной зоной. На ней встречались представители общин для диалога, обмена или торговли.

Лариса поняла, что я не был настроен на разговор с ней. Несмотря на огромное количество вопросов, задать хотя бы один мне не удалось. Рот отказывался открываться, а язык противился любой попытке заговорить.

Возлюбленная оставила меня одного. Наверно догадалась, что мне нужно время на борьбу с самим собой. Глубоко в душе я уже простил ее. Зная, что Лариса здесь, я на сто процентов был готов остаться в общине.

Чтобы продемонстрировать свою пользу или хотя бы рвение быть полезным, я решил, что расскажу о странном берсерке из леса, жившем в хижине.

После ухода Ларисы с дочкой дверь в комнату осталась не запертой. Я прикинул, что больше не являюсь пленником и могу покинуть это маленькое темное помещение для допросов.

Открыв дверь, я увидел такой же темный коридор, в обоих концах которого буйствовал солнечный свет.

Решив воспользоваться правилом правой руки, которое гласило, что если не знаешь в какую сторону повернуть, поворачивай направо, я пошел к свету, что светил с правой стороны.

Видимо это место носило секретный характер, потому как людей я не встретил в коридоре. Но услышал интересный диалог, когда нашел выход из здания. Под одним из окон стояло двое мужчин. Судя по голосам, это были Виктор и второй мужчина. Они обсуждали мою судьбу.

— Нет, этот парень будет нам полезен. Тем более девчонка его уже видела, — говорил Виктор.

— Какого хрена, ты их свел?! — буйствовал собеседник.

— Мне он нравится, и я уверен он сможет нам пригодится. Зуб даю!

— А кого же мы тогда отправим в лес?! Старый Шульга не будет ждать! Сам придет к нам!

— Паша, в прошлый раз мы отдали ему двоих. Может, кто-то еще попался в его капканы…

— А если нет?

— А если нет… Знаешь, нам давно пора придумать способ, как избавиться от Шульги.

— Я лично стрелял ему в голову и он не сдох! Встал спустя несколько часов!

— Значит, пора пленить его…

— И подвергнуть общину опасности?!

— Что-нибудь придумаем…

И я что-нибудь придумаю… Судя по всему я не убил того берсерка в хижине. И уж точно не я один в этом месте знаю о нем. Мне очень не понравился услышанный диалог. Но что-либо сделать сейчас я не мог. У меня маленькая дочь и хрупкая девушка, расставаться с которой я больше не желал ни на одну секунду. Буду думать…