История мира сего. Глава 4. Дорога на восток

История мира сего. Глава 4. Дорога на восток

Путь отряда лежал через Пограничную зону — беспокойные земли, которые одинаково далеко отстояли и от Святой Нации, и от Объединённых городов, и потому служили прибежищем для всех, кому не нашлось места в этих двух великих державах.

Через несколько часов пути в предрассветной мгле показались очертания города. Хаб — так называлось это место. Когда-то он принадлежал Святой Нации, потом был захвачен и разрушен шеками, потом отбит обратно, а затем — брошен. Теперь в его полуразрушенных стенах ютились изгои, преступники, дезертиры и прочий люд, не желавший жить по чужим законам. Город не спал даже ночью: в окнах мелькали огни, слышались пьяные крики, звон монет и глухие удары — то ли драка, то ли торг.

Генерал Зо даже не замедлила шага. Она лишь бросила короткий взгляд на тёмные силуэты зданий и молча повела отряд дальше. Заходить в Хаб не стоило: слишком близко к Мгле, слишком много лишних глаз, слишком мало порядка. Воины поняли её без слов — никто не задал вопроса, никто не предложил остановиться.

Отряд обогнул город по широкой дуге, держась подальше от стен, и вскоре Хаб остался позади — тёмное пятно на краю пустоши, медленно тающее в предрассветной дымке.

Дальше дорога пошла под уклон. Песок под ногами становился темнее, плотнее, всё чаще попадались лужи стоячей воды, поросшие камышом. Воздух сделался сырым и тяжёлым, пропитанным запахом гниющих растений и тины. К утру отряд вышел к границе болот.

Болота встретили их туманом. Густым, липким, он висел над водой, скрадывая очертания предметов и превращая знакомые силуэты в смутные тени. Идти приходилось осторожно — под слоем мутной воды скрывались ямы, коряги и трясина, готовая затянуть неосторожного путника.

Город, который местные называли Акулой, лежал примерно посередине болот. Со стороны он походил не столько на город, сколько на скопище плотов, лодок, свайных построек и кривых мостков, слепленных в единое целое. Ни стен, ни ворот, ни стражи — только хаос деревянных конструкций, дым костров да гомон голосов. Акула жила по своим законам. Здесь не было ни лорда, ни налогов, ни духовенства. Власть делили пять банд: Гончие, Черновёртыши, Серые летуны, Каменные крысы и Двойные клинки. Их соглашение — хрупкое и вечно готовое рассыпаться — держало город на грани между порядком и резнёй.

Отряд не успел пройти и пары километров по болотам, как Генерал Зо подняла руку. Отряд замер. Впереди, среди кривых стволов и мутной воды, показалось движение.

Из тумана, низко пригнувшись к воде, выползли кровавые пауки. Их было пятеро — крупные, с багровыми брюшками и длинными, покрытыми шипами лапами. Они явно ждали добычу. Один из них, самый крупный, сидел на коряге, медленно перебирая лапами, и его многоглазая морда была направлена прямо на воинов.

Генерал Зо обнажила клинок. Остальные сделали то же самое. Никто не произнёс ни слова — шеки знали, что в бою с кровавыми пауками лишний шум только привлекает новых тварей.

Первый паук прыгнул. Тарк принял его на щит, и молот обрушился на панцирь, расколов его надвое. Кайто метнул нож — тот вонзился в глаз второму. Кесс выстрелил из арбалета, и болт пробил брюхо третьему. Орон, стиснув копьё, ударил в сочленение четвёртому. Генерал Зо снесла голову пятому — тому самому, что сидел на коряге.

Бой длился не больше минуты. Вода вокруг потемнела от крови, но твари были мертвы. Морра быстро осмотрела воинов — никто не пострадал.

— Вперёд, — коротко бросила Генерал. — В Акуле передохнём.

Путь к Акуле прошёл на удивление тихо и гладко. Болота, обычно кишащие кровавыми пауками и прочей тварью, будто вымерли. Ни шороха в камышах, ни всплеска в мутной воде, ни один паук не выполз навстречу. Воины шли молча, всматриваясь в туман, но ничего не появлялось. То ли твари попрятались, то ли чуяли, что отряд не по зубам. Как бы там ни было, до города они добрались без единой стычки.

Морра хмурилась. Она знала болота. Знала, что пауки не уходят просто так. Что-то их спугнуло. Или кто-то. Но она молчала — не время для вопросов.

Акула встретила их сыростью, дымом и гомоном голосов. Доски прогибались под ногами, где-то внизу плескалась вода. Пахло солью, рыбой и тиной. Из открытых дверей тянуло жареным мясом и дешёвым пойлом. На них смотрели — кто с любопытством, кто с настороженностью. Шеки в Акуле были редкостью. Но никто не преграждал путь, никто не лез с вопросами. Здесь уважали силу, а сила чувствовалась в каждом движении пришедших.

Отряд направился в самое сердце Акулы. Там, в центре деревянного лабиринта, стояло большое круглое здание, сколоченное из толстых досок и укреплённое железными скобами. Из него пахло жареным мясом, дымом и дешёвым пойлом. Это было подобие бара — или забегаловки, как называли такие места местные. Здесь можно было перевести дух, поспать и поужинать, не опасаясь, что тебя ограбят или прирежут во сне.

Генерал Зо толкнула дверь и первой шагнула внутрь. Воины вошли следом.

Внутри ничего удивительного не было. Завсегдатаи сидели у барной стойки, сжимая кружки с пойлом и переговариваясь вполголоса. За столами в углах расположилось всякое отребье: беглые рабы, дезертиры, наёмники без контракта. Были здесь и участники местных банд — их выдавали цвета, повязанные на рукавах, и манера держаться чуть более уверенно, чем у прочих. На вошедших никто не обернулся. Здесь привыкли не задавать лишних вопросов.

Отряд подошёл к бармену — грузному мужчине с обветренным лицом и руками, больше похожими на лопаты. Он вытирал стойку тряпкой, которая когда-то была белой, а теперь стала серо-бурой.

— Чего надо? — буркнул он, не поднимая глаз.

— Кровати, — коротко ответила Генерал. — На несколько часов. Нас восемь.

Бармен поднял взгляд. Оглядел стоявших перед ним шеков — рога, костяные пластины, шрамы, оружие. В его глазах не было ни страха, ни удивления. Только оценка. Он видел много таких. Некоторые уходили. Некоторые оставались навсегда. Пахло пойлом, потом и дымом. За столами сидели люди — кто-то играл в кости, кто-то спал лицом в стол.

— Сотня катов, — сказал он. — За всех. И без драк. Кто начнёт — выкину сам, без разговоров.

Генерал молча отсчитала каты. Монеты звякнули о стойку. Бармен смахнул их в карман и кивнул в сторону тёмного коридора в глубине зала.

— Второй этаж. Две комнаты в конце. Разбудить — за отдельную плату.

Отряд направился к лестнице. Орон, Кесс и Век заняли одну комнату, Тарк, Морра и Дарро — другую. Кайто остался внизу — привычка разведчика: сначала осмотреться, потом расслабляться.

Пока остальные устраивались, Кайто задержался в общем зале. Он медленно потягивал пойло, поглядывая по сторонам.

За дальним столом, в самом тёмном углу, сидела фигура. Хитиновый панцирь тускло поблёскивал в свете масляной лампы. Рой. Но не из тех рабочих, что трудятся на полях. Этот был дёрганый — всё время оглядывался, что-то бормотал себе под нос. Кайто прищурился. Фигура показалась ему смутно знакомой. Рой поднял голову. Их взгляды встретились. В тёмных фасеточных глазах мелькнуло что-то — страх? Узнавание? Он тут же отвёл взгляд и вжался в стену. Кайто хмыкнул и отвернулся. Мало ли кто прячется в Акуле. Здесь таких — половина города. Беглые рабы, дезертиры, должники. Этот, наверное, из тех же. Он допил пойло и поднялся на второй этаж.

Путь предстоял неблизкий. А ходить по болотам ночью — удел либо слишком отчаявшихся, либо ищущих острых ощущений. Отряд Генерала Зо не был ни тем, ни другим. Она просто делала свою работу.

Утром, когда солнце только начало пробиваться сквозь окна, а на улицах Акулы ещё лежал густой туман, отряд Генерала Зо уже покидал город. Припасы были собраны в дорогу — вяленое мясо, сухари, фляги с водой. Бармен — молодой жженоземец, сменивший ночного — молча проводил их взглядом, не задавая лишних вопросов. Здесь привыкли: пришли, заплатили, ушли.

Путь лежал на восток. По заметкам Магистрата, где-то там, в глубине Горящего леса, находилась старая заброшенная лаборатория, где могли сохраниться нужные артефакты.

Генерал шла впереди и думала о том, что ждёт их в лабораториях. Магистрат не сказал всей правды — она чувствовала это. Но приказ есть приказ.

Спустя несколько часов хода, чуть южнее основного маршрута, отряд наткнулся на похожее строение. Лаборатория — точная копия той, что описывал Магистрат, — стояла на небольшом холме, полуразрушенная, поросшая мёртвой колючкой. Но что-то в ней было не так. Уже издалека Генерал Зо почувствовала неладное. Она подняла руку, и отряд остановился.

— Смотрите, — тихо сказала она, кивнув в сторону входа.

Из тёмного проёма тянулась едва заметная паутина — толстая, багровая, липкая. По стенам здания ползли тени, слишком крупные для обычных насекомых. Где-то внутри, в глубине, слышалось тихое, ритмичное постукивание — словно сотни лап перебирали камень.

— Гнездо, — коротко бросил Кайто.

— Да, — кивнула Генерал. — Кровавые пауки. И их там много. Соваться туда — самоубийство.

Никто не спорил. Отряд не стал задерживаться — развернулся и двинулся дальше, оставив заражённую лабораторию позади. Она ещё долго виднелась на горизонте — тёмное пятно на фоне выжженной земли, пока окончательно не скрылась за складками холмов.

Дорога шла на восток. Болота постепенно отступали, сменяясь сухими, растрескавшимися землями. Чем дальше отряд уходил от Акулы, тем реже попадались деревья — только обугленные стволы, торчащие из земли, как чёрные пальцы. Горящий лес. Здесь когда-то бушевали пожары. Теперь — тишина. Только ветер шевелил пепел.

К вечеру того же дня отряд вышел к подножию первой лаборатории — той, что Магистрат отметил на карте как основную. Она стояла на скалистом плато, массивная и мрачная, но, в отличие от предыдущей, не было видно ни паутины, ни движения внутри. Только тишина — густая, тяжёлая, как перед бурей.

Солнце уже клонилось к закату, и Генерал Зо приняла решение:

— Темнеет. Найдём укрытие и заночуем. Войдём утром.

Отряд двинулся вдоль скалы и вскоре наткнулся на небольшую ложбину, укрытую от ветра каменными выступами. Место было удобным: с одной стороны — скала, с другой — груда валунов. Тарк и Дарро быстро развели костёр, Морра достала бинты и травы, проверяя, всё ли на месте. Орон и Кесс отправились за водой к ближайшему ручью, Век развернул карту и принялся изучать подходы к лаборатории.

Генерал Зо сидела у огня, точила клинок. Остальные расположились вокруг, кто-то жевал сухари, кто-то просто молчал, глядя в огонь. Ночь обещала быть холодной. Где-то вдалеке, в темноте, ухнула птица — одинокий, тоскливый звук, от которого по спине пробегал холодок.

— Завтра войдём внутрь, — сказала Генерал, не поднимая глаз от клинка. — Будьте готовы ко всему.

Никто не ответил. Слова были лишними. Отряд Генерала Зо и так знал: в лабораториях никогда не бывает просто.

Ночь опустилась на лагерь. Костёр потрескивал, отбрасывая дрожащие тени на скалы. Ветер стих, и в наступившей тишине стало слышно, как где-то далеко, в глубине лаборатории, что-то мерно гудит — низко, почти на грани восприятия. То ли машины, то ли ветер в пустых коридорах.

Орон сидел ближе всех к огню, обхватив колени руками. Он смотрел на пламя — на то, как оно танцует, как трещат угли. Он думал о лаборатории. О том, что они найдут внутри. Тарк точил молот — камень скрипел по металлу, резко, ритмично. Морра перебирала травы, проверяя, всё ли на месте. Генерал смотрела в темноту. Никто не говорил. Только ветер шевелил угли.

Орон долго молчал, глядя на пламя, потом всё-таки решился:

— Генерал, а что мы будем делать с этими ядрами, когда добудем? Ну, для чего они вообще?

Генерал Зо не сразу ответила. Она провела точильным камнем по клинку ещё раз, потом подняла глаза:

— Магистрат говорит, что это память древних. Сердце машин. Если вставить такое ядро в скелета, он оживёт. Будет думать, двигаться, выполнять приказы. Не просто машина — воин.

— Значит, мы создаём армию? — тихо спросил Орон.

— Лорд хочет создать защитников, — ответила Генерал. — Тех, кто не устаёт, не спит, не боится. Тех, кто будет стоять на стенах Мглы вечно.

Дарро, сидевший чуть поодаль и проверявший молот, хмыкнул:

— Скелеты-защитники. Звучит как сказка. Я думал, скелеты — это проклятие, а не спасение. Я ведь кузнец, я металл знаю. Но чтобы металл сам думал — такого я ещё не слышал.

— Всё зависит от того, в чьих руках, — отозвался Век, не отрываясь от карты. — Меч в руках убийцы — орудие смерти. Меч в руках защитника — орудие жизни.

Кайто, лежавший на спине и глядевший в звёздное небо, усмехнулся:

— Философ. А я вот думаю проще. Нам сказали — ищем ядра. Значит, ищем. Нам сказали — хватаем скелетов. Значит, хватаем. А что там Лорд с ними сделает — не наше дело.

— Не скажи, — возразила Морра. Она сидела у огня, перебирая травы в сумке. — Если мы притащим то, что не следует, беды не оберёмся. Я слышала истории про скелетов, которые оживали сами. Без всяких ядер. И они были... не такими, как надо.

Тарк, молчавший до этого, поднял голову:

— Истории — это хорошо. Я вот тоже одну историю знаю. Хотите?

Орон кивнул:

— Валяй.

Тарк уселся поудобнее, подбросил в костёр ветку и начал:

— Было это года три назад, ещё до того, как я к Генералу попал. Шёл я через Пепельные земли — один, без отряда. Тогда я ещё сам по себе был, никого не признавал. И вот, значит, иду. Сушь, жара, песок. Вдруг вижу — впереди, у скалы, сидит скелет. Живой. Голову опустил, руки на коленях, будто спит. Я подумал — показалось. Подошёл ближе. Нет, настоящий. Металлические кости, глаза пустые, но что-то в них светится. Тускло так, будто уголёк тлеет.

— И что дальше? — спросил Орон, подавшись вперёд.

— А дальше он поднял голову, — продолжил Тарк. — Медленно так, будто шею ему ржавчина сковывала. Посмотрел на меня. И знаете, что сказал? «Не подходи. Я ещё помню, как держать меч». И всё. Больше ни слова. Я постоял, подумал — и обошёл его стороной. Не хотелось проверять, помнит он или нет.

Все молчали. Костёр трещал, ветер шевелил угли.

— Вот поэтому я и говорю, — сказала Морра. — Скелеты — это не просто машины. Это память. И когда мы их тащим в Мглу, мы тащим не железо. Мы тащим то, что они помнят.

Кесс, проверявший арбалет, поднял взгляд:

— Тогда вопрос. Если скелет помнит, как держать меч, — на чьей стороне он будет сражаться? На нашей? Или на той, которую помнит?

Ответа не было. Генерал Зо убрала клинок в ножны и посмотрела на огонь:

— Поэтому мы и берём их в плен. Целых, обездвиженных. Чтобы Магистрат мог решить, что с ними делать. Наша задача — доставить. Всё остальное — не наше дело.

Она поднялась и отошла к краю лагеря, всматриваясь в темноту. Разговор стих. Орон снова уставился на огонь, Век свернул карту, Кайто закрыл глаза. Тарк подбросил ещё ветку и пробормотал:

— Ладно. Завтра увидим, что там, в этой лаборатории. Может, и не придётся никого никуда тащить.

— Может, и не придётся, — эхом отозвалась Морра и принялась раскладывать бинты.

Генерал не спала. Она смотрела на огонь и думала о том, что завтра они войдут внутрь. И что кто-то может не выйти.

Ночь тянулась медленно. Где-то в глубине лаборатории всё так же гудело — ровно, монотонно, словно сердце древней машины, которая ждала своего часа.