Халат и башня

Глава 1

Фигура в белом халате преследовала 45-го. Его лицо взмокло от ужаса. Обесточенный город недобро смотрел на бегущих.

Мужчина забежал за угол и закрыл глаза. «Исчезнет. Всегда исчезал», – пронеслось в голове. Утерев кровь под носом, 45-ый выглянул из своего укрытия. Никого. В центре города виднелись всполохи электрических разрядов. Натужные синтезированные голоса повторяли: «120 000». Здесь же было мёртво, пусто.

«Это, конечно, хорошо, – подумал 45-ый, – но надо спешить».

Мужчина шёл к потрёпанному зданию с богатой историей. На стенах красовались огурцы и помидоры. На табличке над входом было написано: «Хоспис».

Мусор хрустнул при входе. В углу ослепительно ярко вспыхнул белый халат. «Ми… ит, ва… …ол, не …ойте…!» – словно сквозь вату донеслось от фигуры. 45-ый, спасаясь, обрушился на стоявшее в стороне медицинское оборудование: кардиомониторы, электромикроскопы. Техника треснула под тяжестью, экраны и лампочки замигали.

Халат исчез. Мониторы на секунду вспыхнули особенно ярко и погасли. Лежащий в куче пластика 45-ый гулко сглотнул. «Что-то часто, – подумал мужчина, отряхиваясь. – Запишусь перед выходом. Может, сегодня сохранится».

Он пошарил по карманам и с трудом выудил телефон. Убедившись в том, что тот не подаёт признаков жизни, 45-ый взял его плотнее и слегка прищурился. Экран ожил. Движением глаз мужчина открыл диктофон, едва заметным усилием - включил запись.

«Он когда-нибудь догонит меня. Сегодня был даже в убежище. Главное – успеть к башне. Не знаю, что я там найду, но чувствую, что как-то причастен к тому, что пошло оттуда. Как – не помню. Я вообще мало что помню.

Спросить бы, может ли кто-то ещё управлять техникой после Катастрофы – но не у кого: сто лет не видел ни одной живой души. Или видел… Не помню…

И этот ещё… как я устал. Мне везде мерещится он. Повсюду. Пора».

Мужчина подошёл к двери. Вдали виднелся чёрный купол. «Сегодня точно встретимся», – обратился он к башне.

Мужчина медленно двигался к цели. Шум, доносящийся от площади, становился всё назойливее. Ощущение погони – всё яснее.

Когда до заветного здания оставалось меньше километра, 45-ый внезапно осознал, что у него нет плана. Он дойдёт до двери, а что потом? Кого он встретит? И что скажет? Ведь у него нет ничего, кроме полувоспоминаний и смутных ощущений вины.

Гром прервал его мысли. Первый шаг совпал с ещё одним раскатом, а следующий – с появлением призрака в белом халате, трепещущем на ветру. «Ми… ит, ва… …ол, не …ойте…!» – нёсся крик, близкий, как никогда.

И вот он уже сзади, и его вопль сковывает привычным ужасом. Резкая боль пронзила 45-го. Силы покинули его.

«Мис… …мит, ва… …кол, не …ойте…!» – донеслось из темноты. «Мистер Смит, ваш укол, всего лишь укол, не бойтесь, – повторил человек в халате. – Тяжело с вами».

Мистер Смит едва дышал, пот пропитал подушку. Сил сказать что-либо всё не было.

«Знаете, мистер Смит, – сказал доктор, не глядя на своего пациента, – так больше не может продолжаться. Вы почти всегда в забытии, бредите. К вечеру состояние ухудшается. Повышается давление, начинается носовое кровотечение. Мы вынуждены применять гормональные средства».

Смит смотрел на доктора глазами, полными слёз. Он многое хотел бы сказать.

Доктор, указывая за окно, продолжил: «Когда вы начали разработку технологии влияния на электротехнику, мне было лет 6. Вы были круче всех магов – вы не просто владели силой. Вы управляли техникой, будто она была продолжением вашего организма. И обучали других! Как я сокрушался, когда не смог попасть к вашей башне… Но ваш способ трансформации оказался не таким совершенным, как вы уверяли. 120 000 человек были там, надеясь получить величайший апгрейд, 120, мистер Смит! А результат? Горы трупов, разрушенный город. Одна ваша башня стоит, будто рядом с ней не произошла Катастрофа!» – доктор сорвался на крик.

Мистер Смит промычал. Доктор сел рядом: «А ведь вам хуже, Смит. Сегодня вы уже не рассказываете, что доберётесь до башни, не радуетесь тому, что я – не тот «в халате». Вы ведь в палате 45, Смит, в хосписе. Не первый месяц. Семьи у вас не осталось. Как и у меня. Вашими стараниями» – доктор потёр переносицу. Воцарилась тишина, прерываемая хриплым дыханием Смита.

– Зачем вы говорите мне всё это, док? – прошептал пациент.

– Я больше не вижу смысла поддерживать вашу чудом сохранившуюся жизнь. Я думал, что вы или умрёте, или предстанете перед трибуналом. Но ваша смерть приближается непозволительно долго. Пора, мистер Смит. Я отключаю вас. Прощайте.

Врач нажал на кнопку аппарата жизнеобеспечения и перед уходом выключил свет.

Час прошёл в тишине. 45-ый взглянул на монитор аппарата, к которому был подключён – тот вспыхнул зеленью. Мановение руки – свет в палате загорелся. Опираясь о стену, он подошёл к окну и уставился вдаль. Башня манила его.

Мужчина перевёл взгляд на своё отражение – на него смотрел почти мертвец. «Дойду. Сегодня», – пообещал себе он и обернулся.

В углу палаты стояла фигура, чей халат, казалось, обладал собственным светом. Ноги 045-го подкосились, но он не упал. «Дойду?» – спросил он. Фигура пожала плечами.