Двое

Глава 1

Проснулся я, как всегда, резко и задолго до общего подъема. Сновидений не было, как обычно.

Сомневаюсь, что теперь хоть кто-то рад снам, они чаще превращаются в кошмары. Всегда с одним и тем же сюжетом: ты пытаешься убежать от Твари, мерзкого существа под два метра ростом с двумя парами когтистых лап, покрытыми буграми мускулов; и голова неестественно вытянутая с пастью, усеянной двумя рядами острых зубов, и глазами ядовито-зеленого цвета. А в темноте ее черная кожа мерцает зеленым, жуткое зрелище.

– Аристарх, – тихо позвал Валентин Яковлевич. – Не спишь?

– Нет, товарищ командир! – бодро, но в меру громко ответил я.

– И когда тебе надоест? – поморщился он.

Валентину Яковлевичу Шапкову была не по душе роль старшего сама по себе, и еще больше не нравилось, когда на это делали акцент. Но я ничего не мог поделать, такой уж у меня характер.

В ответ на его стон, я лишь улыбнулся, что, впрочем, едва ли можно было заметить при тусклом свете редких ламп накаливания, которые были редко развешены в коридоре.

– Собирайся. – Сухо проговорил Шапков. Похоже догадался какие гримасы я строю во мраке. – Заменишь Андрея. Ему нездоровится.

И, не дожидаясь пока я встану, ушел.

Собрался быстро, уже через десть минут был в общем зале. Указания руководства я выполнял всегда быстро и предпочитал в ответственные моменты держать свое безумие при себе.

– Утра, Безумец, – поприветствовал меня Димка. Худощавый, вечно бледный пацан. Он сидел в кресле сразу у входа. Его часто обзывали Упырем, что, впрочем, не доставляло Диме никакого дискомфорта.

– Доброго, – ответил я беззлобно. Не те времена сейчас, что бы обижаться на правду. Когда по разрушенному миру бродят Твари, а нам приходится прятаться по катакомбам. Нужно быть терпимее к людям, тем более, когда заслужил. Всем нашим известна моя нездоровая тяга к знаниям, граничащая с безумием, собственно именно поэтому чаще меня кличут Безумным Ученым или просто Безумцем.

Помимо Упыря в зале расположились еще трое.

В дальнем углу размеренно покачивался Борис Севастьянович Гуцман, в кресле-качалке. Отставной военный лет сорока. Как всегда, гладко выбритый и в выглаженной рубашке. Казалось бы, кому это нужно в наше время, но «сила привычки», как он любит повторять. Прозвище у него было – Боцман, что никоим образом не соответствовало действительности. Срочку и двадцать лет контракта он оттарабанил во внутренних войсках. И уволился в звании старшины, как раз за год до катастрофы.

В центре зала, за столом на лавке сидела Лариса Александровна Зарская. Низенькая женщина лет тридцати. Ее каштановые кудри были собраны в хвост, а пол-лица закрывали очки-блюдца. По образованию она была филолог, и успела лет пять отработать в университете. И мне было мало понятно какие ее таланты нам могут понадобиться в быстрой вылазке к супермаркету. Но командиру виднее, собственно, он сидел тут же за столом.

– Присаживайся, Аристарх. В ногах правды нет, – снисходительно улыбнулась Лариса.

Валентин Яковлевич дождался пока я сяду и начал:

– Что ж, теперь, когда все в сборе, начнем инструктаж. Ваша задача – добраться до продуктовой базы на севере К...ы; тихо, скрытно, не привлекая внимания и главное быстро. Вы должны обернуться до темноты. Задача ясна? Вопросы?

У меня их было. Но опять же все они были не уместны в данной ситуации. Полагаю, у остальных были схожие трудности, потому что вопросов не последовало.

– Отлично. Тогда завтрак, и к завхозу. У вас двадцать минут на все про все.

***

В городе только занималась заря. Первые лучи солнца пробивались между развалин многоэтажек, играя бликами на битом стекле и создавая интересные тени.

Мы шли быстро, в колонну по одному. Боцман во главе, далее Лариса и Упырь, я замыкал. Наш путь пролегал по главным улицам города, Гуцман справедливо полагал, что встреча с Тварями на открытом пространстве менее вероятна, чем в трущобах города.

На мой же взгляд это никак не повлияет на наши шансы пройти незамеченными. Нас спасет от них только их отсутствие в городе, что, впрочем, вполне возможно, их не так уж и много по миру бродит.

Хотя я бы очень хотел поймать одну из Тварей. Уж очень интересно узнать мне отчего у них такие выдающиеся способности. Посудите сами: практически неубиваемые, в разы сильнее человека и, главное, они же метаморфы! Как? Как такое возможно? Ведь раньше они были людьми. Спрашивается, что их так кардинально изменило?

За своими мыслями я и не заметил, как отстал от своих. Что ж, не беда, город я знаю, конечная точка мне известна, догоню.

Что бы наверстать время, решил срезать. Свернул в переулок, между двух хрущевок. Прошел дворами насквозь и вышел к торговому центру.

Картина, представшая передо мной, не радовала глаз. И если развалины города импонировали моему извращенному чувству вкуса, то труп ламантина перед дверьми торгового центра заставлял обливаться мое сердце кровью. Бедное животное, за что с тобой так? Я бы еще мог смириться, если бы это был обычный ламантин. Но он был розовый! А их днем с огнем не сыщешь.

Пожалуй, одного этого мне хватит что бы ненавидеть Тварей. Это ведь их рук дело.

И тут я услышал шорох разбитого стекла. Из соседнего переулка вышла Она – Тварь.

«Ну вот и все, Аристарх. Песенка твоя спета», – пронеслось у меня в голове.

Я так и застыл в пол-оборота к Твари, едва дыша и не рискуя пошевелиться.

Она как будто не замечала меня. Стояла, опустив все свои плечи и склонив голову, смотрела на ламантина. В ее позе все кричало о такой грусти и отчаянии, что я невольно проникся к ней.

Нам ведь не известно из-за чего они такие, чего хотят, что ими движет? Может быть они и не хотят смертей, что стали нормой в нашем мире и мы их просто недопоняли. Быть может это мы злодеи, а Твари лишь жертвы? Всем свойственно защищаться при проявлении агрессии. Вот и они были непоняты и приняты за угрозу. А лучшая защита, как известно – нападение.

Тут мы встретились взглядами. И моя душа унеслась в пятки. Такой бури эмоций я не смог вынести. В зеленых глазах Твари были гнев и уныние, страсть и безысходность, трепет и безразличие. Она словно давила на меня ментально, и я не выдержал – отступил на шаг.

Плечи Твари опустились еще ниже, а взгляд потускнел еще сильнее. Она что-то пробормотала, столь невнятно, что с десяти шагов я смог уловить только что-то про «недоверие» и «страх».

Я замер. Почему-то я перестал бояться ее. Мне стало так ее жалко, что места для страха просто не осталось.

***

Не знаю сколько мы так простояли, час или весь день? Но Тварь так и не приблизилась ко мне, и я не стал нарушать зону ее комфорта.

Мы просто играли в гляделки и кажется она даже не моргала.

В моей голове проносились тысячи мыслей, я так и не смог разгадать их секрет. Для этого конечно лучше бы подошел тактильный контакт, а не визуальный. Но чего нет того нет.

Мы с ними очень похожи, хоть и такие разные. Стать видом, распространенным на множестве планет – вот чего мы хотим. Они хотят того же. Почему? Наверное, так же как и мы привыкли доминировать. Побеждает сильнейший...

Тварь отвернулась и продолжала свой путь.

А я так и остался стоять. Смотря ей во след.