Дикое пламя

Глава 1

I

Мерный рокот винта вертолёта было слышно издалека, с каждой минутой он приближался, а через какое-то время на фоне ясного неба показался и его виновник. Огромная зелёно-серая железная птица зависла над посадочной площадкой, выпустила посадочные шасси и не спеша опустилась на землю.

Джейкоб, наблюдавший за посадкой вертолёта, вытер пот со лба и продолжил устанавливать гироскоп. Тот никак не хотел вставать в предназначенный для него паз в устройстве наведения, осторожного усилия не хватало, а если надавить сильнее, можно было повредить ценную деталь.

- Что, опять полагаешься на грубую силу в ситуации, где нужна хирургическая точность? - спросил подошедший механик в заляпанном комбинезоне.

- Я и пытаюсь “хирургически точно”, - буркнул Джейкоб.

- Давай подсоблю, - механик уселся на пассажирское кресло внедорожника, взял из рук Джейкоба деталь и ловким движением воткнул гироскоп в паз. Тот издал щелчок, на панели устройства загорелась лампочка.

- Вот и всё, проверяй.

Джейкоб положил руку на джойстик, уставился в монитор и навёл перекрестие прицела на стоявшую в двадцати метрах от машины мишень. Над головой послышался механический скрип и спустя три секунды компьютер писком оповестил, что орудие наведено на цель.

-Всё равно медленно, - заметил Джейкоб.

-Медленно? Да это почти в два раза быстрее стандартного образца!

- Ещё ускорить сможешь?

- Повозиться можно, поменять шестерни у турели, например, - задумчиво произнёс механик, - где ты вообще такой гироскоп раздобыл? Он явно не нашего производства, выглядит, как будто недавно сошёл с конвейера завода старого мира.

- В крайнем рейде вытащил из обломков колымаги фанатиков.

- Во дела, - присвистнул механик, - неужели Огнепоклонники где-то в своей пустыне раскопали древний склад?

- Да кто бы знал, разведка так глубоко на их территорию не лазит. Так что с шестернями, займешься? – спросил Джейкоб.

- Не сейчас старина, я вообще мимо проходил и твою возню случайно заметил. Мы осадного паука к маршу готовим, говорят их на юг своим ходом погонят, времени ни на что просто нет.

- Да, погонят, наш отряд их сопровождать и отправляют…

- Сэл! Сэл! Рядовой Салливан, где вас черти носят?! – раздался крик со стороны ремонтного цеха.

- Вот и меня уже ищут, ни секунды покоя, - вздохнул механик, - наверняка сержант опять с гидравликой управиться не может. Ладно, Джейкоб, я побежал, удачи тебе!

- И тебе удачи Сэл, спасибо за помощь.

Механик Сэл, он же рядовой Салливан выскочил из машины и быстрым шагом направился к ангару, стоявшему напротив стрельбища. Джейкоб закрыл панель бортового компьютера и вылез из внедорожника. На стрельбище стояло пять машин: четыре внедорожника с автоматическими пулемётными турелями и крупный шестиколёсный броневик, вооружённый двумя залповыми ракетницами - Миротворец – гордость и основная ударная сила отряда Омикрон.

Бойцы готовились к заданию, пристреливали пулемёты, проверяли боеприпасы – сопровождение пауков будет долгим, до южных рубежей двое суток пути, это если без остановок и происшествий, а они обязательно будут.

На стоянку перед стрельбищем быстрым шагом вышел поджарый человек в камуфляжной форме с нашивкой лейтенанта и зычным голосом скомандовал: - Отряд, стройся!

Из машин повыскакивали люди, к ним присоединился Джейкоб, и они выстроились в шеренгу перед командиром.

-Вольно! – гаркнул лейтенант, - Приоритеты сменились, наш прошлый приказ отменяется, командование прислало новый. Буквально пару минут назад один из рейнджеров доложил, что обнаружил строящуюся перевалочную базу Каганата прямо на границе пустыни и Долины. Командование считает, что эта база будет использоваться для дозаправки вертолётов, что позволит фанатикам бить цели практический на всей нашей территории. Поступил приказ – в кратчайшие сроки уничтожить этот объект, посылают нас – самый тяжеловооруженный отряд находящийся ближе всех к цели. Данные по маршруту уже пересылают на бортовые компьютеры, так что выдвигаемся прямо сейчас. Вопросы имеются? – спросил командир и, не дав ни секунды на размышления тут же добавил: - Вопросов нет, все по машинам, построение стандартное, пошли, пошли!

Бойцы отряда разбежались по своим машинам, завели движки и тронулись к выезду с базы. Джейкоб, подождав пока проедут остальные, встал замыкающим в хвосте колонны. Затрещала рация, на связь вышел лейтенант: - Приём, отряд Омикрон, карта маршрута уже загружена, ознакомьтесь и на связь пока не выходите, в пути храним радиомолчание – работу нужно сделать быстро и тихо, конец связи.

На экране радара бортового компьютера высветился маршрут, расположение машин отряда и местоположение базы – дорога шла большей частью по Долине, через леса и руины старых деревень, заканчиваясь в небольшом каньоне. Неплохое место для скрытой базы – думал Джейкоб, - те места считаются брошенной глухоманью, всё ценное оттуда уже давно растащили, почва мертва и источников воды тоже нет. Путь обещал быть тихим и до места отряд доберётся часа через три.

Джейкоб крутил баранку внедорожника и смотрел в след едущему перед ним Миротворцу. Ехал он на автомате, концентрироваться на дороге не было нужды, и в голову начали закрадываться мысли. В пути они проедут мимо нескольких опустевших деревень, возникших уже после катастрофы – когда разрозненные люди искали тихое пристанище, учились выживать в новом мире – прямо как когда-то давно и он сам. Он покрутил головой, пытаясь избавится от навязчивых мыслей, но спокойная окружающая обстановка погружала его в воспоминания и Джейкоб не смог сопротивляться.

II

Никто так и не смог толком понять от чего погиб старый мир. Люди назвали случившееся Кроссаутом – но это ничего не проясняло. Все они говорили о разном – то ли какой то реликтовый вирус доисторических эпох, вырвавшийся из-за таяния полярных шапок, то ли вторжение пришельцев, решивших захватить планету, а кто – то говорил о финальной войне человечества, третьей мировой. Всё это было неважно. Джейкоба и Марию, молодых хирургов - выпускников медицинского университета, конец света застал на собственной свадьбе. Весь мир вокруг внезапно затрясло, небо озарили вспышки сотен, если не тысяч молний, падали летящие самолёты. Люди умирали на месте, внезапно падая замертво, кто-то взрывался мириадами искр, словно кошмарный фейерверк, кто-то просто исчезал как видение, стоило моргнуть – и человека уже не было. В сознание людей, словно они были телевизионными вышками, транслировались фантасмагоричные образы – многие от увиденного сходили с ума, теряли себя, превращаясь в нечто иное.

Марии и Джейкобу повезло – страшная участь миновала их, какая-то высшая сила сохранила им и жизнь и рассудок. Поначалу они прятались у себя дома, питаясь тем, что находили в опустевших квартирах соседей. Потом город превратился в поле боя – свихнувшиеся выжившие устраивали бои за пропитание и топливо. Молодожёны решились на побег – собрали всё самое необходимое, еду, медикаменты, инструменты, охотничье ружье, и, угнав соседский пикап, под покровом ночи покинули город. Джейкоб давил газ и вёл машину подальше от города, подальше от огромной братской могилы, охваченной повальным безумием уцелевших, подальше от хаоса и смерти.

Остановился он, когда закончилось топливо, и парочка обнаружила себя в глуши, в заповедном лесу, очень далеко от старого посёлка, где когда-то рос Джейкоб. В местах, в которые в своём детстве они с отцом ездили на охоту, пропадая здесь неделями. Лес не поддался безумию города, был полон жизни и обещал спокойный приют уставшим путникам. В этом месте Джейкоб и Мария остались, сначала живя в палатке, а со временем построив избушку. Текущая неподалёку река снабжала водой. Джейкоб как опытный охотник обеспечивал их мясом, а Мария занималась сбором ягод и грибов, постепенно осваивая сельское хозяйство. Так продолжалось десять лет. Десять лет спокойной жизни, лес обеспечивал их почти всем необходимым, сложно проходимая местность защищала от посторонних, а Джейкоб исследовал старые деревни, вымершие после Кроссаута. Казалось, они спаслись, они устроили жизнь, мир спас их, уберёг от апокалипсиса и дал укромный уголок для действительно счастливой жизни.

В одном из походов, изучая заброшенную деревню, Джейкоб нашёл радиоприёмник. Немного повозившись с проводами, ему удалось заставить тот работать, и через треск помех он уловил сообщение. Оно было призывом присоединиться к группе выживших называвших себя Механики, они хотели отстроить старый мир, починить его и жить как прежде. Старый мир сгинул безвозвратно, человечество навлекло на себя гнев планеты, и та отомстила им, - думал Джейкоб, - теперь жить нужно по новому, в гармонии с окружающим миром. Он проигнорировал призыв, но радио забрал с собой.

На одиннадцатый год родилась Мия. Джейкоб и Мария осознанно привели её в мир, полностью поверив в нормальность новой жизни. Роды прошли без осложнений – оба были квалифицированными врачами, от болезней защитили прививки, найденные в руинах больницы одной из заброшенных деревень. Растили девочку, окружая заботой и любовью. Джейкоб приносил книги из рейдов, стругал игрушки из древесины, Мария готовила различные блюда из проросших злаковых культур и ягод. Мию учили заботиться о себе самой, ходили вместе с ней на охоту. Джейкоб даже показывал, как управлять старым пикапом, стоически перенося боль в оттоптанных ногах, на которые Мия изо всех сил давила, будучи ещё слишком маленькой, что бы дотянуться до педалей.

Чем старше становилась девочка – тем хуже становилось лесу вокруг. Постепенно сокращались поголовья оленей и кабанов, волков вообще было не видно. С каждым годом всё сильнее увядал зелёный покров, и сложнее было вырастить урожай. Со стороны старого города дули нехорошие ветра, от них несло трупным смрадом и непонятным зловонием, словно там происходило что то противоестественное. Джейкоб ещё в первые годы жизни в лесу подмечал это, но долгое время эти поветрия не доходили до их обиталища, а сейчас настигли. На мгновение у него промелькнула мысль, что город вернулся за ними, но он отбросил её сразу же. Жизнь становилась труднее, и когда ситуация усугубилась настолько, что впереди замаячила угроза голода, семья решила покинуть своё убежище.

Вспомнив о старом приёмнике, Джейкоб включил его – он всё так же транслировал призыв к объединению и координаты поселения Механиков. Вместе с Марией они приняли решение ехать к ним, но для этого следовало подготовиться – дорога была не близкой. Месяц ушел, что бы отремонтировать проржавевший пикап и собрать со всех окрестных руин достаточно горючего. Оставалось запастись пропитанием, и Джейкоб отправился на охоту. Зверья практически не встречалось, и ему пришлось углубиться далеко в лес, проведя в поисках целую неделю. В лесах стояла тишина, живность почти покинула эти места, слышно было только завывания ветра и шелест веток.

Ветер донёс слабый запах гари, едва ощутимый в смраде, но чутьё охотника позволило уловить его. Что-то горело, горело достаточно давно, и со стороны фермы. Он, моментально почувствовав неладное, бросил с трудом добытую тушу оленя с плеч и на всех парах помчался домой. Чем ближе он подбирался к ферме, тем отчетливее был виден столп дыма. Изба почти полностью выгорела, превратившись в чёрную развалину, пикап был уничтожен, а возле огорода лежали два обгоревших тела, одно меньше другого.

Он навсегда запомнил своё состояние в тот миг. Помнит что рыдал, сидя на коленях перед телами своей семьи. Помнит как копал могилы обгоревшей лопатой с треснувшим черенком. Помнит тепло ещё тлеющих тел, которые он судорожно обнимая, нёс к вырытым могилам. Как долго сидел, всматриваясь в надгробия с нацарапанными именами “Мария” и “Мия”, которые сделал из дверей пикапа. С тех пор каждую ночь Джейкобу снился один и тот же сон - сгоревший дом и плачущая Мия в белом сарафане, сидящая на выгоревшем крыльце.

В тот же миг явился огонь, что разгорался в сердце, после того как была брошена последняя горсть земли на могилы. Пламя жгло его изнутри. “Ты подвёл их, - шептало оно, - погрузился в иллюзии, думал, что можно жить как прежде и ослаб”. Пожар в душе становился всё сильнее и вырвался наружу, явившись яростным воплем, вырвавшемся из глотки Джейкоба. “Помимо твоей слабости было что-то ещё, - раздался эхом голос в голове, - кто убил их?” Джейкоб начал лихорадочно осматривать руины фермы. Рядом с огородом валялись обгоревшие куски металлолома, в которых с трудом можно было разобрать автомобиль, и развороченный взрывом бак для топлива. Видимо его детонация и вызвала пожарище, в развалинах машины лежали обгоревшие останки, но опознать их не представлялось возможным. От взорванной машины в глубину леса вели следы, колеи от колёс нескольких автомобилей. Сняв с плеча винтовку, Джейкоб бегом пустился по колее, словно охотничья гончая, взявшая след добычи.

Он быстро нашёл их. Небольшой отряд на лёгких багги, размалёванных красной краской, они не скрывались, остановившись на привал у почти пересохшей реки. Рука Джейкоба не дрогнула, он был опытным охотником, а нападения убийцы не ждали. Последний оставшийся ещё в живых, что то кричал о “несчастном случае на ферме ”, но Джейкоб не замешкался ни на секунду. В одной из машин он нашёл бумаги с намалёванными корявым почерком приказами, в них говорилось о готовящемся вторжении Каганата в некую Долину, об общем сборе банд Бешеных и ведущих их за новыми завоеваниями Огнепоклонниках.

Пламени этого оказалось мало, - “Отправляйся в Долину, - шептало оно, - наша жатва только начинается, корми меня ими, я буду пылать ярко и оставлю тебе твою жалкую душонку, или снова напомнить, какой ты слабый и беспомощный, как зря тебе верили Мия и Мария?”

- Договорились, - прорычал Джейкоб, забрался в одну из машин и пустился на восток, по координатам из приказов, в Долину. Новый мир оказался ещё более мерзким и пакостным чем он его себе представлял. Безумие первых дней, от которого он так пытался укрыться, завладело всем вокруг. Люди сбивались в банды и группировки, вели бесконечные войны по любому поводу, рыскали по руинам, собирая всё, до чего могли дотянуться. Изменился их облик – у некоторых светились глаза, у кого-то через кожу просвечивало сплетение нервных окончаний, переливаясь фантастическими оттенками цветов. Основой новой жизни стал вооруженный автомобиль - транспорт, защитник, а для кого-то и передвижной дом.

То тут, то там природа брала своё. Зарастали деревьями и бурьяном брошенные города, расцветали невиданные доселе цветы. Но во всём этом буйстве жизни Джейкоб нутром чувствовал что-то зловещее. В один момент подует обрывистый ветерок, принеся тошнотворное зловоние со стороны панельной многоэтажки, полностью заросшей вьюном фиолетового цвета. В другой, солнечный луч, неестественно изогнувшись, пронзит водную гладь небольшого озера, и в толще воды распадётся на множество лучей поменьше, переливающихся всеми цветами радуги. Казалось, мир менялся вместе с людьми, словно и его охватило безумие, неведомая хворь поразила землю и превращала во что-то другое.

Джейкоб прибился к одной из групп выживших – бывших военных, всеми силами пытающихся навести порядок в разрушенном мире. Они называли себя Братством и вели войну против Каганата – огромной орды рейдеров, наступающей из западных пустынь на Долину. Ещё Братство несло свет цивилизации, отстраивало города, давало потерянным людям кров и пропитание. В глубине души Джейкоб знал, что они поступают правильно, но интересовала его только война. Он получил направление к Степным волкам, в элитный боевой отряд, под командование майора Эрика Шталя, где и служил, годами утоляя свою жажду мести.

III

Поток воспоминаний прервал треск рации, из неё раздался голос лейтенанта: - Отряд, нас засекли! Занять оборонительные позиции и готовиться к отражению массированной атаки, Миротворец, заряжайте ракеты и готовьтесь стрелять по моей команде!

Из-за холма волнами повалили легкие машины фанатиков, тут же открыв огонь по отряду. Завязалась перестрелка, воздух сотрясался от пулемётных очередей, взрывов и лязга металла.

Нарвались на патруль, или они шли следом? Нет, напали бы раньше, - размышлял Джейкоб, - скорее ждали нас здесь, но откуда узнали? Крот в наших рядах? Или командование повелось на дезинформацию? Сейчас это было уже неважно, Джейкоб кинулся в бой, распаляя пламя внутри себя. - Огонь, огонь! – крикнул по рации лейтенант, и тишину сумеречного вечера пронзил свист множества ракет, вылетевших роем из пусковых установок. Спустя несколько мгновений послышалась череда взрывов, а последовавшая за ними ударная волна пошатнула внедорожник Джейкоба, заставив того крепче схватится за баранку.

Джейкоб, давя педаль газа, лавировал между идущими на него вражескими багги, одной рукой управляя машиной, другой наводя крупнокалиберный пулемёт и давя на гашетку. Бронебойные патроны прошивали ржавые машины фанатиков насквозь, и ему оставалось только наводить орудие на следующую цель.

Фанатики давили числом, по рации снова раздался крик командира: - Миротворец, залп на четыре часа, огонь по скоплению машин! – сквозь атмосферные помехи пришёл ответ, - Лейтенант, они блокируют работу системы наведения, не можем стрелять!

Джейкоб заметил стоящий в нескольких метрах от Миротворца грузовик, несущий электромагнитную пушку, направленную антенной прямо на ракетные установки броневика.

Развернувшись, он направился в сторону грузовика, но его путь перегородили три несущиеся прямо на него легковушки. Они брали его в клещи, и, пытаясь вырваться, Джейкоб резко свернул направо, тут же боковым зрением заметив несущийся на него пикап с тяжёлым таранным бампером. Рука дёрнула джойстик наводки орудия, палец надавил на спуск, заранее начав стрельбу, над головой раздался механический скрип, но турель не успела повернуть, и пикап на всей скорости протаранил внедорожник, откинув его на легковушки. Джейкоба тряхнуло, ударило о боковую дверь, и мир провалился в темноту.

Темнота снова вернула его в тот день. Развалины избы, чёрные от копоти, в окружении увядающего леса. Мия, в белоснежном сарафане, держащая в маленьких ручках деревянную лошадку. Джейкоб пытался всмотреться в лицо дочери, но годы постепенно стирали черты её лица из памяти. Лицо Марии время у него уже отняло, оставив только смутный образ.

- “Просыпайся папочка, - внезапно произнесла Мия, - ещё не время, - голос дочери искажался, переходя на крик, - огонь ещё не насытился, так вставай и корми его!”

Боль пронзала всё тело, сильнее всего отдаваясь в левом боку, но давала понять, что он ещё жив. Открыв глаза, он обнаружил себя в тёмном помещении, закрытым решёткой сваренной из старых труб, металлических кроватей и ещё чёрт знает чего. В темницу проникал свет из отверстия в потолке, к которому была приставлена лестница. По другую сторону решётки, спиной к ней, стоял малец, в изодранной до лоскутов кожанке и точил старый кухонный нож. В камере же, помимо его самого, в углу сидел бородатый старик в лохмотьях, с любопытством поглядывая на Джейкоба.

- Небось, рёбра переломаны, - хриплым голосом произнёс старик, - они тебе помогать не станут, если умрешь, то выбросят в пустыню, стервятникам на съедение и всё тут.

Малец, услышав голос старика, обернулся и пристально посмотрел на Джейкоба.

- Очнулся, значит, ещё дышит, - угрюмо произнёс он, убирая нож за пояс, - никакой потехи на сегодня, что за непруха!

Он направился к выходу, поднялся по лестнице, и с грохотом захлопнул канализационный люк, служивший импровизированной дверью. Подвал погрузился в полную темноту.

- Зачем они нас здесь держат? – поинтересовался у старика Джейкоб.

- Да кто бы знал этих сумасшедших. Может в жертву своему огню принесут, или чему они там поклоняются. Может на рудники отправят, раскапывать старые руины, пока мы там от усталости и жары не издохнем. Мне оба варианта не нравятся, старый я уже для таких забав, поэтому лучше уж тут помереть как-нибудь попроще, чего и тебе желаю.

- Хватит этого бреда, - прошипел Джейкоб, - ты мне лучше расскажи как у них тут с охраной. Патрули, дозорные, за нами следят вообще?

- Я что, на шпиона похож, по-твоему, - старик разразился кашляющим смехом, - я тут сижу невесть сколько, кидают мне иногда объедки, водой поят, да люк на день открывают, а то бы совсем задохнулся. Слышал только вот с утра краем уха, что у них праздник завтра какой-то.

- Какой праздник?

- Не знаю я сынок, говорили, что весь лагерь соберётся в полдень на главной площади, песни горланить и плясать будут, наверняка.

Джейкоб понял – лучшего шанса сбежать может и не представится. Он не спеша подошёл к решётке и начал её ощупывать. Стояла кромешная темнота, поэтому он действовал аккуратно, очень медленно прошёлся руками по всем трубам, ощупал каждый сварной шов.

Несмотря на грубость исполнения, решётка оказалась довольно прочной, но всё же одна из труб немного пошатывалась.

Джейкоб взялся за неё и медленными движениями, не создавая лишнего шума, принялся расшатывать.

На его возню обратил внимание старик: - Что ты там, бежать удумал? Плохо там наверху, жарко очень и фанатиков много. Лучше оставайся, здесь прохладнее, солнце не выжигает глаза и не бьёт никто, кормят и поят! Даже если тебе удастся улизнуть, в пустыне ты долго не продержишься, это уж точно.

- Заткнись, - огрызнулся Джейкоб, - решил тут сдохнуть – пожалуйста, дело твоё, мне спасаться не мешай.

- А и чёрт с тобой, делай что хочешь, - проворчал старик, немного повозился, устраиваясь спать, и умолкнул.

Джейкоб перевёл дыхание и принялся дальше расшатывать трубу. Дело шло медленно, труба поддавалась неохотно, но впереди была вся ночь, и он продолжил свой труд.

IV

Владыка Рагнар, шаман Огнепоклонников, снял с головы шлем с двумя закруглёнными бараньими рогами и поставил его на стол. Покрутил головой, разминая уставшую шею, и взглянул на лежавшее перед ним на столе устройство. Небольшой радиопередатчик, передающий сообщения по зашифрованному каналу. Сбоку на корпусе осталось маленькое пятнышко засохшей крови. Жаль её владельца не удалось взять живым, хороший бы был раб.

Но даже и сама небольшая коробочка принесла много пользы. Она позволила уничтожить отряд Степных волков, и даже захватить в целости их ужасающую боевую машину, принёсшую столько неприятностей Каганату. Ещё в живых остался один из бойцов, - вспомнил Рагнар, - надо бы заняться им, вытянуть из его головы полезных знаний. Но это уже после ритуала.

В шатёр, сотканный из шкур и грязного брезента, вошёл мускулистый человек с огненно-рыжим ирокезом.

- Владыка Рагнар, - произнёс он, почтительно поклонившись, - всё готово к ритуалу, избранных разбудили и сопровождают на площадь, благовония в урнах уже разожгли. За пленниками я оставил наблюдать новенького, мелкий который. Волки ещё не поняли, что произошло, а когда поймут, то разведчики запутают их, на лагерь они не выйдут. Все остальные в сборе и готовы к ритуалу.

- Прекрасно, возвращайся на площадь и следи за порядком, я скоро явлюсь.

Отвесив ещё один поклон, человек вышел из шатра. Рагнар надел шлем обратно, встал и поправил плащ пепельного оттенка. Ритуал отнимет много сил, но после у него будет целый хирд элитных бойцов, готовых пойти за ним хоть на край света. Два года он собирал подходящих кандидатов по всей пустыне, тренировал их, воспитывал, взращивал уважение к огню, заслуживал их любовь. Хан будет доволен. Множество верных бойцов и кошмарная боевая машина в дар ему! Быть может, сделает его верховным шаманом, вместо этой выскочки Одегон.

Это было бы славно, подумал Рагнар, и вышел из шатра.

V

Джейкоб, сжимая в руках отломанную трубу, затаился в углу темницы, неподалёку от лестницы. Крышка люка отодвинулась в сторону, в подвал спустился юнец в кожанке. Не мешкая, Джейкоб тут же ударил его трубой по голове. Того отбросило в сторону, из сумки на плече выпал глиняный кувшин с водой и разбился, выплеснув всё содержимое на песчаный пол.

- Ты чего, зачем ты так!? Что пить-то теперь? – вскрикнул старик, - но Джейкоб, не слушая его, вылез из темницы на поверхность.

Солнце ослепило его, слишком долго просидевшего в кромешной темноте, и на несколько мгновений он зажмурил глаза, привыкая к свету. Стояла иссушающая жара, даже дышать было тяжело – горячий воздух обжигал лёгкие.

Джейкоб огляделся – вокруг стояли грубые шатры и примитивные хибары, сколоченные из обломков автомобилей. Все они были пусты, казалось, в лагере не было никого, но тут до его слуха донёсся властный голос: - Вот и настал день, которого мы все так долго ждали! Мои избранные, я рад приветствовать вас на празднике Мидсоммар!

Он осмотрелся по сторонам, пытаясь найти хоть какой-нибудь транспорт, но ничего не увидел. Отправляться в пустыню на своих двоих действительно было гиблым делом, как и говорил старик, поэтому он пошёл на звуки голоса, внимательно осматривая лагерь.

Встаньте в круг и возьмитесь за руки, братья и сёстры! В этот день мы воздаём хвалу солнцу, что неустанно наблюдает за нами и повелевает нашими жизнями! – голос становился всё громче, чем ближе к его источнику подбирался Джейкоб.

Прячась от случайных взглядов, он вышел на площадь, на которой собрался весь лагерь. В центре площади был установлен постамент, на нём стояла фигура в плаще пепельного цвета и шлеме с закрученными рогами. Шаман размахивал жезлом, задавая такт двум барабанщикам, бьющим по бочкам обтянутым шкурами, что стояли подле постамента.

Повсюду были расставлены урны, из которых парил благоуханный дым. Вокруг шамана и барабанщиков кружились в хороводе, по меньшей мере, человек сорок в белоснежных одеяниях и распевали мотив, в такт ритму барабанов. В небольшом отдалении от хоровода, стояли фанатики с оружием, на лице каждого были затемненные очки, разных видов, у кого-то сварочные маски. Они пристально наблюдали за людьми в белом, некоторые держали наготове дубинки.

Джейкоб мог бы ходить не таясь – на него бы никто не обратил внимания, все были полностью поглощены представлением. В глаза ему бросились две ракетные установки, торчащие из-за крыш хибар и, приглядевшись, он увидел стоянку с машинами – она находилась прямо напротив него, их разделяла площадь.

Он направился к стоянке, по кругу огибая фанатиков. Внезапно, хоровод остановился, замолчала песнь, а фигуры в белых одеяниях резко подняли головы, впившись взглядом в солнце.

Рефлекторно, поддавшись общему порыву, Джейкоб поднял голову, и, взглянув на солнце, не смог отвести от него глаз. Огромный огненный шар увеличивался в размерах, заполнял собой весь взор. Расплетались невиданными узорами протуберанцы, а в центре закручивалась огненная спираль, приковывая к себе взгляд.

Легкие наполнял аромат благовоний, исходящий из урн, в которых тлел засушенный фиолетовый вьюн, а шаман начал распев, погружающий в транс. Перед глазами Джейкоба проносились видения сражений, через которые он прошёл, лица каждого фанатика, чью жизнь он оборвал. Солнце показало ему Мию и Марию, напомнило о том дне, когда он всё потерял. На это ответило его собственное пламя, запылав с невиданной ранее силой. Солнечный свет и огонь его души пылали в унисон, разжигая ярость, словно напалм, выжигая все остальные чувства. Тело его наполнилось энергией, боль от ран исчезла, а глаза загорелись огнём.

Джейкоб пришёл в себя от яростного вопля, который вырвался из его нутра. Это пробудило и остальных загипнотизированных солнцем, а шаман закричал на всю площадь: - Нет! Ритуал ещё не завершён! Еретик сорвал его! Это Дикое пламя! Поймайте его, убейте его, разорвите на части!

Немногие восприняли приказ шамана – большинство фигур в белых одеяниях оказались дезориентированы, кто-то упал на землю и бился в конвульсиях, кто-то пытался бежать. Вооруженные дубинами фанатики ловили их и избивали, площадь погрузилась в суматоху, словно растревоженный улей.

В толпе Джейкоб заметил нескольких таких же, как он – людей с огнём в глазах. Ритуал подействовал на них, они вняли приказам шамана и бежали на него, расталкивая своих ошеломлённых собратьев. Некоторые фанатики открыли по нему огонь, и Джейкоб рванул в сторону стоянки.

То и дело на него выбегали фанатики, в надежде остановить, но обретённой силы Джейкоба хватало, что бы отбросить их, или вырубить несколькими ударами. Кто-то стрелял ему в спину, но это его не останавливало, боли он не чувствовал. Всеобщая суматоха прикрыла его, и он пробился к стоянке.

Там находились несколько машин фанатиков и Миротворец, целый и невредимый. Джейкоб тут же устремился к нему, забежал в распахнутую дверь и запрыгнул на место стрелка. Бортовой компьютер сообщил, что орудия заряжены, Джейкоб навёлся на площадь и дал залп.

Рой небольших ракет со свистом вылетел из установок и обрушился смертоносным градом на головы безумцев. Фанатиков и шамана с его паствой поглотил огонь, которому они так ревностно служили, - промелькнуло в голове у Джейкоба, - и пламя радостно заплясало в душе, любуясь заревом пожара, охватившего площадь.

Он взглянул на экран радара, тот показал ему, что лагерь находится в пустыне, километрах в тридцати от земель Волков. Компьютер проложил маршрут и Джейкоб, заведя движок, направился в сторону Долины.

Лагерь охватил пожар, горели шатры и хибары, лопались шины у автомобилей охваченных огнём. Радар издал писк, и на экране высветился одинокий сигнал. Джейкоб, решив не оставлять в живых никого, добрался до точки назначения, и обомлел от увиденного.

Перед одной из горевших хибар сидела девочка в белоснежном одеянии и плакала, закрывая лицо руками. Вид этого моментально пересёкся с воспоминаниями Джейкоба, напомнив сон о дочери. На мгновение ему показалось, что это она, - Этого не может быть! - воскликнул он.

Её окружал пожар, из которого он не могла выбраться. Джейкоб подъехал к хибаре прямо по огню, распахнул люк и крикнул: - Жить хочешь – залезай! Скорее!

Девочка залезла в броневик, Джейкоб отъехал на безопасное расстояние от лагеря и, бросив руль, подошёл к ней.

- Эй, я Джейкоб, можешь звать меня Джейк, а ты кто? Что ты тут делаешь? – спросил он.

- Я Клара, - ответила девочка, - дядя Рагнар сказал, что я ещё маленькая, что бы ходить на праздник и велел остаться дома.

- Дядя Рагнар, кто это?

- Он хороший друг, он спас нас с мамой и папой, увёз из деревни в пустыне, потому что кончилась еда и вода. Он поселил нас с другими хорошими людьми, кормил, учил читать и писать, показывал, как верить в огонь. Даже подарил белые рубашки, что бы было не так жарко! Отойдя от шока, она спросила: - Что случилось? Почему всё загорелось? Где мама с папой?

Ком подступил к горлу, а пламя, радовавшееся пожару, тут же утихло. Тело пронзила адская боль, старые и новые шрамы в один момент дали о себе знать. Он почувствовал кровь, стекающую из пулевых отверстий на спине, ощутил боль в рёбрах после аварии. В глазах потемнело, а Клара всё задавала один и тот же вопрос: Где мама и папа?

Он не смог сказать ей правду, не хватило сил. Сказал, что шаман Рагнар принёс их в жертву огню, что он спас их только ради этого.

Девочка зарыдала, а Джейкоб продолжал: Огнепоклонники это безумцы, - говорил он, - они забрали и мою семью. Много лет назад у меня была жена и маленькая дочка, примерно твоего возраста. Но тебя они больше не тронут, я обещаю. Я увезу тебя к хорошим людям, они позаботятся о тебе.

Клара, уставившись на него заплаканными глазами, спросила: - Дядя Рагнар обещал то же самое, ты тоже принесёшь меня в жертву?

- Нет, там, куда мы направимся, никого не приносят в жертву богам, там в них вообще не верят.

Джейкоб посадил девочку на пассажирское сиденье, завёл машину и направился в сторону Долины. С каждым пройденным километром ему становилось хуже. Дорога плыла перед глазами, слабели руки. Собрав волю в кулак, терпя невероятную боль, он всё же довёл Миротворца до аванпоста Волков. Силы покидали его и, увидев патруль Волков, выехавший им на встречу он последним усилием, вдавил педаль тормоза, отпустил руль и закрыл глаза.

Темнота сменилась видением фермы, целой и невредимой. На крыльце стояли Мия с Марией и, улыбаясь, смотрели на него. В этот раз их лица Джейкоб видел отчётливо, наконец-то смог их вспомнить.