Байки бара "Семёрка"

Historia uno (История первая)

- Проходите, присаживайтесь.

Старый бармен Дрю кинул короткий взгляд из-под седых кустистых бровей и продолжил натирать помутневший от времени стакан. Посетитель стянул повязку с лица и откинул капюшон. Взвилось небольшое облачко дорожной пыли.

- Вы к нам по делу или как?

- Я к вам за информацией, - путник скинул плащ, поправил ремень кобуры и уселся за стойку, стукнув два раза костяшкой указательного пальца по тёмному дереву.

Бармен, понимающе кивнув, влил двойную порцию янтарного виски в стакан и выжидающе уставился на гостя. Тот сделал маленький глоток, втянул воздух через сжатые зубы, одобрительно кивнул и продолжил:

- Мне сказали, что в вашем захолустье можно услышать правдивую историю о Тони «Крабе» и налёте на конвой «Проксиди».

Дрю покачал головой. Как же его задолбали все эти подосланцы!..

- Можно и услышать, только принесёт ли это вам пользу? Вынужден предупредить: эта земля, - бармен кивнул в сторону двери, - хранит в себе много костей тех, кто погнался за добром Краба. Потому, просто выслушайте байку старика, хлебните виски и катитесь назад в свой Крайвинг.

Посетитель нервно дёрнулся, а на лице Дрю растянулась ехидная ухмылка.

- Не переживайте, местным в основном плевать, кто вы и откуда, пока вы не начнёте, так сказать, копать старые могилы. Здесь устоявшееся тихое общество и не стоит его баламутить, вам же боком и выйдет. А ещё постарайтесь не светить стволом, могут неправильно понять.

Парень уставился было с вызовом в глаза бармена, но не выдержал и отвёл взгляд. А Дрю, хмыкнув, продолжил:

- Не ошибусь, если предположу, что вы ничего не знаете о нашем городке?

- Ну…

- То-то же. А следовало бы сначала разузнать, куда направляетесь. Давайте с этого и начнём. Гавань была основана группой наёмников. Всё чего они желали – это покоя. Что бы на сей мерзкой земле было место, куда можно приехать и отдохнуть телом и душой. Именно поэтому у нас не любят тех, кто приезжает сюда, ведомый тупыми амбициями, жаждой наживы или в поисках халявы. Такие, как правило, рушат столь трепетно охраняемый местными порядок. Вы можете не верить мне на слово, но здесь существуют негласные законы и, нарушив хоть один из них, можно легко обзавестись непредусмотренными матушкой природой отверстиями.

- Старик, мне не нужны ни нотации, ни экскурс в историю вашего клоповника. Мне нужна информация. Причём не столько о хабаре Краба, сколько о технике, на которой его шайка штурмовала конвой. Я знаю, что помимо трёх тяжёлых шагающих танков у них была парящая крепость. Вот о ней и хотелось бы услышать несколько подробней.

Парень попытался среагировать на движение старого Дрю, но куда там. Оснащённая лучшими боевыми имплантами конечность мгновенно сдавила горло гостя мёртвой хваткой.

- Мальчик, знаешь, кого здесь любят ещё меньше, чем идиотов? Тех, кто считает идиотами нас.

Гость, чувствуя, как сознание медленно покидает его, выхватил пистолет. Две разогнанные магнитным полем иглы разрезали воздух в сантиметре от головы бармена, а тот лишь тяжело вздохнул и сжал пальцы, комкая гортань, как бумагу. На пол потекло красное и тёплое.

- Кэти! – рявкнул Дрю в сторону подсобки. Оттуда тут же раздался грохот, затем из-за двери показалась всклокоченная белокурая голова с заспанным лицом. Девушка недовольно окинула взглядом старика, держащего в вытянутой руке обмякшее тело, и спросила:

- Очередной подосланец из «Проксиди»?

- Не. Этот, скорее всего, из военных. Уж больно тупой. Хотя один чёрт. Ты давай, берись за тряпку. Убрать надо. Скоро ребята съезжаться начнут, а у нас тут срач.

Deuxième histoire (История вторая)

Порой на Дрю накатывали воспоминания. Он садился в любимое кресло с облезлой обивкой, доставал трофейную сигару, наливал виски и погружался в пучины памяти. На своём веку он скопил множество историй, потому, собственно, и был отличным барменом. Одна из этих историй особо грела его душу…

…Через двадцать лет после Четвёртой Мировой началась вторая корпорационная, в простонародье называемая Войной Крыс. Почему так? Да потому, что мир был похож на кучу медленно гниющего мусора. А чудом уцелевшие корпорации со своими карманными армиями больше напоминали тех самых серых грызунов, дерущихся за кусок тухлого сыра. В то лихое время людские жизни не стоили и радиоактивной пыли.

На фоне всех заварушек сильно выделялись две группировки: Патриархи и Стальные Жеребцы. Первые представляли интересы «Проксиди», корпорации, основную прибыль получавшей от разработок в области робототехники и вооружения. Жеребчики же ходили на коротком поводке у «Далл-Корп» – компании, которой принадлежала значительная часть пищевой промышленности. Если вам когда-нибудь доводилось хлебать пластиковую жижу или грызть белковые брикеты, будьте уверены – эта мерзость произведена «Далл-Корп».

Так вот, в какой-то момент наёмники поняли, что весь этот конфликт приведёт лишь к вымиранию остатков населения Крайвинга и его окрестностей. Командир Патриархов, бойкий малый по кличке «Утюг», назначил встречу главарю Жеребцов – Питу «Скряге», и там, за бутылочкой «огненной воды» они заключили соглашение. Суть его была такова: воевать они отныне будут лишь напоказ. Пыль, дым, грохот, пальба, но с нулевым смертельным коэффициентом. Хозяева будут видеть бурную деятельность, и оплата за услуги продолжит капать, но потери личного состава прекратятся.

Ребята до того наловчились в имитацию, что об их схватках легенды ходили. Иногда зрелище получалось столь красочным, что некоторым бойцам премии выписывались. Хех! Целых пять лет им удавалось водить нанимателей за нос. Но вся эта театральщина не могла длиться вечно. Кто из шишек пронюхал первым, неизвестно, но вскоре «Проксиди» и «Далл», втихаря объявив перемирие, назначили награду за головы двух ушлых командиров. На нули не скупились. От такой суммы у любого бы крыша поехала. И началась великая охота.

Утюгу и Скряге пришлось тяжко. Что говорить, если даже некоторые из бывших подчинённых позарились на солидный куш. Но не тут то было. Два опытных вояки жирным слоем залили кровью улицы Крайвинга. Пригодились все оружейные схроны и старые подпольные контакты. Пух и перья летели во все стороны. Случилось даже, что их прижали в цеху старого завода, что на окраине города. Так они дали такой отпор, что преследователи неделю зализывали опалённые бока. Запал погони поутих, даже не смотря на прилично подросшее вознаграждение.

Друзья решили судьбу за пятки не дёргать и валить из Крайвинга. Так и так им житья не дали бы, да и возраст брал своё: разменявшего двенадцатый десяток даже лучшие импланты не спасут от вооружённой до зубов толпы убийц.

И вот, неделю спустя Утюг нарисовался на пороге Семёрки, таща на себе сильно раненного Скрягу. Так старый Дрю и познакомился с легендарными наёмниками.

Но на этом история не закончилась. Когда волею судьбы друзьям пришлось разойтись разными путями, именно здесь, в Семёрке, была заложена маленькая традиция. Каждый раз, когда один из них оказывался в Гавани, он заходил в бар и заказывал две стопки виски. Одну выпивал сам, вторая же оставалась дожидаться товарища. Таким образом, они передавали привет друг другу и давали понять, что всё хорошо.

И пусть самих героев этой истории давно уже нет в живых, но их традицией местные пользуются по сей день.

Geschichte drei (История третья)

Дэнни по кличке «Обжора» всегда считал себя «уклюжим удачником». Даже когда он по нелепой случайности поймал дурной башкой пулю, это не смогло погасить в нём искру безумного оптимизма. К слову, не самого лучшего качества для обитателя пустошей.

В общем, Дэнни, кое-как оклемавшись, возомнил себя великим искателем. Над оболтусом все вволю посмеялись да и забыли. Ну хочется человеку с костлявой пересечься – фиг с ним. А он, как был в тряпье да с прадедовой винтовкой, так и свалил в закат.

Видимо Госпожа Удача любит иногда побаловать идиотов. Спустя несколько месяцев Обжора снова объявился в баре. И не просто так, а с деньгами. Ребята под бутылку, окружив его плотным кольцом, разговорили и выяснили, откуда такие прибыли.

Оказалось, что этот чудак, вскрыв бункер, нашел в его недрах неизвестную штуковину, похожую на увесистый шар из серебра, метра полтора в диаметре, и решил впарить его в ближайшем торговом хабе. Местные дельцы поскребли лысины и решили выкупить находку, обозначив её, как серебряный самородок, пусть и необычный.

Тут к Обжоре протолкался Вальтер, один из старожилов Гавани. Начал вопросы задавать. Что за шар? Как выглядел? А не было ли рядом большого контейнера с дугами? А на контейнере маркировка была или нет? Дэнни сидел, кивал с выпученными глазами и поражался, откуда Вальтеру столько всякого известно. И ребята вокруг напряглись, притихли.

Под конец расспросов Вальтер уже едва сдерживался, чтоб не заржать. А когда парни поинтересовались причиной такой реакции, пояснил, что этот полудурок подсунул колоссальных размеров свинью торгашам. Почему? Да потому, что те непременно захотят распилить сферу, ведь, скорее всего, скидывались на неё всем хабом. А этот «самородок» не что иное, как боевая часть межконтинентальной ракеты, которая непременно сдетонирует от лазерного резака. И стоит только представить, как тамошние барыги собрались поглазеть на зрелище…

Так Денни Обжора прославился, как изничтожитель торгашей.

Story four (История четвёртая)

От хлопот у барной стойки Дрю отвлекли звуки нездоровой возни, доносящиеся от входа. Выйдя на крыльцо, он обнаружил громилу-охранника, самозабвенно лупившего себя по лицу. На лицевой пластине постепенно образовывались вмятины от армированного кулака. Металлический лязг при этом стоял, как в цеху штамповки.

Вникнув в ситуацию и сжалившись над несчастным верзилой, выпучившим от непонимания последний неискусственный глаз, старый бармен повернулся и крикнул, обращаясь в пространство:

- Джейк, прекращай балаган, пошли лучше выпьем, бродяга. А ты, - он перевел взгляд на тут же осевшего и забавно замотавшего головой секьюрити, - прекращай хамить посетителям. И не мычи мне тут, вся Гавань знает – Джейк без причин никого наказывать не стал бы.

На этих словах за спиной Дрю проявилась фигура в субоптическом плаще, из-под капюшона показались аккуратная седая бородка и усы, обрамлявшие ехидную ухмылку.

Стоило гостю войти в зал, как Кэти, широко расставив руки, кинулась ему на шею с криком «Дядюшка!». От столов донеслись приветственные выкрики, несколько человек коротко отсалютовали посудой.

Старые друзья уселись за ближайший к стойке столик и распечатали бутылку хорошего виски.

- Смотрю, у тебя тут ничего не меняется? – спросил Джейк, окинув взглядом зал. – Ну, кроме дуболома на входе. Признавайся, куда дел Шона?

- Шон уже полгода как землю грызёт. Решил устроить дуэль с Питом «Резчиком». Проиграл.

- Жаль. Шон мне нравился. Он, конечно, тоже был тупой, но, по крайней мере, не лез в бутылку. А новенький – это нечто. Ты в курсе, что у него синдром вахтёра?

- Ничего. Вылечат…

- Нафига ты его держишь? На нормального денег не хватило?

Дрю лишь отмахнулся, состроив кислую мину.

- Это сынуля одной хорошей знакомой. Держу его тут на положении кувалды. Безмозглый инструмент. Его к себе никто брать не хочет, понимают, что он из первого же выезда вернётся частями. Дебил дебилом, но маму его жалко. Вот и пристроил к себе. Так-то он безобидный, в целом. Ты лучше расскажи, какими ветрами у нас?

- Всё теми же, - Джейк откинулся на спинку и потянулся, - всё теми же, дружище. С севера еду. Заказ выполнял.

- Крупное дельце видать,по мелочи тебя же из Крайвинга фиг вытащишь.

- Неплохое. Наказать кое-кого надо было.

- Корпоративный заказ?

- Не, - гость мотнул головой, - частный. От одного антиквара-богатея. За дочку его поквитаться попросил. Её один бандит, сильно укрепившийся в Тальборро, изнасиловал, а меня попросили выставить ублюдку серьёзный счёт. В заказе так и было сказано: за особую изощрённость при наказании – особая надбавка. Как-то так.

- И чего ты с ним сделал? – Дрю кровожадно улыбнулся.

- О, тут в двух словах не опишешь. Но если вкратце, то взломал его нейроинтерфейс, засадил в виртуальную клетку и подселил к нему бугая с огромным… – Джейк осёкся, так как заметил застывшую рядом любопытную мордашку Кэти, Дрю при этом махнул рукой внучке, мол, проходите мимо, и пригрозил ей вслед кулаком, – …талантом к садизму. В общем, вынул я из его башки все самые тухлые фантазии и направил против него же. Потом обколол «тормозом». С такой дозы он будет подыхать дня два, но для него они растянутся на месяц, а то и дольше.

Дрю передёрнуло. Легендарный хакер пустошей умел внушать ужас.

Спустя четыре часа и пару бутылок Джейк расслабленно откинулся на спинку и выпустил облачко дыма:

- Нравится мне ваш городок, Дрю. Есть в нём некая захолустная бесхитростность, простота и покой, хотя беззубым его не назовёшь. Казалось бы, люди здесь собрались ушлые, злобные, но нет ощущения дурной случайности, что ли. Ты же знаешь, я с малых лет мотаюсь по заказам, а подобных мест нигде не встречал.

Бармен искренне улыбнулся.

- А тут всё просто, Джейк. Каждый из этих парней по сути своей прост, как палка. Они точно знают, что завтра могут окочуриться, попав в засаду на дороге, отбиваясь от налётчиков, или схлопотать пулю в стычке с другими наёмниками. В нашем гнилом мире шансов сдохнуть и без того дофига, так зачем плодить лишних «доброжелателей»? При этом все знают, что здесь их ждёт кров, виски и тёплая девочка из «Чулка». Все они очень хорошо понимают поговорку «не гадь там, где ешь». И каждый стремится сохранить этот уют. Ты же в курсе, что в Гавани нет централизованной охраны? Но если в чью-то дурную голову заглянет мысль устроить тут разбой, ему эту идею затолкают раскалёнными стволами в тщательно оберегаемое отверстие. На том и стоим.

Выпили.

- Да. Я иной раз думаю, может бросить эту жизнь дорожную и осесть тут у вас, а?

- Почему бы и да? Ты человек сильно полезный, многие старожилы тебя лично знают. Работа всегда найдётся. Да вон хоть у меня живи. На втором этаже есть две комнаты гостевые, могу прямо сегодня одну тебе выделить.

- Эх... Не моё это, Дрю, не моё. Ваша пастораль при постоянном воздействии расслабляет тело и ум. Сопьюсь я тут, короче, со скуки. По сравнению с Крайвингом, Гавань – это пансионат с довольствием, а мне нужны хаос, суета, подковёрные игры. Хотя, вот ради такого, – тут Джейк попытался шлёпнуть по мягкому месту проходящую мимо Кэти, - может и остепенился бы.

Девушка ловко уклонилась от посягательства и наигранно погрозила кулачком.

- Уймись ты, кобель старый, – Дрю хохотнул, – будь на твоём месте кто другой, ему бы мигом местные ребятки кадык вырвали за посягательство на святыню Гавани.

Слышавшая всё это Кэти горделиво приосанилась, а старые друзья заржали.

Ιστορία πέντε (История пятая)

Дрю в Кэти души не чаял. Не смотря на то, что кровного родства между ними не было, он крепко любил приёмную внучку.

Когда девочке было пять лет, её родители, толковые караванщики, погибли во время налёта. Старый бармен, не раздумывая, взял сиротку к себе. По словам очевидцев, тогда-то люди впервые увидели на его лице улыбку. Не натянутую, а ту, что собирает лучики морщинок возле глаз.

Девочка оказалась деловитой, хозяйственной и сразу же принялась активно помогать деду. На стенах далеко не детского заведения появились красочные неумелые рисунки. Она пыталась таскать тяжёлые ящики и подносы с посудой и могла развлечь посетителей забавной беседой. Ну кто откажет такой малявке!.. Особенно под пристальным взглядом бармена с крутым нравом. А стоило Кэти появиться в зале – разговоры становились тише. За невзначай оброненное крепкое словцо можно было легко лишиться пары зубов.

Вскоре Дрю поймал себя на мысли, что не может представить Семёрку без этой девчонки, сующей всюду любопытный нос. Единственное, чего он боялся, – что в силу специфики окружения Кэти пойдёт по его стопам. Но нет. Её не заинтересовала авантюрная карьера наёмницы или искательницы.

На одиннадцатый день рождения Дрю оплатил установку ей импланта с нейроинтерфейсом, а Джейк, в то время скрывавшийся в Гавани от какой-то банды, посвятил её в тонкости хакерского ремесла. И всё… Ребёнок пропал… Если Кэти не было видно в зале, её со стопроцентной уверенностью можно было найти погружённой в паутину.

Как выяснилось, у девочки проявился серьёзный талант к хакингу. Ей удавалось писать самые разные «брейкеры» – программы для взлома – и перехватывать управление имплантами. Однажды с радостным криком «смотри, как я могу, деда!», Кэти отключила Дрю руку. Казалось бы, детская шалость, только вот контролирующий софт у бармена был одним из лучших, и далеко не каждому высококлассному специалисту по силам было взломать его. Ну и вдобавок было жаль разбитую бутылку дорогущего джина.

Прошло несколько лет, и Кэти превратилась в настоящую красавицу. Длинные светлые локоны, стройная фигурка и огромные серые глазищи не раз вынуждали местных парней начинать заикаться. Но эти-то хоть опасались Дрю, мрачной стеной стоявшего за спиной девушки. А вот с залётными было сложнее. Случалось, что Кэти лично выдворяла похотливых нахалов за двери, подгоняя выстрелами из подаренного дедом пистолета. Но в большинстве случаев до этого не доходило: распустивший руки дебошир видел, как медленно из-за столов поднимаются десятки возмущённых его поведением, угрюмых и очень вооружённых парней, и тут же плюхался на колени вымаливать у девушки прощения. Парочку особо непонятливых нашли потом за воротами, почти доеденных ночной фауной.

Во избежание раздоров сообщество постановило отказаться от любых посягательств на Кэти, и это стало негласным законом Гавани.