Змей среди своих

Глава 1. Как я перестал быть собой

Чьи-то руки судорожно трясли меня за плечи. Все тело налилось свинцовой слабостью, а в висках пульсировала такая боль, будто кто-то вбивал гвозди прямо в череп. Холодный каменный пол под щекой приносил слабое облегчение, впитывая жар моего воспаленного сознания. Я с трудом приподнял веки - ослепительный свет ударил в глаза, и мир снова погрузился во тьму.

***

Когда сознание вернулось ко мне во второй раз, я понял, что лежу на чём-то мягком. Мои пальцы вцепились в шёлковое покрывало, а тело утопало в пуховых подушках. Медленно открыв глаза, я увидел высокий потолок с замысловатой лепниной и массивную хрустальную люстру, в которой отражались солнечные лучи.

Комната поражала роскошью - белоснежные мраморные стены с позолоченными узорами, тяжёлые бархатные портьеры, антикварная мебель из тёмного дерева. Солнечный свет, проникая сквозь высокие арочные окна, играл бликами на полированных поверхностях.

Неосознанным движением я провёл рукой по лицу - и замер. Пряди бледно-золотистых волос упали мне на глаза. Я машинально откинул их назад - и в этот момент заметил своё отражение в огромном зеркале напротив кровати. Перед зеркалом стоял худощавый мальчик с острыми чертами лица, бледной кожей и холодными серыми глазами.

- С ума сойти... - пронеслось в голове.

Сбылась мечта идиота. Я стал тем самым «попаданцем». Хотя, если разобраться, варианта было два: либо я действительно оказался в теле какого-то персонажа, либо сошел с ума и сейчас бреду в психушке под ударной дозой нейролептиков.

Хотя нет, - тут же отмел я вторую мысль. - Даже самый жестокий автор не стал бы заканчивать историю таким дешевым приемом. Только какую-нибудь совсем короткую, когда еще не успел привязаться к персонажам и событиям вокруг них. А моя история, смею надеяться, не будет короткой.

Острая паника накатила внезапно. Что делать? Притвориться, что потерял память? Но ведь остались рефлексы, привычки, мышечная память... Как я объясню то, что не помню элементарных вещей? А других версий в голову и не приходит.

Мысли прервал резкий скрип двери. В комнату вошел высокий мужчина с длинными платиновыми волосами, опираясь на трость с серебряным набалдашником. Его ледяные глаза сузились, когда он что-то произнес... на английском.

Я застыл, ощущая, как по спине бегут мурашки. Отдельные слова были знакомы, но связать их в осмысленную речь мой перегретый мозг отказывался.

- Father? - рискнул я предположить, с трудом выговаривая даже это простое слово.

Мужчина слегка приподнял бровь, но кивнул. Затем заговорил снова - быстрее, явно ожидая ответа.

- I... don't... understand... - выдавил я, подкрепляя речь жестами. - Nothing... remember.

Его лицо исказила гримаса то ли ужаса, то ли гнева. Но через мгновение он резко обнял меня, пробормотал что-то на прощание и вышел, громко хлопнув дверью.

***

С каждым днем я все лучше понимал, куда попал. Тело, в котором я оказался, принадлежало Драко Малфою - одиннадцатилетнему наследнику древнего рода. Да я попал во вселенную Гарри Поттера и Магии. Хотя этого я пока никак не касался, ведь у меня были другие заботы. За это время я только успел:

1. Освоить базовый английский (благодаря круглосуточному погружению в языковую среду и терпеливым репетиторам);

2. Узнать распорядок дня семьи Малфоев;

3. Понять, что я попал, когда на дворе стояла весна 1991 года - за несколько месяцев до начала событий первой книги.

Особняк Малфоев оказался одновременно роскошным и пугающим. Высокие потолки, портреты предков, следящие за каждым шагом, и это постоянное ощущение, будто за мной наблюдают. Нарцисса была неожиданно... теплой. Люциус - холодным и расчетливым, но в его отношении к сыну читалась странная смесь заботы и отчуждения.

Лето 1991 года было прохладным. Да и тот остаток весны, что я видел тоже. В Англии было куда прохладнее, чем я привык.

Три месяца. Ровно столько прошло с того момента, как я очнулся в этом теле. Три месяца непрерывной лжи, притворства и страха быть разоблаченным.

- Драко! - резкий голос Нарциссы донесся снизу. - Спускайся, твой отец хочет поговорить с тобой.

Мое сердце бешено заколотилось. Каждый разговор с Люциусом был подобен ходьбе по минному полю - одно неверное слово, одно несоответствующее выражение лица и он поймет, а потом... Или мне просто так казалось, ведь пока он лишь терпеливо, с любовью к сыну знакомился со мной.

Кабинет Люциуса пах старым деревом и дорогими чернилами. Он сидел за массивным дубовым столом, держа в руках письмо с печатью Хогвартса.

- список твоих вещей к школе, - произнес он, глядя на меня. - Мы отправимся в Косой переулок завтра утром.

Я кивнул, стараясь сохранить безразличное выражение лица.

- И... - Люциус медленно опустил глаза, - я надеюсь, что ты сможешь вести себя соответственно нашему статусу. Помни, Драко, нельзя показывать слабость.

- Конечно, отец.

- Тогда увидимся вечером, - он сделал едва заметный жест рукой. - А пока иди занимайся.

Я вышел, чувствуя, как по спине стекает холодный пот. Завтра - Косой переулок. Завтра - встреча с Гарри Поттером. Завтра начнётся настоящая проверка моей игры.­

Глава 2. День трёх встреч

Я проснулся сегодня раньше обычного, но до самого завтрака просто лежал, размышляя о предстоящем дне. Сегодня я наконец-то прикоснусь к настоящей магии. Гарри Поттер, Косой переулок, волшебная палочка - эти слова наполняли меня детским восторгом, смешанным с тревогой. Казалось, стоит мне поверить в эту сказку чуть сильнее - и она рассыплется, как карточный домик, оставив лишь насмешки: "Ты же уже не ребенок, чтобы верить в чудеса"

За завтраком в малом обеденном зале меня уже ждали Люциус и Нарцисса. После обмена приветствиями мы приступили к трапезе. Отец прервал тишину:

- Драко, сегодня важный день. Не только потому, что мы идем покупать тебе палочку, но и потому что сегодня у нас встреча с нашими вассалами.

- Ты же помнишь, кто это? – все еще волнуясь за мою память, спросила Нарцисса.

- Да, рода Крэбб и Гойл. – ответил я

И знал это я уже не из своих знаний о будущем, а от преподавателей, рассказавших мне, в том числе о политике, или каким еще названием можно обобщить мои знания о местном феодальном строе. А еще я узнал, что я теперь граф.

- Хорошо. Так вот, после покупок мы идем в кафе Фортескью, там мы и встретимся. Это нужно для твоего знакомства с ними. И еще раньше ты с ними не был знаком, так что можешь расслабиться в разговоре с ними. - Объяснил цель встречи с вассалами отец.

***

Косой переулок встретил нас непривычным, после спокойствия в мэноре хаосом. Выйдя из камина, Люциус сразу обозначил план:

- Нам нужны только книги для первокурсников, твоя палочка и новые мантии. Остальное у нас есть. Мы с матерью отправимся в книжный, а ты - к мадам Малкин. Я уже предупредил её о твоём визите.

Магазин мадам Малкин оказался таким же, каким я его представлял: уютным и наполненным готовой одеждой. Пока швея снимала с меня мерки, время тянулось невыносимо медленно. Я уже начал сомневаться, что сегодня увижу главного героя этой истории, когда дверь открылась....

Гарри Поттер.

Я замер, стараясь не выдать своего волнения. Он выглядел именно так, как я представлял: худощавый, в поношенной одежде, с круглыми очками и… да, со шрамом. Правда, сейчас он казался немного растерянным, а его взгляд скользил по магазину, будто он не совсем понимал, куда попал.

- Едем учиться в Хогвартс? - спросила женщина прежде, чем Гарри успел объяснить ей цель своего визита. - Ты пришел по адресу: у меня тут как раз еще один клиент тоже к школе готовится.

Гарри кивнул и неуверенно шагнул вперёд. В этот момент наши взгляды встретились. Я мог бы просто промолчать. Но меня очень тянуло начать разговор.

- Тоже в первый раз едешь в Хогвартс? – со скучающим лицом выдал я.

- Да, - ответил Гарри.

- А ты, на какой факультет собираешься? – спросил я, чтобы рассказать ему о них.

- А ты? – на секунду на его лице промелькнула растерянность, и он попытался выкрутиться.

А теперь впросак попал я. Надо было сказать про Слизерин и всячески нахваливать его, но вдруг Гарри ко мне прислушается и туда поступит, ведь я не собирался вести себя как Драко и отталкивать его, хотя я теперь он и есть. И тут я придумал, как правильно рассказать.

- Слизерин, - ответил я после паузы. - Вся моя семья там училась. Остальные факультеты мне не подходят: я недостаточно глуп для Пуффендуя, не настолько умен для Когтеврана, - говорил я с сарказмом, - и уж точно не обладаю той показной храбростью, что ценится в Гриффиндоре. Ты так и не ответил на мой вопрос.

- Не знаю. Возможно, Слизерин? - его ответ заставил меня внутренне содрогнуться.

Нет-нет-нет! - завопил мой внутренний голос. Это могло порушить все.

- А твои родители были из наших? а то всяких маглов с палочками туда не берут, – придется видимо портить отношение к себе.

- Они были волшебниками, если ты про это – ответил мальчик-который-выжил.

- Отлично, я рад, что ты не грязнокровка и значит, ты можешь к нам попасть.

- Все, мистер Малфой можете идти, я сняла все мерки и позже отправлю вам мантии.

-Спасибо, до свидания – сказал я Малкин, а после повернулся к Гарри – увидимся в Хогвартсе!

Надеюсь, я переубедил его последними словами, но было бы глупо надеяться на это, так что я верил - кто-нибудь другой это сделает, а иначе я первым же действием сломал канон. Это настолько глупо, что даже смешно.

***

После этого я вместе с родителями пошел за палочкой.

Мы вошли в лавку Олливандера - узкую, пыльную лавку, заставленную до потолка коробками с палочками. Воздух был пропитан запахом старого дерева и чего-то… живого. Как будто сами стены следили за нами.

Старик Олливандер появился из-за стеллажей так внезапно, что я едва не вздрогнул. Его бледные, почти прозрачные глаза изучали меня с холодным любопытством. Олливандер улыбнулся - недобро, но с интересом.

- Очень хорошо. Палочка выбирает волшебника, мистер Малфой. Давайте посмотрим… - начал он, даже не поздоровавшись.

Он достал первую - тёмное дерево, гибкая.

- Кизил, сердечная жила дракона.

Я взял её, и тут же почувствовал отторжение. Будто что-то шипело у меня в пальцах: «Ты не мой».

- Нет, - отложил я.

Вторая - светлая, резная.

- Ясень, перо феникса.

Тепло. Но… слишком мягкое. Будто палочка готова подчиниться, но без огня.

- Не то.

Третья. Четвёртая. Пятая. И тогда Олливандер протянул мне шестую.

- Граб, сердцевина - волос теломанта.

Я взял её - и мир взорвался.

Золотые искры вырвались из кончика, осветив всю лавку. В ушах зазвучал шум прибоя, будто сама палочка пела. И вот я почувствовал магию. Это было чудесное ощущение, будто впервые в жизни смог вздохнуть полной грудью.

- Любопытно… - пробормотал Олливандер. - Граб ценит верность. Он не меняет хозяина и не прощает предательства. А теломант… - он посмотрел на меня пристально, - это существо, которое видит сквозь ложь.

Люциус заинтересовался, а Нарцисса вздрогнула.

- Теломанты - темные существа, - заметил отец с легкой усмешкой.

- Но предельно честные, - парировал Олливандер. - Они не терпят обмана.

***

И вот осталась последняя встреча, как по очередности, так и по значимости. Мне надо было, просто познакомится. Социальные связи с ними уже были построены Люциусом.

Кафе Фортескью встретило нас сладким ароматом холодного мороженого и шумом голосов.

За столиком в дальнем углу, затенённом витражными окнами, уже сидели четверо: двое массивных мужчин с тяжёлыми челюстями и холодными глазами, и их сыновья - двое мальчишек, один толстый и медлительный, другой коренастый, с хищной ухмылкой.

Крэбб-старший и Гойл-старший. Их сыновья - Винсент и Грегори - будущие громилы Драко в Хогвартсе. Сейчас они просто неуклюже ковыряли вилками в пирогах, бросая на меня любопытные взгляды.

- Люциус, - кивнули Крэбб и Гойл, едва заметно наклонив голову.

Люциус тоже им кивнул в знак приветствия.

- Драко, - представил он меня коротко. - Наследник рода Малфоев.

Знакомство прошло без особых церемоний. Мы обменялись формальными любезностями, обсудили предстоящий учебный год и вскоре разошлись. Эта встреча была лишь первым шагом в длинной череде испытаний, которые мне предстояло преодолеть. Но сейчас, сжимая в кармане свою новую палочку, я чувствовал себя готовым к любым испытаниям.

Глава 3. Неверный ход

Вернувшись домой после косого переулка, времени стало еще меньше, чем было раньше. Я старался прочесть, как можно больше из купленных учебников, чтобы не случилось глупой ситуации, что я читаю книгу и не могу понять, что там написано или просто читаю очень медленно. Ведь, несмотря на то что ситуация располагает к изучению языка, но я продолжал думать на русском и иногда жёстко тупил. Вот вроде прочитал предложение, и все слова понятны, а смысл приходиться угадывать. В общем язык - враг мой. Пока. Все же теперь у меня была очень сильная мотивация и я был уже очень близок к успеху.

Кроме того, я решил выяснить что это за существа такие... Теломанты. И обратился за помощью к отцу

- Теломанты похожи на призраков, но они не разговаривают, - объяснил Люциус, откладывая в сторону газету. - В обычном состоянии они безобидны, но стоит им учуять ложь... - он сделал многозначительную паузу, - они становятся смертельно опасны. Если теломант атакует, уничтожь его немедленно. Иначе он предупредит сородичей, и тогда тебе не будет покоя до конца дней.

- Но разве сами они не могут лгать? - уточнил я, немного слышав о них от репетиторов.

- Могут. В этом их главная ирония, - ответил отец, и в его глазах мелькнуло что-то похожее на уважение к моей наблюдательности. - Они ненавидят обман в других, но сами мастерски им пользуются. порой они захватывают тела маглов и не чураясь обмана убивают лгуна.

Эти знания заставили меня задуматься о природе моей новой палочки. Её дерево - граб - символизировало верность, а сердцевина из волоса теломанта словно напоминала: "Ты можешь носить маску, но никогда не сменишь свою истинную суть". Казалось, палочка стала отражением моего внутреннего конфликта - я носил маску Драко Малфоя, но внутри оставался собой. Или уже нет?

Мысли о предстоящей учебе постоянно прерывались тревожными размышлениями о Гарри. Что, если он действительно выберет Слизерин? Я пытался показать ему все недостатки моего факультета, но прекрасно помнил из прошлой жизни, как запретный плод становится сладок. Мой дедушка часто возмущался одной рок-группой, называя её "ужасной", и именно это в конечном итоге подтолкнуло меня к её прослушиванию. Парадоксально, но плохой пример тоже может быть убедительным.

С каждым днём я всё больше привыкал к мысли, что я - Драко Малфой. Люциус и Нарцисса, несмотря на всю их строгость, стали для меня настоящими родителями. Они помогли мне освоиться в этом странном мире, вытащили из пучины непонимания и одиночества. Страшно оказаться среди людей, чей язык не знаешь, чьи обычаи непонятны. Но они терпеливо объясняли мне всё, и за это я начал искренне их ценить.

Наконец настал день отъезда. Я стоял в холле поместья, слушая последние наставления родителей.

- …Никому не рассказывай ничего лишнего, а еще, если будут проблемы, можешь обратиться к Северусу Снейпу, он твой крестный и знает о том происшествии. И главное помни кто ты, ты наследник рода и должен вести себя подобающе, - с серьезным лицом говорил Люциус.

- И будь осторожен – сказала Нарцисса.

Неожиданно для себя я шагнул вперёд и обнял их обоих. На мгновение они замерли от неожиданности, затем Люциус слегка улыбнулся:

- Что ж, пора отправляться на вокзал, если ты не хочешь опоздать на поезд.

Шаг в камин - и мы уже на вокзале Кингс-Кросс. В тот же момент на наших лицах застыли привычные маски. Меня учили этому с детства - аристократ должен уметь носить разные личины. Это не лицемерие, а необходимость. Пройти весь жизненный путь с одним выражением лица - верный путь к поражению. Главное - не забывать, кто ты на самом деле, чтобы маски оставались лишь инструментами, а не заменяли личность. У меня, признаться, с этим были проблемы, ведь маску я должен был носить постоянно.

Попрощавшись с родителями, я направился к поезду. По пути встретил Грега и Винса - без взрослых они моментально превратились в обычных пацанов, без намёка на аристократические манеры. Я завидовал их лёгкости, но сам не мог позволить себе подобную роскошь - моя маска уже стала частью меня, по крайней мере, я пытался так сделать, чтобы не мучится от неё.

Мы заняли свободное купе. Ребята болтали о пустяках, шутили, и я понемногу включался в разговор. Когда поезд тронулся, я извинился и отправился на поиски Гарри - нужно было сделать последнюю попытку отговорить его от Слизерина. У меня не было плана, как его убедить не поступать на Слизерин, но я чувствовал необходимость с ним поговорить.

И вот я увидел троицу: Гарри, Рон и зашедшая к ним Гермиона. Я подошел к дверям и просто сказал:

- Привет.

Рон тут же скривился - вот уж кого точно не учили хорошим манерам. Гарри, напротив, оживился при виде знакомого лица, а Гермиона просто спросила:

- Ты жабу не видел?

Я не смог сдержать улыбку - настолько нелепым и искренним был её вопрос, а Рон не выдержал:

- Смеешься над девчонкой! – неумело высказал он свою претензию.

Я не знаю, откуда взялась эта непонятная ненависть между нами, но я решил просто не обращать на него внимание.

- Мистер Поттер, выйдем поговорить?

- Конечно.

Мы вышли в коридор, и я протянул ему руку.

- Меня зовут Драко Малфой. Невежливо было бы, если бы я знал кто ты, а ты нет. – Начал я весело, - я хотел сказать: не поступай на Слизерин, хорошо?

- Почему? Ты же сам говорил, что я не грязнокровка? Мне другие факультеты тоже не подходят, всё что у меня есть это происхождение, да и то не самое лучшее. Я не умный и не храбрый, у меня нет столько друзей как у Пуффендуйцев…

- Понимаешь, на Слизерине учатся в основном дети, чьи родители воевали против твоих. Тебе там будет сложно.

- Мне не привыкать, чтобы было сложно.

- Если ты попадешь на Слизерин, я не смогу с тобой дружить, из-за твоего статуса. А на Гриффиндоре, хотя факультеты и будут враждовать, ты сможешь стать не жалким изгоем, а популярным героем. В общем, решай сам, а я пойду.

Я развернулся и ушёл, злясь и на него, и на себя. Почему всё должно быть так сложно? Почему он не может просто следовать сценарию?

Когда поезд, наконец, замедлил ход, сигнализируя о приближении к станции Хогсмид, я почувствовал, как в груди защемило от тревоги. Грег и Винс уже вовсю толкались у окна, пытаясь разглядеть в темноте очертания замка, но я оставался на месте, будто прикованный к сиденью. В голове роились мысли: "А что, если Гарри все-таки выберет Слизерин? Что, если мои слова только подтолкнули его к этому решению?"

- Эй, Драко, ты как сонная сова! - хлопнул меня по плечу Винс, от чего я вздрогнул. - Все первокурсники уже выходят!

Я кивнул и поднялся, поправляя мантию. В проходе столпились взволнованные ученики, кто-то ронял чемоданы, кто-то громко звал друзей. Проходя мимо купе, где сидел Гарри, я невольно замедлил шаг. Он как раз выходил, столкнувшись со мной взглядом. На его лице мелькнуло что-то вроде растерянности.

Я не заметил, как мы дошли до озера и поплыли к замку.

Лодки скользили по черной воде озера, отражая мерцающие факелы. Я сидел рядом с Грегом, который то и дело норовил раскачать нашу лодку, пока Винс не шикнул на него:

- Ты что, хочешь устроить второе купание первокурсников? Знаешь, как в прошлом веке двое утонули?

- Это же просто легенда, - засмеялся Грег, но все же успокоился.

Я же молча смотрел на приближающийся замок. Башни Хогвартса возвышались в ночи, словно исполинские стражи. В окнах светились огни, и где-то там, в Большом зале, уже ждала Сортировочная шляпа. Меня вдруг осенило: "А что, если и меня она отправит не в Слизерин?" Ведь я уже не совсем тот Драко, каким должен был быть...

- Осторожно! - крикнул кто-то сзади, и наша лодка резко качнулась.

Я едва удержался, ухватившись за борт. В воде мелькнуло что-то огромное - возможно, гигантский кальмар или просто игра света. Но сердце бешено колотилось.

И вот мы проплыли на лодках по озеру, смотря на огромный замок, вот огромная толпа первокурсников ждет когда начнется распределение, вот я сажусь за стол Слизерина и здороваюсь с соседями по столу. Мое распределение прошло без сюрпризов, я просто попросил отправиться на Слизерин, и шляпа так и сделала. А потом я понял, что первокурсников было больше чем в книгах. Раз в десять. Но все это просто мелькало перед глазами, ведь я думал о том, что же решит Гарри. И вот шляпа кричит:

-Гарри Поттер!

Глава 4. Спидран по 1 курсу

Тогда Гарри сделал правильный выбор. Он попал на Гриффиндор. В этот момент я почувствовал странное облегчение, словно какая-то невидимая тяжесть спала с плеч. Теперь, когда судьба Поттера определилась, я мог, наконец, перестать беспокоиться и сосредоточиться на своем собственном пути. Я успокоился и начал налаживать связи с другими учениками — с теми, от чьих решений в будущем будет зависеть судьба магического мира. Правда, пока они были всего лишь детьми, не подозревающими о той роли, которую им предстоит сыграть.

Разговаривая с ними, я окончательно принял решение: я не буду общаться с Поттером. Никак. Пусть все, что с ним происходит, пройдет мимо меня. Я стану лишь наблюдателем, холодным и отстраненным, следящим за разворачивающимися событиями со стороны.

И, к своему удивлению, мне это удалось. Пока Гарри и его друзья носились по замку, попадая в бесконечные передряги, я был поглощен учебой. Магия захватила меня с неожиданной силой. Во мне горел тот же энтузиазм, что и у маглорожденных, но при этом кровь Малфоев позволяла колдовать так естественно, будто чары были врожденным рефлексом. А может, так оно и было?

Первое время Гарри пытался поддерживать со мной дружеские отношения. Но я понимал: ради него самого, ради всех нас, я должен был погасить этот слабый уголек дружбы. И каждый раз, когда я отворачивался от него, моя палочка словно злилась на меня, временами отказываясь слушаться. Через несколько дней это проходило, но сам факт такого сопротивления заставлял задуматься. Я конечно слышал об уникальности каждой палочки, но этот эффект меня не устраивал. В библиотеке, я нашел книгу о палочках, но там лишь говорилось, то, что палочка, хочет лишь того, что правильно для волшебника и что грешно игнорировать позывы, которые с легкостью слышал хозяин палочки от неё.

Я познакомился со всеми однокурсниками со Слизерина, так как их было относительно немного – человек 15. Как я сказал ранее учеников, как мне и показалось было слишком много много, всего в день распределения получили свои факультеты около 100 человек. Большая часть из них попадала в Пуффендуй или Гриффиндор, меньшая в Когтевран или Слизерин. Но куда больше меня удивляло вовсе не количество учеников, которых оказалось, намного больше, чем я ожидал, а количество учителей, которых было по одному на предмет. И я не представляю, как один преподаватель способен вести уроки у… так 7 курсов на 100 человек… у 700 учеников. Но это магия! Поэтому я просто смирился с этим, иногда задаваясь этим вопросом.

Я имел неплохие отношения со всем Слизерином, но мне нужны были друзья. Я не представлял, как можно было провести весь год практически одному, не доверившись никому. Вассалы на эту роль не подходили. Не потому что мне было зазорно общаться с кем-то ниже по статусу, а потому что с прямыми подчиненными нельзя дружить, хоть и необходимо поддерживать приятельские отношения. Я сдружился с Теодором Ноттом. Этот темноволосый худощавый слизеринец часто составлял мне компанию и много не болтал, а это было важно, потому что моя голова закипала от количества собеседников, ведь все еще я знал язык очень далеко от идеала, а этого нельзя было демонстрировать, если я хотел иметь уважение. Отец не раз говорил: «Образ — это все. Если ты контролируешь то, как тебя видят, ты контролируешь ситуацию», а ему я мог доверять сполна.

Со временем оказалось, что это была действительно правда. Если сформировать правильный образ и следить за его соблюдением, то можно добиться хорошего отношения. И хотя я порой забывал следить за собой, но это бывало не у меня одного, и мы с ребятами всегда это просто превращали в шутку.

И вот я смотрел на разворачивавшиеся события с огромным любопытством, одновременно испытывая страх вмешаться и страх изменить будущее своим бездействием, ведь я был одним из действующих лиц в этой истории. Я видел как Гарри и Рон идут сражаться с троллем, спасая Гермиону. Я видел, как Блейз Забини подначивал Поттера, исполняя мою роль, чтобы затем, Гарри взяли в команду по квиддичу. Я видел все, и оно разворачивалось, так как и должно, не замечая моего отсутствия. Мне все больше и больше хотелось вмешаться, но каждый раз я себя останавливался.

Это все, что я могу сказать про первый курс обучения. Но разве все обучение могло пройти столь гладко?

Глава 5. Имя, которое я забыл

Лето, как это обычно и бывает, промчалось в один миг. И вот снова здравствуй Хогвартс. Я успел отдохнуть и соскучится по этому сказочному месту. В этот раз я ехал с новыми мыслями. Я решил. Теперь я просто буду собой. На самом деле это ничего не поменяет, но я стану чувствовать себя свободнее. Ещё два месяца я просто радовался жизни, Гарри ко мне не подходил, я стал куда лучше разговаривать на английском и во всю этим пользовался, наслаждаясь жизнью в этом волшебном мире.

Она лежала на дне моего сундука, будто ждала своего часа. Кожаный переплёт был холодным на ощупь, а золотые инициалы "Т.М.Р." словно светились в полумраке. Я сразу понял - это не должно было оказаться у меня... Несколько дней я ходил задумчивый, пока любопытство не пересилило чувство страха.

Я лежал в кровати, вцепившись в тетрадь так сильно, что костяшки пальцев побелели. Лунный свет пробивался сквозь шторы, оставляя на страницах призрачные блики. "Том Реддл" - я провел пальцем по золотым буквам, ощущая подушечками едва заметные неровности тиснения. Я наконец решился. Открыв тетрадь, глаз сразу зацепился за надпись:

«Здравствуй, Драко»

Я в тот же миг понял. Он знает. И это приводило в ужас. Но может он, просто так выделил моё имя? Может для него оставалось тайной кто я.

«Здравствуйте, мистер... Реддл?»

«Не притворяйся. Назови своё настоящее имя?»

И тут понял, если я продолжу отпираться, то могу разозлить Волдеморта. Я до сих пор не задумывался о своём месте в мире и выборе, который я должен был сделать. Пускай я не думал о будущем, но я знал, портить отношения с Волдемортом пока не стоило. И тут меня пронзила мысль:

«Я не помню»

«Стоило предвидеть подобный эффект... Пока мои указания просты. Храни эту тетрадь у себя. Если попытаешься от неё избавиться... Думаю, ты догадываешься, чем это обернётся»

Дальше дни потекли привычной чередой. Единственное, что изменилось после появления тетради это частота моих тревожных мыслей. Один раз появился приказ в тетради, который я впоследствии выполнил.

В хэллоуин все произошло, как должно было, несмотря на то, что тетрадь была у меня. Кошка окаменела, а на стене было написано про наследника Слизерина. Прошла попытка организовать Дуэльный клуб, во время которого в битве с Поттером я призвал змей по указке Тома. Откуда он знал о событиях канона, я не понимал, а вопросы задавать я боялся.

Потом мне оказалось невероятно тоскливо, когда Поттер с друзьями, использовали оборотное зелья, чтобы проверить, не явлюсь ли я наследником Слизерина. Я на это обиделся, и в этот момент палочка, находящаяся в кобуре, неожиданно потеплела. Она словно благословляла меня на месть, за эту попытку обмана. Я не стал терпеть и придумал план: во время зельеварения я всячески подначивал Рона, посмеиваясь над его действиями вместе с Теодором, специально сев рядом с Уизли. Зелье у него, конечно, вышло намного хуже обычного. И едва я вышел из кабинета он меня толкнул и пошёл дальше с чувством выполненного долга. Но меня это не устраивало.

- И чего ты этим хотел добиться? – Начал я над ним усмехаться - Продемонстрировать свои манеры?

- Ты сам это начал, а обвиняешь меня? Жалкий слизняк. – Отвечал мне Рон.

- Что начал? Твоё никчёмное существование? - Я продолжал упрямо напирать.

В этот момент мне было невероятно стыдно, ведь этот план я придумал сгоряча, и мне тогда казалось, что он после первой же моей обидной фразы применит проклятье, оказавшись своей же целью из-за сломанной палочки, как то было в книге, от которой мир практически не отходил, но вместо резких действий он вступил в словесную перепалку, заставляя меня вести ещё отвратительнее.

- Малфой, извини. Рон многое делает сгоряча и порой ведёт себя как дурак – вмешалась Гермиона.

- А тебе, грязнокровка, слова не давали – сказал ей с язвительной улыбкой Теодор.

Она с недоумением посмотрела на Тео, а потом на меня. Она ещё не знала значения этого слова и просто растерялась. Я скорчил извиняющееся лицо, чтобы это видела только она. В этот момент Уизли не выдержал и после своего заклинания, которое как я и ожидал, подействовало на него, начал рвать слизнями. После этого гриффиндорцы ушли, а Тео сказал:

- А ты это хорошо придумал, но если бы я не обозвал Грейнджер, могло и не получится. Ты мог выставить себя в плохом свете.

- Да не нуди, все же получилось – с преувеличенной радостью ответил ему я.

- В конце концов, посмешищем оказался бы не я – чуть улыбаясь, замечал Нотт.

Когда же пришла пора зимних каникул, я спокойно поехал домой. И вот в один день я проснулся от того, что в мою комнату вошел мужчина, в котором угадывались черты Малфоев. Он произнёс какое-то заклинание, а после этого заговорил:

-Привет, Драко? Не узнаешь меня? - C улыбкой начал он.

-Вы разговаривали с отцом? Он вам ничего не рассказал? - спрашивал его я, думая, откуда могло принести нового “родственничка”.

-О, поверь мне, этого не понадобиться. Мне всего лишь нужен твой непреложный обет - не меняя своего выражения лица, сказал незнакомец.

-Что? - я напрочь потерял суть происходящего.

-Ты принесёшь обет, что не расскажешь тайн тёмного Лорда, что не предашь меня, и я пока тебя оставлю - Спокойно продолжал он.

Я понял. Это как-то было связано с тетрадью. Но чего я так и не понял, откуда взялся этот человек и почему я о нем не знал, хотя учил наизусть все семейства аристократов, в том числе и своё.

- Но вроде нужны три человека?

- Ты, я и тёмный лорд. И сразу скажу: мне будет жаль разочаровывать родителей... твоих, но если ты выберешь смерть, то я не буду возражать.

-Хорошо, я согласен. Но кто ты и что происходит? - Задавать вопросы человеку, который предлагал меня убить было проще, чем спрашивать у Волдеморта.

Я принёс обет. После чего Тёмный лорд, начал учить меня магии. Я этим наслаждался. Предо мной представали задачи, которые заставляли меня выкладываться на полную и дарили не бывалое наслаждение, после того как мне покорялось какое-то сложное заклинание. Я осознавал, что нахожусь в западне и меня к чему-то готовили, но мне лишь оставалось лишь получать новые знания и ждать пока райский уголок превратится в бездну ужаса и отчаяния.

За остальным год прошел буднично, не считая событий, что с точностью повторяющих канона. После того как все закончилось и Гарри победил василиска, спасая сестру Рона, Том сказал что настало время важного разговора.

«Драко, замечал ли ты, что ты не помнишь не только своего имени, но и вообще ничего кроме грядущих событий?»

Меня в тот же миг словно ударила молния. Это была правда. Как не пытался я себя утешать, вспоминая внезапный опыт, явно связанный с прошлой жизнью, но... Это была правда.

«Ты оказался здесь неспроста. Прежде чем я скажу о наших планах, ответь на один вопрос. Как ты относишься к Волдеморту? Не ко мне, к тому, который потерял свой былой разум и рассудительность, тому, кто столь глупо погиб. Я догадываюсь о твоём ответе. Но напиши его ты»

Возможно, это была проверка, но мне казалось, что крестраж решил восстать против хозяина. Я не знал, что такое возможно, но главное было другое. Почему это произошло? Почему есть столь разительные отличия от канона, но при этом тот идет, так как положено? Неужели это я так странно повлиял на мир? Когда только успел?

«Да, Том, мне не нравится тот Волдеморт, о котором ты говоришь»

«Что же тогда я тебе предлагаю бороться против него, под моим руководством. В награду ты получишь мои знания, и поверь это отнюдь не то, что умеет ученик Хогвартса. Я вижу в твоих действиях невероятно трепетную любовь к магии, и я могу помочь тебе. Кроме того, я уверен, что у тебя много вопросов и со временем я смогу рассказать тебе почти все»

Мне предлагает службу сам темный властелин этого мира. Причём, предлагает не тёмную сторону, а бороться почти против всех, вряд ли он был за Дамблдора. Мой ответ был очевиден, и я быстро написал несколько слов, чувствуя азарт и восторг, ведь я уже похоронил себя, а теперь я чувствовал, будто вырвался из клетки.

Глава 6. Песок и кровь

Что изменилось после нашего договора? Вообще ничего. Абсолютно обычно прошли конец второго и весь третий курс. В это время я лишь учился и ждал, когда, наконец, смогу применить свои знания. Кстати, говоря о знаниях, темный лорд так и не рассказал ничего про происходящее, ни про себя и свои цели, ни про того странного мужчину, который, я почти уверен, был Малфоем.

Кроме того, впоследствии я понял, что мне был дан выбор без выбора. Обет, принесенный мной о неразглашении, ничего не давал мне сделать против тёмного лорда, и я мог лишь выбросить тетрадку, чтобы потом это мне обернулось неизвестно чем.

Этим летом, отец начал меня готовить к управлению делами рода. О, как я возненавидел в этот момент бюрократию, Но сплошным унынием это действо не являлось. Я с большим интересом слушал, когда отец рассказывал об очередной проблеме в сфере финансов, решение которой выливалось в интересное приключение. В заключение, всей этой учебы, я даже провел сам переговоры с гоблинами, об открытии какого-то мелкого бизнеса. И в честь этого, отец достал билеты на квиддич в министерскую ложу. Не то чтобы, я любил этот спорт, но поход на матч это эмоции. А выплеснуть эмоции, это всегда хорошо, будь то негативные или положительные. Но еще я хотел попасть на матч, потому, что там будет совершенно нападение недопожирателей смерти. Я был уверен в своих навыков и в отсутствие таковых у противников, среди которых был лишь сброд. Так мне сказал Тёмный Лорд.

Я сидел на матче, нетерпеливо касаясь палочки, лежащей в кобуре. Я почти не следил за игрой, ведь прекрасно знал ее результат. В этот момент я задумался. Почему же я так хорошо помнил грядущие события? Обычно информация, если ей не пользоваться, выветривается очень быстро. Неужели я столь сильно интересовался этой истории, что помнил из прошлой жизни только ее, да еще и не забыл через года, проведенные в этом мире.

Когда матч закончился, отец остался переговорить с важными людьми, а меня с матерью отправлял домой. В этот момент, я воспользовался своим обучением и сказал:

- Отец, возможно, я смогу поприсутствовать на разговоре или хотя бы посмотреть.

- Нет, Драко. До этого ты пока не дорос, сейчас мне надо обсудить некоторые моменты, об одном мероприятии с главами других стран, - спеша, мне ответил отец.

Я почувствовал тоску. Неужели вот так просто, все пройдет мимо меня? Я так и не смогу опробовать в бою заклинания. Когда мне вновь представится такая возможность? Только с возращением лже-Воландеморта.

Мы отправились с матерью к границе антиаппариционного купол, который висел над стадионом. И вот когда мы вышли со стадиона, и мы уже собирались добраться домой с помощью портключа, как раздался взрыв рядом с нами, и я увидел фигуры в темных плащах. В этот же момент в моих глазах зажегся азарт.

-Скандере аре – почти выкрикнул я в сторону этих фигур.

Луч заклинание прилетел в землю неподалеку от них, и в тот же момент в нас полетела бомбарда. Я не успел ничего сделать, как меня с матерью отбросило, тут же поднялся песок от взрыва, даруя момент, чтобы скрыться. Я шустро вскочил на ноги и сразу же наложил щит. В него прилетело еще какое-то заклинание, а я услышал крики. Мое заклинание сработало, и пару человек упали, после чего на них начала скапливаться земля. Тут же я подскочил к матери и, активировав портключ, мы оказались дома.

Мы материализовались в парадном зале Мэнора Малфоев. Мать тут же схватила меня за плечи, её пальцы впивались в ткань мантии.

- Что это было, Драко?! - её голос дрожал - Ты знал. Ты знал, что будет нападение.

Я отшатнулся от испуга, от осознания своей ошибки. Я слишком явно рвался в бой.

- Я… я просто догадался, - попытался выкрутиться я

Нарцисса вдруг тихо рассмеялась.

- О, мой мальчик… - она провела рукой по моим волосам, словно я был ещё ребёнком - Ты действительно стал Малфоем. Но запомни: даже если ты знал - никогда не рискуй так открыто. Нас могут подставить.

В этот момент мне стало невообразимо страшно. Мне казалось, что вот и подошло время моего раскрытия, сейчас прочитают мои мысли и, узнав, кто я, меня отправят в Азкабан. Я понимал, что эти мысли были просто моей паранойей. Наверное. Но я просто не мог представить, что может произойти дальше.

Когда отец вернулся, мать ему ничего не сказала. И не говорит про это вот уже несколько дней. Мы общались как обычно, и ничего не грозило мне. Однако у меня было еще одно обязательство. Я должен был рассказать тёмному лорду о случившемся. Когда я так сделал, я мысленно готовился к его ответу.

«Неприятно. Но все же ты ничего не потерял. Тебе следует больше времени уделять практике. Не такой, какая она представляется тебе, а той, которая тебе поистине пользоваться своими знаниями, которые ты никак не смог использовать. Я ее тебе организую, уж мне поверь» - Будто с ухмылкой, появилась надпись в дневнике, когда я поведал о случившемся.

***

Я в сопровождении аборигенов шел. Они вели меня к Копану. Здесь, в Гондурасе я искал знания майя, и несколько здешних магов согласились мне помочь, за сокровища найденные там. Деньги меня не интересовали. Я шел к Раулю, скрывавшаяся личность была легендарна. Там где погибло огромное племя майя. За давностью лет уже никто не знал, кто виновен в их смерти. Но один из них, не смирился с исчезновением своего дома. Он восстал и, говорят, уже тысячелетиями ждет, того кого он сможет назвать сыном, и передать все наследство.

Чем ближе мы подходили к захоронению, тем сильнее становились чудовища, выскакивающие из джунглей. Сначала им хватало простого ‘редукто’. Когда то перестало действовать, пришлось действовать опосредованно. С помощью связки из ‘сонитус фрагор’ и ‘фульгурис умбра’ я оглушал и ослеплял химер, созданных древней цивилизацией, после чего холодным оружием мы их добивали. В последней битве я сражался против химеры, всего лишь с меня ростом, зато какой. Она была разных оттенков зеленого цвета, благодаря чему могла эффективно прятаться, что с вкупе с невидимостью сильно мешало в бою. Она передвигалась на четырех конечностях и еще две имела вместо рук, причем все они были бритвенно остры, а как я узнал позже тварь еще, и могла ими стрелять, но тогда она где-то около минуты была вынуждена их восстанавливать. Меня поразила грациозность существа, и я хотел бы, познакомится с мастером, породившего это чудо, он мог здорово помочь в моих целях.

Так вот, существо не поддавалось никаким заклинаниям. Атакующие заклинания оно игнорировало все подчистую, даже ‘авада кедавра’, а самые мощные щиты задерживали его лишь на доли секунды, что спасало нам жизнь не единожды в этом бою, но и не позволяло одолеть эту тварь. И вот клинок одного из магов смог поцарапать противника. Мы тут же воспряли духом, но ненадолго. Сразу две конечности пронзили счастливчика, нанесшего удар. Нас осталось трое, и мое сердце бешено стучалось, я впервые встретил существо, при встрече с которым моих умений не хватало. Но с каждым ударом я чувствовал, как победа приближается, наконец, на существо стали влиять заклинания, влияющие на кровь. Это не позволило с ним покончить сразу, но теперь оно было мертво. Я сжег то, что осталось от него, и мы отправились дальше.

Мы дошли до руин и, войдя внутрь, я увидел Рауля. Это был высокий мужчина, который был жив только из-за магии. Все его тело покрывали раны, которые доходили до того, что был отчетливо виден череп, в котором было два черных глаза, уставившихся на него. Его рот открылся, и он что-то тихо прошептал, после чего закрыл глаза и погиб. В моей голове сразу возникли знания, о хранившихся богатствах, а вернее их отсутствии. Я не расстроился, ведь получил знания о ритуалах майя, что было поистине бесценно. Сейчас я чувствовал небывалую слабость, за все приходится платить. Я не оборачиваясь, произнес, что сокровищ здесь нет. После чего увидел клинок, выходивший из живота. Мое тело пронзила боль.

- Мы сюда шли не за ними, какой уважающий маг, променяет знания на деньги? - Произнес один из сопровождающих меня мужчин.

Я не могу тогда банально умереть! Смерть это не то, что я хотел когда-либо увидеть! Я ее страшился и ненавидел.

В этот момент я услышал звук от двух упавших тел. Перед тем как потерять создание, я увидел убийцу предателей… Малфой? Откуда он здесь…

В этот момент я в холодном поту проснулся. Мне казалось, что я только что был там в тех джунглях. Я ощущал все ту же слабость, но потрогав живот и убедившись в целостности тела, я выдохнул. Похоже, это были воспоминания тёмного лорда? Возможно, именно так будет проходить мое обучение? Написав в тетрадь, я получил положительный ответ.

Неужели, теперь меня ежедневно будут мучить такие кошмары, не давая выспаться и заставляя просыпаться с дрогнувшим сердцем? А еще, снова тот Малфой. Загадка казалась интересной, но, не имея ответа, я мог лишь теряться в догадках.

Глава 7. Конец кошмара и вмешательство в сказку

Платформа Девять и Три Четверти встретила меня не гулким эхом детских голосов, а оглушительной тишиной внутри собственного черепа. Шум толпы – крики матерей, визг сов, гудок паровоза – доносился, словно из-под толстого слоя ваты. Каждый звук отдавался тупой болью в висках. Я стоял, опираясь о холодный металл вагона, пытаясь вдохнуть полной грудью, но воздух казался тягучим и безжизненным. Песок. Все еще чувствую песок из тех проклятых руин на зубах.

Это лето было продуктивным. Дневник Тома Реддла не молчал. Он стал проводником в ад. Каждую ночь я не спал – я воевал. В джунглях Гондураса, отбиваясь от химер кинжалом и заклятьями, пока настоящие раны на душе кровоточили ярче ссадин на коленях от каменного пола спальни. В ледяных пустошах, где ветер сдирал кожу, а магия древних скандинавов требовала платы теплом крови. В пыльных залах забытых библиотек Атлантиды, где ловушки были сплетены из чистой лжи, а теломант в сердцевине моей палочки бушевал, требуя истины, которую я не мог дать. Тёмный Лорд, судя по воспоминаниям, исколесил почти весь мир.

– Драко? Выглядишь не очень. – Голос Тео пробился сквозь вату.

Я лишь хрипло кашлянул, пытаясь прогнать ком гондурасской пыли из горла.

– Летний грипп, Нотт. Ужасно не вовремя. – Голос звучал чужим, сорванным.

Ложь. Но какая разница? Правда была страшнее любого гриппа. Я выглядел соответственно: бледнее мраморных стен особняка Малфоев, глубокие, лиловые тени под глазами, будто меня били кулаками всю ночь, руки с едва заметной дрожью. Каждое движение требовало усилия, будто тело было налито свинцом, а кости скрипели от невидимой усталости. "Цена знаний, Малфой", – ехидно шепнул внутренний голос, звучавший подозрительно похоже на Тома.

Мы втиснулись в купе. Грег и Винс, ругаясь, запихивали чемоданы на полки. Их шум казался далеким грохотом камнепада. Я опустился на сиденье у окна, прислонив голову к холодному стеклу. Мир за окном поплыл серо-зеленым пятном. Закрыл глаза – и тут же увидел желтые, вертикальные зрачки химеры, сжимающиеся перед прыжком. Вздрогнул, глаза резко открылись.

– Малфой! – Резкий окрик Забини.

Он сидел напротив, его палочка была направлена на меня. Неосознанно, в ответ на мой вздрагивающий испуг, моя рука уже держала граб. Я даже не помнил, как выхватил ее. Из кончика тонкой струйкой сочился дымок – признак мгновенно сформированного и так же мгновенно рассеянного щита. Инстинкт. Вымученный сотнями ночных атак.

Забини медленно опустил свою палочку, бровь высоко поползла вверх:

– Расслабься, князь тьмы. Я просто хотел спросить, не видел ли ты мою книгу по ядам. Но вижу, ты и так на взводе. Летний отдых удался?

– Идиот, – процедил я, убирая палочку. Ладонь под мантией все еще дрожала, но не от страха. От напряжения. От готовности, вбитой в мышцы и кости болью и страхом. Тело помнило то, чего не помнил сознательный разум – углы атаки, скорость реакции, минимальные жесты для максимального эффекта. Это было мой навык, оплаченный моим сном, моим здоровьем, моим страхом. Но чувствовал я себя не воином, а загнанным зверем.

Оказавшись на пиру в честь учебного года, я смог немного расслабиться. Когда Дамблдор объявил об отмене квиддича в этом году и проведении турнира трех волшебников за столом Слизерина никто не удивился, все уже давно знали. Как оно бывает после лета, все вокруг что-то весело обсуждали.

Придя в комнату, после приятного вечера я не хотел засыпать, боясь новых ‘уроков’, но лелея надежду, что все прекратится в Хогвартсе. Но оно не прекратилось, и лишь перед приездом делегаций из других школ сны отпустили.

- Ты усвоил нужные для жизни уроки, - в этот раз почему-то голос Тёмного лорда звучал прямо в голове – Теперь тебе лишь предстоит пройти испытания. Ты догадываешься о чем речь?

Да, я сразу догадался. Неужели я должен принять участие в этом турнире. Интересно, вместо кого я буду? Или может, я окажусь пятым участником? – От этих мыслей я улыбнулся. Азарт, дикий и опасный, сверкнул где-то глубоко внутри, сквозь слой свинцовой усталости.

- Ты просто должен кинуть бумажку со своим именем. Возрастная черта тебя пропустит – продолжал он давать инструкции.

Но почему он внезано заговорил?

На следующий вечер, после появления Кубка Огня и других школ я стоял у края кубку. В кармане мантии лежал аккуратно сложенный квадратик пергамента. Всего одно слово, выведенное моим почерком: Draco Malfoy. Сердце бешено колотилось, но не от страха. От предвкушения. Прошло несколько дней без снов, и я чувствовал себя прекрасно. Так как никогда раньше

Я видел, как Крам, мрачный и сосредоточенный, бросил свою записку в синее пламя. Видел, как Флёр сделала это с изящным, небрежным жестом, вызывая вздохи восхищения. Видел отчаянный блеск в глазах Анжелины Джонсон, когда она безуспешно пыталась пересечь черту. Шум в зале был оглушительным.

Мой момент настал, когда толпа ненадолго отвлеклась на спор Грега и Винса. Они знали о моей авантюре и должны были помочь. Я сделал шаг вперед, не к самому Кубку, а к самому краю возрастной линии. Она мерцала передо мной, ощутимая магическая преграда, жаркая, как печь. Я почувствовал, как грабовая палочка в кармане заурчала, словно разбуженный зверь. Теломант чувствовал ложь? Но это не было ложью. Сейчас я чувствовал себя куда старше, я привык к себе из снов.

Ни вспышки. Ни отбрасывающего удара. Ни криков. Записка бесшумно преодолела барьер, как камень, брошенный в воду, и исчезла в багровом пламени Кубка Огня, слившись с десятками других. Лишь на миг пламя вспыхнуло чуть ярче, отливая холодным синим светом где-то в самой глубине, прежде чем вернуться к своему обычному кроваво-красному сиянию.

Я уже отворачивался, растворяясь в толпе слизеринцев, когда почувствовал взгляд. Колючий, всевидящий. Безумный глаз Муди-Крауча был направлен прямо на меня. Он видел. Он видел все. И в том единственном, настоящем глазу, среди безумия и притворства, мелькнуло нечто, похожее на… удивленное уважение. Или на голод хищника, учуявшего достойную добычу. От этого мне стало не по себе, но через секунду я понял, что теперь я готов побороться и я встретился с ним глазами. Я взглядом словно говорил: я всю знаю. Знаю, но не боюсь.

Вечер накануне Выбора Чемпионов. Воздух звенел от предвкушения. Я сидел за столом Слизерина, внешне спокойный, отпиваясь от ледяного глинтвейна. Внутри все было тихо и сосредоточено. Как перед дуэлью. Палочка в кармане мантии была теплой, почти живой, теломант в ее сердцевине чутко дремал, готовый к пробуждению.

Дамблдор встал. Зал замер. Пламя Кубка взметнулось вверх, окрашивая лица в кровавые тона. Оно выплюнуло первый пергамент.

– Чемпион от Шармбатона – Флёр Делакур!

Аплодисменты. Улыбка Флёр, исполненная уверенности и превосходства. Второй выстрел пламени.

– Чемпион от Дурмстранга – Виктор Крам!

Грохот, особенно от дурмстрангцев. Крам мрачно кивнул, его лицо – маска решимости.

Третий выстрел. Затаив дыхание зал ждал имени от Хогвартса. Седрик? Анжелина? Кто-то из когтевранцев?

– Чемпион от Хогвартса – Драко Малфой!

Я не встал сразу. Я сделал глоток из кубка, после чего поставил его на стол. Звук удара о дерево прозвучал оглушительно громко в этой тишине. Потом медленно поднялся. Каждое движение было плавным, контролируемым. Внешне – ледяное спокойствие. Внутри – адреналиновый шторм. Я чувствовал жар взглядов, холод палочки в кармане и багровый свет Кубка на лице. Это был мой триумф.

Не сказав ни слова, я сделал шаг вперед, к проходу между столами. Шаг навстречу своей судьбе. Шаг в багровый свет Вечного Огня. Игра, наконец, началась по-настоящему.

После этого тогда Кубок взревел. Не выстрелил – именно взревел, как разъяренный зверь. Пламя вырвалось огромным языком, ослепительно-белым в центре, с ядовито-синими всполохами по краям. Оно швырнуло в воздух не один, а обугленный клочок пергамента.

Дамблдор поймал его на лету. Его брови поползли вверх, когда он взглянул на листок. Он медленно развернул его. Тишина в зале стала абсолютной, звенящей.

– Гарри Поттер, – произнес он, и в его голосе прозвучало не радость, а тяжелое изумление.

Мгновение тишины – и зал взорвался. Это был рев. Рев возмущения, непонимания, предательства. Гриффиндорский стол рванулся вверх, как один организм. Рон Уизли кричал что-то, тряся кулаками, его лицо побагровело от ярости. Гермиона стояла бледная, прикрыв рот рукой.

Гарри встал. Его движения были деревянными, как у марионетки. Он шел по проходу, спотыкаясь, под градом ненавидящих, недоверчивых, насмехающихся взглядов.

Я сделал шаг ему навстречу, преграждая путь на секунду. Он остановился, после чего, наконец, поднял глаза. В его изумрудных глазах, помимо ужаса, читалось глубокое, щемящее недоумение. "Ты? Почему ты? Как?" – кричало его молчание.

Я не улыбнулся. Не усмехнулся. Я лишь едва заметно кивнул. Я видел, как понимание медленно пробивается сквозь шок в его взгляде. Сменяя недоумение на леденящее осознание. Он не одинок в этой ловушке. Но его сосед по клетке – Драко Малфой.

Игра началась, и в этот раз я не просто наблюдатель. Во мне даже спустя столько лет, почему то яростно горело желание поучаствовать во всех грядущих событиях, словно детская мечта.

Глава 8. Между молотом и драконом

Сны прекратились, и я смог спокойно вздохнуть. После них я чувствовал себя другим человеком. Более собранным, более сильным, более амбициозным. И с новой уверенностью стали возникать вопросы. Почему Том мне ничего не рассказывает? Я устал жить в неведении, гадая о себе и окружающем мире. Единственным, кто что-то знал, был тот Малфой. В реальности я его видел лишь однажды, но в известной мне картине мира, его не должно было существовать.

«Я требую ответов. Я уже несколько лет, как согласился помогать Вам, но в ответ не получил ничего» - внезапно взорвавшись, я написал в дневник.

После этого оттуда вылетел призрак. Он выглядел не так, как я себе представлял. Появившийся мужчина, не был похож на семнадцатилетнего юнца. Он выглядел… как тот, кто прошел все, пройденные мной испытания во сне, наяву. В очередной раз моя картина мира прибавила трещина. Возможно, мне стоит смириться с происходящим и перестать удивляться.

- Ты излишне легкомысленно относишься к моим знаниям, - начал он мягко, - тебе открывается огромный мир магии, а ты говоришь ничего.

- Я благодарен, но… - уверенно отвечал я.

- К чему эти пустые разговоры? - Начало проскальзывать недовольство в его речи. - Наконец тебе хватило ума спросить. Мы можем договориться. Скажем, я расскажу тебе, кто ты такой. Но могу ли я это сделать просто так? Ты не хочешь мне служить! А правду можно заслужить лишь этим.

Служить, как же погано звучит это слово. Я готов был служить Родине, но служить человеку? Родина. Это слово отзывалось в сердце, но в разуме ответ не появлялся. Сейчас не время для размышлений о вечном, стоило решить проблему. Ладно, сейчас я согласен. Служба в обмен на настоящие знания. Знания о магии ощущались иллюзией, несмотря на их полезность. Странное чувство.

- Хорошо. Я готов служить вам мой Лорд. - Я внешне сдался. - Я хочу знать ВСЁ.

В ответ на мои слова палочка, палочка потеплела, поддерживая моё желание солгать. Забавное свойство палочки, которая словно имела своё мнение в некоторых вопросах, но все равно беспрекословно повиновалась.

- Ты веришь в это, - он посмотрел на меня с усмешкой, - веришь в то, что после маленького приказа, я все расскажу. Но я могу рассказать, в обмен на верность. И первая просьба проста. Убей дракона. Продемонстрируй всем силу.

После этого призрак исчез. Оставил с весьма сложной задачей. Чтобы усмирить дракона требовался далеко не один человек, причем не простой, а специально обученный. А справлюсь ли я? К тому же я должен еще и покрасоваться, чтобы меня начали воспринимать всерьез.

И я начал готовиться. Для начала я пошел в библиотеку. Чтобы скрыть свои знания о драконах, я брал книги о животных высоких классов опасности. В том числе там была информация о драконах. Они обладали полной защитой от магии снаружи. Глаза защищали неподвижные веки как у змей, пасть тоже была неподвластна магии из-за того, что дракону надо было дышать магическим огнем. Уши и нос были уязвимы, но попасть туда было сложно. Да и такое убийство демонстрировало только подготовленность к дракону, а не общую силу. Мне надо было найти способ уничтожить это величественное создание, чтобы это не показалось простым занятием со стороны, но я мог справиться.

Неделю я ходил, прикидывая, чем я могу воспользоваться. В голову сразу приходило холодное оружие, но использовать его против такой громадины было практически бесполезно. Только если завалить количеством. Но столько зачарованного оружия я не мог достать никак, а обычное тут не поможет.

А сегодня произошло сразу два события. Во-первых, ко мне подошел Поттер.

- Малфой, слушай, я узнал о первом испытании! Это драконы! Я видел четырех! - подошел ко мне взбудораженный Поттер. Должно быть, до этого момента он хранил это в себе, из-за невозможности обсудить с друзьями, с которыми вышла размолвка.

- Сильное заявление. Но очень полезное. - Обрадовался я легализации своих знаний о драконах. - Я не останусь в долгу.

- Тогда помоги, пожалуйста. Я не знаю, что я могу сделать целому дракону.

Возможно, решение Седрика поможет ему. Потому что в его решении я сомневался. Полет на метле от дракона казался плохой затеей. Я постоянно терял веру в своё знание о грядущем, и эта деталь тоже подтачивала её.

- Думаю, трансфигурация неживого в живое тебе поможет. Чем больше целей у дракона, тем тебе проще не попасть под огонь. Я уверен, что ты успеешь этому научиться. - Преподнёс я свою идею.

- Это проходят на старших курсах! Как я этому научусь - продолжал восклицать Гарри. - Но спасибо. Я попробую.

После этого мы разошлись, и произошло второе событие. Мне пришло письмо от отца. Он просто написал: «Я буду в шесть часов после полудня, около кабинета директора, я буду тебя там ждать. Сегодня». Чувствую, разговор предстоит тяжелый.

Несмотря на освобождение из-за турнира, я ходил на уроки. Да, на те, которые мне нравились. Я пропускал гербологию, мне, как и многим, она казалась занудной, тоже самое с астрономией и историей магии. В этом плане я был среднестатистическим учеником Хогвартса. И вот после очередного пропущенного урока, меня нашел Тео.

- Драко, а я узнал, что тебя ждет на первом испытании. Дракон. Такой большой и огнедышащий зверек, - начал он с иронией. - Чертов дракон! И как мистер гений, обманувший магию Дамблдора, чтобы пробраться на турнир, ты будешь действовать?

Это был очень важный вопрос, который я так и не обдумал. А точнее не решил.

- Победоносно! Это будет мой триумф! - весело ответил я

- Вижу, для тебя это не было секретом. Возможно для тебя не секрет и смертность на турнире? Ты так и не ответил, зачем это было сделано, ради небольших баллов к репутации в обществе? Или тебе денег не хватает?

Появление в турнире для меня и для Поттера, имело противоположные значения. Поттер резко потерял все свое уважение не из-за проникновения на турнир, а из-за того, что открещивался от этого. Я же делал это с вызовом, все прекрасно знали, что я нарушал правила, но я и не стеснялся.

- Я не могу сказать ничего нового.

- Скажи это связано с Темным Лордом? - внезапный вопрос заставил меня напрячься.

«Хорошо. Он догадывается. Но знает ли? Нет, точно нет» - Быстро в голове мелькали мысли. Я держал лицо нечитаемым. Теперь не выдав себя, я должен узнать, отчего такие мысли.

- Темный Лорд? Ты хочешь, как и Поттер, сваливать все на него?

- Если действительно, как Поттер, то значит это правда, - начал Нотт превращать это в шутку.

Он не знал. Со всеми этими подозрениями и вопросами, я стал реагировать на них менее остро. Сейчас моей проблемой была битва с драконом. Разговор с отцом висел, но он просто пройдет сегодня и останется в прошлом. И придумывать новые проблемы не хотелось.

***

Каменные стены Хогвартса, обычно дышащие древней магией, сегодня казались ледяными и давящими. Шесть часов. Кабинет директора. Отец. Предчувствие тяжелого разговора висело в воздухе плотнее тумана над Черным озером. Я медленно шел по пустынному коридору, шаги гулко отдавались под сводами.

Люциус Малфой стоял у каменных горгулий, охранявших вход в башню Дамблдора. Он не опирался на трость, руки были сцеплены за спиной, поза безупречно прямая, как всегда. Его платиновые волосы были идеально уложены, черты лица - высечены из мрамора: холодные, непроницаемые. Но когда его ледяные глаза устремились на меня, в них не было привычной расчетливой оценки или отстраненной строгости. Там горело нечто иное - сконцентрированная, почти физическая тревога. И гнев. Гнев, тщательно контролируемый, но от этого лишь более жгучий.

- Драко, - его голос был тише обычного, лишенным резких ноток, но от этого звучавшим лишь опаснее. Он звучал как натянутая струна. - Сюда.

Он не стал ждать ответа, резко развернулся и направился не к горгульям, а в боковой коридор, ведущий к одному из малоиспользуемых балконов с видом на Запретный лес. Я последовал, чувствуя, как ком тревоги сжимается в груди, превращаясь в свинцовый холод.

Мы вышли на холодный балкон. Люциус остановился у парапета, спиной ко мне, глядя в сторону темнеющего леса.

- Ты изменился, - произнес он, не оборачиваясь. Голос его был низким, вибрирующим от сдерживаемой ярости. - Стремительно. Слишком стремительно для четырнадцати лет. Это уже не просто амбиции, не просто… подростковый бунт.

Он резко повернулся, и его взгляд впился в меня.

- Турнир Трех Волшебников, - Люциус произнес название с нескрываемым презрением. - Анахронизм. Цирк для убогих, жаждущих зрелищ. И ты, наследник одного из древнейших и чистейших родов, ввязался в этот балаган. Обманул защиту Дамблдора. Публично. Ты выставил себя мишенью, Драко! Мишенью для зависти, для нападок, для реальных покушений! Ты думал о последствиях? О том, что любая твоя неудача, любой твой промах теперь - это удар по нам? По всему, что мы строили веками?

Он шагнул ко мне, и его тень накрыла меня целиком.

- Дракон, - прошипел он, и слово прозвучало как приговор. - Первое испытание. Ты знал. Или догадывался. И вместо того, чтобы найти способ выйти из игры с наименьшими потерями, ты… ты готовишься. Я вижу это. Вижу твои глаза сейчас. Ты действительно намерен драться с ним? Рисковать жизнью ради… чего?

Его вопрос повис в воздухе. Самый главный вопрос. Ради чего? Славы? Денег? Доказательства своей силы?

Я молчал. Любое оправдание звучало бы жалко. Ложь - предательски, а правда была моей тайной.

- Ответь! - Его голос грохнул, как удар грома

- Я должен это сделать, - вырвалось у меня, наконец. Голос звучал чужим, сдавленным, но твердым. - Я могу это сделать. И я сделаю.

Люциус замер. Его ледяные глаза расширились на мгновение, отражая что-то вроде шока. Шока от моей наглости? Или от этой абсолютной, самоубийственной уверенности?

- "Должен"? - Он произнес слово с ледяным сарказмом. - Ты должен быть наследником рода. Ты должен думать о будущем. О выживании. О власти. Не о героической смерти на потеху публике! - Он снова овладел собой, но напряжение в нем было почти физическим. - Эта… эта одержимость… она тебя сожрет, Драко. Или убьет. И я… - он запнулся, потеряв слова. - Я не смогу тебя защитить на той арене. Никто не сможет.

Он посмотрел на меня долгим, тяжелым взглядом. Взглядом, полным непонимания, гнева, тревоги и чего-то еще… чего-то похожего на прощание. Затем, не сказав больше ни слова, он резко развернулся и ушел. Его шаги быстро затихли в темноте коридора, оставив меня одного на холодном балконе.

Я не оставлял себе выбора. Меня ждала только победа. Блистательная победа. Только так я смогу доказать свою правоту отцу. После его речи сердце, словно кололо заточенной иглой.

Сегодня я трижды говорил о турнире. И трижды в глазах собеседника оказывался идиотом. Гарри этого не сказал, но в его глазах читалось непонимание. Он не мог взять в толк, зачем я участвовал.

Может, это и было целью Тома? Может, он хотел, чтобы я, подобно Гарри рассорился со всеми. Чтобы мне не оставалось ничего, кроме как довериться ему. Надеюсь, что это было не так. А иначе гордость от принадлежности к огромной силе сменится разочарованием, хотя оно своими холодными ветвями давно окутывало меня, несмотря на мое сопротивление.

С новым энтузиазмом я продолжил придумывать решение против дракона. Трансфигурация, чары и знания Тома мне должны помочь. Я приступил к отработке нужных заклинаний и все свободное время самосовершенствовался. И вот настал день моей победы, я был уверен в своих силах. Идя на испытание, я горячо предвкушал свой бой, в мыслях мой бой уже закончился, и мне оставалось лишь вкусить плод моих трудов. Именно они и были моим полем боя, свою судьбу я творил в пустых классах, без устали становясь лучше. А сейчас меня ждало лишь подведение итогов.

***

Сейчас, когда я стоял внутри палатки пламя решимости понемногу угасало. Мне требовалось как можно скорее пойти в бой, но видимо я в этом турнире я четко занимал место Седрика и должен был выходить третьим драться с шведским короткорылым драконом. В такой ситуации было тяжело отрицать теорию детерминизма. Но сейчас было не до научных теорий. Вопрос стоял сугубо практический и решаемый.

И вот под рев толпы я выхожу на арену. Интересно сколько здесь людей? Сотни? Тысячи? Я на мгновение начал искать знакомые лица, но потом одернул себя. Сейчас есть только я и дракон. Дракон был огромен, еще никогда я не видел такого исполина, он был немного похож на птенца. Синего, лысого птенца. Он передвигался на двух лапах и имел два крыла, как у летучей мыши. У этого существа была своя хищная красота и грация, но она скорее отталкивала. Сейчас дракон смотрел на меня спокойным, немного усталым взглядом. Он явно привык к людям, хоть и в таких количествах. Это животное было диким, но оно было из заповедника и привыкло, что люди скорее помогают, чем вредят. Прости, приятель…

Первым делом россыпь ‘бомбард’. Дракон мигом пугается и находит возмутителя спокойствия в моем лице. Я, видя, как он готовится изрыгнуть пламя, начинаю превращать россыпь камней вокруг в обезьян, приказывая им атаковать. Синие лоскуты огня испаряют без следа обезьян. Новая трансфигурация и в противника летят металлические иглы, отскакивая от чешуи. Видимо одного извержения пламени маловато для истощения врага.

Я успеваю применить ‘сонитус фрагор’, и из палочки с хлопком вылетает заклинание. На его пути воздух начинает дрожать, пока не врезается в голову дракона. Происходит взрыв без звука, но с ударной волной. Дракон не шелохнулся, но на доли секунды замер, поэтому, когда струя пламени летела в меня, я свалился на землю, создавая стену из земли, а затем накидывая ‘протего’ перед собой. Несколько секунд я лежал, посреди огненного шторма, надеясь на свою хлипкую защиту. Я уже успел обрадоваться и прикидывал, чем дальше приложить тварюгу, как вдруг, разбивая мою защиту вдребезги, что-то меня откинуло, перевернув на спину и немного протащив по неровной земле.

Поднимаясь, я увидел удаляющийся хвост, которым я был атакован. Я понял: медлить было нельзя и создав магическую тьму вокруг дракона, кинул на него в атаку волков, быстро созданных мной. Они не могли нанести врагу вреда, но заставляли тратить магическую силу. Теперь мучительное ожидание. Я все смотрел и смотрел на огненный кокон, в котором один за другим исчезали мои создания, которых я все больше создавал. Они становились все более маленькими и менее опасными, но дракон продолжал палить.

Не знаю, сколько я ждал, но когда я понял, что моих сил хватит только на последнюю добивающую связку, как тут же и применил. Острые лезвия, направленные во врага летели, через огонь, иногда сгорая полностью, иногда в нагретом состоянии влетали в тушку дракона. И вот последнее заклинание, останавливая через раны кровь, настигло дракона. Для большей зрелищности с палочки во врага сорвались разноцветные всполохи, не наносившие никакого урона. Когда, тьма возле дракона рассеялась, все увидели упавшее на землю тело.

Я степенно направился к яйцу, слушая, как ошарашенная публика начинает медленно хлопать. Спина прямая, лицо уверенное и холодное - так я выглядел снаружи. В этот момент я чувствовал, как по спине стекает что-то мокрое, должно быть кровь, и понимал то, что сейчас я не способен на простейший ‘люмос’. Но люди этого не видели, в их головах была лишь смерть дракона от рук молодого юноши.

Теперь я стал искать взглядом родителей. Мать сидела с каменным лицом, но в ее глазах я видел пожар страха за меня, который она всеми силами путалась потушить. Отец поймал мой взгляд и кивнул. Он смотрел со строгостью, напоминая о неприятном разговоре, но вместе с тем, еще и с одобрением и гордостью за меня. Оценки судей меня не волновали, ведь я знал, чтобы они не решили, я был лучший!

Глава 9. Две правды - одна истина

Я открыл глаза. Вокруг были белые покрывала, куча кроватей, в воздухе витал какой–то болезненный запах. Я понял, что находился в больничном крыле. Видимо, доиграть свою роль, мне было не суждено. Представляю, как это выглядело со стороны. Весь такой серьёзный и спокойный победитель, с прямой спиной и холодным лицом, смотрит на трибуны, а через секунду, упав как подкошенный, уже лежит на пыльной арене лицом вниз перед поверженным драконом. Великолепный финал.

Этот бой был как театральное представление. Герой, победивший дракона. Не сразу, пройдя через небольшую неудачу. Победил на пределе сил, заставляя зрителя волноваться. Забавно, даже мои промахи здесь оборачивались выигрышем.

На тумбочке возле меня лежало письмо. Я его сразу вскрыл и увидел имя адресанта. Отец.

Дорогой Драко,

Твоё выступление вышло фееричным. Ты смог не посрамить свою честь и показать себя…

…Я по–прежнему не одобряю твоё участие, кроме того… к чему эта игра на публику? Множество заклинаний, не имеющих никакого смысла, кроме развлечения толпы...

…Редкий ученик Хогвартса способен одолеть дракона, хотя и далеко не самого опасного. Если бы тебе попалась Венгерская Хвосторога, как Поттеру, твоя участь оказалась бы куда более печальной…

…Драко, откуда такие знания? Заклинания, применяемые тобой – специализация боевых магов. Если ты до сих пор их изучаешь – немедленно прекрати! Я могу нанять тебе учителей. Ни к чему сопровождать свою жизнь опасности, пытаясь, справится в одиночку…

…Твоя мать… была вне себя. Ее нервы нуждаются в покое, которого ты ей не даёшь…

Я пробежался глазами по письму и отложил его в сторону. Письмо было написано слишком ожидаемо, но от того не вызывало меньше чувств. Я участвовал в турнире не по своей воле и обязан был отстаивать не свою точку зрение.

До вечера я провалялся в лазарете. Это было бы невероятно скучно, если бы не заходившие слизеринцы, поздравляющие с грандиозной победой и желавшие здоровья. Их улыбки были слишком широкими, похлопывания по плечу – слишком сильными, а восхищение – слишком громким. Слова каждого ложились на плечи грузом чужих ожиданий. Я был их чемпионом, символом превосходства Слизерина, живым доказательством того, что Малфои всегда на вершине.

Тео тоже заходил и сказал: «Может и выйдет что–то полезное из твоего участия в турнире. Он стал сильным толчком в изучение магических искусств тобой».

Еще мне рассказали об оценках судей. Трое участников набрали по сорок баллов. Мне поставили высокие оценки Каркаров, Бегмен и Мадам Максим, а Барти Крауч, вместе с Дамблдором не особо хорошо оценили меня. Каркаров должно быть, увидел сына старого соратника, увидел его силу и решил оценить по достоинству. Бегмен, очевидно, восхитился зрелищностью боя. А возможно он поставил, что я с блеском справлюсь с заданием, не посрамив страну и ее аристократию, и в итоге заработал денег. Мадам Максим я знал плохо и не мог объяснить ее оценку, хоть я и был невероятно хорош. Дамблдор за всё хорошее и против всего плохого, понятно, что убийство врага, там, где это не требовалось, он воспримет в штыки. А Крауч, просто не оценил мой «творческий подход», в задании не было сказано, как добыть яйцо дракона, но я, не то чтобы нарушил негласные правила, но и не соблюдал.

Как только меня выпустили из больничного крыла, я сразу же кинулся к дневнику. Только я коснулся дневника и снова появился призрак.

– Выступление прошло идеально. Теперь я вижу достойного последователя. – Сразу заговорил Том.

Я молчал, ожидая скорую правду о себе.

– Ты сумел воспользоваться новыми умениями в полной мере. Ты одолел сильного противника, тщательно изучив его слабости. И тем самым заслужил награду. – После небольшой паузы он снова заговорил.

Он видел. У меня не было сомнений. Он видел мой бой. Он перестал быть ограниченным дневником. Он стал сильнее. И, словно в подтверждении моих мыслей он взял свой крестраж в руки. Или хуже… Он читает мои мысли?

– Как ты мог догадаться, ты не Драко Малфой. К сожалению, ему пришлось умереть. Но ты не волнуйся, он был не против своей смерти. – Палочка слегка потеплела, предупреждая о чем–то, но при этом ясно говорила о том, что это правда. – Его место должен был кто–то занять, чтобы стартовые условия были как можно ближе к исходным. Мы призвали, одного из моих сторонников, который видел будущие события. – В этот момент, палочка с восторгом, будто взорвалась. Она поняла – Том лжёт. – В детском теле ты утратил свои воспоминания, сохранив лишь то, что было важнее всего. Знания о будущем.

Могла ли палочка ошибаться? С чего вообще я решил, что она может определять правду. Может, я сам неосознанно колдовал в моменты, когда эмоции были особенно сильны. В любом случае другой информации у меня не было и оставалось лишь верить. Интересно кем я был?

– У меня есть вопросы. Кто я, конкретно?

Спросив, я сразу понял, что он ждал этого вопроса.

– –Конкретика… – Том произнес медленно, растягивая слова, словно выигрывая время. Его прозрачные пальцы сжали крестраж сильнее. – Конкретика сейчас опасна. Знание – сила, но в твоем нынешнем состоянии, с детскими нервами и фрагментами памяти. Это знание может быть ядом. Оно может сломать тебя, прежде чем ты окрепнешь.

Это все общие слова. Он выдал мелкую крупицу и собирается замолчать! Сейчас снова скажет, сделать что–то невероятное и получить не ответ, а всего лишь брошенный вскользь пару слов!

– Но я имею право знать, кто я! – Резко прозвучал мой голос – Я живу чужой жизнью, ношу чужое имя, смотрю на людей, которые думают, что я их сын!

Том вздохнул. Я видел, что он сдерживается, чтобы не сорваться. Но в ответ услышал спокойную речь.

– Ты был верным. Верным идее. Верным мне. Ты видел будущее, которое я строил, и ты выбрал быть частью его. Разве этого недостаточно?

Это звучало смешно. Я понял, что не найду никакой информации в его словах. Только сейчас я осознал, за кем решил следовать. У меня в голове роилось еще много вопросов, но я знал – ответов я не получу. Поэтому я молчал.

– Я слышу в твоём молчании неверие. И знаешь ты прав. Не стоит верить всему, что говорят. – Он внезапно сменил риторику. – И не стоит считать, что все ложь. Ты хочешь знать, что было раньше? Ты узнаешь, когда придет время. Знаешь, я даже могу сказать правду. Но готов ли к ней ты?

Он почему–то начал говорить совсем иначе.

– О, я вижу, что готов. Я вижу, что ты хочешь знать. Ты просто магл. Жалкий магл. Такова твоя прошлая жизнь. – Том улыбнулся. – Ты счастлив? А откуда тебе все это известно, я и сам не знаю. На этом все.

И он исчез. Правда сбивала с толку. Она казалась невероятно жалкой. Я уже предвкушал, что окажусь каким–нибудь давним врагом Волдеморта, преодолевшим смерть. Но просто магл? Во мне не было пренебрежения к ним, но сейчас я почувствовал себя ущербным.

Магл. Жалкий магл. Забавно. Но это прошлое. Оно мертво. Как тот дракон. Как... настоящий Драко. Остался только я. Нет смысла искать ответ в прошлом. Осталось только настоящее

Почему Том в моменте изменил риторику? Вот, он в моих глазах уже практически враг, злостно обманувший меня, а в следующую секунду просто сложный человек, который способен принять свою неправоту. Он едва не потерял своего сторонника, как вдруг одумался? Слишком быстрые перемены. Решения на ходу, столь явные провалы в контроле – это не стиль расчетливого темного лорда. Он внезапно осознал ошибки? Или повлияло что–то внешнее. Может тот загадочный Малфой? А что, он иногда внезапно появляется в истории, но при этом я о нем ничего не знаю. Или он вообще не Малфой, а я его уже года два так зову по глупости. Или может он, внезапно поймал связь с другой своей частью, которая готовилась вместе с Хвостом и Краучем к возрождению. Вариантов было много, и я мог лишь гадать. Сейчас я с Тёмным лордом и я приду к победе. С ним или без него.

Теперь я готовился ко второму испытанию. В библиотеке я искал информацию об обитателях озёр и заклинаниях для подводных путешествий. Сейчас я должен был справиться с задачей сам. Тёмный Лорд не показал воспоминаний связанных с водной гладью, и мне оставалось полагаться лишь на себя.

Поттер вошел в библиотеку, нервно оглядываясь, как будто боялся, что его поймают за чем–то запретным. Его глаза метнулись к моему столу, заваленному фолиантами про водных тварей. Идеально, подумал я. Сам пришел.

– Поттер, я узнал, что будет на втором испытании – сразу решил я отдать ему долг за легализацию знаний о драконах.

– И что же? Что–то опаснее драконов? – в его голосе чувствовался незаданный вопрос, что–то связанное с драконами.

– Опусти яйцо под воду, и услышишь загадку о втором испытании. Сразу скажу – придется поплавать.

– Спасибо

Несколько секунд он, молча, простоял, не решаясь что-то сказать.

– Зачем ты убил дракона? Нужно было всего лишь достать яйцо. А ты убил его. Ни в чем не повинное существо! – резко взорвался Гарри.

Как же я устал от этой лжи. Опять я должен оправдывать свои решения, преподнося какую–то философию, которую собеседник должен возмутиться, но принять.

Я встретил его горящий взгляд. В нем было не только осуждение, но и что–то... знакомое. Та же ярость беспомощности, что клокотала во мне после откровений Тома. "Ни в чем не повинное существо!" – кричал он. А я? Я был ни в чем не повинным магом? Или маглом? Кем? Существом, втиснутым в чужую жизнь по чужой воле?

– Знаешь, я хочу жить. Пытаясь вырвать яйцо у дракона, ты подставляешь себя под удар. Возможно, выйдет обмануть его, но если нет? Я предпочел не рисковать. Моя жизнь важнее его жизни.

Мой ответ ему не понравился. Мне самому он не нравился. Но мне предстояло жить с этим.

– Твоя жизнь, – произнес Гарри тихо – важнее жизни другого существа. Вот и всё, Малфой? Удобно. Очень удобно. Особенно когда это существо – лишь препятствие на пути к славе.

Забавно, что он говорит о славе. Совсем недавно его обвиняли в гонке за славой, но теперь он говорит об этом. Как будто, это событие в его жизни просто прошло, и он не вынес оттуда ровным счетом ничего.

Он повернулся, чтобы уйти, но на пороге остановился, не глядя на меня.

– Спасибо за информацию об озере.

Для Поттера мир был черно-белым: герои и жертвы. А я... Я оказался в серой зоне, где твоя собственная жизнь становится оправданием для убийства. И самое мерзкое – он был прав в своем презрении. Удобная философия. Слишком удобная. Хоть она была мной выдумана сейчас, для оправдания, но она слишком подходит к тому, что я делаю, что мне мешало тогда отбросить тетрадь? Что мне мешало отказаться от обета, призвав домовика или позвав на помощь?

После ухода Поттера я не вернулся к чтению сразу. Смотрел в одну точку, не замечая слов на страницах. Он ушёл с благодарностью на словах и с презрением в голосе.

Прошло несколько дней. Я выкинул из головы гнетущие мысли, ведь всё равно я не мог ничего изменить. Второе испытание приближалось, и весь Хогвартс жил в напряжённом ожидании. Я, как и в предыдущие дни, отправился к озеру, чтобы отработать несколько заклинаний, которые могли бы мне пригодиться под водой. Увлеченный делом, я не сразу заметил чужое присутствие.

– Неплохо, вижу, Он сильно помог тебе. – Раздался знакомый голос, обладателя которого я не сразу смог вспомнить.

Это снова был тот Малфой. Острые черты лица, закругленные небольшой аккуратной бородкой и возрастом. На вид ему было около тридцати, но с тем же успехом он мог быть каким-нибудь двоюродным дедушкой мне. У магов с этим сложно.

– Твой бой с драконом, выглядел впечатляюще. Впрочем, заслуга это не твоя, а твоего кукловода.

Мне казалось, что он с Тёмным Лордом заодно. Сначала Малфой появляется, заставляя меня дать обет для него, а потом идет против. Или это провокация.

– Чего вы хотите? – Коротко спрашиваю я.

– Того же, что и все остальные. Перемен. Не ради общества, а ради себя самого и определенных людей. – Начал Малфой витиевато. – Я удивлен, что ты до сих пор не узнал меня.

Меня пронзила догадка. Он был похож на меня. Повзрослевшего меня, неужели он это я. Или он настоящий Драко Малфой? Но почему он настолько взрослый, и вообще что он здесь делает? В голове появился ответ. Я не знал, что произошло после 1998 года, кроме нового отрывка. Раньше мне он не приходил в голову, как ответ на вопросы. Там была мутная история с маховиками времени, позволяющими перемещаться на десятилетия назад. Всё стало становиться на свои места.

– Именно я стал причиной всех перемен, что ты заметил. Сейчас я пришел против воли Тома, чтобы рассказать тебе все по–настоящему. Чтобы я мог действовать в этом времени, должен существовать лишь один я. Я не знал, что делать с молодой версией себя, но от нее нужно было избавляться. – Начал он свой рассказ.

Палочка молчала, не подавая никаких знаков. Здесь она мне не поможет. Но я и сам понимал, что предо мной истина.

Я был доволен сложившейся ситуацией хоть, и она казалась мне несколько странной. Я желал знать правду, и те частицы, полученные от Тёмного Лорда, лишь разжигали интерес и создавали недоверие к нему, что понимал и он. А теперь появляется этот Малфой и пытается этим воспользоваться. Хоть я не верил до конца первому, но и второй не заслуживал доверия.

– Том, предложил призвать душу одного из сторонников, погибших в самом конце войны. Того, кто поможет реализовать наши планы. Я не дал этого сделать. Я призвал случайную душу. Я тоже не ждал появления души магла, но Том был особенно в бешенстве. Пока я следил за канвой события, тщательно повторяя всё случившееся в прошлый раз, он не бездействовал. – Начал он наращивать интригу. – Он незаметно, день за днем, стирал твою память. Он пытался обмануть тебя, создав преданного слугу, который, как и я, точно знает, что произойдет. Том все знает лишь с моих слов, и даже спустя множество лет не стал мне доверять. Но что–то повлияло на его планы. Я не понимаю, почему он рассказал тебе часть правды, которую, как я был уверен, собирался скрывать.

Он стоял, изучая мое лицо, словно ожидая взрыва. Но внутри у меня было лишь ледяное, всепоглощающее опустошение. Случайная душа. Ничего моего. Ни прошлого, ни имени, ни выбора. Даже моя "сила" была подарком от одного из них, вложенным в украденное тело. Я ощутил тошнотворную волну дежавю: вот он, еще один повелитель, пришедший осыпать меня "правдой", как милостыней, ожидая покорности.

Он издевательски улыбнулся и сказал последнюю фразу:

– На этом всё, бывай. И помни: выбор у тебя все еще есть.

После этого он исчез. Возможно, аппарировал или, нагнав пафоса, ушел в невидимость. Сейчас меня беспокоило его появление, а вовсе не исчезновение. Он был новой стороной будущей войны? Или представителем одной из трех, уже существующих?

И кто все-таки был кукловодом из них, а кто марионеткой? Том знал лишь то, что ему позволял знать взрослый Драко. Но при этом он обвиняет первого в обмане меня. Я оказался посреди странного, не явного конфликта и не знал, что делать. Вспоминался обет, а точнее его точное содержание. Не предать Малфоя и не выдать тайн Реддла. Уже тогда можно было понять, кто из них владеет ситуацией. Ни один из них не поясняет ситуацию полностью, но один дал мне правду, а второй дал мне силу.

А с чего я решил, что кому–то должен? Я благодарен им за то, что они мне дали, но на этом все. Пускай они гадают, чью сторону я приму и оба проиграют. Или не оба, но решение я приму сам. Сейчас они видят лишь разменную монету. Я не был силой, которая может все изменить, я не был избранным как Поттер, но знал, что порой мелкий камушек, способен разрушить все. Они желали сохранить события? Я пожелаю им удачи.

Глава 10. Он предатель?

Испытание в озере прошло буднично.

Вот я опять иду к озеру. Вот, применив несколько заклинаний на себя, я ныряю, а затем, создав ласты, плыву к своей цели, игнорируя гриндилоу и прочих озерных тварей. Вот, освобождение жертвы и путь обратно. Вот, высокие оценки позволяют назвать меня победителем этого испытания

Все прошло по плану. Но по моему ли плану? Нет, я продолжал двигаться по колее, проложенной другими. К чему на прямой дороге попытки с нее сойти? Чтобы создать себе дополнительные трудности, проехав по бездорожью? Я ждал перекрестка. Я ждал, когда смогу ударить сильней всего.

Спустя несколько часов ко мне подошел Поттер. Его лицо выражало странную смесь недоумения и досады.

- Ты мог убить и гриндилоу? Почему же сейчас ты поступил так благородно? - бросил он, блокируя путь. - Или для тебя только драконы достойны?

В его тоне сквозило раздражение человека, который только что совершил подвиг, а теперь вынужден делить славу с кем-то, кто просто... выполнил задание. Как по инструкции.

Я посмотрел на него, на этого мальчика-легенду, вечно борющегося, вечно преодолевающего. Он был полной моей противоположностью. Его путь - постоянная борьба с системой. Мой... мой путь пока что был тотальным подчинением ей, чтобы однажды сломать изнутри.

- Нет, Поттер, - ответил я, и голос прозвучал устало. - Просто сегодня не был настроен на убийство. Дракона хватит.

Он смотрел на меня, пытаясь разгадать загадку, которой не существовало. Во мне не было тайны. Была лишь пустота, принявшая форму идеального ученика, идеального чемпиона, идеальной марионетки.

- Иногда я тебя вообще не понимаю, Малфой.

- Привыкай, - я обошел его и пошел дальше, оставляя его в коридоре одного с его героизмом и моей необъяснимостью.

На следующее утро во время завтрака ко мне обратился Тео.

- Слушай, а ведь ты сейчас идешь на первом месте, - сказал он, разламывая круассан. - У тебя реальные шансы выиграть этот цирк.

В его голосе не было восторга. Был расчет. Он смотрел на меня не как на друга, а как на перспективную инвестицию.

- Цирк, - согласился я. - Но именно в цирках дрессировщик иногда оказывается в пасти у льва.

Тео замер с круассаном на полпути ко рту, потом медленно улыбнулся.

- Надеюсь, ты знаешь, как дрессировать львов, Драко.

Он понял. Возможно, не до конца, но уловил суть. Возможно, это были лишние слова, но говоря их, я наполнялся уверенностью.

Следующие месяцы были наполнены этой самой уверенностью. Я продолжал учиться, я продолжал тренироваться, я продолжал восхищаться магией. Но теперь все было не просто так, я выращивал план. План того как пройдет третье испытание. Но мне нужна была информация от Тома. И я просто ждал, ничего не спрашивая, ведь вопрос это слабость.

И вот дождался. Привычным образом появился силуэт Тома.

- Тебе не интересно, что будет дальше? Почему ты не задаешься вопросов? - Начал мой главный учитель магии. - Твой энтузиазм похвален, но у всего должна быть цель.

Цель. Она есть. И тебе она не понравится. Говорят, что цели формируют человека, а поэтому «разрушающие» цели рушат тебя изнутри. Но я уже разбит. Меня прежнего больше нет. Даже в моей памяти ничего не скажет мне о МОЕМ прошлом. Все, что меня окружает, создано другими. И я это сломаю. Не ради себя, а против других!

-Зачем? Если это важно, то я услышу. Если нет… - я хмыкнул, вспоминая о последних событиях.

- Скоро развязка. Ты должен добраться до кубка одновременно с Поттером. После перемещения вас кубком, ты его убьешь, - Том широко улыбнулся, - настало время заканчивать эту долгую пьесу. Вместо старого Воландеморта вернусь я.

***

Как оказалось, Поттер был ему не нужен. Его смерть нужна лишь, для яркого заявления о возращении. Тот бой будет лишь проверкой меня. Убью – займу почетное место среди сторонников Тома. Но он рассчитывал на иное. Из-за чертова обета я не смогу никому ничего рассказать, но полагаясь на свои навыки, я мог одолеть всех кроме Тома и взрослого Драко. И даже обет не помешает мне этого сделать.

Возможно… нет, я даже почти уверен! Все это было заранее продуманно, еще до того как я попался в эти сети. Обет не помешает мне напасть на того Драко, ведь нельзя предать, никогда не будучи верным. Хотя, может быть он пытался добиться моей верности во время встреч со мной? Чтобы пойти против Тома и уничтожить его. Если мы объединимся, от него отделаться станет куда сложней…

Я терялся в догадках, приходя к все более противоречащим идеям. Вместо освобождения мои мысли все больше затягивали меня в омут.

***

Наступила ночь перед испытанием. Я лежал в постели, глядя в полог, и в голове выстраивал карту лабиринта – не ту, что покажут завтра, а ту, что вела к Кубку. Я представлял каждую развилку, каждую тень. Я не строил планов, как убить Поттера. Я строил планы, как выжить. Как добраться до Кубка и превратить его из орудия в руках Тома в свой собственный шанс.

Он хотел, чтобы я стал его оружием. Взрослый Драко, возможно, хотел того же, видя во мне таран против Тома. Оба смотрели на меня как на инструмент.

Но у инструмента есть острая кромка. И ею можно порезаться.

Я закрыл глаза, и последней мыслью перед сном была не молитва о победе, не страх перед завтрашним днем, а холодная, отточенная решимость.

Завтра лабиринт. Завтра я сделаю свой ход. И пусть режиссеры этого театра готовятся к своему финалу. Я сыграю в нем свою роль. Ту, которую выберу сам.

Но внезапно тетрадь зашелестела. Но призрака не появилось. Я схватился за тетрадь, но там было два слова: «Он предатель». Я начал записывать вопросы, но тетрадь больше не реагировала на них.

Глава 11. Что дальше?

После той ночи с двумя словами в тетради Том больше не являлся. Молчание было оглушительным. Оно звенело в ушах громче, чем смех в Большом зале. Хогвартс жил. Он бурлил предвкушением финального испытания, сплетнями, завистью, восторгом. Он был ярким, шумным, живым организмом.

А я внутри замер. Как картинка на застывшем кадре киноплёнки.

Сначала я думал, это очередная проверка на прочность. Я не делал ничего. Я просто продолжал двигаться. Как заводная кукла, у которой кончилась мелодия, но пружина всё ещё распрямляется, заставляя её делать шаг за шагом.

Смех Грега и Винса, их туповатые шутки про профессора Снейпа раньше вызывали во мне улыбку, которую я старательно прятал. Теперь этот звук будто долетал через толстое стекло. Я видел, как движутся их рты, как трясутся плечи, и внутри не было ничего. Пустота. Лишь лёгкое, назойливое недоумение: С какими же идиотами я учусь?

Уроки превратились в ритуал. Поднять палочку. Произнести интонацию. Увидеть результат. Зельеварение? Следуй рецепту. Трансфигурация? Повтори движение. Даже магия, этот дивный, живой огонь, что когда-то заставлял трепетать моё сердце, стала… техникой. Набором алгоритмов. Я выполнял их безупречно. Профессора кивали, ставили «Превосходно». Их похвала была сладкой ватой – цветной, привычной, но не дающей насыщения.

Так было сначала. Потом я стал отдаляться. От Тео, который сперва не воспринял все всерьез, а потом стало поздно, и до меня было не достучаться. От магии, которая всю жизнь меня восхищала, а теперь была лишь одним из взятых на меня обязательств. От однокурсников, среди которых ходила обо мне слава, как о гении. Я с завистью слышал, как хвалят других, тогда во мне на секунду загорался огонь, пытающийся снова запалить мою душу. Но следом на меня наваливались проблемы, которые я не мог решить.

Я понимал, что должен взять себя в руки. Что я себя сам убиваю. Но эта мысль еще одним раскаленным гвоздем впивалась в меня.

После уроков я пришел к озеру. Оно было таким безмятежным, не знающим ни радости, не печали. Я был здесь уже далеко не первый раз. Раньше приходилось тренироваться, сейчас же… я не знаю, зачем я здесь.

- Малфой, скоро отбой. – Раздался позади усталый женский голос.

- Гермиона? – Я растерянно оглянулся, - отстань, я в печали.

- Снейпу будет плевать, если он тебя найдет.

- А мне плевать на это.

Я хотел, чтобы разговор поскорее завершился. Сейчас я чувствовал себя обиженным школьником. Которым, впрочем, и являлся. Как же это все глупо. Сейчас она уйдет, но это вряд ли, или начнет успокаивать, после чего я должен буду поплакаться и встретить грудью проблемы.

- Знаешь, я тоже устала, - начала она свою «проникновенную» речь, - Гарри, который вечно попадает в неприятности, Рон, который завидует за это ему. И обоим я должна помогать и решать проблемы, теперь еще и ты… А я? Кто… - Она прервалась.

Под конец её голос дрогнул. Смешно. Правда, смешно. Она решила поныть. Поныть мне. Незнакомому человеку, который сам только и занимается нытьем. Может она не знала, но это так по-идиотски.

Сначала на лицо выползла улыбка. А потом я неистово засмеялся. В ее взгляде мелькнула обида. Затем она сжала кулаки и задрожала. Закрыла глаза… и тоже засмеялась.

Мы стояли на берегу озера и ухахатывались. Для любого постороннего мы показались бы сумасшедшими. И они были бы правы.

Я не знаю почему, но мне захотелось ей довериться, и чтобы она тоже рассказала мне всё.

- Ты права.

- Что?

- Это всё не важно, - продолжил я.

И повисло молчание. Она поняла. Я уверен в этом! Но не хотела этого признать.

- Все должно было быть по-другому. Я должен был быть другим, а ты никогда не быть такой – Мне хотелось все рассказать, но я по-прежнему боялся.

- Зачем? Ты и так лучший ученик курса, а я справлюсь, кому еще кроме меня? Как эти два остолопа будут? – начала она меня переубеждать.

Слова звучали глупо, но значили намного больше, чем обычно.

- Я не могу рассказать обо всем… Но попробую… Но начнем мы с тебя. Пожалуйста, расскажи.

***

В замок этой ночью мы не пошли. Мы просто сидели и разговаривали. И в этот момент почему-то в моей душе горело счастье. В свете этого пламени я не чувствовал никак угроз, нависших надо мной, я не стоял на перепутье, боясь сделать шаг в любую сторону. Я просто был. И просто была она. И мне этого хватило. А что будет дальше? Неважно.

Рассвет застал нас на том же месте.Она рассказывала о книгах, которые читала не для уроков, а для себя. О чувстве, когда находишь ответ на вопрос, который никто не задавал. Я говорил о магии - не как о наборе заклинаний, а как о музыке, которую только начинаешь слышать, о языке, на котором мир шепчет свои секреты.

Это было странно. Неловко. Так по-настоящему.

Когда первые лучи солнца позолотили башни хогвартса, нам пришлось пойти. У входа в гриффиндорскую башню она остановилась.

- Сегодня лабиринт, - сказала она, не глядя на меня. Её голос снова был собранным, твёрдым. Но в нём уже не было той уставшей резкости, что вчера.

- Да.

- Там будет опасно.

- Знаю.

Она, наконец, повернулась ко мне. В её карих глазах было всё.

- Не будь идиотом. Не делай того, о чём потом придётся жалеть.

Я усмехнулся, и на этот раз улыбка не была ни холодной, ни фальшивой. Она была просто... усталой.

- Боюсь, время для выбора, о котором не придётся жалеть, давно прошло.

Она кивнула, как будто поняла что-то, и обняла. После чего молча ушла. Я остался стоять в пустом коридоре, ощущая странную, хрупкую тишину внутри. Не пустоту. Безмятежность

День тянулся невыносимо медленно. Каждая минута была похожа на предыдущую, и всё же всё было иным. Я не знал, что буду делать в лабиринте. Не было грандиозного плана. Не было желания победить или убить. Было только одно: выйти. Выйти из этой игры на своих условиях.

Перед обедом ко мне подошёл Тео. Его обычно спокойное лицо было напряжённым.

- Драко. Поговорим.

Мы отошли в нишу у окна.

- Ты пропал прошлой ночью, - сказал он без предисловий. - И сегодня... ты другой.

- Я всегда другой, Тео. Каждый день я просыпаюсь другим. Просто сегодня это, возможно, заметнее.

Он сжал губы.

- Это из-за турнира? Из-за... него? - Он едва заметно кивнул в сторону, будто Том мог подслушивать из тетради, лежащей в моём сундуке.

- Из-за всего, - честно ответил я. - И из-за себя в первую очередь.

- Ты собираешься сделать что-то глупое.

Это был не вопрос.

- Возможно. Но это будет моя глупость.

Он долго смотрел на меня, и в его глазах мелькнуло что-то похожее на... досаду? Разочарование?

- Я думал, мы... - он запнулся. - Неважно. Просто знай: если ты собираешься прыгнуть в пропасть, я не полезу за тобой. У меня тоже есть своя шкура.

- Я и не жду, - сказал я мягко. - И никогда не просил. Береги свою шкуру, Нотт. В этом мире она дорогого стоит.

Мы разошлись. Это не было ссорой. Это было прояснением позиций. Тео был прагматиком и циником. И он был прав. У каждого своя битва.

Вечером, облачаясь в простые, но прочные мантии для испытания, я в последний раз взглянул на тетрадь, лежащую на столе. Она молчала. Мёртвым, немым упрёком.

- «Он предатель», - прошептал я, глядя на два слова, выжженные на странице. Кто? Взрослый Драко? Том? Или, может быть... я сам?

Неважно. Предательство предполагает верность. А у меня её не осталось ни к кому. Кроме, возможно, той хрупкой, новой версии себя, что родилась сегодня на рассвете у чёрной воды.

В Большом зале царило напряжённое ожидание. Воздух дрожал от возбуждения. Я прошёл к чемпионам, чувствуя на себе сотни взглядов. Флёр сияла ледяной уверенностью. Крам был мрачен и сосредоточен. Гарри... Гарри выглядел так, будто шёл на казнь. Его глаза метались, он ловил мои взгляд, и в нём читался немой вопрос: «Что ты задумал?»

Я ничего не ответил. Я просто занял своё место, выпрямив спину. Рука сама потянулась к карману, где лежала палочка. Грабовая, верная, с сердцевиной из волоса теломанта. Палочка, ненавидящая ложь. Сегодня я не собирался лгать. Никому. В первую очередь - себе.

Дамблдор произнёс речь. Звуки оркестра оглушительно прорвались в тишину. Чемпионов повели на арену, к входу в лабиринт из высоких, густо переплетённых живых изгородей. Они вздымались в ночное небо, тёмные и непроницаемые.

Я стоял перед своим входом, глядя в чёрную щель, что вела в неизвестность. Сердце билось ровно и громко. Не от страха. От ясности.

Том хотел, чтобы я стал его орудием. Взрослый Драко хотел, чтобы я стал его тараном. Отец хотел, чтобы я стал его продолжением. Мир хотел, чтобы я стал чемпионом, злодеем, героем, жертвой.

А я...

Я просто сделаю шаг вперёд.

Шаг в кромешную тьму лабиринта.

И посмотрю, кто выйдет с другой стороны.

Гудок прозвучал, разрешая начало.

Я вдохнул ночной воздух, пахнущий травой и магией, и шагнул в живую изгородь.

Тёмные ветви сомкнулись за моей спиной.

Игра началась.

Глава 12. Просто путь к финишу

Гудок отзвучал, и лабиринт поглотил меня. Но странное дело - я не бежал. Я шел. Шаг за шагом, размеренно, палочка в расслабленной руке.

Я не боролся. Я не побеждал. Я просто... проходил. Как по хорошо знакомому маршруту от спальни к Большому залу. Заклинания вылетали из моей палочки автоматически, отработанные до мышечной памяти в тех бесконечных ночных кошмарах. Теломант в сердцевине молчал. Не было лжи. Не было даже истины. Была только пустая, отточенная эффективность.

Где-то далеко слышались крики Флёр, гулкие удары заклинаний Крама, отдаленный взрыв - наверное, Гарри. Их борьба казалась такой... шумной. Бесполезной. Я же двигался в тишине. Тишине внутри и снаружи.

И вот он - центр. Клумба, сияющая в лунном свете. И на пьедестале - кубок огня. Он переливался холодным сиянием, маня, обещая славу.

Я остановился в шаге от него. Сердце не колотилось. Ладони не потели. Было лишь странное, леденящее спокойствие. Я обернулся. Из темноты лабиринта выпал Гарри. Он был измотан, мантия порвана, на щеке кровоточила царапина. Его глаза широко раскрылись при виде меня.

- Малфой... - выдохнул он.

Мы стояли, глядя друг на друга через сияющий Кубок. Две марионетки, дотащившиеся до финала спектакля.

- Вместе? - предложил я. Голос звучал плоским, лишенным эмоций.

Гарри колебался секунду, потом кивнул.

Мы протянули руки одновременно. Пальцы схватили холодную ручку.

Мир взорвался цветом и скоростью. Ощущение крючка за пупок, вырывающего тебя из реальности. Вращение, темнота, удар о твердую землю.

Ненадолго я потерял сознание. Простой удар и я повержен. Ха! Ради этого я всему учился?

Я откашлялся, поднимаясь на колени. Мы были на кладбище. Том же самом, что и в каноне. Туман, старые могилы, ощущение ледяного, мертвого холода. И в центре - большой, темный чан. И силуэт в капюшоне, держащий что-то маленькое, извивающееся.

- Кровь врага... насильно взятая... - прошипел знакомый, высокий голос Питера Петтигрю.

Гарри застонал рядом. Я же медленно поднялся на ноги, отряхивая колени. Мое сердце забилось быстрее. Но не от страха. От ожидания. Я чувствовал его присутствие.

Ритуал продолжался. Я наблюдал, как из чана поднимается высокая, костлявая фигура. Лысая, бледная, с красными глазами щелевидными зрачками. Лорд Волдеморт. Не Том Реддл из дневника. Не умный, расчетливый крестраж. А его будущее - безумное, одержимое, уродливое.

Он вытянул длинные пальцы, и палочка из воздуха влетела в его руку. Он засмеялся. Звук был леденящим, лишенным всякой человечности.

- Гарри Поттер... - прошипел он. - Мы, наконец, встречаемся лицом к лицу. И... кто это с тобой? Наследник Малфоя? Как забавно.

Его красные глаза уставились на меня. В них не было ни узнавания, ни интереса. Только холодное пренебрежение. Я был для него просто сыном его слуги.

- Отец будет рад, что вы вернулись, милорд, - сказал я, и голос прозвучал идеально ровно, с легкой, почтительной интонацией.

Волдеморт усмехнулся.

- Люциус верно служил. А его сын... участвует в турнире. Странный выбор для чистокровного.

- Обстоятельства, милорд, - поклонился я.

Я видел, как Гарри смотрит на меня с ужасом и непониманием. Что ты делаешь? - кричал его взгляд.

А я ждал.

Волдеморт повернулся к Гарри, поднял палочку.

- Пора заканчивать эту давнюю историю, Поттер. На этот раз мать тебя не спасет. Авада Кедавра!

Зеленый свет рванулся из его палочки.

И в этот момент пространство рядом со мной взорвалось.

Не громом, а тишиной. Тишиной, что разорвала сам звук заклинания. Из невидимости шагнул Он. Взрослый Драко Малфой. Его платиновые волосы были коротко стрижены, лицо было бледной, отточенной маской. На нем была не мантия, а странный, облегающий черный комбинезон, похожий на форму дуэлянта или убийцы. В его руке была палочка - не длинная и вычурная, как у аристократов, а короткая, практичная, из темного дерева.

Зеленый луч Авады растворился, не долетев до Гарри и до меня. Будто встретив невидимый, абсолютный барьер.

Волдеморт замер. Его красные глаза сузились.

- Кто... - начал он, и в его голосе впервые прозвучало не безумие, а холодная ярость.

Взрослый Драко не ответил. Он посмотрел на меня. Один, быстрый взгляд. В нем было все: и предупреждение, и приказ, и странная, почти отеческая... усталость. Затем он повернулся к Волдеморту.

- Том, - произнес он, и его голос был низким, спокойным, лишенным всякого почтения. - Сколько лет. Ты все такой же... предсказуемый.

Волдеморт ахнул от ярости. Никто, НИКТО не говорил с ним так.

- Империо! - взревел он, и золотистый свет хлынул из его палочки.

Взрослый Драко даже не пошевелился. Заклинание рассеялось в сантиметре от его груди, как дым.

- Не стоит, - мягко сказал он. - Ты же знаешь, я всегда готовился. Изучал. Твои методы. Твои слабости. Каждый твой крестраж. Каждую твою ошибку.

Он сделал шаг вперед. Всего один. Но этот шаг заставил Волдеморта отступить. На лице темного волшебника впервые мелькнуло нечто, кроме ярости. Недоумение. А затем - чистый, животный страх.

- Кто ты? - прошипел Волдеморт.

- Будущее, - ответил взрослый Драко. - Которое ты сам себе выбрал. Будущее, где твои слуги устали от безумия. Где твоя война зашла в тупик. Где от тебя осталась лишь... проблема. Проблема, которую нужно решить.

Он поднял свою короткую палочку. Движение было быстрым, как удар кобры.

Это было заклинание, которого я никогда не слышал. Оно не било молнией и не метало огонь. Оно пело. Низким, вибрационным гулом, от которого задрожали кости в моем теле. Воздух вокруг Волдеморта сгустился, стал вязким, как смола. Он попытался вскрикнуть, но звук застрял у него в горле. Его тело начало... таять. Не сгорать, а именно таять, как свеча, теряя форму, растворяясь в темной, блестящей массе.

- Нет... - успел выдохнуть он. И в этом слове был весь его ужас.

- Да, - тихо сказал взрослый Драко. - Пора кончать этот фарс.

Он сжал пальцы. Темная масса, бывшая Волдемортом, сжалась в маленький, пульсирующий черный шар. Взрослый Драко поймал его на лету и сунул в карман своего комбинезона.

Тишина.

На кладбище воцарилась абсолютная, гробовая тишина. Даже ветер стих. Петтигрю замер, дрожа, глядя на место, где секунду назад стоял его господин. Гарри сидел на земле, бледный как смерть, его рот был открыт от шока.

Я же смотрел на взрослого Драко. Он медленно повернулся ко мне. Его лицо было бесстрастным, но в серых глазах я увидел отблеск чего-то... триумфального? Нет. Скорее, утомленного триумфа. Как будто он только что выполнил тяжелую, грязную работу.

- Обет, - напомнил я ему тихо. - Я не выдал ваших тайн.

Он кивнул.

- И не предал меня, - добавил он. - Хотя мог бы попытаться вмешаться.

- Зачем? - спросил я честно. - Он был вашей проблемой. И вы с ней справились.

Взрослый Драко усмехнулся. Это была сухая, безрадостная усмешка.

- Разумно. Очень разумно для... пустого сосуда. - Он посмотрел на Гарри, который пытался подняться. – Его не нужно трогать. Он нам не помеха. Пока что.

- Что... что вы сделали? - прошептал Гарри, наконец, найдя голос. - Где... где Он?

- Где и должен быть, - холодно ответил взрослый Драко. - В небытии. Вернее, в том, что от него осталось. - Он похлопал по карману. - Обуза, но полезная. Его сила, его связь с крестражами... теперь моя. А его безумие - стерто.

Он подошел ко мне вплотную. Я не отступил.

- Ты хорошо справился, - сказал он, и в его голосе впервые прозвучало что-то, отдаленно напоминающее тепло. - Довел дело до конца. Не сломался. Не задал лишних вопросов в самый ответственный момент. Возможно, в тебе есть что-то... полезное. Кроме знаний.

- Спасибо, - сказал я, и мой голос прозвучал так же плоско, как и раньше. Внутри не было ни благодарности, ни страха. Была только пустота и ледяное любопытство. Что дальше?

- Что дальше? - как будто прочитав мои мысли, произнес он. - А дальше - новая игра. С новыми правилами. Я вернул себе то, что было утрачено. Власть. Реальную власть. Не ту, что строится на страхе и безумии, а ту, что строится на знании. На предвидении. И на силе. - Он посмотрел на Кубок Огня, валявшийся в траве. - Ты вернешься с ним. Победителем. С историей о том, как темный лорд воскрес и был повержен... не Поттером. А тобой. Драко Малфоем. Наследником новой эры.

Я посмотрел на Гарри. Он смотрел на меня с ужасом и отвращением. В его глазах я уже был не просто заносчивым слизеринцем. Я был соучастником. Я стоял рядом с тем, кто только что стер с лица земли Волдеморта, как надоевшую муху.

- А он? - кивнул я в сторону Гарри.

- Он? - Взрослый Драко пожал плечами. - Он выживет. Он вернется с тобой. С историей о моем... вмешательстве. Но кто ему поверит? Безумные сказки мальчика, который только что видел, как воскресает его заклятый враг. Дамблдор, возможно, что-то заподозрит. Но доказательств не будет. - Он улыбнулся. - Миру нужен герой. А он... он станет сомнением. Тенью. И это куда полезнее, чем мертвый герой.

Логично. Цинично. Безупречно.

- А вы? - спросил я.

- Я? - Он отступил в тень. - Я буду ждать. Готовить почву. У меня теперь есть все время в мире. И все силы этого... жалкого выскочки, который много чего обещал, но ничего не добился. - Он снова похлопал по карману. - Мы еще увидимся. И да кстати, - он взмахнул рукой с палочкой, и я почувствовал себя необычайно легко – теперь ты свободен.

И он аппарировал. Теперь я свободен! Полностью! Все, что я теперь делаю только для меня. Сейчас, наконец, я был один. Нет, не один. Рядом был Гарри Поттер, смотрящий на меня как на монстра. И Петтигрю, всхлипывающий в траве. И Кубок Огня, холодный и безжизненный.

- Идем, Поттер, - сказал я без выражения. - Нам пора возвращаться. У нас есть история, которую нужно рассказать.

Я протянул ему руку. Он отшатнулся, как от гадюки. В его глазах горели слезы ярости и предательства.

- Ты... ты с ним заодно!

- Нет, - честно сказал я. - Я ни с кем не заодно. Я просто здесь. И сейчас нам нужно уйти. Или ты хочешь остаться здесь с ним? - Я кивнул в сторону Петтигрю.

Гарри с ненавистью посмотрел на меня, потом на Кубок. Он понял, что выбора у него нет. Он схватился за ручку. Его пальцы коснулись моих. Они дрожали.

Мир снова взорвался в вихре цвета. Последнее, что я видел перед тем, как Хогвартс материализовался вокруг нас, - это лицо Гарри. И в нем я прочитал то, что, возможно, было правдой страшнее, чем все откровения Тома или взрослого Драко.

Для Гарри Поттера я только что перестал быть просто врагом.

Я стал чем-то другим.

Я стал тьмой, которую нельзя победить палочкой.

А в кармане моей мантии, старая грабовая палочка с волосом теломанта наконец-то замерзла.

Словно от ужаса