Зарисовки

[Я говно] Глава 1

Стоял я на кухне и наливал себе чай, когда сознание внезапно погрузилось в абсолютную пустоту, струя кипятка еще падала в чашку, поднимая облачко пара, как в следующее мгновение все исчезло без малейшего предупреждения или причины.

Первым делом попытался сориентироваться в пространстве, но оказалось, что зацепиться просто не за что, и вокруг не было ни света, ни звука, ни даже той самой темноты, к которой привыкаешь, когда выключаешь свет в комнате. Это было полное, абсолютное отсутствие любой информации, словно мир просто перестал существовать, а сознание зависло в бесконечной пустоте без единой точки опоры для восприятия.

Попробовал на ощупь пройти к столу, где всегда лежал фонарик, но не смог нащупать ни стола, ни стен, ни вообще чего-либо материального.

"Может, заснул?" подумалось сразу же.

Но тут же возникло противоречие. Помнилось прекрасно, как только что наливал чай и точно не ложился в постель, а если это действительно сон, то почему мысли настолько ясные и последовательные? Обычно ведь во сне все размыто, логика хромает на обе ноги, а здесь рассуждения шли абсолютно трезво и последовательно.

Попытался пройтись с вытянутыми руками вперед, но быстро понял, что не только не могу ничего нащупать, но даже не ощущаю пола под ногами, и более того, вообще не чувствовал своего тела. Самое пугающее открытие пришло следом, когда осознал, что не дышу и это не беспокоит физически, хотя осознание самого факта вызывало нарастающую тревогу где-то в глубине того, что осталось от сознания.

"Спокойно. Надо рассуждать логически."

Первая мысль была о том, что умер, хотя как именно это произошло, оставалось полной загадкой.

"Но если так, то как могу думать прямо сейчас? Сознание должно исчезнуть вместе со смертью мозга, разве не так работает биология?"

Идея загробной жизни казалась настолько маловероятной и антинаучной, что отмел ее почти сразу, решив, что скорее всего просто валяюсь дома без сознания, а мозг выдает какие-то странные глюки. Хотя чем мог отравиться, представить не мог, потому что вел вполне здоровый образ жизни и ничего подозрительного не употреблял.

Время тянулось неопределенно долго, и постепенно начал различать в этой бесконечной пустоте какие-то очертания, которые появлялись как будто из ниоткуда. Силуэты возникали один за другим, напоминая светящихся мошек или далекие звезды, и они мерцали вокруг на разном расстоянии, складываясь в аморфные, постоянно меняющиеся формы без четкой структуры.

Еще более странным было ощущение, похожее на инстинкт или интуицию, которое испытывал, глядя на эти светящиеся точки. Они воспринимались как нечто свое, близкое, почти родное, и хотя трогать их было нельзя по какой-то непонятной причине, держаться рядом на определенном расстоянии казалось естественным и правильным.

"Как косяк рыб из того документального фильма. Каждая особь чувствует остальных и автоматически соблюдает дистанцию."

"Превратился в какую-то духовную селедку, что ли?"

Попробовав осознанно пошевелиться, обнаружил, что есть какие-то конечности или что-то их напоминающее, и хотя не видел их, чувствовал их присутствие и мог управлять ими с удивительной легкостью. Движение вверх, вниз, влево, вправо давалось легко и естественно, словно всю жизнь так передвигался, а ещё можно было сделать резкий рывок вперед, как будто включив какое-то турбо-ускорение в компьютерной игре.

Плыл в этой бесконечной темноте очень долго, настолько долго, что потерял всякое ощущение времени и не мог сказать, прошли минуты, часы или дни. Странно было то, что не испытывал голода, хотя явно ничего не ел все это время, и вообще никаких физиологических потребностей не возникало совершенно. Ни жажды, ни усталости, ни желания посетить туалет, ничего из того, что составляло основу прежней жизни, я просто существовал в этой черной бесконечности, окруженный светящимися силуэтами загадочных сородичей.

***

Некоторое время спустя

"Как же весело плавать с моими дружбанами светлячками, НЕТ! Нифига это не весело потому что тут происходит грёбанное ничего. По ощущениям я тут вечность ну несколько, пытался считать про себя что бы хоть как то примерно понять сколько тут нахожусь, но несколько раз сбивался, сейчас примерно 4800054001 типа секунд получается где то лет 140-150 , это пиздец товарищи, а самый смак что я похоже не только умереть но банально забыться не могу"

Ещё Некоторое время спустя

Писец, я *лять помню ВСЁ, стоит только сосредоточиться на воспоминании, я хренова рыба гений, хоть какая отрада, жизень свою пересмотрел раз 20 ну те моменты которые хотелось вспоминать.

Ещё неопределённое время спустя

"Нда даже самые счастливые воспоминания приедаются если их просмотреть 1000 раз, всё таки это не тоже самое, что пережить заново. Пробовал рисовать воображаемые миры но на них почему то моя абсолютная память не распространяется так что это достаточно быстро надоело, а я говорил что не могу сойти с ума, так вот я не могу сойти с ума. Спросите с кем я говорю? А ни с кем ибо даже банальное раздвоение личности или шизу не могу получить."

Уже начал свыкаться с этой монотонностью, когда в голову пришла шутливая мысль.

"Раз уж умер, то хоть систему какую-нибудь могли бы выдать, как в модных исекаях. Эй эй эй СТАТУС выходи"

В тот же момент перед сознанием возникло синее прямоугольное окно с надписями, которое висело в пустоте, словно голограмма из научно-фантастического фильма.

"Что за...?"

Офигел от неожиданности, потому что просто так, без предупреждения, передо мной висел голубоватый светящийся прямоугольник с текстом, который можно было прочитать.

Имя: [Имя]

Раса: говно

Апгрейды: пусто

"Охтыжёбтвоюзаногучерезперила"

"Так блэт, в смысле говно?! Что это ещё за раса?"

"И что вообще означают эти апгрейды, которые почему-то пусты? Кто бля Я и где нахожусь? Меня отцифровали? Стёрли память до момента как я чай наливал? Или Я реально дух а это типа загробный мир? А может это не со мной а со вселенной проблема , ага критическая ошибка в матрице, обновите видеодрайвер а то подопытный ничего не ощущает ха-ха"

Окошко не исчезло и надписи не изменились.

Вопросы множились в голове, но ответов не было ни на один из них.

Попробовал взаимодействовать с окном разными способами, тыкал мысленно в разные места интерфейса, пытался свайпнуть в сторону, как на смартфоне, но никакой реакции не последовало вообще. Окно просто висело на одном месте относительно сознания, следуя за мной, куда бы ни повернулся, словно приклеенное к полю зрения намертво.

В итоге продолжил плыть вместе со своей стаей светящихся существ, не имея ни малейшего понятия о том, сколько времени проходит в этом странном месте. Здесь не было ни дня, ни ночи, только вечная пустота и мерцающие силуэты вокруг, которые составляли компанию в этом бесконечном путешествии.

Дохреналион времени спустя, заметил вспышку вдалеке, небольшую и едва различимую, но отличающуюся от свечения сородичей другим оттенком и характером излучения чтоли.

"Любопытно. Делать все равно нечего, хоть какая-то развлекуха."

Направился к вспышке и плыл к ней не особо долго если сравнивать со всем тем которое я тут нахожусь, преодолевая неизвестное расстояние в этом странном пространстве. Постепенно точка росла и превращалась во что-то более сложное и структурированное. Я начал различать узор, похожий на микросхему или печатную плату из компьютера. Множество светящихся точек соединялись тонкими линиями, образуя геометрически правильную сетку, которая выглядела на удивление красиво.

Приблизившись осторожно к этой структуре, попробовал дотронуться до ближайшего узла, и часть микросхемы словно отломилась.

"Надо бы поосторожнее."

Но тут произошло нечто неожиданное и странное. Светящиеся точки собрались в тонкую полоску и направились прямо ко мне, словно повинуясь какой-то невидимой силе, и долетев до тела, они просто исчезли, не вызвав никаких ощущений.

Заинтригованный этим явлением, попытался взять потускневшую точку, из которой росла та самая полоска света, чтобы рассмотреть ее поближе и понять, что это такое. В тот же момент раздался громкий звук, похожий на звон колокольчика или сигнал достижения в игре, и синее окошко мигнуло, отобразив новую строчку.

Апгрейд 1: ⎔⌇⎓

"Опа опа опа есть контакт, осталось понять чтобы это значило. "

Попробовал потыкать на появившуюся надпись и помахать перед ней своими гипотетическими конечностями, но ничего не произошло. От досады и любопытства ударил по окошку посильнее, и нагромождение непонятных символов вдруг словно прилипло к гипотетической руке, я явственно почувствовал, что этот странный кусочек информации теперь присоединен к конечности и стал ее частью.

Тряхнул рукой в попытке избавиться от этого, но обнаружил, что апгрейд не отклеивается просто так. Попробовал мысленно положить обратно в окно, сосредоточившись на этом желании, и получилось сделать это без проблем. Символы вернулись на свое место в списке, и взял снова, и опять удалось вытащить этот фрагмент информации из меню.

"Хоть какое-то разнообразие наконец то"

Похоже принцип работы этой системы в том что нужно собирать эти светящиеся точки, чтобы получать апгрейды для себя, и возможно, это как-то изменит текущее положение.

"Ну терять все равно нечего."

Решив так, принялся методично подбирать узлы один за другим, разбирая структуру на части.

Звон раздавался снова и снова, а в окошке появлялись новые записи с возрастающими номерами. Апгрейд два, апгрейд три, апгрейд четыре и так далее без остановки, я увлекся процессом настолько, что не заметил, как набрал больше тысячи различных бонусов. Оставшиеся точки микросхемы вдруг дернулись все разом и начали уплывать прочь, явно пытаясь спастись .

Бросился в погоню за ними, потому что останавливаться сейчас было глупо, когда уже так много собрал. Эти точки оказались на удивление шустрыми, развивая скорость выше, чем мог достичь даже в максимальном рывке, и преследование растянулось надолго. Периодически хватал отставшие огоньки, которые не успевали за основной группой, а остальные уходили все дальше и дальше от того места, где началась вся эта охота.

Впереди начало что-то проявляться сквозь непроглядную тьму, я сначала подумал, что это еще одна микросхема, похожая на предыдущую. Но быстро понял, что ошибся в своих предположениях, потому что то, что появилось перед восприятием, было намного больше по размерам. Это представляло собой целое скопление светящихся структур, собранных в огромный правильный шар, который медленно вращался в пространстве.

Завис в изумлении, глядя на гигантскую сферу, всю усеянную светящимися точками и соединяющими их линиями в сложнейшем узоре.

"Размером с остров, наверное. По крайней мере, относительно меня."

Точки, за которыми гнался, влились в структуру сферы и растворились где-то на его поверхности, спрятавшись в общей массе. Подплыл ближе к этому гигантскому образованию и осторожно коснулся внешнего слоя конечностью, не зная чего ожидать. Ничего не произошло в первый момент, ткнул сильнее, приложив больше усилий. Часть структуры вдавилась внутрь под нажатием, а затем начала разваливаться на составляющие элементы, и светящиеся точки, которых касался, словно втягивались в конечность потоком энергии.

Знакомый звон раздался серией быстрых сигналов, наложившиеся друг на друга в какофонию звуков. Апгрейд тысяча пятьдесят семь, апгрейд тысяча пятьдесят восемь, апгрейд тысяча пятьдесят девять и дальше без остановки, и цифры росли с невероятной скоростью.

"Повезло, повезло, настоящий клондайк!"

Принялся разбирать сферу с энтузиазмом золотоискателя. Процесс завораживал своей простотой и эффективностью, потому что стоило коснуться одной точки, как она гасла мгновенно, от нее разбегались трещины света к соседним узлам, те тоже гасли в цепной реакции и текли ко мне потоками какой-то энергии или информации.

Занимался этим довольно долго, теряя счет времени в процессе разрушения, пока не "съел" примерно половину всей структуры этого шара. В глубине шара виднелась более яркая точка света.

"Что это там?"

Любопытство окончательно победило остатки здравого смысла, нырнул внутрь шара, пробираясь сквозь разрушенные слои внешней структуры. Там обнаружились движущиеся точки, которые летали по своим непонятным делам, игнорируя присутствие поначалу, словно занятые чем-то важным. Принялся собирать и их тоже, продолжая свою жатву, и сначала они не сопротивлялись или не замечали угрозы. Но когда выловил несколько десятков из них, оставшиеся заметались гораздо быстрее, явно пытаясь сбежать и избежать участи своих собратьев.

Азарт охватил полностью, затмевая любые другие мысли и соображения. Я гонялся за светящимися точками по внутренностям шара до тех пор, пока не выловил практически все. Последняя точка исчезла в конечности с тихим звоном, почувствовал странное удовлетворение от завершения задачи.

К этому моменту сфера уже раскололась, просто взяла и развалился на части, словно её что-то держало вместе, и это что-то исчезло.

"Похоже, сломал эту штуку окончательно. Может, не стоило так усердствовать."

"Ну и ладно. Кстати, об апгрейдах. Может быть, среди них найдется что-то действительно полезное."

Открыл системное окно мысленным усилием и начал листать бесконечный список доступных улучшений.

Апгрейд 1: ⎔⌇⎓

Апгрейд 2: ⊶⋔⍜

Апгрейд 3: ⎎⎍⌰

...

Апгрейд 17098904891: ⟒⊬⟒

Начал тыкать в разные записи наугад, не имея другого способа понять их функцию. Иногда получалось надеть апгрейд на себя, и тогда возникало смутное ощущение, что что-то изменилось в теле или сознании, но понять конкретно что именно было невозможно в этой темноте. Один апгрейд вызвал странное покалывание в месте, где гипотетически могла находиться голова, почувствовал некий дискомфорт. Другой создал ощущение тяжести, словно вокруг тела что-то материализовалось и обрело массу, притягивая вниз. Третий вообще никак не проявил себя, по крайней мере, не заметил никаких изменений от его активации.

Огляделся вокруг и снова увидел только бесконечную тьму и далекие силуэты сородичей, те самые светящиеся точки, с которых все началось в этом странном месте. Они мерцали где-то вдалеке, абсолютно безразличные к моим приключениям.

"Опять скучно. Может, поискать еще таких шаров?"

Продолжая перебирать бонусы в меню, случайно ткнул в один из апгрейдов, и внезапно включился свет в прямом смысле этого слова.

У меня появились глаза, настоящие полноценные органы зрения, которые внезапно открылись и начали воспринимать окружающую реальность привычным способом.

Первое, что увидел своими новыми глазами, была собственная конечность, и зрелище заставило сознание застыть в шоке. Огромная красно-оранжевая извилистая масса, состоящая из чего-то похожего на руку с множеством щупалец и шипов вместо привычной человеческой кисти. Вся поверхность переливалась странными оттенками от багрового до почти белого, а текстура напоминала одновременно и металл, и живую плоть в каком-то кошмарном сочетании.

"Что за, что это?!"

Попробовал пошевелить пальцами, и одно из ответвлений этой массы послушно дернулось в ответ на мысль. Медленно, с нарастающим ужасом и предчувствием чего-то ужасного, опустил взгляд вниз, пытаясь рассмотреть, что находится подо мной.

То, что увидел внизу, заставило сознание на мгновение остановиться и отказаться верить в реальность происходящего.

Земля подо мной была мертва в самом буквальном смысле этого слова, там где раньше находились города и цивилизация, остались только гигантские кратеры и руины. Атмосфера затянулась плотной дымкой пепла и разрушения, сквозь которую еле пробивался тусклый солнечный свет, окрашивая все в зловещие тона. Местами на поверхности виднелась раскаленная мантия, вытекающая из разломов коры, как кровь из ран гигантского тела планеты.

Несколько минут ушло на осознание происходящего, потому что разум отказывался принимать очевидную истину.

"Ненене, да вы издеваетесь, да не, быть не может ."

"Бляяяя"

Я уничтожил Землю своими руками, и те светящиеся точки, за которыми гнался в темноте, принимая за игровые бонусы, были людьми. Они были людьми и их техникой, их городами и кораблями, всей человеческой цивилизацией.

"Чтоделать чтоделать "

Ужас накрыл волной, которая захлестнула все остальные чувства, я судорожно дернулся, пытаясь отстраниться от мертвой планеты. Гигантское тело медленно поползло вверх, отрываясь от поверхности, оставляя за собой глубокие ямы в тех местах, где соприкасался с землей своей массой.

Поднявшись на орбиту и оторвавшись от планеты, огляделся вокруг в поисках чего-то живого, и увидел в небе удаляющуюся точку. Огромный цилиндрический корабль с сотнями огней на поверхности медленно уходил прочь от Земли, постепенно набирая скорость и ускоряясь в направлении открытого космоса.

Завис в изумлении, вглядываясь в корабль своими новыми глазами, и узнал эту форму.

"Это же тот космический ковчег. Последнее убежище выживших людей, которые спаслись от меня."

Посмотрел на свои чудовищные руки с их щупальцами и наростами, на километры вероятно биомассы.

Откуда-то из глубины памяти всплыло название аниме, которое смотрел последним в прежней жизни.

"Рыцари Сидонии. История о гигантском корабле поколений, бегущем от гауна, чудовищных космических существ, уничтоживших человечество и превративших Землю в мертвый камень."

Осознание ударило сильнее, чем сама трансформация и вид нового тела, я понял всю иронию произошедшего.

"Расса говно да?" вот именно им я себя и ощущаю

Не просто стал монстром из кошмаров, стал тем самым гауна из аниме. Тем, которое уничтожило цивилизацию и заставило последних людей бежать в космос, и тем, от кого сейчас улетает последний корабль с выжившими людьми, спасающимися от меня.

Я завис в невесомости космоса, раздираемый противоречивыми чувствами, которые захлестывали сознание волнами. Ужас от того, что сделал с родной планетой и всеми людьми на ней, вина за миллиарды погибших, которых убил, даже не понимая этого, непонимание того, как вообще это могло произойти. Но еще было странное, почти животное желание последовать за кораблем, не оставаться одному в пустоте космоса, потому что одиночество в этой бесконечности пугало больше, чем новый облик.

"Я ведь не специально это сделал. Просто не знал, что происходит на самом деле в тот момент. Это был несчастный случай, да трагическая ошибка, которую невозможно исправить, но можно же попытаться объяснить."

"Может быть, сумею как-то объяснить им ситуацию? Показать, что не враг? Что внутри этого монстра все еще находится человеческое сознание с памятью о прошлом?"

"Насколько маловероятным это ни кажется, прошу я не хочу оставаться один в бесконечной пустоте космоса. Это хуже смерти."

Решение созрело мгновенно в голове, и развернул свое массивное тело в направлении корабля, устремляясь вслед за Сидонией.

Корабль рос в поле зрения по мере приближения, и уже почти догнал цилиндр, пролетая мимо Сатурна, когда внезапно заметил яркую вспышку на его поверхности. Что-то маленькое отделилось от корпуса Сидонии с характерным выбросом газа и понеслось навстречу с огромной скоростью, оставляя за собой светящийся след.

"Что это?!"

Попытался увернуться от этого объекта, инстинктивно дергая свое гигантское тело в сторону изо всех сил, но оно оказалось слишком неповоротливым для быстрых маневров в пространстве. Объект, который был либо ракетой, либо чем-то похожим на оружие массового поражения, вошел в контакт с передним отростком раньше, чем успел отреагировать.

Свет заполнил абсолютно все пространство вокруг, ослепив меня полностью, и я почувствовал, как волна чудовищной энергии проходит сквозь мое тело отбрасывая меня .

Но это было не все, что произошло в результате взрыва, когда я восстановил зрение с ужасом наблюдал за последствиями. Планета испарилась целиком, став облаком сверх горячей плазмы, которое продолжало расширяться во все стороны, поглощая все на своем пути. Кольца Сатурна растянулись в светящиеся нити, которые танцевали в огне взрыва, а потом и они растворились в этом аду энергии и разрушения.

Я летел назад, беспомощно кувыркаясь в пространстве и пытаясь восстановить контроль над своим изуродованным телом. Странно было то, что я не умирал от полученных повреждений и боли не возникало вообще, хотя значительная часть моей массы была уничтожена взрывом. Через несколько минут хаотичного полета я опомнился и осмотрел себя, обнаружив, что остался цел в целом, пусть и сильно покалеченный с отсутствующими частями тела которые стремительно восстанавливались.

Корабль к тому времени уже ушел далеко вперед и продолжал ускоряться, удаляясь в глубины космоса прочь от меня. Мне оставалось лишь лететь следом за ним, не зная, что еще я могу сделать в этой ситуации и чем все это закончится для меня и для них, в оригинале всё закончилось хорошо но тут я или и там я как всё сложно то?

Хмм просматривая память о сериале наткнулся на Отиайя который смог воспроизвести из своей гауновской тушки мегаструктуру и гравитационный эмитер, "мнеб пригодилось. Ну чтож вижу цель не вижу препятствий главное теперь подгадать момент, а там может и сдружиться получится с аборигенами новой земли."

*ПП автора Идея в том что система это интерпритация подсознания не то как он понимает слова, а с чем ассоциирует.

[Я говно] Глава 2

POV Земляне

Капитан Марк Коулсон не верил своим глазам, когда на дальних сканерах появился сигнал. Двадцать семь лет службы в космическом флоте, и он никогда не видел ничего подобного, объект двигался между астероидами внешнего пояса, его траектория была слишком осмысленной для космического мусора, но при этом не соответствовала ни одному известному типу двигателей.

— Сэр, объект меняет курс — доложил лейтенант Чен с сенсорного поста, и в её голосе впервые за все годы совместной службы Коулсон услышал неуверенность. Экраны заполнились данными, которые не имели смысла — масса объекта колебалась, температура была слишком высокой для живой материи, но слишком низкой для реактивного следа, а спектральный анализ выдавал органические соединения там, где должна была быть сталь и керамика.

Человечество мечтало о первом контакте больше двух веков, с тех пор как вышло за пределы земной орбиты, построило колонии на Марсе и Европе, отправило зонды к ближайшим звёздам, но когда этот момент наконец наступил, никто не был готов. Объект приближался, и с каждой секундой становилось ясно, что это не корабль в привычном понимании, это было нечто живое, пульсирующее, но при этом гуманоидноподобное.

Коулсон отдал приказ собрать боевую группу, четыре эсминца и два крейсера вышли из патрульного режима и взяли курс на перехват, соблюдая дистанцию и держа оружие на предохранителе, потому что протоколы первого контакта требовали осторожности, требовали попыток установить связь, требовали не стрелять первыми. Специалист по ксенолингвистике Джеймс Родригес передавал математические последовательности, простые числа, константы, пытаясь найти общий язык, но ответа не было, только это медленное, неумолимое приближение.

Когда объект оказался достаточно близко, чтобы визуальные сенсоры смогли построить детальную картинку, на мостике повисла гнетущая тишина, перед ними был массивный красно-оранжевый гуманоид размером с небольшой астероид, покрытая щупальцами и выростами, которые шевелились в вакууме, словно водоросли в течении, и на этой массе не было ни единого признака технологии, ни антенн, ни двигателей, ни иллюминаторов, только живая плоть, которая не должна была существовать в космосе. Один из младших офицеров выругался вполголоса, и никто не сделал ему замечания, потому что все думали то же самое.

— Попробуйте световые сигналы разного спектра — приказал Коулсон, цепляясь за последнюю надежду на коммуникацию, и прожекторы эсминца «Авангард» начали мигать в последовательности, которую разработали ещё в двадцатом веке для таких случаев, простые паттерны, которые должны были отличаться от природных явлений. Существо не реагировало, продолжая лететь в их направлении и Коулсон понял, что стоит перед выбором — отступить или попытаться остановить то, о чём ничего не знает и этот выбор мог определить не только его судьбу, но возможно судьбу всего человечества.

Решение принял не он, существо внезапно выбросило щупальце и оно пересекло пятнадцать километров за секунды, врезавшись в крейсер «Непобедимый» с такой силой, что корпус сложился пополам, реактор взорвался, и триста семьдесят человек перестали существовать быстрее, чем успели понять, что происходит. Боевая группа открыла огонь немедленно, ракеты с термоядерными боеголовками, рельсотроны, лазерные батареи, всё, что было в арсенале цивилизации, которая готовилась к войнам между людьми, но не к этому.

Взрывы озарили пустоту яркими вспышками, температура в эпицентре достигала миллионов градусов, достаточно, чтобы испарить любой известный материал, но когда свет рассеялся, существо было всё ещё там, слегка закопчённое на поверхности, но целое и оно двигалось быстрее. Щупальца метались между кораблями, разрывая корпуса как бумагу, поглощая обломки и тела, и с каждой минутой становилось только больше, словно питалось разрушением, словно каждая смерть делала его сильнее.

Корабль «Авангард» попытался отступить, но существо настигло его, обвило всей своей массой и начало методично разбирать на части — сначала отключило двигатели, потом начало вскрывать отсеки один за другим, и камеры транслировали кошмар, как биомасса просачивается внутрь, как люди пытаются бежать по коридорам, но нет спасения и нет выхода, только щупальца которые хватают и тащат в плоть. Коулсон приказал заглушить трансляцию, потому что экипаж его корабля был на грани паники.

Он принял единственное решение, которое мог принять — полное отступление, максимальная тяга к внутренней системе, к Земле, и пусть политики и генералы решают, что делать с угрозой, которую невозможно остановить обычным оружием. Оставшиеся два корабля рванули прочь, оставляя за собой обломки и тела, а существо не преследовало, только медленно поглощало останки боевой группы, и это было почти хуже, чем преследование — оно не спешило, будто знало или чувствовало, что добыча никуда не денется.

Путь до Земли занял три недели, и всё это время экипажи не спали нормально, потому что на дальних сканерах маячил сигнал — оно всё таки последовало за ними, учитывая показанную ранее скорость можно сказать, что не торопясь, но неотвратимо и расстояние медленно сокращалось. Коулсон передавал отчёты каждый день, описывая всё, что видел, предупреждая, что человечество столкнулось с чем-то за гранью понимания, с чем-то, что нельзя победить, а можно только попытаться пережить, но ответы из центрального командования были полны бюрократической уверенности — соберут флот, мобилизуют все силы, используют орбитальные платформы и планетарную оборону, не может одно существо противостоять всему человечеству.

Они ошибались.

Когда существо достигло орбиты Земли, его встретили двести боевых космических кораблей, три тысячи автоматических платформ и орбитальные пушки размером с небоскрёб. Коулсона вызвали на совещание высшего командования, где генерал Кристофер Вейланд, человек с каменным лицом и медалями за три военные кампании, объяснял стратегию — концентрированный удар, выжечь существо в космосе прежде, чем оно достигнет верхних слоёв атмосферы, а если не сработает, есть резервный план эвакуации важнейших объектов.

Битва началась в 8:54 по гринвичскому времени, и половина населения планеты наблюдала через трансляции, как небо озаряется вспышками флот наносил удар за ударом, космос вокруг существа превратился в сплошной шар из огня и излучения, и первые минуты казалось, что стратегия работает, казалось что биомасса испарялась, щупальца сгорали, но потом дым рассеялся, и оно было всё ещё там, живое судя по всему даже невредимое, оно начало поглощать атакующие корабли с методичностью, которая граничила с разумом.

Генерал Вейланд отдал приказ к полному отступлению через два часа после начала битвы, когда стало ясно, что это не битва, а бойня, что человечество проигрывает войну о которой даже не подозревало и нужно спасать что можно, пока ещё есть возможность. Эвакуационные протоколы активированы и началась паника двенадцать миллиардов человек не могли покинуть планету, не хватило бы кораблей, даже если бы было время, поэтому выбирали: учёные, инженеры, военные, генофонд, образцы культуры, всё остальное оставалось на произвол судьбы.

Коулсона включили в список эвакуируемых как первого, кто имел прямой опыт столкновения с существом, но он почти отказался, глядя на толпы людей у космопортов, которые не попали в списки и знали, что обречены. Командование настояло — опыт важнее сентиментальности, человечеству понадобятся те, кто знает врага, если оно собирается выжить — и Коулсон поднялся на борт транспортника, который взлетел с космопорта в последние часы перед тем, как существо достигло поверхности.

С орбиты он видел как монстр опускается, огромная красно-оранжевая масса, щупальца длиной в десятки километров, которые тянутся к городу, и где бы они ни касались земли, всё разрушалось и пожиралось. Первыми исчезли мегаполисы восточного побережья, потом центральные области.

Военные попытались использовать ядерное оружие — старые боеголовки, которые хранились со времён пятой мировой войны, тысячи мегатонн, достаточно, чтобы уничтожить цивилизацию десять раз, и их сбросили на центральную массу существа, превратив половину Северной Америки в радиоактивную пустошь, но когда радиация спала достаточно, чтобы дроны смогли провести разведку, стало ясно, что это не помогло.

Эвакуационные корабли собирались у станции "Заря", последнего оплота человечества в околоземном пространстве, превращённого в гигантский хаб, где инженеры в панике пытались объединить транспортники в единый караван, способный совершить прыжок к внешнему сектору системе. Генерал Вейланд, который эвакуировался одним из последних, собрал офицеров и озвучил план — три корабля поколений, которые строились последние пятьдесят лет на верфях около Юпитера, должны были стать резервом на случай глобальной катастрофы, и сейчас этот случай наступил.

Коулсон спросил, сколько людей могут вместить эти корабли, и ответ поразил его — триста тысяч на каждом, меньше миллиона общей сложности, когда на Земле оставалось ещё пятнадцать миллиардов, которые не успели эвакуироваться и теперь были обречены. Кто-то из младших офицеров не выдержал, начал кричать, что это не эвакуация, а предательство, что нельзя бросить планету, но его быстро вывели, потому что времени на моральные дилеммы не было — существо начало выбрасывать массу в космос, словно пыталось достать до орбитальной станции.

Караван вышел через три дня, когда станция уже подвергалась атаки. Транспортники ушли в прыжок один за другим, оставляя Землю позади и Коулсон смотрел через иллюминатор на планету, которая больше не была голубой — теперь она была серой с прожилками рек лавы.

Путь до Юпитера занял четыре недели обычного полёта, потому что прыжковые двигатели нельзя было использовать в внутренннем пространстве без риска разорвать корабль на части, и всё это время люди жили в подвешенном состоянии между отчаянием и надеждой — отчаяние от того, что осталось позади, надежда на то, что корабли поколений дадут шанс начать заново. На борту транспортников начались проблемы — самоубийства, драки, психозы, потому что человеческая психика не была рассчитана на осознание того, что твой вид на грани вымирания.

Корабли поколений оказались впечатляющими даже в обстоятельствах катастрофы — цилиндрические структуры длиной двадцать километров каждый, вращающиеся для создания искусственной гравитации, с замкнутыми экосистемами, гидропонными фермами, промышленными модулями, всем необходимым для автономного существования веками, если понадобится. Генерал Вейланд объявил, что человечество разделится на три группы, каждая на своём корабле, и они возьмут курсы в разных направлениях, чтобы увеличить шансы выживания хотя бы одной ветви цивилизации.

Подготовка к вылету заняла ещё месяц.

Когда "Сидония" была готова к запуску, генерал Вейланд провёл последнее совещание командного состава всех трёх кораблей через защищённую связь, и его речь была короткой — человечество проиграло войну за Землю, но не проиграло войну за выживание, каждый корабль теперь нация сама по себе, со своим правительством и своей миссией. Он пожелал удачи, отключил связь и корабли начали расходиться — один взял курс на альфу Центавра, другой на Тау Кита, третий "Сидония", на систему Росса 128 потому что там обнаружили планету в обитаемой зоне.

"Сидония" покинула юпитерианское пространство, медленно набирая скорость, а Коулсон стоял в обсервационном отсеке вместе с сотнями других, смотря назад на Солнечную систему, на маленькую жёлтую точку звезды и крошечные отметки планет, одной из которых больше не было . Кто-то плакал, кто-то молился, кто-то просто молча смотрел, понимая, что больше никогда не увидит родной дом.

Коулсон получил должность в отделе безопасности, его опыт столкновения с существом сделал его ценным консультантом по разработке протоколов на случай, если угроза последует за ними, хотя большинство надеялось, что этого не случится, что существо останется в Солнечной системе, насытившись Землёй и её ресурсами. Эти надежды разбились, когда дальние сканеры зафиксировали сигнал, объект двигался из внутренней системы с ускорением.

Оно следовало за "Сидонией".

Паника была мгновенной, совет корабля собрался на экстренное заседание, инженеры проверяли возможности увеличения набора скорости, военные требовали активировать оборонительные системы, хотя все помнили, насколько неэффективными они были в битве за Землю. Коулсон сидел в зале заседаний и слушал, как люди предлагают планы один отчаяннее другого — развернуться и атаковать, сбросить ложные цели, изменить курс, каждый вариант имел недостатки, каждый вариант был попыткой отсрочить неизбежное.

Доктор Саманта Хайрис, главный научный офицер, предложила единственное оружие, которое ещё не использовали — планетарный губитель, экспериментальное устройство, разработанное в рамках проекта "Последний довод", о котором знали лишь несколько человек из высшего командования. Это была бомба, использующая принцип коллапса антиматерии, способная выделить энергию, достаточную для разрушения планеты и теоретически достаточную для уничтожения существа, каким бы живучим оно ни было.

Президет временного правительства "Сидонии", спросил о побочных эффектах, и Хайрис ответила честно, что радиус поражения непредсказуем, может составлять от сотен тысяч до десятков миллионов километров, реакция может затронуть окружающее пространство непредсказуемым образом, главное что когда устройство сработает, корабль должен быть на безопасном расстоянии к счастью монстр летел по прямой к ним не маневрируя .

План созрел быстро, потому что выбора не было, запустить ракету с планетарным губителем, навести её на существо с помощью автоматической системы наведения, детонировать, когда дистанция окажется минимальной, и молиться, чтобы энергии взрыва хватило. Коулсон вызвался возглавить группу, которая подготовит запуск, потому что чувствовал ответственность — он был одним из тех, кто привёл существо к Земле, пусть и невольно, и теперь должен был исправить эту ошибку.

Ракету готовили в спешке устройство было размером с небольшой корабль, начинённое результатами исследований, которые велись в секретных лабораториях последние двадцать лет на случай угрозы, способной уничтожить цивилизацию. Шутка судьбы была горькой — оружие создавалось для оконнчанния всех воин между людьми, а теперь использовалось против чего-то, что не было ни человеком, ни машиной, что-то настолько чуждого, что само его существование ставило под сомнение законы биологии.

Запуск провели через три дня, когда существо сократило расстояние до двухсот миллионов километров и продолжало приближаться — ракета отделилась от "Сидонии" с рёвом двигателей, оставляя за собой след из ионизированного газа, и взяла курс на перехват. Коулсон наблюдал с мостика вместе с другими офицерами, как две точки на экране сближаются, одна зелёная — ракета, другая красная — существо, и каждый молчал, потому что это был момент истины, момент, когда решится судьба последних представителей человечества.

Контакт произошёл через восемь часов — ракета вошла в зону поражения щупалец существа и оно попыталось схватить её, но автоматика сработала раньше, детонация произошла в тот момент, когда биомасса коснулась корпуса. Свет заполнил экраны, настолько яркий, что автоматические фильтры отключили визуальные каналы на несколько секунд, и когда изображение вернулось, там, где было существо, была только расширяющаяся сфера белого огня.

Энергия взрыва распространялась со скоростью, близкой к световой — это был не обычный взрыв, не расширение горячего газа, а нечто фундаментальное, превращая материю в энергию. Существо попало в эпицентр, его биомасса должна ьбыла испаряться слой за слоем, щупальца сгореть, так как оно подвергалось температурам и давлениям, которые существовали только в ядрах звёзд.

Но взрыв не остановился на существе — сфера продолжала расширяться, настигая космическое пространство вокруг, и на её пути оказался Сатурн. Планета-гигант, существовавшая миллиарды лет, с кольцами изо льда и пыли, со спутниками, на которых человечество строило исследовательские станции, просто перестала существовать за несколько минут — сначала испарилась атмосфера, потом начал плавиться внешний слой водорода, потом взрыв достиг ядра, и всё, что было Сатурном, превратилось в облако сверхгорячей плазмы, которое продолжало расширяться, поглощая спутники и кольца.

На мостике "Сидонии" царила мёртвая тишина — люди смотрели на экраны, где одна из планет Солнечной системы исчезала на их глазах, и осознавали масштаб того, что произошло. Генерал Вейланд первым заговорил, его голос был хриплым — приказ немедленно увеличить скорость до максимума.

"Сидония" рванула вперёд, двигатели вышли на сто двадцать процентов мощности, далеко за пределы безопасных параметров, инженеры докладывали о перегреве систем, о микротрещинах от перегрузки, но Вейланд не отдавал приказ снизить тягу.

Ждали сутки, наблюдая на дальних сканерах, как расширяется зона поражения, как плазма Сатурна рассеивается в межпланетном пространстве, и только когда стало ясно, что ударная волна теряет энергию быстрее, чем ожидалось, что корабль в безопасности, люди позволили себе выдохнуть. Но праздновать было рано — вопрос, который никто не решался озвучить первым, повис в воздухе: уничтожило ли это существо?

Ответ пришёл через неделю, когда дальние сканеры вновь зафиксировали сигнал — объект двигался из зоны взрыва, медленнее чем раньше, но двигался, и спектральный анализ подтверждал, что это та же биомасса. Оно выжило. Планетарный губитель, оружие, способное уничтожить мир, только замедлило его.

На экстренном совещании Президент объявил новую реальность — "Сидония" больше не летит к Россу 128, потому что вести существо к потенциально обитаемой планете означало бы обречь будущих колонистов, корабль берёт курс в межзвёздную пустоту, чтобы они могли достаточно далеко улететь от него, чтобы тот их не нашел . Курс на выживание любой ценой, даже ценой отказа от надежды на новый дом.

"Сидония" ушла в межзвёздную тьму, нарастив скорость до тридцати процентов световой, предел того, на что были способны двигатели без риска полного разрушения, и на дальних сканерах всё ещё маячил красный сигнал — существо следовало, медленнее, с трудом, но следовало, словно было связано с кораблём невидимой нитью, словно зверь по следу добычи.

Люди дали ему имя — Гауна, слово без этимологии, просто звук, который передавал страх и отчаяние, звук, который стал символом конца Земли и начала вечного бегства. В архивах "Сидонии" сохранились записи той эпохи — голоса учёных, пытавшихся понять природу Гауна, теории о том, откуда он появился, что им движет, есть ли у него разум или это просто космический хищник, действующий на инстинкте, но ответов не было, только вопросы и страх.

Шли годы, "Сидония" летела через пустоту, поколения рождались и умирали на борту, не зная ничего кроме металлических коридоров и искусственного света, историю Земли превратили в легенды, которые рассказывали детям, о голубом небе и зелёных лесах, о мире, где можно было дышать без фильтров и ходить под открытым солнцем. Гауна стал частью культуры, монстром из кошмаров, напоминанием о том, что где-то там, в темноте позади, охотник всё ещё идёт по следу.

Коулсон дожил до старости и умер в своей каюте, глядя в иллюминатор на звёзды, которые были так далеко и безразличны к судьбе последних людей, его последними словами были: "Лучше бы я умер там.", он так и не смог простить себя, что привёл монстра к земле, но было слишком поздно для сожалений, слишком поздно для альтернативных историй, оставалось только бежать и надеяться, что когда-нибудь, через века или тысячелетия, человечество найдёт место, где сможет остановиться и вновь назвать что-то домом.

Так началась эпоха скитаний.

[Вампир Света] Пролог

Пролог

Света Воронцова всегда восхищалась вампирами, но не из-за какой-то романтической чуши про вечную любовь или проклятие одиночества, а из-за предельно практичных вещей, бессмертие, сила, возможность жрать кого угодно без последствий и никаких там нравственных терзаний перед сном. Она как бы наперекор своему имени позиционировала себя как готесса и сатанистка, хотя если быть честной, то её вера в Сатану была примерно такой же глубокой, как у среднестатистического подростка вера в то, что набитая татуха делает его особенным. Тем не менее идея стать хищником на вершине пищевой цепочки грела душу, особенно когда приходилось терпеть идиотов в универе или в общественном транспорте. Её жизнь была предсказуемо скучной: учёба на филфаке, подработка в кофейне по выходным, тусовки с такими же любителями мрачной эстетики и периодические вылазки на готические вечеринки, где все делали вид, что понимают смысл песен The Sisters of Mercy.Света жила с родителями в типовой трёшке на окраине города, терпела нравоучения матери о том, что пора бы уже повзрослеть и найти нормального парня, а не этих странных друзей с пирсингом. Вобщем было раздражающе, но приходилось терпеть. Единственным её утешением была небольшая компания единомышленников, с которыми можно было обсудить последний альбом какой-нибудь дарквейв-группы. Всё изменилось в один промозглый октябрьский вечер, когда Даша, её лучшая подруга по прозвищу Тарантул, которое она получила за привычку носить паука-птицееда в стеклянной банке на вечеринки, прибежала к ней с горящими глазами и новостью, ворвавшись в комнату Светы без стука, её чёрные волосы растрепались от бега, а на лице играла дикая улыбка человека, который только что нашёл Грааль на распродаже в секонд-хенде она сказала:

— Света, ты не поверишь, что я нашла у деда на даче, выкрикнула Даша, не давая подруге даже поздороваться.

— И тебе привет- язвительно поздоровалась - Очередную банку с заспиртованной змеёй? - Скептически протянула Света, отрываясь от ноутбука, где она пыталась дописать курсовую .

— Намного лучше, нука зацени - Даша развернула чёрный бархатный свёрток, который принесла с собой, и на кровать Светы упал кинжал. Это был не просто кинжал, это был прямо настоящий старинный артефакт. выглядел очень впечетляюще от него прямо веяло стариной, лезвие покрыто узорами, которые могли быть как декоративной гравировкой, так и какими-то символами, а рукоять была украшена камнем похожим на гранат.

— Дед говорил, что это семейная реликвия, привезённая его прадедом из Румынии ещё до революции - рассказывала Даша, садясь рядом . Там ещё какая-то легенда была про то, что он принадлежал самому Владу Цепешу, но дед всегда говорил, что это сказки для туристов. Света провела пальцем по лезвию, ощущая его остроту, и в её голове начала формироваться безумная идея.Они давно говорили о том, чтобы провести настоящий ритуал, не какую-то детскую игру со свечами в подвале, а что-то масштабное и жуткое, что-то, что докажет их серьёзность и отличие от всех этих позёров.

— Слушай, а что если мы устроим настоящее жертвоприношение? предложила Света, и её глаза загорелись тем же огнём, что и у Даши. Не какую-то символическую фигню, а реальное, с кровью, пентаграммой, всеми делами. Даша уставилась на неё, обрабатывая информацию, а потом медленно кивнула, и улыбка на её лице стала ещё шире.

— Круто. О, о, а давай на старом кладбище на окраине ну где в прошлом месяце тусовались.

— Хорошая идея - подтвердила Света - в пятницу ночью, возьмём свечи, мел, всё как положено. Хмм надо бы какую ни будь жертву для ритуала. Надо нашим написать. Вопрос о жертве решился быстро и довольно прагматично. Макс, ещё один участник их компании, который подрабатывал в зоомагазине, согласился принести хомячка, который всё равно должен был быть утилизирован из-за возраста и не презентабельного вида. В пятницу вечером они собрались впятером: Света, Даша, Макс с клеткой, в которой был обречённый хомяк, Лена, которая увлекалась оккультизмом и притащила книгу с ритуалами, и Женя, пришедший просто потому, что ему было скучно и он хотел посмотреть на что-то необычное. Они взяли с собой рюкзаки с чёрными свечами, мелом, зажигалками и бутылкой вина, а Даша несла кинжал. Старое кладбище находилось на отшибе города, окружённое ржавой оградой и зарослями сухих кустов, которые шелестели на ветру, создавая атмосферу, идеально подходящую для их затеи. Они перелезли через забор, стараясь не шуметь, хотя в это время суток вряд ли кто-то мог их заметить, и углубились между покосившихся надгробий, освещая путь фонариками телефонов. Света чувствовала, как адреналин разливается по венам, смешиваясь с предвкушением и лёгким страхом, который делал всё происходящее ещё более волнующим. Найдя подходящее место возле старого склепа, чьи каменные стены были покрыты мхом и трещинами, принялись за подготовку. Лена начертила мелом на земле пентаграмму, тщательно выводя каждый символ согласно инструкциям из интернета, Макс расставил свечи по углам, а Света и Даша подготовили импровизированный алтарь из плоского надгробного камня, на который положили кинжал и клетку с хомячком. Когда всё было готово, они зажгли свечи, и оранжевое пламя заплясало в ночной тьме, отбрасывая причудливые тени на надгробия. Лена начала читать заклинание на ломаном латинском, которое звучало достаточно зловеще, хотя Света подозревала, что половина слов была произнесена неправильно.

Даша взяла кинжал, её руки дрожали от возбуждения, а Макс достал хомячка из клетки и положил его на импровезированный алтарь, придерживая за шкирку. Света смотрела на сцену, чувствуя, как её сердце бешено колотится, и именно в этот момент, когда Даша занесла кинжал готовясь нанести удар, из темноты раздался крик:

— Эй, вы там, стоять, немедленно! Сторож кладбища, пожилой мужик с фонариком и явно не самым дружелюбным настроем, быстро шел к ним размахивая палкой и явно намереваясь задержать их до приезда полиции. Реакция была мгновенной и панической, Макс отпустил хомячка, который тут же удрал, Лена схватила книгу и бросилась бежать, Женя побежал следом, а Света и Даша рванули в противоположную сторону, бросив вещи. Они бежали между надгробий, спотыкаясь о корни и камни, слыша за спиной маты сторожа. Света неслась, держа в руке телефон, чтобы хоть как-то освещать путь, а Даша бежала немного перед ней, крепко сжимая кинжал. В какой-то момент Света не заметила корень старого дерева, торчащий из земли, её нога зацепилась за него, она полетела вперёд инстинктивно выбросив руки, чтобы смягчить падение. Врезавшись в спину Даши обе они, сцепившись, покатились вниз по небольшому склону, который вёл к оврагу. Падение длилось несколько мучительных секунд, полных хруста веток, боли от ударов о камни и полной дезориентации. Когда они наконец остановились, Света почувствовала странное онемение в груди, а потом острую, жгучую боль. Она посмотрела вниз и увидела рукоять кинжала, торчащую из её груди, а вокруг уже расползалось тёмное пятно крови, пропитывая её любимую чёрную футболку с логотипом Cradle of Filth. Даша, лежавшая рядом, поднялась на четвереньки, её лицо было бледным от шока, а глаза расширились от ужаса, когда она увидела, что произошло.

— Света, Света, НЕТ, что я наделала — её голос дрожал, а руки тянулись к кинжалу, но она боялась к нему прикоснуться. Сторож, добежавший до края оврага, замер увидев картину внизу и его лицо из гневного превратилось в шокированное. Он полез вниз, неуклюже спускаясь и бормоча что-то про чёртовых детей, скорую и полицию, но Света уже плохо слышала его слова. Мир вокруг начал расплываться, боль стала тупой и далёкой, а в голове крутилась только одна абсурдная мысль:

"Блядь! Ну хоть умру как вампир." Ирония ситуации была настолько очевидной, что она почти рассмеялась, но вместо смеха из её губ вырвался хрип, а потом всё погрузилось в темноту.

[Вампир Света] Глава 1

***

Глава 1 Бойся своих желаний...

Очнулась она в огромной каменной спальне с гобеленами на стенах, изображающими батальные сцены невероятной жестокости и первое, что подумала какого хрена с освещением. Повсюду горели свечи, отбрасывая пляшущие тени на потолок с деревянными балками, создавая атмосферу, которая больше подходила для съемок готик-метал клипа, чем для нормальной жизни. Попытавшись встать, она поняла, что её тело ощущается как-то не так — слишком большое, мускулистое, словно она случайно влезла в костюм качка на Хэллоуин и теперь не может из него выбраться. Она посмотрела вниз и охренела, под средневековой рубашкой с широкими рукавами просматривалась грудь, а точнее её отсутствие, зато присутствовали волосы на груди и рельефные мышцы, о которых она в прошлой жизни могла только мечтать, листая фитнес-блоги. Её руки были большими, жилистыми, покрытыми шрамами.

— Что за... — начала она и осеклась, услышав глубокий мужской голос с восточноевропейским акцентом.А потом в её голове раздался другой голос, холодный, властный и абсолютно взбешённый:

«Кто ты, чёрт возьми, и что ты делаешь в моём теле?» Света замерла, потому что это было не похоже на внутренний монолог или последствия психического расстройства, это был отдельный голос, отчётливый и явно принадлежащий кому-то, кто привык, чтобы его слушались беспрекословно.

«Я Света? А ты кто?» — ответила она мысленно, чувствуя, как начинается паника, смешанная с абсурдным желанием засмеяться от безумия происходящего.«Я Влад Цепеш, господарь Валахии и я требую немедленного объяснения, как какая-то мерзкая ведьма завладела моей плотью!» Она присела на край кровати с балдахином, пытаясь собрать мысли в кучу, но они разбегались, как тараканы при включении света. Воспоминания двух жизней смешались в её голове: её собственная жизнь в двадцать первом веке с её университетскими парами, социальными сетями и доставкой еды на дом, и долгие столетия существования вампира по имени Дракула с его бесконечными войнами, интригами и кровавыми пирами. Она помнила, как училась в университете, и как резала и сажала на колья турецких пленных с методичностью садовника. Помнила свою комнату с плакатами готик-рок групп и этот мрачный замок с его холодными коридорами. Помнила интернет и феодальные войны. Но при этом чётко понимала, где её память, а где чужая, хоть та её и открылась но была разрозненными кусками.

— Ёбаный рот — выдохнула она вслух, и Дракула в её голове возмутился с праведностью оскорблённого аристократа:

«Следи за языком! Это уста благородного воина, а не какой-то портовой шлюхи!»«Да пошёл ты — огрызнулась Света.

— Я только что умерла, воскресла, поменяла пол и оказалась в прошлом. У меня есть все основания материться, так что повторю: ДА, ПОШЕЛ, ТЫ!»

«В прошлом? Сейчас тысяча пятьсот двадцать восьмой год от рождества Христова, ты невежественное создание!»

«Для меня это шестнадцатый век, придурок, и я родом из двадцать первого, так что технически я права, а ты просто отстал на пятьсот лет.»

«Верни мне моё тело!»

«А как?»

Молчание, которое последовало, было настолько красноречивым, что Света почувствовала почти физическое удовлетворение от того, что смогла заткнуть этого. Следующие несколько дней прошли в попытках разобраться с ситуацией, которая становилась всё более абсурдной с каждым часом. Света обнаружила, что вампирские способности работают инстинктивно: сверхчеловеческая сила, позволяющая швырнуть тяжеленный сундук одной рукой, скорость, с которой она могла пересечь комнату быстрее, чем моргнёт глазом, обострённые чувства, превращение в туман и летучую мышь, что было круто, но одновременно дезориентировало, потому что летать мышью оказалось сложнее, чем она думала. А каждое применение сил требовало не малого сосредоточения. Особенно обострённое обоняние, оно сразу же стало проблемой, потому что замок пах не лавандой и старинными книгами, как она себе когда-то представляла, начитавшись романтических вампирских романов, а затхлостью, плесенью, немытыми слугами и какой-то непонятной смесью гниющей органики, которая заставляла её морщиться каждый раз, когда она делала глубокий вдох.

— Ну и вонь, как ты тут живёшь? — воскликнула она, пытаясь дышать ртом, что впрочем не особо помогало.

«О чём ты говоришь? Мой замок содержится в идеальной чистоте — оскорбился Дракула с интонацией человека, которого только что обвинили в самом страшном преступлении — Я лично слежу за порядком!»

«Судя по всему твои слуги моются раз в год, солома в подвале гниёт уже хер знает сколько времени, а судя повсему из кухни несёт помоями и чем-то,что я подозреваю когда-то было едой!»

«Это нормальные запахи жилого замка! Ты просто ведьма, откуда ты вообще знаешь, какими должны быть запахи замка?»

Света решила не объяснять ему про водопровод, канализацию, освежители воздуха и базовые понятия гигиены, которые появятся через несколько столетий, потому что чувствовала, что этот разговор займёт слишком много времени и нервов. Вместо этого она занялась более насущной проблемой, голодом. Вампирский голод оказался совсем не похож на обычный это не было просто желанием поесть, которое можно было заглушить стаканом воды или отвлечься на что-то другое, это было жгучее, всепоглощающее желание, которое скручивало внутренности, затмевало разум и заставляло каждую клетку тела кричать о необходимости крови. Дракула нетерпеливо советовал просто спуститься в деревню и выбрать жертву, желательно покрепче, чтобы крови было побольше, но Света колебалась, потому что идея просто так убить человека казалась ей дикой, несмотря на весь её подростковый вампирский романтизм.

Она двигалась сквозь ночь как тень, бесшумно и быстро, наслаждаясь ощущением силы и свободы. Выбрала крестьянина покрепче, который возвращался из кабака, шатаясь и напевая непристойную песню, вырубила его одним точным ударом в затылок и потащила обратно в замок, игнорируя возмущённые вопли Дракулы в голове. Дракула недоумевал с интонацией человека, который наблюдает за полным безумием:

«Что за безумство ты делаешь? Зачем тащить его сюда, выпей его на месте!»

«Еду надо мыть перед употреблением» — отрезала Света, затаскивая бессознательного мужика в одну из ванных комнат, которые, судя по воспоминаниям Дракулы, не использовались десятилетиями и выглядели соответственно. Это базовая гигиена.»

Она нагрела воды, стащила с крестьянина вонючую одежду, от которой исходил запах, способный убить наповал любое живое существо в радиусе пяти метров, и принялась мыть его шею, несмотря на всепоглощающий голод побуждающий её немедленно впиться в горло и выпить всё до последней капли. Дракула пребывал в состоянии абсолютного шока, который граничил с нарастающим возмущением

«Что за чушь, ты моешь еду? Это самое безумное, что я видел за все столетия своего существования, а я видел многое, поверь мне!»«Этот чувак не мылся, наверное, месяцами, если не годами, — объяснила Света, тщательно намыливая шею крестьянина — Он воняет потом, чесноком и ещё чем-то, что я даже не хочу идентифицировать, как будто сам не чуешь. Я не собираюсь пить кровь немытого бомжа, даже если я вампир и мне это положено по статусу.»

«Это мой крепостной, а не бомж! И что это ещё за "бомж" вообще такое?»

«А то ты не видишь в моей памяти?»

«Я тебя слышу только когда ты ко мне обращаешься в слух или мысленно.»

«... Неважно, заткнись и дай мне поесть эстетично — отмахнулась Света, продолжая свои гигиенические процедуры — У меня есть стандарты, даже если у тебя их нет.»

«Да как ты смеешь, баба!»

«Как видишь, очень просто смею и это моё тело сейчас, так что правила устанавливаю я.»

Когда крестьянин был более-менее чистым и пах уже не так отвратительно, Света наконец-то впилась ему в шею, чувствуя, как клыки прокалывают кожу. Кровь оказалась горячей, сладкой, с металлическим привкусом и каким-то сложным букетом, который она не могла описать, но который заставил её мозг взорваться фейерверком ощущений. Хоть изначально она хотела сделать всего пару глотков, просто чтобы утолить голод и не убивать человека, инстинкты взяли верх, и она пила пока тело в её руках не обмякло окончательно, превратившись в безжизненную тряпичную куклу. Отстранившись, вытирая рот тыльной стороной ладони, почувствовала прилив сил граничащий с эйфорией и ощущение что теперь могла свернуть горы.Посидев немного и придя в себя от опьяняющего ощущения сытости.

— Блин сорян, но ты был таким вкусным. — Она вынула тело из ванны, уложив его на пол. Рядом валялся небольшой деревянный крестик на кожаном шнурке, который видимо слетел, когда Света снимала с него одежду. На автомате подняла его рукой, рассматривая примитивную резьбу.

«Нет, не трогай! — взвыл Дракула в панике, которая была совершенно нехарактерна для могущественного вампира. — Что, как ты можешь трогать крест?»

«Ну я атеистка — пожала плечами Света, продолжая крутить крестик в руках, ожидая хоть какой-то реакции вроде жжения или боли, но ничего не происходило. — Это же просто кусок дерева.»

«В смысле атеистка?»

«Бога нет, все дела — небрежно объяснила Света, откладывая крест в сторону. — Это просто концепция, придуманная людьми для объяснения того, что они не понимают, ну и для более лёгкого управления людскими массами .»

«Ты не веришь в Бога? — голос Дракулы дрожал от шока и непонимания. — Но как, как это вообще возможно? Ты сейчас находишься в теле вампира, создания, проклятого самим Господом! Я не могу ступить на освящённую землю, святая вода причиняет боль, распятие вселяет ужас...»

«Слушай, я пока не проверяла все эти штуки, но судя по твоим воспоминаниям, это типа магия или просто самовнушение, что-то типа того — Света встала, отряхивая руки. — Необъяснимые явления не доказывают существование бородатого чувака на облаке их просто пока не успели объяснить. Это как с молнией, раньше думали, что это гнев богов, а потом оказалось, что это просто электричество.»

Дракула издал какой то нечленораздельный звук и Света почувствовала как в висках начинает нарастать головная боль. Даже в бессмертном теле вампира можно было получить мигрень от соседа по черепу.

«Знаешь что, давай проверим всё остальное целенаправленно, раз уж крест не работает — предложила Света, чувствуя нездоровое любопытство — Научный подход, так сказать. У тебя тут есть святая вода?»

«В поселковой часовне, но я не советую...»

«Отлично, пошли.»

Следующий час они провели в импровизированных экспериментах. Света методично проверяла все классические слабости вампиров, а Дракула комментировал происходящее с нарастающей истерикой. Святая вода, которую она плеснула себе на руку, не вызвала абсолютно никакой реакции, кроме ощущения влажности.

«Ничего — констатировала Света, разглядывая свою ладонь — Даже не чешется.»

«Это невозможно! Она должна обжигать, как кислота!»

«Ну, сам видишь. Хех, давай скажи, что твой "бог" в курсе, что я в него не верю, так что его святая вода на меня не действует.»

Потом был чеснок, который нашелся на грядках и вот тут начались проблемы. Стоило Свете поднести головку чеснока к лицу, как она начала задыхаться, словно кто-то сжал её горло железной хваткой. Воздух не проходил, в глазах потемнело, и она отшвырнула проклятую головку через всю комнату, хватая ртом воздух.

— Кха кха, вот это работает — прокашлялась она, массируя горло — Чеснок реально душит.

«Почему чеснок работает, а святая вода нет?»

— Да ктож знает, может какое-то химическое свойство — предположила Света — Или биологическая несовместимость.»

Дальше серебро. Серебряный кулон, оказался неприятным сюрпризом, стоило ей коснуться, как кожа на пальцах зашипела и по комнате распространился запах жжёного мяса. Света зашипела от боли.

«Чёрт, а это больно — она рассматривала красные следы на пальцах, которые впрочем начали заживать прямо на глазах — Серебро работает.»

«Я говорил тебе, что серебро опасно!»

«Да-да, но теперь я знаю это на личном опыте, а не со слов моей Шизофрении.»

«Я Дракула!»

В зеркале она отражалась, но вот войти в дом без приглашения не могла, солнечный свет сильно раздражал как если бы у неё около ушей терли пенопласт, но только больше тактильно, но не сжигал и вроде бы физически не вредил и ещё днём сильно хотелось спать.

Последним пунктом в списке был осиновый кол, который Дракула настоятельно советовал не проверять, причём его голос звучал так взволнованно, как будто Света собиралась прыгнуть не него с крыши замка.

«Не надо проверять кол, это очевидно смертельно!»

«Я и не собиралась, капитан очевидность — успокоила его Света — Я не настолько идиотка, чтобы втыкать себе в грудь кол ради эксперимента, есть предел научному любопытству.»

«Наконец-то я услышал в твоих изречениях каплю здравого смысла!»

«Ну, я хочу пожить в этом теле подольше, так что суицидальные эксперименты пока отложим. Может, лет через сто попробую, если надоест бессмертие.»

«Через сто лет ты всё ещё будешь в моём теле?»

«А куда я денусь? Инструкции по возвращению в исходные тела у меня нет.»

Дракула издал ещё один страдальческий стон и Света почувствовала почти садистское удовольствие от его мучений. Через несколько минут, когда он немного успокоился, он неожиданно сказал примирительным тоном:

«Ну, по крайней мере, тебе хватает мужества, чтобы не бояться крови и не впадать в истерику при виде трупов. Это уже что-то.»

«Пф, я мечтала стать вампиром с четырнадцати лет — фыркнула Света, рассматривая труп крестьянина, который всё ещё лежал на полу ванной — Я читала кучу книг и была готова к этому морально. Единственное, к чему я не была готова, так это к смене пола и соседу по голове, который постоянно ноет. Кстати, куда его деть?»

«Слуги уберут. Они знают, что делать, и не будут задавать вопросов.»

«Удобно. В двадцать первом веке с трупами куда больше проблем.»

Следующие недели превратились в странное сосуществование, которое можно было бы назвать комедией, если бы не тот факт, что это была реальность. Дракула постоянно комментировал её действия с занудностью критика, который не может остановиться, критиковал каждое её решение, словно она была неразумным ребёнком. Света, в свою очередь, игнорировала большую часть его советов и делала всё по-своему. Она улучшила своё пребывание в замке насколько это было возможно в шестнадцатом веке, заставила слуг регулярно мыться под угрозой порки или чего похуже, проветривать комнаты дважды в день, менять солому в подвалах и конюшнях, мыть полы, выбрасывать гниющие остатки еды. Дракула считал это блажью и пустой тратой времени, но смириться пришлось, потому что контроль над телом был у Светы.

Самым раздражающим оказалось его постоянное нытьё про его мёртвую жену, которое началось примерно на третьей неделе их совместного проживания и не прекращалось ни на день. Дракула был одержим идеей найти реинкарнацию своей погибшей жены и вернуть её себе, воссоединиться с ней, прожить вечность вместе и прочую романтическую чушь, которая звучала так, словно её писал особо вдохновлённый автор дешёвых любовных романов. Он изводил Свету сутками на пролёт, даже дневной сон в гробу его не останавливал.

«Мы должны начать поиски. Моя возлюбленная где-то там, она ждёт меня, я чувствую это!»

— Она не помнит тебя, чувак — устало отвечала Света, в сотый раз за эту неделю — Это другой человек, с другими воспоминаниями, другой жизнью. Даже если реинкарнация существует, что под вопросом, это не та же самая женщина.»

«Её душа помнит! Наша любовь вечна, она не может быть забыта!»

— Блин, Дракула, ты звучишь как персонаж дешёвого любовного романа, который пишут для домохозяек. Успокойся и вообще, ты же вроде католиком был, откуда реинкарнация-то вылезла? Это же восточная концепция, а не христианская.

«Я не успокоюсь, пока не найду её! Это смысл моего существования, моя цель, моя единственная надежда на счастье!» — проигнорировал он неудобный вопрос о религиозных противоречиях.

— А мне похер, честно говоря — Света зевнула, рассматривая свои когти — Я не собираюсь тратить время на поиски твоей бывшей, у меня есть дела поважнее. Например разобраться как работает эта магия, наладить нормальный быт, может почитать местные книги.»

«Это моё тело, и я требую...»

— Да задолбал, мы уже выяснили что ты ничего не можешь требовать, потому что рулю тут я — отрезала Света с фатальностью судьи выносящего приговор — Смирись с этим фактом и перестань ныть, это раздражает.

Но это продолжалось изо дня в день, из ночи в ночь, с методичностью капающей воды, которая в конце концов способна пробить камень. Дракула превратился в занудливого соседа, который требует сделать что-то, потому что это важно именно для него и не может заткнуться пока не добьётся своего. Он приводил аргументы, взывал к чувствам, пытался манипулировать, обещал перестать комментировать её действия, что было явной ложью.

В конце концов, после месяца непрекращающегося нытья, когда Света почувствовала, что ещё немного и у неё случится нервный срыв, она сдалась просто чтобы он заткнулся.

«Ладно! Ладно, мы её поищем! Только заткнись уже, умоляю, у меня от твоего голоса мигрень!»

«Наконец-то ты проявила хоть каплю разума и благородства! Я знал, что в глубине души ты понимаешь важность истинной любви!»

«Я проявила усталость от твоего бубнежа, а не благородство — поправила Света, массируя виски. — Не путай причину и следствие. Мы поищем твою реинкарнированную жену, но если через месяц мы её не найдём, ты заткнёшься об этом на год. Договорились?»

«Месяца будет недостаточно!»

«Месяц или ничего.

«Хорошо, месяц — согласился Дракула с неохотой человека давно отвыкшего идти на компромисс — Но ты должна искать серьёзно, а не просто изображать поиски!»

«Буду искать настолько серьёзно, насколько могу искать человека, который возможно даже не существует — пообещала Света с сарказмом. — А теперь дай мне поспать.»

[Вампир Света] Глава 2

***

Глава 2 Начало поисков.

Они отправились в путешествие по Европе. Дракула утверждал, что почувствует присутствие своей возлюбленной, когда окажется рядом, так что оставалось только колесить по городам и странам в надежде на мистическую связь душ. Света относилась к этому скептически, но делать было нечего, кроме того она хотела проверить одну свою догадку. Европа шестнадцатого века встретила их вонью и грязью таких масштабов, что Света чуть не передумала вылезать из замка. Первый же город, в который они прибыли, пах так, будто канализация взорвалась и никто не собирался это убирать. Улицы были покрыты слоем грязи, нечистот и всякой гадости, которую Света предпочла не идентифицировать. Люди ходили в одежде, которая, очевидно, не стиралась месяцами, и от толпы несло так, что хотелось зажать нос.

"Пиздец, как тут люди живут?" простонала Света, морщась.

"Город как город", пожал плечами Дракула в её голове. "Ты слишком неженка".

"Обычный? Тут же дерьмо на улицах! Прямо на улицах, Дракула, Люди просто выливают помои из окон!"

"Куда же им ещё выливать?"

Света решила не вдаваться в лекции про канализацию и санитарные нормы. Вместо этого она нашла приличную гостиницу, загипнотизировала владельца, чтобы не задавал лишних вопросов про иностранного аристократа, путешествующего без свиты, и заперлась в комнате, планируя вылезать только по ночам. Охота в городе была проще, чем в сельской местности. Жертв хватало, и никто особо не задавался вопросом, куда подевался очередной пьяница. Света продолжала свою практику мыть еду перед употреблением, что вызывало у Дракулы смесь отвращения и недоумения, но она была непреклонна. Одно дело пить кровь людей, и совсем другое глотать грязь и вонь вместе с ней. Во время одной из таких охот произошёл инцидент, который Света потом вспоминала с усмешкой. Она выбрала жертву возле таверны, вырубила, притащила в укромное место, помыла в ближайшем фонтане и уже готовилась приступить к трапезе, когда к ней подошли две девушки явно облегчённого поведения. Они улыбались, поправляли декольте и совершенно недвусмысленно предлагали услуги.

- Благородный господин, может, вам с вашим другом скучно этой холодной ночью? Мы можем согреть вас- промурлыкала одна, поглаживая его руку. Света растерялась. С одной стороны, она привыкла к мужскому вниманию в своей прошлой жизни, но не от женщин, было непривычно, с другой стороны, её текущее тело явно реагировало на близость женщин определённым образом, и это было странно и некомфортно.

"Это интересно", ехидно заметил Дракула. "Моё тело хочет женщину, а ты бесишься".

"Заткнись", буркнула Света мысленно и обратилась к девушкам

- Мне лестно ваше внимание милые дамы, но увы я занят. Она указала на бессознательное тело у фонтана, и проститутки, окинув его оценивающим взглядом, хихикнули и ушли. Очевидно, они решили, что господин предпочитает другие развлечения.

Света с облегчением вернулась к прерванной трапезе. Впрочем, любопытство взяло верх, и через несколько недель она всё-таки попробовала. Нашла симпатичную куртизанку, заплатила хорошие деньги и это было странно. Технически тело реагировало правильно, инстинкты работали, но в голове творилась каша. Дракула при этом ехидно комментировал каждое движение, что не добавляло романтики.

"Ты ужасна в постели" резюмировал он когда всё закончилось.

"Извини, что я не эксперт в сексе в мужском теле!" съязвила она.

"Мне потребовалось гораздо меньше времени, чтобы овладеть искусством любви в свой первый раз".

"У тебя было собственное тело с рождения, идиот!"

После этого Света решила, что секс это слишком странно в текущих обстоятельствах, и сосредоточилась на других аспектах бессмертной жизни.

Они продолжили путешествие, посетили несколько городов, побывали при королевском дворе, где Дракула чувствовал себя как рыба в воде, а Света давилась от лицемерия и церемоний. Аристократы нравились ей ещё меньше, чем грязные крестьяне, потому что крестьяне хотя бы не делали вид, что они особенные из-за случайности рождения. При дворе короля она чуть не сорвалась и не высказала всё, что думала о их надменном поведении, но Дракула вовремя заорал в её голове:

"Если ты не хочешь, чтобы нас сожгли на костре придержи свой язык!"

"Эти мажоры заслуживают того, чтобы их сожрали" прошипела она.

"Возможно, но не сейчас и не здесь. Мы ищем Элизабет, помнишь?"

"Забудешь тут..."

Она задержалась в Лондоне бродя по улицам.

[Вампир Света] Глава 3

***

Глава 3 Элизабет

Поиски Элизабет затянулось на годы, Света научившаяся за это время виртуозно управлять вампирским телом, методично прочёсывала Англию .С каждым месяцем Дракула становился невыносимее. Его голос в её сознании звучал всё требовательнее, пропитываясь отчаянием, граничащим с безумием. Света уже научилась отстраняться от его нытья, словно надоевшую песню, но полностью игнорировать древнего вампира, она не могла. Временами она всерьёз задумывалась, не является ли эта мифическая реинкарнация просто бредом помешавшегося нежити, но альтернатива слушать его бесконечные причитания о вечной любви и несправедливости судьбы казалась настолько мучительной, что Света продолжала поиски из чистого эгоизма.

Холодным октябрьским вечером в Лондоне, когда промозглый туман с Темзы окутал улицы, превращая газовые фонари в размытые жёлтые пятна, произошло то, чего Света уже почти не ожидала. Дракула внезапно замер, вернее заставил её замереть, перехватив контроль над телом на мгновение. Света почувствовала, как каждый мускул напрягся в предвкушении, как вампирские чувства обострились до предела, улавливая что-то неуловимое в вечернем воздухе.

«Она здесь», прошептал Дракула, и в его голосе звучало благоговение.

«Я чувствую её. После стольких столетий я наконец чувствую её».

Света скептически хмыкнула, но двинулась в указанном направлении, лавируя между прохожими, спешащими укрыться от надвигающегося дождя. Дракула вёл её по запутанным переулкам, пока она не вышла на тихую улочку близ Гайд-парка, где стояли аккуратные трёхэтажные дома средней руки буржуа.Именно там Света и увидела её.Молодая женщина лет двадцати пяти, может быть, чуть старше, шла по мостовой с плетёной корзинкой, накрытой клетчатой тканью.

Она была одета со скромным вкусом — тёмно-синее платье без излишеств, простая шаль на плечах, волосы цвета воронова крыла аккуратно убраны под чепец. Миловидное лицо с правильными чертами, лёгкий румянец на щеках от вечерней прохлады, изящная осанка. Ничего экстраординарного, обычная горожанка из приличной семьи, возможно, жена мелкого чиновника или преуспевающего торговца. И в этот момент тело Дракулы "взорвалось" изнутри.

Света физически ощутила, как волна желания, острого и всепоглощающего, накрыла её с головой. Это было не просто влечение — это было нечто первобытное, словно каждая частица этого проклятого тела узнала свою вторую половину и требовала воссоединения. Вампирские инстинкты, обычно дремавшие под её контролем взвыли, требуя приблизиться, прикоснуться, присвоить.

«Что за хрень?!» мысленно выдохнула Света, цепляясь за остатки самоконтроля и силой затаскивая себя в тень подворотни, чтобы не броситься к незнакомке прямо посреди улицы.

«Это она! Моя Элизабет! Моя возлюбленная, моя невеста, свет моей жизни!» Голос Дракулы дрожал от экстаза. «После стольких лет скитаний, после столетий в проклятии, я наконец нашёл её! Она вернулась ко мне!»

«Сука клыкастая, это у меня от тебя сейчас желание её поиметь!» возмутилась Света, прислонившись спиной к холодной кирпичной стене и пытаясь унять дрожь в конечностях. Похоть пульсировала в венах вместе с вечным голодом, сплетаясь в коктейль, от которого мутился рассудок.

«Ты не понимаешь!» В голосе Дракулы смешались обида и ликование. «Это не животная похоть, это признание родственных душ! Это любовь, вечная и бесконечная, что презрела саму смерть и время! Наши души связаны узами, которые не властны разорвать ни годы, ни расстояния!»

«А мой внутренний трахометр говорит, что это именно животная похоть, причём самая конкретная» огрызнулась Света, наблюдая, как женщина скрылась за углом. «Твоё тело хочет затащить её в постель и делать непристойные вещи, желательно часов шесть подряд, а романтическая мишура, это твой мозг пытается оправдать гормональный взрыв».

«Потому что мы любили друг друга! Наши тела помнят близость, страсть, то единение, что выходило за рамки плотского!» Дракула звучал так искренне, что Света почти поверила, но встряхнув головой поморщилась.«Элизабет была не просто женой, она была частью меня, и я чувствую это сейчас так же остро, как чувствовал тогда!»

«Да блядь.» Она потёрла переносицу, ощущая начинающуюся мигрень, удивительное достижение для нежити. «Меня сейчас стошнит. Ладно, допустим, это твоя реинкарнированная жена. Что теперь? Подойти и сказать: "Привет, детка, мы были женаты век назад, пойдём со мной в мой замок, там классно"?»

«ДА! Подойди к ней! Заговори! Позволь ей увидеть моё лицо! Она вспомнит, я знаю, что она вспомнит!» Дракула буквально кричал от нетерпения. «Напомни ей о нашей любви, о клятвах, что мы давали друг другу!»

Света тяжело вздохнула, но сдавшись под напором его эмоций, выскользнула из подворотни и неспешно двинулась следом за женщиной. Подошла, кашлянула, привлекая внимание. Женщина обернулась, и глаза её расширились при виде высокого темноволосого незнакомца в дорогой одежде.

- Добрый вечер, могу я узнать имя столь блистательной госпожи начала Света используя самые вежливые обороты, которые помнила из воспоминаний Дракулы. - Прошу прощения за смелость, но я не могу не заметить...

- Мисье, я замужняя женщина! Вы меня смущаете. - прошептала женщина, краснея и опуская глаза.

«Скажи ей, что ты Дракула! Скажи, что ты прошёл столетия, чтобы найти её!» требовал Дракула.

«Если я скажу ей, что я вампир, который считает её реинкарнацией своей жены, она визжа побежит как можно дальше от меня, совсем спятил.» прошипела Света мысленно. Вслух она произнесла что-то обтекаемое про то, что ошиблась человеком, и отступила. Женщина поспешно удалилась, оглядываясь через плечо с опаской.

«Что ты делаешь? Почему ты отпустила её?» завопил Дракула.

«Я собираюсь проследить за ней чтобы ты успокоился наконец, но никаких драматических признаний и похищений.»

Дракула что-то пробурчал, но не возражал, и Света восприняла это как согласие. Следующие несколько дней она посвятила наблюдению. Вампирские способности делали слежку до смешного лёгкой, она могла часами сидеть на крыше напротив, оставаясь незамеченной, или следовать в нескольких десятках метров, растворяясь в тенях. Постепенно складывалась картина жизни той, кого Дракула называл своей Элизабет. Её звали Мина, Вильгельмина Мюррей, как Света выяснила, подслушав разговор. Она действительно была помолвлена с молодым человеком по имени Джонатан Харкер, начинающим стряпчим с приличными перспективами. Они выглядели счастливыми. Света видела, как они гуляли по парку по воскресеньям, как Мина смеялась над его шутками, как он бережно поддерживал её под руку, будто она была сделана из тончайшего фарфора. В доме, который снимала Мина вместе с подругой, часто бывал Джонатан. Они сидели в гостиной, пили чай, обсуждали будущее. Света, сидя на дереве под окном, слышала обрывки разговоров о предстоящей свадьбе, о доме, который они собирались купить, о детях, которых хотели завести. Обычная, размеренная, счастливая жизнь обычных людей.

«Видишь?» она начала методично долбить по больному «Это не та Элизабет, которую ты знал. Хоть она и реинкарнировала, она не помнит тебя. Здесь её зовут Мина, у неё другая жизнь, другие планы, другой человек, которого она любит».

«Но это она» упрямо твердил Дракула, хотя в его голосе появились сомнения. «Я чувствую её душу».

«Душа может и та же самая, но личность то другая» продолжала Света, наблюдая как Мина и Джонатан прощаются у калитки, как он целует её руку, а она краснеет и улыбается.

«Посмотри на неё. Она счастлива. У неё жених, который обожает её, впереди свадьба, семья, дети. Неужели ты действительно хочешь разрушить всё это? Ради чего? Ради воспоминаний о женщине, которой больше не существует?»

Дракула молчал, но Света чувствовала его смятение. Она продолжала наносить удары только бы он больше не компостировал её мозги.

«Ты говоришь о любви, но настоящая любовь это желать счастья другому человеку, даже если это счастье не с тобой. Ты посмотри на неё, она светится изнутри. Рядом с этим Джонатаном она настоящая, она строит жизнь которую сама выбрала. Какое право ты имеешь вторгаться в это и переворачивать всё вверх дном?» Свету тошнило от слащавости того что она говорила но приходилось терпеть и играть на чувствах неискушенного зрителя.

«Но мы были так счастливы» прошептал Дракула, и в его голосе впервые за все эти годы Света услышала не ярость или одержимость, а тихое горе, она мысленно улыбнулась и порадовалась, что он не может читать её мысли и эмоции «Элизабет любила меня. Мы поклялись друг другу в вечной верности».

"Так ладно ещё немножко надо это перетерпеть и можно будет спокойно жить, вечность жди меня, но как же это приторно в реальности звучит что аж тошнит" - «Это было сотню лет назад» мягко сказала Света «Та Элизабет умерла. Эта Мина другой человек. И она не давала тебе никаких клятв» «Кроме того не забывай что сейчас твоим телом управляю я, что ты мне предлагаешь делать с ней?»

Дракула замолчал на целый день. Света продолжала наблюдение, но уже чувствовала, что спор близится к развязке. На третий день она снова завела разговор.

«Знаешь, я кое-что не рассказывала тебе» начала она, устроившись на крыше и глядя в окно, где Мина читала книгу при свете лампы.

«Тебе не показалось странным то как быстро мы её нашли, да ещё именно в том городе в который периодически возвращались каждый год? Дело в том что я догадывалась где её искать с самого начала».

«Что, в каком это смысле?» Голос вампира был насторожённым.

«Я читала книгу. Про тебя. "Дракула" называлась».

«...?»

«В моём мире, в том времени, откуда я попала сюда, существует книга об одном вампире по имени Дракула. И знаешь, что в ней происходит?» Света сделала паузу, давая словам дойти. «Там Дракула одержим женщиной по имени Мина. Он преследует её, обращает в вампира, думая, что это их судьба, что они должны быть вместе навечно» пауза.

«И что же?» Дракула звучал напряжённо.

«А потом он понимает, что совершил чудовищную ошибку. Что Мина не хотела этого. Что он разрушил её жизнь, превратил в монстра, отнял у неё всё — жениха, будущее, саму человечность. И чтобы вернуть ей человеческий облик, ей пришлось убить его. Собственными руками убить того, кто любил её». Света повернулась, глядя в темноту вспоминая подробности. «Она плакала, когда делала это. Плакала от горя и облегчения одновременно. Потому что ты, своей так называемой любовью, поломал ей жизнь настолько, что смерть стала для неё избавлением». Тишина, последовавшая за её словами, была оглушающей.

«Это правда?» наконец выдавил Дракула. «Это действительно произойдёт?»

«Если бы не моё попаданчество то скорее всего» ответила она. «Я не знаю, насколько эта книга соответствует реальности, но совпадений слишком много. Лондон, Мина, её жених Джонатан. Всё сходится. И если ты продолжишь настаивать на своём, если попытаешься вернуть женщину, которая не помнит тебя и не хочет твоей вечности, то финал может быть именно таким».

«Но я люблю её», прошептал Дракула и в его словах не было прежней убеждённости — только отчаяние. «Я искал её десятилетиями».

«Ты любишь память о ней» поправила Света морщась «Ты любишь ту женщину, что умерла давным-давно. Но эта Мина — не она. И твоя любовь, если ты навяжешь её силой, станет для неё проклятием, от которого она будет стремиться освободиться любой ценой. Даже если это будет означать твою смерть и её собственное горе».

Долгое молчание. Света чувствовала, как внутри Дракулы бушует буря эмоций — гнев, боль, сомнение, страх.

«Тогда что мне делать?» спросил он наконец, и голос его звучал надломлено, словно у человека, стоящего на краю пропасти. «Я нашёл её. После стольких лет я нашёл её, и ты говоришь мне просто уйти?»

«Делай что хочешь, мне вообще всё равно, она для меня никто, хочешь могу прямо сейчас её обратить, но итог этого ты уже знаешь» ага мозг мне выешь.

«Я хочу попытаться» после долгой паузы произнёс Дракула, но слова звучали без прежнего огонька съедаемые сомнениями. «Напомнить о том, что было. Может быть, она вспомнит, может быть душа её откликнется».

«А если не откликнется?» жёстко спросила «Если ты подойдёшь к ней, расскажешь о вечной любви и реинкарнации, а она решит, что ты безумен? Или, хуже того, если ты сам того не хотя воспользуешься вампирскими чарами, сломаешь её волю, заставишь "полюбить" тебя, ты же прекрасно знаешь как работает вампирский гипноз, ты правда хочешь этого?»

Дракула не ответил. Света чувствовала, как внутри него что-то ломается, как вековая уверенность в правоте своих действий даёт трещины под весом её аргументов.

«Подумай» мягко добавила она. «если до завтра не дашь ответ я уйду» - "ну и пожалуй контрольный чтобы ты заткнулся наконец" - подумала Света про себя «Эх нет чтобы порадоваться, что она счастлива, но нет давай сломаем ей жизнь и вообще наплевать на всё, тьфу» делая вид что думает про себя но обращается к Дракуле чтобы он слышал её мысли

Она ещё раз взглянула на окно, где Мина отложила книгу и задула лампу, готовясь ко сну. Обычная женщина, живущая обычной жизнью, не подозревающая, что за ней наблюдает существо из кошмаров, разрывающееся между одержимостью и остатками совести. Света бесшумно спустилась с крыши и растворилась в ночи, не оглядываясь. Она не подходила к Мине, не пыталась заговорить, даже не попалась ей на глаза за всё время наблюдения. Она просто ушла, оставив её в покое.

И через несколько дней, когда Дракула всё ещё молчал, погружённый в тяжёлые раздумья, Света покинула Лондон, направляясь на континент. Больше они к этой теме не возвращались. Дракула обиделся, или погрузился в скорбь, Света не могла точно определить и замолчал на долгие месяцы. Впервые за годы их вынужденного сосуществования в её голове воцарилась тишина.

Света восприняла это с огромным облегчением.