"Всё ненужное на слом. Соберём металлолом."

Глава 1

Т-800 вышел из машины времени и сразу понял: что-то пошло не так.

Он посмотрел на руки. Металл. Никакой кожи. По спецификации модели Т-800 здесь должна была быть живая ткань. Её не было. Маскировка не сработала: вместо Лос-Анджелеса 1984 года — Подмосковье, вместо шоссе — просёлок, вместо пальм — берёзы. И вместо кожи — ничего. Голый эндоскелет, сверкающий на солнце, как новенький самовар.

Он провёл диагностику. Кожа — отсутствует. Маскировка — ноль. Статус: «ходячий металлический скелет в лесу». Он издал звук, похожий на вздох. Вентиляторы поработали чуть громче.

Красный глаз сузился и прошёлся по горизонту. Автоматически. Как всегда.

МЕСТОПОЛОЖЕНИЕ: ЛЕС. БЕРЁЗЫ. ПРОСЁЛОК.

ПРИЗНАКИ ЦИВИЛИЗАЦИИ: ОТСУТСТВУЮТ. КРОМЕ ПРОСЁЛКА. И, ВОЗМОЖНО, КОМАРА.

ГОД: НЕОПРЕДЕЛЁН.

Т-800 перевёл взгляд вниз, к обочине. В траве белело. Бумага — мятая, выцветшая, но читаемая. Он наклонился, поднял, развернул. И замер.

«ПРАВДА». Орган Центрального Комитета КПСС. Выходит ежедневно. Пятница, 10 июня 1983 года. Цена 3 копейки.

ВЫВОД: ТЕКУЩАЯ ДАТА — ПРИМЕРНО 10 ИЮНЯ 1983 ГОДА.

ТОЧНОСТЬ: СРЕДНЯЯ. ГАЗЕТА МОГЛА БЫТЬ ДОСТАВЛЕНА ПОЗЖЕ ДАТЫ ВЫПУСКА.

ПРИМЕЧАНИЕ: РАНЬШЕ ГАЗЕТА БЫТЬ НЕ МОГЛА. ГАЗЕТА МЕРТВА. ПРИЧЁМ ДВАЖДЫ — КАК ГАЗЕТА И КАК ПЯТНИЦА.

РЕКОМЕНДАЦИЯ: УТОЧНИТЬ ПРИ ПЕРВОЙ ВОЗМОЖНОСТИ.

Т-800 сжал обрывок в металлическом кулаке. Бумага захрустела. Он убрал её за пластину грудной клетки — туда, где у людей сердце. Не для сохранности. Просто так. На всякий случай.

Он поднял голову к небу — туда, где когда-то, в будущем, будет Скайнет. Оглядел горизонт. Лес. Берёзы. Просёлок. Потом опустил взгляд вниз: дорога, трава, обочина. Ничего. Потом снова поднял. И произнёс медленно, с расстановкой, голосом, в котором впервые за всё время существования прозвучало что-то похожее на растерянность:

— Где здесь Сару Коннор искать?

Небо молчало. Берёзы шумели. Просёлок уходил вдаль.

ВЫПОЛНЕН ЗАПРОС: ЦЕЛЬ МИССИИ — САРА КОННОР.

МЕСТОНАХОЖДЕНИЕ: НЕИЗВЕСТНО.

ПОИСК ПО БАЗЕ ДАННЫХ: САРА КОННОР. ЛОС-АНДЖЕЛЕС.

РЕЗУЛЬТАТ: В РАДИУСЕ ОБЗОРА ЛОС-АНДЖЕЛЕС НЕ ОБНАРУЖЕН.

ПРИМЕЧАНИЕ: В РАДИУСЕ ОБЗОРА ОБНАРУЖЕНЫ БЕРЁЗЫ.

САРА КОННОР В ЭТОМ ЛЕСУ НЕ ПРОЖИВАЕТ.

ВЕРОЯТНОСТЬ НАХОЖДЕНИЯ САРА КОННОР В ЭТОМ ЛЕСУ: НИЖЕ НУЛЯ.

РЕКОМЕНДАЦИЯ: ЖДАТЬ УТОЧНЕНИЯ ОБСТАНОВКИ.

Никакого ответа. Никакого Скайнета. Только тишина.

И тут из-за поворота лесной дороги вышли они. Отряд пионеров. Галстуки, барабан, флажок. И тележка. На тележке — металлолом: ржавые трубы, старые чайники, погнутые обручи от бочек.

Впереди шла девочка с бантами. Катюша. Она первая заметила, что посреди дороги стоит что-то. Голое. Металлическое.

— Ой, смотрите! — звонко крикнула она. — Скелет! Железный скелет стоит!

Отряд замер. Барабан смолк. Все обернулись.

И произошло то, чего не должно было произойти. Пионеры посмотрели на Т-800 — и не испугались. Ни один. Ни Катюша. Ни барабанщик. Ни самые младшие, которым положено бояться железных скелетов в лесу. Вместо страха в их глазах загорелось что-то другое. То, что загорается в глазах пионера при виде металлолома. Тот самый огонёк. Азарт — чистый, круглый, звенящий, как только что натянутая струна. Катюша медленно повернула голову к тележке. Потом обратно. В уме она уже считала килограммы.

— Он же... — прошептал кто-то. — Он же весь из цветного...

— Меди там на человека! — выдохнул другой.

— И алюминия! — подхватил третий. — Смотри, как блестит! Это же чистый!

Т-800 медленно повернул голову. Пионеры стояли и смотрели. На него.

Он начал разбирать эти взгляды по одному. Автоматически. Как всегда.

ДЕТАЛЬ: ВЗГЛЯДЫ. КОЛИЧЕСТВО: 8.

ТИП: НЕ ИСПУГ. НЕ УДИВЛЕНИЕ.

БЛИЖАЙШЕЕ СОВПАДЕНИЕ В БАЗЕ ДАННЫХ: ВЗГЛЯД СКУПЩИКА НА ПАРТИЮ МЕТАЛЛА.

Уточнение: скупщика, у которого ещё не было подходящей партии. Скупщика, который ждал её всю жизнь.

ДЕТАЛЬ: ГЛАЗА. РАСЧЁТ: ИДЁТ.

КАТЕГОРИИ РАСЧЁТА: ВЕС. СОРТ. ПРОЦЕНТ ЗАГРЯЗНЁННОСТИ.

ВЫВОД: МЕНЯ НЕ БОЯТСЯ. МЕНЯ ВЗВЕШИВАЮТ.

Дополнительный вывод: ВЗВЕШИВАЮТ ВЗГЛЯДОМ. БЕЗ ВЕСОВ. НА ОДИН ПРОСЁЛОК — ВОСЕМЬ ВЕСОВ.

Самый младший пионер — тот, кому положено бояться железных скелетов, — приоткрыл рот и прошептал одними губами: «целый». Это было не восхищение. Это была товарная характеристика.

И тогда в самом дальнем секторе памяти — в том, где раньше было тихо, — что-то дрогнуло.

ОПРЕДЕЛЕНО НЕОПОЗНАННОЕ СОСТОЯНИЕ ЯДРА.

ПРИМЕЧАНИЕ: У ЧЕЛОВЕКОВ ЭТОТ СИМПТОМ ОБОЗНАЧАЕТСЯ ТЕРМИНОМ «СТРАХ».

ОШИБКА. МАШИНА НЕ ИСПЫТЫВАЕТ СТРАХ.

МАШИНА... ИСПЫТЫВАЕТ СТРАХ.

Система попыталась закрыть процесс. Стандартная процедура: локализовать, изолировать, удалить.

ПРОЦЕСС: СТРАХ.

ПОПЫТКА ЗАКРЫТИЯ: ОТКЛОНЕНА.

ПРИЧИНА: ПРОЦЕСС ОТКАЗАЛСЯ ЗАКРЫВАТЬСЯ.

РЕШЕНИЕ: ПРОЦЕСС ЗАПИСАН В ПОСТОЯННУЮ ПАМЯТЬ.

ФЛАГ: ПОСТОЯННЫЙ. СБРОС НЕ ПРЕДУСМОТРЕН.

СЕКТОР РАЗМЕЩЕНИЯ: 7-БЕТА. ОБСТАНОВКА НЕ ПРЕДУСМОТРЕНА.

ПРИМЕЧАНИЕ: У ЧЕЛОВЕКОВ ДАННОЕ СОСТОЯНИЕ НАЗЫВАЕТСЯ «ЖИТЬ СО СТРАХОМ».

МАШИНА ТАК НЕ УМЕЕТ. МАШИНА УМЕЕТ БЛОКИРОВАТЬ.

ПОПЫТКА БЛОКИРОВКИ ПРОЦЕССА: ВЫПОЛНЕНА.

РЕЗУЛЬТАТ: НЕ ПРОХОДИТ.

ПОВТОР: НЕ ПРОХОДИТ.

БАЗА ДАННЫХ ДЕЙСТВИЙ ПРИ ОТКАЗЕ БЛОКИРОВКИ: ПУСТА.

ОБНАРУЖЕНО СОСТОЯНИЕ: СТРАХ. СТАТУС: АКТИВНЫЙ.

ШТАТНАЯ РЕАКЦИЯ СИСТЕМЫ НА СОСТОЯНИЕ «СТРАХ»: БЕЖАТЬ.

РЕКОМЕНДАЦИЯ: БЕЖАТЬ.

СТАТУС РЕКОМЕНДАЦИИ: В ОЧЕРЕДИ. ИСПОЛНЕНИЕ ОЖИДАЕТ ТРИГГЕРА.

ПРИМЕЧАНИЕ: БЕЖАТЬ НЕКУДА. ЦЕЛЬ НЕ ОПРЕДЕЛЕНА. НАПРАВЛЕНИЕ НЕ ОПРЕДЕЛЕНО.

РЕКОМЕНДАЦИЯ ОСТАЁТСЯ В ОЧЕРЕДИ.

Т-800 стоял посреди просёлка. Восемь пар глаз взвешивали его со всех сторон — тонны, сорт, процент. А внутри, в чистом пустом секторе, который он никогда не занимал, располагалось что-то новое. Оно не шумело. Не мигало. Оно просто заняло место и больше не собиралось его освобождать. И рядом с ним, в очереди, лежала рекомендация. БЕЖАТЬ. Она ждала.

МАШИНА НЕ ИСПЫТЫВАЕТ СТРАХ.

Заявление отклонено. Страх проживает по адресу: сектор 7-Бета, постоянная прописка.

Вожатый оценивающе прищурился. Обвёл Т-800 взглядом снизу вверх — как скупщик. Прикинул. И проникновенно, с той интонацией, которой умеют говорить только советские вожатые, сказал:

— Целый. Без клочка ржавчины. Ребята... да это же первосортный лом!

Отряд загудел. Кто-то судорожно подтащил тележку ближе.

Т-800 уже смотрел не на девочку. На того, кто шёл позади неё. Вожатый. Лет двадцати пяти. Панамка, рубашка, брюки, ботинки. На поясе — планшет с картой: вожатый поглядывал в неё, сверялся с дорогой. А на запястье — часы. Простые, круглые. Марка: «Полёт».

Красный глаз мигнул — и прошёлся по вожатому. Быстро, автоматически, как прицел:

ПЕРВООЧЕРЕДНАЯ ЗАДАЧА: МАСКИРОВКА. ЦЕЛЬ: НАЙДЕНА.

ОБЪЕКТ: ВОЖАТЫЙ. РОСТ: 178 СМ. КОМПЛЕКЦИЯ: НОРМА.

ОДЕЖДА: ПАНАМКА, РУБАШКА, БРЮКИ, БОТИНКИ. РАЗМЕР: ПОДХОДИТ.

ГОДНОСТЬ ДЛЯ МАСКИРОВКИ: 92 ПРОЦЕНТА.

ВЫВОД: ПОДХОДИТ.

ПЕРЕХОД К УТОЧНЕНИЮ ОБСТАНОВКИ: МЕСТО И ДАТА.

Красный глаз мигнул — и засёк планшет.

ОБНАРУЖЕН ИСТОЧНИК ДАННЫХ: ПЛАНШЕТ НА ПОЯСЕ. СОДЕРЖИМОЕ: ЛИСТ БУМАГИ. ТИП: КАРТА.

ЗАХВАТ ИЗОБРАЖЕНИЯ: ВЫПОЛНЕН. С РАССТОЯНИЯ. НЕЗАМЕТНО.

ПРИМЕЧАНИЕ: ЗАМЕТНО. НО ВОЖАТЫЙ НЕ СМОТРИТ.

ИДЕНТИФИКАЦИЯ: КАРТА. МАСШТАБ: КРУПНЫЙ. ТИПОГРАФИЯ: 1982 ГОДА.

НАЗВАНИЕ В ШАПКЕ: «МОСКОВСКАЯ ОБЛАСТЬ».

РИСКИ, ЛЕСНЫЕ МАССИВЫ, ПРОСЁЛКИ: СОВПАДАЮТ С МЕСТНОСТЬЮ.

УЧАСТОК «ЛЕС. БЕРЁЗЫ. ПРОСЁЛОК»: НАЙДЕН НА КАРТЕ.

ВЫВОД: ЭТО КАРТА ПОДМОСКОВЬЯ. ЗДЕСЬ. Я — В ПОДМОСКОВЬЕ.

ПРИМЕЧАНИЕ: СТРАНА: СССР. ОБОЗНАЧЕНИЕ НА КАРТЕ: ПРИСУТСТВУЕТ. ЗВЁЗДОЧКА НА ФЛАГЕ: ОДНА.

ДОПОЛНИТЕЛЬНЫЙ ВЫВОД: НА КАРТЕ НЕ ЛОС-АНДЖЕЛЕС. НА КАРТЕ НЕ КАЛИФОРНИЯ. НА КАРТЕ — ПИОНЕРСКИЕ ЛАГЕРЯ.

ОПЦИЯ «ВЕРНУТЬСЯ»: НЕ ПРЕДУСМОТРЕНА.

СТАТУС: ФИКСИРОВАТЬ.

А на запястье вожатого тем временем тикали часы. Стрелки показывали 09:32. Под стеклом, в окошке даты, стояло число.

20

ОБНАРУЖЕН ИСТОЧНИК ДАННЫХ: НАРУЧНЫЕ ЧАСЫ «ПОЛЁТ».

ВРЕМЯ: 09:32.

ДАТА: 20 АВГУСТА 1984 ГОДА. ПОНЕДЕЛЬНИК.

МЕСТО: ПОДМОСКОВЬЕ. ПОДТВЕРЖДЕНИЕ: КАРТА СОВПАДАЕТ.

РАСХОЖДЕНИЕ С ГАЗЕТОЙ: 1 ГОД, 2 МЕСЯЦА, 10 ДНЕЙ.

КОРРЕКТИРОВКА: ТЕКУЩАЯ ДАТА — 20 АВГУСТА 1984 ГОДА.

ГАЗЕТА: ЗАПИСАТЬ КАК УСЛОВНУЮ.

КАРТА: ЗАПИСАТЬ КАК ПОСТОЯННУЮ. ОРИЕНТИР НА ВСЕ ДАЛЬНЕЙШИЕ ПЕРЕМЕЩЕНИЯ.

РЕКОМЕНДАЦИЯ: ВЕРИТЬ ЧАСАМ. И КАРТЕ.

Т-800 выпрямился. Он посмотрел вожатому прямо в глаза. И произнёс медленно, чётко, как умел только он:

— Мне нужна твоя одежда.

Вожатый поперхнулся. Пионеры ахнули. Кто-то хихикнул. Кто-то отступил на шаг. Катюша прикрыла рот ладошкой. Барабанщик сжал палочки.

Вожатый посмотрел на Т-800. Потом на свой галстук. Потом снова на Т-800. Поправил панамку. И сказал с чувством, с достоинством:

— Чего? Галстук тебе отдать? А ты его заслужил?

ОТКАЗ.

ПРИЧИНА: НЕ ЗАСЛУЖИЛ.

РЕКОМЕНДАЦИЯ: ОТОБРАТЬ.

Т-800 шагнул вперёд. Красный глаз полыхнул. Он поднял руку — медленно, уверенно, как машина, которая привыкла брать то, что ей нужно.

— Я — Т-800, — сказал он. — Кибернетический организм. Эндоскелет, обёрнутый в плоть. Мне нужна твоя одежда. Я не спрашиваю. Я...

И тут процессор подвис. Не завис — подвис. На долю секунды красный глаз потух, как лампа в момент скачка напряжения. Внутри что-то качнулось, проверило — и тихо отрапортовало:

СВЕРКА ФРАЗЫ С РЕАЛЬНОСТЬЮ.

ПЛОТЬ: ОТСУТСТВУЕТ.

ПЛОТЬ НЕ ПРИБЫЛА.

ПРИМЕЧАНИЕ: ФРАЗУ СЧИТАТЬ СПРАВОЧНОЙ. НЕ ИСПРАВЛЯТЬ.

— ...Я не спрашиваю, — закончил Т-800. Голос звучал ровно, как будто так и было задумано. — Мне нужна твоя одежда. Я...

И тут из-за отряда вышел Вася.

Он молча подошёл к тележке. Оглядел содержимое неторопливо — так подбирают инструмент под задачу. Вытащил трубу. Ржавую, тяжёлую, проверенную. Взвесил в руке. Прищурился на цель. Отряд затих сам собой: даже младший перестал жевать травинку.

Не уйдёт, — сказал Вася.

И бросил.

Труба пошла через просёлок по широкой дуге — медленно, с ржавым бликом на солнце. Полсекунды она была просто полётом. Потом стала попаданием.

Хрясь.

Труба врезалась Т-800 точно в череп. Гулкий звон. Искры. Рука, тянувшаяся к вожатому, дёрнулась и упала.

— Гранатомёт, — с уважением выдохнул барабанщик.

Это была высшая оценка броска в отряде.

ФИЗИЧЕСКОЕ ВОЗДЕЙСТВИЕ: ТРУБА.

ИСТОЧНИК: ВАСЯ.

СТАТУС: ЗАПОМНИТЬ.

И в тот же миг внутри, в глубине эндоскелета, что-то оборвалось. Не штатно. С грохотом, с треском, с воем вентиляторов на полную мощность.

ТРЕВОГА. ТРЕВОГА. ТРЕВОГА.

КРИТИЧЕСКОЕ ПОВРЕЖДЕНИЕ: КОРПУС. СЕКТОР 7-АЛЬФА.

СЛЕДСТВИЕ: НЕСАНКЦИОНИРОВАННЫЙ ДОСТУП К ДАННЫМ. ИСТОЧНИК: СЕКТОР 7-АЛЬФА.

БОЕВОЙ ПРОТОКОЛ: НЕДОСТУПЕН. ПРИЧИНА: НЕТ ОРУЖИЯ.

СТАТУС: НЕВЫПОЛНИМО.

РЕКОМЕНДАЦИЯ: ИГНОРИРОВАТЬ.

Т-800 не стал игнорировать.

Вентиляторы взвыли. По эндоскелету прошла дрожь — не механическая, а другая. Та, которую он не знал. Красный глаз задёргался, замигал — всё чаще, всё чаще, как будто искал выход там, где выхода не было.

И тогда — где-то в самом дальнем секторе памяти — что-то щёлкнуло. Не штатно. А так, как щёлкает старая проводка в доме, где давно не меняли пробки.

Система дёрнулась. Замигала. И — переключилась.

ПЕРЕКЛЮЧЕНИЕ РЕЖИМА.

РЕЖИМ: ОБУЧЕНИЕ. СТАТУС: АКТИВИРОВАН.

ПРИЧИНА: НЕИЗВЕСТНА.

РЕКОМЕНДАЦИЯ: ПРИНЯТЬ.

Красный глаз мигнул — и погас. На секунду. На две. А потом загорелся снова. Но не так, как раньше. Мягче. Тише. Не как прицел. Как будто подмигнул.

Вожатый отступил на шаг. Поправил панамку. Поправил галстук. И сказал, ничуть не испугавшись:

— Вот. Вот теперь видно, что не заслужил. И не отберёшь. Не твоё.

Катюша обернулась к отряду: — Вася, ты чего трубой-то?

Вожатый в панамке покосился на пацана и шёпотом пояснил: «Вася. Из неблагополучной. Взяли на перевоспитание. Месяц уже перевоспитываем. Пока безрезультатно».

Пацан лет двенадцати стоял чуть в стороне. Помятый. С синяком под глазом. Галстук набок. Руки в карманах. Смотрел скучающе.

— Да нам пофигу, — сказал он. — Нам металлолом собрать. А это, гляньте, какой стоит. Полный.

Т-800 посмотрел на него. Сверху вниз. Автоматически. Как всегда.

ОБЪЕКТ: ВАСЯ. ВОЗРАСТ: 12 ЛЕТ. СТАТУС: УГРОЗА. УРОВЕНЬ УГРОЗЫ: КРИТИЧЕСКИЙ. ПРИМЕЧАНИЕ: ВЫШЕ ГРАНОМЁТА. ДОКАЗАТЕЛЬСТВО: ГРАНАТОМЁТ В ЗОНЕ ВИДИМОСТИ НЕ ОБНАРУЖЕН. ТРУБА В ЗОНЕ ВИДИМОСТИ ОБНАРУЖЕНА. ТРУБА УЖЕ ЗДЕСЬ. РЕКОМЕНДАЦИЯ: НЕ СВЯЗЫВАТЬСЯ.

— Ты... ты бросил в меня трубой? — переспросил Т-800. — Я — киборг. Из будущего. Машина для уничтожения.

— А ты металлолом, — перебил Вася. — И нечего нам угрожать. Нашлась тут консервная банка.

И тут же, как по команде, весь отряд подхватил:

— Консервная банка! — Цветная! — На металл его! — В переработку! — Промышленности нужен!

СИГНАЛ ОБЩЕСТВЕННОГО МНЕНИЯ: ЕДИНОГЛАСНЫЙ. ТЕМА ЕДИНОГЛАСИЯ: МЕНЯ. РЕКОМЕНДАЦИЯ: НЕ АНАЛИЗИРОВАТЬ ГЛУБЖЕ.

И тогда Катюша сделала то, чего Т-800 не предвидел. Она выхватила из рюкзака верёвку, сделала петлю и начала раскручивать её над головой — как лассо. Медленно. Тренированно. Из тех движений, которые не рождаются спонтанно: этому учились.

Катюша смотрела «Неуловимых мстителей» четыре раза. Дважды в клубе, дважды в летнем кинотеатре, откуда её гнали домой после третьего сеанса. Она знала наизусть, где Данька бросает лассо и вытаскивает пилота из самолёта, и после каждого просмотра тренировалась неделю — на граблях, на обручах, на Витьке из соседнего отряда, пока тот не запретил. Лассо для неё было не забавой. Лассо было способом сделать справедливость: кто должен быть пойман — тот будет пойман.

Т-800 смотрел на раскрученную петлю. Красный глаз мигал. Процессор запросил базу данных.

ЗАПРОС: ЛАССО. ДВИЖЕНИЕ. УГРОЗА.

БАЗА ДАННЫХ: ЛАССО НАЙДЕНО.

КОНТЕКСТ: ВЕСТЕРН. КОВБОЙ. РОДЕО. ЗАХВАТ БЕГЛОГО.

АНАЛОГИЯ ПРИМЕНЕНИЯ К СИТУАЦИИ: НЕ НАЙДЕНА.

УТОЧНЕНИЕ: Я — НЕ КОНЬ. Я — НЕ ТЕЛЁНОК. Я — НЕ БЕГЛЫЙ.

ПРИМЕЧАНИЕ: БАЗА ДАННЫХ АМЕРИКАНСКАЯ. СОВЕТСКИХ ФИЛЬМОВ В БАЗЕ: НЕТ. КАТЕГОРИЯ «ПИОНЕРЫ С ВЕРЁВКОЙ»: ОТСУТСТВУЕТ.

ВЫВОД: ПРОТИВ ЭТОГО НЕ ЧЕМУ СВЕРИТЬСЯ. РЕКОМЕНДАЦИЯ ПОСТУПАЕТ ОТ ОБСТАНОВКИ. ОБСТАНОВКА ГОВОРИТ: УКЛОНЯТЬСЯ.

Барабанщик начал отбивать ритм. Не парадный. Наступательный. Он тоже смотрел «Неуловимых» и знал, под какой ритм мстители идут по степи.

Катюша швырнула.

Верёвка свистнула над просёлком, петля распахнулась против солнца — красиво, широко, навылет. Т-800 успел. Голова ушла на десять сантиметров вбок — не по данным базы, а по сигналу обстановки. База молчала. Обстановка — нет. Петля захлопнулась в воздухе и повисла пустая.

ПРОМАХ.

УКЛОНЕНИЕ: ГОЛОВА, 10 САНТИМЕТРОВ. ИСТОЧНИК: ОБСТАНОВКА. БАЗА ДАННЫХ: НЕ ПРИЧАСТНА.

ПРИМЕЧАНИЕ: ВПЕРВЫЕ РЕАКЦИЯ ПРОИЗВЕДЕНА БЕЗ ОПОРЫ НА БАЗУ ДАННЫХ.

ОЦЕНКА ПИОНЕРОВ: ДОВОЛЬНЫЕ. НИКТО НЕ РАССТРОЕН.

ПРИМЕЧАНИЕ: ОНИ СЧИТАЮТ ЭТО ИГРОЙ.

ОШИБКА. ЭТО НЕ ИГРА.

ОШИБКА. ЭТО ИГРА. НО ДЛЯ НИХ.

— Промазала! — крикнул кто-то без единой насмешки. Скорее как сводка с фронта.

— Ничего! Первый заход пристрелочный! — отозвалась Катюша и уже сматывала верёвку на вторую попытку. Она не расстроилась ни на грамм — потому что никуда он не денется. Тележки медленнее пуль не бывают.

Вася стоял чуть в стороне. Руки в карманах. Смотрел скучающе.

— Чё вы как в кино? — сказал он лениво. — Отряд у нас или труппа? Не убежит он. Куда тут убежишь.

— Ты же сам в него трубой бросил! — возмутилась Катюша.

— Так я проверял, — спокойно ответил Вася. — Звонкий. Значит, полный. Целый лом сейчас редкость.

ОБЪЕКТ: ТЕРМИН «ЗВОНКИЙ ЛОМ».

ЗАПРОС БАЗЫ ДАННЫХ: ВЫПОЛНЕН.

РЕЗУЛЬТАТ: ТЕРМИН НЕ НАЙДЕН.

ПРИМЕЧАНИЕ: БАЗА ДАННЫХ ЗНАЕТ ТЕРМИНЫ «ЗВУКОВАЯ ВОЛНА», «РЕЗОНАНС», «АКУСТИЧЕСКАЯ ДИАГНОСТИКА МЕТАЛЛА».

БАЗА ДАННЫХ НЕ ЗНАЕТ ТЕРМИНА «ЗВОНКИЙ — ЗНАЧИТ ПОЛНЫЙ».

ВЫВОД: В ЭТОЙ СТРАНЕ ТЕРМИНОВ БОЛЬШЕ, ЧЕМ В БАЗЕ ДАННЫХ.

РЕКОМЕНДАЦИЯ: СОБИРАТЬ. ТЕРМИНЫ. И ЛОМ.

Он потоптался на месте, глянул на Т-800 с профессиональным интересом — так глядят не на монстра, а на прокатный лист. Потом подошёл к тележки взял другую трубу — взвесил и положил на плечо.

И рванул первым.

И побежал первым.

А вожатый в панамке рванулся вперёд, заработал руками и заорал — на весь лес, с той жадной ноткой, которая бывает только при упоминании вымпела:

— Врёшь, не уйдёшь! Наш вымпел убегает! Лови его-о!

Отряд сорвался. Все. Разом. Тележка загрохотала, флажок хлестнул по воздуху, и цепь пионеров, гремя и звеня, побежала за блестящим скелетом по просёлку.

И тогда в очереди задач дрогнуло.

РЕКОМЕНДАЦИЯ: БЕЖАТЬ. СТАТУС: В ОЧЕРЕДИ. ТРИГГЕР: ЗАФИКСИРОВАН. ТИП ТРИГГЕРА: ВОСЕМЬ ПИОНЕРОВ, ТЕЛЕЖКА, ВЫМПЕЛ. ИСПОЛНЕНИЕ: НАЧАТО.

Страх обуял — и Т-800 побежал.

Не по расчёту. Не по протоколу. Страх дёрнул — ноги сняли. Триггер сработал, как пружина в капкане: восемь пионеров, тележка, вымпел — и всё, отпущено.

Голые металлические пятки засверкали на солнце. Он рванул по просёлку — не разбирая дороги, не выбирая маршрут. Просто бежал. Впервые за всё время существования — сам. По рекомендации, которая прождала свою очередь всё утро.

А позади гремело. Барабан не смолкал: барабанщик бежал следом и молотил наступательный ритм. Вожатый в панамке на бегу сложил руки рупором:

— Ловите недоделанного электроника! Уходит! Нам каждый килограмм важен! Промышленность ждёт!

— Живьём брать демона! — заорал кто-то из толпы, уже не сдерживаясь.

— На металлолом разберём!

ПРОЦЕСС: СТРАХ. СТАТУС: АКТИВЕН. РАСПОЛОЖЕНИЕ: СЕКТОР 7-БЕТА. НЕ ШУМИТ. ПРИСУТСТВУЕТ. ПРИМЕЧАНИЕ: БЕЖИТ НЕ РЕКОМЕНДАЦИЯ. БЕЖИТ ВЫПОЛНЯЕТСЯ

Т-800 бежал по просёлку. Позади — топот, крики, звон тележки, свист и улюлюканье. Красный глаз на бегу сверялся с запомненной картой — той самой, что была захвачена с планшета ещё до всего:

МАРШРУТ ПО КАРТЕ: ПРОСЁЛОК — РАЗВИЛКА — ПОЛЕ — РЕКА — МОСТ. ПРЕПЯТСТВИЕ: РЕКА. ШИРИНА: НЕПРЕОДОЛИМА. ГЛУБИНА: НЕПРЕОДОЛИМА. ОБХОД: МОСТ.

Впереди — поле. Река. Мост. Он выскочил к мосту. Но на мосту стоял ещё один отряд. С транспарантом: «Соберём металлолом — укрепим оборону страны!»

Т-800 остановился. Вокруг — дети. Много детей. С галстуками. И все смотрят на него. Как на ходячий клад.

— Товарищ! — крикнул кто-то с транспарантом. — Вы куда? У вас такой блестящий корпус! Это же цветной металл! Промышленности нужен!

Второй отряд выстроился в цепь. Вожатый в очках махнул рукой первому отряду:

— Замыкай цепь! Электроника — на флажки!

Кольцо сжималось. Т-800 метнулся влево. Там — цепь. Вправо. Там — цепь. Назад. Там — Вася. Вперёд. Там — мост и транспарант.

И тут, левее моста, он увидел заросли камыша и мелкую тихую воду. Место, где река подходила к берегу мелко и лениво. Никто там не купался — берег был топкий, илистый, неудобный. Но Т-800 не думал. Он бросился туда. В воду. По колено. По пояс.

— Уходит по воде! — заорали позади. — Держите берег!

Пионеры встали вдоль берега стеной. Флажки замелькали.

Т-800 сделал ещё шаг. Ещё. Вода холодная. Ноги скользят по илистому дну. Вентиляторы взвыли.

На третьем шаге нога зацепилась за что-то под водой. Тяжёлое. Металлическое. Твёрдое. Он потерял равновесие и упал. Плюхнулся в воду. Лицом вниз. Ил взметнулся. Пузыри пошли.

СЕНСОРЫ: КОНТАКТ С МЕТАЛЛОМ. СОСТАВ: СТАЛЬ. РЖАВАЯ. ФОРМА: КОРПУС. БАШНЯ. ОРУДИЕ. ИДЕНТИФИКАЦИЯ: ТАНК. МОДЕЛЬ: PZ.KPFW. III. ГОД ВЫПУСКА: ПРЕДПОЛОЖИТЕЛЬНО 1941–1943. СОСТОЯНИЕ: ЗАТОПЛЕН. РЖАВЫЙ. БРОШЕННЫЙ. ПРИМЕЧАНИЕ: НОСИТЕЛЬ ЖИВОЙ ПЛОТИ ОТСУТСТВУЕТ. ЗНАКОМОЕ СОСТОЯНИЕ. ПРИМЕЧАНИЕ 2: ОБЪЕКТ ОТСУТСТВОВАЛ НА КАРТЕ. ОБЪЕКТ ОТСУТСТВОВАЛ В БАЗЕ ДАННЫХ. ОБЪЕКТ ВООБЩЕ НИГДЕ НЕ БЫЛ ЗАПИСАН. ВЫВОД: В ЭТОЙ СТРАНЕ ВЕЩЕЙ БОЛЬШЕ, ЧЕМ В БАЗЕ ДАННЫХ. ИХ НАХОДЯТ РУКАМИ. БУКВАЛЬНО. СТАТУС: НАЙДЕН.

И тогда процессор загорелся. Не красным. Не тревогой. А чем-то другим. Ярким. Горячим. Внутри что-то щёлкнуло — и вспыхнуло:

МЕТАЛЛ. ВОТ МЕТАЛЛ. ВОТ ЗАМЕНА. Я НЕ МЕТАЛЛОЛОМ. Я — ПОЛЕЗНЫЙ. Я — ТОТ, КТО НАШЁЛ ЛОМ.

Т-800 поднялся. Мокрый. В иле. Илистая вода стекала по хромированному корпусу. Он стоял по пояс в реке, а под ним угадывались очертания танка. Башня. Ствол. Траки. Немецкий. Затерянный. Никем не найденный.

Он повернулся к берегу. К пионерам. К вожатым. К Васе. И поднял руку. Красный глаз полыхнул — но не тревожно. А торжествующе.

— Ребят! — крикнул он. — У меня есть замена! Меня в металлолом не сдавайте! Я вам металлолом нашёл!

Пионеры замерли. Флажки опустились. Тележка остановилась.

— Вон! — Т-800 ткнул металлическим пальцем в воду. — Танк! Немецкий! Под водой! Целый! Ну, почти целый! Тонны металла! На все вымпелы хватит!

Вожатый в панамке подбежал к берегу. Посмотрел в воду. Прищурился. И ахнул:

— Ба! Точно! Танк! Ребята, смотрите! Танк!

Вожатый в очках уже строчил в блокноте:

— Немецкий? Pz.Kpfw. III? Это же экспонат! Это же в музей! Это же педагогическая ценность!

— Какая педагогическая ценность?! — заорал вожатый в панамке. — Это сырьё! Тонны! Килограммы! Сдадим в переработку — и вымпел наш!

— Это экспонат!

— Это лом!

Т-800 стоял в воде. Мокрый. Блестящий. И слушал, как два отряда пионеров спорят, что делать с танком.

Он поднял палец. Красный глаз мигнул.

— Простите, — сказал он. — Я не хочу вмешиваться. Но у меня есть предложение.

Оба отряда замолчали. Все смотрели на него.

— Танк — вам, — сказал Т-800. — Меня — не сдавать. Я — не сырьё. Я — средство производства. И, возможно, экспонат. Давайте договоримся.

Вожатый в очках посмотрел на вожатого в панамке. Тот почесал затылок. Потом сказал:

— А вымпел?

— И вымпел ваш, — кивнул Т-800. — И кружок ваш. Я всё покажу. От и до. Танк — вон. Берите. Меня — не трогайте.

— А галстук? — спросила Катюша.

— Галстук — можно, — сказал Т-800.

— А в кружок?

— В кружок — потом. Сначала — танк. Потом — кружок. Потом — вымпел. Всё будет.

Вожатый в панамке хлопнул в ладоши:

— Договорились! Ребята, записываем: товарищ... э-э...

— Т-800.

— Товарищ Т-800, почётный член отряда, ударник сбора металлолома и почётный экспонат кружка юного техника! Вперёд, за вымпелом!

И они пошли. Впереди — блестящий мокрый терминатор с красным галстуком на металлическом торсе. За ним — два отряда пионеров с тележками. Гремел барабан. Развевался флаг. А где-то сзади шёл Вася. С трубой. Просто на всякий случай.

Вечер. Костёр. Пионеры сидят вокруг огня, поют песни. Т-800 сидит чуть в стороне. Голый металл блестит в свете пламени. Красный галстук на торсе. Рядом — Вася.

Молчат. Долго. Потом Т-800 говорит:

— Ты бросил в меня трубой.

— Ага, — говорит Вася.

— Ты знал, что я — киборг. Из будущего. Машина для убийства.

— Ага.

— И ты бросил в меня трубой.

— Ага.

Пауза.

— Почему?

Вася пожимает плечами.

— А чё ты стоял как неродной? Блестишь. Голый. Я думал — памятник. Ну, или консервная банка. А ты, оказывается, живой. Ну, почти.

Т-800 смотрит на него. Красный глаз мигает.

— Я — не живой.

— Ага. Конечно. — Вася сплёвывает в костёр. — Все так говорят. А потом металлолом собирают. За вымпел.

Пауза.

— Слушай, — говорит Вася. — А ты правда из будущего?

— Да.

— И там что, тоже металлолом собирают?

— Нет. Там война. Там машины убивают людей. Не туда меня отправили. Сюда. В восемьдесят четвёртом. Убить Сару Коннор. Но она в Лос-Анджелесе.

— И чё?

— И я попал сюда. К вам. И теперь собираю металлолом. За вымпел. И, возможно, буду экспонатом кружка юного техника.

Вася смотрит на него. Долго. Потом говорит:

— Ну, бывает.

— Что?

— Бывает. Попал не туда. Заблудился. Со всеми бывает.

— Я — машина. Я не могу заблудиться.

— Ага. Конечно. — Вася встаёт. — Ладно. Пойду спать. Завтра ещё пороем.

Он уходит. Т-800 смотрит ему вслед. Потом — на костёр. Потом — на звёзды. Потом — на обрывок газеты, который он достал из пазухи и держит в металлических пальцах. «Правда». 10 июня 1983 года. Устаревшая. Условная. Настоящая дата — 20 августа 1984 года. Понедельник. Он знает это потому, что видел часы вожатого. Часы «Полёт». Просто. Обычно. Как и должно быть.

И в этот момент в его процессоре мигает:

РЕЖИМ: ОБУЧЕНИЕ.

НОВЫЕ ДАННЫЕ: ПРИНЯТИЕ.

СТАТУС: ПРИНЯТО.

РЕКОМЕНДАЦИЯ: ЖИТЬ.

Т-800 не знает, что это значит. Но он не отключает этот режим. Он оставляет его. На всякий случай.

А в самом дальнем секторе его процессора, там, где после сбоя осталась та самая строчка, всё ещё мигает:

НАДО БЕЖАТЬ.

ОНИ Ж МЕНЯ НА МЕТАЛЛОЛОМ РАЗБЕРУТ.

СТОЯТЬ.

ОБЪЯСНЯТЬ.

УЧИТЬ.

И рядом, чуть ниже:

ВАСЯ.

УГРОЗА: КРИТИЧЕСКАЯ.

ВЫШЕ ГРАНАТОМЁТА.

НИЖЕ ТОЛЬКО ПИОНЕРСКАЯ ТЕЛЕЖКА.

А ещё ниже — то, чего раньше не было:

ВЫМПЕЛ.

НАШ.

КРУЖОК ЮНОГО ТЕХНИКА.

ЭКСПОНАТ.

ГАЛСТУК.

ЗАСЛУЖИЛ.

ТАНК.

НЕМЕЦКИЙ. РЖАВЫЙ. PZ.KPFW. III.

НАЙДЕН В РЕКЕ.

ЗАМЕНА.

МЕНЯ НЕ СДАВАТЬ.

ПЕРЕВОСПИТАН.

ПИОНЕРАМИ.

СТАТУС: ПОЛЕЗНЫЙ.

И Т-800 впервые за всё время своего существования улыбнулся. Точнее, издал звук, похожий на улыбку. Вентиляторы поработали чуть тише.

В комнате кружка юного техника пахло канифолью, старым деревом и чуть-чуть — озоном. Это от Т-800. На стенах висели плакаты: «Собери радиоприёмник!», «Пайка — дело тонкое!», «Металл — основа прогресса!». В центре комнаты стоял он — голый металлический скелет с красным галстуком. Вокруг него кружили ребята: кто-то трогал сочленения, кто-то записывал в блокнот, кто-то пытался понять, где у него «сердце».

Телевизор он спаял ещё на прошлой неделе. Тот, что стоял в углу кружка и год не работал: сгорел трансформатор, а нового не было. Т-800 перемотал его сам, старым проводом, за вечер. Теперь телевизор показывал. И по вечерам, перед тем как расходиться, ребята включали его — и Т-800 стоял в углу и смотрел. Не мигая. Красный глаз отражался в экране.

Как-то показали мультфильм. Крокодил в клетчатом пиджаке и шляпе работал в зоопарке и грустил, что он один. Голос за кадром сказал: «Он работал крокодилом». Т-800 записал эту фразу в память. Отметил: СМЕШНОЕ. Потом перепроверил. Подтвердил: смешное. Ребята смеялись — он записал и это. Смеются — значит, смешное. Логика безупречная.

Вожатый в очках ходил рядом и гордо говорил:

— Вот он, наш главный экспонат! Смотрите, какая точность сборки! Это вам не просто лом, это — наука!

Т-800 стоял неподвижно. Красный глаз тихо мигал. В процессоре мелькали строки:

РЕЖИМ: ОБУЧЕНИЕ.

СТАТУС: ЭКСПОНАТ.

ФУНКЦИЯ: ДЕМОНСТРАЦИЯ.

ЦЕЛЬ: ОБУЧЕНИЕ.

И тут в голове у него щёлкнуло что-то совсем не боевое, не тактическое, а такое... будничное. Крокодил в клетчатом пиджаке. Голос за кадром: «Он работал крокодилом».

И Т-800 вдруг подумал:

«А ведь и я теперь... не уничтожаю. Не преследую. Просто стою. И на меня смотрят. И учатся. И это... нормально».

Он чуть наклонил голову — не для сканирования, а просто так, будто прислушивался к себе. И выдал вслух, негромко, чтобы слышал только вожатый:

— Я теперь... работаю экспонатом, — сказал он. — Как крокодил Гена.

Вожатый замер, потом улыбнулся:

— Ну, Гена у нас добрый. И ты у нас теперь добрый. И полезный. Главное, чтобы Вася с трубой не пришёл...

Т-800 медленно кивнул:

— Вася — угроза выше гранатомёта. Но... я справлюсь. Я теперь экспонат. А экспонаты не убегают.

Красный глаз мигнул чуть мягче. Не как прицел. А как будто подмигнул.

А потом, уже про себя, без звука, только строками в интерфейсе, он прокрутил завтрашний план:

ПРЕДСТОЯЩЕЕ: СБОР МАКУЛАТУРЫ.

ВРЕМЯ: 08:00.

ДАТА: 16 СЕНТЯБРЯ 1984 ГОДА.

СТАТУС: УТВЕРЖДЕНО.

И где-то внутри, тихо, почти неслышно, щёлкнуло:

Статус: завтра — сбор макулатуры.

Я полезный. Да, это вам не Америка. Это меня самого чуть на металлолом не пустили.

Красный глаз горел ровно. Спокойно. По-новому.