Вместе

Глава 1

Азалия Азарова

Первый день каникул прошёл в хлопотах. Я готовилась к свиданию с лучшим парнем на Земле и предвкушала волшебный вечер. Пусть это не крутой ресторан, а всего лишь «наша» кофейня, значение имеет не место, а повод. Елисей намекнул, что сообщит мне что-то важное, и я размечталась о помолвочном колечке и поцелуях. Потом, конечно, последуют обсуждения и споры: какую выбрать дату, в какой загс подавать документы, где праздновать свадьбу и как много приглашать гостей…

Мне очень хотелось чего-то грандиозного и уникального, но я готова была умерить аппетиты, понимая, что аспирант и студентка колледжа вряд ли потянут пышное торжество. Родители у нас — люди скромные, они разве что с костюмом и свадебным платьем помогут, потом скинутся на подарки да порадуются за любимых чад, сердечно желая: «Совет да любовь!»

Роза — моя соседка по комнате в общежитии — бросала завистливые взгляды, пока я крутилась перед зеркалом, и уже в пятый раз шипела:

— Хороша-то хороша, да плохо одета, никто замуж не берёт…

Я снова засмеялась и подмигнула, выбегая:

— А вот и берёт!

Нормально я одета! Миленькое платьишко. Понятно, что я купила его на распродаже, зато сидит идеально, я выгляжу в нём куколкой, а что ещё нужно?

Елисей тоже не икона стиля, он предпочитает удобную, неброскую одежду, не стремится выделиться из толпы чем-то вычурным и оригинальным. В этом мы похожи. Вообще во многом похожи — оба светлые, стройные. Правда, Лис мужественный и мускулистый, а я воздушная и гибкая — это по его словам, не то чтобы я хвасталась.

Кофейня, где назначено свидание, располагалась в соседнем с моим общежитием доме — в скромной пристройке с уютной верандой. Хотелось бежать, я с большим трудом сохраняла степенную походку. Как-никак скоро стану невестой, не к лицу мне носиться по улицам как девчонке, только что выпорхнувшей из-под родительской опеки. Через год окончу колледж и стану дипломированным медработником — с опытом, между прочим! Чтобы не слишком напрягать родню, я устроилась работать в хоспис, а ещё посещала на дому стариков, нуждавшихся в уходе. Деньги не астрономические, но на жизнь хватало, даже получалось откладывать. Знала ведь, что Елисей вот-вот сделает предложение, и у нас появятся приятные траты.

Едва переступив порог и вдохнув приятный аромат корицы и ванили, я сразу заметила своего парня — его просто невозможно не заметить: моментально бросаются в глаза широкие плечи, сильная шея, красивое, всегда спокойное лицо, густые светло-русые волосы. Он занял столик около занавешенного тюлем окна и что-то набирал в телефоне. Я пробежала по неширокому проходу и наклонилась к Елисею, собираясь поцеловать. Случайно посмотрела на экран гаджета, где велась активная переписка. Разумеется, ничего не успела прочитать, Елисей быстро отложил смартфон, повернув его экраном вниз, и указал мне на диванчик, предлагая расположиться по другую сторону стола. Удивился:

— Ты уже здесь! Надо же.

Как будто я вечно опаздываю, и меня приходится ждать по часу или даже больше. Обидно такое слышать, если честно.

— Давно сидишь? — зачем-то поинтересовалась я, хотя до назначенного времени оставалось ещё пять минут.

Елисей не ответил, печально вздохнул и сказал:

— Я сделал заказ. Вон, уже несут.

Действительно, юноша-официант с маленькими чёрными усиками составил с подноса прозрачный чайник с фирменным напитком, где плавали дольки апельсина и лимона, ягоды облепихи, листочки мяты и ещё что-то, чего я до сих пор так и не определила, хотя мы каждый раз брали этот чай. Елисей сразу начал разливать напиток по чашкам, а официант поставил передо мной тарелку с моим обожаемым медовиком и положил приборы, упакованные в салфетку.

— А себе ты почему ничего не взял? — удивилась я.

— Не хочу.

— Давай пополам!

Я подвинула тарелочку с тортом на середину стола, но Елисей отрицательно покачал головой:

— Ешь. Я сыт.

Мне захотелось пошутить:

— Есть причина экономить?

Он даже не посмотрел на меня, сосредоточенно пил чай и постукивал пальцами свободной руки по столешнице. Я предположила, что мой парень набирается смелости, чтобы заговорить о нашем будущем, и набросилась на торт. Не зря же Елисей подлизывается ко мне. Неужели боится отказа? Вот чудо! Я даже из кокетства не собираюсь делать вид, что размышляю над предложением, сразу отвечу: «Да! Да-да-да, я согласна быть твоей женой!»

Пока я наслаждалась десертом, Елисей подливал чай то себе, то мне и молчал. Юноша с усиками принёс чек и валидатор, мой кавалер расплатился карточкой, и я уже испугалась, что мы так и уйдём без обещанного объяснения.

— Ты хотел сказать мне что-то важное, Лис, — напомнила я, когда официант удалился.

— Да, — голос моего парня дрогнул, прочистив горло, он посмотрел мне в глаза и объявил: — Прости, Аза, я не смогу поехать с тобой, как обещал. Подвернулась возможность отправиться в экспедицию, я не могу её упустить.

У меня из головы мгновенно улетучились все слова. Я ошарашенно смотрела на Елисея и молчала. Ещё за месяц до сессии мы договорились, что на каникулах отправимся ко мне на родину, я познакомлю его со своими родителями. Места у нас очень красивые, экология — не то что в мегаполисе. Рыбалка отличная, лес, поле, тишина…

Не хотелось верить, что Елисей может так со мной поступить. Он прикалывается? Какая-то глупая шутка, если честно.

***

В комнате никого не оказалось. Роза ушла. Кажется, у неё консультация — их группа сдаёт последний экзамен позже нашей. Хоть в этом повезло, не представляю, как бы я выдержала расспросы и сарказм любопытной соседки. Теперь же можно было от души прореветься. Чем я и занялась, упав на кровать и зарывшись лицом в подушку.

Вспоминала, как запретила Елисею провожать меня и не позволила поцеловать на прощание — хвалила себя за это и ругала. Вдруг бы он передумал улетать в далёкие края?

Нет, не передумал бы. Я видела, какое злое у него было лицо, когда я убежала. Оглянулась и увидела! Злое! Никто мне не докажет обратного. Он, видите ли, был уверен, что девушка порадуется за него, а она вздумала дуться! А как я должна была воспринять его выходку? Планы на счастье полетели в тартарары! Я теперь вообще не представляю, что делать. Ехать домой нельзя, я обещала родителям показать им жениха, познакомить… Как же теперь одна явлюсь? В общаге всё лето торчать? Устроиться санитаркой, а родакам сказать, что на свадьбу зарабатываю?

Да какая свадьба! Если парень не особенно церемонится со своей девушкой во время ухаживаний, чего ждать от него в дальнейшем?

Я перевернулась на спину и уставилась в потолок. Что, если дело не в любви к путешествиям? А к путешественницам! Эта догадка подбросила меня. Я соскочила с кровати, уселась за стол и раскрыла свой ноут.

Сайт универа, который организовал экспедицию, нашла быстро. Они собирались изучать флору и фауну тропиков. Упс! Где программист Елисей Элиш, и где флора и фауна?

Кликнула на вкладку «Участники». На экране возник длинный список с именами-фамилиями. Около каждого человека стояла аватарка. Сногсшибательных красоток я не заметила — сплошь ботанички. Пара ботаников с унылыми лицами, а во главе седовласый профессор с довольно свежим лицом. Чуть ниже молодых учёных располагались их помощники. Тут и нашёлся мой Елисей — обладатель почётного звания: ответственный за груз. Носильщик, одним словом. Я усмехнулась: ну конечно, хрупкие ботанички вряд ли смогут таскать объёмные рюкзаки с оборудованием, палатками, продуктами в дорогу.

Пролистав ещё немного, я наткнулась на врача экспедиции — Юлию Геннадьевну Соболеву.

Так я же с ней знакома! Она у нас в колледже читала курс по выживанию и первой помощи вдали от цивилизации. Я, между прочим, зачёт сдала на отлично!

Здесь же обнаружилась вакансия. Экспедиции требовался медработник среднего звена. Вообще-то диплома у меня ещё не было, но я решила рискнуть. Скачала форму, заполнила и отправила на почту универа, указав тему: «Экспедиция в Тропики. Для Ю.Г. Соболевой».

Вот будет сюрприз для Елисея, если меня возьмут!

Впрочем, и для меня ответ оказался удивительно быстрым. Меня приглашали на собеседование. Ух ты! Ещё не до конца осознавая, во что ввязываюсь, я схватила рюкзачок, сунула в него документы и помчалась в университет.

Нужная комната тоже нашлась быстро. Первый этаж, в дальнем конце коридора дверь с облупившейся краской. Какая-то кладовка. Я постучала и услышала знакомый голос:

— Войдите!

— Здравствуйте, — не очень уверенно пролепетала я, заглядывая в заставленное тюками и коробками помещение.

— Азалия! Какая удача, — воскликнула Юлия Геннадьевна, пробираясь по лабиринту из вещей мне навстречу. — А я думаю: ты или не ты. Имячко у тебя редкое, вот и решила, что моя любимица почтила вниманием нашу экспедицию.

— Да вот... — ответила я, не зная, чем оправдать своё внезапное решение.

— Идём в буфет, там и поговорим.

Я почти всё время молчала. Слушала вдохновенный рассказ о том, какая это удача в самом начале карьеры приобрести такой грандиозный опыт. Юлия Геннадьевна убеждала меня, что бояться нечего, всё продумано, проделана большая подготовительная работа. Всё, что от меня требовалось на данном этапе: пройти вакцинацию и собраться с духом.

В общагу я возвращалась на позитиве и со списком необходимых личных вещей в рюкзачке. Боролась с соблазном позвонить Елисею и сообщить сногсшибательную новость о том, что ему не удалось от меня избавиться. Выбрала другой путь. Очень хотелось увидеть, как вытянется у него лицо, когда я пройду на посадку в тот же самый самолёт. Вот бы наши места оказались рядом!

Глава 2

Азалия Азарова

Две недели промчались, как скоростная электричка мимо захудалой станции. Меня почти каждый день — за исключением тех, что я отходила после прививок — ждала у себя Юлия Геннадьевна. Она хотела как можно лучше познакомить помощницу с предстоящими трудностями. Мне начало казаться, что о тропиках я знаю даже больше, чем о природе родного посёлка. В колледже мы, разумеется, изучали и лекарственные, и ядовитые растения, но кто же предполагал, что я когда-нибудь столкнусь с экзотикой? А опасные животные! Вот уж с кем встречаться не хотелось. Доктор успокаивала меня, уверяя, что мы будем находиться в проверенных местах, где встреча с крокодилом или коброй маловероятна. Всё же... Радовало только то, что мне вряд ли придётся покидать хорошо охраняемый лагерь.

С Елисеем мы не виделись. Он, как и другие парни экспедиции, проходил подготовку в спортивном лагере неподалёку от города. Связь там была плохая, так что за эти две недели я получила одну-единственную эсэмэску, на которую даже отвечать не хотела, но после некоторых сомнений всё-таки написала: «У меня всё норм». Скорее всего, Лис решил, что я обиделась. Если так, он прав. Я и правда обиделась и каждый раз, засыпая, воображала, как вытянется лицо моего парня при встрече в аэропорту.

Не вытянулось. Елисей меня просто-напросто не заметил. Или не узнал!

Как, скажите, можно не узнать девушку, с которой находишься в отношениях почти полтора года? Понятно, что выглядела я непривычно: никогда раньше не носила одежду унисекс. Даже джинсы и спортивные костюмы у меня были девичьи. Выданные как униформа комбез, футболка оверсайз, курточка и широкополая шляпа, под которую я спрятала волосы, превратили меня в такое же бесформенное существо, как и ботаничек, но лицо-то осталось моим! Я, конечно, не лезла Елисею на глаза, но и не пряталась. Мог бы взглянуть и хотя бы удивиться, что в составе экспедиции есть кто-то похожий на его невесту. Вместо этого Лис трепался с конопатой тощей девицей, выпустившей из-под шляпы тонкую косу цвета жёлтой морковки.

Особого интереса к этой ботаничке мой парень не проявлял, но и не сторонился, спокойно отвечая на её многочисленные вопросы. Она откровенно клеилась! А! Поняла, на что она похожа. На гриб лисичку. Хм... Вот такая наметилась пара: Лис и Лисичка. А меня, значит, по боку?

Захотелось развернуться и дать дёру. Я, понимаешь ли, из-за этого чела ввязалась в экстрим, а он с другими мутит?

— Аза! Азалия! — уже не в первый раз обратилась ко мне шефиня. — Ты где витаешь?

— А? Простите, Юлия Геннадьевна. Задумалась.

— Боишься летать?

— Наверное... Не знаю.

— Первый раз что ли? — раздался над ухом приятный басок.

Я оглянулась и увидела крепкого, даже мощного парня с улыбающимся загорелым лицом и лукавыми карими глазами.

— Да, — подтвердила я его догадку. — Не доводилось.

Только теперь я вспомнила о предстоящем полёте, слишком увлеклась мыслями о Елисее и выпустила из виду, что совсем скоро поднимусь в воздух.

— Я сто раз летал, это даже безопаснее, чем на машине. — Богатырь протянул мне ладонь: — Зина.

— Как? — испугалась я.

Парень засмеялся:

— Зиновий. Сокращённо Зина. Меня прикрепили к медицине, так что...

Я пожала его руку, назвав своё имя и добавив положенное:

— Очень приятно.

Сразу же покосилась в ту сторону, где стояли Лис и Лисичка. Они уже взялись за багаж и стали удаляться по широкому коридору. Меня так и подмывало догнать своего парня и как следует садануть по его широкой спине. Еле сдержала этот порыв.

Тем временем Юлия Геннадьевна начала командовать. Мне досталось нести собственный рюкзак, чтобы сдать в багаж, и сумку, которую можно будет взять с собой в салон. Зиновий переставил на тележку коробки с оборудованием и медикаментами, подмигнул мне, сказав что-то ободряющее, и покатил к дальней стойке. В создавшейся суете я отвлеклась от личных проблем и вспомнила о них, уже поднявшись на борт. Сразу заметила широкие плечи, светлую взлохмаченную голову и знакомую улыбку. Елисей занял кресло в хвосте самолёта, ботаничка с тощей рыжеватой косой расположилась рядом с ним. Нам с Юлией Геннадьевной достались кресла перед проходом к запасному выходу, чему докторша очень обрадовалась:

— Хоть ноги можно вытянуть нормально!

Я села, взглянула в иллюминатор и почувствовала, что кресло подо мной прямо греется! Не буквально, а оттого, что мне нестерпимо хотелось посмотреть, чем занимается Елисей. Пока лайнер выруливал на взлётную полосу, я ещё крепилась. Выслушала инструкции стюардессы, поёрзала, но не выдержала и оглянулась, хоть пристёгнутые ремни здорово мешали. Бинго! Лис пялился в окно, отвернувшись от соседки, а та беседовала через проход с другой невзрачной ботаничкой.

Может, всё не так плохо?

***

Пока мы набирали высоту, я нервничала. Косилась то на листавшую рекламный журнал Юлию Геннадьевну, то на сидевшего неподалёку от нас Зиновия — парень задумчиво просматривал галерею в своём телефоне. Ещё моё внимание привлёк тучный пассажир, непрерывно вытиравший одноразовыми салфетками потный лоб. Дядька жутко нервничал, наверное, боялся летать. Вскоре мне всё это наскучило, и я задремала. Немудрено, ведь предыдущая ночь выдалась бессонной.

— Ну, у тебя и нервы! — с трудом растолкав меня, восхитилась Юлия Геннадьевна.

— А? Что? — растирая лицо, спросила я. — Прилетели?

— Кормят, — соседка указала на стюардессу, катившую по проходу тележку.

Мне выдали пластиковый судочек с пюрешкой и куриной котлетой, отдельно зелёный салат, а ещё баночку йогурта — всё вкусное, хотя и диетическое. По совету Юлии Геннадьевны я взяла два напитка: чай с лимоном и ананасовый сок. Как раз этим соком я и облилась. Ну, как облилась? Вполне аккуратно пила через трубочку, но меня толкнула под локоть пробиравшаяся мимо девица. Я рефлекторно сжала пакет, сок выплеснулся мне на подбородок, потёк по шее, неприятно смочив её и сделав липкой.

— Нельзя поосторожнее? — возмущённо сказала я удалявшейся спине.

Пассажирка в форме нашей экспедиции обернулась и с кривой улыбкой просипела:

— Из-з-вините-с-с…

Я с удивлением узнала ту самую конопатую Лисичку, что любезничала с моим парнем! Она потопала дальше, а я так и сидела с возмущённо открытым ртом. Кто-нибудь мне объяснит — она попросила прощения, или намекнула, что это я должна извиняться за выставленные в проход локти?

В ту секунду в мою голову закрались подозрения, что Елисей только делал вид, что не узнал меня, а на самом деле рассказал этой швабре, что отвергнутая невеста попёрлась за ним через полмира. Мол, что взять с влюблённой дуры?

В ту минуту я реально готова была прихлопнуть обоих, как злобных комаров. Распсиховалась и не сразу поняла Юлию Геннадьевну, настойчиво предлагавшую мне влажную салфетку. Борьба с последствиями пролитого сока немного меня успокоила, я даже не заметила, как Лисичка продефилировала обратно. Но, как говорится, осадочек остался. Поэтому, когда мы прилетели, покинули самолёт и прошли в зал аэропорта, где пришлось дожидаться багажа, я отвернулась от Елисея, когда он подошёл, изображая вселенское удивление:

— Аза? Ты здесь каким образом?

— Типа только что увидел меня? — с усмешкой спросила я, не поворачивая головы.

— Нет, ну я так-то видел… Глазам не поверил.

— Вот и продолжай в том же духе, — фыркнула и помахала рукой стоящему неподалёку Зиновию: — Зина! Я нам очередь заняла.

Парень подошёл ближе и окинул взглядом фигуру Елисея, немного уступающего ему в росте.

— Какие-то проблемы?

— Абсолютно, — усмехнулся Лис, развернулся на пятках и пошагал в хвост вереницы пассажиров.

Это как понимать? То есть он вот так просто взял и уступил свою девушку малознакомому парню?

Всё пошло не так! Я иначе представляла совместное путешествие со своим парнем. Наивно полагала, что трудности сплотят нас, помогут лучше узнать друг друга, понять, что мы — команда. Ага! Проснись, красавица! Реальность далека от сказок и романтических историй. Мы с Елисеем, не сговариваясь, из кожи вон лезли, чтобы досадить друг другу. Он постоянно любезничал с Лисичкой, которая цвела словно майская роза в лучах ласкового солнца. Я не гнала Зиновия, который с завидным усердием помогал мне и доктору, благо в круг его обязанностей входила забота о медиках. Первые дни промелькнули в заботах по обустройству стоянки, переживать и печалиться было некогда, а потом...

Потом начались вылазки. Ботаники уходили в джунгли — охотились за цветами, растениями, насекомыми, приносили добычу в лагерь и подолгу болтали у вечернего костра, хвастая своими успехами. Мне покидать стоянку запрещалось. Не то чтобы я сильно хотела, но Лис уходил! Он помогал таскать тяжести хрупким девицам. Я же сидела и ждала его возвращения, как та Пенелопа. При том, что мы продолжали злиться и не подходили друг к другу.

Казалось бы, необычная природа, красота, благоухание — отдыхай и радуйся. Работа опять же непыльная, мы с доктором следили за санитарной обстановкой, иногда Юлия Геннадьевна поручала мне обработать ранку на руке или ноге неосторожного ботаника, или укус насекомого. Чем посерьёзнее — вывихами, растяжениями, аллергическими реакциями — она занималась сама. Опять же зарплату мне обещали очень даже немаленькую.

Увы, радости не было и в помине, я грустила, раздражалась, страдала.

Всё переменилось в один день. Ночью прошёл сильнейший ливень. Выбираться из палатки в душную, наполненную испарениями атмосферу совершенно не хотелось. Мы с Юлией Геннадиевной сидели каждая на своей кровати, работая с бумагами. Нужно было сверить перечень лекарств и медикаментов, которые уже использованы, и оценить то, что есть в наличии.

— Азарова! Где Азарова? — раздался снаружи визгливый девичий голос.

— Тебя, вроде, ищут... — оторвала свой взгляд от бумаг Юлия Геннадьевна.

Я быстренько обулась и выскочила наружу. Ко мне, бешено вращая глазами и тыча в сторону леса, подбежала Лисичка:

— Они дерутся там! Беги скорее, останови!

— Кто? — удивилась я. — Почему?

— Элиш и Пронин! Из-за тебя сцепились.

Я даже не поинтересовалась, кто такой Пронин, и почему он решил навалять Елисею. Вообще ничего не соображая, помчалась в заросли, то и дело поскальзывалась на мокрой траве и взмахивала руками, чтобы не потерять равновесие. Лис дерётся из-за меня, надо же!

Глава 3

Довольно скоро я услышала звуки возни, а промчавшись по утоптанной траве через просвет в зарослях, увидела сражавшихся богатырей. Сначала широченная спина Зины загораживала от меня Елисея, я заметила только мелькавшую над плечом противника светлую макушку. Успела испугаться за своего парня, к счастью, Лис провёл хитрый манёвр, поднырнув под свистящий мимо его уха кулак, и нанёс удар в торс Зиновия. Тот охнул, но не отступил, снова бросившись в атаку.

— Прекратите! — не своим, каким-то визгливым голосом заорала я. — Немедленно прекратите!

Парни отвлеклись друг от друга, а я подбежала и, встряв между ними, толкнула обоих. Понятно, что мои силёнки против их кряжистых тел — всё равно что швейная игла против молота, но разгорячённые бойцы отступили, таращась на меня, как на ёлочную игрушку среди лета.

— Азалия? — выдохнул Зина. — Ты как здесь оказалась?

— А вы? — пыхтя от злости, крутила я головой, глядя то на одного, то на другого раскрасневшегося от борьбы и непривычно высокой влажности парня. — Чего это вы тут устроили драку?

— Это не драка, — заспорил Елисей.

— А что? — усмехнулась я. — Как это, по-вашему, называется?

— Мы поспорили, — уже полностью восстановив дыхание, ответил Зиновий. — Кто победит, тому девушка и достанется.

— Кто достанется? — я попятилась. — А девушку никто не спрашивает? — Я посмотрела на Елисея: — Ты ему не сказал, что мы — пара?

— Сказал, — процедил сквозь зубы Лис, — не верит.

— А кто поверит, если вы только и делаете, что цапаетесь, — Зина посмотрел свысока на нас обоих и спросил у меня: — Так это правда?

Я кивнула.

— Милые бранятся — только тешатся. Не слыхал такую присказку?

— Ну, тешьтесь дальше, — усмехнулся Зиновий. — Я думал, ты... эх!

Он махнул рукой и неторопливо пошагал к лагерю. Я смотрела ему вслед, всё ещё пыхтя. Реально перетрусила, что дуэль окончится чьим-то увечьем.

— Аза... — окликнул меня Елисей.

Я сердито посмотрела на него:

— Получается, если бы он тебя побил, ты бы что? Отказался бы от меня?

— А зачем ты с ним кокетничала? — передёрнул плечами Лис. — Откуда я знаю, может ты меня разлюбила.

Я правда это слышу? Разлюбила! Именно поэтому помчалась за ним в эту дурацкую экспедицию? Вместо того чтобы спокойно отдыхать в родных местах, жарюсь и умираю от духоты в тропиках.

— Да пошли вы оба! — крикнула я и побежала.

Я догадывалась, что лагерь находится там, куда ушёл Зина, но мне не хотелось его догонять, вот и устремилась в другую сторону. Мчалась как на стометровке с барьерами. Перепрыгивала через полусгнившие стволы упавших деревьев, опутанных зелёным ковром мелких стеблей и листочков, подныривала под свисающие лианы, едва успевая отмахиваться от крупных бабочек, норовивших задеть моё лицо.

Позади слышались быстрые шаги. Елисей гнался за мной, крича моё имя и умоляя остановиться.

Нужно было его послушать! Я вертела головой, бросаясь то в одну, то в другую сторону. До сих пор я не покидала стоянку и не ориентировалась в лесу, с каждым шагом бежать становилось всё труднее, заросли сгущались, солнечные лучи с большим трудом пробивались сквозь густые кроны пальм и переплетение лиан. Я уже готова была вернуться, когда мои пятки выскользнули вперёд. Потеряв равновесие, я упала на спину и провалилась в яму. Сначала туда ухнули ноги, а я ударилась мягким местом о рыхлый край, потом проехалась по нему спиной и полетела вниз. Пыталась зацепиться за растения, потом за торчавшие корни, но только поранила руки.

Тоннель казался бесконечным. Я даже приблизительно не представляю, сколько времени летела вниз. Пыталась остановить падение, расставляя руки, чтобы упереться в стенки, визжала как полоумная... Ничего не помогало. Падение продолжалось, продолжалось, продолжалось. Дна у ямы не было.

Я уже представила, как нырну в расплавленную магму, а потом упрусь ногами в ядро планеты. Судьба подкинула мне другой сюрприз: внезапно чёрная темнота исчезла, меня ослепил ярчайший нестерпимый свет. В ту же секунду я почувствовала падение на сковородку, довольно мягкую. Это был раскалённый, абсолютно белый с золотыми искрами песок. Пришлось перекатиться на живот — ушибленной спине и без того досталось — и, быстро перебирая конечностями, прямо на карачках отползти в ближайшую тень, которую щедро отбрасывала невысокая пальма. Была бы я ботаником, смогла бы определить её вид, но сейчас меня интересовало другое. Возможна ли в принципе такая вот нуль-транспортировка из центра континента прямо на берег океана?

Лёгкий, пахнущий водорослями ветерок обдувал моё лицо. Осторожные волны накатывали на пляж и отступали, оставляя на нём пенный след, в небе парили альбатросы...

— Ничего не понимаю, — прошептала я и потрогала запекшуюся губу, когда-то успела её покусать.

Первой разумной мыслью было попытаться найти дыру, из которой я вывалилась, и прыгнуть обратно. Увы, перейти к осуществлению этого плана мне не позволили. Пышная растительность вокруг меня в одно мгновение исчезла в плотном, почти чёрном тумане, который двигался, окружая мою пальму и заслоняя собой и море, и небо, и пляж.

***

Вот когда мысль «Почему люди не летают, как птицы?» стала для меня злободневной. Я вжалась спиной в пальму, подтянула к себе ноги, стараясь стать маленькой и незаметной, и с ужасом вглядывалась в ползущую на меня тьму. Бежать было некуда, переливающаяся и бурлящая субстанция надвигалась со всех сторон, у меня оставался только один путь для отступления — небо, но как бы сильно я ни махала руками, взлететь всё равно не смогла бы.

Ужас не ограничивался визуальным впечатлением, кроме этого из тумана слышались голоса — низкие, рокочущие, пугающие. Это определённо была речь, но я не могла разобрать слов. И самое необъяснимое: с каждой секундой, с каждым ударом сердца, меня всё сильнее поглощало безразличие — мышцы как будто атрофировались, чувства притупились, голос пропал. Я превращалась в безвольную тряпичную куклу, которую актёр сразу после спектакля бросил в угол пыльной кладовки.

Наконец тени, мелькающие в серой пелене, начали оформляться в человеческие фигуры — высокие, атлетичные, тёмные. Туман не рассеялся, но стал как будто бледнее, он окутывал приближающихся ко мне мужчин, делая их выпуклыми, отчётливыми и опасными. Я насчитала шестерых, все они остановились в двух шагах от меня, рассматривая как диковинку.

Белых женщин не видели, что ли? Блондинки тут редкость?

Я тоже впервые видела людей с глянцевой серой кожей, длинными волнистыми волосами цвета потемневшего серебра и янтарными горящими глазами. Что за народность такая? Сложены как греческие боги, одеты так, что скорее раздеты. Понятно, что жарко, но когда на человеке только облепляющие бёдра шорты, связка амулетов и красочные татуировки, невольно подумаешь, что попала на мужской стриптиз. У меня девичник? Не рано ли? День свадьбы ещё не назначен.

Шаловливые мысли немного подбодрили. Хотя ситуация не стала понятнее или позитивнее, я всё ещё внутренне тряслась, но смогла заметить отсутствие агрессии. Незнакомцы смотрели на меня и перебрасывались короткими фразами. Один из них изобразил подманивающий жест ладонью. В тот же миг давящая на меня сила ослабла, скованность почти пропала, я смогла встать и заговорить. Ясное дело, по-русски никто из них не понимал, мой неуверенный английский тоже не помог, и простейшие известные мне фразы на других языках остались без ответа. Мне снова дали указания с помощью жестов.

— Так, парни, — негромко бормотала я, поднимаясь на ноги, — я, конечно, рада знакомству, но не настолько, чтобы топать в вашей компании неизвестно куда.

Мне всё больше нравилась идея разыскать дыру, из которой я не так давно выпрыгнула, и нырнуть обратно. Ужасно хотелось увидеть своих. Даже Зину! Даже конопатую соперницу! Не говоря уже о любимом Елисее и почти родной Юлии Геннадьевне. Туман немного рассеялся, а вместе с этим ко мне стали возвращаться силы. Примерно представляя, куда нужно бежать, я рванулась в том направлении, но, сделав шага три, уткнулась в темнокожего незнакомца, который волшебным образом телепортировался и преградил мне путь.

— Сори, — выдохнула я, — позвольте пройти.

Говорила я максимально вежливо, хотя жутко испугалась: ничего себе способности у аборигена! От такого не удерёшь.

Понял он или нет, но отрицательно покачал головой и вытянул руку, показывая, куда мне нужно топать. Я тоже не сдавалась:

— Спасибо, конечно, за гостеприимство, но меня уже ищут. Вы же не хотите напороться на международный скандал? — блефовала. А что оставалось делать?

Моё выступление о том, что я гражданка России, а как известно, русские своих не бросают, поэтому лучше сразу дать мне возможность вернуться, а не волочь неизвестно куда, рискуя репутацией своего государства.

Пространная речь удостоилась равнодушного внимания, а когда я замолчала, чтобы перевести дух, стоявший рядом чел поднял руку, направив ладонь на меня, и легонько пошевелил пальцами. От них потянулись ниточки чёрного тумана, сплетаясь в упругий поток. Меня упорно толкали — совсем не туда, куда я сама хотела идти. Снова навалилась апатия. Мне пришлось прикладывать усилия, чтобы не забыть, кто я, откуда, и куда хочу вернуться. Не хватало ещё превратиться в безвольное, ничего не соображающее существо! Стараясь сохранить остатки самосознания, я приняла решение подчиниться, лишь бы не провоцировать обладающих экстрасенсорными способностями дикарей на крайние меры.

Меня повели в заросли. Как только процессия затянулась под сень высоченных деревьев, дымка, сопровождавшая моих похитителей, рассеялась, а сами они приободрились. «Не терпят солнечный свет, — подумалось мне, — вампиры, что ли?» Новое предположение напугало меня ещё сильнее. Вот так влипла! Не имея возможности сопротивляться подталкивающей меня силе, я принялась вертеть головой по сторонам, стараясь запомнить дорогу. Убегу при первой возможности! Только не так, как в прошлый раз, а осознанно.

Впрочем, запоминать приметы было очень сложно, уж очень всё вокруг было однообразным.

Я плелась за двумя высоченными темнокожими атлетами, остальные шли по бокам и сзади. Влажный тропический воздух обволакивал меня с головы до ног, словно плотное, тёплое одеяло. Вокруг шумела жизнь — где-то высоко в кронах пальм раздавались пронзительные крики ярких птиц, похожих на попугаев, а внизу, среди густой зелени, мелькали ярко-оранжевые бабочки с прозрачными крыльями. Атмосфера была насыщена сладковатыми ароматами цветущих гибискусов и жасмина, смешанными с терпким запахом влажной земли и прелых листьев. Каждый шаг по мягкой земле сопровождался хрустом сухих веток и шелестом листьев, а где-то неподалёку раздавались странные щелчки и тихое шуршание — казалось, лес живёт собственной жизнью, наблюдая за мной.

Я снова и снова пыталась заговорить с моими проводниками, но они, словно не замечая меня, шли дальше, не отвечая на мои вопросы, не обращая внимания на мои попытки улыбнуться или показать жесты дружелюбия. Их лица оставались спокойными и непроницаемыми, а янтарные глаза смотрели вперёд, будто видели то, что скрыто от меня. В какой-то момент заросли расступились, и перед нами открылся вид на широкий холм, вершину которого венчал величественный замок. К нему вела не лестница, а гладкая, укатанная дорожка, словно специально выложенная для тех, кто осмелится прикатить сюда на квадроцикле или другом миниатюрном средстве передвижения. Замок казался одновременно древним и живым, стены его переливались в лучах солнца, а башни тянулись к небу, стремясь коснуться облаков. Я замедлила шаг, не в силах оторвать взгляд от загадочного строения, гадая, что может скрываться за его стенами.

Глава 4

Елисей Элиш

Азалия всегда казалась Елисею разумной и уравновешенной девушкой. Сообщая ей о планах вместо поездки в деревню отправиться в экспедицию, он рассчитывал на адекватную реакцию. В конце концов, познакомиться с будущими родственниками можно и осенью, и зимой. Разве это простое дело требует двух с половиной месяцев?

Аза вообще не слушала объяснений. Мозг у неё отключился, остались только эмоции, причём негативного спектра. А ведь Елисей рассуждал вполне логично: первое, чем поинтересуется будущая тёща: где молодые собираются жить, а тесть наверняка спросит, на какие шиши счастливый молодожён будет содержать их драгоценную Азочку. Разве можно будет сказать в такой ситуации, что Елисей не позаботился об этом? Жизнь не заканчивается свадьбой, на которую тоже потребуются немалые деньги. Дальше нужно будет снимать квартиру или, если повезёт, оформить льготную ипотеку, а потом выплачивать ежемесячные взносы. А ещё покупать вещи, еду, оплачивать хотя бы минимальные развлечения. Подработок, даже общих, на это точно не хватит. А жена наверняка захочет поскорее родить. Да, это поможет уменьшить долг по ипотеке, но Елисею придётся одному содержать троих.

Предложение вписаться в экспедицию, организованную биологическим факультетом, было очень заманчивым. Во-первых, зарплата, обещанная человеку, совмещающему обязанности грузчика и охранника, была весьма солидной. Во-вторых, когда ещё удастся за казённый счёт слетать в тропическую страну и прожить там почти два месяца? Да никогда!

Непонятно, что там вообразила девушка, но она убежала, даже не позволив себя проводить. А перед этим истерила, привлекая внимание немногочисленных посетителей кофейни. Пришлось Елисею поспешно расплатиться и выскочить следом за возмущённой невестой.

Невестой ли? Если она до свадьбы такие скандалы устраивает, что будет потом?

Наверное, следовало бы помириться ещё до отъезда в тренировочный лагерь, но Лиса закрутила суета, да и не хотелось портить чудесное настроение всякими разборками. Хочет девушка почувствовать себя обиженной? Имеет полное право. Вот вернётся жених из командировки, привезёт всяких сувениров и тропических фруктов, Аза сразу оттает. А может, к тому времени и сама дотумкает, что не стоило гнать волну.

Короче, Елисей занял позицию самодостаточного и уверенного в себе мужика. Он не какой-нибудь француз! Это они там говорят, что если женщина виновата, нужно попросить у неё прощения. Мы не такие! Во всяком случае, в тот момент ему казалось, что поступает правильно. Впереди столько интересного, зачем портить себе настрой?

Появление любимой девушки в составе экспедиции стало большой неожиданностью. Приблизительно как мандариновый дождь на северном полюсе. Мало того, что Аза непонятным образом затесалась в помощницы доктора, так ещё и флиртовала с приписанным к медпункту Зиной Прониным! А тот и рад! Расплылся, как мороженка на солнышке. Пришлось объяснить, как он ошибся насчёт Азаровой, посоветовать оставить в покое чужую невесту, мол, девушка несвободна. Увы, Зиновий поднял Елисея на смех, сказав, что таких невест у него столько, что хоть в банки засаливай.

Поорали друг на друга и пошли за пределы стоянки выяснять, кто кого в ближайшее время засолит.

Надо же было Азалии вмешаться! Лис так разозлился на приятеля, что накостылял бы ему без проблем, а она примчалась и принялась отчитывать взрослых парней, как первоклашек, не поделивших последнюю парту. У Пронина хватило ума не связываться, он плюнул и ушёл, а вот Элиш растерялся. Чего-то опять не то сказал. Прямо завис, как перегревшийся ноут! Девушка убегает, а он…

Нет, на сей раз Елисей бросился за ней. Всё-таки чужая страна, незнакомая местность, опасные животные и насекомые. Азалию никто особенно не инструктировал, она не должна была покидать лагерь.

Вот уж не представлял, насколько Аза ловкая и шустрая. Она мчалась, не разбирая дороги, а физически подготовленный парень не мог её догнать, с большим трудом различая мелькавшую в зарослях девичью фигуру. Чуть не упустил. Вернее, упустил, но услышал визг и бросился в ту сторону, откуда он донёсся.

Продравшись через спутанные лианы, остановился в растерянности. Голос Азалии раздавался как будто из-под земли. А ещё становился тише, глуше, исчезал.

— Где же ты? Где прячешься, любимая?! — простонал он, внимательно рассматривая ближайшие кусты.

Сердце сжималось от ужаса потери. Каким же он был идиотом! Как допустил вот это всё? Единственная, дорогая ему девушка пострадала, а он ничем не способен ей помочь.

Яма! Довольно широкая щель в земле уходила в глубину, а на краях виднелся отчётливый след сползания. Парень упал на живот и заглянул в темноту.

— Аза! Аза, ты цела?

Прислушался и отчётливо разобрал слово «Помогите», это определённо кричала Азалия. Но почему так тихо?

Мысль бежать в лагерь за помощью отмёл сразу. Девушка, скорее всего, ранена и, пока Елисей будет медлить, она может погибнуть. Вскочил на ноги, огляделся, нашёл подходящее ползучее растение, прочное на вид, выхватил из ножен острый кинжал и отсёк лиану у самого корня. Потянул, опуская конец в яму. Стебель постепенно сползал со ствола ближайшей пальмы, уходил вниз, не встречая препятствий. Дальше. Дальше. Наконец пальма стала клониться. Удерживая её в таком положении, Елисей крикнул:

— Аза! Хватайся, я тебя вытяну!

Наверное, она потеряла сознание, нужно спускаться самому. Особенно размышлять было некогда, Лис уцепился за пружинящий стебель и пополз в темноту, перехватывая руки по лиане и упираясь ногами в стенки бесконечно глубокого тоннеля. Кричал, прислушивался. Глухая тишина давила на уши. Сердце колотилось так, что едва не выпрыгивало из груди. Спасателя охватило что-то вроде паники: вдруг у него не получится достигнуть дна? Вдруг лиана окажется короткой.

— Азалия! Ты здесь?

Бесполезно. Ещё через несколько метров начались галлюцинации. Елисей услышал шум прибоя и почувствовал запах моря.

Всё. Дополз до конца импровизированного каната, а дна ещё не видно. Упёрся ногами в одну стенку, спиной в другую, завис в таком положении, потянул за лиану — никакой реакции. Достал из кармана телефон, с трудом действуя одной рукой, а второй продолжая держаться за растение, нашёл фонарик, включил. Посветил вниз, убедившись, что тоннель продолжается, хотя уже виден свет.

Минуточку! Почему там свет? Наверное, Азалия тоже включила свой фонарик.

— Аза!

Ни какой реакции. Точно — в обмороке.

Прикинув расстояние, Елисей решил, что вполне может сползти к ней. Главное оказать помощь, а уже потом думать, как выбираться.

Отпустил стебель и, двигаясь подобно человеку-пауку, враскоряку начал спускаться по тоннелю. Метр, два, три… Да где же конец? Внезапно тоннель расширился, а стенки стали рыхлыми, Елисей сорвался и начал падать.

«Это невозможно!» — кричал страх. «Наверное, это заброшенная шахта», — отвечал мозг.