Том III: Хроно-легионер «Агамемнон»

Глава 1: Костры и Гром

- - -

Капитан Илья Воронов стоял на главном мостике «Агамемнона» и смотрел на планету в иллюминаторе. Не Земля, а ее призрак — молодая, дикая, без следов огней мегаполисов. 10 000 лет до н.э. Задача — калибровка систем маскировки в чистой атмосфере.

- - -

«Корабль стабилизирован в верхних слоях тропосферы. Начинаем цикл зарядки кристаллических накопителей», — доложил офицер.

- - -

«Приступайте», — кивнул Воронов.

- - -

За стеклом иллюминаторов клубились искусственные тучи — их основной камуфляж. Внутри них «Агамемнон» был невидим, но сейчас из глубин облачности к поверхности потянулись жилы ослепительных молний. Заряды били в степь, точно живые щупальца, с грохотом, который даже через звукоизоляцию отдавался в костях.

- - -

«Серьезный шторм развели, капитан», — подошел старший сержант «Стиксов» Марк Тэйн, его кибернетический глаз мерцал холодным синим светом.

- - -

«Нам нужна энергия, старшина. Без этого мы — просто кусок металла».

- - -

Внезапно на радарах замигали метки. Биологические. Много.

- - -

«Увеличение на сектор семь-дельта», — скомандовал Воронов.

- - -

Камеры показали группу людей в шкурах, застигнутых их «грозой» в открытой степи. Они не бежали. Они стояли на коленях, простирая руки к небу, из которого били эти ритмичные, слишком правильные молнии. А потом порыв ветра разорвал на мгновение облачный покров, и они Его увидели.

- - -

Сияющий город-крепость, висящий в небе. Огни, которые были не звездами, а иллюминаторами и энергетическими контурами.

- - -

«Прямое визуальное обнаружение», — констатировал офицер связи, голос бесстрастен.

- - -

Воронов сглотнул. Он видел их лица на мониторе — не просто страх, а благоговейный ужас, смешанный с надеждой. Шаман племени, старик с лицом, испещренным татуировками, тыкал посохом в небо, что-то крича.

- - -

«Активируйте акустическое подавление. Низкочастотный импульс, чтобы отогнать», — приказал капитан.

- - -

Когда оглушительный, нечеловеческий гул, исходящий будто из самого неба, обрушился на степь, люди вжались в землю. Для них это был Глас. Гнев или приказ.

- - -

«Отряд «Эйдолонов» на развертывание датчиков. Полная стелс-активность».

- - -

Три антропоморфных робота, их хромированные корпуса мерцая, спустились на землю на беззвучных гравиплатформах. Они были идеальны, симметричны и бездушны. Один из аборигенов, молодой охотник, поднял голову и увидел, как эти металлические фигуры выходят из воздуха, словно из дрожащего марева. Он замер, его сознание отказывалось верить. Духи. Воины Громового Бога.

- - -

Через час датчики были установлены. «Агамемнон» растворился в небе, как кошмар. Воронов делал запись в бортовом журнале: «Миссия выполнена. Косвенное культурное загрязнение, уровень Альфа. Рекомендую внести в архив: мифология региона X обогатилась новым божеством. Громовержцем». Он откинулся в кресле, чувствуя странную тяжесть. Они только что стали богами. Пусть и на один день.

- - -

Глава 2: Призрак при Ватерлоо

- - -

1815 год. Канун битвы. «Агамемнон» висел в стратосфере, невидимый, проецируя идеальную копию безобидного облака. Исторические аномалии указывали на возможное вмешательство Ксеносов здесь. Их задача — обеспечить исторический исход, оставаясь в тени.

- - -

Ночь была тревожной. В лагере французов царило странное напряжение.

- - -

«Эйдолоны» на позициях. Начинаем операцию «Шепот», — доложил Тэйн, наблюдая за тактическим экраном в десантном отсеке.

- - -

Роботы, превратившись в дрожащие миражные пятна, скользили между палатками. Они не убивали. Они шептали. Специальные излучатели посылали в уши спящих солдат направленные ультразвуковые импульсы, превращающиеся в кошмары наяву. Кому-то чудился топот кавалерии, кому-то — крики на незнакомом языке. Солдаты просыпались в холодном поту, не в силах объяснить причину своего страха.

- - -

Дроны-невидимки подбросили в штаб маршала Нея поддельные депеши о приближении преувеличенных сил Блюхера. Нервозность командования передавалась вниз.

- - -

А потом началась сама битва. Грохот пушек, ржание лошадей, крики. На мостике «Агамемнона» Воронов наблюдал за всем этим с леденящим спокойствием.

- - -

«Цель: французская артиллерийская батарея на высоте 112. Точечный микроволновый импульс. Имитируем перегрев и отказ пороха».

- - -

Луч, невидимый для человеческого глаза, на секунду коснулся зарядных ящиков. Последовала серия негромких хлопков — не взрывов, а скорее глухих пффф. Несколько ключевых орудий замолчали в самый разгар атаки тяжелой кавалерии. Для наблюдателей с земли — неудачное стечение обстоятельств, брак пороха, рок.

- - -

«Цель нейтрализована. Историческая последовательность сохранена», — отчитался оператор.

- - -

Воронов смотрел, как стройные красные линии англичан сдерживают серые волны французов. Он был дирижером невидимой симфонии смерти, где его оркестр состоял из страхов, обмана и точечных, беззвучных ударов с небес. Победа Веллингтона была предрешена. Но какой ценой? Ценой украденного покоя одной армии и призрачного преимущества другой.

- - -

Глава 3: Железный Ангел

- - -

1940 год. Битва за Британию. Воздух гудел от рева «Мессершмиттов» и «Спитфайров». «Агамемнон» парил над Ла-Маншем, его датчики были напряжены до предела. Здесь, в эпицентре колоссального выброса человеческой энергии — страданий, ярости, смерти — Ксеносы пытались открыть временной разрыв.

- - -

«Тахионный всплеск! Нарастает! Эпицентр — над восточными доками Лондона!» — крикнул сенсорщик.

- - -

Армада бомбардировщиков Люфтваффе лениво плыла к цели. «Агамемнон» не мог стрелять — это было прямое вмешательство. Но он мог мешать.

- - -

«Активируйте гравитационные искажатели поля один-пять. Создаем турбулентность на их курсе».

- - -

Невидимая сила обрушилась на строй немецких самолетов. Их стало бросать из стороны в сторону, будто в зоне сильнейшей болтанки. Пилоты «Спитфайров» с удивлением докладывали: «У них снос... ветер дует прямо из ниоткуда! Строй рвется!»

- - -

Но тахионная аномалия росла. Ксеносы использовали сам ад на земле как батарею для своего устройства.

- - -

«Капитан, мы их не останавливаем! Разрыв стабилизируется!» — голос Тэйна в комлинке был напряжен.

- - -

Воронов сжал кулаки. Правила... Принцип Невмешательства... Все это рушилось. Если разрыв откроется, Лондон, а возможно, и вся временная линия, будут стерты.

- - -

«Черт с ними! Сбрасываем маскировку! Полная мощность внешнего освещения!»

- - -

На секунду все на мостике замерли. Потом кто-то ахнул.

- - -

В разорванных облаках над проливом проступил гигантский силуэт. Он был так огромен, что закрывал полнеба. Холодный, инопланетный свет его корпуса и огней затмил луну и отблески пожаров. Он был молчаливым, непостижимым кошмаром и чудом одновременно.

- - -

Для летчиков с обеих сторон это видение длилось меньше пяти секунд. Кто-то прошептал: «Ангел...», кто-то в ужасе отклонил самолет. Но этого хватило. «Агамемнон» поймал источник аномалии и одним точным выстрелом сгустка чистой энергии испарил устройство Ксеносов.

- - -

Маскировка вернулась. Небо снова стало просто небом. Но в сотнях рапортов, в дневниках, в легендах, которые будут передаваться шепотом, родилась новая история — о Железном Ангеле, явившемся в час испытаний.

- - -

Эпилог

- - -

«Агамемнон» возвращался домой, в 2258 год. Кризис был предотвращен. Война с Ксеносами повернула в пользу человечества.

- - -

Илья Воронов стоял на мостике, глядя на прыгающие звезды. Он перелистывал записи в журнале. Костры первобытных племен. Наполеоновские солдаты, сходящие с ума от непонятного страха. Лица летчиков, видевших в небе чудо.

- - -

Они не просто защищали историю. Они ее творили. Они были богами для одних, дьяволами для других, призраками — для третьих. Их армия — один корабль, спецназ и роботы — оказалась сильнее любой орды, потому что она могла вписать себя в саму легенду, стать частью мифа.

- - -

«Мы думали, что воюем за будущее, старшина», — тихо сказал Воронов Тэйну.

- - -

«А вышло иначе, капитан?»

- - -

«Выходит, мы сражались за прошлое. Чтобы наше собственное, украшенное богами и ангелами, состоялось. Самая страшная армия — это не та, что может уничтожить мир. А та, что способна незаметно вплести себя в его основу. Мы не солдаты, Марк. Мы — пантеон».

- - -

И «Агамемнон», могучий и безмолвный, плыл сквозь время, неся в своих стальных недрах тяжелую ношу — знание о том, что любая победа, даже самая тихая и невидимая, навсегда меняет того, кто ее одержал.

- - -