Стратум 1: Хроники переселенцев

Глава 1. Лиза. Капли в тишине

Телефон зазвонил. Я вздрогнула. На дисплее высветилось: «Мама». Внутри завязался тугой узел. В груди привычно заныло.

— Алло! — тихо, замерев.

— Привет, Лиза! Ты вообще мои сообщения не читаешь? — хлёстко, с осуждением.

— Что случилось? — с беспокойством.

— Почитай. Потом перезвонишь, — жёстко, приказным тоном.

Тревога сжала в тиски. Не могу вздохнуть полной грудью. Тело словно завибрировало, загудело. Вдох. Тяжело. Ещё вдох. В голове шумит. Пальцы промахиваются на сенсоре, нажимая мимо. Не могу справиться.

Наконец удалось открыть чат. Невнятные размытые фото, под ними надпись: «Доброе утро, доча!». Рядом куча розочек, словно мы давние добрые подружки. Читаю дальше: «Это потолок и пол, потолок уже обваливается. Сейчас пришла к тебе. Соседей дома нет. ЖЭУ теперь тоже убрали, надо куда-то ехать, у меня ноги не ходят совсем. Звони хозяйке сверху, если что, то я завтра схожу, посмотрю, что скажет. Мне ещё в поликлинику сегодня. Попробую позвонить на Бурденко. Фото выслала. Камера плохая у меня, не передаёт всё, что нужно...»

Замерев, гляжу в одну точку. Я так больше не могу! Четвёртый раз затапливают после ремонта. Шум долбит по ушам. Вагон метро несётся всё быстрее.

Пять лет работы ради ремонта в старой панельной девятиэтажке. Пять лет скитаний по чужим углам в другом городе. Смены по 15 часов, шестидневка. Улица. Дождь. Сорокоградусная жара и тепловой удар. Душные помещения и головная боль. В носу защипало, губы задрожали, и… потекли слезы.

Перед глазами, прорезаясь сквозь пелену, проступила картина: мерный звук капель в тишине, от которого не спрятаться, набухшая пузырём от воды краска на потолке в туалете, готовая прорваться и пролиться на голову. Когда-то белоснежный ровный потолок на кухне, покрытый уродливыми жёлтыми пятнами. Облупившаяся штукатурка, запах сырости. Отмокшие липкие обои, не желавшие сходиться встык по шву, оставляли заметный зазор на стене, словно уродливый шрам.

Я, стоящая на стремянке с трясущимися от страха коленями и кистью в руках. Пытаюсь вывести жёлтые пятна перекисью. И слесарь на следующий день: «У соседей сухо». Соседи с наивными глазами: «Это не мы».

Злость. Ненависть. Отчаяние от сознания, что никто не поможет. Разъедающий и скручивающий нутро страх беспомощности.

Внезапно я поймала на себе взгляд. Женщина, сидящая напротив, смотрела на меня с таким сильным сопереживанием, что на её лице читался немой вопрос: «Что с вами? Вам плохо?». Но она так ничего и не сказала. Отвела взгляд, нервно достала из сумки таблетку и отправила её в рот. Этот жест был красноречивее любых слов. Порой за маской показного равнодушия скрывается тот, кто просто устал быть сильным.

Захотелось заорать на весь вагон: «Да провались всё пропадом, вся эта чёртова жизнь вместе с её горем и бедами! Я устала... Я так устала!» — и разрыдаться во весь голос, как ребёнок.

…Поезд разгонялся всё сильнее и сильнее, занося вагоны на поворотах. Скрежет колёс перерос в ультразвуковой писк. Лампы в вагоне замигали с неприятным хрустом и погасли. Заложило уши.

Пространство словно схлопнулось, будто кто-то опустил рубильник. Вокруг повисла оглушающая тишина…

Казалось, прошла вечность…

Мерный стук колёс стал нарастать постепенно, точно из-под толщи воды, сначала едва уловимый, потом все громче, а затем резко включился звук. Я вздрогнула.

Послышался смех подростков сбоку. Тявкнула собачонка. Запахло попкорном. Вокруг всё так же сидели спокойные пассажиры, уткнувшись в свои телефоны, словно ничего и не было. Я встряхнулась, выдохнула: «Надо же…».

Звонки от матери давно стали для меня триггером. Вместо мелодии телефона мозг скандирует «опасность - опасность», и годы жизни не помогли с этим свыкнуться. Так и с катушек слететь можно.

Голос в динамике что-то прохрипел. Я вышла из вагона. Голова всё ещё гудела от слёз и шума поезда. Двери закрылись, и он умчался дальше.

Огляделась: перрон был пуст. Странно. Тихо. Никто не вышел. Пожав в недоумении плечами, я пошла к эскалатору. Будка смотрителя тоже была пуста. «Может, станция на ремонте, и это была случайная остановка. Я прослушала объявление и вышла? Зачем тогда дверь открыли? Почему никого нет?»

Наверху, на выходе после эскалатора, меня встретил не привычный гул вестибюля метро, а перекрытое пространство с единственным выходом в длинный белый коридор с неоновой подсветкой. «Ну, точно, перекрыли станцию. Видимо, ремонт. Странно тут: ни рабочих, ни знакомых указателей с названием улиц, только непонятные значки светятся на стенах».

— Добро пожаловать, Лиза!

От неожиданности я дёрнулась и резко остановилась. За поворотом путь мне перегородила стойка досмотра, как в аэропорту. Рядом стоял молодой парень в необычной форме и улыбался. «На рабочего мало похож, и вот куда меня опять занесло? Ой, ну почему всё так сложно в моей жизни…».

— Здравствуйте! — растерялась я.

Взгляд мужчины, смотрящего на меня, на секунду расфокусировался. Я инстинктивно повернула голову в сторону.

— Отлично, — произнёс он. — Полный комплект. Даже лучше, чем мы рассчитывали.

- Лиза, — он снова посмотрел на меня, — добро пожаловать в мир Элларен.

- Что?

Глава 2. Лиза. Забористая мята

Парень продолжает улыбаться и что-то мне говорить.

В моей голове его речь превращалась в шум, похожий на звук работающего фена. Когда я расстроена, мои мозги словно расплавляются. Однажды меня так чуть не развели мошенники через домовой чат на доступе к порталу «Госуслуги». Да вовремя предохранитель сработал в голове.

— Великолепный каталог… хорошие возможности… адаптация на всех уровнях… продержаться… поздравляем с прибытием. Вы согласны? — с энтузиазмом коммивояжера спрашивает у меня.

— Что? На что согласна? — выныриваю из своих мыслей.

Улыбка парня на миг сползла, но тут же вернулась обратно.

— Ладно. Неважно. Пройдёмте со мной. Меня зовут Эйден. Я ваш куратор.

«Так, хорошо. Видимо, у меня совсем потерянный вид, что из метро только за ручку с куратором выводят. Или тут у всех такая приветственная процедура? Хотя, судя по пустому перрону, я, похоже, единственная "особенная" сегодня».

«Эйден… Иностранец что ли?» - промелькнула мысль».

- На станции что, ремонт? Или кино какое-то снимают? Необычное всё тут, - спросила я, оглядываясь по сторонам.

Он глянул на меня с лёгким недоумением, словно я спросила, почему сосулька прозрачная.

— Да нет, уже лет пятьдесят назад всё в порядок привели. После войн. Технологии, правда, сильно пострадали. Но уже почти всё восстановили. Вот недавно медицинские капсулы последнего поколения запустили.

«О-о-о! Помолчу пока, быстрее бы выйти в город и закончится этот „сюр“… Сяду в кафе… выпью чай с ромашкой…глядишь, и жизнь наладится».

В конце коридора с лёгким шумом разъехались стеклянные двери, и перед нами предстал холл: стены сливочного цвета с висящими на них картинами в стиле минимализм, зелень в кадках, стеклянные перегородки с сотрудниками, которые что-то спокойно обсуждают, глядя в голографические экраны. Аппараты с напитками. Низкие столики с креслами обтекаемой формы, панорамные окна с видом на горы и лес. Доносится приятная музыка.

«…На горы и лес…голографические экраны… так… Про ремонт станции уже версия отпала. Предположить, что кино снимают, да вид из окна как-то не соответствует тому, куда я шла. И на декорации не похоже, видно, что всё настоящее. И что я не из массовки — это я уж точно про себя помню».

— Ну и где мы? — беспокойно оглядываюсь.

Эйден с сочувствием на меня посмотрел и, подойдя к автомату, налил в стакан зелёную жидкость. Думала, сам выпьет. Нет, протянул мне.

— Выпейте, не бойтесь, — мягко так произнёс.

— Что это? — с недоверием спрашиваю.

— Это мятный коктейль, он освежит вас, — сказал парень и деликатно протягивает мне стаканчик.

Нюхаю, пахнет приятно. Мятой, собственно говоря, и пахнет. Выдыхаю: «А, была не была… Если что, то хоть с потолком не надо будет проблемы решать».

Делаю глоток. Через несколько секунд разливается тепло по телу и тревоги уходят. Резко так. «Забористая у них, однако, мята…»

— Вам лучше? — вполне искренне интересуется Эйден.

— Значительно.

- А теперь давайте начнём всё сначала.

Мы прошли за одну из стеклянных перегородок. На столе светилась сенсорная панель. Эйден провёл по ней пальцами, выводя голографический экран. Несмотря на его прозрачность, изображения воспринимались четко и ярко.

— Лиза, вы находитесь в Центре Сопровождения Стратума 1. Мир, откуда вы пришли, и наш мир… скажем так, соприкасаются в определённых местах. Вас перенесло из одной такой точки.

«Дичь какая-то, но как складно говорит. Очень сложно поверить, что всё это правда. Но такой техники я точно не видела в нашем мире, только в кино».

Огляделась по сторонам.

На стене висел плакат: на нем группа людей улыбалась в камеру. Вверху была надпись: «30 лет на страже вашего благополучия»

- Вместе с вами перенеслись все ваши вещи из дома,- отвлек меня от рассматривания парень. - Это так называемый «эффект ментального якоря». В момент перехода сознание формирует поле, захватывающее объекты, к которым субъект эмоционально привязан. Система автоматически создает каталог перенесенного с собой в общую базу. Некоторые переносятся только с тем, что имели с собой в моменте.

— Что касается каталога… — Эйден сделал пас рукой, синий экран заполнился фотографиями с подписями всех моих вещей из квартиры. — Всё, что вы принесли с собой, имеет ценность. Многие вещи мы используем как шаблоны для наших принтеров, некоторые измельчаем на молекулярном уровне. Все вещи будут в вашем распоряжении. Это ваш «Начальный капитал».

«Получается, что все мои мысли про потолок и квартиру перенесли вещи. Да уж. Редкий, но задокументированный случай: сила навязчивой мысли, как транспортный модуль»- пронеслась ироничная мысль. Я вновь вынырнула из своих мыслей и посмотрела на экран.

Было немного странно увидеть каталог с подписями всех моих вещей вплоть до старой швабры и губок для посуды. Ощущение было, словно меня обокрали. Будто кто-то без спроса залез в мой шкаф и перетряхнул всё бельё. «Смотри-ка, уже всё систематизировали и по полочкам разложили. Ловко. А главное… как?»

Видимо, читая работу мысли на моем лице, куратор меня успокоил:

— Не переживайте, мы не трогали ваши вещи. Это всё технологии прошлого, модули для систематизации работают без нашего участия. Всё до мелочей учтено. Ничего не пропало, не сломалось. Наоборот, они сейчас находятся в состоянии стазиса, и даже через много лет останутся в хорошем состоянии.

Я выдохнула и успокоилась. Мои вещи были последней связью с прошлым.

Странно всё это, конечно. Но интересно. Раньше бы такой модуль, никакие бы переезды не были страшны. А сколько денег я бы сэкономила!

— Я внёс ваши данные в базу. Проверьте и распишитесь, — Эйден протянул мне стилус.

Читаю. «Так, что тут. Елизавета Огнева, 48 лет. Рост..вес…телосложение.. особых отметин на теле нет. Родственников не имеет. Специалист в сфере дизайна. Есть опыт работы в торговле. Гражданский рейтинг „1“. Начальный вещевой капитал — 50 000 баллов. Интересно, что за рейтинги и баллы, ладно… это позже».

Подписываю документ.

— Поздравляю, теперь вы официально зарегистрированы как новый житель Стратума 1, — произнёс куратор, доставая из ящика тонкий матовый браслет.

- Это ваш коммуникатор, кошелёк и ключ. Он считывает ваши жизненные показатели, позволяет связываться со мной или другими службами, а также является вашим пропуском в город. Без него вы не сможете поесть в столовой, или войти в свою квартиру. По браслету мы можем видеть ваши перемещения, а также в нем будет доступ к вашему каталогу вещей.

Эйден протянул мне браслет. Он был тёплым на ощупь и почти ничего не весил.

— Наденьте.

Я застегнула его на запястье. Браслет тут же сжался, идеально облегая руку, и мягко засветился тусклым белым светом.

«Прямо как фитнес - часы».

— А что такое гражданский рейтинг?

— Это показатель вашей адаптации в системе. Сейчас вы новичок. Со временем, если будете соблюдать правила, он поднимется до 2. Тогда откроются новые возможности. На данный момент вам положено бесплатное медицинское обслуживание, питание и проживание в общежитии. Но вы можете выбрать за баллы жильё лучше, — он открыл на голографическом экране папку с фотографиями домов.

— Может, хотите выпить горячий напиток? У нас есть кофе, травяные чаи, какао.

— Спасибо, я буду какао.

Жильё было на любой «кошелёк»: комнаты на 4–6 человек, на одного, отдельно стоящие дома со своим палисадником и даже большие апартаменты с бассейном.

После долгого просмотра я выбрала квартиру в одном из домов, напоминающих замок. Он имел четыре этажа и прекрасный вид на горы. Рядом росли сосны и цветущие растения.

Меня привлекло то, что на первом этаже была домашняя столовая для жильцов.

Я заключила контракт с арендой на полгода.

Поднесла руку к панели на столе. Что-то пиликнуло, и на экране браслета высветилась надпись: «Снята сумма за аренду: 60 баллов, ваш баланс 49940 баллов».

Я прочитала текст. «60 баллов. Это сколько же в переводе на вещи? Приравнивается к… губке для посуды? Или к стулу? В любом случае пока мой капитал выглядит внушительно».

Теперь же мне предстояло познакомиться с новой действительностью.

Глава 3. Федор Петрович

Юрий медленно разлепил глаза и тут же резко зажмурился. В лицо бил луч солнца. Мужчина недовольно застонал от головной боли.

В открытое окно доносился звук машин с автострады и раздражающее карканье ворон.

— Петрович, ты не спишь? Сгоняй нам за пивком, я оплачу, — прохрипел Юра. — Башка болит после вчерашнего.

— Не надо было водку медовухой запивать. А я теперь беги, — пробурчал Петрович.

— Ну, Федя, будь другом. Я тебе потом твои жигули бесплатно посмотрю, — предложил Юрий.

— Ладно, схожу, — недовольно поднялся Фёдор Петрович.

Мужчина сунул босые ноги в старые шлёпки «добеги до ларька» и пошаркал за «лекарством». Стояло лето. Лёгкий ветерок обдувал его домашние треники с вытянутыми коленками и майку-алкоголичку.

«С-с… чтоб тебя!» — прошипел он от боли, пытаясь вытряхнуть острый камешек из шлёпанца, но тот засел намертво.

Фёдор попрыгал на одной ноге к стене, чтобы облокотиться. Резко подступила тошнота, перед глазами поплыли круги. Он оперся о стену… и провалился в темноту.

— Ох, е… — простонал Федор Петрович, пытаясь подняться. Ногу пронзила сильная боль, он наклонился, в пятке торчал осколок стекла. С руганью вытащил его и отбросил в сторону. Огляделся.

«Подвал? Больница? Вроде меньше Юрки выпил вчера!»

Голова гудела. Но такого просто не могло быть. Ещё пять минут назад было утро, лето, дом… долгожданное прохладное пиво в ларьке. А теперь этот коридор.

— Эй, здесь есть кто-нибудь? — озирался Фёдор по сторонам, ковыляя по коридору вперёд и оставляя на белоснежном полу красные капли крови.

Из-за поворота ему навстречу вышла молодаядевушка в светлой форме.

— Стойте! Не двигайтесь! — воскликнула она.

Фёдор замер, настороженно глядя на неё.

— Вы кто? — удивился он.

Девушка подошла к нему.

— Меня зовут Майя. Я ваш куратор. Не волнуйтесь, вы в безопасности. Сканирование показывает… — онапосмотрела поверх Фёдора, расфокусировав взгляд, — Фёдор Петрович. Верно? У вас повреждение мягких тканей. И… очень низкий начальный капитал. Почти нулевой.

— Какой ещё капитал? — буркнул Федор.

— Давайте пройдём в более удобное место для беседы.

Куратор довела мужчину до Центра Сопровождения, посадив в зоне отдыха.

— Фёдор Петрович, — начала она, садясь напротив. Её голос был мягким. — Я буду вашим куратором в Стратуме 1. Я работаю с теми, кто… — она на секунду замялась, подбирая слова, — …кто начинает свой путь здесь с минимальными ресурсами. Ваш начальный капитал всего – 100 баллов.

— Вот, выпейте напиток, освежитесь, — протянула ему девушка мятный коктейль.

«Освежиться всегда не помешает», — пронеслась у мужчины мысль на заднем плане, но он продолжал держать стаканчик в руках и слушать девушку.

— Вам выделят место в общежитии и базовый рабочий комплект одежды. Питание и медицинская помощь тоже бесплатная.

Фёдор тупо смотрел на неё и думал: «Может, Юрка палёную водку купил…»

В груди резко сдавило, воздуха стало не хватать. Фёдор начал задыхаться, думая, что у него началась белая горячка, которой он панически боялся. Всегда думал, что если не валяется под забором, нет галлюцинаций, то он ещё не пропащий, еще выберется. Хотел бросить пить, но Юрка постоянно тянул его на дно, а теперь…

Федор Петрович неожиданно вскочил и закричал на весь зал: «Помогите!». Кинулся бежать к стенам, толкая их, пытаясь выбраться из своего кошмара и вывалиться обратно в привычный мир. Как в тумане, он увидел мужчин в форме, бегущих к нему. И снова… темнота.

Крышка медкапсулы с шипением открылась. Фёдор открыл глаза и увидел склонившегося над ним человека, это был молодой парень с приятным улыбчивым лицом.

— Как вы себя чувствуете, Фёдор Петрович? — участливо спросил тот.

— Не знаю… Нормально, — неуверенно произнёс мужчина.

— Мы подлечили вашу ногу и вывели алкоголь из организма. Вы можете вставать и одеваться.

Фёдор сполз с капсулы. Ноги коснулись прохладного пола. Голова впервые за долгое время была ясной. Не было привычной тяжести, ломоты в костях и того мерзкого привкуса во рту, который всегда был у него по утрам. Он чувствовал себя… непривычно трезвым.

На стуле аккуратно лежали его вещи. Они были чистые и выглаженные, даже дырка на коленке была заботливо заштопана. Он быстро оделся. Огляделся по сторонам.

— Я в больнице? У меня была белая горячка?

— Нет, это был психический срыв от стресса. Сейчас с вами всё в порядке.

— Спасибо.

— Фёдор Петрович, нам нужно поговорить с вами о жизни в мире Элларена, пройдёмте в другой кабинет.

«Небывалая ценность вещей и практически полностью отсутствие производств объясняет, почему к моим старым штанам отнеслись с такой заботой. Странный мир», - констатировал Федор Петрович, идя вслед за куратором Норианом к своему новому месту жительства. Он все никак не мог свыкнуться с новой реальностью, но других вариантов как вернуться домой мужчина так и не узнал.

Не имея вещей, кроме ключей от квартиры и пары купюр, он был определён в самые дешёвые блоки для проживания. Это были комнаты на 4–6 человек с общим туалетом и душевой в конце коридора. Одежды у мужчины, кроме той, что была на нем, тоже не было.

Ему предстояло ещё общение с психологом, выбор рабочей профессии и… скорее всего, кредит на покупку нужных вещей. Возможно, придётся провести на Стратуме 1 в Центре Сопровождения, фактически в распределителе, дольше, чем хотелось бы.

Фёдор посмотрел на свои старые тапки.

«Несколько лет», — эхом прозвучали в голове слова куратора.

Он вздохнул. Несколько лет без Юрки и похмелья, а значит, и без страха белой горячки. Эта мысль неожиданно принесла ему удовлетворение.

Выйдя из здания вслед за Норианом, Федор оказался на улице. Светило солнце, вокруг было зелено и чисто. Ровные газоны, выложенные плиткой дорожки, цветущие кустарники и высокие деревья создавали приятную атмосферу. Строений было немного.

Его внимание привлек красивый дом в виде замка, за которым вдали виднелись горы. «Как в санатории на Юге», – вспомнил мужчина свои трезвые годы.

- Я вас провожу до общежития и покажу столовую,- обратился к Федору Нориан.- Идите за мной.

Федор шел за провожатым и рассматривал жителей. Проходя мимо замка, он увидел сидящую в беседке женщину, которая читала книгу. В руках у нее была фарфоровая чашка в форме цветка, от которой вверх поднималась струйка пара. Поза ее была расслабленной, и она чему- то улыбалась. Это смотрелось настолько органично и естественно, и веяло таким спокойствием и благополучием, что Федор невольно залюбовался. « А я не помню, когда в последний раз, чувствовал себя спокойно, расслабленно и чему-то улыбался»,- подумал Федор.

Общежитие оказалось привычным. «В нашем мире многие так жили в советские времена, пока ждали очереди на квартиру»,- снова вспоминал Федор. Соседи, общая кухонька, общие туалеты и душевые, лавочки на улице. Не хоромы , конечно, но жить можно».

Ему досталась нижняя койка с личной тумбочкой и небольшой шкаф – пенал. В соседях были Николай и Максим, находящиеся сейчас на работе. Куратор сказал, что они живут здесь уже несколько месяцев. Все показав новому жильцу, Нориан оставил его обустраиваться.

Прошло несколько дней.

Мужчина осваивался в новой жизни и много думал, сидя на нижней койке в «отеле по типу казарма», прокручивая в голове свою жизнь.

Вот он молодой, здоровый парень, только вернулся из армии. Вот он студент, ведёт под ручку на танцы свою будущую жену Машу. Вот они вместе ведут Ваньку в первый класс, а потом радостно болтают и едят мороженое в кафе. Вот они семьёй на новых жигулях едут на море.

Вот он устраивается на другую работу и знакомится с Юрием… и плёнка жизни, прокручиваясь, понеслась вперёд: знакомства… вечеринки… виток… - слёзы в глазах Ваньки… пьяная ухмылка… злой взгляд Маши… виток…- ночёвки в машине… виток… - водка с Юркой в подсобке… виток…- плёнка царапается, буксует на каждом витке и в итоге рвётся…

— Петрович. Петрович, оглох, что ли? — крикнул Николай. — Шлёпки одолжи до куратора добежать, надо забрать кое-что. – Ты мне смотри, не раскисай! - Николай потрепал его по плечу.

Фёдор вздрогнул, возвращаясь в реальность.

— А, да, бери, — снял обувь и подтолкнул к мужчине. — Только недолго, я хотел погулять, пока тепло.

— Я мигом, — надев шлёпки, убежал Николай.

Они с Федором выручали друг друга вещами по необходимости.

Фёдор Петрович встал, бережно поправил покрывало на кровати. Оно у него одно, и он вознамерился его очень беречь.

Проходя мимо шкафа, посмотрел на себя в зеркало, вышел, прикрыв комнату, и пошлёпал босыми ногами на улицу. Возле входа в общежитие присел на лавочку. Закатное солнце облизывало оранжевым густым светом стволы сосен. «Красиво!». К нему впервые за годы пришла мысль о том, что он чувствует надежду, а не вину.

Завтра начинается рабочий день в столовой, а сегодня он ещё хотел успеть погулять по округе, когда сосед вернёт шлёпки. Заодно и рубаху у Николая одолжить для прогулки.

Глава 4 Глеб. Бета - тест?

В комнате было темно и душно. Глеб за компьютером проходил очередной уровень в игре. На нем были наушники и гарнитура, эмоции были накалены: «Ребятки, продержитесь…».

На его столе образовался бардак. Куски недоеденной засохшей пиццы лежали вперемешку с фантиками от шоколадок и пустых банок от энергетика. В помещении были по углам накиданы вещи, обувь, пакеты. На полках небрежно стояли книги и диски, было пыльно.

Глеб замер, когда его персонаж рухнул под ударом зверя. «Снова мимо», — удрученно проговорил он.

Это была третья попытка за вечер пройти игру до конца, и снова вся группа погибла из-за того, что кто-то не справился. Раздражённо сняв с головы гарнитуру, он попрощался:

— Ладно, пацаны, расходимся. Я выхожу, надо поесть.

Потянулся, чувствуя, как затекли плечи. Глаза слипались после десяти часов игры. Он попытался встать, но ноги стали ватными. В глазах потемнело. Края монитора начали расплываться.

— Нет-нет-нет... только бы не вырубило.

Экран вспыхнул белым светом. В ушах заскрежетало, появились головокружение и сильная слабость. Его тело обмякло в кресле.

Глеб медленно открыл глаза. Над ним появился белый потолок с неоновыми лампами. Он лежал на полу и не понимал, сколько прошло времени и где он. Медленно сел. Никаких подсказок перед глазами. Только голые белые стены со светящимися непонятными значками и гудящая где-то над головой вентиляция.

Глеб встал на ноги и сделал пару шагов вперёд по коридору.

— Тут кто – то есть? Это закрытый бета-тест? — его голос эхом отразился от стен.

Никто не ответил.

«Какой странный сон. Если это квест, то я должен быть первым, кто его пройдёт». Он поправил толстовку и зашагал вперёд по коридору в поисках выхода.

Из-за поворота ему навстречу вышел молодой мужчина в форме. На вид ему было около тридцати лет.

— Приветствую, — сказал он с дружелюбной улыбкой. — Меня зовут Нориан. Ты, должно быть, Глеб.

— Наконец-то! — воскликнул Глеб с облегчением. — Слушайте, тут такое дело... Это какой-то технический сбой?

Нориан усмехнулся.

— Боюсь, это не сбой программы. Но я понимаю твоё замешательство. Давай пройдёмся, и я всё объясню. — Глеб, ты понимаешь, что ты не в своём мире?

— Ну, я пока не думал об этом. Я ведь сплю? — голос дрогнул. Ещё теплилась надежда, что сейчас он проснётся дома в своём навороченном кресле.

— Нет. Ты переместился в другое место. Наши миры соприкасаются, и некоторых людей притягивает к нам. Мы пока ищем ответ на эту загадку. Это не сон про игру, всё реально.

Глеб нахмурил брови. Его мозг ещё не переключился после игрового марафона дома, и происходящее воспринималось нереально.

«Мне восемнадцать лет. На учебу осенью, друзья. А как же… Светка, я ей обещал. Родители завтра из отпуска вернутся. Я не могу взять и просто так исчезнуть. Нет... нет… это сон… это сон». Сердце застучало сильнее, начало доходить происходящее. Он затравленно посмотрел на Нориана.

— Выпей напиток, он освежит тебя, — протянул тот ему стаканчик с зелёной жидкостью.

Глеб выпил машинально. Он все еще был в растерянности, не зная, как себя вести. Вся его юношеская смелость исчезла, и он почувствовал себя маленьким ребёнком, который потерялся в игровом парке.

— И… что же мне делать теперь? Что будет со мной? — голос прозвучал жалко и тихо.

— Не переживай, мы позаботимся о тебе, — участливо поддержал его Нориан.

Дальше всё происходило как в тумане: регистрация, выдача браслета, какие-то цифры на экране... Глеб сидел тихо, безучастно опустив плечи, думая о чём-то своём.

Лишь когда Нориан сообщил о 4500 баллах за его «лут», немного оживился. Эти понятия были ему привычны, так как походили на игру. А в игре с ресурсами и баллами он умел справляться. Это давало хоть какой – то контроль в жизни.

— Активируй браслет, — подсказал куратор.

Глеб повертел в руках браслет. После нажатия на сенсор в воздухе повис голографический экран:

Баланс: 4500

Рейтинг: 1

Статус: Новичок

Доступные опции:

- Общежитие на 4–6 человек (бесплатно)

- Медицинская помощь (бесплатно)

- Питание (бесплатно)

- Рабочая одежда (бесплатно)

«Хм, неплохо. Можно прокачать персонажа». Он поднял взгляд на Нориана и впервые за несколько часов робко улыбнулся. Поверить в происходящее было сложно. Ощущение было, словно он смотрел на себя со стороны, как в сериале. Эмоции притупились. Но нужно было взять себя в руки и …жить.

Вместо общежития он выбрал небольшую студию в четырехэтажном доме, похожем на замок. Наличие баллов позволяло улучшить условия.

Глеб, зайдя в новое место, сел на кровать и просидел так несколько часов пытаясь привести мысли в порядок и смириться с реальностью.

Квартирка, которую он выбрал, была маленькая, но всё необходимое в ней стояло, а больше вещей Глебу и не нужно, так как убираться он не любил. Вот чего не хватало в этом мире, так это мощного компьютера. Ну и воспоминания тревожили душу. «Как там мои родные, поди, по всем больницам и моргам звонят». От этой мысли все сжалось внутри. С родителями они хоть по душам и не общались, но отношения у них были спокойные. Даже можно сказать хорошие.

Он встал и пошёл на кухню сделать напиток, чтобы отвлечься. Кухня была здесь же, в небольшом закутке. С отдельной дверью в этом помещении была только ванная, совмещённая с туалетом.

Насыпав порошок в турку и налив воды, он поставил её на камень, по крайней мере так это выглядело с виду. И… ничего.

Так. И как этим пользоваться? Он активировал браслет и вызвал голографическое меню. Быстро пролистал основные вкладки: баланс, куратор, карта... Ага! Вот оно. «Бытовые предметы. Инструкции». Он нажал. Перед глазами развернулся полупрозрачный экран с текстом: прикоснитесь к плите рукой, затем дайте голосовую команду, например: «активация, температура 180 градусов». Почувствовав тепло, уберите руку.

Глеб посмотрел на гладкий серый камень, осторожно положил ладонь в центр плиты. Произнес: «Активация». Несколько секунд ничего не происходило, а затем он почувствовал лёгкую вибрацию и исходящее от камня едва заметное тепло. Он быстро отдёрнул руку от неожиданности, боясь обжечься.

Поставив турку на плитку, произнес:

- Температура сто градусов.

Вода в турке начала нагреваться. Он с восторгом наблюдал за процессом. «Ого! Работает!»- улыбнулся, глядя, как готовится напиток, но улыбка померкла при воспоминании о сегодняшних событиях.

Он подошел к окну, обхватив кружку с горячим кэробом. Пар согревал подбородок, а знакомый, чуть терпкий запах плодов рожкового дерева мысленно перенёс его домой...

Вот мама приносит ему напиток в комнату и ругается, что он долго сидит за компьютером и испортит себе глаза. А отец из кухни кричит, чтобы она его не отвлекала, у него там важный уровень. Глебу стало тоскливо.

Посмотрев в окно, он увидел женщину в беседке. Она читала книгу и тоже пила что – то горячее. Из ее чашки, похожей на цветок, поднимался пар…

«Вот бы сейчас сесть рядом, - подумал он. – Маму она не заменит, но будет не так одиноко».

Глава 5 Лиза. Подслушанные тайны

Сказать, что я была ошарашена происходящим, — да. Сказать, что я до сих пор думаю, что это какой-то розыгрыш, — да. А вот сказать, что я хочу вернуться домой к маме и потолку, — точно нет. И если это всё «глюк», то пусть он длится бесконечно. Можно подумать, что я эгоистка, что не печалюсь, как же без меня родные? Вот уж нет. Родные и без меня всегда прекрасно поживали, просто им нужно будет найти другую точку приложения для своих идей «как правильно жить».

Теперь здесь мое пристанище и моя жизнь. И я намереваюсь прожить ее спокойно и счастливо.

Дом, который я выбрала, был чудесный. Даже лучше, чем на фото. Это был настоящий маленький замок, который не был похож на серое унылое средневековье, сошедшее с чёрно-белых гравюр.

«Мой замок» был построен из крупных светлых камней. В нём имелись большие окна и увитые зеленью милые балкончики. На крыше виднелось несколько дымоходов. Двор был выложен плиткой. Вокруг плодовые деревья, которые сейчас цвели и наполняли округу дивным ароматом. С обратной стороны замка находилось горное ущелье. Вокруг дома были расположены небольшие уютные беседки среди больших кустов флокса. Я уже представляла, как буду пить там чай и читать книги.

Квартира моя была небольшой: кухонька для того, чтобы сварить себе чашечку кофе. Как мне объяснили, жители обычно обедают на первом этаже, в малой столовой. Туалет, совмещённый с ванной, и, что самое прекрасное, гостиная-спальня, в которой находился камин. В однокомнатной квартире панельного дома я бы себе не смогла позволить такую роскошь. Представила, как вечерами буду сидеть в уютном кресле, а в камине будут потрескивать угольки, даря мне тепло и спокойствие.

Помещение имело всё необходимое, но не было обременено лишними вещами. Этот мир не позволял роскоши.

На обустройство и привыкание к новому месту ушло несколько дней, но пора было возвращаться к делам. Сегодня подошла моя очередь идти в Центр Сопровождения. Нужно было выбрать и передать разрешение на использование моих вещей для образцов. Как пояснил куратор, с них на принтере будут делать копии для нужд второго уровня. К счастью, мне потом обещали все вернуть обратно.

Я вошла в офис, меня встретила приветливая девушка и посадила за стол.

- Вы пока выберите по две позиции из этого списка, те, что вы готовы отдать на копирование. Мы подобрали наши рекомендации, но все на ваше усмотрение,- сказала она, выводя мне голографический экран с пометками на моих вещах.

Я начала отбор. Передо мной выстроился список одежды. Отметила пару футболок и кроссовки. Не особо ценные вещи для меня. Взгляд зацепился на летнее пальто цвета манго, изумрудный палантин и любимую чашку в виде цветка. Неожиданно меня отвлек звук. Недалеко от стола, за которым я сидела, находилась дверь, она была закрыта неплотно и теперь поскрипывала от порывов ветра. Это немного раздражало. Через какое – то время из нее начали доноситься голоса:

—…проект «Наследие»…— послышался голос Нориана. — …теория порой расходится с практикой…

— Изучал протоколы… готов! — ответил приятный голос мужчины.

Дверь скрипнула громче, и я затаила дыхание. В любой момент кто-то мог выглянуть наружу. «А если решат, что я подслушиваю? Может уйти?». Но шагов не послышалась. Я просмотрела еще несколько категорий для отбора, отмечая нейтральные вещи. Но пальто, палантин и кружку я оставлю себе. Пусть хоть что-то будет только моим.

Голоса за дверью вновь зазвучали:

— …случай с Фёдором… файл «Стажёр_Майя_01»… — снова Нориан. — Майя, расскажи… — начал Нориан.

Послышался звук включённого видео, на нем был женский и мужской голос. Затем раздались крики «помогите!». Со стороны это слушать было жутковато.

— Я его увидела… и запаниковала, — раздался расстроенный голос девушки. —

-… каков был результат?

- …началась паническая атака. Он решил, что это белая горячка …

Дверь опять предательски скрипнула.

-…а наш мир не может дать им то, к чему они привыкли, например, вещей в избытке, - продолжал Нориан.

Я пыталась сосредоточиться на экране, но голоса за дверью постоянно отвлекали, притягивая внимание.

— Из‑за экологии? — уточнил приятный голос парня.

— Да, Кай — подтвердил Нориан. — После войны Элларена ресурсы были истощены, вода загрязнена. …Ушло почти пятьдесят лет на восстановление. Мало кто из молодежи об этом знает. В данный момент мы просто не можем взять, и произвести новую одежду, технику, лекарства в тех объемах, которые были пятьдесят лет назад. Это может привести к новым рискам загрязнения.

- Но как мы тогда выживаем?- спросил парень.

- Через проект «Наследие»,- ответил куратор.- Люди, которые попадают к нам, приносят с собой то, чего нет у нас: новые идеи, уникальные предметы, знания, опыт. Их вещи - это не просто материал для молекулярного принтера, это шаблоны для будущих предметов. Мы копируем их и пользуемся.

- То есть…- начал парень.

- Да,-перебил Нориан.

…Каждое кресло, каждая ваза, каждая книга переселенца делает наш мир богаче в бытовом плане. На втором уровне об этом не все знают. Там люди привычно идут в магазины и делают покупки. Мы не создаем с нуля, а производим то, что уже существует в их мире. Это пока наш единственный способ развиваться без риска для экологии.

— Мятный коктейль тоже? — уточнил Кай.

- Да, — сказал Нориан. — Растение взято у переселенца из мира, где мята распространёна. Коктейль успокаивает, вызывая ассоциации с домом, помогает адаптироваться. Ну мы, конечно, доработали его состав.

«Что это значит? Была война в «Элларене»? – разговор меня все больше озадачивал.

Я ловила обрывки, пытаясь сложить их в единую картину.

- Каждый из них приходит со своим жизненным багажом, - продолжал Нориан инструктаж Кая. – Кто-то бежит от выгорания и токсичных отношений, зависимостей. Другие пытаются все контролировать, теряют свой привычный статус, близких…Наша работа заключается в оказании им психологической поддержки и помощи в адаптации. Мы для них помощники и наставники, и наша задача сделать их самостоятельными.

- Я понял, буду стараться, - ответил Кай.

- Хорошо. Тогда за работу. Сделаем перераспределение. Эйден, ты закрепляешься за Глебом. Майя, тебе я дам второй шанс с Федором Петровичем. Кай, на тебе Лиза.

И заполните все отчеты за неделю.

«О! У нас смена кураторов. Интересно»,- мелькнула мысль.

Дверь снова скрипнула, я замерла, но никто не вышел. Быстро проставила галочки на согласие, подтвердила выбор и вышла из-за стола. По дороге сказала девушке, что закончила, и направилась к выходу, стараясь сохранять внешнее спокойствие. Только оказавшись на улице, я выдохнула: надеюсь все обошлось.

Глава 6 Инга. Запахи и вздохи

Инга, поджав накрашенные губы, с брезгливым видом мыла руки в туалете аэропорта. В помещении чрезмерно сильно пахло средствами для уборки. Рядом с ней стояли два чемодана, один огромный черный на колёсиках фирмы Louis Vuitton, и второй поменьше, где лежала дорогая брендовая косметика и сувениры из поездки.

— Это просто издевательство, — жаловалась она, прижимая телефон плечом к уху. — Я лечу из Антальи! Там эти местные совсем обнаглели, воду в баре за деньги наливают. А тут... Носильщиков нет! Я что, похожа на грузчика?

Она раздражённо пнула чемодан. Тот обиженно скрипнул.

— Ладно, Анечка, перезвоню. Пойду искать носильщиков.

Инга толкнула дверь туалета и вышла в зал ожидания. Дверь за ней закрылась с мягким пневматическим шипением. Девушка от неожиданности замерла.

Это был не зал аэропорта. Не было суеты, гомона, кофейного запаха, не звучали объявления о посадках. Она находилась в белом коридоре.

— Так, — её голос предательски дрогнул. Она резко развернулась и толкнула дверь за спиной. Та не поддалась. Она толкнула сильнее. Ничего.

Внутри все похолодело и одновременно обдало жаром. «Вещи, документы остались там, а я тут заблокирована» - ударила мысль в голову. Инга вдруг осознала, что не знает, что делать и куда обратиться за помощью.

— Эй! — её крик эхом отразился от стен и затих. — Откройте! Это служебное помещение? Я пассажир! Там мои вещи и документы!

Она в панике огляделась. Ни дверей, кроме той, что её не пускала. Ни окон. Ни людей.

«Отлично! — подумала она возмущенно. — Я торчу в какой-то подсобке! В аэропорту бардак! Я буду жаловаться в Ростуризм!»

Она схватилась за телефон. «Нет сети». — Да что ж такое! — сползла по стене на пол. — Я хочу обратно в туалет! Там хоть пахло знакомо!»

В этот момент из-за поворота в дальнем конце коридора показалась фигура молодого человека в униформе. Инга вскочила на ноги. — Эй, вы! Персонал! У меня чемоданы за дверью остались. Ее заклинило.

Нориан подошёл к ней с профессиональной улыбкой. — Добро пожаловать. Меня зовут Нориан. Давайте пройдём в кабинет и всё обсудим.

— Нориан, — она окинула его оценивающим взглядом с головы до ног, словно он был товаром на прилавке. — Ну ладно. Ведите. И чемоданы мои вытащите из туалета. И учтите, я буду писать жалобу.

В кабинете Инга вальяжно села в предложенное кресло.

— Значит так: я директор сети салонов красоты «Инга». Мой жених возглавляет холдинг «Аэрон». Кроме того у меня связи в администрации города и прокуратуре! Я требую, чтобы меня немедленно вернули обратно. У меня рейс скоро.

— Инга Викторовна, к сожалению, это невозможно, — твердо ответил Нориан.

— Конечно же, возможно! Что вы несёте?! — возмутилась девушка, начиная опять заводиться.

— Видите ли, в данную минуту мы находимся не в аэропорту, а в параллельном пространстве, куда вас волею случая перенесло, — начал объяснять куратор, сохраняя терпеливую улыбку.

— Какой сервис! Взяло и перенесло! И зачем я только всегда плачу за билеты? — съязвила Инга, картинно всплеснув руками.

Нориан вздохнул и направился к автомату за мятным коктейлем.

— Возьмите, это поможет успокоиться и внесёт ясность.

— Что за отрава? Я не пью из пластиковых стаканчиков – вредно для кожи! — Инга резко оттолкнула его руку. Стаканчик упал на пол, оставив зелёное пятно. — Дайте мне телефон, я хочу позвонить жениху, — потребовала она.

— Это невозможно, я сожалею.

— Для меня нет ничего невозможного! Я что в плену? Это похищение?

— Нет, вы не в плену. Вы в другом мире. Это Элларен, — вновь сделал попытку объяснить мужчина, спокойно глядя ей в глаза.

Инга замерла. Потом резко встала и пошла по направлению к двери. Дёрнула ручку, но та оказалась заперта.

«Да что происходит?» — во взгляде читалась злость вперемешку с паникой.

— Где я? Что это за место? Кто все эти люди?

Нориан молчал, давая ей время.

— Я вам не верю, — наконец произнесла она, но её голос уже не был таким визгливым. Он стал низким, спокойным. — Это какой-то... эксперимент? Или секта? Вы меня через дезодоранты - распылители накачали чем-то в туалете? Я требую адвоката. И я не скажу больше ни слова.

Она скрестила руки на груди, отвернулась и замолчала, всем своим видом показывая, что дальнейший диалог невозможен. Инга заметила, что Нориан не удивился ее реакции. Он спокойно ждал, словно привык к подобным сценам.

— Хорошо, — спокойно произнёс он. — Мы отведём вас в комнату, чтобы вы отдохнули. Потом будем решать дальше.

— Я никуда не пойду! — тут же ощетинилась Инга. — И верните мне мои вещи!

Нориан едва заметно вздохнул. — Конечно, мы не можем вас заставить. Вы вольны делать что угодно. Но сейчас начнётся смена персонала. Будет шумно. И... — он обвёл рукой помещение, — скучно.

Он сделал паузу, давая ей самой додумать мысль.

— В жилой комнате есть балкон с видом на лес. Там удобная кровать и ванная. И там тихо. Подумайте. В будущем вы можете выбрать себе проживание по вашему вкусу. Ваши вещи уже у нас, не беспокойтесь. Вскоре вы получите ключ - браслет. Ваш баланс -1500 баллов.

Инга посмотрела на него недоверчивым взглядом. «Ключ, браслет, баланс…О чем он говорит? Неадекватный какой-то».

— Ладно. Но учтите, это под принуждением. Я делаю это только потому, что... мне нужен отдых после вашего произвола.

Нориан молча шагнул вперёд, показывая дорогу. — Прошу за мной. Мужчина проводил ее во временные гостевые комнаты.

Инга долго ходила по комнате из угла в угол, бормоча себе под нос. «Это какая - то ошибка, не могло такого произойти, может, меня чем – то в туалете накачали, у меня галлюцинации и я сейчас там лежу? Сейчас меня кто-нибудь увидит и поможет. Все вернется на свои места». Девушка пыталась зацепиться хоть за какое – то объяснение, даже самое странное, чтобы не потерять почву под ногами.

Прошло несколько дней. Инга сидела на кровати, обложившись косметикой и сувенирами из поездки. Вообще-то вещи изымались, каталогизировались, но она попросила доставить ей небольшую сумку в апартаменты... Ибо это всё, что осталось от её прошлой жизни модной тусовщицы и охотницы за богатыми мужчинами. От прикосновения любимых вещей и приятных запахов ей стало немного легче. Она грустно нюхала турецкий парфюм а-ля «Шанель» и пыталась вспоминать последнюю вечеринку перед отъездом.

О, как она блистала на вечеринке! Мужчины кружили вокруг косяками. Шампанское лилось рекой. А она была самой красивой, соблазнительной и желанной! Инга вздохнула и глубоко вдохнула аромат скраба для лица.

Девушка оплатила себе квартиру на полгода, отдав 500 баллов! Жизнь изменилась, а Инга - нет. Она демонстративно отвергла совет Нориана о более экономном жилье, поэтому переехала в самые дорогие апартаменты с личным бассейном и доставкой еды на этаж.

Завтра ей нужно было выходить на работу в парикмахерскую. Время на устройство быта закончилось. Но она, как Скарлетт О’Хара, пока гнала неприятные мысли от себя подальше: можно ведь и завтра об этом подумать. Быть простой служащей и подчиненной? Ну уж нет! Никогда Инга Королькова не работала и не собиралась начинать. С самого детства этой маленькой красивой девочке её заботливая мамочка вложила в голову, что любая работа — только для страшненьких неудачниц. А таким миленьким, как Иночка, нужно жить с наслаждением и удовольствием. Работать же за неё будет сильный и волевой мужчина. Вот Инга и наслаждалась, проводя золотые годы на вечеринках, встречая заботливых поклонников одного за другим. Последний, Мирон, даже купил ей несколько салонов красоты, чтобы удовлетворить каприз своей девочки. Она в этих салонах появлялась регулярно, когда нужно было пройти очередные процедуры красоты. Конечно, Инга планировала и в мире Элларена устроиться, выиграв лотерею. Об этом она как раз и размышляла.