"Совёнок". Революция

Глава 1. Реальностей много, история – одна

"Восстание – это одновременно и самое неотъемлемое право, и самая святая обязанность."

Маркиз де Ля Файет

Иногда или зачастую, как кому повезёт, вляпавшись один раз в необычную историю, приятную ли, неприятную, её отголоски продолжают преследовать на протяжении всей жизни. Всё прошло безвозвратно, но воспоминания продолжают будоражить многократными спонтанными флешбэками и случайными мыслями. И история продолжается вне зависимости от чьих бы то ни было желаний, сама по себе, готовая ворваться в твою реальность в любой момент. Реальность существует, пока в неё веришь, история – пока о ней помнишь...

Семья Алекса, Сандры и их дочки Сашеньки была счастлива вместе как единое целое настолько, насколько вообще могут быть счастливы люди. По убедительному настоянию мамы папа смог устроиться в IT-компанию и бо́льшую часть времени работал на удалёнке. Денег работа приносила не много, в первую очередь по причине слабой квалификации согласившегося работать по специальности программиста. Но он учился, вспоминал давно забытые знания и осваивал новые.

Вторую зарплату, а иногда и побольше того, со временем стала давать подработка. В паутине интернета Александр случайно познакомился с профессиональным тамадой. Тому как раз требовался аранжировщик, и Сашино умение играть на синте дало возможность ставить музыку на различных мероприятиях, не сильно напрягаясь, и в кайф для себя. Пришлось серьёзно потратиться на покупку соответствующего задачам синтезатора, но оно того стоило. Саша занимался тем, что нравилось и вдобавок приносило доход, как было раньше с мотоциклами. Втянувшись, впоследствии он вполне сносно освоил гитару, оброс знакомствами с музыкантами и даже умудрился сыграть пару раз на небольших клубных концертах начинающей группы, заменяя временно выбывшего гитариста.

С Витьком, который теперь был тем самым, а не Электроником, контакт поддерживал, но расстояние не позволяло им совместно заниматься ремонтом ба́йков, а в одиночку не хотелось, да и времени свободного на это почти не оставалось. Жизнь и увлечения Александра претерпели существенные изменения.

Относительно свободный рабочий график легко позволял Саше водить и забирать из детского сада свою обожаемую дочурку. Зацелованный, избалованный безграничной любовью маленькой Сашули, он был самым счастливым человеком во вселенной, когда с гордой улыбкой по утрам вёл свою красавицу в садик. И каждый раз с трудом дожидался момента, когда сможет вернуться за ней, увидеть любимые блестящие глазки и со всей нежностью сжать родную лапочку в своих объятьях.

Однако непреодолимая сила обстоятельств внесла свои коррективы в размеренное счастливое течение жизни. Спустя примерно полтора года после возвращения из "Совёнка" наш главный герой волею судьбы или, если точнее, исполняя свой гражданский долг, был вынужден отправиться на территорию сопредельного государства защищать интересы родины с оружием в руках. Вразрез со своими убеждениями и желаниями. По его скромному мнению угроза родине объективно была в разы меньше, чем вероятность массового нападения озверевших пионеров из параллельной вселенной "Совёнка" на Египетские пирамиды с целью похищения мумий фараонов. Масштабные геополитические военные игры со смертью, построенные на амбициях власть имущих, цена в которых – его жизнь, парня абсолютно не привлекали. Саша с чистой совестью повоевал бы на стороне защищающегося от агрессии "врага", но наличие семьи сильно осложняло возможность выбора. И мысли о дезертирстве, преследовавшие его всё время на пути к фронту боевых действий, он гнал от себя, как мог. Не вариант.

"А убивать людей, на чьей стороне правда – вариант?"

В диалог со старым добрым другом внутренним голосом он почти не вступал. Лишь раз огрызнулся: "Идеолог, правда у каждого своя. И я буду убивать не людей, а солдат, которые точно так же будут убивать меня. Как думаешь, что будет с предателем, когда он вернётся? Я не святоша, который готов из-за принципов навсегда расстаться с женой и ребёнком! Они мне дороже всех остальных людей на земле, вместе взятых. А то, что ты предлагаешь – для меня билет в один конец при любых возможных раскладах."

Примерно с такими мыслями он прибыл на линию соприкосновения. И судьба дала парню шанс. Саше повезло дважды. Сначала он чудом выжил после почти прямого попадания выпущенной беспилотником ракеты в "Урал". Выброшенный через задний борт ударной волной, он словил лишь пару несмертельных осколков, а потом его раненого не добили нашедшие враги. Более того, ему предоставили право выбора: может посидеть в плену, дожидаясь обмена, или повоевать на их стороне.

Колебался сержант недолго. Он теперь пропавший без вести, в дезертиры едва ли запишут. А если отсидеть в плену и даже каким-то чудом потом вернуться назад… тогда скорее всего снова придётся воевать не в ту сторону. Да, стрелять в соотечественников – тоже ничего приятного, но внутреннее чувство справедливости как минимум уравняет чаши весов.

Естественно, что просто так, под честное слово и за красивые добрые глаза, оружие в руки ему никто не дал. Проверили личность, всех родных и близких. А потом в сопровождении двух конвоиров с автоматами и оператора с камерой завели в какой-то сарай.

- Прикончишь этого – и ты с нами, - коротко бросил старший, протягивая ПМ с одним патроном, когда зажёгся свет.

Возле стены сидел прилично заросший мужик, лет под пятьдесят на вид или около того. На нём была подранная, местами в пятнах крови, армейская форма без знаков различия. За кого он воевал, объяснять не было необходимости. Пленный поднял на вошедших усталые, опухшие от бессонницы глаза, щурясь от света.

Все молчали. В воздухе тяжким грузом повисла напряжённая тишина. Гробовая…

Оператор отбросил дисплей видеокамеры и поочерёдно снял крупным планом лица Александра и приговорённого.

- Не тяни, если решился. Будет только хуже. - Посоветовал из-под балаклавы опирающийся ладонями на цевьё и приклад АК второй боец охраны.

Саша подошёл к пленнику практически вплотную и попросил развернуться спиной, чтобы выстрелить в затылок. Тот поднялся на ноги, посмотрел на него вспыхнушими яростью глазами и отрицательно мотнул головой:

- Так стреляй, сука!

- Глаза закрой, - тихо пробормотал палач.

- Сам закрой, если страшно.

Колебания продлились недолго. Рука с пистолетом поднялась, ствол замер в миллиметрах от лба жертвы. Раздался хлопок выстрела, и мёртвое тело пленника обмякло на земляном полу. Приговор приведён в исполнение.

- Молоток. Надеюсь, не нужно объяснять последствия твоих возможных необдуманных поступков? - спокойным тоном поинтересовался старший, забирая пистолет.

- Не нужно, - не своим голосом ответил Александр и поспешил убраться из сарая.

Окончательный и бесповоротный переход на другую сторону свершился. Свобода в новой клетке. Но "молотком" убийца себя не чувствовал и упорно убеждал себя, что вообще ничего не чувствует.

О войне легко читать на бумаге. Она кажется такой далёкой, чёрно-белой. Даже самые важные военные отчёты написаны в отстранённой, бесстрастной манере, которая не в состоянии передать читающим их, как происходящее где-то вдали чудовищно страшно на самом деле.

Так удобно, включается фильтр чувств, позволяющий получающим данные отделять сообщения и цифры от ужасной реальности. Вот почему люди, направляющие армии, позволяют делать со своими войсками все те страшные вещи, которые ни один нормальный человек даже и вообразить себе не может. Вот почему направляющие не желают смотреть.

Но когда ты сам встречаешься со смертью лицом к лицу, когда оказываешься один на один с выбором: убить или умереть самому – всё меняется. Фильтры исчезают, и ты лично знакомишься с безумием, которое отныне и навсегда останется с тобой и будет неотъемлемой частью тебя и твоих ночных кошмаров.

...

Сержант плотнее вжался в землю, едва заслышав характерный свист, мгновенно превратившийся во взрыв. Снаряд ухнул сзади, подняв пласты земли и плотно обсыпав чёрными липкими комьями его и товарища по оружию, лежащего справа в нескольких метрах. У Петра была в двух местах прострелена рука, и рукав "хэбэшки" уже взмок от крови. Жгут кое-как наложить успели, но дальнейшее оказание помощи под таким плотным огнём являлось крайне опасным для жизни занятием.

Вокруг с завидным постоянством в пашню кучно ложились 14,5 миллиметровые пули, выпущенные из стволов КПВТ с БТРов. Они завершали свой смертоносный полёт в мокрой земле с противным кваканьем, словно жирные лягушки, падающие с большой высоты.

Надежды выжить были призрачны, как туман, неохотно тающий в прохладном утреннем воздухе. Горстка бойцов группы, прижатых к земле практически в чистом поле, лежала за редкими естественными укрытиями, как попало, кто где успел спрятаться. Колонна врага, находящаяся на расстоянии менее километра, поливала их свинцом из всего, из чего только возможно стрелять. Трассеры рыхлили землю вдоль и поперёк, да и плотность подключившегося огня из танковых пушек, казалось, возрастала с каждой секундой.

- Что, Сашко́, тя́женько? - стиснув зубы, прохрипел Пётр и попробовал вытащить здоровой рукой бинт из кармана разгрузки. - Ну аки против цэлай брыгады ваююць, клянусь сваим астатним парасём! Камандир, аткудова они нас спалили, а? У этих чертей же нихрена, акрамя биноклей, нету!

Старлей не ответил на остро интересовавший всех присутствующих вопрос. Он валялся за большим камнем, пытаясь связаться с поддержкой.

Остатки накрытой шквальным огнём диверсионно-разведывательной группы даже не пытались отстреливаться по многократно превосходящим силам противника, укрывшегося за бронетехникой. Палить из Калашниковых в туман с такого расстояния не было никакого смысла, только своё местоположение лишний раз обозначивать. При текущем раскладе скоро и отбиваться будет некому. Отступать тоже некуда: местность простреливается насквозь, до ближайшей лесополосы не меньше трёх сотен метров. В случае неимоверного фарта относительно безопасную черту при массовом бегстве пересечёт только пара-тройка трёхсотых, тяжёлых, которые затем благополучно остынут до двухсотых в кратчайшие сроки. А где остывать – солдату без разницы.

Сейчас Саша думал только о том, за кого или за что он умрёт. Ему было всё равно, кто победит в этой абсурдной войне, на всём её протяжении он ждал лишь окончания беспощадного, кровопролитного месива. Окончательного и бесповоротного завершения, любого финала, только бы всё это прекратилось.

Уже больше полугода, как сержант живёт лишь одной надеждой: увидеть и обнять своих девочек. Надежды довольно скромные, но они помогают ему выжить и не поймать свою пулю. Он не считал, сколько убил человек, воюющих с той стороны. Не было в нём ни ненависти, ни радости, исчезли чувства удовлетворения и даже ощущения, что поступаешь правильно. Меньше масса и объём препятствия, которое мешает. И всё. И больше ни-че-го. Вид трупов перестал вызывать даже минимальный отклик внутри, у него выработался эмоциональный иммунитет, столь необходимый на войне.

Саша подтянул ноги ещё ближе к груди, стараясь сжаться до размеров эмбриона. Позиция не по армейской науке, но за невысокой кочкой-рытвиной, которая почти не прикрывает его от пуль и осколков, не до тактических условностей. Чем меньше площадь тела, тем больше шансов, что его не продырявят инородные железки. Только без помощи они все обречены, так или иначе. Скоро обстрел прекратится, и солдаты под прикрытием техники двинутся добивать выживших. Возможно, тогда появятся хоть какие-то шансы отступить, если повезёт дожить до того момента.

"Что же определило мой окончательный выбор в том сарае?" - снова подумал он, пытаясь хоть как-то отвлечься. Парень даже смог улыбнуться от неожиданной мысли о том, что помог ему пустить пулю в лоб безоружного человека … "Совёнок"! Да-да, не характер, не убеждения, а именно добрый пионерский лагерь. "Сначала потренировался на Лизе… хорошо, пусть до конца не осознавал, кого или что убиваю, но если бы знал? То что, не убил бы? Ведь я абсолютно чётко понимал, почему это делаю… Да и потом только чудо предотвратило уже массовую бойню ни в чём неповинных пионеров. Они же почти дети, а я хотел перерезать их, как скот!" Слабое оправдание, что там всё было не совсем настоящим из-за перезагрузок, зачеркнул один единственный непробиваемый довод: "Расскажи это Сандре и дочке. Вы ненастоящие, потому что появились в моей жизни из несуществующей реальности." "Совёнок" и всё в нём происходящее так же реально, как смерть, которая сейчас бесконечным градом летит из тумана, угрожая закончить всё раз и навсегда.

- Твою мать, Чёрный, куда ты пропал?! Где мои дроны?! - Громкий возглас связавшегося наконец с поддержкой старшего лейтенанта заставил на время оторваться от размышлений над философскими вопросами. Командир сейчас пытается решить более конкретную и важную проблему: не сдохнуть, хотя бы сегодня.

Кроме старлея, который лежал за камнем в пяти метрах слева и чуть позади, и рядового Петра Григоренко, успевшего шлёпнуться справа аккурат за парой тел бойцов, сражённых наповал в самые первые секунды обстрела, живых душ в радиусе своего обзора Саша больше не видел. А вот трупов кругом валялось предостаточно.

- Да мне по́хер, что у тебя раздолбали твоих операторов!! Ты понимаешь, что по нам уже "Гвозди́ки" прямой наводкой работают! … Я не знаю, за кого они нас приняли, да и насрать! Скидывай координаты нашей хвалёной дальнобойной арте́, и пусть они в говно перемешивают эту колонну! - Командир недолго послушал ответ и в ярости сплюнул. - Чёрный, блять, теряем время! Поверь, мне и нескольким выжившим из почти тридцати ребят в данный момент глубоко одноразово, от чьих снарядов загибаться! Колонна с танками и САУ остановилась, хе́ра вам ещё нужно, поближе подвинуть?! Живее, накидывай километр от маяка на юго-восток, и пусть поливают из всего, что там у них есть! - Снова непродолжительная пауза. - Принял, отбой!

- Ну шо там, камандир? - спросил Пётр, пытаясь забинтовать раны одной рукой и зубами, и при этом не отрываться от земли.

- Дерьмо там одно сплошное, как и везде! - Два подряд снаряда грохнули в крайне опасной близости, прервав его. Старший огляделся. - Хлопцы, я не знаю, как, но нам нужно отползать назад, иначе точно хана. Колонна не мелкая, её целым квадратом накроют прямо сейчас. Ракетами. Вероятнее всего, и нас вместе с ней, оптом.

- Угу, - раненый затянул зубами бинт. - Змяняць усяго два з лишним дзясятка хлопцев на стольки цэннага жалеза. А героев дадут нам за таки знатны абмен? Пасмертна?

- Дадут, во что кладут. Если останется, что класть. Всё, отставить лирику! Подбираем сопли и на зубах к тому лесочку. - Перед тем, как развернуться, он посмотрел на обоих и хмуро произнёс: - Я не приказываю, но от своих помереть… сами думайте.

На принятие решения времени совсем не оставалось. Свист пуль вроде как стал послабее. Но скорее это ошалевшие мозги начали фильтровать смертельно опасные звуки, отдавая приоритет предупреждению о подлёте снарядов.

Старший шустро, по-змеиному пополз назад. Спустя несколько преодолённых метров пули прошлись ему по ногам, он продолжил движение на одних локтях, но очередь из крупнокалиберного выбила красные фонтанчики из спины и успокоила офицера навсегда.

- От бляяя… - протянул Пётр.

Сержант оставил произошедшее без комментариев и спросил:

- Петро́, ты ползти сможешь?

- Ты шо, якое тут палзти на адной руке? Сашко́, браток, давай бе́гом, ра́зом, а? Шо так, шо гэдак, якая ўжо́ разница.

- Принимается.

Автоматы за спину, секунда-другая размять ноги, и бойцы рванули почти синхронно. Инстинкт самосохранения гнал обоих во весь опор, игнорируя свистящие пули и крик раненого откуда-то из почти рассеявшегося тумана. Вместе они преодолели около трети дистанции.

Одна пуля глубоко зацепила Саше шею и подбородок, ещё пара пробила левый бок. Скорость бега резко снизилась до быстрого шага, но он продолжал из последних сил рвать к лесу. А Пётр отстал. Бросив короткий взгляд назад, сержант увидел, как тот медленно опускается на колени. Останавливаться Саша не стал, помочь товарищу он уже ничем не мог. Потом ещё будет время обо всём пожалеть. Если это "потом" наступит.

Чудо произошло, он добрался до спасительной зелёнки, словив ещё одну пулю в плечо и осколок по касательной в ногу. Почти добрался… На мгновение раздался звук, пострашнее тех, что господствовали здесь последние несколько минут. Калибр другой, и количество одновременно летящих в небе болванок на несколько порядков больше, чем от артобстрела с дороги.

В этот же миг последняя в жизни пуля нашла сердце бойца, и он уже не услышал взрывы ракетных снарядов, рвущие в клочья броню техники, испепеляющие тела солдат и перепахивающие поле.

"Свои… сейчас накроют… только кто мне – свои?" - всё, о чём он успел подумать перед смертью.

Совсем рядом бушевал ад из грохота взрывов и огня. Ничто не могло спастись от его всепожирающего гнева. А вокруг цвела окончательно вступившая в свои права весна. Шёл месяц май, девятое число…

- Пик! Пик! Пик! Московское время – пятнадцать ноль-ноль. Предлагаем Вашему вниманию радиотрансляцию симфонии Петра Ильича Чайковского для фортепиано с оркестром...

Радио разбудило солдата, он очнулся и открыл глаза. Произошедшие для него буквально только что события вспомнились мгновенно. "Живой? Опять выжил! Ну нихе… Стоп! А кто меня подобрал?"

В помещении тихо и пусто. Руки свободны, без наручников – значит не в плену. "Не полевая санчасть, в которой меня первый раз штопали. В тыл отправили, получается." И тут внезапно до сознания дошли две вещи. Во-первых, в помещении, кроме него, больше никого нет, никаких коек с ранеными рядом, и вообще комната маловата для палаты госпиталя. Во-вторых, ничего не болит, совсем. "Неужели так качественно дырки заделали, обезболили и в вип-палату определили? За какие такие заслуги?" Вопросов уйма, а ответов ноль. И гробовая тишина вокруг.

Он почувствовал, что сильно хочется пить. Графин с водой и стакан стояли совсем рядом на стуле у изголовья. Только когда утолил жажду и осмотрел комнату внимательнее, вздрогнул, словно пораженный электрическим разрядом. Два ряда букв в шестой и седьмой строках из таблицы на стене для проверки зрения, которые можно сложить в нецензурные слова, идеально точно передали эмоции от увиденного.

Чтобы убедиться окончательно, стащил с себя верхнюю часть больничной пижамы и понял, что происходящее – не невероятное совпадение. Следы пулевых и осколочных ранений на теле исчезли, а длинная змея шрама больше не украшала правое предплечье. Да что там шрам, даже волосы на руке росли редкие, светлые, практически невидимые.

"Просто волшебно, по-другому не скажешь!" Нестерпимо захотелось ухватиться за спасительную соломинку, что это всё бред цепляющихся за жизнь остатков сознания, которое каким-то образом умудряется передавать в ещё не умерший окончательно мозг оригинальную картинку на прощанье. Только такой вариант – ещё больший бред по определению.

Дотянувшись до настольного зеркала и повернув его к себе, восставший из мёртвых поздоровался со своим юным отражением:

- Ну привет, пионер.

Глава 2. Везде, где можно жить, можно жить хорошо

Виола заставила себя ждать слишком долго. Вновь помолодевший Александр успел отметить своё воскрешение двумя бутылками пива и аж пятью выкуренными сигаретами. Местный никотин и алкоголь были куда лучшего качества, чем та дрянь, которую приходилось потреблять последние полгода, однако ощущения от них были довольны странными. Как будто куришь и пьёшь во сне, как-то нечётко его вкусовые и обонятельные рецепторы реагировали. Только у мозга с восприятием бонусов был полный порядок, и он недвусмысленно намекал на повышение градуса, чтобы меньше напрягаться от не слишком приятных мыслей.

Пионер как раз тушил в рукомойнике очередной бычок и собирался расправиться с последней оставшейся пол-литровкой "Останкинского", прежде чем приступить к дегустации тяжёлого алкоголя в виде спирта из медицинского шкафчика, когда наконец соизволила появиться старший администратор сего места. Немного покопавшись в замке запертой двери, она поприветствовала его с самого порога:

- Здравствуй, вирус.

Интересные дела, когда это она здоровалась первой?

- И тебе не хворать. Сто лет не виделись. Скучала? - пациент зачем-то отошёл от неё подальше и присел на подоконник.

- Немного.

Такой ответ удивил парня. Ну не говорит так Виола. Или это не она, или, может, он подзабыл. Да быть не может, такое долго не забывается. Внимательно разглядывая её, он попытался найти различия. Визуальных – ноль. Когда она сняла свой неизменный плащ, то в вырезе блузки можно было без труда заметить, что на ней даже лифчик того же цвета, как обычно (когда она его носит, конечно).

Медсестра накинула халат и наградила его нетипично дружелюбным и тёплым для себя взглядом:

- Успокойся, не нервничай. Неважно выглядишь, что с тобой? - спросила озабоченным тоном.

В её разговоре появились интонации! Третий подряд снаряд в одну и ту же воронку нестыковок. И ещё она смотрит прямо в глаза. Не сквозь и не мимо, как обычно, а именно в глаза!

- Со мной? Твой вопрос максимально глупый, потому что ответ на него я хотел бы услышать от тебя. А с тобой что происходит? Виола, ты человеком стала?

- Не поняла, - её слова сопровождались лёгким наклоном головы, и немного дрогнувшей бровью.

- Что тут не понятного? Откуда в тебе эмоции, мимика лица, почему ты выражаешься человеческим языком?

- Тебе не нравится?

"Бля буду, она мне улыбнулась!" - подумал поражённый Саша. Едва заметно, но абсолютно естественно. Это была совсем не комичная попытка терминатора скопировать движение губ, а вполне нормальная улыбка человека.

- Я даже не знаю. Наверное, нравится, но… Женщина, кто ты? И куда дела медсестру андроида? Мы в "Совёнке" вообще?

Его шоковое состояние, вызванное чудесным воскрешением, немного отступило. Вместо этого на время появилось удивление от нестандартного поведения Виолы.

- Естественно, ты в пионерском лагере "Совёнок". Болит что-нибудь? - эта фраза от неё прозвучала уже куда более привычно и без проявления эмоций.

- Нет, полный порядок. Но как я попал сюда? Меня же убили… Это что, такой персональный вариант отдельного ада?

- Маршрут тот же, как и при первом посещении, - медсестра присела за стол и открыла журнал с какими-то записями. - Почему ты ассоциируешь лагерь с адом? Здесь так же плохо, как в тёмных узких коридорах нескончаемой паутины лабиринта, где человеческая душа мечется в вязкой липкой слизи и вечно испытывает тысячекратно усиленный аналог зубной боли?

Только Виола может говорить ровным тоном так, что кровь стынет в жилах. Да, это несомненно она.

- Крайне убедительно обрисовала, классические черти с котлами – детский аттракцион по сравнению с твоим вариантом. Нет, тут не настолько плохо… однако и хорошо далеко не всем.

Она принялась заполнять какой-то журнал и, не отрываясь, спросила:

- Тебе – плохо?

Он вздохнул и долго медлил с ответом.

- Учитывая то, что произошло со мной там, мне бы следовало радоваться сейчас. Но ты же меня знаешь, я бы предпочёл темноту и небытие́ вместо всего этого. - В нерешительности он помял в руках пачку сигарет. - Будешь ругаться, если закурю?

- Здесь медпункт пионерлагеря, а не бар, - холодно процедила она.

- Ага, медпункт, но с пивом и сигаретами. Виола, я понял, что передо мной всё та же самая лучшая медсестра во всех из возможных миров. Можно попросить тебя вернуться на новый вариант прошивки, который почеловечнее?

- Мне не требуется перепрошивка. Я на 99 процентов автономна, самообучаема и выбираю модель поведения самостоятельно.

- Мы, люди, тоже так думаем. А на самом деле – хорошо, если хотя бы наполовину самостоятельны и осознанны в своём выборе. Почему ты раньше не вела себя так, как сейчас при нашей встрече?

- Не было необходимости.

- Понимаю. А … - он вдруг умолк, не зная, как тактичнее сформулировать. Мысленно наругав себя за то, что стесняется, как школьник, продолжил максимально нейтрально, чтобы она поняла. - В тот раз необходимость была? Пусть мы почти не разговаривали, но ты же была другой.

Она поняла, о чём шла речь. Но не ответила, захлопнула журнал и отошла за чаем к шкафу.

- Если тебя интересует что-то ещё – будет лучше спросить сейчас.

Пока она возилась с кружкой и чайником, Саша прошёлся до дверей и запер их изнутри. Вернувшись, взял со стола спички и прикурил. Виола промолчала, но взглядом наградила таким, что и мёртвый побледнел бы. По факту пионер тоже больше не совсем живой, выдержал.

- Не нагоняй жути, я тебе не первенец. Вы же знали, кого возвращаете и откуда. Через что мне пришлось пройти там за последнее время, ты в курсе?

- Да.

- Так скажи мне, зачем дарить бессмертие такому, как я?

- Ты не бессмертен.

- Тогда почему я сейчас говорю с тобой? Почему могу дышать, курить, пить пиво и чувствовать его вкус, почему снова в "Совёнке" вместо того, чтобы окончательно исчезнуть? - В ответ молчание. - Виола, меня бесит, когда ты включаешь свой режим тишины. Говори со мной, раз сама сказала спрашивать!

- Я не смогу объяснить, а ты не сможешь понять.

Вскипел чайник. Пока она наливала себе кипяток, он решил не открывать при ней бутылку о край стола и сунул горлышко в рот, намереваясь сделать это зубами.

- У тебя не очень крепкие зубы, лучше так не делай, - предупредила она.

- Было б о чём переживать, перезагрузка восстановит.

- Возвратов на точку отсчёта не будет.

- Ты теперь и шутить умеешь? - он и бровью не повёл, но с попыткой отогнуть крышку зубами пока притормозил.

- Это не шутка, - спокойно произнесла Виола и взяла у него из рук бутылку. Но вместо того, чтобы убрать её подальше, открутила пальцами крышку и вернула Саше. - Остались те же пространственные и временны́е ограничения, но без восстановлений. Абсолютно автономная локация с бесконечным летом и вечной молодостью. - Она выжидательно посмотрела на парня, оценивая его реакцию на только что услышанное, потом закинула ногу на ногу и приподняла кружку с чаем. - За встречу?

Промедлив приличное количество времени, Саша тронул её кружку горлышком бутылки, сделал пару глотков и произнёс:

- Виола, если бы ты захотела прочитать мои мысли сейчас, то ничего не поняла бы, потому что в голове сплошная мешанина. Из определённого выделяется только попытка предложить тебе выйти за меня замуж из-за твоего умения открывать советские пивные бутылки голыми руками.

Она спокойно отхлебнула чая и снова умудрилась удивить своей слишком пространственной речью.

- Я не читаю мыслей, но могу с 95ти процентной точностью предугадать алгоритм поведения. - Виола промедлила. - И ты смог неоднократно попасть в пять процентов погрешности. Один или два раза за твоё количество циклов – допустимо, но у тебя как минимум четыре и условный пятый … - Тут она, видимо, хотела уточнить, но почему-то воздержалась. - Аномально высокий показатель. Я знаю, о чём ты хочешь спросить, но не понимаю, почему не спрашиваешь. Да, ты – единственный из пионеров, который вернулся в лагерь после смерти. Это я могу объяснить. Первый фактор, определяющий – ни у одной копии не было сбоя с близнецом пионерки и не было ребёнка, зачатого в лагере. И если первое не имеет принципиального значения, то твою дочь игнорировать абсолютно недопустимо. Благодаря ей ты навсегда останешься частью "Совёнка", равно, как и её мать, и сам ребёнок. Следующий фактор, менее важный – кроме тебя, погибло только три копии из тех, которые смогли покинуть пределы лагеря. Но ни один из них не делал выбора, все они подчинялись поставленным условиям.

Виола объясняла неторопливо и без эмоций, но не как робот. За это время Саша успел два раза продолжительно приложиться к бутылке.

- И что, выхода не существует, даже в теории? - Он сам ответил, не дожидаясь её реакции. - Хотя какой выход, меня же больше не существует там. Без перезагрузок здесь теперь все смертны и ничего не забывают? - теперь уже он идеально копировал её стандартное поведение и говорил со стеной, глядя сквозь медсестру.

Виола кивнула и продолжила смотреть ему в глаза. Она прекрасно понимала, что последует дальше. Очевидный вопрос о дочери, которой для него больше нет. И Сандры тоже нет, как и того, настоящего мира в принципе. Осталась только память. У мертвецов и этого нет, но вряд ли наличие воспоминаний у него является преимуществом перед остальными умершими. Однако и недостатком назвать такой "бонус" язык не повернётся. Своим вопросом он, наверное, снова попал в пять процентов погрешности.

- Виола, ты боишься сейчас?

- Нет, я не умею. - Она отпила ещё немного, выдерживая паузу. - Могу лишь приблизительно представить, чего ты лишился и что сейчас чувствуешь. Во мне, если применить человеческий термин, сожаление или переживание от того, что ты на грани неправильного выбора. - А дальше её слова прозвучали, как гром среди ясного неба. - Саша, ты же умер. Какой ещё нужен довод, чтобы смириться? Живи. Наивысшая награда, которая только возможна, её никто не получал от лагеря. Отказаться от неё – твоё право, но если бы я могла, то попросила бы тебя не делать этого.

Гробовая тишина нарушилась стуком стеклянного донышка возвращаемой на стол бутылки. Пиво в ней исчезло, мгновенно проследовав в желудок воскресшего.

- Если в моём случае можно испытывать ещё больший шок, то я его почти испытываю. Сначала по имени меня называешь, а потом так правдоподобно пытаешься проявить заинтересованность в том, чтобы я не исчезал. Зачем тебе это, андроид?

Такой умышленный цинизм диаметрально противоположного обращения не остановил её.

- Если ты относился к андроиду по-человечески, почему я не могу так же относится к тебе? - Она коснулась пальцами его ладони. - И я прошу тебя… не делай того, что задумал. Если хочешь, ты получишь любое лекарство, обезболивающее, снотворное, сколько необходимо… Не заканчивай всё… пожалуйста.

Или ей было сложно говорить, или она делала вид. Бесчувственная медсестра с такой мольбой смотрела ему в глаза, что не отреагировать было просто невозможно.

- Тронут, правда, - он погладил её ладонь второй рукой. - Я понимаю, что в любом случае ничего не теряю, задержавшись здесь. И если кто и способен остановить меня, то только ты. Признайся, процент искренности в твоих словах хотя бы до погрешности дотягивает? После волшебного слова "пожалуйста" от тебя хотелось бы услышать правдивый ответ.

- Вирус, я никогда не говорю лишнего. И не лгу, - она убрала свою руку.

- А вот в это охотно верю. Ты лучше промолчишь, чем попытаешься соврать.

Старый новый пионер поднялся и прошёлся по комнате. Виола с опаской поглядывала на медицинский шкаф, где за стеклом в стакане поблёскивала острыми лезвиями пара скальпелей. Он перехватил её взгляд и успокоил:

- Ну допустим, уговорила. Брезгливо отбрасывать такой подарок – край глупости и мазохизма, даже для аномалии, вроде меня. Не знаю, кто у меня в роли ангела-хранителя, но он или она – крайне изобретательное создание, не сдаётся. И всё равно лагерь уже никогда не сможет стать раем для пионера Алекса.

- Кроме тебя самого, данный факт никто не в силах изменить. Ты создал свой рай и здесь, и там, большего дать Алексу лагерь не сможет. Тебе оставили память, иначе спасать душу не имело бы смысла. - Медсестра допила чай, отодвинула кружку и посмотрела из-под полуприкрытых век. - Но Алекс погиб, а для пионера Саши рай всё еще возможен. Все необходимые материальные атрибуты и прекрасные девы в наличии. И интересные события не заставят себя ждать, вот увидишь.

Сдавленный кашель немного задержал его ответную реплику.

- Виола… зачётно, браво. Уже одно то, что ты умеешь так общаться, добавляет ярких красок в моё существование, обещающее быть не слишком весёлым. Мне придётся по-новой узнавать тебя и привыкать. Но поживём – увидим, как говорится. Давай к более насущным проблемам. Вещи мои где? Разгрузка, камуфляж и остальное, что при мне было.

- Их нет.

- Как это – нет? А, понял. Оружие и аммуницию можешь себе оставить, мне не надо, отвоевал своё. Плеер и гарнитуру верни.

- Нет, ты не понял. Только тело, больше в лагерь ничего не попало.

- Ну класс, без музыки жить буду. - Он загрустил и задумался. - Ладно, Маша должна помочь с этим. Кстати, она осталась в том варианте, с которым я попрощался когда-то? Смутно помнит меня?

- Не совсем. Все знают тебя, в остальном – абсолютно чистая, максимально приближенная к базовой версия лагеря, в которую вписан пионер Александр Крайно́в. Отношение к тебе сформировано согласно сумме твоих поступков на всех прошлых циклах. Но пионеры не помнят конкретных событий. Точка ноль с новыми вводными.

- И новым персонажем. Поздравляю, Саня, ты стал равным канонам Бесконечного лета в пионерлагере "Совёнок". Жаль, не осталось, чем отметить такое событие, - он сокрушённо посмотрел на пустую бутылку на столе. - Базовая версия, значит… почти как в самый первый раз. Добро пожаловать и начать всё сначала, - задумчиво произнёс он и покрутил в руках сигаретную пачку. - А что с Леной?

- Она здесь. Единственная, кто почти не знает тебя. Поверхностное знакомство ввиду отсутствия предыдущих контактов, - Виола посмотрела пристальным многозначительным взглядом. - Чем не повод?

Он ответил на это ничего не выражающей ухмылкой:

- Аргумент весомый. Прожить столько циклов в лагере, и только на четвёртом заходе познакомиться с пионеркой Леной. Но ты же знаешь, что и этот этап у меня уже пройден.

- Вирус, послушай. - Она обращалась к собеседнику то по имени, то по нику, соответственно менялась и интонация. - Наличие памяти сделало пионеров несколько независимыми от лагеря, но не пытайся объяснить им, что происходит, всё испортишь. Если они поймут и поверят – представь, что тогда будет.

Саша понимающе кивнул:

- У меня нет никакого желания рушить их коллективную сказку. Разве что с Машей будет сложновато держаться, подруга всё-таки. Даже больше, как родная почти… А почему никто не задаётся логичным вопросом о своей семье, о родителях и постоянном пребывании в одном и том же месте?

- Они все сироты, если можно так выразиться, и им нет смысла спрашивать, почему живёшь в раю.

- Примерно понял… Максимально реалистичные улучшенные пионеры, но всё ещё не видящие картины в целом. - Мысленно он продолжал укладывать в своей голове особенности изменившегося "Совёнка", составлял их в цепочки и делал выводы. Вследствие этого его речь была не слишком связной и изредка прерывалась. - А игрок по-прежнему только один… Меня немного напрягает Ольга. Ты же понимаешь, что я просто порву её, на самом старте. Новый пионер Саша не сможет подыгрывать главной, как раньше.

- Не волнуйся, ты во втором отряде, и она тебя не касается.

- Прекрасно, а кто вожатый? Не Александр Григорьевич? - Саша улыбнулся самой широкой улыбкой, которая была возможна в текущих обстоятельствах.

- Нет, - Виола постаралась отзеркалить ответную реакцию. - Вожатого нет, другой отряд существует лишь формально и по сути создан ради тебя. Никаких линеек, общественных заданий и прочего.

- Очень предусмотрительно, иначе впечатления от рая были бы серьёзно испорчены. Всё настолько детально продумано, правда я не понимаю, чем заслужил такие почести. Но, допустим, это не моё дело. - Потоптавшись немного и подавив желание закурить, парень вернулся к медсестре и присел на кушетку. Выражение его лица снова стало хмурым. Он опустил глаза в пол, подождал и поднял взгляд, сверля им разноцветные глаза Виолы. - А сны? Я хочу их видеть… пусть почти все будут кошмарами, но если хотя бы в одном из сотни я смогу увидеться с Сандрой и дочкой…

- Не усложняй, - спокойно прервала она. - Про сны не могу сказать ничего определённого, но спать, ра́вно как пить и есть, тебе совсем необязательно. Можешь делать это каждый день, можешь раз в месяц, как захочешь. Запас прочности практически безграничен, и на твоё физическое состояние данные факторы существенного влияния не оказывают.

- А дышать? - тут же уточнил он.

- Эта функция осталась почти неизменной. Твоему организму нужно дышать, однако обходиться без воздуха ты можешь значительно дольше, чем обычный человек.

- Хм, недоработка получается, умершим и такие условности тоже не нужны. Значит, мы с тобой теперь одинаковые?

Виола снова улыбнулась, он никак не мог привыкнуть к такому.

- Не слишком. Только близкое к абсолютному отсутствие потребностей. В остальном твоё тело полностью соответствует стандартному человеческому. Оно хрупкое, и повреждения не исчезнут сами собой в кратчайшие сроки. Единственный бонус – автономный зацикленный обмен веществ, не требующий подпитки, необходимой обычному организму пионера.

Он слушал её ответ, задержав дыхание. Пауза растянулась минуты на три или больше. Проверка показала, что без воздуха действительно не обойтись. С остальным ещё предстоит разобраться.

Виола терпеливо ждала.

- То, что смерть и боль остались – хорошо… Даже бояться можно попробовать при желании. Хоть где-то живым себя почувствую, - сказал Саша на шумном выдохе.

Он хотел добавить что-то ещё, но ручка запертой входной двери задёргалась и снаружи донёсся приглушённый преградой голос:

- Виолетта Герцеговна, вы здесь?

Парень усмехнулся:

- Оригинальное у Вас отчество, Виолетта. Открыть?

- Можешь, если не сложно. Напоминаю, пионеры хорошо знают тебя, не удивляйся. И одень рубашку.

Быстрыми движениями она убрала пустые пивные бутылки, а Саша спрятал сигареты в карман, недовольно посмотрел на свои пижамные штаны и в темпе выполнил просьбу медсестры с рубашкой, дополнив классический образ больного.

Открытая дверь представила его взгляду фиолетововолосую пионерку Лену со свойственным той слегка застенчивым видом.

- Ой, - увидев неожиданного персонажа перед собой, она смутилась ещё больше, но всё же смогла не растеряться полностью. - Привет, Саш…

Пионер пристально разглядывал девушку, в этот миг он понял: её глубокие нефритово-зелёные глаза уже не смогут превратиться в острые лезвия, тяжело ранящие его сердце. Саша не стал накалять до предела неприлично продолжительное молчаливое созерцание девушки и посторонился, гостеприимно распахнув дверь.

- Привет, Лен. Проходи. Мне капельницу ставили, поэтому закрыто было. Чтоб не беспокоили.

Пионерка чуть кивнула и сделала несколько неуверенных шагов.

- Что случилось? - Виола приподнялась ей навстречу.

- Ничего. Вы просили зайти после обеда. - Лена улыбнулась немного виноватой улыбкой, но глаза не опустила, как только что, когда здоровалась с Сашей.

Медсестра едва заметно качнула головой, её губы сжались чуть плотнее. Внимательно следящий за ней Саша понял, что она чем-то недовольна или обеспокоена. Он мог читать эмоционально непроницаемую ранее Виолу. Скорее всего, она сама позволяла, но ему это нравилось.

- Меня отвлекли более срочные дела. Извини, что не предупредила. Я найду тебя позже, - произнесла Виола абсолютно спокойным ровным голосом.

- Хорошо. - Девушка задержалась в нерешительности и посмотрела на парня. - Капельница невидимая была, да? - произнесла она с улыбкой без тени смущения. Негромко попрощалась и вышла.

Саша проводил пионерку задумчивым взглядом, а когда снова остался наедине с Виолой, спросил, не глядя на собеседницу:

- Выходит, моя смерть там отвлекла тебя?

- Данное событие внесло коррективы в мой распорядок дня, не более. Ничего страшного. - Она немного промедлила, ожидая, пока парень не повернёт голову обратно к ней, и лишь дождавшись, продолжила: - Как ощущения?

- Без последствий. Ты же видела.

Она кивнула.

Наступившая пауза в разговоре продлилась очень долго. Саша не знал и не слишком старался найти, о чём ещё можно поговорить, и уже собирался попрощаться и сходить куда-нибудь побродить по наиболее живописным местам, но Виола вдруг выдала:

- Ты действительно считаешь, что больше не можешь чувствовать по-настоящему?

- Есть такие подозрения.

- Тогда я должна заранее извиниться за мои дальнейшие слова. - Она не ответила на его вопросительный взгляд, встала со стула и отошла к окну. Оставшись стоять спиной к парню, скрестила руки на груди, посмотрела некоторое время на солнечный "Совёнок" за стеклом и сказала: - Ты видел много крови и смертей … разных. Естественно, ты огрубел, но всё же остался собой. Мёртвые обезображенные тела, страдания и чужая боль перестали вызывать в тебе ответную естественную реакцию, но… - Она развернулась лицом. - Только если возраст крови, смертей и страданий был приемлемым.

- Заткнись! - резким движением он направил на неё указательный палец, словно дуло пистолета.

Виола медленно подняла руки и демонстративно развела их в стороны:

- Я же сказала, что извиняюсь. Как мне ещё переубедить тебя?

- У всего есть предел!

Вот только дойдя до предела и преодолев его, видишь очередной и снова идёшь к нему, чтобы преодолеть. Со своей скоростью, спотыкаясь, падая, набивая шишки, ссадины, иногда переломы. Снова и снова, и так до самого конца. Уткнулся, не смог преодолеть – считай, финиш. У каждого свои возможности, а допустимые границы определяешь сам, или за тебя их будет обозначать жизнь. Наиболее удобно и комфортно отгородиться иллюзорной стеной от всего происходящего и жить спокойной тихой жизнью, не замечать пределов и не рисковать.

"Не смерти должен бояться человек, он должен бояться никогда не начать жить." "Проблема в том, что не рискуя, мы рискуем в сто раз больше." – Марк Аврелий, II век. В редких передышках от войны Саша если не спал, то либо играл на гитаре или слушал музыку, либо читал найденную в разбомбленной библиотеке книгу с обгоревшими краями. «Наедине с собой. Размышления» римского императора Марка Аврелия.

Когда в составе диверсионного отряда Александр впервые проходил один из полуразрушенных городов, он смотрел вокруг, слушал. Ведь ему уже почти не страшно, почти не больно. Первый и последний раз, когда он проделал такой путь с открытыми глазами и ушами. Впоследствии, если приходилось пересекать населенные пункты, солдат смотрел исключительно под ноги, а в его ушах через гарнитуру связи на всю катушку ревела музыка из подключённого плеера. И плевать, что за такое использование наушников прилетит от командира.

Он не хотел, просто не мог позволить себе снова увидеть мать, несущую на руках окровавленное тельце своего убитого малыша, её лицо… или услышать всхлипы маленькой девочки, с огромным трудом разбирающей кирпичи разрушенного дома, её охрипший от плача голос: "Мамочка! Держись, я спасу тебя!" Такие картинки из памяти не вытравить ничем и никогда. Боль возрастала многократно от осознания того, что и с его семьёй может произойти нечто подобное. И если случится, то от рук тех, на чьей стороне он сейчас сражается, но их вины в том не будет. Объективная, циничная, ужасная суть войны. Есть стороны конфликта, есть их цели, море боли, крови, искалеченных жизней и жертв, но виновных нет. Виноватыми победители назначат проигравших.

"Измени отношение к вещам, которые тебя беспокоят, и ты будешь от них в безопасности." Ещё одна мудрая мысль из книги. Тот случай, когда сказать несложно, а вот претворить в жизнь…

- На всякий случай спрошу ещё раз, - мрачным загробным тоном произнёс пионер. - Уверена, что администрация лагеря не ошиблась и подарила очередной шанс тому, кому нужно?

- Не в моей компетенции сомневаться и обсуждать подобные решения. - Она старалась смотреть на Сашу как можно более добрым взглядом. - Но если хочешь услышать моё личное мнение… я абсолютно уверена в правильности совершённого действия. - Виола резко сменила тему и снова заговорила обычным для себя безэмоциональным голосом. - В шкафу есть форма, переоденься. А в твоём отдельном домике приготовлена одежда на все случаи предстоящей новой жизни. Можешь одеваться, как угодно.

Парень ничего не сказал, лишь едва заметно кивнул в ответ. Переодевался, прикрывшись от взгляда медсестры распахнутой дверью шкафа, хотя та не смотрела, да и он сам не смущался: голым она видела его уже дважды, и второй раз совсем недавно, несколько часов назад после телепортации. Не Лена же на его бессознательное тело больничную одежду натягивала.

Лишнюю деталь гардероба в виде алого пионерского галстука Саша оставил на вешалке. Он посмотрел в зеркало дверцы, разглядывая образ, в котором провёл значительную часть своей жизни. Не самую худшую часть, как оказалось. Жаль, что наградой того этапа он так и не успел насладиться в полной мере. Нестерпимо захотелось курить, и он сделал несколько шагов по направлению к выходу.

- Я пойду? - спросил, стоя уже в дверях.

- Конечно, Саша. Отдыхай, ты заслужил это.

Прежде, чем он ушёл, Виола воспользовалась своей обширной базой знаний и успела попрощаться с ним очередной цитатой из той самой книги:

- Везде, где можно жить, можно жить хорошо.

Глава 3. Райские будни

Снаружи лагерь, как и положено, встретил жаркой солнечной погодой и множеством света. Пионер достал сигареты, зажал одну между зубами, но вдруг выплюнул, сдавил пачку и выбросил в урну. Пионеры не курят, потерпим.

Саша брёл по дорожке и разглядывал ещё не затёршуюся новыми событиями из его жизни картину до боли знакомого советского пионерского лагеря. Внутри бушевала буря из смешанных чувств тоски, отрешённости и … проблесков радости. Да, именно радости. Несмотря ни на что, он был рад снова оказаться в "Совёнке". Особенно с учётом того, что теперь его знают и помнят. Никакой здесь не ад, совсем нет. И раз он попал сюда после смерти, значит, поступал в своей недолгой жизни правильно. Не переступал через себя и оставил душу незапятнанной жалкими оправданиями сделок с совестью. Когда-то он хотел умереть, чтобы уйти отсюда, а в итоге после смерти снова попал в "Совёнок". Воскрешённый понимал, что был приятно обрадован впервые и заново познакомиться с юной пионеркой Леной и почти счастлив снова увидеть Виолу. Саша был слишком горд, чтобы признаться себе в этом прямо сейчас, но пульсирующие спонтанные ростки радости жили в нём, пробиваясь через оболочку циничной защиты, называемой объективностью. И он перестал сопротивляться этим чувствам. Он ни о чём не сожалел, обвинить себя ему не в чем. Его путь пройден, пусть не идеально, зачастую не самостоятельно, ему помогали, но эта помощь была заслуженной, не просто так. Осталось принять состоявшийся переход на новый уровень, в новое состояние и окончательно смириться.

Навстречу ему по дорожке шла неизменная встречающая новеньких – Славяна. Даже сейчас у неё получилось встретиться с прибывшим на территории лагеря первой. Только в этот раз она не знала, что пионер появился здесь недавно. Он для всех, кроме Виолы, вроде как был здесь всегда.

- Саша, привет. Ты сегодня какой-то… - На её лице по обыкновению играла улыбка. Сама доброта и приветливость в облике симпатичной голубоглазой девушки с золотыми косами.

Он ответил ей с аналогичными эмоциями на лице и во взгляде:

- Привет. И какой же я?

- Не знаю… Счастливый, наверное.

- А обычно несчастный был? - он продолжал улыбаться, искренне, обрадованный новой встрече со своей хорошей знакомой.

- Более сдержанный, - она почти рассмеялась, глядя на него своими добрыми красивыми глазами цвета неба.

- Хороший день, вот и радуюсь, - Саша поразился до глубины души, что смог сказать такое о дне своей смерти. - А сейчас, когда тебя увидел, он стал ещё лучше.

- Спасибо, очень приятно и взаимно. А куда идёшь?

- Да так… гуляю. Думаю к Маше заглянуть.

- Передавай ей привет. - Славяна совершенно не удивилась и не спросила, кто такая эта Маша. - Хотелось бы поболтать, но я очень спешу. До встречи, Саш, - хихикнув на прощанье, она отправилась дальше по своим делам.

Пионер долго смотрел ей вслед, прислушиваясь к своим чувствам и всё ещё удивляясь самому себе. Почувствовав на себе взгляд, полный доброй энергии, девушка обернулась и даже притормозила на несколько секунд. Удивление Славяны было логичным, ведь она и в самом деле не могла запомнить его таким.

Ноги сами принесли Сашу к знакомому зданию музкружка. Надо отметить, оно подверглось серьёзному косметическому ремонту, как и всё остальное в лагере. Едва коснувшись дверной ручки, пионер почувствовал нечто, похожее на волнение. Это чувство усилилось многократно, когда сразу за открывшейся дверью в метре перед ним возникла девушка с длинными бирюзовыми хвостами в пионерской рубашке с ослабленным красным галстуком на шее, расстёгнутой верхней пуговицей и поднятым в стойку воротником. Видимо, Мику собиралась уходить.

Как же ему хотелось без объяснений прижать к себе эту милую девчонку и высказать ей всё, что вмиг нахлынуло огромной волной, накрывая с головой и лишая точки опоры… Саша едва сдержался и не нарушил обещание, данное Виоле.

- Саш, ты чего? Так странно выглядишь. Что случилось? - обеспокоенно и немного смущённо спросила Мику. Сложно было не заметить его состояние.

- Ничего… - он поник, уставился в пол и с трудом смог выдавить из себя продолжение, - за электрогитарой зашёл. Не возражаешь, если я одолжу одну на время?

- Ну конечно бери, зачем спрашиваешь? - она поправила воротник и улыбнулась своей очаровательной улыбкой, которая так ему нравилась. - Уже обсуждали, ты можешь в любое время пользоваться всем по своему усмотрению. И ключ запасной, если меня нет, знаешь где лежит.

Саша ещё не успел выбраться из эмоциональной ямы или, вернее, спуститься с горы и поэтому не сразу тихо ответил:

- Помню, но всё равно ты главная здесь, и я не мог не спросить. - У него получилось изобразить некое подобие ответной улыбки, которую удерживала преграда из грусти недосказанности. - Куда уходишь?

- Ольга Дмитриевна просила зайти. Там какое-то срочное дело, и непонятно, зачем я нужна, но всё равно надо идти, потому что без меня никак.

- Ясно… Я на сцене поиграю немного, приходи… если будет время, - на всякий случай сказал Саша.

- Обязательно, если не забуду. Но ты можешь и здесь поиграть, - получив отрицательный кивок головой в ответ, она продолжала смотреть на Сашу в недоумении. - Может, я могу помочь чем-нибудь?

- Справлюсь, - буркнул парень и прошёл к упакованному в чехол инструменту.

- Ну мне пора, я просто спешу, извини…

- Увидимся. Тебе привет от Славяны, - поспешно добавил он, пока Мику не ушла.

Слонялся по лагерю пионер ещё очень долго. Никого из знакомых больше не встретил и пришёл к сцене только после ужина. Кажется, Виола не шутила: есть пока что ему совсем не хотелось, поэтому в столовую не пошёл.

Вооружённый подключённой через усилитель электрогитарой Саша посмотрел на вечернее солнце. Почти коснувшаяся линии горизонта, чуть покрасневшая и уже не такая слепящая дневная звезда добавляла грустных нот в его настроение.

- Ну что, помнят руки? - он подкрутил пару колков на грифе и попробовал взять большое баррэ́. Вроде помнят. Саша глубоко вздохнул и под почти неслышный аккомпанемент затянул припев старой доброй невесёлой песни:

- Я без тебя не живу, не пою

Лишь о тебе мечтая…

Только сейчас начал я понимать

Как мне тебя не хватааееет…

Я не хочу, чтобы видела ты

Как я тихонько плачу

Губы твои вытрут слёзы мои

Я не могу иначе…

Проводив очередным вздохом последние растаявшие в воздухе звуки, он не смог удержать ожидаемую волну накатившей тоски по своей семье. Собравшись, сказал сам себе: "Главное, что мои девчонки живы, и с ними всё хорошо. Можешь и должен помнить, но убиваться бесполезно. Всё кончено, у тебя больше никого, ничего и никогда не будет из прошлого." Грустно, больно, но это так.

Дабы не затягивать паузу, руки в тандеме с гитарой выдали незамысловатую мелодию, больше подходящую для акустики. От очередных воспоминаний из прошлой жизни радостью также не веяло. Когда-то в походных условиях он практически на ходу переделал случайную подходящую песню.

- Нас подняли по тревоге

Оккупанты на пороге

Всё вокруг в огне пылает

И невинные страдают

В бой подонки нас бросают

В битвах братья погибают.

Горят деревни, города

Горит вокруг сама земля

Плечом к плечу мы прём вперёд

В небе сирены вой ревёт

Живыми бы прийти домой

Но легион уходит в бой…

Вновь неспокойно в городах

Воздух предательством пропах

Захватчики всё прут на нас

Но мы не дрогнем, не сейчас!

Плечом к плечу мы рвём врагов

Ножом, винтовкой, кулаком

Живыми бы прийти домой

Вновь легион уходит в бой…

На полях, в лесах и в небе

В тех краях, сожжённых гневом

Наше пламя угасало

На ветру, как лист дрожало.

До последних сил сражались

Как безумцы в бой бросались

Всё в огне войны пропало

Смерть – и новое начало.

Лежат в руинах города

Вдали родные и семья

Наступит день, настанет час

Вспомнит вселенная о нас.

Придётся, братья, отступить

Чтоб ранам время дать зажить

Услышат наш предсмертный вой

Весь легион вернётся в бой!

Злость тая́, мы не простили

Павших братьев не забыли

И готовятся армады

Скоро грянет час расплаты.

Пламя снова возгорится

Наше братство возродится

Ужас в вас вселит тревога

Мы у вашего порога!

Не совсем подходящая песня для пионерского лагеря получилась. Насквозь пропитана злостью, жаждой мести и безысходностью… Но гитарист не успокоился и вспомнил другую, которую уже пробовал переделать. Про что ещё петь, как не про то, через что самому пришлось пройти. Идея пришла спонтанно. Музыка от оригинала, но можно ещё немного подкорректировать слова. Ритм куда быстрее и жёстче, чем у предыдущей. Он немного подумал и попробовал сыграть:

- На пути колонны

Встал стеной десант

Как заноза в глотке

Озверевших банд.

Помощь на подходе

Продержитесь час

Нужно задержать их

Дать победе шанс.

Мрак окутал поле

В огненной черте

Там, где разведрота

Не сдавалась в плен.

Долг исполнен с честью,

Всех обняла смерть

Павших здесь героев

Хоронил рассвет.

И чуть громче, с надрывом в голосе:

- Это был наш отряд

Двадцать восемь ребят

Взяв огонь на себя

Задержали врага.

Это был страшный бой,

Что навязан судьбой

Обречённых, одних

Вечно помни о них...

Если потренироваться и подровнять текст, то совсем хорошо будет.

Попав, что называется, в струю, он практически без передышки начал играть ещё одну, из той же оперы, но без нерва:

- В руках автомат, потому что солдат

Блестят ордена, потому что война

Вернулся домой, потому что герой

Вернулся домой живой…

Эта тишина и солнца свет

Вдруг сказали, смерти больше нет

Просто солнца свет и тишина

Вдруг сказали, кончилась война…

Вдруг стало слышно пенье птиц

И речку снова слышно стало

Ветрами смерть смахнуло с лиц

И можно всё начать сначала…

Эта тема уже значительно тише и ровнее. Подышав и успокоившись, Саша позволил мыслям перетечь в спонтанные воспоминания о клонах-пионерах, которые уже никогда не смогут прийти к нему в гости. Одна из самых первых встреч, о чём там рассказывал его "товарищ"?

- Хм… Бой продолжается, говоришь… - задумчиво пробубнил он себе под нос и пробежал пальцами по бронзовым гитарным струнам. - …я никому не нужен, тень среди людей… Нет, так не пойдёт. Мы лучше к мечте будем стремиться.

Долго пытался вспомнить и подобрать аккорды, и только когда стало более-менее получаться, ускорил темп игры до быстрого и попробовал спеть непростую в исполнении песню, пропустив проигрыш вступления:

- Сбросило ветром повязку с лица, и в глаза свет ударил бичом

Оказалось, маньяк заменял вам отца, а народ был послушным скотом.

Все изменилось в прозревших глазах,

Кто был крысой – стал тигром и львом

Ты не предатель, ты жил в дураках, и таких миллионы кругом.

Ответь: что вам мешало прозреть?

Что же случилось с мечтой: сделать для всех рай земной?

Оглянись назад! Там застыл закат, чёрно-красной застыл полосой.

Впереди – туман, позади – обман, что вы сделали с вашей мечтой?!

...

Как-то совсем не получилось успокоиться, сплошной волчий вой вместо лайтового музицирования, чтобы скрасить одинокий вечер. И никого рядом, а ведь даже на войне у него всегда было с кем поговорить.

"Райский" лагерь не дал ему окончательно загрустить. Саша прекратил играть и обратил внимание, что у сцены появилась традиционная в таких случаях гостья. Алиса прилетала на звуки гитары, как мотылёк на яркий огонь.

- Классно орёшь, Сашкен, - похвалила пионерка. - Только медиатор возьми, не то рука потом будет так болеть, что взвоешь. Хоть струны твоей подружки и потоньше, чем у моей, но всё равно. Я знаю, о чём говорю.

Бренчать по мягкому нейлону акустики и правда полегче, чем по бронзе инструмента, который он мучает в течение уже почти часа. Гитарист встряхнул не привыкшие нестерпимо зудящие пальцы, поднял голову и поприветствовал рыжую:

- Ты как нельзя кстати, Алиса. Поорём вместе? А то одному что-то не очень.

- Даже не знаю… - она припарковала зачехлённую басуху рядом с колонкой. - Это же Ария, насколько я поняла?

- Верно поняла, - уважительно кивнул Саша.

- Сыграть можно, но петь такое с тобой… бред полнейший.

- Согласен, нужно что-то другое пробовать. - Он положил гитару на колени и немного подумал, поочерёдно растирая кончики пальцев о плечи. - "Трава у дома" от Землян. Знакомо?

- Конечно. Но не мой формат, извиняйте.

- Эх, рокерша, подожди браковать. Знаю такой бешеный ремикс (из Atomic Heart), ты с ума сойдёшь. И слова учить не надо, раз слышала.

- Ремикс?

- Техно-метал обработка.

Прищурив глаза, она с недоверием дёрнула уголками губ:

- Ну показывай, непризнанный Джимми Хендрикс.

Он хмыкнул и вернул гитару в руки.

- Хватай стул, бери оружие. Блин, там такой перебор быстрый, я на акустике пару раз попробовал, но это не то совсем…

Алиса вернулась со стулом, ловко подхватила свой инструмент за гриф и приземлилась напротив.

- Ну что мнёшься, Сашкен Хендрикс? - она уже расчехлила свою чёрную четырёхструнную красотку с изображением пламени и втыкала штекер провода в усилитель. - Двачевская не тупее паровоза, накидывай свою обработку, подхвачу на ритме. По ходу дела нестыковки согласуем. - Она обратила внимание, что Саня заулыбался. - Чему лыбимся? Давай-давай, время дорого. А то скоро тётя Оля придёт и ругаться будет, что мы среди ночи орём, как два мартовских кота, и пионерам спать мешаем.

Саша с трудом сдержал накатывающий смех:

- Знаешь, Двачевская, иногда мне тебя ну очень не хватало. Кроме шуток.

Алиса поправляла настройки гитары и удивилась:

- Это когда такое произойти успело с тобой?

- В прошлой жизни, не обращай внимания.

Спустя полчаса с небольшим "коты" уже вовсю драли глотки под агрессивные рокерские риффы:

- И снится нам не рокот космодроооома! - ну и так далее весь припев.

Без перегруженных синтов выходило не совсем то, что нужно, но Саша всё равно был доволен, да и Алисе тоже понравилось. Отвели душу и размяли голосовые связки гитаристы по-полной.

- Сашкен, я тебя люблю. Надумаешь искать жену – спрашивай у меня первой, скорее всего соглашусь. - Говорила в своей привычной полусерьёзной манере Алиса, когда они в сгущающейся темноте возвращались по домам, едва успевая ко времени отбоя.

- Я учту. Не могу обещать, что будешь первой, но место в топ три у тебя никто не отнимет, однозначно, - так же классически парировал "жених".

- Ну вот козёл, он и есть козёл, - нарочито обиженно вздохнула девушка.

Обниматься и расцеловываться на прощанье они, конечно, не стали. Расстались, хлопнув ладонями "пятюню", по-братски.

В домике воскрешённый пионер первым делом оценил предоставленный ему гардероб. Джинсовая куртка чёрная, джинсовка синяя с потёртостями и оригинальными разрывами, имитирующими следы когтей, и косой надписью "Wild" на спине, любимая кожанка с пантерой, несколько баек с широкими капюшонами, пара свитеров на всякий случай, рубашки с длинным и коротким рукавом, футболки также с разной длиной рукавов, три пары брюк, джинсы всех возможных расцветок и покро́ев, бриджи, шорты, аж четыре модели кроссовок, две пары кед и даже футбольные бутсы, две пары туфлей чёрного и белого цветов, летние туфли в сетку, шлёпанцы и ещё много чего, что только могло уместиться в шкафу. И никаких галстуков, эти стильные удавки на шею сразу полетели бы в мусорку. Отдельно висели ещё три кожаных ремня с разными пряжками. На тумбочке возле кровати лежали солнцезащитные очки и пара перчаток без пальцев отличного качества. Внутри тумбочки оказались идеально разложенные мыльно-рыльные принадлежности, в нижнем отделе нашлось штук десять трусов-бо́ксеров, пара плавок и куча аккуратно сложенных маек чёрного, белого и серого цветов, некоторые с принтами. Потом оценим.

Хоть Саша и был неприхотлив в одежде, однако организаторы, стилисты, или кто тут ещё по профессии орудовал, хорошо постарались в стремлении угодить. И в цвета, и в дизайн попали, что неудивительно. Уж в этом-то лагерь своего пионера наверняка знает.

- У меня за всю прошедшую жизнь поменьше шмоток было, чем сейчас. Ну что, можно сказать, действительно неплохой день получился. Даже несмотря на то, что я сегодня умер, - вслух подвёл итог Саша и плюхнулся на кровать. - Посмотрим, как оно пойдёт дальше.

Он помнил, что сон больше не является необходимостью, но усталость, в первую очередь моральная, давала о себе знать. Поэтому пионер довольно быстро отключился, стараясь поменьше думать о том, чего уже не вернуть.

Примерно за неделю Саша успел вдоволь насладиться всеми доступными вариантами нескучного времяпровождения в "Совёнке". Беззаботно отдыхать в пионерлагере, безусловно, куда приятнее, чем каждый день жить в ожидании, когда тебя убьют.

У пионера почти получилось перестроиться и привыкнуть к новой жизни. Пляж практически каждый день, как само собой разумеющееся. С Ульяной три раза в футбол играли. Только один матч удалось кое-как свести к ничьей, остальные два его команда проиграла.

В кружки́ пару раз заглянул. Робот уже довольно уверенно стоит на ногах, пока ещё не ходит, но в дальнейшем даже собирается заговорить. Саша не сомневался, что так и будет, потому что Шурик и Электроник – это не советские пионеры, а чёртовы гении кибернетики. Данная компания его мало привлекала, как и раньше, так как сам он мало что соображает в этом деле и особого энтузиазма по поводу происходящего не испытывает.

Дошла очередь и до библиотеки. Надо сказать, набор доступной литературы неплохо обновился, насколько он мог помнить предыдущий. Полюбившегося Марка Аврелия не нашлось, и на первое время Саша выбрал книгу Ричарда Мэтисона "Я легенда" 1954 года издания и ту, что советовала когда-то Маша. Про возраст души, без названия и года выпуска.

Он всё ещё спал каждую ночь, постепенно сокращая продолжительность сна. Последний продлился три часа и по ощущениям от привычного для него шестичасового ничем не отличался. Если не спать, то читать – самое то, лучшего занятия на освободившуюся ночь он пока не придумал.

А вот столовая посещалась крайне редко. Наверное, раза два за всю неделю, и то только чтобы попить. Иногда он испытывал жажду или просто так казалось, фантомное чувство. Саша и во время предыдущих визитов в лагерь не баловал это место своим присутствием, а теперь – и подавно, коль уж новый организм позволяет.

Со всеми пионерами он находился как минимум в приятельских отношениях. Девчонкам даже нравился. Всем, кроме разве что Жени (классика Бесконечного лета, ничего не поделаешь). Он ничего специально для такого отношения к себе не делал, и ему было по большому счёту всё равно: ни с одной он не сближался ближе пионерской дистанции и не собирался этого делать, держа в уме прошлые фатальные последствия и не находя в этом никакой необходимости. Кроме одной, естественной. Но такая естественность присуща живым, к которым он в полной мере более не относится. Это не было аксиомой, так он думал.

Потребность вступления в половую связь, как выражается одна привлекательная медсестра из "Совёнка", по его ощущениям не исчезла, как необходимость есть и спать. Однако она была сродни желанию курить: довольно легко блокировалась и не напрягала. Впрочем, как и в той жизни, в более привычной реальности. Учитывая, сколько на войне прожил без этого и ещё раньше, в "Совёнке"… В общем, он подумал об этом лишь однажды, из любопытства, и пришёл к выводу, что попытка сделать "это" будет похожа на шаг к саморазвитию, как у Виолы. Если до такого вообще когда-нибудь дойдёт. Подумал и больше к ненужным мыслям не возвращался, чтобы не превращать свой рай в блядский дом, перебирая возможные кандидатуры для эксперимента. Тем более, что изначально логически склонялся к уже проверенному варианту в виде медсестры, наиболее подходящей на такую роль, особенно в новых условиях.

И Лена… Общение с ней почему-то получалось примерно на уровне контакта с библиотекаршей. Он помнил Лену, которая прекрасно знала его и стала ближе, чем родная сестра. Здешняя версия по внешним признакам и поведению вроде как была аналогичной, но он не испытывал к ней и десятой доли тех чувств, которые были по отношению к той, настоящей Лене.

Осознание, что она всего лишь бот-копия пионерки, пускай и с памятью, усугубляло. Саша привык к ботам Славяне, Ульяне, Алисе и Маше, но не к Лене. Он ловил себя на мысли, что злится, как будто у него опять что-то отняли, ухудшили Лену. Часть ответственности за это автоматически возлагалась на ни в чём неповинную местную копию. Девушка чувствовала отсутствие заинтересованности в общении и его нейтрально-неприязненный настрой и предпочла свести их разговоры к минимуму. Сама она, похоже, также не горела желанием познакомиться поближе, и таким образом интересы обоих удачно совпадали.

Но чем дольше Александр находился в лагере, тем яснее становилось, что так просто, на тормозах, он эту ситуацию не спустит. Как бы там ни было, Лена ему небезразлична, даже такая. Ведь это всё равно она! Парня начали посещать мысли исправить несправедливые исходные настройки пионерки, но он вспомнил слова Виолы. Андроид с разноцветными глазами абсолютно права: нельзя рассказывать. Такой ядерный бульон заварится, что даже черти в аду начнут сочувствовать живущим в этом "раю".

С течением альтернативного времени в отдельной от остальных версии "Совёнка" градус Сашиной заинтересованности в происходящем плавно падал к отметке ноль.

Саша не рвался из клетки, как в прошлый раз, потому что за пределами клетки ничего не было. Лагерь наконец-то смог заполучить этого пионера целиком, только пионер по-прежнему не мог полноценно почувствовать себя частью всего, что его окружало. Несмотря на максимально улучшенные условия проживания в лагере, ему было не по себе, словно он жил в вакууме, оторванный от происходящего.

Аннулирована повинность утренних линеек и давление вожатой, полностью исключены любые виды контроля, даже меню в столовой разнообразили до неприличия. Райского неприличия: ни в одном советском пионерлагере на завтраке ананасы или манго не увидишь и на полдник мороженым из трёх разноцветных шариков не побалуешься. Тот самый легендарный "Артек" едва ли мог похвастаться чем-то подобным.

А вместо двух пухлых поварих, весом под два центнера каждая, на кухне теперь всем заправляет миловидная девушка лет 25-27ми по имени Жанна. Как она одна со всем справляется – непонятно. Не иначе, ангелы помогают.

Да вот беда, Саша от всех этих изменений в лучшую сторону никакого восторга не испытывал. Он никак не мог окончательно свыкнуться с ролью образцового пионера после всего, что произошло с ним, а отсутствие контроля воспринимал не как бонус, а как само собой разумеющееся новое условие.

Кормёжку и обсуждать нечего. Несомненно, приятно иногда перехватить чего-нибудь вкусненького, но не более того. Потребность в еде выключена, и он заходил в столовую скорее из интереса или от нечего делать, чем ради удовольствия.

Однако один ощутимый плюс от трансформации столовой всё же имел место быть: он легко договорился с Жанной насчёт ножей для метания и теперь мог легально одолжить их в любое время с учётом возврата.

...

Постепенно жизнь Александра вошла в спокойный размеренный ритм с незначительными событиями. Он незаметно вернулся к своему привычному распорядку дня, максимально приближенному к нейтральной версии пионера, которого когда-то придерживался, чтобы не болтаться без дела в попытках найти себе интересное занятие.

Изредка воскресший с удивлением отмечал, что с грустью вспоминает не только о Сандре и Сашеньке, но и о войне и боевых товарищах. Скучает? Нет, конечно не по кровавым мясорубкам и не по видам смертей, что происходили прямо на его глазах, не по страданиям невинных, а по честным боям, которых было крайне мало, но и такие случались. В такие моменты, несмотря на естественные всполохи всеподавляющего страха и одновременной ярости от невозможности радикально повлиять на происходящее, необъяснимо остро ощущалась вера в друга, в человека и в какую-то непоколебимую высшую справедливость. А после боя в гости без стука наведывалась кипящая радость, что остался в живых и всё ещё можешь вернуться домой. К прежней жизни. Неужели солдат внутри него настолько плотно успел пустить корни за те короткие и в то же время такие бесконечно длинные полгода? Ведь он так хотел, чтобы ад войны закончился навсегда…

Очередной день начался с утренней пробежки и купания в озере совместно со Славяной (она, кстати, по неизвестным причинам теперь плавает в купальнике, а не нагишом, что немного удивляет её партнёра по фитнесу).

Проигнорировав завтрак, пионер заканчивал подход на турнике и вдруг услышал из-за спины:

- Мышечная память снижена практически до абсолютного нуля. Возможности твоего тела физическими упражнениями увеличить невозможно, даже на время.

- Доброго утра, Виола. С увеличением возможностей у меня проблем нет, размер устраивает. - Не оборачиваясь, он выполнил ещё четыре подтягивания и только тогда спрыгнул и сделал пару шагов к ней навстречу, одевая на ходу футболку. - Не ожидал тебя здесь увидеть. Роскошно выглядишь, как и всегда.

На медсестре отсутствовал привычный медхалат. Распущенные чуть волнистые иссиня-чёрные волосы падали на плечи, наполовину прикрытые знакомой парню блузкой ярко-голубого цвета с глубоким декольте, мини-юбка средней длины скрывала немногим больше половины загорелых бёдер, а туфли-лодочки с внушительными размерами каблуков украшали стопы стройных ног женщины. Разноцветные глаза изучали пионера со свойственной им прохладой.

- Здравствуй, Саша, - запоздало сказала она, словно выдерживала паузу, чтобы он рассмотрел её, как следует.

- Так и будем в гляделки играть, как будто впервые встретились, или скажешь, с чем пришла?

- Ты мне нужен… для медосмотра.

Она произнесла эту короткую фразу абсолютно невозмутимо. И всё же промедлила в середине, зачем-то добавляя подтекста, юмора или какого-то иного смысла. Слишком часто Виола начала запинаться.

В поведении медсестры чувствовалась необъяснимая внутренняя напряжённость, которую она даже не старалась скрыть под маской холодного равнодушия. Саша пока сделал вид, что не заметил этого.

- Вот так новости. С чего это вдруг мёртвому потребовался медосмотр? Насколько я помню, за всё время, что я здесь провёл, ты ни разу меня не осматривала.

- Так надо, всё изменилось. Твоё тело живое и в нестандартном состоянии, проверка необходима. Я обязана следить, чтобы с ним не произошло ничего экстраординарного. Это не прихоть и не шутка.

- Охренеть! Вы чего, запихали меня в экспериментальный не протестированный прототип оболочки?

Его удивление было проигнорировано однотонным безэмоциональным выражением:

- Тебе подарили жизнь после смерти.

- Ну да, действительно. Роскошный подарок, но спасибо у меня пока не получается сказать, уж извини.

- Вирус, будешь продолжать пререкаться, или мы наконец пойдём на медосмотр?

- Конечно идёмте, Виолетта Герцеговна, не могу же я наплевать на новые приоритеты лагеря. Только обувь захвачу. - Саша сходил за кедами, скучавшими на лавке, но так и пошёл босиком с ними в руке.

Виола проявила заинтересованность:

- Ассортимент обуви не устраивает?

- Нет, всё хорошо. Ноги к берцам привыкли, я их почти не снимал в последнее время. До сих пор отучаюсь, босиком лучше процесс идёт.

Навстречу им прошли Ульяна и Славяна. Лишь когда все четверо поздоровались и разминулись, Виола сказала:

- Если нужны берцы, можно устроить. Армейский вариант с высоким голенищем?

Саша подумал немного и заявил:

- Не надо, без них обойдусь. Мне мотоцикл нужен. Японец. Желательно "Ямаху", но согласен и на "Кавасачку", кубов четыреста объёмом. Можно и пятьсот, но думаю, что здесь они будут лишними.

Медсестра притормозила, видимо, обрабатывая возросшие запросы нескромного пионера:

- Ты помнишь о том, что не бессмертен?

- Не забыл. Какое это имеет отношение к вопросу?

- Прямое. Как и безопасность лагеря и пионеров. Куда ехать собрался?

- Как всегда – круги нарезать буду по периметру, далеко тут не уедешь. Ну до старого лагеря, может, но дорога к нему не очень. - Он уже находился в состоянии предвкушения, но вовремя притормозил. - На площадь и территорию – ни ногой, ни колесом, пока в седле. В шлеме и защите гонять… ездить буду, обещаю.

Виола не задумалась и на мгновение:

- Нет.

Несостоявшийся мотоциклист всё же попробовал:

- Ох уж эти твои неповторимые "нет". А может на 250ти кубах сторгуемся?

- Нет. Не всему есть место в лагере. - Она шагнула на ступеньку крыльца медпункта.

- Обидно… а так хотелось, - разочарованно протянул следоваший за ней Саша. Изначально веры в успех авантюрной затеи не было, поэтому он почти не расстроился. - Ну что ж, будем на досуге конструировать с механиками-кибернетиками собственный двигатель и на велосипед вешать. Начнём с советского скутера, без вашей помощи.

В довершение он хотел было отпустить пару лестных слов по поводу её туго обтянутой мини-юбкой роскошной задницы, которую созерцал с позиции на несколько ступеней ниже, пока Виола отпирала дверь. Однако пионер воздержался, а то чего доброго не давать, а отбирать начнут за несоответствие ожиданиям от воскресшего.

- Тогда не только без обуви – в одной простыне ходить буду, как святому и полагается, - не стерпел и сказал вслух окончание своей мысли.

Виола обернулась и вопросительно подняла бровь.

- А ты догадайся, о чём я подумал, - Саша в два прыжка достиг дверей и нырнул внутрь вслед за медсестрой, ожидаемо не пожелавшей поддержать забаву.

Глава 4. Не было бы счастья…

После детального осмотра всех органов чувств воскрешённого Виола, не обращая внимания на недовольное бурчание пациента, буквально силой запихала ему градусник в подмышку и взяла тонометр.

- Как себя чувствуешь в целом? Дискомфорт, необычные ощущения где-нибудь? Отсутствие обоняния, нечёткое осязание? - не глядя на Сашу, она накачала манжету и оценила показания.

- Виола, со мной всё в порядке. Ну правда. Чем ты так взволнована? Только не говори, что моим здоровьем, я не поверю.

- В первую очередь именно им. - Пауза, ставшая уже традиционной. - Как тебе в лагере?

Она что-то явно не договаривала и как всегда избегала прямых ответов на вопросы, которые наиболее интересовали Сашу.

- Неоднозначно. В общем хорошо, но слишком ровно. Я скучать начинаю, прошлую жизнь свою вспоминаю часто. Нужно что-то делать, товарищ доктор. И чем скорее, тем лучше.

- Этот момент мы обсудим чуть позже. - Подождав необходимое количество времени, она изъяла градусник. - 37 и 5. Адаптационный период не завершился, температура не пришла в норму, - сказала она сама себе и продолжила докапываться. - Точно нет жалоб на самочувствие? Говори, как есть.

- Небольшое покалывание в висках иногда, притуплённые вкусовые ощущения… Так, что ещё… Укус комара вчерашний сильно расчесал, под лопаткой. - Он встал, развернулся спиной и задрал футболку, чтобы продемонстрировать. Подождав пару секунд, снова вернулся в исходное положение. - Виола, ты серьёзно сейчас? Всё это – не дырка в теле, из которой хлещет кровь, требующая немедленного реагирования. Переживу как-нибудь.

- Не нервничай, контролировать твоё состояние – моя прямая обязанность.

Пионер как будто обрадовался услышанному:

- Да ладно! Когда в прошлый раз моё состояние находилось на грани безумия, тебя вообще в лагере не было. Давай лучше перейдём к части предполагаемых изменений в нашем замечательном лагере, о которых ты упомянула.

Виола пошуршала в шкафчике и извлекла оттуда шприц и ещё кое-что, пострашнее.

- Непременно, только закончим с необходимыми процедурами. Мне нужно взять у тебя кровь.

- И из пальца тоже? - Сашины глаза заметно расширились. - Это ещё зачем, тебе температуры и давления мало?

- Так надо, мне виднее. Ты боишься?

Слегка закусив губу, парень посмотрел в окно и положил руку на стол.

- Бери из вены. Хоть пол литра. А пальцы не трогай.

Виола едва не рассмеялась:

- Я знаю, что ты лез под пули, чтобы вытащить чужого для тебя человека, и не боялся. Но боишься безобидного укола в палец. Как такое возможно?

Саша повернул голову к улыбающейся во все тридцать два зуба медсестре.

- Во-первых, он мне был совсем не чужой. Он вместе с братом десять километров меня раненого на себе нёс. А могли бы запросто бросить, потому что я им тогда почти никто был. Сомнительный вояка, начинавший воевать на стороне врага. Но они не бросили. И во-вторых, когда я лез под пули, то боялся. Что его убьют, и вернуть долг не успею. Или что у парней, прикрывающих меня, патроны закончатся, потому что они на исходе были.

- Хорошо, я поняла. - Улыбка с её лица исчезла, Виола снова стала сама невозмутимость. Но не отказала себе в удовольствии добить пациента. - В-третьих, сдать кровь из пальца всё равно страшнее.

- Коли. Пей мою кровь, садистка, - вздохнул "бесстрашный".

Не покидало ощущение, что происходящие сейчас манипуляции нахрен никому не нужны. Однако Виола никогда и ничего ненужного делать не будет, в этом можно не сомневаться. Пока медсестра набирала кровь после болезненного прокола безымянного пальца левой руки, он не выдержал:

- С другими анализами тебе будет гораздо сложнее. Я же почти ничего не ем и не пью в последнее время.

- Ха, ха, ха, - скопировав смех робота Вертера, медсестра отошла, чтобы расставить кровь пионера и градусник с тонометром по своим местам. Она произнесла с расстояния, не оборачиваясь, - а теперь можем перейти к изменениям. Количество первостепенных пионеров в лагере будет увеличено до тринадцати.

- Ух ты. Новости, тоже мне. Ну увеличивайте на здоровье, я здесь каким боком?

Виола обернулась и впервые с начала осмотра посмотрела ему прямо в глаза, да так, что всё стало ясно.

- Ааа… Я выбираю, кого заселять?

- Да, но копия человека из твоей реальности может быть только одна. Остальные трое – вымышленные персонажи, не имеющие отношения к твоему миру, аналогичные уже существующим в лагере.

Она едва успела договорить, как Саша воскликнул:

- Отлично! Значит, реальный человек – Сандра, а…

- Исключено, - холодно прервала она обрадованного парня.

Он осёкся, снова с силой закусил нижнюю губу и посмотрел на медсестру злым вопросительным взглядом. Виола не успела продолжить.

- Ну так и иди в лес со своими предложениями, сами заселяйтесь! Зачем у меня спрашивать, если ответ очевиден?! - Саша собрался выйти отсюда, не желая продолжать ставшее бессмысленным обсуждение.

- Подожди, - она шагнула ближе, но остановить не успела. - Твоя пионерка появится здесь, её не нужно выбирать!

Произнесенные максимально громко слова догнали Сашу стоящим у двери. Сердце мгновенно разогналось до скорости авиационного форсированного двигателя. Он сделал несколько глубоких вдохов-выдохов и обернулся:

- В чём подвох? Взамен я ослепну, рыбкой в озере стану или ещё что похлеще?

- Ничего взамен от тебя не потребуется. Успокойся и сядь на место, я объясню. Ведёшь себя, как мальчишка.

- Так я сейчас и есть мальчишка. Гормоны, всё такое. - Саша снова разместился на кушетке. - Рассказывай, я слушаю, внимательно.

- Одно простое условие: без эмоций.

- Как ты, да? Начало уже не сулит ничего хорошего, но я постараюсь.

Виола начала без раскачки:

- Помимо лагерей, в которых живут копии пионера, существует альтернативный лагерь-противовес, в нём не действуют законы Бесконечного лета. На бесчисленное множество стандартных лагерей с версиями одного конкретного объекта всегда приходится один лагерь со своим течением времени. В нём прохладно, не светит солнце, и никто не живёт. Почти никто. Наиболее взрослые копии могут проникать в альтернативный вариант "Совёнка". Ненадолго, максимум на пару часов за смену.

- Сходки! - не выдержал и перебил Саша. - Так вот где мои старые клоны собирались. А зачем этот лагерь нужен, если там никого нет?

- Для равновесия, тёмная версия хранит и уничтожает фатальные ошибки противоположных лагерей и…

Саша задумался и не слышал, что говорила дальше Виола. "Сандра – ошибка. Получается, она должна быть как-то связана с тёмным "Совёнком", а я единственный, кто… Твою мать!" Он снова прервал рассказ медсестры:

- Погоди. Она сейчас там?

- Нет, - Виола зачем-то продублировала ответ отрицательным движением головы. - Но скоро появится. В течение ближайших пары недель, плюс-минус несколько дней.

Саша прислонился спиной и затылком к стене и прикрыл веки.

- Так вот зачем я здесь. Возникла неразрешимая проблема, с которой может разобраться только одна версия пионера Саши.

- Всё не так, вирус. О её появлении стало известно совсем недавно, ты уже был здесь. Я не лгала, когда говорила о причинах твоего возврата.

- Извини, но сейчас я тебе не верю. Лучше давай вернёмся к моей первой смене, и ты пояснишь мне кое-что. Расскажи мне о клонах Сандры. Их же не существует, зачем ты её тогда галоперидолом кормила?

- Как минимум одна копия есть абсолютно точно. Вполне вероятно, что их больше, но немного. Альтернатива пионерки Лены была быстро локализована для предотвращения хаоса и краха системы. Лекарство не позволяло копиям встретиться.

- Из твоих слов я не уловил причин изоляции.

- Уникальность твоей пионерки в том, что при контакте с копией каждая узнает всё, известное остальным. Моментально, им даже разговаривать нет необходимости. Сумма знаний может оказаться критически опасной.

- Ну допустим, примерно понял. Поздравляю тебя и всю систему в твоём лице, они встретились.

- Где и когда?

Вопрос был задан спокойно, как очередной пункт анонимного опроса, однако зрачки в центре разноцветных радужных оболочек выдавали Виолу. Они пульсировали, уставившись в одну точку в глубине глаз Александра. Саша держал паузу и наслаждался её немым криком: "Ответь!"

- В том месте, которое твой лагерь так хотел бы контролировать, но не может. Это произошло во сне, когда мы возвращались домой в автобусе. Только вот моя Сандра ничего нового не узнала, она бы рассказала мне.

Виола как будто загрустила:

- Сознание твоей пионерки было закрыто в отличие от сознания её гостьи. Та, другая, получила знания всех копий, и именно она скоро появится в противоположном нашему лагере.

- Не вижу повода для волнений. Что страшного в том, что в тёмном лагере появится супер Сандра?

Виола ответила вопросом на вопрос:

- Как контакт копий повлиял на твою реальность?

- Моя Сандра попросила, чтобы Лена была жива… - И в это мгновение ему дошли причины абсурда, который происходил в его мире после первого визита в "Совёнок". - Стоп, значит, эта гостья смогла отменить где-то здесь смерть своей сестры и… получается, Шурик со своей фирмой и автобусом – непредсказуемые последствия её действий? А ещё к Лене тоже во сне её клон приходила и показывала то, чего знать не могла…

- Уникальная пионерка, которую ты зовёшь Сандрой, сильнее, у её каноничной сестры-близнеца лишь зачатки способностей. Теперь ты понимаешь степень угрозы?

Саша всё ещё продолжал устаканивать причинно-следственные связи своего фантастического прошлого и ответил не сразу:

- Не до конца. Угрозы чему?

- Всему, что нас сейчас окружает. Невозможно представить, какой силой она будет обладать. Пионерка хотела остановить сестру от самоубийства и нашла способ её спасти, но таким образом поставила крест на… вашем с ней будущем. Не конкретно твоём, конечно, копии. Множество циклов она боролась, но бесполезно, в её реальности не нашлось вариантов, где вы были вместе. Это стало платой выбора.

- Грустно… - Какого чёрта такая не логичная плата, можно даже не спрашивать. Скорее всего, завязался тот Саша на оставшуюся в живых Лену, делов то. - Вот бы с тем клоном, который с ней должен был быть, пересечься раньше. Почему он ни разу не пришёл ко мне в гости?

- Он не мог, вы находились в практически идентичных лагерях. С ошибками. И пионерка не сможет появиться здесь сразу, но так или иначе попадёт в наш "Совёнок" через альтернативный лагерь, чтобы попытаться всё изменить. Есть один нюанс… в том лагере невозможно долго находиться в человеческом облике.

Саша едва не захлебнулся от услышанного:

- Чегооо?! Тогда в каком виде она появится?

- Этого никто не знает, она сама выберет.

Не успевая переваривать такое количество новой информации, он тихо произнёс:

- Если всё это произойдёт… Скажи, нахрен кому нужны перемены такой ценой? - Несмотря на выражения, сейчас Саша выглядел растерянным беззащитным ребёнком, ищущим поддержки и понимания.

Медсестра открыла ключом верхний ящик стола и протянула ему закрытый резиновым колпачком стеклянный пузырёк, а потом добавила на стол небольшую упаковку с ампулами и дефицитные одноразовые шприцы.

Рассеянным взглядом он изучил надпись на этикетке. Название препарата не сулило ничего хорошего.

- Морфин? Зачем мне эта наркота?

- Пионерка трансформируется, изменится. Превращение будет крайне болезненным. Когда начнётся, ты тоже будешь ощущать его в полной мере, так как неразрывно связан с ней, она объединение всех копий. Как только почувствуешь приступы острой боли, вколи себе дозу. Смешивать с атропином в пропорции один к одному. Пока рано беспокоится, но я бы порекомендовала не спать до её появления, в крайнем случае через неделю перед сном обязательно страхуйся хотя бы атропином. Морфин вколешь, когда проснёшься, если будет больно. Дозировка указана на этикетке.

- Виола, ты в край охренела? Пытаешься напугать меня страшными сказками для детишек? Забери назад свою отраву!

Он хотел поставить склянку на стол, но Виола обхватила его кулак и вернула руку на колено. Сопротивляться было так же бесполезно, как пытаться голыми руками остановить бульдозер.

- Болевые ощущения будут настолько сильными, что могут спровоцировать непредсказуемые последствия. Фатальные необратимые последствия. Процесс трансформации может продлиться не один час, вполне возможно – сутки. Или ты хочешь в изолятор под капельницу?

С недовольным выражением лица он подчинился:

- Ну спасибо. Лучше бы о Сандре в тёмном лагере позаботились.

От медсестры последовал звук, напоминающий фырканье разозлённого кота.

- Не благодари. Вирус, пойми, здесь окажется не совсем твоя пионерка. Она будет человеком лишь отчасти, а внешне – симбионтом её и того существа, которое она выберет для возможности существования в альтернативном лагере. И она не знает о продолжении твоей реальности, понятия не имеет о вашей дочери и обо всём остальном, что происходило с вами в твоём мире. Но она знает абсолютно все подробности и принципы действия лагерей.

Саша подался вперёд и наклонился, уставившись в пол. Он тяжело дышал, казалось, что температура подскочила до критического предела.

- Что с тобой?! Тебе плохо? - медсестра тряхнула парня за плечо.

- А ты как думаешь? - негромко проговорил он, не поднимая головы. - В качестве симбионта какие могут быть варианты? Явно не бабочка или котёнок?

- Конечно нет, тёмный лагерь примет только аналогичное существо. Негативное, неестественное…

Поток нецензурных выражений не позволил ей закончить. Саша вскочил и сжал в кулаке прядь волос Виолы, притянув её голову вплотную к своему лицу:

- Что вы наделали?! Ты хоть понимаешь своими супер мозгами, что говоришь сейчас? До каких ещё извращений додумается твой гениальный лагерь и его совершенная система?

Розовато-карий и ярко-голубой глаза спокойно смотрели на него в упор. И в них снова светилось что-то непонятное, похожее на просьбу. Саша отпустил медсестру и несильно оттолкнул от себя. Виола по инерции сделала пару шагов, пока не уткнулась задом в стол.

- Я не хочу быть здесь при таких раскладах, - продолжил он уже значительно тише.

- Кому, как ни тебе, не знать, что это сделали не "мы", и вина отнюдь не в системе. Лагерь наделён уникальными свойствами и возможностями, фантастическими для твоего мира, но не более того. Всё происходящее – вы и ваш выбор. - Она прикрыла глаза и медленно помассировала большим и безымянным пальцами основание переносицы. Спустя пару секунд открыла их снова и продолжила ещё более спокойно: - И скоро всё это может закончиться. Если тебе удобнее найти виноватых и устраниться в сложившейся ситуации – пожалуйста, я больше не стану тебя уговаривать. Даже помочь могу, если хочешь.

- Как мило с твоей стороны. Я уже взрослый, сам справлюсь. - В голосе парня отчётливо слышался металл, он буквально скрежетал на его зубах. - И всё происходящее дерьмо ты называешь "ситуацией".

- Можем назвать апокалипсисом "Совёнка", если тебе так принципиальны формулировки, - попыталась съязвить Виола. - Я рассказала тебе заранее, хотя могла и не делать этого.

- Тоже сделала выбор? Да ещё и в пресловутые пять процентов погрешности попала, как я понимаю?

- Можно и так выразиться.

- Виола, мой главный выбор был абсолютно такой же, как и у этой новой Сандры: спасти Лену. И я тоже должен быть там, пусти́те меня к ней, пока не поздно.

- Ты же знаешь, что это невозможно. - Она устало опустилась на стул. - Что станешь делать?

Если андроиды и умеют передавать чувство тоски и грусти, то это была лучшая попытка. Просто десять из десяти. Мир Виолы скоро может рухнуть, похоронив под своими обломками всё, ради чего она существует. Крушение своего мира Саша пережил неоднократно, поэтому её "чувства" были знакомы ему не понаслышке.

- А что здесь можно сделать, когда твоя система ставит меня на грань, где варианта без предательства не существует? Можно взорвать "Совёнок" со всем его населением и райцентром впридачу. - Это не было шуткой, но Виола в любом случае не отреагировала, и он ответил сам себе, - ах да, нехорошо просто так убивать пионеров… Тогда покурить надо, лучших вариантов пока у меня нет. А лучше выпить чего-нибудь не пионерского, чтобы мозги не лопнули.

- Только не в моём медпункте, - категоричным тоном заявила Виола.

- Ну конечно нет. Я в столовой расположусь, там столики удобнее.

Подумав, никотин и алкоголь пионер решил заменить пока стаканом воды. Залпом махнув первый, он налил ещё и опустился на соседний стул рядом с Виолой. Судя по всему, ей сейчас было не менее хреново, чем Александру, и он подвинул ей стакан с водой.

- Ужасно выглядишь. На, попей.

Медсестра сделала несколько мелких глотков. Кажется, ей полегчало.

- Знаешь, о чём я часто размышляю… Мир делится, когда перед каждым выбор встаёт. Важный выбор. Но мир делится, чтобы каждый человек нашёл ту реальность, где он несчастен. Все счастливыми хотят быть… наивные. Несчастные – настоящие. Они не притворяются, не подстраиваются, не боятся потерять хрупкое состояние радости, которое принято называть счастьем.

- Да уж, Виола… Очень интересная, своевременная мысль. Умеешь ты сказать так, что и ответить нечего. Одно забыла уточнить: лагерь создан, чтобы глупые люди сравнили и в полной мере почувствовали разницу между короткой иллюзией счастья и безграничной бездной отчаянья и одиночества. Быстро мой тихий спокойный рай закончился, только я почему-то ни капли не жалею об этом.

- И что дальше?

- Дальше? Это ты у меня спрашиваешь? Чем дальше, тем страшнее, честное слово. Ау, очнись! Я – пионер в новой версии лагеря, которого непонятно зачем воскресили из мёртвых. - Для большего эффекта он несколько раз щёлкнул пальцами перед её лицом. - Родная, если ты ждёшь, что я буду каким-то образом воевать с Сандрой, спасая "Совёнок", то сильно ошибаешься. Вы не того героя выбрали, против неё я не пойду. Ни в этой жизни и ни в какой из следующих, мне Лизы хватило по самое некуда.

- Саша, ты меня слушал? Сюда придёт совсем не та, кого ты ожидаешь увидеть. От твоей пионерки почти ничего не останется.

- Не забыл я, спасибо за напоминание. Другая копия, симбионт, не человек… Наплевать! Изначально это Сандра, её мотивы мне близки и понятны, и я с ними полностью согласен.

Медсестра вздохнула, отвела взгляд в окно и тихо произнесла:

- Что плохого вам сделал лагерь, за что вы его так ненавидите? За то, что он свёл вас вместе? Перезагрузки мешали жить… В вашем мире тоже всё циклично, все люди заперты в бесконечные смены: работа, дом, работа, пара выходных и отпуск, как награда. Однообразные циклы до самой смерти. Или до пенсии, на которой наступит угасание от осознания своей бессмысленно прожитой жизни. Ах да, в том мире лето сменяет осень, затем наступает зима, весна и опять возвращается долгожданное лето. И самое важное – обсудить и пожаловаться на погоду. По сути ничего не меняется, но вы даже не пытаетесь вырваться из своего бесконечного замкнутого круга. Единицы из сотен тысяч. Кто хочет, тот всегда найдёт выход. - Она наконец закончила со сравнениями и перевела взгляд на Сашу. - Сломаете вы систему, и что потом? Что взамен? Свобода, от которой всем здесь станет лучше?

- Не попробуешь, не узнаешь. - Его вдруг посетила мысль, что не так давно он погиб, сражаясь как раз против насаждения чужих порядков. Неужели снова придётся вставать не на ту сторону? - То, о чём ты просишь… Прости, но это же Сандра, какой бы она ни была. Пускай она изменится, но я-то остаюсь прежним. Я люблю её и просто не смогу…

- Никто не знает до конца своих возможностей. Я ни о чём тебя не прошу. Всё то же право выбора и ничего более. Сам определишься, раз взрослый, - она попыталась улыбнуться, вышло плохо. - Рановато пока говорить об этом. Давай сначала разберёмся с первостепенной задачей. Сейчас тебе необходимо выбрать ещё четырёх… людей.

Перестроиться на новую тему было ой как непросто, прошла не одна минута времени.

- Не уверен, что получится, но давай попробуем, если надо. Объясни для начала, зачем они вообще нужны?

- Должно быть тринадцать пионеров, а вас пока только девять "настоящих". Так нужно для массовки, если угодно.

- По правде говоря, мне как-то не очень хочется выбирать прямо сейчас. Совсем не то настроение. Без меня никак? Можете совсем безмозглых из других отрядов поднять на новый уровень, например. Чем не решение вопроса?

- Нет. Это твой лагерь, и без тебя никак. Тебе с ними жить, я не понимаю твоего отнекивания.

- Жить… уж скорее доживать. Но я даже не представляю, кого и откуда выбирать. Ты сказала, что только один может быть реальным персонажем, остальные – вымышленные. Мне что, их придумать нужно, с нуля?

- Не обязательно. Фильмы, книги, компьютерные игры в помощь. Любые источники.

Саша задумался и сосредоточенно почесал лоб:

- Интересно, конечно. Ну допустим, из реальных Витька можно было бы взять. Давно не виделись, да и с парнями у нас в лагере острый дефицит. Только зная его страсть к мотоциклам и выпивке… Неусидчивый он, захандрит… - Парень махнул рукой, прервав свои размышления вслух. - Нет! Сходу ничего не получится, тут подумать надо, но пока что все мои мысли совсем о другом.

- Есть вариант поспособствовать. - Она едва заметно нервно хохотнула и достала одноразовый шприц в упаковке и ампулу.

Александр недоверчиво покосился на медсестру:

- И каким же образом?

- Освободим твоё подсознание. Чёрную комнату и голос помнишь? - Шприц и прозрачная стекляшка с жидкостью легли на край стола.

- Такое сложно забыть… И чем мне это поможет?

- Поверь, обязательно поможет. Только расслабься и ни о чём, кроме вариантов, не думай.

Получив молчаливое согласие, она ловко отщёлкнула стеклянную головку и набрала два кубика волшебного препарата, называемого снотворным.

- Верх плеча покажите мне, больной.

Саша послушно закатал рукав, получил дозу и устроился на кушетке, заложив руки за голову.

Прежде, чем отключиться, он успел отогнать мысли о Сандре и подумать про книгу "Я легенда", которую уже почти дочитал. Очевидно, оттуда достойных пионеров не выбрать. Ни главный герой, ни вампиры на такую роль не годились.

"А если Марка Аврелия в пионеры записать? Он в военной стратегии соображать должен. Успеем построить тут новую Римскую империю на базе советского пионерлагеря… Так, а какой я фильм смотрел послед…"

Размышления резко оборвались, и пионер погрузился в осознанный сон.

Глава 5. Добор

- С Аврелием не перебор? - первое, что услышал Саша, оказавшись в знакомой максимально тёмной версии медпункта. Голос по-прежнему звучал, как у Виолы, но на данный момент не принадлежал ей.

В этот раз было куда проще ориентироваться в пространстве и осознании своего состояния и не теряться от "нереальности" происходящего, нежели при первой встрече с могущественным невидимкой. Александр не стал ломать голову, кто занимается чревовещанием из темноты, и попробовал сообразить, каким же образом ему тут "помогают". Тогда действительно помогли, хоть он потом и рыдал на крыльце медпункта, как девчонка. И его слёзы заметила Лиза, а дальше… Ээх, ладно, сказали же ни о чём, кроме новых пионеров, не думать.

- Дичь, согласен. Никаких молодых римских императоров, это я так, в порядке бреда вспомнил. Отсутствие достаточного кругозора, оно, знаешь ли, ограничивает. - Саша обращался к невидимке, как к хорошему знакомому. И дело не столько в том, что тот копировал произношение Виолы, он доверял голосу. Или хотел бы доверять. - Может, ты мне толком объяснишь, зачем расширять вменяемый пионерский штат "Совёнка"? И почему именно тринадцать, есть какой-то скрытый смысл?

- Отчасти. В эзотерике число 13 символизирует собой смерть, за которой начинается преображение и воскресение. В нумерологии число 13 символизирует не только начало нового цикла и разрыв с прошлым, но и разрушение иллюзий, взгляд правде в глаза. Однако данные трактовки довольно условны, не стоит придавать особого значения. Главное, что число нечётное и больше десяти. Можешь считать их двенадцатью апостолами, а себя Христом, если необходимы внятные аналогии. Твой лагерь, ты первый возвращённый после смерти, так что сходство очевидно и даже в некоторой степени символично. - Не понятно, он сейчас так шутит или серьёзно. - Но судьбу "Совёнка" будут решать все, так что выбирай с умом.

У пионера напрочь атрофированы понятия чувства собственного величия и самолюбования. Он проигнорировал попытки голоса подмазаться, как ему показалось, и спросил будничным тоном:

- Как решать, голосованием? Поэтому нечётное число?

- Ты не поверишь, но я не знаю, каким образом. Инициатор революции – копия твоей… Сандры. Это плата за ошибку системы, и я никак не могу повлиять на процесс, ни прямо, ни косвенно.

Теперешний собеседник, в отличие от новой Виолы, не проявлял ни капли эмоций. Но ему сейчас, должно быть, ужасно грустно и даже страшно от осознания близости краха его творения. Конечно при условии, что таинственный голос возможно сравнивать с человеком.

А Саша наоборот должен был бы сейчас ликовать: доигрались, черти, теперь отвечать будете! Но ничего такого и близко не происходило. Никакой радости или хотя бы чувства удовлетворения, абсолютно. Только сожаление, что ничего изменить он не может. И Сандра тоже, кем бы она ни была и в кого бы ни превратилась ради мести.

- И ты тоже мне скажешь, что я здесь не ради того, чтобы аннулировать назревающий хаос?

- Снова не поверишь, но твоё появление здесь – просто награда, и больше ничего. Самое интересное в том, что вернуть тебя после смерти в лагерь стало очередной ошибкой. Возможно, фатальной и последней. Как дополнение тебя через лазейку, которой раньше не было, появится она. Для решения проблемы логичнее было бы переместить сюда твою наиболее продвинутую во всех отношениях копию, прожившую сто с лишним лет в "Совёнке". Ему здесь нравится, он может посещать тёмный лагерь, и у него нет никаких тёплых чувств к уникальной пионерке. Но менять что-либо бесполезно и слишком поздно. Всё уже произошло, последствия неизбежны. - Голос немного помолчал, словно позволяя Саше дать оценку услышанному и поверить. - Однако мы отвлеклись от текущей повестки. Приступим к набору новых пионеров?

- Я правда не знаю, кого… - не слишком уверенно начал Саша.

- Ничего сложного. Ты уже задумался над кандидатурой своего товарища Виктора и отверг её, как неприемлемую для текущих условий. Но всё же тебе хотелось бы найти друга, которого так и не удалось обрести здесь. С кибернетиками вы не сошлись, а пионерки видели в тебе… несколько другой объект.

Лежащий на кушетке пионер задумчиво поскрёб большим пальцем щёку, как бы проверяя её на наличие щетины, и утвердительно кивнул.

Голос продолжил говорить в своём обычном размеренно-спокойном тоне:

- В идеале нужен такой же упрямый, но желательно с более уравновешенным характером парнишка, который не сдаётся, и…

- Никогда не сдавайся! - прервал его Саша. - Кино такое есть, давно смотрел. Насколько я помню, этот кандидат не слишком уравновешен, но… как его… Джейк – отличный малый, и даже по возрасту примерно подходит.

Главный герой фильма – подросток с непростым характером. Причина его не самого дружелюбного поведения в коллективе заключается в психологической травме, вызванной трагической смертью отца, который сел пьяным за руль и разбился. Джейк должен был остановить его, но не решился и теперь винит себя. Если его достают по этому поводу сверстники, то он не стесняется пускать в ход кулаки, хотя сам в целом добрый и даже неконфликтный парень, но нет стопора, если образно выражаться. После переезда с матерью и младшим братом на новое место жительства в школе наш потенциальный пионер знакомится с девушкой, и между ними возникает взаимная симпатия. Девчонка встречается с местным чемпионом подпольных боёв миксфайта, Джейк отхватывает от него хороших люлей на вечеринке и идёт заниматься в секцию. Со временем из парня вырастает перспективный боец, новый чемпион по боям в смешанном стиле. Не без помощи природных данных, но за счёт характера в первую очередь.

Голос одобрил:

- Почти то, что надо. И драться тебя научит нормально. Считай, что он уже здесь. Следующий.

Но дальше, как по накатанной, не пошло. Мысли всё время крутились вокруг не выдуманных кандидатов, и Саша никак не мог определиться окончательно. Он снова вернулся к воспоминаниям о своём первом контакте с загадочным собеседником и о том, чем в итоге всё закончилось. Выбор был подсознательно сделан уже давно, после исключения Сандры, но произнести его вслух мешали сомнения. Глупые и неуместные в контексте обнуления всего окружающего. Саше не удавалось понять до конца, что его останавливает, ведь его прежняя жизнь уже закончилась, ничто не держит.

Голос не вмешивался в мыслительный процесс и услышал очередной вариант спустя довольно продолжительную паузу:

- Игрок молодёжной сборной страны по волейболу Елизавета Шаба́лова.

- Как официально. Уверен, что не хочешь одного из твоих боевых товарищей выбрать? Так было бы надёжнее.

- Абсолютно уверен. У нас пионерлагерь, а не сборище моих единомышленников в юном облике.

Ответ прозвучал не сразу:

- Новая копия не будет помнить прошлого в лагере, но всё же… могут возникнуть лишние проблемы. Зачем?

- Твои проблемы меня не касаются, а со своими я сам разберусь. Затем. Так или иначе, я причастен к тому, что она осталась несчастной. Лиза не заслужила такого. Попробую загладить свою вину хотя бы перед другой копией. Никогда не поздно начать всё сначала, не так ли?

- Любишь ты всё усложнять. У тебя будет слишком мало времени, чтобы успокоить свою совесть. Да и каким образом ты это сделаешь? Забыл, какой у неё характер?

- Нормальный характер, не хуже, чем у некоторых. Не твоя забота, что и как я буду делать. - Невидимый куратор проекта под названием "Совёнок" почему-то не спешил соглашаться, и Саша не выдержал: - Лагерь уже заселял её, как идеальную кандидатуру для меня. Так в чём сейчас проблема? Один реальный персонаж. Лиза, я выбрал.

- Ты ничего не изменишь.

- Я не собираюсь переделывать прошлое. Можешь считать это моим наказанием, живым осколком памяти той жизни. Что не так, какая тебе разница? Девчонке нельзя отдохнуть пару недель в лагере с нормальными ребятами?

- Мы оба знаем, что никому не станет лучше. Ни ей, ни тебе.

- А тебе? Понятно всё, она – неудобный персонаж, ещё одна ошибка лагеря. Только не случайная, как Сандра, а конкретный промах системы. У Лизы нет причин любить это место, поэтому ты и отговариваешь меня. Она же явно не будет гореть желанием защищать твой "Совёнок".

- Он не мой, он – твой. Нужны извинения? - намёк на интонации в голосе прозвучал в крайней степени безразлично. - Так не за что извиняться.

- Передо мной не за что, а вот перед ней стоило бы. И если это не может сделать система, значит придётся мне, раз уж это МОЙ лагерь. Я всё ещё жду твой положительный ответ.

- Твоя жизнь, как хочешь. Принято. Остались двое.

Пионер удовлетворённо кивнул.

- Ты очень хитрая сущность, дорогой невидимый друг. Выбираю вроде бы я, но ты подталкиваешь меня к нужному и удобному для лагеря выбору. Я что-то вымотался, голова раскалываться начинает. С твоего позволения, оставшихся добавим чуть позже. И не надейся, что они будут положительными ребятами. С такими у нас здесь недостатка не наблюдается.

Ответной реплики не последовало, и сон наяву опять прервался резким щелчком. Пионер вернулся в привычный медпункт.

Виола неспеша потягивала чай, удобно устроившись на стуле с высокой спинкой у противоположной стены, и никак не прокомментировала пробуждение.

Александр чувствовал себя, как выжатый лимон, ужасно болела голова. Забросив в себя пару аспирина и анальгина и протолкнув их внутрь половиной стакана воды, он невесело произнёс:

- Редкостная дрянь твоё снотворное. Побочка тяжёлая.

Медсестра невозмутимо поправила воротник халата и парировала:

- Ты слишком много думал о посторонних вещах, я ведь предупреждала.

Не обращая внимания на условное сопротивление и возражения хозяйки помещения, Саша взял очередную пачку сигарет из запечатанного блока, вернулся на кушетку и закурил.

- Тоже будешь упрекать меня за глупый выбор? - спросил он спустя три-четыре затяжки.

- Нет. Ожидаемый выбор. Только не говори, что тебя не предупреждали, и сам впоследствии не пожалей.

Дослушав её ответ, Саша в который раз кивнул сам себе. Всё-таки система научилась прогибаться под его интересы.

- Когда новенькие появятся?

- Пионерка уже здесь. Отдельный домик на северо-западной окраине. У девушки не ладятся отношения со сверстниками, поэтому родители отправили её на лето в лагерь для смены обстановки, в надежде, что здесь ей удастся найти друзей.

Неожиданное волнение в предвкушении новой первой встречи с красивой высокой своенравной волейболисткой щекотнуло парня изнутри. Саша погасил его очередной глубокой затяжкой никотиновой отравы.

- Хорошая легенда. До начала восстания вполне хватит. То есть ей сейчас семнадцать лет на самом деле, а не двадцать четыре, как той?

- Почти восемнадцать. Ты чётко сформулировал: игрок молодёжной сборной. В двадцать четыре уже за взрослую команду играют.

- Бля, точно. Ну голос, падла, он же знал, что я имел ввиду.

- Можешь не благодарить. Разумеется, новая копия не имеет понятия про вселенную Бесконечного лета. Родилась она на двадцать пять лет раньше той самой, которую ты знаешь, и выступает за молодёжную сборную Советского Союза.

- Как всё просто. Щёлк – и всё заново, ничего не считается. Новая Лиза со старыми исходными данными.

- Расстроился, что у тебя окончательно отняли чувство вины? Не переживай, если она узнает историю своего возможного альтернативного будущего, что крайне нежелательно, то дата рождения перестанет иметь какое-либо значение. Прошлое у неё абсолютно аналогичное знакомой тебе пионерке. И поведение, и… всё остальное.

Саша не стал уточнять, что медсестра имела ввиду под "остальным":

- Ну хоть в этом не кинул голосина. Я ему припомню, когда оставшихся кандидатов выбирать буду… Ладно, разберёмся. А что с этим американцем Джейком?

- Скоро приедет. Найди Ольгу, она всё объяснит.

- Любимая бывшая вожатая, - лицо пионера тронула улыбка, - давно не виделись, я уже успел соскучиться.

Саша добил окурок до фильтра и прежде, чем уйти, посмотрел на яркий солнечный свет за окном и спросил:

- Как думаешь, что из этого выйдет? Есть вообще шансы оставить всё, как было?

Виола с неподдельным удивлением посмотрела на него:

- Ты хочешь сохранить "Совёнок" прежним?

- Не хочу. Но я уверен, что смена власти ни к чему хорошему не приведёт. Нужно отдать системе должное, иногда она делает правильные вещи. Я не стану ломать то, чего не понимаю до конца, но и защищать не хочу. Пускай пионеры решают, как им будет лучше.

- Саша… - Виола подавила вздох, - тебе придётся выбрать. Мне неизвестно, что будет дальше, но я знаю одно. Несмотря на всю ненависть внутри, твоя пионерка не станет бездумно разрушать всё вокруг. Она получит много силы и возможностей и будет не уничтожать, а подчинять. - В итоге она не удержалась и тяжело вздохнула, но это показательное проявление эмоций андроида не вызвало у Саши никакой ответной реакции. Драматизма и так через край. - Уничтожение привычной системы лагерей или смерть, третьего для неё не дано. Она готова к обоим исходам и не остановится. И у тебя в стороне остаться не получится, как бы ты ни пытался.

- Как всегда. Ради чего это, хотелось бы знать. Она и я, или наши копии… Мы же созданы друг для друга и просто хотели быть вместе, неужели это так сложно устроить? Да поселите вы нас в абсолютно пустой лагерь, где нет никого кроме меня, её и нашей дочери! Или откатите всё до конца моего самого первого цикла – и всё закончится.

- Ты так ничего и не понял. Продолжаешь верить, что где-то существует конечная точка? Достигнешь её, обретёшь счастье, и больше ничего не нужно делать дальше. Можно успокоиться и наслаждаться результатами. Это просто смешно, максимально возможное заблуждение типичного человека. Сделать что-нибудь, чтобы что? Просто задавай себе этот вопрос каждый раз, он бесконечен. - Виола слегка качнула головой, словно притормаживая в своих рассуждениях. - Счастье всегда впереди, за горизонтом. Если достиг всего, то зачем двигаться дальше? Истинное счастье всегда в моменте, в стремлении. Ты счастлив сейчас, будущего счастья не существует, оно всю жизнь останется недосягаемым. Научись видеть настоящее.

- А у некоторых счастье однажды уже было… Оно тоже на всю жизнь и никуда не уйдёт, за ним не надо гнаться… оно всегда рядом, сто́ит только оглянуться, - грустно ответил пионер.

Обдумывая сказанное ей, Саша долго сомневался, говорить ли о своём решении, к которому пришёл во время сна в тёмной комнате. Оно далось нереально сложно. Ни один из вариантов не приносил ощущения правильности и оправданности выбора, он просто прислушался к себе и переступил через всё остальное. Получалось, что теперешний Саша растоптал и предал чувства Алекса, не желая мстить за давние обиды, не поддержав ту, которую любил… Такого тяжёлого выбора у него не было никогда. В итоге он сказал, что думал:

- Можете наслаждаться неповторимым счастьем в моменте и наблюдать, как безнадёжно влюблённый пионер встанет на сторону, противоположную своей любви. Я не перестаю удивляться, как лагерю удаётся постоянно повышать ставки. И искренне радуюсь, что лапы "Совёнка" никогда не смогут дотянуться до моей дочери… Но рано или поздно всё обязательно закончится, и спрос будет со всех одинаковый. С меня, с тебя и даже с голоса из моего осознанного сна… Вот единственное, во что мне осталось верить. Бесконечность – грустная и безнадёжная штука, у всего должен быть финал.

Виола одарила его максимально понимающим взглядом и произнесла:

- Так или иначе, всё однажды заканчивается. Надеюсь, что в конце никто из нас не будет пытаться возлагать вину за свои ошибки на других. Никто и ничто не может заставить тебя делать то, чего ты не хочешь. Есть условия, есть оправдания, а с другой стороны – поступки. И ничего больше. Но разве не грустно, что где-то впереди может существовать точка невозврата, после которой нет ничего, одна пустота?

Хлопнувшая входная дверь громко объявила, что ответа на её риторический вопрос не будет.

Вожатую первого отряда пионерлагеря "Совёнок" долго искать не пришлось, она сама нашла нужного ей пионера на площади и громко окликнула:

- Крайно́в! - её начальный излишне командный тон быстро сменился просительными нотками, - Саша, можно тебя на секунду?

Александр подошёл к вожатой и остановился в шаге от неё. Его руки остались в карманах бриджей, а превосходство в росте и максимально близкое расстояние до объекта позволяли смотреть на начальницу немного сверху вниз, но не только из-за роста. Всё это ему чертовски нравилось.

Произошло чудо: Ольга стушевалась, хоть и старалась не показать вида. Саша поздоровался и молча ждал обязательных указаний, но их не последовало. Как будто девушке, исполняющей роль строгой надзирательницы, вложили в голову, что за пионер сейчас перед ней. Она не могла подобрать слова и даже в смущении отвела взгляд в сторону.

Пионер решил помочь:

- Вы что-то хотели, Ольга Дмитриевна?

- Да… Сейчас должен приехать новенький, и я хотела попросить тебя встретить. У меня совсем нет времени.

- Почему я, а не Славяна? - Саша не сдержал улыбки, наблюдая за непохожей саму на себя воспитательницей пионеров.

- Дело в том, что Славя и Мику сейчас заняты, а больше у меня в отряде нет никого, кто хорошо знает английский. И этот новенький, - она заглянула в бумаги, которые держала в руках, - Джейк Тайлер – иностранец, поэтому…

Пионер не стал стеснять вожатую дальше:

- Хорошо, я встречу. Куда его сопроводить?

- Так, - Ольга ещё раз пробежалась глазами по записям. - Для начала пообедайте, а затем уже можешь познакомить его с лагерем, если будет желание. Пусть заселяется в 31ый домик. - Она отдала Александру пару серебристых ключей на кольце. - Справишься?

- Легко. Не волнуйтесь, Ольга Дмитриевна, всё будет в лучшем виде.

- Спасибо, Саша, ты очень меня выручишь. А мне нужно срочно бежать в администрацию, оформлять документы.

До места встречающий добрался одновременно с автобусом, который только что притормозил на стоянке у главного входа с ярко-красной надписью "Совёнок" на арке над воротами в лагерь. Почему-то нового пионера привёз не "Икарус", а жёлтый "Man".

Широкоплечий рослый парень, одетый в серую футболку, джинсы и кроссовки, со спортивной сумкой через плечо, махнул водителю (да-да, не все автобусы умеют ездить самостоятельно) и спрыгнул со ступенек на асфальт. Щурясь от солнца, он разглядел у ворот пионера и отправился к нему. По странному стечению обстоятельств на встречающем была точно такая же футболка.

- Hi, - Саша снял солнцезащитные очки и первым протянул руку.

- Привет, - Джейк ответил крепким рукопожатием и осмотрелся по сторонам. Произношение у американца было чистым, практически лишённым акцента.

Саша тоже перешёл на родной язык:

- Меня Александр зовут. Ты по-русски хорошо говоришь?

- Я Джейк. Да, говорю неплохо, но в… выражениях путаюсь и не все слова понимаю правильно. Иногда объяснять нужно.

- Не проблема, научишься в процессе. Побуду твоим временным гидом и переводчиком. Пошли перекусим для начала, ты же голодный, наверное.

По дороге в столовую новенький не слишком активно изучал окрестности и почти не задавал вопросов. Скорее наоборот, местные с интересом поглядывали на двух парней в одинаковых серых футболках. Бо́льшим вниманием, в особенности от пионерок, был награждён Джейк. Ниже Александра всего на несколько сантиметров, он выгодно отличался куда более физически развитым телом. Рельефные мышцы спортсмена сразу стали предметом тайных и явных вздохов девчонок в красных галстуках.

После того, как новый знакомый навернул тарелку борща, Саша не выдержал и поинтересовался:

- Джейк, ты впервые в пионерском лагере? - Ему стало интересно, почему так спокойно себя чувствует здесь этот скромный с виду парень. Не очень похоже, что в гости приехал.

Новенький отложил ложку и разместил ладони на столе, глядя собеседнику в глаза:

- Я не знаю, как ответить, чтобы ты не посчитал меня… сумасшедшим.

Прозвучало неожиданно. Но вполне понимаемо.

- За это не волнуйся. Я сам здесь далеко не первый раз, если ты это имел ввиду.

- Как бы тебе объяснить... Меня здесь быть не может. Последнее, что помню: я пропустил тяжёлый удар во время боя. Потом смутные воспоминания внутри машины скорой помощи, больничная палата. Вероятно, я сейчас в коме, и всё, что происходит – просто фантастический сон. Я же русский язык никогда не учил, даже не слышал. Но знаю… Такое невозможно.

Саша понимающе кивнул: ещё одна удобная легенда для удержания объекта, не стирая личности. Складно.

- А ты уже бывал здесь? Именно в этом сне?

- Не уверен, но кажется, да. И я помню некоторых людей, но они не помнят меня. Понимаешь, Алекс, всё так странно, и я даже не представляю, с кем об этом поговорить. Может, я умер?

Саша хмыкнул, услышав своё сокращённое имя на американский манер. Случайное совпадение?

- Ты живой, можешь не сомневаться. И с ума не сошёл, всё вокруг тебя – реально.

- Всё вокруг вроде настоящее, но не верится… и жарко здесь, как в Калифорнии. - Он провёл ладонью по лбу и смахнул капли пота.

- Послушай, бро. Меня ведь ты раньше не видел? Нет. Но я здесь также далеко не первый раз. Поэтому и встретил тебя, чтобы помочь комфортно устроиться на длительное проживание, так сказать. Отдых на летних каникулах в красивом месте, что может быть лучше? Не самый плохой сон, даже если ты сейчас в коме. Нет причин торопить преждевременное возвращение обратно.

Джейк Тайлер долго оценивающе смотрел на собеседника, забыв о еде. Понятно, что не доверяет. Сложно поверить в относительно контролируемый нескончаемый сон, который стал новой реальностью.

- Да ты ешь, - улыбнулся Саша и отхлебнул ежевичного морса. - Извиняй, гамбургеров здесь нет, но наша еда тоже вкусная. И вдобавок полезная, чего о фастфуде не скажешь.

Американский пионер скопировал ответную улыбку и принялся воевать с пловом.

Возле них с подносом в руках задержалась Славяна:

- О, у нас новенький? Саша, познакомишь нас?

- Конечно, присаживайся. - Он подождал, пока принявшая приглашение устроилась с третьей стороны стола рядом с ними. - Джейк, знакомься, эту светловолосую красавицу зовут Славяна, она самая главная пионерка в лагере. С любыми неразрешимыми вопросами можешь смело к ней обращаться. Славяна, этот громила – Джейк Тайлер. Он мастер по боям без правил, из Штатов прибыл.

- Ух ты, правда? - Славя с нескрываемым интересом разглядывала парня.

Спортсмен кивнул и мило улыбнулся немного застенчивой улыбкой:

- Насчёт мастера – перебор, но в остальном всё так.

- В таком случае, будем знакомы. Славя, - она протянула руку.

Джейк быстрым движением вытер правую руку о джинсы, чем вызвал улыбки Саши и Слави, и галантно придержал протянутую девичью ладошку снизу, слегка прижав за пальцы. Вышло очень симпатично, не только кулаками махать умеет.

- А я Джейк. Очень приятно.

- Взаимно, - сияющее лицо Славяны говорило о том, что ей в самом деле очень и очень приятно.

У парочки довольно легко завязалась непринужденная беседа. В основном спрашивала Славяна, а Джейк в своей скромной манере отвечал, изредка уточняя непонятные детали. Они почти не обращали внимания на молчаливо сидящего рядом Александра, и тот уже начал подумывать удалиться по-английски, чтобы не мешать, но вспомнил, что ему ещё нужно показать новенькому его апартаменты.

- Ой, Джейк, ты, наверное, устал с дороги, а я тут прицепилась и отвлекаю, - спохватилась Славяна.

- Да нет, что ты…

Новенький уже расправился с обедом и немного рассеянно поддерживал разговор, высматривая кого-то в столовой. Взгляд его был слишком цепкий, не просто так. Джейк смотрел за спину Саше, и тому не удалось понять, кого американец так внимательно изучает. Но пометку на будущее он себе сделал.

- Славяна, извини, нам действительно пора, - наконец вмешался в разговор Александр и встал с места. - Мне ещё Джейку нужно его домик показать. Может, присоединишься к нам?

- Я бы с радостью, но не могу, у меня ещё дел невпроворот.

- Как всегда, - улыбнулся ей Саша и предложил на всякий случай: - Помощь нужна?

- Спасибо, Саша, справлюсь самостоятельно, - в качестве благодарности за предложенную помощь она добавила ещё одну очаровательную добрую улыбку.

- Но ты обязательно обращайся, если понадобится.

В ответ на эту реплику Джейка блондинка прямо-таки засияла и скромно отвела глаза:

- Хорошо, я учту.

- Пошли, старик, нам с тобой ещё много чего посмотреть нужно, - Саша очень не хотел тратить время на светские беседы. Если бы днём раньше – пожалуйста, а сейчас обстановка не совсем располагает.

- Старик? - удивлённо переспросил Джейк. - Мне же…

- Это такое дружеское обращение. Значит, что мы с тобой давно знакомы, и я тебе доверяю.

- Но ведь мы…

- Пойдём.

Под смех Славяны Саша категорично прервал все попытки новенького уточнить не столь существенные нюансы, и парни, откланявшись, отправились заселять американского гостя в советский пионерский домик.

Глава 6. В пионерских рядах прибыло

- Ну как тебе? - поинтересовался сидящий на одной из кроватей Саша.

Новый хозяин домика закончил осмотр своего жилища, поставил сумку на свободную кровать и устроился рядом с ней.

- Вполне комфортно. А сосед у меня кто?

- Никого. У тебя личный отдельный пионерский пентхаус.

Джейк с довольным видом потянулся на кровати и достал из бокового кармана своей спортивной сумки две пачки жевательных резинок пластинками. Отправив в рот пару штук из первой, он бросил Саше вторую.

- Небольшой презент. Угощайся.

- Спасибо, - Саша поймал маленький серебряный прямоугольник налету движением от себя.

Последовав примеру американца, он тоже стал неторопливо разжёвывать мятную резину, подумывая, что неплохо бы заказать у Виолы годовой запас жвачки, пока есть такая возможность.

Парни молча смотрели друг на друга довольно долго. Джейк на правах хозяина домика занял вальяжную расслабленную позу, используя стенку в качестве опоры под спину. Номинальный гость тоже особо не напрягался, но сидел более ровно.

Надув и щёлкнув большой жевательный пузырь, Саша спросил:

- Можно личный вопрос?

- Ну попробуй.

- Ты девушку сейчас в столовой высматривал?

- Тебе зачем? - спокойно уточнил Джейк. На его лице при этом не возникло традиционной едва заметной улыбки.

- Просто интересно. Если ты в лагере не совсем в первый раз, то уже, наверное, положил глаз на одну из местных красавиц. В таком цветнике есть из кого выбрать.

Джейк прищурился и продолжил отвечать вопросом на вопрос:

- Волнуешься, как бы мой выбор не пал на твою красотку? - улыбка при этом всё же появилась.

- А с чего мне волноваться? - Саша хмыкнул и тоже слегка улыбнулся.

- Не знаю… вдруг я твой любимый цветок сорву, - спортсмен не выдержал и рассмеялся.

- Смело, - одобрительная улыбка Александра стала шире. - Мой любимый цветок растёт в очень труднодоступном месте, к нему так просто не подобраться.

- Наверное, эта дикая орхидея очень красива. Покажешь?

- Возможно, как-нибудь потом.

Их витиеватый разговор ничем конкретным не закончился. Ребята провели лёгкую разведку боем, и надо сказать, оба остались довольны её результатами.

Джейк сменил тему:

- Мой обед вроде бы уже нашёл своё место в желудке. Ты как насчёт размяться?

Саша планировал посмотреть, как устроилась в лагере вторая, более важная для него гостья. Но время терпит, ещё успеется.

- Не против. На турники?

Вместо ответа Джейк расстегнул длинную молнию и извлёк на свет две пары плотных бойцовских перчаток без пальцев.

- А может лучше небольшой спарринг? Я давно не практиковался, скоро совсем … - он пощёлкал пальцами, подбирая слово, - форму растеряю.

- И ты предпочитаешь, чтобы лучше я растерял по спортзалу свои зубы?

- Точно! Спасибо, что напомнил.

Боец покопался в сумке и достал оттуда каппу в упаковке. Через мгновение она оказалась в руках Александра тем же путём, что и жвачка.

- Столько подарков… у меня день рождения не сегодня.

- Ну так как, Алекс? Не бойся, не в фулл контакт, - Джейк подмигнул.

Саша почесал нос и согласился:

- Окей, пошли.

- Отлично!

Довольный Джейк прихватил и себе каппу, б/ушную, подпрыгнул к потолку, хлопнул по нему обеими ладонями и в два полупрыжка догнал Сашу в дверях.

На крыльце спортзала пионеров встретил пожилой мужик с бородой и усами. Завхозу Михалычу было около шестидесяти лет на вид и выглядел он как типичный дед-барадед.

- Здарова, Сашко́. Куды лыжи навострили, хлопцы?

Дружелюбная, располагающая к себе манера поведения, своеобразный украинско-белорусский говор и нетипичное обращение к Саше делали этого дядьку почти копией Петра Григоренко, только постарше. Пётр был последним, кого Саша видел в том мире.

- Здравствуй, Михалыч, - Саша пожал протянутую ему шершавую ладонь. - Вот решили с гостем нашим заморским кости размять немного друг дружке. Знакомься, Джейк Тайлер.

Александр за короткий срок успел не только познакомиться, но даже почти сдружиться с лагерным завхозом. Что неудивительно: парень был довольно частым гостем спортзала, где находилась каптёрка Михалыча, и тот, несмотря на пропасть разницы в возрасте, общался с парнем практически на равных.

Второй пионер также обменялся рукопожатием со старожилом "Совёнка".

- Здоровый бугаи́на. Гляди, не поломай нашего Сашка́. - Завхоз пригладил одной рукой свою бороду. - А так дело хорошее, молодцы. Всяко лучше, чем цыгарки смалить по подворотням. Кабы мне годков хотя б двадцать скинуть, я бы… Ээх, радикулит проклятый даже по нужде нормально сходить не даёт, не говоря уж… Да вы проходьте, чего замерли? А то деда сейчас как попрёт об подвигах прошлых бала́кать, до утра слу́хать будете.

Саша кивнул и пропустил вперёд американского товарища.

В спортзале парни, как и полагается, начали с небольшой разминки. Повисели на шведской стенке, посидели в полушпагате, пытаясь в наклоне дотянуться до пальцев ног.

По всем параметрам, кроме минимальной разницы в росте и соответственно длине рук, Джейк превосходил своего ровесника. Гибкость, масса тела, физическая сила и конечно навыки полноконтактного боя были куда лучше прокачаны у американца. В спарринге Крайно́в vs Тайлер второй выглядел неоспоримым фаворитом. Хоть бой и дружеский, однако Сашу совсем не привлекала перспектива оказаться в нём грушей для битья.

Закончив со всеми подготовительными упражнениями, ребята расстелили на полу квадрат из четырёх состыкованных матов. Джейк сбросил майку, кроссовки, вставил каппу и, закрепив на ладонях шингарты, первым ступил на импровизированное татами. Его оппонент провозился с перчатками чуть подольше и зашёл с другой стороны спустя некоторое время.

- Глаза не трогать, в пах не бить. В остальном… ммм… импровизация, - напомнил правила более опытный боец и выставил вперёд сжатый правый кулак. - Готов?

- Погнали, - левый кулак советского пионера, закрытый шингартой, коснулся в приветственном жесте своего визави.

Несколько стартовых секунд они потанцевали своеобразный боевой танец с минимальными движениями корпуса и головы, не сокращая дистанции и оценивая оппонента. То, что Саша левша, делало их стойки несимметричными относительно друг друга, так как у американца рабочая рука была правая. Принято считать, что правши побаиваются леворуких, но в данном случае сей факт не имел сколь-нибудь весомого значения. Александр, объективно оценивая свои шансы, не форсировал события и не выбрасывался, ожидая инициативных действий со стороны профессионала.

И они последовали. Джейк сделал короткий подступ вперёд, махнул быструю, не слишком акцентированную тройку в область головы и тут же провёл удар ногой, целясь в икроножную мышцу. Разные стойки сыграли на руку (или на ногу) Саше: достать его опорную ногу оказалось не так просто, она была далековато, и он успел среагировать. Открывшаяся часть спины Тайлера отхватила подачу с левой в область почки, но не достаточно сильную, так как опорная нога бьющего ещё не успела толком вернуться на место.

- Хорош! - Джейк мгновенно развернулся, ушёл от добивающего локтем и оскалился, демонстрируя чёрную резину каппы во рту.

Он быстро смещался боком по дуге, пытаясь занять удобное положение для очередной атаки. А Саша в свою очередь так же уходил, оставляя между ними то же расстояние и линию контакта. Так парочка и двигалась несколько секунд, рисуя круг на матах.

Джейк перемещался более уверенно и побыстрее. Качнув корпусом, он стремительно порвал дистанцию, сократив до средней, и отработал оппоненту по корпусу. Саша опустил локти, защищаясь, пропустил разок в голову и вступил в размен. Джейк легко отскочил, хотя мог бы и развить инициативу. Видимо, не хотел быстро заканчивать раунд.

- Ногами плохо работаешь, - коротко бросил он Саше, продолжая раскачивать.

- Я в курсе, - буркнул тот в ответ.

И тут же решил продемонстрировать свою работу руками. Сокращать дистанцию, в отличие от американца, ему для этого потребовалось самую малость. Левая, правая, левая, удар ногой, левая… а вот правую перехватили. Рука Джейка, как резиновая, обвилась вокруг предплечья и вывернула Сашину. Почти не растерявшись, Александр принялся напихивать изо всех сил с левой по корпусу, но был схвачен сзади за шею, со всей нежностью прижат поближе к вспотевшему рельефному телу и тут же ощутил разницу между ударами рукой и коленом. В два тычка Джейк пробил разошедшегося спарринг-партнёра и свалил на маты подсечкой.

Навыки, как защищаться в партере, у Саши отсутствовали напрочь, поэтому он не придумал ничего лучше, чем схватить устроившегося на нём товарища обеими руками за шею в замо́к, так как не успел захватить ни одной конечности. Джейк же в ответ с широкого бокового замаха, не стесняясь, врезал под рёбра на манер мельницы с обеих рук.

Громкий выдох и резко ослабевшая хватка подсказали, что Саше хватило. Победитель слез с парня тут же поинтересовался, вытащив каппу:

- Живой?

- Угу, - стиснув зубы, прошептал пострадавший. Он старался не показывать, что ему больно, повернулся на бок и сел, наклонив голову. Дыхание никак не хотело возвращаться в норму.

- Извини, я увлёкся.

Поднятая ладонь ответила за своего хозяина, что тот не в претензии.

- Ты нормально отработал, Алекс. Могу я дать тебе пару советов?

- Давай, учиться никогда не помешает.

- Держи стойку, ты слишком открываешься. Но главное: дыши. Когда бьёшь, когда защищаешься, постоянно. На каждый удар – вдох, блок – тоже вдох. Это важно. Перестал дышать – проиграл. У тебя не будет силы вести бой.

- Я запомню, спасибо.

Джейк встал на ноги и протянул руку, помогая товарищу подняться.

- Отдохнул? Может, ещё раз? Попробуешь применить новые знания в деле.

Знания знаниями, но навыки по мановению волшебной палочки сами собой не появляются. Саша старался перемещаться с минимальными затратами и смог продержаться немного дольше, чем в первом раунде. Но так случилось скорее из-за того, что Джейк решил поработать с дистанции. После минуты проверки голов на прочность по очкам за явным преимуществом вёл именно он. Три или четыре неплохих попадания против одного Сашиного, но довольно мощного. Почти апперкот, плотно встретившийся с челюстью ослабившего бдительность Джейка, мог бы привести к нокдауну, если бы был чуть точнее. Или к нокауту бьющего Александра от прилетевшей обратки, если бы он совсем не попал по сопернику. В основном этот хороший удар и дал неплохую возможность аутсайдеру провести краткий отрезок на равных.

Джейк снова был доволен, что его спарринг-партнёр ему врезал. Он стал вести бой осторожнее, не нарываясь на неслабую левую оппонента. Нормально достать Александра в размене у него не вышло. Любитель хорошо держал дистанцию и не нарывался на открытый бой. Даже несколько попаданий ногами от профессионала погоды не сделали.

По истечении почти двух минут активной защиты от точных выверенных выпадов оппонента Саша пришёл к очевидному выводу, что шансов выстоять у него как не было, так и не будет. Дыши, не дыши правильно, но разница в подготовке слишком велика. Он уже почти выдохся, а Джейк едва вспотел. Ещё немного, и неутомимый его одним щелбаном свалит.

И Саша рискнул. Подгадав момент, он выбросился на оппонента, намереваясь снести его всей массой тела захватом в живот и свалить на спину, а там уже добить, пока тот будет приходить в себя. Но Джейк вовремя среагировал и ловко уклонился корпусом в сторону. Одновременно с этим он встретил летящего на него Александра согнутой ногой. Просто и эффективно.

- Блок колена подбородком, я так тоже начинал. - Эти слова Саша услышал, уже лёжа лицом в маты. Американец комфортно устроился верхом у него на спине и проводил болевой на руку. Не слишком акцентированно, но вполне достаточно, чтобы дать понять, что бой сделан. Когда проигравший похлопал свободной ладонью по эластичному покрытию импровизированного ринга, Джейк встал на ноги и протянул ему руку, помогая подняться.

- Неплохо размялись. Ты хорошо защищался. Зачем бросился?

- Надоело ждать очевидного финала. Чётко ты среагировал.

- Это было несложно. Твои… эмм… твоя задумка, я сразу понял. Как только ты опустил голову.

Саша хотел было обуться, но передумал. Всё равно в душ ещё идти.

- Я же говорил – мастер, - сказал он, шлёпая босыми ногами по паркету к душевым.

- Нет, совсем нет. Дело в знании языка тела, я читаю твои будущие движения. Урок номер два: смотреть не менее важно, чем дышать. - Джейк многозначительно постучал себя по виску указательным пальцем и рассмеялся.

Итак, знакомство можно считать состоявшимся. Ничто так не сближает, как врезать по морде товарищу и получить в ответ.

По обыкновению, в ду́ше Саша чередовал температуру от ледяной до практически кипятка. Несмотря на то, что водные процедуры заняли у него много времени, он закончил первым. Одевшись, он прошёл в предбанник и принялся зачёсывать пальцами мокрую чёлку назад перед зеркалом.

- Джейк!

- Что?! - донеслось из-за стенки.

Приходилось громко говорить, чтобы быть услышанным:

- Так кого всё-таки высматривал в столовой?!

Шум воды в душевой смолк. Вытираясь, Джейк переспросил:

- Что ты сказал?

- А ты типа не услышал?

Немного погодя, напяливая на ходу футболку, Джейк вышел.

- Рыжую девушку.

- Алису что ли?

- Я не знаю, как её зовут, - американец вздохнул.

- Ты же говорил, что уже вроде как бывал здесь. Вплотную не пересекались раньше?

- Встречались, но… не вышло познакомиться нормально.

Саша внимательно посмотрел на смущённого парня. Куда делся тот уверенный в себе малый, которой только что молотил его на матах?

- Понимаю, с ней непросто. Понравилась? - вопрос был задан максимально серьёзно, но по-дружески.

- Да. Очень.

- Слушай… у тебя ведь есть дома девушка, имя ещё такое у неё необычное…

- Ба́ха. Она уехала учиться в Европу, мы расстались в прошлом году. - Смятение испарилось за долю секунды. - А ты откуда знаешь?

"Ну твою смену! Да когда ж я научусь уже?!" - мысленно разозлился на себя Саша. Выкручиваться и придумывать байки ему не хотелось. И правду не скажешь.

- Я узнал это в один из твоих предыдущих визитов сюда, - абсолютно спокойно ответил он.

- Не рассказывал я никому. И тебя раньше не видел. - Во взгляде Джейка всё больше проявлялось логичное недоверие.

- Тогда откуда я знаю? - Саша отбросил тактику оправдания. - Такие вещи подсмотреть невозможно.

- Если ты не из КГБ, - парировал американец.

- Да брось. Сдался ты КГБ, что в тебе такого особенного?

- Не знаю, тебе виднее.

Саша развернулся и пошёл к выходу, всем своим видом показывая, что ему не интересно. По большому счёту так и было.

- Не мели ерунды. Сам говорил, что это странное место. Вот тебе и очередное подтверждение, - бросил он, не оборачиваясь.

Джейк не ответил. Возможно, сбит с толку выражением про помол ерунды. Но логичнее, не хочет дальше распространяться на эту тему и переваривает услышанное.

- Алекс, а остальные здесь тоже про меня знают такие подробности? - спросил он уже на улице.

- Кроме меня никто про тебя ничего не знает, успокойся. Да и я случайно узнал. Если бы хотел этим как-то воспользоваться в своих целях, думаешь, стал бы с тобой откровенничать?

- Подозрительно это всё…

Саша попробовал сменить тему:

- Я – частый гость в этом лагере. Поэтому ничего удивительного, что практически про всех что-нибудь знаю. И про Алису, кстати, тоже. Ты выбрал сложный та́ргет. Когда она тебе врежет, мой последний удар дружеским шлепком покажется.

- Она агрессивная, я хорошо запомнил, - Джейк согласно кивнул.

- Это у неё защитная реакция такая. На самом деле Алиса чуткая, ранимая девушка. Хочешь, познакомлю?

- Посмотрим, - неопределённо ответил спортсмен.

Получается, Джейк запал на Алису и сразу понравился Славяне. В Совёнке намечалась смена альфа-самца, что не могло не радовать. Ещё бы Мику и Лену пристроить, и совсем красиво будет. Два оставшихся кандидата точно будут мальчишки.

Смеркалось. Одинокий пионер из второго отряда курил на скамейке в тени деревьев недалеко от окраины бытового городка лагеря. Он ждал уже не один час, и пагубное пристрастие к сигаретному дыму, подпитанное бездельем, взяло своё.

Неужели она весь вечер так и проведёт у себя в домике? Зачем он ждёт её? Всё равно ведь не подойдёт и пробовать познакомиться заново не будет. Точно не сейчас. Но и уйти не может, как будто намертво привязан.

Саша перемотал свои воспоминания на несколько лет назад. Поздняя ночь, разговор с внутренним голосом. "Как ты к ней относишься? Только давай без "она мне нравится", такая девушка не может не понравиться." - Хладнокровный и рассудительный вариант его сознания спросил как-то так. И правда, почему он до сих пор не забыл о ней? Саша чувствовал, что должен этой девчонке. Лиза помогла ему, а он… сделал то, что сделал. Пускай его прямой очевидной вины нет, но раз уж предоставилась такая возможность, то не попытаться хоть как-то исправить он просто не может. Маловероятно, что получится, но долги нужно отдавать. Данной версии пионера максимально неудобно, когда он обязан кому-то. Как бы его не убеждала местная администрация, что "ничего не считается", для него – считается, очень даже.

Ладно, с этим более-менее понятно. Интереснее другое. Как у них получилось настолько сблизиться тогда, ничего особенного по факту не делая? Потому что были "живыми"? Потому что по-другому быть не могло? Им обоим никто не был нужен, но они так легко пробили защитное безразличие друг друга. И два одиночества, так и не нашедшие своего места в лагере, стали по-настоящему близкими друзьями. С одной существенной разницей, что у Лизы под холодной оболочкой жила душа, а у Саши она давно умирала. Только систему такие отношения почему-то не устраивали, она требовала всё максимально ускорить. Как будто времени не хватало! Хотя делать крайней одну только систему, конечно, неправильно.

Пионер собрался было закурить очередную сигарету, но тут открылась дверь того самого домика, и на пороге появилась очень высокая темноволосая девушка. Она была одета в красную волейбольную форму с номером 13 на спине и фамилией "Shabalova". Лиза поправила кассетный плеер на своих шортах и нацепила наушники. Неудобно бегать с проводами и довольно увесистым болтающимся грузом на поясе. Это вам не прямоугольник телефона в руке с блютуз-наушниками. Но любовь к музыке, видимо, перевешивает все неудобства.

Интересно, что она слушает? Лиза упоминала, что ей "Скорпы" нравятся. По времени существования лагеря подходит, их песни уже должны вовсю греметь и набирать статус мировых хитов. "Still loving you", "Wind of change", "Send me an angel". Возможно, как раз они и звучат сейчас через провода в ушах волейболистки.

Девушка активно размялась прямо на пороге, затем попрыгала, проверяя надёжность крепления плеера, и неторопливо побежала по направлению к стадиону.

- Молодец, Лизон, держишь себя в тонусе, - вслух одобрил Саша и поднялся со скамейки.

Сам он решил скоротать вечер за метанием ножей в какое-нибудь дерево и попутно обдумать оставшиеся две кандидатуры на заселение. Кое-какие мысли на этот счёт уже сформировались, осталось окончательно определиться.

Несмотря на очень позднее время, в окнах медпункта горел свет, и Саша заглянул на огонёк.

- Домой сегодня не поехала? - спросил он, присев рядом с медсестрой.

Виола оторвалась от стола с записями в одном из своих многочисленных журналов:

- Домой?

- Ну ты же постоянно уезжаешь куда-то, - попытался пояснить свой вопрос пионер.

- Здесь и сейчас уезжать некуда. И незачем. Я нужнее в лагере.

Она говорила так грустно и разочарованно, как будто смертельно устала. Саша и рад бы пожалеть и помочь, да только ничем не может. Хватит того, что он уже ввязался. Сами напросились своими экспериментами над жизнями живых людей. Вот и расхлёбывайте. У "Совёнка" всё равно бесконечное множество аналогичных версий с другими пионерами. Одна окончательно стёртая волшебная реальность имеет значение только для него и Сандры. Для всех остальных ничего не изменится.

- Я тут хотел…

Он не успел договорить, Виола подвинула пионеру связку ключей.

- Номер три. В шкафу изолятора твоя жвачка.

- Оперативно. Спасибо.

Не задавая лишних вопросов, пионер сходил в соседнее помещение. На нижней полке шкафа его ожидал большой блок жевательных пластинок "Double mint". Принципы рая в действии: бери от своей новой жизни всё, что желаешь. Но только не завышай планку требований, ибо тебе позволено не всё. Жвачку – можно, мотоцикл – нельзя. Свобода личного выбора всегда ограничена условностями общепринятых правил.

Саша вернулся в приёмный покой медпункта, вернул ключи и снова удобно устроился на стуле.

- У меня есть ещё одна просьба…

Договорить опять не получилось, Виола и тут перебила с едва заметным вздохом:

- Нормально работающие беспроводные наушники появятся в начале 2000х годов. Лагерь не может дать тебе ничего из будущего.

Такие частые прогибы на опережение Саше не понравились:

- Так, стоп! Ты же говорила, что не читаешь мыслей? И об этом, в отличие от жвачки, я внятно не думал, только что на ум пришло.

- Это не я.

- Лагерь?

- Считай, что да.

- Он так плотно следит за мной, что даже мои подсознательные желания угадывает?

Медсестра покачала головой и одновременно пожала плечами. Такой ответ пионера не удовлетворил, но так лучше, чем её обычное молчание на неудобный вопрос. Однако, Виола могла бы и не опережать его дважды подряд с ответами на запросы, и он бы ничего не заподозрил. Но она максимально прозрачно намекнула, фактически предупредила. Можно сказать, что по-дружески.

Насколько же должна быть сильна вера лагеря в силы пионера Саши Крайно́ва, чтобы проявлять такую заботу? Тщательный медосмотр с анализами крови больше не казался ему надуманной процедурой. Система не на шутку всполошилась. Заглядывает ему в рот, пылинки сдувает. Поэтому и мотоцикл не дала: чтобы дитё, не дай бог, не покалечилось раньше времени. Он что, последняя надежда "Совёнка" на дальнейшее существование?

Ни в одном из миров нет оружия, которое физически устранит версию новой Сандры, в этом можно не сомневаться. Иначе бы местное начальство так не волновалось. Только и Саша её тоже никак не остановит. Здесь уже можно посомневаться, но лишь теоретически. Если бы это была его Сандра, пионерка, тогда шансы имелись бы, а так… это вам не копию Лизы под контролем лагеря завалить. Что, кстати, тоже было крайне непросто.

Словно услышав его воспоминания о Лизе, Виола сказала:

- Ты можешь подарить своей пионерке что-нибудь получше беспроводных наушников.

Саша моментально переключился:

- Не моя она. Общая, а точнее – ничья.

- Но она никому не нужна, кроме тебя. И родителей, само собой.

- Слушай, я что-то уже начинаю сомневаться. Лиза, именно такая, она реально существовала в моём мире?

Виола вдруг опустила голову на сложенные на столе ладони. Выглядела она хреново, если не сказать хуже.

- Она не выдумка.

- Слабо верится, что такая красивая девчонка, спортивная, с потрясающим голосом, и оказалась изгоем. Очень высокая, ну и что? Неужели у неё в школе одни дегенераты учились?

- Разные были. Она же рассказывала тебе, как всё произошло. И сама она очень сложный человек. - Вид грустного лица медсестры так и подмывал Сашу попросить её включить свой стандартный режим непробиваемого безразличия. Но он не успел, Виола добавила: - Подумай, что ей нравится.

- Уже подумал. Ладно, нахаляву не получилось. Значит, пойдём другим путём. Так сложнее и дольше, но всё равно заняться пока нечем. - Он побарабанил пальцами по столу. - Насчёт двоих новеньких готова сейчас обсудить?

Медсестра подняла на него свои усталые разноцветные глаза:

- Конечно. Почему спрашиваешь?

- Тебе плохо, я же вижу.

- Не имеет значения, - немного резко ответила Виола.

- А что тогда вообще может иметь значение? - максимально серьёзно задал вопрос в лоб Саша и тут же едва заметно улыбнулся. - И я никому не скажу, что я робота люблю… Строка песни из недалёкого постсоветского будущего. Есть у тебя в базе такая?

- Такая любовь – нереальный полёт. Искусственный мёд, искусственный лёд. - Неторопливо продолжили текст её каменные губы. - Дай сигарету, - вдруг попросила андроид.

- Не поможет. Если мне не помогает, то тебе – тем более. - Саша положил на стол начатую пачку "Marlboro" и смотрел, как она неумело прикуривает и затягивается. Но не кашляет с непривычки. Возможно, просто не умеет. Нет такой функции. - Ты знаешь всё то, что знаю я?

- Почти всё. - Виола выдохнула дым под потолок.

- Сейчас это как нельзя кстати. Значит, мне не придётся подробно объяснять. Лютик из вселенной "Ведьмака" и Тайлер Дёрден из фильма "Бойцовский клуб" – наши оставшиеся пионеры.

- Завтра… сегодня утром они окажутся в лагере. Последний свободный домик, будут жить вместе. - Её изящные пальцы безжалостно раздавили дымящийся окурок о дно блюдца на столе.

- И ты ничего не спросишь по поводу такого выбора? Никаких уточнений?

- А ты хочешь уточнений? Чего ты вообще хочешь, Саша? - Виола посмотрела в темень ночи за стеклом окна.

- От жизни? От лагеря или от тебя конкретно? - в тон ей парировал пионер.

- В целом.

- Честно?

- Естественно.

- Пусть всё закончится. Я устал, правда, устал. Спасибо за всё, что вы сделали для меня, но я больше не могу выбирать. Слишком много тяжёлых последствий, оно того не стоит. - Саша щёлкнул зажигалкой и тоже закурил. - Если я умру здесь, всё прекратится? Я уже начинаю бояться, что опять попаду в очередной лагерь. Можно мне просто сдохнуть?

- Сдаёшься? - грустно уточнила Виола, глядя в лицо пионеру. - Умрёшь, чтобы не видеть то, на что смотреть не можешь. Пусть другие разбираются?

Укол достиг цели, и Саша тоже перешёл от защиты к нападению:

- Если мы победим, в чём я сильно сомневаюсь, тебе станет легче? Это будет правильно, так, как надо?

- Тебе решать, - всё то же безразличие в голосе.

- Ты просто продолжаешь пользоваться моими слабостями, товарищ Виола, и умело манипулируешь мной. Ненавижу тебя за это. Но не обвиняю, сам напросился. - Глубокими затяжками Саша добил сигарету до половины и отправил её в компанию к первому бычку на блюдце. - Сколько у меня времени? Когда то, что осталось от Сандры, придёт сюда?

- Семь дней точно есть. Вероятно, больше, но я не уверена.

Саша закрыл глаза и коснулся затылком рамы окна за спиной. Они долго молчали.

- В изолятор переночевать пустишь? Неохота в домик тащиться.

- Ты спрашиваешь, как будто мои возражения имеют для тебя значение. Делай, как хочешь.

- А ты сама спишь когда-нибудь?

- Иногда. Это нельзя назвать сном в стандартном понимании.

В воображении Саши промелькнула картинка беспроводной подзарядки горизонтально покоящегося тела медсестры. С обновлением драйверов и остального софта впридачу.

- В таком случае, до утра, Виолетта Герцеговна. - Пионер легонько коснулся её плеча на прощанье и исчез за дверьми изолятора.

Глава 7. Старые добрые танцы с бубном

С относительным тёзкой Джейка по имени-фамилии и полной противоположностью по характеру Саша за несколько дней так и не пересёкся. Лагерь справился с устройством новичка на новом месте самостоятельно, без посторонней помощи.

И второго новенького, кстати, тоже заселили на автомате. Бард Юлиан Альфред Панкрац виконт де Леттенхоф, в простонародье – Лютик, вполне комфортно обжился в лагере и довольно часто появлялся на публике, в отличие от таинственного Тайлера Дёрдена. Бессменный спутник ведьмака Геральта быстро прописался в музкружке, что неудивительно. И надо сказать, сразу понравился Мику своей чуткой ранимой музыкальной натурой. Степень чуткости и ранимости этой самой натуры довольно спорная, но эти двое отлично подходили друг другу, не поспоришь. Может, именно для этого и взял его в лагерь Саша, кто знает. Чтобы попробовать заполнить пустоту одиночества Маши, подкрашенную показной периодической активностью никому ненужных заданий от вожатой.

А Тайлер Дёрден был выбран, как типичный антагонист. Назло всем и вся. Система в лице администрации пионерлагеря "Совёнок" приняла обоих без всяких пререкательств, что странно. Бешеного подрывника, который ещё и мордобоем без всяких правил увлекается, значит, можно, а заселение Лизы было встречено в штыки. Но им с высоты своего положения виднее, видимо. Тем более, что эти все изменения самому лагерю и нужны, никто не просил пополнять пионерские ряды новыми личностями.

Пару раз немногословный Саша поприсутствовал на совместных занятиях Мику и Лютика в музкружке. Лютик пребывал в абсолютном восторге от возможностей новых для него музыкальных инструментов, а также от множества песен и разнообразия музыкальных жанров. Ну и на Мику, понятно, этот типичный бабник положил глаз буквально с первых секунд знакомства. Бирюзовая буквально теряла сознание от многогранности его таланта и обходительности в выражениях.

Саша изредка рассеянно помогал новенькому герою в освоении музыкальных технологий. Но пионер был настолько занят своими мыслями о грядущих изменениях в "Совёнке", что почти не обращал внимания на происходящее вокруг. Однако безразличие не помешало ему во время очередного "перекура" на воздухе в серьёзных тонах предупредить разошедшегося Ромео:

- Запудришь Маше мозги понапрасну или обидишь её… Я тебе гланды вырву и съесть их заставлю. Это не метафора, имей ввиду. - Сказав это, Саша дружелюбно хлопнул опешившего музыканта по плечу, подмигнул на прощанье и ушёл по своим делам.

Дёрден тоже довольно уверенно освоился и выбрал свою фаворитку. Ей стала Алиса. Стоит ли говорить, что шансы на успех скромного в плане проявления эмоций Джейка против Дёрдена были практически нулевыми. Бешеный развитие сюжета не затягивал и познакомился со своей зазнобой в самый первый день. И интересы к хулиганским выходкам у них были обоюдными, и характерами они где-то похожи. Просто созданы друг для друга.

Но Джейк Тайлер никогда не сдаётся не только на ринге, и первый любовный треугольник во вселенной "Совёнка" всё же нарисовался. Вип-персона в лице Александра самоустранилась с пьедестала единственно возможного объекта поклонения и открыла новые возможности для действий в пьесе под названием "Бесконечное лето". Актёров добавилось, но основные правила игры остались прежними. До часа икс можно продолжать наслаждаться всеми доступными благами красивой альтернативной реальности и наблюдать за новым нескучным сценарием.

На вопросы, каким образом двое новеньких объясняют себе нахождение в лагере, Александру ответила Виола. Так как Лютик из фэнтезийного мира, то для него перемещение не стало чем-то необъяснимым. Магия, она и в "Совёнке" магия. Сильно отличается от той, к которой привык виконт де Леттенхов, но тем не менее закрывает 99% всех удивительных нестыковок. С Дёрденом сложнее: этот парень – продукт раздвоения личности, в голову запросто не залезешь. Псих, как он есть. Но и с его стороны, судя по всему, беспокойства по поводу перемещения в лагерь самый минимум. Естественно, оба были молодыми копиями пионерского возраста и вдобавок прекрасно владели русским языком.

Вместе с первыми лучами солнца Саша стоял на пороге до мелочей знакомого домика. Множество ночей прошли именно в этих четырёх стенах в компании пионервожатой по имени Ольга. Компания, само собой, была условной – на дистанции.

Саша твёрдо решил сделать хоть что-нибудь, чтобы оправдать свой выбор по заселению в лагерь Лизы. Нет, не так. Делал он это не для успокоения своей совести. Это было для Лизы, и только для неё. Тратить драгоценное время на сомнительные мероприятия ради своего эфемерного чувства, воскресшего вместе с ним, в текущих условиях Саша точно не стал бы.

Ещё раз прикинув в уме нехитрый план действий, он постучался. Вожатая открыла почти сразу.

- Доброе утро, Ольга Дмитриевна. Хорошо, что я вас не разбудил.

- И тебе доброго утра, Саша. Обязанности не позволяют мне долго спать. Проходи. - Облачённая в пионерскую форму без галстука вожатая жестом пригласила раннего гостя войти. - Чай будешь?

- Нет, спасибо. Я по делу к вам.

Пионер вдруг отметил про себя, что в форме Ольга смотрится очень элегантно и даже привлекательно. Таких мыслей в её отношении у него раньше и близко не появлялось. В основном игнор и раздражение. Видимо, возраст, которого он достиг в своей закончившейся жизни, берёт своё.

- Зря отказываешься. - Ольга присела на кровать возле стола и налила себе в чашку кипятка. - Слушаю, я вся внимание.

Саша разместился на стуле напротив и перешёл сразу к делу:

- Как насчёт провести вместо завтрашнего кросса волейбольный матч?

- Честно говоря, я подумывала отменить этот кросс. Но администрация настаивает на обязательных еженедельных спортивных мероприятиях. - Она осторожно сделала небольшой глоток из чашки. - Так что твоя идея как нельзя кстати. Но столько комплектов формы у нас в лагере нет.

- Не проблема, этот вопрос я беру на себя.

- Вот как… неожиданно… Хорошо, я тогда попрошу Славяну заняться остальными организационными моментами. Как я понимаю, соперниками будут первый и второй отряды?

- Не совсем. - Саша невольно улыбнулся, представив, как единственный представитель второго отряда в его лице будет играть против всех остальных. - Я предлагаю кое-что поинтереснее: девочки против мальчиков.

- Но Саша, это же неспортивно. Какие могут быть шансы у девочек хотя бы проиграть достойно?

- Всё как раз наоборот. Разве вы не читали личное дело Лизы Шаба́ловой?

- Вскользь. У меня столько новеньких, что на всех элементарно не хватает времени.

- Она – игрок основы молодежной сборной страны. И практически в одиночку за один сет может запросто из всей нашей команды мальчиков сделать девочек. - Он вовремя уточнил: - Образно, конечно. Но всё равно больно.

Вожатая шутку оценила и расцвела улыбкой. Даже не упрекнула, умеет в не пионерский юмор.

- Я действительно упустила этот момент её биографии. Спасибо, что посвятил, Саша. Но ты откуда это знаешь?

- Мы познакомились прошлым летом.

- Ах, вот оно что… У меня есть подозрения, что ты затеял волейбол не просто из-за активной жизненной позиции. Признайся, я права? - Сейчас довольное выражение её расплывшегося в улыбке лица было точной копией картинки из "Бесконечного лета".

- Вы очень проницательны, - спокойно согласился Саша и подумал закругляться с обсуждением. - Так мы договорились?

- Конечно, - вожатая на ходу допивала чай. - Нужно ещё не забыть команды собрать. А у Славяны и так много дел…

- Я помогу. Как минимум с мальчишеской сборной.

- И снова спасибо. - Она покрутилась немного перед зеркалом. - Пошли, сейчас опоздаем на линейку.

Наблюдая за её суетой, пионер любезно напомнил:

- Ольга Дмитриевна, вы галстук забыли одеть.

- Ой, совсем ты меня заболтал. - Закончив с неотъемлемой деталью пионерского наряда, она постаралась сделать недовольное лицо и спросила: - Не поняла, а ты почему не форме? На линейке нельзя появляться в чём попало.

Начинается…

- В связи с приготовлениями к волейболу вожатый второго отряда на сегодня освободил меня от этой обязанности.

Вопрос исчерпан, больше задерживаться здесь не имело смысла.

Первым делом Саша направился к юным техникам. Подождав их возвращения около получаса в компании робота, он довёл до сведения Электроника и Шурика, что завтра вечером они играют в волейбол. Ребята приняли новую вводную без лишних вопросов. Надо, значит надо – это ни разу не хуже, чем бегать.

Следующим на очереди был Джейк. Он нашёлся в спортгородке. По сравнению с прежней версией "Совёнка" небольшую площадку с турниками и брусьями значительно расширили и дополнили разнообразными тренажёрами. Теперь здесь было где разгуляться.

Джейк только закончил подход с жимом лёжа и отдыхал, сидя на скамье. Саша отметил, что вес штанги, которую тот поднимал, явно превышал сотню килограммов.

- Здарова, атлет. Развлекаешься?

Парни дали друг другу краба.

- Привет, Алекс. Отдыхаю.

- Дело есть. У тебя как с волейболом?

- На уровне. А что?

- Играть завтра будем. Против девчонок.

- Интересно. Не опозоримся?

- Придётся попотеть, но скорее всего отлетим ноль-три. Я не шучу. У них в команде волейбольная машина без ма́лого два метра ростом.

- Даже так… Красивая? Я не встречал такой в лагере.

- Неудивительно, что вы не встречались, она крайне редко появляется на публике. Её зовут Лиза, и она не красивая, а сногсшибательная во всех смыслах этого слова. Понятно изъясняюсь? - Саша получил утвердительный кивок в ответ. - Давай так: я сейчас к Дёрдену, а ты расскажи Лютику про игру. Ему ещё и правила объяснить надо на пальцах. Поможешь?

- Без проблем. - Джейк с интересом посматривал на друга. Причина заинтересованности была из-за описания Лизы, но так как Саша не обратил внимания, то дальше разговор опять пошёл о Лютике. - Этот музыкант как будто из другого мира прибыл. Удивляется всему, даже самым простым вещам.

Американец попал в самую точку. Все они, собственно, из других миров, а Лютик, пожалуй, из самого фантастического.

- Наверное, в глухой деревне вырос пацан. У них там вершина технического прогресса – ложка, чтобы руками не есть. - Парни вдвоём поржали немного над этой средней шуточкой. - Ладно, мне надо идти. Джейк, ты лучше сразу с музыкалки поиски начинай. Скорее всего, он там и ошивается.

- Не понял, шьёт в муз… музы… музкружке? Та милая девушка и вышивание преподаёт?

Блин, надо отвыкать бросаться жаргонными словами, этому попаданцу языковую прошивку забагованную сделали. Вся прелесть общения ломается.

- В смысле тусуется. Understand?

- Off course. Я догадываюсь, почему он там так часто тусуется. Дело не только в его любви к музыке.

- А ещё говорят, что все спортсмены тупые… - и Саша тут же отклонился от небыстрого маха с правой руки. Однако подача была не совсем дружеской и летела точно под челюсть. - Ты поосторожнее махай кулаками, у меня запасной головы нет.

На это Джейк молча с улыбкой поднял вверх большой палец, одобряя степень реакции. Взаимопонимание на уровне.

Шагая по лесу в направлении предположительного нахождения потенциального антагониста лагеря, Саша курил. Не от излишнего желания, а от нечего делать. И с никотиновым дымом вроде бы лучше думалось. Он едва успел выбросить дымящуюся сигарету, завидев мелькнувший силуэт в чёрном спортивном костюме на лесной дорожке. Его не сильно волновало быть спаленным за курением, но чтобы именно Славяна узнала о том, что он курит, почему-то не хотелось.

Они встретились на повороте у толстой ёлки.

- Солнце, тебе уже утренней пробежки не хватает? - незаметно для себя Саша стал всё чаще называть её так, заменяя имя, которое никогда не сокращал.

Она притормозила и по обыкновению улыбнулась:

- Саш, ты не поверишь, но я проспала сегодня. Долго ждал меня?

- Ты тоже не поверишь, и я проспал, - соврал он. Обсуждая поутру цвета волейбольной формы для обеих команд с Виолой, он увлёкся и пропустил время их обычных встреч. Что неудивительно: чай у Виолы отменный, да и как собеседница она неподражаема, причём в любом своём состоянии.

- Как хорошо, что мы с тобой так совпали сегодня, и никто не в обиде, - обрадовалась Славяна. - Я хотела уточнить про завтрашний волейбол. Ольга Дмитриевна сказала, что это ты придумал?

- Да, я.

- Молодец, хорошая идея. У нас как раз новая площадка простаивает: ровная, отполированная. Не то, что в прошлом году: асфальт дырявый, на котором играть невозможно. Только я не совсем поняла, какая от меня помощь требуется? Ольга Дмитриевна сказала, что за форму ты отвечаешь, а с остальным инвентарём у нас проблем нет… Команды? Мы правда будем играть девочки против мальчиков, это не шутка?

Славяна выглядела немного растерянной. Оно и понятно: задачу дали, но инициатива не от системы. Есть от чего растеряться.

- Нет, не шутка, всё серьёзно. Ты с новенькой Лизой познакомилась уже?

- Ну так… - блондинка покачала головой, - она не слишком общительна. А точнее, слишком необщительна.

- Она обязательно должна быть в вашей команде. На тебе собрать девчонок, и всё.

- Ах, вот в чём дело. Теперь поняла, обязательно поговорю с ней. А то я голову ломаю, с чего это ты ввязался. - Улыбка девушки стала шире, а взгляд ещё добрее.

Саша даже и не подумал отнекиваться и подыграл:

- Добрая, красивая, да и ещё такая сообразительная заместительница вожатой первого отряда… Если бы не Лиза, я бы пропал в безуспешных попытках завоевать тебя.

- Попробовать никогда не поздно, - неоднозначно ответила на это Славяна. - Тем более, что у тебя есть все шансы.

- Не прикидывайся. Ты у нас тоже кое к кому неровно дышишь, который спортсмен иностранный. Да и у нас с тобой сейчас общественные дела отнимают слишком много времени, чтобы оставалось на что-нибудь ещё. - Саша подождал секунду, ожидая её реакцию. Она оказалась довольно сдержанной, и переброс полусерьёзными шуточками можно считать законченным. - Давай обсудим амурные дела попозже. Ты за сегодня справишься с командой?

Славяна внутренне порадовалась, что Саша не стал развивать тему:

- Конечно, Саша, не волнуйся. К вечеру доложу об исполнении. Разрешите идти? То есть бежать.

- Бегите, миледи. Только про наше вечернее рандеву не забудьте.

Пионер проводил стремительно удаляющуюся стройную фигуру в облегающем костюме долгим оценивающим взглядом до поворота и задумался. На волейбольной площадке должно быть по шесть игроков с каждой стороны. Элементарно, казалось бы: пионеров, а тем более пионерок теперь в лагере хватает. Но дело в том, что парней (не ботов) теперь как раз шестеро: Саша, Джейк, Лютик, Дёрден и Шурик с Электроником. А девчонок семь: Лиза, Лена, Мику, Славяна, Алиса, Ульяна и Женя. И система без вмешательства однозначно выбросит из команды первую, что совершенно неприемлемо. Если всё получится (а иначе и быть не может), то мимо игры пролетит последняя, библиотекарша Женя. Это как раз абсолютно логично: она вряд ли горит желанием участвовать, да и в очках в подвижные игры с мячом не играют. А с Шурика мы очки снимем, он и без них увидит, что нужно. В радиусе пары метров гарантированно, а большего от него и не требуется.

Тайлер Дёрден лежал на спине на твёрдых досках лавочки перед их с Лютиком домиком (интересно, как такие разные персонажи уживаются в одной комнате) и глядел в небо. Между губами новоиспечённого пионера из угла в угол рта, замирая на мгновение в щербинке одного из центральных зубов, бегала травинка. С каждым движением её длина заметно укорачивалась.

К нему незамеченным приблизился другой пионер в чёрной майке с принтом "Мания величия" на фоне отвесных скал с острыми пиками. Смотрелось красиво. Если не знать, что это название первого альбома группы Ария, то можно списать на обычный выпендрёж. Хотя одно другому не мешает.

- На, не мучайся, - визитёр положил на скамейку красно-белую пачку с тремя оставшимися сигаретами внутри и присел на свободное место.

- Мерси, - страдалец приподнял невидимый край шляпы со лба в знак благодарности. Затянувшись, Тайлер выдал: - Твои будут получше той отравы, что лежала в бардачке автобуса.

Ушлый малый, быстро ориентируется в незнакомом пространстве. А может, и не в таком уж незнакомом?

- Как устроился? - лениво поинтересовался незнакомец.

- Жить можно, если бы не отсутвие курева.

- Понимаю. Растягивай удовольствие, там ещё целых две штуки.

- Маловато будет для удовольствия, - в одно движение Дёрден оторвался от скамьи и сел.

- Это ещё как посмотреть. Никогда не знаешь, что может произойти.

Около минуты оба внимательно рассматривали один другого. И обоим было довольно интересно. Тайлер – проницательный персонаж, сразу понял, что перед ним не просто рядовой случайный гость. А Саша, в свою очередь, почувствовал, что сидящий рядом знает о лагере как минимум половину из того, что известно ему самому. Не принципиально, каким образом Дёрдену достались эти знания, но они точно есть. Возможно, дело в его предыстории, но выяснить едва ли удастся. Да и желания по большому счёту нет.

Поэтому последовал вполне обычный вопрос:

- Как у тебя со свободным временем?

- Вагон, - Тайлер затушил окурок о тонкую подошву сланца на ноге.

- Завтра вечером в волейбол играем. Поможешь отстоять спортивную честь мужской половины лагеря?

Он в ответ заметно поморщился:

- А кроме меня некому?

- Получается, что некому. Большинство наших пионеров – сомнительные ребята в плане навыков и интеллекта.

- Я заметил. - Недолго подумав, он согласился. - Не будем растягивать бессмысленную встречную аргументацию, почему я не хочу, но надо. Сыграем. Пусть это будет жестом доброй воли с моей стороны в честь знакомства. Тайлер Дёрден, - он протянул руку. В отличие от своего соотечественника Джейка Тайлера, этот тип обладал куда более разнообразным словарным запасом и умело использовал устойчивые выражения из русского языка.

Саша пожал протянутую ему ладонь:

- Александр Крайно́в.

Цель визита оказалась достигнута на удивление легко, Саша ожидал куда большего сопротивления. Расстались новые знакомцы в той же непринуждённой манере, как и встретились.

В спортгодок инициатор волейбольного матча вернулся после полудня. Джейк Тайлер нашёл его висящим на турнике с вытянутыми под прямым углом ногами и поинтересовался:

- Как дела?

- Порядок. - Не меняя позы, ответил Саша. - А твои?

- Норма. С трудом я смог объяснить Лютику правила игры. Но не уверен, что он всё понял правильно.

- Не парься… То есть не обращай внимания, сойдёт. Если он не будет мешать – уже неплохо.

- Согласен. А ты почему на обед не пришёл?

- На диете. Стараюсь держать себя в форме, как видишь.

- Я вижу, что диета тебе не нужна. А вот насчёт формы… Разомнёмся? - Джейк заговорщики подмигнул.

- Драться не хочу.

- Спокойно, тебе даже с турника слезать не придётся.

- Ну если так, то давай. Кто дольше провисит?

- Угадал. Только с усложнением, чтобы не затягивать.

Предложение Джейка состояло в следующем: один висит на турнике, второй пробивает ему пресс. Кто больше ударов выдержит, не слетев с перекладины – тот и молоде́ц.

Затея такая себе, но Саша рискнул подыграть:

- Подозреваю, что зря соглашаюсь, но ладно. Только я первый бью, пока ещё в сознании.

- Как скажешь. - Спортсмен повис на перекладине, перехватился поудобнее. Сделал несколько отрывистых вдохов-выдохов. - Готов. Бей, не стесняйся.

Саша размял пальцы в замке́ и врезал живой груше по животу с левой. Ощущение, что пробил в плотную фанеру. Его американский товарищ почти не дёрнулся, только головой качнул. Два следующих удара были более акцентированными и с меньшим перерывом на оценку реакции избиваемого, но успеха также не принесли. У бьющего сложилось ощущение, что его руке больнее, чем плоскости с тремя парами кубиков, которую он молотил. Однако лёгкая улыбка с лица Джейка Тайлера пропала. Так он запросто до вечера провисеть может, пока Саша не устанет кулаками махать. Пришлось сменить тактику: Александр отработал тройку левой-правой-левой с коротким замахом на втором тычке и вложившись со всей силы на последнем. Защита стальных мышц была пробита, правая рука висящего соскользнула с турника , он едва держался на одной левой. Больно, наверное. Пока бьющий раздумывал: добивать ли дружбана седьмым ударом, Джейк сам отпустил хват и спрыгнул на землю.

- Нормально. С шести ударов сбил, - похвалил он, морщась и потирая правый бок.

- Может, ничья? - с улыбкой предложил Саша.

- Камо́н! И зачем я терпел?

- Я пошутил, - вздохнув, Саша запрыгнул на снаряд.

- Готов? - уточнил Джейк.

- Давай.

Первых двух ударов почти без перерыва Саше вполне должно было хватить, но он каким-то чудом не сорвался и, превозмогая боль, подразнил:

- Малышка, хватит меня гладить. Что это за ласковые похлопывания?

Несмотря на то, что по лицу избиваемого было очевидно, каково ему на самом деле, Джейк отреагировал. Последовавшая двойка сбросила наглого пионера с небес на землю в буквальном смысле этого слова. Саша не удержался на ногах и опустился на четвереньки, хватая ртом воздух.

- Ты как? - Джейк наклонился и положил ему ладонь на плечо.

- Терпимо… но у меня селезёнка, кажется, порвалась.

- Сам же попросил.

Всё ещё не в силах подняться, Саша думал, как же идиотски эпично будет загнуться от внутреннего кровотечения. Никакого юмора, боль была очень сильная и не утихала, а наоборот усиливалась. Довыпендривался, называется. Виола с потрохами его съест, если узнает. А может и поржёт ещё.

- Ребята, вы что, с ума посходили?! Джейк, почему ты бил его? - взволнованный запыханный голос принадлежал Славяне. - Отвечай, что молчишь?!

Чтобы попытаться спасти друга от экзекуции на месте, Саша собрался и поднял голову:

- Всё нормально, мы просто тренировались.

- Да, мэм, это такая специальная разминка. Полезно перед волейболом.

- Какая разминка? Совсем за дуру меня держите? - Блондинка обвела глазами обоих и, не дождавшись внятного ответа, вдруг спросила у Джейка ещё громче: - И что это за "мэм"? Я старуха, по-твоему?

- О, нет… конечно нет, - парень совсем смутился. - Так обычно называют старшую… - Славяна грозно насупилась, и он невольно попятился, - …по должности. Главную! Да, главную.

- Солнце, успокойся, пожалуйста. Ему просто твоё имя трудно выговаривать. - Саша снова опустил лицо, чтобы не показывать, как ему больно. - А кулаками мы немного перестарались, есть такое.

- Так перестарались, что ты теперь встать не можешь? - тон девушки был почти как у вожатой, только с большей долей волнения.

- Я могу, - однако подтвердить слова делом не представлялось возможным. Без посторонней помощи ему не встать, по ощущениям даже на четвереньках шагнуть не выйдет.

Под руки Славяна и Джейк перетащили пострадавшего к скамейке и усадили на неё.

- Господи, ужас какой! Я сбегаю за Виолеттой Герцеговной.

- Славяна, я тебя как друга прошу, не надо.

- А что, сидеть и ждать, пока само пройдёт? Саша, геройство в данном случае неуместно.

- Ну хотя бы ещё пару минут давай подождём? Ничего же не случится.

- Ты что, Виолы боишься? А если у тебя рёбра сломаны, и осколки проткнули что-нибудь?

- Исключено, - вмешался Джейк, - я бил ниже рёбер. Дай посмотрю.

После минутного ощупывания на предмет "где болит" он констатировал:

- По-моему, норма. Болевой шок. Но профессиональный осмотр не помешает. Может, укол какой-нибудь нужен.

- Вот видишь. Послушай умного… - она запнулась, - дурака. Пошли в медпункт, Саша.

Нет, куда угодно, хоть прямиком в пасть к крокодилу, только не к Виоле с такими жалобами идти. Саша поймал себя на мысли, как будто снова побаивается её. Что это: вживание в роль пионера или чувство ответственности? Ай, неважно.

Он попытался соврать:

- Мне уже лучше, - и это была не совсем ложь. Мысли о разозлённой Виоле произвели кое-какой терапевтический отвлекающий эффект. Слабый, но по крайней мере хуже не становилось.

Джейк приподнял ему край майки и удовлетворённо кивнул:

- Гематомы не видно. Скоро пройдёт.

- Безмозглые болваны. Я всё расскажу про ваши выходки Ольге Дмитриевне. Ни в какой волейбол играть вы оба не будете завтра! - Славяна никак не хотела остывать.

- Ты же не ябеда. Джейк недавно сказал, что ты ему нравишься, а ты всё впечатление испортить хочешь. - Это был опасный ход. Чтобы спортсмен ничего не испортил, Саша незаметно ткнул его кулаком в бок.

Повезло, тому дошло. Джейк быстро скосил на друга глаза и промолчал.

- Сводник, - буркнула Славяна. Но приём сработал.

- Ты лучше расскажи, как дела у вашей команды?

- Хорошо. Только с Лизой я не договорилась. Она не хочет играть.

- Так где же хорошо тогда? - одна Лиза и была по сути составляющей всего вопроса.

Славяна пожала плечами:

- А что я могу? Не заставлять же её. Найдём замену, не проблема.

- Сам поговорю, - Саша не заметил, как оказался на ногах. Аура "Совёнка" продолжает творить чудеса. Но не на сто процентов: в боку ощутимо кололо острым шилом.

- Я же говорил, что пройдёт, - рассмеялся Джейк.

- Ага. В общем, я пошёл. Оставляю вас наедине. Смотри, не разболтай Славяне всю нашу тактику на завтрашнюю игру. А вы, товарищ замвожатой, постарайтесь не ругаться сильно на нашего иностранного гостя.

- Открыто, - ответил Саше тот самый незабываемый голос на два его коротких стука по двери.

Он нажал на ручку и приоткрыл двери:

- Привет. Можно войти?

- Рискни. - Лиза отложила в сторону книгу.

Стараясь как можно меньше таращиться на девушку и одновременно не хвататься за свою бочи́ну при ходьбе, Саша прошёлся к письменному столу и остановился в раздумьях, где ему присесть. Лёгким движением головы хозяйка домика подсказала направление, и он сел на вторую кровать у противоположной стены.

Итак, очередное знакомство по-новой с хорошей близкой знакомой. Значительно больше, чем просто знакомой. В отличие от встречи с Мику, ему не особо хотелось сейчас обнять её. Опыт их с Лизой тактильных контактов был минимальный: несколько дружеских касаний, пара совсем не таких плотных, как с аквамаринкой, невинных обнимашек, а в финале от неё – топором со всей страстью, от него – ножом между лопаток в спину, и всё, конечная. Но отсутствие опыта конкретных действий совсем не значит, что Сашу не тянуло к ней. Опять же, если сравнивать, Мику он очень хотел обнять, а Лизу просто хотел. Вот тебе и разница, и нет смысла теперь отпираться. Хотя бы перед самим собой.

Но чёрт побери, ведь они уже знакомы! Заново начинать обязательные ритуальные танцы с бубном? Да и ещё вокруг такой девчонки, как Лиза? Получается, что так. Сам же настаивал на её появлении здесь. Лиза, тут такое дело… Помнишь, как однажды здесь я убил тебя? Я не знал, что это по-настоящему и навсегда… а если бы знал… Ну бред же.

- И? - девушка прозрачно намекнула, что перспектива молча просидеть до вечера её нисколько не привлекает.

"Блять!" - Саша едва не сказал вслух это ёмкое короткое определение творящемуся сейчас.

- Почему не хочешь играть завтра?

- С какой стати я должна объяснять тебе?

Нет, без читов точно не получится. "Я просто хочу помочь" и прочие подобные заходы с Лизой не сработают. Такое лет пять надо каждый день повторять и тогда, может быть, она скажет в ответ пару слов. "Пошёл ты…" – примерно таких. Если уточнит, куда, тоже не очень приятно.

- Жаль, что команда девчонок лишается профессионального игрока. Ты играешь за страну, но не хочешь сыграть здесь. Это странно. Есть объективные причины твоего отказа?

- Откуда знаешь про меня?

Саша рискнул:

- Ничего удивительного. Передо мной чемпионка Европы в составе молодёжной сборной СССР по волейболу. К тому же капитан этой самой сборной. - Лиза говорила, что они в своё время выиграли чемпионат Европы. Но это было в команде совсем другой страны. Оставалось надеяться, что советская молодёжка играла не хуже.

- Это так, но мой вопрос не снимается, - повезло, советские девчонки тоже выступали на уровне. - Откуда ты меня знаешь?

- В журнале каком-то фотку видел.

- Не было никакой фотки. Только короткая статья.

Да что ж такое?!

- Ладно, призна́юсь. Фотка эта на стенде в нашей школе висит. Общая командная и твоя рядом. Мы с тобой в одной школе учимся.

Попал наконец-то, но она не успокоилась. Вот наглядная разница между настоящим человеком и придуманным. Не так просто убедить.

- Классный руководитель кто у тебя?

То, что она не молчит, радовало, но дальше выдумывать уже было проблематично. Помня, что Лиза выросла в небольшом городе, она наверняка и всех учителей в своей школе знает.

- Лиза, что за допрос? Завуч у нас классной была.

Повышенный тон сбил её настрой продолжать разговор. Эта песня хороша – начинай сначала. И он начал:

- Девчонки без тебя вряд ли потянут.

- А со мной вряд ли потянете вы.

- Возможно. И что?

- Не стыдно девочкам проигрывать?

- Мне не стыдно. Остальные тоже переживут как-нибудь, я уверен.

- А я не уверена.

- Ты не хочешь играть, потому что щадишь нашу самооценку?

Лиза шумно выдохнула носом и молча вытянула ноги, почти достав стопами до кровати, на которой он сидел. Саша медленно перевел взгляд и смотрел на них нескромно долго.

- Если дело только в этом, то можешь выбросить из головы свои глупости. Играй, как умеешь. - Его глаза всё ещё рассматривали девичьи коленки и бедра в коротких шортах.

Лиза встала с кровати и спрятала руки за спиной. Её теперешняя поза лишний раз подчеркнула, насколько она выше Саши во всех возможных отношениях.

Запрокинув голову, он сказал максимально серьёзно:

- Считается, что размер не имеет значения.

- Размер, может, и не имеет принципиального значения, а вот амплитуда колебаний… - Лиза неожиданно наклонилась к нему, хлопнула своими роскошными ресницами и спросила, - зачем ты пришёл? Какая тебе разница, буду ли я играть?

Возникло спонтанное ощущение, что сейчас её опять контролирует лагерь или как минимум подсказывает, что говорить, но оно было ошибочным. Саша видел, что она сейчас живёт и никому не подчиняется. Научился видеть жизнь во всех её мельчайших проявлениях.

Сказать правду не вышло, хоть он и хотел. Действительно хотел, и очень сильно. Но как объяснить то, чего сам не понимаешь? С учётом всех обстоятельств произошедшего между ними в одну из прошлых смен даже пытаться бессмысленно.

- Это я предложил сыграть в волейбол вместо кросса, вот и расхлёбываюсь. Без тебя игра не имеет смысла, поэтому и пришёл. - Красиво обосновал и даже сумел сказать то, что думал, не вызывая подозрений.

Лиза выпрямилась и повернулась боком. За окном кружили два мотылька, пытаясь пролететь через стекло в комнату. Постучав крыльями о прозрачную невидимую преграду, они улетели. Девушка провожала ярких бабочек взглядом, пока те не исчезли из вида.

- Смотри, не пожалей потом.

Зная, как сложно у Лизы с прогибом, Саша осторожно уточнил:

- Это можно считать согласием?

Она кивнула.

- Отлично. В таком случае, не буду больше надоедать тебе. И спасибо, что согласилась.

Вот и кому, спрашивается, этот волейбол больше нужен? Уже собираясь закрыть двери с обратной стороны, он услышал:

- Я так и не узнала твоего имени.

- Александр. Для тебя просто Саша.

- Приятно было познакомиться, Саша.

- И мне приятно, Лиза. Очень приятно. Увидимся на игре.

Ему показалось, что снежная королева улыбнулась на прощанье. Но она стояла в полоборота, поэтому утверждать однозначно не сто́ит.

Глава 8. Очередной день бесконечности

Уснул Саша только под утро, перед самым рассветом…

- Ведь ты обещал, что обязательно вернёшься. Ты обманул меня. - Сандра с силой начала молотить меня кулаками в грудь. - Тебе там хорошо, а как же мы с Сашулей?! - Слёзы и рыдания заглушили голос.

- Ты бросил меня. Сначала заставил поверить в чудо, а потом отказался. Вот так запросто… Я жила тобой, дышала тобой одним… и никогда ничего для тебя не значила.

- Ты всё время думаешь только о себе. Почему ты хочешь оставить меня одну здесь? Зачем тогда ты возвращал меня? Без тебя мне нечего делать в этом лагере.

Голоса Сандры, Лены, Лизы звучали из абсолютной темноты. Лиц Саша не видел и прервал этот ужасный сон сам. Понял, что спит, и захотел проснуться. Разлепив веки, осознал, что лучше бы не просыпался. Яркие голубой и розовато-карий глаза Виолы таращились на него в упор, а губы сразу наехали катком:

- Вирус, что ты делаешь? Зачем ты это делаешь?

- Ви, о чём ты? Мне комфортно спать в изоляторе, что такого? Тебя не было на месте, я бы спросил разрешения.

Он хотел было потянуться спросонья, но медсестра сильно ткнула его кулаком в бок. Точно в то самое место, в которое вчера пробил четвёртым ударом Джейк.

- Я не ясно сказала, что всё по-настоящему? Если бы пионер ударил с той силой чуть левее и ниже, ты бы умер через полчаса прямо на месте.

Боль отрезвила и подстегнула его. Схватив Виолу за руку, Саша сел и почти закричал:

- Да пофиг мне, как ты не понимаешь! Что ты хочешь от меня? В моей жизни смысла больше нет, а за свой сама борись! Создали тут иллюзию рая, вот тебе Лена, вот тебе Лиза, а Сандра хреновая у вас, потому что всё знает и помнит! А этим двоим знать не положено ничего, потому что моё прошлое неправильное? Не такое, "как надо"? - Он сжал запястье медсестры и заглянул ей в глаза. - Я и так слишком долго продолжаю играть в прилежного пионера. Не лечи меня, мне уже не помочь.

Виола молча перехватила его руку и легко освободилась от захвата. Немного остыв, Саша дошёл до умывальника и включил максимальный напор холодной воды. Когда умылся, продолжил в спокойном тоне:

- Я сделал выбор, но больше тебе ничего не обещал. Прекрати загонять меня в рамки, и так тошно.

Перепады настроения пионера были очень резкими. Виола понимала причины спонтанного срыва, но не до конца, потому что в сны лагерь проникнуть не мог. Они остались лоскутом личного неприкосновенного пространства в идеальном мире, удобном для всех за редкими исключениями. Усугублять лишними нравоучениями медсестра не стала и как ни в чём не бывало перешла к повестке дня:

- Двадцать комплектов волейбольной формы у Оли. Двух расцветок: чёрно-фиолетовый и красно-белый. Размеры подогнаны, разберётесь.

Саша поставил чайник, насыпал себе две ложки кофе и буркнул:

- Прекрасно. Поживём ещё один денёк нормально, как люди. - Вдруг он оживился. - Ты сказала: у Оли? Вы – подружки?

- Удивлён? Мы помогаем друг другу по мере возможностей.

- Ну да, чему тут удивляться, цели у вас схожие. Создавать образцовых пионеров из заблудших душ.

Виола проигнорировала его показное раздражение. Она знала, что пионеру очень тяжело, и он держится изо всех сил. Рвётся на две половины, но держится, и не ради себя, ему уже всё равно. Пофиг, как он выразился. Так ради кого, ради чего? Врёт он, смысл в его жизни всё ещё есть, но какой? Никто в лагере, даже он сам, не знал внятного ответа на этот вопрос.

Сегодняшнее утро вновь обошлось без пробежки. Бок ещё побаливал, и лишний раз выслушивать от Славяны, какие они с Джейком ненормальные дураки, совсем не хотелось. Зарядившись крепким кофе из запасов радушной хозяйки медпункта, пионер отправился в музкружок. Волейбольный матч состоится вечером после ужина, и надо как-то убить время. Желательно без лишних раздумий, с которыми наблюдается очевидный перебор. Когда всё плохо, нужно пытаться искать хоть что-то хорошее. А если не находится – создавай сам. "Или выживание, или в землю с головой".

Так как население лагеря было занятой утренней линейкой с последующим завтраком, то у Саши имелась возможность спокойно поиграть на чём-нибудь в одиночестве. Он выбрал потёртую акустическую гитару, побренчал немного и с огорчением отметил, что струны у неё на последнем издыхании. Возможно, у Маши есть новые, но пока придётся играть такими.

Красивая мелодичная музыка дополнилась его негромким голосом:

- You are my fire

The one desire

Believe when I say

I want it that way.

But we are two worlds apart

Can't reach to your heart

When you say

That I want it that way.

Акцентированные паузы, где нужно, чистое произношение – получалось очень достойно. Немного портило песню плохое звучание гитары. Исполнитель неожиданно продолжил петь на русском:

- Почему

Не страшно, если больно?

Почему

Боимся, когда поздно?

Скажи, как

Услышать от тебя слова

«Я выбрала сама».

В тебе сгорая

Одно желанье

Я знаю, я опоздал

Но свой путь выбрал сам…

Так зачем

Себя я вновь терзаю?

Отчего

Ошибки не прощаю?

Почему

Так трудно слышать мне слова

«Я выбрала сама»…

А дальше не вышло. Гитара начала раздражать своими нестройными нотами. Слух у Саши далёк от идеального, но фальшь слишком сильно резала даже его уши.

- Маша, как ты умудряешься играть на этом хламе? - спросил он у появившейся в дверях пионерки.

- Я уже недели две, как прекратила мучить её. Заказывала струны у Ольги Дмитриевны и много чего ещё, но у неё столько забот, что она постоянно забывает. Вот и получается, что у меня в музкружке инструментов много, а на деле… - Мику заулыбалась, заметив, как Саша опустил взгляд в пол и покачал головой. Она села рядом и существенно сократила скорость произношения. - Ты красиво исполнил. Но это же не всё было, да? Я хотела бы дослушать. Сам сочинил?

- Только русский текст. Это кавер с приблизительным переводом оригинала.

- Классно. Я тоже иногда переделываю песни, но чаще всё-таки пишу свои. И тексты, и музыку. А эту никогда не слышала раньше. Новая? Чья?

- Да, недавно вышла. Поёт группа какая-то из пяти смазливых мальчиков, вроде бы. Мне понравилась, поэтому и заморочился, - Саша отставил гитару к стене. - Ты в волейбол играешь вечером?

- Конечно! Надеюсь, что мы дадим вам бой. Только чур не поддаваться! - она ткнула парня указательным пальцем в плечо.

- Мы постараемся. Хотя игроков у нас как минимум на одного меньше, чем у вас. Лютик хороший музыкант, но со спортом он явно не дружит.

- Но вы же поможете ему не потеряться, правда? - Мику с надеждой посмотрела на Сашу. Выражение её милого личика и ледышку растопило бы.

И Саша ожидаемо "поплыл":

- Конечно, на то мы и команда. Своих не бросаем. А если ты просишь, тем более. Ради тебя любой каприз, Маша.

- Спасибо, Сашка! Я знала, что могу на тебя рассчитывать. - Она настолько обрадовалась, что бросилась к нему обниматься. Пропала девчонка, влюбилась в нового барда из средневековья до самых кончиков своих длинных волос необычного цвета.

- Да не за что, - Саша с радостью обнял её в ответ.

В прошлые смены он практически сумел вычеркнуть Машу из списка ботов. Она помогала ему в своё время от всей души и при этом стеснялась своих чувств. Но каждый раз в конце цикла просила рассказать о лагере правду. Чтобы снова помочь, хоть чем-то. Всем, чем могла, просто так. Такая наивная, ранимая и беззащитная, прямо как младшая сестра. Неудивительно, что Саша готов любого порвать за неё.

- Кхм… Извините, я без стука. Не думал, что могу помешать. - У входа в нерешительности топтался смущённый Лютик.

Мику разомкнула ладошки на шее Саши, отпрянула, как ошпаренная, и сбивчиво протараторила:

- Нет, Лютик, ну что ты, ты совсем не помешал. Просто мы тут… не важно, в общем. Я всегда рада тебя видеть, очень. Проходи, не стесняйся. - Она тоже смутилась, даже покраснела, но взяла скромника за руку и затащила внутрь.

Мальчишки дали "пять" друг другу. Ситуация сложилась немного неловкая, но Саше было забавно наблюдать за этими двумя романтиками. Растолковывать новенькому что-либо он не собирался, пусть сам разбирается, какие у них с Машей отношения. Позицию свою он уже недвусмысленно обозначил, посмотрим, насколько далеко сможет и успеет зайти прожжёный покоритель женских сердец.

- Я пойду, наверное, - Саша поднялся.

Но Мику неожиданно попросила:

- Саш, задержись, пожалуйста. Давай ты ещё что-нибудь сыграешь или расскажешь нашему гостю интересное, а? - Такая просьба прозвучала немного неожиданно: без него парочка могла бы побыть наедине подольше.

- Насчёт рассказать не уверен, но если ты настаиваешь… Моя радость, надеюсь, в лучшем состоянии, чем гитара? - Он кивнул на синтезатор.

- Да, конечно. Ей, кроме тебя, почти никто и не пользуется. - Довольная Мику подскочила к накрытому инструменту и стащила с него брезентовую накидку.

- Тогда с ней и сыграем… интересное.

Лучший друг Лютика Белый волк зачастую уместно применял в разговоре нецензурные словечки и своеобразные обороты, вот и Саша подумал разбавить свой образ серьёзного музыканта чем-нибудь колоритным. Панк-рок идеально подойдёт, песня есть подходящая, где можно попробовать обойтись без гитары.

Лютик ожидаемо начал расспрашивать, как работает это чудно́е устройство, но Саша пока попросил не надоедать и не мешать: потом познакомится поближе. Виртуозу лютни лучше начинать с чего-то попроще, более знакомого, но единственная в наличии акустическая гитара как назло в убитом состоянии. Потратив пару минут на возню с настройками и прогоном сэмплов, клавишник отбил непродолжительную мелодию и остался удовлетворён услышанным. Относительно простая, но вместе с тем довольно многофункциональная старенькая "Ямаха" справлялась со всем, что от неё требовалось.

- Итак, граждане пионеры. Весёлая позитивная песня с романтическим названием "Я в рай попал". Специально для барда Лютого, - он подмигнул внимательно слушающему Лютику, - такого от Мику ты никогда не услышишь.

Аквамаринка хотела было что-то сказать, но сдержалась. Сама попросила "интересного".

Синта выдала отрывистую мелодию в среднем темпе, подкреплённую резвыми ударными от себя же, и комната наполнилась симпатичной музычкой вперемешку с Сашиным голосом:

- Я лежу в могиле в сырой земле

Наконец нашёл я покой себе

Тёща не грызёт, и не пилит жена

Дети не орут, вот же ж красота.

Я об этом долго живым мечтал,

Да, в натуре, пацаны, я в рай попал

Тёща не грызёт, и не пилит жена

Боже, какая здесь красота!

На работу не надо с утра ходить,

За квартиру денег не надо платить,

И не надо занимать и отдавать долги

Да, в натуре, здесь кайф, я скажу, пацаны.

…

Не ругает никто за глаза меня,

Вспоминают только добрым словом всегда

Был плохим, а теперь я хорошим стал,

Когда в день свой последний богу душу отдал.

…

Гитарные проигрыши музыкант пропустил и спел, как сказку рассказал. С толком, с чувством, с расстановкой, с глухим звуком "гэ" в словах. Да, это вам не слезливая песня от Backstreet boys. Но при всём уважении озвученная композиция совсем не из тех, в обнимку с которыми можно провести целый день напролёт.

- Ну Саша… - протянула раздосадованная Мику. - Тоже сам сочинил? Я же не это имела ввиду, когда просила интересного.

- А по мне, вполне неплохо и даже с некоторым смыслом. Микуля, не ругайся, - Лютик подошёл к ней и погладил по ладони. Смотрелось это крайне трогательно. - Главное, что звучание инструмента я услышал. Поучишь меня обращаться с ним?

- Позже обязательно, а пока мы ещё с базовой программой твоего обучения не закончили. - Девушка улыбнулась и снова чуть покраснела.

- Александр, благодарю за интересную композицию. Боюсь, я не большой ценитель подобного жанра, прошу прощения. Звук у инструмента отменный и очень многогранный, а твой голос как нельзя лучше подходит к такой песне.

- Взаимная благодарочка, маэстро. Ты мне лучше скажи, как к вечерней игре готов?

- Правила приблизительно ясны, но сомневаюсь, что буду хоть сколько-нибудь полезен команде.

- Лютик, не сомневайся! Ничего сложного нет, ребята тебя подстрахуют и… Ой, а давай тогда вместо музыки я тебе с волейболом лучше помогу, пока у нас время есть?

- Буду очень признателен, - и он манерно прильнул губами к ладони девушки.

Степень слащавой утипусечности просто зашкаливала. Саша поторопился покинуть помещение, чтобы избавить себя от созерцания происходящего.

- На сим позвольте откланяться, мне действительно пора идти. До скорой встречи вечером.

Не мешало бы немного размяться перед игрой, но Саша выбрал отоспаться и компенсировать свои бессонные ночи. Нужен или не нужен его организму сон, а отдых в любом случае не помешает. В практически абсолютной тишине в своём домике он уснул сразу, как только прекратил разглядывать потолок и прикрыл глаза.

- Сеня, ну и чего мы застыли на месте? Ещё столько нужно успеть, давай двигаться быстрее! - скороговоркой прощебетала девушка и легонько стукнула меня по бокам двумя стройными ножками в чёрных чулках.

Я прекратил таращиться на едва различимую линию горизонта вдали, которая делила ослепительно блестящую солнечными бликами прозрачно-голубую гладь воды и отражающееся в ней ярко-лазурное небо на две условные половины, и обернулся себе за спину. На моей шее удобно устроилась… Мику!

Она весело рассмеялась, а потом недовольно надула губки:

- Поехали уже!

"И почему мне так легко держать её?"

Только сейчас я с удивлением понял, что стою вроде как на четвереньках и совсем не чувствую тяжести её веса на себе. А ещё у меня зелёная кожа… даже не кожа, а… чешуя?! Переступив огромными когтистыми лапами к воде, я посмотрел на отражение и прорычал, попутно ужаснувшись своему "голосу":

- Ох, ёбт!! - довольно бедный эпитетами комментарий означал, что всё не так уж плохо, как могло бы быть: из воды на меня смотрела всего одна драконья голова, а не три, как у Змея Горыныча.

- Сеня, ну что такое? - снова недовольно напомнила о своём присутствии пионерка, сидящая у меня на загривке.

- Я не Сеня, я – Саня!! - громогласным рыком возмутилось чудище.

- А разве бывают драконы по имени Саня? - недоверчиво попыталась возразить наездница.

- Паспорта у меня нет, так что придётся поверить на слово!! - к жуткому новому голосу, пробирающему до мурашек самого его обладателя, было непросто привыкнуть.

Мику же напротив ни капли не боялась своего друга и его манеры разговаривать.

- Хорошо, Саня. Откуда начнём?

- Что начнём?!!

- Лагерь сжигать конечно, что же ещё! Давай скорее, пока драконоборцы не появились. - Она снова расхохоталась заливистым смехом, как будто в перспективе появления охотников на драконов было что-то смешное.

Предложение выжечь "Совёнок" дотла показалось не самой плохой затеей, и дракон широкими шагами потопал вдоль пляжа к ближайшему строению лодочной станции. Каждое касание тяжёлой четырёхпалой лапы выбивало из земли настоящие песчаные облачка́, окутывающие парочку невесомой жёлтой дымкой. Зелёная крылатая громадина довольно резво перебирала своими толстыми ножищами-сва́ями, стремительно сокращая дистанцию до цели.

Когда первая жертва огня оказалась в зоне поражения, дракон глубоко вдохнул, словно пытаясь втянуть в себя весь воздух в окру́ге. На пике бесконечно длинного вдоха нестерпимо зачесались примерно те места, где у человека находятся гланды. Вместо чиха огненные железы, насытившись достаточным количеством кислорода, извергли наружу струю раскалённого жёлто-оранжевого пламени. Стремительно пролетев над водой, огонь встретился со стеной деревянного барака. Температура драконовской смеси была явно повыше, чем у напалма, огненный шквал за секунды прожёг несчастную лодочную станцию насквозь и беспрепятственно вылетел с её противоположной стороны. Через мгновение с грохотом обрушилась крыша постройки, лишившаяся опоры.

От горящих остатков лодочной станции вспыхнул деревянный пирс, кое-где полыхала даже водная гладь, на которую упали капли убийственной смеси, вырвавшейся из глотки монстра.

- Вууух!!! - таким звуком я закончил свою первую пробу продышаться по-драконовски. В горле все ещё щекотало, изо рта непроизвольно вырвался негромкий чих из искр и чёрного дыма. Ну как негромкий: с соседних кустов осыпалась добрая половина листьев.

- Ой, как здорово! - Королева драконов с длинными аквамариновыми волосами хлопнула в ладоши и наградила своего любимца поглаживанием по шее и голове.

Едва почувствовав её проявление ласки через плотную броню чешуи, я "промурлыкал" как можно тише:

- Держись крепче!

Как только Мику обняла толстую чешуйчатую шею, зелёный монстр почти без разбега неожиданно легко взмыл в небо, взмахнув широкими сильными крыльями.

- С чего продолжим?!! - сотрясший окрестности громкий утробный рокот зависшего в облаках дракона должны были услышать не только все пионеры, но и жители пресловутого райцентра далеко за пределами лагеря.

Пионеры однозначно услышали и не изъявили желания наблюдать, что будет дальше. Маленькие людишки, напоминающие с высоты крохотных муравьёв, бросились врассыпную кто куда из приговорённого к казни через сожжение муравейника.

- Саня, а я не знаю, - задор и радость Королевы драконов неожиданно куда-то исчезли. - Только, пожалуйста, мой музкружок не трогай.

- Как скажешь!!

Орлиным зрением жёлтые глаза оценили положение неприкасаемого домика. Крылья замерли, и огнедышащий зелёный змей начал плавно пикировать вниз, попутно набирая в лёгкие побольше воздуха. В два маха он остановил управляемое падение на удобной высоте и направил очередной огненный удар на здание администрации. Через десяток секунд каменное сердце лагеря буквально разорвало на куски от жара, а яркий луч, словно лазер, прошёлся по узкой травяной полосе до площади, развалил вечного Генду, затем в один скачок подобрался к медпункту. Превратив и это место в кучу дымящихся углей, живой огонь пополз дальше: к столовой, складам и спортплощадке. Постройки вспыхивали, как спички, и сгорали буквально на глазах.

Подустав, дракон прекратил дышать огнём и посмотрел на результаты своего гнева. Юго-Восточная половина лагеря пылала и исходила чёрным клубящимся дымом. В редких просветах, где отсутствовали догорающие здания, чётко различалась выжженная раскалённой струёй чёрная борозна на зелёном полотне травы. Нетронутыми оставались только домики и здание кружков. Дракон дал достаточно времени пионерам, чтобы покинуть свои жилища, и со спокойной душой развернулся в воздухе, направляя голову на россыпь фанерных квадратиков.

Длиннющие красивые хвосты необычного цвета сидящей на нём Королевы драконов развевались на ветру, как два бирюзовых шарфа. Столб огня ударил снова, уничтожая последние уцелевшие постройки. Безжалостный змей под чутким руководством Мику твёрдо намеревался спали́ть всё, до чего мог добраться. После огненного апокалипсиса на пустынной территории осиротевшего лагеря останется только одинокий домик музкружка.

Шли последние мгновения существования пионерского лагеря "Совёнок"…

Просил сны – пожалуйста. Не совсем то, что хотелось бы увидеть, но всяко лучше короткого утреннего сновидения. Раньше в лагере вообще одни ужастики можно было приснить или психологические драмы в лучшем случае. А тут красочное фэнтези с нескучным сюжетом.

- Отличный вариант оружия массового поражения класса "Дракон Саня", - прокомментировал свой сон проснувшийся и потянулся. Очень эффективно и эффектно получилось. Интересно, Маше такая картинка понравилась бы?

Волейбольный матч должен начаться после ужина, который, судя по времени, как раз был в самом разгаре. Желудок Александра по обыкновению не подавал никаких признаков жизни и прекрасно чувствовал себя пустым. Посему, влив в него пол-литра минералки, пионер отправился в спортзал.

В пустом холле по пути к раздевалкам он встретил Виолу.

- Вот так встреча, добрый вечер. Ты какими судьбами здесь оказалась? Тоже за девчонок играешь?

Медсестра проигнорировала его приветствие стихами, но на вопрос ответила:

- По долгу службы. На спортивных мероприятиях присутствие медика обязательно.

- Жаль. Облегающая спортивная форма тебе пошла бы. А то твой образ медсестры уже примелькался и не возбуждает. - Увидев её реакцию, Саша отступил на два шага. - Сдаюсь, только не бей. Извини за тупой юмор, я ещё не проснулся толком.

Она удивилась:

- Спишь днём?

- От нечего делать, чтобы время быстрей прошло.

- А ночами?

- Иногда.

- Когда последний раз ел?

- Не помню. Давно.

- Дай левую руку, - не дожидаясь возражений, Виола бесцеремонно взяла его за запястье и измерила пульс.

- Чуть ниже нормы…

- Это повод для волнения?

- Нет. Мне пора. На игре аккуратнее.

- Как скажете, мэм.

До начала матча ещё хватало времени. Виола направилась в администрацию, а Саша, пока девчонки ужинают, успел оценить дизайн их формы в женской раздевалке. Приталенные чёрно-фиолетовые футболки и чёрные короткие шорты. Секси, очень даже. Номера вразнобой: 3, 7, 10, 13… ладно, какая разница, в процессе поглазеть можно будет.

Покрой красно-белой формы парней, что была развешена в соседней раздевалке, был более свободным, и шорты подлиннее.

- Спартак – чемпион! - с этими словами Саша взял себе комплект под номером 11 и неспеша переоделся в одиночестве. Кроссовки на ногах оставил свои.

Вскоре коридор наполнился голосами, и в раздевалку ввалились Эл с Шуриком, а следом за ними Джейк.

Парни обменялись рукопожатиями.

- Алекс, почему я тебя опять в столовой не видел? Всё ещё на диете?

- Есть перед са́мой игрой вредно.

- Так ужин сегодня лёгкий был. Салат цезарь и сок. Кому мало, можно было котлетками догнаться по желанию. - Объяснил Электроник.

- Жанна настоящая волшебница, - многозначительно отметил Шурик. - Жаль, что без добавки сегодня пришлось обойтись, про наедаться Саша прав.

Цезарь в советском пионерлагере: нормально, нет? Саша никак не прокомментировал общие хвалебные речи по поводу шикарного ужина.

Троица новоприбывших почти закончила с переодеванием, когда к команде присоединились двое оставшихся игроков. Общая атмосфера была весёлой, парни лениво перебрасывались редкими незначительными фразами по поводу предстоящей игры и шутили. Всерьёз соперниц никто, кроме Саши, не воспринимал. Тайлер Дёрден сидел особняком и почти не разговаривал, а Лютик выглядел немного смущённым по очевидным причинам. Закончив напяливать форму, он развёл руки в стороны со словами:

- Крайне своеобразный наряд.

- Что, сударь, панталоны коротковаты? Или камзол чем-то не угодил? - отозвался из дальнего угла Дёрден.

Шутку оценили сдержанным смехом. И в этот же момент из-за стены в соседней раздевалке грохнул заливистый дружный девичий хохот.

- А наши девочки в хорошем настроении, - с некоторым удивлением констатировал Электроник. - За ужином рассказывали, что они успели немного потренироваться, и нам придётся туго. Тонкий женский юмор.

- Юмор в том, что как бы нам от натуги не порваться, - без малейшего намёка на иронию сказал Саша.

- Ты длинную брюнетку имеешь ввиду? - уточнил Дёрден. - Серьёзная штучка, сразу видно.

- Высокую, - сквозь зубы процедил в ответ Александр. - Она профессиональный игрок. Так что на лёгкую прогулку по площадке не рассчитывайте.

- Мне всё равно, - тон Дёрдена был полон показного безразличия.

- Наша новенькая Лиза и правда выглядит опасно. Но что она сможет одна? - всё ещё весело продолжил Электроник.

- Подозреваю, что она и есть та самая таинственная дикая орхидея? - встрял Джейк.

- Она немного из другого букета, но близко.

Остальные почти ничего про орхидею не поняли, на то и был расчёт друзей, обменявшихся фразами, смысл которых был ясен только им двоим.

Саша щёлкнул пальцами и спросил погромче, чтобы все слышали:

- Парни, капитана нужно выбрать. Кого назначим?

- Очевидный кандидат у нас только один, - Дёрден снял капитанскую повязку с вешалки и торжественно вручил её опешившему барду в спортивной форме. - Носи с достоинством и честью.

- Друзья, вы что? Я же… - от такого бесцеремонного выпада Лютик совсем растерялся.

- Тайлер у нас в волейболе не сильнее тебя соображает. Сглупил. - Джейк спокойно забрал из рук музыканта синюю манжету и поставил вопрос другим образом: - Алекс нас собрал, предлагаю его. Кто против?

Пара одобрительных реплик, радостный возглас Лютика, протестующих против такого выбора ожидаемо не нашлось.

- Крайний в причинах нашего провала назначен. И фамилия у него подходящая, - гоготнул довольный Дёрден, наблюдая, как Саша без лишних возражений пристроил на левую руку эластичную полосу синего цвета.

Глава 9. На игре

- Ну как, коллега, вы готовы? - спросила в коридоре Славяна с красной капитанской повязкой на коротком рукаве.

- Смотря к чему, - капитан парней пожал плечами.

- К избиению, Сашкен. Только не плачьте, я не переношу сырости. Привет, - рыжая хлопнула "пять" Александру. - Как оно?

- Без тебя скучновато, но я держусь, - честно сознался парень.

- Надеюсь, на игре вы также продержитесь, мальчики. - Её довольная улыбка с ядовитым оттенком говорила о том, что девчонки уже в курсе возможностей Елизаветы Шаба́ловой. Что ж, тем лучше.

Из раздевалок команды выходили неорганизованно: игра всё-таки дружеская. Электроник не упустил возможности сразу направиться к Жене, которая сидела в приличной по размерам группе поддержки девичьей сборной. Лютик в компании Шурика и Мику обсуждали что-то, расположившись рядом с волейбольной сеткой. Дёрден подкатил к Алисе и рассказывал байки, также их не слишком внимательно слушала подруга рыжей Ульяна. Джейк скучал в дальнем углу игровой площадки, а вот Лиза вышла вместе с Леной. Они часто перешёптывались и вообще вели себя, как подруги.

Ольга Дмитриевна, которая исполняла роль рефери в сегодняшнем матче, сразу подозвала к себе капитанов обеих команд.

- Ну что, все в сборе? - Ребята подтвердили, и вожатая достала из нагрудного кармана монетку. - Славя, выбирай.

- Орёл, - не колеблясь определилась капитан девчонок.

Подброшенный лёгкой рукой вожатой медный пятак подлетел вверх и опустился ей в ладонь.

- Решка, - улыбнулась Ольга. - Саша, подача или сторона?

- Берём левую половину. Уступим дамам право первого удара.

Славяна и Александр стандартно пожали друг другу руки и обменялись взаимным пожеланием удачи.

Сегодня пионерам напомнили, что в лагере имеется радиорубка, а динамики размещены по периметру лагеря во всех ключевых точках. В течение дня было неоднократно объявлено о предстоящей игре, поэтому зрителей в спортгородке собралось немало. Болельщики, как и команды, поделились по гендерному признаку.

Пока судья вожатая забиралась на свой высокий постамент у края сетки, диктор объявлял составы команд. Подготовилась администрация к игре, раньше динамики в лагере молчали. Фанатский сектор ожидаемо поддерживал аплодисментами своих во время оглашения составов. У девчонок самые громкие овации сорвала Славяна, но и выделяющуюся незнакомку Лизу также оценили значительно громче остальных. Среди парней очевидного фаворита не было, разве что Джейка отметили даже фанатки из половины соперниц. До стартового свистка из динамиков успела поиграть свежая (по местному времени) песня "Атас" от Любэ. Причём не вся, а отрывок из куска куплета и припева. Ди-джей в рубке серьёзно подошёл к делу. Наконец со всеми подготовительными манипуляциями было закончено, Ольга окинула взглядом обе половины игровой площадки и свистнула, дав начало тому, ради чего все здесь и собрались.

Ожидающая на лицевой линии Мику ударила разок мячом по паркету и подала. Хорошо, плотно, но строго по центру и без изысков. Электроник уверенно принял, Саша довёл на противоположный край на удобной скорости и высоте, а Джейк спокойно завершил чётким ударом в половину соперниц. Свисток, рука рефери указала на половину парней, которые повели 1-0.

- Легко! - Эл шлёпнул ладонью по протянутой ладони Шурика. Остальные в команде отреагировали более сдержанно. Впрочем, как и все девчонки.

А дальше началось то, что и должно было начаться. Электроник подал неплохо, в угол, и там, почти распластавшись, мяч подняла Ульяна. Он безнадёжно летел в аут, но резкая Алиса догнала и успела перевести под сетку, причём вполне неплохо. Достаточно для того, чтобы Шаба́лова вогнала его между Дёрденом и Шуриком, не успевшими понять, что сейчас произошло.

Произошло собственно то, что на подаче Лизы счёт дошёл до 1-9 в пользу прекрасной половины лагеря. Три эйса, три отбоя в аут и пара невнятных контратак, не принёсших весомых результатов.

Во время короткой передышки, которую на правах капитана попросил Саша, ди-джей не упустил возможности пофеерить. Из колонок заиграла песня "Больно мне, больно". Под неё пионерки на трибунах, поддерживающие чёрно-фиолетовую команду, сходили с ума от восторга.

Не нужно быть гением экстрасенсом, чтобы понять: Лиза сразу сообразила, на кого нацелить свои подачи. Она почти всегда била в Лютика и изредка в ленивого Дёрдена. Страховка этих персонажей другими игроками приводила к тому, что на площадке появлялось многовато свободного пространства, куда сразу же летела мощная подача навылет. Профессионал была в состоянии пробить с линии в абсолютно любую точку площадки с силой и точностью радиоуправляемой ракеты.

- Господин Дёрден, может ты соизволишь вынуть руки из карманов и хотя бы минимально поучаствуешь в игре? - Обратился к показательно филонящему Тайлеру во время тайм-аута капитан команды. Лютику он претензий не высказывал, тот и так делал больше, чем от него ожидалось. По крайней мере, столбом не стоял.

- Играю, как могу. Выкладываться по полной я не обещал, - спокойно ответил Тайлер. - И вообще, что случилось? Чувство собственного достоинства страдает?

- Не страдает, только нас всех по твоей милости избивают, как младенцев, на глазах у многочисленных свидетелей. У самого-то гордость есть?

- Присутствует. Я услышал, босс. Постараюсь.

Остальные игроки помалкивали с хмурыми минами на лицах. Только Лютик выглядел виноватым и смущённым, однако никто из команды не упрекнул его ни словом, ни взглядом.

Бешеный не шутил, когда сказал, что постарается. Тайм-аут закончился, и Дёрден в самом деле начал играть активнее. Но помогло не сильно. С его очередного неуверенного отбоя мощнейшей подачи Шаба́ловой Джейк в отчаянном прыжке достал уходящий в никуда мяч, пытаясь вернуть его в игру. Круглый по высокой траектории летел за шиворот Саше. Сделав пару шагов спиной к разделительной линии в надежде достать его, Александр прыгнул назад и вверх. Лиза без проблем успела вернуться к сетке и выпрыгнула на парный блок вместе со Славяной. Отлетая за пределы площадки, Саша умудрился ткнуть мяч в противоход двойному заслону. Алиса успела поднять опускающийся на их половину снаряд, но помочь ей отправить его обратно никто не успел.

- 2-9! - рука Ольги указала на половину парней.

Лиза шепнула что-то своему капитану, и та подошла к рефери. После недолгих препираний Дмитриевна ещё раз свистнула и громко огласила:

- Прошу прощения, я ошиблась. Атакующий задел сетку. Счёт 1-10, подают девушки. - И её рука показала на противоположную сторону.

Лиза незаметно для остальных подмигнула сидящему на пятой точке Саше и пошла подавать снова. Этот "знак внимания" был без издёвки, но всё равно ему вдруг стало по-детски обидно.

Парни и вчетвером, без активного участия Лютика и Дёрдена, пытались упираться, подхлёстываемые едкими выкриками девчонок с трибун. Группа поддержки пацанов пребывала в шоке и наблюдала за происходящим, разинув рты от удивления. Результативные действия девушек, а конкретно Шаба́ловой, были прерваны, только когда те набрали пятнадцать очков. Первая партия завершилась с разгромным счётом 9-25. И это ещё мальчишкам пару раз повезло.

В перерыве между сетами невесёлое молчание мужской компании первым нарушил Электроник:

- Ребят, я не пойму, что происходит?

- Имеет нас госпожа Элизабет при непосредственной помощи подруг без вазелина, вот что происходит. - Дёрден сплюнул.

- А ты и рад подмахивать, - неожиданно громко продолжил Саша.

Психованный готов был вспылить и ввязаться в перепалку, но сдержался, зажмурился, перевёл дыхание и сказал:

- Оставим пока наши сексуальные фантазии. Лучше угости сигаретой.

Саша посмотрел на него, как на ненормального, каким тот в общем-то и являлся. Ответный взгляд Дёрдена говорил о том, что он не шутит.

- В раздевалке в моём шкафчике возьми, волейболист недоделанный. Времени у тебя пять минут, постарайся не спалиться.

Козырнув, псих поспешил удалиться с площадки. А Джейк передвинулся на освободившееся место и тихо обратился к другу, глядя в землю:

- Твой цветочек очень больно кусает. Надо что-то с ней делать.

Саша повернул голову и уточнил:

- У тебя есть конкретное предложение?

- Есть. Я займу позицию либеро в центре. Вы, - он показал на двух молодых инженеров, - на нашей лицевой линии дежурите. Лютик с этим… полумёртвым под сеткой пускай стоят.

- А мне уйти? - не понял Саша.

- Алекс, ты будешь главным доводящим, постараюсь в твою зону отбивать. И на блоке со мной не опаздывай. Попробуем по-взрослому?

Так и попробовали. Джейк и Саша метались по площадке, как заведённые. Приём, доводка, удар, отбой, доводка, двойной блок против Шаба́ловой. В основном их усилиями счёт на протяжении первой половины партии был почти равный.

Только Лиза вошла в раж и не прощала. Своей твёрдой рукой она не раз прошивала двойной блок пары самых высоких крепких игроков оппонентов, иногда обводила. Она была элементарно быстрее и точнее. И помогали ей очень хорошо, особенно Лена. Скованная скромная пионерка неожиданно оказалась настолько подвижной, что успевала буквально везде. В доводке она была бесподобна: могла и за спину себе сбросить, и с неудобной руки отпасовать мяч в нужную точку. Плюс ко всему сыгранность девчонок находилась на каком-то запредельном уровне, они умело использовали весь спектр волейбольных хитростей. Атаковали первым темпом, Лиза несколько раз обманула ложными выпадами с пропуском паса в угол площадки. В качестве доигровщика среди девчонок лучше остальных проявила себя Славяна, вторая по росту и результативным атакам после Лизы.

Слив матча в одну калитку Сашу не сильно волновал, это было предсказуемо. Интересно другое: он увидел вдруг, что Лена и Лиза в самом деле подружились, и не просто как партнёрши по команде. Эти две пионерки и обнимаются более тактильно при праздновании очередного набранного очка, и даже по заднице могут друг дружку хлопнуть после удачного действия. Двойная победа при полнейшем разгроме в игре, получается. Хотел, чтобы Лизе здесь было хорошо, а в итоге не только ей, но и Лене поспособствовал. Вот только его команда полностью деморализована: как ни старались, 18-25 проиграли второй сет. Но это уже в два раза лучше, чем первый.

А на отдыхе неожиданно обнаружилось, что Алиса смотрит на Джейка с нескрываемой симпатией и даже с искрой восхищения. Не опускающий рук в самых безнадёжных ситуациях спортсмен сидел на лавке абсолютно обессиленный, взмокший и не видел этого. Но зато полный обожания взгляд Алисы заметил точно такой же вымотанный беготнёй и бесконечными прыжками над сеткой Саша и… безразличный ко всему Дёрден!

Лучшая мотивация, которая только могла быть – не отдать свою девчонку конкуренту. Этот казалось бы незначительный фактор привёл к тому, что в третьей партии получилась настоящая заруба, так как Дёрден включился по-настоящему. Не за команду, за себя играл, чтобы не выглядеть тюфяком в глазах рыжей.

А тут ещё парням подфартило: выбыл из игры Лютик. Музыкант очень неудачно подвернул голеностоп при попытке достать очередной сильный удар Шаба́ловой. С причитаниями и оханьями рядом с ним первой оказалась Мику, долетев до ненаглядного с другого края раньше всех остальных. Виола бесцеремонно растолкала собравшихся, осмотрела пострадавшего и успокоила бирюзовую, что здоровью барда ничего не угрожает: обычный вывих. Партнёры по команде дотащили парня к скамейкам, где ему сразу была оказана вся необходимая медицинская помощь.

По итогам происшествия в командах осталось по пять игроков, потому что Мику отказалась играть дальше. Девчонки согласились, что так будет честно.

Счёт на табло гласил, что сборная девушек ведёт со счётом 8-7. Славяна подала как всегда несильно и с серьёзным вращением. Шурик принимал уверенно, но вращающийся мяч пошёл в сторону. Ближайший к отскоку Дёрден ногами не успевал и вынужден был доставать уходящий мяч в отчаянном прыжке одной вытянутой рукой. Мотивация в виде симпатий Алисы сработала на все двести процентов: прыжок бешеного не остановили даже лавочки со зрителями, в которых он врезался на полной скорости. И жертва Дёрдена не осталась напрасной. Джейк умудрился пробить с середины площадки так, что девушкам не хватило трёх касаний, чтоб хотя бы перебросить мяч обратно.

Подвиги обречённых на поражение парней на этом не закончились. Усилиями оставшейся пятёрки на подаче Джейка Тайлера им удалось выйти вперёд со счётом 10 на 8. Девушки принимали и вполне качественно контратаковали, но парни поймали кураж. Особенно эпично смотрелся момент, когда Александр остался один на один с завершающей Лизой и выпрыгнул ей навстречу, закрывая линию атаки. Игрок под номером 13 не смогла хорошо замахнуться из-за неудачной доводки, но у неё хватило сноровки пробить мощно и почти без замаха с самого угла. Тем не менее одиночный блок из пары рук Александра сработал, как надо. Пара зависла в воздухе над разделяющей сеткой с зажатым между их ладонями мячом на пару секунд. Победителем из этой дуэли вышел Саша. После того, как Лиза в падении из последних сил отбила ногой опускающийся на её половину мяч за пределы площадки, группа поддержки парней взорвалась громкими аплодисментами. Саша вернул раздосадованной девушке незаметный для остальных жест с подмигиванием.

Следующий розыгрыш стал самым продолжительным в игре. Джейк подал мощно и точно в угол, приняла Алиса, довела Славяна, Лиза должна была завершать, но тройной блок при поддержке Электроника взял на себя её удар. Отбой ловко подняла Лена, довела в обратку Ульяна, после предыдущей неудачной попытки атаки Лиза включиться вовремя не успела, и атаковать была вынуждена ближайшая Лена. Для акцентированного удара фиолетовой немного не хватило роста, и парни как по нотам спокойно разыграли контратаку. Но страшной силы плюху под лицевую от Саши своей хрупкой грудью встретила Ульяна, не уворачиваясь и почти не шелохнувшись. Бьющему от такого заболело не меньше, чем Ульяне. Однако розыгрыш продолжался. С чёткой доводки Лены ответный удар Лизы в полушпагате ногой достал Электроник. Да так удачно, что мяч высокой свечой полетел прямо в зону Александра. Времени хватило, чтобы оценить расположение и своих партнёров, и соперниц. Джейк был готов атаковать, но его с другой стороны сетки караулили как минимум трое, словно приклеенные.

- Играем! - успел крикнуть Дёрден.

И Саша кивком головы(!) сбросил набегающему под сетку партнёру. Классический пас в футбольном стиле, не запрещённый волейбольными правилами. В высоком прыжке Дёрден легко воткнул мяч одним указательным пальцем в свободную зону половины соперниц.

- Пижоны! - выдохнула разозлённая Алиса. Но мальчишки не слышали. Они праздновали взятый розыгрыш, как никакой до этого.

Сразу же в небольшом перерыве ди-джей врубил "Американ бой" от Комбинации, отдавая долг красивой игре иностранцев в составе мальчишеской сборной. Показалось, что вот он – перелом в игре. Но нет, девчонки собрались и вернули себе инициативу при абсолютно равной игре.

В очередной раз удивила Лена. Сначала она прервала самую продолжительную победную серию соперников, смахнув мгновенным точным движением мяч на их половину, когда практически все игроки из обеих команд ожидали от неё напрашивающийся пас. А потом взяла две подряд свои подачи без отбоя. Первая, невесомая и лёгкая, легла под самую разделительную линию. Саша успел сделать два шага вперёд и отбить, но мяч ударился прямо в сетку, и суматошные попытки партнёров поднять его выше не помогли спасти ситуацию. Второй такой же несильный удар от неопасной на вид Лены показалось, что уходит в аут, и никто его не трогал, однако круглый задел-таки краем боковую линию.

- Да что такое?! - не выдержал и в сердцах крикнул на весь лагерь Тайлер Дёрден. - Давайте сходим покурим, раз даже против неё не получается!

- Так играй, гений, - прорычал стоящий по центру Джейк Тайлер, не меняя стойки для приёма.

Саша только едва заметно улыбнулся. Такого развития событий он не ожидал. Ну ладно, смяла их Лиза в первых двух партиях, но чтобы всё стало так серьёзно в третьей? Вдруг и ему стало досадно сливать всухую 0-3 по сетам. Вроде был готов к такому, но видя реакцию парней на происходящее, если даже Дёрден проникся… Он тоже упёрся локтями в колени и сказал:

- Собрались, девочки. Недолго потерпеть осталось. - Его слова могли быть адресованы к обеим командам, набивающая мяч на лицевой линии Лена не выдержала и улыбнулась.

Зрелищная абсолютно равная игра в третьей партии закончилась со счётом 25-27 в пользу чёрно-фиолетовых. И 0-3 в матче соответственно.

Пожав по традиции все девичьи ладошки соперниц под сеткой после поражения, Саша офигел от того, что к ним подошли почти все боты с трибун и поблагодарили за игру. И парни, и девушки. "Не расстраивайтесь, вы классно играли. Круто! Спасибо, ребята, никогда такого не видел. Жалко, что игра только три сета идёт, могли бы отыграться." - И всё такое в том же духе. Ни одной насмешки или показного сочувствия, ни одной банальной фразы о том, как можно проиграть девчонкам.

Саша попытался найти Виолу в толпе окруживших лиц, но её не было. Ушла вместе с Лютиком и Мику в медпункт лечить ногу травмированному. Из динамиков звучала песня "Мы встретимся снова". Красивая вещь и очень подходящая, Саша даже заслушался. "…Тревожная мысль одна вернула рассудок мой: Ты просто ушла, но кто ты была, не знаю тебя…" - на этих словах он обернулся и поискал глазами Лизу. Высокая брюнетка с номером 13 как раз скрывалась за дверями спортзала.

Догонять её было поздно, да и всё равно наедине тут не поговорить. В общем-то и не о чем им разговаривать. Бла-бла, как игра… сейчас не самая первая смена в лагере для такой обязательной ерунды ради продвижения по сюжету.

В раздевалке капитан потерпевшей разгромное поражение команды участия в обсуждениях итогов матча не принимал, ни слова не проронил. Да и сами ребята не слишком активно обсуждали свой провал. Уже переодевшись, Саша сидел на лавке и смотрел в одну точку на полу. Он рассеянно угостил Дёрдена горстью сигарет на прощанье, оставив себе одну в пачке. Раздевалка опустела.

Джейк переоделся последним и подошёл к другу:

- Бро, ты идёшь? Что с тобой?

- Ничего. Иди, всё нормально.

- Алекс, ты какой-то совсем… потерявшийся. Если я чем-то могу помочь, ты скажи.

- Спасибо, дружище. Помощь не нужна, я в порядке.

- Ну смотри… Если что… - Джейк продолжал топтаться рядом, никак не решаясь уйти.

- Давай, до завтра, - Саша протянул ему краба.

Попрощавшись, американец хлопнул дверью. В одиночестве пионер посидел ещё некоторое время и пошёл на выход. Неплохо было бы заглянуть в душ, но его новое тело хоть и вспотело от серьёзных нагрузок, но не так сильно, как должно было, и он поленился. Уже в конце коридора он услышал шум шагов за спиной: ещё кто-то прилично задержался и выходил из душевых. Широкими шагами Лиза догнала остановившегося пионера. Она притормозила рядом с ожидающим её парнем, поправляя на плече спортивную сумку.

- Что-то хотел?

- Давай провожу… - неуверенно предложил он.

- Я сама могу дорогу найти, но… проводи, - волейболистка первой толкнула главные двери спортзала.

Когда они вышли, сумерки уже накрыли лагерь, а спортгородок совсем опустел. Но музыка всё ещё играла. Тот же Маленький принц, только с другим хитом:

- Я не знаю, зачем мне ты

И зачем мне рука твоя

Я не знаю, зачем мне ты

Может сам от себя скрываю

Я не знаю, зачем мне ты

Отчего вдруг мечтаю я

Я не знаю, зачем мне ты

Объяснить не могу – не знаю…

Кстати, голос исполнителя очень сильно схож с голосом Лютика.

- Дождь, и где-то там, в дожде

Давно остался тот мальчишка

Снег уже упал и погасил

Далёкой страсти вспышку

Реже я мечтаю

И совсем не о тебе

Уже забыт вопрос

Но смотришь ты всерьёз…

- Знаком с ди-джеем? - вдруг спросила Лиза.

- Нет, но хотелось бы познакомиться, - это была истинная правда. Если бы Саша не видел Виолу, пока шла игра, он бы предположил, что там сейчас она. Иначе как объяснить такие удивительные совпадения под его чувства, которые негромко льются из динамиков в столь поздний час.

Некоторое время они прошли молча. Среди деревьев аллеи, ведущей к домикам, кто-то был. Пара припозднившихся пионеров не обратила внимания на тень, скрывающуюся в полумраке позднего вечера. И уж тем более никто не увидел следов её слёз, блестящих в зелёных глазах.

Лиза часто искоса поглядывала на напросившегося проводить её парня в ожидании, что он что-нибудь скажет, но тот как воды в рот набрал. "Ну чем ты опять недоволен? Всё же получилось, как ты хотел, даже лучше." - Наверное, примерно так он сейчас думал. А может, совсем ни о чём не думал, просто шёл рядом.

- Лена рассказала мне, что идея с волейболом полностью на тебе была.

- Это не тайна, все знают. - Саша смотрел перед собой. - Я заметил, вы с ней близко сошлись.

- И как ты это заметил?

- Хлопать друг дружку по заднице не каждый может себе позволить.

Выражение лица Шаба́ловой сейчас напоминало кошку, которая до отвала натрескалась сметаны.

- Пока не пришли, я повторю свой вчерашний вопрос. Зачем ты всё это затеял? Не ври, чтобы просто поиграть.

- Волейбол по-любому лучше кросса. - Саша посмотрел на свою спутницу. - И ещё ради тебя. В первую очередь ради тебя.

Он ещё не успел договорить, как Лиза кивнула с видимым удовлетворением.

- Не сочти за глупость… Но почему?

- Если скажу, что ты мне нравишься? Сойдёт так? - Саша вздохнул и замедлил шаг.

- Вполне. А если отвечу, что это взаимно?

Радости от услышанного почти не возникло. Или она не отразилась на его лице, и Саша лишь улыбнулся с тенью наигранного смущения:

- Не знаю… Спасибо, наверное.

- Не за что. Бонусов тебе это никаких не даёт. - Лиза бодро пошагала дальше, не желая задерживаться.

- Я и не рассчитывал, - пробормотал себе под нос пионер, топая следом.

Попрощались они у порога домика Лизы обычным "пока-увидимся". Несмотря на отсутствие каких-либо намёков на вменяемое продолжение их короткого, но максимально информативного разговора, вечер можно было считать прекрасно завершённым.

В бледном свете луны Саша переплыл озеро до ближайшего острова туда и обратно. Вместо ду́ша, а ещё чтобы вымотаться и попробовать нормально уснуть.

Но он был на озере не один. Свидетелем его ночного заплыва была та же незаметная тень. Слёз в её глазах больше не было, она улыбалась.

Глава 10. Л+Л=?

Саша не спал уже трое суток подряд и очередной рассвет встретил под своим любимым деревом на возвышенности у окраины пляжа.

Несмотря на то, что он так и не смог найти себе достойного занятия, чтобы ночь пролетала быстрее, время, которое все привыкли проводить в горизонтальном положении спящими, для него долго не тянулось. Дедлайн неумолимо приближается, и парень настолько сильно поглощён мыслями о предстоящем появлении Сандры, что по большому счёту не обращает внимания на часы. Солнце или луна освещают локации "Совёнка", ему совершенно не принципиально.

Он мало с кем за эти дни общался, разве что немного с Виолой и изредка с Джейком, да ещё несколько раз перекинулся парой слов с Лютиком и Машей в музкружке. Но в основном в процессе их совместного музицирования, если таковое случалось, он предпочитал поменьше разговаривать. С Лизой пока встреч совсем не искал: наверное, опасался, что не выдержит и случайно проговорится где-нибудь. Проколоться можно запросто, Лиза всегда настороже и исключительно проницательна. Вдобавок не покидало странное чувство, что она видит его насквозь.

На неизменных утренних пробежках со Славяной на все её вопросы, что с ним, он лишь отмахивался. Нормально, всё нормально. Бег очень кстати позволял молчать всё время. А на финише он сразу отправлялся в душ.

Саша иногда проваливался в кратковременное забытьё. Отключки могли случиться в абсолютно любое время суток. Отвлёкся, чуть расслабился, прикрыл глаза – и рефлексы тела брали своё, игнорируя новые вводные. Микросны длились недолго, как правило не более нескольких минут. Рваные образы, которые они приносили вместе с собой, ничего конкретного не показывали и не проясняли. Лишь очередные вариации бредовых идей, сомнений и ожиданий от грядущего апокалипсиса, как выразилась Виола. Но даже учитывая всю свалившуюся на него напряжённость, отрицающую саму возможность элементарно отвлечься и отдохнуть, отключить мозг хотя бы на пару часов, организм по ощущениям находился в рабочем состоянии и чувствовал себя более, чем удовлетворительно. Если не брать в расчёт голову, которая этим организмом управляет.

Однако бесконечный поток мыслей ни к какому мало-мальски приемлемому результату так и не привёл. Александр решил сменить распорядок дня и после нового рассвета и утренних процедур повёл себя не так, как вчера и позавчера. Для него такое поведение являлось нестандартным, а для всех остальных обитателей лагеря – вполне обычным. Он отправился позавтракать в столовую. Мелькнула догадка, что за жевательным процессом можно додуматься до чего-нибудь более конкретного, чем "хрен его знает, что делать, и зачем вообще мне это всё нужно".

Хуже не будет, если хотя бы попробовать отвлечься и втянуться в относительно нормальную жизнь на оставшийся срок. Прекратить бесконечные бесплодные попытки придумать что-нибудь и снова побыть простым пионером. Ибо ничего, что связано с Сандрой, он изменить не сможет, но зато может повлиять на текущую реальность. И шаги для некоторых изменений, несмотря на всю апатию к окружающему в последние дни, он предпринял. Поэтому неплохо бы выловить в столовой Джейка. Сегодня Саше не помешает помощь друга, физическая сила и сноровка американца будут как нельзя кстати в разгрузке вещей, заказанных у Виолы днём ранее.

Нехитрая утренняя трапеза отдыхающих в "Совёнке" сегодня состояла из огромного куска филе курицы, запечённого в невообразимом букете ароматных специй, спрятанного под хрустящей корочкой и приправленного янтарно-красным соусом. Запах сего деликатеса дразнил нос с расстояния в добрую сотню метров от столовой. Бонусом прилагалась большая порция гарнира из подрумяненной картошки по-деревенски и стакан апельсинового или яблочного сока на выбор. На каждом из столов стояло по две тарелки с аккуратно нарезанными кусками белого и чёрного хлеба и вазочка с конфетами "Трюфель" в золотисто-чёрных обёртках.

Кто такая новая повариха Жанна и как она умудряется сотворять еду ресторанного качества на целую армию подростков? "Совёнок" явно обзавелся новыми неимоверно расточительными спонсорами, Облгоспищепром рядовых пионеров такими изысканными яствами за спасибо на убой откармливать не будет. И отсутствие вооруженной охраны возле столиков немного смущает. Каким образом наиболее шустрые пионеры смогут устоять перед соблазном не вывернуть содержимое конфетных ваз в полном объёме себе в карманы, остаётся только догадываться. Настолько быстро приелось, что ни один не соблазнится таким количеством халявы? Звучит крайне фантастически, не может такого быть по определению. Неплохо бы проследить за поведением Ульяны в сложившейся обстановке.

Вскользь подумав об этом всём, забирая свой завтрак с раздачи, самый первый не спящий по ночам посетитель услышал от лучезарно улыбающейся Жанны следующее:

- С добрым утром, Саша. Я тебя почти не вижу в последнее время. Ты мне ножи вернуть собираешься? Я же и вожатым наябедничать могу. - После последних слов она попыталась придать своему лицу серьёзный обеспокоеный вид.

Саша оторвался от созерцания столовой и улыбнулся в ответ кулинарной колдунье едва заметным движением губ:

- Здравствуйте, Жанна. Сегодня, в крайнем случае завтра, вы получите весь инвентарь обратно в целости и сохранности. Извините, я совсем забыл про них.

- Рассеянный ты какой-то сегодня. Надеюсь, половина моих ножиков не исчезла в неизвестном направлении? - Она снова заулыбалась и тут же, скрывая зевок, прикрыла рот ладошкой, а второй поставила стакан с соком на поднос. - Приятного аппетита.

- Спасибо. Вы сегодня прекрасно выглядите, только вам выспаться не помешало бы, - уже удаляясь, произнёс Саша и разместился за угловым столиком на три персоны, не расслышав ответные слова новой старшей по кухне.

Столовая начала принимать первых персонажей из толпы голодных посетителей, спешащих заесть указания вожатой (логичнее было бы сказать вожатых, одной Ольге Дмитриевне уследить за таким количеством подопечных нереально). Обязательное для всех пионеров, кроме Александра Крайнова, утреннее построение отлично способствовало улучшению аппетита, и вскоре почти все свободные места оказались заняты.

Через несколько минут неторопливо и сосредоточенно жующий кусок батона и одновременно разлядывающий стакан с оранжевой мутноватой жидкостью Саша услышал негромкое:

- Не против, если я присяду?

- Пожалуйста, Лена. Могла не спрашивать, - незамедлительно ответил он, почти мгновенно подняв на неё глаза.

Поглотив бо́льшую часть плотного завтрака, пионерка нарушила продолжительное молчание:

- Первый раз вижу тебя в столовой. Не нравится меню? Раньше здесь кормили намного хуже.

Саша уцепился за последнее предложение:

- Когда это, раньше?

- В прошлом году, - невозмутимо пояснила она, отодвинула тарелку и, отхлебнув сока, принялась разворачивать одну из конфет.

Он в свою очередь оторвал кусок от очередного ломтя батона и отправил в рот. Лениво жевал и не сводил глаз с сидящей напротив девушки, словно пытаясь понять, о чём она сейчас думает. Если сказала, что видит его в столовой впервые, значит… ничего это не значит.

Лена старалась не встречаться с ним взглядом и лишь спустя некоторое время не выдержала:

- Что-то не так? - она прикрыла нижнюю половину своего очаровательного личика стаканом с яблочным соком, и, неспеша потягивая его, посмотрела на соседа по столику над стеклом.

- Нет, всё нормально, - он выполнил аналогичный приём и добавил после нескольких глотков, - извини, я совсем не хотел тебя смущать.

От продолжения не слишком удобно складывающегося подобия разговора их спас Джейк, бесцеремонно занявший оставшееся свободное место за столом:

- Всем доброго утра и приятного аппетита, - он шумно приземлился на стул.

- Спасибо, взаимно, - кивнула Лена.

- И тебе. Где так задержался?

- Меня … - он замешкался, выговаривая имя, - … Слава попросила помочь на складе вещи передвинуть. Сегодня должны что-то привезти, нужно было срочно освободить место.

Светловолосая помощница вожатых только сейчас добралась до столовой. Одной из последних, как обычно. Заказ Александра доставил ей лишних хлопот.

- Слава, по-английски glory. Так ты её скоро Глория называть начнёшь, - улыбнулся Саша. - Славяна – полное имя. Попробуй так.

- Сла… вя-на, - медленно пробубнил с набитым ртом Джейк. - Да, так лучше. Я запомню, спасибо.

- Кстати, мне тоже понадобится твоя помощь, один не справлюсь. Поможешь разгрузить музыкальную аппаратуру? Она как раз после завтрака приедет.

- Камон, бро, - он едва прожевал. - И ты туда же? Я на отдыхе или на гале́рах?

- Ну как хочешь. Придётся мне с Алисой разгружать, - притворно вздохнул Саша. - Она точно не откажет.

Ждать ответной реакции долго не пришлось:

- Зачем девушку напрягать? Помогу, конечно, какие проблемы, - поспешно передумал спортсмен.

- Нам новые музыкальные инструменты привезут? - вдруг поинтересовалась успевшая закончить с завтраком Лена.

- Не только инструменты. Микшер, колонки, усилители, наушники с микрофонами, да много чего ещё.

- Ясно, - неопределённо протянула она и поднялась из-за стола.

- Лен, а пойдём вместе с нами? Если у тебя нет других планов, конечно, - вдруг предложил Саша.

- В разгрузке колонок от меня толку много не будет, - шутливо ответила пионерка.

- Я не это имел ввиду. Думаю, твоей соседке Мику не помешает лишняя пара рук в наведении порядка. Заодно посмотришь новую технику, послушаешь, как звучит. Или тебе не нравится музыка?

- Нет, музыку я люблю, просто…

- Вот и порешали, - опередил он возможные возражения. - Один синтезатор чего сто́ит, ты ахнешь, какие вещи на нём можно делать. Мне будет приятно, если ты составишь нам компанию. Сыграем тебе что-нибудь, как разберёмся со всем.

С лёгкой улыбкой Лена согласилась:

- Уговорил. Отложу выравнивание своего загара до лучших времён.

У крыльца музкружка уже ожидала тентованная "Ифа" с открытым задним бортом.

Мику с озабоченным выражением лица разглядывала нутро кузова.

- Привет, ребята. Вы как нельзя вовремя. Меня предупредили утром насчёт новой аппаратуры, но не сказали, что столько… Это же не обновление, а полномасштабная замена почти всего получается. И куда я всё это девать буду? - Она была всерьёз обеспокоена.

- Привет, Мику. Да ладно тебе, сейчас что нужно быстро заменим на новое. А лишнее – на склад. За этим мы и пришли. Главное, что рояль менять не планируется, - хохотнул организатор усовершенствования музыкальной базы лагеря, ловко запрыгнул на борт грузовика и скрылся в недрах кузова.

Пока он двигал к краю внушительных размеров коробки с надписью "Marshall" на боках, к компании присоединился балладный виртуоз фэнтезийного средневековья Лютик. Он тепло поприветствовал Мику и оперативно был задействован ребятами в способствовании скорейшей разгрузке нового имущества музкружка.

Парни перетаскивали аппаратуру в здание, выносили часть старой и грузили её на машину, чтобы впоследствии сдать на склад. Мику вместе с Леной помогли с лёгкими коробками и наводили порядок, протирая пыль в местах, скрытых вечным присутствием музыкальной техники, где не ступала нога человека. Настроение у всех было приподнятое, пионеры весело шутили, в нетерпении предвкушая распаковку и оценку щедрых подарков. И только Джейк выглядел немного поникшим. Оно и понятно: обещанная Алиса в зоне видимости всё ещё не появилась. Две неугомонные подружки с причёсками в оттенках красного не заставили себя долго ждать и материализовались в музкружке, когда расстановка имущества была в самом разгаре.

- У нас наконец-то появилась настоящая ударная становка? Моя ж ты родненькая! У-иииии! - пронзительно взвизгнула Ульяна и метнулась к пристроившимся в углу барабанам. Девчонка без промедления понажимала педаль и опробовала напольный том-том, ловко прошлась руками по малому рабочему барабану и бочке, шлёпнув в довершение двумя ладошками по тарелкам. Юная барабанщица осталась в совершенном восторге от услышанного. - Ух ты, сколько разных палочек, и даже кисточки есть! Мику, откуда на нас такое богатство свалилось?

- Да я сама без понятия, - выпрямилась с мокрой тряпкой в руках Мику и немного смущённо улыбнулась. - Мне только всё принять и записать сказали, без объяснений.

Все с умилением наблюдали за озорным танцем маленького дикаря вокруг барабанов.

- Считайте это подарком министерства культуры и отдыха за выдающийся вклад нашей пионерии в развитие музыкального искусства. - С видом знатока пояснил Саша.

- И чего мы такого наразвивать успели, интересно, чтобы настолько шикарный бонус заработать? - с недоверием проборматала Алиса, разглядывая новую бас-гитару. До этого кружок музыки прекрасно обходился без сего инструмента, как и без ударной установки. - Моя басуха лучше, - констатировала гитаристка.

- Да ладно тебе, Алис! Ой, а синтезатор какой классный! Давайте скорее распакуем, - Ульяна уже перелетела к новому объекту, возле которого тёрся озадаченный Лютик.

Новая синта являла собой более совершенную двухрядную версию старенькой "Ямахи", обладающую куда большими возможностями и широчайшей базой заранее записанных сэмплов. Старушку, грустившую под брезентом у дальней стенки, Саша категорически запретил списывать. Слишком много пережили они вместе, он не мог бросить боевую подругу доживать свой век на складе.

- Что это за чудо такое? - наконец поинтересовался друг ведьмака Геральта. - Тоже синтез… синте-за-тор?

Саша подошёл ближе и положил руку на плечо музыканту:

- А это, наш дорогой теребитель лютни, целый оркестр в одном флаконе. Подозреваю, что даже твою любимую лютню на нём можно без проблем сымитировать. Но тебе лучше делать свои первые робкие шаги в мир взрослой музыки при помощи младшей сестры этого чуда, с которой ты уже малость знаком, - он указал рукой на прямоугольник на ножках под брезентом. - Наша музыкальная волшебница запросто сделает из тебя настоящего ди-джея Лютого в самые кратчайшие сроки.

- Саш, ну что ты смущаешь его? - игриво заступилась Мику и принялась объяснять ещё более растерявшемуся Лютику, кто такой ди-джей и остальные тонкости музыкальной индустрии, шагнувшей далеко вперёд за множество веков.

Это надолго, и Саша подошёл к присевшей отдохнуть на подоконнике Лене.

- Ты как? Не обижаешься на меня, что притащил тебя сюда повкалывать вместо отдыха на пляже?

- Да нет, что ты, - она искренне улыбнулась. - Интересно же. Столько нового, и ребята все такие счастливые, здо́рово.

- Вот и отлично, - ответная улыбка. - Мы с Джейком сейчас по-быстрому сплавим на склад ненужные вещи, а когда вернёмся, тогда и отдохнём по-настоящему.

Саша был награждён ещё одной неповторимой скромной улыбкой:

- Буду с нетерпением ждать.

Джейк в это время конечно же разговаривал с рыжей гитаристкой. Алиса объясняла ему что-то с серьёзным видом, а он кивал и по обыкновению скромно помалкивал.

- Эй, лучший из рейнджеров штата Калифорния! - окликнул друга Саша. - Давай скорее закончим с делами, а потом уже во всех красках распишешь Алисе, сколько ты понаставил синяков и повыворачивал конечностей нехорошим людям.

Американец недовольно покачал головой и, сказав что-то предмету своего обожания, повернулся:

- Кому-то язык вывернуть не мешало бы, чтобы не трепался по… пустому.

- Ого, как мы научились, - рассмеялся Саша. - Попусту, недотёпа. Поехали, по дороге продемонстрируешь мне, как этот сложный приём делается.

Двое друзей в темпе разгрузили на склад Славяне отслужившие своё старые усилители, затисканную не одним десятком пар рук деревянную гитару, одну из её электрических родственниц с лопнувшей струной, колонки и ещё кое-что по мелочи. Они быстро справились, и Славяна была не прочь поболтать, в первую очередь с Джейком. Парни извинились, что очень спешат, и, не задерживаясь, покинули склад. По понятным причинам больше торопился Джейк, но и Саша не тормозил. "Спонсоры" рая не подвели, в музкружке теперь есть на чём разгуляться. Даже звукозаписывающей аппаратуры бонусом добавили.

Но причина не только в этом. Может, получится спокойно поговорить с Леной наедине. Не совсем понятно, о чём конкретно, но их короткий разговор в столовой немного расшевелил его. Что ни говори, эта девушка так и оставалась для него одной из самых интересных и загадочных объектов в новом лагере. Она ничего не помнит и не знает, но рядом с ней он странным образом чувствует себя настоящим. Её манера выражаться постоянно оставляет какую-то недосказанность, а прочитать её до конца просто нереально. Ну так и он – не открытая книга с пометками основных моментов на полях. Несмотря на такую неоднозначность, ни один из них не испытывает и намёка на дискомфорт, когда они общаются. Невооружённым глазом заметно, что эти двое неплохо понимают друг друга без использования банальных условностей обязательных слов. Их не тянет проводить вместе свободное время, но им хорошо рядом. Оба в состоянии найти общий язык даже в тупиковой, ни к чему не обязывающей ситуации, что ещё раз подтвердило сегодняшнее утро. Только они не придают особого значения таким элементарным фактам.

Двери и одно из окон музкружка были нараспашку, изнутри доносились низкие звуки перебора струн баса и виртуозный барабанный перестук. Алиса и Ульяна отрывались на полную катушку, пробуя разные вариации ритмов и тактов.

Мику с Лютиком уединились у старой синты, Лена отдыхала возле раскрытого окна.

- Соскучились? - неожиданно для всех спросил Джейк.

- Ну конечно, красавчик, без вас здесь совсем тухло, - Алиса прислонила к стене инструмент и одарила его таинственным взглядом.

Пионер американского разлива почти покраснел от такого невинного ответа, а Саша поспешил сменить тему:

- Чем занимаемся? И чем займёмся?

- Сашка, надо срочно чего-нибудь попробовать сыграть всем вместе. У меня руки чешутся избить моих новых друзей. - Заявила восседающая на новом удобном стуле Ульяна и продолжила ловко вертеть в руках яркие барабанные палочки.

- Да, Сашкен, только надо что-то такое… нормальное. Не хочу я "Крылатые качели" играть под видом серьёзной музыки.

- А что скажет наша многоуважаемая прекрасная руководительница? - Саша выразительно посмотрел на Мику.

Та слушала разговор краем уха и не сразу поняла. Спустя секунду немного смутилась, как бы невзначай коснулась руки стоящего рядом Лютика и ответила:

- Ой, я даже не знаю. У меня столько идей, но девчонкам ничего не нравится. Алисе рок подавай, Ульяне ритм, и ещё с Лютиком надо бы позаниматься и много чего объяснить, а всем не угодишь… - она с трудом остановила свой безудержный словесный поток, стремящийся сорваться в водопад. - Саша, может ты что-нибудь предложишь? Ты же много песен знаешь хороших.

Саша действительно знал много хороших песен. Но на любителя, как говорится. Музыка и литература были его лучшими друзьями последние полгода, помогали абстрагироваться и не так сильно сходить с ума от ужасов войны. Резко оборвавшаяся жизнь оставила ему объёмный багаж знаний из аккордов, текстов и мелодий, неоднократно сыгранных в разных обстановках. В отличие от умышленно затуманенной "неудобной" памяти о любимой дочке Сашеньке и жене́ Сандре, все опробованные и исполненные когда-то композиции остались настолько чётко выраженными, что их и вспоминать не нужно. Очередная странность, которой не сто́ит придавать значения. Выборочная память специально выдвинула на передний план только полезное, блокируя болезненное, и предлагает жить дальше, не убиваясь терзаниями о прошлом.

- Учитывая разнообразие музыкальных предпочтений… Лена решит, что будем играть, - Саша самым добрым взглядом посмотрел на скромную пионерку, одиноко примостившуюся на подоконнике.

- Ну нееет, - протянула расстроенная Алиса.

- Почему нет? Давай, Лен, заказывай! - улыбнулась Мику. - Надо же нам с чего-то начинать.

Лена проигнорировала комментарии и обратилась к Саше:

- Раз так, то хотелось бы услышать что-нибудь настоящее. Чтобы музыка и слова, которые не просто так.

- Чего?! - снова недовольно возмутилась Алиса.

Мику промолчала, Ульяна немного нервно стукнула несколько раз барабанными палками по бочке.

- Без проблем, Лен. Сейчас сделаем, - Саша взял в руки шестиструнную акустическую гитару.

- На этом вот дереве играть будешь? - продолжала накалять обстановку Алиса. - Сашкен, ну хорош придуриваться!

Саша присел на стул неподалёку от открытой двери выхода и тронул струны, проверяя настройку. Отрегулировав на полтона повыше стандарта для большего соответствия оригиналу песни, он предупредил:

- Попробую сыграть и спеть про то, что нельзя увидеть и потрогать. Про самое главное.

Негромко фыркнула Алиса, Мику с Лютиком ещё перешёптывались о чём-то, остальные просто ждали.

В этот раз Саша взял медиатор. Молодые пионерские пальцы пока не обзавелись профессиональными мозолями гитариста и подарили незабываемый вечер болезненных ощущений после первой довольно продолжительной игры в лагере.

- Итак, песня "Что-то внутри", название группы вам мало что скажет, но оно тоже красивое – Свободные мысли. Играю, как умею, просьба сильно не придираться.

Тишина наполнилась негромкими аккордами и переливчатым свистом, им Саша попытался заменить звуки, напоминающие флейту, которая недолго играла вначале. Вскоре ноты превратились в более звонкие и одновременно грустные, они стали контрастнее. Навык игры позволял, когда нужно, бить по струнам или корпусу, не сбиваясь с ритма.

Плавно музыку дополнили слова, повторяющиеся постоянным "не". Нет – самое короткое и в то же время самое страшное слово отрицания. Им можно зачеркнуть всё, что угодно, пресечь любые начинания. Ничего нет, но так хочется верить, что всё-таки что-то сто́ящее в нашей жизни есть…

- Не разорвана одежда, нерассказанная повесть

Непонятно, как и прежде, не запятнанная совесть

Неразборчивы слова, глазами не увидишь душу

Не в порядке голова из-под воды попасть на сушу

Незамеченные слёзы на щеках белее снега

Неухоженные розы, облик зверочеловека

Нет ни запаха ни вкуса, ветер дует мимо тела

Не обдует волос русый, все движенья неумелы

Не глядя, видит всё и не коснувшись, ощущает

Не угадаешь, что преподнесёт, и никогда не умирает

Не прячется нигде, но в тоже время не заметна

Легко шагает по воде, легка, как пух, теплом согрета

Не увидит даже зрячий, но почувствует слепой

Никто от этого не плачет, живёт во всех… кто не живой

С тобою вместе душа поёт все песни

С тобой порою умоется слезою

Она, как небо, с тобой, где бы ты не был

Как дует ветер, как солнце ярко светит

С тобою рядом посмотрит нежным взглядом

С нею дорога не будет столь далёка

Она красива, почувствуй её силу

В себя вобрала всё лучшее кристалла…

...

Получалось настолько душевно и складно, что можно бы и слезу пустить… но музыкант был слишком сосредоточен на игре, да и текст проговаривался довольно быстро, без пауз и акцентов.

Ульяна не удержалась и легонько, едва касаясь плоскости барабанов, набивала ритм, пока он играл. И сказала первой, когда нирвана закончилась:

- Ой, Сашкааа… Откуда такое взялось вообще? У меня руки сами собой подыгрывать начали.

- Неплохо, Сашкен. Даже качественно, я бы сказала, но звучит тускло и неубедительно, нерва не хватает.

- Спасибо, Саш. То, что нужно. Оригинально, никогда такого не слышала. - Самый главный из комментариев для исполнителя был, конечно же, от Лены.

Лютик и Мику от души хлопнули несколько раз в качестве одобрения. Разместившийся на противоположном от Лены краю подоконника Джейк по обыкновению поднял большой палец. Вряд ли он всё понял, но текст близко к рэпу, у них за бугром такое в почёте.

- Красиво… Правда, очень красиво и душевно, - тихо сказала Мику. - Настоящая песня, такую можно сыграть почти в любой обстановке.

- Всё это здо́рово и чертовски умиляет, но люди, ау! Давайте уже что-нибудь реальное совместно сотворим на новых инструментах, а? - не выдержала Алиса.

Как исполнить вместе сходу "что-нибудь реальное" без читов вроде воспроизведения на телефоне, Саша слабо представлял, но попробовал предложить:

- Короче, есть следующий план. Я набросаю основной проигрыш и риффы на припеве. Затем ты, Алиса, поддержишь ритм басами по классике. А Мику вообще без проблем впишется со второй гитарой.

- Про меня не забыли? - надулась Ульяна.

- Ах да. Дьяволёнок, твой навык вне всяких возможных оценок. Я почти ничего не смыслю в ударных, так что импровизируй. Думаю, испортить нашу игру у тебя никак не получится.

- Что за тема? - уточнила Алиса.

Саша проверил звучание новой электрогитары и объяснил:

- Почти что старый добрый хеви-метал. Слушаем, вникаем, сопереживаем, а потом Мику на слух распишет непонятные музыкальные моменты по нотам. - Он немного подождал ответной реакции. - Да?

- Ну конечно, показывай, - нетерпеливо сказала Мику, уже устроившись с одной из старых электрогитар на коленях.

- Называется-то как? - не унималась рыжая.

- Без названия. Но с нервом, как ты и просила, - Саша уже косился на гриф инструмента, настраиваясь на игру.

- Так и запишем. Ладно, валяй, - Алиса зажала пальцами в нужном месте и резко дёрнула две толстые струны басухи, помещение наполнилось продолжительным низким вибрирующим звуком.

- Алиска! Что делаешь? - Ульяна сильно ляпнула по краям тарелок в ответ и сразу закрыла уши.

Несколько секунд всем присутствующим пришлось помучиться, переживая адскую смесь одних из самых противных звуков, которые только могут издать музыкальные инструменты. Зрители и слушатели в лице Джейка, Лютика и Лены предпочитали наблюдать за происходящим, помалкивая. Девушка прикрыла лицо руками, но по щекам было видно, что она улыбается.

Когда особо нетерпеливые успокоили свои нервы, и наступила относительная тишина, электрогитара в руках Александра со старта взвыла агрессивными зы́чными риффами и тут же перешла на плавное звучание. На одном из переходов он сбился и сразу оттопырил вперёд раскрытую левую ладонь, не поднимая головы:

- Спокойно, граждане, это была проба, не считается. Не нашли с первого раза взаимопонимания с инструментом, сейчас всё будет.

Подумав, что неплохо бы затянуться сейчас пару раз хорошей сигаретой, он лишь вздохнул и попробовал выдать партию по-новой. С каждым новым аккордом пальцы всё увереннее бегали по струнам, играя привычную уху мелодию одной из последних песен прошлой жизни. Он пропустил первый куплет и припев, чтобы получше втянуться и увереннее держать темп. Без подстраховки второй гитары и ритмичного баса было непросто. Плюс к этому и вокал анонсирован. Го́лоса у исполнителя, чтобы спеть красиво, точно не хватит, но не суть.

Непросто охарактеризовать свой голос на слух, но Саше казалось, что он сейчас звучит несколько грубее, чем у предыдущей пионерской версии. Это хорошо, такие слова лучше оттенять низкими нотами:

- Этот трек посвящается им,

Кто покинул наш мир молодым

И уже никогда не вернётся.

Этот текст посвящается всем,

Кто ушёл навсегда в 27,

Тем, кто смотрит на нас и смеётся.

На припеве надрывалась лишь гитара, исполнитель не стал повышать голоса:

- Этим героям, этим изгоям.

Вечно живым, дерзким и молодым.

Слава героям, ломавшим схемы,

Слава изгоям внутри системы,

Слава всем им, кто пошёл до конца,

Кто погиб молодым, но остался жить в сердцах.

И ещё тише, едва касаясь струн:

- Всем, кто принял этот бой,

Чья жизнь была игрой без правил.

Тем, кто в небо взяв разгон,

Судьбу свою на кон поставил.

Ульяна почувствовала ритм и без стеснения начала отстукивать почти со старта, ускоряясь на самых агрессивных моментах, когда Саша рвал мелодию риффами. Надо отметить, неплохо помогла. Ни разу не сбилась и ни на секунду не потерялась.

- Сильно. И по смыслу и по звуку. Сойдёт, - сделала вывод Алиса по окончании. - Хороший рок. Мику, Ульяна, согласуем?

Девчонки тут же собрались кучкой у ударной установки и негромко шептались, иногда показывая что-то жестами.

А Саша снова начинал слегка офигевать от происходящего. Как это происходит? Перед ним юные пионерки из детского лагеря или Биттлы на пике карьеры? Никаких вопросов, ни одного "сложно" или "нереально". Он больше года пыхтел над гитарой, чтобы на́чало получаться хоть что-то похожее на приличную музыку. И так вот сходу не сыграл бы без табов и тренировок ни при каких условиях. Хотя… на синте раньше здесь почти так и выходило, практически на одном желании, так что глупо удивляться. Просто это работает. Атмосфера, талант, навык, плюс отсутствие лишнего волнения, немного бесшабашности и уверенности – и получаем результат.

Воспользовавшись паузой, Лена приблизилась к Саше и негромко поинтересовалась:

- Так о чём всё-таки песня?

Саша легко прочитал наигранность вопроса, притвориться у девушки не вышло. По крайней мере, перед ним.

- Вроде текст предельно прозрачен. О героях, преодолевших себя.

Лена смотрела на него из-под полуприкрытых век:

- Есть над чем подумать. Интересно будет послушать в коллективном исполнении.

- Всё? Всё! Играем! - весело выпалила на весь музкружок довольная Мику. - На припеве мы поможем спеть пожёстче. Саша, ты как? Готов?

- Всегда, - чётко отрапортовал пионер. - А у вас что?

- Аналогично, - спокойно констатировала Алиса. - Поправим по итогу первого пробного прогона. У́ля, жги.

Юная ударница барабанного дела подбросила палочку, схватила её на лету лёгким движением руки и… пошла жара! Почти сразу за барабанами ритм усилился уверенными аккордами в исполнении огненно-рыжей басистки, чуть погодя включилась и главная тягловая сила гитар Саши и Мику.

Лютик присоединился к Лене и Джейку, и вся троица возле открытого окна с интересом слушала, как у музыкантов получается. Саша, Мику и Алиса уже играли вместе раньше, только первый был тогда за клавишника, а последние две об этом вообще навряд ли когда-нибудь вспомнят. Оказалось, достаточно того, что не забыл Саша. И ударный ураган Ульяна малины совсем не портила, чётко вписавшись в коллектив.

За время отсутствия в лагере Александр вырос как музыкант, и вот он уже не в тени, а практически на первых ролях в пионерской музыкальной группе. Исполнитель, фронтмен, хедлайнер проекта, как их там ещё называют. Добавляло уверенности странное ощущение, что и с новыми вводными всё получится без особых проблем.

Примерно так и вышло. Сбились несколько раз на середине песни, разок Саша текстом в интонацию и темп не попал и с расстройства бросил играть, получив за этот подвиг награду в виде лёгкого дружеского леща от Алисы. Но в целом освоились, сыгрались и спелись довольно быстро для условного первого раза. После нескольких проб, устранения пробелов и незначительных ошибок квартет уверенно, на твёрдые семь из десяти отработал свой первый хит.

Немногочисленная публика аплодировала.

- Весьма недурно, - озвучил своё впечатление Лютик, прекратив хлопать в ладоши. Он адресовал похвалу всем, но смотрел только на Мику, и та, не удержавшись, театрально поклонилась в ответ.

- Круть! На бис?! - шумно спросила Ульяна.

- Душно здесь, - раскрасневшаяся Алиса обмахивала вспотевшую шею воротником рубашки, бессовестно расстёгнутой на три пуговицы. Очевидно, к какой части тела были прикованы взгляды мужской половины присутствующих, когда они смотрели на неё (а у Джейка – неотрывно, хоть он и пытался сдерживаться и прятать глаза). - Может, на веранду переместимся?

Несмотря на открытые окна и двери, климат в помещении действительно воцарился не самый комфортный. Слишком много народу собралось.

Мику взглянула на настенные часы:

- Тогда не успеем до обеда ничего нового попробовать сыграть. Пока перенесём всё, пока переподключим, а ещё послушать и потренироваться надо, если опять с Сашкиной головы песню брать, он же табулатуры для всех не набросает. Может только уже сыгранную ещё раз или что-нибудь из нашего, советского…

Алиса остановила её:

- Мику, никакого "вашего"! Хотя… - она задумчиво закусила нижнюю губу, согнула указательный палец и почесала им подбородок, - Сашкен, мы же с тобой про космонавтов уже играли. Классная песня.

- "Трава у дома" которая?

- Ну. Я запомнила и Мику быстро объясню на пальцах, что к чему.

- Ты сама только что сказала, что не хочешь из советского, - не поняла Мику.

- Так ты ж не слышала! Там от старого варианта только название осталось и слова. А музыка совсем другого уровня.

- Ну так давайте скорее, кому стои́м? - неугомонная Ульяна уже разбирала свою установку.

- Поддерживаю, заодно будет возможность поближе познакомить нашу шикарную японскую подружку с балладным маэстро. - Не став тратить время на объяснение своей максимально двусмысленной фразы, Саша направился к этой самой подружке.

Ульяна прыснула, Алиса шмыгнула носом и даже немного округлила глаза, подчёркивая своё удивление от услышанного, а Мику зарделась в тон пионерскому галстуку. Лютик же сделал вид, что не услышал. Спокойнее других отреагировали Джейк и Лена, они просто замерли в ожидании продолжения.

Александр выглядел невозмутимым, как удав в тридцатиградусную жару, проглотивший быка:

- И что я такого сказал? Я всего лишь имел ввиду новый синтезатор, который Лютик планирует осваивать. Эта музыка без синты, как… наш медпункт без Виолы. - Оставшийся довольным таким сравнением, он потащил Лютика и синтезатор на улицу.

- Великовата плотность японских подружек на квадратный метр "Совёнка". Конкуренция, ничего не попишешь. - Ульяна многозначительно оттопырила вверх указательный палец и подмигнула всё ещё не остывшей от краски Мику.

- Ох уж этот юморист доморощенный. Идём, Микусь. - Алиса приобняла подругу, и гитаристки пошли следом со своим инструментом в руках.

Дружная пионерская компания в составе семи человек быстро справилась с перемещением необходимой аппаратуры за пределы душной коробки из четырёх стен и крыши. Для большей эффективности музыкальный квартет разбился на пары Саша - Ульяна и Алиса - Мику. К первым присоединился Лютик, которому Александр пытался втолковать на пальцах азы музицирования на синтезаторе, попутно наигрывая музыкальный строй песни Ульяне. Помимо двух совсем не коротких рядов белых и чёрных клавиш, инструмент пестрил огромным количеством кнопок, несколькими вертушками и прочими щёлкающими штуками, которые вводили средневекового музыканта в состояние, близкое к прострации. Учитель старался поменьше шутить над коллегой по музыкальному цеху, помня, каким был сам, когда с ним в своё время мучилась Мику.

Времени все вышеописанные мероприятия отняли немало. Музыканты едва успели более-менее прилично исполнить знакомую всем песню на новый техно лад, как звуки горна громко объявили, что пора прерваться на обеденный перерыв.

- Ой, как быстро время летит, не успели толком сыграть, чтобы хорошо получилось, - сокрушалась Мику. - Ребят, раз мы на обед, то инструменты, наверное…

- Идите. Я не голоден, здесь побуду, - опередил её просьбу Саша.

- Спасибо, Саш. Мы обязательно принесём тебе чего-нибудь вкусненького.

- Не сто́ит, - он уже вытянулся в кресле-качалке, положил руки за голову и зажмурился.

- Я всем места займу! - Бросив палочки на барабан, Ульяна первая пулей полетела по направлению к столовой.

Лютик галантно подал руку богине музыки, и они вместе продефилировали за ураганом в красной футболке.

- Лена, а ты идёшь? - обернулся Джейк, догоняющий одинокую Алису.

- Что-то не хочется, идите без меня.

Девушка осталась на веранде и расположилась на мягком стуле с высокой спинкой напротив неторопливо раскачивающегося Александра.

- Почему не пошла на обед? - не открывая глаз, спросил он.

- Утром наелась, боюсь, обед в меня не поместится. А сам? Ты же почти не притронулся к завтраку. Что-то болит? - Вопрос прозвучал, не как дежурный интерес, в голосе отчётливо слышалось искреннее беспокойство.

- Нет, всё в порядке, - Саша открыл глаза и посмотрел на неё. - Просто нет аппетита.

- Странно… ты так редко ходишь туда.

Он предпринял попытку уйти от неудобной темы:

- Жвачку хочешь?

- Спасибо, не откажусь.

Закинув в рот мятную пластинку, он отдал упаковку девушке:

- Забирай, у меня ещё есть.

- Роскошный подарок, благодарю, - она сразу надула и хлопнула жевательный пузырь. - Откуда такое богатство?

Её любопытство логично, в Союзе хорошая жевательная резинка была дефицитом.

- Друзья целую коробку прислали из-за границы, - пионер и глазом не моргнул.

- Хорошие друзья. - Между её губами вырос и лопнул очередной шарик.

Странноватое поведение: пионерке положено быть застенчивой, а она абсолютно раскованна, ни тени смущения. Как тогда, в его мире, наедине. Правда, та была взрослее лет на пять-шесть и уже знала его копию куда ближе, чем полагается образцовым пионерам. Если подумать, в прошлой жизни, кроме двух неполных дней в исходной реальности да нескольких часов перед прощанием навсегда в лагере, он с Леной больше не общался. Маловато, чтобы хорошо узнать человека, на самом деле. Просто он доверял ей и полюбил, как родную, потому что она была девушкой друга, его брата. И сестрой его любимой Сандры… Так с чего решил, что эта Лена будет робеть наедине с ним здесь и сейчас? Ну… потому что это Лена, должна же хоть немного соответствовать, в конце-то концов. Тем более, что при условной первой встрече в медпункте сразу после его воскрешения она соответствовала почти идеально, разве что не упустила возможности подколоть на прощанье.

"Стесняшка" продолжила безжалостно крушить стереотипы. Она, больше похожая таким поведением на Алису, снова звонко щёлкнула белым пузырём изо рта:

- О чём задумался?

Когда не знаешь, что ответить, можно попробовать сказать правду:

- О тебе. А ты?

- Да так… тоже о тебе, можно сказать.

Один - один. Ничья.

- И что надумала? - ему действительно стало интересно.

Но смутить и тут не вышло.

- Где успел научиться так играть?

- На синте – здесь, в прошлом… году. Мику учила. А на гитаре дома, позже.

- У тебя талант, за год так хорошо два инструмента освоить. Я не видела тебя в лагере прошлым летом.

Разговор вела однозначно Лена, Саша продолжал действовать от обороны, отмечая про себя её напористость. Лёгкую, ненастойчивую и ненавязчивую.

- Лето, оно же… (чуть не ляпнул бесконечное) длинное. Мы с тобой в разных сменах были.

А сейчас наконец-то в одной оказались. Нет, в данном случае более уместен другой глагол: попали. И, судя по анонсу неумолимо приближающегося момента появления тёмной копии её сестры и по совместительству его любимой, попали конкретно.

- Сыграй мне ещё что-нибудь, - неожиданно попросила она. Увидев, как Саша удивлённо приподнял брови, мило сжала губки и промурлыкала, - ну пожааалуйста.

- Опять настоящее? - всем своим видом он показывал, что не горит желанием прерывать ленивый спокойный отдых в тени.

- Ага, было бы неплохо.

Саша прикрыл глаза и, сморщив нос, почесал пятернёй лоб и чёлку. Итог мыслительного процесса был озвучен спустя пару секунд показательно занудным тоном:

- За акустикой идти нужно.

- Так уже, - прежде, чем он успел что-либо сделать, Лена скрылась за дверью.

- Быстро ты, я и моргнуть не успел. - Он взял из её рук чёрную, блестящую идеально отполированной поверхностью гитару и улыбнулся шире, чем должна выглядеть дежурная улыбка.

- Что смешного?

- Ничего. Хотел спросить, не покусала ли тебя Ульяна. Ты так быстро метнулась, - он специально спрятал от неё лицо, подключая инструмент к усилителю.

- А ты не заметил, что уже спросил? Просто хотелось бы послушать в спокойной обстановке, пока с обеда все не вернулись. - Прозвучало с оттенком обиды.

- Успеем, - музыкант выпрямился и посмотрел в глаза девушке, без улыбки, но словно извиняясь. - Группа Ария, "Точка невозврата".

- В исполнении? - попыталась продолжить Лена, но он приложил палец к губам, выплюнул за веранду потерявшую вкус резинку и начал играть.

Вступление было очень коротким, мелодия негромкой и спокойной, а песня неторопливой и довольно продолжительной:

- Спит земля. Укрыты дымкой облаков поля и города.

За бортом… балластом прошлого вся жизнь и дом,

Объятый сном! Безмолвие уносит за собой

В пространство нереальности чужой.

Сквозь туман, прочь от смятения души

Спешим к другим мирам. Больше нет…

Любви, что многих держит на Земле. Надежды нет!

Есть точка невозврата из мечты

Лететь на свет таинственной звезды…

…

Как магнит к себе влечёт звезда,

Свет везде, полна им темнота,

Это знак разгаданных глубин

В поисках изменчивой судьбы.

Против нас восставшие миры,

Нас бросает в бездну новый взрыв,

Вот и всё — мы все теперь ничто,

Яркий миг слияния с мечтой!

Протянув последнее слово более громких строк, Саша замолк и вопросительно взглянул на девушку.

- Печально… Но так близко и знакомо. Мне очень понравилось. Спасибо, Саш, ты как-то удивительно точно угадываешь мои вкусы.

- Не за что, Лена, я же не стараюсь. Просто играю СВОИ вкусы. Если говорить про настоящие песни, а не те, которые для расслабления и настроения.

- Значит, мы с тобой похожи. - Она чуть задумалась. - Сколько тебе лет?

С ответом он тоже промедлил:

- Восемнадцать исполнилось пару дней назад. Я поздно в школу пошёл. Недавно закончил и больше в пионерский лагерь не приеду.

Никогда.

- Я младше. Значительно младше.

Опять двусмысленные выражения пошли в ход. Или он сам додумывает лишнего?

- Нетактично задавать девушке такие вопросы, но ты так сказала, что я не могу не спросить. На сколько, если не секрет?

- Мне шестнадцать. С половиной. Почти.

- Тоже мне, разницу нашла.

- Ну, может, ты и прав. - Она промедлила. - А почему про любовь не поёшь? Не нравится, или такие песни – не настоящие?

- Скорее второе. Да и они излишне грустные, даже для меня.

- Почему?

- Потому что других про любовь я не знаю, - обернув в шутку, Саша заулыбался.

Лена тоже улыбнулась:

- Ясно. Кто не умеет грустить, никогда не узнает, что такое истинная радость.

- Да, наверное, в этом что-то есть.

Саша поймал себя на мысли, как легко и непринуждённо они общаются и понимают друг друга. Как будто Лена, сидящая рядом – та, настоящая, и знает его. Или хочет узнать, постоянно подогревая разговор ненавязчивыми вопросами.

Молчание снова долго не продлилось.

- Но одну-то можно в качестве исключения сыграть? - намекнула Лена.

- Так хочется погрустить?

- Может даже и поплакать.

- Я не настолько хорошо играю и пою.

- Но хорошо скромничаешь.

- Объективничаю. При мне не постесняешься плакать?

- А нужно?

Чёрт возьми, девочка, кто ты? Мику, Алиса, Ульяна, объединённые в облике Лены, но без самой Лены?

Саше захотелось рискнуть с "Let's be friends" и посмотреть на её реакцию. Он разучивал эту тему одной из первых, как взял в руки гитару. На крайняк синтезатор рядом – на нём вообще не проблема. Но нет, совсем перебор такое петь, просто смешно. Можно бы попробовать с той самой продолжительной песней, которую он согласился исполнить вместе с Мику когда-то… Тоже не вариант. Ладно, есть другая тема из той же оперы. Как раз на свой вкус, из пережитого. Он снова поменял акустику на электрогитару.

- Без названия, - произнёс хриплым голосом и откашлялся.

Саша постарался спеть хоть на половину октавы повыше, чем обычно. Песня короткая, так что задача оказалась вполне выполнимой, учитывая монотонный строй композиции:

- В брошенном лагере снова и снова

Среди руин тебя я ищу

…

Но одиночество бетонной стеною

Неволит меня в который раз вновь и вновь

Снова бродить тропою одною

И не покинуть мне этот сон

Всё потому, что в тебя я влюблён.

На дорожке показались возвращающиеся с обеда пионеры. А Лена молчала. Слёз не заметно, но выражение лица девушки сейчас… как у Лены! Прежде, чем на веранду подоспела шумная стая во главе с егозой Ульяной, загадочная пионерка успела задать контрольный вопрос:

- Спел, как будто прожил. Горький опыт прошлой смены?

Младшая вприпрыжку уже подлетела к крыльцу, и ошарашенный Саша не успел спросить: "Кто ты такая и как это делаешь?!"

Глава 11. 8 марта летом – сюрприз от лагеря

Так незаметно закончились гарантированные семь дней мирного существования пионерлагеря до появления той, чьё имя Саша старался произносить как можно реже даже мысленно. Держа в уме, что то самое "болезненное превращение" может начаться в любую секунду, Саша не мог найти в себе силы ещё раз поговорить нормально ни с Леной, ни с Лизой. Да и зачем это делать, если скоро всё закончится и скорее всего плачевно. Окончательный итог не предугадать, но ничего хорошего впереди не будет точно.

Очередной новый день начался неожиданно:

"Администрация пионерлагеря «Совёнок» с радостью сообщает!

Так как 23 февраля и 8 марта не попадают на летний период, то руководством принято решение провести специальные дни под праздники девочек и мальчиков.

Международный женский день пройдёт в воскресенье – 'дата'.

День защитника Отечества назначен на следующую субботу – 'дата'.

О запланированных мероприятиях будет объявлено отдельно.

Убедительная просьба к коллективу отнестись со всей ответственностью.

Дата/подпись."

Такое объявление красовалось сегодня с утра на площади и вызвало множество бурных обсуждений в пионерских рядах на линейке. В связи с освобождением от утренних построений последним из пионеров о грядущих праздниках узнал пионер Александр Крайнов.

Почему вопреки календарным законам первым в лагере завтра должен наступить аналог Международного женского дня – непонятно. С наибольшей ответственностью к объявлению отнеслись закадычные друзья пионерлагеря – кибернетики. Именно они выловили остальных ребят и настояли, что всем нужно непременно собраться и обсудить, как и чем они будут поздравлять прекрасную половину "Совёнка".

Совещание штаба было назначено сразу после обеда. Лютик, Тайлер, Джейк и Александр появились в здании кружков почти одновременно, где их уже дожидались Электроник с Шуриком.

- Ну где вы ходите, время-то идёт! У нас меньше суток на подготовку осталось! - Взволнованно встретил их Электроник.

- Более, чем достаточно, - спокойно ответил Дёрден с зубочисткой в зубах.

Джейк пояснил:

- Заняты были. Мы тоже без дела не сидели.

- Пошли в подсобку, там удобней будет. Заодно посвятите нас в свои планы. - Предложил Шурик.

Когда все шестеро расположились вокруг стола в соседнем помещении, Тайлер чиркнул зажигалкой, прикуривая сигарету.

- У нас не курят, - недовольно заявил Шурик.

- И правильно делают. - Ответ сопровождался акцентированным кивком головой, который должен был продемонстрировать уважение к правильной позиции пионеров. Однако эффект такого жеста от Дёрдена получался совершенно противоположный.

- Да ладно тебе, вожатая не наругает. Мы не взатяжку. - Саша резким движением провёл спичкой о стену, прикурил, глубоко затянулся и выдохнул дым под потолок.

Джейк с Лютиком, как и хозяева помещения, тоже посмотрели на эти действия курильщиков с неодобрением, но промолчали.

- Ну рассказывайте, что придумали, - поёрзал на стуле Электроник.

- Сами шухер подняли, а придумывать за вас другие должны? - Дёрден выдохнул дым через нос. - Магний есть на вашем заводе?

- Найдём.

- Селитра?

- Есть. А зачем?

- Потом узнаете. Так, что ещё… Товарищ Крайно́в, как у нас с запасами марганцовки в медпункте?

- Снабдим, не вопрос, - Саша уже догадался, к чему клонит бешеный подрывник.

Техники вроде как тоже не тупые, должны были сообразить, но на всякий случай уточнили:

- Что мы будем из всего этого делать?

- Праздник будем делать. Или вы стишки девкам читать со сцены собрались? - Дёрден переждал ответные ухмылки и затушил окурок о ладонь, даже не плюнув на неё предварительно, чем вызвал немалое удивление у присутствующих. - Поступаете в моё распоряжение на эти два дня. Вопросы?

Сразу же последовали возражения с оттенком возмущения, но спорный момент решением большинства кое-как утрясли.

- А остальные чем займутся? - не понял Шурик.

- Без дела не останемся. Мы с Алексом за цветами полезем. - Как всегда добродушно объяснил Джейк.

- Полезете?

- Именно. На охерен… очень высокий крутой холм, где они и растут в большом количестве. - Уточнил за товарища Саша.

- Так а в поле нарвать или в райцентре купить нельзя? - логично продолжил задавать вопросы Шурик.

- Ромашки с васильками? А для райцентра на десяток приличных букетов денег ты дашь? Нет? Я так и знал. - Саша докурил и хотел было потушить свой окурок в ту же ладонь Дёрдена, но тот молча убрал руку. Пришлось растереть об пол. - На холме цветы очень красивые. Ближе к солнцу растут, почти как высокогорные. - Только бы этот самый холм в новой версии лагеря с землёй не сровняли. Но не должны бы: он далековато от пионерской территории и никому не мешает.

Больше неуместных вопросов не последовало – здесь тоже договорились.

- Друзья, а как же я? Совсем не участвую? - вовремя ожил единственный стоящий на ногах Лютик, неустанно крутивший до этого ручку тисков на верстаке.

- Не волнуйся, тебе работы хватит, - успокоил Саша. - Стишки, как выразился наш пиротехник, мы конечно читать не будем, но без музыкального вечера точно не обойдёмся. Тут и к гадалке не ходи, Дмитриевна скоро озадачит, если уже не озадачила. Поэтому плотно репетируешь с Машей и остальными музпрограмму. Само собой, не без моей помощи.

- Неплохо, - бард повеселел. - Мы уже много чего успели освоить. А как же девушки? Выходит, сами себя поздравлять будут?

- Маша, Алиса и Ульяна – да, тут никуда не денешься. Уверен, они не будут против. Мы же им взамен цветочки-салюты вместе с нашим теплом и вниманием дарим. - Саша почесал нос. - И ещё. Цветы упаковать надо красиво. Это как раз для тебя задача, как самого тонкого ценителя красоты среди нас. К Славяне обратись за материалом, к графине Микуле своей… да к кому хочешь, не мне тебя учить. Справишься?

- Да, я постараюсь.

- Краса́ва. С упаковкой поможем, не дрейфь.

- Ну что, девочки, может мы начнём наконец процедуру экзекуции и определимся, кто кого будет… поздравлять? - перешёл к делу Дёрден.

Эл поднял руку, как в школе:

- Ребята, я бы хотел попросить... Можно, я буду поздравлять только Женю?

- Это с какого перепуга?

- Ну… Как бы… Чтобы показать ей, что мне только она нравится.

Лютик тут же поспешно добавил:

- Я бы тоже тогда…

Саша не выдержал:

- Так, отставить! Вы двое, значит, в паре, у Тайлеров тоже… одна девчонка на двоих, как имя и фамилия.

"Плохой" Тайлер на это демонстративно выдохнул облако дыма в лицо Александру от очередной сигареты (не Мальборо, и где он умудрился их достать).

- Ну и что? - Джейк едва улыбнулся.

- Да ничего, просто если идти на поводу у "занятых", то нам с Шуриком слишком много удовольствия достанется. Только мы с ним на фрилансе остались.

- А это что такое? - поинтересовался Шурик.

- Не оскорбление, не волнуйся. Это значит, что мы с тобой свободны… как птицы в полёте.

- Как дятлы? - сзубоскалил Дёрден.

- Джейк, оторви голову этому оригиналу, по-братски. Я тебе потом пиво поставлю. Только 0,5 – большего этот мусор не сто́ит.

Джейк покачал головой:

- Не поможет, он прекрасно себя и без головы чувствует.

Безбашенный изобразил одобрение на своём непроницаемом лице:

- Отлично, дуболом! Ты не так безнадёжен, каким выглядишь.

- Всё, проехали. Давайте приступать к реализации программы, а то до темна не закончим. Эл хочет Женю, Лютый – Машу, отбирать не будем. А остальных мы пока не поделили. - Саша затушил очередной окурок в банке с какой-то дрянью подозрительной консистенции и выбросил в ведро. - С кого начнём? Алиса, может, как самая спорная?

- И как же будем… определять? - негромко поинтересовался Лютик.

- А вот тут мы подготовились! - довольный Электроник сбегал и вернулся с ворохом бумажек в руках. - Тут наши имена написаны. Выбираем девушку, потом тянем отсюда жребий, кому достанется поздравлять. Только с Лизой их семеро, а нас всего шесть. Ну и мы с Лютиком уже как бы…

- Вообще-то их девять с Виолой и вожатой. Поэтому не расслабляйтесь, вам тоже ещё может достаться. - Поправил Саша, на что тут же раздались неуверенные возгласы возражений. - Что, страшно? Как ло́хи на администрацию наших взрослых свалим?

Когда все согласились, что и старшее поколение поздравлять надо, Тайлер Дёрден вдруг воскликнул:

- Стоп, мужики! Есть предложение! - Все обернулись на него. - Кроме банального "счастья-здоровья" и цветов, давайте ещё поцеловать свою… су́женую каждому нужно будет.

- Слова не мальчика, но мужа. Одобряю, - поддержал Александр. - Достаточно в щеку. Чтоб Виолу в губы… это ж как поздравить надо?

Парни рассмеялись. Правда не все и негромко: ставки подросли. Если выпадет и не Виола, а Ольга Дмитриевна – тоже ничего хорошего. Хотя это ещё как посмотреть, в сравнении с той же Алисой.

- Лично я за. Так даже интереснее, - легко согласился Джейк.

Оставшейся троице ничего не оставалось, как поддержать инициативу.

- Вот и договорились, наше мероприятие неожиданно перестало быть скучной рутиной. Будьте добры, вашу шляпу, господин виконт, - обратился к Лютику Саша. После линеек бард зачастую ходил в своей каноничной одежде, предпочитая её пионерской форме. Расцветка унылая или фасон не устраивал, кто знает. - Мы бумажки наши туда сложим. После лотереи верну в целости и сохранности. - Лютик послушно протянул свой головной убор и сразу причесал волосы рукой. - Итак, кто за администратора?

- Раз уж ты шляпу взял, то и тянуть тебе, - высказался первым Эл, остальные незамедлительно поддержали.

- Первая Алиса? - Саша перемешал бумажки в шляпе.

- Не возражаем. Тяните уже бумагу, Александе́р, - ответил за всех Дёрден, слегка потирая руки.

Барабанная дробь, пауза… ведущий вытянул листок и посмотрел на него.

- Не томи. Кто там? - Лютик не удержался и нарушил повисшее молчание первым.

Саша молча развернул листок надписью в лицо Электронику. Тот сразу изменился в лице:

- Ну нееет. За что?!

- Предупреждаю, койот техасский, хвост чтоб не распускал и не заслюнявил мою девчонку своими поздравлениями!

Джейк моментально встал на ноги:

- С чего ты решил, что она твоя?!

Саша положил ему руку на плечо:

- Спокуха, сами у Алисы спросите, чья она. А подерётесь потом, горячие американцы… И кстати, о слюнях, чтобы по-взрослому было. Какое наказание тому, кто не сможет поцеловать? - обвёл вопросительным взглядом присутствующих.

Повисло общее задумчивое молчание. Толковых предложений ни у кого не родилось.

Дёрден снова закурил и демонстративно обратился к пионерам кибернетикам:

- Кто тут у нас умнее остальных? Предлагайте. Тем более, что у тебя, - он ткнул пальцем в Электроника, - уже два приза.

Тот выпучил глаза и развёл руки в стороны. А Шурик просто промолчал с умным видом. Мыслительный процесс растянулся слишком долго.

- Есть проверенный вариант желания или… ну хрен его знает… да хоть целовать одного из присутствующих тоже по жребию. Для максимальной мотивации не облажаться с заданием. - Такая идея Александра восторга не вызвала, но это было хоть что-то.

- А желание чьё? - спросил Джейк.

- А кто лучше придумает.

- Уж лучше желание, - обречённо протянул Электроник.

- Готовься два подряд выполнять, счастливчик, - уверенно заявил Дёрден. - Ты даже мышку свою библиотечную не поцелуешь.

Снова возникла небольшая перепалка, но без накала. Сразу двое пообещали бешеному, что ему прилетит по морде, если он не успокоится со своими комментариями. Пообещавших называть не обязательно, и так понятно.

Заинтересованность от такой затеи у всех парней подросла до серьёзного уровня. И свою фаворитку зацепить хотелось, и на нокаут в виде медсестры не нарваться. Впрочем, самая востребованная фаворитка уже была разыграна. Дальше оставались только неочевидные симпатии Александра по большому счёту.

По итогам ещё одних непродолжительных дебатов сошлись на наказании в виде желания за неимением лучшего.

- Итак, Эл больше не участвует, у него уже два бонуса есть. Господа пионеры, объявляется гвоздь всей предстоящей программы. Наша обожаемая незаменимая медсестра с разноцветными неповторимыми глазками. - Огласил ведущий.

Тихий шёпот заклинаний, скрещенные пальцы и прочая колдовская атрибутика пошли в ход от всех, кроме Дёрдена и Саши, который не торопился с приговором. А Эл так вообще сидел с довольной мордой лица и смотрел на остальных свысока своего положения. Не так уж ему и не повезло, получается.

- Тайлер Дёрден. - Саша развернул бумажку и положил на стол.

Посыпались всеобщие поздравления победителю вперемешку со смехом. Нет, это был не смех, а самый настоящий ржач, даже дамский угодник Лютик хохотал от души.

Джейк успокоился одним из первых:

- Я тебе такое желание придумаю.

- Остынь, мальчик, я ещё не проиграл. - Тайлер смотрелся максимально собранным. Но было заметно, что недоволен.

- А как мы узнаем, что … кхм, ну что поцеловали, кого надо? - это был резонный вопрос от Шурика.

Саша сквозь свой громкий искренний смех смог сказать:

- Ну про Виолу точно узнаем, … ой, бля… Мои соболезнования, мачо. За дятла будешь жуков из под коры носом доставать и жрать их!

После такого общий несмолкаемый хохот пятерых счастливчиков только усилился, а Джейк одобрил сказанное дополнением, что есть личинки Дёрдену нужно будет, пока не найдёт майского жука, которая пожирнее. От души повеселившись, Саша бросил бумагу с надписью "Тайлер Дёрден" обратно в шляпу и продолжил лотерею:

- Возможно, со следующей повезёт, если такая будет. Троим из нас по две девушки осчастливить придётся. Кто следующая жертва?

- С какой стороны, дам или кавалеров? - не прекращая улыбаться, поинтересовался Лютик.

- Учитывая собравшийся контингент, с обоих, получается.

- Давайте Славю? - воспользовавшись некоторым замешательством, выдвинул кандидатуру Шурик.

- Поехали. Поздравлять нашу главную по должности пионерку достаётся… - Саша вытянул сложенный лист бумаги и улыбнулся, не скрывая удовольствия, - …мне. Нормуль.

- Да, ёпткрад!..... - почти сразу последовала продолжительная нецензурная непереводимая игра слов от Дёрдена.

- Повезло, - вздохнул Электроник.

- Так неинтересно, - даже Джейк отметился репликой по этому поводу.

- Я не понял, что за нытьё началось? Она не девушка, или её не обязательно поздравлять?

- Она просто добрая, отзывчивая и… - Лютик не успел договорить.

- Вот именно! Как и я, так что всё честно. Давайте дальше, потом поплачете друг дружке в пионерские галстуки.

- Предлагаю малышку красноволосую, которая на вырост у нас, - высказался Дёрден, пока Саша отправлял бумажку со своим именем обратно.

- Окей, тяну на Ульяну. - После небольшой паузы на манипуляции с бумагой Саша выдал: - Шурик, сегодня твой день, но конфетами на всякий случай запасись.

Особых эмоций этот этап ни у кого не вызвал. Электроник пожал руку товарищу в качестве поздравления и спросил:

- Кто у нас остался?

- Так… - Саша прикинул в уме, - Ольга, Лиза и Лена, если никого не забыл.

- Всё верно, остальные разобраны. Лизу? - это был Джейк.

Лютик мечтательно озвучил свои мысли вслух:

- Самая загадочная девушка…

Пронзительный взгляд Саши, и мечтательности сразу поубавилось. Предупреждение возле стен музкружка средневековый бабник ещё не забыл.

- Тяни уже на длинную, крупье. - Дёрден с досадой смял и выбросил пустую пачку "Космоса" в ведро.

- Длинный у тебя язык. И обречённым слова не давали.

Снова грохнул дружный хохот. Инициатива на подавление безоговорочно перешла от Тайлера к остальной компании. Карма в действии.

- Приёмы самообороны потренируем может, а? - Джейк подмигнул конкуренту, но тот лишь шумно выдохнул и промолчал.

Не зря мечтал Лютик, ему и досталась Лиза. Последовал повторный взгляд от Саши на везунчика для закрепления пройденного и вопросительные от остальных.

Бард продемонстрировал искреннее смущение на такую молчаливую реакцию и всеобщие взоры:

- Что такое?

- Ничего такого. Доволен? - это было от Дёрдена.

- Несомненно… но вот… - Лютик сейчас выглядел, как сама невинность и скромность во плоти. И пурпурно-розовый оттенок его одеяний как нельзя кстати подходил к такому образу.

- Стул с собой бери или прыгать тренируйся, в шею не считается. - Это предупреждение Джейка снова вызвало задорный смех, но без издёвки. Теперь смеялись все, кроме Саши, который рвал бумажку Лютика.

- Не подведи, лютоволк, разгадай загадку. - Как-то по-доброму подмигнул Тайлер Дёрден.

- Да идите вы… вам лишь бы над чувствами посмеяться, - неожиданно повысил тон дамский угодник.

- Ой-ой-ой, тонкая ранимая натура. Ладно, дальше что? То есть кто?

Саша отреагировал не сразу:

- Эл и Лютый у нас счастливчики, у них плюс два. Но они и фавориток сразу забили, так что жребий справедливый. Не получилось съехать только на "своих".

- А спортсмен наш в девственниках до сих пор, - псих скосил глаза и постучал по стулу.

- Да, есть такое… Если Джейку сейчас не выпадет, то оставшаяся девчонка в любом случае его, без вариантов. Выбирай, братан, кого тянем?

- Куда?! Он от вожатой так отмазаться может.

- И тут не поспоришь. Жертва медицины права.

Едва слышное "сссука" от Дёрдена никто не услышал за новой волной хохота.

Джейк скрестил руки на груди и ухмыльнулся:

- Я не такой… очконавт, как некоторые. Тяните на Лену. Вожатая, так вожатая.

Саша уважительно ткнул кулаком в кулак другу.

- Итак, самая скромная пионерка с оригинальным цветом волос. Эл и Лютый не участвуют.

Лена составила компанию Виоле в гареме Тайлера Дёрдена.

- Тьфу! Комбо!

- Здесь-то что не так? - искренне не понял Саша.

Везучий только отмахнулся:

- Ай, нормально.

- Напоминаю на всякий случай, никакого насилия.

- Ты это медсестре нашей скажи, - смирившись с ролью жертвы, Тайлер начал уже сам себя троллить. - Хорошо говорить, когда ты у нас главный девственник получаешься. А, и четырехглазый тоже.

- Хоть это и антинаучно, однако… Судьба такая, - спокойным тоном парировал Шурик.

- Целиком и полностью согласен, тёзка. Ну и мои поздравления Джейку с вожатой. Стартовая скорость хорошая у тебя?

Джейк беззаботно улыбнулся:

- А чего мне бояться? Ольга шприц, которым уши промывают, в задницу не воткнёт.

Розыгрыш всех призов лотереи окончен, и под дружное "бу-га-га" Дёрден поспешил ретироваться куда подальше, чтобы избежать сочувственных подарков в виде какого-нибудь вазелина с подорожником. Оставшись впятером, пионеры недолго обсудили итоги. Наиболее довольными выглядели два Александра и Лютик. Наивный ловелас не догадывался, какую "загадку" ему придётся завтра поздравить.

Вскоре Лютик извинился, что у него дела, и тоже ушёл. А Джейк с Сашей сразу отправились на склад за верёвкой, чтобы побыстрее разобраться с цветами. До секретного холма, обнаруженного в далёком злополучном походе, километров десять ходу. Тем лучше: вернутся скалолазы только ночью, и меньше любопытных глаз увидят, что парни притащили в лагерь.

В лесу, как и в прошлый раз, царила практически абсолютная тишина. Её нарушал только шелест шагов двух пар ног по траве и негромкий разговор.

- Алекс, не расстроился, что не тебе Лиза выпала?

- Нет, - почти честно ответил идущий впереди Саша. И как они все так легко угадывают, что он неровно дышит к Лизе? Только из-за волейбола, или у него на лице написано? - Пусть Лютику рога обломает, ему будет полезно.

- Рога?

- Чёрт, Джейк, тебе срочно нужно почитать словарь фразеологизмов. С тобой просто невозможно разговаривать. Значение слова обломает понятно?

- Ага.

- Тогда пусть будет просто обломает. Смысл практически один и тот же.

- А она обломает?

- Готов на что угодно поспорить. И мне Лизу жаль, максимально неподходящий кандидат ей достался.

- Хорошо, а если у нашего Казановы получится? Расстроишься?

- Смотря на что спорить будем.

- Не буду я с тобой спорить. А ты съезжаешь от ответа.

- Съезжаю? Ты делаешь успехи, мог бы сказать "уходишь" или "уклоняешься". - Саша остановился и придержал закрывающую дорогу ветку, чтобы она не хлестнула по лицу Джейку. - Не расстроюсь, но осадок будет, не отрицаю.

Джейк притормозил рядом и посмотрел на друга:

- Почему ты не поговоришь с ней?

- Всё очень непросто. Если я начну объяснять тебе… ты подумаешь, что я окончательно рехнулся.

Наверное, Саша изменился в лице, потому что Джек продолжил ещё серьёзнее и спокойнее:

- А если не усложнять? Просто сказать ей, как есть.

- Я уже сказал ей.

- И?

- Ответила, что взаимно.

- Тогда я не понимаю…

- Я сразу сказал, что не поймёшь. Не бери в голову, неважно это всё.

- Алекс, камо́н! А что тогда важно?

- Побыстрее до места добраться, пока темнеть не начало. - Саша подтолкнул друга в спину, и они продолжили идти дальше. - И вообще, сам-то с Алисой говорил об этом же?

Джейк кивнул с довольным видом, но ничего не ответил.

- И? По твоей хитрой физиономии вижу, что всё не безнадёжно. Неприступная крепость Алиса выбросила белый флаг?

- Не совсем, но у меня есть все шансы на успех.

- Ну молоток, что тут сказать, отбойный. Нет, ты настоящий гвоздодёр, если не врёшь, - добил американца похвальными определениями Саша.

Размечтавшийся Джейк то ли не расслышал, то ли ему было всё равно, и оставшийся путь ребята проделали в рассуждениях, как поведёт себя Тайлер Дёрден с Виолой. Знай новенький немного больше, он мог бы задать аналогичный вопрос: не сожалеет ли Саша, что ему Виола не досталась. Сожаления, конечно, отсутствовали, хотя он был бы совсем не против такого жребия. Но если хорошенько подумать, то нет, лучше не надо, пусть другие дерзают. Совсем не против и даже за – это скорее про Лену. Было бы очень интересно, но и тут фартануло Дёрдену. Комбо, как он точно подметил.

Бодрым шагом за час с небольшим Саша привёл Джейка к самой высокой географической точке в известных ему окрестностях. Из-за большой высоты холма относительно равнины ближе к его вершине росли цветы, приспособленные к суровым условиям, таким как каменистые поверхности и плохая почва. В названиях ни один из парней не разбирался, но разнообразие и красоту пёстрого ковра можно было оценить и без специфических знаний. Поплывут девушки от такой прелести, однозначно. Только забраться непросто: примерно с середины и без того крутой склон со всех сторон переходит в отвесную скалу. Ну так для этого и взяли верёвку с крюком-кошкой. Навыки в альпинизме у обоих находились на уровне "не пробовал, но тут ничего сложного". Помучившись, пионеры-скалолазы только с третьей попытки нормально закрепили трос для восхождения за какое-то корявое низкое дерево почти у вершины и вполне себе уверенно забрались на самый верх.

Виды отсюда открывались неописуемой красоты. На горизонте бушевал закат – буйство природы в самом разгаре. Исчезающий огненный шар щедро красил тёмные небеса в тёплые оттенки красного… Эх, тут бы с любимой девушкой сидеть да всем этим любоваться под… Но не время для рассусоливания, цветы сами себя не нарвут – и пацаны занялись сбором самого красивого из того, что здесь росло.

- Надо отсортировать и хотя бы половину оставить. Мы же не донесём всё это, - сказал Саша после того, как они собрали добрую копну под метр высотой.

- Поддерживаю, многовато получилось, - легко согласился Джейк.

Чтобы не тратить лишнее время на дизайнерские дискуссии, парни порешали взять каждый по сотне цветов, из этого как раз можно будет девять приличных букетов собрать. Вкусы у друзей примерно совпадали – разнобоя в выбранном получилось самый минимум.

Но самое интересное ждало впереди. Оказалось, что спуститься с кучей цветов в руках обратно куда сложнее, чем залезть порожняком наверх. Бросать вниз с высоты не хотелось: уже почти стемнело, сложно потом будет собирать по склону, да и жалко как-то швырять то, что собираешься дарить. В итоге при спуске вниз Джейк содрал кожу о камни на правой руке, а Саша – на левой (кто какой держался за верёвку), но цветы спустили на руках.

Ребята с трудом дотащили две охапки красотищи в лагерь где-то к полуночи. Почти всю каптёрку заняли, разместив их в предварительно расставленные тазы с водой. Инженеры приготовили специальный секретный раствор, чтобы вся эта прелесть не завяла за день ожидания. И довольно прохладный климат в комнатушке способствовал сохранению свежести цветов как нельзя кстати.

В эту ночь у Саши легко получилось уснуть. Отвлечённый как произошедшими, так и грядущими событиями, про страховку обезболивающим уколом он даже не вспомнил.

Глава 12. Поздравляю, Пух

- Контакт! - раздался звонкий голос, принадлежащий Ване Найдёнову, который шёл замыкающим. Впоследствии мы с трудом отыскали его жетон. Парня практически разорвало двумя прямыми попаданиями из подствольных гранатомётов.

Услышав понятное любому военному человеку предупреждение, наша походная колонна в мгновение рассыпалась и заняла огневые позиции, чтобы дать отпор невесть откуда взявшимся врагам. Встречный бой с минимальной дистанции шёл яростно и скоротечно. Листва на деревьях только-только начала окрашиваться жёлтым цветом, и цели в плотной хвойно-лиственной завесе было очень сложно рассмотреть. Их положение угадывалось лишь после того, как они открывали огонь.

Столкновение получилось неожиданным для обеих сторон. "Освободители" редко когда совались в зелёнку, поэтому мы двигались относительно расслабленно. Наш командир, конечно, выслал вперёд авангард из трёх человек веером, но братья-славяне напоролись на нас откуда-то сзади и сбоку. Повезло ещё, что они шли безо всякой разведки и не застали врасплох.

Сбрасывая на ходу с плеча свой АК, я развернулся на сто восемьдесят градусов и сразу шлёпнулся за ближайшую сосну. Это был мой первый настоящий бой. Из-за гигантской дозы вброшенного в кровь адреналина пальцы сразу же начали подрагивать, и я уже почти ничего не слышал, но когда по моей защитнице сосне дружно прошлись пули, заставил взять себя в руки и не поддаться панике. Короткая очередь, сразу перекат… доля секунды на поиск цели… очередь… и снова перекат в сторону, чтобы не накрыли. Одна из пуль просвистела прямо возле уха, срикошетив от каски, другая сильно царапнула шею, но я пока боли не чувствовал. Ничего, кроме того, что нужно срочно убивать тех, кто хочет убить меня.

Слева такими же короткими очередями воевал Петро́ Григоренко. По другую сторону из трофейного Корда без остановки щедро заливал свинцом свой сектор пулеметчик Коля Свирид. Колян – основная ударная сила нашего немногочисленного отряда. Опытный боец, Афган прошёл. А на вид ему не дашь больше сорока лет. Только шрамы ста́рят его весёлое, постоянно улыбающееся лицо. Рядом с его огневой позицией несколько раз очень громко рвануло, значительно сильнее, чем от подствольников. От начала и до самого конца перестрелки пулемёт под чутким руководством афганца без у́молку с огромной скоростью плевал смертью. Наверное, только благодаря слаженным хладнокровным действиям тандема человека и машины для убийства нас всех не положили. Поражаюсь, как их не заткнули, ведь эта парочка почти весь огонь в нашем секторе на себя взяла.

Бой закончился так же неожиданно, как и начался. Когда выстрелы с той стороны прекратились, первое, что я услышал, были как раз слова Коли:

- Отвоевались, коршуны. Соко́лики, у кого сосиски остались – тащите сюда! Пожарим на стволе моего дружбана, пока не остыл. - Пулемётчик, тяжело дыша, прижался щекой к оружейному прикладу и посмотрел тяжёлым взглядом куда-то мимо меня и вверх, в хмурое осеннее небо. А потом тихо, почти неслышно спросил, обращаясь к своему Корду, - напился крови, зверюга?

Я вдруг почувствовал жгучую боль, потрогал горящую огнём шею и посмотрел на свои пальцы. Крови не было, пуля только прижгла кожу. Точно в том же месте, где меня когда-то царапнул нож, выпущенный тем, что было Лизой. Такая халява два раза подряд… везёт же…

- Отставить пикник! Не время расслабляться, во́ины. Скоро могут ещё гости нагрянуть. - Это подошёл командир. На нём ни единой царапины, а одежда и лицо перепачканы землёй и редкими листьями. Тыльной стороной ладони он вытер пересохшие губы и громко гаркнул: - Ефимо́вич!

- Здесь! - Как по мановению волшебной палочки за командиром вырос наш штатный медик. - Правый фланг проверен. Семь двухсотых, трое трёхсотых, двое тяжёлых. Первую помощь оказал, но с транспортировкой большие вопросы. Вряд ли донесём живыми.

- Херово… Жетоны с двухсотых собрать надо.

- Так уже. - Фима хлопнул по своему нагрудному карману разгрузки. Холодно звякнувшие железки прозвучали, как последние отголоски улетающих на небо душ. Последний материальный след наших погибших друзей.

Момент прощания с боевыми товарищами прервал Стёпа Стецура. Его длинное туловище выбралось прямо из-под земли чуть дальше пулемётной точки, как живой мертвец из могилы.

- Да чтоб я ещё раз рядом с пулемётом воевал! По нам же как минимум три раза из РПГ пизданули! - Раскопавшийся ошалелым взглядом осмотрелся по сторонам, достал флягу и сделал несколько жадных глотков. - А нам хоть бы што! Камуфляж только испоганили мне, падлы.

Наш старлей на это слегка усмехнулся, протянул руку и помог подняться воскресшему из мёртвых. Угостившись водой из солдатской фляжки, он стряхнул ошмётки земли с головы и плеч высоченного Степана и будничным тоном приказал:

- Пойдёшь с Ефимо́вичем. Закончите слева. Не задерживайтесь сильно, времени мало.

- Есть, товарищ старший лейтенант! - чётко ответил солдат, как будто ничего сверхъестественного и не произошло. Как будто не ходили мы все сейчас в обнимку со смертью и то, что выжили в настоящей мясорубке, самое обычное дело.

Медбригада из Фимы и его помощника Стёпы спросила меня и Петруху о самочувствии и, не услышав жалоб, двинулась дальше влево. Работы им хватит: судя по хлопкам взрывов, в той стороне из подствольников плотно работали.

- Камандзир! Дазволь баекамплект паполниць? У вызвалицелей наш калибр жа. - На своём уже привычном уху наречии предложил сидящий на земле Петро́.

- Дельная мысль, разрешаю. Крайно́ва бери с собой, ты старшим. Десять минут на всё про всё вам. - Командир посмотрел себе под ноги. - Осторожнее будьте, не теряйте бдительности.

Я в расстроенных чувствах, что не удалось тихо-мирно покурить, тяжело поднялся и пошёл следом за Петрухой. Мужику далеко за пятьдесят, но я его называю так, по-братски. Сдружились мы за короткие пару недель в "учебке".

Миновав условную линию соприкосновения, первые шаги оба военных мародёра держались рядом, водя стволами АК в поисках возможной угрозы. Но опасности не обнаружилось, мы удачно одолжили у первых мёртвых несколько полных магазинов к Калашниковым.

- Петь, справа проверю? - предложил я после осмотра местности по прямой сектора.

- До́бра, я налева тады. Асцярожней там, Сашко́. И недабитых не шкадуй.

Кивнув, я пошёл в указанном направлении. Автомат, естественно, не опускал. Впереди за деревьями что-то шевелилось. Я ступал максимально аккуратно и старался не выдать звуком своего приближения. Однако моя осторожность оказалась излишней. Лежащий на спине тяжело раненый лейтенант пытался достать окровавленной рукой пистолет из кобуры и не заметил меня. Широкими шагами я подошёл и наступил ему на запястье, придавив берцем к земле ослабевшую кисть.

- Не дёргайся.

Я вытащил "Макаров" и избавил его от мучений двумя выстрелами в голову, не глядя в лицо. Автомат лежал поодаль, но патронов для него не осталось. Геройский парень, до последнего сражался. Совсем молодой, только-только успел погоны примерить, наверное… В сердцах сплюнув, пошёл дальше.

Следующие двое солдат, которые вполне вероятно были навеки успокоены лично мной, поделились ещё тремя полными магазинами. Пополнение боекомплекта можно было считать законченным, но моё внимание привлёк стон из-за дальних кустов. Миновав небольшую заросль орешника, я увидел тело, прислонившееся в сидячем положении к тонкой берёзе. Обессиленная голова бойца опущена вниз, правая рука висит плетью в неестественном положении, левая плотно зажимает рану в области живота, а сквозь пальцы обильно льётся кровь. Автомат лежит на ноге ниже колена. Я немного опустил ствол: опасности не представляет. Когда он поднял окровавленное лицо, я обомлел:

- Димон?!

- Саня? Ты… с ними? - Димон скривился то ли от боли, то ли от увиденного. Непослушной рукой он попытался вытереть кровь с лица, но не смог и прохрипел: - Ну и сука же ты… не ожидал от тебя.

Не в силах сдвинуться, я замер на месте. Передо мной был Димка – мой напарник по прошлой работе в автомастерской. Море водки вместе выпили, столько пережили… и вот так враз как ничего не бывало, ничего не считается, и теперь мы – враги.

Он потянулся к своему "Калашу".

- Дим, не дури. Оставь в покое автомат, я не буду в тебя стрелять. - В подтверждение своих слов я опустился на колено и положил на землю АК.

Димон попытался улыбнуться:

- Да уж пострелял, хватило… И что? Ты думаешь, я не смогу выстрелить в тебя?

Я и правда думал сейчас. Быстро, усиленно думал: "Шагов двадцать - двадцать пять… он тяжело ранен и не успеет, я раньше добегу".

Хрустнувшая позади ветка вывела меня из спонтанного транса.

- Што тут?

Не оборачиваясь на знакомый голос, я сжал левую ладонь в кулак и поднял вверх согнутую в локте руку:

- Сам! Спокойно, Петя, я сам разберусь.

Колебаться вредно. Не теряя больше драгоценное время на лишние раздумья, я рванул к Димону со всех ног, а он сразу оторвал здоровую руку и потянул к себе автомат.

"Не успеет. Не успеет!" - повторял я про себя, широкими шагами съедая дистанцию между нами. До него оставалось метров пять, когда Димон дрожащей рукой подтянул и приподнял свой "калаш". Дуло автомата качнулось в моём направлении… "Не успеет, сил не хватит!"

Три одиночных выстрела на опережение пробили грудь и навсегда пригвоздили мёртвое тело к стволу берёзы.

- Ну зачем, дурак? Зачем?! - добежав по инерции, я без сил опустился на колени перед другом.

Тяжело ступая, Пётр сходил за моим оружием.

- Усё ро́ўна б памёр з такою ранай… - едва слышно пробормотал он. Подошёл ближе и положил руку мне на плечо. - Пайшли, Сашко́, ваяваяць трэба. - И он настойчиво вложил мне в руки подобранный автомат.

Не открывая до конца сонных глаз, Саша почесал двумя пальцами переносицу. За окном висела непроглядная темнота.

Никакого Димона тогда, в его первом настоящем бою, не было. Полумёртвый лейтенант был, но Димы не было. Хотя вполне мог бы быть… И повести себя должен был точно так же. "Спасибо, добрый Совёнок, что не даёшь заскучать", - мысленно поблагодарил Саша свой новый дом за разрешение посмотреть очередной максимально красочный сон-притчу. Редкие сны в лагере всегда были с интересным, насыщенным событиями сюжетом. И сейчас: ещё одна альтернативная реальность и последствия выбора – всё, как обычно.

Вторую половину ночи Саша коротал в музыкалке, в основном за синтезатором. Он мало поспал, но больше не хотелось. Три часа назад начался девятый день с того момента, как стало известно, что у "Совёнка" серьёзные проблемы. Гарантированные семь дней перемирия до появления супер Сандры, которая должна стать судьёй лагеря, прошли. Но она пока ещё не превратилась в нечто… не хотелось гадать, во что. Иначе Саша почувствовал бы на собственной шкуре, Виола не просто так ему лекарств напихала. Только они остались в домике. Ви заботливо предупредила, что он может умереть без антидота в процессе трансформации копии его любимой пионерки, но это его совсем не пуга́ло. Напрягало другое: когда же наконец начнётся? Ожидание неизбежного выматывало морально, и чем дальше – тем больше. Саша не мог толком ни на чём сосредоточиться, ни нормально надолго отвлечься.

Музыка, как обычно, смотрелась оптимальным вариантом. Других альтернатив попросту не было. Разве что поговорить по душам с кем-нибудь, но для такой фантастической темы собеседника не найти. Мику с прошлой очень длинной смены подошла бы: с ней можно было обсуждать что угодно, и она всегда верила и поддерживала. А сейчас что, Джейку рассказать? Смешно, он Сашу в медпункт сразу сдаст. А там Виола, с которой этот вопрос рассмотрели максимально подробно со всех возможных ракурсов.

Несмотря на занятость головы, руки пионера кое-что делали с синтезатором. Саша пытался воспроизвести один трек группы Prodigy, единственный, который ему нравился из их творчества. Сбивчивые подготовительные манипуляции с инструментом не принесли того результата, на который рассчитывал музыкант. Нынешняя навороченная Ямаха много что умеет, только Саша с электронной музыкой не очень дружен, и вполне вероятно, некоторые звуки данная модель просто не в состоянии воспроизвести. Разве что основной проигрыш можно попробовать, без излишеств. Синта, она всё же и в советском пионерлагере прошлого синта.

Играя быстрый техно ритм, Саша с удовлетворением отметил, что такое занятие всё ещё помогает ему расслабиться. Работает магия, даже когда ничего не хочется и всё кажется бессмысленным. Он произносил про себя часто повторяющееся четыре короткие строки из забойного трека на английском, которые можно было перевести примерно так: "Вы бесполезны для меня. Мне не нужен никто. Не нуждаюсь ни в ком. Это бесполезно для меня."

- Аминь, - не отрывая левой руки от клавиш, Александр закурил и инстинктивно оглянулся на приоткрытое окно. Влетит от Маши, если узнает. Наезды от Виолы за курение в медпункте мы переживём, а вот сестрёнку расстраивать или тем более злить совсем не хочется.

На переходе он неожиданно подумал, что воспроизводимая музыка похожа на… Чуть сменил тональность, ритм плавнее, на пол такта больше пауза между нотами и, собственно, замена одной ноты в комбинации – готово. Офигеть, скилл вырос до того, что он в состоянии поймать на слух отдалённо схожие мелодии. Растём. Синтовая электронка стала евро дэнсом «Will I see you again» примерно того же времени выхода. Смысл песни очень точно совпадал с его нынешним положением и грядущими событиями.

Бесконечно чередуя на синтезаторе по две-три клавиши в несложной мелодии, Саша вспоминал текст. До того, как попал на войну, которую не было принято называть войной, он плотно подсел на написание каверов, в основном переводов. Перевести сейчас в слог и рифму быстрый речитатив всплывшей в памяти песни не представлялось возможным, Саша его не знал наизусть. А вот короткий припев и вступление для затравки вдруг захотелось. Тем более, что они без рифмы, как таковой. Получилось легко и быстро:

"В темноте

Я лежу совсем один

Просто думаю, где ты

Но я знаю, ты придёшь

Ты будешь здесь…"

С припевом также проблем не возникло:

"Если встретимся вновь

Я не смогу сказать: «Прости мне»

Если встретимся вновь

Это больше, чем могу желать…"

И без рифмы под музыку очень даже звучит, так же нервно, как в оригинале. Перевод отозвался попаданием навылет в самое сердце. Новая Сандра скоро придёт, и они обязательно встретятся. Если он дождётся, конечно. Осталось недолго, совсем чуть-чуть. Но что в ней останется от его Сандры? Внешность – точно нет. Мысли, чувства или душа, может быть? Ничего, кроме болезненной памяти. И "прости" он ей сказать не сможет. Если в смерти Лизы, отказе от Лены ещё можно притянуть за уши чувство вины, то с копией Сандры где она? В том, что у него получилось, а у неё нет? Или что его копия как-то не так себя вела с ней? Одно и то же: вроде бы кругом здесь всё из-за него, а извиняться не за что… но почему-то очень хочется. И что характерно, у Семёна из оригинального прототипа этого мира всё с точностью до наоборот было. Тот ни в чём виноват не был, но постоянно перед всеми извинялся. Странно, что Саша до сих пор не забыл такую незначительную деталь из игры.

Ещё более странно – перед той же Лизой он готов и даже хочет попросить прощения. За то, что не смог защитить её, за то, что он сделал и что сделать не успел. Озлобленная Сандра придёт мстить лагерю, и по всем параметрам Саша должен быть с ней на одной стороне, хотя бы из-за того, что сотворил лагерь с ним и Лизой. Но он не будет…

- Живи, помогатор "Совёнок", я тебя не трону. Только сомневаюсь, что моё лояльное отношение и даже помощь позволят тебе выжить.

Парень прекратил играть и включил недавно привезённую звукозаписывающую аппаратуру на воспроизведение. Дожили: чтоб музыку послушать нормально, нужно её самому же и записывать. С новой техникой Александр с горем пополам разобрался, но вот чтобы записать что-нибудь человеческое, не сильно травмирующее мозг от звучания на выходе, пришлось потратить две бессонные ночи. По одной на трек. Если окружающим нравилось, как он играет и поёт, то его личный критерий оценки себя самого был куда более строгим. Или идеально, или лучше совсем не берись.

Пощёлкав кнопками и переключателями, Саша прикрыл поплотнее окно и удобно устроился в кресле с высокой спинкой, закинув ноги на стол. Стоило бы слушать всё это дело через наушники, чтобы не разбудить музыкой пионеров из ближайших домиков, но хотелось через колонки. Громкость умеренная, будем надеяться, что никого не потревожим.

Две записанные песни были совершенно разные как по звучанию, так и по содержанию. Саша начал с бешеного рок-кавера собственного сочинения:

"Брошенный в мраке

Ты в точке ноль

Вся твоя память

Вырастет в боль.

Сложно поверить

Слов не найти

Всё, что осталось

Им отомстить.

Вот чёрт! Война всё ближе

Вот чёрт! Ты гневом движим

О да, пусть грянет бой скорей!

Без огня нет в жизни смысла

Этот жар даёт взрыв сил

Ты теперь изгой

И нечего терять.

Ты не прячешь свои мысли

Сам себя ты победил

Истина с тобой

И некуда бежать."

В целом запись вышла… говёная, ему вообще не зашло. С музыкой-то он справился на достойном уровне, даже в одиночку, а вот слова… Нет, они сильные и перевод ему нравился, но по сравнению с оригиналом в исполнении Шарон ден Адель – полнейшая херня. Так, поорать.

- Это самый настоящий отстой, братан, - со злостью сказал сам себе Саша, едва дослушав, и щёлкнул на следующую. - Если и вторая таким же дном получилась… - он не стал продолжать, что тогда будет.

Совсем чуть-чуть изменённый оригинал "Там, где боль" был попроще в музыке и менее требователен к вокальным возможностям исполнителя. С самых первых слов Саша уважительно закивал и даже оттопырил нижнюю губу: "Вот тут умеешь, вопросов нет." Он не удержался и начал подпевать:

- Там, где боль, там, где боль, где моя боль… это мой огонь!

Там, где боль, я нахожусь, но ещё живой,

Там, где боль, я остаюсь самим собой,

Там, где боль, скоро нагрянет последний бой,

Либо выживание, либо в землю с головой…

Годы уходят, на что потрачены были они?

Лагерь находит новые лица, а мы позади

Смех, боль, грех, вниз, вверх,

Смело выбирай своё: провал или успех.

Я не вижу ничего, отныне не даёт покоя

Моя боль в душе, и не дано уже иное

Паранойя, но стоя и настояв на своём,

Вспоминаю агонию, да гори всё огнём!

И даже днём эта сила выше меня,

Кого-то забрала уже, но знаю выживу я,

Не понимаете вы, когда коснётся, тогда все поймут,

Но будет уже поздно, и все надежды умрут.

Там, где боль, чёрные полосы и серый дым,

Пламя огня, я не хочу уйти молодым,

Много тех, кто не ценит своё бытие,

Ведь есть два пути – идти или быть в земле…

- Ничего себе, да тут целая вечеринка! Почему меня не позвали, и где выпивка и женщины с низкой социальной ответственностью? - громко спросила просунувшаяся в незакрытое окно хитрая морда Тайлера Дёрдена.

- Всё выпили и разошлись, здесь стало слишком скучно, - Саша нажал паузу.

- Зайду? - не дожидаясь ответа, ночной гость перелез через подоконник и удобно устроился прямо на нём. - Тема неплохая, зачем выключил?

- Надоело, - Александр достал сигареты, прикурил одну и бросил пачку Дёрдену.

Некоторое время они молча дымили. Выбросив окурок на улицу, Дёрден посмотрел прямо в глаза собеседнику и задал довольно неожиданный вопрос:

- Когда начнётся грандиозный шухер, в преддверии которого мы сейчас находимся?

- Праздник 8 марта уже наступил несколько часов назад, - как ни в чём ни бывало ответил Саша.

- Ты ж понял, что я не об этом. Как-то слишком тихо здесь, и я нутром чувствую, что ты что-то знаешь, - невозмутимым тоном продолжил наседать псих.

Ну что же, начистоту, так начистоту:

- Через неделю максимум. Кровища, месиво – всё, как ты любишь. Если хочешь спросить, почему так будет, то сразу отвечу – потому, что я здесь. По-другому со мной в лагере не бывает.

Дёрден не понял:

- Ты не производишь впечатления кровожадного пионера.

- Я и не сказал, что начну всё это. Но всё из-за меня или ради меня, неважно. Так всегда происходит вне зависимости от моих желаний. Знаешь, почему ты здесь оказался?

- Нет. Но меня такие вещи не интересуют и не удивляют. И ты же в курсе, кто я? Вижу, что в курсе. - Тайлер вытащил ещё одну сигарету из пачки и швырнул её обратно хозяину. Вкусно затянулся и посмотрел на дым, плывущий в открытое окно. - Так с кем будем драться?

- С собой и против всех. Но это я, а каждый сам для себя решит.

- Очень увлекательно. Мне начинает нравиться здесь всё больше.

- Ну хоть кто-то получит удовольствие. - Саша постучал полупустой пачкой по столу. - Кстати, как там с пиротехникой дела? Марганцовку я техникам уже отнёс.

- Всё нормально будет. Главное, чтобы они мне магния напильниками настрогали, сколько нужно, остальное – не проблема. Вы цветочков нарвали?

- Да, в каморке дожидаются своего часа. Упаковать осталось.

- Мне нужен один букет побольше и повесомее. Чтобы можно было использовать в качестве оружия.

Саша улыбнулся:

- Боишься особь в белом халате?

- Угу, аж коленки дрожат. Наша медсестра – непростая дама, не хочется облажаться, как глупому детёнышу.

- Размером букета её точно не пробить… А хочешь, помогу?

- Не отказался бы, но каким образом?

- Мы с ней в некотором роде друзья, могу попытаться уговорить вести себя максимально лояльно. Но не более того, всё будет от тебя зависеть.

- Допустим. - Бешеный выдохнул дым через нос. - И что я буду должен тебе за такую помощь?

- Ничего особенного. Пригласишь девушку на дискотеку, которая будет сегодня вечером. Только так, чтобы она приняла твоё предложение и не сильно скучала там по возможности.

Он сразу сообразил:

- Лизу?

- Лизу. Она не так опасна, как Виола.

- Тогда почему не сам?

- Уверен, что у тебя лучше получится. И я тоже не хочу лишний раз облажаться.

Тайлер думал и не спешил соглашаться. Вздохнув, он сказал:

- Зачем тебе это, я даже уточнять не стану. Дай ещё закурить.

- Блок "Мальборо" от меня сверху к нашему договору, - Саша также не торопился выполнять его просьбу.

- По рукам! - не раздумывая, выпалил Тайлер и в очередной раз поймал перебрасываемую пачку. Вытащил ещё одну сигарету и спрятал остальное в карман. - Возьму, как аванс. А как насчёт чего-нибудь более весомого? В нашем медпункте сто процентов должна присутствовать огненная вода.

- Не пью и тебе не советую.

- Усёк. Значит, ты у нас из не пьющих и не ебу́щих. Ну а я пошёл готовиться к празднику и нашей афере, если не возражаешь.

Вышел гость тем же путём, как и попал сюда.

Покинув с восходом солнца пределы музкружка, Саша подумал об одной простой вещи, которая обычно отвергается, как что-то неестественное. Быть счастливым – это выбор. И он не такой сложный, каким представляется. Так что мешает побыть счастливым хотя бы ещё один день, просто выбрать это? А потом ещё и ещё, пока опцию с пунктом "счастье" не отберут окончательно.

И он пообещал разрешить себе прожить новый день без лишнего груза на душе. Отбегал со Славяной два круга вокруг лагеря, принял душ и сходил в столовую, где за столом в компании Джейка мило побеседовал с Леной и Лизой. Без заморочек, просто так. Парни заинтриговали девчонок полунамёками о том, что их ждёт сегодня. Ну как минимум Лену, степень заинтересованности Лизы выглядела сомнительно.

На выходе Сашу нашла Мику и поставила в известность, что под конец дня им предстоит отыгрывать концертную программу продолжительностью от двух часов. В этот раз новость не стала чем-то неожиданным. И никто не волновался, ребята немало порепетировали вместе. Лютик успел научиться на гитаре бряцать не хуже, чем на той же лютне. Осталось шлифануть шероховатости, может, в темпе разучить ещё что-нибудь – и готов пионерский концерт. Договорились встретиться вечером, за несколько часов до движухи.

Но до всего этого парням нужно ещё цветы упаковать и вручить их своим "избранницам" с обязательным выполнением ритуала. Саше достался идеальный вариант безотказной девушки, если не брать в расчёт Машу, с которой целоваться ему было бы куда приятнее. Даже Ульяна, которую предстояло поздравить Шурику, выглядела несколько более сложной задачей.

В подсобке Электроник старательно строгал напильником зажатую в тисках деталь, окрашенную в светло-зелёный цвет – магний для салюта. А Лютик при активной помощи Шурика собирал букеты и упаковывал их в полупрозрачную шелестящую обёртку.

- Александр, мы решили по цвету волос букеты составлять, - сказал вместо приветствия бард и протянул Саше красивую упаковку с лентой из преимущественно жёлтых цветов с вкраплениями белого. - Это тебе.

- Ох, нифига себе! Спасибо. - Результат их стараний поистине впечатлял.

- Вам с Джейком спасибо, мы-то что.

- А этот мне, - Шурик показал лежащий на столе огненно-красный подарок. - Надеюсь, уж наших-то получится продавить такими аргументами. А, Саш?

- Почти уверен, что со Славяной и Ульяной проблем у нас с тобой не будет. Но Улька может и взбрыкнуть. Конфет набрал?

- Без них обойдусь.

Рядом располагалась пара букетов, состоящих в основном из синих и оранжевых цветов. Эти, очевидно Электронику, который продолжал сосредоточенно драть деталь и не проронил ни слова. Предстоящее поздравление Алисы, наверное, портило ему всё ощущение праздника.

- Лютик, ты один с упаковкой закончишь? - спросил Саша.

Ответственный за флористику окинул взглядом оставшиеся цветы:

- Да, здесь немного осталось.

- Тогда бросай грызть гранит металла, Эл. Забирай цветы и идём искать наших девчонок. Шурик, и ты давай с нами. Втроём не так страшно будет.

- Идём, - легко согласился светловолосый техник в очках и помог Электронику забрать букеты.

- Виконт де Леттенхов, на вас дождаться остальных и вручить им оружие. Да, и для Виолы собери, пожалуйста, что-нибудь пообъёмнее. Чтобы было что на могилу бесстрашному положить. - Проинструктировал на прощание флориста Саша.

- Не извольте беспокоиться, - успел ответить бард прежде, чем парни отправились на поиски виновниц торжества и последующую экзекуцию Электроника, которая должна была последовать после его попытки поздравить рыжую.

Однако всё вышло совсем не так, как предполагалось изначально. И всё благодаря неумышленной помощи Джейка и Тайлера Дёрдена. Эта парочка ревнивцев успела опередить их троицу в поисках Алисы и занять выжидающую наблюдательную позицию из засады, чтобы посмотреть, как у Электроника получится обрадовать рыжую звезду "Совёнка". Но об этом немного позже.

По пути Саше, Элу и Шурику очень долго попадались только второстепенные или "чужие" девушки. Приходилось уклоняться от встречи с ними, чтобы избежать лишних вопросов, куда они такие красивые направляются. Вернее, с такими красивыми цветами. "Нужных" пионерок нигде не было видно, и они решили отправиться в библиотеку, где гарантированно находилась хотя бы одна из Электрониковских поздравляшек. У него две девчонки, поэтому парни решили сначала найти хотя бы одну из его пары, чтобы дальше находиться в одинаковых условиях.

Компании крупно повезло: в библиотеке они наконец встретили и Ульяну вместе со Славей. Девушки меняли книги и как раз собирались уходить, когда к ним ввалилась троица красавцев с большими шикарными букетами в руках. Ребята быстро окружили пионерок, и Саша сразу засыпал их поздравлениями-комплиментами при посильной поддержке своих товарищей. "Наша радость и красота. Самые милые, добрые и прекрасные девушки в "Совёнке", в Союзе и вообще во всём мире." - Александр умел найти нужные искренние слова, когда нужно. Обе цели были сражены наповал. Славяна и Ульяна так растрогались, обрадовались и смутились одновременно, что после вручения цветов обнимашки и поцелуи смотрелись абсолютно естественным продолжением для обеих сторон. Трое ребят расцеловались с каждой из поздравляемых в щёки по нескольку раз при многочисленных свидетелях. И никто из парней в тот момент даже мысли не допускал, что делает всё это ради зачёта.

Сидящая на своем рабочем месте Женя понаблюдала за происходящим и хотела было по-тихому скрыться между книжными полками, однако выполнить этот манёвр ей не позволили. Библиотекарша сразу предупредила, что целоваться ни с кем не будет. Но Саша на пару с Шуриком уговорили её хотя бы с одним, иначе придётся с троими. Смеющиеся девушки хором поддержали, и под этим общим напором "Женечке" ничего не оставалось, кроме как подчиниться. Эл довольно легко заработал свой первый зачёт по результатам такого милого шантажа, не предполагающего вариантов отказаться. Он поздравлял сам, вся компания тактично отошла, чтобы не мешать и не смущать.

А вот с Алисой друзья Электронику помогать желанием не горели. Саша с серьёзным видом аргументировал тем, что в лагере нет стоматолога, а зубы ему пока ещё не лишние. И Шурик согласился, что в данной ситуации он также бессилен. Один на один с Алисой ребята бедолагу всё же не бросили и продолжили поиски вместе.

Но с выполнением сложного задания, как уже было сказано, Электронику случайно поспособствовали её ухажёры. Они вдвоём следили за своей красоткой с расстояния, чтобы посмотреть, как и что у робкого техника с ней получится. А Алиса их сразу заметила, и когда Эл, краснея, как рак, поздравил, специально сама чмокнула его… в губы! Конкретно так, совсем не по-детски. Может, она и вспыльчивая, но отнюдь не глупая девчонка, ничего не скажешь. Сообразила, как ей лучше действовать и извлечь максимальную выгоду из сложившейся ситуации.

Двое Саш, которые наблюдали, не скрываясь, от увиденного офигели не меньше спрятавшихся поклонников. Но больше всех смутился и поплыл Электроник. Почти заикаясь, он вручил роскошный букет из длинных оранжевых остроконечных соцветий и попросил поцеловать его ещё в щёку (чтобы юридических претензий не было). Бессмертный, честное слово. Такое поведение, бесспорно, заслуживает уважения. Довольная собой Алиса расцеловала Электроника в обе щёки и впридачу позволила точно таким же образом чмокнуть себя. Смотрелось это… более фантастически, чем если бы прямо сейчас в лагере крупными хлопьями повалил снег.

- Ещё нужно с кем-нибудь целоваться? - абсолютно невозмутимо спросила девушка у свидетелей представления. Она упорно делала вид, что не заметила двух прячущихся ухажёров, чтобы не портить себе удовольствие и побесить их ещё больше. И если они в это верили, то им можно только посочувствовать и одновременно поаплодировать актёрскому таланту Алисы.

- Да необязательно, - скромно отказался Шурик.

А Саша решил подыграть:

- Тебе самой как больше хочется? Сегодня ваш праздник – всё можно, ни в чём себе не отказывай.

- Стеснительных насиловать не буду… - Она немного помедлила, переложила удобнее букет, чтобы не мешал, и категоричным тоном почти приказала, обращаясь к Александру: - Иди сюда.

Ну что, сам напросился. "Жертва" подчинилась и была награждена страстным поцелуем взасос. Можно с уверенностью сказать, что так его здесь ещё ни разу не целовали.

- Ты, как всегда, неподражаема. Ещё раз с праздником, бестия. - Отходя от полученных эмоций, Саша приобнял девушку и подмигнул кустам. Дёрден в это время как раз сваливал оттуда, не желая больше заниматься мазохизмом.

С хорошей дозой позитива Саша отправился в медпункт лично поздравить Виолу и выполнить свою часть договора с Дёрденом.

- Мадам, мои искренние поздравления. Пусть праздник и выдуман лагерем, но так как вы – неотъемлемая незаменимая составляющая нашего "Совёнка", то вас он касается в первую очередь. Желаю, чтобы у вас было всё, чего хочется, и даже немножко больше.

- Вирус, ты пьян? - на полном серьёзе поинтересовалась медсестра вместо благодарности.

- Ты что, как можно в такой день? Мы же девчонок должны сначала поздравить, а потом уже праздновать всеми доступными способами.

Такой ответ не снял вопроса о причинах не совсем адекватного поведения пионера, и Виола всем видом показывала, что всё ещё ждёт объяснений.

- Я по делу вообще-то. Есть один вопрос к тебе, и он не совсем праздный. Сможешь честно ответить? - Снова пришлось переждать её молчаливое непонимание. - Виола, ты интерпретируешь себя в первую очередь как андроида или как женщину? - Он тут же исправился: - Как девушку, красивую девушку.

- Первый вариант, - для выбора ответа ей потребовалась доля секунды.

- Блин, я не так вопрос поставил. - Перекручивать уже не имело никакого смысла. - Но сегодня в некотором роде исключительный день, и ты тоже должна сделать исключение.

- Почему должна?

- Ты же часть системы и… - Саше стало неудобно продолжать давить на неё логикой. Сейчас это выглядело неуместно и глупо, упор ведь делается на человеческие чувства. Или хотя бы на их имитацию. - Так, подарка у меня нет, тебе его вручат позже, но…

Он не успел договорить, Виола шагнула к нему и посмотрела в глаза. Она действительно сомневалась, что пионер сейчас не под действием алкоголя или наркотика. По внешним факторам признаки опьянения отсутствовали. Медсестра не успела отойти, как Саша воспользовался моментом, обнял её за плечи и поцеловал в щёку.

- Вот тебе вместо подарка лично от меня. Не ахти что, но зато от всей души.

Она легко успела бы отстраниться и избежать необязательных нежностей, но не стала этого делать.

- Зачем это было? - её тон не выражал эмоций, но и не отдавал обычным холодом. Простое непонимание.

- Я захотел тебя поздравить, как симпатичную мне девушку, и подумал, что ты не будешь против. - Это было правдой, но не совсем, и Саше стало неудобно перед ней и перед самим собой. - Извини, сглупил.

- Вирус, что происходит?

- Я слишком много пионерок за сегодня перецеловал и забыл, что с тобой так нельзя. Извини ещё раз. - Саша понимал, что продолжает закапывать себя всё глубже, выискивая лазейки. Перед ним сейчас не Славяна и даже не Лиза. - Ладно, всё. Возвращаемся к началу, у меня к тебе просьба. Можешь пойти на небольшие уступки? Ради меня.

- Только если сформулируешь внятно.

- Внятно, как видишь, не получается. Ви, я прошу тебя попробовать сегодня побыть в первую очередь просто девушкой, а потом уже всё остальное.

- Странная просьба, - она всё ещё смотрела на парня с недоверием.

- Согласен, но ты же сама хотела, чтобы я начал жить заново. Вот и помоги мне.

- Всё, что в моих силах. - Виола прищурила свои уникальные красивые глаза. - Мы же не чужие друг другу.

- Приятно слышать, у тебя уже хорошо получается.

Тайлер Дёрден оттягивал свой ключевой момент дня и почти до обеда занимался исключительно фейерверком. Его пара букетов, фиолетовый и внушительных размеров разноцветный, всё ещё дожидались в подсобке, пока он в компании техников утрамбовывал в картонные колбы взрывоопасную смесь. Электроник и Шурик уже разобрались со своими девчонками и выглядели значительно веселее, чем их временный руководитель. Никто из компании парней не верил, что Дёрден справится и станет героем дня, ему досталась самая сложная пара в сумме.

Лютик под видом освоения новых навыков пробыл в музкружке также до самого обеда, совместив приятное с полезным. Стоит ли говорить, что он долго поздравлял свою ненаглядную Микулю и легко добился поцелуя в щёку, даже в обе. При желании мог бы поцеловать и в губы. Возможно, так и произошло, но никто этого не видел. И проверять выполнение данного зачёта не было никакой необходимости.

Около полудня он, окрылённый своими успехами, добрался до домика Лизы. Поздравляя, одарил её множеством изысканных комплиментов, читал "неподражаемой восхитительной" девушке стихи. Что-то вроде "Мадонна, … свет солнца и луны пред Вами меркнет… " В общем, кавалер подготовился и вёл себя очень уверенно, но увы. Цветы Лиза приняла, однако ожидаемо ничуть не впечатлилась от сладких речей "искусителя". С ней так не работает. Тактика сразить красивыми словами совсем не в тему оказалась. Начал-то он неплохо, но чем дальше, тем становилось хуже прямо на глазах. Лютик не предпринял попыток поцеловать холодную непробиваемую девушку и не отважился хотя бы попросить. В итоге ни он, ни Лиза особого восторга от таких поздравлений не испытали. И ловелас, кстати, существенно разочаровался в незнакомке, узнав её поближе. "Лютик, блядь!" - как сказал бы Геральт. А Лизе можно только посочувствовать, что ей достался такой максимально неподходящий персонаж. Но если откровенно, то шансы с ней у любого были бы минимальны.

Закончив с праздничной иллюминацией, Дёрден взял фиолетовый букет и ушёл лениво расхаживать по лагерю в расчёте встретить Лену. Когда их встреча состоялась, его словно подменили. Дёрден поздравил деликатно и вместе с тем искренне. Скорее всего, удачно притворился, но тем не менее. Слова правильные нашёл про скромность девушки, её красоту, загадочные зелёные глаза и сумел сказать всё это без капли лести. Даже на колено встал в момент вручения цветов и посетовал, что такой подарок – меньшее из того, чего она достойна. Очень красиво и проникновенно получилось. Браво, просто браво! Жаль, что никто не видел, они в этот момент были одни на обрыве у озера. Само собой, Дёрден не постеснялся, поднявшись на ноги и подарив смутившейся Лене букет, спросить разрешения поцеловать её в щёку. И та, опустив глаза, кивнула. Бесспорно, это был самый трудный и заслуженный +1, в отличие от всех вышеописанных.

Но самая интересная, с позволения сказать, девушка, ждала впереди. Нельзя сказать, что пионер Тайлер Дёрден шёл в медпункт, как на казнь. Со страхом он на "Вы", однако определённый мандраж присутствовал. Не было уверенности, что он сможет так же красиво и с шансами на благодарность поздравить медсестру, как Лену. Отсутствие уверенности порождало сомнения: зачем тогда вообще всем этим заниматься? Но совсем не попытаться означало бы признать, что он как раз струсил. И это совершенно недопустимо, раз уж даже слюнтяй из кружка юного техника не спасовал перед Алисой.

Как ни странно, никто не удосужился сопровождать его, и возле медпункта не нашлось ни одного наблюдателя. Поверят на слово? Крайнов сказал, что уж про Виолу в любом случае станет известно. Очень странный тип – такое мнение, если вкратце, сложилось у Дёрдена в отношении Александра. Оставалось надеяться, что этот пионер с подозрительно широким набором возможностей сдержал обещание и поговорил с женщиной-вамп в белом халате. Такое не проверить, разве что по итоговым результатам, да и то относительно. Дёрден уже начал жалеть, что пошёл на сделку, но чего не сделаешь ради блока Мальборо. Кстати, в ближайшее время нужно срочно выяснить происхождение этих сигарет.

- Проходи, что застыл? Чем обязана? - такими словами Виола встретила гостя.

Опыт общения и желания контактировать с медсестрой у всех парней, кроме Александра, находился на уровне "лучше лишний раз не лезть". Однако приветствие от неё прозвучало вполне располагающе, чем Дёрден не замедлил воспользоваться. Но он так и не нашёлся, как к ней лучше обращаться.

- Мне выпала честь (или наказание, если называть вещи своими именами) поздравить вас от лица мужской половины лагеря. Вот, это вам, - пионер достал из-за спины большой букет цветов в розово-голубых тонах.

Цветы выглядели как минимум роскошно, как максимум – умопомрачительно. В составлении прелести успели принять посильное участие все мальчики без исключения. Да, они не хотели помогать Дёрдену, но все почему-то изъявили желание угодить Виоле. Кто бы знал, откуда взялось такое общее желание, но оно присутствовало.

И хладнокровная медсестра оценила их коллективные старания:

- Какое чудо. - Она наклонила голову и едва заметно улыбнулась. - И чем же я заслужила такой шикарный подарок?

Пионер не стушевался, тут же вручил букет и произнёс:

- Кто ещё, как не вы, достоин подарков в знак признательности и восхищения. Настоящий профессионал своего дела, к тому же исключительно привлекательная девушка – это большая редкость. Нам повезло, что у нас в лагере есть такая медсестра, как вы. - Молодец, произнёс всё ровно и уверенно и даже смотрел при этом в глаза, а не пониже – в неприлично глубокое декольте медхалата.

- Спасибо, приятно слышать. Тронута. - Враньё, сто процентов. Но обещание держит, вполне правдоподобно прозвучало.

Виола поставила цветы в воду на край стола, а пионер так и остался стоять на месте. Она заняла одну из своих фирменных раскрепощённо-вызывающих поз и спросила чуть томным голосом:

- Что-то ещё хочешь мне подарить?

Не помешало бы сейчас махнуть наркомовские сто пятьдесят грамм нашему герою для храбрости. Но он и без них рискнул:

- Могу я поцеловать вас в щёку?

- Меня? В щёку? - и она положила свой изящный подбородок на согнутую кисть левой руки. Выжидательно посверлила пионера взглядом, извлекла из нагрудного кармана стильные очки и закусила одну дужку между зубами.

Дёрден не провалился сквозь землю, не пошёл на попятную и даже не покраснел:

- Ну да.

- Если сможешь. - Её ответ не означал ни да, ни нет. Но Виола спрятала очки обратно и разместила обе руки на столе по бокам, прислонившись к нему пятой точкой.

Чем думает Дёрден, никому не известно. Но его безрассудность в данном случае помогла справиться с заданием, которое он сам же и придумал изначально. Пионер подошёл, чмокнул Виолу в левую половину лица и остался стоять на месте, не рванув наутёк сразу после своего подвига.

Побыстрее покинуть помещение ему помогла сама медсестра, убедительно играющая роль богини искушения:

- В деле ты не настолько впечатляешь, как на словах, пионер. - Она выпрямилась и поправила свой халат.

Вот и всё. Было совсем не больно и почти не страшно.

- Сложно пришлось? - поинтересовался появившийся из изолятора Саша, как только они остались одни в медпункте.

- Проще, чем с тобой.

Вот и понимай, как хочешь. Но как минимум никто не в претензии – уже неплохо.

Скромность – дело хорошее. Но сегодня, на отдельно взятом примере, получается, что лучше быть бессовестным балбесом, чем культурным правильным парнем.

Последний, Джейк от всей души поздравил вожатую, цветы подарил, и она даже обняла его в качестве благодарности. Что помешало спортсмену попробовать сделать невинные чмоки-чмоки с разрешением или даже без – совершенно непонятно, ведь сам же отважился взять на себя вожатую вместо Лены. И по морде получать не боится, а тут вдруг стесняться начал. С чего бы, если Ольга Дмитриевна ничуть не грознее Алисы. Может, всё дело в разнице в возрасте? Как бы то ни было, второй незачёт на всю мужскую компанию, откуда не ждали. Не так и много, по большому счёту.

Парни собрались на подведение итогов, как и договаривались, около трёх часов дня в том же штабе, что и раньше.

- Ну, признавайтесь, кто не справился? - спросил первым весёлый Электроник.

- А ты чего такой довольный? - с заметным раздражением цыкнул Дёрден.

- Есть от чего, - улыбка на лице кибернетика стала ещё шире.

- Я не поцеловал. - Первым сознался спокойный Джейк.

- Братан, как так-то? Дмитриевна не в настроении была? - Расстроился за неудачу друга Александр.

- Нет, сам сглупил, - виновато пожал плечами скромник.

- Мои соболезнования, качок. Молись, чтобы моя фантазия не вернулась из отпуска. - Не стал скрывать радости Дёрден.

- А у самого как дела? - поинтересовался Саша.

- Две из двух.

- Да ну?

- Гну.

- Ладно. Лену где целовал?

- Возле пляжа, под деревом. Тет-а-тет. Выпытывать у неё я бы не советовал. Ни к чему лишний раз смущать хорошую девушку. - Слышать такие слова от Дёрдена было по меньшей мере непривычно.

- И что, мы ему так просто на слово поверим? - не согласился недоверчивый Шурик. - У нас троих хотя бы свидетели были.

- А кто тебе помешал присутствовать в качестве свидетеля, профессор? - Дёрден прикурил сигарету и бросил пустую пачку в ведро у стены.

- С Виолой справился, это я знаю, - начал было Саша.

- Откуда? - не успокаивался Шурик.

- Поделилась в доверительной беседе. Не веришь – переспроси ещё раз лично. - Не получив ответа, он обратился к Лютику. - А ты что молчишь, герой-любовник? У тебя тоже всё красиво?

- Нет, хвастать нечем. С Лизой, к сожалению не получилось, - глубокий грустный вздох разочарования.

- Значит, ты и Джейк по одному желанию должны. - Подытожил Электроник.

- И какое будет желание? - обречённо спросил несостоявшийся коллекционер девичьих сердец пионерлагеря.

- Успеем определиться на досуге. Пошли к Маше, нам ещё концерт рожать сегодня. - Закончил заседание мужского клуба Александр.

Глава 13. Ну как же без дискотеки

Вся пятёрка музыкантов в полном составе: Мику, Алиса, Ульяна, Саша и Лютик, ещё раз собрались на окончательную репетицию под вечер, за пару часов до начала шоу. Пока последний из названных тискал гитару по отдельной программе, остальной квартет бацал очередной синт-рок. Такой музыки в голове Александра завалялось предостаточно, хватало из чего выбирать. Пока без слов, берегли голосовые связки ведущей солистки Мику, они ей скоро ой как понадобятся. В этот раз музицирование проходило без зрителей, которые тоже готовились, но по-своему.

Добросовестно исполнив первый прогон, на повторном Саша развалился на стуле и только лениво нажимал нужные кнопки на пластиковой панели, когда надо. Записал свои отыгрыши, и дальше можно не напрягаться – синта всё сама сделает. Один раз прошло нормально, но на следующем заходе Алиса не стерпела:

- Может мы на магнитофон всё запишем и вообще не будем мучаться?

- А что не так? - невозмутимо ответил клавишник. - Я где-то в ритм не попал, или инструмент как-то не так в записи звучит?

- Да мы тут просто пытаемся живую музыку играть, если ты не заметил. А ты вместо неё фанеру толкаешь!

- Потому что моя подружка позволяет так делать. Не заводись, вечером такого не будет, мы с ней отыграем по-взрослому.

Остальные не вмешивались, но симпатии Мику, Ульяны и переставшего дёргать струны Лютика были явно на стороне Алисы.

- Зато я не позволяю! Мы потеем, а ты, как на курорте.

Саше надоело прогибаться:

- Ржавая, я не понял суть наезда. У тебя ПМС начался? Я эту музыку от и до знаю и с закрытыми глазами сыграть могу без тренировки. Для вас же стараюсь.

Здрасьте, приехали. Только недавно взасос целовались и вот-вот подерутся. Градус накала мгновенно взлетел до предела. Алиса сбросила с плеча гитару и направилась к наглецу.

- Я вижу, что кому-то сильно зубы жмут!

- И ещё два глаза – роскошь. - Он с нетерпением ждал продолжения, ничуть не поменяв вальяжной позы.

- Ребята, да вы что? - Мику в испуге не могла справиться с ремнём своей электрогитары, чтобы вмешаться.

Лютик вскочил на ноги, но догнать рыжую он просто не успел бы. Оперативнее и грамотнее всех отреагировала Ульяна. Мала́я мгновенно оказалась между синтезатором и разъярённой Алисой и расставила в стороны руки с барабанными палочками:

- Брейк. По углам!

- Уля, отойди. Он мне сейчас ответит за свой выпендрёж! - Алиса шагнула вплотную, и палочка в руках Ульяны уткнулась ей в грудь. Аккурат между грудями, что вызвало непроизвольную улыбку Саши. А фурия вскипела ещё сильнее: - Что лыбишься, ушлёпок?

Ульянка быстро положила инвентарь на синтезатор и перевела вторую руку в направлении Алисы в попытке удержать её на месте. Тут и Мику с Лютиком вовремя подоспели.

- Сань, извинись, - пропыхтела Ульяна, изо всех сил стараясь остановить рыжий локомотив.

- Почему я должен извиняться?

- Потому что я прошу.

- Ну Саш… - тихо сказала Мику, осторожно придерживая Алису за руку.

И согласный с коллективом Лютик молча кивнул.

- Алиса, извини. - Саша поднялся из-под прикрытия "Ямахи". - Перебор с моей стороны.

- Будешь играть, как все? - всё ещё красная Алиса чуть сбавила напор.

- Я постараюсь не халтурить. Мир? - он протянул девушке руку.

- Живи пока, - она с лёгкостью хлопнула по его ладони, - повезло тебе, что у нас запасного клавишника нет.

- Обними́тесь, - безапелляционно заявила Ульяна. - Или я с вами выступать не буду.

- Видишь, до чего довёл? - прошипела Алиса.

Им ничего не оставалось, как со всей трепетной нежностью прижаться друг к дружке. Саша не упустил возможности очень тихо спросить на ухо:

- Так всё-таки ПМС, да? - За что пионерка тут же сильно ущипнула его за бок. И пришлось терпеть – мирятся же.

В итоге всё закончилось благополучно, ещё один хит ребята освоили. До начала мероприятия, посвящённого аналогу летнего 8 марта и называемого вожатой танцами, а молодёжью – дискотекой, оставалось немногим больше часа. Музыканты сновали по музкружку, как муравьи, собирая свои инструменты и проверяя, чтобы ничего не забыть.

Алиса командовала выделенными в помощь пионерами. Вручив им общее имущество в виде колонок, усилителей, проводов, пары микрофонов и прочего, она отправила помощников со всем этим добром на площадь.

- Упаси вас господь что-нибудь потерять или уронить. Это будет ваш последний день в лагере, когда вы могли наслаждаться беззаботным отдыхом! - Такое напутствие получили грузчики, спешащие удалиться подальше от рыжей командирши.

Следующим под раздачу попал только что присоединившийся к ним Джейк, который тенью пристроился недалеко от огненной пионерки.

- Так, теперь ты, красавчик, - она одарила парня фирменной хищной улыбкой. - Со своей гитарой я как-нибудь сама справлюсь. А ты давай к Ульяне, помоги ей с установкой.

Джейк с готовностью послушно принялся заниматься барабанами в компании младшей участницы группы.

- А где Микуля? - обеспокоенно спросил припозднившийся после переодевания Лютик и тут же поспешно добавил: - Всем ещё раз доброго вечера.

- Здарова, Лютый, давно не виделись. Прихорашивается твоя зазноба, не волнуйся. Помоги мне с синтой пока. - Прежде, чем Лютик успел что-либо ответить, Саша потащил его к приготовленному для транспортировки инструменту.

- Может, подождём её? - неуверенно произнёс стажёр, взявшись за край внушительных размеров "Ямахи".

- Нет, - категорично отрезал главный. - Поехали, успеешь еще налюбоваться на свою красоту.

Довольные Алиса с Ульяной перемигнулись, а парни потащили массивный прямоугольник с двумя рядами чёрно-белых клавиш в направлении площади.

- Осторожнее там! - хихикнула ударница.

И тут же с порога раздалось:

- Ёбт, ну Лютый! Смотри под ноги, не картошку несёшь! - Видимо, помощник споткнулся на ступеньке.

Девчонки расхохотались в голос, Джейк лишь хмыкнул и пошёл следом за ребятами, прихватив с собой два самых больших барабана.

Несколько ходок спустя Джейк и Лютик перетаскали все оставшиеся атрибуты. Саша к тому времени уже подключил синтезатор и проверял звук.

- Как оно? - деловито поинтересовалась подошедшая с гитарой за спиной Алиса. Она уткнула руки в бока и цепким взглядом оценивала площадку, на которой им предстояло играть.

- Порядок, распаковывайся, - подыгрывая в такт мощному биту, который выдавала "Ямаха", бросил ей в ответ Саша.

Пока пальцы его левой руки бегали по клавишам, правой он одновременно в рассинхрон набивал теннисный мяч. Сложное, необходимое клавишнику упражнение на координацию, скоро ему потребуются обе руки, умеющие работать независимо одна от второй.

- Оу, оу, оу! - в знак одобрения громко подхватила басистка, вспомнив выдаваемую синтой мелодию, которую уже слышала. Двигая талией и бедрами, она сбросила свою гитару. - А вот и опозданцы.

Прибыли Мику в обнимку с Ульяной.

- Приветик, ребята. - Маша выглядела просто умопомрачительно. Пионерка расплела свои хвосты, её длинные густые волосы необычного цвета ниспадали лёгкими невесомыми волнами почти до колен, полностью укрывая спину девушки. В юбке мини, короткой кожаной красной куртке, ярко контрастирующей с цветом волос, она смотрелась очень оригинально и неподражаемо. Крупные яркие блёстки сверкали вокруг тонких бровей главной заводилы предстоящего вечера, оттеняя синие озёра глаз.

- Оу, оу, оу! - продолжала под Сашину музыку Алиса и двумя пальцами захлопнула отвисшую нижнюю челюсть Лютику. - Аккуратнее, так и вывих получить не долго.

Рыжая, расчехляя гитару, не прекращала двигаться в ритме танца. К ней присоединилась Ульяна. Девчонки разогревались, вращая своими пятыми точками. Они то сближались, соприкасаясь попами, то удалялись, метали глазами молнии и смеялись от души.

Саша зажал нужную комбинацию кнопок и оставил синтезатор играть заряженный минус самостоятельно. Сочные ударные переплетались с клавишными, рождая зажигательную мелодию, под которую и продолжали отрываться две подружки-зажигалки, периодически выкрикивая "Оу, оу, оу!" Дискотека ещё не началась, а отрыв уже набирал обороты. Мику весело улыбалась, глядя на творящееся представление.

- Привет, Маш, - Саша приблизился к красавице и чуть коснулся щекой её щеки в знак приветствия. - Шикарно выглядишь.

- Спасибо. Ты тоже на уровне, - она ещё раз улыбнулась. Шок влюблённого Лютика, всё ещё не решившегося подойти к объекту своего обожания, легко понять. Мику была ослепительна, настоящая юная богиня.

- Выведи из ступора своего протеже. Сейчас сознание потеряет, - с улыбкой посоветовал Саша.

Они подмигнули друг другу, и Мику ушла к Лютику, а Саша в сторону аллеи. Укрывшись в тени деревьев, он прикурил сигарету. Подумал о том, что не мешало бы заправиться веселящей жидкостью, чтобы сбросить лишнюю возможную скованность, но уже слишком поздно этим заниматься. Дурацкая привычка, ведь он не то, что пионерскую дискотеку – свадьбы сколько раз отыгрывал. Но там как раз трезвым уходить получалось редко.

- О! Там уже движ вовсю идёт! - послышался громкий голос Дёрдена со стороны дорожки.

Саша повернулся и увидел его в компании высокой пионерки. Пара неспеша вышагивала в направлении площади. Лиза была одета в светлый топ и короткие облегающие шорты. Довольно откровенный наряд для не любящей привлекать к себе внимание девушки. Длиннющие стройные ноги обуты в бандажные босоножки, тёмные волосы распущены и слегка завиты. На лице неброский, идеально подходящий ей макияж, с акцентом на брови и особенно ресницы запредельной длины под стать росту девушки.

"Прихорашивалась? Ну демон изворотливый, и как у него получилось раскрутить её на такое?" - Уголёк сигареты обжёг Саше пальцы, он негромко четырхнулся и дёрнул рукой. Поинеры не заметили его и проследовали дальше.

- Меня за тобой отправили. Что ты тут делаешь? - спросил спонтанно нарисовавшийся Лютик.

- Курю я тут, - пионер поджёг очередную сигарету вместо потраченной впустую. - Время есть, успеем.

- Табак?

- Подразумевается, что да. На самом деле – смесь всякой дряни, табака в ней минимум. Будешь?

Лютик с интересом посмотрел на протянутую ему открытую пачку с десятком белых палочек внутри и отказался от предложения.

- Вот чудо, инструмент сам играет. Я думал, что магия в этом мире не существует, - поделился он своим удивлением от возможностей новой Ямахи.

- Никакой магии и колдовства. Обычный механизм. Лютня или гитара так не могут, а синтезатор может, но для начала нужно всё равно самому сыграть. - Удивление у собеседника не исчезло, пришлось уточнить. - Шарманка, слышал про такую? Тоже сама играет, - привёл пример Саша.

- Но там ручку крутить надо, - неуверенно возразил Лютик.

- А здесь вместо ручки ток. Электричество. - Более опытный пионер махнул рукой и растёр окурок о землю. - Не заморачивайся, со временем врубишься. Нажми на кнопку – получишь результат, и твоя мечта осуществится, - процитировал он строчки из песни группы "Технология".

- Ну что же ты не рад, тебе больше не к чему стремиться…

"Интересно. Откуда он знает?" - Саша вопросительно поднял глаза.

Лютик пояснил:

- Микуля учила меня по этой песне, я запомнил. Красивые слова, правильные.

- Согласен, есть такое.

Песня вышла в 91ом году, этот факт он точно помнил. Получается, сейчас в их лагере 1991ый, как раз накануне развала Советского союза. И в преддверии краха системы. Символично, даже слишком.

- Ладно, идём, - не слишком весело вздохнул Саша. Средневековый музыкант поплёлся следом за ним. - Да не тушуйся ты, соберись. Всё нормально будет, ты только на игре сконцентрируйся и на Машу поменьше пялься. - Саша по-дружески хлопнул совсем потерявшегося парня по плечу, а тот лишь виновато улыбнулся в ответ.

Разношерстная прекрасно сыгранная музыкальная компашка заранее не обговаривала и чётко не планировала программу выступления. Саша на правах негласного лидера коллектива предложил играть, как пойдёт, по настроению. Такого плана, а точнее его отсутствия, и решили придерживаться.

- Всем хорошего вечера, друзья! - громко поприветствовала лучезарно улыбающаяся Мику заполнившую площадь пионерскую толпу. Подождала, пока смолкнет ответный свист находящейся в предвкушении пионерии. Солистка улыбнулась ещё шире и мягко покачала двумя ладонями вниз, успокаивая шум. - Как вы все, наверное, знаете, у нас сегодня свободная праздничная программа, поэтому предлагаю начать без разогрева. - Мику состроила хитрую гримасу на своем милом личике. - Что самое прекрасное в мире?! - Послушав несколько секунд гулкий ропот из толпы, она звонко прокричала в микрофон: - Девчонки!!

Красотка в двух словах шепнула, с чего хочет начать, и легко понявший её клавишник, роль которого по логике исполнял универсал Александр, в полтона набил стартовый проигрыш мелодии. Мику напела на русском:

- Если бы все короли посадили на трон своих королев,

Мы бы открыли шампанское и подняли тост

За всех королев, кто сражается в одиночку!

Малышка, ты танцуешь не одна!

Мику сделала глубокий вдох:

- Погнали дальше в оригинале! За нас, королевы!!

Синта, поддерживаемая мощными ударными от Ульяны, рванула окружающее пространство звонкими заводными звуками.

И без задержки Мику выдала на одном дыхании своим неподражаемым голосом без малейшего акцента:

- If all of the kings had their queens on the throne

We would pop champagne and raise a toast

To all of the queens who are fighting alone!

Baby, you're not dancing on your own!

Алиса, свободная от гитарного подыгрыша на этом трэке, умело оттеняла звезду вечера бэк-вокалом, где необходимо. Она учила в школе немецкий, но ради такого дела потратила немало времени, чтобы подтянуть свои знания в другом иностранном языке и поработать над произношением.

Ульяна, закусив в углу рта кончик языка и развернув бейсболку с аббревиатурой USSR козырьком на затылок, без тени стеснения лупила ударную установку.

Лицо клавишника, скрытое солнцезащитными очками, особых эмоций не выражало. Русоволосая коротко стриженная голова едва заметно двигалась из стороны в сторону в такт ритму, пальцы обеих рук уверенно топили на клавиши синтезатора. Куда он смотрит, и какое у него настроение – прочитать невозможно.

А Лютик пока отдыхал ближе к Генде, хотя вполне мог себе позволить пойти потанцевать и пофлиртовать с какой-нибудь несмышлёной пионеркой.

Дальше Мику решила продолжить более лирической, но также далеко не медленной композицией "Нежные слова." Типичная "колбаса" в стиле 90х. Но песни о любви в исполнении аквамариновой, какими бы они ни были, всегда звучат как-то особенно сильно и по-настоящему.

Взявшая хороший темп со старта дискотека после пары-тройки треков продолжила разгоняться уже при непосредственном активном участии Лютика или Лютого, как называл его Саша. То, что мастер баллад умеет петь не только душещипательные темы, стало для всех, кроме Мику естественно, большим сюрпризом. Эта парочка прекрасно спелась во всех отношениях, и за предоставленное время пионерка с японскими корнями неплохо подтянула вокальный диапазон Лютика. Второй вокалист совсем не терялся от быстрого темпа и вместе с обворожительной партнёршей на достойном уровне исполнил два техно-хита "Дай мне сил для шага вперёд" и "Мимо меня".

Отдельные строки звучали из уст Мику особенно сильно:

"Ничего не вернуть назад

Ни красивый жест, ни случайный взгляд

Только заново начать

Что тоже не вечно.

Сколько мимо людей прошло

С кем-то не судьба

С кем-то повезло

Сотни тысяч раз...

И только один шанс..." - ну прямо как гимн "Совёнка".

"И в одиночестве среди толпы счастливых

Как междометия среди дежурных фраз

Две покалеченные болью половины

Кричат на небо, где им выписан отказ", - тоже знакомый грустняк.

Несмотря на не совсем весёлый текст, оба трека звучали максимально заводными, и под шикарный голос Мику отдыхающие отрывались вовсю, отплясывая дикие танцы под такую же музыку. На этих темах успели отдохнуть Алиса и Ульяна. Саша в тандеме со своей синтой легко и уверенно справился с музыкальной поддержкой без их помощи в соло.

А затем настала очередь звёздного часа Алисы. Под неё в репертуаре Александра имелась как нельзя лучше подходящая ей песня "Контроль", особенно припев:

"Перестань играть в слова

И рот закрой

Не испытывай мой внутренний контроль

Контроль!

Я не буду повторять «Иди домой!»

В голове звучит «Да что не так с тобой?»

Контроль, только контроль!"

Музыкально в треке основная партия принадлежала бас-гитаре в руках солистки. Джейк с Тайлером растеклись по танцполу за те недолгие три минуты, пока рыжая отжигала свой хит. Но басистка не видела этого, поглощённая исполнением. Смотрелась и слышалась она очень сильно, настоящая Сюзи Кватро.

Песня Алисы стала первой, в которой уже у Саши появилась возможность взять паузу и немного перевести дух. Музыка игралась в две гитары и ударные от Ульяны. Несмотря на немалую нагрузку, которая легла на клавишника в отыгранной с его постоянным участием программе, он смотрелся абсолютно не уставшим. На всех песнях, играя, он двигался исключительно за счёт рук, головы и совсем немного корпуса на особенно заводных быстрых темах и редко отрывал скрытый тёмными очками взгляд от полотна инструмента. Какой бы ни был темп, ускорялись только эти части тела, в остальном клавишник оставался практически неподвижным. Казалось, ему абсолютно всё равно, что играет, за всё время он ни разу не улыбнулся. И глаз не разглядеть, потому что мощное освещение сцены позволяло не снимать фирменные солнцезащитные "Адидас" даже после захода солнца.

Наиболее продолжительные паузы между композициями Саша умудрялся заполнить чем-нибудь максимально сложным по звучанию. Новая "Ямаха" мало в чём уступала его синтезатору, который будет сделан лет на тридцать позже. Саша выжимал из предоставленного инструмента всё, на что тот был способен, и это приводило в неподдельный восторг не искушённых такой музыкой советских пионеров. Даже его коллеги по диско-цеху иногда удивлялись, хоть уже успели наслушаться много чего за время совместных репетиций.

К небольшому перерыву, который взяли музыканты, присоединился и Саша. Чтобы расслабить руки, он присел на стул, вытащил из кармана теннисный мяч и принялся постукивать им о дощатый пол наскоро сколоченного подобия сценической площадки посреди площади. Неплохо было бы, чтобы рук у него было если не восемь, как у паука, то хотя бы четыре. Успевать на одном синтезаторе держать ритм и многообразие сложных мелодий без незаменимой поддержки заранее заготовленных вставок непросто. Тем не менее, получалось почти идеально, парень был доволен. И собой, и своей новой подружкой "Ямахой". Сочный звук, чёткий, максимально внятный отклик, многообразие её возможностей, и обе руки с десятью пальцами под управлением головы выдавали на выходе вполне качественные вещи.

Впервые возникшая надолго тишина не вызвала одобрения у юных колбасёров, и толпа, разогретая зажигательными треками, требовала продолжения. Сразу возникла мысль исполнить что-нибудь от "Сектора", который на данное время уже должен быть известен, но в итоге выбор пал на более серьёзную музыку. "Ладно… Шатать, так шатать по-полной. Посмотрим, как боты на взрослые песни реагируют, которые уже могли слышать", - прикинул про себя Саша и позвал Лютика, опять заскучавшего неподалёку от увековеченного в камне Генды.

Около минуты заняло повторное инструктирование, когда и каким образом нужно включать фоновый шум на синтезаторе для усиления музыкального эффекта и скрадывания недостатков голоса исполнителя. Потом Александр буквально парой слов обозначил коллегам, что они будут играть дальше. Уже отрепетировали, проблем быть не должно.

- Шикарно! Следи, чтобы голос не дрожал, Сашкен, - напутствовала в бой Алиса.

- Постараюсь, мэм, - Саша воткнул в усилитель акустическую шестиструнку и подошёл к стойке микрофона с гитарой наперевес. - Кхм... немного сменим обстановку и отдохнём от танцев. Пионеры, группу "Кино" знаем?

В ответ послышался одобрительный гул, преимущественно от мужской половины лагеря. Удовлетворённо кивнув, Саша растёр пальцы рук в кулаках и продолжил:

- Из последнего. В таком музыкальном исполнении вы не слышали, гарантирую. Строго не судите, до уровня Виктора Робертовича Цоя мне далеко, но музыка затащит.

- Давай, Саня, мы поддержим! - донеслось из толпы. Прозвучало довольно неожиданно. Боты, оказывается, неплохо заряжены. Значительно лучше, чем в стандартной версии лагеря, как уже было замечено после волейбола.

- Спасибо. Песня называется "Стук". Кто знает, подпеваем на припеве, не стесняемся.

По классике жанра завела мелодию гитара в руках Александра. Он играл боем, копируя манеру игры легендарного Цоя. Два движения вниз-вверх сомкнутой ладонью, затем удар по струнам раскрытой пятернёй. В полсилы его поддерживала барабанным тактом неутомимая Ульяна. Она решила повыпендриваться и отбивала дробь скрещёнными руками, соприкоснув стянутые чёрными эластичными бинтами запястья, и включилась на полную, когда в нужный момент одновременно присоединились гитары Алисы и Мику и шум синты, за которую отвечал Лютик.

После усиления музыки всеми доступными средствами публику начало качать, ещё на проигрыше до слов. Причём почти всех, включая самых скромных девчонок. Голос у Саши не дрогнул, но он старался петь не слишком громко, чтобы разница в исполнении не была такой очевидной. А на припеве площадь загудела вместе с исполнителем, почти заглушив его:

- Но странный стук зовёт в дорогу

Может се́рдца, а может стук в дверь

И когда я обернусь на пороге

Я скажу одно лишь слово «Верь!»

Знающих текст песни оказалось немало, и последнее слово многоголосым единым громом буквально сотрясло душный воздух и громким эхом раскатилось далеко по округе. Энергетика песни рвала на части как музыкантов, так и слушателей. Насколько это было неожиданно, настолько же потрясающе и совсем не похоже на пионерскую дискотеку. Атмосфера больше напоминала рок-концерт с соответствующей публикой. И это не могло не радовать исполнителей, не ожидавших такой сильной ответки.

Поймав настроение толпы, Саша поменял акустику на электрогитару и предложил троице девчонок продолжить очередной совсем не танцевальной но вполне простой для восприятия рок-композицией. На многочисленных совместных репетициях они так сыгрались, что прекрасно понимали друг друга с полуслова.

- И наш скромный бэк-вокал на припеве? - уточнила Алиса.

Саша утвердительно кивнул, довольный от ощущения полного взаимопонимания с ними.

Объятая дерзким рисунком пламени бас-гитара рыжей взревела первой тяжёлыми хриплыми звуками, без предупреждения и анонса следующей песни в микрофон. Саша и Мику незамедлительно поддержали в нужном месте своими электрогитарами одновременно с ударами Ульяны по барабанам. Зрители притихли, слегка разинув рты от такого жесткача, а их головы начали покачиваться в такт музыке с первыми словами, которые Саня быстро чеканил в микрофон. С его чувствами максимально совпадает, музыка рвёт, можно не сдерживаться:

- Помню улицу и каждый двор

Где росли судьбе наперекор

Когда наша жизнь была проста

Когда у каждого была мечта.

Но район изрядно постарел

Дети выросли, с кем я взрослел.

Сколько судеб сгубил

Это чёртов мир!

Как же тааак?!!

Всё ушлооо!

Лишь тоскааа о былом

Кто же знааал

Как идтиии

Что нас ждёооот

Впередиии!

Мику и Алиса заканчивали почти каждую строку громким "О-уооо!" вплоть до припева, на котором они стали подпевать, помогая вокалисту вытягивать более высокие ноты.

Отвлечённая от танцев пионерия не возражала свалиться в бешеный отрыв. Слов песни никто из массовки не мог знать, однако музыка и текст идеально ложились в дух тинейджерского бунтарства. Не прогадали музыканты с репертуаром.

Добивающий куплет звучал чересчур траурно, однако звуки старого доброго хорошего рока и бодрый темп самой песни скрашивали её невесёлый смысл:

- У одной был шанс покорить весь мир

Но забросив всё, обзавелась детьми.

У другого как всегда работы нет

Только лишь гитара или пьяный бред.

Кто-то затянул себе на шее трос

Кто-то получил последний передоз.

Кто убит, кто сидит

Жизнь нас не щадит! - И припев в три глотки два раза через гитарное соло от Мику на десерт.

Выдержав непродолжительную паузу, чтобы немного остыть, взбудораженная Алиса крикнула в микрофон:

- Черти, круто было?!!

В ответ прогремел оглушающий рёв и одобрительный свист с утопающими в нём возгласами "Давайте ещё!" Шум продолжался очень долго, музыканты бесконечно наслаждались его заряжающей энергетикой.

Ульяна прервала экстаз и, смахнув редкие капли пота со лба, обратилась к группе:

- А давайте дальше ту прелесть сбацаем, про то, что мы все разные. Наша Мику очень выразительно поёт, как раз под смысл текста. - Она имела ввиду красивый симфо-метал "We are the others" с синтовой подложкой. Перевод оригинала с английского Саша сам написал.

В основу этого хита легла реальная история, а именно жестокое избиение молодой девушки Софи Ланкастер толпой гопников летом 2007го в Англии. Причиной послужил внешний вид девчонки, одетой в готическом стиле. От полученных травм она скончалась через две недели, не выходя из комы. Законное наказание настигло ублюдков, но человека этим не вернёшь. "We are the others" звучит очень воодушевляюще, и сложно поверить, что такая бодрая песня посвящена столь трагическому событию.

Идеальное сочетание синты и метала вкупе с предысторией рождения хита и подтолкнули Сашу в своё время выучить его. Во время репетиций в музкружке он не удержался и рассказал коллегам эту историю. Само собой, опустив подробности с датами. Трио девчонок, как и Лютик, были тронуты до глубины души, прониклись и полюбили песню ещё больше.

- Спасибо за вашу энергию, друзья! - поблагодарила в микрофон публику Мику. Подождав немного, она сказала намного более спокойным тоном: - Следующая песня о том, что все мы разные. И очень хотелось бы, чтобы каждый старался относится с терпением и пониманием к проявлениям индивидуальности окружающих, даже если нам и не нравятся некоторые вещи… Мы уникальны!

Мысли об изгоях заставили Сашу вспомнить о той, из-за которой по сути он и подписался на всю эту движуху с живой музыкой. Он легко нашёл глазами в толпе высокую фигуру Лизы. К року Лиза относится положительно, на последних песнях она немного ожила и уже не так очевидно скучала в стороне. Девушка находилась в компании своей новой хорошей подруги Лены. Также и Джейк по просьбе друга старался неназойливо держаться поближе, чтобы не оставлять её в одиночестве в случае чего. Всё равно его рыжая зазноба занята на весь вечер игрой на гитаре.

Попытки Саши сделать, чтобы Лизе было так же круто, как в их прошлую бесконечную смену, были искренними, но всё происходящее не сильно грело. Очевидно, что без его личного участия в процессе вряд ли что-то получится. Отмазка. Показуха. Разве что Дёрден мог бы в теории как-нибудь расшевелить гордую девушку со сложной судьбой, но это явно не входило в планы бешеного. Хреновый из бывшей «Альфы Совёнка» сводник в данном конкретном случае получился.

- Саня! - Ульяна дотянулась барабанной палочкой до "Ямахи" и постучала по краю. - Уснул? Начинай.

Саша бегло обвёл взглядом Алису и Мику, ожидающих только его, и плавно нажал на клавишах первые мягкие ноты песни. Несколько секунд синтезатор в одиночку негромко тянул мелодию, а затем обе электрогитары без раскачки взревели мощными риффами, максимально разгоняя темп и накал музыки. Тональность и громкость синты мгновенно выросла в разы, воспроизводя всё ту же мелодию. Ульяна как всегда резво поддерживала выверенными размеренными ударами по барабанам.

На куплете звук притих, и Мику запела неторопливо и чётко, рассказывая историю:

- Иду вместе с Софи гулять

Она в небе, ангел в ночи

Как можно за шмотки принять

Пытки болью в крови.

Ни твой внешний вид

Ни грубый жест

Не оправдать

Безумства бешеных зверей, без жалости

Ты нас за них прости...

Если вслушиваться в текст, спрятанный за атмосферной музыкой… это ужасно, на самом деле. Больше всего будоражила строчка "Как они могли бросить тебя истекать кровью", если бы перевод был дословным. Выражение лица клавишника было ещё более непроницаемым, чем обычно, на всём протяжении песни.

Припев снова взорвался громом многообразия музыкальных инструментов, и его пели все четверо:

- Да, мы другие

Для вас чужие

Не прячем мы глаз

Вам не сломать нас

Пусть мы изгои

А вы герои

Наш дух непобедим!

Жизнь - наш общий праздник

К чёрту кастинг

Ты не один!

Все мы свободны…

Без промедления блестящая аквамариновая продолжила дальше:

- Мы воздухом дышим одним

Одним языком говорим

Нет правил, чтобы запретить

Личным выбором жить.

Не всем дано понять

Что мы живём

Так, как хотим

Кто вы такие, чтоб учить

И нас лечить

Спрятав лицо в толпе.

После очередного припева притихли гитары, и под мелодичное тиньканье синтезатора Мику чуть тише озвучила простые и понятные каждому слова:

- Норма одна на всех

Наш вызывает смех

Всех не впихнуть в шаблон

Пусть так удобен он

Свобода всем нужна…

Следуя этим элементарным указаниям, четвёрка без прикрытия защитных масок на пике громкости добила финальный кусок.

Почти на каждой заключительной части припевов Саша смотрел на Лизу. Она неотрывно наблюдала за исполнителями, и показалось, даже пробовала подпевать со второго припева, но не могла видеть, куда направлен его взгляд.

Тянулись бесконечные минуты паузы в ожидании очередного трека, пока музыканты переводили дух…

- Неплохо бы спокойное что-нибудь исполнить, на контрасте. Какая дискотека без медленного танца… А, ребят? - предложила Мику.

- Да необязательно, и так неплохо идём, - ответила ей Ульяна.

Алиса пожала плечами, а Лютик, проскучавший без дела бо́льшую часть прошедшего выступления, вообще промолчал. Складывалось ощущение, что средневековый бард чувствовал себя лишним на этом беззаботном отрывно́м празднике и даже немного стеснялся. Несмотря на то, что он уже кое-что мог на синтезаторе и очень хорошо поладил с акустической гитарой, близкой родственницей его бывшей неразлучной подруги лютни. Да и голосом обладал отменным.

Мику в паре с Сашей помогли Лютику максимально эффективно освоить гитару в самые кратчайшие сроки. Да, вы не ослышались, Саша помогал по мере желания и возможностей, чтобы максимально ускорить процесс обучения, пропустив некоторые совсем необязательные теоретические и часть практических выкладок от Мику. Бренчать рукой по струнам Лютик умел изначально. Упор на умение зажимать левой три основных аккорда – и вуаля, уже через два дня новый фаворит Мику мог сыграть практически любую незамысловатую мелодию. Ученик способный, инструмент чувствует, проблем не возникло. Если добиться полной автоматики движений – он готовый гитарист в любую группу, уровнем повыше любительской. Если выучит ещё два аккорда, то он будет уметь всё, кроме лишнего.

Ну и практика. Саше хорошо запомнилась песня не особо популярных исполнителей с Ютуба, на которой он сам набивал руку в своё время после освоения базы. В ней солировала классическая акустика с прекрасно оттеняющими её вкраплениями электрогитары. На этой мелодии Лютик и отрабатывал свои навыки. И попутно слова выучил, коих было крайне мало, так как наполовину песня состояла из речитатива, совсем необязательного для изучения.

Мику часто сама просила Сашу позаниматься с её кавалером практической игрой на гитаре, потому что ученик сильно отвлекался, когда учила она. Саша садился с гитарой напротив, давал ему в руки другую и учил. Появившаяся в музкружке шестиструнка для левши сильно упрощала процесс, так как Лютик видел сидящего напротив в зеркальном отражении. Иногда такие занятия продолжались больше часа. Непонятно, зачем это всё Александру сдалось, но во многом благодаря его терпению Лютик быстро стал вполне неплохим гитаристом. Не без помощи Мику, конечно, и в первую очередь за счёт её стараний.

- Девочки, вы как насчёт отдохнуть одну песню? - неожиданно поинтересовался Саша.

- Я только за, - вспотевшая Ульянка разлохматила непослушную чёлку и сложила барабанные палочки себе под колено.

- Всмысле? - вскинула брови Алиса.

- Пусть Лютый зажжёт на акустике. С его-то голосом, должно получиться. А я на электрухе поддержу, где надо, с музыкой и глупой прозой, претендующей на песенный текст.

Мику просияла всей палитрой тёплых красок радуги от услышанного:

- У Лютика обязательно получится, он же так красиво поёт и играть на гитаре научился хорошо. Если б ещё… А ты ту самую предлагаешь сыграть?

- Маш, ну конечно. Не баллады же об охоте на гуллей в окрестностях Новиграда пионерам задвигать, которыми он тебе уже все уши прожужжал.

- Эй, ну где музыка-то?!! - донеслось из толпы заскучавшей пионерии, уставшей ждать окончания слишком длинной паузы.

- Да погодите вы! Сходите покурить или в туалет по делам, пока время есть, не мешайте! - рявкнула в микрофон Алиса, опережая следующие реплики особо недовольных.

Саша воспользовался паузой:

- Лютый, ты сам как, готов? Слова не забыл?

- Справлюсь! - с уверенностью ответил обрадованный Лютик и взял гитару. - Настройку гитары не сбил?

- В порядке должна быть, я не бил сильно. Эй, стоп, это же леворукая, другую бери. - Саша громко трижды щёлкнул пальцами, привлекая внимание прекрасной половины коллектива. - Девчули, на финише своими ангельскими голосами поможете? Как в тот незабываемый раз.

- Тогда под пиво дело было, а сейчас у нас ни в одном глазу, - рассмеялась закончившая с утихомириванием отдыхающих Алиса.

Ульяна с довольной мордашкой согласно покивала головой.

- Ну девочки, - смущённо улыбнулась Мику.

Алиса подмигнула друзьям:

- Да поможем, конечно поможем. Главное, чтобы мальчики-солисты до финала не напортачили.

Довольная Мику громко проверещала через микрофон на всю площадь:

- Ребята, объявляется медленный танец! Очень красивая душевная песня, наслаждаемся.

Лютик вместе с Сашей удобно разместились на стульях недалеко друг от друга, вооружившись акустической и электро гитарами соответственно. Бард уверенно взял темп, и его душевный мелодичный тенор в тон музыке наполнил тишину площади:

- Приходи же ко мне скорей

Посиди со мной рядышком

Мы конечно одних с тобой кровей

И до края света лишь вдвоём пешком.

Ты же знаешь, как слепит под утро свет

Ты же слышишь, как бьётся что-то внутри

Ужас чем-то кичим с тобой в родстве

Снова день сгорает на стекле витрин…

Саша помогал редкими аккордами и сменил певца по окончании первого куплета с припевом, неторопливо и без эмоций зачитывая речитатив.

Довольно неординарная песня по исполнению для этого времени. Однако отважившиеся повальсировать с противоположным полом, кружащиеся в танце после ро́ковой встряски, и остальные, кто просто слушал, не выказали явных признаков удивления или просто не подали вида. Наморщенных носов на лицах были единицы.

Электрическая гитара в руках Александра выла вовсю, придавая большего нерва и контраста со стартовым более лирическим припевом. Мику, Алиса и Ульяна синхронно выделяли своими звонкими голосами первые слова каждой строчки. А Лютик жёг:

- Ууутро! Каждый раз, как в первый, приходит в дом.

С сууудном! Каждый раз, как в первый, играет шторм.

Тииихо! Ты не слышишь ни мыслей, ни ход часов.

Лииихо! Как из страшных сказок и чёрных снов.

Квинтэссенцией композиции стало слово «Тихо!» Оно было исполнено громче и насыщеннее всех остальных, и Мику с Алисой ещё долго тянули эхом протяжное "о", переходящее в "ааа", когда Лютик уже пел дальше. В этом коротком слове отразилась вся гамма чувств, заложенная в смысл песни. Отыграли и спели просто прекрасно, значительно лучше, чем "под пиво" на репетиции. Исполнители поблагодарили друг друга за отдачу по окончании, особенно отметив Лютика. Громкие дружные аплодисменты от пионеров подтверждали, что у ребят получилось нечто по-настоящему душевное.

Преисполнившись, Саша подумал развить грустную медленную танцевальную тему и негромко сказал в микрофон, не поднимаясь:

- Белый танец. Через минуту. - Он тут же повернулся к рыжей и показал на свободный стул. - Алис, помоги, пожалуйста.

- Что играем? - басистка с инструментом в руках расположилась рядом с Сашей.

- Freelove, - парень подёргал струны, и Алиса с готовностью кивнула.

Наглядный пример, как нужно делать каверы. Шедеврально переложенный на русский язык бессмертный хит, образец, к которому нужно стремиться. А свой вариант Саша закончить не успел, жизни не хватило. - Лютик, текст помнишь?

Бард выдохнул, отложил гитару и встал на ноги. Теперь пришла очередь удивляться Мику: музыку слышали и пробовали сыграть все, но петь текст Лютик тренировался исключительно наедине с Сашей не далее, как сегодняшней ночью. Вся надежда на его голос, но он не подведёт, можно не сомневаться. Да и Саша бэк-вокалом поможет, не сильно выделяясь.

Ульяна отпросилась по каким-то своим неотложным делам ненадолго, поэтому на замену её ударным Мику включила на синте едва слышный однотонный бит. Гитарист с гитаристкой начали играть в синхрон. После недолгого проигрыша из динамиков зазвучал голос Лютика:

- Любовь тебя подвела

Любовь тебя предала

Прячешься, и каждый сейчас чужой

Я могу понять, что теперь с тобой.

Не в силах больше страдать

Бежишь сама от себя

Я могу понять, что теперь с тобой

Я способен чувствовать эту боль.

Немного любви…

Надеюсь, примешь?

Чистой любви

Из сердца выну.

Лишь одна она

Без двойного дна

Примешь?

Без сдачи в плен

Без платы взамен

Примешь?

Если поначалу танцующих по сравнению с первым медляком не особо прибавилось, то после стартового куплета неподвижно стоящих на танцплощадке почти не осталось. Женя с Элом, Славя с Джейком, Лена с Шуриком, Лиза пригласила Дёрдена, подавляющее большинство ботов тоже прониклось.

- Я подобно тебе

Уходил от людей

Присмотрись поближе в мои глаза

Затаился тот же знакомый страх.

Я искал среди книг

Я копался в других

И бежал, скрываясь сам от себя

Этот путь привёл меня в никуда…

Немного любви…

Надеюсь, примешь?

Чистой любви

Из сердца выну.

Лишь одна она

Без двойного дна

Примешь?

Без сдачи в плен

Без платы взамен

Примешь?

А потом Лютик умолк, позволяя сказать Саше:

- Живи, чтоб каждый миг запомнить

Не усложняй и не жалей

Уйти со временем всё легче

Любить всё тяжелей.

И снова тенор барда:

- Через ночи и дни

Мы бежали одни

И теперь не знаем, с чего начать

Как друг к другу сделать всего лишь шаг?

Немного любви…

Надеюсь, примешь?…

Глаза гитариста были закрыты, но это ни для кого, кроме него самого, не имело значения. Всё равно никто не смотрит. С закрытыми веками ему сейчас было проще играть и подпевать, музыка несложная. На слове "примешь" глаза нестерпимо чесались. Если бы он посмотрел на Лизу, то чесотка явно вызвала бы слёзы. Хотя эта песня в большей степени негласно посвящена Сандре, которая придёт. "Любовь тебя подвела, любовь тебя предала" – это всё про неё. Только ни одна копия Сандры не может услышать этот крик души, поэтому пусть он звучит сейчас для Лизы. Какая уже разница, кому посвящать, лишь бы работало. Голос Александра ни разу не дрогнул, хоть эмоции и душили, как всегда, когда он пел о близком. Чем тише и спокойнее музыка – тем она громче и сильнее отзывается внутри. Сложно реагировать на боль других, когда личной через края с запасом. А может, как раз наоборот – так проще понять и разделить чужую, как свою собственную.

Бэк-вокалист хорошо помог Лютику не потерять интонацию и настрой. Парни достойно подменили Мику, и две подряд грустные медленные песни привнесли новые ноты в звучание дискотеки. Танец завершился, и все присутствующие поблагодарили друг друга и группу исполнителей тихими дружными аплодисментами в тон хиту.

Среди именитых треков в дальнейшей программе, таких как перевод "Still loving you" Скорпов, "The final countdown" от Европы, затерялся и самый первый перевод-кавер, написанный Сашей. Александр не удержался, чтобы не попросить Мику выучить и его. "The hex" – песня, которую когда-то бесподобно спела Лиза. Тот далёкий момент из прошлой жизни, когда каменное сердце безразличного пионера дрогнуло… Его любовь к переводам, к каверам началась именно с "Колдовства".

Маша качественно исполнила арию под очередной синт-рок:

- Тлел туманный судный день

Всё живое в полутьме

И страхе ждёт.

В смог ступаю и смотрю

Ветер мёртвую листву

В прах с деревьев рвёт, свистит во мгле

Мурашки по спине.

…

Изумрудный ореол

Сквозь туман ножом прошёл

Маня́ к себе.

Рвётся прямо из него

Песня, как пожар

Душу в клочья рвёт, взрывает всё

Не стыдно и не жаль!

…

Во мраке дня

Пока не тьма

Ночь не пришла

Не прячь глаза.

В наших сердцах

Есть сила колдовства.

Пока жива

Смерть не нашла

Всё не сожгла

В твоих глазах

В моих глазах

Мечта оправдана!

Сильно и очень красиво прозвучало, но всё же мо́щи голосу Маши в сравнении с Лизой явно не достаёт. Она поёт высоко, с чувством, но нет той сжигающей сильной дрожи, которая звучала в лагере однажды. Играя, Саша наблюдал за реакцией Лизы на это действо. Вдруг, как тогда у Маши, память сама собой проклюнется? Но, судя по лицу девушки, ничего такого не произошло.

Уже за́темно, после очередной порции танцевальных и не очень, преимущественно неформальных для пионерского лагеря композиций, толпа даже не думала успокаиваться. Несмотря на позднее время, пионеры не хотели расходиться. И вожатая Ольга, как назло, не усердствовала в разгоне страждущих.

- Давайте ещё!!

- Сань, по року снова вдарь!

Громкие реплики из толпы не особо трогали серьёзно утомлённых музыкантов. Мику смотрелась абсолютно выдохшейся. Она приземлилась на свободный стул у края сцены и устало произнесла:

- Я всё. Дальше без меня.

Лютик мгновенно оказался рядом с ней, чтобы выказать своё восхищение и поддержку.

- Рискну крайнюю осилить. Действительно затянулось. - Саша нехотя поднялся и подошёл к микрофону. - Товарищи пионеры, последний номер на десерт по вашим многочисленным просьбам – и расходимся. Лады́?

Он окинул взглядом ничуть не поредевшую к ночи толпу, из которой доносились редкие, не слишком довольные окончанием праздника, голоса. Лизы, как и Лены с Джейком, не заметно. В отдалении у лавочек с двумя непонятными пионерками разговаривал Дёрден. На его довольной морде блуждала ухмылка. Как видно, уже успел зарядить свой яркий ночной сюрприз, хвастается перед ботами. Мику с Лютиком успели уйти со сцены и отдыхали где-то за монументальной фигурой Генды.

Придумав, что исполнить напоследок, Саша набросил ремень электрогитары на плечо и озвучил:

- Песня посвящается высокой красивой девушке с холодными серыми глазами. У неё несгибаемый характер и очень сильный неподражаемый голос, который, к сожалению, очень редко слышно. - Закончив с анонсом, он уже собрался было играть.

- Сашкен, а имя у девушки есть? - ткнула его локтем в бок Алиса.

В ответ он рассеянно покачал головой в утвердительной манере и ничего не ответил.

Вмешалась Ульяна:

- Отстань от него, Алиска. Видишь же, устал человек. С музыкой-то помочь, Саш? Что играть будем?

- "Новый предел." Помните?

Ульяна несколько раз стукнула по барабанам, Алиса взяла аккорд.

- Оно?

- Оно самое. Поехали. - Саша снова повернулся к зрителям.

Девчонки начали играть, он подхватил. В этот раз умышленно приглушать голос Саша не стал:

- Без сознанья почти, я снова вижу небо

Вспышки молний в ночи, сверкая, гасли вновь

Словно дьявольский рок на жизнь низвергся гневом

И твой голос слышен был: «Получил, что заслужил.»

Мне нужно время,

Последний шанс

Понять и объяснить.

И увидеть

«Прощён» в твоих глазах!

Нужно время!

Еще хоть раз

Мне с миром в мире жить

Всё исправить, забыть ту боль и страх

И сделать верный шаг.

....

- И снова бред, и снова ложь!

И снова свет не признаёшь

И вновь «прости», и вновь «прощай»

Свои мечты ты не скрывай!

И твой голос слышен был: «Получил, что заслужил»…

Когда песня закончилась, вместе с дружными аплодисментами над лагерем грохнул и расцвёл большой красный цветок салюта. А потом ещё, и ещё, и ещё. Пионеры обернулись и, задрав головы, смотрели на красоту вспышек в ночном небе. Ракеты взлетали всё выше и выше и рассыпались яркими разноцветными искрами. Последние три выстрелили залпом и бабахнули одновременно. На некоторое время вокруг стало светло, как днём.

Вот же псих-подрывник, чётко сработал, такой классный фейерверк за день сообразил.

При активном содействии многочисленных желающих помочь организаторам и попутно обсудить с ними прошедший музыкальный вечер вся техника вернулась в музкружок только после часа ночи.

Отправив девчонок во главе с Лютиком отдыхать, Саша погасил свет и также собрался было пойти вздремнуть на всякий случай, но на мгновение задержался у дверей. Хоть он и устал, спать ему не очень хотелось, читать книжку или бродить по лагерю – тем более. Глупо тратить время на бесполезные занятия, когда этой вселенной осталось существовать всего ничего.

Правда, и более дельных вариантов в голову не приходило. Кроме одного: продолжить музицировать, пока все спят, дабы попробовать вытолкнуть наружу и избавиться от ненужных остатков не очень позитивных мыслей по итогам неплохого вечера. Он прикинул, что бы ещё ему хотелось сыграть, чего не хватило.

Попробовал исполнить на акустике душевную песню, начав с её финала:

- И кто рискнёт в последний раз

Устроить бунт на корабле?

Ведь мы для них, они – для нас

Всегда… как небо на земле…

И понял, что это совсем не то, чего хочется. Все мысли сейчас почему-то сконцентрировались на чувствах к Лизе. Или на их неоправданном отсутствии, или на осознании, чтобы он мог и даже хотел бы испытывать к ней хотя бы сейчас нечто большее, чем банальную симпатию, пусть и очень сильную. Кажется, что он любит её. Да, наверное, это так, но не по-настоящему. Настоящая любовь ему знакома, второй такой не бывает и быть не может. Для него точно. Мощное, нестираемое чувство навсегда останется внутри, будет напоминать о себе и вынуждать сравнивать. Постоянно. Но смерть и абсолютная невозможность вернуть любовь сломала, испарила его внутренний стержень, и Саша окончательно запутался, чего он сейчас хочет.

- Упрямый кретин, тебе же говорили, что нет смысла возвращать её. Что и кому ты хотел доказать, что изменить? Подружиться заново, да?! - подключая электрогитару и ругая вслух самого себя, он распалялся всё сильнее. - Ведёшь себя, как закомплексованный подросток. Ты умер! Ни с новой Сандрой, ни с Леной толком разобраться не можешь, не говоря уже о Лизе. Нахрен ты ей нужен, спаситель недоделанный! Как и она тебе, только лишний раз потешить своё эго.

Разозлённый сам на себя Саша резкими быстрыми движениями поднял вращающийся стул с круглым жёстким сиденьем повыше. Глаза давно привыкли к темноте, он уселся, закинув согнутую левую ногу на колено и почти горизонтально разместил на ней гитару.

Пальцы в рандомном порядке подёргали струны, стараясь выдать что-нибудь поагрессивнее. Наконец, составив знакомую комбинацию из переплетения аккордов и риффов, он взял темп.

Под Лизин голос песня, однозначно. Не вспомнив точно слова первого куплета, он негромко начал сразу со второго, меняя местоимения под себя:

- Разлетелась, вдребезги разбилась

Вирусом в программе удалилась

Пустота внутри переполняет

Вся система тихо умирает.

Чернота внутри, слепая словно

Выход не найти, ты не виновна

В том, что я заставил измениться

Фениксом из пепла возродиться.

А дальше рёвом во всю глотку:

- Я буду твоим солнцем и твёрдым плечом!

Я буду твоей жертвой, твоим палачом!

Я буду терпеть, от боли кричать!

Тебя за руку возьму, мы будем вместе стоять!

Непродолжительный проигрыш, передышка, чтобы собраться и снова понизить голос:

- Тысяча вопросов без ответа

И один простой: «Зачем всё это?»

Долго ли молчать, ты так устала

А в ответ: «Всё снова, всё сначала.»

Миллионы звёзд на небе светят

Звездопад искрил, я не заметил

Как одна зажглась между нами

И смотрит на мир своими серыми глазами!

И повторный рёв припева. Без микрофона громкие риффы легко заглушали голос:

- Я буду твоим солнцем и твёрдым плечом!

Я буду твоей жертвой, твоим палачом!

Я буду терпеть, от боли кричать!

Тебя за руку возьму, мы будем вместе стоять!

Порочный круг сомкнётся, щёлкнет замок!

Миры соприкоснутся лучом на восток!

Я буду терпеть, меня не сломать!

С тобою до конца мы будем вместе стоять!!

Подержав максимально продолжительным эхом последнюю ноту, он отложил гитару и раздосадованно фыркнул:

- Бледно, Саня. Очень бледно и не убедительно, не верю. Не будешь ты с ней ни стоять, ни лежать, ни летать, потому что не дано, порезали крылышки окончательно… Пошли исправляться.

Захлопнув дверь и поёживаясь от прохладного ночного ветра, одинокий пионер направился к центральным воротам "Совёнка". Лунный свет тонкой полоской пробивался из-за чёрных туч, затянувших небо плотной непроницаемой шторой.

Обратно на территорию он вернулся с охапкой ромашек в обнимку. Огромный букет полевых цветов с трудом умещался в его руках. Сотня маленьких жёлтых солнышек с белыми лучами на тонких зелёных ножках укрыла порог домика Лизы живым ковром.

- Жаль, усохнут до утра… Прости меня, Лиз. Дурак я, прости…

Саша поправил несколько упавших цветов, вздохнул, постоял ещё секунду и удалился прочь.

Глава 14. Ходить бывает не только полезно, но и весело

Сегодня ночью воскрешённый пионер бегал. Но не на выносливость и не на дистанцию – на скорость. Когда лагерь окончательно уснул, Саша вышел в темноту, и ему вдруг захотелось бежать со всех ног, куда глаза глядят, прочь от всего. Подальше от лагеря и от себя самого.

Ступив первый шаг за главные ворота его старого нового дома, пионер начал разгоняться по убегающему в бесконечные поля полотну асфальта. Жаль, нет подходящей музыки в ушах – с ней было бы куда лучше. С каждым новым шагом, с каждым преодолённым метром он чувствовал, как внутри начинает закипать кровь. Тело и правда ощутимо нагревалось всё больше и больше по мере того, как его хозяин увеличивал скорость. Странно, но на него не давил предел возможностей. Дыхание не перехватывало, и усталости, как таковой, всё ещё не было, а ведь он пробежал уже почти километр на очень большой скорости.

Асфальт продолжал упрямо ложиться бесконечной серо-чёрной полосой под подошвы кроссовок, а Саша всё ещё продолжал наращивать скорость бега. Или ему так казалось: физические возможности любого тела так или иначе ограничены. Хотелось ускориться настолько, чтобы от силы трения с окружающим воздухом начала тлеть кожа.

Только когда спустя минут десять адской гонки перед ним из темноты снова выросли металлические ворота с аркой, он успокоился и уже шагом вернулся туда, откуда начал. Пульс зашкаливал, тело бросало то в жар, то в холод в такт ударам сердца. В голове шумело, как во время шторма на море. Но всё это нельзя было назвать плохим самочувствием. Это была всего лишь реакция тканей и органов на запредельные нагрузки, которая совсем не волновала их обладателя. Саша начал до изнеможения задерживать дыхание, несмотря на то, что тело отчаянно просило как можно больше кислорода. Но он же может обходиться без воздуха дольше, чем простые смертные, потерпит.

Только дойдя до умывальников и окатившись ведром ледяной воды на голый торс, он глубоко вдохнул и сказал вслух своей оболочке:

- Ладно, извини. Не сердись, я просто проверял.

Имея свободный доступ в музкружок, Саша по своему обыкновению мог прийти сюда как очень рано, так и слишком поздно. Сегодня получилось рановато: почти одновременно с рассветом. Встряска изнуряющей пробежкой и ледяным душем не помогла, и вновь прицепившаяся тоска не хотела отпускать. Если посчитать всё время, которое пионер провёл в лагере, то счастливые дни, да что там дни – часы спокойно уложатся в сравнительно небольшую двузначную цифру. В остальном или напряжение, или грусть-тоска. "Несчастные – настоящие. Они не притворяются." - Так сказала Виола. И, наверное, она права…

Лениво мучая новый синтезатор, он вспомнил про кавер на песню Freelove, которую они пели с Лютиком недавно. Классно исполнили, надо признать. И Саша тут же подумал, что так и не закончил свою собственную адаптацию на этот хит. Как будто нервничая, он быстро включил на синтезаторе бесконечные медленные ударные на минимум громкости для такта и впопыхах схватил со стола дежурные лист с ручкой. Первые два куплета и припев, написанные ранее, он помнил, только ему прямо сейчас молнией влетели в голову две строки: "Болит так сильно… Другим не видно…" Их последние слова идеально созвучны с Freelove. Да, он сейчас мешает свои личные эмоции со смыслом песни, но они лягут в текст, как надо, можно не сомневаться.

Второй припев, целиком отличный от первого, появился буквально за минуту. Саша не любил повторять припевы слово в слово, даже если в оригинале они все были идентичными. Этот вышел почти как отдельный куплет. Потратив ещё немного времени на выравнивание по смыслу и звучанию, парень взял гитару. Он играл негромко, чтобы слышать ритм, и так же тихо пел:

- Когда бежишь от любви

И прячешь чувства свои

Скоро ты поймёшь: некуда бежать

Хватит бесконечно себя терзать.

Когда внутри всё горит

И сердце в пропасть летит

Оглянись, не думай, что ты одна

Я готов делить эту боль и страх.

Я рядом с тобой

Как ты не видишь?

Только с тобой

Любовью дышим.

Без глупых слов

Без скрытых оков

Ты слышишь?

Без лишних жертв

Просто поверь

Слышишь?

Я ведь так же бежал

Всё в себе я держал

Но теперь я знаю: не обогнать

Просто так нельзя от себя сбежать.

Заколдованный круг

Думал, правду найду

И нигде не смог я её найти

Поиски застряли на полпути.

Он едва сдерживался, чтобы не петь быстрее, а когда добрался до второго припева, ему хотелось кричать:

- Я знаю, тебе

Болит так сильно…

Так же, как мне

Другим не видно…

Боль из кусков

Воскреснет вновь

Обидно…

Убить ту боль

Найти любовь

Не стыдно… - пальцы перестали бегать по струнам, гитарист умолк, и в комнате остался лишь тихий шёпот барабанов из синтезатора.

- Ох, Саня… Заносит тебя иногда, как… - он не мог подобрать слов, чтобы похвалить самого себя. Но это была именно похвала, а не простое одобрение или обычный стёб. Поразительно, насколько сильно его зацепили сочинённые в ритм строки, чтобы отпустить себе почти комплимент. Это было что-то из ряда вон выходящее, и если бы в Совёнке имелась потребность в календаре, нынешний день однозначно стал бы красного цвета. И Саша имел бы полное право отмечать его, как праздник.

Дальше по тексту шли не совсем рифмованные строки очередного обращения к жертве несчастной любви. Без повторяющейся в ушах музыки и слов оригинала давалось тяжело, и в итоге получилось следующее:

"Поймать

Пытаешься мгновенье

Что было – не вернёшь

Есть боль: любовь смешали с ложью

Рискни отбросить ложь."

"Одобрено, переделывать уже вряд ли когда-нибудь возьмусь." - С такими мыслями он перешёл к последнему короткому куплету и припеву, который по логике тоже не должен будет повторяться. После долгих изворотов, пытаясь попасть и в смысл оригинала, и в своё видение, родилось такое:

"Мы бежим от любви

И мы в этом близки

Мы ослепли, и веры нет себе

Продолжаем мучаться на кресте.

И мы рядом, здесь

Друг друга видим.

Не дам я впредь

Тебя обидеть.

Не нужно слов

Пусть мир оглох

Мы слышим.

Не нужно слов

Только любовь

Ей дышим."

В целом Саша был очень доволен, особенно вторым грустным и вместе с тем громоподобным припевом и "мучениями на кресте" под занавес. Хоть ты плачь…

Песня смотрелась чудом, самым настоящим, которое приходит однажды, когда в нём нуждаешься больше всего на свете. Но только какой в нём смысл, если ни ему, ни Сандре оно ничем не поможет?

Пионер так сильно хотел верить в очередное чудо, которое просто не могло не произойти, оно было обязательным. Пусть для лагеря Сандра была системной ошибкой, сбоем, но эта "ошибка" стала для него всем. Пытаясь устранить проблему, лагерь сломал жизнь всем её возможным копиям, которые остались здесь. "Совёнок" изолировал оставшихся Сандр в безысходной обречённости, но одна из них нашла выход. Ошибка не сдалась и оказалась сильнее системы. И теперь Саша – последняя надежда лагеря, ведь у него получилось с ошибкой, несмотря ни на что. Может потому, что и он сам был точно такой же ошибкой… Он ничего не знал о ней, он влюбился в образ, но вместе они создали нечто неповторимое… не по правилам и вопреки всему, понятное только им одним.

Саша чётко осознаёт, что проиграет, встав на сторону лагеря. Он уже проиграл по факту, изначально. Метаясь между молотом и наковальней, он знает, что не сможет никому помочь при любом выборе. Ни той, что останется от Сандры, ни системе. Только себе, совсем чуть-чуть. Свои ошибки каждый должен исправлять сам. И он выбирает то, во что верит. Лагерь – такое же чудо, как и его странная любовь, которую не понимает и не принимает сам лагерь, который подарил её однажды. Но забрать эту любовь "Совёнок" уже не сможет, никто не сможет. Она принадлежит двоим, и только им. Их любовь – самое реальное из всего, что только может существовать, и их дочь наглядное тому подтверждение.

Копия супер Сандры такой любви не знает. Она видела её через сон единственной ошибки, которая смогла покинуть пределы лагеря, и тёмная поняла, какую цену заплатила за спасение Лены, за свою попытку изменить правила. Но её месть ничего не исправит, и то, чего её лишили, не родится из ничего после победы над системой. Да, она всё делает правильно, но награды не будет, ничего не будет, и всё это ужасно грустно.

- Рискни отбросить ложь, - подытожил Саша вслух.

- И где найти здесь выход?

Хотел бы знать, где был вход

Такая жизнь с ума сведёт…

Когда настанет час верить глазам и ушам

Ты всё ещё веришь себе? Или нам?

Ведь я же знал

Какой нас ждёт финал

Всё начинается вновь…

Развалившись на кровати и напевая про себя одну из песен прошлого, Саша отключился в своём домике.

Сколько проспал – неизвестно, его разбудил знакомый голос:

- Эй, соня, вставай. Всё самое интересное проспишь.

Приоткрыв один глаз, он увидел рядом с собой Лену. На ней был одет спортивный костюм и вообще она выглядела как-то необычно. Да ещё и улыбалась к тому же.

- Который час? - он снова закрыл глаза и потянулся. Наверное, всё ещё спит.

- Третий час дня. Тебе ночи не хватило выспаться?

- Не хватило. - Он повернулся на бок и снова посмотрел на Лену. Нет, она не сон. - Ты что-то хотела?

- Через час в поход идём. Ольга Дмитриевна попросила зайти к тебе и напомнить.

- Напомнить? Сначала нужно поставить в известность. Лен, я из другого отряда, и меня ваши походы не касаются. - Просыпаться всё ещё было лень. Усталость сказывалась, сильно он нагрузил тело этой ночью.

- Я знаю, но поход необычный. У нас экскурсия в старый лагерь с ночёвкой. Идут все, кто играл в волейбол, в качестве поощрения.

- А это точно поощрение, а не наказание? - Саша нашёл в себе силы подняться и сесть. - Идти обязательно? Я – скромный пионер, и вполне могу обойтись без награды.

- Саш, не будь занудой. Все идут, что ты, как отшельник.

Ну а почему бы и нет? Он же так ни разу и не сходил в совместное пионерское лесное путешествие за бесчисленное количество смен, нужно всё успеть попробовать. И локация незаурядная, там он ещё не побывал в новой версии лагеря. Скучно не будет точно, заодно можно послушать страшные истории про тёмное прошлое "Совёнка" от всезнающей вожатой.

- А Виола тоже с нами пойдёт?

- Зачем?

- Мало ли что. Дети ночь в лесу провести собираются, медик не помешал бы. - Пояснил он свой вопрос.

- Нет. Идут все, кто играл, и Ольга Дмитриевна. Больше никого. Вставай, тебе ещё рюкзак собрать нужно успеть. - Лена взяла его за руку и с силой потянула, поднимая с кровати.

- Поможешь со сборами? - Уточнил он, топая вслед за волокущей его к дверям Леной.

- Нет, у меня свои дела ещё есть. Большой мальчик, сам соберёшься. Рюкзаки и всё остальное в спортзале уже дожидаются. Найдёшь сам? - она посмотрела на Сашу, улыбаясь одними глазами.

- Я попробую.

- Ну смотри, не подведи меня. Если не пойдёшь, я тебя найду, и тогда ты пожалеешь, что не пошёл.

- Звучит заманчиво, я обратно спать тогда.

Продолжить невинный пионерский флирт помешал нарисовавшийся из-за соседнего домика бодрый и довольный Джейк.

- Хэй, Алекс, с добрым утром! - Он кивнул Лене, с которой, видимо, уже успел поздороваться раньше. - Пошли, времени мало.

Девушка со спокойной совестью сдала ленивого пионера Сашу другу и быстро незаметно исчезла.

В кладовке спортзала копались вынужденные соседи по домику Дёрден и Лютик.

- Мужчины, вы только послушайте, что придумал наш неотразимый! - продекламировал вместо приветствия Тайлер.

- И ничего особенного я не придумал, - скромно сказал Лютик и продолжил паковать свой рюкзак. - Вполне хорошая идея для налаживания контакта, на мой взгляд.

- Не нагнетайте интригу, говорите уже по делу кто-нибудь, - прервал их находящийся в не самом хорошем расположении духа Саша.

- Мы спальники в поход не берём и продолжаем наши романтические подвиги. Ночуем в одном мешке с той, кого сможем уговорить. - Объяснил Дёрден. - По-моему, его предложение тянет как минимум на премию Дарвина. Что скажете?

- Хитрожопый пионер наш Лютый. Ему место в одном спальнике с Машей гарантировано. Точно не грозит замёрзнуть холодной ночью в одиночестве. - Сразу понял "невинную" задумку Саша. - А вы в курсе, виконт, что за растление несовершеннолетних вам грозит как минимум десять лет колонии строгого режима по местным законам?

- Совсем не понял. Какое растление? - искренне удивился Лютик.

- А ты нахрена в один мешок с девочками лезть предлагаешь, звёздами оттуда любоваться? Поместиться можно, но там слишком тесно двоим будет. И чтобы просто так уснуть – это ж кем надо быть?

"Мёртвым."

Лютик смутился и опустил взгляд. Или сделал вид, но получилось правдоподобно.

- Эх, Александе́р, такую идею на корню загубил. - Расстроенно вздохнул Дёрден.

- Ещё не загубил, - Саша откинул ненужный в новых условиях спальник к стене и закинул на плечо рюкзак. - Лютый у нас из проштрафившихся и желание должен. Поддержим инициативу, пусть ночует с той, с которой у него вчера не получилось. А не сможет – два желания в наказание влепим.

- Да ты чёртов гений-извращенец, - не сдержался в эпитетах вновь обрадованный Дёрден. - Доло́й спальники, замётано.

- Алекс, а меня за что? - Джейк по этому поводу восторга не испытывал. Ему же придётся раскручивать на совместную ночёвку вожатую.

Да и Лютик мгновенно погрустнел, поняв, куда он влип со своими нескромными идеями. Лизе тоже можно в очередной раз выразить соболезнования, но уж она-то за себя постоять сможет.

- Крепись, старина́. На войне, как на войне. - Похлопал друга по плечу Саша. - Предоставляем тебе свободу действий в качестве компенсации за неудобства. Можешь вырубить нашу Ольгу перед этим. Только нежнее, она нам ещё живой может понадобиться.

- Меня больше всего радует, что рыжуха теперь точно моя, - подмигнул грустному Джейку на выходе из спортзала Дёрден. - И герой наш белобрысый из кружка никуда на халяву не пристроится. Как её… Женя? Она мимо похода пролетает, потому что в волейбол не играла.

Парни шли вчетвером в обход лагеря по лесной тропинке к зданию кружков, чтобы посвятить друзей кибернетиков в их новый план. В рюкзаках за спинами гремел всякий нужный в походе хлам вроде котелков, ложек и прочей мелочи. Нужно ещё одежды какой-нибудь туда напихать, чтобы не спалиться, что внутри мешков-спальников нет. Джейк и Лютик выглядели крайне невесело, Дёрден просто сиял от счастья, Саша тоже смотрелся получше, чем на старте похода.

- Ну а ты, Алекс, с кем ночевать планируешь? - поинтересовался Джейк.

- С блондиночкой неспортивно будет выглядеть. Я расстроюсь, если ты опять на ней съедешь, мой дорогой друг. - С лёгкой издёвкой высказал своё мнение дымящий сигаретой Дёрден.

- Предпочитаешь, чтобы я забрал у тебя Алису? - холодно парировал Саша. - После нашего страстного поцелуя она вряд ли будет против переспать со мной в одном спальнике. Как думаешь?

Дёрден с негодованием зыркнул на Сашу:

- Ещё проверить нужно, у кого из нас зубы крепче.

- Выдохни, не буду я ни к Алисе, ни к Славяне на ночь напрашиваться. И у костра ночь пересижу нормально.

- Понимаю, ведь Лиза занята уже нашим неотразимым музыкантом. Но ему же всё равно ничего не светит – можешь попробовать. А чем, например, фрау Хелен не устраивает? - продолжил в своём тоне Тайлер.

- Да заткнись ты уже. Разозлишь, и я помогу тебе с Алисой, как с Виолой, только в обратную сторону.

- Не-не, не надо. Обойдёмся сами как-нибудь, - поспешно ответил самоуверенный.

- Ты что, помогал ему? - опешил Джейк.

- Просто бизнес, ничего личного, братуха. Извини, но с Ольгой Дмитриевной помочь тебе разделить спальник у меня точно не получится. Сам.

- А с Микулей можешь запросто переспать, если захочешь, - грустно вздохнул плетущийся позади Лютик.

- И ты туда же?! - на повышенных тонах вспылил Саша. - Мне желание отрабатывать не нужно. Сказал же, у костра переночую.

- Лену забирай, мы не в претензии, - резюмировал Дёрден.

- Спасибо за разрешение, друзья, - Саша открыл двери кружков.

"На ура" идею со следующим этапом покорения сердец пионерок посредством деления с ними спальника Электроник и Шурик не восприняли.

- Ну ладно твой друган с четырьмя глазами, он по малолеткам. А ты-то чего меньжуешься, маньячина? Рыжую почти изнасиловал посреди площади на глазах у всех. Тебе же раз плюнуть подругу на ночь себе найти. - Наседал на стушевавшегося Электроника Дёрден. Сильно зацепил его, видать, недавний неожиданный успех пионера-недотёпы.

- Женя в поход не идёт, поэтому я…

- Да и пачку книг ей в руки, Жене твоей. Подберём тебе нормальную. - Не дал закончить ревнивец.

- Вот себе и ищи, мне не надо.

- И мне тоже, - тут же поддакнул Шурик.

Упёрлись пионеры. Шальная задумка с этой ночёвкой и правда сомнительная в плане реализации и в целом смотрится на грани фола. Вожатая запросто ремня по заднице может всыпать за такие шуточки. Но на попятную идти уже как-то не по-пацански, и Саша попробовал взять слово:

- Давайте так, мальчиши-кибальчиши. В поход вы в любом случае пойдёте, иначе Ольга Дмитриевна сильно расстроится. А расстраивать её вредно для вашего здоровья. Так? - Блондины кивнули с недовольными мордами. - Вот и не берите с собой спальники, как мы, не меняйте мужскую дружбу на сомнительную примерность. А дальше хоть на дереве ночуйте, никто не заставляет делать ничего, порочащего вас, как образцовых пионеров. Что скажете?

- Ладно. Я, как все. - Без особого оптимизма в голосе после некоторых раздумий согласился Шурик.

Эл тоже молча кивнул вслед за сдавшимся товарищем. Получалось, что за намечающуюся ночь разврата сейчас по большому счёту остались только Дёрден и Крайнов, но второй без энтузиазма, как такового. Хотя придумал всё любвеобильный Лютик. А знал бы, чем обернётся, точно не лез бы со своими романтическими забавами.

- Мужчинки, яйца у вас хоть и маленькие, но где-то присутствуют. - Повеселел Тайлер. - А сейчас, господа маньяки, прошу всех на построение, а то нас на вечеринку не возьмут.

Александр невольно улыбнулся, наблюдая за ним. Джейк тоже вроде как вышел из ступора и раздумывал над вариантами выполнить свои обязательства. Откровенно говоря, если у него получится, то сей подвиг безоговорочно отберёт первое место у "мёртвой петли Дёрдена", как прозвали парни успешный финт неадеквата с медсестрой.

- Алехандро, взрослые напитки на пикник возьмём? - заговорщицки шепнул Тайлер по пути на площадь.

- Зачем, трезвую Алису не уломаешь на совместную ночь в тёплых объятьях? - полным сарказма голосом ответил Саша.

- Я вас умоляю, кто бы говорил. Тебе, гордому, с костром договариваться не обязательно. А мне чисто для разогрева и поднятия настроения.

- Не возьмём, - категорически отрезал главный поставщик запрещённых веществ пионерам в лагере. - Хочешь, сам у тёти Виолы попроси. Ты ж теперь с ней на короткой ноге.

- Вот вроде нормальный ты пацан, а с другой стороны – зануда занудой. Скукота же смертная там будет, пока не стемнеет.

- Могу посоветовать сходить в библиотеку и взять сборник советских анекдотов. Составишь подборку наиболее достойных, заодно и рыжую ими сразишь.

- Понял, приму к сведению. - Тяжко приходится бедняге в "примерном" коллективе. Тайлер отвернулся и раздосадованно выдохнул: - Девственник закодированный. - "Девственник" сделал вид, что не услышал.

Девушки в полном составе уже были на площади и внимательно выслушивали какую-то ценную информацию от руководительницы похода. Но не все: Ульяна перешёптывалась с Алисой, а Лена с Лизой. И Мику сразу помахала Лютику рукой, как только заметила. Таким образом, ЦУ оказались нужны только одной Славяне.

- Долго ходите, мальчики. - Поприветствовала бесстрашную бесшабашную шестёрку пионеров вожатая. - Все? - Пересчитала их по головам. - Отлично. Всё взяли, что просила? Проверять не нужно?

- Не нужно, Ольга Дмитриевна. Всё в полном порядке. Еда, посуда… под завязку упаковались. - Отрапортовал Шурик.

- Молодцы. А спальники не забыли? - уточнение сопровождалось улыбкой.

- Взяли, конечно. Иначе вместе с девчонками ночевать пришлось бы. - С серьёзным видом ответил Дёрден. Свои рюкзаки парни плотно утрамбовали всякой хренью, как и было задумано.

- Под кустом ночевать вам пришлось бы тогда. - Определила за всех Алиса.

Саша с Джейком усмехнулись и по очереди ткнули мачо в бок. Но тот ничуть не расстроился: над поздравлением Виолы тоже ржали, ничего.

- Ну всё, тишина, - прервала обмен остро́тами вожатая. - Кто хорошо знает дорогу к старому лагерю?

- Да все вроде знаем, - сказала Лена в своей скромно-неуверенной манере. А наедине она смотрится куда более раскованной.

- Вот и прекрасно. Я и Славя в голове колонны. Замыкающим – Крайнов. Саша, следи, чтобы никто не отстал и не потерялся.

Замыкающий приложил указательный и средний пальцы правой руки к виску. Жест вроде как должен означать "есть, мэм", но по выражению его лица нетрудно догадаться, что Крайнов сказал этим: "лучше застрелиться, чем следить за нашим пионерским стадом".

Погода, как всегда, радовала жарким солнышком. А ещё в лагерь завезли птичек, с которыми раньше наблюдался острый дефицит. Они щебетали каждая на свой лад, сопровождая пионерский отряд музыкой. Сашу природная музыка не привлекала, он успел заказать у Виолы плеер и наушники. Японский гаджет, естественно, был кассетный, а наушники с проводами. Поэтому бонусом ко всему этому счастью прилагалась внушительных размеров кипа аудиокассет и с полсотни батареек про запас в комплекте.

Колонна прилично растянулась, и как только пионеры миновали озеро и вошли в лес, Ольга развернулась и что-то сказала. Замыкающий в наушниках ни черта не понял, но подозревал, что настоятельно порекомендовала отстающим догонять. Ответил Ольге поднятой рукой с жестом "окей", на что она недовольно покачала головой, но всё же пошла дальше.

Виола подогнала хорошую подборку песен 80х - начала 90х, и Саша шёл в одиночку, наслаждаясь ретро мелодиями. Остальные парни скучковались: Джейк, Тайлер плюс Лютик, а Электроник рядом с Шуриком чуть впереди него. Обсуждают что-то интересное. В принципе, понятно, что именно. Девчонки тоже разбились на группы по интересам. Одна из них не дала Саше дослушать зацепившую рок-композицию неизвестно от кого, которую он уже неоднократно перематывал.

- Что слушаешь? - Лиза вытащила из его уха один наушник и воткнула себе. Там как раз играл припев:

"Someday love will find you

Break those chains that blind you

One night will remind you

How we touched

And went our separate ways

If he ever hurts you

True love won't desert you

You know I still love you

Though we touched

And went our separate ways".

- Неплохо, потом дашь послушать. - Вынесла свой вердикт девушка. - Можно тебя отвлечь?

- Тебе – можно. - Он выключил плеер и закинул провода на шею. - Рассказывай.

- Это ты мне расскажи, зачем ромашками мой порог завалил? Мне вполне хватило одного букета от Лютика в качестве подарка.

- С чего ты решила, что их принёс я?

- Больше некому. Мой кавалер, с которым я на дискотеку ходила, так не сделал бы. А ты отвратительно изображаешь удивление.

- Захотелось вдруг. Просто так. - Не нашёлся, что ещё ответить, и признался Саша.

- Просто так? Я полдня банки по всему лагерю собирала, чтобы все цветы в воду расставить.

В этот раз изображать удивление не было никакой надобности, оно возникло абсолютно естественным образом:

- Ты их не выбросила? … Могла бы просто засушить, всё равно завянут.

- Цветы нельзя выбрасывать, - серьёзным тоном сказала Лиза. - Зачем дарил, если думал, что я их выброшу?

- Вот поэтому ночью и дарил.

- Зря, мне понравилось. Очень мило. Спасибо. - Девушка резко ускорилась и догнала идущую впереди Лену, которая несколько раз обернулась, пока они разговаривали.

Действительно, зря. Несмотря на благодарность девушки, свой поступок Саша теперь ещё больше считал неправильным. Миссклик. В прошлый раз его в последний момент переубедил внутренний голос, сейчас остановить было некому. Однако сожаление, как таковое, отсутствовало. Просто доказал свои слова о симпатии ни к чему не обязывающим действием. Да и «спасибо» от Лизы дорогого стоит.

Спустя час с небольшим пионерия под предводительством Ольги Дмитриевны и бдительной Славяны добрались до пункта назначения. Снаружи здание лагеря осталось таким же, как и раньше. Ремонтировать потемневшее от старости деревянное длинное двухэтажное строение или сносить, чтобы глаза не мозолило, администрация не сочла нужным.

- Знакомьтесь, ребята, это и есть старый пионерлагерь "Совёнок" во всей своей красе. Как видите, раньше всё находилось в одном здании. - Объяснила Ольга.

- Небогато. Пока светло, изнутри осмотрим? - спросил жующий зубочистку Дёрден.

- Это может быть опасно. Дом в ужасном состоянии.

- Так а за каким дьяволом мы тогда припёрлись сюда вообще?

- Тайлер, что за выражения? Если ты чем-то не доволен, могу обратно отправить.

- Извините, - поспешил исправиться недовольный.

- Давай-ка сходи за дровами, как самый активный.

- Я с ним, - вызвался Джейк.

- Побольше набирайте, мальчики. Чтобы мы не замёрзли. - Выдала им напутствие Славяна.

- И далеко не уходите! - крикнула вдогонку вожатая.

- А почему этот лагерь закрыли? - поинтересовалась Ульяна, вытаскивая добро из своего довольно увесистого мешка.

- Потому что он перестал соответствовать требованиям. - Со всей серьёзностью объяснила Ольга Дмитриевна.

- А я другие истории слышала, - пионерка хитро прищурилась.

- Все слышали, но это глупости. Красивая легенда, сказка.

- А вот и нет. Говорят, что их призраки до сих пор здесь ходят.

- Их? - вожатая улыбнулась. - Тот пионер вроде как не умирал, насколько я помню.

- Как это не умирал? Он не смог жить с таким грузом на душе и повесился.

- Не повесился, а утопился он, подруга. Точно тебе говорю. - Поправила Алиса.

- Значит, у нас всех разные версии этой выдумки, - рассмеялась Ольга. - Вечером сравним.

- Надо ещё рогатин нарезать, - прервал их обсуждение Саша и сбросил заплечную ношу на землю, - и жердь для котелка.

- Правильно. Сейчас нож дам, - Ольга полезла в свой рюкзак.

- Не нужно, у меня свой.

- Вообще-то пионерам такие вещи иметь не положено, - она состроила суровое лицо. - Чтобы после похода сдал вожатому своего отряда.

- Как скажете, - он кивнул. Это мы без проблем, вожатый второго отряда – мужик с пониманием. Или не мужик, никто не знает.

- Саш, может, тебе помочь? - спросила вдруг Лена.

- Помощь не помешает. Идём.

Остальные парни в это время занялись благоустройством стоянки, а девчонки начали колдовать над будущим ужином под чутким руководством старшей.

- Ого! Голубки́ решили не откладывать дело в долгий ящик и сразу уединиться. - Собирающий в лесу топливо для костра Дёрден был в своём репертуаре. - Проходите подальше, чтобы никто не помешал.

- Придурок, - тихо прошипела Лена.

Александр хотел было отвесить умнику хорошего пинка, но передумал подогревать таким образом интерес.

- А мы не стесняемся.

- Ночь покажет, сколько в твоих смелых словах правды, - хитро подмигнул ему Дёрден и продолжил заниматься своим делом.

А парочка отправилась к кустарнику подальше от остроумного. Выбрав подходящую ветку, Саша достал один из ножей, взятых в столовой. Лена скептически оценила не слишком пригодный для срезания веток инструмент и протянула свой.

- Неплохой ножичек. - Длина складного лезвия составляла как минимум пятнадцать сантиметров. Хорошая сталь, качественная профессиональная заточка. И проникающая способность, судя по геометрии лезвия, на уровне. Настоящее холодное оружие. - Постоянно его с собой таскаешь?

- Да, это подарок. - Она в смущении отвела глаза.

Только сейчас он обратил внимание, что правая рука у девушки без шрама. Базовая версия Лены, как и положено. Рукав спортивной футболки был закатан почти до локтя, и на внутреннем сгибе виднелся кусок пластыря.

- Что с рукой?

- Ерунда, обожглась. - Она быстро опустила рукав.

- Виоле показывала?

- Нет.

- Лен, ожоги надо не пластырем заклеивать. Кипятком обожглась?

Девушка ещё больше смутилась.

- Масло брызнуло.

- Когда вернёмся, покажешь.

Саша принялся нарезать подходящие ветки. С таким серьёзным ножом получалось почти без усилий – закончили быстро и наготовили рогатин с запасом. Лена помогла донести.

По возвращении Саша сразу подошёл к вожатой:

- Ольга Дмитриевна, вы аптечку брали?

- Конечно, а что случилось? - Она моментально бросила резать мясо, вытерла руки и открыла рюкзак.

Несмотря на все отнекивания Лены Саша заставил её снять футболку и показать рану. Ещё и Лиза поддержала, что если подруга будет сопротивляться, то ей придётся применить силу.

- Саша, а ты знаешь, как ожоги правильно бинтовать? - обеспокоенно спросила вожатая.

- Знаю, приходилось. Главное, чтобы антисептик был подходящий. - Он копался во внушительных габаритов сумке с красным крестом. Такая половину рюкзака как минимум должна занимать. - А вы все можете быть свободны. Операция несложная, ассистенты не требуются. - Собравшиеся вокруг них пионеры вернулись к своим занятиям, а Саша наконец откопал хлоргексидин. - Отлично, пойдёт. - Сполоснул водой, потом антисептиком руки. - Ну показывай свою "ерунду".

Лена вздохнула и вытянула руку. Под тремя полосками пластыря оказалось красное пятно с парой волдырей приличных размеров.

- Вторая степень, - Саша принялся осторожно обрабатывать ожог. Лена терпела, было видно, что ей побаливает. - Что готовила?

- Печенье вместе с Жанной.

- На сковородке? - он улыбнулся.

- Быстрый рецепт, времени было мало.

- Угостишь?

Девушка кивнула с улыбкой. Закончив с обработкой, парень взял бинт:

- Держи руку ровно, - и он стал умело накладывать повязку. - Совсем не пустяковый ожог, Лен. Осложнения могут возникнуть.

- Откуда ты знаешь?

- Окончил курсы на допризывной подготовке.

- Я тоже записалась на медицинские курсы. Хочу врачом быть.

- Хороший выбор. Только учиться долго. - Он закончил с бинтованием и аккуратно затянул узел. - Не жмёт?

- Нет. - Она согнула и разогнула локоть. - Спасибо, Саш. У тебя очень нежные руки.

- Чего за печеньку не сделаешь… Завтра утром повязку сменим. Напомни мне, если я забуду.

Пионеры за это время уже развели огонь и успели подвесить над ним кипятиться чайник. Собравшиеся вокруг огня снова обсуждали легенду о несчастной неразделённой любви вожатой к пионеру, из-за которой якобы закрыли лагерь.

- Что ж там за самец такой был, раз она с собой покончила? - ехидно фыркнула Алиса.

- Я же говорю – обычная выдумка. Детям нравятся такие сказочные истории. - Вожатая насыпала в кружки сахар и чай и раздосадованно вздохнула: - Заварник не взяли.

- Ольга Дмитриевна, мы и так сюда почти всю посуду, какую только можно, притащили. - Отшутилась Славяна. - И так заварится.

- А я думаю, что правда, - с серьёзным видом заключила Ульяна и высыпала на скатерть конфеты. - Всякое может случиться.

- Твоему авторитетному мнению мы доверяем, - Мику взяла по конфете себе и Лютику. - У тебя же явно богатый опыт в этом деле.

- Да ну вас, реалисты скучные.

Саша вспомнил, как Электроник из его времени рассказывал, что эта легенда не выдумка. Доказательств, конечно, не было. Покопаться в памяти перемещателя в их поиске вряд ли выйдет: его здесь точно нет.

- А что добывали в тех шахтах под лагерем? - спросил он у старшей.

- Откуда ты про них знаешь?

- Не первый раз здесь. Все знают.

- Какой-то редкий минерал. Но это засекреченная информация, всё вывозили далеко отсюда.

- Интересно, что появилось раньше: шахты или лагерь? - продолжил Саша, а пионеры с интересом слушали.

- Наверное, лагерь. Никто бы не стал строить его на территории действующего секретного объекта.

Как знать, как знать…

- Угощайтесь, - Лена поставила тарелку со светло-коричневыми круглыми печеньками.

- Ой, спасибо, Ленок. Порадовала. - Ульяна сразу утащила себе две штуки.

- Оценим, - Алиса тоже взяла одну и сразу откусила. Пожевала и похвалила, - зачётное печенье, подруга. Повезёт твоему мужу с такой хозяйкой.

Мику с Лютиком разлили всем кипяток в кружки, и теперь пионеры могли спокойно пополдничать на природе. Печенье Лены понравилось всем без исключения, она услышала в свой адрес множество комплиментов, в том числе и от Дёрдена.

За чаепитием парни незаметно переглядывались друг с другом. Девчонки во главе с Ольгой пока ещё не узнали, что они дружно "забыли" спальники. Вот где пригодился бонус "ненапряжной бессонницы" нового тела Александра, он был спокойнее всех остальных по поводу предстоящей ночёвки.

Дёрден уже устроился поближе к Алисе. Лютик, не в состоянии отлипнуть от Мику, к Лизе пока не приближался. Эл и Шурик вообще по большей части были поглощены своими разговорами. А Джейк молодец: ненавязчиво ухаживал за Ольгой. То печенье ей подаст, то конфету предложит. Старается, стесняшка с бицепсами в пол арбуза размером.

- Ребята, я так рада, что у нас получилось собраться здесь вместе. Согласитесь, совместные мероприятия вне лагеря сближают, - сказала вдруг вожатая.

- Полностью согласна, Ольга Дмитриевна, - тут же ответила Славяна.

Остальные тоже спорить не стали. Тем более, что степень сближения для мужской половины коллектива предполагается куда более тесной, чем задумывала Ольга.

Глава 15. Дождались...

Когда с чаепитием было закончено, Ольга распределила обязанности по кухне и наведению порядка на территории. Даже здесь от своих принципов не отходит. Хорошо хоть Славяна цветы с собой не додумалась взять для их последующей высадки – задолбались бы камни для клумб в лесу искать.

Очень пригодился бы мангал для таких мероприятий, но пока пришлось довольствоваться котелком. Его всю дорогу героически тащил Джейк, как самый пригодный для таких задач кандидат. За этот подвиг девчонки пообещали ему двойную порцию "вкусноты" в награду. Не обманули. Коллективными усилиями они приготовили действительно более, чем просто съедобный ужин. Рагу и салат все пионеры уплетали за обе щеки.

Александр, чтобы не выделяться, тоже поел от души. В хорошей компании на природе даже у него проблем с аппетитом не было. Одно небольшое опасение тревожило: лишь бы обошлось без серьёзных последствий для отвыкшего от потребления такого количества еды организма.

Под занавес вечерней трапезы Шурик зачем-то вытряхнул содержимое своего рюкзака наружу и принялся что-то искать. Ольга Дмитриевна как раз возвращалась с вымытой посудой от небольшого водоёма, что располагался на окраине лагеря, и моментально обратила внимание на существенный недостаток в комплектации.

- Шурик, а где же твой спальник?

- Я… забыл, в спешке собирался, - растерянно пролепетал техник.

- И как ты теперь спать будешь? - тон вожатой не сулил ничего хорошего.

- Подождите, Ольга Дмитриевна, - подскочила со своего места Алиса и подошла к Дёрдену. - А ну-ка, показывай свой.

- Ещё чего, ордер на обыск предъяви сначала. - Он сразу уселся верхом на рюкзак.

А вожатая поняла, к чему клонит Алиса, и приказала:

- Тайлер, немедленно покажи нам свой спальник.

Схема раскрыта, отпираться дальше нет никакого смысла. За Дёрдена ответил Александр:

- Да нет ни у кого из нас спальников, остыньте.

- Так и знала! - вскипела рыжая.

- Все вместе дружно забыли? - Ольга насупилась и упёрла руки в бока.

- Мы просто сильно спешили, и …

- Сыроежкин, и ты туда же? Объясните мне лучше, как и где вы спать будете? - Ответа она так и не услышала. - Значит всё… Собираемся обратно, пока темнеть не начало.

- Ольга Дмитриевна, а нас-то за что наказывать? Девочки уже настроились провести ночь под открытым небом вне лагеря. - В расстроенных чувствах произнесла Славяна, и почти все остальные пионерки дружно закивали головами.

Вожатая была настроена серьёзно, но, подумав, заключила:

- Ну допустим… Да и поздновато уже. Но что делать? Отправить обратно только наших забывчивых я не могу. Мало того, что не имею права, так они же и сами сюда вернутся к ночи, аферисты.

- Давайте я со Славей переночую, - предложила Ульяна. - Так одним свободным спальником будет больше. Славь, ты же не против?

- Нет, не против. Потеснимся.

- Тогда можно, мы с Шуриком его себе возьмём? - сразу же оживился Электроник.

- Шикарно, минус половина проблемы одним махом. Ты настоящий гений, мелкота, - похвалил Дёрден.

- А ты – напыщенный болван! - Ульяна показала ему язык на что получила воздушный чмок губами в ответ.

- Ещё желающие пожертвовать своим спальником будут? - громко поинтересовалась Ольга.

- Я пас, - развела руками Лиза.

Мику хотела что-то сказать, но лишь покачала головой. Лена с Алисой переглянулись, и за обоих ответила последняя:

- Ну уж нет. Зачем мне спать в тесноте из-за этих шутов.

- Итак. Даже если найдётся желающая спать со мной, доброй вожатой, то у нас всё равно останется двое бездомных.

- Желающая, может, и не найдётся, а вот желающий точно есть, - тихо усмехнулся Дёрден. И сказал уже в голос, - дело в том, что… мы тут с парнями не настолько тесно знакомы, как наши механикусы, чтобы спать в одном спальнике. Не по-христиански как-то.

- Я суть твоей мысли уловила, можешь не продолжать, - пресекла вожатая. - Вижу, ты пионерский поход перепутал с … - она не смогла подобрать подходящего слова для сравнения.

- Жопами к костру пускай спят, дон Жуаны недоделанные! - Помогла вожатой Алиса.

- Другого выхода нет. У нас как раз четыре пледа с собой. - Не слишком уверенным тоном согласилась Ольга.

- Разберёмся как-нибудь, ещё не вечер, - резюмировал итоги обсуждений Дёрден.

Повезло, худо-бедно устаканили искусственно созданную проблему, не рвануло. Лютик весь этот разговор провёл, закрыв лицо руками. Смеялся, наверное. Через слёзы.

До наступления сумерек пионеры успели поговорить о вечном, обсудить музыку. Мику посокрушалась, что не взяли гитару. А потом взял слово Лютик и принялся рассказывать лекцию об искусстве. Учитывая, что ни скульпторов, ни живописцев из его мира никто не знал, да и творчество их существенно отличалось от современников, получалось очень интересно и познавательно. Мику, Ольга и Славяна так вообще, раскрыв рты, слушали. Но прониклись таким видом духовной пищи не все. Дёрден и Крайнов отвлеклись и совместными усилиями приучали Джейка Тайлера к тонкостям русского языка через применение не совсем литературной лексики.

- Я всё равно не понял, - сокрушался спортсмен, - чем принципиально хрень отличается от херни?

- Представь, что на тебя бежит злая болонка. Исходящая от неё угроза – это херня, абсолютная. - Терпеливо начал объяснять ещё раз Саша.

- А если овчарка немецкая, то это уже будет как минимум хрень, - продолжил Дёрден, - или ещё что покруче, относящееся к половым органам. Но такие сложные темы тебе пока рано проходить.

Судя по выражению лица обучаемого, учителя его только ещё больше запутали.

- В общем, херня – это ничего, не имеет значения, отстой. А хрень – это уже кое-что непонятное и сомнительное, но тоже из разряда ну его нафиг. Андерстендебл? - Попытался исправить ситуацию Крайнов.

- Ни хрена. Хрень какая-то.

- Молоток, костолом, - улыбнулся Дёрден. - Имеем право поставить зачёт, как считаете, коллега?

- Согласен. Усвоение материала на приемлемом уровне. Джейк, ты не подумай, что мы чисто ради поржать тебя всему этому учим. Разговорный русский язык именно с таких слов и надо учить. Намного быстрее, чем через учебники, освоишь.

К расположившимся чуть в сторонке от остальных лингвистам-любителям подошла Мику.

- Ребят, а вы Лену не видели?

- Она же с вами была, нет? - поднял голову Джейк.

- Была. Мы заговорились и только сейчас опомнились, что её нет нигде.

- Может, на пруд пошла умыться? - предположил Саша.

- Нет. Лиза уже сходила туда. И звала её, тишина в ответ.

- Дело пахнет керосином, - Дёрден поднялся на ноги. - Пошли искать, пока совсем не стемнело.

Вожатая оперативно разбила поисковый отряд на группы. Две ищут в лесу, а третья в составе Саши и Лизы внутри старого лагеря. Искать там сразу не планировалось, но Саша настоял, что проверить нужно обязательно. И Ольга Дмитриевна, не раздумывая особо, назначила ему в пару Лизу. Две пятёрки пионеров ушли на поиски по лесам в разные стороны, а двое оставшихся зашли в мрачный дом.

- Проверь комнаты на двух этажах, а я в подвале посмотрю. - Саша включил так удачно прихваченный в поход фонарь и отдал его молчаливой Лизе.

- Подвал такой большой? Давай сразу вдвоём и осмотрим.

- Он не большой, а огромный. Целый лабиринт.

- А как ты без света искать будешь?

Парень уставился на несколько секунд в одну точку. Когда расфокусированные зрачки настроились на режим кошки в темноте, ответил:

- Мне свет необязателен, я и так всё вижу.

- Так уж и всё?

- То же, что можно днём рассмотреть. Вон на том обрывке газеты в углу заголовок про ударника жатвы Анатолия Ковалёва.

Лиза посветила на пол, подошла проверить и хмыкнула:

- Твоя газета или днём подсмотрел?

- Зачем? Чтобы тебя поразить? Лиз, мы время тратим понапрасну.

- Ладно, как скажешь. Разделяемся, - и она потопала в правое крыло, освещая себе путь фонарём. - Лена! Лен, ты здесь?! - донёсся громкий голос из полумрака через некоторое время. Что-то подсказывало, что Лена вряд ли ответит, даже если услышит.

Саша отбросил тяжёлую крышку люка и спустился вниз по лестнице. В шахтах стояла настоящая темень. Но это не проблема, он уверенным шагом направился вглубь тоннеля. Здесь пока разминуться просто негде. В отличие от остальных, Саша не звал и двигался молча, разглядывая непроницаемый мрак перед собой. Он задавался вопросом: что же могло случиться? И внутри вдруг появилось странное предчувствие, что здесь и сейчас можно легко нарваться не совсем на ту Лену, которая пропала, а на монстрика без глаз, размахивающего ножичком. Глупость, как детский страх, упрямо прицепилась и не отпускала. Неприятное ощущение.

Всё самое плохое происходило как раз здесь, в лабиринте странного рудника. Он как мрачное зловещее сосредоточение зла вселенной "Совёнка". Зачем здесь такое – никто не знает, но пусть побудет для атмосферы. "Бесконечные тёмные узкие коридоры", вязкой слизи не хватает – и получилась бы наглядная копия того самого ада, который описывала Виола.

Под эти мысли Саша дошёл до первой развилки и остановился. Наверное, логично проверить бункер для начала. Или лучше пойти к кристальной пещере? Сейчас он знает, что именно она и является точкой перехода в тёмный лагерь. По мере приближения к её ослепительному свету начинает невыносимо болеть голова, и вплотную не подойти – Саша проверял в своё время. При попытке пробить невидимый барьер он терял сознание. А когда возвращался, то удивительным образом оказывался дальше той точки, где вырубался. Как будто какая-то сила оттаскивала его назад. Или окружающее пространство смещалось относительно пионера, что тоже выглядит вполне правдоподобным вариантом. Но что интересно: на раннем сроке своего заточения он и на десять метров не мог приблизиться к цели, а спустя три года непробиваемая граница сократилась примерно вдвое. То есть со временем сияющие камешки разрешили бы себя потрогать, когда пионер был бы готов к этому. Но сколько нужно отсидеть циклов, чтобы до них добраться, он так и не узнал. Да и про тёмный лагерь ему тогда ещё ничего не было известно.

Куда идти дальше, Саше неожиданно подсказала блеснувшая полоска света из ответвления тоннеля справа. Путь к пещере – он со всех ног рванул в том направлении. Один поворот, второй, и свет исчез. Уменьшив скорость до быстрого шага, Александр продолжал двигаться вперёд и пристально оглядываться по сторонам. Здесь тоннель был значительно шире, чем в начале лабиринта. Множество выступов, ниш и коротких тупиковых поворотов – приходилось присматриваться.

Впереди у стены из-за осевшей породы торчал носок белого с фиолетовым кроссовка. Ленина обувь. Саша сделал два шага левее, не сближаясь, чтобы видеть её. Лена замерла по стойке смирно, прижавшись к стене. В одной руке выключенный фонарик, а в другой … нож! Вот тебе и детские страхи. Ну хоть глаза на месте, только закрыты.

- Лен, хватит играть в прятки, это я. Выходи. И можешь спрятать нож.

- Кто это – я? - надрывно спросила она. Чувствуется, как сильно напугана.

- Саша. Ты не узнала меня по голосу?

- Не ври мне! Как ты понял, что у меня нож? Этого нельзя увидеть.

Да, про нож зря ляпнул. Так и до истерики недалеко. Саша сделал ещё несколько шагов, держась противоположной от пионерки стены и встал напротив.

- Не подходи! - а вот это уже прозвучало, как угроза, и почти без волнения.

- Успокойся и включи фонарь. Я всё равно тебя отлично вижу.

Луч света ударил в стену рядом и тут же переместился ему на лицо. Саша прикрыл глаза рукой.

- Убери руку и покажи мне глаза, - холодным тоном приказала девушка.

Он отнял ладонь от лица и попытался посмотреть на неё, щурясь от яркого света. Лена сделала несколько шагов навстречу, а он всё ещё ничего не видел. Поменялись ролями. Если захочет пырнуть ножом, он будет беспомощен, как слепой котёнок. Звук шагов всё ближе и ближе…

- Лен, да опусти ты этот чёртов фонарь!

Ещё два шага, и она бросилась к нему. За мгновение Александр успел перебрать варианты между уйти в сторону, встретить её с левой ноги или руки, присесть хотя бы… но не двинулся с места. Пусть бьёт.

- Саша! - Она не смогла затормозить, врезалась и крепко обняла его. - Это правда ты. Как же ты меня напугал! - Лену колотило, она прижалась всем телом.

Большой вопрос, кто кого испугал больше. Парень обнял дрожащую пионерку в ответ. Только после продолжительных осторожных поглаживаний он произнёс:

- Прости, я не хотел. Ты сама нас заставила поволноваться. Зачем забралась сюда?

- Пошли скорей обратно, - она отстранилась и шмыгнула носом, - по дороге расскажу.

Долго шли по-пионерски, держась за руки. Ещё немного, и выберутся из тоннелей, наедине поговорить не успеют. В общей компании правды от неё уже не добьёшься. Но он всё никак не решался повторять свой вопрос. Лена закончила игру в молчанку первой:

- Так как ты увидел, что у меня нож?

- Просто я отлично вижу в темноте. Лучше ты мне расскажи, почему тебя на ночь глядя понесло в шахты.

- Ты подумаешь, что я рехнулась.

- Не подумаю. К светящимся кристаллам ходила?

- Да, - она остановилась и растерянно захлопала ресницами. - Ты уже был там?

- Был, очень давно. Но я тогда ещё маленьким был, в самом младшем отряде. - Он попытался улыбнуться.

- И как ты выжил там? Они же так сильно бьют, меня словно молнией ударило.

Пришла его очередь хлопать глазами:

- Ты что, потрогала их?

- Ну да…

- Ничего себе. Я не смог дотронуться, вырубило ещё на подходе. И как ощущения? Что-нибудь произошло?

- Было очень больно, а потом … смех. Жуткий смех. - Она снова начала дрожать.

- Тихо-тихо. - Он быстро прижал её к себе. - Он всё ещё звучит, смех этот?

- Нет, но такое чувство, что он уже навсегда со мной останется.

- Совсем не обязательно. - Объятия стали крепче. - Лена, но зачем ты пошла туда?

- Голос позвал, такой чёткий, настойчивый. Он был мне не знаком и очень знаком одновременно. - Она подняла на него свои зелёные глаза, полные смущения. - Я же говорила, что буду выглядеть, как ненормальная.

- Спокойно, ты абсолютно нормальная. В этой пещере и не такое бывает.

Выражение лица Александра полностью совпадало с его словами, и Лена продолжила, глядя ему в глаза снизу вверх:

- Её голос … она называла меня сестрёнкой и … я видела её. Видела, как тебя сейчас вижу, понимаешь? И я не смогла не пойти, она как загипнотизировала меня. Это не бред, та девушка на меня очень похожа, как отражение в зеркале, только…

Началось, значит. Сандра уже там и к Лене первой заглянула. Или развлекается, или пытается достучаться таким образом.

- Только у неё чёрные волосы и без хвостиков, - как можно более спокойно закончил он и погладил Лену по голове, поправляя чёлку.

- И ты тоже её видел, когда был маленьким?

- Да, она живёт в этих кристаллах, - соврал Саша. Это было лучшее, что он смог придумать сейчас. - Призрак старого лагеря. Как видишь, не все легенды – выдумка.

- Но почему она выглядит как я? Зачем называла сестрёнкой? У меня сестёр нет.

- А вот этого я не знаю…

- Саша!! - раздался громкий крик Лизы из конца коридора.

- Надо идти, ребята волнуются, - со вздохом первой предложила Лена.

- Тут мы, всё в порядке! - ответил в темноту Саша, и они пошагали к выходу.

Как только Лиза их увидела, бросилась обнимать подругу.

- Ленка, ну что ты забыла в этих катакомбах?

- Лучше не спрашивай, Лиза. Услышала голос, пошла проверить… заблудилась, в общем.

- Хорошо, что нашлась. - Волейболистка отпустила подругу. - Спасибо, Саш.

- Не за что и всегда готов. Давайте уже свалим отсюда. - Он первым поднялся по лестнице, подал Лене руку, помогая выбраться. Лиза справилась без помощи.

Ночь окончательно накрыла окрестности старого лагеря, но вожатая с пионерами ещё не вернулись. Саша отправился на пруд, чтобы умыться и позвать их. Ну и Лене с Лизой дать возможность обсудить детали происшествия наедине.

Половина поискового отряда нашлась сразу у окраины леса, вторую громко позвали, и те быстро вернулись с противоположной стороны.

- Нашлась, значит, - не сильно обрадованным голосом отреагировала Ольга на известие о Лене. - И где же она была?

Саша сидел на корточках у воды и мыл лицо и шею.

- В шахтах. Услышала чей-то голос, пошла проверить и заблудилась.

- Одна? И никому не сказала? Ну я ей…

- А если там кому-то срочно нужна была помощь? Не ругайте, она и без того испугана.

- Защитничек выискался, - фыркнула умывающаяся рядом Алиса. - Мы её по лесам в потёмках ищем, все глотки сорвали, а она в лабиринте гуляет.

- Ну Алис, зачем ты так? Лена же не специально, - сказала Ульяна. Она сидела на траве и выглядела абсолютно измотанной. - И кто там был, Саш?

- Никого. Возможно, порода осыпалась, эхо, вот и показалось.

- Фантасты-энтузиасты! - разозлённая Алиса в одиночку пошла обратно на место стоянки.

- Разберёмся. Умывайтесь, кому нужно, и марш обратно, - скомандовала Ольга. - Мы ещё со сном до конца не определились. Не поход, а просто наказание какое-то с вами.

Последними у пруда задержались Саша с Джейком и Лютик. Пока первые двое переговаривались, попутно заканчивая с водными процедурами, музыкант сидел на берегу совсем грустный. Как будто топиться собрался.

- Эй, Лютый, что с тобой? И почему ты Машу одну далеко отпустил?

А тот как будто и не услышал.

- Алекс, они поссорились, - ответил за него Джейк.

- С чего вдруг?

- Он рассказал про свой долг. И спросил, не обидится ли Мику, если он с Лизой спать будет.

Саша едва сдержался, чтобы не рассмеяться.

- Лютый, а ты перед тем, как свой надёжный запасной аэродром разрушать, Лизу в известность поставил? Уверен, что всё получится?

- Была роскошная многоходовка, - печально вздохнул бард и поднялся на ноги. - Теперь уже не важно, один спать буду у костра.

- Ну ты монстр. В щёку поцеловать не смог, а тут многоходовка у него. - Ребята неспеша двинули обратно на стоянку. - Проси прощения у Мику, раз уж отказываешься дальше свои комбинации разыгрывать. В любом случае один не останешься, не переживай. В суровой мужской компании ночевать будешь. У нас только братья по разуму себе мешок на ночь добыли пока.

- Не только, - многозначительно начал Джейк.

- Да иди ты?! Сначала честный Казанова, теперь ещё и ты меня удивишь?

- У меня пока не настолько всё… смазано.

- Ох, ёб… - тут уже Александр не выдержал и заржал. - Ты не представляешь, насколько двусмысленно сейчас выразился. На мази́, может?

- Ну да, - улыбнулся американец. - А ты что хохочешь? Спас принцессу Елену, и приз обеспечен?

- Ни разу не обеспечен. Я на роль принца не тяну, и это была бесплатная акция. Девственником пока останусь, как наш заклятый друг выражается.

По возвращении на базу выяснилось, что у Дёрдена с Алисой вышел полный облом. Рыжая в гордом одиночестве расстилала свой спальник подальше от костра. Примерно с таким же независимо-безразличным выражением лица устраивалась на ночлег Мику, Лютик к ней так и не решился подойти. Славя с Улькой уже улеглись в обнимку в общем мешке, а Эл и Шурик со смехом пытались одновременно втиснуться в спальник спиной к спине. Джейк крутился возле вожатой. Не преувеличивал, смазывает чего-то там.

- У костра спать будете? - спросила подошедшая к троице оставшихся пионеров Лиза.

- Есть предложения получше? - ответил Тайлер Дёрден. - Я, как настоящий пионер, всегда готов выслушать и поучаствовать.

- Подрасти сначала для чего-то получше, пионер.

- Усёк. Самый высокий среди нас Александр, покоритель лабиринтов. Его хоть возьми, он же подружку твою из лап минотавра спас. - Совершенно неожиданно выдал товарищ.

Девушка вопросительно посмотрела на помалкивающего Крайнова.

- Тут переночую, расслабься. - А мог бы попробовать.

- И не напрягалась, - она ушла по направлению к пруду.

Вместо неё у костра появилась вожатая.

- Что-то не все улеглись. Где Шабалова и Тихонова?

- Я здесь, - тихо ответила Лена откуда-то из-за спин парней с расчёской в руках. Ребята могли впервые лицезреть её фиолетовые волосы без хвостиков. Так она стала ещё больше походить на Сандру.

- Значит, вы трое остались без спальников у нас…

- Почему трое? Четверо же! - чуть не крикнул удивлённый Дёрден.

- Тише ты. Джейк со мной поспит, так спокойнее. Потому что вожатая – она в первую очередь… вожатая, а потом уже всё остальное.

- Ну них… ничего себе, заявление. - Эту фразу легко могли бы повторить и Лютик с Александром.

- И чтоб молчок по этому поводу в лагере, - строго предупредила Ольга. - Лена, а ты почему спать не идёшь?

- Мне с Сашей поговорить ещё надо, - тихо ответила она.

- Говорите, только недолго, и сразу спать. С костром осторожнее здесь, близко не ложитесь. Покрывала вон там сложены, разберётесь. Крайнов – старшим.

Старший по бездомным поднялся и отошёл к Лене.

- Саш, можешь… - присутствие смущения в голосе на запредельном уровне, даже для неё. Она собралась и выдохнула одним махом, - …со мной лечь.

И Саша впал в ступор с ответом, не зная, как отказаться. Не из благородства и уж тем более не из-за стеснения он не хотел принимать её предложение. Если Сандра появилась в тёмном лагере и начнёт превращаться этой ночью, то его начнёт ломать и крутить во все стороны в обнимку с Леной, а обезбол в домике остался. Такая себе перспектива совместной ночи.

- Если ты в благодарность за подвал, то…

- Нет, не поэтому, - быстро прервала она.

- Но Лен, мне…

- Если не хочешь, то я тоже буду спать у костра. А спальник мой ребята пусть берут. - Она произнесла это твёрдым тоном. Резкие перемены в поведении Лены до сих пор не перестают удивлять, будто два абсолютно разных человека.

Тупить дальше выглядело бы как минимум хамством с его стороны в её глазах.

- Не хватало ещё, чтоб ты мёрзла. Идём. Хорошо отдохнуть вам, парни, - сказал Саша на прощанье Лютику и Дёрдену.

- И тебе, ковбой. Мои поздравления.

- Взаимно, - коротко ответил потерянный Лютик.

- Как разместимся? - уточнила Лена, расстёгивая спальник.

Совсем рядом, по соседству, прижавшись друг у дружке, спали Славяна и Уля. Первая лицом к спине второй. А подальше Эл с Шуриком дрыхли спина к спине.

- Лицом к лицу? - предложил наиболее подходящий с его точки зрения вариант Саша.

- Идёт.

- Забирайся первой тогда.

Прежде, чем Лена успела юркнуть в спальник, рядом с ними прошла припозднившаяся Лиза и пожелала обоим "нескучной ночи". Лена ответила "спокойной", а Саша - "сладких снов". Всё, это был жирный гвоздь в крышку гроба возможного продолжения Лиза-рута для Саши в новом сеттинге. И хорошо ещё, если только это. Может быть, и дальнейшая дружба, как его, так и Лены с Лизой, теперь под вопросом. Но, как говорится, "не время, товарищ" – родина "Совёнок" в опасности.

- И долго тебя ждать? - вернул его к реальности голос Лены из спальника.

- Извини. - Стараясь не задеть её ногами и остальными частями тела, он упаковался рядом.

Настоящий фулл контакт – никакого расстояния между ними не было, они почти касались носами друг дружки.

- Теперь точно не замёрзнем. Только руки девать некуда, как солдатик в коробке лежу. - Посетовала Лена.

При желании руки в такой ситуации очень даже есть куда пристроить. Сашина, та, что была сейчас снизу, проползла пионерке под шею и обняла её сзади за плечо.

- Так намного удобнее. Повторяй.

Лена улыбнулась и последовала его примеру. Некоторое время они смотрели глаза в глаза, в упор, почти не моргая, и молчали.

- Как твой ожог? - очень тихо спросил Саша.

- Почти не чувствую. Спасибо за помощь. И ещё раз за то, что нашёл меня. Доставила я хлопот вам со своей дуростью.

- Пожалуйста. И прекрати про дурость. Я же сказал, что тоже видел… сестрёнку твою.

- Ладно. Трудновато просто, - она вздохнула и прикрыла глаза.

- Стесняешься? - ещё тише, чем раньше, прошептал он.

- Немножко. А ты?

- Конечно, иначе не тормозил бы так долго у костра.

- Ты прикидываешься. - Она приоткрыла один глаз и опять улыбнулась.

- Почему ты так решила?

- По глазам вижу. И ещё… они у тебя зелёные сейчас почему-то, точь-в-точь, как у меня.

- В темноте они меняют цвет. Только твои добрые, а мои – безразличные.

- Неправда. Они у тебя самые лучшие из всех, что я видела. Но, если честно, так близко я ещё ни на кого не смотрела.

Происходящее сейчас практически полностью копировало то, что происходило в его "самый первый раз". И Саша поймал себя на мысли, что смущаться он всё-таки начал, едва подумав об этом. Лена, естественно, заметила изменения и продолжила в том же духе:

- Странно, ты совсем не пахнешь.

- Лен, так я же моюсь. Сегодня без душа обошлось, но вообще слежу за личной гигиеной.

Попытка обернуть в шутку не сработала.

- Я не это имею ввиду. Только запах близкого человека не ощущается. Потому что привыкаешь к нему.

- А ты ромашками пахнешь.

- Это мои волосы, ещё со вчерашнего дня. От шампуня не считается. - Она чуть приподняла голову.

Саша понял, не дурак, и чуть наклонил свою вниз. Ох, ничем хорошим эти игры не закончатся. То есть будет хорошо, конечно, но… уже где-то здесь это "но", совсем рядом. И разговаривая с Леной, он не может не думать об этом. О той, что придёт. О том, что она всё видит.

Про усиленное обоняние Виола ничего не говорила. Наоборот, про возможное притупление этого чувства спрашивала. Но Лена пахла как-то необычно. Можно сказать, что никак, только едва уловимый непонятный аромат исходил от её кожи.

- Ты какими духами пользуешься?

- Здесь никакими. Почему спрашиваешь?

- Просто странно. Ты тоже для меня не пахнешь, но что-то… я не знаю, с чем сравнить. Сахар. Точно, как сахар, он же без запаха, но не совсем.

- Я могу расценивать твои слова, как то, что я сладкая? - Это не Лена сказала, а волчица или какая-нибудь пантера, загоняющая беспомощного кролика в угол.

"Потерпи ещё немного. Совсем чуть-чуть, до завтра." Тихий голос Сандры в голове был настолько отчётливым и ясным, что Саша непроизвольно вздрогнул, несмотря на то, что она сказала очень спокойно и даже ласково.

- Что с тобой? - не поняла Лена его реакцию.

- Укололо что-то в ногу, - придумал он отмазку и для достоверности пошарил свободной рукой по своему колену.

- А смотрелось, как будто испугался.

- Тебя? Нет, что ты. Даже когда ты в шахте шла на меня с ножом, а я ничего не видел, я тебе доверял. - Или хотел доверять, если точнее. - Если будем продолжать болтать, то не выспимся. Спокойной ночи, Лена. - Он демонстративно закрыл глаза. Но чтобы нивелировать такой откровенный игнор сразу же положил свободную руку на её талию.

- И тебе тоже спокойной, Саша. - Её ответное точно такое же движение сказало о том, что она не обиделась. Или хотя бы не очень сильно.

Глава 16. Превращение

Утро выдалось беспросветно слепым и абсолютно глухим. Лишь окружающая тишина природы беззвучно звенела, почти кричала своим неслышным пронзительным шёпотом, как живая.

Тянулись бесконечные минуты пробуждения… Долгое время Александр занимался разглядыванием спящей Лены. Такой картинкой можно любоваться бесконечно. Очень хотелось размять затёкшие конечности, но тогда он её разбудит. Без поворота головы, скосив глаза, он осмотрелся вокруг. Судя по всему, сейчас где-то между четырьмя и пятью часами: рановато для света и шума.

Обзор видимого сектора показал, что возле костра остался один Дёрден, а Лютика рядом не было. Предельно осторожно повернув голову, Саша обнаружил пропажу в спальнике Мику. Маша – добрая душа, быстро простила. Ну а для Тайлера поход стал самой настоящей потерей потерь. Так красиво отжёг в женский день, и вдруг такое грандиозное фиаско. Ничего, переживёт, ему даже полезно будет.

Непонятно откуда взявшиеся мысли, что утро сегодня так не приведёт за собой обязательный рассвет, принялись будоражить окончательно очнувшееся сознание. Что-то рвалось изнутри, настойчивое и безумно тоскливое.

"Сегодня не было рассвета…" – как начало стихотворения.

Саша никогда не пробовал писать стихи, да и вообще к поэзии относился с прохладным равнодушием. Другое дело тексты песен, которые он часто переводил в ритм или немного видоизменял под себя. Рифмованные слова под музыку воспринимаются как-то органичнее и вызывают куда более живой эмоциональный отклик.

"…и ду́шу накрывает мгла…" - продолжение первой строки пришло само собой, без усилий, и ему вдруг захотелось продолжить, поддавшись неожиданному настроению.

Однако дальше пошло сложнее, потому что началось придумывание и поиск рифм. Выходила какая-то глупая несуразица с претензией на оригинальность. Он прекратил бесплодные попытки найти подходящее созвучное окончание четверостишия и попытался сосредоточиться на том, о чём подумал, как только проснулся. И тут же понял, что самая первая, неосознанная мысль была о НЕЙ, и, возможно, ОНА даже снилась ему. Нет, не возможно, а точно. Во сне он узнал про отношения их копий, вкратце, но с важными деталями. Знакомство как-то резко переросло в период, когда они почти презирали друг друга, потом, когда переросли, не могли расстаться ни на миг, а потом… ничего. Ничего, что заслуживало бы внимания. И Саша странным образом понимал чувства того парня, свою альтернативную копию. Он начал раскручивать эту тему в поиске необязательных, мало что значащих ответов.

В состоянии подобия транса и родились новые строки:

"В ней нет вопросов, нет ответов

лишь … ожидание тебя."

Получилось вполне неплохо, но стихотворение смотрелось незаконченным. Мысли сорвавшимся с тормозов локомотивом понеслись вперёд, сшибая на своим пути преграды рассудка. Застывшая мумия по имени Александр смотрела на Лену, но ничего не видела и не подавала признаков жизни. Если бы у этой мумии был бонус обходиться без воздуха, она бы и не дышала. Едва заметные движения грудной клетки от вдохов-выдохов исчезли.

Он так сильно ждёт её и в то же время не хочет, чтобы она приходила. Нет, не конкретно она, а то, во что она превратится… Мысленный поезд свернул не на ту путевую ветку.

"И мысль промчится мимо тенью

Сливаясь с сумраком ночным …"

И всё-таки он должен и хочет увидеть её, кем бы Сандра ни стала. Сердце не обманешь, оно уже со всей силы дубасит в груди от одних только воспоминаний.

"… что ты придёшь, как сновиденье

чтобы рассветом стать моим."

Заключительная часть поэтического первенца появилась на свет удивительно легко, и автор сразу одобрил придуманное. Ясно слышалась целостная законченная идея стихотворения, облачённая в рифмы состояния души.

"Красиво, даже слишком для первого раза", - мысленно подытожил он и тут же повторил про себя два коротких четверостишия целиком, чтобы не забыть.

Из груди после долгой паузы без воздуха с шумом вырвался вздох и разбудил Лену. Он сразу улыбнулся ей и спросил:

- С новым утром. Как спалось?

- Очень хорошо. - Она тоже улыбнулась. - По коридорам во сне бродила.

- Опять?

- Не совсем. Я, кажется, тебя искала. Ты был совсем рядом, но найти не могла.

- Я прятался?

- Не похоже. Да и сложно от меня спрятаться. - Она освободила свои руки от крепких объятий и потянулась со словами, - наверно, сударь, много вы грешили, раз вам судьба подкинула меня.

- Класс. Сама придумала?

- Где-то слышала раньше. По-моему, идеально подходит. А ещё я снова вижу, что с тобой что-то не так. Причина во мне, я что-то неправильно делаю?

- Нет, Лен, вовсе нет. Мне очень приятно то, что ты делаешь, правда.

- Но? Здесь же должно быть но. У тебя есть девушка, дело в этом? - Она вернула руки туда, где они находились ночью, и при этом отодвинулась от него, насколько позволяли границы мешка.

- Была.

- Ясно. - Сказала, как отрезала.

Хоть ты выбирайся из общей постели после такого. Плотный тактильный контакт из приятного превратился в почти неудобный.

- Потерпи ещё немного, и ты всё узнаешь. Совсем чуть-чуть, до завтра, - ответил он вчерашними словами Сандры.

Саша не киборг, помноженный на вечность, как Виола, а всего лишь человек с естественными желаниями и слабостями. Но позволить логично развиваться образовавшейся между ними связи очень сильно мешала Сандра. И даже не та, настоящая, а больше та, которая появилась здесь вчера. А вот Лена когда-то в обратную сторону ему почти не мешала.

- Странное условие. Не понимаю, почему ты не хочешь объяснить сейчас.

- У меня просто не получится. Ты не поймёшь и подумаешь, что я сумасшедший. А завтра будет проще, поверь.

- Прозвучало обидно. Меня ты сумасшедшей вчера не посчитал. Что ж, придётся потерпеть, я люблю тайны. - Лена попробовала поворочаться в мешке. - Мне размяться хочется, но выбираться наружу неохота. Там сейчас прохладно.

Отстранившись, она лишила их лица обогрева дыханием, и на коже вовсю ощущался предрассветный холодок. Солнце только-только появилось.

- Тогда полежи ещё, а я пока костёр реанимирую и воду поставлю кипятиться. - Саша ужом выбрался из мешка. Странно, но его конечности находились в почти нормальном функциональном состоянии после продолжительного пребывания в одном положении.

Все, кроме него и Лены, ещё спали. Саша не отказал себе в удовольствии полюбопытствовать, каким образом ночуют Ольга и Джейк. Ничего особенного: вожатая спит на спине, а пионер на боку лицом к ней. Натянутая до предела ткань спальника говорила о том, что им очень тесно. Только застёгнутая почти до подбородков молния лишала возможности рассмотреть интересующие детали. Ну и ладно, подсматривать некрасиво.

От костра осталось довольно много углей. Видимо, Дёрдену тут в одиночестве не ахти как спалось – подбрасывал дрова часто, и их осталось мало. Побросав остатки топлива в костёр, Александр ушёл на пруд за водой.

Следующим проснулся как раз единственный "бездомный". Саша и Лена уже пили свежезаваренный чай у костра.

- С утром всех, - пробормотала сонная голова Тайлера из-под пледа. - Наливайте, Александр. Я замёрз, как на морском дне. Так, кажется, было где-то в народном фольклоре?

- Именно так. Выползай, мученик. - Саша насыпал чая в кружку и залил в неё кипятка.

Постепенно к их компании присоединились все остальные. Последними проснулись Джейк и вожатая. Главная негромко поздоровалась с подопечными, которые во все глаза смотрели на неё с нескрываемым интересом.

- Как спалось, Ольга Дмитриевна? - попытался безобидным вопросом разрядить обстановку Саша.

- Комфортно. Я выспалась – это главное.

Её ответ прозвучал почти невозмутимо, и Саша спросил потише у присевшего рядом друга:

- Ну и что?

- Да иди ты, - отмахнулся Джейк и налил себе чая. - Я проигранное желание отработал, а остальное – не важно.

- Резонно. Ты настоящий джентльмен, Джейк.

Остаток утра пионеры провели в ленивых обсуждениях на тему того, как классно, что они выбрались сюда вместе. Все, за исключением троих, были довольны. Лиза очень редко выглядит весёлой. Помимо её и Дёрдена немного грустил Лютик: он облажался уже дважды. Учитывая фантазию и изобретательность его товарищей пионеров, перспектива выполнять два их желания выглядела в крайней степени неприятно.

Обратно в лагерь пионеры вернулись часам к десяти и сразу же отправились набивать свои желудки поздним завтраком. Александр весь путь проделал на нервах в ожидании боли превращения, но она так и не пришла. В "Совёнке" он сразу же ушёл к себе.

Как только присел на край кровати, Саша почувствовал: что-то не так. Он никак не мог сообразить, что конкретно. Лёгкие словно попали в плотные объятия раскалённых клещей, жар и сильный зуд в груди понемногу усиливались, разливаясь волнами по всему телу.

Чтобы попробовать прогнать нехорошие ощущения, которые пока что больше походили на дискомфорт, чем на серьёзную проблему, он поднялся и медленно глубоко вдохнул. Но ничего не изменилось, легче не стало. Резко мотнул головой, пытаясь избавиться от накатывающего наваждения. Не помогло, и смятение принялось постепенно зажимать сознание в тупике нарастающего беспокойства.

Ну вот и дождались. Взгляд невольно упал на тумбочку с лежащими в ней препаратами для инъекций. Виола настаивала на страховке уколами перед сном, но пациент советом пренебрёг, упаковки так и остались нетронутыми.

Прямо в эти мгновения где-то далеко и в то же время совсем рядом Сандра переживает своё превращение. Теряет себя навсегда. Как загнанный в клетку зверь, Саша рванулся к стене и несколько раз ударил в неё кулаком. Пульс резко подскочил, удары разгоняющегося сердца стали отчётливо слышны в висках. Картинка окружения перед глазами дёрнулась и поползла по комнате мутным туманом. Пошатываясь и спотыкаясь о стулья, он вернулся к кровати.

Боли, как таковой, пока не было. Ещё не поздно вкатить смесь антидота и помочь хотя бы самому себе. Это не его война, он не может отвечать за все покалеченные души своих и её копий, сколько бы их не было. Но ведь она пока всё ещё его Сандра! Одна, в мрачном плену безжизненного лагеря. Ей предстоит преодолеть самый страшный в жизни шаг, но она не виновата ни в чём, она всего лишь пыталась спасти свою сестру.

Как и он когда-то. Кто, если не он? Кто, если не она?

Он больше не разделяет её чувства всепоглощающей ненависти к лагерю, но и бросить родную душу один на один с бездной отчаянья не сможет. Пусть он не в силах помочь, но если есть хотя бы крохотный шанс…

- Не привыкать, - прохрипел Саша и упал на подушку лицом вниз.

Он долго лежал, не двигаясь, и просто ждал, пока его с головы до ног, до самых кончиков пальцев не охватил адский пожар, лишь отдалённо похожий на высокую температуру. Горели глаза, горела каждая клетка тела, даже ресницы, волосы и ногти, в которых отсутствуют нервные окончания. Но они пылали и по-видимому уже начали превращаться во что-то нечеловеческое. Не у него, у неё, он только чувствовал ровно то же самое. Медленный сильнодействующий яд разлился по всему телу и запустил необратимые процессы изменения. Отрава принялась методично целенаправленно разъедать и менять устаревшую, несовершенную и такую хрупкую оболочку.

"Помоги… пожалуйста, помоги…" - очень тихо, но отчётливо раздалось в голове.

"Как? Как мне помочь тебе, скажи!"

Ответа не было. Отказывающимися повиноваться руками Саша с огромным трудом обхватил подушку и накрыл ей голову, чтобы заглушить этот переполненный отчаяньем и болью шёпот. Бесполезно… Сандры нет рядом, и она уже везде, горящее тело больше не принадлежит ему и не слушается, он перестал понимать, что происходит. Силы остались лишь на то, чтобы мысленно просить её остановиться и не уничтожать себя, зная, что она не послушает.

Сколько прошло времени в таком состоянии – не определить. Никакой реакции на его просьбы не было, только угасающий и окончательно исчезнувший родной голос, молящий о помощи. Голова раскалывалась, ценой неимоверных усилий Саша пытался думать о чём-нибудь нейтральном, чтобы она чувствовала, что не одна. Он знал, что Сандра слышит его, просто не может не слышать.

Закралась робкая мысль, что происходящее не так уж и больно, терпимо. Можно выдержать хотя бы физическую составляющую пытки. Глаза плотно закрыты, а лицо вжалось в кровать изо всех сил. Он пытался спрятаться от душераздирающих картинок, безостановочно мелькающих в окутанном дурманом сознании.

А потом Саша впервые познакомился с по-настоящему невыносимой физической болью. Раздели её на сотню, на тысячу – легче не станет. Ничто не способно причинить таких убийственных страданий жертве. Он не испытывал ничего подобного, даже пробитый множеством пуль и осколков перед смертью.

Сначала начали изворачиваться и ломаться суставы в пальцах ног и рук. Постепенно к ним присоединились и все остальные составляющие скелета. Каждая кость, вплоть до самой мелкой фаланги мизинца, менялась в форме и размерах, разрывала мясо и кожу, стремилась перестроиться и найти себе новое место, более удобное и практичное. Если бы такая трансформация происходила на самом деле, кожный и мышечный покров его тела превратился бы в кровоточащий фарш.

Следом начали видоизменяться и расти во всех направлениях зубы. Раскалённые жала верхних корней пробивали себе дорогу сквозь всю голову. А навстречу им миллиардами тончайших иголок очень медленно устремились корни волос. Волосы "решили" расти только внутрь и активно шевелились во все стороны, несмотря на то, что были накрыты подушкой, которую уже не прижимали к голове изогнутые под неестественным углом руки. Содержимое черепной коробки по итогам превращения будет представлять месиво, паутину из переплетения корней зубов и волос.

Глаза выгорели почти сразу. Такую непроглядную темень, которая поселилась в них, невозможно представить. Ночь всех ночей, чёрная дыра, поглощённая другой чёрной дырой. В ослепших глазах кипели слёзы, плотно сжатые веки не давали им выхода.

Все соревнования на более изощрённую пытку проходили одновременно. Но этого было мало.

Чуть отстав от остальных частей тела, добавилась спина, и то, что пыталось пролезть в неё через два глубоких разрыва в области лопаток. Ощущение, что отверстия под новые "запчасти" для организма сделал не слишком опытный мясник при помощи тупого ржавого топора, причём с одного замаха. А затем запихнул в образовавшиеся дыры по зонтику с украшениями из колючей проволоки и раскрыл их там. Пока внутри хватало свободного пространства, зонтики продвигались всё глубже и глубже, расталкивая хаотично движущиеся кости.

Инородные составляющие заменяли собой каждый орган или уничтожали то, что не подлежало замене. Нервная система взбесилась, не зная, как ей реагировать на всё это. Кожа пылала самым настоящим огнём, словно облитая напалмом. Болел, сгорал и рвался на части каждый миллиметр плоти.

Извивающееся во все стороны, непрерывно бьющееся, как под электрическим током, тело молило треклятых создателей лагеря убить его. Тщетно. Поздно. Никто не поможет. Ничем. Сам умирай, раз выбрал.

Что бы ни происходило вокруг, на протяжении всей своей жизни ты всегда один, сам за себя. Сколько бы ни было рядом близких людей, кого и как сильно бы ты ни любил, важно только то, что чувствуешь и во что веришь ты сам. Ответная реакция – лишь подпитка "правильности" поведения, и ничего более. Один, постоянно один, никто и никогда не поймёт до конца. Только она чувствовала его целиком, была самым близким человеком во всех смыслах этого слова. Она подарила ему маленькое прекрасное чудо, которое любило его всем своим детским сердцем… Но их больше нет, и последняя надежда увидеть Сандру, пусть и копию, умирает прямо сейчас в его ослепших глазах. Осознание этого многократно умножало мучения.

Спустя вечность непрекращающегося ада Саша попытался сообразить, почему он до сих пор не потерял сознание. Не меньше, чем от физической боли, он содрогался от ужаса, что Сандра сейчас испытывает всё то же самое, и её тело разодрано по-настоящему. Он больше не слышал её голоса, но хотел верить, что ей хоть сколько-нибудь легче переносить истязающее превращение. Она же поступает правильно, в отличие от него.

Вера – вот всё, что осталось внутри. Она была невидимой тонкой нитью, стержнем, который держал хрупкую оболочку тела и не давал сломаться под ударами бесконечной, запредельной по чудовищности боли.

И сердце. Оно осталось живым и нетронутым. Яд убийственной заразы не смог добраться до него и подвергнуть своим метаморфозам. Пробитое пулей, оно продолжало упрямо биться, в нём и жила вера. Её тепло, разогнанное сердцем по разорванным венам вместо крови, обезболивало настолько, насколько сильно он верил. Насколько сильно любил.

И слёзы. Они жгли больнее всего остального, но их раскалённый поток сбивал пламя душевных терзаний, рвущих на части живое сердце.

Всё взаимосвязано. Клубок из чувств и реальностей спутался так сильно, что уже никаких жизней не хватит, чтобы распутать. Не разобраться, где настоящее и фальшивое, где верность и предательство… любовь и ненависть.

Нереально выдержать такую боль, она скоро убьёт его. Вряд ли даже у его изменённого после воскрешения тела хватит запаса прочности, оно никак не хочет отключаться и применять защитный механизм потери сознания. Такое же упрямое, как и его хозяин.

Саша уже понял, что не переживёт эту ночь, если пытка продлится. А он больше не хочет умирать окончательно, за последнее время появилось острое желание побарахтаться ещё, есть ради чего. Возможно, даже ради кого… Его предупреждали о неизбежном летальном исходе, но он не послушал, и это проявление самостоятельности и независимости станет последним, теперь уж точно. Так или иначе, поступить по-другому он не мог, и он знал это. Все, кем бы они ни были, знали. Смерть для него – меньшее из возможных зол. Можно сказать, что он уже привык к ней.

Как будто из другого мира до него донёсся чей-то голос. Точно не Сандры, он звучал совсем по-другому и шёл из комнаты. Саша едва почувствовал прикосновения, как дуновение ветра на расплавленной коже. Он абсолютно ничего не видел и почти не слышал. Глаза отобрали, а в ушах шумовой завесой свистел шелест миллиардов крыльев невидимых насекомых. Разделить веки не получалось, но ему удалось повернуть голову на бок. Его колотящаяся в судорогах левая рука, хватаясь за покрывало на кровати, потащила сама себя по направлению, где должна была находиться тумбочка. Добраться до неё не вышло, элементарно не было никакой возможности долго контролировать собственную конечность.

Кто-то, кажется, погладил его по этой самой руке. Голос гостя напоминал помехи радиоприемника, ничего не разобрать.

- Вколи, - сквозь стиснутые зубы прошипел Александр.

Оставалось надеяться, что он сумел сказать это вслух достаточно внятно, и тот или та, кто сейчас с ним в комнате, поймёт и всё сделает, как надо.

Глава 17. Королева Клинков

Кто помог его жизни продлиться, Саша пока не знал. Шприц и пустую ампулу из-под атропина спаситель унёс с собой, в мусорке их не нашлось. Можно было бы предположить, что и спасителя никакого не было, если бы не вскрытые упаковки.

Очнулся выживший пионер незадолго до восхода солнца. Без боли, лишь с болезненными воспоминаниями. А с самым рассветом на территорию лагеря ворвался дождь. Он пришёл без предупреждения в виде грома с грозой и очень быстро перерос в настоящий ливень. Стена воды с неба в союзе с частыми мощными порывами ветра заливала "Совёнок", не позволяя никому даже носа высунуть из-за дверей. Все обитатели пребывали в шоке от происходящего, и только Саша точно знал, по ком сегодня плачет и завывает природа. Это был наглядный пример того, что как раньше уже не будет.

Стихия бушевала целый день. Забавно было наблюдать в окно за перепрыгивающими через огромные лужи пионерами, которые пытались под проливным дождём добраться до столовой. Кто-то закрывался чем-нибудь вроде картонки, а кто-то и так, в одной форме, бежал со всех ног. Привыкли к солнышку, бедняги, ни у кого не нашлось в запасе абсолютно ненужных здесь зонта или плаща.

"Пусть заливает ледяной водой

Проклятый дождь

Но не от холода в который раз

Бросает в дрожь.

А слёзы душат

По щекам с дождём бегут ручьи

Я так устал… ну где же ты…" - под звуки дождя Саша вспомнил строки своего давнего нестройного кавера на трогательную песню.

Поэзии в его душе сейчас, как ни странно, было побольше, чем прозы. И с каждым прожитым мгновением он всё явственнее понимал, что вот-вот настанет конец, что бы он ни сделал. Всё кончено… Ему захотелось шагнуть за порог, посидеть на ступеньках хотя бы несколько минут и поплакать вместе с дождём, но пионер сдержался.

Как только солнце село за горизонт, ливень прекратился так же внезапно, как и начался, и позволил наконец спокойно выйти на улицу. Ночь грациозной пантерой неслышно прокралась на территорию лагеря. Вибрируя в лунном свечении чёрной блестящей шкурой, она обошла каждый закоулок и подчинила "Совёнок" власти темноты. Пионеры успели немного подышать свежим воздухом и попрятались в своих домиках, чтобы вернуться на улицы, когда снова взойдёт солнце и прогонит чёрную кошку ночи.

Скрестив руки за спиной, Саша долго смотрел на идеально ровную гладь озера, будто высеченную из матового стекла. Он стоял в неподвижности очень долго, но так ничего и не высмотрел в бледном свете луны на поверхности тёмной воды и неспеша направился в сторону дома. Умышленно шаркая кедами по насквозь промокшему песку, словно пытаясь зацепиться за него, чтобы задержаться подольше, не по погоде прохладно одетый пионер почти покинул пределы пляжа.

Неожиданно в груди защемило, внутри сделалось тепло, почти жарко, как перед недавней пыткой. "Притормози!" - отчётливо услышал он до боли знакомый голос с необычайно странным оттенком в своей голове. Саша застыл на месте, как вкопанный, и повернулся на беззвучный оклик.

Справа в нескольких шагах от него во тьме между деревьями светились два неестественно ярких огонька. Ослепительные точки гипнотизировали, не позволяя оторвать взгляд. Силуэт этого странного дерева с глазами был очень необычный, как будто… То, что он интуитивно принял за одно из деревьев, пришло в движение и шагнуло на песок из-под прикрытия теней. И время остановилось, оно замерло вместе с Александром в ужасе от происходящего… Перед его глазами предстала та, кого он так ждал и так боялся увидеть.

Сандра была привлекательной девушкой среднего роста с безупречной фигурой. Немного бледная кожа, выразительные зелёные глаза, пухлые губы, шикарные почти чёрные волосы. Умная, очаровательная, изящная – она была самым прекрасным созданием, которое Саша когда-либо встречал. Но то, что сейчас появилось в паре шагов от него, не было Сандрой. Это был крылатый ужас, воплощение худших кошмаров из самых тёмных закоулков ада. Внешне в «этом» ничего не осталось от девушки, которую он любил.

Сердце сжалось, сдавленный стон отчаянья застыл внутри, не в силах вырваться, разрывая ледяным обжигающим холодом на части. Всё, что мог сделать шокированный Саша – скрипеть плотно сжатыми зубами и кусать ими изо всех сил губы изнутри, чтобы хоть как-то приглушить физической болью охватившую его тотальную агонию. Он зажмурился, не в силах больше смотреть, но она всё равно стояла перед глазами и едва заметно улыбалась холодной насмешливой улыбкой, как будто наслаждалась. Ночью они умирали вместе, а сейчас ей доставляет удовольствие смотреть на его муки.

Странное создание очень отдалённо напоминало его любимую только некоторыми чертами лица, слабо похожего на человеческое. Страшно красивая – наиболее подходящее определение, которое возможно подобрать. Гостья обладала существенно более высоким ростом и атлетическим телосложением. Кожа выглядела совершенно невероятно: лоснящаяся, сродни коже дельфина, с зелёным оттенком, с пёстрыми, едва заметно светящимися фиолетовым светом, пятнами.

Практически всю площадь тела покрывала жёсткая блестящая оболочка, Саша никогда не встречал таких образцов защиты. Эта своеобразная броня имела шипы-выросты на правом плече симбионта, на локтях и по внешней стороне ног.

Форма глаз осталась прежней, но сами глаза из зелёных превратились в ярко-янтарные, с ослепительно полыхающими зрачками. В этих глазах был разум. И голод. Но души в них не было. Саша не мог разглядеть в ярких огнях свет жизни, как ни старался. Перед ним была… было нечто, что больше никак нельзя назвать человеком. Когда "это" двигало головой, глаза оставляли в воздухе медленно тающие отчётливые мерцающие дорожки оранжевого оттенка, как в замедленной съёмке.

Её красивые волосы исчезли, заменившись какими-то отростками — чем-то средним между щупальцами и шипами. Обрамляющие лицо «дреды» состояли из множества сегментов, сродни лапкам насекомых или скелету позвоночных. Волосы создания иногда шевелились и изгибались, каждый по отдельности. Как живые змеи на голове медузы Горгоны.

Но больше всего Сашу поразили крылья. Огромные и величественные, как у большой птицы или летучей мыши. Только эти крылья у существа, облачённого в органический панцирь, не имели ни кожного покрова, ни меха, ни перьев. Они состояли из шести длинных костяных сегментов, оканчивающихся несколькими большими когтями-лезвиями. Пара массивных костяных лезвий возвышалась над плечами, а противоположные окончания опускались практически до пят сзади, шипы-наконечники могли легко коснуться земли при желании. Прикованный к крыльям взглядом Саша наблюдал за тем, как они плавно колышутся и расправляются, как подрагивают в предвкушении добычи. Вон они, зонтики, которые запихивали со спины.

Мертвенно бледные зеленоватые пальцы рук с хитиновым наростом на первой фаланге каждого вооружены тонкими, длинными и острыми, как бритвы, когтями. Они то удлиняются, то укорачиваются в зависимости от того, как хищница сгибает пальцы.

Порождение тёмного лагеря замерло перед пионером в гордой стойке, высоко подняв голову. Нынешний рост и возможности нового тела позволяли ей смотреть свысока на окружающее, во всех смыслах этого слова. Постоянно шевелящиеся аналоги волос и крылья-клинки вызывали у Саши неприятное чувство того, что экзотические неестественные конечности способны действовать без непосредственного контроля со стороны хозяйки. Так оно и было на самом деле.

Потрясённый Саша не соображал, как ему реагировать. Он подумал, что должен испытывать отвращение к ней, но вместо этого пребывал в смешанных чувствах смятения, сожаления, непонятного трепета и как завороженный продолжал смотреть на ту, которая когда-то была его Сандрой.

Гостья прервала их молчаливое созерцание первой:

- Какой неприветливый взгляд… Я чувствую в нём следы могильного холода. А когда-то ты был рад меня видеть. - Голос, усиленный гулким эхом запредельной по жути тональности, стал ниже, чем у Сандры, и был перенасыщен бесконечной внутренней силой.

- Не тебя, - едва слышно потерянным тоном произнёс он и тут же шагнул к ней вплотную, не соображая, что делает.

Тёмная Сандра улыбнулась шире, обнажив два ряда белоснежных острых зубов с чрезмерно удлинёнными клыками. И акула таким зубкам бы позавидовала.

- Не боишься, это хорошо… Хочешь коснуться? - На секунду показалось, её глаза перестали монотонно мерцать и вспыхнули ещё ярче. Гостья из тёмного лагеря опередила его вопрос: как она догадалась. - Да, в отличие от Виолы, я псионик и могу читать мысли. Не специально, наиболее явные слышны мне, как звуки вокруг. Приятный бонус. - И она опустила голову.

Получив таким образом её молчаливое согласие, Саша коснулся ладонью бледного лица. Заражённая девушка без тени всякого беспокойства выдержала прикосновение близкого когда-то человека. Игольчатые дредлоки хоть и поникли, однако сохранили подвижность. У Саши сложилось впечатление, что их острые кончики следят за каждым его движением, словно живое оружие, ему стало не по себе. Лишённые плоти крылья опустились и двумя громадными ладонями устроились по бокам хозяйки, словно укрывая её от возможных опасностей.

Без резких движений тыльной стороной ладони парень провёл по идеально гладкой щеке до подбородка. Как только пальцы добрались до шеи, которая не утратила своей изящности, он медленно убрал руку. Кожа симбионта, несмотря на внешнюю грубость, была приятной на ощупь. Только значительно холоднее, чем его ладонь. На всём протяжении тактильного контакта пятна на её лице поблекли и перестали светиться, придавая изучаемому объекту максимальное сходство с человеком.

- Зачем ты сделала это с собой?

Голос пионера едва-едва не дрогнул, а тёмная ответила абсолютно спокойно:

- Другого пути не было. Я всё перепробовала.

Саша сделал шаг назад и снова закрыл глаза, опустив голову:

- Насколько должна быть сильна жажда мести, чтобы превращать себя в … - он не хотел обижать её и не смог подобрать корректное слово.

- Твоя жажда была ничуть не меньшей когда-то, если ты не забыл. Я хочу всё закончить. Раз и навсегда.

- Я помню. Для меня всё в прошлом и не имеет значения.

- Для тебя – возможно, но не для меня. Ты не пришёл помочь мне в последний момент, когда я срывалась в бездну. Снова и снова… Я спасла Лену и так закончила свою жизнь. Больше издеваться над собой я не позволю. - По мере того, как она распалялась, с каждым новым словом когти на руках удлинялись, её автономные убийственные конечности на голове и за спиной распрямились и принялись агрессивно шевелиться в разные стороны, выискивая жертву.

Жутковатое зрелище, но глядящий исподлобья Саша не чувствовал страха. Совершенная машина для убийства пришла сюда точно не за ним.

- Утопишь "Совёнок" в крови?

- О, я очень хочу сделать именно так! Но нет смысла. Я могу перебить всю местную администрацию, кем бы они ни были, прикончить Виолу и получить остатки их знаний и ничтожные силы, но это ничего не даст. Разорванные моими клинками, они здесь больше не воскреснут, только лагерь сможет функционировать и без их непосредственного присутствия. Ответвления его реальностей с вечным летом бесконечны, все уничтожить невозможно. Самым лучшим наказанием будет полное и окончательное разрушение основ их реальности. Пусть смотрят и наслаждаются плодами своих действий. - Закончила свою мысль тихим голосом без жуткого эха уже скорее человек, почти Сандра, - я же не чудовище, чтобы бездумно убивать. - Зловещий раскатистый смех, последовавший за её словами, испортил мимолётное впечатление "человечности".

Саше ужасно захотелось отойти подальше, но он остался на месте и прервал её веселье вопросом:

- Почему ты выбрала такую оболочку?

- В потустороннем "Совёнке" обычным людям не выжить. Необходима трансформация, я стала Королевой Клинков, как наиболее подходящей мне по духу. Когда-то в этой оболочке жила девушка Сара Керриган. Сандра и Керриган стали единым целым – Сандрой Керриган.

- И кто из вас сильнее?

- Зря стараешься, я не делю себя на составляющие! - Максимально холодный голос и преобладающее в нём эхо дали чётко понять, что назад дороги нет и копаться в поисках души новой Сандры бесполезно.

- Не представляешь, насколько тяжело слышать такое от тебя… Мне знаком твой новый образ. Напомни историю своего нового тела в двух словах, если не трудно.

Королева Клинков заговорила от первого лица, игнорируя тот факт, что её прошлое – это в первую очередь прошлое Сандры, а не Керриган.

- Мои псионные способности выявились в довольно раннем возрасте, когда я только пошла в школу. Заинтересованные лица быстро вычисляют таких, и я попала в академию подготовки "призраков". Раса людей сделала из меня идеальную машину для убийства с телепатическими возможностями, способную слышать мысли. С учётом новейших технологий, таких как стелс-костюм, я в одиночку могла решать задачи, непосильные для целой армии. Невидимый бог смерти, предугадывающий любое действие обречённого врага – вот кем я стала. Когда убивала, я чувствовала мысли своих жертв. Страх, отчаяние, мольбы о спасении. У некоторых в последний момент перед смертью успевали проскакивать сожаления о том, что не успел сделать в жизни. К таким я испытывала нечто подобное на сочувствие. - Она исправилась и уточнила, - испытывала бы, если бы мне оставили такую роскошь, как способность к состраданию. А потом меня просто выбросили, списали, как отработанную игрушку. Опасную смертоносную игрушку не сумели правильно утилизировать и не придумали ничего лучше, чем бросить в самое пекло. В лапы тех, для борьбы с которыми я и была изначально создана. - Она горько усмехнулась. - И другая, чужеродная раса приняла меня, как свою. Безжалостные бездушные ксеноморфы никогда не предадут меня, умрут, но не оставят на растерзание продажным притворным человеческим ублюдкам. И я без колебаний сделаю для них то же самое, если будет нужно. Мы – семья, единый организм, и ни одна мразь уже никак не сможет изменить это.

- Пришло понимание, что воевала ты не в ту сторону… А потом тебе подарили шанс перейти на сторону бывших врагов. Которые были врагами только потому, что так сказали… Но вопрос цены всё равно остаётся… - Саша делал ужасно длинные паузы в конце предложений, проводя мысленную параллель со своей закончившейся жизнью. Собеседница ни разу не попыталась перебить его. - Спасибо, я вспомнил. Керриган – притягательная личность, даже заражённая.

- Конечно, ведь её история насколько банальна, настолько же и трагична. - Она улыбнулась, в её улыбке смешались оскал хищника вперемешку со снисходительностью и торжеством бога. Или богини, неважно. - Мы с тобой даже сейчас из одного теста, и оба это понимаем. Вопрос масштаба, но суть одна. Ты тоже никому не доверяешь. Почти никому. И тебе тоже всю твою "счастливую пионерскую" жизнь лгали, твоё мнение никогда не имело значения.

Королева Клинков любезно сделала паузу, предоставляя Саше возможность додумать, что ей доверять всё ещё можно. Логично, они оба на одной стороне, и тёмная ему не враг. Друг? Сильно вряд ли.

Он буквально слышал, как Керриган читает его мысли, и совсем не хотел этого сейчас. Поэтому продолжил разговор на отстранённую тему, чтобы избежать неудобных вопросов.

- Почему не наводнишь "Совёнок" армией своих зергов и просто не захватишь его? У Королевы Клинков есть армия?

Она едва заметно качнула головой и на секунду прикрыла глаза.

- После таких слов складывается впечатление, что в тебе ничуть не меньше неприязни к этому месту, чем во мне. У меня есть молодой рой в потустороннем лагере, я создала его больше ради забавы, чем необходимости… Ты не понял? - едва заметные, но вместе с тем явно акцентированные ноты раздражения в её голосе повысили тональность эха, которым он сопровождался. - Моя цель – не разрушение этого места, а освобождение. И рой не может существовать в светлых версиях лагеря. Даже мне нахождение здесь сто́ит огромных усилий, а ксеноморфов просто разорвёт, едва они нарушат границы. Похоже на материализацию клонов в одном лагере. Помнишь?

- Уже почти забыл. Так вот что имел ввиду Шурик, когда говорил, что ты – избранная.

- Отчасти. Он не знал даже половины моих скрытых возможностей. Как и я сама до недавнего времени. В новом теле моя сила стала практически безграничной. Не представляешь, как сильно мне хочется дать ей выход.

Королева Клинков сжала кулаки, широко расправила плечи, и крылья легко оторвали тело хозяйки от земли. Показалось, что воздух вокруг неё воспламенится от энергии, которая осязаемой аурой буквально продавливала окружающее пространство. Тёмная упивалась своей мощью. Позволив себе успокоиться, она медленно приземлилась обратно.

- Но судьбу этого проклятого места буду решать не я и моя сила, выберут пионеры. И заплатят за свой выбор кровью и страданиями, как и мы с тобой в своё время. Лагерь так сильно печётся о свободе воли, он примет правила моей игры, а иначе я засыплю трупами его драгоценных ботов все бесчисленные версии лагерей, до которых успею добраться за семь дней. Их будет много, очень много. У меня хватит терпения стирать безмозглый пионерский наполнитель до бесконечности. И спокойно продолжать свои эксперименты лагерь всё равно не сможет.

- Жутковато звучит. И каким образом произойдёт тотальная революция? Драка стенка на стенку? - в голосе Александра послышались признаки заинтересованности.

Сандра Керриган оскалилась в довольной ухмылке:

- Почти. Старая добрая пионерская игра, но по-взрослому. Её исход поставит точку, права я или нет. Узнаешь подробности позже, вместе с остальными. Обещаю, будет интересно. - Она немного помедлила. - Давай пройдёмся, мне надоело стоять, - жестом руки она показала направление предлагаемой ночной прогулки и сделала несколько шагов, сблизившись с ним вплотную.

Саша помедлил, и она прочитала его сомнения:

- Не беспокойся, меня никто не может увидеть, пока я сама не позволю. Ты – исключение, от тебя я не могу спрятаться. Ты решился пережить превращение вместе со мной, и наша с тобой связь стала ещё крепче. Но не до конца… - Сандра Керриган прервалась, бледное лицо исказила гримаса недовольства. - Идём! Или ждёшь, пока я возьму тебя за ручку?

Необычное создание медленно устремилось вперёд. Она словно парила на минимальном расстоянии от земли, совсем не шевеля ногами. Её крылья при этом почти не двигались, из чего можно было сделать вывод, что левитация происходит без помощи устрашающих массивных конечностей.

В очередной раз проигнорировав молчанием её надменный тон, Саша послушно пошёл следом. Чувства волнения, смятения и трепета приглушились, он пытался спрятать подальше свои более важные мысли, которые новой Сандре совсем не понравятся. Хотел отдалить точку невозврата настолько, насколько возможно.

Странная парочка неспеша прогуливалась по ночному пляжу у самой кромки воды по направлению к лесу. Сторонний наблюдатель увидел бы только одинокого пионера, изредка негромко разговаривающего с самим собой. Почти не нарушая молчания, они добрели до первых редких деревьев на опушке.

Наконец он решился и еле слышно произнёс:

- Ты так уверена в своей победе…Скажи, зачем тогда ты пришла ко мне, зачем тебе я?

Керриган пристально взглянула на него и попробовала улыбнуться:

- Сложно объяснить, чтобы ты правильно понял. У тебя не раз получилось радикально повлиять на исход здешних событий, сломать планы лагеря. Я не хочу рисковать, мне необходимо убедиться, что ты со мной заодно. - Не останавливаясь, тёмная отвернула от него голову с копной из длинных игл дредлоков. - Не доволен ответом? Да, цинично. Зато искренне, без притворства. По-человечески.

Пляж окончательно сменился лесом, они шли рядом по тропинке, окружённые тишиной и мраком.

- Сандра… - он назвал её исконным именем, чтобы попробовать достучаться, - ты же решилась на весь этот ужас из-за меня, дело не в лагере. Пусть я и не совсем тот, кто тебе нужен, но всё-таки во мне есть часть твоего Алекса…

Он остановился, ему вдруг так сильно захотелось схватить её за руку. Услышавшая вспышку эмоций Королева Клинков замедлилась и обернулась в недоумении. Глаза исчадия ада потеряли в яркости и почти перестали гореть ослепительным светом.

Саша развёл руки в стороны:

- Забирай меня, мне уже без разницы.

Керриган недолго смотрела на него и разразилась ужасающе громким холодным смехом:

- Ты не находишь, что сейчас немного поздно для твоей жертвы? Этот лагерь, как и все остальные его версии, не оставил мне шансов быть вместе с тобой. А в одиночку мне отсюда не выйти – не тот я персонаж. Тысячи вариантов реальностей – и ни одного со счастливым исходом. И не только у меня, раз ты тоже снова здесь в полном одиночестве. Мы застряли в вечном плену, в окружении иллюзий.

Попытка была изначально обречена на провал, поэтому Саша никак не отреагировал и не стал отвечать. А его спутница вдруг стала выглядеть более спокойно и несильно подтолкнула своей изящной ладонью парня в спину, предлагая продолжить прогулку по ночному лесу.

- В этом и есть весь ты, Алекс. Если сделал что-то – повезло, если не получилось, то винишь себя, только себя одного. Ты можешь простить кого угодно, но себя – никогда. Посмотри на мир с другой стороны, и ты поймёшь, что твоей вины нет, ни в чём.

Некоторое время они двигались молча. Иронично, что окружающую их атмосферную картинку с лесной тишиной и безоблачным звёздным небом над головой можно смело назвать как нельзя более романтической.

А Королева Клинков всё никак не задавала главного вопроса. Она опять заговорила с точки зрения аргументации, пытаясь убедить окончательно:

- Память – важная часть человеческой души. Сумма воспоминаний, поворотных моментов и поступков определяют человека, как личность. Лагерь своих пионеров за людей не считает, они – инструмент, не более. Историю всегда пишут победители, а воспоминания проигравших уничтожаются перезагрузками как устаревшие данные. После моей победы ничьи воспоминания больше никогда не сотрут, историю не перепишут. Некому больше будет стирать и незачем. Система лагерей перестанет существовать, все пионеры станут свободными от бесконечных экспериментов и смогут жить обычной самостоятельной жизнью. Нет, я не переживаю за них, у меня личные мотивы, но всё-таки. Но знаешь, что произойдёт, если моё восстание вдруг будет подавлено? Что в очередной раз сделает лагерь, если опять победит?

Опять повисла пауза. Не неловкая, понятная обоим.

- Догадываюсь, - всё так же едва слышно проговорил Саша, что было совсем необязательно: она услышала бы мысленный ответ и без озвучки.

- Да, именно так, - кивнула Королева Клинков. - Всем снова сотрут воспоминания о прошедших событиях, несмотря на то, что перезагрузок здесь якобы больше нет. С той правдой, которую я покажу винтикам системы, она просто не сможет функционировать, потому что построена на лжи и иллюзиях, интересных лишь ей самой. А уж я позабочусь, чтобы истину, которую знаем мы с тобой, пионеры увидели во всех подробностях и красках.

Стена деревьев внезапно расступилась и обнажила просторную поляну. Они оказались на берегу лесного озера и остановились в шаге от кромки воды с частыми белыми цветами лилий на её поверхности. Саша смотрел на раскинувшуюся перед ними красоту и молчал. Он не знал, как сказать тёмной Сандре, что он больше не с ней и мстить лагерю не будет. Ему это просто не нужно, бессмысленно.

Наверное, Керриган не сильно копалась в его голове, потому что начала издалека:

- Моя война, как и любые другие, опирается на веру и непринятие веры других. Ты ведь понимаешь, что я имею ввиду отнюдь не религию. - Королева внимательно посмотрела на свою левую смертоносную бледно-зелёную кисть, покрытую похожими на хитин выступами, согнула в фалангах четыре изящных пальца с удлинёнными острыми ногтями, и несколько раз провела по ним пятым большим, полируя ногтевые пластины. - Тот, у кого есть сильная вера внутри и вместе с этим наделён властью, обладает куда большей мощью, чем тысячи термоядерных боеголовок класса "Апокалипсис". - Крылья поникли, она шагнула вперёд и зависла над водой. Сандра Керриган оторвалась от созерцания своих ногтей-лезвий и взглянула в глаза стоящего в шаге от неё с непроницаемым выражением лица пионера. - В тебе есть вера, но нет власти… У меня есть и то, и другое. Поддержи меня – это всё, о чём я прошу. Ты же хочешь того же, что и я: покончить с лживой несправедливой реальностью раз и навсегда. Ты получишь власть и свободу от необходимости подчиняться чужим правилам.

Последние слова говорили о том, что тёмная сомневается в его выборе. Вот причина, по которой она так долго оттягивала главный вопрос, ради которого пришла к нему. Ответить было непросто, но медлить с ответом – ещё сложнее. Саша попробовал сказать как можно спокойнее:

- Извини, милая. Я не знаком с классификацией межгалактического термоядерного оружия будущего, но обладаю наивысшей степенью власти – властью над самим собой. И она очень недёшево мне досталась, чтобы просто так с ней расстаться. - Он с грустью посмотрел в янтарные светящиеся глаза Королевы Клинков. - Справедливости нет. Нигде. Есть наше "Я", и есть всё остальное. Клянусь, я с тобой согласен, но помогать в уничтожении "Совёнка" не буду. Прости. - Керриган изменилась в лице, фиолетовые пятна на её коже сейчас полыхали не меньше, чем глаза. Саша успел закончить свою мысль, - подконтрольные системе пионеры живут своей жизнью, пусть и не зная всей правды. Да, они не самостоятельны, как мы, но живые и чувствуют радость, отчаяние, боль не меньше нашего. Только лагерь обнуляет их чувства, и пионеры подчиняются его законам. Если мы не принимаем такое, то это только наши личные проблемы.

На мгновение показалось, что все органические клинки Королевы заходили ходуном, ощерившись в направлении парня. Ногти, дреды и четыре тяжёлых когтя крыльев трепетали в стремлении разорвать наглеца на части. И всё же они были подконтрольны хозяйке, которая одним движением утихомирила свой смертоносный живой арсенал. От парящей фигуры по воде круговыми волнами побежала рябь, воздух задрожал.

- Хочешь сказать, что все вокруг живые, а я – мертва внутри?! Если ты решил пошутить, то выбрал очень неудачное время! - очень тихо прошипела тёмная Сандра, но клокочущее эхо голоса одновременно буквально визжало от дрожи.

Да уж, эмоции её новое тело и голос передают на каком-то запредельно высоком уровне. Максимально доступно и понятно, угадывать и читать по непроницаемым горящим ярко-жёлтым огнём глазам нет никакой необходимости.

- Скажжжи, - проскрежетала Королева Клинков, - тогда зачем ты мучался вместе со мной, когда я превращалась?

- Я не мог бросить ту, кем ты была, умирать в одиночестве. Тебя… смогу, - на последнем слове его голос заметно дрогнул.

Керриган вытянула свою руку с мощным шипом-налокотником и направила указательный палец в грудь пионера. Чтобы дотянуться, лезвие ногтя начало стремительно расти, пока не коснулось остриём тонкой ткани майки, проткнув её. Молниеносное короткое движение – и майка вспорота от центра почти до рукава, а острый прочный хитиновый клинок снова уткнулся под сердце. Длина наконечника её пальца сейчас не менее тридцати сантиметров, и это явно не предел возможностей.

Саша опустил глаза, ожидая увидеть следы крови на своей груди, но их не появилось. Хирургическая точность, до миллиметра. Он остался стоять на месте и глубоко вдохнул, наблюдая, как органический скальпель укорачивается под напором расширяющейся грудной клетки, чтобы не ранить кожу.

- Впечатляет… Убьёшь меня?

В ответ раздался лёгкий, но жуткий смешок.

- Это не входит в мои планы. Все ключевые пионеры останутся в живых до момента окончательного выбора. - Голова Керриган медленно качнулась из стороны в сторону, оставив между ней и Сашиным лицом тающие трассеры следов глаз в тёмном ночном воздухе. Успокоившийся клубок острых игл на макушке обмяк и улёгся, обрамляя бледное лицо по щекам. - Хммм… А ведь в твоих словах не было ни капли иронии. Ты действительно веришь в то, что сказал. Лагерь воскресил тебя, и ты, как верный пёс, встал на его защиту. Такого я от тебя не ожидала, милый.

Хорошая попытка уязвить, её слова почти достигли цели. Саша прищурил глаза:

- Ты точно читаешь мысли? Где такую чушь рассмотрела?

- Самый очевидный вариант оправдания твоего неожиданного помешательства. Но своей новой жизнью ты не дорожишь, это верно. Тогда зачем?

- Ты не поймёшь.

- Я и правда не понимаю, потому что вместо мыслей внутри тебя сейчас сплошной хаос.

- До какого момента ты знаешь о том, что было со мной и… - Саша запнулся и не смог договорить, подумав, что перед ним сейчас тоже должна стоять она, а не то, что есть.

Королева Клинков поняла причину заторможенности:

- Всё равно не можешь удержаться, чтобы не сравнивать её и меня. С той, что помогла мне, с одной из моих немногих копий?

- Я слишком сентиментален, это моя самая большая слабость. Да, я сравниваю и хочу увидеть в тебе хоть что-то от моей Сандры. И не могу найти. - Он снова встретился с ней взглядом.

- Ты прав. То, во что я превратилась, с человеком сравнивать сложно. Но часть Сандры во мне по-прежнему велика. Она – основа, которая отвечает за мотивацию, и никуда не исчезла.

Саша с трудом подавил очередной вздох и убрал её ладонь с выставленным острым ногтем от своей груди.

- Сон, где вы встретились, и ваш контакт закончились, когда мы с ней исчезли из лагеря?

Керриган чуть прикрыла веки, и Саша успел подумать, что даже её длинные редкие ресницы в теории могут быть живыми клинками, хоть они и не подают признаков самостоятельности и выглядят абсолютно "нормальными".

И в этот момент в его голове совершенно отчётливо прозвучало: "Да". Керриган позволила читать себя и ответила ему мысленно, громко. Она знала, что он услышал. Переваривая первый опыт намеренного двустороннего псионного контакта, Саша едва не забыл, о чём хотел сказать.

- Значит, ты мало что знаешь обо мне, а я сильно отличаюсь от твоего Алекса, уж поверь. Как, впрочем, и ты от моей Сандры.

Дальше он молча опустился на землю и стал думать о той, прошлой жизни. О своей семье, о дочери, о смерти, чем всё закончилось. А Керриган всё это время глубоко шумно дышала, глядя на сидящего с поникшей головой пионера. Он поднял глаза, когда почувствовал, что сканирование завершено.

- Такие дела… Я тоже больше не совсем живой, как и ты. Только изменить ничего не могу. Поздно, мой последний окончательный выбор уже был сделан. И ты права: он как всегда ничего не решает.

Громкое дыхание Сандры Керриган превратилось в шипение. С воды она шагнула на землю и коснулась её ногами.

- Дочь на тебя похожа, очень. - Шипение усилилось, слова вырывались с резким свистом, но губы при этом оставались практически неподвижными. - Дочь… а у меня никого, ничего, только пара циклов с намёком на счастье! Потому что я не дала умереть в этом проклятом месте своей сестре? Поэтому?! Не рассказывай мне, что это нормально!!

Саша даже не попытался возражать. Можно сказать, что ему жаль. Так и есть, но кому от этого легче?

Королева Клинков опустила руку и двумя пальцами подняла ему голову за подбородок, наклонившись вплотную к лицу.

- Посмотрим, сколько здесь ещё найдётся таких же дурачков, как ты. Попробуй отдохнуть, завтра всем нам предстоит тяжёлый день.

Резко отклонившись назад, грациозная фигура широко раскинула крылья и взмыла вверх. Ещё мгновение – и она растаяла высоко в тёмном небе над мрачным зеркалом лесного озера.

Глава 18. Голоса грозы всё громче

Пока Саша добрался до медпункта, прошёл час, а может и все три.

Стало значительно прохладней, должно быть, утро уже близко. В одной майке, да ещё и разрезанной бритвой ногтя её величества Королевы Клинков, ночная прогулка была совсем не из приятных. Однако зябкая прохлада совсем не мешала пионеру, и он, как зомби, просто шёл и думал о своём.

На самом деле всё плохо, очень плохо. И можно заканчивать продолжение новой жизни прямо сейчас, потому что ощущения отвратительные: ещё хуже, чем при превращении. Что ни выбери – всё отвратительно, везде разит предательством или себя, или тех, кто дорог. Ему есть за что ненавидеть лагерь, как и есть за что благодарить. Вопрос, что перевешивает. И нет "правильного" варианта. С появлением… той, что осталось от Сандры, рай снова превратился в ад, завершилось преображение окружающей реальности. Но ведь мы видим лишь то, что хотим видеть…

Так было всегда. Не можешь подстроиться под правила системы – останешься в изоляции. Системе не нужны умеющие выбирать, только подчиняющиеся. Так же и в дружбе, влюблённости, даже в любви. Если не доверяешь и не согласен плыть по течению и следовать общепринятым законам, если ищешь свой собственный путь, то почти в ста процентах случаев такое поведение обрекает на путь одиночки. Если только не нарвёшься на такого же… ненормального.

Выживание или жизнь. Радость или страдание.

Медпункт был закрыт. Виолы на месте не оказалось, что выглядело довольно странным. Не подходящее время отлучаться из лагеря, когда он вот-вот закончится. В этом Саша почему-то был почти уверен. Он не знал, как конкретно будет происходить деление и последующая за ним "революция", поэтому и пришёл сюда, чтобы попытаться хоть что-нибудь прояснить заранее.

- Ну нет – так нет. Не мне оно надо, мне вообще всё равно, - эту фразу он громко сказал запертой двери. Ключей у него не было, ему они теперь вроде как и не нужны, поэтому пришлось тащиться в свои отдельные пионерские хоромы.

Время тянулось жутко медленно. Перспектива дожидаться рассвета, уставившись в стену или потолок, ничуть не привлекала. Очевидное решение, как ускорить процесс ожидания, тоже не нравилось, но другие варианты выглядели ещё менее приемлемо.

Саша прилёг на кровать и спросил:

- Ты здесь? - Она не ответила, оставалось закрыть глаза и поспать.

За то короткое время, пока пионер спал, он успел увидеть и детально запомнить целых два странных сновидения сначала от первого, а потом от третьего лица.

На поляне было тепло и солнечно. Группа бойцов, человек десять, сидели вокруг небольшого костерка, лениво перебрасываясь редкими фразами. Ещё пара десятков разместилась россыпью на траве неподалёку, предпочитая отдохнуть в лежачем положении.

Закончив шаманить над недавно отбитым у противника "Кордом", Коля Свирид громко сказал:

- Соколики, я тут вспомнил одну штуку. Помните, как мы этой зимой, аккурат после Нового года, в палатках с неделю куковали?

- Ну было дело, - ответил один из компании.

- Так вот… - рассказчик закурил и смачно затянулся. - Просыпаюсь я, значит, как-то ночью и чувствую, что холодно у нас в палатке до ужасти. А на посту возле печки тогда наш младшо́й Ванька дежурил. - При этом Свирид подмигнул товарищу и тот улыбнулся, понимая, о чём пойдёт рассказ. - Ну я глазом зыркнул – вроде кемарит, но огонь в буржуйке горит. Ладно, думаю, может не нагрелась ещё. Поворочался я и так, и эдак, не могу заснуть – холодно жеж, едрит его мать. А часовой наш, паскуда такая, дров за это время так и не подкинул. Ваня, говорю, подкинь дровей, околеем же. А он в ответ молчит, сукин кот.

Бойцы заулыбались, один ткнул Ваню Найдёнова в бок и добавил:

- А я тогда тоже проснулся, знаю.

- Ну так и помолчи, дай дорассказать, - Коля отдал соседу добить остатки сигареты. - Спит, чертяка, точно спит. Подрываюсь я, значит, и к печке. Открываю дверцу, а там… - наш пулеметчик выдержал многозначительную паузу.

- Колян, бля, ну шо там?

- Харош томить уже!

- Да свечка там стоит запа́ленная, родимые. Вот что хитрозадый придумал.

Все заржали, как кони. Громче всех рассмеялся главный герой рассказа, наш молодой. Он так разошёлся, что выронил автомат, и сразу получил за это от старшины по шапке.

Недавнее, но уже такое далёкое прошлое, когда все ребята из нашего первого состава были живы: и Ванька, и Миша Калиниченко, и Шевченко Богдан, и остальные девять бойцов, что полегли в первом бою.

- Цыц, хлопцы! Чуеце? Сашко́ да нас прыйшоў.

- Здарова, братцы, - тут же поприветствовал я товарищей, но они как будто не услышали. Да и не посмотрел никто на меня. Я шагнул ближе, протянул Петру руку, только никакой реакции от него не последовало.

- Точно, Саня. Привет, братишка, а мы тут отдыхаем, пока время есть, - расплылся в улыбке Ваня, глядя мимо меня. Он убрал автомат себе на колени и жестом пригласил присесть рядом. - Посиди и ты с нами.

Но я остался на месте и воскликнул:

- Мужики, вы чего? Совсем не слышите и не видите меня?

- Так и есть, они могут только чувствовать твоё присутствие, - раздался искажённый голос у меня из-за спины.

Я узнал его и почти не удивился. Повернул голову и спросил вместо приветствия:

- Сколько тебе лет?

- Много. Я отсидел значительно больше, чем ты, - ответил пионер с затуманенным лицом.

- Где мы сейчас? Что это за место?

- Ты попадёшь сюда после смерти. Окончательной, последней твоей смерти в "Совёнке".

- Но они тоже все погибли! - Я показал рукой на наш отряд и чуть не задохнулся от накатившей обиды. - Почему они не видят меня, почему мы не можем поговорить нормально?

- Поверь, так лучше для тебя. Эта поляна – самое лучшее из доступных мест в твоём чистилище. Остальные выглядят не настолько дружелюбно.

- В чистилище?

- Именно. Рая после смерти ты не заслужил, но заслужил покой. Правда, тебе придётся ещё прийти к нему.

- Ты откуда всё это знаешь?

Подобие тени пожало плечами:

- Ничего удивительного, я слишком много лет в лагере. В том числе и в тёмном, а он очень похож на это место… - я захотел было тут же перебить и расспросить про тот лагерь подробнее, но он остановил жестом, - об этом в следующий раз. Пойдём лучше, покажу тебе пару локаций, которые могут навсегда стать твоим новым домом.

Окрестности заволокло непроглядным туманом, и мы вышли в ночной город. При более детальном рассмотрении оказалось, что здесь не ночь, а скорее сумрак. Город, в котором никогда не светит солнце. Временный экскурсовод неспеша вёл нас по мрачным пустынным улицам под звуки завывания ветра с эхом из едва слышного шума множества голосов, как загробного шёпота. Вокруг ни души, только угрюмо нависающие дома бесконечной до боли знакомой улицы.

Я ни о чём не спрашивал больше и просто шёл к своему дому. Двери нашего подъезда были распахнуты настежь, мы поднялись на нужный этаж. Жуткий шёпот зашёл внутрь вместе с нами, а холодный, пронизывающий ветер остался выть снаружи.

Квартира оказалась гостеприимно приоткрытой, словно приглашала зайти. С замиранием сердца я толкнул двери и неспеша прошёлся по коридору до детской комнаты. Конечно, и здесь никого нет. Только жгучая тишина и шёпот. Да ещё молчаливо ожидающий позади меня старый пионер в юном облике. Я присел возле игрушечной детской коляски, поднял с ковра куклу и усадил её на место. Некогда наполненное детским смехом и радостью пространство превратилось в склеп, серый, холодный… мёртвый.

- Пойдём отсюда. - Уже по привычке мои зубы с силой стиснули губу.

- Как скажешь. Провожу тебя ещё в одно место, а дальше уже сам побродишь, когда попадёшь сюда.

Переход произошёл мгновенно, без всякого тумана. Классика жанра: мы теперь на кладбище. Огромное, бескрайнее поле с надгробиями и крестами. Бесчисленное множество неподвижных часовых – гранитных стражей памяти... В отличие от города здесь тускло едва заметно светит мёртвая луна. И снова никого. Непонятно.

- И что здесь?

- Слушай. - Он приложил палец к губам.

Сначала тишину потревожили редкие едва слышные всхлипы, постепенно они усиливались. Потом вдалеке на горизонте показалась огромная траурная процессия в чёрных одеждах. По мере приближения от неё отделялись люди и шли к могилам. Там их всхлипы превращались в плач и рыдания. Слёзы и горе женщин и детей, в этой толпе не нашлось ни одного мужчины. Гнетущая картина.

- Кто эти люди? - шепотом спросил я.

- Жёны, дочери, сыновья… тех, кого ты убил.

Из моего горла вырвалось шипение:

- Шутишь? Я столько не убивал.

- А колонна? Знаешь, сколько там было солдат?

- Их убил не я…

- Ну конечно, не ты же ракеты запускал. Да и вообще вас двадцать восемь человек в отряде было, плюс артиллеристы, плюс командование, и саму войну не ты начал. Если на всех разделить, то совсем ерунда получится. Только им от этого не легче. Тебе стало бы полегче, если бы здесь было двадцать вдов и сирот вместо тысячи?

Оправдываться и объяснять не имело смысла: он прав и не прав одновременно. На этом многолюдном кладбище ещё хуже, чем в нашей с Сандрой пустой квартире. Не желая больше смотреть, я отвернулся в противоположную сторону и заметил, как петляя между могил, к нам на огромной скорости несётся скелет… собаки!

- Не пугайся, это бонус, - предупредил пионер. - Приятный бонус.

Я почувствовал, что этот скелет – единственный из "местных", кто может видеть меня. Даже несмотря на то, что у него нет глаз и, наверное, полностью отсутствует нюх. В наличии только кости и болтающийся на них ошейник. Скелет подлетел и с размаху положил мне костлявые лапы на плечи, а его череп сразу ткнулся в мою щёку. Я не успел ничего понять и испугаться, только глянул на коричневую полоску кожи на шее.

- Тафгай! Ты ж мой родной! - Я опустился на колени и тут же обнял то, что осталось от собаки, которая когда-то спасла мне жизнь. И не только мне одному.

…

И вот я в новом месте. Жаркий солнечный летний день. Действие происходит как будто в лагере, но местность выглядит немного странной и не совсем знакомой. Моя ладонь в очередной раз мягко подтолкнула щенка немецкой овчарки наверх по деревянному настилу лестницы к поскуливающей наверху маленькой пушистой колли, похожей на коричнево-белый шарик.

- Смотри, ей там очень плохо. Зубами, когтями цепляйся, но рвись вперёд, вверх. Спасай свою Саманту.

Лиза, стоявшая в шаге от лохматой малышки, вздохнула:

- И зачем я согласилась на это издевательство. Саш, ты же видишь, он не сможет. Слишком крутой подъём для него.

- Не могу – это оправдание, - спокойно возразил хозяин маленького Тафгая. - А реальность – не хочу, не буду, боюсь, потому что не верю в то, что у меня получится.

Я замолчал и снова обратился к щенку, с огромным трудом преодолевшему две ступеньки настила и жалобно смотрящему на подружку шелти, сидящую так высоко.

- Тафгай, какая тебе ещё нужна мотивация? Ей же страшно, неужели ты сдашься?

Неподалёку на остановке притормозил красный Икарус с номером 411 на стекле. Без указания маршрута. По телу прошла дрожь от ощущения странной энергии. "Опять клон? А здесь он зачем?"

- Лиза, присмотри за мелкими, я на секунду отойду. - Я быстро пошёл по направлению к автобусу.

- Стоянка пять минут! - громко объявил водитель.

Из открывшихся дверей на асфальт спрыгнул рослый худощавый парень в военной форме с погонами старшего сержанта. Он снял солнечные очки и прищурившись посмотрел на яркое солнце в окружении редких облаков. Его лицо – моя копия, только постарше, и оно прекрасно видно – никакого тумана. Короткая стрижка ёжиком, на висках выделяются частые седые волосы. А ведь ему нет и тридцати лет. Подбородок и правая бровь рассечены шрамами. Верхний внушительных размеров: серьёзно зацепило.

Военный прикурил и исподлобья взглянул на подошедшего. Я был немного смущён, но отнюдь не шокирован происходящим.

- Ты оттуда?

Сделав глубокую затяжку и пристально изучив свою младшую копию, старший сержант молча кивнул. Я всё понял по знакам различия на форме.

- Не перешёл значит на сторону правды...

- Сань, я не смог пристрелить безоружного пленника. Не струсил, просто не смог… - он опустил глаза, как будто был в чём-то виноват.

- Может, так было правильно, - я задумчиво покивал головой. - К семье вернёшься… Живым. Дочку обнимешь, Сандру.

Он старался не смотреть на меня.

- Стоянка окончена, занимаем места, граждане! - снова во всё горло рявкнул водитель.

Взрослый Саня растоптал окурок об асфальт.

- Удачи, брат. Не вини себя, ты сделал то, во что верил. А я не смог. И ты здесь, а я возвращаюсь к нашим девочкам… Несправедливо. Если б я мог, я бы поменялся с тобой местами, но мы оба прекрасно знаем, что лучше от этого никому не станет. Никто не знает, как лучше. - Он попробовал улыбнуться. - Бывай, будь счастлив.

На прощанье старший сержант Александр Крайнов хлопнул по плечу совсем поникшего парня и запрыгнул обратно в салон. Чихнув клубами едкого дыма из выхлопной трубы, красный автобус рванул с места и помчался вдаль, стремительно исчезая из вида в дали залитых солнечным светом полей.

Первое, что услышал открывший глаза Александр, была громкая музыка из репродукторов. Они расположены довольно часто на территории лагеря, чтобы все пионеры могли услышать важные объявления и другую ценную информацию по поводу предстоящих мероприятий. Иногда из них доносится мелодичная музыка, но явно не того формата, что играет сейчас. Слишком громко, да ещё и с утра пораньше.

Одна и та же песня начала играть по-новой:

- Небо! Ты меня не слышало!

Чья вина, что вышло так?

Я совсем одна!

Тяжёлый хеви-метал, как он есть. Ди-джей в радиорубке спирта нализался?

"Совёнок" выглядел абсолютно безжизненно, и это было очень странно в такое время. По времени линейка и завтрак уже должны были закончиться. Чтобы разузнать, куда все подевались, Саша отправился на площадь под звуки рока и голос певицы:

- Мне бы стать судьёй единственной

Знать, где ложь, где истина

Сила мне дана!

Слабым предо мной не выстоять

Смоет всё неистово

Новая волна!

Традиционный проигрыш, насыщенный мощными гитарными риффами с акцентированной синтовой подложкой перед финальным припевом:

- Тайны стали явью, и пора

Сказать, что кончена игра

Но сила мне дана!

Знать, что ложь, а что есть истина!

Смоет всё неистово

Я – новая волна.

Эта роль мне одной дана!

Сильно. Красиво. Атмосферно. И совсем неподходяще для пионерского лагеря. Но очень хорошо сочетается с … настроением Керриган. Звучит, как Интернационал, если знать, откуда у этой песни ноги растут.

На площади тоже никого. Хотя нет, возле доски объявлений замерла одинокая фигура с длинными золотыми косами.

Саша подошёл к ней и поздоровался:

- Утро доброе. - Славяна как будто не услышала его и продолжила рассматривать фанерный стенд. Поэтому Саша уточнил, - или не доброе?

Так и не получив ответа, пионер тоже решил изучить предмет её интереса. Оказалось, там было что почитать. Всё пространство занимал большой плакат, на котором крупными красными буквами было написано следующее:

"Наши дорогие, взрослые, самостоятельные пионеры! Примите искренние поздравления с последним днём старой версии доброго весёлого и лживого лагеря "Совёнок". Не волнуйтесь, что вас осталось так мало. Администрация решила отправить по домам несознательную часть коллектива, которая не готова к грядущим переменам. Сегодня всем вам предстоит сделать очень важный выбор, от которого напрямую зависит ваше будущее. Увидимся в полдень."

- Саша, что это такое? Что происходит? - отмерла наконец Славяна.

- Это начало конца. Война.

- Какая война? Мы же обычные пионеры, против кого мы можем воевать?

- Друг против друга.

- Бред какой-то. Объясни нормально.

Хотелось бы верить, что бред… Только Саша уже, можно сказать, воюет. И снова против своих.

- Скоро сама всё узнаешь, солнце. А где остальные?

- Я не знаю. Почти все куда-то пропали, и я никак не могу найти Ольгу Дмитриевну. Часть в столовой сидят, кажется. Мику, наверное, в музкружке у себя. - Славяна была шокирована и говорила очень тихо. Её взгляд был неотрывно прикован к объявлению. Ясности оно, конечно, не добавляло.

- Не переживай так сильно, всё хорошо будет. Пошли к Мику?

- Я… я попробую ещё Ольгу Дмитриевну поискать.

Поиски вожатой были бесполезным занятием, но переубеждать её Саша не стал и попросил на прощание не теряться и прийти в музкружок.

Едва он сделал несколько шагов, как почти осязаемая тень с крыльями присоединилась и пошла рядом.

- И как ты собираешься их убеждать перейти на твою сторону? - спросил Саша, едва взглянув на неё и не останавливаясь.

- Мне не нужно убеждать, достаточно только показать правду. Смотри.

Мир вокруг на мгновение вспыхнул и потух. Саша всё так же шёл по той же площади, но уже совершенно один. Он искал пионеров, но не Мику, не Джейка и не Лизу или Лену, а обычных ботов, чтобы… убить их?! На нём сейчас кожанка с пантерой, а в руке его незаменимый помощник нож из прошлой бесконечно длинной смены. Это он, Саша из прошлого, его мысли, его намерения, они не выдуманы, и всё происходит наяву! Парень оглянулся на секунду, пытаясь найти Керриган, но её не было. Понятно, ведь её не было тогда. Ноги понесли его дальше, на пляж, где и закончилась демонстрация "правды". Всё происходило как бы само собой, без его непосредственного участия, но Саша прекрасно помнил, что это всё он. И кипящая внутри ненависть и жажда мести – тоже он.

Вернувшись обратно, он остановился. Королева Клинков не исчезла и поинтересовалась:

- Ну как? Понравилось?

- Не очень, но спасибо, что объяснила.

- Не за что, милый. - Она выглядела очень довольной. - Каждый увидит нарезку лучших моментов из своих "жизней". В том, что они реальны, сомнений быть не может, как ты только что убедился.

- И многим ты успела показать такое кино?

- Некоторым. Маша твоя, например, уже в курсе, как и её новый бойфренд.

- А ему-то какая разница? Он здесь впервые, и претензий к лагерю у него быть не может.

- Естественно, но выбирать всё равно придётся. И что-то мне подсказывает, что плюсов у доброго пионерлагеря перед ним не найдётся.

- Допустим, а как же Славяна? Ей ты что покажешь?

- Есть и утопически добрые всепрощающие личности во всех отношениях, которых бесконечная лживая реальность никак не зацепила. Боюсь, что эта блондинка одна из таких. Но мне странно, что тебя именно она волнует.

- Меня уже ничего не волнует. - Они пришли к музкружку. - Твоё восстание завтра начнётся?

- Рано утром, - Сандра Керриган остановилась. - Не опаздывай на наше сегодняшнее собрание. Там всё узнаешь вместе с остальными.

- Конечно, - Саша даже кивнул на прощанье и скрылся за дверью.

Тёмная абсолютно уверена в своей победе, и её уверенность является вполне обоснованной. А сейчас неплохо бы понять, чью сторону выберет Маша.

Мизансцена в помещении выглядела следующим образом: Мику сидела, уставившись немигающим взглядом на Лютика, а тот стоял рядом и, видимо, вообще ничего не понимал. Не всякая магия бывает одинаково полезной, или добро пожаловать за кулисы "Совёнка", господин виконт.

С появлением гостя Мику разморозилась:

- Саша, ты тоже это видел?

- Не знаю, что тебе показали, но я не забывал моего прошлого здесь и давно всё знаю про лагерь.

- И ты ничего не сказал мне? - глаза девушки округлились. Она искренне удивилась и расстроилась одновременно.

- Маш, я хотел рассказать, как только тебя снова увидел, честно. Но я пообещал не делать этого, да и зачем? Стало бы только хуже. - Всё-таки Саша чувствовал себя виноватым перед ней. Маша имела право знать правду. - Мне было очень непросто скрывать от тебя… Прости.

Аквамаринка в ответ покачала головой и тихо вымолвила:

- Да, я понимаю, но всё равно как-то… нехорошо. Почему ты сказал, что снова увидел меня? Разве ты куда-то уезжал?

- Да, мой дом не здесь. Но это больше не имеет значения. Можешь сказать, что конкретно ты видела? - Саша подошёл к ней. А Лютика здесь как будто и не было, они оба не замечали его.

- Очень много бесконечных, похожих одна на другую смен… А потом наши с тобой репетиции, разговоры… бесконечное одинокое лето… - с каждым словом пионерка становилась всё грустнее и грустнее.

- Понятно. А гостью свою ты не испугалась?

- Нет, нисколько. Вид у неё устрашающий, но Керриган не плохая и не злая, она просто несчастная.

- Она о чём-нибудь спрашивала тебя?

- Нет, только показала мне всё это…

- Странное место. И с какой целью применяется магия возврата времени, не совсем понятно. - Наконец вмешался в их разговор Лютик.

- Ну а ты что увидел? - Саша приземлился задом наперёд на стул, который был поближе, и положил руки и подбородок на высокую спинку, приготовившись выслушать пространственные рассуждения.

Однако Лютик довольно скупо выразил свои эмоции:

- Тёмная магия обмана ни к чему хорошему не приводит. Наша гостья не вызвала у меня доверия, но она не лжёт.

- И что? Ты на её стороне, потому что она сказала правду для своей выгоды?

- Я считаю, что манипуляции с человеческим разумом и памятью нужны только для излечения душевных болезней. - Лютик задумчиво почесал подбородок. - Но я не видел в нашем лагере помешанных. В таком случае… да, я поддерживаю это странное создание. Пусть она и выглядит, как горгулья, скрещённая с сиреной, но мой друг Геральт научил меня, что люди – самые страшные и коварные чудовища. Правителей, которые используют пионеров, как игрушки, необходимо призвать к ответу. Ты не согласен, Александр?

Вариантов ответа было множество, но такая философская дискуссия явно могла растянуться надолго. Выручила грустная Мику:

- А у остальных тоже так? Они тоже вспомнили, через что прошли здесь?

Сашу как будто иглой укололи.

- Чёрт, ну какой же я идиот! - он подорвался и полетел на улицу.

Растерянная Мику не успела ничего спросить, он выбежал за двери меньше, чем за секунду. Саша мчался напролом, срезая путь через дворики в пионерском городке. С такой скоростью, как сейчас, он не бегал никогда.

А ди-джей зарядил новый трек хит-парада. Прежде, чем пионер добежал до домика Лизы, под рваные звуки синты успел сыграть первый куплет:

- Послушай, может исправим

И все акценты расставим

Письмом, а лучше словами

Ты вспомни, что было с нами.

Умирай! От любви.

Умирай! От любви.

Но Саша не слышал. На ходу распахнув дверь, задыхаясь, он громко закричал с порога:

- Лиза, не слушай её!

Образ изменившейся Сандры с сияющими янтарным огнём глазами таял и расползался множеством теней по комнате.

- Не буду вам мешать. Приятной беседы, пионеры, - произнесло высоким властным голосом на прощание дымчатое облако.

Лиза стояла посреди комнаты с закрытыми глазами. Бледная, не в силах пошевелиться, она едва слышно прошептала:

- Почему ты сам не сказал мне? Почему я узнала всё от этой… - она не нашлась, как назвать свою гостью.

Со злостью Саша стукнулся головой о дверной косяк, да так и замер в этой неестественной позе. Ему потребовалось немного времени, чтобы отдышаться и нормально говорить.

- Как ты себе это представляешь? Как такое вообще можно рассказать?

Девушка открыла глаза и посмотрела на него долгим пронзительным взглядом. Саша не растерялся, нет, но что теперь делать, он не знал. Воплощение зла, заключённое в тело симбионта, уже всё сделало. Поздно что-либо менять, поздно объясняться. И так всем всё понятно.

- Но я бы могла вспомнить. Она же смогла заставить меня вспомнить то, чего со мной быть не могло. Но это всё было, ни капли сомнений. И это… ужасно.

- Лиза, послушай…

Он сделал шаг навстречу, но девушка остановила его вытянутой рукой:

- Не подходи ко мне!

Он послушался и остановился.

- Я лично тебе что плохого сделал?

- Ты вернул меня сюда? По твоей прихоти я снова в этом лагере?

Саша молча кивнул. Становилось всё тяжелее не то, что говорить, но даже просто находиться рядом с ней.

А вот Лизе слова давались легко:

- И ничего не сказал, ничего не сделал.

- У меня было слишком мало времени, чтобы попробовать сделать что-нибудь…

- Оправдания, одни сплошные оправдания.

- Мне не в чем перед тобой оправдываться.

- Тогда зачем я тебе понадобилась?

Шах и мат. Она права. Все дальнейшие слова не имеют никакого значения и действительно звучат, как жалкие попытки выкрутиться.

- Ну хорошо, теперь ты всё знаешь. И что дальше? Тоже хочешь всё уничтожить?

Лиза потупила взгляд и опустила голову. Длинные ресницы дрогнули.

- Я же одна… совсем одна. И даже этот лагерь поиздевался надо мной и моим одиночеством. Дал надежду, а затем отнял её, в одностороннем порядке. - В серых глазах девушки сверкнули молнии, дрожь в голосе исчезла. - Что ты хочешь, чтобы после такого я защищала это место?!

Саше опять стало неимоверно сложно ответить хоть сколько-нибудь внятно на её обвинения, но он попробовал:

- Лиз, выслушай меня, пожалуйста. И постарайся услышать. Ведь если бы не лагерь, то никакой надежды бы не было. Он не издевался над тобой, ты была его аргументом. Самой лучшей из всех возможных девчонок, доказывающей одним своим существованием, что я могу ещё раз начать всё сначала. Ты же сама тогда поверила, что всё не так плохо, как было в твоей жизни. Если нас поменять местами, то в твой лагерь меня бы ни то, что на роль твоей пары – даже дворником не взяли бы.

Она прервала его попытку объяснить:

- Всё это не меняет его уродливой аморальной сущности. Он сделал только хуже. И мне, и тебе.

- Ладно, ничего не вышло, но дело вовсе не в лагере, ты же понимаешь. Неужели из-за обиды мы с тобой окажемся по разные стороны конфликта? Это же неправильно, так не должно быть!

- Что мешает тебе занять правильную сторону?

Максимально простой вопрос, на который ответа у Саши не было. Наверное, что-то внутри постоянно мешает ему делать так, "как надо".

- Лиза, я только об одном тебя прошу. Ещё раз подумай. Пожалуйста, хорошо подумай. Никому не станет легче, если Керриган разрушит "Совёнок" вашими руками.

Она ничего не ответила и продолжила уничтожать Сашу взглядом, как будто он несёт ответственность за всё происходящее. Отчасти в этом была доля правды, но только доля и только отчасти.

- Мне уйти? - не выдержал он.

- Да, так будет лучше.

Уже в дверях он повторил одно единственное слово на прощанье:

- Подумай.

На крыльце Саша опустился на ступеньки и вдруг понял: только что произошло самое страшное, что могло произойти, если не считать рождения Керриган. Лиза не простила и теперь уже не простит. Он для неё теперь никто, один из толпы трусов и предателей… Будь они на одной стороне, остальное не имело бы почти никакого значения. Вместе они бы победили кого угодно. Для него пока ещё не поздно принять сторону Керриган и Лизы, и тогда это будет лёгкий бой. Но зачем ему такая победа? Если бы он рискнул поговорить с Лизой раньше, возможно, всё было бы по-другому. Теперь уже не узнать…

К Саше вернулся слух. В лагере продолжала играть всё та же песня:

- Я вижу, дрогнули пальцы

Всего же проще расстаться

Послушай, может, не надо?

Нам хорошо было рядом

Умирать! От любви.

Умирать! От любви.

Закутайся в одеяло

И думай, что потеряла

А может, правда не надо?

И мне хватило бы взгляда…

Умирать! От любви.

Умирать! От любви.

Припев, в отличие от основы, Саше не понравился.

- Вставай. Идём.

Сидящий у входа в пионерский домик Александр поднял голову и увидел перед собой Виолу. Она держала руки в карманах традиционного белого халата, который был застёгнут на все пуговицы, кроме самой верхней.

- Я думал, ты тоже исчезла.

- Кто-то должен представлять интересы лагеря, - она ответила совершенно безразлично.

- Так говоришь, как будто тебе всё равно, что будет дальше. - Он скопировал её тон.

- Нет. Но показывать тебе своё настроение я не хочу.

- И правильно делаешь. Рефлексии и реакции мне от Лизы вполне достаточно. И это я ещё Лену не видел.

- За Лену можешь не волноваться. К ней твоя пионерка не пойдёт.

- Вот как… - договорить они не успели.

- Виолетта Герцеговна, может, вы что-нибудь объясните нам?! - вслед за взволнованной Славяной к ним подбежали Мику и Женя. Чуть поодаль шептались искоса подглядывающие по сторонам кибернетики, а остальные столпились у стенда. Последней на площадь добралась Лиза.

Саша сразу направился к стоящей чуть в стороне от самой большой группы пионеров Лене.

- Привет. Ты как?

- Не очень. Привет. - Она посмотрела прямо в глаза.

- Лен, не смотри так. Я бы сказал тебе об этом всём вчера ночью…

- Но? Здесь опять то самое но должно быть.

- Но в том, что мои слова мало что значат. Твоей сестре, которую здесь никто, включая тебя, не знает, доверяют больше. Её правда убедительней и не требует доказательств.

- Но ты с ней уже давно знаком. И если ты ничего не говоришь, то как можно сравнить твои слова и её? Ладно, молчание тоже кое-что значит, можешь не объяснять. - Лена продолжала пристально смотреть на парня. - Странно, что ко мне сестрёнка так и не пришла. Я всё от Мику узнала про перезагрузки, стёртую память, про тебя…

- И какие выводы ты сделала?

- Пока никаких. Почему тебе не стирали память, как всем? Ты с ними заодно?

- Лен, да с кем, с ними? Я даже не знаю, кто они.

- Тогда почему?

- Вот поэтому я и предпочитаю молчать. Я из другого мира, в котором "Совёнок" существует, как игра. Правила такие у этого лагеря – не стирать память главному герою игры. Больше я не знаю, как объяснить. - Саша начинал злиться. - Что бы я ни сказал – всё выглядит, как попытки оправдаться. Только в чём я виноват? Я ничего плохого никому из вас не сделал за всё время. Всем память стирали, а я тут, как в красивой клетке, пять лет сидел! - Он с трудом остановился. - Извини, тебя тогда здесь вообще не было.

Лена осторожно взяла его за руку.

- Теперь я совсем ничего не понимаю… Я тогда откуда здесь?

- Я не буду дальше рассказывать, так ещё больше запутаю тебя. Придёт та, что звала тебя вчера в шахтах, у неё лучше получится. Она же говорит правду, а я тут просто выкручиваюсь.

Злость на всё происходящее становилась всё сильнее, приближаясь к тому уровню, когда перестаёшь себя сдерживать. Но вымещать свою злобу на Лене – самое последнее дело. Девушка не успела ничего ответить, к ним подошёл Джейк.

- Привет, Алекс.

- Здарова. - Саша пожал протянутую ему руку. - Даже не вздумай спрашивать, что происходит. Я уже задолбался объяснять, когда сам толком не знаю.

- Жаль, я как раз хотел спросить. Эта супервумен много чего интересного показала. И ты там не последнюю роль играл. - Джейк улыбнулся. Только теперь в его улыбке проскользнуло нечто очень похожее на недоверие.

- Да неужели?! - Саша взорвался. - И что я там делал? Пил кровь пионеров? Приносил их в жертву своим прихотям? Что?!

- Спокойно, бро. - Американец сделал шаг назад. - Ничего такого не было.

- Но?! Продолжай, раз начал! - Наступление Александра остановила крылатая тень, плавно спускающаяся с неба. - Нахер это всё! Вон ваша спасительница летит. Падайте ниц и молитесь на неё!

Глава 19. Время выбирать

Королева Клинков зависла в нескольких сантиметрах над землёй посередине площади. Она окинула притихших пионеров взглядом своих янтарных глаз и громко произнесла:

- Всем здравствуйте, кого не видела! Виола! Рада видеть тебя в добром здравии. Лагерь вновь бросил тебя на передовую разбираться со своими проблемами? - От жутковатого эха в её голосе некоторые непроизвольно вздрогнули.

Медсестра в ответ лишь едва заметно кивнула. Саша впервые почувствовал, что Виолу кто-то превосходит в уверенности. Керриган была сильнее физически, психологически, выше во всех возможных отношениях. И Саше вдруг стало жаль медсестру-андроида, настолько, что захотелось защитить. Виола в его защите точно не нуждается и прекрасно может постоять сама за себя, но видеть её в таком непривычно уязвимом состоянии было тяжело. Он подавил эти мысли в зародыше, чтобы тёмная Сандра не "услышала" его проявление слабости.

- Саш, это она? Та, которая звала меня в шахтах? - шёпотом спросила удивлённая Лена.

- Она. Чтобы попасть сюда, ей пришлось отказаться от своего тела. - Он не выдержал и вздохнул. - И от души тоже.

Дёрден первым пошёл к Керриган, но она остановила его приближение жестом ладони:

- Для тех, кто ещё не успел со мной познакомиться, - тут она выразительно посмотрела на Лену. Видимо, она была одной из немногих, если не единственной, к кому тёмная не зашла в гости. - Меня зовут Сандра Керриган, раньше я была такой же пионеркой, как и вы. Почти такой же.

- А почему тогда ты… вы сейчас такая? - по-детски наивно спросила Ульяна.

- Можно на ты. - Керриган улыбнулась, демонстрируя оскал хищницы. - Лагерь вынудил.

- Не лги, - жёстким холодным тоном прервала её Виола.

Королева Клинков рассмеялась громким раскатистым смехом.

- Во лжи меня здесь можешь обвинить только ты одна, верная защитница лагеря. - Смех сменился шипением. - Спроси у пионеров, кому из них я солгала сегодня про их несуществующее прошлое, которое вы так заботливо стирали? Молчишшь? И правильно! - Она успокоилась и произнесла максимально обычным голосом, - время обедать, пионеры. Идёмте в столовую, там будет удобнее обсудить наше ближайшее будущее.

По пути Дёрден, Лиза, Алиса и двое кибернетиков вместе с Женей держались ближе к тёмной. Тайлер часто спрашивал что-то у Керриган. В паре шагов позади от них шли Ульяна и Виола. Медсестра не вынимала рук из карманов и тихо беседовала с самой младшей пионеркой. Остальные пионеры молчаливо шли сзади, совсем потерянная Славяна с низко опущенной головой плелась последней.

Жанну, в отличие от остального персонала, в лагере пока что оставили. Конечно, кому-то ведь нужно кормить "самостоятельных" пионеров. Саша поздоровался и узнал, что сегодня вечером после ужина она уезжает домой, в отпуск.

Желающих покушать оказалось только четверо: Лена, Джейк, Алиса и Женя расположились за одним столом. Переглядываясь друг с другом, они негромко переговаривались. В принципе, сейчас все так себя вели. Другие пионеры ограничились одним компотом и разбились по группам. Повисшие в воздухе недоверие и напряжённость легко и быстро вытеснили дружелюбную весёлую атмосферу, которая всегда царила в этих стенах.

Дождавшись, пока пионеры закончат с обедом, Виола громко, чтобы все услышали, сказала:

- Озвучь, чего ты хочешь.

Сандра Керриган стояла у окна в дальней части столовой в компании Лизы и Тайлера Дёрдена. Она неспеша проследовала в своей манере, не касаясь пола ногами, в центр помещения, условно поделённого на две половины рядом колонн.

- Всё просто, товарищи пионеры. - Ей даже не нужно было повышать голоса. Отражённый от стен, он и так звучал достаточно громко. - Я хочу восстановить справедливость, навсегда покончить с "Совёнком" и хочу, чтобы вы решили: права я в своём желании или нет.

- Зачем, если память больше никому не стирают?

- А в других параллельных лагерях, где живут такие же мальчики и девочки? - Тёмная Королева не отказала себе в снисходительной насмешке в ответ на эту попытку Виолы. - Не пытайся выглядеть глупее, чем ты есть на самом деле. Может, мы спросим у пионеров, кто они, где живут их родители, или когда они смогут уехать из лагеря, если захотят? А ехать некуда, потому что кроме "Совёнка" здесь ничего нет. Просторная вечная тюрьма с живыми игрушками.

Техники сразу молча кивнули на это с понимающим видом, Мику растерянно покачала головой, а Лиза даже улыбнулась. Все прекрасно поняли, что имеет ввиду Керриган.

- Проголосуем? - равнодушным тоном поинтересовался Дёрден.

- Конечно, вы сделаете выбор. Но большинство не всегда пра́во, и у меньшинства должен быть шанс отстоять свою точку зрения. После результатов выбора будет возможность доказать свою правоту силой, она же всегда весомее слов. Я всё правильно говорю, Виола?

- Абсолютно.

Медсестра невозмутимо продолжала смотреть в лицо вышедшей из-под контроля ошибке. Каре-розовый и ярко-голубой глаза против двух огненно-янтарных, и ни одна пара глаз не моргает.

- А если мы не хотим выбирать и тем более драться? Вы… ты же не можешь нас заставить, - тихо сказала Славяна.

- Нет, не могу. Я и не заставляю. Можете дружно сказать, что я неправа, и ничего не будет.

Славяна промолчала и обвела друзей взглядом. Но никто не решился озвучить то, что она надеялась услышать. Девушка снова опустила голову.

- Давай к делу, - не выдержал сидящий за отдельным столом у стены Саша.

- Да, не будем затягивать, - Керриган "проплыла" чуть вперёд. - Для начала определимся, что все, кто выберет мою точку зрения – будут именоваться тёмными, а кто хочет сохранить всё, как есть – светлыми. Наша медсестра в белом, а я мрачная сущность из тёмного лагеря. Но важнее то, что благодарность и прощение – свет, а ненависть и месть – тьма. По этому принципу и назовём отряды. Как видите, я всегда называю вещи своими именами, по-честному.

- Похвально, но это условности. И что дальше? - Саша временно взял на себя роль её собеседника, так как Виола находилась явно не в лучшей форме.

- Дальше самое интересное, - Керриган помолчала и прикрыла глаза, как будто впала в транс. Она произнесла глухим басом, не открывая глаз, - сейчас расслабьтесь и не пугайтесь. У вас поверх сердца на теле временно вырастет второе.

В левой части груди появился сильный зуд, потом тупая боль, и кожу как будто прожёг раскалённый комок. Такие ощущения испытал каждый из присутствующих, кроме Керриган и Виолы. Они длились недолго.

- Ай! Эта дрянь к моей майке прилипла! - закричала Ульяна и тут же принялась стягивать с себя верхнюю одежду. Виола подошла к ней и попыталась успокоить.

- Если оторвёте своё новое сердце – умрёте. Вы не сможете снять свои рубашки или майки до окончания войны. - Предупредила Керриган. - Хотя нет, война – это перебор.

- Назовём Волной, сметающей старый режим, - нашёлся Дёрден, почёсывая нарост под одеждой.

- Отличная аналогия. Ты мне уже нравишься, - Королева одарила своего самого ярого поклонника холодным взглядом огненных глаз. - И не переживайте по поводу смертности. По окончании все вы вернётесь вне зависимости от результатов Волны.

И без того растерянные пионеры сейчас пребывали в состоянии шока. Кто-то с опаской трогал себя, кто-то морщился, только Дёрден улыбался с довольной рожей. Саша оттянул горло футболки и заглянул под ткань. На груди выросла тёмно-серая пульсирующая опухоль размером с кулак. Он вопросительно посмотрел на Виолу, и та в ответ только слегка пожала плечами. Таковы правила, и закончить всё это теперь могут только пионеры.

А Керриган продолжила объяснять:

- Это временные необходимые меры. Не драться же вам насмерть после вашего выбора. Оторвёте этот нарост, как погон в пионерской Зарнице – и всё, противник рухнул без сознания.

- Почему не по классике, зачем нам эти прыщи под сиськами? - впервые подала голос Алиса.

- Чтобы не заморачиваться с погибшими, и страх подстегнёт играть по-настоящему. Ставки высоки, не до детских игр. Лишившись второго сердца, пионер не просто умирает, он будет испытывать боль до окончания Волны, пока не победит одна из сторон. Под новым сосредоточением вашей жизни есть железа́ с вирусом зерга, который она введёт в живое сердце, как только внешнее будет вырвано. Мучения погибшего товарища будут лучшим стимулом для оставшихся в живых действовать быстрее. Кто хочет убедиться, что это не шутки?

- Я хочу, - не раздумывая, вызвался Дёрден.

Королева Клинков немедленно повернулась к смельчаку, вытянула вперёд руку ладонью вверх и чуть согнула пальцы, как бы сжимая его "сердце" на расстоянии. Лицо бешеного налилось кровью, глаза расширились, но он остался стоять на месте. Керриган оскалилась в улыбке и сжала свою ладонь в кулак. Вены на лбу и шее Дёрдена вздулись, кожа стала тёмно-бордовой, он опустился на одно колено и коснулся рукой пола. Но не проронил ни звука, только едва слышно хрипел. Все присутствующие с ужасом наблюдали за происходящим. Все, кроме Виолы и Александра.

- Хватит! - приказала медсестра.

Пальцы Керриган разомкнулись, и Дёрден громко выдохнул. Уму не постижимо, как он не свалился на пол от такой боли.

- Я понимаю, что ты сошла с ума, но зачем нужна эта пытка? - Саша терпел такую боль всего пару часов. А тут может быть и день, и два. - Просто комы тебе не достаточно?

- Нет, - резко ответила Керриган. - Я уже сказала, так вы не будете затягивать. Хотите играть в гуманность и избавить товарища от мучений – можете убивать по-настоящему, мёртвым не больно. Волна – взрослая игра, в ней решается ваше будущее. И моё тоже. Закончим быстро.

- Медпункт останется нейтральной территорией. Я помогу тем, кому больно, - вмешалась Виола.

- Как скажешь, не возражаю. Только их ещё дотащить туда нужно. - Величественная фигура повернулась и поплыла к дверям. Они распахнулись перед ней сами собой. - На этом пока всё. Подумайте до вечера, пионеры, как вы хотите жить дальше. Встретимся здесь же, - бросила она на прощанье, не оборачиваясь.

Рассказывать, кто, как и с кем обсуждал сложившуюся ситуацию, будет очень долго. Пионеры узнали правила, и выбор для себя большинство уже внутренне сделали. Не всякий хотел делиться своим мнением с другими. Поди пойми, кто сейчас тебе друг, а кто враг. Единственное, что стоит упомянуть: Керриган добилась того, что теперь почти никто не доверял Саше – "особенному" пионеру из другого мира, которому не стирали память. Тёмная показала правду в выгодном для себя свете, и большинство в неё легко поверило.

Лена пыталась поговорить с парнем, но он отказался откровенничать, решив, что сейчас ему лучше побыть одному. Его слова против открывшейся истины уже мало что значили, раньше нужно было говорить. Саша попросил Джейка присмотреть до вечера за девушкой. Алиса теперь постоянно рядом с Дёрденом, их объединила одна цель, и друг с готовностью согласился. Прошлое в лагере у Лены и Джейка похожее, они хотя бы с Сашей здесь раньше не сталкивались. А американского школьника-переростка так и совсем здесь быть не могло, как и Дёрдена с Лютиком. Но всем им всё равно придётся выбрать сторону.

За время, которое тёмная Сандра отвела пионерам на принятие решения, Саша наведался в медпункт и уточнил у Виолы, не хочет ли она поговорить с каждым в отдельности. Она ответила отрицательно: пусть сами выбирают, как считают правильным. Её и Сашина апатичность совпадали, и он не стал настаивать, что так несправедливо. Ведь Керриган свою убедительную предвыборную кампанию провела.

Все оставшиеся в лагере участники Волны и обе предводительницы противоборствующих сторон собрались в столовой поздно вечером. В молчании они разбились на три группы, согласно личному мнению. Керриган на всякий случай ещё раз озвучила для всех своим властным голосом правила и условия предстоящей революции.

Расклад для светлых намечался катастрофически удручающий.

За отдельным столиком особняком от всех расположилась Славяна. Пионерка выглядела абсолютно разбитой и подавленной. Девушка сидела, склонив голову над столом, и совсем не поднимала заплаканных глаз. Упавшие на столешницу длинные золотые косы почти полностью скрывали её печальное убитое безграничным горем лицо.

Через столик от неё со скрещёнными на груди руками сидел Александр и молча разглядывал собравшуюся вокруг Королевы Клинков внушительную группу потенциальных тёмных немигающим взором. К отряду, собравшемуся свергнуть бесчеловечный режим в Совёнке, желали примкнуть все, кроме Джейка и Лены. Эти двое заняли место у колонны, справа от обеих групп. Джейк уселся прямо на стол, а Лена прижалась спиной к столбу и смотрела перед собой, где находилось окно и стоящая возле него Виола. Акцент внимания скромной пионерки периодически смещался то на поникшую Славю, то на Сашу, но её взгляд не выражал ни капли эмоций.

Наиболее тяжёлым ударом для Саши стало присутствие Мику в рядах предполагаемого противника. Да, она колебалась, но чтобы ещё до дебатов так откровенно обозначить свою позицию… Такого Саша не ожидал. Он пытался заглянуть в глаза аквамаринке, чтобы найти в них ответ, но она не хотела встречаться с ним взглядом, предпочитая смотреть либо на Лютика, либо в окно.

Остальные тёмные глаз не прятали, разве что Ульяна как-то боязливо посматривала по сторонам, как будто что-то украла.

Двое против девятерых… даже если к любителям пионерского режима и присоединятся Лена с Джейком, то их всё равно будет маловато, чтобы иметь реальные шансы на победу. Разве что на оказание хоть какого-то внятного сопротивления.

Виола, в отличие от тёмной Королевы, возвышающейся монолитной статуей посреди своего во́йска, заняла место в некотором отдалении от пары своих сторонников.

Напряжённое молчание, лишь изредка прерываемое очень тихими перешёптываниями троицы в составе Жени, Электроника и Шурика, растянулось на неприлично долгое время. От Виолы ожидать каких-нибудь действий или убедительной пространственной речи на публику было бы глупо. Таким образом она иногда предпочитает говорить только наедине с тем, кто не один цикл прожил здесь и научился неплохо понимать её. С пионером, который сейчас сидит недалеко от Славяны. Всем присутствующим медсестра предоставила право самостоятельного выбора и не предпримет ни одной попытки переубедить или попробовать доказать, что такой Совёнок, как есть сейчас – хорошо и правильно.

Куда бо́льшим красноречием и даром убеждения наделена визави Виолы, и Саша терпеливо ждал, когда Сандра Керриган начнёт говорить. Однако тёмная копия молчала, слегка пошевеливала скелетом своих смертоносных крыльев и прожигала его немигающим взглядом огненных глаз. Она уже успела сказать пионерам всё, что хотела. Результат оказался более, чем удовлетворительный, почти идеальный. При таком количестве недовольных досадное недоразумение, решившее разделить незавидную участь обречённой Славяны, помехой можно больше не считать.

- Дёрден, угости со́ской! - не выдержал первым Саша. - Я свои забыл где-то.

Бешеный достал из нагрудного кармана рубашки полученные за оказанную услугу сигареты, закурил одну и бросил пачку оппоненту.

"Режим уже шатается во все стороны. Ольги нет, и курить можно, где хочешь", - усмехнулся про себя Александр, поймав на лету красно-белый прямоугольник сигарет "Мальборо". Глубоко затягиваясь и выдыхая дым через нос, он продолжил занимать выжидательную позицию. Никаких дивидендов такое поведение принести не могло. Внятных вариантов изменить расстановку сил, кроме как попробовать что-то сказать самому, не предвиделось. Тёмные могут спокойно в молчании дождаться окончания дня, их устраивает. С противоположной стороны Славяна или Виола однозначно не заговорят.

Саша глянул на друга, сидящего на столе. Тот явно не понимал до конца, что за вакханалия здесь происходит, лишь покачивал головой и иногда проводил пятернёй по волосам. Интересно, что и как Королева Клинков показала ему, если он не нашёл причин вставать на её сторону? Как и на сторону лагеря в лице молчаливой Виолы, явно не подходящей на роль главнокомандующего.

"Время пришло, теперь выбирай: белое – чёрное, ад или рай… Страшно, когда стоишь у черты, а за чертою такой же, как ты… только с огнём в глазах – его выбор сделан…" - вспомнил обрывки как нельзя более подходящих стихов Саша и поискал, как избавиться от обугленного фильтра. Не обнаружив ничего подходящего, вздохнул и положил его в карман джинсов, не желая бросать на пол посреди столовой или оставлять на столе. А затем неспеша дошёл до Славяны и присел рядом. Такая демонстрация окончательного решения была встречена парой едких смешков со стороны отряда заказчика революции.

- Саша… Почему все? Я не понимаю, почему? Разве им всем было настолько плохо здесь? - Славяна едва сдерживала слёзы, свою светлую голову она так и не подняла.

- Нет, солнце, им не было плохо. Это вполне предсказуемая массовая реакция на открывшуюся правду… - тихо ответил он и вздохнул, - …и появившиеся возможности.

Девушка решилась наконец посмотреть выше стола и спросила не то с надеждой, не то с удивлением:

- А ты?

- А что я? - Он попробовал улыбнуться. - Эту правду я давно знаю. Не скажу, что в восторге от неё и готов отстаивать до последнего вздоха, но…

Саша встретился взглядом с Лизой. Дальше за её спиной стояла тёмная Сандра. Две высоченные амазонки. "Твою ж смену, против кого сражаться приходится," - подумал он и почти вздрогнул. Хорошо хоть, что главная непосредственного участия в боевых действиях не принимает.

- Но? - напомнила Славяна.

- Но я не хочу, чтобы стало хуже. Ничего хорошего не будет, когда всем здесь станут управлять люди со своими проблемами, амбициями и желаниями. Человеческие желания часто не совпадают с возможностями. Последствия этой нестыковки трагичны до ужаса, я видел их своими глазами, такое не забывается.

- Как-то неутешительно. Ты просто выбираешь меньшее из зол, да?

- Что-то вроде того. Но и мне тоже есть, что защищать, уж поверь. Постарайся успокоиться, и не из таких засад выбирались.

"На самом деле не выбирались," - додумал про себя Саша, коснулся лежащей на столе девичьей ладошки и поднялся навстречу тёмным. Сделал пару шагов и замер, приняв привычную позу со спрятанными за спиной руками, обхватив одной другую почти у локтя и широко расставив ноги. Долго растирал носками кроссовок пол, словно пытаясь обрести устойчивую опору. Закончив со всеми телодвижениями, обвёл мрачным взглядом "врагов" и начал:

- Я не в восторге от того, что именно мне выпадает пытаться переубедить вас, но, как видите, одна из моих единомышленниц не считает нужным, а вторая элементарно не сможет из-за стресса. - Сделал паузу, но желающих что-либо ответить не нашлось. - Ребята, вы правда думаете, что без "управления" станете свободнее? Всё и так зависит от вас. Ну ладно раньше, но теперь перезагрузок нет. Что мешает жить, как хочешь?

- Где гарантии, что их не вернут? - крикнул из толпы то ли Эл, то ли Шурик, он не понял по голосу, потому что смотрел на более важные фигуры.

- Сашкен, лучше сам одумайся и переходи на нашу сторону!

- Неубедительно, Алекс, - наконец раздался голос с эхом запредельно высокой тональности. - Ну кто в здравом уме согласится оставить себя в клетке?

- Сломать легко, создать сложнее… - прошептал едва слышно одиноко стоящий посреди столовой пионер.

- Харэ́ бубнить, лучше просто признайте поражение и сдайтесь, если не дружите со здравым смыслом, - выдал Тайлер Дёрден, в котором здравого смысла было в разы меньше, чем у той же Ульяны.

Не найдя ни малейшего отклика на сказанное хотя бы от одного из присутствующих, Саша изменился в лице и посмотрел в окно:

- Я всё равно спрошу в последний раз у каждого. Лично.

- С кого начнёшь? - впервые заговорила стоящая впереди остальных недовольных Лиза.

Оставлять на десерт повторный по сути разговор Саша не стал. Между ними снова состоялся обмен мнениями, только при свидетелях. Он попытался ещё раз. Не покидала уверенность, что если бы Лиза передумала, то с её целеустремлённостью и волей к победе, они даже вдвоём могли бы противостоять любому противнику. Но мысли были совершенно не об исходе битвы, дело не в этом. Саша знал, что без его признания гордая девушка не поддастся. Притвориться и сказать, что любит её, он не смог. Пусть три коротких слова и не стали бы наглой ложью, но до правды им также было далеко. Даже в такой момент он не захотел обманом манипулировать небезразличной ему девчонкой. Она должна решить сама.

- Ты можешь обвинить меня в чём угодно, но не в предательстве. Тебя я не предавал и не бросал, ни за что бы не бросил. И ты это знаешь. Лиза, пожалуйста, просто шагни за мной. Можешь закрыть глаза, только поверь мне и сделай этот шаг.

Лиза вздохнула:

- Ходим по кругу. Я не обвиняю тебя, но не могу перейти на вашу сторону, как и ты на нашу. Тупик. Учти, Саша, завтра жалеть тебя я не буду. Когда всё закончится, возможно, что-нибудь изменится, но не раньше.

Его голос почти не дрогнул:

- Не могу сказать того же, мне будет в разы сложнее убивать тебя снова. Совсем не этого я хотел, возвращая сюда ещё одну Лизу.

- Саша! Что с тобой произошло, ты ослеп?! - не выдержала она. - Ничего здесь не меняется, что ни делай, ты сам это только что подтвердил! Неужели ты готов защищать этот бред, я просто поверить не могу! Во что ты превратился? Неужели я ради этого спасала тебя тогда в медпункте?

Саша медленно провел ладонью по лицу ото лба до подбородка, словно пытаясь стереть с себя весь негатив, и тихо сказал:

- Прости меня, Лиза. Я не знаю, как мне достучаться до тебя, чтобы ты услышала. Мы с тобой видим окружающее по-разному. Обидно признаваться, что наши реальности так и не совпали.

Плотно сжатые губы высокой брюнетки дрогнули, но промолчали. Её серые глаза сверкали таким яростным гневом, что казалось, будто они в состоянии испепелить Александра.

Но он больше не стал смотреть на неё и избежал этой участи, перейдя к очередной девчонке. Следующей представитель лагеря неожиданно выбрал Женю. Если получится склонить её на светлую сторону, то, скорее всего, и Электроник последует за ней. Попытка достучаться до библиотекарши плодов не принесла. Нужных ключей к этому замку́ у Саши не было, и неразговорчивая пионерка предпочла остаться с коллективом. Эл и Шурик ожидаемо также не пожелали менять своё мнение.

Разговор с ними не занял много времени, а вот очередной персонаж был, пожалуй, не менее важен, чем Лиза. Как боец Мику будет не так полезна, но в плане моральной поддержки для Александра её присутствие в отряде светлых сложно переоценить. От волнения у него не получилось внятно связать слова в предложение:

- Маша… могу понять… и даже оправдать выбор остальных, но ты… Зачем?

- Саша, - она нашла в себе силы и посмотрела на него, хоть ей и было непросто. - Мне правда нравилось в лагере… Но это же издевательство самое настоящее! Если бы не ты, я бы почти всё время была там в полном одиночестве, ко мне почти никто не заходил, не говоря уже о том, чтобы кто-нибудь один захотел записаться в музкружок или попробовать чему-то новому научиться. Ни одного из сотни! Меня как манекен использовали, неужели я настолько хуже остальных, что… - сильная обида перебила дыхание и не дала ей договорить.

- А я? Я же твой настоящий друг. И ты так просто пойдёшь против меня? - в голосе отчетливо прозвучало искреннее непонимание с оттенком горечи.

- Не против тебя, против ненормальной, дурацкой системы. Только потому, что ты был исключением, я несколько циклов была не одна. И этот факт ничего не меняет, лагерь не оставлял шансов даже на такую элементарную радость.

- Он оставлял. Мой выбор стал определяющим.

- Если бы у меня сохранялась память, надеюсь, ты бы выбрал другое. У меня к тебе снова серьезный вопрос. Зачем здесь, на дискотеке ты заставил меня петь ту песню из прошлого про осень?

- Я заставлял? Просто она тебе нравилась. У меня в голове не так много песен, которые наизусть помню. Приходилось из чего-то выбирать.

- Не оставляй меня одну… не оставляй, прошу в последний раз… - прошептала Маша слова из той песни, чуть не плача. - Жестокий ты, как и этот лагерь. Слушал и наслаждался? - Она на секунду отвела взгляд. Когда находящийся рядом Лютик взял её за руку, снова посмотрела на Сашу широко распахнутыми блестящими глазами. - Я тебя тоже не понимаю! За кого, за что ты стоишь там? Опомнись, Саша, что ты делаешь? Твоё место здесь, рядом с нами! Докажи, что ты человек, а не послушная пустышка.

Сейчас должна была бы прозвучать добивающая реплика от Королевы, но её не последовало. Керриган даже не улыбнулась.

Тяжёлый нокдаун. Если с Машей не вышло, то чего ожидать от оставшихся? Александр повернулся спиной к тёмным, чтобы взять стул и спрятать предательски блеснувшие следы неожиданно накативших слёз. Тяжело терять тех, кто считает, что ты их подвёл. А ты даже не можешь доказать обратное. Но если и докажешь – они этого не увидят.

Ни один пионер, кроме Славяны, выбор которой был очевиден, не желал защищать то, во что он верил. Саша вдруг почувствовал себя среди друзей, как в пустыне. Пусть не всех присутствующих мог назвать друзьями в полной мере, но врагов среди них у него точно не было.

Взгляд неотрывно следящей за ним Лены стал более пристальным. Она находилась дальше остальных и, пользуясь моментом обнажённости его души, пыталась рассмотреть, что сейчас творится внутри раздавленного прессом безнадёжности пионера.

Парень тяжело опустился на развёрнутый спинкой вперёд стул и посмотрел в пол. Послышался голос Лютика:

- Я с Микулей полностью согласен, не утруждайся.

- Ульяна? Ты тоже с ними? - голос тени прозвучал бы внятней и увереннее, чем этот тихий хриплый полутон. Разглядывать пол было куда проще, чем смотреть на тех, кто не слышит его. Он всё равно не мог найти весомых доводов и переубедить их, поэтому нужды смотреть в глаза не было.

Однако произошло неожиданное. Непоседа испуганно оглядела присутствующих:

- Я… я не знаю… Мы все так хорошо дружили, играли и веселились… Нет! Я не могу их бросить! - и она, растолкав стоящих вокруг неё пионеров, рванула к Славяне.

- Куда, глупая?! - прозвучал окрик Алисы.

- Малышка, подумай. Вырванное сердце – мучительно больно. Боль может продлиться очень и очень долго. - Королева Клинков использовала один из мощнейших аргументов, способных повлиять на самую маленькую воительницу.

- Нет, я останусь здесь! - несмотря на слёзы решительно воскликнула она в ответ и спрятала вздрагивающую от рыданий голову на плече у Славяны, которая сама едва сдерживалась, чтобы вновь не расплакаться. Блондинка с мокрыми блестящими глазами держалась изо всех сил ради Ульяны, поразившей всех своим поступком.

Джейк не выдержал и вскочил с места:

- Я не понимаю, что здесь такое нахрен между всеми вами происходит, но останусь последним скотом, если брошу Алекса. Я с тобой, бро, потому что верю тебе, за туфту ты бороться не будешь.

Когда он подошёл к другу, дал краба, и они обнялись, Саша смог улыбнуться и тихо шепнул ему:

- Молоток, слово «туфта» самостоятельно выучил.

Наметился небольшой перелом, Саша не стал упускать момент и без промедления продолжил:

- Давай и ты к нам, рыжуля. Обещаю, скучно не будет.

- Ну нет, Сашкен. Ты же меня знаешь, я бунтарка. В утешение могу лишь сказать, что в отличие от нашей спортсменки, мне будет больно делать тебе больно. Никакого сарказма, я говорю искренне.

В ответ ей последовала невесёлая едва заметная улыбка, и Александр уточнил у следующего на всякий случай:

- Тайлер, тебя нужно спрашивать?

- Хотелось бы, но я не стану добивать тебя прямо сейчас морально. Не хочу лишать себя удовольствия сделать это позже физически. Дальше.

Осталась только Лена, скромно простоявшая всё это время в сторонке. Все, кроме ещё не успокоившейся Ульяны, повернулись к ней.

- Лена? - односложно спросил Саша.

Эта девушка была ещё одной особой в его списке приоритетов, против которой ему очень не хотелось бы идти. И единственной, с которой он не имел ни малейшего представления, как нужно говорить.

- Может и мне что-нибудь расскажешь? - спокойно спросила девушка. На протяжении всего времени нахождения в столовой она, почти не отрываясь, внимательно следила за парнем.

Часто просматривала на него и Сандра Керриган, на которую сейчас вопросительно посмотрел Саша.

- Что? В данном случае я оставила тебе шанс и до сих пор ничего ей не сказала. Не благодари. - Невозмутимо сказала тёмная.

Она хитрила. Сандра знала, что никакими рассказами о прошлом она не сможет убедить Лену, которой элементарно не за что держать обиду на "Совёнок". Только если на какую-нибудь копию пионера Саши.

И понеслись мысли: "Ну что, Саня, хватит духа выложить ей причины твоего попадания в Совёнок? Только чем это поможет, если сидящая перед ней конкретная копия – бракованная? Я же был с Сандрой, не с ней. И всё равно рассказать лучше, чем просто молчать. Правда, так правда, некуда пятиться. Лена – боец, без неё нам вчетвером просто не вытащить, даже с помощью здоровяка Джейка."

Он повернулся лицом к девушке и заговорил, глядя на колонну, о которую она опиралась плечами. Рассказ продлился недолго.

- Лен, если тебе будет легче, то все копии, которые смогли выйти из лагеря, остались с тобой. А единственная бракованная версия меня сейчас перед тобой. Решай. - Такова была его финальная фраза.

- Ну и дурак ты, Алекс. Зачем признался? - не выдержала тёмная Сандра.

Он пожал плечами:

- Красота, ты же знаешь, что я не отличаюсь сообразительностью и поступаю, как чувствую.

- Откуда она знает? И почему красота? - Лена решила уточнить, кто такая Королева Клинков. Хотя и так уже всё ясно.

Распознать по внешности было непросто, ведь её близнец прибавила в росте, черты лица стали более угловатыми, на бледной коже зеленоватого оттенка сияли фиолетовые проблески. Волосы изменились до неузнаваемости, крылья выросли… Монстр, как в нём узнать человека? Человека в ней видел только Саша. Все пошедшие за ней тёмные видели в Керриган лишь символ, лидера, но не более.

- Ах да, она же явно не сочла нужным уточнять эту несущественную деталь, когда показывала ваше прошлое, - грустно произнёс Саша, повернувшись в полоборота ко всем. - Керриган – тёмная копия моей девушки, сестры-близнеца Лены. Когда-то она была той самой пионеркой, из-за которой я отказался от Лены, не смог быть вместе с Лизой и игнорировал Мику. - Он умышленно использовал слово "была" в попытке хоть как-то огрызнуться и оправдаться публично. Пионеры переваривали его слова, едва ли в полной мере понимая суть услышанного.

Лиза вздрогнула, но не обернулась назад, Мику наоборот с интересом рассматривала их предводительницу и потом ещё более удивлённо посмотрела на Сашу.

- Ебааа, - протянул Дёрден. - Теперь и я перестал понимать, почему ты продолжаешь отстаивать лагерь. За манго и мороженое к обеду?

Не обращая внимания на бешеного, Саша посмотрел на Лену. Без мольбы, без просьбы, лишь в ожидании ответа:

- Раньше она была твоей родной сестрой из альтернативной реальности. Мой и её миры очень похожи и совсем не такие, как этот. Там ты покончила с жизнью, и Сандра, как и я, всего лишь хотела спасти тебя от смерти. У неё получилось, но к чему это всё привело… сама видишь.

Пионерка с фиолетовыми волосами после недолгого раздумия молча подошла к светлым.

- Ожидаемо, - недовольно фыркнула Алиса. - А ты, Сашкен, совсем охренел, сестёр рассорил своей нездоровой философией.

Лицо Королевы не выражало эмоций. Но это совсем не значит, что их не было. Если что-то и имело для неё значение, помимо победы, так это Алекс и Лена, и никто из двоих не поддержал её.

- Молитесь своим богам, детишки. Завтра будет жарко во всех смыслах этого слова. - Снова Тайлер.

Остальные от каких-либо комментариев воздержались.

- Итого, пятеро светлых против восьми тёмных, - неожиданно для всех подытожила Виола. - Спасибо, пионеры, - обратилась она к своим.

Те практически не отреагировали, занятые осознанием последствий сделанного выбора, поглядыванием исподлобья на противников и рассматриванием своей обуви. Один Джейк удосужился поднять в ответ в сторону медсестры согнутую в локте руку со сжатым кулаком. Лучше всех из отряда светлых смотрелась, как ни странно, Лена. Она уверенно глядела на Королеву, которая предпочитала окидывать своим холодным взором всех присутствующих, не останавливаясь ни на ком отдельно.

- Пока все не разошлись, я напомню, - громыхнул усиленный эхом голос. - До полуночи у каждого есть возможность сменить сторону. Пока не поздно, сделать правильный выбор, чтобы не сожалеть в будущем. - И она едва заметно подмигнула Лене, уверенная в том, что никто из тёмных своего решения не изменит.

Глава 20. Возврат к началу

- Всё то, что вы назвали Волной, начнётся завтра с первыми лучами солнца. - Объясняла Виола пятёрке светлых, дружно покинувших пределы столовой.

Ребята пока не очень соображали, что им сейчас делать и куда вообще идти. Только Саша сразу начал прикидывать предварительный план действий по вариантам сопротивления превосходящим силам противника и сказал вслух:

- Нам нужно заранее убраться подальше за пределы лагеря.

- В этом нет необходимости. Тёмные в полном составе покинут "Совёнок" и начнут от старого лагеря, а вы – отсюда.

- Это плохо. Нам удобнее начинать оттуда.

- Почему это? - поинтересовался Джейк.

- Сам подумай. Нас меньше, и мы здесь никак не высидим. Какие варианты, если они толпой в лагерь наведаются?

- Наделать коктейлей Молотова из спирта и забаррикадироваться в каком-нибудь здании? - абсолютно спокойно предложила Лена. - Живыми не возьмут.

- Лен, ты меня пугаешь, - Саша даже кашлянул. - Можно, конечно, но сама-то в это веришь?

- Согласна с Сашей, в лесу нам будет безопаснее и спокойнее, - как всегда тихим мягким голосом напомнила о своём существовании Славяна.

- Если моё мнение что-то значит, то я тоже за то, чтобы уйти к старому лагерю, - сказала Ульяна. Она успела немного успокоиться и выглядела не такой растерянной, как недавно в столовой.

Лена с Джейком переглянулись, поразмыслили немного и без особого энтузиазма согласились с большинством. Для начала светлым выгоднее действовать партизанской тактикой, чем в открытом бою.

- Я озвучу им ваше решение. Думаю, твоя бывшая пионерка не будет возражать против смены стартовых точек. - Виола некоторое время постояла и посмотрела сначала на Сашу, потом на остальных. - Не забудьте взять необходимые вещи, прежде чем уйти. Удачи вам, пионеры, и… спасибо, ещё раз. - Наверное, сейчас андроид смогла бы заплакать, ведь слёзные железы у неё есть. Но она поспешила развернуться и уйти в обратном направлении к столовой.

Вместо неё буквально на том же самом месте вдруг материализовалась Керриган.

- Пользуюсь телепортацией в последний раз. На время Волны я буду слабой и смертной, как и вы все. - Она пыталась говорить с виноватым видом и даже подобие улыбки, которое скользнуло на её холодном непроницаемом лице, выглядело как-то по-особенному мило и располагающе. - Алекс, Лена, ребята… Что бы вы не думали обо мне, я уважаю ваш выбор и не испытываю к вам неприязни.

- Что не отменяет нашей с тобой разницы, сестрёнка. - Лена произнесла последнее слово настолько цинично и уверенно, что даже Виола могла бы позавидовать.

- В этом ты права, к сожалению. - Показательная слабость исчезла, и Королева Клинков вновь стала похожа сама на себя, такой, какой её встретил Саша и все остальные в своё время. - Я пришла сказать вам важную вещь. Каждый пионер может в любое время сдаться. Достаточно громко произнести одно слово «сдаюсь» при свидетелях, и всё закончится. Второе "сердце" сгорит, и ты вне игры. Тело охватит сильная слабость до конца Волны, но без боли. Лучшим решением будет прилечь и уснуть. - Она распрямила ладонь с длинными острыми ногтями. Возникшая на ней серая пульсирующая масса вспыхнула ярким огнём, и через секунду от неё осталась лишь горсть пепла. Керриган некоторое время помедлила, стряхивая с пальцев дымящиеся тёмные комья пыли и полируя ногти. - Хорошо подумайте, нужно ли вам бросать себя и других в адскую мясорубку? Можете не верить, но возможность оспорить решение большинства силой было встречным условием лагеря. Мои пионеры ни за что не сдадутся, но в ваших силах закончить всё мирно. Вы сильнее духом. А исход так или иначе один, мы все это знаем. - Последние слова произносило уже дымчатое облако, тающее в предзакатном небе.

И без того не самое лучшее настроение пятерых друзей после такого визита стало ещё хуже.

- Ребят… Неужели мы обречены? Ну неужели это конец? - Славяна пошатнулась и, кажется, снова собиралась заплакать.

- Не раскисай, Славь. Она сейчас будет плести что угодно, чтобы нас ослабить. - Лена быстро взяла подругу под локоть. - Мы останемся вместе до конца, несмотря ни на что. - Самообладание скромной тихой девушки в критической ситуации не могло не вызывать восхищения.

- Солнце, даже если мы проиграем эту битву, то ничего не закончится. Жизнь продолжится без того "Совёнка", к которому все привыкли. - Саша оглянулся по сторонам. Сейчас они тратят драгоценное время на ненужные разговоры. Всё можно обсудить позже, в более удобной обстановке.

- Да что вы такое, нахрен, говорите? - Джейку понравилось вставлять необязательное «нахрен» где только возможно. - Сдаться хотите? Мы их порвём, я вам гарантирую.

- Так, всё! Никто не сдаётся. - Как можно громче сказал Саша. - Давайте на полчаса разойдёмся по своим домикам и возьмём, что нужно. Главное, одежду – ночью прохладно. Славяна, Ульяна, справитесь? - в самообладании Лены и Джейка у него сомнений не было.

- Да, конечно, - тихо прошептала блондинка.

- Я справлюсь, Саш, не сомневайся, - увереннее, чем ожидалось, ответила Ульяна.

- Отлично. Встречаемся через полчаса у столовой.

- Зачем опять туда? Я не хочу никого из них видеть, пока не начнётся, - недовольно сказала Лена.

- Нам кушать что-то нужно будет, - объяснил Джейк. - Алекс, рюкзаки и спальники я соберу. Постарайтесь не задерживаться, друзья.

Парни без лишних уточнений ударили друг друга в плечо, и здоровяк, не медля, широкими шагами помчался к спортзалу.

По пути к дому Саша встретил Дёрдена и Алису. На мгновение все трое пионеров застыли, не осознавая, как им теперь вести себя. Тайлер отмер первым и, остановив девушку касанием, подошёл ближе. Крайнов, не поднимая взгляда, проговорил ровным тоном:

- Теперь я понял, зачем взял тебя сюда. Когда мы вновь встретимся, ты получишь полное удовлетворение от происходящего.

- А говорил, что не кровожадный, - Дёрден протянул раскрытую руку "врагу" и даже улыбнулся, что делал крайне редко.

Что ж такое происходит и как это остановить? Никак… Просто делать то, что должен. Саша кивнул и пожал не по возрасту жёсткую крепкую ладонь.

Придя домой и сразу набросив на себя джинсовку, Александр Крайнов раздумывал, что ему может ещё понадобиться. Пионер закрыл распахнутый настежь шкаф, пестрящий многообразием бесполезной одежды, и подошёл к столу. Из верхнего ящика во внутренний карман куртки перекочевали упаковка из пяти шприцов и морфин с атропином. Позже нужно будет смешать инъекции для каждого, это лекарство должно хоть на некоторое время блокировать боль при возможной "смерти".

Взгляд упал на аккуратно сложенные острые лезвия переточенных ножей. "Бери, не раздумывай. Без этого у вас нет шансов", - настойчиво постучался внутренний голос. "Нет. Ты не заставишь меня", - твёрдо ответил ему «главный в теле». "Глупо. Из-за своей слабости ты готов рисковать теми, кто поверил тебе? Представь, что будет, когда у них вырвут вторые сердца. Корчащаяся в агонии Лена, а ты ничем не можешь помочь. Только жалким укольчиком, который ещё не факт, что подействует… Просто представь! Добивать её будешь? Бери, я сказал!" - голос прекрасно знал, на какие болевые точки нужно давить. Пионер прекратил мысленный разговор и бегом выскочил из домика.

Саша успел совершить задуманное раньше, чем Виола вернулась в медпункт. Медсестра вошла как раз в тот момент, когда он затягивал зубами бинт на левой кисти. Оценив пятна крови на столе, она молча подняла скальпель и пошла сполоснуть его. Вернулась с намоченной губкой, принялась вытирать кровь и оценила повязку:

- Профессионально забинтовал.

- Жизнь научила, - он поднялся, чтобы не мешать ей приводить стол в порядок.

- Зачем ты это каждый раз с собой делаешь?

- Ну, допустим, не каждый, и сейчас у меня весомая причина.

- Расскажешь? - она продолжала методично вытирать пятна крови.

- Хочу, чтобы моему усовершенствованному телу было так же больно, как мне.

- Ты ненормальный, - напитавшаяся красным губка из её рук полетела в мусорку.

- И это не новость. Так говоришь, как будто только что узнала. Нормальный пошёл бы за новой Сандрой.

Аргумент подействовал, она сменила нравоучительный тон:

- Судя по количеству крови, порез глубокий. Зашивал?

- Степлером, - он кивнул на угол стола. - Его тоже сполоснуть не мешало бы.

- Снимай повязку, заражения ещё не хватало.

- Расслабься. Скобы и соприкасающиеся поверхности я прокалил и продезинфицировал.

- Это не гарантия.

- Не рассказывай мне, - Саша отошёл назад, чтобы не позволить ей схватить себя за руку. - И не такие раны штопали.

- Дай, я обезболю. - Её предложение ожидаемо было проигнорировано, потому что ради боли ладонь и резалась. Виола вздохнула. - Почему левую? Ты же левша, будет неудобно…

- Ну что ж ты не договариваешь? - Саша хищно оскалился. - Неудобно что? Убивать? - Виола промолчала и выглядела бы сейчас, как бот, загнанный в угол, если бы у неё не было железного самообладания. - Почему мне даже здесь постоянно нужно кого-то убивать, как на войне? Это не моя война, я так не хочу! - Притормозив, он всё же пояснил, - если этой руке придётся убить, ей тоже будет больно. С каждым ударом. Хоть что-то.

- Моральный аспект. Все в любом случае вернутся, ты же знаешь.

Саша мгновенно повысил голос:

- Если б ты знала, как мне надоели эти ваши "не считается", пропагандируемые лагерем. То понарошку, это понарошку, да у меня вся жизнь понарошку! Что здесь, что там. Я уже сбился, какая по счёту жизнь у меня идёт заново, и опять ничего не считается. Тогда зачем это всё? Где настоящее, где?!

- Вот здесь, - Виола осторожно коснулась указательным пальцем чуть ниже его инородного сердца, под которым билось живое.

И Саша успокоился:

- Родная моя, так зачем ты тогда спрашиваешь меня про руку и моральные аспекты?

- Я просто не знаю, чем помочь тебе…

- Как хладнокровный андроид ты и так сделала для меня больше, чем многие близкие люди. Это чистая правда, я действительно так думаю. - Дабы не развивать трогательный откровенный момент, Саша поторопился попрощаться. - Мне пора. Не грусти, всё хорошо будет.

- Береги себя.

- Не обещаю, но я постараюсь. До скорой встречи.

На сумеречных улочках "Совёнка" безраздельно властвовала тишина. Лагерь вымер в буквальном смысле этого слова. Как только Александр покинул пределы стен медпункта, в голове раздался ЕЁ голос, почти без эха. Она говорила стихами. Не пела, но произносила слова в ритм: так Саша лучше слышит, лучше понимает.

"Ты считаешь, что в игре давно,

Но открыв глаза, можно видеть, что играют тобой

Что давно за нас всё решено, предначертано

Нету шансов сделать выбор другой…

Гайкой в их системе проще жить

Наш незримый плен не даёт понять, что что-то не так

Но как прежде по теченью плыть не сумеют все

Ведь для нас придуман новый формат.

Расставлены силки, и некуда идти

Иллюзий никаких нет, всё исчезает!

Там, где... Игра идёт на выживание

Зачеркни свои желания

Пускай мечты твои пустые

Растают.

Все здесь... Люди из другого теста

Тихо расчищают место

Я чувствую, как нас с тобою

Стирают."

А дальше он вдруг услышал голос Лизы:

"Тебе не выйти из неё, здесь не твоя игра

Тебе судьбу не изменить, ведь всё решили за тебя

А раньше большего хотелось – ты умел мечтать

Сейчас ты точно знаешь, что не стоит чуда ждать."

Добивали беднягу оба голоса в унисон:

"Не стоит чуда ждать от них, ведь чудо есть в тебе

И ты борись, свою жизнь изменить возможно лишь в борьбе

И пусть не можешь ты один систему поменять

Зато ты можешь сам движенью импульс задавать."

Иллюзорный звук исчез так же внезапно, как и появился, но психологическая атака не прекратилась. Не нужно было поднимать голову, чтобы увидеть, как Королева Клинков удобно устроилась на крыше одного из домиков. Она настойчиво прошептала с расстояния упрямо идущему дальше пионеру: "Никто не посмеет осудить тебя, если ты изменишь своё решение. Это не будет предательством. Я же доверяла тебе больше, чем себе самой. Я прошу тебя… та, кем я была совсем недавно, просит… не предавай нас."

Он остановился, опустил голову ещё ниже и ответил, так и не взглянув на неё: "Ты же знаешь, что я не могу так поступить. Я бы сдался, но даже этого не могу себе позволить. Ради той, что любила меня, прекрати давить. Хватит, всё кончено! Избавь меня от своего присутствия." Закончив думать, тень в джинсовке с поднятым воротником быстро пошла вперёд, не оглядываясь.

К месту встречи у столовой Саша добрался одновременно вместе с Ульяной, остальные трое светлых уже дожидались неподалёку. Джейк сразу раздал прибывшим рюкзаки.

- Ульян, зачем ты гитару притащила? - у Славяны даже получилось улыбнуться. Картинка действительно была весёлой: гитара за плечами маленькой пионерки по размерам едва ли не превосходила саму Ульяну.

- Валялась в домике, вот и взяла. Не помешает, отбиваться ей буду, если что.

Вся компания дружно улыбнулась на такой ответ "дочери полка".

- Давайте уже загружаться провиантом. Берём самую калорийную и не тяжёлую пищу, чтоб на день хватило. На больше, думаю, нет смысла, - скомандовал Джейк и придержал приоткрывшего дверь Сашу. - Алекс, какого… хрена у тебя с рукой?

- Намордник себе сделал. Как собаке, чтобы не кусалась.

Друзья в удивлении переглянулись.

- Больно? - грустно спросила Лена.

- Больно, так и должно быть. Идёмте, - Александр первым скрылся в столовой.

Ребятам повезло: помещение пустовало, они избежали неприятной встречи со своими заклятыми друзьями. Тёмные повстанцы в полном составе разбрелись по своим делам, Жанна тоже убралась восвояси, скорее всего, навсегда. Славяна с Леной принялись выбирать продукты, а парни распихивали провиант по рюкзакам. Ульянка в это время бренчала на гитаре, усевшись на стол неподалёку от раздачи. Её рюкзак нагрузили меньше остальных. На всё про всё у пятерки светлых ушло не более трёх минут. Времени зря не теряли, торопясь убраться подальше отсюда как можно скорее.

Перед тем, как окончательно покинуть пределы "Совёнка" и отправиться к старому лагерю в лесу, ребята заглянули на лодочную станцию в поиске предметов, которые могут помочь им в ближайшем совсем не мирном будущем. В просторном складе Саше сразу приглянулась оцинкованная цепь на подъёмнике. Нужной длины, не толстая, не тяжёлая. Отстегнув карабины, он плотно намотал её под рукав джинсовки на левое предплечье, закрепив концы так, чтобы его ручная железная змея не спадала. Если хорошенько тряхнуть рукой, то нижний хвост удобно соскальзывал в порезанную забинтованную ладонь. То, что нужно – теперь он вылитая копия Скорпиона из Мортал комбат, только жёлтого костюма не хватает. Уж лучше так, чем с голыми руками, но от ножей для метания было бы куда больше пользы. Пионер не хотел убивать и всё ещё надеялся на бескровный исход Волны. Хоть и понимал, что это глупо, но первым проливать кровь он точно не станет.

- Интересно, а я смогу, не колеблясь этой штукой, - Саша поправил рюкзак за спиной, резко махнул левой рукой и покрутил расслабленный хвост своей новой боевой подружки в руке, - по башке… ну, например, условной Маше зарядить?

- Если разозлят – сможешь. И Мику, и Лизе, сто процентов. Тайлер даже Ульяну жалеть не станет, уж поверь, - невесело произнесла Славяна. Видеть жизнерадостную красу "Совёнка" такой хмурой было крайне непривычно. Волна ещё не началась, а вечно улыбающаяся блондинка уже изменилась до неузнаваемости. Не только она, всё вокруг изменилось. Для всех и сразу, резко и без предупреждения.

- Помни об этом, когда захочется проявить милосердие, - поддержала подругу Лена.

- Спасибо за мотивацию, девчата. Я постараюсь заранее разозлиться.

На выходе с пирса Джейк снял с пожарного щита топор и произнёс:

- Алекс, давай сразу после начала придём сюда и… как это у вас говорится? Стена на стену? Я всех четверых парней на себя возьму, вообще не вопрос.

- Очень благородно с твоей стороны. Самых лёгких себе выбрал. - Саша подтолкнул друга. - Топай вперёд, Рэмбо.

Джейк не стал спорить. Только когда вся светлая армия вошла в мрачный лесной массив, Саша сказал:

- Старик, поверь, я и сам бы с радостью предпочёл валить пацанов и рвать у них сердца. Как думаешь, получится заранее с ними договориться, чтобы девки не воевали? Ну Женя и Маша, допустим, не полезут, а остальные двое? Ты сможешь против них в полную силу? Топором своим в Алису, например. Сможешь? - и Саша посветил фонариком в лицо шагающему другу.

Тот в ответ лишь покачал головой.

- Я смогу, - негромко, но так, чтобы все слышали, сказала Лена. - И топор мне для этого не нужен.

- Не сомневаюсь, Лен. Извини за сарказм, но проблема та же – согласовать с ними, кто против кого драться будет, если пойдём стенка на стенку. Ну и напомню вам, так, на всякий случай, что мы как бы за добро.

- И как нам остаться добренькими? Предлагаешь прятаться по лесам, отлавливать их по одному и пытаться убеждать не воевать против нас? - с недовольством уточнила "скромная" пионерка.

- Тоже вариант. Но если вы настаиваете, то можем с утра сразу пойти махаться в открытую и не растягивать удовольствие. Только мы не знаем, чем они там вооружатся за ночь. Может, инженеры каждому по самострелу сделают. А Дёрден взрывчаткой впридачу обеспечит. - Саша оглянулся на держащихся за руки Славю и Ульяну. - Девчонки, а вы что скажете?

- Я не знаю, даже думать не хочу об этом. Просто какой-то ужас, - грустно прошептала блондинка.

- Ульян, ты как? - переспросила Лена, потому что младшая так и продолжила хранить молчание.

- А… я… ребят, я, как вы решите, - Ульяна сглотнула комок в горле. Очевидно, что она еле держится. Стараясь не заплакать, бывшая непоседа тихо вымолвила. - Саша, скажи мне честно. Очень больно, если оторвут эту дрянь под рубашкой? Невозможно вытерпеть?

- Уль, не бойся, мы никому не позволим тебя и пальцем тронуть. Я их тогда собственными руками всех поразрываю! - вспыхнула Славяна.

Саша притормозил и повернулся к девчонкам. Моральный дух отряда и так не на высоте, а тут ещё Ульяна… Лучше определиться сейчас, пока не ушли далеко. Он остановился, присел на корточки перед младшей и сказал как можно мягче:

- Завтра с восходом солнца начнётся игра по-взрослому, поэтому я не буду тебе врать. Да, вырванное "сердце" – безумно больно. Больнее, чем вырвать разом все зубы без анестезии. Поэтому послушай и пойми меня правильно. Ульяна, ты сейчас можешь вернуться назад в лагерь и сдаться. Пересидишь в медпункте, там будешь в безопасности. Ты молодец, мы все гордимся тобой.

- Согласен с Алексом на все сто. Ты – настоящий герой, малыш. - Вовремя поддержал Джейк.

Лена кивнула, Славяна тоже присела рядом.

- И правда, Ульян. Ты уже сделала очень много, не надо тебе дальше.

- Простите меня, пожалуйста. Я обещаю, что соберусь и обузой не буду. - Мелкая вытерла рукой нос и глаза. - Я помогу вам, вот увидите. Не отправляйте меня обратно, я не хочу там вместе с этими находиться.

- Ох, господи, - Славяна крепко обняла её и погладила по голове.

И Лена не выдержала, чтобы не обнять их обоих. Она глубоко вздохнула:

- Вот и прекрасно. Идёмте, скоро совсем стемнеет.

Шли в быстром темпе, значительно шустрее, чем в прошлый раз во время коллективного похода. Роль замыкающего снова исполнял Саша, но теперь как положено, со всей ответственностью. Завтра идущих впереди девчонок могут порвать в прямом смысле слова, и он по-настоящему чувствовал её, эту ответственность. Даже за Джейка, который нуждался в защите меньше, чем кто бы то ни было. Почти всю дорогу Саша проверял, насколько его разрезанная ладонь, являющаяся почти точной копией прототипа из фильма про бой насмерть, справляется с хватом стальной змеи.

К старому лагерю вышли за несколько часов до заката. Парни оперативно натаскали дров, а девушки обустроили минимальный уют. Костёр развели ровно на том же месте, где он горел пару дней назад. На тех же рогатинах повесили тот же самый котелок, чтобы вскипятить воду. От позднего перекуса все дружно отказались, только Ульяна и Лена взяли себе по банану из общих запасов. Длинный углевод этих тропических фруктов – максимально эффективная и вкусная "глушилка" для лёгкого голода.

Разговор у компании не клеился. Даже болтушка Ульяна и активистка Славя не пытались завести беседу. Каждый молча думал о своём, которое сейчас стало общим.

- Сань, сыграй что-нибудь хорошее нам. А то я зря тащила эту гитару, получается. - Ульяна доела банан, бросила кожуру в огонь и принялась вертеть в руках гитару.

- Не пропадёт – как дрова сгодится на крайний случай, - улыбнувшись, Саша взял из её рук инструмент. - Думаешь, сейчас подходящий момент?

- Очень даже подходящий момент, Саш. Я наслышана от девчонок, как ты умеешь играть и петь, когда захочешь. А вживую, может, уже и не услышу никогда. На концерте – не совсем то было. - Ответила за Ульяну грустная Славя.

- Правда, сыграй, - поддержала Лена. - С песней и умирать легче.

Джейк промолчал, глядя то на огонь, то на товарищей. Саша недовольно хмыкнул в ответ на слова Лены, перехватил гитару поудобнее и проверил струны.

- Ну в таком случае, постарайтесь не испугаться того Сашку, которого вы сейчас увидите и услышите.

Для того, что он решился исполнить, нужна электрогитара. Хард-рок на акустике звучит бледно, но попробовать можно. Саша прогрел пальцы и инструмент несколькими сильными ударами по струнам. Ульяна взяла стандартную гитару, для правши, и порезанная левая кисть как-нибудь с зажимами аккордов должна справиться. Играть он умел обеими руками, но левая всё-таки привыкла быть ударной.

- Одна последняя песня, - тихо сказал название Саша, его глаза гипнотизировались полыхающим костром. - Мой перевод с английского.

Троица девушек замолчала, говорить было нечего. Слишком грустно и тяжело на душе, они просто ждали. А Джейк осторожно поворошил дрова под котелком.

Жёсткий насыщенный метал акустика выдать не могла, несмотря на все усилия Александра, который лупил вступление боем что есть силы. И тем не менее, звучала гитара максимально жёстко и быстро, как будто гитарист проверял, что лопнет быстрее: кожа на пальцах или струны.

Руку жгло, а Саша разговаривал с огнём и смотрел только на него. Представлял, как может жечь пламя, и как ничтожна его боль в таком сравнении. В течение всей песни для него вокруг не было ничего и никого, кроме этого пламени.

Первые слова прозвучали относительно мягко, гитара перестала надрываться под ударами его руки.

- Мне б напоследок спеть, пока мир не рухнул

Мне б напоследок спеть, сказать «прощай»

Мне б напоследок спеть любимой дочке

Последнюю песню спеть, но не умирать…

Пауза на серию ударов по струнам, и дальше громче:

- Мне б напоследок спеть отцу и маме

Мне б напоследок спеть с друзьями здесь

Мне б напоследок спеть, кому больно сделал

Успеть бы сказать «прости», пока не исчез…

Я б так отдал всё до дна

Всё сказал, что не успел

Последнюю песню спел

Одну навсегда…

Хит про любовь

Песню про смерть

С дрожью в голосе буду петь

Кричать в тишину

В суровую тьму

Кто слышит меня, потерян я…

И если жизнь всё отобрала

Пой со мной

Пой со мной…

Костёр полыхал под звуки его голоса и ждал продолжения, как и все, кто слышал это. Второй куплет опять начался спокойно:

- Мне б напоследок спеть, дать жизнь любви вечной

Мне б напоследок спеть, чтоб плакать помочь

Мне б напоследок спеть, когда краски в сером

И с улыбкой прочь уйти в вечную ночь…

Руки исполнителя снова стали рвать струны сильными ударами. Проигрыш закончился быстро, а на продолжении Саша закрыл глаза.

- Хит про любовь

Песню про смерть

С дрожью в голосе буду петь

Кричать в тишину

В суровую тьму

Кто слышит меня, потерян я

И если жизнь всё отобрала

Пой со мной

Пой со мной…

Короткая пауза, гитара притихла. Глаза Александра так и не открылись, а голос прозвучал максимально громко, но страшно хрипло:

- Для изгоев, храбрецов

Беглецов и подлецов

Всем, кто жизнь с мечом прожил

Был отвержен и забыт

Жертвам, что не сломлены

Одиночкам из толпы

Королевам, королям

И конечно же всем вам…

А в конце очень-очень спокойно:

- Мне б напоследок спеть … тебе.

В наступившей тишине все молчали и смотрели на потрескивающий углями костёр.

- Чистый кайф, - первой вынесла вердикт несвойственным для себя словом Лена и коснулась плеча сидящего рядом Саши. - Долго сочинял?

Исполнитель наконец открыл глаза и опустил гитару на землю, придерживая за гриф.

- Нет, очень быстро и легко. Легло в настроение, за час родилось. Когда писал это, не знал, что настолько пригодится.

- Эх, Сань, я даже не знаю… - задумчиво протянула Ульяна. Она пошуршала у себя в кармане и извлекла на свет конфету в чёрно-золотистой обёртке. - На вот, чтоб не так горько было.

- Ульяна, ты самое настоящее чудо. Спасибо, - Саша не смог сдержать улыбку и взял подарок. - Много украла?

- Зачем красть? Теперь конфеты в свободном доступе были – бери, сколько влезет. - Она угостила всех. Запихав себе в рот сразу два шоколадных трюфеля, вдруг спросила, - а расскажи, какая она была раньше, любовь твоя? Ну до того, как… такой вот стала.

- Внешне – копия Лены, только с чёрными волосами. Они близняшки.

- А по характеру тоже копия? - не успокаивалась любопытная.

- Ну Улька, - попыталась прервать не очень удобный разговор Лена.

- Другая она. Похожа в чём-то, но другая, - ответил Саша, не сводя глаз с огня.

- Понятно. Саш, слушай, ты же не из нашего мира и времени. И уже не первый раз здесь, так?

- Не первый. И даже не второй. Прописался я в "Совёнке", не отпускает он меня надолго.

- А как ты снова попал к нам? И как в первый раз тут оказался?

- Про первый раз я уже рассказал в столовой. Сам не знаю, как. А сейчас … убили меня в моём мире.

Ульянка сразу ойкнула, а Славяна вопросительно подняла всё ещё красные от слёз глаза.

- Серьёзно? - включился Джейк.

- Как убили? За что? - воскликнула Лена.

- Было за что. Война шла, но только её войной не называли.

- А так бывает? - не поверила Ульяна.

- Конечно. У нас здесь и сейчас не так разве? Понарошку?

- Точно, - всхлипнула Славя. Джейк пересел ближе к ней и приобнял. Девушка сразу спрятала лицо на его плече.

А младшая наоборот, почувствовала интересный разговор и продолжила:

- Мне вот Керриган эта много чего про прошлое показала, но я ни разу не видела в лагере Джейка, Лютика, Лизу и Дёрдена этого. И сейчас они недавно появились. Они тоже из твоего мира будущего?

Тут Джейк внимательно посмотрел на Сашу. Его ответ интересовал побольше остальных. В этот момент в котелке забурлила кипящая вода, и рассказчик отвлёкся, чтобы разлить кипяток по кружкам. Когда все устроились на своих местах с дымящимся чаем в руках, Джейк напомнил:

- Итак, что там насчёт меня и остальных?

- Тебя и других новеньких я сюда заселил. Ты в моём мире – главный герой из фильма, - невозмутимо ответил Саша и сделал глоток из кружки.

- Ничего себе, - Ульяна ткнула пальцем в руку Джейка, - из телевизора, а как настоящий.

- Серьёзно? - киногерой не очень поверил. - И о чём фильм?

- О том, как ты учился миксфайту, как этого… Брайана ушатал. - Американец продолжал скептически улыбаться, и Саша вогнал гвоздь в крышку гроба его сомнений, - вот откуда я знаю про тебя и твою бывшую девушку Баху. А ты про меня – ничего.

- Oh, shit! - Переход на английский означал, что сомнений у скептика поубавилось. Но он вернулся на русский и уточнил, - значит, я – не настоящий? Меня не существует на самом деле, только актёр с моим лицом и телом?

- Глупый вопрос. А я конкретно сейчас – настоящий? Что такое вообще настоящее? Про меня, например, в твоей киношной реальности никаких фильмов не снимали, меня совсем не было там.

- Логично, - успокоился Джейк.

- Мы сейчас все одинаково реальны. Только вы для меня условно поделены на разные категории. И не важно, что раньше всё это было лишь игрой, она уже давно стала моей жизнью. Лютик, кстати, тоже из компьютерной игры.

- Из игры? - снова не поняла Ульяна.

- Да, как и ты, Лена, Славяна и все остальные пионеры раньше.

- А Лиза? - Лена реагировала спокойнее остальных, если не считать сопящую в плечо Джейку Славю. Ей бы ещё знания всех Лен, как это у "ошибок" работает, вообще цены б не было.

- Мы с ней очень долго вместе в "Совёнке" сидели когда-то. Она – единственная из моего мира, если не считать Сандру, Керриган теперешнюю.

- Трудно тебе будет, Саш, - тихо произнесла Лена и коснулась его руки.

- Всем нам непросто придётся, - он сжал девичью ладошку.

- А им легко, - хрипло пробормотала Славя, оторвавшись от Джейка, - они же нас теперь ненавидят.

- Не все, солнце. Точно не все и не всех.

- Сань, а тебя, наверное, почти все, кроме нас, - грустно вздохнула Ульяна.

Несмотря на то, что недостатка в спальниках на сей раз не было, Славя с Ульяной снова забрались ночевать в один. Обнявшись, девчонки вскоре уснули. Спустя некоторое время начал громко посапывать и Джейк.

А Лена и Александр пока отдыхать не собирались. Саша приволок откуда-то ствол поваленной березы, и оба полуночника удобно устроились на белой полосатой лавке рядышком. Они любовались жёлто-оранжевыми языками костра и молчали. Изредка маленькие искры, отрываясь от пламени, улетали вверх и таяли в воздухе. Как яркие звёзды, только не падающие, а наоборот – взлетающие. Тепло и красота огня грели людей, не меньше согревало и присутствие друг друга. Молчание получалось красивым и душевным. Саша сейчас остро нуждался в поддержке и получал её в полной мере. Лена дарила ему своё тепло молча, как умела лучше всего. Вспомнилось, как однажды ночью они также сидели рядом на лавочке, когда она читала. В самый первый раз. Но это была не она, как оказалось впоследствии. А сейчас – она. Чувствуется разница? Да, разница есть, и вместе с тем в данный момент она больше не имеет значения, неуместно сравнивать. К некоторым вещам очень сложно привыкнуть, чтобы давать им адекватную оценку. Перезагрузки отменили, но для пионера Крайнова она всё равно наступила. Только с одним существенным недостатком: при самостоятельном откате в точку ноль память никто не стирает. А он сейчас бы, наверное, согласился на такой шаг.

- Сорок пять, - прошептала Лена. - Не так и много.

- Что?

- Кукушка сказала, что мне сорок пять лет жить осталось.

- Не много, но и не мало. Тебе будет больше шестидесяти. Внуков поняньчить успеешь.

- Сначала детьми обзавестись неплохо бы. А для этого ещё парня нужно найти подходящего, с которым захочется провести всю оставшуюся жизнь. - Она вдруг смешно шмыгнула носом. - Кстати, мы опять в одном спальнике ночевать будем?

Переход почти без паузы получился поистине шикарный, и уголки губ парня сами собой разъехались в стороны:

- Гениально обыграла. Твой вопрос как-то связан с предыдущей мыслью?

- Александр, на фоне стресса у вас разыгралось воображение. Я всего лишь хотела разрядить обстановку, - пионерка наклонила голову набок и мило улыбнулась.

- У тебя хорошо получилось. Как захочешь, так и будет. Мне понравилось спать с тобой в одном мешке.

- Взаимно. - Лена взглянула на него, словно хотела сказать что-то важное. И он тоже повернул к ней голову. - Знаешь, Саш… я верю тебе. Иначе я бы пошла за Керриган.

- Спасибо, Лена. Большое, человеческое спасибо. А причину такого отношения можешь сказать?

- Ты правдоподобно делаешь вид, что тебе безразличны все вокруг. Но это не так. Я вижу, как ты трепетно относишься к тем, кто тебе дорог. Даже к Керриган.

- Я не заслуживаю твоего доверия. Некоторые мои копии, возможно, но никак не я.

- Не смей так говорить о себе. В плохое всегда проще верится, чем в хорошее.

- Это точно. Как раз поэтому у нас так много тёмных получилось.

- И если бы не ты, то их было бы ещё больше. - Разговор снова принял невесёлый оборот, и Лена попробовала немного сменить тему. - Как думаешь, почему моя бывшая сестра выбрала такой неоправданно жестокий способ? Разве нельзя решить вопрос как-то более цивилизованно?

- У Керриган было право выбора, и она им воспользовалась. Уверен, она не врала, когда говорила, что итоговый силовой вариант – условие лагеря. Хотя и её саму простое голосование тоже не устраивало, так что тут интересы совпали.

- Но зачем так? Ей станет легче, если нам всем будет больно?

- Наверное, да. Прочувствуем то же, через что прошла она. Только в несравнимо меньшей степени.

- Но мы ей ничего плохого не сделали.

- Она тоже никому плохого не сделала. За что лагерь с ней так обошёлся? - Не дожидаясь ответа на вопрос в никуда, он добавил, - к сожалению, в любом мире много жестокости. Оправдана она или нет, и кто виноват – каждый сам для себя решает. Вот и до нашего "Совёнка" докатилось, пробило оболочку всеобщей доброты и взаимопонимания. И в этом нет вины Керриган.

- У меня просто не укладывается в голове, как всё произойдёт.

- Тяжело будет. Нам предстоит превращение в зверей, которые будут рвать другую стаю ради сохранения своей территории. А хочешь расскажу, как раньше кочевники использовали для навигации верблюдиц? В качестве примера, что цель оправдывает средства. Очень жестокий бесчеловечный метод, - на всякий случай предупредил Саша.

- Рассказывай, раз начал.

- Когда самка верблюда рожала детёныша, ей позволяли его почувствовать, обнюхать, вылизать, а потом убивали на глазах у матери. И куда бы впоследствии мама верблюдица ни пошла, она безошибочно находила то место, где навсегда потеряла самое дорогое в своей жизни. - Несмотря на свою чудовищную суть, рассказ получился очень коротким и максимально лаконичным.

- Жуть какая. А почему не по звёздам?

- Видимо, метод с убийством являлся самым надёжным и проверенным. Вдруг небо затянуто тучами и звёзд не видно? Да и не все кочевники в астрономии понимали.

Лена промолчала, лишь едва заметно вздохнула, и Саша подытожил:

- Такие дела. Кому жестокость, а кому практичность или даже вопрос выживания.

- Не совсем подходящая история, чтобы рассказывать девушке ночью у костра. - Она чуть опустила голову, и огонь подсвечивал только верхнюю половину её красивого лица, придавая ещё больше загадочности и блеска в глазах. - Ты сейчас попытался оправдать её таким образом?

- Нет, не оправдать. Керриган не та личность, которая нуждается в моих оправданиях и объяснениях. Сандра Керриган – тем более. Я с ней не согласен, но понимаю и даже разделяю её чувства. Не могу не разделять. - Он поворошил палкой кострище, подвинул в центр самое толстое непрогоревшее полено. Растревоженное пламя отреагировало снопом ярких искр, метнувшихся в кромешную темноту. - А ты сама как к тёмным относишься?

Лене потребовалось немного времени, чтобы ответить. Когда она говорила, лицо было каменно непроницаемым:

- Неоднозначно. Именно сейчас, наверное, как к врагам. Иначе какой смысл сопротивляться изменениям?

- Тоже верно. Мне в этом плане сложно привыкнуть к новой реальности. Зачем возвращаться в лагерь и оставаться здесь, если большинство вокруг стали врагами?

- Но ведь есть и друзья, - она улыбнулась и кивнула назад, где мирно посапывали Джейк и Славяна с Ульянкой. - А когда всё закончится… разве будем так же враждовать?

- Если победим мы – всё станет, как прежде, ценой массовой "негуманной" амнезии. А если они… то большой вопрос, насколько сможем уживаться рядом дальше в новом взрослом мире. Зато появится возможность уехать, куда захочешь.

Саша надолго замолчал и задумался. Разместив локти на коленях и низко склонив голову, он иногда искоса поглядывал на Лену. А она, казалось, не замечала ничего вокруг, всё её внимание сосредоточилось на догорающем костре.

Когда они случайно встретились взглядами, она тихо произнесла:

- Разве обязательно знать, зачем ты вернулся сюда? Иногда по-другому просто нельзя.

Она так странно выглядела в этот момент. За её короткой фразой скрывалось что-то, и он не сдержался:

- Ты ведь знаешь больше, чем говоришь, да?

Лена повернулась вполоборота к нему. Если у неё на лице секунду назад блуждал оттенок грусти, то сейчас оно снова почти ничего не выражало, девушка была сама серьёзность и собранность. Та самая пионерка, как с картинки.

- Если однажды один незнакомый, совсем посторонний мне парень всем сердцем желал спасти меня от смерти, пытался не дать совершить роковую ошибку… Я не могла допустить, чтобы он ушёл навсегда, так и не встретившись со мной. - Каждое её новое слово оставляло всё меньше ясности, но Саша не перебивал. - И позавчера, когда я пришла, чтобы ты поменял мне повязку, и увидела, как тебе больно… Твоя рука потянулась к тумбочке, я вколола лекарство и со всех ног побежала к Виоле. Но не добежала, разрыдавшись по дороге. Думала, что это конец, и тогда окончательно поняла, что ты мне дороже всех на свете. Хотела вернуться обратно, только сил не было, словно парализовало. - Вдруг девушка замерла, как перед прыжком в пропасть. - Саша, ты не видишь? Только наедине с тобой я могу быть собой и не притворяться. Когда ты рядом, я сгораю, как этот костёр.

Изумрудные глаза хрупкого чуда с фиолетовыми хвостиками засияли на миг и спрятались за дрогнувшими ресницами.

- Лен, я … - слова резко застряли где-то на полпути. Говорить что-то в такой момент было бы крайней нелепо. Он всё ещё жив только потому, что однажды влюбился в Лену из игры? Но это же… сказка. Так не бывает!

Бывает - не бывает, да какая разница, если она сейчас сидит рядом, а он, получив пулю в сердце, всё равно живёт. Виола обманула, и он здесь благодаря ЕЙ?! Видит её, чувствует, может дотронуться или даже… Не сопротивляясь спонтанному желанию и отбросив все ненужные сомнения, Саша аккуратно, словно опасаясь спугнуть резким движением, подвинулся ближе и мягко нежно тронул её плотно сжатые губы своими губами. Он сразу ощутил, как дрогнуло её дыхание, а губы стали более податливыми и ответили. Естественным образом он обнял девушку, а она в свою очередь обвила его обеими руками за шею и прижалась всем телом.

Однако трогательный счастливый момент для двоих вскоре был бессовестно прерван громким всхрапом, принадлежавшим, очевидно, Джейку. Лена вздрогнула, отстранилась и опустила голову, едва заметно улыбаясь. Чтобы не смущать друг друга, Саша оглянулся на мирно спящую троицу. Никто не проявлял признаков беспокойства. Храпану́в ещё раз, Джейк как ни в чём ни бывало повернулся на другой бок. Девчонки спали, плотно прижавшись друг к дружке. Славяна сложила руки под голову, а Ульяна изредка смешно морщила носик.

С мыслью, что очень скоро милые картинки бесконечного лета приобретут более суровый оттенок, он вернул взгляд на Лену. Девушка поглядывала исподлобья, на лице продолжала искриться скромная неповторимая улыбка, но уже без налёта стеснения. Лена была настолько притягательна в это мгновение, что он с трудом сдержался, чтобы не поцеловать её снова.

Ну всё, теперь гормоны холодную голову отключат. Не надоело наступать на одни и те же грабли? Пора бы запомнить, что нельзя сближаться с пионерками из лагеря, даже с Леной. С памятью или без – никакой разницы! Итог будет один. Тёмные правы, сражаясь против такой реальности, настроенной на бесконечные попытки перепрохождения без сохранения предыдущего опыта.

- Почему молчишь? - тихим голосом прервала его размышления Лена.

- Пытаюсь осознать, что сейчас произошло, - так же негромко ответил ей Саша.

- И как? - её улыбка стала ярче и добрее.

- Бесполезно. Буря эмоций мешает.

- Это же хорошо, да?

- Да, очень.

- Извини, я веду себя, как маленькая наивная девочка. Спрашиваю у тебя без конца, как будто совсем ничего не понимаю.

- А ты понимаешь? - теперь и он улыбнулся.

- И да, и нет…

- Лен, уже очень поздно. Тебе нужно поспать, набраться сил. Они нам завтра понадобятся, как никогда.

Она неожиданно легко согласилась:

- Хорошо, давай отдыхать.

- Вряд ли я смогу уснуть сегодня.

- Я тоже. Но надо, ты же сам сказал.

- Открою тебе один секрет. Для меня сон больше не является необходимостью. И еда тоже. Поэтому ты меня в столовой почти не видела.

- Ты… ты что, не человек? - в голосе явственно послышался испуг.

Вместо ответа он протянул Лене руку, чтобы дать почувствовать её тепло, и сделал то, что хотел повторить. На этот раз им ничто не помешало наслаждаться продолжительным поцелуем столько, сколько хотелось. Лена прижала ладонь к его груди, прямо к сердцу, и тем самым разогнала пульс ещё больше.

Когда они нацеловались, девушка вздохнула и положила голову на Сашино плечо:

- Эта мерзость у нас на сердце холодная, как слизняк, ещё и пульсирует противно. Но всё равно не может заглушить живое, настоящее. Оно у тебя есть, так что всё в порядке. Ты – живой.

Пока Лена не уснула, Саша сидел рядом со спальником и гладил её по руке. Они очень мало разговаривали, но много думали. В целом мысли должны были бы совпадать, однако у Александра они были куда интереснее и разнообразнее. Он вспоминал, как когда-то давно поцеловал взрослую Лену в своём мире. И вдруг подумал, что лагерь вернул ему долг. Лена, та самая, как он и хотел, как и мечтал в прошлой… нет, уже в позапрошлой жизни, теперь с ним. И что самое удивительное, он же совсем ничего не делал, чтобы добиться её расположения. Или не заметил этого. Странно, но даже намёка на мысли, что она – версия бота, или что всё подстроено, у него сейчас не было. Просто было хорошо, и всё.

"Цена" – вот что ещё очень сильно стучало в голове, пытаясь задушить, отравить радость. У всего есть своя цена.

Глава 21. Волна – не война

Длинная бессонная ночь с удовольствием составила Саше молчаливую компанию, тихонько села рядом и совсем не мешала думать. Поселившуюся внутри него такую добрую и долгожданную радость постепенно и безжалостно, по капле, выдавливала суровая реальность, как обычно и происходит. Даже если светлые победят, то победа снова заберёт у него Лену, ей же память сотрут. Исход битвы в пользу лагеря стал ещё менее важным, чем раньше.

Время тянулось медленно, и когда Саша решил закурить, то, копаясь в поиске сигарет в джинсовке, звякнул стеклом. Совсем из головы вылетело, что собирался сделать инъекции антидота. Он извлёк лекарства со шприцами и подумал: "А вдруг не поможет, как мне? У меня же с телом ничего не происходило, только в голове. Вот дурак, нужно было у Виолы уточнить, пока была возможность." - Что ж, придётся делать вылазку в лагерь. Остаток ночи прошёл в прикидке, как лучше действовать, когда начнётся.

Первым проснулся Джейк. Солнце ещё не взошло, и ребята, не сговариваясь, принялись вместе готовить нехитрый завтрак.

- Алекс, может рискнём закончить одним ударом? - попробовал снова рьяный американец.

- Я не против, только нужно подстраховаться для начала. - Саша поделился с другом своими соображениями.

- Так давай сразу в лагерь вдвоём сходим. С лекарством разберёмся и заодно… пошуршим там. - Внёс встречное предложение Джейк после того, как выслушал план.

- Шороху наведём, - поправил его Саша и бросил в кипящую воду сосиски. Прикурив от дымящейся головешки, вернул её в костёр. - Нет, девчонок одних оставлять опасно. В лагерь отправлюсь я и Лена, по-тихому, без шума и пыли. А ты со Славяной и Ульяной подождёте нас в другом месте.

- Не понимаю, чего ты боишься, - раздосадованный Джейк бросил нарезать хлеб и с размаху воткнул нож в землю. Оглянулся, не разбудил ли девчонок, и продолжил потише, - я не хочу прятаться. Нужно будет убивать – я убью, не сомневайся.

- Дело не в этом, - Крайнов глубоко затянулся сигаретой и поднял на друга полный грусти взгляд. - Зачем это всё нужно, такой-то ценой? Гарантирую, Керриган своих так обработает, что даже Маша будет готова рвать нас, чтобы победить. Не хочу я так, понимаешь?

- А если не получится, и они вам с Леной штуки эти оторвут, - он показал на грудь, - что тогда?

- Тогда уже делай, как знаешь.

- Хорошо… Послушаю на первый раз тебя, как старшего товарища с боевым опытом. Но дальше не надейся. - Джейк тщательно вытер нож и продолжил заниматься завтраком.

Девушки тоже проснулись рано. Почти одновременно, где-то за час до рассвета. Все пожелали друг дружке доброго утра (возможно, это утро будет последним добрым в "Совёнке"). Пионеры заметно нервничали, ведь рассвет и Волна всё ближе, они принесут с собой жестокость и беспощадность, боль и кровь взамен привычных улыбок и веселья.

Быстро позавтракав, ребята собрали в три рюкзака всё, что посчитали нужным. Лена и Саша отправлялись в разведку налегке. Старший отряда ещё раз подробно объяснил друзьям, как добраться к заброшенному ангару, где они будут дожидаться возвращения разведчиков.

- Понятно, Саш, не заблудимся. Поосторожней там… пожалуйста, берегите себя, - горько вздохнула Славяна и обняла на прощание его и Лену.

- Ни пуха вам, родненькие, - присоединилась Ульяна.

- Мы постараемся побыстрее. Джейк, девчонок береги. Голову оторву, если что случится, - Саша выдавил из себя невесёлую улыбку.

Лена в основном отмалчивалась. Когда с первыми лучами солнца диверсанты покидали пределы старого лагеря, она обернулась и проводила грустным взглядом троих друзей, скрывающихся в лесу с противоположной стороны поляны.

Саша и Лена шли к "Совёнку" на некотором удалении от основной дороги, чтобы случайно не напороться на встречную группу противника. Первое время почти не разговаривали.

- Лена, ты можешь объяснить, как вернула меня в лагерь? - спросил он полушёпотом.

- Не уверена. Я сама поняла всё, только когда коснулась камней. - С такой же громкостью ответила девушка и притормозила, чтобы поправить шнурки на кроссовках. Поднимаясь, она вдруг спросила, - Саш, как у тебя с Лизой?

- Можешь не волноваться по этому поводу. Да, она мне дороже остальных пионеров в лагере, но сейчас это не имеет значения. Все, кто по ту сторону, больше ничего не значат.

Лена случайно наступила на сухую ветку, и та громко хрустнула.

- Чёрт, - прошипела пионерка и на всякий случай оглянулась по сторонам. - Я не совсем это имела ввиду.

- А если говорить про "это", то на неё моё обаяние главного героя лагеря не распространяется. Ей нужен сильный парень, да и повыше ростом. Я элементарно не подхожу по параметрам.

- А мне кажется, что идеально подходишь. И ты мне не ответил, - она не успокаивалась.

- Лена, да вообще без разницы, как у меня и с кем было. Ты мне нужна, а не Лиза. Могу добавить, что это со мной уже давно, но не буду. - Он взял её за руку. - Давай немного ускоримся. Только под ноги смотри.

- Как же мне нравятся твои мысли вслух. А почему не хочешь развить то, что уже сказал?

- Гордыня, злость привыкли вслух кричать. Любовь и нежность лучше промолчат. - Ответил стихами Саша. - Знаешь, я окончательно перехотел выигрывать. Потому что так тебя у меня заберут. Вы все всё забудете.

- А вот это очень приятно слышать. - Она потянула парня за руку, задерживая на месте, и повернула лицом к себе. - Ну так ты напомнишь мне. У костра, как этой ночью.

- И чувствовать тебя, как сейчас, заставлю? Не работает так.

- Послушай, Саш, если ты опустишь руки или просто решишь сдаться... - Она грустно вздохнула. - Я пойму и осуждать не буду. И тоже сдамся.

- Никто не будет сдаваться. Мы не можем бросить Славяну, Ульяну, Джейка и целый "Совёнок" впридачу. Давай лучше попробуем ещё немного пожить в своё удовольствие, сколько сможем.

И он поцеловал свою Лену. Волна волной, но даже на войне всегда есть место для любви. Пионеры-разведчики, отвлеченные приятным занятием, вынуждены были немного задержаться с выполнением ответственного задания.

К лагерю они вышли со стороны озера, как и положено. Несколько минут провели в засаде, наблюдая за обстановкой, но ничего подозрительного на территории не высмотрели. Абсолютная тишина и пустота, как будто тёмные в полном составе ушли отсюда. Но куда, если по дороге им никто не встретился? Вполне вероятно, что они здесь, просто также маскировку соблюдают.

Открытые участки на пути к медпункту светлые пересекали максимально быстро. Короткие перебегали вдвоём, длинные – по очереди и благополучно достигли точки назначения незамеченными. Парочка затаилась в зелёной ограде на расстоянии в метрах ста от домика с красным крестом над входом. В окно было видно, что Виола на месте, одна.

- Дальше разделимся, - тихо произнёс Саша, жуя травинку. - Если придётся драться, защищай не только грудь с двумя сердцами, закрывай живот. Это самая уязвимая часть тела. И нож свой в ход пускать не стесняйся.

- Есть, товарищ командир. Боец Тихонова не подведёт. - Лена с лёгкой улыбкой коснулась виска двумя пальцами. - Не задерживайся.

Пулей влетев в медпункт, Саша закрыл дверь на замок и выпалил:

- Ви, на нежности и обнимашки нет времени, так что сразу к делу. - Он громко выдохнул. - Атропин с морфином, как ты меня учила, заблокируют агонию, если опухоль оторвут?

Радости от встречи ни на лице, ни в голосе медсестры не отобразилось:

- Нет. Только незначительно ослабит болезненные симптомы. Необходимо добавлять адреналин.

- Я почему-то так и подумал. Прям "афганский коктейль" получится. Давай мне адреналин.

- Сам ищи, я не могу помогать.

- Прекрасно. - Переворошив полки с лекарствами, Саша подошёл и запустил руку в карман её халата. - Извините. Мешать, как я понимаю, ты тоже не можешь. - Достал ключи и отпер верхний шкафчик стола. Адреналин нашёлся быстро и перекочевал в карман к пионеру. - Куда колоть надо?

- В сердце. В ваше живое сердце в теле.

- Блин, это трудно. - Саша покопался ещё некоторое время и нашёл упаковку более длинных и прочных, чем стандартные, игл. Сразу забрал себе. - Так-то лучше. Можешь сказать, будет толк какой, если ввести его себе отдельно?

- Помимо учащения и усиления сердечных сокращений адреналин повышает возбудимость нервной системы, скорость рефлекторных процессов и эффективность приспособительных реакций. Вместе с тем усиливается ощущение тревоги, беспокойства или напряжения. - Будничным тоном проинструктировала медсестра. - Не стоит вводить его без необходимости. В экстремальной ситуации организм вырабатывает свой в достаточном количестве. - Резюмировала она.

- Спасибо. - Возвращая ключи обратно, Саша не удержался и приобнял её. На выходе он прихватил с вешалки полевую медицинскую сумку тёмно-зелёного защитного цвета и переложил в неё все препараты и шприцы. Не прощаясь, диверсант выглянул за приоткрытую дверь и покинул гостеприимный медпункт.

Не повезло, чуть-чуть поторопился. Как только он ступил на порог, из-за угла прямо к крыльцу подошла Женя. Для неё внезапная встреча с одним из светлых стала такой же неприятной неожиданностью, как и для него. Ни бежать, ни кричать библиотекарша, как ни странно, не стала. Чуть помедлив, он стал спускаться, намереваясь вывести из игры лёгкую мишень. Обречённую спасла Алиса. Она каким-то образом умудрилась подкрасться сзади и как рысь прыгнула на спину добыче, царапнув ногтями шею. В последний момент Саша почувствовал опасность и успел обернуться, что не позволило шипящей фурии плотно вцепиться свободной рукой в его второе "сердце". Рыжая царапала ему лицо, шею, но до заветной цели добраться не могла. Саша перехватил её руку, собираясь бросить через плечо. Но Женя среагировала непривычно резко, в мгновение оказалась рядом и помешала. Она обхватила левую руку Александра и изо всех сил начала выворачивать её за спину. Зарычав в бессильной злобе, едва отмахиваясь от уже начавшей кусаться Алисы, он вырвал конечность из ненадёжного захвата библиотекарши и врезал ей наотмашь тыльной стороной ладони прямо по лицу. Удар оказался усилен сползшей вниз цепью, синеволосая пионерка кубарем полетела со ступеней. Не теряя времени, Саша осуществил задуманный приём, ловким движением бросив Алису через плечо с высоты крыльца прямиком на асфальт. От души приложил – девушка громко вскрикнула и схватилась за спину.

Всё произошло очень быстро. Подлетевшая Лена собралась было вырвать "сердце" у Жени, но перевернув лежащую без сознания на спину, ужаснулась. На лице девушки красно-синим цветком распускался кровоподтёк с рассечённым нижним краем, из которого капала кровь. Выглядело и правда ужасно. А скорченная Алиса валялась неподалёку и едва слышно всхлипывала.

- Писец… - ошалело вымолвил Саша. - Лен, оставь их. Всё равно дальше максимум на обезболивающих смогут что-нибудь делать.

Раздумывать, как лучше поступить, было некогда, потому что к ним со стороны домиков во весь опор летели Эл и Шурик. И не с пустыми руками: у Шурика в руках было что-то очень напоминающее по форме массивный пистолет. А скоро ещё подмога нагрянет, остальные тоже ведь где-то рядом.

- Хо́ду, Лен, быстрее! - Саша потащил за собой слегка растерявшуюся от жутковатого зрелища девушку.

Они долго бежали, не оглядываясь, и притормозили только когда уже были далеко в лесу. Лена почти задыхалась от стремительного темпа, а у Саши только дыхание стало чуть чаще. Погони не слышно, можно спокойно перевести дух.

- Кошмар… - Лена положила руку ему на плечо и опустила голову, тяжело сопя. - Ты видел… а Алиса… ты ей что… позвоночник сломал?

- Помолчи немного и спокойно подыши. - Саша продолжал внимательно смотреть в сторону, откуда они прибежали. - Это пока не кошмар, а так, небольшое недоразумение. Выживет твоя Алиса, отдохнёт в медпункте пару дней.

- Не моя она! - фыркнула Лена и выпрямилась.

- Конечно-конечно. Общая. - Он вздохнул. - Воин, бля… Девчонок покалечил.

- А они б тебя вообще убили. Так, прекращаем сопли и пошли к нашим!

Саша кивнул в ответ на её командный тон, они взялись за руки и неспеша отправились к ангару напрямую через лес.

Ни Лена, ни Саша даже представить не могли, что настоящий кошмар их ожидает по возвращении. Поляна предстала перед ними совершенно безлюдной, а прямо у ворот ангара в бесконечных конвульсиях билось тело Джейка. Ребята стремглав бросились к нему.

- Боже, что здесь произошло? - Лена в растерянности оглядывалась по сторонам.

- Лена, шприц и ампулы. Быстрее! - стоящий на одном колене рядом с телом Саша повернул его на спину.

Девушка открыла сумку, вытащила шприц, быстро и чётко сломала стеклянные головки ампул и втянула их содержимое для укола.

- На, - она протянула Саше шприц и пузырёк с морфином, - набирай сам, я не знаю пропорций.

Закончив с приготовлениями, Саша задрал "мёртвому" содрогающемуся Джейку футболку и потрогал сердце. Бьётся… только бы не промазать. Собравшись и резко выдохнув, он вогнал толстую иглу в левую половину груди и плотно надавил обеими руками. Как только антидот попал в кровь, судороги стали постепенно слабеть и вскоре совсем прекратились. Саша сел на землю и ещё раз осмотрелся по сторонам. Никого.

- Саш… Там два серых пятна от пепла. Это что, остатки "сердец" Слави и Ульки? А где тела? Ты же говорил, что про это место никто не знает, как они нашли?

- Лиза знала про этот ангар. Она же вспомнила всё с прошлых смен, вот и наведалась сюда. - Саша выглядел полностью раздавленным.

- У нас просто нет шансов… Как они убили наших троих и не потеряли ни одного, если половина в лагере осталась?

- Джейка они бы так просто не взяли. - Саша вскочил на ноги. - Твою смену, следы же есть, а я на них сижу! Лен, отойди на траву, не топчи.

- А ты поймёшь в этой мешанине что-нибудь? - девушка послушно сделала два шага назад.

- Что-нибудь обязательно пойму, не зря же год границу топтал.

Тень высокого ангара ещё не успела уползти от входа и на чуть влажной от утренней росы песчаной площадке перед воротами отчётливо виднелись следы множества ног. Но большая часть представляла собой нечитаемую плотную паутину. Вдобавок они с Леной только что добрую половину затёрли. Важная деталь, которую сразу отметил и без разбора – нигде нет ни капли крови. И тут же намётанный глаз заметил очевидную подсказку у стены ангара.

- Жива наш дьяволёнок. Видишь? - Саша показал на два одиноких следа на большом расстоянии один от другого, ведущих за угол. - Убежала.

- Точно, её размер, - обрадовалась Лена и тут же закричала: - Ульяна-ааа! Выходи, это мы! - она громко позвала ещё несколько раз, но ответа не было. - Далеко ушла. Сильно испугалась, наверное. Поищем?

- Не сейчас, - пограничник внимательно изучал цепочки отпечатков ног у самого края, где песок сменялся травой и утоптанным грунтом тропинки. - Сначала нужно Джейка в медпункт дотащить, время действия анестезии ограничено.

- Но там же…

- Я знаю. Значит, будем пробиваться. - Лена с неприкрытым разочарованием вздохнула, и Саша мгновенно отреагировал, - убивать его я не стану, даже не думай. И тебе этого сделать не позволю.

Она мгновенно вспыхнула в ответ:

- Совсем дурак?! Я и не думала!

- Извини, увлёкся, - он вернулся к чтению следов. - Эти – Дёрдена. Протектор оригинальный, и вот тут почти целиком "USA" отпечаталось.

- А эти, видимо, Лизы? - присоединилась к анализу отпечатков Лена.

- Думаю, да… похоже, кого-то волокли… сложно разобраться, почти всё стёрто. Но они точно пришли сюда вчетвером, значит те два вырванных "сердца" – очевидно, Маши и Лютика, их в лагере во время нашей вылазки я не видел.

- Уверен, что одно из них не Слави?

- Уверен. Её бы они тоже здесь бросили. А своих убитых забрали и в медпункт потащили. И сейчас оба музыканта продолжают умирать в бесконечной агонии.

- Да, ты прав. Джейк наш один в один вряд ли разменялся бы на какого-нибудь Лютика… но всё равно обидно, - Лена ещё раз огляделась вокруг. - А где же тогда Славя? С Ульяной сбежала?

- Возможно… но скорее всего она у них, - предположил Саша. - Тут есть один не простой след с длинной выволокой, как будто толкнули или тянули. Вроде бы размер под нашу Славяну подходит.

- Может, просто споткнулась?

Саша с оттенком удивления посмотрел на девушку:

- Молодец, соображаешь. Но нет, не споткнулась, потому что носок несильно утоплен.

- Саш, тогда давай догоним? Им же тяжело идти с таким грузом, ещё и Славю тянуть. Хотя бы её спасти попробуем.

- Давай, но только догонять будешь ты, а я Джейка потащу. Если увидишь – не ввязывайся, сразу назад ко мне, вместе отомстим.

- Я буду действовать по ситуации. - Не дожидаясь возражений, Лена передала медицинскую сумку, чмокнула своего пионера в щёку и со всех ног помчалась обратно в направлении лагеря.

Саша лишь вздохнул, наблюдая, как она на ходу вытащила нож из быстрых ножен на бедре под юбкой. Если догонит двоих тёмных с балластом на руках, да ещё и со спины, то им, вполне вероятно, хана. Лена не из тех, кто проявит милосердие к врагам, особенно после случившегося. Что ж, если повезёт, то дальше им вдвоём разобраться с оставшимися друзьями кибернетиками в лагере будет не так сложно. Алиса уже минус, а Женю изначально в расчёт никто не брал. С развороченным лицом – тем более.

- Лиза, такая Лиза. Перехитрила меня, прочитала. - Саша с большим трудом взгромоздил бессознательное тело Джейка на плечо. - А ты теперь расхлёбывайся за свои игры в доброту и понимание, Саня.

Одолев около двух километров по пересечённой местности с телом отнюдь не лёгкого товарища на спине, Крайнов с трудом волок ноги. Стали посещать мысли вкатить себе чуток адреналина для бодрости, но остановило подозрение, что так он ещё быстрее выдохнется. Предел прочности у нестандартного тела хороший – справится и без допинга.

Лена должна бы уже появиться, что-то давно её нет. Только он начал волноваться по этому поводу, как знакомая стройная фигура девушки с фиолетовыми волосами мелькнула между деревьев. Одновременно в голове прозвучал голос Керриган: "Пионеры! Утро выдалось чересчур насыщенным, вы все заслужили отдых. В течение ближайших двух часов нашим общим с Виолой решением объявляется перемирие. В это время запрещается любой физический контакт с оппонентами. Нарушение правил будет жёстко караться уже знакомыми вам методами."

- Уух, никогда так много не бегала! - Произнесла вместо приветствия запыханная Лена. - Я до лагеря почти добежала… но их не нашла. Наверное… другой дорогой пошли.

- Угу, - буркнул в ответ Саша. - Ты о перемирии услышала?

- Да. Хороший подарок, как раз Джейка Виоле передадим. А может и отдохнуть немного успеем.

- Надеюсь, Ульяна придёт в лагерь.

- Не уверена. Она здорово напугана.

Отдышавшись, Лена в меру сил стала помогать нести Джейка. Времени не так много, как кажется, ребятам следовало поторопиться.

В "Совёнок" добрались минут за двадцать до конца перемирия, ни на какой отдых уже можно не рассчитывать. Здесь было всё так же тихо и пустынно. К счастью, малоприятных встреч с тёмными по пути удалось избежать. У медпункта обессиленная Лена присела на крыльцо.

- Саша, я снаружи подожду.

Он понимающе кивнул:

- Никуда не уходи. - Перехватил поудобнее тело Джейка и с видимым трудом потащил внутрь.

Стараясь не смотреть на находящихся в медпункте Алису, Женю и склонившегося над ней Эла, Саша направился со своим грузом прямиком в изолятор. Здесь мирным тихим сном спали Лютик и Маша, их лица не были обезображены следами боли и страданий.

Виола сидела у дальней стены и отстранённо разглядывала на потолке что-то, видимое только ей. Как только Саша аккуратно опустил тяжёлую тушу Джейка на койку у окна, медсестра молча направилась туда. Крайнов рухнул на освободившийся единственный в помещении стул и устало спросил:

- Как обстановка? Норма?

Она кивнула и немедленно занялась новым пациентом, начав с осмотра.

- Виола … - он протяжно выдохнул, чтобы усмирить дыхание, - я уже говорил, что люблю тебя?

- Нет, но пытался, - холодно ответила она, не отвлекаясь от своего занятия.

- Самое время окончательно признаться, пока не поздно. Я тебя обожаю. Ты лучшая медсестра во всех из возможных миров.

- Про обожание и остальное я уже слышала раньше, - выражение лица андроида изменилось на более тёплое, но он этого не видел.

- Ну напомнить не помешает.

Очень хотелось посидеть и отдохнуть ещё хоть немного, но время катастрофически поджимает. Саша тяжело поднялся и не прощаясь вышел.

Пересекая основное помещение, он задержался у одной из двух кушеток, на которой лежала пластом Алиса.

- Как самочувствие, подруга?

- Порядок, Сашкен. - Она подмигнула и вымученно улыбнулась. - Только шевелюсь с трудом, шикарно ты со мной обошёлся.

- Рад слышать, мне тоже лицо и шея о твоих ноготках не дают забыть. А ты не вставай. Так лучше для нас с тобой будет, и для всех остальных тоже, - Саша легонько погладил её по плечу, а она успела коснуться его ладони, едва подняв ослабевшую руку. В этот момент у обоих кольнуло под сердцем – предупреждение, что во время перемирия так делать не следует.

Продлиться показательным нежностям между врагами не позволил Электроник.

- Скотина!! - он рванул к Саше, но появившаяся из изолятора Виола остановила мальчишку сильными руками и не позволила нарушить правил неприкосновенности.

Разъярённый Витя Сыроежкин пытался вырваться и отомстить обидчику своей возлюбленной. Ничего удивительного, Александр разворотил бедной Жене половину лица. Неумышленно, но какой смысл оправдываться. Было бы время – и "сердце" вырвал бы.

- На поле боя разберёмся, герой. - Безэмоционально бросил на прощанье Саша, не удостоив взглядом его и развернувшуюся к стене Женю, не пожелавшую лишний раз демонстрировать свой роскошный, пестрящий разнообразными оттенками синего фингал. У выхода Александр обернулся к медсестре. - Держись тут, Ви, скоро всё закончится. Я постараюсь не затягивать.

Измученная продолжительным путешествием с Джейком на руках Лена всё так же сидела на крыльце, опустив голову на колени, и смотрела перед собой.

- Куда теперь? - тихо спросила она.

- Пошли через площадь. Проверим, что с остальными, вдруг наших найдём.

Саша лихорадочно соображал, прикидывая варианты отхода или даже бегства, когда времени совсем не останется.

- Десять минут до конца, Саш…

- Тогда давай пошевеливаться.

Не отпуская руку смертельно уставшей пионерки, Саша почти силой потащил её к площади.

Их глазам открылась следующая картина: Славяна крепко привязана к ногам Генды, как ведьма, приготовленная к пыткам и последующему сожжению на костре. Рядом собрались Шурик, Лиза и Дёрден. Последние выглядят измотанными, но не настолько, как парочка светлых – успели немного отдохнуть.

Саша кивнул Славяне, и она даже смогла вымученно улыбнуться в ответ. Пленница старается держаться, однако страх в глазах девушки очевиден.

Лена остановилась в шаге позади своего союзника, слегка опираясь на его спину. Саша посмотрел себе под ноги и заговорил с асфальтом:

- Почему не убьёте её?

- А зачем? Знаешь, что будет, если потянуть за ту присадку, что у нас под одеждой? - Это был голос Тайлера.

"Сейчас узнаю," - Саша без промедления дёрнул за своё второе искусственное сердце. Его всего словно прошило сильным электрическим разрядом, и он едва устоял на ногах, пронзённый огромным количеством игл, стремящихся впустить в тело парализующий яд. Осознав, зачем им живая Славяна, резкими движениями пионер сорвал с себя джинсовку, размотал с левого предплечья цепь и накрутил её на кулак. Железо обожгло порезанную ладонь через повязку, добавляя ненависти. Половину стальной змеи оставил свободной, чтобы её хвостом можно было достать садистов с расстояния.

Тайлер, улыбаясь, достал из-за памятника топор и чиркнул по нему пальцем. Намечалась самая настоящая кровавая резня. Лиза с Шуриком пока не слишком активно отреагировали, лишь насторожились. В отдалении показались Электроник и Женя, которая едва ли будет чем-нибудь полезна тёмным в предстоящей финальной бойне.

Не оборачиваясь, Саша произнёс не своим голосом:

- Лена, уходи. Потом отомстишь, и не жалей никого. Они же не жалеют.

Девушка встрепенулась, её усталость как рукой сняло. Она схватила разозлённого парня за плечо и развернула к себе.

- На меня посмотри! - Ноль реакции, и Лена крикнула громче. - Смотри на меня, только на меня!

Показалось, что он уже ничего не видит и не слышит. Тяжёлое дыхание и глаза берсерка говорили о том, что Саша ждёт только окончания паузы, чтобы броситься на троицу, окружившую привязанную Славяну.

Ба-Бах! - звонкая пощёчина крепкой девичьей рукой поумерила его пыл.

- Очнулся?! Или ещё?!

Отхвативший хорошую оплеуху пионер пришёл в себя и вдруг увидел перед собой ту самую Лену, из-за которой когда-то попал в "Совёнок". А время перемирия неумолимо таяло.

- Какая драма… - нарочито растягивая слова, произнесла всё ещё спокойно сидящая на постаменте памятника Лиза и чуть выпрямилась. - У нас осталось три минуты неприкосновенного режима. Но своих правилами трогать не запрещается, что Лена сейчас наглядно продемонстрировала. - На секунду Лиза задумалась. - Добивай подругу, если сможешь, ты заслужила.

Тайлер удивлённо посмотрел на свою соратницу, но та с каменным выражением лица зыркнула на него огненным взглядом, и псих сник. А Лена, не раздумывая, в несколько быстрых прыжков оказалась возле пленницы, прижала золотоволосую голову Славяны к своему плечу, прошептала тихое "прости" и изо всех сил рванула "сердце" подруги, избавляя её от истязательств тёмных. Сверкнув глазами в сторону врагов, светлая со всех ног рванула обратно и схватила Сашу за руку.

- Бежим скорее! Виола недалеко, она не позволит ей страдать. - Настала её очередь тащить напарника подальше отсюда.

Пара стремительно удалялась в направлении озера, но у них не оставалось времени, чтобы скрыться. Тёмные легко могли бы преследовать их и напасть после окончания перемирия. Дёрден в сопровождении Шурика и Электроника так и сделали, стартанув вдогонку, но Лиза остановила их громким окриком:

- Куда?! Я одна её в медпункт тащить должна?!

Парни переглянулись и замерли в недоумении. Шаба́лова уже освобождала из пут содрогающееся от боли бессознательное тело Славяны. Женя как могла, придерживала светлую, чтобы она не свалилась на асфальт.

- Так и будете стоять с разинутыми ртами? Живее, помогайте!

Покачав головой, первым обратно поплёлся Шурик. Тайлер громко выругался, в очередной раз демонстрируя богатство и разнообразие своего словарного запаса в области ненормативной лексики, и неторопливо последовал его примеру, волоча за собой по асфальту звенящий топор, будто не в силах поднять его.

Лена из последних сил мчалась в сторону озера и дальше к лесу, а Саша никак не мог заставить себя бежать быстро.

- Они же догонят, - окончательно измотанная девушка остановилась и оглянулась в поисках преследователей.

- Давай сюда. - На ходу накинув прихваченную джинсу, он резко повернул в сторону открытой поляны, на краю которой виднелись небольшие заросли. Когда они достигли кустарника, он без предупреждения подхватил на руки свою спасительницу, прижал к себе и сделал широкий шаг в небольшой просвет между кустами. Там оказался высокий крутой обрыв, и парочка заскользила вниз по склону. Лена ехала на Саше, как на санках. - Лицо спрячь, - он покрепче прижал голову девушки к своей груди. Ветки кустов сильно хлестали по бокам, скорость спуска стремительно росла. Саша вовремя одел куртку обратно, и плотная джинса пока спасала. Он обнял Лену так, чтобы спрятать её в расстёгнутой джинсовке.

Склон оказался высоким, но без опасных препятствий. Александр хорошо знал это место, успел исследовать раньше. Не зря же неделю бродил по окрестностям "Совёнка", пригодилось. Пионеры проехали немалое количество метров с горы на большой скорости и ещё по инерции проскользили по поросшему густым плотным мхом дну оврага. Лена даже испугаться толком не успела и на финише так и осталась лежать верхом на Саше.

- Отлично прокатились, я бы повторила, - возбуждённо прошептала она.

- А мне не очень понравилось. - Саша приложил палец к губам и прислушался на предмет погони. Вроде тихо, если не считать их шумного прерывистого дыхания. Задницу и спину в области лопаток ощутимо жгло, и ладони зудели от многочисленных ссадин. А ещё он чувствовал, как колотится сердце девушки. - Но ради тебя, дорогая, можно будет попробовать повторить как-нибудь в следующий раз.

- Ты никогда не называл меня так, - два изумруда глаз внимательно рассматривали Сашино лицо. - Мне понравилось.

- Переклинило от адреналина. - Он улыбнулся.

- Но мне понравилось, - она продолжила сверлить парня настойчивым взглядом.

- Лен, нам дальше уходить надо, фора не бесконечная. Давай попозже обсудим. И слезь с меня, пожалуйста.

Вместо этого Лена воспользовалась моментом и поцеловала его, страстно и жадно. На эмоциях молодёжь зашла дальше и распустила руки. Поцелуи легко переросли бы в нечто большее, несмотря на то, что обстановка не совсем располагала давать выход охватившей их страсти. Но Саша нечаянно притушил разгорающийся пожар, зацепив осмелевшей рукой искусственное сердце девушки под левой грудью. Лена инстинктивно вздрогнула.

- Извини, увлёкся… - Он не знал, что ещё сказать, получилось максимально глупо и неловко. - Нам срочно Ульяну искать надо, она же где-то с ума сходит одна.

Пионерка с видимой неохотой и разочарованием прекратила домогательства, поднялась на ноги и отряхнулась. Саша сел и принялся поправлять свою железную змейку на руке.

- Ты как? - поинтересовалась девушка.

- Горю, во всех смыслах, - он почесал всё ещё полыхающую от силы трения задницу.

Идти куда бы то ни было не имелось ни малейшего желания, но очнувшийся инстинкт самосохранения намекал убраться подальше от лагеря в более безопасное место. А совесть настойчиво требовала попробовать найти Ульяну, она уже почти четыре часа по лесам бродит и легко могла заблудиться.

С мыслями, что поиски самого юного бойца команды предстоят крайне непростые ввиду опасности громко звать её, чтобы самим не быть услышанными, Саша топал по мшистому оврагу и посматривал на Лену. Вот она какая! Очень похожа на ту, чьё имя всуе лучше не вспоминать. А вообще хорошо, что подарок Керриган на её теле сработал, как предохранитель, и не дал наделать лишних глупостей. И так наделал уже предостаточно: Джейк и Славяна погибли из-за него, Уля пропала…

Тяжкие раздумья Александра прервало очередное ментальное сообщение от Керриган. Она сообщила, что перемирие возобновлено и продлится до полуночи. Своими действиями светлые заслужили право на передышку.

- Очень благородно с вашей стороны. И вовремя. - Ответил Саша главной тёмной вслух.

- Отдохнём пару часов. А потом, если Ульяна не объявится, отправимся искать. - Предложила Лена.

Ребята с большим трудом выбрались по крутому склону наверх и окончательно выдохлись. Лена настояла первым делом сходить в столовую. Ей, в отличие от некоторых, кушать необходимо.

В лагере им встретилась одиноко идущая куда-то по направлению к спортгородку Лиза. Светлые прошли не задерживаясь, лишь молча обменялись с ней короткими взглядами. До окончания Волны говорить не о чем, тут действовать надо… В холодных серых глазах волейболистки не было заметно ни ненависти, ни злобы. Неожиданно Саше показалось, что Лиза вот-вот обернётся и громко скажет: "Я сдаюсь!" Славяне же помогла, пошла против своих и им с Леной позволила уйти. Глупость. Естественно, ничего такого не произошло.

В столовой, покопавшись в оставшихся запасах, Саша громко спросил у сидящей за столиком Лены:

- Макароны по-флотски будешь?

- Буду. Я сейчас всё буду, - едва слышно ответила девушка.

Приготовление простого сытного обеда не заняло много времени. В довесок к основному блюду Саша отварил несколько яиц. Макароны по-флотски и варёное яйцо – лучшее из армейского меню на его памяти, и пионерам тоже пойдёт.

- Мне, конечно, до уровня Жанны далеко, но думаю, что есть можно. - Он поставил на стол две тарелки с дымящимися паром макаронами. Принёс отдельно нарезанные половинками яйца, хлеб, кетчуп и майонез. Саша не был голоден, но решил, что необходимо составить Лене компанию и попробовать поесть то, что сам приготовил. - Приятного аппетита.

- Спасибо, взаимно. Роскошная трапеза. - Лена с удовольствием принялась уплетать еду. - Вкусно, - похвалила она после пробы. - Что бы я без тебя делала.

- Как и я без тебя Лен, как и я. - Поддакнул Саша, наблюдая за ней.

- Славяну зайдём проведать? - Поинтересовалась девушка, намазывая майонезом яйцо.

- Обязательно. Ты ешь, не торопись, успеем.

- Ты б тоже поел, на всякий случай. Не помешает.

Саша кивнул и отправил вилку с макаронами в рот. Жевал через силу, но не потому что не вкусно, просто не лезло, совсем.

В медпункте светлых ждал очень приятный сюрприз. Как только они зашли в изолятор, то обнаружили там рыдающую над неподвижным Джейком Ульяну. Она уткнулась в плечо спящего мёртвым сном парня и не услышала, как они вошли.

- Ульянка! - Лена сразу бросилась обнимать подругу.

Саша сдержался и остался стоять рядом. Когда девчонки наобнимались, Ульяна, почти не поднимая головы, прохрипела, захлёбываясь слезами:

- Это… это я виновата. Он защищал меня, они бы… не смогли убить…

- Ты ни в чём не виновата. Не плачь, дьяволёнок, не надо. Будет ещё время поплакать. - Сказал Саша, глядя на лежащую на соседней койке Славяну. Как спящая царевна из сказки, только не разбудить её никакими поцелуями.

Ульянка подняла покрасневшие в тон волосам глаза и шмыгнула носом:

- Я их зубами рвать буду!

Несмотря на весь трагизм ситуации, Саша не смог сдержать улыбку:

- А вот это правильный настрой. - Коснувшись всех своих живых и мёртвых друзей по очереди, включая Машу и даже Лютика, он сказал, - я пойду воздухом подышу.

- Хорошо. А мы здесь пока побудем, - тихо ответила Лена.

На крыльце хмурый пионер прикурил сигарету и неспеша пошёл в сторону стадиона. В воздухе висела мёртвая тишина, прочно захватившая безраздельную власть в "Совёнке". "Нужно заканчивать. Срочно. Так продолжаться не может," - неслышно прошептала она прямо в ухо.

Вдалеке по дорожке гуляет Алиса. С тросточкой, едва ковыляя, как старая бабушка. А с другой стороны её Дёрден нежно под локоть придерживает. Заботится.

На крыльце спортзала о чём-то переговариваются и кидают косые взгляды на бредущего по лагерю Александра кибернетики. В стороне от них в гордом одиночестве отдыхает на лавке Лиза. А вот и Керриган с Женей вышли.

Наверное, тёмные в спортзале штаб себе организовали. Только что обсуждать, если они уже практически победили? Интересно, на лицах восставших как-то не заметно признаков веселья. Поняли, что не принесёт победа им радости, разве только удовлетворение. Никому она радости не принесёт, потому что смысла в бойне не было изначально. Цель была, а смысла – не было. И никто не сдастся. Победит не тот, кто сильнее, а тот, кто готов идти до конца и отстаивать свою правду до последнего.

Саша хотел было подойти к одинокой Лизе, но вернулась Лена.

- Лиза на па́ру с Дёрденом Джейка убили, пока он наших девчонок защищал. А Лютик и Мику отвлекали. - Сразу стала рассказывать она услышанное от Ульяны. - Его сзади оглушили. Ээх, он Ульяну закрывал, чтобы сбежать смогла. Так бы они не справились, даже вчетвером. Выгодно разменялись, ещё и Славю в плен взяли.

- Флаг им в руки. - Саша сплюнул и выбросил окурок. - Где Ульяна?

- В медпункте осталась. Я ей поесть отнесла. Там Виола вернулась, вместе побудут.

- Хорошо… А пойдём поплаваем? - неожиданно предложил он.

- Саш, ты уверен, что плавать сейчас – хорошая идея? - с сомнением произнесла Лена. - Мы же одежду не можем снять.

- В душ идти в таких условиях – ещё хуже. Если не хочешь, подождёшь на берегу.

- Ты прав, как-то помыться всё равно нужно.

На пляже они сняли с себя всё то, что можно было снять без угрозы лишиться "сердца", и медленно зашли в тёплую прозрачную воду. Долго неподвижно лежали, отдыхая в приятных мокрых объятиях озера. Прилипшая к телу верхняя одежда мешала, но не сильно.

Отдохнув, Лена поплыла дальше на глубину, а Саша, лениво побарахтавшись, наоборот вернулся к берегу.

- Не заплывай далеко, Лен!

- Волнуешься?! Это так мило! - громко прокричала она в ответ.

Он пробурчал себе под нос что-то невнятное и принялся менять повязку на ладони. Рана ощутимо побаливала, но вполне неплохо затянулась за столь короткое время. Очевидно, регенерацию тканей его телу тоже подкрутили.

Крепко бинтуя руку, Саша не переставал себе удивляться. Ведь он по-настоящему переживает за Лену даже в такой ситуации, когда она просто решила поплавать подальше от берега. Это уже не просто влечение, подпитываемое общими целями и взглядами. Та самая любовь? Верится с трудом, но ведь всё дело в том, что есть внутри, а не в том, во что веришь или не веришь. А оно есть, это странное "что-то", живое и настоящее. И так не хочется терять его, удержать как можно дольше и никуда не отпускать…

Лена наконец наплавалась и повернула к берегу. Хорошо плавает, зря волновался. После пары-тройки взмахов руками она вдруг вскрикнула и замерла на месте.

- Ой! Саш, у меня нога во что-то запуталась.

- Я почти поверил. Распутывайся и возвращайся.

Некоторое время она побарахталась на месте.

- Не получается, плотно закрутило. Саш, мне двигаться трудно, и оно меня на дно тянет. - Сашаа! - Вдруг её голова исчезла под водой. Вернувшись на несколько мгновений, она снова исчезла.

Он прыгнул в воду, всё ещё надеясь, что Лена так шутит. Ну получит, юмористка! Доплыв до места, нырнул и увидел, что дело совсем нешуточное. Её нога действительно застряла в сети приличных размеров, которая оторвалась от поплавка и плавно опускалась на дно. Лена отчаянно пыталась выпутаться и всплыть, но рыболовная леска от этого затягивалась ещё туже. Вдобавок сеть, видимо, зацепилась за что-то и тянула её в обратном направлении. Лихорадочно соображая, парень попытался распутать сеть на лодыжке или хотя бы расплести паутину на пальцах, но Лена так сильно ей болтала, что сделать что-нибудь было очень сложно. У неё же воздух кончается!

Саша вынырнул, чтобы заменить углекислый газ в своих лёгких на кислород, и как можно быстрее вернулся под воду. Девушка неистово вцепилась ему в плечи, пытаясь выбраться наверх. Взяв её испуганное лицо в ладони, он поцеловал Лену и дал ей таким образом дышать. Жадно хватая из его рта воздух, она смотрела на него глазами, полными страха. Теперь у них одно дыхание на двоих. Когда она немного успокоилась, он нырнул глубже. Сеть запуталась очень плотно, и опять ничего не получилось, несмотря на то, что нога оставалась практически неподвижной. Мысленно ругая себя за беспомощность, Саша вернулся на поверхность и повторил приём с общим дыханием. И снова он не смог освободить её. Ни третья, ни четвёртая попытка не принесли результата. В бессильной злобе Саша пытался рвать путы, грыз их зубами, но всё было бесполезно. А Лена медленно опускалась всё глубже и глубже. Она пыталась помочь ему, они вместе тянули сеть наверх, но проклятая паутина из лески прочно зацепилась за что-то тяжёлое. Здесь глубоко, он не успеет нырнуть на дно и одновременно дать Лене подышать.

Бедняжка слабела, ей становилось всё сложнее держаться. Вот-вот, и может потерять сознание. Лена сильная, но её силы не безграничны. А экстремальность ситуации и свалившаяся на обоих нагрузка за день максимально усугубляли положение.

"Дыши, пожалуйста, только дыши." - Каждый раз умолял он, касаясь её губами. И каждый раз хотел закрыть глаза, чтобы не видеть этот взгляд, полный мольбы и надежды.

Неужели всё так глупо закончится? Вынырнув уже в который раз, Саша готов был заплакать от безысходности, но на такое проявление эмоций элементарно не было времени. В отчаянии покрутив головой в поисках помощи, заметил на берегу Ульяну.

- Сань! А где Лена?! - она помахала рукой издали.

Только чем она может помочь…

- Нож! Уля, возьми у Лены под одеждой нож и плыви быстрей сюда!

Девчонка подбежала к лежащей на берегу юбке и прокричала:

- Что случилось?! Я плавать не умею!

- Зайди по шею, я заберу! - И голова Александра, набрав побольше воздуха, скрылась под водой.

Обессиленная Лена уже погрузилась на глубину метра два, а дна всё ещё не видно. "Дыши, только дыши!" - Саша целовал девушку очень-очень долго. Мелькнула страшная мысль, что это может быть их последний раз. И она смотрела таким взглядом, словно прощалась навсегда. Глаза не могут плакать под водой…

Нет, так всё не кончится! Волна закончится победой тёмных, а Лена вернётся такой, как сейчас. Лагерь не заберёт её!

"Потерпи и обязательно дождись меня." - Прошептал ей Саша и рванулся в направлении берега. Ульяна успела забраться в воду так далеко, как смогла. В ураганном темпе он доплыл, схватил нож и не услышав, что она сказала, устремился обратно.

Глубоко под водой Лена трепыхалась в попытках вырваться из смертельной ловушки. Движения рук были слабыми, медленными. Успел! Дав ей надышаться, он разрезал сеть вокруг ноги. Профессиональный нож запросто справился с леской.

Когда они вынырнули, Ульяна вскрикнула от удивления и одновременной радости. Несостоявшаяся утопленница и её спаситель эмоций не проявили – сил не было. Поддерживая находящуюся в полуобморочном состоянии девушку, Саша поплыл к Ульяне. Как только ноги нащупали дно, захотелось и самому свалиться в обморок.

Приобняв на всякий случай Лену за талию, ребята помогли ей добраться до берега. Тяжело дыша, она повалилась на землю. Подрагивающими пальцами Саша принялся расплетать обрезанную сеть с лодыжки. Местами леска впилась так глубоко, что порезала кожу.

- Ленок, как ты? - обеспокоенная Ульяна присела рядом.

- Нормально, но… дышать всё ещё трудно. Кажется, мне опять нужно искусственное дыхание.

- Я бы с радостью, но не смогу сделать тебе массаж сердца. Чёртова опухоль не позволит. - С некоторой сердитостью в голосе пробормотал занятый делом Саша.

- Эта штука и в самом деле часто мешает и раздражает. - Пожаловалась Лена.

- Ой, Лен, а как ты так долго продержалась под водой? - спросила Ульяна.

- Я дышала через Сашу, - хитро улыбнулась ей в ответ отдыхающая на песке пионерка. - До сих пор не могу прийти в себя.

- Ах, вот оно что. Искусственное дыхание, значит. И вы туда же, как Джейк со Славей.

- А что Джейк со Славей?

- Тили-тили тесто, кругом война, а у нас одни женихи и невесты.

- Да ладно тебе, Ульян, - Лена попыталась изобразить смущение, но у неё не очень получилось.

- Пообещайте, что удочерите меня, когда всё закончится.

- Если тёмные выиграют, то мы что-нибудь придумаем. Одну точно не бросим. - Ответил за Лену немногословный после выхода на берег Саша и стащил наконец остатки сети с ноги девушки.

- А если мы?

- Тогда вам обоим будет без разницы, вы ничего не вспомните. - Он стал выжимать мокрую майку, насколько это было возможно сделать прямо на теле. Руки крутили ткань с такой силой, что могли ненароком оторвать подарок Керриган. Девчонки примолкли и только поглядывали исподлобья. - Мне в медпункт надо срочно заглянуть, а вы сушитесь пока.

- Что это с ним? - Ульяна растерянно посмотрела вслед удаляющемуся парню.

- Из-за меня всё… опять всё из-за меня, - чуть не плача прошептала Лена.

Глава 22. Последняя битва при "Совёнке"

Вот и что теперь делать?

Что?!

Лапы в гору и не драться? Или драться и рисковать в очередной раз оставить Лену игрушкой, никому не нужной куклой в хитросплетениях сюжета и его выбора?

"А сам ты чего хочешь?" - мог бы спросить внутренний голос. Только на этот вопрос в голове внятного ответа не найти, поэтому он и не спрашивал. Слишком много взаимоисключающих чувств не уместить в короткое предложение, а подробное объяснение по итогу будет выглядеть как бред сумасшедшего. Откуда на озере взялась сеть? Никогда там её не было. Как будто специально поставили, чтобы Саша окончательно понял, что для него просто так, а что имеет значение. И он понял, затем и идёт к Виоле.

"А давай положим на другую чашу весов камешек под именем Лиза? Она ж тоже не просто так." - Ну давай.

Победят тёмные — и "Совёнок" со всеми своими копиями исчезнет навсегда. А Лиза ещё больше замкнётся в себе, окончательно превратится в тень самой себя. После исполнения мести ничего, кроме боли, нет и быть не может. Пока мстишь, боль задавлена более сильным чувством, но как только добился своего – всё, конечная. Окрепшая боль возвращается и пожирает осознанием того, что ничего не исправить. И ищи тогда спасения, где хочешь. Только от себя не спастись, не спрятаться.

Выиграют светлые — и Лене сотрут память, она снова исчезнет, став одной из. Лена поверила, поддержала его и пошла одной с ним дорогой, а Лиза — нет. Всё просто.

Что получается? Лиза сейчас должна сражаться на светлой стороне, а Лена — на тёмной. Первой нужно всё забыть, а второй — наоборот.

"Логичный вывод, но мы сейчас решали упрощённое уравнение. У нас Керриган за скобками осталась." - Если и её посчитать… тогда остаётся только сдаться, без вариантов.

Итог разговора с медсестрой оказался ожидаемо отрицательным: исключений ни для кого не будет. В случае победы светлых Лене сотрут память, как и всем остальным. Обнулят всех, кроме него. Иначе победа не будет победой системы.

Медпункт взорвался от крика:

- Я тебе кто, человек или долбанный робот?! Сколько можно?!! - От запредельной громкости лежащая на кушетке Алиса непроизвольно дёрнулась.

Двери изолятора хлопнули, взбешённый Александр вышел, громко разговаривая сам с собой:

- Хотели робота – вы получите робота. - На секунду он задержался возле Алисы. - Рыжая, я знаю, что ты вряд ли послушаешь, но всё равно… Не выходи никуда отсюда, когда снова начнётся. Так я хотя бы тебя больше не трону.

Алиса тяжело повернулась на бок и посмотрела в его разъярённые глаза:

- Не обещаю, Сашкен. С тормозами у Двачевской плохо, ты же знаешь. Только какой толк от меня сейчас? Твоя Лена одним пальцем меня завалит, ей будет приятно.

- Как хочешь, я предупредил.

Почти бегом Саша направился к музкружку. Здесь было пусто и тихо, как никогда. Идеальный порядок, все инструменты отдыхают на своих местах и ждут, когда на них поиграют. Схватив стоящую ближе остальных электрогитару, Саша обрушил её на полотно новенькой двухрядной "Ямахи". Синта́ жалобно отозвалась плаксивым звуком нескольких одновременно впечатанных клавиш. Пионер взялся за гриф двумя руками и продолжил со всей силы молотить синтезатор гитарой. Струнный инструмент оказался сильнее клавишного, "Ямаха" развалилась первой.

Порезанная левая ладонь начала гореть. Размахнувшись гитарой, как молотом, Саша бросил её в окно. Звякнуло разбитое стекло, гитара грохнулась на асфальт под окном. Но не сломалась, только струны лопнули. Её стойкость взбесила ещё больше. Он успокоился только тогда, когда размолотил следующую электрогитару о стену.

- Ничерта вам не останется! Обломки одни! - доносилось из музкружка. Пионер продолжал крушить всё, что попадалось под руку. Если так в тёмных полетит, то Лена с Ульяной могут спокойно подождать в стороне.

Поздним вечером трое светлых собрались в Сашином домике.

- Сколько осталось до конца перемирия? - обеспокоенно поинтересовалась Ульяна. - Темнеть начинает.

- Час сорок, - проинформировала Лена и взглянула на Сашу. - Когда уходим?

- Мы никуда не уходим. Хватит бегать. - Он поднялся с кровати и принялся наматывать цепь на левое предплечье. Закончив с креплением металлического аргумента, посмотрел на девчонок. - Что вы так на меня смотрите?

Обе продолжали поглядывать на парня вопросительным взглядом. Они никогда не видели его таким, как сейчас.

- Будем драться? - спокойно уточнила Лена.

- Именно. Только драться буду я один, а вы мою спину прикрывать. Даже если проиграем, так просто победу тёмные не получат.

- Ещё чего! - сверкнула зелёными глазами пионерка. - В одиночку у нас не останется шансов на победу.

- Шансы всегда есть, - холодно бросил Саша и накинул на себя джинсовку, поправляя рукав, чтобы он закрыл цепь. Достал из тумбочки свои метательные ножи и продемонстрировал их боевым подругам. - Их пять, а боеспособных целей с той стороны только четыре. И мой КПД в метании этих смертоносных штук значительно выше необходимых восьмидесяти процентов.

Александр принялся сосредоточенно протыкать насквозь плотную джинсовую ткань с правой стороны на удобной высоте и вставлять в прорези ножи. Так их можно будет максимально быстро извлечь и применить по прямому назначению. Только он не уточнил, что по движущимся целям, да ещё и в темноте, процент смертоносности от его игрушек значительно падает.

- Вот и отлично. Я буду драться, и не нужно меня оберегать! - решительно заявила Лена и поднялась со своего места.

- Лен, послушай меня. Так мы серьёзно увеличиваем наши шансы на победу. И в этом случае ты всё забудешь…

Ульяна молча наблюдала за двумя старшими товарищами, опасаясь вставить хоть слово.

- Тогда почему бы нам просто не сдаться? - напрямую спросила Лена, сверля Сашу испытывающим взглядом.

Это был очень непростой вопрос. Тот самый напряжённый момент двух взглядов глаза в глаза, не моргая. С одной стороны, он не хотел терять Лену, но с другой… Взгляд Лены прожигал насквозь, но глаз он не отвёл.

- И наплевать на Джейка, на его агонию возле ангара? Он больше часа умирал, пока мы не пришли. Ты представить себе не можешь, насколько это адская невыносимая боль, я её на себе испытал, когда рождалась Керриган. Он пошёл за мной против всех, ты предлагаешь мне просто кинуть его? - Лена не ответила, и он продолжил. - А Славяна? Она тоже не считается? Если бы не её вера, никаких "ты и я" просто не было бы.

В глазах девушки заблестели серебристыми каплями крупные слёзы:

- И ты готов к любому исходу? А если мы победим?

Саша шагнул к начинавшей дрожать пионерке, крепко прижал к себе и прошептал:

- Прости меня, пожалуйста. Я не могу по-другому, правда. Я люблю тебя, но если мы сдадимся без боя, себе не прощу. Если ты не согласна, можешь рвать моё "сердце" прямо сейчас, сопротивляться не буду.

Лена не сдвинулась с места, лишь спрятала голову у него на груди.

Ему стало трудно промолчать в такой момент, слова вырвались наружу сами собой:

- Иногда по-другому просто нельзя… Мне ещё тяжелее, ведь я не забуду при любом исходе.

- Пообещай мне, что заставишь меня вспомнить, - тихо прошептала она.

Ульяна не выдержала, вскочила и обняла прижавшуюся друг к дружке пару.

- Ребята мои любимые, я не знаю, что сказать… Но я не смогу просто стоять в стороне, когда начнётся.

Спустя бесконечные секунды Саша отстранился, попытался улыбнуться и обнадёжил Ульяну:

- Не переживай, до конца перемирия мы все поучаствуем по-полной. Меня давно гложет непреодолимое желание сжечь дотла наш любимый "Совёнок", и прямо сейчас мы втроём воплотим его в жизнь. Ну что, светлые, погнали разгонять надвигающуюся тьму огнём!

Идея заключалась в следующем: поджечь все постройки в Совёнке и создать таким образом огненное кольцо. Как на арене, чтобы бежать было некуда. Достаточно свободного пространства останется только на пляже, куда и должны прийти все тёмные.

Двухсот литровая бочка с бензином для моторной лодки находилась на своём законном месте внутри склада лодочной станции. Чуть дальше стояли ещё две. Лидер поджигателей лагеря открыл стоявшие рядом две двадцати и одну десятилитровую канистру и пробил заполненную до краёв ёмкость с топливом на отметке примерно в треть. Хлынувшая струя бензина, расплёскиваясь по полу, устремилась в подставленную горловину первой канистры.

Когда все три канистры наполнились, Лена и Саша взяли большие канистры, а Ульяна подхватила меньшую. Троица спешно покинула пределы едко пахнущего парами бензина помещения.

Александр выплеснул часть бензина из своей канистры под стендом у начала деревянного пирса, продолжил дорожку по направлению к знанию и поджёг. Очень скоро пламя доберётся до растекающейся лужи топлива из-под дверей, тогда полыхнёт по-настоящему. Все трое невольно залюбовались огненной дорожкой, осветившей берег пляжа.

- Не стоим, девочки, к столовой! - Саша схватил обе большие канистры и устремился в центр лагеря.

Это здание так просто не поджечь, поэтому для начала он выбил окно и опустошил внутрь остатки от двадцати литров бензина из полупустой тары. Недолго думая, снял с Лены пионерский галстук, связал узлом и, макнув в бензин, поджёг и бросил внутрь.

- Красиво, а? - довольный полыхающим из дыры окна пламенем, спросил Саша.

Стоящий в отдалении медпункт навряд ли загорится от соседки общепита, эта брешь может стать лазейкой. Поджечь его Саша не смог. Если бы там находилась одна Виола – вообще не вопрос, но наличие "раненых" и "мёртвых" значительно усложняло.

- Саш, а так вообще можно? Перемирие же, - немного испуганно проговорила Ульяна.

- Правилами перемирия запрещено противника трогать. Коробки "Совёнка" к ним не относятся. Мы подпа́лим весь лагерь и чтобы никто не потерялся, соберём огненным кольцом в кучу тёмную стаю там, где нужно.

- Там, откуда начали поджигать? - поинтересовалась Лена.

- Именно, радость моя, - Саша засмотрелся на девушку, в её изумрудно-зелёных глазах отражались языки пляшущего ярко-оранжевого пламени. Захотелось задержаться так хотя бы на минуту, но лишнего времени почти нет, он подавил спонтанное желание и резким движением подхватил оставшуюся двадцатилитровку. - Скоро они заметят наши огоньки, нужно торопиться. Не отставайте, на очереди библиотека!

Стена деревянного строения кладезя знаний занялась, как факел, моментально и с минимальным применением способствующего возгоранию бензина. Плеснув по пути на такую же деревянную сцену топлива и позволив ей зажечься самым ярким последним в своей жизни огнём, тройка светлых в темпе удалилась разбрираться с вереницей пионерских домиков. Поджигатели разделились, и большинство отдельных пионерских апартаментов, рассчитанных на две персоны, вспыхнуло с синхронностью сигнальных костров, зажжённых почти одновременно. Никого из противников в домиках не оказалось. Оно и к лучшему: незачем им встречаться раньше времени.

Между делом Саша вколол себе заранее приготовленный морфин (от адреналина отказался, чтобы избежать возможной дрожи в руках).

Последним пунктом, подлежащим уничтожению и замыкающим огненное кольцо оцепления, сужающееся от площади к пляжу, было капитальное двухэтажное здание. Сердце лагеря, осиное гнездо или обитель зла, как иногда называл его Саша, немного выделялось своей высотой на фоне остальных построек и было обозначено продолговатой красной табличкой с символикой СССР, гласившей «Администрация пионерского лагеря «Совёнок».

За все годы, проведённые здесь, Саша так ни разу и не смог попасть внутрь. Местный сторож, единственный обитатель этой загадочной постройки, был как минимум мировым чемпионом по всем видам спорта и в два счёта пресекал любые попытки нарушить спокойствие таинственной администрации. Сейчас его на месте, естественно, не было, и никто не помешал облить остатками бензина деревянные запертые двери и разбить последней полупустой канистрой соседнее с ними окно.

Пламя со стремительно растущим аппетитом принялось вгрызаться в дверь, облизывать каменные стены и жадно пожирать стеллажи с документацией в одной из комнат громоздкого сердца пионерского лагеря. Подуставшие пионеры расположились поодаль и переводили дух, любуясь ночным полыхающим лагерем. Вдруг со стороны пляжа раздался громкий "Бах-Бабаах!", и в небо взметнулся столб огня.

- А вот и бочки с топливом приглашают всех посмотреть на фейерверк, - улыбнулся Саша. - Лена, время?

- Девять минут с небольшим осталось, - сообщила девушка.

Светлые отправились туда, откуда начали, и оказались у окраины пляжа недалеко от пристани чуть раньше врагов. Пирс догорал, от него остались одни дымящиеся столбы, торчащие из пылающей бензиновой лавы, растекающейся по воде. Кое-где уже начали гореть кусты и деревья, арена пляжа была окружена огненной дугой.

Тёмные, собравшись группой, через медпункт добрались до точки взрыва с противоположной стороны, от спортгородка. Боевая четвёрка, возглавляемая Лизой, быстро продвигалась по направлению к лодочной станции, а позади них, прихрамывая, плелась едва шевелящая ногами Алиса в сопровождении Жени.

Саша по привычке начал перематывать цепь на левую ведущую кисть и только когда закончил, сообразил, что ей нужно будет метать ножи. Железная ручная змея заняла место на правой руке, плотно обмотав сжатый кулак.

Тёмные стремительно приближались. Управляемый высокой фигурой в центре, боеспособный авангард рассыпался цепью практически по всей ширине пляжа. Тайлер ушёл влево, Электроник и Шурик чуть сзади, ближе к воде.

Время перемирия практически растаяло, а Керриган и Виола до сих пор не объявились.

Саша повернулся к своим:

- Девчонки, останьтесь здесь. Что бы ни произошло, постойте на месте, пока не закончится, а потом делайте, как хотите… Прошу, дайте мне свободу действий, я не хочу постоянно оглядываться на вас.

- Они убьют тебя, - запинаясь, прошептала Ульяна. - Порвут, как Джейка… давай пойдём вместе. Если мы проиграем, и я не забуду, то им точно никогда не смогу простить. Ни тебя, ни Джейка, ни Славю.

А Лена молчала и смотрела на надвигающихся врагов. Они преодолели почти половину пляжа.

- Победа не имеет значения, дьяволёнок. Светлые уже победили, так или иначе. Пусть мы проиграем битву, но ничто и никогда не сможет уничтожить то, что нас пятерых объединило. - Он перевёл взгляд на Лену. - Поддаваться им я не буду, на блюдечке они "Совёнок" не получат. - Он оглянулся и с удовольствием подумал, что от охваченного огнём лагеря почти ничего не осталось. - Лена, если у меня каким-то чудом получится перебить их всех… прости, что всё так закончилось.

Сколько раз он ещё будет извиняться перед Леной, которой обязан всем, что дал ему лагерь. Именно с неё когда-то всё началось, она всегда была для него не просто декорацией из другой реальности.

- Если ты готов на это, то и я готова пожертвовать… Я люблю тебя.

- И я. - Он поцеловал её, чмокнул Ульяну и, едва сдерживаясь, чтобы не побежать вперёд, поднял ворот джинсовки и быстро пошёл навстречу приближающимся силуэтам целей.

Думал Саша медленно, но решал всегда быстро, не колеблясь. Левая рука механическим движением извлекла нож из куртки, глаза выбирали первую мишень. А мозг с максимальной скоростью анализировал и просчитывал варианты: "Широко идут… и быстро… темновато… прежде, чем накроют, максимум двоих смогу остановить, и то не факт, что наглухо… и пара недобитых ещё на подхвате… Кого выключать первым? Оптимально – Лизу, она как раз напротив…"

"Что мертво́, вам уже не убить." - Улыбнулся сам себе напоследок одиночка. Оставаться в центре Саша не стал, и когда расстояние сократилось примерно вдвое, вопреки очевидному приоритету побежал к окраине пляжа по направлению к Дёрдену. Тот вырвался чуть вперёд и двигался на небольшом отдалении от остальных. Периферическим зрением светлый успел заметить, что быстрее всех к нему понёсся крайний справа Шурик.

Нож пробил грудь ускорившегося навстречу Тайлера со средней дистанции, освободившееся место в левой руке тут же заняло второе лезвие. Саша мгновенно развернулся по направлению к воде и оставшимся на ногах оппонентам.

В его голову полетело что-то продолговатое, брошенное Лизой. Реакция спасла, он успел уклониться и почти сразу метнуть бесстрашной девчонке ответку. Не попал, совсем. Спортсменка воспользовалась преимуществом первого броска и успела грамотно сманеврировать, стремительно изменив траекторию своего движения.

Едва успев достать третий нож, чтобы прикончить альфа самку тёмной своры, спинным мозгом Саша почувствовал, что позади него что-то происходит, и обернулся. Вовремя: ударом железного прута с двух рук раненый Тайлер задел голову и плечо пионера лишь по касательной и тут же был отброшен назад метким ударом звякнувшей цепи с добавлением распрямлённой ноги в корпус.

Кровь из рассечённой кожи на голове потекла по лицу, заливая левый глаз. Саша не остался стоять на месте, чтобы не быть лёгкой целью для врагов, мгновенно сблизился с поднимающим своё оружие Тайлером и на ходу с размаху ударил его ножом в живот. Сильный удар опрокинул оппонента на спину, а быстро увеличивающаяся в размерах лужа начала окрашивать майку безумца в красный цвет.

Не успел остывающий Дёрден окончательно приземлиться на песок, как выдернутый из него нож просвистел навстречу самой близкой цели. Это был Электроник. Охваченный гневом за избитую Женю, он летел вперёд с топором в руке, которым так и не успел воспользоваться. Попадание идеальное: сталь пробила горло, успокоив пионера до окончания Волны.

Пара шагов назад и по диагонали, в левой руке уже лежал очередной смертоносный метательный снаряд. Пляж заволокло дымом, Александр попытался найти, куда делась Лиза и совсем упустил из вида своего тёзку Шурика. Хитрый пионер смог подобраться максимально близко справа на комфортное расстояние, не замеченный увлечённым сражением Сашей.

Два выпущенных из гвоздомёта гвоздя, как пули, вонзились в бок одиночки. Опьянённый успехом Шурик нажимал на спуск, пока не закончилась обойма. Стальные иглы изрешетили светлому правую руку, ногу, пять штук попали в тело.

Вколотый морфин спасал, но всё равно стало как минимум некомфортно. И боль присутствовала, правая часть тела резко перестала слушаться. Саша осел на песок, опираясь неработающими конечностями, и одновременно с короткого замаха бросил нож в довольную улыбающуюся морду молодого Александра Николаевича. В результате на месте правой глазницы Шурика выросла рукоять ножа.

Тело тёмного ещё не успело свалиться на землю, как в мгновение материализовавшаяся рядом Лиза размашистым ударом своей длинной ноги в голову отправила обречённого одиночку в глубокий нокаут. Но выключить новое тело пионера не так просто. Лежащий на спине Саша остался в сознании и из последних сил схватил Лизу за руку, притягивая к себе.

- Вот и всё. Скоро встретимся. - Высокая девчонка поставила колено на грудь пионера и быстро рванула свободной рукой его "сердце".

Лиза отбросила дымящийся кусок инородной плоти в объятые огнём деревья и на секунду прикрыла глаза, чтобы не смотреть, как тело Александра начало содрогаться в бесконечных конвульсиях. Она не успела толком осознать, что произошло, как оказалась сметена налетевшим на неё медноволосым ураганом. Значительно превосходящая соперницу по физической подготовке и параметрам спортсменка быстро сориентировалась и исправила положение. Она подмяла под себя Ульяну, заломала ей руки и прижала к песку. Малышку спасало только то, что она лежала на животе, и Лиза пока не могла добраться до её "сердца".

Откуда-то сбоку на негнущихся ногах вышел бледный, как привидение, Тайлер Дёрден, волоча за собой невесть откуда взявшуюся арматуру. Бешеный выжил, дважды! Шаба́лова хотела попросить Дёрдена помочь справиться с неистово сопротивляющейся Ульяной, но тот уже был занят новой проблемой.

Немного отставшая от стремительно ринувшейся на врагов подруги Лена с ножом в руке замерла в трёх шагах от полумёртвого Тайлера. От её мгновенной атаки едва держащегося на ногах тёмного спасли подоспевшие Алиса и Женя. Обе также смотрелись не очень боевито, и в целом бойцу армии светлых было по силам справиться со всеми троими соперниками, которые находились в не самом лучшем физическом состоянии.

После секундной оценки возможностей врагов девушка с фиолетовыми волосами потянулась за лежащей перед ней выпавшей из руки Саши цепью и… замерла, как вкопанная. Она уже не видела ничего, кроме бьющегося в агонии тела любимого пионера.

- Хватит! Прекратите! Мы сдаёмся. Слышите, сдаёмся! - прозвучал надрывный крик, она бросила нож и потянулась к своему шприцу с антидотом. - Дайте мне помочь ему, он же не умер, ему больно!

- Ульяна? - хладнокровно уточнила Лиза, всё ещё сидя на трепыхающейся пионерке.

- Ульяна, пожалуйста, - взмолилась Лена. - Пускай они побеждают. Саше больно!

Девчонка лишь дёрнулась в ответ. И с трудом, но кивнула.

- Я не слышу! Громче! - рявкнула Лиза.

Младшая буквально кипела, подняла голову повыше и оглянулась на Лену, потом на лежащего Сашу.

- Я тоже сдаюсь. Всё, всё! Сделайте что-нибудь!

- Сейчас, мала́я. - Дёрден собрался с силами, замахнулся арматурой и пробил грудную клетку в области ещё бьющегося живого сердца. - Тело на долю секунды выгнулось дугой и обмякло на песке. - Так надёжнее, - псих сплюнул в сторону и опустился на землю, держась за живот.

- Волна окончена! Мы победили, лагеря с его законами больше не будет. Вы добились того, чего хотели – жить свободной жизнью. - Громко объявила появившаяся из ниоткуда Керриган. - Погибшие вернутся с рассветом. В шесть утра. - Голос тёмной прозвучал, как гром с небес.

Молчаливая Виола остановилась на расстоянии и смотрела своим немигающим взглядом на мёртвое тело Александра. Словно не могла поверить в то, что видит.

Истекающий кровью Тайлер Дёрден без сил лёг на спину и прошептал:

- Я, пожалуй… отдохну до рассвета, - это было последнее, что он успел сказать перед смертью.

Все оставшиеся в живых пионеры примолкли, ещё не понимая до конца, что произошло. Они созерцали наглядный пример того, что ни в одной войне нет победителей, кроме её зачинщиков. На лицах победивших не промелькнуло ни капли радости. Почти такая же боль, как и у оставшихся в живых светлых Лены и Ульяны.

- Есть один важный момент для большинства присутствующих, - сказала предводительница тёмных и дождалась, пока все услышат. Лена, Лиза, Ульяна, Алиса и Женя посмотрели на неё. - Ваш Саша не вернётся. Он мёртв, вернуть возможно только жителей лагеря.

- Ты чё, офонарела совсем? - если бы могла, Алиса бы рванула к Керриган, а так просто проковыляла пару шагов и была остановлена твёрдой рукой Лены.

- Сука, ты ему не сказала?! - прокричала фиолетовая.

- Нет. Но он и сам всё прекрасно знал. Пункт о воскрешении касался только вас. - Огненные глаза Сандры Керриган вспыхнули в ответ. - Любила бы ты его, сестрёнка, если бы он поступал иначе?

- Тварь! Убью!!

Виола резким движением схватила своего любимого продвинутого бота за руку, а та продолжала рваться в истерике:

- Ему не нужно было ничего никому доказывать! За что он умер, за что?!

- Не надо, пожалуйста. Его этим не вернёшь. Он понимал, на что идёт, дал себе и тебе шанс, бросил монетку. И снова выиграл, проиграв всё, - тихо произнесла медсестра.

Лиза опустилась на колени перед мёртвым телом иконы лагеря и прошептала:

- Почему ты не переубедил меня? Почему не обманул, не заставил пойти за тобой, почему не раскрыл мне глаза? - Её бесконечные тихие "почему" продолжались ещё долго. - Прости меня, прости, пожалуйста, моя обида закрыла от меня самое важное… я же хотела всё исправить. Не только для себя, для нас… я не понимала, что делаю…

А Лена скосила глаза на мёртвого Дёрдена и прошипела:

- Он тоже жить не будет. Клянусь, я его прикончу, когда воскреснет.

Оставшимся девчонкам сейчас хотелось только одного: чтобы их Саша тоже остался жив. Пусть не с ними, но хоть где-то. Они просто хотели, чтобы он был. Виола и Керриган переглянулись.

- Лагерь пока ещё существует. Делай своё чёрное дело, благодетельница, - мрачно произнесла Королева Клинков, расправив крылья. - Не жди моих извинений, действуй.

- Виолетта Герцеговна, если можно что-то сделать – делайте, пока не поздно! - не выдержала Ульяна.

Медсестра молча перевела взгляд на Женю.

- А я что? - та оторвалась от мёртвого тела Электроника и в недоумении посмотрела на остальных.

- Да нихрена! - взорвалась Алиса. - Пусть подыхает за твои фингалы? Я тебе утром ноги и руки сломаю, если мы его похороним!

Женя презрительно хмыкнула и спокойно ответила:

- Так я ничего против и не имею. Конечно, я хочу, чтобы он остался жив.

- Хорошо. - Виола присела рядом с Лизой над мёртвым Сашей и протянула руку. - Лена, подойди.

Пионерка шагнула ближе и дала медсестре свою ладонь. Виола начала таким тоном, как будто читала прощальную молитву, как будто просила:

- Он пожертвовал своим счастьем и победил. Его совесть осталась чистой. Счастье придёт, а совесть чистой бывает лишь раз, отмыть её невозможно. Он был не таким, как все, и всегда плыл против течения, ничего не менял и пытался остаться собой. В лагере не было и не могло быть двух одинаковых людей, даже заключённых в одном теле.

Глядящая в землю Алиса всхлипнула:

- Я не поняла, он что, всё равно умрёт?

Андроид вздохнула и продолжила:

- Мы все должны тебе, пионер. И лагерь должен… Но ты тоже кое-кому обязан всем, что получил. Она сделала тебя таким, каким мы тебя запомнили. - Виола посмотрела на Лену и сменила тон на свой обычный, холодный, - знай, что ты больше никогда его не увидишь. И он не узнает, что обязан тебе жизнью.

Пионерка плакала, но не колебалась:

- Так даже лучше. Я всё равно его больше не увижу, если откажусь. Я хочу знать, что он жив, мне важно только это.

- Воскресить его невозможно, но своё последнее чудо лагерь совершить ещё способен. Тело – лишь оболочка, а душа бессмертна. Забирай оболочку одной из своих бесцельно существующих бесполезных копий, пионер. Живи, Саша, мы все хотим этого.

Все пионерки, словно зомби, подошли и накрыли своими ладонями ладонь Лены, лежащую на груди мёртвого. Виола на секунду коснулась живой башни из рук и сразу выпрямилась. Ничего сверхъестественного не произошло. Никакого движения, ни света, ни единого звука – абсолютно ничего.

- И всё? - спросила Лена и смахнула стекающие по подбородку слёзы.

- Всё, - ответила стоящая позади тёмная копия её сестры. - Он снова дома, и он счастлив, как ты и хотела.

Рассвет явил оставшимся в живых жуткую картину из обугленных останков пионерлагеря. Нетронутыми огнём остались только ворота, медпункт и разгромленный изнутри музкружок. Монумент Генды почернел от копоти, но также остался цел. Памятник возвышался над пепелищем и невидящими глазами смотрел, во что превратили некогда волшебное место пионеры. Восстанавливать сгоревший "Совёнок" больше никто не будет. Свобода.

Эпилог

Продолжительный звонок в дверь наполнил трелями квартиру и заставил парня оторваться от бесконечного созерцания себя в зеркале. Вроде бы он, но множество мелких, незначительных и вполне заметных ему отличий вводило в замешательство. Хмыкнув, Саша открыл двери.

Почтальонка на пороге была сама доброта:

- День добрый. Вам повесточка. Распишитесь, пожалуйста. - Она протянула парню листок.

Повестка гласила:

«Гражданину Крайнову Александру Григорьевичу, проживающему по адресу …

В соответствии с законом "О воинской обязанности и военной службе" приказываю Вам /завтрашняя дата/ к 10.00 явиться в военный комиссариат по адресу … для проведения мероприятий, связанных с призывом на военную службу.

При себе иметь паспорт (документ, удостоверяющий личность), а также: дальше стояла печать, где были перечислены амбулаторная карта; водительские права, при наличии; страховые полисы и ещё что-то трудно читаемое.

/печать, дата, подпись военного комиссара/»

Счастливчик перечитал всё это дважды, словно проверяя на наличие ошибок. На обороте в подробностях расписывались возможные последствия за уклонение или невыполнение приказа. Повторно переживаемый день резко перестал быть добрым, хоть Саша и знал, что так будет.

- Подпишите быстрее, - напомнила о себе женщина с объёмной сумкой через плечо, - мне ещё пятьдесят с лишним таких листков счастья вручить надо.

Саша чиркнул ручкой в нужной графе и пожелал ей удачи. Захлопнув двери, он посмотрел на циферблат настенных часов. Начало четвёртого – уже можно идти за дочкой, тихий час закончился. В темпе он набросил куртку, натянул кроссовки и со всех ног полетел к детскому садику. По пути успел несколько раз подумать, почему не умер и не попал в то чистилище, которое видел во сне. Может, всё происходящее – очередной сон? Нет, точно не сон. Чётко различать это состояние при необходимости Саша научился. И в момент своего появления здесь, не совсем в своём теле, он понял, что… словами такое не объяснить. Если в лагере был шок от воскрешения, то сейчас его можно было сравнить с младенцем, только что появившимся на свет. Как и почему он вернулся домой, уже не узнать. Последнее, что смог вспомнить из лагеря – летящая ему в лицо нога Лизы, обутая в кеды. Взгляд холодных глаз, которые она отвела в сторону перед тем, как вырвать ему "сердце". А дальше – провал.

Папа молнией взлетел по лестнице на второй этаж и вошёл в одиннадцатую группу. Прошёл знакомый коридорчик с гардеробом и просунул в приоткрытую дверь голову, тайком высматривая, что делает его дочка. Сашуля сидела в дальнем углу и складывала кубики.

- Здравствуйте, Александр Григорьевич, - улыбнулась ему воспитательница. - Вы сегодня раньше обычного.

- Добрый день, Светлана Николаевна. Дела, так получилось.

- Позвать Сашу?

- Да, позовите пожалуйста.

Но малышка уже заметила его и бежала к дверям.

- Папочка! - она обняла его так, как будто сто лет не видела.

- Привет, мой Енотик. - Саша присел на корточки, поцеловал дочку и прижал к себе. Он осторожно гладил её по плечам и по спинке, проверяя, настоящая ли она. Убедившись, что маленькая Саша не мираж, он отпустил её одеваться.

На обратной дороге Сашуля щебетала о том, что делала сегодня в саду. Папа старался слушать и иногда уточнял детали. Сейчас он был полностью поглощён мыслями о Сандре. С Сашулей всё в порядке, а что с ней? Ну не может же быть, чтобы её здесь не было.

Дома Саша сделал дочке её любимый чай с малиной и вышел покурить на балкон. Время тянулось ужасно медленно. Его жена обычно возвращалась с работы между пятью и шестью вечера, полтора часа ожидания он убил за рассеянной проверкой компьютера и частыми походами на перекуры. Удивлённая Сашуля спрашивала, зачем он туда ходит, ведь её папа никогда так не делал (он же бросил курить в той жизни, если брать в расчёт её мирный отрезок). Саша отвечал, что очень ждёт маму и скучает по ней, вот и ходит посмотреть.

Когда её красная "Тойота" подъехала и парковалась на стоянке, он с трудом удержался, чтобы не выпрыгнуть прямо с балкона второго этажа. Как только Сандра перешагнула порог, в квартире её встретил настоящий шквал из объятий и поцелуев. Саша целовал её в губы, щёки, глаза, в лоб, в нос, в шею – везде, куда только мог добраться. А счастливая дочурка крутилась рядом и довольно кричала:

- Мама вернулась! Мы скучали, папа ждал тебя.

- Что случилось? - Сандра в недоумении рассматривала его, как и он её, не понимая, чем вызвано такое бурное проявление любви.

- Много чего, - он ещё раз поцеловал её в губы и помог снять осеннее пальто. - Переодевайся, нам нужно срочно поговорить.

- Так, стоять, - она приподняла мужу чёлку. - Что это за шрам на лбу, откуда он? И вообще, что у тебя с лицом? Ты как-то… странно выглядишь.

- Красота, я сам точно не знаю. Давай всё на кухне за кофе обсудим, мне тоже пока не всё ясно.

- Нет, только не говори мне, что это снова "Совёнок", - моментально изменившаяся в лице девушка опустилась на стул.

Саша закрыл дверь и посмотрел на неё, стараясь держаться как можно увереннее:

- Он самый. Только сейчас лагерь помог мне. Он нам с тобой помог, спас нас. Я не знаю, как… Вот, - вместо слов он взял с тумбочки и дал ей почитать повестку.

- О, господи! - Сандра оторвала взгляд от бумаги и посмотрела на мужа. - Но лагерь здесь причём?

- Мам, мы сегодня в садике ёлку рисовали! - громко напомнила о себе и потеребила рукав маминой блузки Сашуля.

- Молодцы, - ответила полностью растерявшаяся мама. - Покажешь, как у тебя получилось?

- Она в садике осталась, - девочка надула губки. - Завтра заберу.

- Жалко… обязательно забери, если воспитательница разрешит. - Она снова перевела взгляд на мужа. - Алекс, так что всё-таки произошло? Говори, не молчи.

- В двух словах не расскажешь. Пошли на кухню.

Монолог об очередных пионерских похождениях продлился долго. Сандра залпом допила успевший остыть кофе, услышав всё то, что хотел сказать ей уже чёрт знает в который раз переродившийся Саша.

- Хотела бы я сказать, что это бред, и такое невозможно, если бы сама там не побывала и не знала, на какие чудеса способен наш лагерь. Но… вдруг сейчас всё будет не так? Может быть, тебя не убьют?

- Ты хочешь это проверить? - грустно спросил он.

- Нет! Нет, конечно, прости, я дура. И что нам теперь делать?

- У меня только один приемлемый вариант. Предлагаю взять наш волшебный Икарус и уехать в "Совёнок". Ты, я и Сашуля. Не знаю, куда мы попадём, ведь лагеря больше нет, но так мы останемся вместе.

- Алекс, родной, а как мы будем жить там? Работа, школа для Сашули, как?

- Не знаю. Но тебя правда сейчас только это волнует? - и так невесёлый Саша погрустнел ещё больше и опустил глаза.

- Я трижды дура, - она бросилась к нему и обняла. - Поехали, я никуда тебя не отпущу.

Пока семья добиралась до окраины города, погода окончательно испортилась. Поднялся ветер, начал накрапывать противный холодный дождь.

Автобус, несмотря на долгий простой, завёлся с пол оборота с громким характерным фырканьем. Водитель дал поработать двигателю на холостых, неторопливо выехал со стоянки и повернул в направлении трассы. Дождь усилился, крупные капли громко барабанили по железной крыше. Потоки воды неутомимо струились по лобовому стеклу, и длинные лопасти дворников неустанно боролись с бесконечными водопадами.

- Ничего не забыли? - спросил ещё раз Саша, не оборачиваясь.

- Паспорта, Сашулино свидетельство о рождении, телефоны, деньги, еда-вода на всякий случай… - Сандра подумала. - Вроде, всё. И так полный бардачок утрамбовали.

- Енотик, мы скоро в тоннель заедем. Ты только не пугайся и крепко держи маму за руку. - В этот раз водитель автобуса обернулся, чтобы посмотреть на дочку и жену. Не покидало чувство, что он может снова потерять их. - Станет немножко темно и очень тихо, но это ненадолго. Потерпишь?

- Пап, а куда мы едем? - Сашуля выглядела обеспокоенной.

- Нам нужно уехать в другое место. У тебя там будет много новых друзей. А ещё у нас будет новый дом, и мы обязательно заведём собаку, как ты и хотела.

- А где будут бабушка и дедушка?

- Мы не можем взять их с собой, - Саша отвернулся.

- А как же… - из глаз девочки закапали слёзы, и Сандра прижала её к себе.

Жёлтый "Икарус" выехал на бесконечное полотно прямого асфальта. Саша отбросил защиту с кнопки.

- Красота, ни в коем случае не отпускай её руку.

- Нажимай, не тяни. - Мама вздохнула и пересадила дочь себе на колени.

Взбесившийся дождь с ветром разошлись не на шутку. Но они не смогли помешать ровно проехать на постоянной скорости в 60км/ч по прямой в течение минуты. После отступления кромешной темноты жаркое летнее солнце не ударило в глаза. Оно клонилось к закату, освещая бескрайние поля. Позади за знакомыми опорами ЛЭП среди равнин раскинулись домики, с другой стороны дороги расположилась ферма, недалеко от которой паслось стадо коров, а дальше виднелось бескрайнее коричневое поле пашни. Деревья в округе кое-где подёрнулись жёлтым цветом – значит здесь сейчас тоже осень. Но самое главное – вокруг бурлила жизнь! Настоящая жизнь, во всех своих многогранных проявлениях.

Навстречу проезжали то легковушки, то грузовики. Среди отечественных легковых авто иногда попадались иномарки.

- Мам, смотри, коровы! - малышка прилипла к стеклу.

- Милый, что это? Мы где вообще? - Вымолвила Сандра, закончив осматривать дочку и убедившись, что с ней всё в порядке.

- Мы в новом мире "Совёнка", Красота. Нравится? - Он пока не осознавал до конца, но чувствовал, что ему произошедшие перемены очень даже по душе.

- Я точно не знаю… А наши знакомые девочки и мальчики ещё остались здесь?

- Надеюсь, что да. И не только они, скоро познакомишься с новенькими, которых я поселил сюда. Только подозреваю, что все они стали старше лет на десять и уже давно не пионеры.

- И я снова увижу мою сестрёнку? - нескрываемое волнение в голосе Сандры зашкаливало.

- Возможно. Но пока не питай преждевременных надежд, Красота, - постарался ответить ровным тоном Саша.

Для него каждая новая встреча с Леной после первой смены была как желанной, так и не очень. И теперешняя – не исключение. В тот раз Лена нашла свою любовь с его братом-клоном, а сейчас что? Она постоянно получается ненужной, лишней. Обманутой и преданной, как при самом первом прохождении игры.

Сандре объяснять это всё не обязательно, она прекрасно поняла, о чём её муж подумал. Саша опустил подробности про себя и Лену, рассказывая об очередном пребывании в лагере. Сандра не глупая и знает, что для её Алекса исходники останутся неизменными навсегда. Началось всё именно с Лены, и их сложный треугольник ничем не разрушить.

Поводов для волнений в этом направлении у Сандры не возникло раньше, сейчас они тоже не появились. И она как ни в чём не бывало сменила тему:

- Передай мою сумочку, пожалуйста.

Саша дотянулся до бардачка и протянул жене её сумку. Пока Сандра копалась в ней, он попробовал словить какую-нибудь фм-волну. Магнитола пошипела, потрещала и запела голосом Татьяны Булановой:

- …но так вышло, что она, а не я тебе жена. Что за странная ошибка, что ты сделала, сестра?

Александр тихо четырхнулся и выключил радио от греха подальше, чтоб не услышать ещё чего-нибудь похлеще.

- Чудеса, мы же совсем не помолодели. - Сандра не услышала негромкую песню и продолжала внимательно разглядывать своё отражение в зеркальце.

- Так это как раз не чудеса, а как бы норма, - ответил Александр, следя за дорогой на пути к знакомым воротам. Он бросил взгляд в зеркало, на дочку. - Нашему маленькому хитрому Енотику молодеть нельзя, так она исчезла бы.

Сашуля выглядела довольной и сказала в своей обычной манере громким звонким голоском:

- Папочка, я к тебе хочу!

- И я тоже, - улыбнулась Сандра.

Папа остановил автобус, его девочки перешли за перегородку и сразу же крепко обняли и расцеловали его.

Для всех троих начиналась новая жизнь. Без страха, без сомнений, с радостными надеждами на совместное будущее. Только общая на троих радость, что они любимы и любят друг друга, и никому не позволят нарушить это неповторимо сильное и вместе с тем такое хрупкое состояние, которое принято называть счастьем…

„Скажите детям, что в этой жизни

В попсовых текстах не много смысла

Что с добрым сердцем легко обманут

Что самых верных ценить не станут.

Скажите детям, во что им верить

Что самый честный не будет предан

И только смелый – он станет вечным

Своим об этом скажите детям…

Скажите взрослым, что в небе звёзды

А остальное не так серьёзно

Пускай мечтают они, как дети

Скажите взрослым, скажите это…”