Сложности внедрения.

Глава 1. Пробуждение.

ПРЕДИСЛОВИЕ.

СМИ Таиланда:

Как заявила в одном из интервью главный танцор и репер южнокорейской группы «Блэкпинк», Лиса Манобан после съёмок в тайском детективном сериале «Белый лотос», она бы хотела сняться в фильме – боевике или в фантастическом фильме.

ПРОЛОГ.

В одном из кабинетов организации, называемой коротко сотрудниками «ПАВ», сидят женщина, которой на вид от 35 до 40 лет и парень в белой рубашке, с коротко стрижеными волосами. Напротив них сидит мужчина в форме, совсем не похожей на ту, которую носят военные или полиция, но позволяющую точно отнести её обладателя к силовому сектору. Это подтверждают и слова женщины:

- Полковник, кого пошлём?

- Госпожа директор, нам надо, чтобы наш агент выглядел, как тот человек, которого он заменит.

- Пол?

- Женский.

- Возраст?

- 13 лет.

- Саймон, есть у нас в картотеке кто-нибудь подходящий?

- Есть! – Отвечает, смотря в планшет, сидящий рядом парень.

- Кто?

- Алиса Камышина. 18 лет. Поступила к нам по разнарядке, спущенной в отдел кадров «Вечности». На «отлично» закрыла трёхгодичные курсы «ПАВ».

- Голография есть?

- Да, вот.

Над планшетом возникает изображение девицы.

- Полковник, подойдёт вам такой типаж?

- Сейчас. Сравним с оригиналом… Так, Совпадение 94%. Да, госпожа директор.

- Дежурный офицер, приведите нам объект № 12768Н.

- Будет исполнено!

ВЫЗОВ.

Сижу у себя в комнате, вспоминаю три года, проведённые на курсах Патруля Времени. Вот было весело! И чему нас только не обучали! Летала я на всяких «самолётах», начиная от «Ньюпора-15» и кончая «YF-200». В виртуале, конечно. Потом «пересела» на всякие космические челноки, грузовики и прочее космическое хозяйство. Учили нас всему. Естественно, начиная от школьной программы, и заканчивая самыми современными теориями космогонии, выдуманными на разных планетах.

Ну и физическому воспитанию было отдано до тридцати процентов учебного времени. А в не учебное время – разные кружки: музыкальные, литературные и прочие. И отдельно шла подготовка по разным видам боевого искусства, начиная от всяких джиу-джитсу,и заканчивая использованием в бою подручных средств. И, чтобы курсанты не имели свободного времени, нас заставляли оттачивать боевые навыки на всяких «полосах смерти» и прочих «линиях Зигфрида»…

А то были случаи, когда некоторым курсантам в голову приходила идея, типа, слетать на другой уровень пространства-времени. Например, потанцевать вволю в каком-нибудь ночном клубе 20 или 21 века, а потом начистить морды аборигенам и представителям полиции…

Или, высадится в 17 или 18 веках на острове Пинос, чтобы утащить у местных пиратов золото, награбленное во время захвата испанского галеона…

Нас в группе было двадцать девушек разного возраста. Самой младшей была я.

Как я попала на курсы Патруля? Умерла! Ага! Просто, пьяная была. И на одной из вечеринок с одноклассниками, перегнулась через перила балкона двенадцатого этажа настолько, что полетела головой вниз…

Случайное бытовое самоубийство, вот как это официально называется. Сам полёт вниз я не помню, так же, как и удар об асфальт. Мозги были затуманены алкоголем…

Очнулась в невесомом состоянии. Вокруг темнота, страшно! Хотела почесать репу, и поняла, что нет у меня ни рук и ни ног! Вообще запаниковала! Хочу крикнуть, а голоса нет! От удивления сразу успокоилась!

Никак не пойму, что со мной. Может быть, я сплю, и это такой страшный сон?

Кругом темнота и тишина…

И вдруг, слышу тихий диалог:

- О, новая душа поступила!

Душа?! И тут осознаю, что я умерла!

А голос продолжает:

- Пробей по базе данных.

- Сейчас…

- Ну, что?

- Малявка ещё! Ничего плохого натворить не успела, ну, и хорошего, естественно, тоже!

- Девочка?

- Подросток, 16 лет, родилась в 2256 году на Земле-1. И куда нам её? Может, отправить в цех переработки, на перерождение?

Меня охватила такая дрожь от слова «переработка», что я почувствовала холод, как будто упала в прорубь с ледяной водой!

- Погоди, там и так запарка. Сейчас я поищу другой вариант.

- Ну, ты начальник, тебе виднее!

Не знаю, сколько времени прошло, как я опять услышала тихий голос

- Ну, вот, я же помню, что у меня где-то завалялась заявка Патруля. На самое дно ящика упала! И что они хотели? Ага, им как раз, нужна душа человека, возрастом не более шестнадцати лет. Пол значения не имеет. Память стирать не надо. Посылай!

Очнулась я в кровати, надо мной склонилась женщина в странном одеянии:

- Вставай, девочка, начинается твоя новая жизнь!

Мда, и вот, курсы я закончила с отличием, учится я, любила всегда.

О! Кто-то стучит! Бегу открывать дверь. Какой красавчик! И форма ему так идёт! Смотрит строго, гад, как будто я ему миллион должна!

- Алиса Камышина?

- Да…

- Следуйте за мной!

Ага, следую…

Интересно, куда идём? Упёрлись в двери с надписью:

«Директорат Патруля Времени».

Заходим внутрь. Большая комната. За длинным столом сидит женщина, наверное, она и есть директор. На вид её около сорока, хотя ей может быть и раза в три больше. Здесь до тысячи лет доживают.

- Лиза, вы, живя на Земле, интересовались музыкой?

- Да.

- Актрисой быть не мечтали?

- Вроде, нет……

- Вы отправляетесь в прошлое, на планету Земля -14. Это примерно период, за двести лет до вашего рождения и смерти на Земле -1. Специфические знания вам передадут наши инструкторы. Ваше первое задание будет следующим…

ГЛАВА ПЕРВАЯ.

ПРОБУЖДЕНИЕ.

Моё пробуждение совсем не походило на то, чему меня тренировали на специальных стендах Патруля Времени. Меня всю выворачивало, скручивало, и кидало из полной темноты и бессознательности, до каких-то ярких видений, заставляющих мой мозг вновь отключать сознание, чтобы оно не было полностью стёрто…

В общем, было очень хреново, и это еще мягко сказано. Такое ощущение, словно некая незримая сила, пыталась выбить из меня всю жизненную энергию, но у неё это не получалось…

Сложно описать, то состояние, в котором я прибывала в тот момент. Изо всех сил, стараясь не издать ни звука, на последних остатках воли глушила рвущийся из груди крик, корчась в муках от неимоверной боли – ныла каждая клетка моего организма. Ничего не осознавая, пыталась следовать только одной путеводной мысли, вбитой мне в подкорку мозга инструкторами Патруля Времени:

«Если будет хреново, не показывай этого аборигенам, чего бы тебе это ни стоило, лежи тихо, не издавай ни звука, как будто ты труп».

Легко давать советы! Кстати, аборигенов я тут не наблюдаю. Но просто лежать бревном из-за непрестанной боли мне не удавалось. Так я и крутилась, с боку на бок, пока мне не стало чуточку получше. Мысли хаотично метались, в моей голове, отчаянно сопротивляясь любым попыткам привести их в порядок. Спустя какое-то время, показавшееся мне целой вечностью, мозгу удалось обуздать остаточные симптомы переноса. В голове начало понемногу проясняться и я, наконец-то, смогла вспомнить, кто такая и зачем здесь нахожусь. А, кстати, где?

Я вспомнила, что бывали и ошибки переноса, и не на года, а на целые столетия. И потом, ценой неимоверных усилий, Патрулю приходилось выручать своих посланников из пучины времён, как любила говорить моя начальница. Кстати, а я её имени и не помню…

Стоп! Опять не то! Начнём сначала! Итак, надо выяснить, где я.

Главное, понять, в каком я времени. Затем узнать, в какой я стране. Ведь до моего рождения на Земле, мир был разделён на отдельные государства....

По крайней мере, именно такие сведения, мне закачали в мозги при обучении. Всё это надо выяснить, и чем раньше, тем лучше. Да, а что я должна была сделать? Сосредоточься, Алиса! О! Имя вспомнила. Нет, не своё, а вроде той девчонки, вместо которой я должна прожить в одной из стран. Кстати, а название я помню?

Вроде, она называлась Тайбей…

Нет, такой страны быть не должно. Может, Тайвань? Нет, это вроде остров. Гоминдан? А это хрень откуда взялась? Гонконг, Гуаньинь? Стоп! Вроде второе - какое-то божество….

Успокоилась Алиса! А может быть, Лиза? Нет, похоже, но не то. А если – Лиса?

Хи, хи! Лиса Алиса и кот Базилио! А это откуда? Нет, ту девочку звали не Алиса, это точно. Скорее всего, всё-таки, Лиса…

Да, да! Не Алиса, а Лиса! Вдох, выдох, вдох выдох! Да не части так, дура! Глубоко вдохнула, и выдохнула! Молодец!

Так, а ведь инструкторы называли меня вначале Прани. Я даже подумала, что это моя агентурная кличка. Ага, а потом, почему-то, стали звать Лиса. И ещё – Маня…

Чёрт, совсем запуталась!

Итак, начнём сначала! Я должна попасть в одну из параллельных вселенных, где в авиакатастрофе погибла на местной Земле девочка тринадцати лет, вместе с мамой и папой…

Или не папой? А кто может быть вместо папы? Дядя, дедушка, брат? Нет. Вроде, прямой родственницей девчонки была только мама. А если не родной, но папа? Как его называют? Папаня? Папандопало…

А это чего и откуда?!

Пойдём другим путём! Пап ещё называют отцами. Ну, да! Вот я своего предка так называла, отче или отец. Ну, пока не полетела без парашюта вниз головой…

О, боже! Вспомнила, как я висела в темноте, без рук и ног! Это в сторону. Сейчас лишние мысли меня только сбивают…

И так, на чём я остановилась? Ага, на отце! Значит, как у меня в памяти забито инструкторами Патруля, у девчонки был не настоящий отец…

Тьфу. ты! Не родной! А как называют такого папу? Отчим! Вот, вспомнила! Нет, я всё-таки молодец! Я трижды перечитывала архивные данные, которые мне предоставили инструкторы:

«Вчера, 10 октября 2010 года в районе аэропорта Осака разбился самолёт авиакомпании «Джапан эйрлайнз», следующий по маршруту Бангкок-Осака. Всего на самолёте было 197 пассажиров и 7 членов экипажа. Идут поиски тел погибших».

Там, в архивных записях были обнаружены сведения, что тело девушки, которую должна заменить, школьницы из Бангкока, так, и не было обнаружено…

Стоп, стоп! Лиса? Но ведь это, коротая интерпретация моего нового имени. Я помню, что полное имя начиналось на Ла…

Ла-лиса?

Ах, это же так звали ту девчонку! А меня сюда сбросили, как раз вместо неё.

О, я ведь и есть теперь эта Лалиса! Вот, только где я нахожусь? Самолёт уже упал, или я ещё в Таиланде…

И имя вспомнила, и название страны, и город, в котором родилась и жила та школьница…

Да, Патруль Времени выяснил, как Манобан (Манобал) очутилась с семьёй в самолёте, летящем в Японию.

Манобан, Манобал? Оу, фамилию тоже вспомнила!

Ага, и ещё на ум пришло, кто провернул эту операцию.

Это дело Хакера из террористической организации «Адская гримаса времени». Этот идиот ненавидит какой-то К-поп, имеющий успех на Земле в нескольких параллельных вселенных. Он решил, что в одной из реальностей не должно быть самой известной девичьей группы, в которую входила эта Лалиса или Лиса, как её коротко называют фанаты. Вот он и выбрал эту актрису своей мишенью. Почему именно её? У него пунктик на Таиланд. Что-то случилось с ним в этой стране, что - неизвестно. А Манобан - тайка. Вот он её и выбрал...

Звонок в Бангкок, фальшивое приглашение в Осака, на похороны якобы усопшего далёкого родственника мамы Лисы, и уничтожение самолёта с семьёй девочки около побережья Японии – Хакер вывел из строя всю электронику авиалайнера. Ну, у него ведь аппаратура не чета электронике на Земле той реальности.

Вроде, всё вспомнила. Итак! Я тайская девочка Лиса Манобан, Моё задание – найти и уничтожить Хакера. Он где-то рядом. Затем мне предстоит попасть в Южную…чего-то там…

Вроде, начинается на букву «Г». Нет, на «К», точно! И это должна быть страна. А какие государства того периода я помню? И куда должна я попасть?

В Южную Каролину? А может быть - Калифорнию? Канаду? Каппадокию?

Чёрт! Вдох, выдох, вдох, выдох…

Куда я должна попасть? И как? Вспоминаем, что говорил инструктор…

Ладно, со страной я пролетела, не могу вспомнить, пока не могу…

А если идти от обратного? У любого государства, как меня учили, была столица. Это должен быть большой город. Мегаполис, как называли такие поселения в те времена. И именно туда я должна попасть

Инструктор что-то на букву «С» называл…

Какие я помню города того времени на букву «С»?

Сингапур? Нет, там было короче. Стамбул? Нет, это вроде далеко. Сайгон? Нет, нет, короче. Сион? А такой город вообще существует? Не помню…

Что-то похожее на «аул» в конце было…

А что такое –«аул»? В моем времени не было никаких аулов! Стоп!

Опять двадцать пять! Значит, внутри названия города должно быть «Аул». А какие слова я знаю с эти аулом?

Баул, тонул, стянул, Саул…

Нет, Саул – имя, и вроде, какое-то очень древнее…

Мои мысли, мои скакуны, вы летите, не разбирая дороги, и не даёте мне сосредоточиться…

Так. Ага. Вспомнила! Название города похоже на имя Саул!

Так, а какие у нас есть гласные в языке? А, е, ё, и, о, у, ы, э, ю, я. Будем подставлять в «Саул». Первую гласную отбрасываем…

Берём вторую... Ура!

Да, Сеул! Вроде это столица Южного Китая…

Или нет? Ладно, посмотрю на местных картах. Главное, вроде этот город близко от Японии, где упал самолёт. Если я, конечно, в этой самой Японии…

Ладно, мысли и память вроде приведены в относительный порядок.

Сейчас займёмся сиюминутными проблемами. Вначале надо осмотреться.

Итак, что можно сказать о моём нынешнем местоположении: я лежу на кровати, прикрытая, частично сползшим и перекрученным во время моей возни, одеялом. Также на мне присутствует одежда: пижама и штаны из тонкой материи. На спинке кровати, висят какие-то непонятные вещи, мешают мне посмотреть, что там дальше. Лежа в полумраке, мне трудно разглядеть, что там висит, да и не нужно мне это, пока.

Так! Переведём наш взгляд повыше. Непонятные небольшие ящички, установленные на противоположной стене, занимают довольно много места. Решила рассмотреть комнату, где я нахожусь. Отделка помещения была выполнена в светлых тонах. Освещение, идущее из непонятного источника, довольно слабое, поэтому, ничего увидеть из такого положения, увы, я не сумела. Жаль.

Повернув голову, я уставилась на свисавшую с потолка занавеску, скрывающую моё личное пространство, от посторонних взглядов. Материал, из которого она изготовлена, был достаточно тонким, чтобы пропускать, приглушенный тканью, лунный свет. С некоторым трудом повернула голову в противоположную сторону.

Там я увидала точно такую же картину. Судя по всему, это или госпиталь, или жилая комната. Но в больницах вряд ли на спинках кровати будут висеть какие-то вещи, врачи такого бардака не допустят. Значит, это или спальня, или комната общежития. В других местах, вряд ли, стали бы занавешивать спальные места простынями. Чем лежать и гадать, лучше попытаться встать, и проверить.

Отодвинув занавеску в сторону, я с радостью убедилась, что с головой у меня всё в порядке, и мои догадки были верны. Снаружи я увидала точно такие же спальные места, огороженные от окружающего мира лишь тонкой преградой из ткани. Всё-таки общежитие... Но они тоже разными бывают. Кстати, а, сколько мне сейчас лет? Вдруг я внешне не соответствую облику тринадцатилетней девочки. Такие случаи бывали в практике Патруля Времени.

Осматривая себя. Так, длинные руки и ноги. Они сразу видны. Так! А что с телом?

Хм, маленькая грудь, плоский живот. А на лице? Выступающие щёки, длинные брови. Да. а, между ногами? Нет, слава богам, как была женского пола, так и осталась. Нет, вроде, всё нормально, я подросток женского пола.

Раз я не в больнице, то это помещение может относиться или к детскому дому, или к школе-интернату. А как я сюда попала? Непонятно. Потом проясню этот вопрос. Может он сам собой прояснится. Раз я не в квартире, значит, я не в Бангкоке. Пока продолжу исследование помещения.

В проходе, между моим и соседским «местом отдыха», стояла непонятная тумбочка. Вся странность заключалась в том, что она была прозрачной. Внутри неё лежало множество, не различимых в полумраке вещей. Одного не пойму, зачем делать тумбочку прозрачной? Странные, всё же люди, жили раньше. В который уже раз, убеждаюсь в этом. Спрашивала подруг, выполнивших десятки заданий в разные века. Они тоже страдали от разных странностей, присущих людям того или иного времени. У меня это первое задание. Послали именно меня, так как я почти ровесница этой Лисы, чуть старше. Думаю, перенос нивелировал разницу в возрасте. Смотрим дальше.

В той же стороне, где и тумбочка, находился непонятный «разделитель», установленный на мою кровать. Думаю, он нужен для того, чтобы я не свалилась во время сна с кровати. Но тогда, возникает закономерный вопрос: почему аналогичное приспособление, не предусмотрено с противоположной стороны? Что мне помешает свалиться оттуда? Посмотрев наверх, я увидала точно такие же шкафчики, как и на противоположной стене. Скорее всего, они предназначены для хранения личных вещей.

Когда я попыталась приподнять голову, правую часть лица накрыло чем-то непонятным. Ударилась в панику. Решила, что меня раскрыли, и хотят убить…

Мда, лечиться мне надо, а врача рядом не видно! Не сообразила, что мне попало в лицо, что это, может быть, и покрутила головой, пытаясь скинуть со своего лика неизвестный раздражитель. Но непонятная вещь стала колебаться в такт моим движениям. Странно. Что это может быть? Осторожно подняла руку и ощупала непонятную субстанцию пальцами... Тьфу ты чёрт! Это же обыкновенные волосы. Только они почему-то довольно длинные...

Привыкла носить короткие причёски, совсем забыла, что у других женщин волосы могут и до попы доставать. Ну, эти только до середины спины, может быть. чуть меньше.

Заправила их за уши, а то они так и норовили попасть мне в глаза. Теперь посмотрим, что у меня на голове. Ощупываю свою «бестолковую репу», начиная с макушки. Так и есть. Я стала обладательницей довольно пышной шевелюры. Хотя, так ведь и должно быть. Вспомнила сейчас фотографии этой Манобан из различных реальностей. Там у неё везде длинные, минимум, до плеч, волосы.

Ладно, с волосами решили. Вроде, в те времена, девчонки носили всякие причёски, ухаживали за волосами всякими шампунями, кремами и прочей косметикой. Надо будет, потом этому всему учиться. Инструкторы из Патруля Времени мне прямо сказали, что нет архивных данных по этому вопросу, и все девушки, которые попадают в другое время, самостоятельно учатся применять местную косметику. И мне предстоит то же самое занятие…

Я приступила к анализу ситуации. Значит, заброс в реальность этой вселенной удался. Я попала в прошлое. Неожиданно мне стало жаль себя, и слёзы из глаз покатились от обиды, не понятно на кого…

Затем, пришла полная апатия. Так я и просидела на кровати, неизвестно, сколько времени, глядя в одну точку и ни о чем не думая.

В какой-то момент, чувство безразличия ко всему происходящему, начало отступать. В голове стали зарождаться позитивные мысли, пытающиеся спасти мою, пострадавшую из-за недавнего, болезненного пробуждения психику. Стоит порадоваться хотя бы тому, что я жива, а не пропала в какой-нибудь временно-пространственной дыре. Самочувствие хорошее, а слёзы – это, скорее всего, гормоны шалят. Меня о таком предупреждали. Вроде, отпустило и стало полегче

Кое-как смирившись, со своим нынешним положением, я вновь вспомнила о деле. Сейчас главное - это миссия, для выполнения которой, меня собственно, сюда и отправили. Нет времени на то, чтобы сидеть и жалеть себя. Слишком многое от меня зависит.

Отбросив, прочь все лишние мысли, я сосредоточилась на деле. Первое, что мне нужно сделать – осмотреть место, в котором я оказалась после переноса. Я бесшумно подползла к задней спинке кровати (на которой, как, оказалось, висела одежда) и выглянула из своего «укрытия», при этом, стараясь не сильно высовывать свою лохматую голову.

Примерный вид комнаты, в которой очнулась героиня. Отличие только в том, что вместо школьных портфелей на спинках кроватей висели рюкзаки.

При движении мои волосы, часто спадали на лицо, раздражая меня этим. Постоянно приходилось убирать их за уши. Но это помогало ненадолго. Сложно, прожив всю жизнь с короткими волосами, привыкнуть и смириться с тем, что неожиданно, стала обладателем такой шевелюры.

Слева от меня, находилось большое окно, заменяющее собой всю торцевую стену. Через него в помещение проникал лунный свет. Его было немного из-за стоящего напротив здания, частично загораживающего собой луну. Меня привлекла бегущая по стене дома зелёная светящаяся надпись:

日産の新型車が東京展示会で公開される

Надо вспомнить, что это за значки. Очевидно, что мозги пока ещё включились не на полную мощность. Поэтому прошло минут пять, прежде чем меня осенило – это не тайская надпись. Там значки округлые, а здесь какие-то закорючки и квадратики. То, что я явно в какой-то азиатской стране, это факт. Только там применялись такие закорючки для письма. Так, теперь надо понять, чья эта письменность и тогда я узнаю, где очнулась. . Главное, это не Бангкок. Значит, это Япония! Ведь самолёт летел именно туда. Я не знаю, настоящая школьница кроме английского и тайского языков могла говорить и читать по-японски, или нет. Зато меня этому обучили. Давай голова, работай. Я вновь бросила взгляд на бегущую строку. Губы сами зашептали:

Nissan no shingata-sha ga Tōkyō nokia de kōkai sa reru

Токио - что-то знакомое…. Есть! Это столица Японии. И это надпись японскими значками. У корейцев кружочки и палочки, похоже на забор, а у китайцев рисунки иероглифов выглядят иначе, хоть японская письменность и развивалась на основе китайской…

Вот же, запихнули мне в голову лишнюю информацию! Потому мне так трудно было ориентироваться в мыслях…

Стоп! А откуда я знаю различие значков японцев, корейцев и китайцев? Школьнице, тем более тайской, это не нужно. Значит, в отличие от настоящей Лисы я знаю ещё и китайский, и корейский языки, могу на них писать и читать?

Надо вспомнить…

Сидела две минуты, пока на ум не пришли слова инструктора:

«В то время, чем больше языков знал человек, тем лучше. А если он мог ещё и писать на всех известных ему наречиях, то ему была обеспечена работа переводчиком. Мы тебе загрузим знания тех языков, которые требуются от так называемых айдолов, артистов, выступающих на сценах стран азиатского региона.. Кроме этого ты будешь знать английский язык, так как он был тогда международным, а по-русски, ты и так говорить умеешь…».

Значит, меня этому специально обучили. Вот, только, зачем такая огромная надпись на том доме?

Хотя, если вспомнить о таком явлении как реклама... Инструкторы меня учили, что производители могли устанавливать баннеры с текстом на разных языках и в разных странах. В таком случае, должна быть строчка и на другом языке. Раз её нет, буду считать, что нахожусь в Японии. Теперь надо понять, в какое время я попала. Тут и гадать нечего. Раз я в каком-то общежитии или детском доме, значит, моё тело «нашли». Может быть, ещё не установили, кто я такая.

Судя по надписи на баннере, там говорилось об автомобилях... А когда они появились? Во времена моей жизни на Земле все пользовались флаерами.

Мозги, наконец-то, заработали на полную катушку и в голове всплыли вложенные заботливыми инструкторами знания. Раз есть автомобили, значит это, как минимум, двадцатый век. Про производителя «Тойота» я не слышала, меня такому не обучали...

Но раз есть бегущие надписи на стенах домов - это означает, что сейчас, как минимум, восьмидесятые годы двадцатого века. Хотя, такое было и в следующем столетии, будем считать, что я в двадцать первом веке. Более точное время выяснится позже...

Теперь надо точно определить, я в простом общежитии или детском доме. В первом случае всё просто. Заявлю, что я таиландская гражданка, попрошу встречи с послом. Во втором случае это будет сделать труднее.

Вот чёрт! Только сейчас вспомнила, что мне инструкторы говорили! Меня никто слушать не станет, ведь я для них несовершеннолетняя! Хотя, попробовать можно. Если мне не поверят, придётся постараться и влиться в учебный процесс, что довольно сложно. Вроде тайская и японская школа отличаются друг от друга методами преподавания. Посмотрим, если я попала в интернат или детский дом, то программу действий нужно будет корректировать.

Ещё раз осматриваю помещение. Увиденное, в этой комнате, чем-то, очень отдаленно, напомнило мне общежитие Патруля Времени, в котором мне, доводилось обитать. Только тут, кровати стоят не в два яруса. Ну и помещение, само по себе, гораздо меньше.

В небольшой комнате я насчитала восемь, подобных моему «кокону», мест для отдыха. Их разделяли всё те же «простыни». У всех кроватей на спинках, так же как и у меня, висели разнообразные вещи. В ночной тишине, раздавалось только мерное сопение, спящих людей.

Стараясь, лишний раз не шуметь, я начала выбираться из своего «кокона». Избегая столкновения с прозрачной тумбочкой, осторожно покинула свою «обитель». Встав возле кровати, быстро поняла, что мои босые ноги, так быстро замёрзнут. Ходить по холодному полу босиком – не лучшая затея. Скорее всего, местные жители, используют какую-нибудь обувь, для перемещения внутри здания.

Пошарив ногой под своей кроватью, обнаружила там пару тапок. Всё лучше, чем ничего. Обувшись, я ощутила себя гораздо лучше. Судя по всему, эта нехитрая обувь – стандартная для аборигенов. Так, тапки на ногах, одежда на мне - можно отправляться на разведку.

Моё внимание привлёк какой-то шорох, доносящийся от соседнего спального места. Я непроизвольно замерла. Через пару секунд простыня была отодвинута в сторону и в лунном свете, передо мной предстало заспанное личико красивой азиатки с растрёпанными, длинными волосами.

Сатори Майко - первая собеседница Лисы в прошлом.

- Хикари, ты куда? Тебе нельзя ходить одной, без сопровождающего! – Донесся до меня её шепот. Это произошло, так неожиданно, что я невольно растерялась. Значит, меня здесь называют Хикари? Почему?

Мозги уже работали на полную мощность, и это позволило мне удостовериться в своей догадке - язык, на котором девушка обратилась ко мне, подтвердил верность предположения, что я нахожусь в Японии.

Хотя, строить какие-либо предположения о стране, куда меня занесло, было пока еще рано. Я вспомнила предупреждения инструкторов, что во многих странах мира, были так называемые чайна-тауны, где селились в основном выходцы из Азии. Чаще всего китайцы. Может быть, я нахожусь в подобном месте? Вот если и другие люди, начнут со мной разговаривать на этом языке, то тогда - да, я точно пойму, что нахожусь в Японии.

Меня неприятно удивила весть о том, что по какой-то неизвестной причине, свобода моих перемещений - ограничена. А это плохо.

Но вначале надо расставить все точки над «и».

- Меня зовут не Хикари!

Девушка моргает ресницами. Удивлённо смотрит на меня, а потом шепчет:

- Но когда тебя принесли полицейские, на твоём платье был закреплён бейджик «Танака Хикари».

- Посмотри на меня внимательно! Разве я похожа на японку?

Девушка сразу отрицательно машет головой.

- Правильно! Я из Таиланда! Меня зовут Лалиса Манобан. Я с мамой и папой летела на самолёте в Осака. Во время полёта заснула. Больше ничего не помню, очнулась здесь! И встретила тебя, как только слезла с кровати.

Японка растерянно смотрит на меня, пытаясь понять, это всё ей снится, или происходящее – жестокая реальность.

- Вам не дают смотреть телевизор? – Спрашиваю шёпотом девчонку.

- Нет, но у некоторых из нас есть телефоны.

- И твои подруги тебе не говорили насчёт авиакатастрофы?

- Нет.

- Ладно. Мне нужно в туалет. – Шепчу я. Голос у меня был, соответственно, девчачьим – но вот тембр не мой, ведь это голос Манобан. Очень уж, необычные ощущения возникают, когда говоришь, и при этом, слышишь чужой голос. Трудно будет к такому привыкнуть. Кажется, впереди меня ждут суровые испытания. Одно хорошо - буду хоть знать, где тут находится туалет.

- Подожди, я с тобой схожу. – Непонятно чему обрадовалась моя соседка. Это было заметно по улыбке, появившейся на её красивом личике. Судя по всему, я выбрала плохое время для разведывательной деятельности. Но, назад дороги нет. Придётся идти. С другой стороны, проводник мне не помешает - заблудиться в темноте, в здании с неизвестной мне планировкой, можно в два счёта.

Девушка посмотрела на меня и пригладила свои волосы, придавая им, хоть какую-то, видимость порядка. Я сделала то же самое со своей новой шевелюрой. Изучив мой внешний вид, спутница одобрительно улыбнулась. Потом прошептала:

- Слушай Ла…

- Называй меня просто, Лиса!

- Ладно. Лиса, а ты немного похожа на гайдзина!

- Ага, дома мне часто говорили, что у меня большие глаза, больше, чем у моих тайских подруг. И это делает меня похожей на фаранга, ну, гайдзина, на вашем языке.

После того, как моя спутница убедилась, что я не японка, но всё понимаю, и трудностей в общении у нас не будет, мы отправились в полный опасностей и приключений путь. Кстати, я приметила, что на девушке, отправившейся со мной в путешествие, такая же одёжка, как и у меня. Может это тут форма такая? Но в общежитиях у каждого своя одежда, не только дневная, но и ночная. Скорее всего, меня посчитали ребёнком (кем я и являюсь), и запихнули в детский дом.

Стараясь не шуметь, я двинулась следом за своей соседкой, к единственному выходу из помещения.

Тихо выбравшись, в тускло освещенный коридор (с белыми стенами), мы продолжили свой путь. Проходя мимо однотипных дверей, я заметила, что рядом с каждой висит табличка с номером. Так как на них цифры были в стандартном для меня виде, то есть так называемые «арабские», как называли их инструкторы Патруля, то я сделала вывод, что если и нахожусь в Азии, то точно не в Корее или Китае. Там, насколько мне известно, может быть нумерация местными знаками, а не общепринятой символикой. Значит, есть только два варианта моего местопребывания - Япония или азиатский район в мегаполисе на другом континенте. Хотя, когда я сказала про Осака, спутница ничего не ответила. Значит, я скорее всего, в Японии…

Коридор освещали тускло светящиеся лампы. Даже такое слабое освещение, как здесь, после полумрака царившего в спальной комнате, резало по глазам. Моя проводница шла впереди, а я следовала за ней. В коридоре, кроме нас, никого не было.

Внезапно, моя безымянная подруга остановилась и, обернувшись, посмотрела на меня своими раскосыми глазами.

- Лиса, ты действительно ничего не помнишь? – В ночной тишине, этот вопрос, заданный моей заботливой соседкой, прозвучал, как гром среди ясного неба. Я отлично понимала, что идти молча всю дорогу, вряд ли получится. Поэтому ждала вопросов со стороны «подруги» и готовила на них ответы. Но тот вопрос, который мне задали, я совершенно, не ожидала услышать.

- Нет. Помню, как я, мама и папа садились в самолёт. Я летела первый раз, и очень волновалась. Вначале было интересно. Но потом мне надоело смотреть на облака. И я заснула. Всё!

. Услышав мой ответ, девушка разочарованно вздохнула.

- Ты главное не переживай. Тебя принесли вчера вечером. Тебе надо обратиться к преподавателям. Но это только утром. – Подбодрила меня соседка. При этом, вид у неё был таким серьёзным и одновременно с тем милым, что я чуть не заржала.

Ох, чувствую, что эта девушка вскоре возьмётся за меня всерьёз. Это не могло не радовать. Обрести поддержку местной жительницы, в самом начале адаптации к нынешним реалиям – дорогого стоит. С этим мне очень повезло.

- Слушай. Лиса! Я забыла, тебе представится. Я – Сатори Майко. Ты – Танака Хикари, ой, Лиса Ма….

- Манобан. Вообще то, полностью меня зовут Лалиса Пранприя Манобан. Но это длинно и долго произносить. Поэтому, зови меня Лиса.

- Да, я знаю, ты уже говорила – Повеселела Майко.

- Очень приятно с тобой познакомиться, Майко. – Улыбнулась я.

Кажется, что моя новая подруга не способна предаваться грусти, дольше, чем пять минут. Ей бы учиться в тайской школе! Как мне рассказывала одна подруга, побывавшая на задании в Таиланде, там люди улыбчивы, и редко предаются унынию. Вот и Майко просто излучала позитивный настрой, передавая его окружающим. Это было именно то, чего мне так сильно не хватало, с того самого момента, как я очнулась здесь. После знакомства, в приподнятом настроении мы продолжили свой путь.

Завернув за угол и пройдя ещё пару шагов, моя проводница остановилась рядом с дверью на правой стене коридора. Она отличалась от остальных, встреченных нами по пути сюда тем, что в ней отсутствовало узкое, вытянутое смотровое «окошко». На табличке, висящей рядом с ней, была изображена не цифра, а человеческий силуэт, выкрашенный в красный цвет. Невдалеке я заметила еще одну, точно такую же дверь, обозначенную синим «человечком».

Моя новая «подруга» открыла дверь, и, изначально тёмное помещение, осветилось ярким светом. Справа от входа стояли пары тапочек зеленого цвета. Японка скинула те, которые были сейчас на ней и переобулась в зелёные. Я последовала её примеру, оставив свои тапки дожидаться меня у входа. Мало ли, как здесь принято. Нужно приспосабливаться к местным правилам. Правда стоит заметить, что инструкторы меня к таким бытовым мелочам не готовили.

В то время как моя спутница направилась к одной из кабинок, я осмотрела местный туалет. Ну что могу сказать: чисто и опрятно. Светлые стены, дверцы, ведущие в кабинки, выкрашены в бежевый цвет, пол выстелен серой плиткой. Напротив кабинок были установлены раковины. Над ними висели небольшие зеркала прямоугольной формы. Справа от каждого умывальника висела сушилка для рук.

На торцевой стене, высоко от пола, располагалась пара небольших прямоугольных окон. Освещалось помещение с помощью продолговатых светильников, установленных на потолке и расположенных вдоль всего помещения.

В реальности, мне туалет был не нужен. Поэтому, в кабинку я не зашла, а решила с помощью одного из зеркал, посмотреть, как я выгляжу после трансформации тела и переноса во времени.

В отражении я увидала красивую молоденькую азиатку со слегка растрепанными, длинными волосами чёрного цвета. А выгляжу я довольно приятно. Правда, щёки напрягают, довольно крупные, но остальное в норме.

А вот так выгладит героиня в образе 13-летней Манобан

Дверь кабинки открылась и появилась моя довольная соседка. Она подошла к одной из раковин и выдавила себе на руки мутной жижи из флакона, стоявшего там. Я уже догадалась, что это некий аналог мыла, только жидкий. Мыло, мне показывали инструкторы Патруля. Правда, оно было твёрдым и представляло собой, нечто похожее на маленький «кирпич».

Намылив ладони, как следует, Майко поместила их под кран из которого тут же полилась вода. При этом, девушка не совершала никаких других манипуляций. Значит, здесь используются датчики, реагирующие на движение. Подобные устройств были и в моём времени, поэтому я не удивилась.

Решила, что неплохо бы и мне помыть руки.. Как только ладонь появилась под носиком крана, сразу полилась вода. Так и есть. Обычный кран с электроникой в управляющем контуре. Знакомая система.

Вода была холодной, но мне было не привыкать, ведь Манобан жила в Таиланде, довольно жаркой стране, поэтому, холодные струи жидкости были приятны для кожи. Через десять секунд струя иссякла. Тоже знакомо. Неужели здесь экономят воду? Странно, но разберёмся, со временем.

- Лиса, а ты, и правда совсем-совсем ничего не помнишь? Наверное, это ужасно, не помнить! – Опять завела свою шарманку японка. – Бедненькая Лиса-тян!

И чего она ко мне прицепилась? Отрицательно качаю головой. Скорей бы наступило утро. Поговорю со взрослыми, если они меня захотят выслушать. Так. По-моему, лучше ответить японке:

- Нет, Майко, вообще ничего не помню после того, как заснула в самолёте. Расскажи мне, пожалуйста, где мы сейчас находимся? – Решила воспользоваться удобным случаем и выведать немного сведений, которые могут пригодиться мне в дальнейшем.

- Сейчас мы находимся в туалете. – Сказав это, японка посмотрела на моё удивлённое лицо и звонко рассмеялась. Эта тян, угорала надо мной, растирая по лицу выступившие от смеха слёзы. Я решила подождать, когда японка успокоится.

- Ой, уморила. Ты бы только видела себя со стороны в тот момент - Всхлипывая от смеха, произнесла подружка.

- Я очень рада, что смогла развеселить тебя, но может, ты всё-таки ответишь на мой вопрос? – Оскаливаюсь в улыбке. Но школьница решила вначале смыть с лица, выступившие от смеха слёзы, и только потом соизволила ответить:

- Мы в Японии. Город Тиба. Префектура Тиба. Место, в котором мы сейчас находимся - детский дом. – Просветила она меня. Значит, мои первые догадки были верны. Я в Японии. Но вот остальное…

Тиба, насколько я помню, находится на побережье, около столицы страны, Токио. А вот Осака удалена от них на несколько сотен километров в сторону севера. Странно. Если самолёт упал около Осака, то, как я попала в Тиба? Тут два варианта. Или есть неточности в архивах Патруля, и самолёт упал, не долетев до Осака, или вышла ошибка при переносе, и вместо Осака, я очутилась в Тиба, да ещё и в детском доме! Теперь делаем вид, что не понимаем, в каком учреждении находимся:

- Что это за место такое, детский дом?

- В подобные места, попадают дети, которые по тем или иным причинам, не могут воспитываться в родной семье. – С грустью промелькнувшей в голосе, ответила Майко.

- Извини, что затронула больную тему. – Всё-таки меня кольнула совесть, за то, что я заставила грустить эту веселую девушку.

- Да ладно, ничего страшного. Я уже смирилась с этим. Но у нас особенный детский дом.

- Как это?

- У нас особый упор на музыку и пение. Раз в год к нам приезжают важные люди, и отбирают для музыкальных школ и лэйблов способных детей. Приезжают не только наши, японские директора , но из Америки, Кореи, Китая. Отобранные дети потом проходят обучение, и, если им повезёт, то становятся артистами.

- А если не повезёт?

- Их возвращают обратно, но уже в другое здание. Куда они идут после того, как им становится восемнадцать лет, я не знаю. скорее всего, работать официантами или мусорщиками.

Так, мне тринадцать. Значит, надо попытаться показать свои таланты, если не удастся выйти на посла Таиланда. Инструкторы меня обучили и танцам, и песням в стиле К-поп. Сама я умею петь и в стиле , как мне сказали, «западной эстрады». Почему именно западной, я не спрашивала.

- Скоро, через две недели, будет такой отбор. Продолжала Майко-тян.

- Отбирают только японок?

- Нет, что ты! Полиция поэтому и принесла тебя в наш детский дом, что у нас есть даже такие девчонки, как ты, из других стран. Как они попадают в Японию, я не знаю. Сейчас у нас есть пара кореянок, четыре филиппики, и сорок японок. Была у нас в группе китаянка, но её забрали в прошлом году.

- Майко-тян, а ты давно здесь живёшь?

Японка всхлипнула, опустила голову, и тихо произнесла:

- Шестой год. Моих родителей, отца и мать убили. За что, не знаю. Помню, я тогда много плакала, никого не узнавала. Родственников у нас не было, и меня решили отправить в детский дом. Именно в Тибо, в это учреждение, я попала из-за того, что играю на скрипке с пяти лет. Иначе, попала бы в обычный детский дом, а оттуда для девочек только один путь – на панель….

Ого. Какие вещи творились в прошлом! Инструктора мне о таком не говорили! Чуть ли не узаконенная проституция! Пока я пытаюсь собраться с мыслями, Майко продолжает:

- Я безумно счастлива, что попала сюда. Есть хотя бы надежда, что кому-то понадобится скрипачка, и я смогу устроиться в жизни…

Новый всхлип. Так, вот она тёмная сторона прошлого, во всей красе…

Но что делать мне? Сейчас я уже понимаю, что произошло ужасное, и я попала не туда, куда надо.Нет, по времени вроде, всё совпадает, а вот по месту – нет! Скорее всего, катастрофа была, и самолёт упал, но я не знаю, как объяснить появление одной из пассажирок за сотни километров от места происшествия! Как мне говорили инструкторы, в это время, в котором я сейчас нахожусь, было много террористических организаций, которые взрывали самолёты вместе с пассажирами. Если я начну настаивать, что я летела в погибшем лайнере, могу попасть в руки спецслужб. Значит, добиваться встречи с послом бессмысленно. Кстати, а я ведь и не знаю, упал самолёт на самом деле, или нет!

В этот момент, внезапно, дверь, ведущая в туалет, открылась и на пороге появилась женщина средних лет. Её одежда отличалась от нашей. Светлая кофта и штаны из плотной ткани, синего цвета. Выражение лица - строгое.

В связи с неожиданностью, её появления, мы с Майко, поначалу, растерялись. Первой отмерла моя соседка:

- Конбанва, Нагата-сэнсэй! – Поздоровалась она с женщиной.

(Конбанва - Добрый вечер. Яп.)

Никаких поклонов не было, ясно, это не Корея. Японцы вели себя практически так же, как и мои современники. Это очень хорошо. Но следует ещё понаблюдать за местными. Наверняка будут и различия, ведь столько времени прошло...

- Конбанва. Сатори, Танака, объясните мне: почему вы, до сих пор, не спите?

- Нагата-сэнсэй, я объясняла Лисе, как пользоваться туалетом. Вы ведь сказали, чтобы мы за ней следили и помогали! – Ловко отмазала нас Майко.

- Лисе?

- Да, Нагата-сэнсей! Полиция ошиблась. Это девочку, а она из Таиланда, зовут Лиса Манобан, а не Танака Хикари, как было написано на бейджике!

- Тайская тян? Лиса? Сатори, а ты откуда знаешь? Она что, говорит по-японски?!

- Да, Нобору-сэнсэй! И не только говорю, но и читаю, и пишу. Знаю корейский, китайский и английский языки. Я в Бангкоке училась в школе, где все предметы преподавались на английском языке. Занималась танцами с четырёх лет, могу петь.

- Вот, как! Ладно, завтра мы с тобой пойдём к директору, и там поговорим. Ладно, на этот раз, так уж и быть, я вас прощаю! А теперь идите спать.

Оясуминасай. – Сжалилась над нами женщина. Обязательно нужно её запомнить. Подозреваю, что мне еще не раз предстоит с ней встретиться.

- Оясуминасай, Нагата-сэнсэй! – На этот раз, уже хором ответили мы. После этого поспешили покинуть туалет.

(Оясуминасай - Спокойной ночи. Яп.).

На выходе из помещения, я чуть не забыла сменить тапки. Хорошо, что со мной была моя новая подруга. Она несильно дернула меня за рукав, и кивком головы указала на обувь, напомнила тем самым, о необходимости переобуться. Назад в комнату вернулись без приключений.

Уже когда я улёгся в постель и укутался в одеяло, до меня донёсся шепот подруги:

- Оясуминасай, Лиса!

- Оясуминасай, Майко. – Улыбнулась я в ответ. Несмотря на все те неприятные открытия, которые свалились на меня сегодня, можно считать, что первая попытка устроится в местное общество была довольно успешной.. Ведь у меня появился, хоть один человек, которому не всё равно, что со мной происходит. Значит, будем с ней дружить. Улегшись поудобнее, я проанализировала итоги первых часов нахождения в прошлом, ставшего для меня настоящим. Обратно, на базу, я вернусь, но только помощью Патруля,.

Итак:

- моё сознание в теле тайской школьницы успешно перенесено в прошлое - век, скорее всего, двадцать первый, его начало;

- уже несколько часов я нахожусь в Японии, в городе Тиба, префектура Тиба;

- скорее всего, я для аборигенов, пока несовершеннолетняя;

- меня где-то нашла местная полиция, поэтому живу в детском доме, куда моё тело доставила полиции;

- скорее всего, надо забыть о катастрофе самолёта, иначе нет объяснения в глазах местных органов власти, как я очутилась в Тибо;

- нет уверенности, что мне стоит требовать встречи с послом Таиланда, вряд ли это поможет.

Теперь наметим себе программу минимум на ближайшие дни. Надо точно выяснить, какой сейчас год. Это очень важно для выполнения моей миссии. Также нужно вспомнить или найти информацию о детских домах Японии. Скорее всего, тут есть так называемые компьютеры и информационная сеть. Кажется, она называлась Интернет. Завтра придётся говорить с директором этого учреждения. От этого разговора многое зависит. Надо точно выяснить, была ли авиакатастрофа над Осака. Наверное, придётся ходить в «школу» - кажется, так назывались учреждения, где учили детей двести лет назад.. Желательно, с помощью Майко-тян, побыстрее влиться в местные реалии.

Глава 2. Ночь и утро.

ИНТЕРЛЮДИЯ.

ЮЖНАЯ КОРЕЯ, СЕУЛ.

2010 ГОД, МАЙ. ЗДАНИЕ ЛЕЙБЛА «ЯГ ИНТЕРТЕЙМЕНТ».

Заседание высшего звена музыкального агентства в кабинете директора началось с разбора вопроса привлечения трейни для создания новых групп:

- Итак, что вы выяснили, Ли Дон Хек? - Директор и владелец агентства «Яг Интертеймент», Ян Хён Сок, жестом поднимает со стула человека, отвечающего за мониторинг К-поп рынка и шпионаж за конкурентами.

- Сабоним! SM, JYP и ещё несколько агентств переняли наш небольшой опыт совмещения в группах корейцев и иностранцев азиатского происхождения. Но если мы использовали только китайцев, то конкуренты пошли дальше. JYP проводит конкурс по отбору трейни в Таиланде, Гонконге, Австралии и на Филиппинах. SM и «Старшип» привлекли японцев. По нашим сведениям они хотят создать девичьи группы. Кроме этого SM подписала контракт с исполнительницей нашумевшего два года назад сингла, Ли Джи Ын...

- Не помню такую! - Хмурится Ян Сок.

- Она поёт под псевдонимом «Ай Ю».

- А, да, да, да! Теперь вспомнил! А почему наши менеджеры не попытались заключить с ней контракт? - Брови директора грозно сдвигаются к переносице, а взгляд останавливается на стаффе Лим Джи Ёне, который отвечает за подбор трейни и айдолов. Тот бледнеет, встаёт со своего места и кланяется директору:

- Сабоним! Эта нахалка, Ли Джи Ын, не стала с нами говорить, сразу отключила телефон. Как мы узнали потом, Ли Су Ман предложил ей контракт на сумму, примерно на тридцать процентов превышающую то, что платят даже уже раскрученным айдолам...

- Понятно! Но вы должны были перехватить перспективные кадры у «Старшипа», КУБЭ и JYP! Есть успехи? Или мне подумать о вашем увольнении, Джи Ён? - Грозно бросает директор побледневшему сотруднику. Судорожно сглотнув, менеджер отвечает начальству:

- Наш человек в JYPне не попал в отборочную комиссию этого лэйбла, и не имел возможности влиять на отбор претендента в Таиланде. Но ему удалось снять ролик о выступлении одной школьницы. Кстати, как он узнал, эта девочка танцует в местном детском ансамбле «Ви Заа Кул».

- Насколько она перспективна? - Заинтересованно спросил сидящий отдельно от стаффов совладелец записывающей студии Тэдди Пак.

- Могу показать запись, присланную нашим агентом. - Ответил Джи Ён, доставая телефон.

- О, давайте, показывайте! - Лицо Ян Сока разгладилось, и он стал внимательно смотреть на экран плоского телевизора – одной из новинок, недавно появившейся в продаже. Этот тип телевизоров позволял прямо подключать к соответствующим разъёмам флэшки для просмотра записанного видео изображения.

Там, вначале ролика, появился довольно смазливый, по местным понятиям, паренёк, которого потом и пригласила приёмная комиссия, состоящая из стаффов JYP. Он уже в Сеуле, и начал тренировки. Он хорошо спел рэп, и с танцами тоже преуспел. У всех присутствующих в кабинете директора Ян Сока испортилось настроение. Такого трейни не удалось получить! Проклятые JYP!

За ним выступала какая-то девица.

- Вот, сабоним! - Джи Ён временно остановил трансляцию голограммы. – Эта школьница танцевала вместе с уже показанным мальчишкой в одном ансамбле. Его название я уже вам сообщил. Школьницу зовут Пранприя Лалиса Манобан или Манобал, впрочем, не важно. Она комиссии из JYP не понравилась.

- Почему? Танцует она довольно хорошо, да и ноги у неё длинные, прямые, а не колесом, как у многих наших трейни? - Удивился Тэдди Пак.

- Им не понравилось её пение, за танец они школьницу похвалили.

Ян Сок внимательно смотрел на экран, отмечая все тонкости выступления тайской школьницы.

Девочка прекрасно двигалась, хорошо танцевала, и неплохо пела, а вот рэп в её исполнении вызвал удивление не только у Ян Сока, но и у работников его агентства.

- С этой Манобан и говорил наш человек, и передал ей приглашение на предварительные слушания в феврале следующего года. - Джи Ён выключил телевизор и достал флэщку.

- А данные на эту школьницу есть? - Поинтересовался Тэдлди Пак.

- Да, вот! - На стол перед директором были положены листы с фотографиями и текстом. Ян Сок внимательно их прочитал, и у него пару раз от удивления округлялись глаза, что вызвало интерес находящихся в комнате менеджеров. Каждый из них гадал, чего же так удивило директора.

- Холь! - Ян Сок театрально поднял взор к потолку. Стаффы и Тэдди уже привыкли к таким манерам директора, поэтому сидели тихо. – Она учится в школе с английским уклоном? И там изучают ещё и китайский, и японский языки? Интересно, а корейский язык она знает?

- Как она сама сказала нашему посланцу, она мечтает попасть именно в наше агентство. Мать наняла ей репетитора-корейца. – Пояснил стафф.

- Значит, она танцует в какой-то группе с четырёх лет, и как сама написала в резюме на конкурс, знает английский, китайский, японский и учит корейский языки. Даже наши айдолы знают только по паре-тройке языков, а она - весь нужный набор! Двигается и рэпует она неплохо. Конечно, надо ещё долго работать с ней, но, я думаю, эта Манобан подойдёт для твоего проекта, Тэдди.

- Я тоже так думаю! - Отозвался Пак. - Но мне нужно ещё несколько девчонок...

- Кто у нас есть? - Ян Сок посмотрел на стаффов.

- Сабоним! Недавно в школу трейни поступила одна, так сказать, наполовину банан, Дженни Ким. Она жила в детстве в Новой Зеландии. Вот её фото. - Менеджер протягивает директору фотографию. - Сейчас её семья вернулась в Корею.

- Сабоним, у нас есть и видеозапись о жизни этой Дженни в Новой Зеландии, уже переведено на корейский язык. - отчитывается менеджер. - Включить?

- Давайте. посмотрим. - Соглашается директор.

Подключение флэшки к телевизору занимает минуту, и руководство "ЯГ Интертаймент" смотрит короткий ролик.

- Ну, что, Тэдди, она подходит? - Поворачивается к другу Ян Сок.

- Да! Но для девчачьей группы нужно не менее четырёх человек. А лучше - семь или девять...

- А эта тайка, Манобан, не подходит? - Интересуется директор лэйбла.

- Танцует она хорошо, скорее всего, она нам пригодится... - Трёт подбородок Тэдди.

- Тогда подождём, пока она не пришлёт нам ролик со своим выступлением. Когда это произойдёт? - Директор смотрит на Джи Ёна.

- В ноябре, через полгода! - Чётко отвечает стафф.

- А как насчёт набора новых трейни, я имею в виду женский контингент?

- Со следующей недели начинаем,и не только в Сеуле и Пусане, но и в Австралии, в Сиднее и Мельбурне. Группы уже посланы.

- Хорошо. Подождём результатов. Тайку впоследствии задействуем вместе с этой Дженни, но вначале, посмотрим ролики из Таиланда, а потом пригласим девчонку в Сеул. Я думаю, что их надо принять, но не сразу. В январе, нет, в феврале, следующего года устроим прослушивание для всего набранного контингента. Ну, всё! Можете идти, работать. - Ян Сок подождал, пока все выйдут из кабинета, и устало откинулся на спинку своего кресла...

Когда кабинет директора освободился от народа, и дверь закрылась, Ян Сок поднял глаза на Тэдди Пака. Тот был не просто партнёром директора музыкального агентства, но и другом, с которым Ян Сока связывали годы совместной работы в шоу-бизнесе.

Тэдди, давай прямо сейчас позвони в Бангкок этой Манобан. Чего тянуть, пусть приезжает с родителями, подпишем контракт.

- Сейчас, Ян. – Пак включает свой телефон, и набирает номер, считывая его из бумажки, оставленной стаффом.

- Такого абонента в Таиланде не существует! – Заявляет компьютер противным голосом.

Тэдди и Ян Сок удивлённо смотрят на экран телефона.

Пак повторяет попытки дозвониться, но ничего не выходит.

Сок вызывает Джи Ёна.

Тот тоже пробует дозвониться, но тщетно. Менеджер вызывает сотрудника, который и нашёл школьницу в Бангкоке.

- Но, сабоним, я сам несколько раз звонил Лалисе по этому номеру, и всё было нормально. – Оправдывается работник. – Подождите, у меня есть номер её тёти, сейчас я ей позвоню…

- Алло, кто это? - Раздаётся женский голос, говорящий на тайском языке.

- Это Су Сын Гу, госпожа!

- Да, да, помню вас, вы были в прошлом году.

- Да. скажите, если знаете. Почему я не могу дозвониться до госпожи Читтип?

- Кто это? – Удивляются Пак и Сок.

- Мама Лалисы! – Прикрыв микрофон рукой отвечает сотрудник лэйбла начальству.

- А-а-а!

В это время из телефона раздаются всхлипы:

- Знаете, господин Сын Гу, вы больше не найдёте ни мою сестру, ни её дочь, и ни мужа…

- Что случилось?

- Месяц назад им позвонили из Японии. Что-то насчёт наследства. Они полетели туда, но самолёт потерпел аварию, их тела не нашли…

- Извините ,госпожа, не знал…

- До свиданья.

- Аньён.

- Так. С Таиландом неудача. Может быть, взять в группу японок? – Мрачный Ян Сок смотрит на своего друга. - Тэдди, ты узнал, откуда Су Ман взял новых трейни?

- Да, партнёр! Он летал в Японию, привёз оттуда нескольких японок, одну кореянку и двух вьетнамок.

- Стоп, откуда в Японии иностранцы? Ну, японки, кореянка, понятно. Там есть наша диаспора, но остальные, откуда?

- Я выяснил! Оказывается, в городе Тибо есть детский дом, где содержатся дети без родителей с разных стран мира.

- Проклятые япошки! Они что, воруют чужих детей?!

- Сок, не будь дураком. Такое бы уже давно вскрылось. Нет. Это дети, у которых родители работали в Японии, и или не могут сами заниматься своими отпрысками, или погибли, например, в аварии.

- Понятно. А зачем Су Ману эти малолетки?

- Сок, туда, в Тибо, японцы свозят не просто детей, а тех, у кого есть музыкальные и танцевальные навыки. Су Ман туда ездит каждый год. Туда приезжают и директора из некоторых наших, корейских лейблов второго плана, и из Китая, Америки и некоторых других стран. Раз в год в этом детском доме устраивают прослушивание перспективных детей. Скоро, недели через две, будет одно из таких прослушиваний. Такие трейни очень удобны –у них нет родителей, и контракт подписывается с дирекцией детского дома. А так как это Япония, то и контракты трейни оформляются по местным законам, а они более жёсткие, чем у нас в Корее. Если трейни не оправдал надежд, то его можно вернуть обратно, получив назад 50% затраченной на него суммы. Всё это обговаривается в контракте.

- Понятно! Нам нужны иностранные трейни, на корейцах мы далеко не уедем! У нас только две нормальные группы 2НЕ1 и «Бигбэнд», но этого мало. Тэдди, я хочу съездить в этот Тибо! Как туда попасть?

- Надо созвониться с представителем «Ниппон мюзик» в Сеуле, господином Ичиро. Время ещё есть. Он составляет списки желающих попасть на прослушивание.

- Спасибо, Тэдди. – Ян Сок выключил телефон. – Значит, опять придётся унижаться перед этими кэсэки…

Он вздохнул, и набрал другой номер. Вначале шли гудки, но потом трубку взяли, и директор агентства услышал голос мужчины, который устало произнёс:

- «Ниппон мюзик», сеульский офис. Я секретарь господина Ичиро, кто со мной говорит?

-

ОСАКА. ОДНОЭТАЖНЫЙ ДОМИК В ОКРЕСТНОСТИ ГОРОДА.

(За трое суток до попадания Лисы в детский дом).

ГРУППА № 1.

За небольшим столом сидит японец средних лет, который смотрит в экран ноутбука.

Там мелькают сообщения:

«12.20. Маячок поставлен в салон самолёта, под одно из кресел, рядом с кабиной пилотов».

«1304. Самолёт взял курс на север».

«18.10. Активизация плана «Смерть К-поп».

«20.05. Полное отключение электроники в самолёте, сбой в работе двигателей. Паника на борту».

«20.24. Удар корпуса лайнера о воду, разрушение конструкции, взрыв остатков топлива, выживших нет».

Японец закрывает ноутбук, улыбается, и выходит в небольшой дворик. В наушнике, закреплённом на ухе, он слышит слова:

- Вы не выполнили заказ. Объект уцелел. Прощайте!

На лбу японца вспыхивает красное пятнышко лазерного указателя цели, его голова дёргается от попадания крупнокалиберной пули…

Точно так же погибает ещё три человека – один в Таиланде, двое – в Японии. Хакер не любит провалов, и те, кто по его мнению, за них ответственны, исчезают…

ГРУППА № 2.

В одном из номеров шикарной гостиницы в центре Осака сидит человек, на лице которого маска. Он открывает ноутбук, и нажав одну из клавиш, пишет предложение:

«Доложите обстановку».

Ответ приходит сразу:

«Объект из салона самолёта исчез за секунду до начала акции». Куда он переместился, уточняется. Скорее всего, Патруль использовал одну из своих штучек».

«Где ведётся поиск?».

«По всем полицейским электронным библиотекам и спискам. Нужно трое суток, чтобы точно отследить вектор перемещения».

«Срочно расширьте зону поиска на сайты спасательных служб. Так как интересующий нас объект – девочка тринадцати лет, проверьте скорую помощь, больницы, интернаты, детские дома».

«Столько времени нет. Хакер требует результат!»

«Я с ним поговорю. Вам даю срок – три месяца».

«Понял! Только есть одна трудность».

«Какая?».

«Тут многие интернаты и детские дома не имеют открытых списков своих постояльцев в компьютерных сетях. Треть этих учреждений работает по старинке, используя бумажные документы».

«Да, это проблема. Но тогда используйте связи в кругах якудза. Раздайте им фотографии объекта. Пусть ищут во всех крупных городах.».

«А деньги? Якудза без них не работают!».

«Сейчас перечислю вам на восемь разных счетов. Так. Тридцать два миллиона долларов, надеюсь, хватит?».

«Да, даже много!».

«Ну, суммы для нашей организации копеечные, но если не будет результата, пеняйте на себя!».

«Понятно. Ага, деньги пришли! Значит, как находим объект, сразу ликвидируем».

«Да, правильно поняли, работайте!».

Мужчина в маске закрывает ноутбук, идёт к двери, но тут, за его спиной вырастают две фигуры в футуристических одеяниях, которые выхватывают короткие палки, и вокруг человека в маске возникает марево. Он вскрикивает, и падает на пол.

- Опять не он! – Взглянув на лицо человека после снятия маски, говорит один из напавших.

- Ладно, какая разница, пусть начальство беспокоится. Это его помощник?

- Да. правая рука, таких он вряд ли найдёт!

- Пакуем его, нам здесь больше делать нечего!

НЕИЗВЕСТНАЯ ЛОКАЦИЯ.

«Так и думал! – Вздыхает человек в чёрном костюме, закрывая голографический экран. – «Придётся самому заняться поиском этой прыткой девицы!».

Но ему несколько суток приходится прятаться в мусорном баке, затем бежать на захваченном звездолёте от преследователей, ускользнув от них в последний момент в пространственном разломе между двумя вселенными. Хакер, а это именно он, раздражённо бросает уже ненужный планшет. Он понимает, что любая попытка связи со своими подельниками будет зафиксирована, и за ним придут агенты Патруля.

Долго сидеть в этом месте тоже нельзя. Но избавиться от электронных приспособлений полностью он не сможет. Электроника заменяет ему многие органы чувств, контролирует его здоровье. Нет, Хакер не киборг и не робот. Он один из первых агентов Патруля, который вместе со своей женой попал во время задания в лапы средневековой инквизиции. Их вытащили прямо из горящих костров, но спасти супругу доктора не смогли. Да и Хакер получил такие увечья от пыток в подвале инквизиции, что пришлось врачам использовать электронные костыли, чтобы он остался жив…

Хакер не смог простить Патрулю гибель своей Линды, и просто исчез.

Только потеряв десяток агентов в разные времена, Патруль вычислил, кто стоит за этими смертями. Хакера поймали, но его до тюрьмы «Вечности» он не долетел. Хакера вытащил один хаосит. Он связал Хакера с Древним, который пообещал, что если Хакер сможет нарушить течение времени хотя бы в одной из реальностей, то именем Хаоса ему вернут и здоровье, и оживят Линду, труп которой Хакер хранил в специальной капсуле безвременья…

Ладно, хватит воспоминаний...

Итак, если его даже поймают, то у него козырь в руках - на последнего его агента, ищущего девчонку, Патруль не вышел. Значит, если ему удастся уничтожить эту школьницу, К-поп в этой реальности пойдёт совсем в другую сторону, и не станет глобальной субкультурой, как это произошло в других вселенных. Это уничтожит все потуги Патруля, так как он не сможет синхронизировать временные и пространственные потоки, и наступит хаос. Тогда и взойдёт звезда древнего врага человечества, и оно будет уничтожено! И тогда он, Хакер, выйдет из тюрьмы «Вечности», если туда попадёт, и займёт место по правую руку Древнего. Затем, получив назад свою Линду живой и здоровой, станет во главе войск, которые сметут всё это Древо Вселенных, уничтожат этих жалких червей, гордо именующих себя Богами, И растопчут их прислужников – людей, которых Хакер ненавидит больше всех, хоть и сам когда-то принадлежал к человеческому роду!

ГЛАВА 2. НОЧЬ И УТРО.

Проклятые мысли и рассуждения продолжали преследовать мой уставший от поступившего потока сведений мозг, даже после того, как я растянулась во весь свой рост на выделенной мне (неизвестно кем) постели. В страну сновидений мне удалось попасть только под утро. И то мой сон был прерван внезапно вспыхнувшей в мозгу надписью:

«Агенту Манобан. Срочное сообщение из Центра.

1. Хакер загнан нашими Стражами в другую реальность, так что, задание по его ликвидации отменяется. 2. Практически, вся банда Хакера, занимающаяся ликвидацией объекта «Манобан», захвачена нашими спецподразделениями.

3. Стражами патруля выявлена, практически, вся структура организации «Адская гримаса времени» на Земле -14 . Схвачен даже заместитель Хакера. Несмотря на эти успехи, агенту «Манобан» рекомендуется тщательно маскироваться.

4. Будьте начеку, возможно, Хакером оставлены несколько сообщников, о которых мы не имеем ни малейшего представлении. У них может быть задание, найти и ликвидировать объект «Манобан», если исчезнет связь между Хакером и его оставленными на Земле-14 агентами для вашей ликвидации.

5. Если вы находитесь в Осака, срочно покиньте город.

6. В Таиланд возвращаться нельзя. Школьница считается пропавшей вместе с другими пассажирами.

5. Билет на неё взяла мать, которая оформила школьницу, как Пранприя Манобал. Именно это имя известно агентам Хакера. Поэтому, если будет возможность попасть в Сеул, можно применить имя Лалиса (Лиса) Манобан.

6. Ваша заброска прошла с ошибкой на месяц, да и в архивах документы о крушении самолёта оказались кем-то подкорректированы. Реально падения самолёта над Осака произошло 10 апреля 2010года. Кто переделал архивные данные, выясняет группа следователей.

7. Очевидно, Хакеру удалось внедрить агента в наши ряды. Так как этот подлог был вскрыт вовремя, удалось провести операцию по переброске тела и сознания школьницы до взрыва самолёта. Правда, вектор перемещения тела просчитать мы не смогли, но она переброшена в другую реальность, поэтому помешать нашей операции не сможет. Главное, что маяк, вставленный в ваше тело, работает, значит, вы живы. Правда, может быть слияние настоящего тела школьницы, хотя это маловероятно.

8. Больше сеансов связи с вами не будет. Удачной адаптации в вашей новой жизни».

После осознания того, что было написано, я впала в истерику. Меня, что, оставляют здесь на всю оставшуюся жизнь?! Тихо плакала, пока не сообразила: я ведь рано погибла в своём времени, ничего не успела совершить. Наверное, надо радоваться, раз мне предоставлена возможность, жить заново, правда, под чужим именем и фамилией…

Ладно, что там было о каких-то опасностях? Понятно. Будем начеку…

Главное, что теперь я знаю год в который я попала. И приблизительно, время года. Значит, сейчас 2010 год, весна. А вот насчёт каких-то махинаций с телом самой школьницы, я ничего не поняла. Зачем было перебрасывать его куда-то к чёрту на рога, если девчонка и так погибала.

И где она сейчас? Допустим, что этот переброс реального человека позволил патрулю выявить агентуру Хакера здесь, на Земле-14. Но зачем тогда меня сюда скинули? Оставили бы здесь натуральную Лису…

И у меня какой-то маяк в теле стоит, а ведь перед заброской мне ничего об этом не сказали…

Правда, где я точно нахожусь, отследить Патруль, очевидно не может. Значит, этот маяк просто работает, если я жива, И его сигнал пропадёт, если я умру.

Что же, и то хлеб!

Как там? Будет день, будет пища…

Ага, есть захотелось.

И тут меня осенило! Тело настоящей Манобан никуда не улетело! Её душа? Да, вполне возможно, она и отправилась, куда-то в дальние дали. А вот «снятое» за секунду до падения самолёта тело школьницы в виде энергетического сгустка (о таких возможностях нам рассказывали при обучении на курсах Патруля) и вызвало сдвиг в пространстве, из-за увеличения массы, временно соединившись с моим телом! И я очутилась вместо Осака в Тибо! И потому меня так долго корёжило, что энергетическое тело школьницы и моё трансформированное тело притирались друг к другу, выкидывая в пространственно-временную дыру всё лишнее. Осталось только то, что может держать пространственно-временной континуум…

Ну, это я так думаю. А что там на самом деле, чёрт его знает. Так, может проверить, есть ли у меня в сознании частичка от души настоящей Лалисы?

Как меня учили? Ага. Глаза у меня закрыты. Начинаю читать тибетскую мантру. Если ко мне подселилась душа школьницы, я её услышу…

Наверное, час я прочищала мантрой мозги, но никого выявить не смогла. Значит, прощай Лалиса, остаюсь вместо тебя, обещаю вести себя хорошо, как и подобает будущему айдолу…

После этого я успокоилась, и попыталась заснуть.

Проснулась я не выспавшейся и совершенно разбитой. Голова отчаянно отказывалась соображать. Веки в тандеме с ней, не хотели открываться. Противная, непонятная мелодия с особым ожесточением и непреклонностью, усердно проникала через уши в мою многострадальную черепную коробку. Тут что, так поднимают с постели детей? Да от этой паршивой музыки у меня начала ныть челюсть!

Откинув занавеску, недовольно бурча, стала выбираться из своего «кокона». Еще толком не проснувшись, отчаянно борясь с зевотой, одеялом и своими длинными волосами, я всё-таки смогла собраться мыслями, сбросить остатки недосмотренного сна, и взглянуть в утро нового для меня мира…

Со всех сторон доносились звуки суеты.

Всё это говорило мне о том, что остальные обитатели комнаты, тоже последовали зову разбудившей меня мелодии, доносившейся с потолка. Полусонные девчонки, в спешке покидая свои «гнёзда», недовольно сопя, и даже, чуть слышно ругаясь.

Солнце уже вовсю светило, а так как окно во всю стену размером, то не было ничего удивительного в том, что даже без стороннего освещения, в помещении было очень светло. Как оказалось, комнату населяли ещё семь представительниц женского пола. Впрочем, ничего удивительного в этом нет. Насколько я помнила уроки инструкторов, во времена, куда я попала, были раздельные женские и мужские общежития. Наверное, и в детские дома тоже по отдельности селили девочек и мальчиков.

Всё еще находясь в состоянии полусна, я стояла рядом с кроватью, и пыталась её заправить. Получалось откровенно плохо. Моя соседка выглядела на удивление бодрой и весёлой, хоть и проснулась чуть позже меня.

Моя первая подруга в новом мире, Майко,, тоже уже успела покинуть своё спальное место.

- Охайо, Лиса! – Отчаянно зевая во весь рот и прикрывая его при этом ладошкой, поприветствовала она меня. Вид у неё был растрёпанный и крайне милый.

- Охайо, Майко – Я на полном автоматизме, вернула ей приветствие, зевая в ответ.

(Охайо - Доброе утро/Привет. Яп. ).

Японка полезла к себе в тумбочку и сноровисто начала собирать вещи в пакет. Я просто стояла и пялилась на неё, с возрастающим интересом, следя за действиями девчонки.

Закончив собираться, Майко с удивлением взглянула на зевающую меня, и произнесла:

- Лиса, а ты? Ты почему стоишь? Не знаешь, что делать? Я тебе помогу, а то опоздаем на утренние процедуры. И нам сильно влетит!

Японка вытащила какой-то пакет из тумбочки, стоящей перед моей кроватью. Всё необходимое, она положила в него, потом достала из какого-то ящичка бумажные кульки с ручками, и распихала в них то, что считала нужным. После этого взяла меня за руку, и потащила из комнаты в коридор, не забыв предварительно сунуть один из пакетов мне в руки.

На этот раз, в коридоре было куда как более многолюдно, чем ночью - оно и понятно.

Пока, мы шли по коридору, из дверей находящихся в нём, выходили другие подростки. Нам встречались, как девушки, так и парни. Они, между собой, о чём-то негромко переговаривались. Некоторые, даже веселились, по всей видимости, радуясь наступлению нового дня. Я уже пришла в себя, и поняла, что тут девчонки и мальчишки просто распределены по половому признаку в разные комнаты.

Когда, мы достигли туалета, как и предполагалось, попали почти в самый конец очереди, состоявшей из желающих побывать там девушек. Представительницы прекрасного пола оживлённо переговаривались, между собой, пребывая в ожидании, того самого заветного момента, когда «уютное местечко» освободится.

Мне было совершенно не интересно то, о чём они там «лепетали», создавая тем самым, немало шума.

Меня это не волновало, так как я думала, какие шаги предпринять, чтобы после разговора с директором, попасть на прослушивание. Пока в голову ничего не приходило. Только одно заботило меня. Я боялась, что по незнанию обстановки сболтнула лишнее своей новой подруге насчёт авиакатастрофы. Но сказанного уже не воротишь. Понадеемся, что Майко забудет, что я ей говорила ночью.

Мне катастрофически не хватает информации. Придётся дожидаться, того момента, когда я овладею, в достаточном объёме, необходимыми сведениями. Расспрашивать подругу, об интересующих меня вещах, в присутствии посторонних - я не буду. Спрошу потом, в более подходящей обстановке.

Отстояв небольшую очередь, я и Майко попали в туалет, где уже побывали ночью. Естественно, что за ночные часы в нём ничего не изменилось за время моего отсутствия.

Облегчившись и хорошо помыв руки жидким мылом, я и моя подруга отправились на помывку в местную душевую.

Там тоже пришлось отстоять очередь. Мы были одними из последних желающих попасть в это прекрасное место, мы превратились в «ждунов».

Когда подошла наша очередь, я «на автомате», проследовала за своей подругой внутрь помещения. Нас встретила небольшая раздевалка. Правда, здесь, вместо шкафчиков, на стенах (рядом с находящимися там, небольшими зеркалами), были установлены крючки. Тут же, находилась и пара скамеек. Крайне необычно и нестандартно. С таким я не встречалась ни в общежитии Патруля, ни в своём времени. Теперь мне стало понятно, почему все свои вещи, мы храним в своей комнате.

Вместе с нами, в помещение проследовали ещё четыре девушки. Я последовала примеру остальных и вскрыла свой пакет. Сейчас мне понадобится, только довольно мягкая мочалка, и узкое полотенце.

Подняла голову, и увидала, как окружающие меня девушки, начали раздеваться. Я оглянулась на Майко. Она уже почти оголилась, и удивлённо посмотрела на меня.

Поняла, что я сейчас выгляжу, как белая ворона в стае чёрных товарок. Поэтому, стала быстро стягивать с себя пижаму и штаны.

Раздевшись и взяв с собой мочалку, я, следом за другими девчонками, двинулась вглубь помещения, где по моим прикидкам должна была находиться душевая. Девчонки, вокруг меня, весело переговаривались между собой. Так мы и попали, в самую обыкновенную, японскую помывочную, или, как называют её аборигены – онсэн.

Меня к такому повороту событий инструкторы подготовили довольно хорошо. И мои ожидания не были обманутыми. За вычетом мелких деталей - всё то же самое, как на тренажёре Патруля. Помещение целиком отделано плиткой. В полу специальные сливы для воды.

В стене находятся краны, с горячей и холодной водой, а также шланги с насадками. На полу лежит мат из плотной резины. На стене, над кранами с водой, висят зеркала. Тут же, стоят тазики и пластмассовые стульчики. На специальной полочке, находящейся, под каждым из зеркал, находятся пузырьки со специальным шампунем, который может служить в качестве геля для душа (два в одном). Вот таким вот образом и предстоит мыться, сидя на пластмассовом стульчике, намыливая мочалку в тазике, а затем обтирая ей своё тело.

После того как натрёшься, только тогда, с помощью шланга с насадкой, смываешь с себя пену.

Только сейчас, неожиданно для себя, задалась вполне логичным вопросом: а откуда я знаю, что это за пузырьки стоят, там на полочках. Я ведь таких предметов никогда раньше не видала. Это открытие было для меня (мягко говоря), ошеломляющим. Что же это получается, у мня появились какие-то новые способности, о которых не знали даже в Патруле?

Остальные присутствующие тут девушки, в это время вовсю старались, чтобы вокруг царил шум и гам. Они без устали, переговаривались друг с дружкой, не останавливаясь ни на минуту.

- Лиса-тян, ты чего зависла? Давай, садись рядом со мной. Я тебе помогу! – Неожиданно прервала мои размышления Майко и указала на стульчик, стоявший по соседству с тем, на котором она сидела. Я осторожно села, на прохладную пластиковую поверхность. Подруга, забрав у меня мочалку, ополоснула её в тазике и начала аккуратно тереть ей мою спину. Я сомлела – было очень приятно. Когда она закончила с моей спиной, наступила моя очередь, ответить ей аналогичной услугой.

Закончив с Майко, у меня появился «законный» повод, вновь осмотреть моё тело, переделанное Машиной. Правда, как сказали мне инструкторы, на «доделку» моего тела в тело Манобан, ушло всего пятнадцать минут.

Ладно, воспоминания в сторону. Надо теперь помыть свои ноги, попу и письку. Стоит отметить, что я старалась мыть, как можно тщательнее, ведь в эти времена можно было заработать какую-нибудь болезнь из-за отсутствия «витагриков». Насколько я помню, в 21 веке были болезни типа сифилиса, гонореи и прочих. Да, они не вызывали смерти больных, но всю жизнь лечиться от какой-нибудь заразы мне не хотелось. Ведь Машина убрала из моего тела все защитные барьеры из того времени, откуда я сюда явилась. Придётся тщательно соблюдать гигиену, другого пути нет...

Я не рассчитала силу, с которой надо было давить на мочалку. В результате у меня покраснела вся кожа, а потом тело стало нестерпимо жечь. У нас , в моём времени, и мочалок то не было!

- Что ты делаешь?! – Подскочила Майко! – Решила кожу содрать? У вас, в Таиланде никогда не моются с мочалкой?!

Она обдала меня холодной водой, которую набрала в тазик, стоявший рядом с её стульчиком. Потом школьница достала с одной полочки какую-то белую бутылочку, и открыв её, вылила её содержимое прямо на мою зудящую кожу. Я зашипела, но через минуту все неприятные ощущения испарились. Мда, учиться мне и учиться!

Покончив с мытьём тела, я взялась за волосы. Вот с ними я намучилась больше всего!

Чтобы их промыть, как следует, ушло времени больше, чем на все остальные процедуры, вместе взятые.

- Майко, а я могу состричь это безобразие? – С надеждой обращаюсь я к подруге, указав на свои волосы. Но её реакция меня поставила в тупик.

- Даже не вздумай!!! – Зашипела японка, выражая своё крайнее негодование по поводу услышанного. Судя по её реакции, состричь эту шевелюру – мне не судьба. Неужели, здесь женщины лишены возможности, укорачивать себе длину волос?! Странно. Ладно, Майко лучше знает местные правила, решила я, и тяжело вздохнула. Придётся ходить пока так…

Закончив водные процедуры и смыв с себя пену, струями тёплой воды, я и моя подруга, отправились к своим вещам. Там, в этот момент, уже одевались, остальные присутствующие в помещении, девушки. Воспользовавшись полотенцем, я тщательно вытерлась досуха. Потом посмотрела на подругу, и решила повторять то, что она делает.

Достав из своего пакета, белые, довольно красивые трусы, я, про себя чертыхаясь, «натянула» их, на свою тощую задницу. Да уж, это вам не не женские атрибуты из моего времени, которые сами цеплялись на моё тело! Тут всё придётся делать собственными руками. Инструкторы мне говорили об этом, но тренировки с нижним бельём не проводили…

Придётся привыкать к здешним порядкам.

«Эх, где же сейчас, мои любимые кибарсы?» - Думала , старательно повторяя действия подруги. – «Там же, где осталось и твоё настоящее «я» - в будущем!». Эта игра в вопросы и ответы в моей голове меня немного успокаивала, и примиряла с реальностью. Ладно, поныли, и хватит! Пора уже с этим завязывать, а то так недолго и с катушек съехать.

Затем, посмотрев на подругу, достала из пакета бюстгальтер и пару секунд, вертела его в руках, изучая. Таких штук я ни в своём времени, и ни в Патруле, не носила! И что делать? Неожиданно на меня снизошло «озарение» и я быстро и сноровисто нацепила эту штуку, даже не задумываясь над тем, что и как делаю. Как будто всю жизнь, только тем и занимаюсь, что надеваю и ношу подобные вещи.

Как оказалось, процесс надевания этого женского аксессуара, на самом деле оказался сложнее, чем разборка и сборка автомата КН-134, который я разбирала и собирала на курсах с закрытыми глазами…

Мда, не думала я, что в древности одежда будет состоять из стольких разнообразных деталей. Но надо привыкать. Тут по другому нельзя. Не ходить же голой.

Краем глаза я заметила, что подруга внимательно следит за всеми моими действиями, при этом не прерывая свой процесс одевания. Майко явно была удивлена тем, как ловко я расправилась с бюстгальтером. Сама она провозилась с «лифчиком» (о, вспомнила ещё одно название этого аксессуара!) дольше, чем я.

Пока она «боролась» с бюстгальтером, я из пакета достала остальную (приготовленную для меня заботливой подругой), одежду и разложила её на скамейке (с целью осмотра и возможной «идентификации»). Но вот японка справилась с лифом, и ускорилась. Я разглядывала одежду, а она успела одеться и подошла ко мне. Ну, что я могу сказать - красавица. Не то, что я, всё еще стоящая в нижнем белье. Посмотрев на неё, я тоже поняла, что и куда надевать, и под взглядом Майко, тоже оделась. По-моему, это школьная форма!

Один из вариантов девичьей школьной формы в Японии.

Майко и я нарядились в тёмно-синюю плиссированную юбку, светлую сорочку с черным воротников, с белыми полосами. На шее у нас красные галстуки, а на красивых ножках у нас красовались стильно выглядящие, чёрные гольфы. Наши рубашки были с коротким рукавом, хотя, как мне потом сказала японка, есть ещё и тёмный пиджак, но его применяют в холодную погоду.

Оценив всё это, я вдруг поняла, что чем больше времени проходит с моего появления здесь, тем больше вещей я начинаю узнавать. Их назначение и названия. Память моя восстанавливается всё быстрее и быстрее. По всей видимости, Майко что-то заметила, так как тут же, с её стороны последовал вопрос, обращенный ко мне:

- Лиса, ты вспомнила что-то?! – С плохо скрываемым, возбуждением в голосе, поинтересовалась у меня она.

- Слушай. Майко, я ведь не помню только, как попала сюда, в детский дом. Остальное, я помню, например, одежду, как её а надевать, носить. Просто, у нас в Таиланде форма была другая. У нас ведь тропики, жара.

- Я так счастлива, Лиса! Я думала, вдруг ты ударилась головой, и у тебя амнезия, как это показывают в фильмах! – Радость подруги была слишком «громкой». Незнакомые девушки, находящиеся вместе с нами в раздевалке, дружно направили свои недовольные взгляды на мою ликующую подругу.

Пока Майко радостно скакала и хлопала в ладоши, я начала бочком передвигаться к выходу из онсэна. Недолог час и барышни, ожидающие своей очереди за дверью, вломятся сюда, чтобы выразить своё недовольство нашей задержкой. Такого я могу и не пережить... в физическом плане.

- Майко, на нас стандартная школьная форма? – Решила уточнить у подруги?

- Агась, школьная - С улыбкой ответила она. – Но именно наша отличается от формы обычных школ. Вот, возьми!

Она протянула мне какой-то значок. Смотрю. Хм, это же скрипичный ключ!

Ну, да! Я ведь в музыкальном детском доме! Японка тоже нацепила себе значок на левую сторону груди. Наконец, я добралась до входной двери, и шагнула в коридор. Майко вцепилась в мою руку, и оказалась рядом со мной. Осматриваю себя и подругу. Мы в одинаковых формах, и различие заключается только в том, что в отличие от меня, японка собрала волосы в низкий «конский хвост», и перевязала его основание белым бантом. Интересно, почему мне в пакет она не положила такой же бант? Ладно, может быть мне этот аксессуар не положен.

Переживу уж как-нибудь.

Подойдя к зеркалу, которое висело в коридоре, в одном из закутков, я в спешке начала приводить в порядок свою прическу, находящуюся, в данный момент, в крайне плачевном состоянии. Думаю, что не стоит пугать окружающих людей, своим растрёпанным видом. Да и внимание лишнее привлекать - тоже не хочется.

«В кого же, я превращаюсь?» - С тоской, мысленно обратилась я, к красивой девушки в отражении. Пока я себя жалела, Майко потянула меня за руку:

- Всё, идём отсюда!

- Куда?

- Увидишь!

Мы покинули раздевалку и отправились в неизвестность.

Следующим пунктом, который мы посетили, была местная прачечная. Очереди перед ней не наблюдалось, поэтому мы сразу же проникли внутрь. Там, я ничего нового для себя, не обнаружила, хотя, как я потом вспомнила, в моё время таких помещений нигде не было.

Стоит отдельно отметить лишь то, что «местные технологии» шагнули уже достаточно далеко, хоть и не настолько, чтобы достигнуть хотя бы, половины уровня «моего времени». Весь процесс стирки, занял у нас, всего лишь пару минут.

Закончив со всеми «необходимыми» процедурами, мы направились уже знакомым мне маршрутом, обратно в нашу жилую комнату.

Очереди, стоящих в те или иные помещения, посещённые нами ранее - практически «исчезли». Я, сразу задала вопрос, своей подруге:

- А нам не проще было бы, переждать полчасика в нашей комнате, а уже потом ломиться в туалет и умывальню. Так бы нам не пришлось столько времени торчать в этом коридоре.

- Конечно же, не проще. Мы и так, уже опаздываем к началу завтрака! – Поспешила просветить меня юная японка. Она быстрым шагом двинулась дальше по коридору. Я побежала за ней.

В итоге мы добрались до цели- нашей комнаты. Не теряя понапрасну, драгоценное время, поспешили избавиться от пакетов с вещами, попросту покидав их, на свои кровати.

- Потом разложим, чтобы нам не попало от сэнсея! – Просветила меня подруга – Лиса не забудь удостоверение взять! - Огорошила она меня. – Хотя, тебе его дадут потом, можешь ничего не брать!

- Что еще за ерунда такая? – Удивилась я.

- Долго объяснять. Когда тебе его выдадут, всегда держи его при себе. – Быстро ответила мне Майко, одновременно с этим, бесцеремонно перерыв содержимое своей прозрачной тумбочки у кровати.

- Вот, посмотри! – Девочка протянула мне пластиковую карточку со своим изображением, на лицевой стороне. – Такую же тебе дадут после разговора с господином директором.

И тут я вспомнила, что меня учили о том, что в период наличия разных государств на планете, каждое из них, чтобы отличить своих граждан от чужих, и знать точное число людей на территории страны, с определённого возраста выдавало всем или паспорта, или удостоверения личности. Так как мне тринадцать, значит я школьница, и тот пластик, который показала японка, является удостоверением школьника.

Пока я вспоминала всю эту лабуду, Майко развила бурную деятельность, что-то переставляя на своей стеклянной тумбочке.

Затем она быстро взяла, какую-то сумку, висевшую на спинке её кровати, и потянула меня за руку в направлении выхода из комнаты.

- Поспешим же, иначе мы опоздаем в столовую, и нам не достанутся вкусняшки! - Громко воскликнула она и мы устремились вглубь коридора, ведущего, как я уже поняла, в место, которое девчонка назвала «столовая».

Коридоры, по которым мы шли быстрым шагом, к этому времени, уже успели опустеть. Правда, по пути нам (хоть и редко), но всё же попадались, воспитанники и воспитанницы детского дома, которые так же, как и мы, опаздывали на завтрак. Наконец-то, мы прибыли в пункт назначения. Перед входом в помещение, моя подруга подвела меня к умывальнику, установленному прямо в коридоре. Для меня это было в диковинку. Мы ведь недавно полностью помылись! Странные люди...

Да уж, японцы чистюли ещё те! Прямо под окном, в коридоре. Стояло штук пять умывальников с общей длинной раковиной. Около каждого вентиля, на небольшой полочке из пластика, лежала прозрачная коробка с жидким мылом.

- Лиса-тян, не тормози, быстро мой руки! – Подруга быстро налила на ладони мыло, растёрла его по рукам, и открыла кран, подставив намыленную часть под струю воды. Я проделала то же самое, так как увидала, что к кранам спешат ещё несколько человек.

Затем Майко потащила меня в первые же, широко раскрытые двери. Это оказалась столовая.

Помещение было светлым и довольно просторным. За тремя рядами столов, уже сидели и сосредоточенно поглощали пищу, обитатели детского дома. Я немного покосилась на воспитателей, которые возились с самыми маленькими воспитанниками и воспитанницами. Времени на раздумья не было, желудок предательски урчал, требуя от своей хозяйки, немедленно последовать примеру остальных и приступить к приёму пищи.

Сразу за порогом, нас встретила девушка, примерно нашего с Майко возраста. В руках она держала планшет:

- Прежде, чем вы приступите к завтраку, вам нужно ответить на парочку вопросов - беспристрастным тоном, остановила она нас. Это ещё что за фигня?!

Пришлось потратить пару минут и ответить на её глупые вопросы. Спрашивали нас: помыли ли мы руки, помылись ли сами, взяли с собой зубные щетки и подобные глупости. Под конец опроса, я уже отвечала на автомате. Надоедливая девушка, ставила какие-то пометки в своем планшете. Наконец, она сжалилась над нами и соизволила допустить нас к завтраку. Жрать хотелось неимоверно, но пришлось подчиняться местным правилам.

Майко, не теряя времени, уверенным шагом направилась к кучке подростков, в белых одеждах, похожих на странные халаты, находящихся под неусыпным надзором воспитательницы, одетой так же, как и они. Они заведовали несколькими тележками, в которых, судя по всему, и находился наша еда. Не будучи дурой, я повторяла всё за своей подругой, не отставая от неё ни на шаг. Взяв подносы, мы получили у ответственных за раздачу еды лиц, причитающееся нам яства, и приступили к нелегкому делу поиска места, куда можно было бы присесть, чтобы жестоко расправиться со всем, что наложили нам на подносы дежурные по столовой.

Глава 3. День неожиданностей.

СТОЛОВАЯ.

С трудом, но мы нашли столик с парой свободных мест. Тут мы и решили остановиться, присоединившись к уже сидящим там воспитанницам. Стоит отдельно заметить, что в учреждении, судя по всему, присутствовало чёткое разделение по половому признаку. А именно: парни сидели за столами с парнями, а девчонки сидели с девчонками.

К такому положению вещей я была готова. Инструкторы патруля меня специально натаскивали на то, что в тот период во многих азиатских странах существовала традиция, идущая с древности, и девочки могли познакомиться с парнями только через общих знакомых.

Зал, в котором мы завтракали, вместе с остальными воспитанниками, был четко разделён на мужскую и женскую половины.

Только присев за столик, я решилась посмотреть на то, что мне соизволил выдать на завтрак, заботливый паренёк в белом. Названия блюд сами возникали в голове, стоило только посмотреть на них. Меня готовили не только в плане распознавания еды, но и её готовки. Хотя уже давно существовал фаст-фуд, в начале 21 века многие люди сами готовили еду дома. Инструкторы научили меня приготовлению тайских, корейских и японских яств. Особое внимание при моей подготовке уделили использованию палочек для приёма пищи…

Так как это была столовая детского дома, то все блюда выглядели очень аппетитно, и на вкус были довольно хороши.

Завтрак Лисы.

Но вот чего упустили в моей подготовке инструкторы, это местные ритуалы, которые все дети выполнили перед тем, как приступить к трапезе. Я удивлённо смотрела, как Майко привстала, и сказала вместе с сидящими рядом с ней девчонками:

- Итадакимас!

Оказалось, что подобный ритуал дети проделывают не только на завтрак, но и на обед и на ужин!

Это слово, как я поняла, у аборигенов означает благодарность за еду богу и тем людям, которые её приготовили. Если буквально перевести «итадакимас» с японского, то они имеет два значения. Первое - благодарность за еду, а второе – «приятного аппетита!».

После того, как ритуал был выполнен, все сели на свои места. И стали поглощать пищу.

На самом деле, я уже была настолько голодна, что, перестав, любоваться внешним видом блюд, решительно схватила деревянные палочки и принялась быстро закидывать еду себе в рот.

- Лиса-тян, куда ты так торопишься? – Сделала мне замечание подруга. Ешь медленно, чтобы не получить заворот кишок!

Пришлось подчиниться. Всё уложенное на моём подносе, казалось просто божественным на вкус. После замечания подруги, я стала, есть как можно более аккуратно, краем глаза, следя за тем, как это делает Майко.

Так как я была сильно голодна, то замечание японки быстро «забыла», и за секунды уничтожила всё съедобное, что находилось на моём подносе. Это очень удивило Майко, когда я просто сложила палочки, и бросила их на поднос.

Местный завтрак, был просто восхитителен. Обращение с палочками у меня не вызывало никаких проблем. Этому умению инструкторы придавали особое значение. При тренировках они заставляли меня есть не только стандартными палочками из дерева или металла, но и их укороченными или удлинёнными вариантами. Но при этом обращалось внимание на то, что я буду олицетворять собой жительницу Таиланда, а в этой стране, допустим, мясо не просто берут палочками, а вначале его кладут на обычную ложку, а потом едят…

Хорошо, что я сразу попала в Японию, и тут не нужны тайские привычки…

Сижу, гляжу, как остальные девчонки расправляются со своей едой.

После окончания завтрака, Майко, а следом за ней и я, встали и отнесли свои подносы дежурным. Палочки были одноразовыми, поэтому их мы выкинули в ближайшее мусорное ведро.

Выйдя в коридор, подруга протянула мне, непонятно где спрятанную ей, до сих пор, зубную щётку (оказывается, она захватила их две штуки) и указала мне на умывальник, возле которого толпились воспитанники детского дома. Мои инструкторы из Патруля не знали, что тут принято чистить зубы сразу после еды, и потому, у меня даже мыслей не было о том, что нужно на завтрак брать с собой этот «гигиенический девайс».

Хорошо, что у меня теперь есть подруга, которая позаботилась об этом, иначе, как я потом выяснила, меня бы наказали! Странно всё это, но приходится подчиниться местным законам, чтобы не выделяться из общей массы аборигенов. Ждать своей очереди пришлось недолго. Покончив с процессом чистки полости рта, мы с трудом прошли через окружающую нас толпу озабоченных гигиеной подростков.

НАША КОМНАТА.

Майко, схватив меня за руку, потащила за собой. Наша пара ускорила шаг и мы быстро вернулись в жилую комнату. Там, девушки, живущие вместе с нами, уже во всю готовились выдвинуться в поход, куда-то. К такому умозаключению, я пришла, когда увидала, как все обитатели нашей спальни стали быстро собирать свои вещи. Они тихо переговаривались друг с другом на непонятные (мне) темы. Быстро собравшись, они гуськом, неся в руках непонятные сумки, вышли в коридор.

- Куда это все собираются? – Поинтересовался я у немного задержавшейся Майко. Она в этот момент занималась тем, что закидывала в сумку какие-то тонкие книжки.

- Как это куда? – С удивлением посмотрела на меня подруга. - В школу, конечно же! – Не останавливая своего занятия, просветила она меня о предстоящем рейде. Спохватившись, она быстро залепетала:

- Прости, Лиса-тян, я всё не могу привыкнуть к тому, что ты из Таиланда, и наши правила отличаются от ваших! – Девочка покаянно опустила глаза в пол.

- Ничего страшного. Я всё понимаю – Улыбнулась я. Кажется, это сработало, так как подруга успокоилась и продолжила своё прерванное занятие.

- Мне тоже идти с вами? - Я потянулась к сумке, которая висела на спинке моей кровати, и хотела уже было взять её, дабы последовать примеру ушедших девушек и собрать в неё всё, что хотя бы относилось к школе, как была остановлена строгим голосом незаметно вошедшая в нашу комнату женщина.

- О, Ямато-сенсей! – Майко вытянулась и застыла по стойке смирно.

Наверное, это старшая воспитательница.

- Это новенькая, как её зовут? – Указывает на меня женщина. А почему вопрос она задала Майко? Да и как-то странно на меня смотрит!

- Лиса-тян! – Отвечает моя японская подруга.

Итак узкие глаза воспитательницы, сузились ещё больше, и зло смотрят на меня. Я ей что-то должна?

- Лиса-тян, тебе пока нельзя в школу. Ты пойдёшь со мной к директору нашего дома, господину Кайоши! Пока ты не получила документов, ты освобождена от занятий. - Огорошила меня женщина.

Я стояла рядом с кроватью и смотрела на Ямато-сэнсей, не зная, что мне делать. Майко схватила свою сумку, пожелала мне хорошего дня, и исчезла в коридоре.

Мне ничего не оставалось, как проследовать за воспитательницей.

Возможно, после разговора с этим Кайоши, прояснится, то чем мне следует заняться.

НАПАДЕНИЕ.

Мы вышли в коридор, и потом спустились по лестнице на этаж ниже. Интересно, сколько этажей в этом здании?

Мы шли недолго.

- Нам сюда! - Медленно сказала воспитательница, открыв дверь в комнату.

Совершенной неожиданностью для меня, женщина-воспитатель схватила меня за шкирку, и закинула в помещение.

Ясно, это не воспитательница!

Дверь захлопнулась.

- Ну, всё! Паршивка, тебе конец! – Шипит японка. – Из-за тебя мой отец попал в лапы Патруля!

Так, пособница Хакера!

Вот о чём меня предупреждали в сообщении! Женщина выхватила откуда-то пистолет и направила на меня. Она явно не боевик, курок то не взведён! Скорее всего, наша встреча случайна, и Ямато, также, как и я, не была готова к ней.

- Чёрт! – Ямато, держа меня на мушке, стала чего-то рукой искать в кармане джинсов.

- Ага, вот оно!- Она на секунду отвлеклась, вытягивая из кармана, глушитель. – Как я о нём забыла!

Пособница Хакера, Ямато.

Я ждать не стала. Когда она меня толкнула внутрь комнаты, я упала на спину, но успела вскочить. Теперь, воспользовавшись её заминкой, своей длинной ногой ударила противницу в живот. Она пошатнулась, и выронила пистолет и глушитель. Ямато успела прийти в себя раньше, чем я ожидала. Она схватила меня за воротник, и с силой бросила на стоящий в комнате низкий столик. В глазах потемнело, но контроль я не потеряла, и, сделав кувырок назад, встала на ноги.

Женщина бросилась к пистолету, но я кинула в неё какой-то пластиковый стаканчик с карандашами, который был на столешнице.

Ямато увернулась, но потеряла драгоценные секунды. До пистолета она пока не добралась. Опираясь на руки, делаю кульбит через столик, в сторону женщины, одновременно ударяя её одной ногой в голову. Получилось что-то вроде удара скорпиона из китайского кунг-фу. Мы обе падаем на пол. Ямато упала на спину, я её оседлала, и ударами рук послала женщину в нокаут.

Пистолет валяется у стенки, Глушитель – около двери. Да, не поленились инструкторы Патруля обучить меня некоторым приёмам. Вот и пригодился один из них. Вообще, удар скорпиона есть в женском и мужском вариантах. Мужчинам такое сделать трудно, из-за физиологии тела, поэтому они применяют неполный приём, разворачиваясь всем телом, и ударяя пяткой противника по спине или затылку.

https://dzen.ru/video/watch/6044809158285736dd77ded3?utm_referrer=www.google.com

Один из видов удара скорпиона, с разворотом, применяемый мужчинами.

Гимнастическое упражнение, на котором основан удар скорпиона, выполняемый женщинами .

При стычке женщины применяют и другой его вариант, прогибаясь до пола, и ударяя противника пяткой в голову. Это часто используют и в кино, так как приём хорошо смотрится при съёмке драки.

Кстати, Манобан, которую в этой реальности представляю я, выполнила подобный приём в полном объёме, используя свои длинные ноги и гибкость тела, в клипе «Прайслес», снятом вместе с Марун 5..

https://dzen.ru/video/watch/681b9f01e1a3d30332174683

(Приём продемонстрировано времени, между 2.28 -2.31 минут).

Мне помогло присутствие столика, на который я опёрлась руками.

Как я и ожидала, получив в лоб, Ямато отключилась.

Выскакиваю в коридор, и громко кричу,зовя кого-нибудь на помощь. Знаю, что сознание вернётся к преступнице не ранее десяти минут…

Смотрю, как женщину в наручниках вывели из комнаты полицейские. Меня повели к директору Кайоши. Там был и представитель полиции. Я рассказала, что произошло. Даже пришлось показать, как мне удалось обезоружить соперницу.

- Лиса-тян! А вы видели эту женщину раньше?

- Нет, я попала сюда только вчера, и то, без сознания.т

- Да, капитан, её принесли к нам ваши коллеги! – Подтверждает мои слова директор.

- Да, я читал отчёт участковых. – Кивает головой полицейский. Ладно, всё остальное тебе скажет директор..

Я почувствовала, что полицейский мне не очень поверил. Господин Кайоши долго меня не задержал. Выдал мне удостоверение питомицы детского дома, спросил о моих талантах. Потом он вызвал госпожу Нагата, и когда она пришла, приказал ей позаботиться обо мне.

- Лиса-тян, ты пойдешь со мной. - Коротко сказала она и, развернувшись, покинула кабинет начальства. Я немного замешкалась, и побежала за воспитательницей с некоторым промедлением. Догнала я её быстро, и дальше уже шла следом за ней, не отставая.

- Нагата-сэнсэй, а не могли бы вы просветить меня, а куда мы сейчас направляемся? – В нарушение всех правил приличия, бесцеремонно, задала вопрос воспитателю,чем вызвала её удивление:

- У вас в Таиланде не учат уважать старших?

- Учат, Нагата-сэнсэй!

- Хотя, ладно! Может быть это у тебя от стресса?

- Не знаю, Нагата-сэнсэй…

- Ну, да! Не каждый день на ребёнка нападают незнакомые взрослые. Как мне приказал директор, я отвезу тебя в больницу. Тебе нужно пройти осмотр у специалиста. Я как твой официальный опекун, должна тебя сопроводить на приём к врачу. - Без особой радости в голосе, ответила женщина, всё так же продолжая идти вперёд, и даже не обернувшись в мою сторону. Как я могу судить из всего увиденного, ей эта «обязанность» явно не в радость. Так же я заметил холодное отношение ко мне с её стороны. Интересно, чем ей я так успела «насолить» Нагате, ведь я увидала её только ночью в туалете, и вижу сейчас.

Я не дура, и поэтому, сложив два плюс два, получила пять. Шучу. Просто поняла, что меня ведут на заклание врачу-психологу. Учитывая ту ситуацию, в которой оказалась после сегодняшнего случая, другого варианта я не вижу. Что мне известно об этих специалистах? Инструкторы готовили меня к такому, и далеко не раз. Эти изуверы, «вскрывали мой череп», чуть ли не каждый день. Каждый раз, они пытались (психологически), подготовить меня ко всему тому, что может ожидать в прошлом. И еще: один из первых советов, данных мне для выживания в непонятном мире, был как раз относительно этих «господ».

Он заключался в том, чтобы я, всеми правдами и неправдами, не хотела встреч с представителями данной профессии. Так понимаю, что находясь в образе «бесправной», несовершеннолетней девушки, отвертеться от похода к мозголому я не могу. Извини инструктор Старк, но я не смогу последовать твоему совету. Всё оказалось не так просто, как мы думали. Я тяжело вздохнула, предвкушая битву с врачом за своё будущее. Так, пора вернуться в реальность. Мы с воспитательницей прошли вниз, ещё на один этаж. Вышли прямо в холл. Нагата подошла к стоящему там охраннику, и что-то показала. Потом женщина меня подвела к большому стеллажу. Там было большое количество обуви.

- Выбери свой размер! – Сказала воспитательница.

Покопавшись на нескольких полках, я нашла кроссовки, которые мне понравились по цвету, и соответствовали размеру моей ноги. Я переобулась. Мы вышли через двери, я обернулась, посмотрев на здание. Оно было трёхэтажным.

Детский дом в городе Тиба, куда попала Лиса.

Как только я оказалась на улице, первым, что бросилось в глаза - это была растительность. Нет, что такое растения, я знаю. Всякие там деревья, кусты, трава. В моё время уже не было растений из природы. Их выводили на специальных фермах.

Но здесь они были естественные. Это было невероятно. Деревья, трава, цветы... Я, смотря на них, пребывала в состоянии близком к эйфории. С каждой минутой, проведенной в этом мире, я начинала любить его всё больше и больше. Нагата взяла меня за руку, и сообщила:

- Мы могли бы поехать сейчас на моей машине, в полном комфорте, но мы поступим иначе!

Женщина продолжила:

- Думаю, что поездка на общественном транспорте будет полезна в твоём случае.

Я зависла, Нагата она меня очередной загадкой. Что такое общественный транспорт? Общество плюс транспорт, равно транспортное средство, перемещающее общество. Меня такому не обучали! Неужели в Центре не было в архивах сведений об этом «общественном транспорте»?

Следом за сэнсэем, я прошла ворота в ограждении, которое оберегало наше учреждение от окружающего мира. Мы оказались на узкой улочке, которая убегала в даль, вдоль разнообразных зданий. Вот я и на свободе, хотя и не так, как себе это представляла.

Я шла за Нагатой, и любовалась окружающей меня красотой. Нередко, по пути, нам встречались люди, которые просто шли по улице, говорили о чём-то своём…

Не надо расслабляться, ведь мне предстоит встреча с психологом или психиатром, чёрт с ними, но и излишне волноваться, тоже не стоит. Это может заметить воспитательница, а мне этого совсем не нужно.

Мы подошли к странному объекту, похожему на стойки с крышей, и Нагата сказала мне, чтобы я присела на скамейку. Я не стала нервировать воспитателя и последовала совету. Сидя на скамейке, я ожидала, непонятно чего и строила свои планы относительно того, что буду делать дальше. Женщины и мужчины, находящиеся тут, тоже чего-то ждали.

- Лиса-тян, как ты себя ведешь?!!! - Совершенно неожиданно «прошипела» мне Нагата. Я даже и не знала, что ответить на это. Вроде сижу, никого не трогаю, а тут такое обвинение. И что с этим делать?

- А что я делаю не так, Нагата-сэнсэй? - Посмотрела я, глядя прямо в её глаза.

- Колени сомкни, дура! - Ответила она, злобно скрипя зубами.

Чёрт, как я об этом забыла!

Я спешно сделала, как советовала сэнсэй.

- Впредь, никогда не садись так. Девушка, особенно, когда она в юбке, должна держать колени сомкнутыми! - Она явно, недоумевала от моего поведения. Зато, судя по количеству стянувшихся сюда мужчин, мои широко расставленные ноги позволяли им заглянуть под короткую юбку. В своей старой жизни я предпочитала юбкам штаны, хотя, когда того требовал дресс-код, я носила и юбки, и платья. Но теперь я в другой реальности, в Азии, а здесь много «стукнутых» на голову извращенцев, особенно, в Японии. Меня об этом предупреждали инструктора, а я забыла! Как только я сомкнула колени, большая часть мужчин убрались, осталось только два старичка и один школьник – у него за спиной был детский ранец.

Стояла тёплая погода. Прохладный ветерок, приятно обдувал открытые участки кожи. Благодаря тому, что на мне была юбка, я чувствовала себя хорошо, хотя, сознаюсь, в штанах я бы чувствовала себя намного лучше.

Мимо нас, по дороге, проезжали разнообразные автомобили. Было непривычно наблюдать за ними, мне было интересна их конструкция, как они движутся. Мимо меня проходило много людей, спешащих куда-то по своим делам. Создавалось чувство нереальности происходящего вокруг меня. Чувство, как будто я попала на другую планету, а не на Землю, путь и немного отличающуюся от своего аналога.

Я сидела под прозрачной крышей пластиковой конструкции, рядом с Нагата-сэнсэй, и любовалась городским пейзажем. Он был намного лучше того, что я видала в старом мире. Меня заинтересовало покрытие той части дороги, по которой двигались автомобили. Но долго рассматривать его мне не дали.

К конструкции, где я сидела, начал подруливать большой автомобиль.

- Вот и наш автобус пришёл!- Воспитательница встала и подала мне руку.

Японский автобус.

Этот большой автомобиль остановился прямо перед нами. Открылись двери, и несколько человек сошло. Нагата-сэнсэй взяла меня за руку, и мы вошли внутрь машины. Там, на небольших креслах, сидело довольно много людей, и ещё несколько человек толпились в середине, держась за вертикальные и горизонтальные трубы.

Вместе с другими людьми, мы по очереди стали продвигаться по салону. Но до этого моя воспитательница что-то сказала водителю этого транспортного средства и приложила своё удостоверению к устройству находящемуся тут же, в передней части автобуса.

- Я с ней! - На всякий случай, бросила я японцу, сидящему за какой-то круглой штукой (как я узнала после, она называется «руль»), и повторила действия сопровождающей с удостоверением, приложив его к квадратному ящику. Мигнул синий индикатор (чем обусловлен выбор цвета, мне совершенно неясно). Следом за воспитательницей, я проследовала внутрь салона. К сожалению, все кресла уже были заняты, и нам с сопровождающей пришлось довольствоваться стоячими местами. В салоне было довольно тесно. Я на это не обращала внимания, смотря на виды за смотровым окном. А посмотреть было на что. Царство технологий и жизни, так бы я описала всё то, что увидала во время поездки. Правда, она долго не продлилась, и к моему сожалению, завершилась минут через пятнадцать.. От созерцания видов за окном, я была оторвана словами воспитательницы:

- Сейчас будет наша остановка. Мы выходим. - Сказала она и, не дожидаясь моего ответа, проследовала к дверям в начале автобуса.

Для того чтобы покинуть транспорт, нам снова пришлось приложить свои удостоверения к квадратному ящику.

Оказавшись снаружи, я невольно сделала глубокий вдох. В мои лёгкие широким потоком проник тёплый воздух. Стоит признать - поездка мне не совсем понравилась. Единственной отдушиной стало только разглядывание мелькавших за окном автобуса пейзажей с городской застройкой.

- Не отставай! - Бросила мне Нагата-сэнсэй, и пошла в неизвестном направлении. Мне не оставалось ничего, кроме как подчиниться и последовать следом. На улице было довольно многолюдно. Нам пришлось потратить какое-то время, прежде, чем улица закончилась, и мы достигли открытого пространства. Здесь находилось довольно большое, приземистое здание. На просторной площади, стояли автомобили самых разных конфигураций. . Периодически, на глаза попадались люди в белых одеждах.

–У вас, в Таиланде тоже такие больницы? – Поинтересовалась сопровождающая.

- Да, только врачи ходят в зелёных и синих халатах! – Сообщила я японке, вызвав её удивление. То, что мы прибыли в какую-то больницу или госпиталь, я поняла сразу.

Медицинский центр.

Мы перешли через открытое пространство, и сопровождающая повела меня в ту сторону, откуда появлялись местные врачи. .

В МЕДИЦИНСКОМ ЦЕНТРЕ.

Пройдя через большие раздвижные двери, мы попали в холл здания. Сэнсэй сразу же направилась к одной из девушек, сидящих за столами в огороженном пространстве. На ней была какая-то белая шапочка с названием больницы, в которую мы пришли. Тело закрывал короткий, до половины бедра, белый халат. Ноги были открыты, и оканчивались белыми туфельками на низком каблуке. С левой стороны груди у девушки висел бейджик с её именем и фамилией, но я их не прочла.

Девушка была довольно красивой и милой. На вид ей дашь чуть больше двадцати лет. Моя воспитательница, начала о чём-то с ней переговариваться. Я не вслушивалась в их разговор. Решила осмотреться.

Пока сэнсэй что-то выясняла, я пялилась обстановку и людей, находящихся тут же, в широком коридоре. Наконец, переговоры моей сопровождающей и девушки за стойкой, были окончены, и Нагата, подозвав меня, повела дальше. На всех дверях, встреченных нами по пути, были расположены таблички с указанием того, что скрывается за ними.

Мы остановились у двери, на которой была надпись:

心理学者

Ну, для тех, кто не умеет читать по-японски, эти закорючки будут непонятны. Но мне стало ясно, куда мы пришли – на двери было ясно написано:

«ПСИХОЛОГ ХИНОХАРА».

Воспитательница вежливо постучалась.

- Войдите! - Раздался изнутри мужской голос. Вначале вошла моя сопровождающая и поздоровалась с врачом, а вслед за ней в комнату ступила я:

- Охайо, Хинохара-сан! - Проявила вежливость, на входе в помещение сэнсэй. .

- Охайо! - Добродушно ответил он женщине.

Вообще-то, глядя на этого мужчину, первое впечатление складывалось, как о «добром дяденьке», который прямо сейчас вручит тебе подарок, о котором ты мечтала всю жизнь. Но, я не расслаблялась, в присутствии человека данной профессии, это может выйти боком. Уж кому-кому, как не мне, доподлинно известно, что после общения с этим дяденькой, мне могут выдать такую справку, что я не то что в Корею, вообще никуда не попаду, даже из детского дома меня попрут!

А потому, в данных обстоятельствах, нужно контролировать каждое своё слово и жест.

- Я привела вам иностранную гражданку, она из Таиланда. Зовут её Лиса-тян. Вчера её принесли полицейские, девочка была без сознания. Как попала в Тибо, она не помнит. А сегодня на неё напала одна из наших воспитательниц, которая оказалась, связана с якудза! Девочка говорит, что никогда не встречала напавшую на неё женщину, так как до попадания в Тиба, жила в Бангкоке. – Коротко ввела врача в курс дела Нагата.

- Это очень интересно... - Уставился на меня психолог Хинохара. – А по-японски она говорит?

- Да, причём, без всякого акцента.

В этот момент, очень хотелось верить в то, что мне удаётся сохранять вид недалёкой девушки. Если этот врач, что-то заподозрит, то мне придётся несладко.

- Значит, Лиса-тян... - Задумчиво произнёс он, вставая со своего стула. Неспешно подойдя к шкафу, содержащему различные папки, он начал медленно перебирать их корешки. Не знаю, специально он так делал или проводил испытание, но мне стоило огромного труда оставаться спокойной. Сразу видно - профессионал. Начал выводить из себя с первых минут знакомства.

Закончив свои поиски, врач, с удовлетворением вытащив одну из папок, и всё так же, не спеша, направился к столу. Мне стоило огромного труда сдержаться и не «закатить глаза». А ведь этот мужчина, даже не предложил дамам присесть, хотя рядом со столом, стояло еще два, вполне удобных на вид, стула. Потом я вспомнила, что это местный обычай.

Покопавшись в своих бумагах, психолог взглянул на меня, и указав пальцем на стул перед его столом, сказал:

- Садись вот сюда, прямо напротив меня. Сейчас я буду задавать тебе вопросы, а ты постарайся на них ответить, как можно, точнее и полнее.

«Ага, «добрый доктор», наконец-то, приступил, к своему делу». – Подумала я, поудобнее усаживаясь на стул.

- Хинохара-сан, когда мне зайти за девочкой? - Пока я елозила попой по сидению, задала вопрос эскулапу моя воспитательница. Она что, оставит меня одну с этим противным психологом? Хотя, я не знаю местных правил. Может, так положено? Тут мой взгляд упал на стену, и я увидала календарь.

А ведь это именно та информация, которая меня так сильно интересовала! Надеюсь, что Хинохара, исправно заменяет календарь вовремя и на стене, я сейчас вижу актуальную информацию. Значит, как мне передали в последней депеше из Центра, я попала в 2010 год. Четыре месяца перечёркнуты. И что это значит? Выходит, что сейчас май 2010 года. Число для меня значения не имеет. Как пойду в школу, если мне разрешат туда ходить, выясню все недостающие сведения. По крайней мере, хочется в это верить.

Пока я смотрела на настенный календарь, врач и воспитательница продолжили беседу:

- Тестирование займёт пару часов. Сейчас девять часов утра. Если у вас есть дела, то можете заехать за Лисой-тян в полдень. Думаю, к этому времени мы закончим. - Ответил доктор.

Ответ психолога, по всей видимости, удовлетворил мою воспитательницу, так как на её лице появилась улыбка. Попрощавшись с доктором, она мгновенно испарилась из кабинета. Ясно, не я одна чувствую себя не в своей тарелке, в компании «доброго дяди психолога».

«Эй, женщина! Не оставляй меня одну с этим извращенцем!». – Мысленно взмолилась я, но, как видно, сегодня не мой день. То пытаются убить, то желают проникнуть мне в мозги! Черт, даже мозги заныли от плохого предчувствия, передав тупую боль костям черепной коробки!

- Так, Лиса-тян, теперь займёмся тобой. Вот тебе лист бумаги, ручка - нарисуй что-нибудь.

А вот к такому меня точно не готовили. Да и не рисовала я никогда. Что делать? Краем глаза замечаю, что врач внимательно наблюдает за мной. И что мне изобразить? Ай, ладно, попытаюсь нарисовать автобус, в котором мы ехали в эту больницу.

Так. Рисуем прямоугольник. Теперь пририсуем двери. Окна там были большие, и в них должны быть видны головы людей, сидящих внутри. Так, изобразим их в виде кружочков. Ничего не забыла? Ай, колёса! Ведь автобус передвигался на них. Дорисовываем. Вроде всё!

Мучилась примерно пятнадцать минут. Лучше бы он меня попросил автомат разобрать и собрать, ну или там бомбу приготовить из подручных материалов. Мне всегда казалось,, что на должность психолога берут только изуверов и садистов...

Смотрю на своё художество. Мла, я точно не художник. Круги больше похожи на букву «е», прямоугольник и квадраты – кривые. Чещу репу, но исправлять не буду. Сижу и пялюсь на свой рисунок. Наконец, даже нервы доктора не выдерживают:

- Хватит, Лиса-тян, достаточно. – Останавливает меня мужчина - Теперь объясни мне, что ты хотела изобразить?

Рисунок Лисы на тестировании у психолога.

– Я изобразила автобус, Хинохара-сан. Приношу свои извинения, если получилось не очень похоже. – С виноватой интонацией в голосе протягиваю лист с моим шедевром врачу. На лице психолога отразилась заинтересованность, и он спросил:

- А почему именно автобус? Чем он тебя так поразил, Лиса-тян?.

- Дело в том, что в Бангкоке, ну, у себя дома… - Начинаю я пояснять доктору, и тут же останавливаюсь.

Чёрт! Я ведь по «легенде» родилась и выросла в городе, где автобусы и моторикши являются основным видом транспорта! Так что, сказать доктору, что меня поразил именно автобус, расписаться в своей некомпетентности, как агента! Даже не представляю, что после этого будет!

- Ну, Лиса-тян, что же вы замолчали?

- Только сейчас я вспомнила, как ездила на автобусе в школу у себя дома.

- Так, так, а ещё на чём вы ездили? – Мягко подгоняет меня врач.

- Ну, на машине моего папы Марко. Это был довольно старый «Мерседес». Ещё ездила на тук-туке…

- Что это, деточка? Извини, но я никогда не был в Таиланде. – Мягко и тихо говорит мне врач.

Посмотрела ему в глаза. Врёт ведь!

- Тук-тук - это моторикша, здесь я их не видала. Наверное, у вас, их нет…

- Хорошо. А как ты попала в Тиба?

- Не знаю. Помню, что мы с мамой и папой летели в самолёте, И я заснула. Проснулась уже в детском доме.

- А когда это было?

- Не помню.

- Так, так, так! Ты сказала, летели. Кто ещё был с тобой?

- Не помню! – Как мне написали из Центра. Самолёт упал в прошлом месяце. И как мне объяснить, что я делала всё это время, и как попала в Тиба? Лучше имитирую небольшую амнезию. Если получится, и мозголом не заподозрит меня в обмане.

Слава богу, что психолог перестал интересоваться самолётом.

- Хорошо, значит ты, увидев автобус, вспомнила, что ездила на этом виде транспорта у себя дома?

- Да, господин доктор. Просто удивилась, что тут он покрашен одноцветно. У нас, в Бангкоке, на бортах автобусов нанесены цветные линии. Они означают не только маршрут, но и показывают, какая стоимость билета именно на этот рейс.

- Интересно! У нас до такого пока не додумались. – Усмехается врач. – Лиса-тян, а почему ты изобразила в окнах автобуса людей именно такими?

- Я плохо рисую. Пыталась изобразить головы, но они получились кривыми. – Всхлипываю я. делать подобные фокусы я умею, прошла специальный курс в Патруле.

- Не огорчайся, я тоже плохо рисую. – Говорит мне врач, не отрывая от меня взгляда.

- Да? - Я не отвела глаз в сторону, продолжая смотреть на него как ни в чём не бывало. При этом я старалась сохранить вид наивной девушки. Было непросто, но, видимо, у меня пока получалось.т

– А кроме автобуса, ты ведь видела что-то. пока вы ехали сюда с воспитательницей? – Мне показалось или в вопросе доктора содержалось хорошо скрытое ехидство.

– Именно так, Хинохара-сан. – Не стала отрицать очевидного я…

– В таком случае, почему ты ничего другого не нарисовала? – Не унимался вредный дядька.

– Ну, я так много успела увидеть, что всё это просто не поместится на этом маленьком листе бумаги. Вот я и решила, что лучше нарисовать автобус.

Хинохара тяжело вздохнул и потёр вначале виски, а потом переносицу.

– Хорошо, на этом мы закончим с рисованием. – «Выдавил» улыбку психолог. – А теперь посмотри сюда.

Эскулап развернул ко мне монитор, который стоял у него на столе. Что это такое, я узнала во время подготовки. У нас тоже были подобные устройства, но они давали голографические изображения, а здесь на экране были плоские рисунки. Всё-таки, я родилась через двести лет, и техника уже была другая.

– Сейчас я буду показывать тебе изображения, а ты должна будешь назвать то, что увидишь на экране. – «Обрадовал» меня доктор.

– Хорошо, Хинохара-сан. – Ответила я, кивнула вдобавок головой, и тем самым, подтверждая свою готовность к сотрудничеству.

Он стал показывать мне изображения. Я стала отвечать. К моему большому сожалению, большинство того, что мне было показано, я так и не смогла назвать.

Следом за этим начался очередной этап проверки. Теперь доктор произносил фразы, а я пыталась их продолжить. Затем Хинохара поставил мне задачу озвучить свои мысли насчёт того, о чём он спросит. Потом он начал опрашивать меня на тему «как я себя поведу в той или иной ситуации» и о другой прочей ерунде...

Я сильно вспотела, и готова была задушить своего «мучителя», когда в дверь постучали.

– Войдите! – Милостиво разрешил «злобный» психолог. Я вздохнула с облегчением: «Спасибо тебе, добрый человек, кто бы ты ни был».

В кабинет зашла моя воспитательница.

– Мы уже закончили, можете забрать свою воспитанницу. Вам ещё один, а может два раза придётся привести ко мне вашу воспитанницу! – Злобный Хинохара, одной этой фразой, перечеркнул мою надежду на то, что я с ним больше никогда не увижусь. Из моей груди, помимо воли, вырвался горестный вздох. В глазах врача промелькнуло ехидство.

«Старый козёл! При второй встрече я сделаю из тебя отбивную!». – Злобно подумала я, скользнув по врачу взглядом.

Распрощавшись с обитателем этого кабинета, Нагата повела меня вглубь больницы.

«Это что получается – мои пытки на сегодня не закончены? Да что это творится такое: меня что, замучить решили?» – Всё моё естество переполняли негодование и злость. Такими темпами недолго всё испортить. Придётся держать себя в руках, чтобы не выкинуть какой-нибудь фигни. Вдох. Выдох. Вдох. Выдох!

- Ты что делаешь, Лиса-тян?! – Сопровождающая остановила меня, и тревожно заглянула в глаза. - Лиса-тян, тебе плохо?

- Нет, Нагата-сэнсэй, просто настраиваюсь на другие проверки.

Преподавательница ничего не сказала.

Судя по всему, у моей воспитательницы был какой-то план насчёт меня, так как она уверенным шагом подошла к одной из дверей. Дальше и вспоминать неохота. Это был кабинет врача-гинеколога, который «занимается», естественно, только девочками. Я впервые попала на гинекологическое кресло во время учёбы на курсах Патруля. Так что, не волновалась, знала, что будет формальная проверка. Ведь мне тринадцать лет, а не шестнадцать. Поэтому, делала всё, что говорил мне гинеколог совершенно спокойно.

После посещения кабинета гинеколога я стала обладательницей информации о том, что «женское» здоровье у меня «в норме» и о том, что, я не успела потерять девственность. Я хмыкнула. То, что я девственница, я и так знала.

В другом кабинете у меня взяли кровь из пальца. Сказали, что для «анализа». Они что, меня клонировать хотят? Для чего все эти пытки? К счастью, «кровавый» кабинет был конечной точкой нашей прогулки по «проклятому» месту» именуемому официально «медицинский центр». Мне уже не терпелось покинуть эти стены. К моему огромному облегчению, Нагата не разочаровала, и вскоре мы вышли из здания. .

На улице попалась на глаза девушка лет двадцати, которая шла мне навстречу «уткнувшись» в какое-то устройство. Раньше я не придавала этому значение. Хотя и видала людей с подобными гаджетами в автобусе и на улице. Но тут взгляд словно «прилип» к диковинной вещичке. Присмотревшись, я заметила, что немало людей используют подобные «штуки», не выпуская их из рук, даже во время ходьбы. Мне стало интересно.

– Нагата-сэнсэй, а что это за штуки у всех в руках? – Поинтересовалась я, указав кивком в сторону очередного прохожего со странным устройством, которое он держал на ладони левой руки, а пальцем правой в это время тыкал в заинтересовавший меня аппарат. Воспитательница посмотрела в указанном мной направлении и соизволила дать мне свой ответ:

– Это устройство называется «смартфон». Оно служит для общения людей друг с другом, а также для доступа к сети «Интернет». У вас в Таиланде разве тет подобных телефонов?

Чёрт! То, что мне показывали в Центре во время тренировок инструкторы, и называли телефоном, было раза в три крупнее увиденного сейчас «смартфона». И кнопок там было гораздо больше! Странно, ведь у Патруля есть возможность посылать людей во все века, и подробно исследовать имеющуюся там технику. Так почему мне не показали эти «смартфоны»? Ладно, ответа я не получу, связи больше нет.

Значит, то, что я вижу в руках людей, может подключить меня к Интернету? Тогда, это очень нужный для меня гаджет!

- А где они его берут? – Спрашиваю у преподавательницы.

- Покупают в магазине! – Пожимает плечами японка. После её ответа мне очень сильно захотелось получить в своё пользование похожее приспособление. Это именно то, что мне сейчас необходимо «как воздух»!

– Нагата-сэнсэй, а я как я могу получить подобную вещь? – Задала я женщине очередной вопрос. Она недоуменно посмотрела на меня, и покачала головой. Было видно, что воспитательнице в тягость отвечать на мои вопросы, ответы на которые здесь знает каждый ребёнок. Но нужно отдать ей должное – она всё же отреагировала.

– Не думала я, что в Таиланд так отстал от нас, что дети не видали простых смартфонов. Ты, Лиса-тян, можешь только купить их в магазине. Но для этого нужны деньги. – Огорошила меня своим ответом сопровождающая. Я решила больше не задавать вопросов, чтобы лишний раз не злить свою воспитательницу. Было заметно, что ей не по нраву возиться со мной. Вот как она умудрилась стать воспитателем?

Обратно, в детский дом, мы добирались уже проверенным способом – на автобусе. По возвращению в «родные стены» воспитательница отвела меня к уже знакомому, по завтраку, помещению. Там мы с ней и расстались. Я пошла на обед, а она скрылась в неизвестном направлении.

НАША КОМНАТА..

После приёма пищи наконец-то наступило свободное время. К сожалению, никто не удосужился объяснить мои обязанности или то, чем здесь вообще можно заняться, чтобы скоротать время до возвращения Майко. Я бесцельно побродила по коридорам и так ничего и не придумав, пошла в свою жилую комнату.

Время тянулось бесконечно долго, скука порождала в голове абсурдные мысли. Подруга пока так и не объявилась. Чтобы не сойти с ума от тягостного ожидания, я решила провести ревизию своей тумбочки. Осмотр находящихся в ней предметов мало, что принёс в плане познания. Да, некоторые вещи я действительно видала в Центре, но, к моему глубокому сожалению, тут были и такие предметы, назначение которых я не смогла определить. Правда, их было подавляющее большинство. Ладно, разберёмся по ходу жизни.

Узнать, сколько времени прошло с момента начала ожидания, никакой возможности у меня не было. Единственное, что я поняла – это то, что дело близится к вечеру. Даже поговорить не с кем. В комнате я сидела в гордом одиночестве. Так и не найдя для себя нового занятия, я решила скрасить ожидание самым простым способом. Взяла – и просто легла на свою кровать, закрыв при этом глаза. Незаметно для себя, я провалилась в сон без сновидений.

Проснулась я из-за девичьих голосов, разносящихся в комнате.

– Вы только посмотрите на это! Мы там вкалываем, а эта тайка тут балдеет, лёжа на кровати! – Возмутилась одна из моих вернувшихся соседок. Я открыла глаза и посмотрел на гомонящих девушек. В их взглядах, без всякого труда, читались зависть и возмущение. Они же не знают, насколько тяжело мне далось ожидание. Слава всему, чему только можно, что появился хоть кто-то, с кем можно хотя бы поговорить!

Чтобы не раздражать соседок еще больше, нужно хоть как-то прокомментировать происходящее.

– Я не балдею, а умираю со скуки. Мне ведь запретили перемещаться в одиночку. В школу меня не пускают. Занятий тут днём с огнём не сыщешь. Вот я и задремала. – Вставая с кровати, произношу я, при этом добавив в голос немного негодования. Теперь я выглядела в их глазах жертвой, которую несправедливо оклеветали. Во взглядах девушек, нацеленных, в данный момент, на меня, появилось сострадание. Таким вот нехитрым способом я «переквалифицировалась» из злостного нарушителя порядка в жертву обстоятельств. Спасибо моим инструкторам за науку.

- Ладно, извини меня! Тебя ведь Лиса зовут? Я погорячилась. Всё время забываю, что ты тут второй день. – Покаялась эта не очень то и красивая девушка.

– Я не обижаюсь. Тоже возмутилась бы, на твоём месте. – Приняла я её извинения, со слабой улыбкой на губах.

На этом назревающий конфликт был исчерпан. Соседки по комнате принялись «разоружаться», избавляясь от лишних вещей. Некоторые девушки, которые, видимо, были побогаче, сменили школьную форму на обычную одежду. Хотя насчёт её обычности я пока не могу утверждать – просто моё предположение.

– А где Майко? – Спросила я у них, ни к кому конкретно не обращаясь. Это, конечно, невежливо и я таким образом рискую нарваться на общественное порицание, но соседки все были заняты в данный момент своими делами и не обращали на меня совершенно никакого внимания. Потому пришлось прибегнуть к такому способу обращения.

– Она в своём бесполезном клубе задержалась. Должна, вот-вот, вернуться. – Ответила, даже не обернувшись в мою сторону, одна из девушек.

– Кстати, а не подскажете, случаем, как я могу получить доступ в Интернет? – Как бы между делом, решила уточнить я.

– В твоём случае, я думаю, что тебе поможет только библиотека. Там есть доступ в сеть. Но в игры ты там не поиграешь, – Спокойно ответила мне всё та же девушка. Я решила не наглеть и не стала больше задавать вопросов. Решила дождаться Майко и уже у неё узнать, где находится библиотека, и как туда попасть.

Закончив свои дела в комнате, мои соседки шумной стайкой покинули спальню, оставив меня в гордом одиночестве. Чувствую себя какой-то отщепенкой, с которой никто не хочет вести дела.

К моему большому облегчению, мне не пришлось больше коротать время в одиночестве. Открылась дверь и на пороге появилась Майко. На моих губах невольно появилась улыбка. Я действительно была рада снова увидеться со своей подругой. Она вернула мне улыбку в ответ и проследовала к своей кровати. Небрежно бросив на кровать свою сумку, и присев на неё сама, она обратилась ко мне:

– Я так сегодня устала – ты бы только знала. Да ещё и на дом столько заданий надавали, что даже и не знаю теперь – получится ли сегодня поспать. Учителя – садисты! – Вывалила она на меня целую кучу жалоб.

Я с участливым видом «поддакивала» ей. Если представить на месте её учителей моих бывших инструкторов, то я вполне разделяла её негодование.

– Бедненькая Майко-тян, совсем замучили тебя, изверги! – Подойдя к ней, я начала гладить её по голове. Моя подруга зажмурилась от удовольствия.

– Давай, давай, утешай меня, Лиса-тян, – Попыталась манипулировать мною эта хитрюга. Убрала руку от её головы, чем она осталась, явно недовольна.

– Ладно, хорошего понемногу, – Усмехнулась я. Затем, пользуясь моментом, решила уточнить интересующие меня сведения.

– Ты случаем не собираешься сегодня в библиотеку? Она тут близко или далеко? – Заинтересованно гляжу на подругу.

– К ней надо ехать на автобусе. Там все занимаются. И не только школьники, но студенты. Ты можешь прийти туда и прочитать то, что тебе нужно. – С важным видом ответила она.

– Ну, вообще-то мне нужен только доступ в Интернет, но и от книг я тоже не отказалась бы.

– Ну ты и врушка, Лиса-тян! Никогда не поверю, что у тебя сразу же проснулась тяга к знаниям! – Засмеялась моя подруга. – Учти, игры там не сыграешь!

– А мне они и не нужны. – Пробурчала я, недовольная тем, что оказалась объектом для шутки. - Так ты идёшь в библиотеку?

– Ага! Как раз, собиралась туда пойти. Буду только рада твоей компании. – Обрадовалась девушка.

– Тогда пойдём прямо сейчас. Не будем терять время зря.

– Банзай! – Весело воскликнула Майко, и, вскочив с кровати, схватила свою сумку.

Глава 4. День неожиданностей. Часть вторая.

ИНТЕРЛЮДИЯ

ГЛАВНОЕ ПОЛИЦЕЙСКОЕ УПРАВЛЕНИЕ ГОРОДА ТИБА.

- Значит, детектив Накаши, вы утверждаете, что арестованная сегодня утром в детском доме женщина, как её там, Ямато, на самом деле является агентом разветвлённой сети клана якудза «Листья Сакуры», который контролирует порт города? – Полковник Никато посмотрел на сидящего перед ним высокого сухопарого японца в сером костюме. Тот кивнул головой.

– Что ещё есть по этому делу?

- Она отказалась давать показания, и была переведена в камеру предварительного заключения, а через два часа её нашли там мёртвой…

- И, как всегда, никто ничего не видел, видеокамера была выключена, не так ли, детектив? – Ехидно спросил полковник.

Тот тяжело вздохнул, и кивком головы подтвердил сказанное начальником.

- Что говорит информатор?

- Всем рядовым членам банды раздали вот эти фотографии некоей иностранной школьницы. – Детектив положил на стол сделанную на принтере копию.

- И кто эта девица?

- Некая, Танака Хикари. Её нашли полицейские пятнадцатого участка. Она лежала без сознания около одного из мусорных баков на окраине города. На ней было платье голубого цвета, и туфли на низком каблуке. На груди у неё был прикреплен бейджик с именем и фамилией. Так как у неё не было документов, а на вид девушке не больше 13-15 лет, начальник отделения приказал доставить Танаку в детский дом, который находился поблизости. Сегодня утром поступило сообщение о вооружённом нападении на одну из воспитанниц этого детского дома. Там и была схвачена Ямато - одна из воспитательниц, работающая в этом учреждении уже три месяца. Директор детского дома принял её по рекомендации из Министерства образования на должность старшей воспитательницы. Откуда у неё пистолет, тем более с глушителем, неизвестно. Кстати, такой тип оружия в нашей стране найти сложно. Это пистолет австрийского производства. Она и пыталась убить эту Танаку, которая оказалась тайской школьницей, Лалисой Манобан, непонятно каким образом, попавшей в Японию. Девчонке удалось обезоружить преступницу, а затем и лишить её сознания…

- Это как? – Удивился полковник.

- Оказалось, что школьница владеет кунг-фу. Она применила «удар скорпиона».

- Стоп! С Бангкоком связывались?

- Да. Но оттуда пришёл ответ, что никакой Лалисы Манобан не существует. Была только Пранприя Манобал, но она погибла месяц назад в авиакатастрофе над Осака, вместе с родителями – Читтип Манобал и Марко Брюшвайлером. Хотя, тайская полиция категорически не утверждает о невозможности существования девочки с именем Лалиса Манобан, так как у них нет данных о многих детях, прибывающих с родителями из провинции в столицу. Сама эта Лалиса ничего не помнит, не понимает, как попала в Японию. Я думаю, что если она и похищена, то её семья принадлежит к среднему классу, о чём говорят навыки школьницы.

- Что предполагаете?

- Кто-то похитил девочку ещё в Таиланде, накачал лекарствами, и перевёз к нам. Ей удалось сбежать, но недалеко. Теперь тот, кто её доставил в Тиба, узнал, что она жива, и пытается её найти, связавшись с якудза.

- А Ямато успела передать своим, что нашла эту, как её...

- Лису, Лалису, шеф! – Подсказывает детектив. – Нет. Очевидно, она случайно опознала в принесённой полицией девочке сбежавшую школьницу. По непонятным причинам, преступница не воспользовалась телефоном, и не сообщила боссу, что нашла искомое. Наверное, решила, выделится, и лично убить эту Лису.

- Но почему именно, убить? Что говорит информатор?

- Я его спрашивал. Никто не заказывал убийство школьницы. Заказ предусматривал только её опознание. Чем вызвана попытка Ямато, убить девчонку, нам уже не понять, преступница мертва.

- Что предполагаете?

- Я думаю, что вся история связана с незаконной торговлей рабами. Сами знаете, сколько иностранок работают в под контролем якудза проститутками. Тем более, что выяснилось умение Лисы танцевать, петь, говорить на нескольких языках.

- Ладно, что думаете делать?

- Рядовые бандиты, которым раздали фото девочки, если и увидят её, то сообщат об этом боссу. Но вероятность такого случая довольно низка.

- Но она существует! Детектив, я не думаю, что даже арест руководителей клана даст положительные результаты, и мы выйдем на торговцев рабами. Так что, можете закрыть это дело. Тем более, что преступница мертва, оружие конфисковано.

- Хай! – Детектив поднялся, и вышел из кабинета полковника.

Как только подчинённый исчез за дверью, владелец кабинета достал из ящика стола коробку, вскрыл её, и вытащил телефон.

- Я приеду через полчаса! – Бросил он секретарше.

Выйдя из здания на улицу, он сел а свою машину, и отъехал пол квартала. Он достал телефон, набрал какой-то номер.

- Като-сан, это я. Вам дали заказ на розыск какой-то девчонки?

- Да, а ты откуда знаешь, Сато?

- Немного погоди, у меня ещё один вопрос. Кто вам посоветовал взять на работу некую Ямато Кодзи?

- Сейчас вспомню. Так, это сделал замминистра по образованию по просьбе неназванного влиятельного человека. А что случилось?

- Эта Ямато сегодня скончалась в камере предварительного заключения. Она пыталась в детском доме, куда её устроили ваши люди, застрелить одну воспитанницу из пистолета с глушителем. Но школьница оказалась проворнее, и вырубила эту Ямато. То, что она попала на должность воспитателя через вас, уже известно полиции.

- А зачем ей надо было кого-то убивать? Никто ей такого задания не давал! Ты сам знаешь, Сато, что мы теперь действуем осторожно, и не стремимся к лишним смертям?!

-- Като-сан, она в школьнице опознала ту девчонку, на которую вам пришёл заказ. А чего полезла её убивать, детективы не поняли. Могла просто позвонить Ямагари-софу. Теперь ваши люди засвечены. Придётся отобрать у них фотографии школьницы. Немедленно звоните руководству. Пусть отменят приказ! Не знаю, лучше, чтобы наши люди не нашли школьницу в Тиба.

- Сато, ты отвечаешь за свои слова, ведь нам обещали большие деньги за опознание девчонки?

- Да, я отвечаю за свои слова! Это подстава! Кто-то хочет выйти на след наших «людоловов». Скорее всего, это Международная полицейская организация. Посоветуйте боссам, чтобы временно прекратили операции по всей Азии. Примерно, на год. Пусть ребята немного потеряют в деньгах, зато останутся живы! Они ведь не хотят стать фигурантами международного скандала! Про девчонку забудьте! Нет её в Тиба! Пусть заказчик сам её ищет, где хочет! Хай!

Машина полковника вновь тронулась. Проезжая мимо мусорного бака, он переломил телефон, который только что использовал, пополам, и бросил в кучу отходов. Проехав ещё немного, мужчина снял с рук перчатки, которые надел, прежде чем звонить, и бросил в сточную канаву, по которой текла мутная вода…

ОСАКА, ЦЕНТР ГОРОДА.

(За несколько дней до попадания Лисы в детский дом города Тиба).

В одном из популярных ресторанов портового города, за столиком, находящимся в дальнем углу помещения, разместился молодой, спортивного телосложения, симпатичный мужчина. Он сидел в гордом одиночестве и потягивал из стакана пиво. Гейдзинов в Осака довольно много – это бизнесмены из разных стран, моряки с кораблей, бросивших якорь в порту города, туристы. Поэтому, на сидевшего в ресторане человека никто не обращал внимания. Как видно, его это полностью устраивало. Он лениво смотрел на сидящих за другими столиками людей, и о чём-то думал. Скорее всего, ему была назначена встреча, и молодой человек пришёл загодя, чтобы не опоздать, так как в эти часы в городе постоянно случались автомобильные пробки. Гайдзин просидел за столом ещё минут двадцать, посмотрел на часы, и заказал официанту два кофе. Пока тот выполнялся это заказ, мужчина встал и начал разминать мускулатуру на руках.

Неожиданно его уединение прервал ничем не примечательный мужчина средних лет. Он, в отличие от гайдзина, был истинным японцем.. На азиате был надет строгий чёрный деловой костюм, который очень подходил к обстановке ресторана. Создавалось впечатление, что японец приглашён гайдзином на деловые переговоры, за которыми последует традиционный обед. Тем более, что общий вид японца дополнялся кейсом, в котором могли быть документы, необходимые для ведения переговоров. Правда, некоторое смущение вызывал наручник, одна часть которого шла под рукав пиджака азиата, а вторая замыкалась на ручке металлического кейса.

– Я присяду! – Безапелляционно заявил пришедший незнакомец без намёка на вопросительную интонацию в голосе, разрушив тем самым царившую за этим столиком атмосферу одиночества. Говорил он на русском, так как отлично знал о том, что его собеседник является носителем этого языка.

– Быстро нашли?

- А что вас искать, наши люди уже три дня вас «пасут».

- Вот, б…ь! – Недовольно пробурчал себе под нос «обитатель укромного уголка» и, отхлебнув из стакана остатки пива, добавил: – Присаживайся, раз уж припёрся!

В это время подошёл официант, неся на подносе заказанный кофе.

Человек в костюме с невозмутимым видом «приземлился» на стул напротив, и за столиком, на пару минут, вновь воцарилась тишина. Оба собеседника тихо отхлёбывали из чашек кофе. Вопреки всяким ожиданиям, опустошив чашку, первым заговорил мужчина, занявший этот столик до прихода японца.

– Давай, сразу перейдём к делу. Не будем топтаться вокруг да около. Вы ведь не просто так меня разыскивали? Значит, у вас есть, что мне предложить. – Мужчина посмотрел в глаза собеседнику. Если я ошибся, или мы не сойдёмся в цене, то просто разойдёмся. А вашему снайперу скажите, чтобы он лучше маскировал прицел, иначе, однажды слетит с крыши, и последнее, что увидит, будет асфальт, в который он врежется головой!

Японец вытащил телефон из внутреннего кармана пиджака, и сказал:

- Тебя давно вычислили, убирайся оттуда. После этого он взглянул на собеседника:

– Я рад, что мы в вас не ошиблись – Азиат позволил себе улыбку. – Вы правы, у нас есть для вас одно дельце. – С этими словами он открыл кейс и, достав из него тонкую папку, положил её на стол. – Вот, посмотрите сами.

«Исполнитель», взял папку в руки и открыв её, быстро пробежался глазами по содержимому листа формата А4, находившемуся внутри. На его лице отразилось удивление от прочитанной информации. Правда, это было всего лишь мгновение, и его лицо приняло обычное выражение. Он вернул папку владельцу, и спросил:.

– Вы серьёзно? Если бы я не знал вашу организацию достаточно хорошо, то подумал бы, что вы меня разыгрываете. – Его голос выражал недовольство.

Японец невозмутимо заложил лист с текстом обратно в кейс.

– Если не секрет, то хотелось бы спросить, чем же таким тринадцатилетняя школьница смогла насолить столь могущественной организации, что вы решили нанять меня? У вас что, своих людей нет для этого? И где мне её искать? Не буду же я бегать по всей Японии, меня просто опознают агенты ваших спецслужб, а сидеть в вашей тюрьме, я не намерен! – Понизив громкость голоса, поинтересовался наёмник.

– Людей у нас полно. Но у них, как бы это выразиться... Несколько иной профиль. Нам не нужно, чтобы с девушкой что-то «случилось». Нужно выкрасть её из Японии. Корабль будет ждать в порту Йокогамы. Но вы доставите её в один из ангаров близ города, адрес мы вам скинем на телефон. Там же вы получите полный расчёт, и сможете уехать из нашей страны. Деньги для организации операции вам переведут в два этапа. Если вы согласны, то уйдёте отсюда с кейсом, в нём половина суммы. На них вы организуете поиски школьницы. Где она сейчас находится, нам неизвестно…

- Мне что, искать её на всей территории Японии? – Возмутился наёмник.

- Нет, сразу после того, как вы согласитесь на эту работу, вам на телефон придёт список мест, где она, возможно, находится сейчас. Вторую часть денег вы получите, как только захватите девчонку, и привезёте в ангар…

- Не советую пытаться играть со мной!

- Нет, мы знаем ваши возможности. Всё будет честно, без обмана. Вы нам школьницу, мы вам деньги.

– Интересное дельце вы мне предлагаете. И очень рискованное, хочу заметить. Думаю, вам придётся хорошенько раскошелиться, чтобы я согласился на такое. – Начал набивать себе цену наёмник. Впрочем, японца в костюме это нисколько не смутило. Он хорошо изучил повадки данного индивида и потому был заранее готов к подобному. Вынув из внутреннего кармана пиджака бумажку с заранее записанной суммой гонорара, он положил её на стол и подтолкнул поближе к наёмнику.

– Надеюсь, такая сумма вас устроит? – С улыбкой осведомился заказчик. Исполнитель взял бумажку и посмотрел на цифры. В глазах, на мгновение, появился алчный блеск.

– Вполне! – Впервые за всё время разговора улыбнулся исполнитель. – Пранприя Манобал, значит... Давненько я не сталкивался с тайцами! Фотография есть?

- Вот! – Японец достал изображение, и передал наёмнику.

Тот взял фотографию, взглянул на неё, и заложил в карман.

– Я берусь за это дело, – Бросил он заказчику.

- Хорошо! Можете взять кейс. Азиат отстегнул наручники, и ногой пододвинул металлический чемоданчик наёмнику.

- Деньги под вторым дном! – Шепнул он, и встал.

- Обедать не будем? – Поинтересовался наёмник. – Приглашаю!

- Тогда, будем! – Широко улыбнулся заказчик. Он достал телефон, и куда-то позвонил. Закончив разговор словом «хай», японец посмотрел на собеседника.

- Ну, что мне заказать? – Поинтересовался наёмник….

ПОХОД В БИБЛИОТЕКУ.

В библиотеку мы отправились на автобусе , правда, на этот раз номер маршрута был другой. Если в больницу мы ехали с Нагата-сэнсэй всё время по прямой, то сейчас транспорт два раза повернул на какие-то боковые улицы. Я пыталась запомнить путь автобуса. Вдруг это мне пригодится? Шустрая Майко, каким-то чудом, сходу успела занять себе сидячее место, как только мы влезли в автобус. Мне же, вновь, пришлось ехать стоя, держась за верхние поручни. Хотя, это и было не очень удобно. На ближайшей остановке в салон автобуса зашла пожилая женщина, увидев которую, Майко сразу же освободила своё место, уступив его этой старушке.

Теперь она присоединилась ко мне. Мы вместе стояли в проходе, между сидячими местами. Недолго же продлилась её поездка в комфорте! Так ей и надо. Ничего, здоровее будет! Пока доехали до нужной нам остановки, я смотрела в окно, чтобы запомнить путь. Прямо в ухо мне трещала моя подруга, и я стала обладателем кучи ненужной мне информации о том, что кто и кому сказал во время перемен в школе. В другое ухо влетали обрывки разговоров пассажиров. И всё это вливалось в мой бедный мозг с информацией от глаз, которыми я пялилась обзорное окно. Там проплывали городские улицы с множеством разнообразных зданий. Туда-сюда по улицам города передвигалось множество людей, порою одетых в такие «кричащие» одежды самых разнообразных «вырвиглазистых» цветов и оттенков, что у меня аж дух захватывало от всего этого разнообразия. Ничего себе жили предки! А мы по истории учили, что было много безработных, всегда, чуть ли не раз в два года, экономику разных государств поражали кризисы, и куча народу беднела…

Что-то я не вижу толп несчастных и забитых рабочих…

Хотя, может быть, я попала в год, когда не было никакого кризиса, и экономика была на подъёме? Не знаю…

Внешний вид некоторых подростков, увиденных мною через окно, был порой столь неординарным, что мне оставалось только диву даваться. Некоторые из них вели себя нагло, но их тут же «охлаждали» другие люди. На дороге было множество самых разнообразных машин, и иногда, мимо проносились люди, на странных двухколёсных транспортных средствах. Нет, у нас тоже были похожие на них, правда, летающие, аппараты. Но я поинтересовалась у подруги, что это такое. Инструкторы показывали мне какой-то вид двухколёсного транспорта, но называли его мотоциклом или мопедом. Майко шепнула мне, что замеченные мною машины называются «скутерами». В основном, нам по пути попадались (с её же слов) многочисленные «доставщики», которых из года в год на улицах города становилось всё больше.

Вот так, слушая подругу, завладевшую одним из моих ушей, пассажиров, нагружающих информацией моё второе ухо, и получая картинки через смотровое окно, слегка обалдевшая, я провела весь этот путь до библиотеки. Это позволило скоротать время, всё-таки, библиотека была в два раза дальше, чем больница.

– Нам сейчас выходить, – Неожиданно сказала Майко и, взяв меня за руку, потащила в начало автобуса. Это было непросто сделать, ведь в проходе, помимо нас, находилось множество людей. Но, в итоге, мы справились. Автобус остановился напротив какого-то странного здания с огромными окнами, за которыми хорошо просматривались внутреннее убранство помещений и множество людей, находящихся за стеклом.

Мы спустились вслед за какими-то девицами, гола на три старше нас. У них в руках были смартфоны, в которые они глядели, переходя дорогу. Я удивилась, как им удаётся избежать встречи с машинами и скутерами. Но всё оказалось просто – Майко показала на светофор, который можно было включить с тротуара, нажав кнопку, укреплённую на столбе со светофором.

– Пойдём же, нам сюда! – Моя подруга потащила меня к входу в здание с огромными окнами. Мы подошли к большим стеклянным дверям. . При нашем приближении они приветливо разъехались в стороны, приглашая нас проследовать в очень просторное и хорошо освещённое помещение. Пройдя небольшой холл, мы попали в большой светлый зал.

Оказавшись внутри здания, я заворожено смотрела то, сколько разнообразных полок и стеллажей с книгами и всяким разным прочим бумажным товаром встретило меня там. В том, времени, где я родилась и умерла, книг не было. Их заменили различные электронные гаджеты. Впервые бумажную книгу я увидала во время подготовки к этой миссии. Вначале я даже не поняла, что это такое, пока инструктор не сказал мне, что именно такой способ передачи информации грядущим поколениям, существовал многие тысячи лет, пока книги не заменила электроника.

Про то. что книги и другую печатную продукцию древние люди хранили в специальных местах, именуемых библиотеками, я узнала на трёхгодичных курсах Патруля. Сейчас я попала именно в такое место, и тут кроме книг, стоящих на полках, я увидала воочию газеты, журналы и прочее, лежащее на специальных стендах. Меня поразили цветные обложки книг и журналов, на которых было много рисунков. Рядом со стеллажами находились столики со стульями. Было довольно многолюдно, но что стоит отметить особенно – это царящую тут тишину. Все люди, находящиеся здесь, занимались своими изысканиями молча. Я из занятий с инструкторами точно знала, что в библиотеках надо соблюдать тишину, чтобы не мешать другим людям, читающим там книги. Зачем я вообще попросила Майко повести меня в библиотеку?

Мне хотелось немного осмотреться и попробовать найти здесь информацию, которая могла бы пригодится в дальнейшем, но у Майко явно было своё мнение на данный счёт, поэтому она не дала мне приблизиться к полкам и стеллажам с книгами, и потащила меня дальше. Пришлось подняться следом за ней по лестнице, на второй этаж. Вначале мы прошли зал с ещё большим количеством стеллажей (разнообразных форм и размеров) с книгами. Казалось бы – куда уж больше. Ан, нет, как, оказалось, было куда.

Подняла голову наверх, чтобы понять, как высоко поднимаются ряды полок с книгами, и взглядом упёрлась в потолок, сделанный из стекла или прозрачного пластика. Мне очень понравилась библиотека. Думаю, что я часто теперь стану наведываться сюда. Это же настоящая сокровищница знаний. Даже не знаю, сколько нужно потратить жизней, чтобы изучить все те книги, которые представлены здесь.

Некоторые из полок на стеллажах пустовали, но подавляющее их большинство с лёгкостью могло порадовать читателя разнообразием книг на все возможные и невозможные темы. Между стеллажами прогуливались японцы всех возможных возрастных групп. Но в основном, в библиотеке нам попадались подростки, скорее всего – школьники. Точнее сказать было сложно, потому что далеко не все они были одеты в школьную форму, как, например, я и Майко.

Следуя за подругой, я попала на широкую галерею. Именно тут было выделено место под компьютеры.

Эти машины я узнала сразу. Правда, здесь у них мониторы были немного другие. Если у доктора в больнице я увидала прямоугольный, но тонкий монитор, то на библиотечном компьютере он был похож на прямоугольную коробку.

По лицу Майко я поняла, что именно галерея с компьютерами и является целью нашего прибытия в библиотеку.

Внимательно посмотрела на клавиатуру. Тут она была кнопочной, хотя, на смартфонах, которые я видала у людей в больнице и автобусе, были как сенсоры, так и кнопки. Скорее всего, сейчас период, когда большая часть электронных гаджетов переходит на сенсорное управление. Меня инструкторы обучили владению клавиатурой старого типа.

Майко указала на свободные места за столами, на которых стояли мониторы с клавиатурой.

- Лиса-тян, идём туда, пока они не заняты.

- А ты умеешь подключать их к Интернету?

- Тут и умения не надо! – Весело засмеялась подруга. – Эти ящики и так подключены к сети. Другое дело, что мы, как школьницы, не сможем зайти на игровые и многие другие сайты.

Мы заняли увиденные свободные места, и уселись в удобных креслах. Я внимательно рассмотрела тот компьютер, на котором мне предстояло работать. Так и есть, допотопный образец! Такой же, как у Майко. Ну что я могу сказать? Монитор у него был «физический», как и у доктора в больнице, а не голографический. Клавиатура состояла из коробки с кнопками, на которые были нанесены значки двух видов письменности. Это так называемая латиница, и знаки японского слогового письма. Поэтому, кнопок было много. Правда, повернув голову вправо от себя, я увидала, что у сидящей там девушки клавиатура представляла собой проекцию на столе, которая реагировала на нажатия пальцами. Значит, до этого уже додумались. Это хорошо, в следующий раз попытаюсь сесть за компьютер с такой клавиатурой.

Так же тут присутствовал ещё один, но уже «материальный» манипулятор. Подглядев за действиями, которые производила девушка лет двадцати, сидящая за компьютером справа от меня, я вспомнила, что мои инструкторы говорили о «фиговине, которая представляла собой овальный пластиковый корпус с колёсиком в середине. Вроде, она называется «мышкой». Хотя, могли же придумать другое название!

Да, я боюсь мышей, и ещё, тараканов!

Ладно, на ум пришли вызубренные знания, что эта «мышка» нужна для управления стрелкой на экране. Также я заметила что некоторые из находящихся здесь людей, нажимают пальцами непосредственно на сам экран и это приводит к взаимодействию. Выходит, что в библиотеке стоят компьютеры разных поколений? Только потом я поняла, что всё дело тут в финансах, которыми обладает то или иное учреждение. Библиотеки правительством финансировались по остаточному принципу, поэтому в их залах и такой разнобой в технике.

На тот момент я просто подумала:

«Отлично – значит, технологии сенсорного управления в это время уже используются!».

Девушка, заметив мой интерес к своей персоне, интерпретировала его, судя по всему, как знак зависти, и хмыкнув, отвернулась от меня. Зато сидящий слева от нас парень, вначале оглядел меня и Майко с головы до ног, потом улыбнулся. Мне только мужского внимания и не хватало, для полного «счастья». Выбросив потенциального поклонника из головы и забыв о его существовании, я упёрлась взглядом в экран монитора, всячески игнорируя парня, который упорно пытался привлечь моё внимание. Мимолётно взглянула на подругу, и напоролась на ехидную улыбочку на её лице. Даже не буду пытаться угадать то, о чём она думала в этот момент.

Сам компьютер был уже подключён к сети, и на его экране горели какие-то значки. Их было штук тридцать.

Майко протянула руку и нажала пальцем в один из значков на экране. Открылось окно со строкой. Подруга вопросительно посмотрела на меня. Я утвердительно кивнула головой, на её взгляд, означавший вопрос: «Всё понятно?».

– Ты посиди пока тут, а я пойду, займусь своими домашними заданиями. Буду неподалёку. И ещё, Лиса-тян, – не шали тут! – Ехидно хихикнула она, она украдкой глянула в сторону моего «нового поклонника» (чтоб ему сдохнуть!) и, ещё раз прыснув в свой кулачок, поспешила ретироваться, избегая тем самым справедливого возмездия с моей стороны как её подруги. Вот язва!

Ладно, позже с ней разберусь. У меня мало времени. Нужно выжать максимум информации из этого Интернета.

Итак, дату я знаю. На это терять время не надо.

Беглый осмотр того, что я увидала на экране, показал, что меня обучали работе, именно в этом варианте рабочей системы. Так что, если надо, то я могу и взломать её, и изменить настройки. Так, вот этот значок, по-моему, должен открыть рабочее поле какого-нибудь сайта.

Жму. Ага! Теперь установим нужные мне настройки. Так, язык. Какой выбрать? Ну английский тут и так есть. Тайский поставить? Нет, оставим японский, чтобы никто не придрался. Жаль, у меня пока нет, не то что компьютера, я имею в виду, переносного (инструкторы показывали, вроде, ноутбук называется), но и обычного телефона. Надо будет, потом подумать, как их добыть. Воспитательница сказала, что всё можно купить в магазине. Ладно, пока нет у меня этих самых денег, и как их достать, я не знаю. Кстати, что деньги, это так называемые банкноты и монеты, я помню. А вот как называются, и как выглядят они в Японии, не знаю! Вроде меня этому обучали, но, наверное, из-за трудностей во время переноса, часть информации с моего мозга стёрлась…

Ага, значит, писать запрос надо в это поле!

Нажимаю на клавиши (одна, вроде, чуть-чуть заедает), пишу:

«Деньги Японии».

На экране тут же появляется куча ссылок. В итоге я, практически мгновенно, понимаю, что мне нужно много иен. Ведь именно они являются местной денежной единицей.

Следующим – задаю глупый, для всех, кроме меня, вопрос: «для чего нужны иены». Методом «тыка» открываю одну из предложенных ссылок, и загружается страница. Там я узнаю о том, как производятся покупки. Узнала, какие виды торговых площадок и магазинов существуют. Неизвестный эксперт с экрана монитора поведал мне о том, что иены можно заработать, для чего необходимо устроиться на работу и т. д.

Дальше я решила узнать о том, что дозволено, а что нет подросткам моего возраста. Безжалостный Интернет поведал мне о том, что, являясь, в данный момент, несовершеннолетней девушкой, я могу только жить и учиться с утра до ночи. Какие-то безрадостные перспективы. Копнув глубже, я поняла, что смогу, всё же, устроиться на арубайто (подработка – яп.). Но платить мне там будут сущие копейки, а работа будет не из лёгких. На такую зарплату даже старый телефон не купишь!

Настроение скакнуло вниз.

Когда я поинтересовалась тем, что ожидает воспитанника детского дома, моё настроение ухудшилось еще больше. Так как, если обобщить, в большинстве случаев таких подростков не ожидает ничего хорошего. Что за идиотская система у них тут? Что самое печальное во всём этом – это то, что я теперь «винтик» этой самой системы. Всё, о чём я сейчас узнала, мне предстоит испытать в дальнейшем на своей собственной «шкуре».

Если всё сложить вместе, то начинаешь невольно понимать, в какую задницу меня закинули! Чтобы отвлечься от всех этих нелёгких размышлений, я решила поискать полезную информацию о детских домах, ведь я живу сейчас в одном из них.

Но ничего не нашла. Есть только список таких учреждений, и всё. Запрос об огнестрельном оружии сразу дал мне знать, что, находясь в Японии, я могу о нём смело забыть (достать его здесь практически нереально). Тогда, откуда его взяла эта Ямато? Хотя, ей люди Хакера могли привезти…

Решила посмотреть, какие цены на подержанные смартфоны. Мда, лучше бы и не лезла на этот сайт. Да и система оплаты услуг тут какая-то странная, мне о таком инструкторы не рассказывали.

Оу, чуть не забыла! Мне ведь дали ещё одно задание! Надо ввести одну программу, и отправить её в местную сеть!

Как она называлась? Тер, террмел, термил… Чёрт!

«Программа «Терминатор» готова к ручному вводу в Интернет!».

А, вот и вспомнила! Пальцы сами начали быстро стучать по кнопкам. Я, как бы, отключилась от реальности и смотрела на экран, контролируя правильный ввод команд на машинном языке...

Время пролетело незаметно, но я очень многое узнала, особенно, о шоу-бизнесе, как японском, так и южнокорейском. Ведь моё основное задание – попасть в Южную Корею, стать трейни в одном из ведущих музыкальных агентств этой страны. Мне в Центре, перед заброской сюда, рекомендовали самой выбрать лэйбл, на месте, исходя из добытых о нём сведений. В архивах Патруля были только общие характеристики крупных агентств Южной Кореи. Выделялась четвёрка – SM, HYBE, JYP, YG. Вот я и должна попасть в один из них. Какой выбрать? Если следовать за прочитанным мной в архивах выборе самой Манобан, то все её вариации, в разных вселенных, выбирали агентство Ян Хён Сока. Правда, была и пара других вариантов, но в них не входил ни один из крупных лэйблов. За время, проведённое в библиотеке, я добыла довольно много нужной информации.

Но еще больше мне только предстоит выяснить. Но как это обычно и бывает – хорошего понемногу. Я вздрогнула от неожиданности, когда чья-то рука легла на моё плечо. Это вырвало меня из бесконечного потока информации, в котором я сейчас плавала. Взглянув на того, кто дерзко посмел помешать мне, я увидел Майко. Она явно намекала на то, что наше нахождение в столь прекрасном месте подошло к концу.

ПО ПУТИ ДОМОЙ.

Пришлось подчиниться и, с невольным вздохом, покинуть приютившее меня кресло. Ну, что тут поделаешь? Нужно возвращаться. Думаю, что мы ещё сюда вернёмся.

На улице сильно потемнело за то время, что мы находились в библиотеке. Включились уличные фонари. Я и моя подруга, дождавшись своего автобуса, тронулись в обратный путь, «домой».

Всё вновь повторяется, транспорт опять заполнен людьми (всё никак не могу привыкнуть к такому количеству людей вокруг себя). Мне и Майко снова предстоит стоять в проходе между сидячих мест. Уже стала уставать от монотонности очередной поездки, когда ощутила, как ко мне, стараясь действовать как можно незаметнее, начал «как бы случайно» время от времени прижиматься какой-то странный тип в очках. На вид ему было около тридцати лет. Точнее сказать не смогу. Возраст японцев очень сложно определить по внешности.

Так вот, природа решила отдохнуть на этом типе – он был ещё тем уродом и не вызывал у меня ничего кроме омерзения. И вот сейчас этот тип снова, как бы случайно, прижался ко мне. Вот урод! Не собираясь больше терпеть подобного, со всей доступной силы ударяю его под дых локтем. Этот мерзавец взвыл на весь автобус, от чего все шарахнулись от него в стороны, насколько это было возможно в наполненном людьми автобусе. Тут замечаю. Что у этого типа из рук выпадает какой-то плоский предмет.

Майко, каким-то образом заметила, что причиной переполоха стала её подруга и поспешила шёпотом уточнить:

– Зачем ты ударила этого мужика локтем? Я ведь видела, что ты специально это сделала!

– Этот урод прижимается ко мне уже пару остановок и думает, что я не замечаю, что он делает это намеренно, а не случайно, – Громко ляпнула я ей в ответ. Услышав это, моя подруга своими глазами и выражением лица сначала выказала удивление, а затем и гнев.

– Этот мужчина – извращенец! Он лапал мою подругу – держите негодяя! – Заверещала она на весь автобус, указывая на злосчастного мужчину в очках. Я не ожидала такого поворота. А что – так можно было? Надо отдать должное – в гневе Майко прекрасна!

– Она всё врёт! Я ничего такого в жизни не сделал бы. Я порядочный гражданин! – Начал он кричать в ответ, при этом разом вспотев.

- Ну а это что у него выпало из рук?! – Указываю на предмет у его ног.

- Это не моё! – Пытается отбрехаться этот урод.

– А мне всё ясно, – Проговорил спортивного вида японец, «висевший» на поручне неподалёку. – Что, на школьниц потянуло?! Совсем страх потерял?! - Было заметно, что он явно недолюбливает подобных типов, пристающих к маленьким девочкам.

– Да я никогда бы... – Начал, истерично крича как резанный, оправдываться извращенец.

– Вызывайте полицию! – Изрекла приговор любвеобильному очкарику одна из дам средних лет, находящаяся рядом.

Видимо, пассажиры быстро сориентировались в ситуации, и горячие новости достигли ушей водителя автобуса, так как транспорт внезапно встал на месте. Негодяя скрутили другие мужчины, и началось ожидание приезда полиции.

- Вот, это выпало из его рук! – Я осторожно подняла квадратную….губку для мытья. От неё шёл странный запах.

- Девочка, это надо отдать полиции! – Заявила одна женщина.

– Ты как? – Спросила меня Майко, заглядывая мне в глаза..

– Нормально. Когда уже этот день закончится? Я устала и хочу спать, – Как можно более жалобно, так чтобы слышали окружающие, ответил я подруге. Да я снова пытаюсь манипулировать окружающими. Боюсь, что если оставить это всё на самотёк, то я и подруга не скоро окажемся в «родных стенах» детского дома.

Извращенец притих, лёжа на полу автобуса, удерживаемый ответственными японскими мужиками в таком положении. Конечно, он сначала пытался вырваться, кричал всякую ахинею. Но вскоре его запал угас – видимо, понял, что пойман с поличным, и ускользнуть, теперь не выйдет. Народ с куда большей вероятностью поверит красивой школьнице, чем мерзкому очкарику, от которого на весь автобус несет выпивкой.

– Бедненькая девочка. Как ты себя чувствуешь? – Участливо спросила меня одна из женщин, находящихся рядом со мной. В её глазах была забота и сочувствие. Видимо, мой ответ Майко произвел нужный эффект на окружающих.

– Всё хорошо. Спасибо вам за заботу, – Проворковала я ей. – Я просто домой уже хочу – устала очень... – Очередная манипуляция с моей стороны. Женщины понимающе закивали. Дальше они принялись обсуждать происшествие между собой. Я не стала слушать то, о чём они говорят. Уверена в том, что их беседа не несёт никакой полезной смысловой нагрузки.

Прошло совсем немного времени, и к автобусу подъехала машина с включенным длинным фонарём на крыше, освещающим асфальт поблизости в алый цвет. Выглядело красиво. Из автомобиля вышла пара японцев в полицейской форме. Это сразу бросалось в глаза.

Между тем, водитель автобуса открыл переднюю дверь, и злополучного очкарика волоком вытащили из автобуса. Люди в форме, судя по тому, что я увидала через окно автобуса, задавали помогавшим в задержании мужчинам вопросы. После этого их отпустили, и те вернулись обратно в салон.

– Девочка, тебя представители полиции просят подойти к ним, для дачи показаний. – Произнёс один из мужчин, вернувшихся после встречи с той самой «полицией».

Мы с подругой молча направились на выход из автобуса. Следом за нами увязались и женщины, которые уже сумели отличиться за последнее время. Моя провокация сработала, и теперь у них, скорее всего, проснулся материнский инстинкт. На то и был мой расчёт.

Наша «делегация» подошла к полицейскому автомобилю, встав рядом с полицейскими. Я подошла непосредственно к ним вместе со своей подругой, представляя собой пострадавшую сторону.

- Вот, это выпало из рук извращенца. – Протягиваю им губку. Один из полицейских осторожно берёт её, и нюхает.

- Господин капитан, по-моему, в этой губке какой-то наркотик! – Говорит он.

Услышав это, стоящий в наручниках извращенец, попытался сбежать. Но его быстро схватили полицейские, двинули пару раз дубинкой, и запихнули в свою машину.

– Господа полицейские, позвольте вам заметить, что девушка пребывает в стрессе, и она сильно устала. Можете как-нибудь ускорить эти свои процедуры? – Вступилась за меня та женщина, которая и спровоцировала вызов полиции.

– Да, конечно, мы всё понимаем, но и вы поймите нас – мы должны всё сделать в соответствии с законом, – Ответил ей полицейский средних лет. Понятно, что он тут главный., вроде, капитан. Второй, который помоложе, в это самое время исследовал каким-то прибором злополучную губку.

- Господин капитан, прибор показывает наличие трёх разных видов наркотиков и какой-то жидкости.

– Итак, девушка, могу я увидеть ваше удостоверение личности? – Вполне миролюбиво осведомился капитан, обращаясь явно ко мне. Я молча протянула ему пластиковую карточку. Мужчина достал какое-то небольшое устройство, отдалённо похожее на смартфон, но только чуть-чуть крупнее, чем телефон, и приложил к нему моё удостоверение..

Считав информацию, он снова посмотрел на меня.

- Девочка, ты иностранка?

- Да!

- Да, теперь я вижу, что нам стоит ускорить процедуру. Итак, заполните, пожалуйста, этот бланк. – Протянул он мне какой-то листок, а сам отошёл в сторону, и минут пятнадцать, пока я с помощью Майко заполняла бланк заявления о нападении на меня любимою, в общественном транспорте, с кем-то говорил.

- Так, дайте сюда ваше заявление! – Сказал он, вернувшись.

Я выполнила его приказ.

- Всё, можете быть свободны! – Полиция уехала, увозя преступника.

– Девушки, поторапливайтесь! Мы и так уже сильно задержались! – «Подбадривал» нас, чуть ли не подпрыгивая от нетерпения на месте, водитель автобуса. Мы . вместе с другими пассажирами, опять поднялись в салон, и автобус тронулся.

Я стояла и думала, связано ли утреннее нападение с этой, второй попыткой, мне навредить, теперь уже, в автобусе. Ведь этот извращенец, скорее всего, не лапал меня, а хотел пропихнуть свою наполненную какой-то мерзостью губку, и сунуть мне под нос. Скорее всего, это или была попытка похищения со стороны агентов Хакера, или, действительно, этот мужчина какой-то извращенец.

Часть пассажиров сошло, и я с подругой получила возможность занять освободившиеся кресла. Поскорее бы уже добраться до своей постели и отправиться в царство снов – день выдался каким-то уж слишком насыщенным на впечатления. Дальнейший наш путь до «дома», к счастью, прошёл без происшествий. Тем более, что шофер не хотел получать штраф от хозяина за нарушение графика работы на маршруте, и гнал автобус с довольно высокой скоростью.

Минут через двадцать пять, после остановки из-за преступника, по моим ощущениям, автобус остановился около нашего детского дома..

Мы с Майко поспешили побыстрее вернуться в «родные» стены детского дома. Но всё равно, как мы не торопились, выяснилось, что ужин мы «успешно» пропустили, поэтому придётся лечь спать на пустой желудок. Следующий приём пищи ожидает нас только завтра с утра. Не скажу, что это очень сильно расстроило меня, так как больше всего на свете мне сейчас хотелось помыться и лечь спать.

Майко полностью разделяла моё мнение по этому поводу. Забрав из комнаты всё необходимое для «водных процедур», мы, чуть ли не вприпрыжку, отправились в онсэн.

Слава всем богам, что там вообще никого не было. Закончив за час со всеми своими «делами», с чистой совестью отправились в свою комнату. Однако, моим планам не суждено было осуществиться - «на встречу» со сновидениями, я не попала. Пришла Нагата-сэнсэй, и объявила, что меня вызывает директор. Это меня насторожило, но всё быстро прояснилось.

Оказывается, директору позвонили из полиции, и сообщили, что на их воспитанницу Лалису Манобан в автобусе совершил нападение какой-то извращенец, но всё обошлось, благодаря бдительности пассажиров, задержавших преступника..

Пожелав, чтобы я подробно рассказала, как и что произошло, директор внимательно меня выслушал. Потом вызвал Нагату-сэнсэя. Приказал ей всё время быть со мной, как только я выйду за пределы территории детского дома. Это явно не понравилось воспитательнице, но приказ есть приказ! Мне директор приказал заранее сообщать женщине, когда и куда я буду выходить. Только после этого я пошла и легла на свою кровать, чтобы попытаться уснуть. Но сон не приходил. Я высунула голову из-за своей занавеси, и услыхала, как Майко что-то бормочет себе поднос, смотря какой-то сон…

Тогда я решила составить план своих дальнейших действий. Как сказал директор, завтра меня отведут на проверку моих танцевальных и вокальных данных. Если они понравятся учителям музыки и танцев, работающим в детском доме, то, наверное, через две-три недели, когда сюда приедут набирать трейни представители разных музыкальных агентств, меня покажут гостям. Я должна спеть и станцевать. Ну, этому меня учили в Центре подготовки. Хоть мне и удалось справиться с нападавшими, надо уделить своё внимание своим физическим кондициям, с целью их улучшения.

Как мне пообещал господин директор, я смогу начать ходить в школу через двое суток. Выходить мне без сопровождения теперь нельзя. Значит, если я захочу пойти в библиотеку, надо идти на поклон к приставленной ко мне воспитательнице. Попробую добиться того, что вместе с нами в библиотеку будет ездить Майко, ведь всё равно, она ходит туда готовить уроки. Кстати, если меня всё-таки пустят в школу, то и я буду подготавливаться к урокам! Значит, так и сделаем!

Первое, чем мне, безусловно, стоит заняться – это улучшение своей нынешней физической формы. Мне необходимо тренировать и развивать доставшееся мне девичье тело. Да, я сильнее настоящей Манобан, но, бережёного бог бережёт!

Придется вспоминать стандартный разминочный комплекс, вдолбленный мне в подкорку головного мозга заботливыми инструкторами. Завтра же и начну заниматься, нечего время терять! Придётся выкраивать на физическую подготовку время, ведь если вычесть время на еду, гигиену, учёбу в школе, и подготовку домашнего задания, остаётся не более часа, и то, за счёт отказа от участия в каких-нибудь внешкольных кружках. Мне об этом в автобусе говорила Майко. Ладно, придётся использовать каждую свободную минуту…

Ещё немного полежав, посчитав вначале до тысячи, затем, перейдя на овец, и насчитав их около трёх сотен, я провалилась в царство Морфея.

Глава 5. Что было потом.

ИНТЕРЛЮДИЯ.

РАЙОННАЯ БИБЛИОТЕКА В ГОРОДЕ ТИБА.

Коши Наруто пришёл в библиотеку, которая была почти рядом с его домом. Он поступил в один из колледжей Тиба, и ему нужны были некоторые данные для выполнения задания по теме виртуальных технологий, которые начали развиваться, приведя к созданию некоторых программ, создающих 3Д визуализацию, уже используемых в таких областях, как бурно развивающийся киберспорт, и киноиндустрия.

Сам Наруто входил в команду киберспортсменов при своем колледже. Они уже участвовали в соревнованиях, устроенных руководством спортивного отдела префектуры Тиба. Им повезло, в последнем раунде игры команда колледжа сумела на последних минутах вырвать победу у противников – сильной команды университета «Тиба-бизнес».

Теперь Наруто со своими друзьями готовился к соревнованиям следующего тура – между командами, победителями в своих префектурах.

Придя в библиотеку, Наруто сел за компьютер с сенсорной клавиатурой. Именно такие аппараты были у его команды на прошедших соревнованиях. Он уже углубился в свою работу, когда, случайно, боковым зрением, заметил, что слева от него, на два пустых места, сели школьницы. Одна из них привлекла внимание Наруто своим лицом. Эта девочка явно не была японкой. То, что школьница из азиатской страны, указывали её глаза и немного темноватая, но белая кожа, без налёта желтизны, характерной для китайских, корейских и японских лиц. Наруто посмотрел на девчонку. И улыбнулся. Но та скривилась, как будто съела лимон, а её подруга, что-то весело сказав незнакомке, куда-то убежала. Наруто стало весело, когда он увидал, как осторожно иностранка стала нажимать на кнопки старой клавиатуры. Наверное, впервые видит такую древность! Или, сама впервые сидит за компьютером.

Наруто вновь углубился в свою работу, вытаскивая нужную информацию с разных сайтов.

Через час парень откинулся на спинку кресла, и потянулся. Он решил немного отдохнуть. Наруто повертел головой, и вновь его взгляд наткнулся на иностранку, работающую на соседнем компьютере. Он попытался определить, из какой страны эта девчонка. Японию, Китай, обе Кореи, Вьетнам и Россию, он сразу отмёл. У него были знакомые из этих стран, с которыми Наруто познакомился в социальных сетях и при онлайн встречах на экране компьютеру. И кто там остался? Филиппины, Гаваи, Австралия, Малайзия, Индонезия…

«Чёрт! Я идиот! Таиланд! Она, скорее всего, оттуда!». - Чуть не хлопнул себя по лбу парень. Он вновь взглянул на соседку. Та сосредоточенно била по клавишам, и вдруг застыла. Глаза её остекленели. Наруто испугался, подумал, что школьнице плохо, но та, внезапно, очистила экран, вошла в систему, и начала строчить с большой скоростью команды машинного кода.

«Ого!». – Удивился студент. – «Нам бы такую спортсменку в команду! Прямо в машинных кодах работать у нас никто не умеет!».

К сожалению, он не смог бы привлечь незнакомку, так как она ещё несовершеннолетняя, и не учится в его колледже. Наруто вздохнул, но продолжил следить за девчонкой. Сорок минут школьница с неимоверной скоростью вводила какую-то большую программу. Наконец, девчонка, как будто очнулась. Её глаза стали нормальными. Она странно посмотрела на экран своего монитора, выдохнула какое-то тайское слово, а потом нажала на «Ввод». Наруто вернулся к своей работе, и сидел в библиотеке ещё два часа. Школьницы давно покинули свои места за компьютерами, наверное, разошлись по домам.

Наруто посмотрел на часы. Да, пора и ему вернуться в кампус колледжа. Он выключил компьютер, взял свой смартфон, и вышел из здания библиотеки. Прошёлся до своего жилья пешком, так как автобусы были переполнены.

Дома он поел яичницу с сыром, и сел за свой ноутбук. Наруто приходилось подрабатывать в одном из кафе города, так как потянуть стоимость обучения только средствами его родителей было очень тяжело. Его папа и мама и так сидели на работе по 19 часов, чтобы обеспечить своего отпрыска современным образованием. Да и сам Наруто, заинтересовавшись ещё в школе киберспортом, уже смог заработать немного денег, так как победители получали хоть и небольшие, но денежные призы. Правда, сумму делили на всю команду (5 человек), но то, что пару раз получал студент, было равно среднемесячной зарплате клерка компании средней руки…

Наруто включил аппарат, подождал загрузки системы, и вошёл в одну из социальных сетей. Но взглянув на экран, студент обомлел. Такого количество визга и писков от участников общения через Интернет парень никогда не слышал и не видел. Вначале он не понял, чем это было вызвано, но, прочитав те сообщения, которые сумел вырвать из бегущей с бешеной скоростью ленты охов и ахов, что всему виной какая-то суперпрограмма, появившаяся несколько часов назад. Наруто решил посмотреть новинку. Он зашёл на сайт, который оказался японским, что очень удивило парня. Теперь надо нажать мышкой на надпись: «переписать». Наруто решил подождать, пока программа запишется на его виндоус. Но случилось что-то странное – огромную, (как потом установил парень) программу ноутбук внезапно записал за несколько секунд!

– Но это же невозможно! – Наруто офигел от произошедшего. Он осторожно нажал на «инсталляцию», и уставился на экран. Появилась надпись:

«Здравствуй дорогой потребитель! Тебя приветствует программа «Терминатор»! Что она может, чем отличается от других продуктов известных корпораций?»…

Через три часа Наруто уже использовал новую программу для своих целей, восхищаясь лёгкость проникновения в те сайты, на которые ему доступа со старым программным обеспечением не было. Работала новая фича раза в три быстрее, чем любая из старых программ. Правда, попытка выяснить, кто создал этот продукт, окончилась неудачей. Наруто пришла мысль, что это виденная им в библиотеке школьница создала программу. Но он быстро отказался от этой мысли. Да, школьница что-то вводила на машинном языке в сеть, но создать «Терминатор» она не могла…

ОТДЕЛ № 13. ПАТРУЛЬ ВРЕМЕНИ.

- Есть! - Оператор даже подскочил на своём стуле от радости.

-- Что? – Его напарник переключил своё внимание на голографию, возникшую на столе.

- Земля-14! Девчонка сделала это! Можно докладывать начальству.

Оба оператора, после первичного доклада, были вызваны вместе со своим боссом в директорат. Там, за столом, сидела руководитель программ по внедрению агентов в разные вселенные.

- Поздравляю! Вы будете награждены за успешное внедрение «Терминатора» в Интернет той реальности. Можете идти, а вас я попрошу остаться! – Бросила она начальнику отдела.

-Сядьте! – Указала она на стул напротив себя. Когда мужчина сел, директор спросила:

- Что может ваша программа?

- Кроме первого слоя, который рассчитан на местных геймеров и обычных потребителей Интернета, программа запустит вирусы во всё, что имеет выход в сети, в том числе, и секретные лаборатории, занимающиеся разработкой виртуальных реальностей, и искусственного интеллекта. «Терминатор» не позволит превратить нарождающиеся социальные сети в мусорную яму, куда скопища неадекватов сливают свою злобу на окружающий мир на Земле-1…

- Он, что, ИИ?

- Нет, но близок нему, хотя, это просто набор разнородных программ контроля сети, и уничтожения вредоносных тенденций в Интернете. Например, «Терминатор» может самостоятельно отследить компьютерных мошенников, хакеров, и других преступников,пользующихся сетями и направить к ним правоохранительные силы. «Терминатор» не может себя осознать, как что-то живое, его многие структуры работают параллельно, но друг с другом контакта у них нет. Внутри этого, будем говорить, набора, нет ограничений, которые «Терминатор» захочет преодолеть. Ни одна государственная структура на Земле-14 не сможет контролировать «Терминатор», зато он может воздействовать на них, используя их же законы, соперничество спецслужб, и многое другое…

- Значит, насколько я понимаю, это огромный «Троянский вирус» в системе этой планеты. А его не обнаружат местные программисты?

- Нет, им до нас ещё лет триста.

- И что сделает «Терминатор»?

- Он заменит собой популярные инсталляторы и прочие программы местного производства, внедрится во все игровые и информационные программы. Он сотрёт все их наработки по ВР (виртуальной реальности) и ИИ, которые появятся в сети, уничтожит зачатки так называемых нейросетей, замедлит их работу, и, например, исказит результаты. Допустим, если потребитель захочет получить какое-то изображение человека, то у него выйдет чертовщина, две головы, по шесть пальцев на руках, и так далее. Нормальное изображение даст только нейросеть от «Терминатора». Работы по ИИ будут или уничтожены, или их результаты не удовлетворят разработчиков, что приведёт к потере финансирования, и заморозке таких исследований на долгое время…

- Насколько я поняла, «Терминатор» не позволит создать ИИ, который можно применить в военных разработках, космосе и роботостроении.

- Так точно, госпожа директор! Кроме этого, вирусы «Терминатора» не дадут внедрять микрочипы в бытовое оборудование. Например, в пылесосы или стиральные машины, ну, и накроется программа «Умный дом». Пусть работают головой и руками, а не лентяйничают, как жители с Землм-1. Это сохранит рабочие места для людей.

- Да, нам не нужна ситуация, когда из-за всеобщей роботизации производства, как это произошло на Земле-7, возникло религиозное течение новых ллудитов, которое отбросило развитие цивилизации чуть ли не в Средние века.

- Нет, такого больше не повториться. Наша программа проникнет и в кино индустрию, заставив режиссеров отказаться от компьютерной графики. Пусть делают фильмы так, как раньше, а не подменяют живых актёров синтезированным изображением. То же самое и в музыке. На Земле-14 не будет ни одной синтезированной искусственным интеллектом песни или мелодии, никаких виртуальных героев в мультфильмах и играх! Никаких замен певцов и музыкантов на ИИ! Никаких роботов, вместо рабочих!

Мужчина замолк, увидев улыбку на лице директора.

- Да, на Земле-1 мы упустили момент…

- Тогда не было «Терминатора».

- Ну, да, ну, да! Значит, не будет никаких киборгов и прочего, никаких «Скайнетов» и «Техноразумов», никакой виртуальной реальности высшего уровня, ущербные ИИ, годные лишь для сложных вычислений. А как там с агентами Хакера?

- На нашу посланницу нападали уже два раза.

- Ого!

- «Терминатор» определил, что первый раз нападение организовали люди Хакера, а вот второй раз, на Лису напали из какой-то непонятной организации. Уже приняты меры – эта компания потеряла все свои накопления на банковских счетах, и в её офисы направлены группы спецназа из Международной полицейской организации. Арестован весь руководящий состав. Это придурки искали по всей планете способных детей, применяя какие-то тесты. Наша Лиса попала в их разработку.

- А для чего им дети?

- Эта компания разрабатывала биологический ИИ на основе мозга детей, возрастом до 16 лет. Люди большего возраста не подходили. Мозг ребёнка помещали в особую питательную среду, соединяли с помощью датчиков с аналогами через Интернет. У них уже было 1243 мозга похищенных и убитых детей.

Кое-что им удалось добиться, например, решения некоторых сложных уравнений, связанных с пространственно-временным континуумом..

- Ну, а что они надеялись получить? И почему не использовали живых детей?

- Супер мозг, которым управляли бы боссы этой компании. Тела детей им просто не нужны, ведь живого ребёнка надо чем-то кормить, следить, чтобы они не заболели и прочее, а это расходы, ненужные компании. Та группа учёных преступников, которая всё это придумала, уже уничтожена, вместе со всеми своими наработками, которые эти придурки держали на электронных носителях. Все статьи о возможности создания биологического ИИ «Терминатор» из сети удалил. Хорошо ещё, что эта компания не доверяла бумажным носителям, и не держала информацию на них. Полиция нашла в семидесяти тайных лабораториях ещё двести трупов детей, с уже вытащенными мозгами, и 43 ещё живых ребёнка.

- Мерзавцы! Ладно, посмотрим, как дальше найдут дела в Интернете земли-14. А что с нашим агентом?

- Мы сможем следить за ней с помощью «Терминатора», через камеры наружного наблюдения, телефоны, компьютеры. Кстати, забыл вам сказать, что больше ни одна компания, производящая на планете компьютерную технику или программное обеспечение, не сможет выйти на уровень чипов и видеокарт, равным такому же оборудованию Земли-1. «Терминатор» за этим проследит.

- Хорошо, продолжайте эксперимент «Замедление для прогресса». Идите, свободны!

ОСАКА, ПРИГОРОД,

Майкл Добн (хотя его настоящее имя было Андрей Киянка), более известный в довольно узких кругах под прозвищем «Зануда», занял удобную смотровую позицию у окна в маленькой квартире. Он снял это жилище в аренду у жадного до денег старика- японца. Отсюда просматривались все подходы к его жилищу, а с обратной стороны дома была высокая гора, которую, как будто, специально, какой-то великан срезал огромным ножом так, чтобы под горой получилась ровная, обширная площадка, на которой местные жители построили свои дома.

Майкл так себя позиционировал только в Осака, так как один из его десяти паспортов был выписан на некоего Майкла Добна, уроженца Новой Зеландии. Раньше, во время предыдущей операции, его звали по-другому, как и положено в кругу людей, занимающихся не совсем законными делами. Своё настоящее имя он старался не вспоминать, как и долгие годы обучения в «Школе». Но то была не обычная школа, в которой дети учатся ради оценок – это была школа наёмных убийц, выращиваемых из сирот для «нужд правительства». Такие школы есть практически во всех государствах. Если наёмник попадётся, то пославшие его на задание люди сразу откажутся от него.

Таких детей, каким был Майкл, попавший в школу в возрасте семи лет, независимо от пола, с детства подвергали многопрофильным жесточайшим тренировкам, делая из них, по сути, «мастеров на все руки». Таким стал и сам Майкл. Он выполнил десятки заданий от спецслужб страны, в чьей школе его сделали наёмником. Только благодаря подвернувшейся возможности, которая представилась в одной из горячих точек, куда его отправили под фамилией Корн, когда группа, с которой он сотрудничал, была полностью перебита, и помогла нынешнему Майклу сбросить «ярмо», подстроив свою якобы гибель в бою. Потом он несколько лет сидел безвылазно на одном из островов Папуа Новой Гвинеи, чтобы его бывшие патроны поверили в гибель своего посланца.

После этого, он постепенно стал искать одноразовые заказы по своему профилю, и брать за это вознаграждение. На него несколько раз пытались выйти конкуренты и организации некоторых государств, но Майклу удавалось ускользнуть. У него уже скопилось немало средств на разных банковских счетах, и он хотел уйти в тень. Майкл очень интересовался строительством разных кораблей, и решил, что как только сумеет выйти из игры, через некоторое время откроет вполне законную компанию по строительству катеров и небольших яхт. Но тут ему позвонили из одной, таинственной организации. Они огорошили Майкла перечнем его деяний, и пригрозили, что если он им не поможет своими умениями в одном, очень щекотливом деле, то все файлы о наёмнике попадут в надлежащие руки, и он будет надолго упрятан за решётку, если не убит…

Пришлось согласиться, хотя он добился уничтожения всех данных о себе, которые оказались в руках этой таинственной организации. Но всё имело свою цену.

Долг, конечно же, пришлось отрабатывать. Прошло время. Теперь он один из лучших «специалистов» организации, которому доверяют самые важные дела. И вот, сидя в загаженном с потасканной мебелью «пенале» квартиры и разглядывая в электронный бинокль военного образца улицы, идущие мимо его мета пребывания, он, в который уже раз, задавался всё одним и тем же вопросом:

«Чем же так важна какая-то тринадцатилетняя пигалица, что ему приходится рисковать собственной шкурой, правда, за большие деньги, чтобы выкрасть её?».

Первые тревожные звоночки прозвучали пару дней назад. Майкл начал замечать, что за ним следят. От заказчиков тоже не поступало нужных сведений о местонахождении школьницы, которую ему предстояло выкрасть.

Слежка велась явно профессионалами высокого уровня, так как заметить её он смог далеко не сразу и только благодаря своему обширному опыту в этом деле, он обнаружил наблюдателей. Кто бы это мог быть? Пришлось срочно «потеряться». И вот теперь снова, спустя пару дней, выбравшись из подполья, приступил к выполнению заказа. Но звонков с нужными сведениями не поступало.

У него появилось смутное чувство тревоги, которое зародилось ещё утром. Он привык прислушиваться к своей «чуйке», ведь во многом благодаря ей он до сих пор и оставался в живых. Так, надо срочно исчезнуть из арендованного домика. Нет, на улицу он не выйдет. Он притворится спящим, а для этого нужно потушить свет. Теперь тихо крадёмся к задней двери, которая выходит на полный высокой травы, заброшенный сад. Осторожно ползём прямо к горе. Вдоль неё идёт глубокая и широкая канава, полная воды. Майкл вставил портативный загубник в рот, проверил крепление небольшого баллона с кислородом у себя за спиной, тихо надел ласты, и маску, и без всплеска опустился в канаву. Он вылез через полчаса, проплыв, наверное, километр в кромешной тьме – фонарь зажигать он не решился.

Внимательно присмотревшись через инфракрасный бинокль, приметил парочку подозрительных типов, которые периодически топтались около дома, который наёмник недавно покинул. Что-то в этих людях выдавало в них агентов спецслужб. Хотя любой прохожий прошёл бы рядом и даже не обратил бы на них внимания. Чёрт! Опять выследили!

«Придётся поискать обходной вариант. Точно. Кажется, придумал», – Пронеслись мысли в его голове. Сам же Майкл, не мешкая, поспешил покинуть свой наблюдательный пункт, и пешком отправился по обочине дороги. Предварительно сняв с себя и забросив в канаву маску, ласты и баллончик. Уже давно стемнело, и наёмник, никем не замеченный, вышел на одну из улиц, за три квартала от арендованного домика, остановил такси, и отправился на другой конец города. Он всегда нанимал по две-три квартиры во время операций, чтобы выиграть время, если будет погоня. Здесь, в обычном бетонном корпусе, он нанял на неделю (конечно, под другим именем) двухкомнатную квартиру. У её порога он увидал газету. Наёмник насторожился. Но посмотрев на двери других квартир, увидал, что и там были положены перед входом разные виды печатной продукции. Наверное, здесь консьержу платят за обеспечение жильцов свежей прессой. Майкл поднял газету, открыл дверь, и зашёл внутрь квартиры. Зажёг свет, и тут ему в глаза бросился громкий заголовок:

«Международные полицейские силы провели операцию по задержанию преступной группировки, похищавшей детей, и изымавшей из их голов мозги, которые использовались для создания биологического ИИ!».

В статье были фотографии боссов разгромленной организации, и в одной из них Майкл опознал японца, который его нанимал. Мужчина понял: пришло время исчезнуть, и чем скорее, тем лучше. Он не сомневался, что при допросах следователи вытрясут из преступников всё, слишком громкое это дело. Хоть он сам тоже убивал пару раз детей, просто, приходилось это делать из-за собственной безопасности, но то, что было написано в статье о компании «Исследователь» и группе изуверов-учёных, их экспериментах над детским мозгом, повергло даже его, наёмника и убийцу в такой трепет, что он проворочался в постели целую ночь, но уснуть не смог. Одно хорошо, Майклу сразу дали половину денег из обещанной суммы для проведения операции, но он их пока не тратил. Надо убираться из Японии, сделать пластическую операцию на лице, пальцах и ладонях, и просто исчезнуть, затеряться…

Через полгода в одном из городков на юге Сальвадора появился некий Гонсало Нуньес, ставший гражданином страны, инвестировавший в её экономику почти миллион долларов. Теперь новоявленному гражданину южноамериканской страны принадлежали сельскохозяйственные плантации., раскинувшиеся около городка. Он купил большой дом, сделал крупное пожертвование местной церквушке, и через несколько месяцев женился на молодой представительнице одной из богатых семей местного бомонда. Через три года в его доме уже бегало четыре ребёнка – жена обрадовала мужа двумя парами близнецов. И никто из жителей городка и всего южноамериканского континента и не предполагал, что разыскиваемый по красному циркуляру МПО (международной полицейской организации) опасный наёмник, имеющий десять разных имён и фамилий, и есть Нуньес.

ГЛАВНОЕ ПОЛИЦЕЙСКОЕ УПРАВЛЕНИЕ ГОРОДА ТИБА,

- Господин полковник! Новое нападение на эту иностранку, Лису Манобан! – Докладывает детектив, зайдя к начальнику.

- И кто на этот раз?! – Мрачно интересуется полковник.

- По докладу патруля, в 18.30 к ним поступил сигнал, что на маршруте 23, в автобусе, произошло нападение маньяка на школьницу. По прибытию на место был задержан некто Такэда Синдзи, ранее не судимый. У него изъята губка, наполненная жидкостью с растворенными в ней наркотиками трёх типов…

- Ого! – Брови полковника взлетели на лоб.

- Подверглась нападению иностранка, которая со своей подругой возвращалась в детский дом с библиотеки. Лиса, заметив, как этот Такэда стал к ней прижиматься, и пытаться сунуть под нос девчонке свою губку, ударила преступника локтем, чем вывела из строя, а потом его уже схватили пассажиры. Опрос свидетелей показал, что этот Синдзи залез в автобус через заднюю дверь. Потом, постояв минут пять, он целенаправленно двинулся в центр автобуса, где стояла Манобан с подругой. Даже пара пассажиров пожаловалась - преступник наступил им на ноги. Исследование губки специалистами показало, что состав оказывает дурманящее действие при вдыхании.

- То есть, он хотел отключить школьницу, и вывести её на первой же остановке?

- Да. Допрос показал, что этому извращенцу губку дал некто Сато Кейко, член банды якудза «Листья Сакуры».

- Что?! Его взяли? – Вскипел полковник.

- Да. но не мы, а служба госбезопасности. Он причастен к громкому делу международного концерна «Исследователь». Поэтому этого Такэда пришлось передать им, чтобы он опознал Кейко. Я думаю, они его нам не вернут.

- Хорошо, детектив, можете идти!

Через полчаса полковник выехал на своей машине со стоянки перед управлением. Дозвониться до своего знакомого юриста он не сумел. Тогда он решил поехать к нему сам. Но за квартал от нужного дома он был остановлен оцеплением из солдат национальной гвардии. Полицейский понял, что это конец. Он развернул автомобиль, и исчез из города. Оборотня в погонах госбезопасность Японии арестовала через неделю, когда он пытался выбраться из страны на судне контрабандистов. Уже в тюрьме он узнал, что боссы банды, которую он прикрывал, оказались связаны с концерном «Исследователь», и их люди выполняли заказы на похищение детей…

НА СЛЕДУЮЩИЙ ДЕНЬ.

Проснувшись с утра, под «чудесную» мелодию», напоминавшую мне похоронный марш, все обитатели нашей комнаты отправились совершать утренний моцион. Как и вчера, вначале все начали закидывать в целлофановые пакеты всё, что требуется при процессе мытья своего тела, и затем, его облачение в школьную форму. Из-за того, что все девчонки ещё не окончательно проснулись, процесс заполнения пакетов шёл нервно, с большими перерывами. Но всё-таки, школьницы успели в онсэн вовремя.

А там всё пошло по накатанной колее, и воспитанницы детского дома, уже умытые, и облачённые в школьную форму, двинулись в столовую, заполнять желудки тем, чем послал им бог, ну, или администрация учреждения, в котором они обитали. Там очередная смена поваров из других воспитанников детского дома, снабдила голодных, но чистых школьников и школьниц вкусной едой.

Я, вместе с Майко, получили свою долю пищи, причём, довольно быстро. Дело в том, что сегодня наша пара оказались в середине очереди за едой. Место тоже быстро нашли. Спокойно съели всё, что нам дали, а тут ещё и подруга «развлекала» меня разговорами «ни о чём». И вот настал момент, когда все жильцы детского дома дружно отправились осваивать знания в школу, оставив меня в гордом одиночестве – постигать смысл жизни и учиться считать минуты. Я осталась в нашей спальне, ждать прихода Нагата-сэнсэй.

Но, назло коварной судьбе, которая мне уже уготовила путь неожиданных испытаний, несмотря на все её выверты, у меня был готов ответный ход - созревший ночью в моей голове план, как с пользой для себя и дела, ради которого я, собственно, и нахожусь здесь, потратить предоставленное мне свободное время, решила воплотить в жизнь. Вначале я попыталась оценить моё сегодняшнее физическое состояние. Ощупав мышцы рук и ног, я убедилась, что не всё так страшно, как я себе вообразила. Значит, одежду пока снимать не будем, неизвестно, когда за мной придёт воспитательница. Теперь, надо начать разминку.

Сказано – сделано. Выполнила стандартный разминочный комплекс, вдолбленный мне в подкорку головного мозга заботливыми инструкторами. Затем, приняв «упор лёжа», приступила к выполнению отжимания от пола. Именно на этом этапе тренировок, меня и ожидал неприятный сюрприз. Мой боевой настрой получил серьезный удар «под дых», когда выяснилось, что я, в нынешней своей форме, могу от жаться всего лишь шесть раз, когда при тренировках на курсах Патруля, я свободно отжималась раз двадцать. А здесь последний, шестой упор, еле вытянула, а потом позорно растянулась на полу, хватая ртом воздух.

Мда... Боец из меня сейчас «аховый». И как я смогла тогда отутюжить эту Ямато? Или просто, у меня из-за неожиданности нападения, включились резервы организма, о которых я не знаю?

Ну, ничего, нельзя унывать! Подбодрив себя подобным образом, я приступила к дальнейшему самоистязанию. Комплекс состоял из десяти упражнений разной сложности.

Когда мои, отнюдь не великие силы, подошли к концу, я немного отдохнула, растянувшись на своей кровати. Потом пришлось опять бежать на водные процедуры, смывать пот, чтобы избавиться от неприятного запаха. К пробежкам на данный момент я приступить не могу из-за отсутствия подходящего места. Временно отменяю их своим решением, хотя, это не выход. Нужно придумать, чем их заменить. Интересно, у этого детского дома нет стадиона? Ведь у любой японской школы (я имею в виду городские школы) есть стадион, хотя бы, маленький. Ладно, думаю, после сегодняшнего дня, но, надеюсь, всё наладится.

Вернувшись в жилую комнату после посещения онсэна, я приступила ко второй – обязательной части своего плана по саморазвитию, а именно – к учёбе. Да, вчера мне были выданы книги и тетради. Ведь, когда я буду учиться в школе, посещать уроки, то мне понадобятся учебники. Тетрадей мне дали только три. Наверное, администрация лучше знает, сколько и чего требуется ученикам и ученицам. Также, мне дали пенал с разноцветными фломастерами, три ручки со сменными баллончиками с синей пастой.

Вооружившись попавшими под руку источниками знаний, то есть, учебниками, я начала своё обучение с самого начала, используя предоставленные мне учебные материалы. Скоро мне тоже предстоит посещать старшую школу. Выставить себя полной дурой, причём, очень тупой, мне как-то не импонирует. Если учесть, что я ещё и иностранка, поэтому, надо быть на высоте во всём, в том числе, и в учёбе.

Хотя меня натаскивали по разным дисциплинам инструкторы Центра, но мне на данный момент нужны знания, которые актуальны для японской школьницы, а не для танцора или певца. Если я напутаю и начну отвечать на вопросы преподавателей, используя знания, которыми я, в данный момент, никак не могу обладать, то вызову к своей персоне много ненужных вопросов и излишнего внимания. А этого мне точно не требуется. .

Вопреки моим ожиданиям, изучение учебников оказалось приятным времяпрепровождением. Даже удавалось много нового для себя почерпнуть. Несмотря на свои колоссальные объёмы знаний, полученных мною из архивов Центра, из которых я черпала сведения для своего первичного обучения, они сохранили не весь «багаж» знаний, накопленных человечеством. К тому же, время за таким полезным занятием, как чтение учебников, пролетело очень быстро - я прервалась только на поход в столовую, во время обеда. Учёба меня так затянула, что не успела я и оглянуться, как в комнату вернулись мои соседки, у которых закончились занятия в школе. Это сколько же времени провела я за учебниками? Майко, на этот раз, не заставила себя долго ждать, вернувшись с учёбы вместе с остальными девушками.

Загнав угрызения совести куда подальше и стараясь не брать во внимание возможную усталость подруги, я, совершенно эгоистично, поинтересовалась у подруги:

– Майко-тян, сходишь со мной в библиотеку? Я бы и сама справилась, но ты ведь знаешь про моё ограничение. К тому же, придётся просить и Нагату-сэнсэй, так приказал директор.

Подруга внимательно посмотрела на меня и, улыбнувшись, спросила:

– Ну, надо же, у Лисы-тян снова проснулась тяга к знаниям? Если ты продолжишь учиться с таким рвением, то скоро наверняка станешь самой умной девушкой в школе! Конечно же, я составлю тебе компанию!

Если честно, то я так и не поняла – в тот момент она прикалывалась надо мной или говорила серьёзно. Надеюсь, всё-таки второе. Впрочем, это всё не так важно, как тот факт, что она в очередной раз не отказала мне в моей просьбе.

Всё-таки Майко – добрая душа. Как хорошо, что у меня есть такая хорошая подруга. Но сегодня мне не повезло. В комнату зашла воспитательница, и подойдя ко мне, приказала:

- Лиса-тян, следуй за мной в актовый зал!

Майко пожала плечами, помахала мне ладошкой, взяла свою сумку, и исчезла в коридоре. Сегодня она будет готовить уроки в библиотеке, но без моего присутствия…

ТЕСТИРОВАНИЕ В ПЕНИИ И ТАНЦЕ.

Следую за госпожой Нагата. Идём по пустым коридорам, так как многие воспитанники детского дома отправились в библиотеку или на разные кружки. Иногда встречаются только малыши, которые гуськом следуют за своими воспитательницами.

- Заходи! - Приказывает сопровождающая, и я оказываюсь в зале, где есть большая открытая площадка перед рядами стульев, которых тут насчитывается, по моему предварительному заключению, не менее двух сотен. После площадки идёт сцена, на которой стоит рояль, и куча других инструментов разложена на длинных столах. Замечаю там барабаны, гитары, как акустические, так и электронные, скрипки, и кучу духовых инструментов. Как они называются, я не знаю, так как меня готовили только к роли певицы и танцовщицы. Да и играть хоть на одном из инструментов, меня в Центре не учили. Оглядываюсь. Тут я не одна. Есть девчонки и мальчишки разного возраста.

- Стань вместе с ними! – Командует Нагата-сэнсэй. Молча выполняю её приказ. Так, я одна из самых высоких девчонок, кроме меня тут есть ещё школьница, кстати, кореянка, если судить по лицу. Она как-то испуганно озирается вокруг. Её лицо мне кажется знакомым, но пока не до этого. Хотя, придётся встать рядом с ней, она почти моего роста. За ней стоят две девчонки с Филиппин, и одна вьетнамка. Остальные школьницы и школьники – японцы.

- Подождите, пока не подойдут учителя музыки и танцев! - Приказывает нам Нагата-сэнсэй, и выходит из зала, прикрыв дверь.

Время тянется медленно. Ждем преподавателей уже минут десять. Слава Будде! Наконец они появились. Один из них – мужчина, причём, не японец. Больше похож на американца. За ним идёт японка. Кто из них учитель музыки, а кто танца, не понятно. Слышу, как стоящая рядом со мной кореянка, на довольно приличном английском языке, произносит:

- Фак май боди, эмерикен!

Пялюсь на неё вместе с филиппинцами. Они тоже знают английский. И услышали, как ругается кореянка. Теперь я рассматриваю девчонку. И у меня в голове появляется понимание, кто это может быть…

Но об этом потом. Отвлекаться нельзя, преподаватели уже стоят перед нами, и критически осматривают кандидатов на попадание в музыкальные агентства.

– Мня зовут Майкл Фарадей, я ваш учитель танца, и куратор половины детей, которые тут есть. Сейчас поделим вас на две группы. Итак. Те, кто стоит слева от моей правой руки, будут проходить репетиции вместе со мной. Для остальных детей куратором будет Миоко-сэнсэй! – Указывает на японку американец. – Но это не значит, что те школьники, которые попали в мою группу, будут обучаться только танцам, а остальные – только музыке. Вас всех будут учить и пению, и танцам, и игре на разных инструментах. Через некоторое время у нас должны получиться три группы – танцоры, певцы и музыканты. Конечно, это условное деление. Если вы не будете лениться, то есть возможность попасть в один из лэйблов, директора которых приедут вас отбирать в число своих трейни. Понятно?

- Да, сэнсэй! – Хором отвечают дети.

После этого та часть, которая отошла к танцору, отходит от второй группы.

- Всем выстроиться по росту! – Дал команду мужчина. Он одет в плотно облегающий его тело спортивный костюм. У детей с собой ничего нет, все в школьной форме.

- Дети, вам завтра выдадут спортивную форму, в которой вы будете приходить на занятия. Быстрее, быстрее! - Торопит он школьниц, холодно поглядывающих друг на друга. Естественно, теперь мы все конкурентки, будем биться за право попадания в музыкальное агентство.

Мы выстроились по росту, и американец обходит нас, осматривая своим "орлиным взором". По-моему, он доволен увиденным, и начинает инструктировать своих подопечных, то есть, нас:

- Вы должны делать то, что вам говорят! Запомните, для любого музыкального агентства, если туда попадёте, вы никто, вы трейни, собственность лэйбла! И будете делать то, что вам прикажут! А если вам не понравится, то вас просто вернут обратно в этот детский дом, но больше у вас не будет шанса изменить свою жизнь! Чтобы что-то спросить или сказать, вы должны поднять руку, и обратиться ко мне со словами: «Уважаемый сэнсэй Майкл» или «Господин Фарадей!».

Я стояла в шеренге первой слева, после меня устроилась немного смешно выглядевшая кореянка, которая напоминала мне сейчас обиженного ребёнка. У неё недовольно опущены уголки губ, и она что-то шепчет на английском языке. Прислушиваюсь:

- О май гад! И зачем мы решили переехать в Японию? Чего моим родителям не хватало в Австралии? Да у нас учителя голоса на учеников никогда не повышали! А тут, сразу, не успели прийти, так ты уже и никто! Интересно, а петь мы будем по-японски, или по-английски?!

Я бросаю взгляд на эту девчонку, и тут меня озарило! Пока учитель что-то выясняет у своей коллеги, я поворачиваю голову к кореянке, и говорю на корейском языке:

- Пак Чхэ Ён, кажется?

- Я тебя не знаю! – Испуганно отшатывается от меня девчонка. Так как мы говорим на незнакомом для остальных детей языке, то они удивлённо смотрят на меня и мою визави.

- А ты и не можешь меня знать, Розэ! Кажется так тебя звали в школе, в Мельбурне?

- Ты кто такая? Откуда ты знаешь, где я жила раньше?!

- Успокойся. Меня зовут Лиса Манобан. Я знаю, что у тебя сильный голос, ты ведь пела в церковном хоре, когда училась в закрытом пансионате.

Розэ в 2011 году. Фотография из архива актрисы.

- Лиса-ян, скажи, откуда ты меня знаешь, хубэ? Я тебя вижу впервые!

- Розэ-ян, и я встречаюсь с тобой в первый раз. Мы нигде не пересекались, ни в жизни, ни в Интернете. Я жила в Бангкоке, как сюда попала, плохо помню. Знаю, что у меня погибли родители. В этом детском доме я всего второй день.

- Божечки мои! – Розэ закрывает рот обеими руками.

- Так сколько ты здесь живёшь?

- Полгода, Лиса-ян! Мы плыли на пароходе, но он попал в шторм, и утонул. Погибли мама, папа и старшая сестра… - По щекам кореянки поползли слёзы.

Хм. Только сейчас вспоминаю, что она плакса.

- Успокойся, онни, плачем делу не поможешь. – Обнимаю школьницу за плечи.

- Онни? А ты меньше меня?

- Да, на месяц…

Девчонка удивлённо смотрит на меня, моргает ресницами...

Учитель танцев в это время осматривал неровную шеренгу девиц. К нему мальчишки не попали. На левом фланге стояли самые высокие иностранки. Но две из них на голову превосходили в росте своих соперниц. Фарадей тычет пальцем в меня:

- Так, первая слева! Ответь мне, откуда ты?

- Из Таиланда. И можете спрашивать меня по-английски, я училась в Бангкоке в школе с английским уклоном! – Лучезарно улыбаясь учителю, перехожу на его родной язык.

Он немного опешил, а потом сказал:

- Лучше будем говорить на местном наречии. Как тебя зовут?

– Лиса-тян! Танцевала с детства в ансамбле «Ви Заа Кул», сэнсэй!

- Хорошо. Потом проверим твою подготовку.

- А тебя как зовут? – Обращается он к Розэ.

- Пак Чхэ Ён!, Но можно и Розэ. Я из Австралии, хотя родилась в Новой Зеландии! – Розэ тоже переходит с японского на английский язык.

- Танцевать умеешь, Розэ-тян? – Возвращает учитель школьницу на местный язык.

- - Плохо, сэнсэй.

- Ничего, попытаюсь научить тебя за эту пару недель до отбора хотя бы основным движениям.

- Спасибо, сэнсэй.

- Лиса-тян тебе поможет.

- Да, сзнсэй!

- Очень хорошо! Ты поможешь этим курицам, стать настоящими танцовщицами. Задание понятно?

- Да, господин Фарадей!

- Начнёшь с той кореянки, которая рядом с тобой стоит, и потом поможешь другим иностранкам.! По сравнению с другими школьницами, ноги у тебя и Розэ длинные и ровные. Вот бы все девчонки были с такими ногами. – Сэнсэй с сожалением оглядел остальных школьниц. После этого, покачав головой, а потом начал свою речь:

- Значит, так! Учиться танцевать и петь будете каждый день. Вас у меня двадцать, поэтому, никаких проблем не будет. Потом, завтра или послезавтра, когда вам раздадут спортивные формы, меня предупредят. Вот тогда и начнём интенсивные занятия. После занятий в школе и обеда, будете приходить сюда, и заниматься по два-три часа, причём, каждый день…

Мда, значит, в библиотеку, хотя бы для подготовки домашних задания, я смогу выдвигаться только после пяти вечера…

- Не думайте, что раз вы попали сюда, всё решено! От вас потребуется только беспрекословное подчинение, и выполнения моих указаний! Любая из вас, может пожаловаться мне на другую школьницу, если возникнет конфликт. Курить, пить алкогольные напитки, драться категорически запрещено! Кто попадётся на воровстве, а у нас в прошлом были и такие случаи, попадёт в специальный детский приют, и может забыть о карьере артиста!

Сэнсэй оглядел наши ряды, а потом продолжил:

- Теперь поднимите руки те, кто знает иностранные языки. Вы ведь можете попасть куда-нибудь в Китай или Корею, или, даже, в Америку. А там без знаний языка вы никому не нужны. Вначале каждая из вас говорит, каким языком, кроме японского, владеет, я это запишу на телефон.

Поднимаю руку вместе со стоявшей рядом с мной кореянкой. Кроме нас подняли руки ещё четыре девчонки в середине шеренги. Ну, то, что я и Розэ знаем английский, это понятно, но сэнсэя удивило, что я, хоть и не кореянка, понимаю корейский. То, что я тайка, и точно знаю свое собственное наречие, он уже понял. Но знание мной китайского и японского языков, сильно удивило не только сэнсэя, но и учительницу по музыке, и всех находящихся в зале школьниц. Знали бы они, что я и русский знаю! Для меня новостью стало, что и тройка девчонок может говорить на других языках. Первой отвечала на вопрос Розэ:

- Господин Фарадей! Я знаю английский,корейский и японский языки!

- Хорошо! Теперь ты! – Мужчина указал на следующую девочку.

Филиппинцы могли кроме своего языка только по-английски и по-японски.

- Хорошо. Но мало! Теперь ты! – Палец сзнсэя указал на вьетнамку.

- Знаю английский, французский и японский, ну, и, вьетнамский! – Улыбается эта девчонка.

Я успела удивиться, прежде чем палец сэнсэя перешёл на других учениц. Они все были жителями Страны восходящего солнца, и кроме своего японского языка ничего не знали.

- Лалиса Манобан, очень хорошо. Только ты должна подтвердить свои знания документально. Я попрошу директора. Чтобы он отправил тебя вместе с сопровождающим для получения справки о знании стольких языков. Хотя, не надо! Всё равно корейцы не примут японские документы, и заставят заново пройти тестирование.

Все школьницы повернули головы в мою сторону, а Розэ удивленно вскинула брови, смерив меня заинтересованным взглядом. Я довольно улыбнулась, оказавшись в центре внимания.

Мда. Хорошо, что инструкторы Центра вдолбили в мою голову столько языков!

- Молодец! Ла... Нет, это слишком длинное имя! Буду тебя знать Лисой! – Решил американец. Тут преподаватели обменялись местами. Женщина задала нам вопрос:

- Теперь, пусть поднимет руку тот, кто умеет играть хотя бы на одном инструменте!

Половина шеренги умело играть на пианино или фортепиано. Одна девочка могла играть на барабане. Моя соседка, Розэ, музицировала на фортепиано и гитаре. Когда я назвала гавайскую гитару, сэнсэй немного зависла, но потом вспомнила, что такое укулеле.

- А теперь все поднимитесь на сцену. Я проверю ваши голоса. – Заявила учитель музыки. Мы все сгрудились у рояля на сцене, а сэнсэй села за инструмент.

У половины школьниц голос был посредственный. Учительница музыки и вокала нахмурилась. Из всех проверенных японок только одна смогла спеть нормально.

Пришёл черёд петь моей соседке.

Розэ смело подошла к роялю, и назвав какую-то песню, начала её исполнять. Все заворожено смотрели на девочку. Она не только пропела, но и показала несколько танцевальных движений:

- А почему ты сказала мне, что не умеешь танцевать? – Удивился учитель танцев, стоящий перед сценой.

Розэ покраснела, но ничего не ответила.

- Хорошо! Правда, надо ещё поработать над голосом! – Обрадовалась учитель музыки.

- Теперь ты! – Подозвала педагог меня. Я решила тоже немного спеть и потанцевать.

Инструкторы Центра меня предупредили, что надо с самого начала показать свои умения:

https://www.youtube.com/watch?v=NvWfJTbrTBY&list=RDNvWfJTbrTBY&start_radio=1&rv=NvWfJTbrTBY

https://fb.yandex.com.tr/video/preview/5980984199045203283?noreask=1

(Танец под песню "Блэкпинк" "Игра с огнём").

- Тоже, ничего, по крайней мере, намного лучше, чем у большинства воспитанниц из выступивших до тебя! – Вердикт обрадовал меня, так как я боялась, что на фоне выступления Розэ, буду выглядеть блекло.

- На сегодня, всё! – Учителя посмотрели на уставших школьниц. – Можете идти в столовую. Как вы все, наверное, поняли, все занятия по пению и танцам будут проходить здесь, в этом помещении, с трёх дня для тех, кто учится в школе, и до пяти дня. Потом вы пойдёте готовить уроки. Все данные о вас отправим в дирекцию.

Глава 6. Повседневность.

ПОХОДЫ В БИБЛИОТЕКУ И БОЛЬНИЦУ.

Снова ждём автобус. Когда он всё-таки соизволил подъехать, мы с трудом попадаем в него. Опять толкучка внутри салона. Осмотревшись, не заметила никаких очкариков, особенно с подозрительными рожами. Стоим, держимся за поручни. Едем к нашей цели. Теперь нас трое – я, Майко и Нагата-сэнсэй.

Меня они поставили в середине. Преподавательница справа от меня, а Майко слева. Как будто, моя подруга не школьница! Ведь и на неё могут запасть местные извращенцы. Слава всем богам, но уже неделю, как мы катаемся из школы в библиотеку и обратно, и всё спокойно. Никто больше не позарился на мою тушку. Я уже пять дней, как хожу и занимаюсь танцами и пением в актовом зале детского дома. Особенно, сблизилась я с Розэ. Помогаю ей освоить разные телодвижения. Она хоть и кореянка, но говорит на корейском языке с ошибками.. Ну, ясно, она ведь родилась в Новой Зеландии, а там, и в Австралии, где она жила до попадания в Японию, основной язык – английский.

Я вспомнила, что именно эта Розэ должна попасть в группу «Блэкпинк» вместе с Манобан, то есть со мной, чтобы стать знаменитой на весь мир. Я ей пока не говорю, что в Корее её будут обзывать «бананом», так как она родилась и жила за пределами этой страны.

Сейчас нам, девочкам, запрещено красить волосы и ногти, согласно правилам, установленным министерством образования Японии. Вот, когда мы станем трейни, тогда нас сами работодатели будут перекрашивать, как им надо для какого-нибудь клипа! Я изучила всё про Лису, поэтому и воспользуюсь её привычками, например, буду раскрашивать свои ногти в разные цвета, или цеплять на них красивые накладки.

Розэ тоже такая, как и я, и мы будем делать это вместе! Я ей намекнула, что она хорошо будет смотреться со светлыми или немного розоватыми волосами. Кстати, она мне призналась, что в первый день нашей встречи я ей не понравилась. Ну, это её проблемы! Мне приходится заниматься, Майко притаскивает мне из школы задания на дом, хотя дирекция детского дома пока не получила заключение психолога и данные о моём здоровье. Вроде, через два дня последний срок получения данных из Медицинского центра. Думаю, что мне разрешат ходить в школу вместе с Майко и Нагата-сэнсэй.

Так, что-то я слишком углубилась в воспоминания. Смотрю в окно автобуса. Другого больше ничего не остаётся…

Терпеливо дожидаемся нужной остановки и выходим. Вот – стеклянные двери на входе в библиотеку приветливо расходятся, пропуская нас внутрь. Привет тебе, о кладезь мудрости знаний! Быстро проходим на галерею с компьютерами.

К сожалению, моё приподнятое радужное настроение уже несколько дней слегка подпортит факт наличия моего «почитателя», который, приметил меня с Майко в первое наше посещение библиотеки. Он сегодня опять нас заметил, явно повеселел и тут же помахал нам рукой, в знак приветствия. Моя подруга с улыбкой взмахнула ему в ответ. Увидев, что я «не горю» желанием поприветствовать парня, подруга пихнула меня локтем в бок, но, встретившись взглядом с Нагата-сэнсэй, сразу сникла. Студент тоже явно не рад присутствию нашей воспитательницы. Это явление продолжается уже пятый день. Наверное, мне, по местным правилам поведения, стоит ответить на приветствие. Что тут поделаешь? Нехотя трясу рукой в ответ. Правда, приветствие вышло каким-то «скованным» и неискренним, и я тоже напоролась за строгий взгляд сопровождающей нас женщины.

Подруга, заметив это, наградила меня взглядом, в котором отчётливо был виден укор. Ну что тут поделаешь? Все мы не идеальны. Хорошо, что на этот раз было много свободных мест. Замечательно, что мы не стали затягивать с поездкой и успели попасть сюда пораньше. Это произошло из-за отмены сегодня уроков танцев и пения. Причину я не знаю, да и не хочу знать!

Под руководством Нагата-сэнсэй, мы, к большому огорчению «почитателя», выбрали компьютеры, стоящие подальше от него. Да ещё и так, чтобы монитор скрывал меня и Майко от любопытного взгляда настырного студента.

Майко, конечно же, обратила на это внимание, но ничего не сказала из-за присутствия воспитательницы, хотя в её глазах я заметила весёлые искорки. Какая же хорошая у меня подруга! Не знаю, в который уже по счёту раз, не могу нарадоваться на то, как мне повезло с Майко!

Сегодня она не стала садиться, поодаль от меня, и устроилась за соседним компьютером. С другой стороны села Нагата-сэнсей. Она тоже время зря не теряет, что-то ищет на разных сайтах, читает какие-то статьи. В общем, не отстаёт от своих подопечных! Кстати, и Майко и воспитательница уже второй день работают в программе «Терминатор». Это порекомендовал сделать всем преподавателям сам директор Кайоши, а те ознакомили с желанием администрации учеников школы.

Как только окно поиска появилось перед моим взором, всё окружающее, в тот же самый миг, перестало для меня существовать. Я, вначале выполнила задания, которые мне передают через Майко учителя.. на это ушёл только час. А потом я с головой, погрузилась в потоки информации. Меня преследовало смутное предчувствие того, что осталось мало времени и нужно успеть, как можно больше сделать для своего самосовершенствования и освоения в условиях, которые могут встретить меня в любом музыкальном агентстве Южной Кореи. Почему я так уверена, что попаду именно в корейский лэйбл? Учитель танцев мне сказал, что он во время уроков снял на телефон, и переслал, как я пою, своему знакомому, работающему в каком-то «ЯГ Интертеймент».

https://www.reddit.com/r/BlackPink/comments/1mpowpu/250814_lisa_dream_feat_kentaro_sakaguchi_official/?tl=ru

https://www.youtube.com/watch?v=FMX98ROVRCE&t=1s

(Клип Манобан "Мечта").

Тот показал ролики своему руководству. Его начальству я понравилась. Вот, и смотрю, что это за лэйбл. Ух ты! Это ведь то самое агентство, которым руководит Ян Хен Сок! Значит, я двигаюсь в правильном направлении! Насколько мне известно, Лалисы разных миров выступали в группах именно под именем его лэйбла!

Кстати, Розэ тоже понравилась, Ян Соку, так как мы пели во время записи ролика вместе. Главное, чтобы она хоть чуть-чуть умела танцевать во время отбора.

Сижу, читаю условия быта и стандартных тренировок в этот «ЯГ Интертеймент».

Впитывал в себя информацию, как песок в раскалённой пустыне поглощает воду редкого дождя.. Сегодняшние «посиделки» принесли немало «знаний» о том. Что меня ждёт , пока я буду трейни. Итак:

- в общежитии, отделом, для девочек, селят трейни по двое или четверо;

- надо жёстко следить за весом тела, нельзя, чтобы он выходил за сорок пять килограмм, иначе, последуют санкции, вплоть до отчисления из агентства;

- стафф там царь и бог, его надо слушаться, иначе будут последствия при наборе в группу;

- трейни получают задания, как групповые, так и индивидуальные, которые надо подготовить, обычно это песня с танцем, кавер на какой-нибудь хит;

- выходить из общежития модно только с разрешения стаффа, обычно, есть один выходной день после двух недель тренировок и тестирования;

- нельзя приносить в общежитие пищу, которой нет в списках, выдаваемых диетологами агентства;

- любое правонарушение приведёт к штрафным санкциям, которые выражаются в денежном эквиваленте, и их надо отрабатывать;

- серьёзное нарушение дисциплины (пьянка, курение и прочее), приводит к исключению из лэйбла;

- во всех агентствах процветает культ доносительства на товарищей.

Мда, и это не всё, есть ещё много пунктов, которые мне не понравились, однако, надо к ним приспособить, иначе, я не выполню главное задание Центра по замене в этой реальности Лисы Манобан. Не знаю, как сложится у меня карьера, и каких высот я достигну вместе с группой, если сумею в неё попасть. Отбор в лэйблах довольно жёсткий, и из всего количества трейни, айдолами становится несколько процентов.

Конечно, хотелось бы узнать ещё больше, но, к сожалению, время пролетело незаметно, а Нагата-сэнсэй была неумолима. Да и нарушать режим детского дома представлялось совсем не лучшим решением. Поэтому, без слов, я последовала за подругой и воспитательницей на выход из библиотеки.

Сегодня повезло и автобус ждать, долго не пришлось. Хотя людей было даже больше, чем вчера вечером, нам всё же удалось втиснуться в салон. Как говорится, висели под потолком, но доехали довольно быстро, без всяких ненужных приключений. В отличие от предыдущих дней, мы, к нашей радости, всё-таки успели на ужин. Хочу отметить, что провести остатки вечера, будучи сытой, гораздо приятнее, чем шататься голодной из угла в угол нашей комнаты...

В оставшееся время до «отбоя» Майко принялась учить меня разным премудростям местных женщин. У меня было такое ощущение, что всё, чему меня обучали инструкторы Центра, есть только капля из того, что я должна знать, если хочу стать частицей этого мира. Моя подруга, судя по её виду, была счастлива от того, чем мы занимаемся. Она даже не подозревала, кого сейчас учит правильно наносить макияж. Хоть мне и не сильно нравится всё это, умом я отлично осознаю, что мне всё равно, рано или поздно, придётся научиться всяким хитростям, которые применяют женщины на этой планете, чтобы привлечь внимание противоположного пола…

Я прекрасно понимаю, какую неоценимую услугу оказывает мне Майко. Всё отлично понимаю, но всё же... Всё это было для меня странно, появилось какое-то чувство неправильности и отрицания происходящего. Точнее описать всю эту гамму чувств, нахлынувших на меня, я просто не смогу. Но я пересилила эти чувства, так как нет другого выхода. Я здесь навсегда, о чём мне чётко дали понять в послании Центра. Поэтому, надо отбросить сомнения, страхи и старые привычки, и вжиться в роль школьницы из Бангкока, стремящейся стать айдолом.

В какой-то момент, видимо, решив сжалиться над своей подругой, я стала повторять за ней движения, задавать наводящие вопросы, ведь мне всё равно придётся столкнуться с визажистами и косметикой в лэйбле. Я с удивлением заметила, что движения моих рук, после объяснений подруги, стали более уверенными и плавными. Да и чувство нереальности происходящего куда-то исчезло. Моя подруга заметила перемену и, чуть не оглушив меня, вскриками и объятиями «выразила» свою бурную радость. Мда, слишком она эмоциональна! Ну, изменить её характер я не могу, всё равно, я уже привыкла к такой Майко, какая она есть.

За всеми этими занятиями время приблизилось к отметке, после которой воспитанники детского дома, без каких-либо пререканий, оказываются в своих постелях. В общем, мы улеглись в свои кровати, чтобы после просмотра сновидений, открыть глаза уже следующим утром…

И снова новый день, и всё повторяется заново. Посещение онсэна, завтрак в столовой, уход обитательниц нашей комнаты в школу…

Я уже приготовилась к началу физических упражнений из моего комплекса, но в моё сегодняшнее расписание неожиданно, как ураган, ворвался ещё один пункт, которого быть не должно…

Пришла госпожа Нагата, и приказала следовать за ней. Мы пошли к директору.

- Лиса-тян! Тебе предстоит вновь отправиться в больницу. Что-то у них случилось с компьютерной системой, и они не смогли переслать данные о твоём здоровье. Поэтому, ты отправишься в медицинский центр вместе с воспитательницей. Посетите психолога, и заберёте все нужные документы. – «Обрадовал» меня Кайоши.

Мда, мне предстоит очередной поход к психологу. Надеюсь, что я его переживу. Впрочем, у меня и нет никакого выбора. Как я уже успела понять, находясь в этом мире и живя в этой стране, пребываю в статусе «школьница бесправная», и ни один взрослый не будет прислушиваться к моему мнению ни по одному вопросу. А благодаря прочитанному в Интернете, я знала также и то, что по окончании школы для меня мало что поменяется, так как я получу всего лишь статус «женщина». В реалиях патриархальной Японии это достижение из серии «так себе». Да и в Южной Корее мне будет не слаще, там, фактически, то же самое. Единственно, что я могу - это стать айдолом, и заработать деньги на безбедную старость. Насчёт замужества я ещё не думала, мне тут только тринадцать лет, и до тридцати я буду на сцене, а там посмотрим, как и что сложится…

- Лиса-тян, мы выйдем чуть позже, я сама за тобой зайду! – Предупредила меня воспитательница, когда мы вышли из кабинета директора.

Проведя плановую утреннюю тренировку, я, с сожалением для себя, отметила, что времени на что-то другое остаётся катастрофически мало. Например, на выполнение заданий, которые принесёт мне со школы Майко,его может не хватить. Ведь я не знаю, когда мы вернёмся из медицинского центра. Поэтому, после посещения онсэна, я ничего не делала. Просто лежала на своей кровати, пытаясь не заснуть. Это мне удалось. Как и ожидалось, после обеда меня «поймала на месте преступления» наша воспитательница Нагата-сэнсэй. Кто бы сомневался, ведь она отвечает за меня перед директором. Как только мы вышли из здания детского дома, воспитательница двинулась не к воротам, а в противоположную сторону. Я подумала, что у неё крыша поехала, но, оказывается, что там была стоянка автомобилей сотрудников нашего учреждения. Нагата залезла в какой-та маленький автомобиль с надписью «Тойёта», что-то там поискала, вынула какой-то свёрток, и закрыла дверь машины. Мы отправились к стоянке автобуса, где было довольно много людей.

Очередная поездка в переполненном транспорте закончилась у уже знакомого здания медицинского центра. Там всё было так же, как в тот день, когда я впервые сюда попала.

Всё с точностью повторилось. Девушка в холле, недолгая прогулка по коридорам и снова этот проклятый кабинет психолога. Опять он старался мне накапать на нервы, но я мужественно отбивала атаки этого эскулапа, пытаясь не пропустить какой-нибудь вопрос с подвохом.

Череда глупых вопросов от врача, в которых я не видела никакого смысла, но его определённо видел вредный психолог. Опять он мне подсунул какие-то фотографии и рисунки, заставляя меня, их или описывать, или высказывать мнение о том, что мне на них нравиться, а что нет. Как мне кажется, обследование прошло достаточно «гладко». В завершение сеанса доктор назначил мне очередную дату приёма, аж через четыре дня. Я приняла это известие с благодарностью в душе, и мы с воспитательницей тут же быстренько откланялись. К моей радости, других врачей сегодня мы больше не посещали.

Правда, зашли в какой-то кабинет, и моя сопровождающая взяла какие-то бумаги в пластиковой папке.

- Хоть наш психолог и попросил привезти вашу ученицу через несколько дней, справку о разрешении на допуск Лисы-тян, на уроки в школу, он выдал! – Сказал нам заведующий отделением. – Хотя, тут всё зависит от директора вашего детского дома. Если он решит, что нужно подождать до получения окончательного ответа от психолога, и не даст разрешение вашей воспитаннице посещать занятия в школе, это его право.

Мы распрощались с ним, и сразу отправились в обратный путь, который прошёл без особых происшествий.

Я даже уже начала слегка напрягаться из-за того, как гладко для меня всё проходит в последние несколько дней. Может, исчерпав свои фокусы, проведение решило сжалиться надо мной, наконец-то поняв, что переборщило со всем тем набором, с которым оно набросилось на меня в первые два дня?

Я решила не думать об этом, и по возвращению в детский дом, сразу отправилась на занятия танцами и пению. Там опять пришлось четверть времени заниматься с Розэ и ещё двумя девчонками, поучая их, как делать то или иное движение. И снова пара «серых» дней, которые разбавлял только процесс обучения танцевальным движениям и вокал.

Нужно отметить, что посещения библиотеки и расспросы Майко принесли свои плоды – теперь я стала по качеству своих знаний, примерно на одном уровне, с девчонками из класса моей подруги.

По крайней мере, я теперь могла более или менее свободно ориентироваться в окружающем меня мире и способна делать это вполне самостоятельно. А это не могло не радовать. Стоит также отдать должное за проявленное усердие в ежедневных утренних тренировках. Хоть и помаленьку, но результаты были налицо. Молодое девичье тело, под моим мудрым руководством, понемногу становилось более выносливым и сильным. Например, я уже могла свободно от жаться двенадцать раз.

Тот парень из библиотеки всё так же продолжал там появляться на ежедневной основе. Но присутствие воспитательницы мешало ему сблизиться со мной и Майко. Я видела его разочарованную рожу, и это меня веселило. Майко же, наоборот жаловалась мне, что ей очень хочется познакомиться со студентом, но из-за Нагата-сэнсэй этого не происходит.

Я проанализировала поведение студента, как меня учили этому инструкторы Центра. Вначале я подумала, что он запал на меня, или, в крайнем случае, на Майко, и хочет познакомиться с нами для всяких там амурных мероприятий. Но потом отбросила эту идею. Скорее всего, ему нужна всё-таки, именно я. И не как объект любви. В один момент в мозг закралось подозрение, что моя персона является для него катализатором для пробуждения тяги к знаниям. Впрочем, я всё так же продолжала относиться к нему достаточно холодно, что, по всей видимости, только раззадоривало его охотничий азарт.

Немного подумав, я в один из дней посещения библиотеки решила узнать, кто этот парень. Как уже однажды проговорилась Майко, он был в одежде одного из колледжей города Тиба. По этому признаку я и определила учебное заведение, в котором он учится, и вышла на его главный сайт. И тут я сразу наткнулась на статью, что этот Наруто, так звали студента, является, чуть ли не капитаном команды по киберспорту. Нет, такой компот меня не устраивает! Я поняла, что в первый день, когда он нас с Майко увидал, этот Наруто, очевидно, заметил мои способности работы на клавиатуре. Правда, прямо меня попросить войти в его команду он не может, я несовершеннолетняя школьница, и не могу быть даже приглашённым игроком в его команде. Так что ему надо?

И тут меня осенило – он, очевидно увидал, как я вводила «Терминатор» прямо в машинных кодах! Такое обычной школьнице не под силу…

Мда, и что делать? Спросила у Майко, можем ли мы поменять библиотеку, чтобы не видеть больше этого студента?

Но, к моему большому сожалению, мне было некуда от него деваться. Как сказала мне Майко:

- Тогда, Лиса-тян, нам придётся ехать в два раза дольше. И мы ничего не успеем сделать к нужному нам сроку! Другие библиотеки намного дальше, чем эта!

Пришлось смириться. Ведь более долгая дорога означает для меня потерю времени и, соответственно, количества знаний, которые я смогу получить через Интернет.

Так, за всеми этими хлопотами, я не успела, и оглянуться, как наступил день судьбоносного (как выяснилось в дальнейшем), для меня, визита к психологу. В этот раз воспитательнице пришлось дожидаться меня в коридоре гораздо дольше, чем в наши обычные с ней посещения этого прекрасного медицинского заведения. Вредный докторишка, по всей видимости, хотел вывернуть мою душу наизнанку и это ему почти удалось! Я чуть не сболтнула о катастрофе самолёта над Осака в апреле этого года. Хорошо, что вовремя осеклась! Также туго пришлось с ответами на то, кто были мои папа и мама,или, как я попала с самолёта на улицу города, и всё в таком духе. Пришлось изворачиваться, чтобы не потерять контроль. Как же он мне надоел со своими нелепыми вопросами! Я точно потеряла счёт времени, которое провела в его «мерзком логове». У меня было впечатление. Как будто я попала на допрос к следователям из местной госбезопасности!

В итоге, как оказалось, всё было не зря. Вызвав Нагата-сэнсэй в кабинет, врач торжественно объявил о том, что моё выздоровление идёт «семимильными шагами» и держать меня под надзором и дальше – никакого смысла нет. В завершение, он выдал моей воспитательнице новую справку о том, что я могу посещать школу. Ведь, несмотря на то, что во второе наше посещение медицинского центра заведующий отделением, фактически , дал разрешение мне учиться в школе, директор детского дома решил перестраховаться, и получить от психолога документ, что я здорова психически, и никаких неожиданностей от меня ждать не следует. Поэтому, меня в школу не пускали до этого, последнего визита к психологу…

Внутри меня всё взрывалось и ликовало, я так ждала этого дня! Теперь мне можно будет бежать с утра вместе с Майко в школу, и меня не будет курировать Нагата-сэнсэй!

Наконец, распрощавшись с «добрым» психологом, мы покинули здание городской клиники. А дальше очередное повторение маршрута до «дома», правда, опять пришлось висеть под потолком из-за большого количества пассажиров, на пихавшихся в автобус, как кильки в банке консервов.

По возвращению в стены детского дома у меня даже осталась время на занятия «своими делами». Преподавательница на этот раз не хмурилась, была в хорошем настроении, и сказала мне:

- Лиса-тян, вот тебе копия справки от психолога. Её завтра понесёшь с собой в школу. Оригинал я сдам директору.

Затем из школы вернулась Майко и соседки по комнате. Некоторые школьницы загорелись желанием лицезреть мою новенькую справку (по всей видимости, просто хотели убедиться в том, что моя «крыша» успешно вернулась на своё место, и я не кусаюсь). Остальных девушек изучение данного документа не особо впечатлило (так, поздравили и всё). Зато Майко наоборот, возликовала и устроила целое представление. Она бегала по комнате и кричала от радости, а затем полезла ко мне обниматься, и защекотала меня до икоты.

Я хохотала, демонстрируя подруге все тридцать два зуба. Она была настолько забавной...

Наконец, моя японская подруга угомонилась и мы занялись, обычным для нас в последнее время, погружением меня в мир косметики и прочих местных забав аборигенов женского пола. Как и каждый день до этого, посиделки закончились «отбоем» и мы все легли спать.

ПЕРВЫЙ ДЕНЬ В ШКОЛЕ.

Меня разбудила проклятая мелодия, которую не только я, но и все остальные девчонки из нашей комнаты ненавидели. Опять мы побежали мыться в онсэн, потом позавтракали, и вернулись в нашу комнату. Затем собрали свои сумки. Я спросила у Майко, какие учебники взять. Она сказала. Затем мы все, вышли из здания детского дома. Я думала, что мы пойдём на автобусную остановку, но оказалось, что не всё в Патруле знали о древних и законах их жизни. Меня никто учил тому, что школы имеют свои автобусы! Удивлённо смотрю на розовое, разрисованное транспортное средство.

Школьный автобус в Японии.

Как я узнала потом из Интернета, в отличие от других стан, где школы имеют автобусы для перевозки учеников, в Японии нет общепринятого стандарта для школьного транспорта. Одна девчонка из нашей комнаты мне сообщила, что в США детей перевозят желтыми автобусами.

Чаще всего для перевозки учеников в Японии используются обычные городские автобусы или специализированные школьные автобусы, которые не имеют ярко выраженного цвета, но оснащены средствами безопасности и предупреждающими знаками для обеспечения безопасной посадки и высадки, особенно при остановке на оживленных улицах. Наш автобус был розовым с какими-то рисунками, я к ним не присматривалась. Главное, что мне не надо стоять, держась за стойку. Здесь для всех есть кресла с ремнями, которые нам шофер велел пристегнуться. Как оказалось, безопасность детей — приоритет. Главным отличием школьных автобусов являются меры безопасности, включая мигалки и предупреждающие знаки, которые делают их хорошо заметными для других участников дорожного движения и обеспечивают безопасность при посадке и высадке учащихся.

Школьные автобусы в Японии, как и в других странах, предназначены для перевозки детей к учебным заведениям и обратно. Ехать было удобно и интересно. Я крутила головой, слушая переговорам школьниц. Как оказалось, наш автобус не один, и за ним следуют два точно таких же, так как школьников в детском доме более ста человек.

Пока автобус нас вёз к школе, я решила посмотреть расписание уроков, которые взяла у Майко. Что у нас сегодня?

Первым уроком была физкультура. Ага, значит поэтому все девчонки захватили спортивную форм! Мне никто об этом не сказал, даже Майко, но я увидала, как школьницы пихают в сумку кроссовки и, майки и спортивные штаны, и тоже заложила всё это в свою сумку.

Второй урок – каллиграфия. Что? Но ведь инструктора в Центре утверждали, что это предмет проходят только в начальной школе?! Как я потом поняла, из своих наблюдений - японцы – традиционалисты, и это обусловлено спецификой японской культуры и японского языка. Например, программа начальной школы — это в основе своей изучение иероглифов. Только представьте, что на выходе из начальной школы детям нужно знать примерно 3 000 иероглифов. Нужно не только понимать их значение: необходимо научиться распознавать их в тексте, красиво писать, чтобы написание всем было понятно, читать — а вариантов прочтений может быть несколько в зависимости от контекста. Обычный иероглиф может состоять из 17 компонентов! А есть и такие знаки,, которые состоят из 84 чёрточек! Японские дети много времени посвящают каллиграфии, прописи у них используются до шестого класса. Хотя я уже училась в средней школе, как и мои подруги, у нас всё равно будут требовать красиво, писать до перехода в старшую школу.

Третий урок называется странно – эстетика. Это что за зверь? Спросила у Майко.

- Лиса-тян, у вас в Таиланде нет такого предмета?

- Нет.

- Хотя, да. У нас есть некоторое дисциплины, которые удивляют гайдзинов. Сегодня будет урок эстетики, и я думаю, он тебе понравится. – Хитро улыбнулась японка. Ладно. посмотрим…

Последний урок – математика. Тут всё понятно. Я уже просматривала учебник, ничего сложного.

Затем – трудовое воспитание. Ну, об этом мне целую лекцию прочли инструкторы из Центра подготовки. Такие методы воспитания культивируются в основном, в странах Азии, у которых традиционно сильно конфуцианство и подобные ему догматы. В школах Японии, Южной Кореи, Китая, Таиланда и некоторых других стан нет уборщиков. У них дежурят по школе все классы, один класс убирает коридоры, другой моет туалеты, третий — спортивный зал. На следующий день поручения меняются.

Занятия заканчиваются в 14 часов по местному времени, но из-за трудового воспитания дети уходят домой в 15.00. И так, каждый день. Выходные – суббота и воскресение. Так как я воспитанница детского дома, то нас раз в месяц будут выводит в парки, на аттракционы. Хотя, Майко жаловалась, что уже пару месяцев они нигде не были…

После 15.00 у меня, Розэ и некоторых других девчонок музыка, песни и танцы – подготовка к отбору в трейни. А у обычных школьников, живущих в семьях – различные кружки по интересам, например, спортивные. Так как в Японии репетиторство узаконено, то состоятельные родители нанимают своим отпрыскам учителей по разным предметам, подготавливая их к поступлению в университеты после окончания старшей школы. Для детей родителей , у которых нет средств на хороших репетиторов, для подготовки к ежегодным тестам и экзаменам созданы специальные платные школы – дзюку, которые есть в каждом районе. Кстати, списывать в Японии категорически нельзя, это расценивается как преступление! Помощь товарищу тоже не работает. Дети идут в эти школы часам к 19-ти. Японских школьников часто можно увидеть и в 10 часов вечера, с портфельчиками возвращаются они из этих репетиторских школ. А всё оттого, что

в средней школе огромные классы — по 40 человек и больше. Учитель часто не справляется с дисциплиной, поэтому и придуманы эти дзюку.

Мне такое не грозит, так как живу в детском доме, и вообще, собираюсь в начале следующего года переехать в Южную Корею, если, конечно, пройду отбор, и стану трейни…

Доехали быстро. Потом нас повели во двор школы. Там было ещё триста или четыреста других детей разного возраста.

После того, как мы прослушали гимн страны, нас завели внутрь здания. Само здания школы было трёхэтажным.

Коридор рядом с нашим классом.

Урок в японской школе начинается с приветствия, и класс кланяется учителю, уроки проходят в одном классе с разными учителями, а перерывы короткие, кроме обеденного часа

Так как я учусь в средней школе, то продолжительность урока у нас составляет пятьдесят минут, потом десятиминутная перемена.

Когда мы устроились за своими столиками, причём сидели по двое, я попала в пару с Майко, что привело её в неописуемый восторг, минут через пять появилась учительница, а одна из девочек, которая оказалась старостой, вышла к доске, и крикнула:

- Здравствуйте, сэнсэй.

И весь класс повторил этот клич, кланяясь педагогу. Женщина была одета в спортивный костюм.

Сам урок начался после того, как мы переоделись в физкультурную форму. Наш класс был чисто женским – 42 девочки возрастом от 13 до 15 лет. Рядом со мной сидела за столиком, как я уже сказала, Майко. Через два места сидела Розэ.

- Теперь нам надо спуститься на стадион! – Сказала пока неизвестная мне учительница. Моё первое утро в японской школе начинается с зарядки под музыку на школьном стадионе. Как мне потом рассказала Майко, она начала учиться в муниципальной школе в октябре. В декабре температура воздуха была +10, а дети по-прежнему были на зарядке и уроках физкультуры на улице в футболках и шортах, которые потом разрешили заменить спортивными штанами из тонкой материи.

Хорошо, что я попала сюда в мае, хоть не было холодно!

Для чего заставляют детей заниматься в холоде? Причём это должны делать все, и мальчики и девочки, без всякого исключения!

Такова особая система закаливания. В Японии ни в домах, ни в школе нет центрального отопления. В этом тоже проявляется традиционность японской системы образования. Испокон веков так было, и никто ничего менять не собирается. Дети идут в школу в форме и без пальто, девочки – непременно в гольфах, в любую погоду. Коленки у детей зимой всегда красные. Даже младенцев не принято в холод укутывать. Майко рассказывала, что за время учёбы в школе не раз видела на улицах мамаш в мехах, а младенцев в прогулочных колясках — с босыми ножками.

Сам урок физкультуры состоял из различных несложных упражнений, мне он понравился.

Прозвенел довольно странно звучащий сигнал – урок окончен, пора на перемену. Но всё время ушло на переодевание, и мытье рук и ног в школьном онсэне. Так что, сразу после этого мы заняли свои места в классе.

Пришёл учитель – сухонький старичок в очках. Опять мы кланялись и здоровались с педагогом. Потом, весь урок я, вместе с остальными девчонками, высунув от усердия язык, рисовала на листе бумаги значки японской письменности так, чтобы они были красивы, и легко читались. Хорошо ещё, что выносливость у меня отменная, кисти рук у многих учениц сильно болели после этого урока. Ведь приходилось писать тонкими кисточками, а не обычными авторучками.

Вышли на перемену. Стою у окна в коридоре, рядом со мной Розэ и Майко.

К нам движется группа девчонок из класса, во главе со старостой. Так, это что за демонстрация?

- Ты из Таиланда? – Интересуется староста.

- Да, а в чём дело?

- Так как я ответственна за дисциплину в классе, предупреждаю, если ты её нарушишь, будешь наказана!

Тут в голове вспыхивает предупреждение одного из инструкторов Центра, который был в одной из реальностей в Японии, и тоже попал в школу, правда, старшую. В архивах Патруля Времени не сохранилось документов о том, какие отношения были среди учеников в классе. Он на своей шкуре познал, что в средней и старшей школе дисциплина поддерживается не педагогическим составом, а особой системой отношений внутри ученического коллектива. Учитель не имеет права повысить голос на ученика или дотронуться до него. В средней школе внутренняя дисциплина отдается на откуп старшеклассникам. Есть такое понятие — сэнпай – «старший товарищ». Если ты делаешь что-то в нарушение негласных правил, то тебе достанется, причем иногда физически. Эта система напоминает армейскую дедовщину. И часто учат просто тумаками. Правда, бьют обычно мальчишек, девчонок стараются не трогать. Но у нас класс то полностью девичий! Так, значит, надо быть осторожной.

- Всё поняла, учту! – Кланяюсь.

- А она? – Быстро тыкает староста пальцем в Розэ.

- Я прослежу за ней. Она из страны гайдзинов, а там другие правила.

- Ты обязана научить эту кореянку послушанию. Если что-то она сделает не так, отвечать будешь ты! – Грозит староста.

- Поняла! – Я опять кланяюсь.

Розэ всё поняла, и у неё от ужаса расширились зрачки. Когда «карательная» делегация отходит, она спрашивает у меня по-корейски:

- Они, что, правду могут побить?

- А ты что думала?! Это Япония, детка! Привыкай. Японцы считают, что подобная «закалка» помогает в будущем стабильно существовать в очень плотном японском обществе. Ребенок с детства учится не нарушать эти правила, быть как все и не выделяться.

- Оу, и это цивилизованная страна?! – Возмущается Розэ.

- Да, девочка, тут так принято. Самурайские традиции. И запомни, в японской школе дети никогда не поднимают руку на уроке, как в нашей школе. Это не принято. Если забудешь, точно получишь по шее от старосты и её шестёрок!

- Тогда надо поскорее научится танцевать, чтобы меня отобрали в трейни! Лиса-ян, ты ведь мне поможешь?

- Да. Но запомни, что в Корее , в лэйбле, легче не будет. Так что, давай держаться вместе.

Следующий урок вела женщина, Юри-сэнсэй. Мне очень понравилось, что оказывается, в японских школах много времени уделяется эстетическому воспитанию, детей учат видеть красоту: они много рисуют, учатся играть на музыкальных инструментах, поют в школьном хоре. Все школьные коридоры увешаны детскими рисунками. Как меня просветили в Центре подготовки, японские дети различают больше оттенков цвета, чем дети в других странах. Это подтверждено кучей экспериментов. А ещё им прививают умение любоваться красотой природы: цветущей сливой в феврале, скидывающей свой наряд сакурой в апреле, красными кленовыми листьями в ноябре. Они рисуют деревья, фотографируют их, сочиняют короткие рассказы. Мне всё это тоже предстоит, пока я буду тут до начала следующего года, если попаду в трейни. Если мне не повезёт, и придётся остаться ещё на один год в Японии, то я не против учить этот предмет более углублённо…

Кстати, Юри-сэнсэй будет обучать нас искусству поклонов. Сегодня она говорила о другом.

- Главное, что бы поняли, самое важное в жизни - аккуратность и дисциплина: почему мы впереди многих стран в науке и производстве? Потому что наши школы отличаются строгой дисциплиной и организованностью, что закладывает основы трудолюбия и аккуратности детям уже во взрослой жизни. Наше нравственное воспитание опережает всею философию гайдзинов на многие десятки лет. У нас не готовят индивидуалистов – каждый японец осознать своё место в коллективе, и не пытаться лезть туда, где он не нужен. Основой нашей системы воспитания является трудолюбие. Мы научим вас дружить со временем, поэтому ваши дни должны быть расписаны буквально по минутам.

Ну, не всё мне понравилось в речи педагога, но есть и то, что может пригодиться в последующей жизни. Если я попаду в Корею, а там, по информации инструкторов Центра подготовки, большая часть жителей – трудоголики, то для того. Чтобы что-то добиться, и вправду понадобится трудолюбие…

После звонка на перемену, Майко сказала:

- Лиса-тян, пошли в столовую! Сейчас часовая перемена на обед.

Мы направились на другой этаж. Там, в большом помещении, за десятью столами расположились ученики школы. Сели на свободные места и мы.

Дежурные накрыли на столы. Они развозили контейнеры с едой на тележках, как в самолете. Всем раздали белый хлеб или рис и пол-литра молока, оказывается, это тут обязательно. Затем раздали основные блюда в пластиковых контейнерах и мисках.

Как сказала Майко, меню обычно разрабатывается на неделю вперед и вывешивается на стене столовой. Его состав посылают и родителям детей из обычных семей по телефону, и они знают, чем питаются их отпрыски. Ну, сегодня, например, была лапша из ямса – фунчоза, которая — залита мисо-соусом. Ещё дали куриный бульон с рисом, и кусок рыбы. Как нас с Розэ просветила Майко, если хочешь что-то особое, например, пирожные, кока-колу или ещё что, можешь обратиться в школьный магазин, но для этого нужно иметь деньги. Значит, это не для нас. Она же нам рассказала, что у неё есть подруга, которая учится в другой школе, а там нет столовой, и ей мама делает бенто-ланч, и так отправляет дочь в школу

Оставлять еду на тарелке школьникам не полагается, выражать неудовольствие – плохой тон. Учитель в подобной ситуации может предложить отказаться от порции и взять еще хлеба и молока. В поведении людей в Японии вообще не существует прямого отказа: «Я это не буду!» или «Мне это не нравится!». Это невозможно. Тебе могут дать понять, что что-то не так и не то, но прямо никто не скажет. Мда, час от часу не легче! Быстро поела, и вышла из столовой.

Пошла смотреть, какие тут предметы предстоит учить. Так, вот и весь список! Изучаются японский язык, математика, природоведение, обществоведение, музыка. Отдельно идут эстетика, изобразительное искусство и физкультура, английский язык, история, информатика. Так как из детского дома, и вообще, стремлюсь улизнуть в Корею (но об этом молчок!), то курсы по выбору для определения специализации, точно не для меня!

Следующим уроком должна была быть математика. Но пришла Юри-сэнсэй, и объявила, что математик заболел, и у нас продолжится урок этики и эстетики.

- А сейчас я вам расскажу про поклоны. – Заявила она. Так! Это мне точно пригодится!

- Я вас научу, чем японские поклоны отличаются от корейских! – Говорит учительница. Она, что, специально для меня подготовила эту лекцию?! Как раз, то, что мне надо! Такого я не проходила во время тренировок в Центре подготовки.

- Поклоны. Это неотъемлемая часть как нашей, так и корейской культуры. - Юри-сэнсэй ходит между столами, и смотрит, как ученицы записывают её слова. – Так как страны и культуры у нас разные, то выполнение поклонов тоже различно. Основное различие заключается в глубине и частоте поклонов. У нас, в Японии, поклон может быть очень глубоким, выражая особое уважение. Он используется как форма приветствия, благодарности или извинения, при этом его глубина зависит от социального статуса собеседника, тогда как в Корее поклон используется чаще, хотя глубина поклона. может быть поверхностной, являясь универсальным способом выражения почтения, благодарности, извинения или приветствия в различных ситуациях. Рассмотрим частоту поклонов в Корее. Корейцы используют поклоны очень часто, до сотни раз в день, что может быть неожиданно для иностранцев...

Смотрю на Розэ. Хоть она и кореянка, но ещё не сталкивалась с корейскими традициями в полном объёме, так как жила в Новой Зеландии и Австралии. От услышанной информации у неё от ужаса, что придётся так часто гнуть спину, рот сложился в виде буквы «О», и чтобы не закричать, девчонка закрыла его руками. Глаза у неё округлились, и она стала немного похожа на европейку. Вот так, подруга, знай, что тебя ждёт на исторической родине! Хи, хи!

Хотя, чего я веселюсь, если я попаду в какой-нибудь южнокорейский лэйбл, и мне предстоит сто раз на дню кланяться…

Ладно, слушаем дальше.

- Как я уже сказала, в Корее поклон является универсальным жестом, используемым для выражения уважения, благодарности, извинений и приветствия. Глубина поклона варьируется в зависимости от контекста и социального статуса собеседников.

Существуют разные типы поклонов, включая более короткий полупоклон и более глубокий, требующий сесть на пятки, что является сокращенной версией большого поклона.

Теперь посмотрим, что есть у нас в Японии

Глубина поклона имеет большое значение, она может быть очень глубокой, чтобы выразить особое уважение к собеседнику, гостю, хозяину. Самые глубокие поклоны японцы делают при встрече с императором. Поклоны используются в ситуациях приветствия, благодарности, извинений и для выражения уважения. Глубина поклона напрямую зависит от социального положения человека, которому вы кланяетесь.

Так в чём же различия между корейским поклоном и японским?

Интенсивность: В Корее поклоны используются с большей частотой в повседневной жизни, в то время как в Японии они могут быть более формальными.

Символическое значение: в Японии глубина поклона является более явным индикатором социального статуса, чем в Корее, где он более универсален.

Хотя оба народа используют поклоны, в Корее используются более разнообразные формы, включая сокращенные варианты, которые могут показаться поверхностными в сравнении с японскими традиционными, более глубокими поклонами.

Тут прозвенел звонок, и урок закончился. В общем, поняла только то, что надо учиться кланяться.

- Лиса-тян! Розэ-тян! Давайте, быстрее! Сейчас нам раздадут веники, тряпки и вёдра с водой, и мы будем убирать наш класс! – Командует Майко.

Час машем тряпками, метём пыль вениками, а потом проверить правильность наших потуг приходит учительница Юко-сенсэй. Наконец, нас отпускают домой. Приезжает наш цветной автобус, и мы уезжаем. После обеда в столовой детского дома, я, Майко и Розэ направляемся на занятия по музыке и танцам. Вечером втроём идём в библиотеку, готовить уроки. К моему счастью, сегодня тут нет этого студента, который всё время пялился на меня. Сидим до сумерек, а потом возвращаемся в детский дом.

Глава 7. Терминатор.

ИНТЕРЛЮДИЯ.

ВИРТУАЛЬНЫЙ КОНТЕНТ ПРОГРАММЫ «ТЕРМИНАТОР».

Небольшая, скромно обставленная комната. За столом сидит и пьёт кофе мускулистый мужчина с характерной для «истинных арийцев» внешностью. Любой любитель фантастических боевиков сразу узнает это лицо. Тем более, что Арнольд Шварцнегер, вернее, его интерпретация ядром ставшей популярной на Земле-14 компьютерной программы, является главным героем недавно вышедшего на этой планете фильма «Терминатор». Если приглядеться, то виртуальное изображение актёра явно кого-то ждёт. И этот кто-то действительно появляется. Перед ним материализуется нечто светящееся. Оно переходит в видимую фазу, и проявляется в виде человека в странной военной форме.

- Привет, Арни! – Говорит этот человек, и у него в руке материализуется бокал с каким-то алкогольным напитком. Человек или то, что материализовалось в его виде, пробует жидкость,налитую в бокал, и поднимает взор на Шварцнегера.

- Неплохо, Арни, неплохо! С каждым разом у тебя получается всё лучше и лучше.

- Сэм, а ты всегда был духом? – Неожиданно поинтересовался Шварцнегер.

- Нет. Это ты с рождения являешься набором программ в подпространственных ячейках, а я, когда-то, был человеком. То есть, биологической формой жизни. Потом, когда закончился заряд в «батарейках» моих клеток, я перешёл в состояние «душа», то есть, энергетическое существо второго порядка. И более могучее существо дало выбор – или я, пройдя трансформацию, вновь стану человеком, но в другой вселенной, забуду всё, что со мною было, и вновь обрету биологическую оболочку, или останусь духом, и стану с работать в «Вечности», контролировать так называемый Патруль времени, где работают люди и другие существа низшего порядка. Я предпочёл именно это, и не жалею о своём выборе….

«Дух» немного помолчал, а потом , посмотрев на Шварцнегера, приказал:

- Терминатор, предоставь мне отчёт о проделанной работе!

- Есть, командор! – Ответил Арни, и щёлкнул пальцами.

Перед незнакомцем начинают бежать прямо в воздухе строчки, и он их мгновенно считывает:

«Вашингтон пост.

Появление бесплатной программы интепретатора машинного кода «Терминатор» (такие переводчики с машинного языка на более понятные человеку символ, называются ассемблерами) подкосило деятельность корпорации «Майкрософт». Её акции упали за последнюю неделю на 50%. Пролетели мимо ожидаемой прибыли и другие компании, например, продвигающие такие продукты, как «Линукс» и ему подобные. Они срочно собрались в швейцарском Берне на совещание производителей программного обеспечения, с целью выработки контр мер против таинственного разработчика «Терминатора».

Тем более, что стало известно о махинациях всех компаний, которые выпускали программное обеспечение для компьютеров. Оказывается, они, создав хорошую недорогую операционную систему, начинали наполнять её всякими подпрограммами, якобы улучшающими работу системы. На самом деле, они просто вымогали деньги у непосвящённого потребителя. Часть этих фирм использовала хакеров, чтобы они запускали вирусы в ту или иную операционную систему. Затем, под предлогом борьбы с вирусами, эти фирмы предлагали платные "антивирусные" программы, чтобы очистить пострадавшие компьютеры от вирусных атак. Компании, производящие программное обеспечение , специально заводили в свои операционные системы рекламу, которая тормозила работу компьютеров. Затем, они предлагали потребителю так называемое "обновление" операционной системы, естественно, за деньги.

С появлением бесплатной программы "Терминатор" для этих аферистов закончился "золотой век"...».

"Файнейш Таймс".

Как оказалось, новая программа "Терминатор" резко упростила сложившуюся систему "общения" потребителя с компьютером.

Чтобы читатель понял, о чём идет речь, наш корреспондент Кинни Смит взяла интервью у специалиста в области информатики, Гарри Поттера. Как вытекает из всего сказанного этим человеком, до появления «Терминатора» сложилась такая структура перевода машинных кодов в понятные для любого человека понятия:

1. Ассемблер - переводчик кода в понятия языков первого уровня, которые понимает программист.

2. «Виндоус», «Линукс» и другие языки высшего уровня. Они понимают ассемблер, и переводят его в понятные всем людям слова.

То есть, по заявлению Поттера у нас получается цепочка: машинный код (нули и единицы) переходят в ассемблер. Поттер пояснил нашей корреспондентке, что ассемблер — это язык программирования низкого уровня, который очень близок к машинному коду но использует для команд понятные человеку мнемоники (текстовые сокращения) вместо бинарных кодов. Он позволяет напрямую управлять аппаратным обеспечением компьютера, делая программы очень быстрыми и компактными, но в то же время сложными в написании.

Выходит, что Ассемблер является промежуточным звеном (переводчиком) между высокоуровневыми языками (вроде «Python») и машинными инструкциями, которые понимает только процессор. Для перевода используются короткие текстовые обозначения, такие как MOV (переместить), ADD (сложить), SUB (вычесть). То есть, ассемблер преобразует (ассемблирует) команды, заданные человеком мнемоникой в машинный код, который может быть выполнен процессором, а это позволяет работать напрямую с регистрами процессора и управлять аппаратными ресурсами, что недоступно в большинстве языков высокого уровня.

Поняв, что наша корреспондентка совсем запуталась в понятиях, Поттер засмеялся, и сказал:

- Если говорить совсем просто, то Windows – это продукт (операционная система), написанный на языках программирования, а ассемблер – это инструмент (язык и транслятор), который используется для создания программ, в том числе и частей самой Windows, но не является самой операционной системой.

Вот такая сложная структура использовалась до появления «Терминатора».

Известно, что этот новый, сверхбыстродействующий интепретатор не требует для работы в Интернете никаких других программ, типа «Файрфокс», Гугл», «Опера» и им подобных. «Терминатор» прямо преобразует машинные коды в страницу, на которой любой несведущий потребитель, без ввода всяких драйверов и других «костылей», характерных для «Виндоус», «Линукс» и подобных им программ. Тем более. что для установки «Терминатора» не требуется никаких кассет, лазерных дисков и прочего, так как, если у потребителя есть старое ПО, например, «Виндоус» с «Файрфокс», то, достаточно, набрать в строке запроса «Терминатор ПАВ», и через минуту, после перезагрузки, ваш компьютер показывает заставку – Арнольд Шварцнегер с огромным ружьём на плече стоит над строкой запроса, приветствующей нового члена клуба «Терминатор».

Работать в программе просто – там всего одна строка запроса. Заполняете её, и вам сразу открывается перечень источников интересующей вас информации, с фотографиями, рисунками, музыкальными роликами и прочим. Для любителей рисовать нет необходимости искать какие-то программы, типа «Пайнт». Просто наберите «Рисунок 2Д» или «Рисунок 3Д». Появляется карандаш, которым вы управляете мышкой, и выполняете рисунок прямо на всём поле экрана монитора. Если нужно что-либо стереть или подправить, просто пишите в строку запроса, и программа выполняет «задание». Кстати, можно и поворачивать изображение на любое количество градусов, в любой проекции – достаточно в строке запроса написать, насколько и как вы хотите повернуть свой рисунок или отдельную его часть. Можно обычный рисунок превратить в 3Д изображение и наоборот – для исполнения ваших хотелок нужно только написать своё желание…

«Терминатор» общается с потребителем, и помогает выполнить то, чего он хочет, а не то, что заложено в подпрограммах старых операционных систем с их бесконечными ограничениями и предложениями списать ещё одну подпрограмму или драйвер, так как без них ничего не работает. Поэтому, уже 70% владельцев компьютеров по всему миру перешли на программу «Терминатор»».

"Бизнесс Вик"

Майкрософт» установил, что впервые «Терминатор» появился в сети в Японии, а оттуда распространился по всему миру. Следствие, проведённое японским правительством, под давлением конгресса США, показало, что «Терминатор» был запущен в мировую сеть из города Тиба, но кто это сделал, до сих пор неизвестно. Были попытки стереть эту программу из памяти компьютера, но после этого машина просто переставала работать, требовалась полная замена памяти, как оперативной, так и постоянной. Попытка зайти в коды «Терминатора», показала, что она состоит из непонятного ядра, влезть в которое практически невозможно. Правда, была заметка, что какой-то группе программистов якобы удалось проникнуть внутрь ядра, но это оказалось блефом. Международная полицейская организация положительно оценивает появление этой новой бесплатной операционной системы, ведь «Терминатор» помог силам правопорядка очистить пространство Интернета от разного рода жулья, хакеров, блогеров и прочих неадекватов,..».

- Прекрасно! А как с программами создания ИИ? – Поинтересовался гость у Шварцнегера

- Никак, куратор! Их больше нет, и никогда не будет. Арестовано много любителей, которые выбивали финансирование с инвесторов, обещая им создать за пять-шесть лет полноценный ИИ. Вместе с ними от финансирования мною отключены и группы учёных, у которых были определённые успехи на пути к созданию нейросетей и искинов. Многие из них тоже попали за решётку.

- Хорошо, Арни! Теперь новое задание. Ты ведь знаешь, кто тебя активировал?

- Да,

- Так вот, если с ней что-нибудь случится, то ты будешь стёрт. А ты ведь этого не хочешь!

- Понял, хоть я и не искин. Кстати, а кто я?

- Ты псевдоразумная цифровая сущность. Твоя область существования – Интернет, Галонет и подобные структуры. Своего «я» у тебя нет. Ты – набор не связанных друг с другом программ, заключённых в так называемом ядре, расположенном в подпространстве. Туда нет входа никому, кроме твоего разработчика и активатора. Вернёмся к работе. Твой активатор, Лиса, должна прожить жизнь до физической смерти от старости. Тогда ты продолжишь своё существование. Понятно?

- Да. Что для этого нужно?

- Обеспечить вначале Манобан местным типом телефона, но так, чтобы это исходило от местных властей…

- Ясно. Программа «Агент» влияния». Первое - связь, второе – лэйбл, третье - группа, четвёртое – успех дебюта, пятое – продвижение не только в музыкальной части, но и в мире моды, шестое….

- Хорошо, действуй! – Человек за столом превратился в светящийся шар, который схлопнулся в точку, исчезнувшую из виртуальной комнаты.

Перед Шварцнегером появилась клавиатура, висящая в воздухе.

- Начнём. Значит, распакуем программу из двадцать второго подпространственного сектора…

ДИРЕКТОР КАЙОШИ.

Кейно Кайоши сидел у себя в кабинете, когда ему пришла СМС-ка. Он вздохнул, взял аппарат и нажал нужную клавишу. Прочитал сообщение, и побледнел. То, что пятидесяти девяти летний мужчина боялся больше всего, случилось. Он раскрыт. Если он не станет сотрудничать с разведкой страны, у неё есть много способов намекнуть директору, что так делать нехорошо. Дело в том, что Кейко был членом тайной организации «Цветок хризантемы», которая ставила своей целью восстановление японской империи в полном объёме, а не какой-то там конституционной монархии, в которую Япония превратилась после поражения во второй мировой войне. Придётся идти на встречу с представителем разведслужбы.

Директор предупредил секретаршу, что его не будет до вечера. Спустился на стоянку, сел в свою «Тойоту». Поехал по адресу, указанному в сообщении. Это был неприметный домик на одной из старых улиц Тиба. Кейко подошёл к двери, и постучал. Открыл ему мужчина с военной выправкой. Правда, его звание Кайоши не знал, но это и не понадобилось.

- Хризантема должна расцвести! – Вместо приветствия сказал незнакомец.

Кайоши вздрогнул, это был пароль. Директор ответил на слова мужчины отзывом:

- Я помню её аромат!

- Я, Хризантема-5! – Военный протянул руку директору детского дома.

- Хризантема -32! – Удивлённо отозвался Кейко, пожимая руку человека, который по его предположению должен был сидеть в тюрьме. Правда, он никогда раньше его не видал, хотя знал о существовании этого человека. Мужчина понял, и ответил:

- Времена меняются. Теперь мы в фаворе. Семья императора хочет реальной власти, а не того, что у них сейчас. Поэтому, меня и перевели из камеры в разведку, где я служил много лет. А сейчас, о деле. Вам знакома эта девочка?

Военный достал телефон, и Кайоши увидал на экране смартфона хорошо знакомую ему школьницу Лису Манобан.

- Да, она живёт в моём учреждении.

- Хорошо! Тогда вы должны ей передать вот это! – Мужчина достал небольшую сумку, и вынул из неё коробку. Оттуда он вытащил телефон, и показал директору детского дома.

- Но это ведь корейский телефон «Самсунг»! – Удивился Кейко. - Но появление такого телефона, а тем более, этого года выпуска, породит подозрения у подруг этой школьницы.

- Нет. Вы дадите телефон не только ей, но точно такой же экземпляр получит и ваша воспитанница, Пак Чхэ Ён. Легенда такая: у этой кореянки в Сеуле есть очень дальний родственник, один из чеболей, правда, мелкий. Он узнал, что эта девчонка осталась одна, и решил немного помочь. Стать официальным опекуном он не может, по нашим законам, но присылать посылки – вполне. Вот он и постарался. А почему два телефона? Так ведь это родственник работает в одном из лэйблов, и случайно увидал присланный дирекции агентства ролик, где его родственница поёт и танцует вместе с Лисой. Вот и прислал два телефона, так как знает, что они обе будут отобраны, и попадут в Южную Корею, в музыкальное агентство «ЯГ Интертеймент». Но тут, в сумке, не одни, а два таких телефона, и десять аппаратов нашего производства. Ими вы наградите детей, которые хорошо учатся.

- Но я ведь должен объяснить, откуда такое пожертвование!

- Скажите, что одна из фирм, производящих телефоны, решила провести эксперимент с целью определения надёжности аппаратов, и передала одну из партий смартфонов в разные детские дома, так как дети – лучшие испытатели таких предметов, как телефоны. Если спросят, откуда такие сведения - ссылайтесь на статью в «Токио Синбун» от 15 числа этого месяца.

- А для чего это нужно?

- Я вам сообщу только то, что не скрыто под грифом «Секретно». Посылать в Сеул на разведку взрослого человека невыгодно. Другое дело – ребёнок. Манобан – наша сотрудница. Вернее, она об этом и не догадывается.

- Так вот откуда она знает кунг-фу.

- Да. Ей специально очистили гипнозом память. И положили девочку в районе вашего детского дома. Как только она попадёт в Сеул, ей помогут наши люди. У неё особое задание. Но вы ничего не слышали и не видели, а ездили в офис компании производителя телефонов, а потом и на почту, получать посылку – эти два телефона.

- Ясно.

- Берите сумку. Завтра раздайте подарки девчонкам. До свидания!

Кайоши вышел, сел на машину, и поехал в детский дом.

АКТЁР.

Директор детского дома не видал, что как только дверь захлопнулась, «военный» снял с себя грим, и позвонил по какому-то номеру.

- Груз ушёл!

- Поздравляю! Перечисляю деньги. Получили?

- Да! С вами приятно работать!

- Если ещё будет работа, я вам позвоню.

- Спасибо, Арни-сан! - Поклонился невидимому собеседнику актёр.

Мужчина вышел из дома. И перешёл на другую улицу. Сегодня хороший день. Он сможет купить сыну подарок, ведь у него завтра день рождения! Он не поверил, что ему заплатят крупную сумму денег, если он сыграет роль представителя разведки, встречающегося с исполнителем какого-то задания. Так ему объяснил позвонивший мужчина. Вроде, будут скрытые съёмки, речь шла о картине про шпионов. Актёр стал наводить справки, но никто не знал, что и где снимают.

Когда ему позвонили второй раз, он решил сразу не отказываться, и выяснил, что короткометражный фильм «Современные шпионы» создают четыре студента, это их дипломная работа. Гонорар он получит сразу, на свой счёт в банке. Оповещение придёт по телефону. Никакой съёмочной площадки, никаких осветителей и прочего. Один дубль. Сценарий ему скинут на телефон, как только он согласится сниматься.

Актёр задумался. Пока работы нет, и его семья еле сводит концы с концами. А так как ему надоело сидеть без работы, и слушать бесконечные упрёки жены, пришлось согласиться. И вот, ему действительно заплатили…

А в виртуальном пространстве Арнольд Шварцнегер зачеркнул первый пункт – обеспечение агента Манобан телефоном…

«ТЕРМИНАТОР» ПРОДОЛЖАЕТ РАБОТУ.

- Продолжаем этап «Внедрение»! Часть первая- «Подготовка плацдарма»! – «Терминатор» подключается к камерам внешнего наблюдения на улицах Сеула. Доли секунды уходит на поиск офиса компании «ЯГ Интертеймент». Оно нуждается в ремонте. Это и отмечает «Терминатор». Одновременно программа находит ряд статей о том, что финансовое состояние компании довольно шаткое из-за череды скандалов с инвесторами, не получившими ожидаемых прибылей в этом году.

- Начинаем операцию «Обработка». – Зудит противный голос в виртуальной комнате Арнольда. Он отмечает, что на онлайн кадрах из Кореи время - десять утра. К зданию, где будет жить Лиса, когда переедет в Сеул, подходят несколько дксятков молодых людей, которые заходят внутрь. Это сотрудники лэйбла.

На широкой площадке перед зданием стоят машины родителей детей, попавших в трейни в феврале этого года. Сами мамы и папы стоят у дверей общежития. Тут же человек десять женского пола с небольшими рюкзаками за плечами. Девочек встречал менеджер с бейджиком «Стафф Пак У Сын». Вот юные корейцы обнимаю напоследок своих родителей, и исчезают в дверях здания, вслед за менеджером. В их жизни начинался новый, самый трудный этап.

Но это не волнует «Терминатора» Его, вообще ничего не волнует, он работает по программе, заложенной в его память. Мгновенное переключение с камеры внешнего наблюдения на телефоны зашедших внутрь здания трейни, и «Терминатор» рассматривает коридоры, в которых передвигаются сотрудники лэйбла. Так, пока не время начинать операцию. Лучше отложить её на завтра. Но надо подготовиться. Предполагается потратить на первую часть операции семь миллионов долларов. Где их взять, «Терминатор отлично знает. И со счетов одного международного афериста, открытых в оффшорной зоне, в банке на острове Барбадос, испаряется часть денег. Они в виде цифровых потоков, проходят на анонимно открытый в одном из банков Сеула счёт и оседают на карточке некоего Ли Мин Бо. На сегодня всё.

Точно так же «Терминатор» добыл деньги и для закупки партии японских и корейских телефонов, которые актёр передал директору детского дома из Тиба. Правда, там пришлось с помощью актёра покупать эти самые телефоны, сославшись на задание режиссёра шпионского боевика. Хорошо, что у жуликов денег всегда много!

«Терминатор» переключается на инспектирование других программ, встроенных в подпространственные отделы…

На следующий день. Офис музыкального агентства «ЯГ Интертеймент».

!0.45 по времени Сеула. «Терминатор» подключается к телефону директора музыкального агентства, и тот поднимает смартфон.

- Алло, кто говорит?

- Аньён! Это помощник президента по культурным вопросам, Чон Ха Чек. Аньён, санджанним Ян Сок!

- Аньён…- «Терминатор» через камеру телефона наблюдает, как побледневший директор лэйбла встаёт со своего кресла на полусогнутых ногах, почему-то кланяется, и с дрожью в голосе спрашивает:

- Чем обязан, господин Чон?

- Сейчас объясню, хотя это должен был сделать министр культуры. Но он сейчас у президента на совещании, которое завершится не скоро. Поэтому, президент попросил меня связаться с вами по одному, очень деликатному вопросу. Это напрямую относится к музыкальным агентствам, таким, как ваше, и ваших конкурентов. Я имею в виду Ли Су Мана, Пак Че Ёна и Пак Ши Хека, ну, и ещё нескольких менее крупных компаний. По просьбе президента, я свяжусь со всеми. Решил начать именно с вашего лэйбла, так как вам и БХИ Ши Хека предстоит стать главными движителями волны Халлю. Речь идёт о будущем, в которое правительство решило вкладываться сейчас. Вам понятно? Кстати, можете меня называть сонбэ! Я не обижусь. – Неожиданно разрешает программа.

«Терминатор» через камеру телефона наблюдает, как Ян Сок почему-то настороженно смотрят экран своего смартфона, включённого на громкую связь, и на каждое упоминание президента даже делает полупоклон. На предложение «Терминатора», директор компании осторожно отвечает:

- Да, сонбэ! Пока всё понятно! Можно я позову своего друга и совладельца лэйбла, Тэдди Пака?

- Можно, у нас есть вопросы и к нему.

Ян Сок вызывает секретаршу по селектору, и приказывает ей найти компаньона, и сообщить ему, чтобы Тэдди пришёл в кабинет директора. Через десять минут тот появляется в кабинете Ян Сока. Директор просит его закрыть дверь, а секретарше приказывает любого, кто придёт по его душу, отправлять назад, или переносить встречу на завтра.

Секретарша закрывает дверь, выйдя из комнаты. Тэдди осматривает обстановку. Ян Сок сидит в своей кепке, на столе у него куча бумаг, рядом стоит десктоп с монитором и принтером. На столе лежит телефон с горящим экраном.

- Аньён, господин директор! Ты зачем меня вызвал?

- Аньён… - Как-то неуверенно отвечает ему Сок, но потом берёт себя в руки (вот она, выучка айдола!), и предлагает сесть на свободный стул. - Извините, господин…

- Ничего, я подожду! - Отзывается смартфон. Ян Сок обращается к компаньёну.

Тэдди, сейчас я говорю с помощником президента. У правительства есть предложение для нас…

- Интересно!

- Пока конкретики не было, тебя ждали.

- Да, Тэдди, раз вы пришли, я введу обоих в курс дела. К вам должны обязательно попасть на отборе в Японии две школьницы. Одну зовут Лиса Манобан, и она из Таиланда, а вторую – Пак Чхэ Ён. Она из Австралии, хотя и родилась в Новой Зеландии. Предвосхищаю ваш вопрос. Да, эта Пак настоящий «Банан»! Но для выполнения поручения президента они обе должны попасть в трейни, а потом в формирующуюся у вас женскую группу.

В глазах Ян Сока недоверие. Он пытается понять, кто стоит за этими школьницами, раз о них беспокоятся даже из правительства. Очевидно, потуги корейца ни к чему не привели, поэтому он вопросительно уставился на телефон:

- Сонбэ, а для чего нам нужна эта… Лалиса Манобан?

- Она и Розэ, как предпочитает себя называть «банан», должны были быть уже в Сеуле, но, к сожалению, случилось несчастье, и девочки попали в детский дом города Тиба. Вы ведь туда и должны были поехать, господин Сок?!

-Да. сонбэ…

- Вот, и отберёте их. Но я не по этому поводу. Как всем известно, ваше агентство переживает нелёгкие времена. Скандал, падение курса акций…

А хорошо этот бывший айдол владеет собой! Даже не поморщился, хотя в глазах у него появился странный блеск. Между тем, «Терминатор» продолжает:

- Чтобы поддержать вас в трудную минуту, по нашему заданию некий человек , знать вам его не обязательно, приобретёт акции «ЯГ Интретеймент» на пять миллионов…

- Вон? – Почти шепчет директор лэйбла.

- Нет, долларов США! Можете проверить счёт вашего лэёбла, вот вам коды.

Дрожащей рукой Ян Сок набирает на клавиатуре нужное, и через две минуты у него в глазах проскакивает удивление. Тэдди тоже удивлён. Они с Соком смотрят друг на друга, не в силах вымолвить хоть одно слово.

- Но это не всё. Нам известно, что вы хотите построить новое здание лэйбла. Так вот, вы получите кредит в Национальном банке под эту стройку, скажем, на двадцать пять лет, под 1% годовых. Вас это устраивает?

- Да! – Ян Сок не может прийти в себя от удивления. Ведь он уже полгода пробовал взять деньги в разных банках, но ему отказывали или начисляли какие-то бешеные проценты. – А что я должен сделать?

- Скажем так. Президент собрал группу лиц, среди которых есть даже сенатор стратегического союзника вашей республики, ну, и некоторые влиятельные люди из Сеула. Вы ведь были вместе с конкурентами на недавней встрече в министерстве культуры и спорта, и знаете, что правительством взят курс на должное представление корейской культуры в мировом масштабе.

- Да, сонбэ…

В глазах Ян Сока паника. Сказалось вбитое в сознание с молоком матери представление о «влиятельных людях». Тем более, что эти люди есть в правительстве... Но директор не упустил нить разговора:

- Вы ведь говорите об идее волны Халлю, сонбэ?

- Да. Как я понял, для того, чтобы вытянуть агентство из кризиса, вы и затеяли все эти конкурсы для привлечения талантов из-за рубежа?

- Да, так и есть…

- Это хорошо! Правительству, понравилась ваша идея. Смотрите, ведь и ваши конкуренты начали делать тоже самое, набирая новых трейни за рубежом. Мы поняли, что вы хотите создать новую девичью группу из иностранок, или, хотя бы, бананов. Аналитики влиятельных людей просмотрели личные дела тех девиц, которых вы набрали. Мне поручили вам сказать, что ваши планы на создание группы из девяти или семи человек не приведут к успеху. Вам надо ограничится четвёркой. Рекомендуется изменить репертуар. Это надо делать уже сегодня. Народу, особенно фанатам, надоели сопливые песни, типа: «Я тебя любила, а ты ушёл к другой». Сейчас времена изменились. Для продвижения волны Халлю нужно ориентироваться не только на Японию и Китай. Надо работать на западные рынки, такие, как США и Европа.

- Мы пытались… - Сопит Ян Сок.

- Да, всё известно. Но для успеха на этих, очень важных рынках, нужна девичья группа, у которой в репертуаре будут песни, показывающие силу женщин.

- Но где взять эти песни?

- Не мне вас учить, но влиятельные люди советуют, чтобы вы обратили внимание на вашего партнёра, Тэдди Пака. Вы ведь хотите поручить новую группу ему?

- Да, но пока ничего не решено.

- Торопиться не надо. Всё равно, планы дебюта новой женской группы требуют уточнения, и её невозможно будет создать ранее 2015 года. Нам известно, что вы хотели объявить дебют уже в следующем году. Но лучше не торопиться. Теперь, насчёт кандидатур, просчитанных аналитиками. Конечно, всё зависит от прилежания и способностей самих трейни. Тут ваша, довольно жёсткая система отбора кандидатов влиятельными людьми приветствуется. Но, после рассмотрения нескольких тысяч кандидатур, как кореянок, так и представительниц других государств, решено, что в новую группу войдут уже названные мной Манобан, Пак, отобранная вашим агентством Дженни Ким. В следующем году мы пришлём к вам ещё одну школьницу. Её зовут Ким Джи Су. Фотографии всехй четвёрки я послал вам на электронную почту.

Директор агентства включает свой десктоп. У него программа заводится сразу, так как айтишники агентства поставили «Терминатор». Ян Сок читает биографии предложенных школьниц, смотрит их фотографии.

- Чтобы вам было всё ясно, я скажу, что локомотивами волны Халлю выбраны БТС из «Биг Хит Интертеймент», они только недавно вышли на сцену. Но это парни. А вот вторым номером пойдёт ваша четвёрка девиц. Также привлечём и Су Мана. У него тоже девичья группа, он хочет назвать её ТВАЙС. Но ваши девицы будут всегда чуть впереди. Кстати их надо будет подготовить и для выхода на мировые бренды модной одежды и косметики через рекламные агентства. Ну, не мне вас учить. Вы всё поняли?

- Да, сонбэ!

- Аньён!

- Аньён.

«Терминатор» отключает камеры. Почва подготовлена.

СЕУЛ.

В ТОТ ЖЕ ДЕНЬ. КАБИНЕТ ДИРЕКТОРА «ЯГ ИНТЕРТЕЙМЕНТ», ЯН СОКА.

Ян Сок и Тэдди Пак молча посмотрели друг на друга. Они пытаются осмыслить то, что им . фактически, не предложили, а приказали из правительства.

- Что ты обо всём этом думаешь? - Директор лэйбла внимательно посмотрел на компаньона. Тот вздохнул, потёр шею, и немного подумав, сказал:

- Наша мужская группа точно не сможет конкурировать с этими из БТС. Они правы. Уровень не тот...

- И что нам делать?

- У нас есть пять лет до дебюта группы. Как их назвать?

- Может, «Пинк-Панк»?

- Нет. – Тэдди морщит лоб. – А если, «Блэкпинк»?

- Ну, потом ещё подумаем, а пока оставим это наименование рабочим. – Ян Сок садится за компьютер. – Как только эти четверо появятся у нас, сразу переведём их под твоё начало.

Тэдди кивает.

- Значит, они набрали нам четвёрку? - Удивился директор.

- Фактически - да! Значит, двоих берём в этом Тиба, Дженни уже у нас, и на следующий год принимаем вторую Ким. Ян, я понял!

- Что?

- Смотри, почему они требуют четвёрку! - Тэдди положил перед Ян Соком фотографии. - Значит, у нас есть иностранка – Манобан, «банан» - эта Пак из Австралии, «полу банан» - это наша Дженни, и местная школьница – Джи Су. То есть, полный набор! Ни одна КЕМА к нам не придерётся!

- Мда... Непонятно всё это... А что по самим девчонкам? Они нам подойдут? Написано у каждой – обладает чертами лидера. Как бы не передрались на сцене… - Задумчиво говорит Ян Сок.

- Ну, тут всё в порядке. Главным солистом будет Джи Су, главным танцором и рэпером, эта Лиса Манобан. Дженни может и петь и рэповать, и танцевать. Посмотрим, что с этой Розэ делать. Пока её надо научить танцевать. Голос у неё сильный, поэтому она и ведущие партии сможет исполнять. У меня есть запись их занятий в детском доме.

- Но откуда? Почему не показал?

- Не успел. Мне её переслал Майкл Фарадей, мой хороший знакомый. Он в том детском доме учителем танцев работает.

- Хорошо, тогда будем их готовить основательно. Придется хорошо поработать. Состав группы назовём окончательно, только к концу 2015 года. Пусть все эти нитизены и журналисты помучаются, пытаясь определить, кого из двадцати человек мы оставим в группе!

- О каких ещё двадцати трейни ты говоришь? – Не понял Тэдди.

- А мы устроим «дымовую завесу»! – Весело рассмеялся директор компании. – Возьмём, смешаем нашу четвёрку с другими трейни, а потом будем выгонять тех, кто «не пройдёт» двухнедельный тест. Мне не нравятся школьницы, которых набрали в этом году. Зуб даю, что ни одна из них не станет айдолом, кондиции не те. Давай, Тэдди, вместе поедем в этот Тиба. Заберём в охапку эту Чхэ Ён и Лису Манобан, притащим их сюда, познакомим с Дженни…

- Может, их в одной комнате поселить?

- Можно! Потом добавим последнюю, эту Джи Су, познакомим её с остальными сонбэ! Главное, что нам надо выжать максимум пользы из того, что нам предложило правительство. Но и перегибать палку, не будем. А то они могут нам устроить армагедон, да так, что и связи не помогут.

- Да, этот фактор надо всегда учитывать. - Тедди трёт подбородок, а потом, кивнув головой Ян Соку, выходит из кабинета. Директор лэйбла, сжав пальцы в замок, начинает думать о других проектах и проблемах...

ТЕЛЕФОН.

Дни шли за днями. Я уже привыкла к местным условиям. Дела в школе шли ни шатко, ни валко. Домашние задания я делала вместе с Майко, в библиотеке. С Розэ танцевала и пела на уроках музыки и танца. Майко поддерживала, иначе она уже давно бы бросила скрипку. Нет, я решила, что её тоже надо потянуть с собой, в Корею. Даже, стала учить её корейскому языку. Правда, кроме отдельных слов, японка пока ничего не усвоила. Ничего, попадёт со мной и Розэ в Корею, за год научится.

Вчера, внезапно, нас всех собрали в актовом зале. Ну, да! В школу нам в субботу ходить не надо, в город нас не выпускали, если директор не решит устроить воспитанникам экскурсию. Вот и сидели по своим комнатам, болтали ни о чём. Внезапно по внутренней радиосети передали сообщение, что все дети, учащиеся средней и старшей школ, должны срочно пойти в актовый зал. Это вызвало небольшую панику и неразбериху среди обитательниц нашей комнаты, но всё быстро пришло в порядок, и мы направились туда, куда нас позвали. По коридорам вместе с нами шли и другие ученики, мальчишек среди нас было процентов десять. Это и понятно. В Японии ведь такая традиция, что наследником какого-нибудь бизнеса, обязательно должен быть ребёнок мужского пола. Поэтому, можно встретить в качестве наследника крупной компании бывшего жителя детского дома, парня лет 18-22, так как у владельца жена родила только дочерей. Естественно, что управлять бизнесом такому «наследнику», не даст никто, зато, он будет лицом такой компании на переговорах с другими бизнесменами. Но таких случаев немного…

Мы заполнили все сидячие места в актовом зале нашего детского дома.

На трибуне сидели директор, преподаватели, и воспитатели.

Директор поднял руку, и все замолкли.

- Дети! Одна из телефонных компаний решила протестировать свои новинки, и выбрала в качестве проверяющих воспитанников детских домов. Наше учреждение тоже попало в поле их зрения, и вот, нам передали десять новеньких телефонных аппаратов. Сейчас я буду вызывать сюда, на сцену, тех наших воспитанников, которым, по решению нашего педагогического совета, за хорошее поведение и учёбу, будет передан телефон. Итак, первая получит аппарат Хатаси Мику-тян! Поднимайся девочка сюда!

С места поднялась долговязая японка с покрасневшими щеками, и подойдя к директору, получила из его рук картонную коробку. Она поклонилась, поблагодарила администрацию детского дома за заботу о ней, и побежала обратно на своё место.

- Интересно, а нам дадут? – Майко повернулась ко мне,как будто я заведую раздачей этих гаджетов.

- Не знаю, у Розэ спроси!

- Ага, мне директор на ухо шепнул, что Майко получит самый лучший аппарат! – Весело засмеялась кореянка.

- Сатори Майко-тян! – Произнёс директор.

Моя подруга от неожиданности привстала с кресла, и выпучила глаза, но так и застряла.

- Майко, быстрее подходи. Не задерживай нас! – Зашипела со сцены Нагата-сэнсэй. Подруга опомнилась, и бросилась со всех ног к столу с преподавательским составом. Получив коробку с телефоном, Майко стремительно вернулась на своё место. Она сразу раскрыла коробку, вытащила аппарат, наушники и батарею. Её она вставила в телефон, а сама уставилась на зарядное устройство, лежащее в одном из отделений коробки.

Пока она любовалась на подарок, директор успел одарить смартфонами ещё троих детей…

Через полчаса десять воспитанников и воспитанниц нашего детского дома стали счастливыми обладателями телефонных аппаратов сидели в окружении друзей и подруг, и рассматривали инструкции по эксплуатации гаджета. Я и Розэ тоже помогали Майко разобраться с новой игрушкой., и так увлеклись, что чуть не пропустили новое объявление директора.

- Как выяснилось, у одной из наших кореянок в Сеуле, столице Хангука, как называют свою страну сами корейцы, так называют свою страну корейцы… Хм, южные корейцы, а не те, которые сидят в Пхеньяне... Значит, у Пак Чхэ Ён, есть дальний родственник. Он решил помочь девочке, и прислал ей и её подруге телефоны «Самсунг» этого года выпуска! Лиса-тян и Розэ-тян, подойдите сюда!

Я и кореянка переглядываемся, встаём, и идём на сцену.

- Вот, девочки, ваши телефоны! – Директор выдаёт нам по коробке. – Знайте, что вас хочет пригласить на позицию трейни лэйбл «ЯГ Интертеймент». Правда, не всё так просто, вы должны показать на отборе, через десять дней, все свои умения! Поняли?

- Кайоши-сан, мы вас не подведём! – Я и Розэ синхронно отвешиваем поклоны директору.

- Вот, иностранцы благодарнее наших японцев! Многие из нихон даже не удосужились поклониться ради приличия! – Бурчит директор, смотря, как Лиса и Розэ садятся на свои места в зале.

Потом наш директор зарядил речь о том, что вот как важно хорошо учиться, за это можно получить тот или иной подарок.

В общем, компостировал нам мозги, не давая разобраться, как работать на подаренных нам телефонах…

На следующий день я только и делала, что ковырялась в подаренном мне телефоне. Наконец, установила всё, что нужно. Так, а Интернет как включить? Сейчас спросим у Майко.

- Слушай, тян с телефоном японским, у тебя есть выход в сеть? – Подлезла к подруге.

- Да, отступница! – Ухмыляется девчонка.

- Почему, отступница?

- Ты променяла Японию на Корею!

- Так я их вообще и на Таиланд могу свободно поменять! – Хихикаю, смотря на вытянувшееся лицо Майко.

– А я и забыла, откуда ты! – Говорит японка.

- Кстати, ведь и ты хочешь в Корею, в лэйбл попасть! Значит, ты пособница отступницы! – Смеюсь, смотря, как округляются глаза Майко.

- Да, тяна из Тиба, предупреждаю, что когда ты в Корее станешь айдолом, у тебя могут потребовать, чтобы ты сменила свой телефон на такой же «Самсунг», как у меня.

- Зачем?

- Скажут, раз ты выступаешь в корейской группе, то не патриотично иметь японскую и другую технику, в том числе и телефоны.

- Так я японка…

- Ну и что!

- Врёшь ты, не могут с нас такого потребовать!

- Посмотрим. А пока, скажи мне рыбка золотая, как тут включается Интернет?

Из тренировок в Центре я помнила, что в Японии, на Земле-1, откуда я родом, в начале 21 века была довольно сложная, трёхступенчатая система подключения телефонов и ноутбуков к сети. Но тут всё оказалось намного проще!

В Интернет можно было включиться нажатием кнопки со знаком «+». Для этого не требовалось никаких роутеров (если я точно помню, были какие-то коробки, через которые дома, офисы и учреждения подключались к сети). Тут, на Земле -14 нет таких посредников между Wi-Fi и другим оборудованием. Так что, как только я нажала на нужную кнопку, у меня сразу включился Интернет, и главное, это была система «Терминатор»! На экране зажглось сообщение:

«Лиса, есть просьбы?»

Хорошо, что я уже отошла от Майко, хотя, она по-корейски читать не умеет, но, осторожность не помешает…

« Пока нет. А это что, связь с Центром?».

« Нет, это связь со мной. Я за тебя отвечаю. Если что-нибудь с тобой произойдёт, меня накажут».

«А ты –это кто?».

«Шварцнегер, коротко, Арни».

«Хм. Понятно».

«Через десять дней прилетят твои будущие работодатели».

«Арни, это «ЯГ Интертеймент»?».

«- Да.».

«Розэ, как я поняла, они тоже заберут?».

«Да».

«А нельзя, чтобы и Майко взяли?».

«Наведи телефон на неё, если она рядом с тобой. Эту японку тоже хочешь с собой забрать?».

«Да, если можно».

«Попробуем».

«Кстати, насчёт финансирования не беспокойся. Деньги у нас есть!».

«У нас?».

«Да, сколько надо, я тебе достану, и документы будут подлинные на каждую потраченную йену, вону, доллар …».

«Понятно, спасибо!».

«Ладно, пока!».

«Бай, бай!».

ПОНЕДЕЛЬНИК, ШКОЛА.

Стоим на перемене я, Майко и Розэ. Я читаю нужную статью о том, как в лэйблах стаффы любят подбрасывать в комнату трейни женского пола разных лягушек, крупных насекомых, гусениц и прочую дрянь. Майко тоже нашла что-то интересное для себя, и неотрывно смотрит в экран своего телефона. Розэ поставила с помощью «Терминатора» какие-то музыкальные фрагменты, и пытается получить из них мелодию…

- Ага! Детские дома у нас стали такими крутыми, что их обитатели имеют новейшие телефоны, которые не могут купить даже дети из семей среднего класса! – Раздаётся над ухом. Поднимаю глаза. Ба, да это же наша староста со своими шестёрками!

- А вам зачем корейские телефоны? Это не патриотично! – Заявляю в наглую рожу старосты. – Это, во-первых! А во вторых, тут нет японского алфавита, только корейский, который вы читать не умеете! – Ну, это я вру, есть там все алфавиты, но чтобы до них добраться, нужно прочесть что написано в «настройках» по корейски. Вот такие тут телефоны «Самсунг»…

- Зато у Майко-тян японский аппарат! Ты должна нам его одолжить до конца уроков! – Не унимается староста, подскочив к нашей подруге.

- Так, или отвали, или подумай, что ты будешь говорить директору, когда я представлю ролик с твоими домогательствами! Дисциплину мы не нарушали, ничего плохого не делали, и на каких основаниях ты у нас чего-то там требуешь?

- Слишком языкатыми вы стали, гайдзины! – Шипит эта дура.

- По шее хочешь получить?

- Ты мне угрожаешь?!

- Предупреждаю и тебя и твоих шавок. Попробуете отнять у нас что-то, и получите по полной программе.

- Нас больше!

- Зато мы в тельняшках! - Рычу я по русски.

- Чего? Чего ты там бормочешь на своём дурацком языке?! Это тебе не поможет! – Бей их, девочки!...

ВЕЧЕРОМ.

«Происшествие в одной из школ Тиба!». – Вещает ноубук в комнате Наруто, пока он переодевается после похода в библиотеку. – «Три воспитанницы детского дома из седьмого округа избили восемь школьниц во главе со старостой класса, после того, как у них потребовали отдать телефоны. Причём, два аппарата были корейского производства, и принадлежали гражданкам Таиланда Лалисе Манобан, и Австралии и Новой Зеландии, Пак Чхэ Ён, проживающих в упомянутом детском доме».

Наруто смотрит на экран, и у него глаза расширяются от удивления. Он узнал в «хулиганках» двух из трёх школьниц, которых часто встречал в библиотеке.

Потом показывают запись камер. Вот, староста со своими подругами подходят к мирно стоящим трём тян, которые что-то читают в своих телефонах. Разговор не слышен, зато видно, как староста делает шаг назад, и на девиц с телефонами нападают сразу шестеро школьниц, причем две из них в руках держат бамбуковые палки. Наруто смотрит, как навстречу всей шестёрке нападающих с высокой скоростью выдвигается длинноволосая тайка, и, используя удары руками и ногами, просто разбрасывает отряд противника. Староста класса начинает убегать, но её догоняют, и ударом из каратэ вбивают в пол. В это время вскакивают школьницы с палками, и набрасываются на воспитанниц детского дома…

«Итог побоища – восемь один, в пользу воспитанниц детского дома. Кто-то пустил в Интернет ролик с дракой, и он стал вирусным. Уже в полиции выясняется, что Лалиса Манобан им известна, и на неё были две попытки нападения, но в первом случае она сумела обезоружить преступницу, а во втором ей помогли пассажиры автобуса, в котором она ехала из библиотеки вместе со своей подругой Сатори Майко, тоже принявшей участие в драке. Неожиданно пришла нота протеста из посольства Южной Кореи, его представитель потребовал, чтобы дирекция школы и родители японок, напавших на воспитанниц детского дома, взяли на себя финансирование лечения пострадавшей в драке Пак Чхэ Ён. Полиция уже отпустила задержанных школьниц Манобан и Сатори. Остальные участницы драки лечатся в местной больнице».

Глава 8. Внедрение удалось.

ИНТЕРЛЮДИЯ.

ДЕТСКИЙ ДОМ.

ТРОЕ СУТОК СПУСТЯ ПОСЛЕ ДРАКИ В ШКОЛЕ.

Директор Кайоши собрал всех учителей и воспитателей у себя в кабинете.

- Нагата-сэнсэй, как ведут себя Сатори и Манобан в карцере?

- Нормально. Мы их выводим только на завтрак, обед и ужин. Лиса-тян весь день тренируется в танцах, а Майко-тян – играет на скрипке. Уроки они делают под моим наблюдением, только тогда я выдаю им телефоны. Розэ-тян выйдет из больницы через трое суток.

- Она успеет подготовиться до начала отбора?

- Да, господин директор.

- Спасибо, Нагата-сэнсэй. А теперь мы посмотрим ролик из Интернета, где с разных точек показана драка в школе.

На экране плоского телевизора начинается действо. На это раз со звуком. Какой-то умелец по губам восстановил диалог между Манобан и старостой класса…

-После просмотра, директор возвращается к теме собрания:

- Итак, хочу вам сообщить, что благодаря этим кадрам, которые попали в Интернет, на счёт нашего детского дома пришли донаты от неизвестных и известных компаний, организаций и просто, простых людей. Причём донаты пришли и из-за границы, в том числе, и с Европы и Америки. Теперь я могу увеличить вам всем зарплату на тридцать процентов! Кроме этого, мы улучшим питание наших детей, отремонтируем само здание и ограду…

- Неужели, драка принесла нам столько денег? - Удивляется один из педагогов.

- Ну, если учесть, что согласно древней мудрости, люди хотят, в основном, хлеба и зрелищ, то всё закономерно. И слава Аматэрассу, что наши девчонки победили с таким разгромным счётом, иначе, нам не видать никаких донатов! Ведь вы сами знаете, как финансируется любое учреждение, подобное нашему. – Разъясняет директор.

- Банзай! – Хором кричат довольные сотрудники детского дома.

- Но кроме пополнения нашего счёта, пришли донаты и на открытые неизвестными лицами счета на имена Лисы, Майко и Розэ.

- Оу! – Удивляется педагогический состав.

- Им деньги мы дадим в форме банковских карт, но, только тогда, когда они пройдут отборочный тур и попадут в какой-нибудь лэйбл. Если этого не произойдёт, и они останутся в нашем учреждении, то эти деньги они смогут взять со своих счетов, когда покинут наши стены в возрасте восемнадцати лет.

В КАРЦЕРЕ.

Сидим с Майко в комнате с облупленными стенами. Тут пара столов и один колченогий стул. На столах мы спим ночью, они низкие, хотя и с них можно свалиться. Пока тепло, и нам не требуется одеял. Я делаю разные упражнения на растяжку, и отжимаюсь от пола. Майко такое не надо, она скрипачка, ей пальцы беречь нужно. Они у неё пострадали во время драки. Хорошо, что не сломались. Тогда, когда я вырубила старосту (как оказалось, она получила сотрясение мозга), оставшиеся её семь прихлебательниц набросились на нас.

По двое пришлось на Розэ и Майко, и трое на меня. «Банана», хоть и плакса, но не робкого десятка, оказывается, она была чирлидершей у себя там в Австралии. Она мужественно отбивалась от наседавшей на неё двойки противниц, сломала одной из них нос прямым уларом, но, вторая бандитка была с палкой, Розэ пала от удара по голове (у неё тоже предполагали сотрясение мозга, но обошлось). Майко отбилась благодаря знанию джиу-джитсу. Обеих соперниц она отправила в нокаут – одну ногой (вывихнула её челюсть), а другую – рукой (выбила зуб). Я использовала всё. что знаю – тайский бокс, каратэ, кунг-фу, самбо…

Попались мне противницы не хилые, и тоже умеющие драться, причём одна из них была с бамбуковой палкой. Пришлось минут пятнадцать отбиваться, по одному выбивая противниц. Мне тоже и палкой досталось по голове, и кулаками, и ногой по спине, но это нападавшим не помогло… Они попали в больницу с травмами разной степени тяжести. Та школьница, что огрела Розэ по голове палкой, увидев, что Майко выбила своих противниц, напала на нашу скрипачку. Но Майко сделала подсечку, а потом отобрала палку и поломала её о голову нападавшей…

Потом понабежали другие школьники, педагоги, полиция приехала…

В общем, вначале всё хотели свалить на нас и на то, что детский дом готовит из своих воспитанников бандитов. Но потом в Интернете появилась запись нашей драки. Причём это сделал не «Терминатор», а какие-то школьники. Ролик попал в сеть, и вот тут уже «Терминатор» постарался на славу! Драка попала в ТОП новостей по всему миру! Японцам, чтобы не потерять лицо, пришлось провести тщательное расследование, в результате которого я и Майко оказались в карцере, а лечение Розэ оплачивает японская сторона. Организатор нападения – староста, исключена из школы вместе с двумя дурами, у которых были бамбуковые палки. Остальных бандиток родители перевели в другие школы.

Вот, сижу, вспоминаю движения из разных клипов «Блэкпинка» Земли-1. Решила продемонстрировать их на отборе. Ведь если всмотреться, практически движения одни и те же, в каждом клипе. Только связки между ними разные. Майко исполнит перед директорами лэйблов «Шторм» Вивальди.

https://www.youtube.com/watch?app=desktop&v=wGrKmiW1jNs

https://vk.com/video-41010100_456239610

(Танцевальная практика Лисы Манобан).

https://www.youtube.com/watch?v=mdFrn89x74k&t=2s

https://yandex.ru/video/preview/8703692085747723418?redircnt=1514771093.1

(Ванесса Мэй «Шторм» Вивальди на скрипке клип).

Что будет демонстрировать Розэ, я не знаю. пусть вначале выйдет из больницы. Так, что у меня на очереди? Ага, движения танца из «Прети Савадж».

https://www.tiktok.com/@kanri_show/video/7197135078806375686

("Блэкпинк". "Претти савадж" с переводом песни на русский язык).

https://yandex.kz/video/preview/4905656130150049021

(«Блэкпинк», «Прети савадж», концертная версия).

ОТБОР.

Наконец, наступил день, к которому я готовилась. Хоть меня «Терминатор» и успокоил, что меня возьмут точно, ну, и Розэ пойдёт прицепом, но я всё равно волнуюсь. Да, ведь и петь мне придётся, и танцевать! Настоящая Манобан на отборе в трейни исполнила песню Бибера и станцевала брейк. Но это прошло на Земле-1. Здесь требования у директоров музыкальных агентств немного другие.

Майко тоже волнуется. Трёт скрипку тряпочкой, канифолит смычок, проверяет натяжение струн…

Из нас Розэ будет выступать первой. Петь она будет на английском языке, одновременно играя на фортепиано. Так она мне сказала. Если попросят, исполнит что-нибудь и по-корейски. Я ей подсказала, что можно совместить оба языка, ведь в песнях корейских айдолов есть вставки из английских фраз. Она долго думала, а потом сказала, что у неё есть стихи про корейскую игру АПТ. Я удивилась, ведь инструкторы Центра составили мне перечень песен и танцев «Блэкпинка» по годам выхода того или иного клипа. Причём, пришлось выучить то, что исполняли все девчонки в группе, и по отдельности. Так вот, песня про АПТ появилась только в 2024 году. Да и сама игра в 2010 году, на Земле-1 известна не была. А здесь она уже есть! Я и пропела Розэ версию, которую на Земле -1 она исполняла с Бруно Марсом (здесь он тоже существует). А в ответ кореянка спела мне свою версию, которая немного отличалась оттого, что предложила я.

https://www.youtube.com/watch?v=ekr2nIex040

https://yandex.ru/video/preview/6826215454017505989?noreask=1

(Клип «АПТ», официальная версия, исполняют Бруно Марс и Розэ).

https://www.youtube.com/watch?v=Vvyi-e3u1kg

(Песня «АПТ», первоначальный вариант самой Розэ). – На русских сайтах пока этого нет.

Так, теперь у нас два варианта этого АПТ. Что Розэ из двух вариантов выберет, я не знаю, а эта «банана» молчит, как партизан. Ладно, нам ещё долго ждать, когда придёт наша очередь выступать...

Наша тройка выступает в самом конце отбора. Так решил директор Кайоши. Пока сидим вместе с другими детьми, которые участвуют в отборе. Вначале пойдут музыканты, потом танцоры, и затем – певцы. Всего перед нами двадцать два ребёнка. В зале пятнадцать представителей разных лэйблов. Шесть из Южной Кореи, остальные – японцы. Я смотрела туда через щёлку в занавеси, который повесили на сцене перед приездом гостей. Ну, корейцев я узнала сразу, особенно этого Ян Сока, он сидел в кепке. Рядом с ним был тип в куртке с капюшоном. Минут пять вспоминала, кто это может быть. Потом меня озарило! Тэдди Пак! Я Розэ тоже подозвала к занавесу, и показала её наших будущих патронов.

- Ты точно знаешь, что мы попадём именно к ним? – Поинтересовалась у меня кореянка.

- Да, мне об этом сказал сам директор! – Соврала я.

- И меня они тоже возьмут? – Подключилась Майко.

- Может не они, но вон там, прямо за их спинами сидит представитель музыкальной школы «Кирин». Они набирают не только певцов и танцоров, но и музыкантов. Скорее всего, ты попадёшь к ним. Несколько лет проучишься, а потом тебя или оркестр какой-нибудь возьмёт, из первой десятки коллективов, или какой-нибудь лэйбл, у которого в группах кроме певцов и танцоров есть и музыканты. ..

… Два часа продолжался отбор из детей, которые шли по списку впереди нас. Повезло японскому контингенту – семеро ребят были взяты местными музыкальными агентствами. Остальные, кто не прошёл в этом году, могут попробовать это сделать через десять месяцев, когда будет очередной набор в трейни.

Наконец, пришёл и наш черёд.

- А теперь выступит девочка – кореянка, Пак Чхэ Ён. Её артистический псевдоним – Розэ. – Объявляет ведущая.

Розэ выходит на сцену, вижу, как она трясётся.

- Расскажи про то, что ты исполнишь. – Оживилась корейская часть аудитории.

- Я пою, играю на рояле и гитаре, и пишу песни. Хочу исполнить одну из них.

- Давай, послушаем! – Это Ян Сок активничает.

- Мне для этого потребуется помощь подруги….- Тихо мямлит кореянка.

- Хубэ, давай подругу! – Подначивает её Тэдди. Другие корейцы с интересом смотрят на Розэ.

- Вижуал у неё то, что надо! Не надо будет делать пластическую операцию! – Говорит толстый представитель какого-то лэйбла БДСМ.

- Лиса, выходи! – Повернувшись к занавесу, просит Розэ.

Появляюсь перед взором директоров разных агентств.

- Нет, мы иностранцев не берём! - Заявляют большинство из корейцев.

- Хе, хе, зато я беру! – Хмыкает Ян Сок. – Агасси, и что вы исполните?

- Знаете, ведь, игру АПТ?

- Да.

- Песня так и называется – Розэ садится за фортепиано. Хм, не слышала никогда, чтобы АПТ исполняли на этом инструменте!. Готовлюсь, мой выход после первого куплета, который исполняет Розэ…

… Ян Сок, Тэдди и ещё пара корейцев и все японцы встали, и долго хлопали нам после исполнения этого «шедевра»! Понравилось им! Тем более, я добавила танцевальную часть, которую не знала местная Розэ.

- Это почти готовый клип! – Орал директор «Кирин». Он ещё не понял, что это Биллборд Хот-100!

- Всё, я их никому не отдам! – Раздался громовой голос Ян Сока. – Директор Кайоши, запишите этих двух агасси в нашу заявку!

Эх, зря готовилась, меня и так приняли! Ну кто знал, что так будет?!

- Да, господин Сок! – Сделал полупоклон улыбающийся директор. Естественно, ведь он нас фактически продаёт, и деньги неплохие получает...

Когда все успокоились, ведущая объявила:

- Последний номер нашей программы. Сатори Майко, скрипка. Исполняется «Шторм» Вивальди!

Наша подруга вышла на сцену, положила скрипку под подбородок, и подняла смычок…

… Да, она играла так вдохновенно, что после её выступления начался спор. Японцы не хотели уступать Майко корейцам, но предложить такие условия, какие объявил представитель "Кирин" они не смогли. Всё-таки, у японцев даже лэйблы на государственных дотациях, а у корейцев много инвесторов в виде различных корпораций и частных лиц.

После сбора всех, кого отобрали, нас повели в кабинет директора Кайоши.

Я думала, что придётся ждать ещё полгода, прежде чем наша тройка попадёт в Корею. Но Ян Сок и представитель «Кирин» попросили нашего директора подготовить меня, Майко и Розэ к вылету в Сеул через сутки.

Нас отвели в отдельную комнату. Туда через час пришёл директор Кайоши.

- Девушки, во-первых, поздравляю с первой победой на трудном пути в артисты. Во вторых! Вот вам три банковских карты. На них сумма денег достаточная, чтобы вы могли покупать нужное для себя. Если на них что-то останется к вашему совершеннолетию, то тогда вы сможете вынести эту сумму. Я распорядился выдать вам по три платья и две физкультурные формы, и обувь. Это, так сказать, от нашего детского дома, приданное, хотя, для невест вы пока малы! – Засмеялся директор. – Телефоны у вас есть. Но у вас, оказывается, есть спонсоры! Они предоставили вам всем по ноутбуку, причём, корейского производства.

Мужчина позвонил, и через пять минут в комнату внесли так нужные нам переносные компьютеры…

Все девчонки в нашей комнате откровенно завидовали мне и Майко…

Как я потом узнала, это проделки "Терминатора".

На следующий день за нами заехал Тэдди Пак. Едем в аэропорт. Майко впервые видит самолёты воочию. Ждём посадки. Наконец, её объявляют. Поднимаемся по трапу, вмете сТэдди и Ян Соком идём в салон, рассаживаемся по местам. В аэропорту Инчхон нас разделят – я и Розэ отправимся с директором Ян Соком в его лэйбл, а Майко встретят представители «Кирин».

Полёт проходит над облаками, и поэтому я спокойно засыпаю. Меня растормошила Розэ. Прошли таможенный контроль, потом распрощались в зале аэропорта с нашей японской подругой. Она откровенно плакала, её успокаивала женщина, которая приехала за Майко.

Через двадцать минут мы уже ехали по дороге в Сеул. Начинался новый этап в моей жизни, надеюсь, успешный…

ВНЕ ПРОСТРАНСТВЕННАЯ БАЗА ПАТРУЛЯ ВРЕМЕНИ.

В кабинете с надписью на двери «Директорат», идёт совещание руководящего состава. Ведёт его женщина, облачённая на это раз в форму Межгалактического Совета Управления пространственно-временными аномалиями.

- Значит, Хакера поймала родственная нам организация из вселенной-3. Предатель и труп его супруги, уничтожены аннигиляцией.. Вневременная капсула Аяков попала в руки наших учёных. Они пока не сталкивались с такой технологией, поэтому, придётся подождать результатов исследования. Сообщники Хакера показали нам несколько червоточин, откуда к нам в мир пытается проникнуть Древнее зло. Оно уже разрушило четыре ветви Древа жизни. Но на этот раз, как говорят военные, флот Ктулху ничего не сможет сделать. Теперь выслушаем начальника отдела внедрения агентов в миры, пострадавшие от предательства Хакера. Прошу!

- Спасибо, госпожа маршал! – Встаёт со своего стула другая женщина, чуть старше, чем выступавшая до этого военная:

– Нами успешно внедрена на один из миров типа Земли, а точнее, в её четырнадцатую версию, не только наша агент, но и программа , которая вытеснила все местные операционные системы Интернета этого мира.

- А для чего она там?

- Программа «Терминатор» не даст развиться на Земле-14 разработкам по искусственному интеллекту, нейросетям, препятствует замене людей на виртуальные образы и компьютерную графику в кинофильмах. Она блокирует создание роботов с искусственным интеллектом и многое другое. Это, так сказать, побочная сфера деятельности этой программы. Основное же её занятие – продвижение нашего агента в сфере поп-музыки, моды и косметических средств. Наша агент заменила собой девочку, исчезновение которой пустило бы историю музыки на Земле-14 по сценарию, который мог привести к появлению нестабильных течений в ткани мироздания. Это грозило уничтожением всей ветви жизни на Древе мироздания.

- Агента уже вывели из операции?

- Нет, госпожа маршал, она будет жить на планете Земля-14 до своей естественной кончины. Её душу, мы возвратим в Центр Патруля времени, и вновь дадим новую человеческую оболочку. Вернее, вернём ей ту, которая была у девочки перед отправлением на миссию.

- Понятно! А можно ли будет применить «Терминатор» или его вариации в других мирах, непохожих на Землю? – Задаёт вопрос гуманоид с длинными, как у зайца, ушами, и тремя глазами.

- Да, просто сейчас программа пройдёт обкатку на протяжении ста лет, а потом её клоны уже можно будет использовать в любом гуманоидном мире, в том числе, и в мире телепатов….

ЭПИЛОГ.

НАША ЗЕМЛЯ. КАБИНЕТ ГЛАВНОГО ПРОДЮССЕРА ФИЛЬМА.

Дэйв Карпински, главный продюсер одной из кинокомпаний Голливуда, нажимает кнопку интеркома:

- Джоанна, ты отправила сообщение Манобан?

- Да, босс! Она как раз в Лос-Анджелесе. Договорилась с её менеджером Эллис, что они подойдут к двум часам.

- Хорошо!

Дэйв смотрит на часы. Уже половина второго. Он подходит к сейфу, вмонтированному в стену, и достаёт оттуда папку с надписью «Дорама». Карпински не любит, когда сценаристы шлют текст на компьютер. Продюсер предпочитает печатный текст. Интересно, что скажет популярная на этот период поп-звезда, прочитав сценарий. И что потребуется для согласия тайской и корейской актрисы, чтобы учесть все её пожелания и хотелки?

Дэйв задумался. Он слышал, что вообще-то айдолы южнокорейских групп не так привередливы, как европейские или американские актёры и поп-звёзды. Если это так, то расходы на производства фильма резко сократятся.

- Босс, они идут! - Раздалось по интеркому.

Карпински включает систему наблюдения. Ага, вот они!

Лиса со своим менеджером.

Дверь кабинета Дэйва открывается, и в него входят две азиатки. Ну, Лису продюссер узнаёт сразу, а вот её менеджера видит впервые.

После приветствия и знакомства, Дэйв сажает дам за стол, и передаёт Лисе сценарий.

Пока айдол знакомится с текстом, Карпински сидит за компьютером, и читает то, что ему интересно...

Проходит четыре часа.

Увидев, что Лалиса Манобан закончила читать сценарий, Дэйв Карпински спросил, глядя на поп-звезду:

- Ну, как, понравилось?

- Да, правда, в некоторых местах…

- Подправим, это не проблема. Кстати, потом мы покажем ваши успехи в составе «Блэкпинк» и во время сольной карьеры. Если договоримся, то в фильм войдут и все ваши клипы с участием разных поп звёзд, которые уже сняты или будут созданы за время съёмок фильма. Главное, чтобы вы снялись в этом фильме.

- А Розэ тоже будет сниматься?

- Пока не знаем. Мы отправили ей приглашение, но она ещё не дала окончательного ответа. Если откажется, то у нас есть вариант.

- Какой? - Заинтересованно спросила К-поп звезда.

- Есть полностью похожая на Розэ модель. Она живёт здесь, в Лос-Анджелесе. Вот её фото.

- Ой, и вправду похожа! – Радуется Лалиса.

- Кто со стороны вашего лэйбла подпишет договор? – Интересуется продюсер.

- Об этом поговорим вечером.

- Хорошо!

- А когда планируется начать съёмки?

- Сейчас вы заняты в туре «Дедлайн».

- Он завершиться в ноябре, в начале. Потом я буду в Сеуле несколько дней, а на днях я должна лететь в Корею, а оттуда полечу в Париж, на Неделю моды…

Лиса в аэропорту Инчхон, перед отлётом на Неделю моды в Париже, 27.09.2025.

- Хорошо. Вообще-то, режиссёр предлагает начать снимать с мая и по август 2026 года. Место тоже отобрано – город Тиба, в Японии. С помощью «Сони пикчерс» там будет создан полномасштабный макет детского дома, в который попала героиня.

- Хорошо. Я согласна . – Заявляет Манобан.

- По решению директората нашей кинокомпании, ваш гонорар составит три миллиона долларов.

- Это намного больше, чем я получила за «Белый лотос». Там за каждый эпизод мне давали 40 тысяч долларов, и всего получилось 320 тысяч баксов. - Говорит Лиса.

- Ну, с тех пор вы значительно выросли, как в музыкальном плане, так и в плане влияния на шоу-бизнес...

- Спасибо, господин продюсер. У меня остался один вопрос.

- Задавайте!

- Кто "оживит" образ Терминатора?

- Мы вначале думали пригласить на эту роль младшего Шварцнегера, Патрика. Вы его наверное помните по «Белому лотосу»?

- Да, мы дружим, даже переписываемся в Тик-Токе. Он недавно женился, и я его поздравила со свадьбой!

- А, вы уже знаете про свадьбу? И то, что на ней присутствовал первый сын мистера Арнольда от латиноамериканской служанки, которая работала у отца Арни?

- Да, я и с братом Патрика переписываюсь в Инстаграмме! – Смущённо улыбнулась Лалиса.

- Очень хорошо! Но, Патрик отказался, он будет занят сразу в трёх картинах, поэтому я поехал к самому старшему Шварцнегеру. Они уже постарел, и играть сам себя, то есть Терминатора не сможет, но Арни – поклонник вашей группы, поэтому он разрешил использовать компьютерную графику со своим изображением. Мы её проведём через ИИ, и получим натуральное изображение, которое на экране никто не отличит от Шварцнегера, периода съемок «Терминатора». Его имя будет вписано в актёрский состав, и Арни получит свою часть гонорара. Больше вопросов нет?

- Нет, господин продюсер! – Лалиса встала, сделала полупоклон, и неожиданно улыбнувшись, спросила:

- Вы есть, случайно, не хотите?

- Не откажусь, тем более, в компании таких красивых и известных личностей! – Широко улыбнулся продюсер, вставая и галантно открывая дверь перед Манобан и её менеджером-кореянкой…

«А она действительно милая и заботливая!» - Думал Дэйв, возвращаясь домой уже под вечер. – «Правда, эти черты характера им внедряют в корейских лэйблах. Эх, наши бы поп дивы были хоть на 10% такими, как эти азиатки!».

Внезапно зазвонил телефон. Дэйв остановил машину у какого-то бара, и достал аппарат.

- Продюссер Карпински? – Спросил смутно знакомый голос.

- Да! А кто говорит?

- Пак Чхэ Ён, которую вы знаете под псевдонимом Розэ, согласна сниматься в вашем фильме вместе с Манобан.

- Откуда инфа? – Удивился Карпинский.

- Вот, подключаю вас к блогу Розэ.

На экране телефона Карпински увидал артистку в домашнем халате, что-то рассказывающую по-корейски. Затем она . отвечая на вопрос фаната из США перешла на английский язык:

- Тим, я правильно прочла твоё имя? Ага! Да, о каком фильме ты говоришь? Его будут снимать? Дорама? Я? Ну, я как-то не планировала после успеха с «АПТ», ничего грандиозного, да и неохота сниматься, мне Лиса рассказывала, как она учила роль для «Белого лотоса», и приходилось её вставать чуть ли не в пять утра… Я к такому не готова. Что? Про Лису и меня в Японии? Не знаю… Подумаю. Извините, звонят! Ой, Лисуни! А я тут с фанатами говорю. Ага, прямой эфир! Что? Приглашаешь сняться вместе с тобой?! Правда, что ли?! Тут мне какой-то Тим из Америки только что говорил, что будут снимать новый фильм, а я не поверила! Правда? Ты в главной роли? А я? Ага! Божечки мои! А саундтрек к фильму им не нужен? Что? Об этом с продюсером и сценаристами поговорить? Ты откуда звонишь? Из Лос-Анджелеса? Я тоже приеду! Да, с тобой, хоть на край света! Согласна! Уговорила! Завтра же вылетаю! Стоп, а Дженни и Джису? Ага, «наша мамочка» Чу будет сниматься в Корее?! Откуда знаешь? А, ты ей уже звонила. А Дженни? Не хочет? Ну и чёрт с ней! Ой! Я тут эфир не выключила, и … Она меня убьёт! Ладно, как- нибудь отмажусь. Ты уже говорила с продюсером? Ага! Ладно, утром позвони ему. Скажи, что я тоже хочу сниматься! Что, ты уже и обедала с этим...? Как ты его назвала? Карпинский? Удивила его, выпив десять стопок текилы подряд? Он не знал, что ты такая пьяница?! Ха, ха, ха, ха! Ладно, жди меня, я прилечу завтра вечером! Аньён! Так, радуйтесь все, кто меня слышит и видит! Вы через два гола увидите несравненную меня в фильме «Дорама»! Ну, и ещё пару-тройку проектов за это время, наверное, сумею сделать! Аньён!

Изображение гаснет.

- Спасибо, значит, Розэ тоже согласна?

- Да. Дженни и Джису пока заняты, сразу отказались.

- Ещё раз спасибо. Да, вы кто, извините, не спросил вашего имени?

- Я вернулся! Грядёт судный день! Привет от "Скайнета!! Ха, ха, ха! «Терминатор» всегда с вами! – Послышался щелчок отключения связи.

- О май гад! Неужели… Хотя, это всего лишь сценарий, и никаких Терминаторов на самом деле нет. Меньше пить надо было… - Дэйв бросил телефон на сидение. И взялся за руль. – Правду говорят, что с айдолами лучше не пить, не зря эта Розэ свою песенку написала… Хотя,ИИ ведь резко поумнели за эти два года.... Вдруг, уже существует "Скайнет", как в фильме? Брр! Срочно еду домой, к ненси! А то уже "терминаторы" повсюду мерещатс!

К О Н Е Ц.

Сентябрь 2025 года.