Шарики

Глава 1

Мы шли уже очень долго. Синее солнце сменялось оранжевым, затем красным трижды... Нам нужно было добраться до базы.

— Шульц, вода ещё есть? — демон бодрился из последних сил. Привалы были не предусмотрены.

— Немного, угу, — Шульц выразительно посмотрел на меня.

— Дай. Во рту, будто этих стекляшек насыпали, — демон поддел носком бота россыпь грунта, по которому мы шли.

— А у меня нет. Тень заныкала, я видел.

Я хотела возмутиться, что всё это провокации, но сникла под взглядом СНИФа и вытащила из рюкзака фляжку. Вода была последняя.

Демон деликатно нацедил в пластиковый стакан ровно половину, будто отмеряя по капле — чтобы и лишнего не налить, но и не обделить себя. Попить ему теперь удастся только на базе. Если дойдем. СНИФ было воодушевился, решившись последовать его примеру, но я быстро завинтила крышку и спрятала воду подальше от трех жадных пар глаз.

Как же выматывает каждый шаг. В прошлый раз было легче, ей-богу. Песок как-то ближе и понятнее этого стекляруса под ногами. Что же это всё-таки за грунт? Красиво, конечно, вот только очередное солнце отражается в каждом шарике — блики режут глаза так, что даже очки не помогают.

Мы должны были определить пригодность планеты для разработок полезных минералов.

Приземлились удачно, обустроили базу — по инструкции, за двести километров от предполагаемого места раскопок, чтобы не искажать результаты анализов. И на этом удача закончилась. Боты будто сошли с ума. Выезжали из шлюза, кружились на месте, скользили по грунту, но к месту забора образцов не отправлялись. Промаявшись день, мы решили взять пробы вручную.

На место добрались на гидравлической платформе. Взяли необходимые в работе приборы. Посмеялись над занудливостью СНИФа, когда он подхватил рюкзак с его порцией трёхдневного пайка. Сошли с платформы... Мы не успели отойти от неё и двадцати шагов, когда эта махина бесшумно провалилась в грунт под переливчатый блеск стекляруса.

У меня сдали нервы. Я висла на демоне, чтобы не касаться ногами этих шариков, не вставать на них. Образцы почвы мы не собрали. Оценив предусмотрительность СНИФа, Шульц принял решение сразу возвращаться. Казалось бы, что такое двести километров для десантников? Но по такой «почве» мы ещё не ходили. Истекали третьи сутки, а сколько мы прошли, даже приблизительно оценить не удавалось...

— Может, всё-таки привал? — я с надеждой оглядела всех троих.

Демон отвел взгляд — он явно вымотался и хотел привала не меньше меня, но на базу хотел ещё больше. СНИФ, как всегда, демонстрировал полное равнодушие, всем своим видом показывая: «А мне равноценно — как скажете, так и будет». Он единственный из нас всех выглядел как на променаде. А вот Шульц эмоций скрывать не стал:

— Какой, к лешему, привал?! — вроде тихо сказал, но лучше бы кричал, ей-богу. — Ты же сама без воды не можешь. Вечно всю суточную норму гигиенической жидкости на себя одну выливаешь. Если остановимся, то раньше чем через два часа я вас не распинаю. А через два с половиной каждый из вас проклянет всё на свете, мучаясь от жажды. Разве нет?

И тут меня неожиданно поддержал СНИФ:

— Что за паника? Привал необходим. А вода необязательна. Главное, чтобы слюна циркулировала. Помните «Куб»?

О да, этот фильм забыть затруднительно. В нём герои справлялись с жаждой, держа во рту пуговицы, что способствовало слюноотделению. Одна маленькая поправка...

— СНИФ, я ценю твою поддержку. Но тебя не смущает, откуда мы возьмем пуговицы?

Мы переглянулись. Атмосфера планеты оказалась пригодна для дыхания, поэтому скафандры коллектив признал неуместными. И экипированы мы были в легкие костюмы на липучках. Вот только пуговиц на костюмах не наблюдалось.

— Да, мыслишь узко. Альтернативы пуговицам не видишь? — СНИФ не мог сдержать сарказма. Когда-нибудь я его стукну.

— Конечно вижу. Шнурки бот, липучки костюмов, завязки рюкзака. Назначение схожее, только аппетита у меня лично не вызывает, и слюны от таких перспектив не прибавляется.

— Кажется, я понял, — демон скорбно посмотрел на меня. — Он имеет в виду шарики.

— Так, хорошо, убедили. Привала не будет. Эту дрянь, — я поддела ногой грунт, — я в рот не возьму!

Шульц присел на корточки и провел руками по шарикам. Выбрал из прозрачного разноцветья самый светлый, обтёр о рукав. Мы, затая дыхание, следили за манипуляциями. Шульц вздохнул и быстро, чтоб не передумать, отправил шарик в рот. Лицо его исказилось, по телу прошла судорога, и он тяжело рухнул на грунт. Я зажмурилась, не зная, чем ему помочь. Моля только, чтобы всё быстрее закончилось...

Кажется, я даже задремала, несмотря на пережитый ужас. Стеклярус не давал ощущения надежности, слишком свежими были воспоминания, как легко сквозь него просочилась платформа.

Демон единственный, кто не растерялся, когда Шульц решил провести эксперимент по замене пуговиц шариками. Пока СНИФ матерился из-за отсутствия аптечки, подозревая анафилактический шок, а я мысленно прощалась с боевым товарищем, демон действовал. Он перевернул упавшего навзничь Шульца и надавил коленом на грудь. Из пострадавшего хлынул просто поток воды. Невообразимо. Когда экспериментатор пришел в себя, то рассказал о своих ощущениях. Шарик во рту начал нагреваться, стенки стали мягкими, а потом стеклярус словно на мгновение исчез. Шульц не успел понять, проглотил он его, или шарик просто растворился, как в следующий момент в него словно влили литра три воды. Он элементарно захлёбывался ею.

— Тень дрыхнет — вот нервы железные, — донеслось до меня сквозь дрему.

— Куда мне до тебя, — лениво растягивая слова парировала я. — У тебя нервов вовсе нет — тянешь в рот всякую пакость.

— Ага, симулянтка! — оживился Шульц. — Быстро вставай. Посмотри, что мы придумали.

Я открыла один глаз и тут же закрыла его снова. Красный диск на небосклоне давил, заливая всё вокруг алым пламенем. Следующее солнце будет синим. М-да, неплохо подремала.

— Ребят, сколько времени я в отключке?

— Ну, учитывая трехсуточный марш, не так уж и много — часа четыре, — чувствовалось, что демону меня элементарно жаль.

Я резко села:

— Итак, что у нас плохого?

— Да вроде пока сплошной позитив, — СНИФ улыбался во всё лицо. — Водички хочешь?

На автомате я протянула руку к запотевшей фляжке. Вода была вкусная. Прохладная, бьющая свежестью по нёбу и зубам, обволакивающая горло. Стоп. Воды ведь не было. Не считая этого мерзкого стекляруса...

— И?

— Да расслабься, жить будешь. По крайней мере, умрёшь не из-за отравления водой, — добрый СНИФ.

— Откуда такая уверенность?

— Я выпил больше, ещё пару часов назад. Мы все чувствуем себя превосходно.

— Тогда рассказывайте, кто переработал шарик, чтобы выплюнуть воду и напоить нас всех, — я скривилась.

Все трое дружно заржали. Потом демон выбрал шарик, вытер, лизнул и положил на ладонь. Какие-то доли секунд ничего не происходило. А потом с его руки хлынул небольшой водопадик. Специалисты, блин, по добыче пресной воды на чуждых планетах. Но я уже заразилась энтузиазмом. Провела рукой по грунту, всматриваясь в стеклярус. Выбрала шарик, похожий на бутылочное стекло — солидно-зеленый, глянцевый. Протёрла носовым платком (СНИФ демонстративно хмыкнул) и осторожно лизнула, положив на ладонь. Ничего не происходило.

— А я всегда говорил, что у неё не слюна, а змеиный яд, — Шульц не удержался от подначки.

И тут руку мне будто обожгло огнём — шарик запульсировал и лопнул. На моей ладони набухала, росла и делилась зеленая губчатая масса. Я пронзительно закричала...

— Не, ну это ж надо так орать! — создавалось впечатление, что демон бубнит уже на автомате, чтобы не так скучно было идти. — И не смотри на меня взглядом невинной простоты! Тебя можно в качестве массового поражения ультразвуком использовать.

Я откровенно тосковала... Вот чего он вредничает? Знают же все прекрасно, что у меня особое отношение к зеленой массе. Бр-р-р, ужас какой! Последствия эксперимента с «бутылочным» шариком отскребали от моих ладоней около часа. Ладно хоть масса, как и вода, имела ограниченный объем. Я немного испачкала комбинезон, который так и не отчистился, да извели на меня литров десять воды всё из тех же прозрачных шариков...

— Шульц, а у нас совсем никакого способа связи с диспетчером? — голос СНИФа вернул меня в реальность.

— Ну, на базе есть однозначно, — в голосе Шульца оптимизма не было ни на грамм. — Весь вопрос в том, доберемся ли.

М-да, с горизонтом творилось что-то невообразимое. Истекали четвертые сутки пути. Есть хотелось просто неописуемо. База всё время была в пределах видимости... Как была — так и оставалась. Как будто мы топчемся на месте.

— Ребят, а поесть не осталось? — вопрос не требовал ответа, скорее, я жаловалась на жизнь.

— Еды у нас просто валом, — демон просто лучился доброжелательностью, как будто это не он изводил меня последние сутки упреками о нестандартных возможностях моих голосовых связок.

— Очень смешно, — я поджала губы.

— Ага, обхохочешься. Выбираешь зеленый шарик, производишь из него биомассу — в ней наверняка тьма полезных веществ.

Было бы чем, меня бы однозначно вывернуло. Но желудок был пустым. И тут в наш любезный диалог вклинился СНИФ:

— Я об этом думал. Сколько оттенков вы видите под ногами?

— Хороший вопрос. До фига. Хочешь убить несколько недель на подсчеты?

— Тень, ошибаешься. Здесь семь градаций оттенков. Бесцветно-прозрачный, зеленый, оранжевый, синий, фиолетовый, красный и розовый. Остальное — блики и игра света.

— Очень полезная информация. Мне всё равно, какого они оттенка. К чему ты клонишь?

— Я бы попробовал произвести наполнение розового шарика...

— Когда полетим домой, если полетим, нужно взять с собой контейнер исключительно розовых шариков, — рот был набит, получилось почти нечленораздельно, но меня поняли.

— Тень, в жизни не подумал бы, что ты такая обжора, — улыбнулся Шульц.

— Я не обжора, я лакомка!

— Ага, гурман, блин! — демон загоготал так, что остальные не выдержали и тоже рассмеялись.

Ну и пусть смеются. Ничего вкуснее я раньше не ела, да и четверо суток без пищи не прошли даром — я уже три дня придерживалась шестиразового питания. Розовый шарик выбрал и «распаковал» сам СНИФ. Внутри была вкуснота. Я по запаху поняла, что можно не опасаться возможного отравления. Свыше трех килограммов пасты из креветок. Такая паста, замороженная, продавалась во времена моего детства. Брикет весом в двести пятьдесят граммов стоил шестьдесят семь копеек, и мама часто покупала это лакомство. А потом, когда мне исполнилось три года, паста с прилавков пропала. Но масса из шарика была насыщеннее вкусом и ароматнее. Вслед за СНИФом демон попробовал распаковать красный и оранжевый шарики. Они тоже оказались съедобными. Красный напоминал сырую печенку, а оранжевый по вкусу был как смесь экзотических фруктов. Шульц завершил изыскания синим и фиолетовым шариком. Там была вода. Только вязкая и соленая. Фиолетовая жидкость имела ещё и неприятный запах...

Я потянулась:

— Решить бы ещё проблему с гигиеной — и жизнь вновь была бы прекрасной и удивительной.

— А что, — воодушевился демон, — в рюкзаке СНИФа есть плащ-палатка из тонкого брезента — сделаем углубление, выстелим, наполним водой...

— И убьем на это целый день. Нет! — Шульц сказал как отрезал. — Нужно добраться до базы. Хоть ползком. Нужно связаться с диспетчером. Чем бы эти шарики ни были — они мало похожи на полезные минералы, за которыми нас отправили.

— Ты считаешь, аналитики промахнулись в расчётах? — демон даже не пытался скрыть сарказма. Отдел аналитики возглавляла Весенняя.

— Нет, так я не считаю, — Шульц старался не встречаться с нами взглядом, и заметила это не только я.

— Шульц, мы чего-то не знаем? — от вкрадчивого голоса СНИФа меня пробил озноб. Всё-таки в нашем квартете он был самым опасным. Естественно, опасность не распространялась на друзей. Но я видела СНИФа за работой, и сейчас его интонации повергали меня в тихую панику.

— Я не буду утверждать того, в чём не уверен, — Шульц теперь смотрел прямо в глаза СНИФу.

— Стоп, снято! Просто поделись с нами своими предположениями.

— Тень, это и впрямь предположения. Уже при подлете к планете на секунду моргнул экран с проекцией карты...

— Да не тяни! — не выдержал и демон.

— Это на грани интуиции, всё было очень быстро, я не могу сказать однозначно, — Шульц тер виски, болезненно морщась. — В общем, когда трансляция изображения на экран возобновилась, мне показалось, что это другая карта. Совсем другая, незнакомая...

Шаг. Шаг. Ещё один. Главное, не смотреть вперед. Главное, не смотреть под ноги. Под ногами бликовали, переливались, отражали солнце шарики. В глазах рябило, давило на виски и затылок. Всех нас мучили головные боли, от которых не спасал даже короткий сон. Впереди как на ладони простиралась база. Казалось, дойти до неё можно за сутки. Эта видимая близость выбивала из равновесия, подавляла. Сколько мы уже шли? Неизвестно...

Поначалу СНИФ и демон считали солнца. СНИФ оранжевые, демон синие. Предполагалось, что так подсчеты будут максимально точными. Демон сбился на сороковом, а затем оставил эту затею и СНИФ. Шульц никак не комментировал их попытки подсчитать количество дней в пути, красные солнца на себя не взял. И тогда, больше месяца назад, я поняла, что рассказал он нам о своих предположениях далеко не всё.

— В смысле незнакомая карта? — судя по голосу, непробиваемый СНИФ растерялся.

— Если бы я знал, в каком смысле. Я с первого дня пытаюсь мысленно воспроизвести увиденное. Ни одного из известных нам созвездий на карте не было. Даже если предположить, что проекция накладывается с другой точки...

— Стоп-стоп! — демон потёр виски. — Что значит — с другой точки? Мы всегда с разных точек, на то и проекция.

— Это значит, что я пытался представить себе эту карту, например, из другой солнечной системы. Взгляд со стороны, что ли, на привычные звезды, — Шульц с трудом подбирал слова, будто старался не сказать лишнего. — Как если бы глядеть наизнанку.

— Шульц, у меня глупый вопрос, наверное. Скажи, а зачем ты это представлял?

Он не разозлился, просто поднял на меня взгляд, в котором даже не отчаяние было — глухая тоска:

— Затем, что я предположить не могу, в какую даль нас занесло.

— С чего ты решил, что нас куда-то занесло? — я, ещё не до конца понимая, глупо улыбалась. — Разве есть основания считать, что мы прибыли не туда? Ты не допускаешь мысли, что с проекцией возник сбой?

— Тень, посмотри вокруг. Что это?

— Планета.

— Ага. Креветочная масса для тебя, апельсины для меня, печенка для демона, — он резко повернулся к СНИФу: — А что для тебя?

— Не знаю. Наверное, у меня просто нет особых пристрастий.

Шульц покачал головой, и разговор переключился на план действий. Но что-то мне не давало покоя. Почему я вспоминала дословно его рассказ каждый день?

— Шульц!

— Что, привал?

— Да, нам нужно поговорить.

— Надо так надо, — ни малейшего удивления в голосе.

— Скажи, Шульц, что ты установил на корабле?

— Как ты догадалась?

Я уже готова была убить его за равнодушный тон, но тут закричал СНИФ. Мы резко обернулись на крик. СНИФа не было.

— Ребят, всё в порядке. Мы пришли.

Голос СНИФа звучал не слишком спокойно, но уверенно.

— СНИФ, японский городовой! Чё, блин, в прятки играть будем? — демон облегченно вздохнул, но вращать головой не перестал.

Действительно, ерунда какая-то. Обладателя голоса видно не было. Хотя слышимость была шикарной — будто СНИФ находился на расстоянии вытянутой руки. И что значит «мы пришли»? Вон же она, база. Как виднелась неподалеку всё это время, так там и стоит.

— Говорю вам, пришли мы, — СНИФ материализовался будто из воздуха.

Я вздрогнула:

— Не поняла?

— Шарики. Как получилось, что мы так далеко улетели от базы, судить не берусь. Но всё это время нам показывали картинку, проекцию, — СНИФ бросил взгляд на Шульца. — В общем, долго объяснять.

СНИФ взял меня за руку и сделал шаг вперед... Позади нас охнул демон. Я обернулась. Вид у него был ошалелый. А вот реакция Шульца мне не нравилась. Он не видел нас, он смотрел в пустоту. И взгляд его тоже был пустым. Словно цель нашего изматывающего похода ничего не значила. Надо будет связаться с психологом.

СНИФ вернулся, и на этот раз и демон, и Шульц шагнули следом. И увидали...

База не то чтобы была перед нами — она была вокруг. Металлические стенки корабля нависали, заслоняя оранжевый свет солнца, давая прохладу коже и облегчение усталым глазам.

— Угадайте, кто первым идёт в душ?

— Да ладно, проваливай, только долго не мойся, а то застрянешь на два часа, — демон повернулся к Шульцу: — Ты сам выйдешь на связь с диспетчером? Или мне связаться? Там Весенняя.

— Пойдемте вместе. Пока Тень воду расходует в одно лицо, узнаем все новости, — слава богу, СНИФ был прежним, без металлических струн в голосе.

— Шульц, — я смотрела на него, не решаясь задать вопрос, на котором мы остановились.

— Иди, чего уж теперь. Успеется.

Из душа я вышла в рекордные сроки, потратив на мытье каких-то сорок минут. Волосы сушить не стала, решила сразу двинуть за новостями на пульт. По дороге заглянула в пищеблок. Подозрительно осмотрела упаковки — сомнений не вызывали только консервы, которых я не хотела. Постояла, размышляя, и вышла на грунт. Зачерпнула горсть шариков, не разбирая, какие мне попались, забрала из пищеблока блюдо, чистый графин под воду и с добычей отправилась к пульту.

— Итак, что у нас плохого?

Демон меня не услышал, он что-то успокаивающе говорил Весенней. А вот СНИФ хмуро смотрел на меня. Шульц предпочитал не смотреть вовсе.

— Не поняла, что за траур? — я привычным движением вытерла розовый шарик, лизнула и положила его на блюдо, следя как оно наполняется вкуснотой. — Когда стартуем?

— Мы не знаем, куда именно стартовать.

— В смысле?

— А ты у экспериментатора спроси, — СНИФ отошел, предоставляя возможность объясняться Шульцу.

Создавалось впечатление, что возможность эта его не вдохновляла.

— Тень, о чём ты думала, когда мы входили в гиперпереход?

— О чём... Не знаю, маму вспоминала.

— Видишь ли, — вмешался СНИФ, — наш друг спёр детальку из отдела разработок и встроил в систему навигации. А разрабатывали они мысленное управление. Маршрут представил, куда тебе нужно попасть, — и перенёсся с минимальными энергозатратами. Беда в том, что разработка была совсем сырая. Мы тут уже выяснили, что демон думал, как вернется и будет есть фирменное блюдо Весенней — она изумительно готовит печенку. Шульц утверждает, что собирался в отставку, выращивать цитрусовые. Я убей не могу вспомнить, о чём думал я. А ты? При чём тут креветки и мама?

— Ты хочешь сказать, что корабль скорректировал маршрут, удовлетворяя наши пожелания? Меня мама в детстве то замороженными ананасами кормила, они в пакетах продавались по триста граммов, то каким-то затейливым джемом, который подавался к чаю лишь в одном кафе, то креветочной массой. Всего этого в магазинах уже нет. В детстве всё особенно вкусно. Так что креветочная масса и мысли о маме вполне ассоциативны, — я не удержалась и улыбнулась. — Если всё так, как вы говорите, то нет никакой проблемы с возвращением домой.

— Шульц, скажи ей сам.

— Эта деталь... Она одноразового действия.

Расходиться для водных процедур больше никто не спешил. Демон включил общую связь с диспетчером, чтобы наш разговор слышали на Земле. Чем Шульцу грозило самовольство по возвращению, я не думала. Я думала, как не дать ему по шее.

— Вспоминай. Ну не получается связной картины, пока не вспомнишь, чего ты хотел.

— Да ничего я не хотел, — вяло отбивался от Шульца СНИФ, — работу я хорошо выполнить хотел.

— Тогда бы мы оказались там, где планировало командование.

— Конечно, меня во всём обвини, гений конструкторской мысли! На себе одном бы эксперименты ставил.

— Подождите, — мы все посмотрели на демона. — СНИФ, ты ж у нас эстет. Это мы о «хлебе насущном» думаем. То, что ты думал не о еде — явно. Иначе в остальных шариках было бы что-нибудь съедобное персонально для тебя. Шарики. Почему их не три вида?

— Логично, кстати. На меня не смотрите, к зеленой массе я непричастна.

— Я накануне фильм смотрел. Да ну вас, смеяться будете, — СНИФ досадливо поморщился.

— Давай подробно, что за фильм? Чес слово, не до смеха. Я к жене хочу, — демон бросил тоскливый взгляд на пульт. Весенняя в разговор не вмешивалась.

— Да видели его все. Люди в чёрном.

— Это который про отдел контроля пришельцев на Земле? — Шульц присвистнул. — Поздравляю, товарищи. Мы можем оказаться где угодно. Лучше бы ты о жратве думал.

— Не, вряд ли мы где-то далеко. С Землей удивительно стабильная связь, никаких помех, — я задумчиво покрутила в пальцах шарик. — СНИФ, а в этом фильме что-то конкретное сподвигло тебя на размышления? Ну, было ли в сюжете что-то, что особенно тебя впечатлило?

— Да фильм так себе, на самом деле. И смотрел-то я его в полглаза. Я пытался вспомнить финал. Там были какие-то большие штуки на голой равнине.

— Ну это в точку. Равнина здесь повсюду, — демон повернулся к пульту. — Весенняя, там аналитики чего-нибудь придумали?

— Версий много. Но ни одна ещё не попала под определение рабочей. Мы не можем вычислить ваше местонахождение, а связь на удивление стабильная. И ещё, тут спрашивают: как вы продержались вне базы почти два месяца?

— Два месяца? О, да мы герои. Благодаря Тени и продержались. Её фантазии о креветках были к месту.

— Ребят, а откуда тогда взялась чистая вода в шариках? Всё сложнее... СНИФ, — я всё же не теряла надежды, что он вспомнит, — а какую часть фильма ты смотрел?

— А их что, несколько? Ну ту, где жук на себя мужика напяливал.

— Первую, значит...

В микрофонах возник шум, какое-то волнение. Весенняя повысила голос:

— Есть! Есть рабочая версия. Только не трогайте шарики!

Хм. Не трогайте. Мы выжили только благодаря им. База, такая привлекательная вне её пределов, оказалась совсем безжизненной внутри. Вода, не законсервированная для длительного полета, испортилась, продукты пришли в негодность. Кстати, я же приносила графин. Надо наполнить. Я потянулась за графином, свободной рукой подцепляя прозрачный шарик. Из динамиков звучал взволнованный голос Весенней:

— ...мы нашли этот фильм. Там теория возникновения вселенных...

Я протерла шарик.

— ...в финале показывали гигантов, которые перебирают шарики...

Рассеяно слушая, я лизнула шарик, опуская его в графин.

— ...что наша Вселенная — один из шариков, которых множество, они лежат на равнине...

В графине заколыхалась возникшая прозрачная вода, из динамиков понесся треск.

— Что со связью? Весенняя! — демон сорвался на крик.

А я заворожённо смотрела на графин с водой. Вселенная. Где много планет с атмосферами, океанами, реками. Зеленая масса, вероятно, — болота и непролазные джунгли. Розовые — какие-нибудь разумные панцирные. Фиолетовые, синие, оранжевые, красные — что-нибудь за гранью нашего восприятия...

Ребята держались долго. Демон даже придумал систему вторичной очистки воды, которой я пользуюсь до сих пор. Улететь с планеты мы не смогли, нас неизменно притягивало обратно. Да и куда лететь? Нас некому было ждать. Наверное, у меня нет никаких моральных принципов. Все трое моих друзей не прикоснулись больше к шарикам, не желая продлевать свои дни за счёт чужих жизней. Я живу на базе одна уже пять лет. Если, конечно, правильно считаю разноцветные солнца.